Ирина Эльба, Татьяна Осинская
Тень Кощеева

Память… Ее считают даром, храня на задворках сознания самые яркие события. Хоть порой она и подменяет важное совсем никчемным, глупым, оставляя как осадок легкий привкус досады. Отчего-то плохое вспоминается гораздо чаще хорошего, а моменты счастья вызывают глухую тоску. Так хочется запомнить все, постараться запечатлеть каждое мгновение… Но время и болезни не щадят никого. Они забирают память, а вместе с ней эмоции и чувства, которые вызывали когда-то значимые события. Одни очень расстраиваются по этому поводу, другие же…

Я ненавидела само понятие памяти. Презирала все, что связывало меня с прошлым, и желала лишь одного – забвения. Для меня именно оно было высшим даром, позволяя погрузиться в пучину блаженного забытья. Возможно, даже начать жить заново и наполнить разум новыми мыслями, эмоциями и чувствами, но… Проклятые богами не нужны никому. И за грехи предков, да и свои собственные, я буду расплачиваться до самого конца жизни. Если он, конечно, когда-нибудь настанет.

Ведь отпустить последнюю жрицу культа Проклятых не пожелает никто…

Глава 1

Весна… Волшебный миг пробуждения всего живого после долгого зимнего заточения. Самая древняя и чудесная магия, о которой уже мало кто помнит. Стерлись из летописей слова обрядов и таинств, которые когда-то проводили боги, наполняя этот мир жизнью. Потерялись в петлях времени сказки и предания, хранящие в себе невероятную силу Слова. Остались только понятия, странные ощущения, которые несли с собой эмоции и ожидание маленького чуда. От первого зимнего снега? Нежных зеленых почек? Или жаркого летнего ветра с дурманящим запахом разнотравья?

Не важно.

Значение имеет лишь короткий, порой незаметный момент счастья, когда мы неожиданно выныриваем из своих мыслей и дел, замираем и оглядываемся. Вдыхаем полной грудью свежий воздух, удивляемся ярким краскам мира и понимаем, что вот она – настоящая красота. Не рукотворная, а созданная силами, что нам никогда не постичь. Именно тогда приходит вдохновение, желание творить и жить! Жаль, что эти моменты так редки…

Вздрогнув всем телом, я схватилась за перила и закрыла глаза, пытаясь прийти в себя. А когда открыла, все исчезло. Передо мной, с высоты самой высокой башни – Иглы, простиралось царство Кощеево. Не величественные леса, только-только зашумевшие молодой листвой, не чудесные сады, что с приходом весны покрылись розовыми цветами. Передо мной раскинулись владения моего повелителя, вмиг ставшие серыми, унылыми и безразличными. Такими, какими и должны быть для темной, лишенной чувств и эмоций.

– Какая неожиданная встреча… – Раздавшийся за спиной голос был холодным, даже слегка злым.

– Здравствуй, царевич.

– Зачем ты пришла?

– По поручению хозяина, – тихо ответила я, вынимая из складок платья свиток и поворачиваясь к мужчине лицом. – Твой отец просил передать послание в надежде, что ты его прочтешь и дашь ответ.

– Отчего же он не пришел сам?

– Не время, да и не место для встречи. Возьми. – И я протянула пергамент Константину – будущему правителю царства Кощеева.

Зеленые глаза, чуть прищуренные от яркого весеннего солнца, смотрели с подозрением, но оно и понятно. Слишком много лишнего было сделано и сказано отцом и сыном. Последствия оказались очень непредсказуемыми для обоих.

– Где он сейчас? – наконец спросил царевич, забирая у меня послание.

– Далеко. Там, где нет места темным.

– Значит, сбежал к светлым, – с толикой неприязни произнес мужчина, а затем сорвал печать и развернул свиток.

Читал он быстро, жадно и чем ближе подходил к концу, тем больше хмурился. Я знала содержание письма. Сама записывала слова хозяина. Его просьбы… Его мольбы.

– Нет. – Короткий ответ, которого так боялся Кощей-старший и ожидала я. – Но ты ведь и так это знала.

– Знала, – не стала отпираться я, – поэтому получила позволение царя говорить от его имени.

– Как и всегда. – Показалось или нет, но в словах Константина появилась горечь. – Я слушаю.

– Ты хороший правитель. Заботишься о своем народе, пытаешься наладить связь с соседями и даруешь этим землям новую жизнь, но… Ты всего лишь царевич. Марионетка в руках отца, без согласия которого все твои дипломатические миссии – пустые слова, законы – ничего не значащие клочки бумаги, а власть – дань уважению. Но все это можно изменить. Если ты дашь свое согласие и поможешь отцу, то он официально отречется от престола, и это царство станет твоим. Заманчиво, не правда ли? И, как я погляжу, ты нисколько не удивлен моим предложением, значит, и сам обдумывал его.

– Нет, Тенья, не обдумывал, но, зная тебя, ожидал нечто подобное.

– Так что мне передать хозяину?

– Я подумаю. Удивлена?

– Ты ведь знаешь, что нет.

– Действительно. Успел подзабыть о твоем равнодушии. – Тонкие губы скривились в подобии улыбки, а затем прозвучал приказ: – Уходи и передай отцу, что я дам ответ через три дня.

– Как пожелаешь, царевич. Я вернусь на третьем закате и надеюсь, что услышу ответ, который спасет и твоего отца, и все царство.

Не прощаясь, я проскользнула мимо мужчины, спиной чувствуя задумчивый взгляд. Впрочем, от меня этот мальчик никогда не умел скрывать своих истинных эмоций. Да и не только он. Когда глаза не затуманены собственными чувствами, чужие эмоции и желания оказываются как на ладони. Ими так легко манипулировать, чем я чаще всего и занималась.

Последняя роль оказалась для меня самой сложной. Может, оттого, что заклинание, блокирующее чувства, дало сбой. А может, из-за фрагментов прошлой жизни, которые в последнее время стали всплывать все чаще. Как бы то ни было, но впервые за все время служения Кощею я вспомнила значение слова «сожаление». А все началось с того, что по приказу хозяина я приняла от Василисы – дочери Кощея – дар Яги.

Удивительная магия, которая в хороших руках и при должном обучении могла многое. Перед ней открывалось прошлое и будущее. Не имели границ аспекты волшебства, но главное ее достоинство было в единстве.

Магия рода Яг не просто объединяла – она связывала судьбы своих детей и прогоняла прочь такое мерзкое чувство, как одиночество. Ёжки были не подругами – сестрами, способными горы свернуть друг за друга.

Когда я впервые оказалась среди них, попав в Школу Сказок вместо Василисы, то эта странная магия тяготила. Она заставляла привязываться к девочкам и вызывала давно забытое желание защищать. Было невероятно тяжело бороться с чувствами, каждый раз напоминая себе, для чего именно меня послал хозяин. И я справилась.

Смогла отрешиться от эмоций и помочь Кощею выкрасть одну из Ёжек. Девочку, лишенную магии Яг, но принятую в семью благодаря своему удивительному дару. Именно за ним и охотился мой повелитель. Вернее, за кровью, полной живительной силы и энергии.

Путешественники… Сильнейшие маги миров, которых нередко сравнивали с богами, а многие и вовсе уверяли, что это они и есть. Их власть была настолько велика, что они могли гулять среди звезд, посещая разные планеты, реальности и миры. За этой силой и охотился Кощей.

Когда-то он был одним из могущественнейших магов наших земель, одно упоминание о котором нагоняло страх и на светлых, и на темных. Он вершил великие дела, иногда добрые, а иногда злые. Любил воровать принцесс, упиваясь их страхом, а иной раз и восторгами. А еще всецело отдавал себя силе и опытам, не думая о будущем и том моменте, когда придется платить по счетам. Зато время помнило…

Оно медленно подкрадывалось к царю, постепенно отнимая все, что составляло его суть. Кощей думал, что бессмертие – это дар, но жестоко ошибался, а когда спохватился, было уже слишком поздно. Пять артефактов, которые питали царя и даровали бессмертие, стали постепенно истощаться, выбрасывая в окружающий мир смертельную энергию. Она оказала губительное влияние на полотно мира. Кощей смог выстроить вокруг артефактов защиту и прекратить спонтанные выбросы, но магия уже ушла, а вместе с ней дряхлеющее тело стала покидать и жизненная сила. Некогда красивый мужчина начал превращаться в беспомощного старика.

Я помню, как мы встретились впервые. Молодая и гордая целительница, и он – уставший, но не потерявший надежду колдун. Помню его просьбу о помощи и свой отказ. Не потому, что не захотела, а потому, что не могла. Магия, о которой просил Кощей, была запретна для меня. Тогда еще запретна, и я боялась кары предков, даже не подозревая, что она настигла бы меня вне зависимости от помощи…

Но, как бы то ни было, Кощей все же смог найти способ вернуть себе силу. Узнал о нем от Жрецов Света – фанатиков Светлой империи, которые мечтали уничтожить всех темных. Ради этого они даже были готовы объединиться с царем Кощеем, который тоже легко предал своих.

Тогда я уже была тенью хозяина и присутствовала при беседе. Видела блеск надежды в глазах царя и насмешливые улыбки Жрецов, которые не верили в удачу темного. Однако она ему улыбнулась. Он встретил маленькую девочку – Янику, в которой почувствовал кровь Путешественников. Вначале девочка должна была стать приманкой для магов, которые, по преданиям, очень хорошо чувствовали родную кровь и не бросали своих.

Для усиления ее силы Жрецы Света даже помогли создать специальные яблоки, которые на протяжении долгих лет питали ребенка. Затем Василиса по велению отца заманила Янику в Сказочный мир, а дальше все пошло своим чередом.

Один из Путешественников действительно прибыл в наш мир и заинтересовался девочкой с родной магией. И все бы ничего, но эта самая магия неожиданно усилила дремлющий дар, наделяя Янику силой. Именно тем, что нужно было хозяину.

Новый приказ был ожидаем. Я помогла похитить Ёжку и подготовить ее к обряду «Ашшра Нтэль» – ритуалу наполнения силой. Что я чувствовала в тот момент? Ничего… Кощей вовремя заметил, что со мной происходит неладное, и подправил заклинания, вновь отключая эмоции, но, даже несмотря на это, я не пожелала участвовать в обряде и ушла.

Лишь потом узнала, что планы хозяина сорвались, а Янику спасли, но опять же не испытала абсолютно ничего. Да и некогда мне было: сначала помогала повелителю сбежать из плена, а затем выхаживала обессилевшего Кощея. Впрочем, именно этим я занималась и по сей день.

Мало кто знал, но хозяин в тот день все же вернул бессмертие. Оно заключалось в одном из яиц-артефактов, которое питало четыре других, по крупицам отдавая магию стихий. Многие славные воины полегли в царских подземельях, пытаясь отыскать эти сокровища и уничтожить Кощея, но ни одному из них это так и не удалось. Артефакты были надежно спрятаны в укромном месте и ждали своего часа, чтобы снова засветиться магической силой.

– Те-э-энь, – раздался тихий скрипучий голос из соседней комнаты. – Это ты?

– Да, господин, – отозвалась я, убирая в шкаф связку с бусинами переноса.

– Что? Что он сказал?

– Сказал, что даст ответ через три дня.

– До-о-олго, – протянул царь и закашлялся.

Набрав в кружку восстанавливающего отвара, я создала маленький светлячок и юркнула в темное, жарко натопленное помещение. Подошла к лежащему на кровати колдуну, вернее, к тому, что от него осталось. Мумия… Тонкая, словно пергамент, кожа обтягивала выступающие кости. Лицо с впалыми глазами почернело, покрывшись маленькими темными точками. Свободная рубаха только подчеркивала болезненную худобу. Кощей дышал тяжело, с хрипом, постоянно сжимая иссохшими пальцами одеяло. И не переносил света, даже такого слабого, как мой светлячок.

– Другого выхода у вас нет, хозяин.

– Есть… Ты могла бы… Ты…

– Не могла бы. Мы уже пробовали мои силы, и они оказались бесполезны.

– Не так уж бесполезны, раз ты смогла узнать про источник вечной молодости.

– Мой повелитель, это была всего лишь сказка. Старая легенда, которую изрядно приукрасили. Я не уверена, что он вообще существует.

– Не важно, Тень, не важно. Сейчас мне хватает и этой надежды, чтобы держаться за остатки разума.

Отвечать я не стала, да от меня этого и не требовали. Кощей был слишком слаб, и долгие разговоры утомляли его. Поэтому, как только он выпил весь отвар, я развеяла светлячка и покинула спальню.

– Госпожа Тенья, – учтиво склонил голову молодой мужчина, когда я вышла из отведенных нам с хозяином комнат. – Мастер просил зайти к нему.

– Благодарю, – так же учтиво кивнула я и пошла по слабо освещенному коридору до лестницы, чтобы спуститься на первый этаж.

Я не солгала Константину, когда сказала, что в это место нет хода темным. Только и светлым здесь не особо рады. Оно вообще не принимало ничью сторону, отторгая вынужденное разделение по виду силы. Сюда мог прийти каждый, вот только переступая порог Обители, он перерождался. Не в прямом смысле, но… изменение сознания ведь тоже можно назвать рождением?

Обитель Энастель специализировалась именно на этом. Живущие здесь презирали все условности и законы. Были далеки от политики и войны, что назревала между темными и светлыми. Энастель проповедовала силу разума, искренне веря, что именно в голове зарождается магия. Что наше сознание, повинуясь мыслям, само принимало решение, какой магией наделить тело, какую силу в него вложить.

«Есть только один Бог во вселенной – Я!» – гласило главное правило Обители.

Здесь был свой уклад, пусть немного странный и не всегда понятный, но в настоящее время играющий мне на руку. Энастель приняла нас с распростертыми объятиями, в обмен на кров и защиту выпросив Знания. Я согласилась, сразу оговорив, что расскажу и покажу все, на что имею право. Глава Обители, Мастер Ульсан, был согласен и на это. Он невероятно высоко ценил любые сведения, особенно те, что считались давно утерянными. Именно такими обладала я, и это мирило мастера со всеми моими просьбами.

Дойдя до кабинета Мастера, я коротко постучала и вошла, не дожидаясь ответа. Маг сидел за небольшим столом, медленно скользя взглядом по тонким, почти рассыпающимся листам пергамента – очередной находкой учеников Энастель, которые разлетались по всему миру в поисках древних свитков. Коричневая мантия свободно висела на худом теле, подчеркивая бледность кожи.

– Здравствуйте, Мастер, – поздоровалась я, приблизившись к столу.

– Здравствуй, Тенья, – со скупой улыбкой отозвался Ульсан, поднимая на меня взгляд. – Присаживайся.

– Спасибо, но у меня не так много времени. Скоро начнутся занятия.

– Знаю и именно о них хотел бы с тобой поговорить. Ты всего год преподаешь в Обители, но за это время успела заработать любовь своих учеников. Старшая группа и вовсе тебя боготворит, чему я бесконечно рад.

– Спасибо, Мастер. Приятно слышать, что я оправдала ваши ожидания, – бесстрастно отозвалась я.

– Более чем. Поэтому хотел попросить тебя об одолжении… – Судя по тому, что руки Мастера слегка дрогнули, а глаза заблестели, просьба была неординарной. – Тенья, я хочу, чтобы ты сопровождала выпускников на практике.

– Я вынуждена отказаться от этой чести, Мастер Ульсан. Во-первых, у меня недостаточно практического опыта. А во-вторых, я не могу бросить своего спутника одного. Мне жаль.

– Что касается первого пункта – мы с тобой оба знаем, что ты гораздо старше, нежели выглядишь, и опыт любого наставника в Обители вряд ли сравнится с твоим. Так что за это я даже не переживаю. А вот твой спутник – это да, это проблема. Однако и здесь есть решение – мы пригласим к нам Чаровницу. Она присмотрит за стариком и облегчит его боль.

Честно говоря, предложение Мастера сумело всколыхнуть мой эмоциональный барьер, вызывая легкое эхо удивления. Чаровницы – маги очень высокого порядка, обладающие редкими способностями. Возможно, слухи приписывали им больше, чем они могли, но все равно – привлечь такого специалиста к работе считалось высшей степенью удачи. Если одна из Чаровниц действительно согласилась бы поухаживать за хозяином, это бы существенно развязало мне руки.

– Спасибо за предложение, Мастер. Я могу поговорить со своим спутником и… подумать?

– Конечно, Тенья. До практики еще две седмицы, так что время есть. Но, я надеюсь, ты не станешь затягивать с ответом.

– Не стану, Мастер. Позволите идти?

– Ступай, а я буду ждать.

Поклонившись на прощание, я покинула кабинет главы Обители и направилась к учебным классам. Путь мой пролегал по длинному коридору, затем, свернув налево, я спустилась этажом ниже. Как я и говорила, главной ценностью в этом месте считались знания, которые по крупицам стекались в древние стены. Основными их добытчиками были именно ученики, которых засылали в самые отдаленные уголки земли на поиски затерянных городов, легендарных артефактов или вовсе невероятных мест. Пожалуй, источник вечной молодости можно было считать одним из них.

Об этой реликвии я узнала здесь, в стенах Обители, в одном из хранилищ, куда иногда спускалась. Упоминание источника я встречала несколько раз, причем в абсолютно разных хрониках. Но при этом точного описания нигде не было, что наводило на определенные мысли. Например, звание источника вполне мог получить сад с молодильными яблоками, который охраняли жар-птицы. Помнится, когда я училась в Школе Сказок, нас отправляли на сбор этих плодов, но проверить действие волшебных фруктов никто из девочек так и не решился.

Еще один вариант – живая и мертвая вода, но в случае с хозяином она оказалась бессильна – восстановление тела, увы, не гарантирует восстановления магии. А Кощей страдал именно от потери энергии, которая, как вода, утекала сквозь пальцы.

Три котла… Живой огонь… Все это лечило лишь телесную оболочку, а вот для магии было бесполезно. Но источник вечной молодости – он иного порядка.

В его силах было буквально повернуть время вспять в пределах одного организма, возвращая телу молодость, силу и энергию. А еще он восстанавливал душу, но это заявление было совсем на грани.

Как бы то ни было, я не смогла промолчать и рассказала о прочитанном Кощею. И он загорелся… Снова обрел надежду на спасение, а вместе с тем цель, на пути к которой для него не существовало преград. Оттого и было составлено письмо Константину, в котором хозяин умолял о помощи. Потому и позволил мне сделать предложение, от которого Кощей-младший вряд ли сможет отказаться. Осталось лишь дождаться, когда он сам свыкнется с этой мыслью и даст свое согласие…

– Здравствуйте! – раздался нестройный хор голосов, когда я вошла в учебный зал.

Мои ученики уже заняли свои места и успели разложить конспекты, готовясь записывать все, что я скажу. Они действительно были очарованы всегда спокойным преподавателем, который никогда не ругал за ошибки. С жадностью впитывали новые знания, нетерпеливо ожидая практики. И, кажется, были готовы сутками просиживать в кабинете, выполняя различные задания.

Иногда такое рвение вызывало подобие улыбки. Иной раз – странное чувство, отдаленно напоминающее гордость. Но чаще – безразличие, как и все остальное в моем существовании.

– Добрый день, ученики. Прежде чем приступим к изучению новой темы, предлагаю повторить пройденный материал. Работаем в обычном режиме: вопрос-ответ. Готовы?

– Да, мастер!

Последние два месяца мы изучали флору леса Забвения, подспудно разбирая все виды лекарств и ядов, которые можно было приготовить из растений и корней. Помимо этого лес Забвения изобиловал редкими видами нежити, нечисти и просто диковинными существами, которые также использовались в качестве ингредиентов.

Тема была интересной, но сложной и даже опасной в практическом плане. Впрочем, профессия зельевара трудна сама по себе. Для подобной работы нужно иметь не только отменную память, но и море терпения. Зато и без дела такие специалисты не сидят. По крайней мере, раньше так и было. Сейчас же все, что я могла – это передать свои навыки и знания следующему поколению.

– Мастер? – подал голос один из учеников, когда я закончила опрос.

– Да, Богдан.

– А правда, что вы будете нашим куратором на выпускной практике?

– И кто вам это сказал?

– Один из мастеров… обмолвился.

– Полагаю, этим мастером был Валлей?

Судя по дружному молчанию, я попала в точку, но догадаться было не сложно: с младшим мастером металла отношения не сложились в первый же день знакомства. Валлей являлся консерватором, свято верившим, что удел женщины – дом и семья. И с ученицами не работал принципиально, считая ниже своего достоинства обучать искусству боя девочек.

Когда же он узнал, что среди преподавательского состава будет пополнение в моем лице, то и вовсе устроил скандал. Единственная женщина-мастер? Нонсенс и личное оскорбление ему, Валлею. В общем, разговоров и разбирательств было много, но все это прошло мимо. В тот момент меня больше заботило состояние хозяина и поиск способа помочь ему.

Со временем Валлей чуть успокоился, но не упускал возможности бросить в мой адрес колкую шпильку. И возможное кураторство выпускников, по всей видимости, снова всколыхнуло недовольство мужчины.

– Пока это всего лишь слухи и бестолковые разговоры. Мне действительно предложили кураторство, но… не все так просто.

– Вы не хотите возиться с нами, да? – с толикой обиды спросила самая младшая девочка в группе.

– Не в этом дело, Нисса. У меня есть обязанности, от которых невозможно отказаться или переложить их на чужие плечи.

– А мы? Нас тоже нельзя перекладывать! Тем более на мастера Валлея!

– То есть, если я откажусь, вас передадут ему?

– Не знаем точно, но он обмолвился, что будет настаивать на этом.

– Любопытно, – протянула я, задумавшись.

– Так вы нас возьмете?

– Не могу ничего обещать. Все зависит от того, как сложатся обстоятельства. Но и Валлею вас не отдам, будьте уверены. А сейчас давайте вернемся к уроку. И наша новая тема: «Растительный мир острова Снежбрег».

– А там есть растения? – удивленно спросил Миробор.

– Вы себе даже не можете представить, насколько они разнообразны!

* * *

Три дня… Для меня они пролетели как один миг, заполненные лекциями, практическими занятиями и общением с учениками. Для моего хозяина – часами боли и мучений, от которых спасало лишь лекарство, но и его действие постепенно ослабевало.

Закончив последнее занятие, я некоторое время сидела в тишине, обдумывая свои дальнейшие действия. Нет, в том, что Константин согласится, я была уверена, но… Никогда не помешает иметь запасной план. Или еще более интересное предложение, от которого Кощей-младший точно не сможет отказаться.

Что предложить мужчине, у которого все есть? Чьи сокровищницы ломятся от золота и драгоценных камней, давно переплюнув отцовские. Который никогда не получал отказа у женщин, покоряя даже самых неприступных? Тому, кто в скором времени станет одним из самых влиятельных царей Сказочного мира?

Знания…

Древние тайны, о которых многие живущие успели позабыть. Старые обряды, чья мощь была невероятна. Для меня магия такого рода являлась чуждой, запретной, но для него – одного из сильнейших колдунов нашего мира – лишним поводом проверить свои силы. Так почему бы не сыграть на мужском азарте? Разрушить маску невозмутимости и воззвать к инстинктам, против которых бессилен даже разум?

Значит, так тому и быть…

Добравшись до своей комнаты и проверив напоследок Кощея, я раздавила бусину переноса и сделала шаг вперед, чтобы через мгновение оказаться в одном из залов Иглы. Башня встретила меня привычной тишиной, полумраком и тихим шелестом сквозняка. Мягко ступив на каменный пол, я неспешно дошла до лестницы, а оттуда начала подъем. Могла бы переместиться сразу на смотровую, но отчего-то хотелось оттянуть мгновение встречи. Дождаться, пока последний золотой луч солнца скроется за горами, и ступить на крышу вместе с ночными сумерками.

В темноте было гораздо проще сделать дело и уйти. Не видеть чужих эмоций и не чувствовать на себе прожигающий взгляд изумрудных глаз. Но, увы, дело было гораздо важнее желаний. Напомнив себе об этом, я выдохнула и раздавила еще одну бусину.

Царство, залитое розово-золотым светом зари, казалось игрушечным. Маленькие пряничные домики стояли на цветной глазури, дополненные линиями рек и озер. Правил всем этим тот, кто сейчас находился за моей спиной. Он мог поздороваться, хоть как-то привлечь к себе внимание, но предпочитал молчать. Возможно, как и я, ждал наступления темноты, а может, оттягивал время, снова и снова взвешивая ответ.

– Ты принял решение, царевич? – тихо спросила я, так и не повернувшись к Константину.

– Да.

– И что мне передать твоему отцу?

– Ты знаешь мой ответ.

– Рада, что мы сумели договориться.

– Не совсем, Тенья. – Эта фраза заставила меня медленно повернуться и настороженно замереть. – У меня есть два дополнительных условия.

– Не думаю, что они уместны. Наша сделка и так более чем выгодна.

– Я считаю иначе. Если хотите моей помощи, вам придется уступить. В противном случае я подожду, пока отец сойдет с ума от боли, и заберу царство на законных основаниях. Выбор за вами.

– Я внимаю, царевич.

– Ничего сверхъестественного, вроде просьбы Кощея, – даже не скрывая сарказма, произнес Константин. – Во-первых, я хочу, чтобы после передачи власти он отрекся от семьи и навсегда покинул царство без права возвращения.

– Беспокоишься за свой трон?

– За сестер, которых отец успел извести. И особенно за Василису, которую вы насильно заставили помогать.

– Что же, справедливое требование. Думаю, если все получится, Кощей и сам с удовольствием уйдет.

– Надеюсь на это.

– А второе условие, царевич?

– Здесь еще проще… – Лицо Константина неуловимо изменилось. На губах появилась очень странная улыбка, из-за чего у меня возникло нехорошее предчувствие. Глаза стали ярче, пронзительнее, загораясь колдовским пламенем, которое не щадило никого. – Ты уйдешь от отца и станешь моей… тенью.

– Неожиданное условие. Могу я знать, с чем оно связано?

– Я так хочу.

Вот и весь ответ, сказанный равнодушным голосом. И неясно, это действительно прихоть или желание отомстить Кощею. Все же я слишком долго была его помощницей, а в некоторых случаях и советником.

– Хорошо, царевич, будь по-твоему. Но второе условие я выполню только в том случае, если Кощей излечится, иначе я не оставлю хозяина.

– Чем же он подкупил тебя, Тенья? Как заработал такую безоговорочную преданность?

– Он не так плох, как все о нем думают.

– Неужели? Значит, обречь на смерть ни в чем не повинную девушку – достойный поступок? Или шантаж собственных дочерей?

– У Кощея великие цели…

– Которые требуют великих жертв? – не скрывая сарказма, спросил царевич.

– В данном случае жертвы были минимальны.

– У меня появилось еще одно условие. Во время нашего сотрудничества, да и после него, я не хочу больше слышать об отце. Ни о мотивах, ни о поступках. Я устал разбираться с последствиями его самодурства.

– Как скажешь. Завтра я принесу магический договор, а также те сведения, что мне удалось найти.

– Договор уже составлен, – с этими словами Константин вытащил из-за пояса свиток и протянул мне. – Как только отец его подпишет, наше соглашение вступит в силу. Буду ждать тебя с договором и материалами.

– Хорошо.

Прощаться не стала. Раздавила бусину перехода прямо на площадке, делая решительный шаг в мерцающее окно. Только вместо Обители вышла на берегу небольшого озера, что находилось почти на границе Светлой империи и Закатных земель. Во-первых, боялась, что Константин захочет проследить за мной, чтобы найти отца. Во-вторых, нужно было ознакомиться с договором и проверить его. Зная характер царевича, можно не сомневаться, что каждый пункт сформулирован в выгодном для него свете.

Но подписать его придется все равно. Константин был прав, когда рассуждал о безумии отца. Боль действительно сжигала хозяина изнутри, постепенно сводя с ума. Только царевич ошибся в одном – забрать трон он бы не смог. Царь – не просто титул, а очень древний обряд передачи артефактов, с которым к коронованному наследнику переходит право управления. Не только землями и подданными… Вместе с короной новый царь получал и бессмертие, которое гарантировало ему защиту на все время правления, до следующей передачи трона, а еще невероятное по своей мощи мертвое воинство.

Помню, как впервые увидела его. Огромное захоронение под Белыми Пиками, которые тянулись горной грядой между Закатными землями и бывшими Зелеными Холмами. Десятитысячная армия мертвецов, которая была создана самым первым Кощеем для защиты своих земель. Не могу забыть, как умоляла хозяина пробудить войско и дать бой тварям Хаоса. Но хозяин отказал… На тот момент он уже начал угасать, и такой всплеск силы мог подстегнуть процесс истощения. И я сдалась, именно в тот момент попросив не просто ослабить мои чувства – отключить их насовсем.

Всего на мгновение, но эти воспоминания прорвались сквозь заклинание, вызывая приступ боли. Не в силах сдержаться, я упала на землю и закрыла уши руками.

Крики… Стоны умирающих и вой тварей. Удушающий запах гари. Вонь паленой плоти. И я… Совсем одна. Беспомощная. Обессилевшая. Преданная.

Приступ длился не больше минуты, но мне показалось, что прошла вечность. Целая жизнь, в которой я снова и снова переживала свое страшное прошлое. То, что так отчаянно пыталась забыть и от чего бежала все эти долгие годы.

Как оказалось – напрасно…

Глава 2

– Здравствуйте, мастер! – радостно поздоровались ученики, занимая свои места в классе.

– Здравствуйте! Есть вопросы по вчерашнему материалу?

– Нет, мастер, – ответила за всех Марьям, теребя черную косу.

– У меня есть, – перебил ее Велимир. – Вы рассказывали про флору леса Забвения, которая оказалась на удивление богата галлюциногенными растениями. После занятий мы решили узнать историю возникновения самого этого места, но… ничего не нашли. Даже мастер Алес развел руками и сообщил, что это закрытая информация. А почему так – не сказал.

– Поэтому мы хотели попросить… – взяла слово Нисса, глядя на меня большими голубыми глазами. – Расскажите нам про этот лес.

– Пожа-а-алуйста! – последовал нестройный хор голосов, после чего все пять учеников состроили просительные мордашки.

– Это действительно закрытые знания. Лес Забвения неспроста считается одним из самых опасных в Закатных землях. Издревле он принадлежал роду Яг, пропитываясь их магией и силой. Кстати, что вы знаете о самих Ёжках?

– Если верить записям в наших архивах, то первая Яга была приемной дочерью богини Макошь. Она получила материнское благословение и стала Светлой Богиней, которая всячески помогала добрым людям и отводила от них беды. Позже сосватал ее бог Велес – правитель Трех миров. Вместе они дали начало роду Яг, которые получили возможности управлять Правью, Навью и Явью.

– А вот о том, как Яги стали злыми, ничего нет, – вздохнула Нисса.

– Что же, давайте я вам расскажу одну историю о Ёжках, которую сама услышала, будучи ученицей Школы Сказок. В далекие времена, когда по земле гуляли Создатели, жила-была прекрасная юная богиня с малахитовыми глазами и длинной русой косою – Йогиня. Прекраснее и добрее ее не было женщины на свете! Путешествуя по миру, Йогиня собирала осиротевших деток и спасала от гибели. В каждом многолюдном граде или поселении Богиню-Покровительницу узнавали по нарядным сапожкам, украшенным узорами, и люди сами показывали ей, где живут дети-сироты.

По-разному в народе называли Богиню: кто – Йогой-Златой-Ногой, а кто и совсем попросту – Йогиней-Матушкой, но любой произносил ее имя с нежностью. Детей-сирот Йогиня доставляла в свой предгорный Скит, который находился в самой чаще леса, у подножия Забытых гор. Там Йогиня-Матушка проводила детей через Огненный обряд посвящения Древним Вышним Богам, даруя новую жизнь. К сожалению, не все люди могли понять этот обряд, и злые языки извратили саму его суть, со временем превратив красавицу Йогиню в злую старуху Бабу-Ягу.

Но есть и еще одно толкование, которое намного ближе к правде. Ваши архивы не врут, и Ягиня действительно была Светлой Богиней, которая вышла замуж за мудрого Велеса. И родились у них две дочки, одна из которых получила возможность управлять Явью и Правью, а другая – Навью. Как известно, любая сила несет свой отпечаток, оставляя след на душе хранителя. Старшая дочь, Ягуня, унаследовавшая Правь и Явь, росла добрым и милым ребенком, со временем став помощницей матери и основательницей Ордена Яг. А вот младшая, Ага, слишком часто соприкасалась с загробным миром и тварями, что обитали в Сумерках. Желая вырваться из древнего заточения, сумеречные существа постепенно порабощали Агу, окутывая ее сердце тьмой злобы. И когда младшая дочь оказалась в полной власти Навьих детей, они заставили ее пойти против старшей сестры. Так началась битва Трех миров…

Во время столкновения, в результате магической трансформации волшебного леса Йогини и Велеса образовался лес Забвения. Часть его все еще хранит в себе первозданную красоту старины, питая Ёжек и радуя их своей красотой. А часть, что была поглощена Ягами-отступницами, каждый год порождает новых сумеречных тварей, с которыми Ордену Яг приходится бороться.

– А вы бывали в том лесу?

– Бывала и видела обе его стороны. Каждая из Яг отвечает за свой участок, отслеживая магические всплески и контролируя вырвавшихся тварей. Увы, в последние двадцать лет ситуация ухудшилась. Из-за близости к землям Хаоса прорывы сумеречных монстров учащаются, и гадость, что лезет с другой стороны, все опаснее и свирепее.

– А сколько сейчас Ёжек?

– К сожалению, намного меньше, чем нужно для защиты этого мира. Есть наследницы главного рода, которые являются прямыми потомками Йогини и Велеса, а есть Ёжки, которых выбрала магия Макоши. Дар Богини получает каждая седьмая дочь, и после пробуждения силы девочка отправляется к наставницам Ягам, чтобы научиться ею пользоваться.

– Здорово! – выдохнула восторженно Нисса. – Жаль, что я не седьмая дочь…

– У каждого из нас свой путь и своя магия, так что не стоит жалеть. Ну что, я ответила на ваши вопросы, ребята? Можем приступать к опросу по теме?

– Можем! – кивнул Миробор, сдувая с лица рыжую челку, а затем ойкнул и странно дернулся.

– Что с тобой?

Вместо ответа парень извлек из кармана небольшой коробок, который прямо в руках засветился и начал мелко дрожать.

– Мир, ты взял артефакт с собой?! – рыкнул на парня Богдан и вскочил с места.

– Мне нужно было наложить закрепитель. Я хотел закончить его на перерыве…

– Что это такое? – стремительно приблизившись к Миробору, уточнила я.

– Его дипломная работа. Артефакт спонтанного переноса без использования заданных векторов координат, – ответил мне Богдан, встав рядом. – Мир, его надо дезактивировать.

– Надо, но я не знаю как! – прошептал парень, а затем начал стремительно бледнеть, в то время как коробочка с артефактом разгоралась все ярче.

– Все на выход! – скомандовала я, и ребята даже успели сделать несколько шагов в сторону двери, когда артефакт активировался.

Вытянутая из Миробора сила подпитала устройство, наполнив контуры и позволяя создать брешь в материи мира, в которую нас стремительно начало затягивать. Я пыталась блокировать портал, но все, что мне удалось, это выровнять векторы перемещения и стабилизировать их, чтобы всех ребят выкинуло в одном месте и целиком.

Несколько ударов сердца, ощущение невесомости – и нас всех вместе с несколькими столами, стульями и учебными пособиями выбросило в неизвестном месте. На ногах удалось устоять только Богдану, который придержал и меня, не позволяя позорно упасть. Остальные кряхтели, медленно поднимаясь с земли и оглядываясь по сторонам. Я тоже решила осмотреться и то, что увидела, мне категорически не понравилось.

– Мир, ты как? – присев рядом с лежащим парнем, спросил Богдан.

– У него магическое истощение, – ответила я за него и тоже присела. – Миробор, как работает твой артефакт?

– По сути, это структурированная кристаллическая сетка, которой для перемещения достаточно впитать в себя мысленный приказ о конечной точке выхода. То есть теперь магу не обязательно расчерчивать схему переноса, достаточно просто представить место.

– И о чем ты думал, когда артефакт активировался?

– О лесе Забвения, – тихо признался ученик, а слышавший это Богдан выругался сквозь зубы.

– Не переживай, все хорошо. Лучше скажи, мы сможем открыть новый переход обратно в Обитель?

– Сильно сомневаюсь, – покаянно выдохнул Миробор. – Во-первых, он исчерпал все силы, а для новой зарядки понадобится не меньше суток.

– А если его зарядит кто-то из ребят?

– Не выйдет, мастер. Данный артефакт был создан именно под меня. Простите!

– Ничего страшного – выберемся, – постаралась успокоить учеников я. – К тому же можно сказать, что нам повезло! Выездная практика с возможностью пополнить запасы Обители диковинными растениями.

– Честно говоря, я уже жалею, что задала вам этот вопрос, – покаялась Марьям и огляделась, зябко передернув плечами то ли от страха, то ли от холода. – Куда нам сейчас?

– На юг. Если повезет, то выйдем к домику одной из Яг.

– А где юг? – смущенно уточнила Нисса, глядя на серое небо, с низкими темными облаками, грозящими в любой момент разразиться потоками мелкого холодного дождя.

– И чему вас только учил мастер Овий? В лесу, даже таком старом и мертвом, всегда можно найти мох. Это растение растет только с северной стороны деревьев, потому что очень не любит прямых солнечных лучей. Итак, где у нас мох? Значит, идем в противоположную сторону!

Закивав, ребята решительно двинулись следом за мной. Пока Богдан и Велимир помогали идти обессилевшему Миробору, девочки бегали от куста к кусту, по виду и запаху определяя растения и рассказывая мне об их свойствах. По большей части девочки ответили все верно, споткнувшись лишь дважды, когда встретились с растениями-обманщиками. Они приняли за грибы разновидность плотоядного кустарника из Сумерек. И не распознали яркий цветок Глюна, который был похож на своего безобидного соседа Тарута. Только если Тарут рос на бывших могильниках, то Глюн мог выскочить в любом месте и реагировал на приблизившуюся жертву облаком пыльцы, вызывающей галлюцинации. Остановить Ниссу от близкого знакомства с этой гадостью я сумела буквально в последний момент, оттащив подальше от желтого облачка дурмана.

Дальнейший путь тоже протекал не без осложнений: многочисленные корни деревьев то и дело норовили подлезть под ноги, вынуждая спотыкаться. Корявые ветки кустарников цеплялись за одежду, будто хотели оставить себе кусочек на память, а в результате сами ломались, повиснув причудливым украшением.

– Мастер, а кто населяет лес Забвения? – спросил Богдан, чутко прислушиваясь к звукам окружающего мира.

– Самые разные существа и зачастую опасные. А что такое?

– Мне кажется, впереди кто-то есть. Но не могу понять, живое оно или не очень.

– В таком случае поступим следующим образом. Ребята, лезьте на дерево. Оттуда и вид лучше, и редкая тварь сможет достать. А я схожу на разведку и узнаю, что ждет нас впереди.

– Я с вами, мастер Тенья!

– Даже не обсуждается, Богдан! Лезь со всеми.

– Вот именно, что не обсуждается, – качнул головой парень.

Он приблизился ко мне и пытался давить, глядя с высоты своего немалого роста.

– Я не отпущу вас одну!

– Думаешь, вдвоем убегать от чудища будет веселее?

– Думаю, что хотя бы вас я смогу защитить. Мастер, хотите вы того или нет, но я все равно пойду с вами.

– А остальные ребята? Кто будет защищать их, если ты уйдешь?

– Велимир справится. Пойдемте, учитель. Чем быстрее разберемся, тем быстрее двинемся дальше.

Я задумалась, не зная, как лучше поступить в данном случае.

– Хорошо, но в Обители нам с тобой предстоит серьезный разговор!

Кивнув, Богдан решительно направился вперед, и мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Через десяток шагов мы нырнули в густые заросли фиолетового можайника[1], и с другой стороны нам открылась занимательная картина.

В небольшом овраге, прямо под нами, по опавшей листве каталось с два десятка шаров, похожих на Колобка Батьковича. Размер они имели поменьше, чем директор Школы Сказок, но зато превосходили его в количестве ртов с множеством острых зубов. Накатываясь друг на друга, они начинали грызться, чтобы через мгновение с визгом раскатиться в стороны. А затем снова и снова…

– Вы знаете, что это такое? – шепотом спросил Богдан, почти касаясь губами моего уха.

– Предполагаю, что создания Хаоса. Видимо, на границе был прорыв, и мелкие низшие смогли пробраться через него.

– Уверены, что они из Хаоса, а не Сумерек?

– Сумеречные твари в большинстве своем имеют туманные очертания, которые являются их отличительной чертой. Эти же вполне четко выглядят, так что определенно Хаос.

– Мерзкие создания. Интересно, это их максимальный размер?

– Боюсь, что нет, – шепнула я и указала на противоположную сторону оврага, где показался огромный зубастый шар. – Кажется, это мама с выводком.

– Если есть мама и дети, то где их папа…

Словно в ответ на это, со стороны оставленных ребят послышался крик. Первым в обратную сторону бросился Богдан, на ходу извлекая из-за пояса нож. Я же в этот момент формировала в руках сеть тьмы, очень надеясь, что она сможет остановить низшего.

Стоило нам выскочить из можайника, как все внимание зубастого шарика, который до этого грыз одно из деревьев, переключилось на нас. Зарычав, это странное существо стало раскачиваться из стороны в сторону, то ли пытаясь нас загипнотизировать, то ли не зная, в какую сторону покатиться. Недолго думая, Богдан начал обходить зубастика с левой стороны, в то время как я двинулась с правой, постепенно оплетая существо тьмой. В какой-то момент, видимо определившись с жертвой, зубастый шар неожиданно подскочил вверх почти на два локтя, а затем бросился на меня. Затянуть последний узел заклинания и активировать сеть я успела буквально в последний момент. Подвесив получившуюся сумку за силовую нить к дальней сосне, я раскинула поисковую сеть, ожидая в гости шарообразную мамашу с детками. Но нет. Она не только не собиралась спасать – наоборот, повела выводок в глубь леса.

– Я так понимаю, этот отвлекал нас от своих детишек? – предположил Богдан, пока остальные ученики спускались с дерева.

– Скорее всего, так и было.

– Да уж, вроде безмозглая тварь, а такая забота о потомстве, – хмыкнул Миробор.

– Защита потомства – один из основных инстинктов, для которого даже интеллект не нужен. Однако не стоит оценивать порождения земель Хаоса по аналогии с простыми животными. Несмотря на кажущуюся обособленность, каждый из низших связан с другими, и все вместе они подчиняются Кукловодам.

– Кукловодам? – удивленно спросила Нисса, подходя ближе и с интересом рассматривая пойманное существо.

– Именно. О них мало что известно. Это порождения иного мира, обладающие колоссальной ментальной магией. Во времена Смутной войны они подчиняли себе тварей Хаоса и натравливали на нас, чтобы поработить Сказочный мир. Их мало кто видел – это были существа высшего порядка, некие энергетические сущности, о которых мы не знали до недавнего времени. Ни в одной книге по истории вы не найдете полных сведений о Смутной войне. Советом Магов было решено уничтожить некоторые данные, чтобы не пугать будущие поколения. Но еще живые очевидцы до сих пор помнят то, что порой хотелось бы забыть… Из-за Кукловодов многие наши воины оказались перебежчиками, потеряв свою волю, они стали частью вражеской армии. Нашим бойцам приходилось сражаться со вчерашними союзниками и биться до последнего, потому что порабощенных Кукловодами соратников нельзя было спасти. Многие полегли от когтей и зубов тварей Хаоса, но еще больше от рук своих же… Это было страшное время, и я очень надеюсь, что оно не повторится.

– Вы говорите так, как будто были там, – тихо произнесла Марьям, не сводя с меня темных глаз.

– К сожалению, была. Но это уже другая история, для которой не место и не время. Нам нужно идти, чтобы до темноты добраться до Ёжек. А то мало ли что еще за твари пробрались сюда с земель Хаоса.

– Мастер, а что будем делать с этим… этим…

– Колобком! – подсказала Нисса.

– Колобком? – переспросила Марьям и окинула существо оценивающим взглядом. – Нет, ну если его делали из зерна, пораженного рожками спорыньи…

– Вперед! – приказала я детям. – Что касается Колобка из Хаоса, то оставлять его нельзя. Я уже запустила уничтожающее заклинание.

– Жа-а-алко, – протянула младшенькая ученица, бросая назад последний взгляд. – Его бы на опыты.

– Кого мы растим, – неслышно вздохнула я, погнав ребят вперед.

Благо что больше на нашем пути никто не встретился. Когда окружающий мир стал потихоньку темнеть, мы вышли к небольшой поляне, украшенной в лучших традициях Ёжек-отступниц. Старые корявые деревья с сухими сучьями украшали свисающие почти до земли лохмы серой паутины. Сквозь это полупрозрачное покрывало за каждым нашим шагом следило множество красных глаз. Оставалось надеяться, что это по большей части пауки, приглядывающие за избушкой на курьих ножках. Совсем ветхий маленький дом вселял необъяснимый ужас. Над входной дверью красовался череп невиданного существа, а около правой куриной ноги в будке на цыплячьих ножках сидел скелет, очертаниями напоминавший собаку.

– Эт-то чт-то? – икнула Нисса и спряталась за Богдана.

– Это обитель Яги – Избушка-на-курьих-ножках. Эй, избушка-избушка, повернись к нам передом, а к лесу – задним фасадом! – сделав несколько шагов вперед, попросила я.

В это же мгновение раздался жуткий скрип – плод чужой магии пришел в движение. За время, пока обитель Бабы-Яги делала оборот, пауки попрятались, а скелетик активно вилял отростком, заменяющим хвост.

Когда избушка сделала последний шаг, деревянная дверь отворилась и из нее вышла старая, даже древняя старушка с темной морщинистой кожей. Иссохшее лицо обрамляли седые спутанные волосы, выбившиеся из-под грязного платка. Лохмотья, которые с трудом можно было назвать одеждой, мешком висели на тщедушном теле, а довершала образ улыбка во весь рот, светившийся одним-единственным золотым зубом.

– Хто энто к нам забрел? – проскрипела старушка, обводя взглядом нашу группу. – Хто пожа… Тенья?

– Здравствуйте, Ядвига Еловна, – произнесла я и поклонилась бывшей наставнице.

– Здравствуй, Ёжка, – прошептала она в ответ, сбрасывая морок с себя и поляны.

В то же мгновение окружающий мир поплыл, меняясь прямо на глазах. Трухлявая избушка стала добротным домом на курьих ножках, одетых в гетры, из окна смотрела наглая морда раскормленного кота Баюна. Лес наполнился красками, радуя зеленью, а в траве показались яркие пятна маргариток. Скелетик собаки превратился в милейшего мопса Шарика, которого девочки очень любили тискать. Как же давно это было…

– Ну, что же вы там стоите, гости дорогие? – улыбнулась красивая женщина в ярком, расшитом бисером сарафане. – Проходите, будем пить чай с плюшками!

– А заодно устроим пытки, мур-р-р!

– Баюн! – возмутилась Ядвига Еловна, глядя на черного толстопуза.

– Что? Мне интересно, где эта блудная Ёжка столько пропадала и что за цыпляток с собой привела! Так что да, не стойте, заходите!

– Мастер? – тихо спросил Богдан, явно ожидая моего разрешения.

– Идемте, здесь нам нечего бояться.

Мы дружно пошли в дом, оставляя позади страшный лес Забвения. Расположившись за большим столом, ученики с интересом разглядывали внутреннее убранство избушки, полной грудью вдыхая дурманящий аромат сушеных трав, и отвечали на расспросы Баюна, который с удовольствием взялся за истязание подрастающего поколения. Я же в это время помогала Ядвиге Еловне нарезать пирог и ждала вопросов, которых было не избежать.

– Как ты поживаешь, Тенья?

– Все хорошо, наставница, спасибо. А вы как? Как девочки?

– Сейчас уже хорошо.

– Сейчас? – уточнила я.

– Темные времена наступили, Тенья. И, увы, не без участия Кощея. Ты ведь знаешь, что он послал свою дочь в земли Хаоса? Так вот, вместе с ней туда угодила и Радомила. Бедные девочки много всего натерпелись.

– Я видела Раду… и Василису тоже.

– Знаю, Тенья, они рассказали. Но знаешь ли ты, что происходит на Границе и что Светлая империя готовится к войне?

– К этому все шло изначально, – вздохнула я, прикрывая глаза.

– А ты ничего нам не рассказала…

– Я не могла, Ядвига Еловна, и сейчас не могу. Есть клятвы, которые не обойти и не нарушить. Простите.

– Не извиняйся, девочка моя, я все понимаю, но от этого не легче, – покачала головой Яга, а затем посмотрела на моих учеников. – Славные дети. Я так понимаю, ты сейчас в Обители?

– Наставница…

– Я интересуюсь не для мести Кощею и не из праздного любопытства. Грядет великое событие, Тенья. Мы собираемся закрыть Границу и уничтожить земли Хаоса.

– Но как?

– Нам помогает Путешественник, так что шансы на победу весьма высоки. А еще мы хотим отделить Закатные земли от Светлой империи. Так что если вы с Кощеем-старшим вдруг решите сбежать…

– Не решим, наставница. Кощей слишком слаб для путешествий.

– Прости меня, но я не могу сочувствовать магу, который подверг наш мир такой опасности.

– Если вы имеете в виду прорыв материи из-за артефактов Всевластия, то это не его вина. Вернее, не только его.

– Прорыв материи – полбеды. А вот то, что он помогал Джамалу свергнуть императора Светлых земель, а затем отдал им Белые Пики с живущими там Ар-сакайя…

– Повелитель не знал про магов смерти. Он считал желание Жрецов прихотью, за что уже поплатился. Царство Кощеево пострадало не меньше остальных земель.

– И что, оно того стоило?

– Мне нечего ответить на этот вопрос.

– Знаю, и от этого горше вдвойне. Тенья, неужели нет ни единой возможности освободить тебя от влияния Кощея?

– Нет, наставница. И он не так плох, как все о нем думают. У хозяина были великие цели…

– Которые разбились о его одержимость силой.

– Он хотел сделать этот мир лучше.

– Не оправдывай его, девочка. У каждого злодея благие цели, вот только никто из них никогда не задумывался, чем они оборачиваются для других. Ладно, не будем больше спорить на эту тему. Лучше покорми своих учеников и расскажи, как вы попали в лес Забвения?

– Небольшой эксперимент одного из учеников. В целом весьма удачный, хоть и сработал не вовремя. Ядвига Еловна, а можете рассказать чуть больше про уничтожение земель Хаоса?

– Могу, хотя и не должна.

– Если боитесь, что Кощей может помешать, то напрасно. Он выполнил все обещания перед Жрецами Света.

– Что же, Тенья, ты ведь в курсе всех планов Кощея. Знаешь, что он послал Василису в Сид-Ахай – самое сердце земель Хаоса, чтобы она уничтожила артефакт, удерживающий Границу? Ей это удалось, и барьер, отделяющий наши миры, пал. Сейчас объединенные войска удерживают натиск тварей, но все осложняется угрозой нападения Светлых. Поэтому было принято решение возвести между Закатными землями и Светлой империей новую Границу, а вот земли Хаоса мы перенесем в другое место.

– Но как это возможно?

– Благодаря знаниям Путешественника. И что-то мне подсказывает, что у нас все получится.

– Знаю, что вы мне не поверите, но я желаю вам удачи. Наш мир не заслужил всех тех испытаний, через которые ему пришлось пройти.

– И по чьей вине? – пробурчала наставница, явно намекая на Кощея.

Что же, у нее было полное право на это. Хозяин действительно был виноват, что вовремя не распознал опасность, исходящую из древних артефактов силы. Увлеченный своими опытами и любовными подвигами, он упустил момент, когда главный артефакт – яйцо Смерти – начал излучать энергию, разрушающую мировую материю. Многие считают, что именно из-за этого произошел прорыв. Я тоже так думала, пока не узнала всей правды и того, насколько во всем были замешаны Жрецы Света. Но что тогда, двадцать лет назад, что сейчас – переубеждать Совет магов было бессмысленно. Они нашли виновного в своих бедах и не желали ничего слушать, а Кощей устал говорить и доказывать, предпочитая тратить оставшуюся энергию на спасение собственной жизни.

– Тенья, сколько Кощею осталось? Он ведь умирает?

– Не знаю, – честно призналась я, потому что действительно не ведала, сколько хозяин проживет с учетом вернувшегося бессмертия.

– Когда его не станет, ты вернешься домой? Девочки скучают по тебе.

– После всего, что я сделала? Сильно сомневаюсь, Ядвига Еловна. Встреча с Радомилой в царстве Кощеевом лишь подтверждает мои предположения. Они не простили и никогда меня не простят.

– Ошибаешься, Тенья, но я не буду тебя переубеждать. Ты сама все поймешь, когда встретишься с ними.

– Если встречусь…

Я направилась к столу, за которым сидели ребята, с открытым ртом слушая рассказы черного кота. Поставив в центре блюдо с пирогом, несколько видов булочек, а так же конфеты и печенье, я устроилась возле окна и с легким отголоском грусти оглядела избушку. Как же давно я здесь не была. Столько всего произошло за это время, но… я ни о чем не жалела. Кончилась пора, когда совершенные поступки довлели надо мной. Свобода от чувств подарила свободу от сожалений, позволяя уверенно идти вперед.

У наставницы мы пробыли до самой ночи. Ядвига Еловна вместе с Баюном рассказывали моим ученикам жизненные и весьма нравоучительные истории, которые наверняка пригодятся ребятам в будущем. А после этого мне выдали портальный камень, настройку которого я доверила Богдану как самому старшему и опытному среди учеников. Напоследок распрощавшись с наставницей, я попросила ее не рассказывать остальным Ёжкам о моем визите. Не хотелось напоминать девочкам о своем существовании, да и не стоило оно того: у нас с ними были разные пути.

– Вот это приключение! – выдохнула улыбающаяся Нисса, когда мы вышли в портальном зале Обители. – Почаще бы!

– Уверена, что переживешь еще одну встречу с Колобком Хаоса?

– Нет, но как же это интересно! А еще поучительно! Мастер, спасибо, что познакомили нас с настоящей Ягой!

– Мы познакомились с настоящей Ягой гораздо раньше, – тихо, чтобы слышала только я, произнес Богдан, глядя на меня с высоты своего роста.

– У каждого в этой Обители свои тайны, – ответила я и отправила учеников по комнатам.

Мне предстояло проверить состояние Кощея и отобрать свитки для Константина. Впереди ждало еще одно не менее захватывающее путешествие.

Глава 3

– И это все? – не скрывая сарказма, спросил Константин, когда я разложила перед ним три свитка.

– Это самая достоверная информация. По крайней мере, именно так утверждают наши современники.

– Буду не против, если ты перескажешь содержимое своими словами.

– Как пожелаешь, царевич. Самый древний из свитков составлен за двести лет до Великого раздела, и именно в нем впервые встречается упоминание Источника вечной молодости. Автор текста утверждает, что обнаружил его во время путешествия по миру, когда в один из переходов сбился с пути и случайно угодил в расщелину. Провалившись под землю, путешественник угодил в небольшое светящееся озеро, которое назвал «странным». В чем именно проявлялась странность, увы, неизвестно, но после купания с этим искателем приключений начали происходить необычные вещи. Он стал намного выносливее, помолодел, а еще обрел так называемый душевный покой. Помимо этого я выяснила, что автор написал еще несколько трактатов, последний из которых был составлен спустя шестьсот лет. О дальнейшей судьбе автора этого текста неизвестно.

– А место? Что о нем известно и где стоит искать?

– Очень размыто, но, возможно, ты сможешь разобраться в описании. – И я подвинула свиток Кощею-младшему.

– Позже обязательно ознакомлюсь. Что дальше?

– Вторая запись была сделана светлым магом, который вместе со своими коллегами совершал экспедицию. В один из переходов их настигла магическая гроза, из-за которой светлым пришлось искать убежище. Им стала небольшая пещера, на которую маги наткнулись в лесу. Забравшись внутрь, маги обнаружили проход, уходящий под землю. Ожидая окончания грозы, они пошли бродить по тоннелю и вышли к огромной подземной пещере, в которой тоже имелось озеро. Только на сей раз автор описывал не странную воду, а небольшой островок в центре, на котором росло дерево с золотыми листьями. К сожалению, разобрать остальной текст не удалось, но здесь упоминается, что светлые изучали прилегающие к империи острова.

– С чего ты взяла, что эта пещера с деревом имеет к нам отношение?

– Эти светлые прожили невероятно долгую жизнь и были причислены к лику святых. Дату их смерти, кстати, я так и не нашла.

– Неожиданно. А третий?

– В нем про Источник упоминается лишь вскользь, зато подробно рассказывается о диковинном острове, где происходят странные вещи. Какого именно плана – неясно, но это место совпадает с тем, что описывали светлые.

– Не против, если я передам свитки своим людям? Как только они разберутся и смогут определить местонахождение источника, я отправлю туда отряд.

– Хорошо. Только предупреди, пожалуйста, заранее, когда мы выдвигаемся.

– Мы?

– Да, царевич. Я обязана проследить за выполнением договора, так что отправлюсь вместе с отрядом.

– Этот вопрос даже не обсуждается!

– Согласна, тут и обсуждать нечего.

– Тенья!

– Царевич.

– Шантажистка! – недовольно произнес Константин, а я испытала пусть и мимолетное, но удовлетворение от маленькой мести.

– Ничего подобного, я всего лишь контролирую соблюдение договора. Если вопросов больше нет, я пойду. Ты знаешь, как со мной связаться.

– Тебе необязательно уходить. Можешь остаться в тереме, в своей прежней комнате.

– Спасибо, царевич, но на данный момент твой отец зависит от меня, и я не имею права его бросить.

– Я… могу забрать его, – с запинкой произнес Константин, но выражение лица даже не изменилось.

– Не стоит.

– А что с ним станет, когда ты уйдешь на поиски Источника? Кто о нем позаботится?

– Самая лучшая сиделка, которой даже твои маги неровня.

– Я заинтригован.

– Прости, но я не могу рассказать. Мне пора. Я буду ждать твоего зова.

Больше не слушая возражений, я использовала переход, как и в прошлый раз запутывая следы, прежде чем выйти в Обители. Проверив Кощея и убедившись, что он крепко спит, отправилась к Мастеру Ульсану.

После короткого стука и разрешения войти я прошла внутрь и замерла перед маленьким столиком, за которым сидел Глава Обители.

– Присаживайся, Тенья. Я ждал тебя, – произнес Мастер, разливая по чашкам зеленый травяной напиток.

– Думаю, вы знаете, о чем я хотела поговорить.

– Знаю и уже вызвал Чаровницу. Она прибудет через два дня.

– Меня удивляет ваша способность знать будущее, не имея дара предвидения.

– Иногда достаточно обладать нужными знаниями, чтобы «предвидеть» грядущие события.

Вместо ответа я склонила голову, отдавая дань уважения талантам Главы Обители.

– Мастер, вы уже решили, куда хотите отправить старшекурсников?

– Решил, но твой вариант меня тоже устраивает. Многие мастера пытались найти Источник, но, увы, никто не смог. Я не верю в удачу этого похода, но надеюсь, дети смогут получить хороший жизненный урок. Заодно посмотрят на мир.

– Не самые обнадеживающие слова, но спасибо, что не отговариваете и не запрещаете.

– Каждый имеет право на свои ошибки, и, возможно, в будущем они помогут избежать новых.

– Возможно, – не стала спорить я. – Мастер, скажите, вы действительно хотели отдать моих учеников Валлею?

– Нет, – Ульсан сделал несколько мелких глотков из чаши, – но вероятность этого помогла тебе принять правильное решение, на которое я рассчитывал. Ты ведь и так догадалась об этом. Умная и талантливая девочка.

– Спасибо, Мастер. Вот только… Вы ведь понимаете, что это путешествие может быть опасным?

– Не может, а будет. Но не бойся, ты со всем справишься. У тебя надежная опора, – ответил Ульсан, еле заметно улыбаясь. – Иди, Тенья, порадуй своих учеников. Ответы на остальные вопросы даст только время.

– Благодарю, Мастер.

Коротко поклонившись, я вышла из кабинета, размышляя о словах Ульсана. За время, проведенное в Обители, я уже успела убедиться – ее глава никогда и ничего не говорит просто так. Значит, стоит тщательно подготовиться к путешествию и настроить учеников соответствующим образом.

В классе я поприветствовала учеников и медленно обвела взглядом каждого из пяти подопечных. Видя их настороженность, я еле заметно улыбнулась. Выражение на лицах тут же сменилось на удивление. Нет, от меня не ждали подвоха, просто… Я впервые им улыбнулась. Осознание этого подвело меня к мысли, что в последнее время заклинание, блокирующее эмоции, стало непозволительно быстро истощаться. Видимо, придется в дороге изучить материалы по работе с эмоциональным заслоном.

– У меня для вас новости, – наконец произнесла я, когда даже самый спокойный и взрослый Богдан заерзал на месте. – Даже две. Как вы уже догадались, одна хорошая и одна плохая. С какой начать?

– С хорошей, – тут же откликнулась Нисса, подпрыгивая на месте от нетерпения.

– Совсем скоро вам придется покинуть стены Обители.

– А какая тогда плохая?

– Вы покинете ее вместе со мной.

– То есть?.. – недоверчиво протянул Велимир.

– Мы отправляемся на практику.

Конец фразы потонул в громогласном «Ура!», которое наверняка было слышно и в соседних кабинетах. Дождавшись, пока ученики успокоятся, я поспешила вернуть их с небес на землю.

– Я тоже рада, ведь это такой уникальный шанс – продемонстрировать полученные в области зельеварения знания и усвоить на практике новые. С этого дня мы начинаем готовить универсальное зелье в дорогу, поскольку я пока не знаю точно, куда мы отправимся. Вопросы?

– Нет, только замечание, – ухмыльнулся Богдан. – Вы у нас самая лучшая!

– Надеюсь, после практики твое мнение не изменится.

Иногда мне казалось, что с тех самых пор, как я закрылась от эмоций, мир вокруг превратился в череду однообразных событий. Порой менялись действующие лица либо результат тех или иных решений, но… Передо мной словно листали пожелтевшие страницы истории. Истории любви и предательства, напрасных обещаний и глупых надежд. Чувства заставляли людей пропускать все через себя, придавая событиям эмоциональную окраску, а без них все казалось пустым. Значение имела лишь воля моего хозяина, которая приводила меня к нужному ему результату.

Мои дни походили один на другой. На рассвете я шла в лабораторию и готовила для Кощея зелье, которое помогало ослабить боль. Затем был незатейливый завтрак и занятия со средней группой, в которой учились ребята не старше четырнадцати лет. После этого снова возвращение к хозяину и опять зелье. Обед. Занятия. Кощей…

Размеренный ход событий нарушил глухой стук в дверь. Я как раз закончила поить повелителя и собиралась на завтрак. Если кто и нарушал наше уединение, то только присланные Главой Обители служки, поэтому я спокойно открыла дверь и в следующее мгновение отшатнулась. В проеме стояла Чаровница.

Сильнейший чаромаг, который посредством воздействия на сознание мог творить с телом все, что угодно. Наведенные ими чары обманывали чувства и разум, заставляли видеть то, чего нет, и не видеть вещи, которые находятся прямо перед глазами, слышать мнимые звуки или создавать двойников. Чаровница могла создать путаный лабиринт внутри чужого сознания, и душа, неспособная выбраться из него по своей воле, так и плутала. Окружающим казалось, что перед ними пустая, но живая телесная оболочка – овощ. Он ни на что не реагировал, но при этом оставался живым… А могло быть иначе, когда, несмотря на все болезни тела, человек чувствовал себя совершенно здоровым, и это облегчало его страдания.

Помощь такого профессионала стоила невероятно дорого, и не всегда удавалось расплатиться деньгами. Отличительным признаком Чаровниц являлись рисунки по всему телу, в том числе и на лице. Они складывались в странные, постоянно движущиеся узоры. Прикасаясь к кому-то, Чаровницы передавали ему часть узоров и именно с их помощью творили свою странную магию.

– Госпожа Тенья?

– Да, – кивнула я и сделала приглашающий жест. – А вы?

– Санавер, – представилась гостья, не сводя с меня взгляда черных глаз.

– Мастер Ульсан ввел вас в курс дела?

– Да, Затворник поведал о вашей проблеме. Где больной?

Показав Санавер комнату Кощея, я поинтересовалась, что ей будет нужно для работы и чем я могу помочь. Отрицательно покачав головой, Чаровница отправила меня к Мастеру Ульсану и полностью сосредоточилась на моем подопечном. Мне хотелось понаблюдать за ее действиями, но интуиция подсказывала, что сейчас лучше оставить их наедине, поэтому я направилась в кабинет Главы Обители, недоумевая, что могло понадобиться ему в столь ранний час.

– Доброе утро, – поздоровалась я, привлекая к себе внимание.

– Хорошего дня, Тенья. Полчаса назад у меня в кабинете появился свиток с печатью Кощея-младшего.

– Странно… – Я нахмурилась. – Он должен был переместиться прямо ко мне.

– Защита Обители.

Удовлетворившись объяснением, я переключилась на послание: сломала печать, быстро пробежалась глазами по тексту, а затем посмотрела на Ульсана. Вроде бы и знала, что совсем скоро придется покинуть это место и отправиться в путь, но даже не предполагала, что это произойдет так скоро.

– Царевич сообщает, что его летописцы смогли найти записи, в которых упоминается Источник молодости. Они сопоставили их с теми сведениями, которые были у меня – теперь у нас появилось направление для поиска. Завтра мы выдвигаемся.

– Тенья, он уже знает, что ты отправляешься в компании учеников?

– Еще нет.

– Тогда удачи, девочка. Она тебе определенно пригодится.

– На что вы намекаете?

– Скоро узнаешь, – улыбнулся Мастер и вернулся к своим делам.

Задумавшись, я отправилась собираться в дорогу. Самые необходимые вещи были уже подготовлены, оставалось доложить кое-какую мелочь и еще раз все перепроверить. Ну и обрадовать учеников.

* * *

– И как это понимать?

– Никак. Просто принять как данность.

– Да неужели? Тенья, отойдем!

Мы находились в одном из залов башни Иглы, оборудованном стационарным порталом. Меня оттащили за ближайшую колонну, где я услышала сердитое:

– Это что такое?

– Как я уже говорила ранее – мои ученики.

– Не буду спрашивать, где ты их взяла. Меня больше интересует, зачем ты их притащила?

– Они отправятся вместе со мной. Помогут в поисках и заодно пройдут практику.

– Тенья… – как-то обреченно протянул царевич и прикрыл глаза. – Так, давай начнем сначала. У нас с тобой был уговор, по которому я помогаю отцу вылечиться, а он передает мне артефакты власти. Так?

– Пока все верно.

– Тогда поясни мне, пожалуйста, в каком из пунктов говорилось про довесок из пяти детей?

– Они не такие уж и дети, все же самой младшей шестнадцать лет.

– Недоросли в договор тоже не входили…

– Это дополнительное условие договора, обозначенное звездочкой.

– Издеваешься?

– В договоре на самом деле есть пункт, который значится как «Непредвиденные ситуации». Это как раз такой случай.

– То есть пять полностью укомплектованных к походу учеников – непредвиденная ситуация?

– Скорее, кураторство над ними оказалось непредвиденным, даже неожиданным. А сборы в дорогу прошли в полном соответствии с планом и указаниями опытных наставников.

– Тенья-а-а, – нехорошо протянул Кощей-младший, но я даже не вздрогнула. – Или отправляешь их обратно, откуда взяла, или мы остаемся здесь!

– Константин, ты можешь остаться. Я вообще не рассчитывала на твое присутствие, ведь была обещана группа специалистов.

– Я передумал и, как оказалось, не зря. Так что либо твои ученики остаются, либо остаемся все вместе.

– Остаться мы в любом случае не можем. Согласно магическому договору…

– Не уступишь, значит?

– Нет.

– Что ж, хорошо. Тогда за все последствия будешь отвечать сама. Я и пальцем не пошевелю для спасения этой малышни!

– Я и не надеялась на подобное.

У меня даже голос не дрогнул, я действительно не собиралась перекладывать ответственность на Константина.

– Больше вопросов нет?

Вместо ответа царевич недовольно сверкнул зелеными глазами и стремительно зашагал в сторону сгрудившихся учеников. Окинув всех хмурым взглядом, Константин подхватил свою дорожную сумку и кивнул магу, разрешая активировать переход. Судя по тому, что он решил воспользоваться стационарным порталом, путешествие предстояло на большое расстояние. Как только голубая пленка пространственной магии затянула арку прохода, царевич сделал последние шаги и скрылся за мерцающим пологом.

– Богдан, ты первый, – глядя на своих притихших учеников, скомандовала я. – Следом по старшинству.

Удобнее перехватив вещи и сумки с припасами, ребята выстроились в линию и один за другим ныряли в портал. Заминка произошла, лишь когда очередь дошла до младшенькой. Немного потоптавшись на месте, она жалобно посмотрела на меня, а потом призналась:

– Никогда не пользовалась такими переходами.

– В нем нет ничего страшного, Нисса. Своей структурой он похож на стандартный портал, через который мы с тобой пришли в этот зал.

– Да-а-а… Только мастер Валлей рассказывал, что при использовании стационара шанс остаться без одной из частей тела очень велик.

– И чем же обусловлен этот шанс?

– Стационарные порталы требуют большое количество сил. Если маг, активирующий его, недостаточно силен, то из-за потери энергии происходит разрыв и…

– Юная госпожа, – заговорил тот самый маг, который открыл переход, – поверьте, я достаточно силен, чтобы продержать портал час. Но да, чем дольше вы медлите, тем слабее я становлюсь, и…

Дослушивать Нисса не стала, нырнув в проход. А я, поблагодарив мага за помощь, поняла одну печальную вещь – Валлей забивал головы детей глупостями. И какими – мне только предстояло узнать.

Короткое чувство полета… И чужие руки резко дернули меня в сторону, прижимая к теплому телу. Я вопросительно посмотрела на Богдана, который оттащил меня от портала, но, не получив ответа, осмотрелась. Оказалось, переход выходил прямо около дерева, и, судя по потирающим лоб мальчикам, их не миновало близкое общение. Даже Нисса набила шишку, видимо, потому, что поспешила нырнуть в переход.

– Не ушиблись? – заботливо поинтересовался ученик, продолжая меня придерживать.

– Все хорошо, спасибо. Достать вам мазь от ушибов?

– Само пройдет, – пробурчал Миробор, настороженно озираясь по сторонам.

Местность была незнакомая. Густые сумерки мешали хорошенько рассмотреть деревья и травы, но все равно окружающее мало походило на природу Сказочного мира.

– Странно, – пробормотала я, снова всматриваясь в растительность под ногами.

– Что такое? – тут же откликнулся Богдан, который по-прежнему стоял рядом.

– Травы… Никогда не встречала такого необычного соседства. Да и цвет отличается от привычного. Не могу понять, где мы.

– Неудивительно, ведь ты вряд ли бывала здесь раньше, – раздался голос из-за деревьев, а следом появился и его обладатель.

– Где мы?

– На острове Буяне. В княжестве Гвидона-светлого.

Сумка с вещами выпала из ослабевших рук, а дыхание на мгновение сбилось. Это имя знали все темные. Им пугали маленьких детей, на его примере разбирали боевые заклинания светлых магов, а Жрецы Света мечтали заполучить в свои ряды.

Князь Гвидон – примечательная личность. Будучи простым человеком, он сумел победить темного мага. Не рядового, а очень сильного мага. Никто доподлинно не знал, как ему это удалось, но после смерти чародея в князе проснулась новая, колоссальная сила. Долгое время правители Закатных земель опасались, что светлые смогут привлечь Гвидона к противостоянию между магами, поскольку он был выходцем из Светлой империи. Прошли годы, а князь так ни разу не ступил на наши земли, предпочитая жить на острове. А вот свое уединение оберегал люто.

Были глупцы из темных магов, что мечтали отомстить за гибель соратника и перемещались на Буян. Никто не знал, что с ними стало, поскольку с тех пор их не видели.

– Отойдем? – Теперь уже на приватном разговоре решила настоять я, с удивлением отмечая, что злюсь.

Направившись к Константину, я прошла мимо него и нырнула в сумрак леса. Кощей последовал за мной, бесшумно ступая по мягкой траве. Убедившись, что теперь ученики нас не услышат, я недовольно посмотрела на царевича.

– Ты мог изначально предупредить о месте назначения?

– Мог. Точно так же, как ты могла предупредить о своих учениках.

– То есть это месть?

– Всего лишь пункт, который значится как «Непредвиденные ситуации».

– Ясно, все-таки месть, – вздохнула я, беря эмоции под контроль. – Что нас здесь ждет?

– Судя по многочисленным слухам, ничего хорошего.

– С чего ты вообще взял, что Источник находится именно здесь?

– Не ты ли снабдила меня подсказками? – Константин изогнул бровь, иронично глядя мне в глаза. – Подумай сама, как обычный человек, не наделенный силой, смог сразиться с темным магом? При этом не просто остаться в живых, а победить его? Напрашивается вывод: либо у князя припрятан очень мощный артефакт, либо под боком волшебный Источник, который питал его и придавал сил. Далее, подумай, сколько этой истории лет? А заезжие в Закатные земли купцы до сих пор рассказывают, что Гвидон жив, здоров и даже не состарился. Я могу предположить, что его дети унаследовали внешность отца, но на фоне остального…

Царевич немного помолчал.

– Именно про этот остров писали светлые маги, которых причислили к лику святых.

– Но там же упоминались острова…

– Не острова, а остров. Буян.

– Мы должны вернуть детей обратно!

– Прости, но это невозможно. У меня с собой только один портальный камень. Если я использую его сейчас, то мы больше не вернемся на остров. Не в этом году точно.

– Почему?

– Не сможем пробить защиту.

– Но сейчас же мы ее пробили!

– Прислушайся, Тенья.

Замолчав, я последовала совету царевича. Сначала был слышен лишь шелест деревьев, смешивающийся с тихим свистом ветра. Затем вдали раздались приглушенные раскаты грома и всплески воды. Но главное, в воздухе отчетливо пахло озоном и чувствовались силовые вибрации.

– Магическая гроза?

– Да. Сейчас на Море-океане сезон дождей. Именно это помогло нам незамеченными попасть на остров, пробив защиту. На то, чтобы найти Источник, у нас неделя.

– Ты знаешь, в какой части острова нужно искать?

– Не точно, но предположения есть. Сейчас разобьем лагерь, переждем непогоду, а потом выдвинемся в путь.

– В ночь?

– Время на острове совпадает с нашим, Тенья.

Эта информация не порадовала. Какой же силы должна быть спешащая к нам гроза, если она погрузила весь мир во мрак и заставила животных пугливо разбежаться по норам?

– Надеюсь, гроза – самое страшное, что нам предстоит пережить на этом острове.

– Надейся… – последовал весьма оптимистичный совет.

Когда мы вернулись, ученики уже разбивали лагерь. Умница Богдан тоже почувствовал приближение непогоды и взял на себя роль старшего. Никто из ребят не возражал, признавая его лидерство.

– Мы расставили вокруг лагеря охранные кристаллы, – отчитался Богдан, как только мы с царевичем вышли из леса. – Если мы их активируем, нас не засекут?

– Нет, магический фон сейчас нестабилен, и такой маленький всплеск, скорее всего, отнесут к грозе. Активируйте.

Тонкая магическая пленка, слегка светящаяся в сгустившейся темноте, накрыла нашу поляну, отрезая от внешнего мира. Звуки стали глуше, а буйство стихии и вовсе пропало. И как раз вовремя: порыв ветра, налетевший непонятно откуда, практически прижал верхушки деревьев к земле. Под вспышки молний было видно, как ломаются сучья и тонкоствольный молодняк. Наблюдая за разразившейся грозой и затянутым черными тучами небом, я размышляла о том, как мы будем искать Источник.

Магическая гроза – феномен, который появился еще после первой войны магов. Во время сражения из-за столкновения стихийных заклинаний над землей стали скапливаться остатки волшебной энергии, постепенно закручивающиеся в единый поток. К нему постепенно добавлялись и атмосферные осадки. Со стороны это явление действительно походило на грозу. В результате непрерывной циркуляции магии грозовой фронт постепенно расширял свои границы и в скором времени дорос до размеров территории Светлых земель.

Последствия самой первой грозы были ужасны. Разрушительная сила скопившейся магии не только нарушила естественное течение волшебных потоков, но и изменила их, что привело к образованию брешей в материи мироздания. Магам всех стихий пришлось объединиться, чтобы предотвратить утечку земной энергии в другие миры.

Какие-то «дыры» удалось залатать, силу грозы – уменьшить, но вот истончившуюся материю мироздания восстановить не смогли. Многие считают, что именно из-за этого артефакты Всевластия Кощея в активной фазе повредили целостность энергетических потоков, в результате чего произошло непоправимое: Зеленые Холмы исчезли с карты Сказочного мира, а на их месте образовались земли Хаоса.

Очередные воспоминания повлекли за собой знакомую боль в груди, от которой на мгновение потемнело в глазах. Сделав несколько глубоких вдохов, я отошла к краю купола и почувствовала чужой пристальный взгляд.

– Ты в порядке? – спросил Константин, протягивая мне кружку с травяным отваром.

– Да, спасибо. Надеюсь, купол выдержит непогоду. В этих местах гроза намного сильнее, чем у нас.

– Не переживай, я влил в кристаллы свою силу.

– Спасибо, царевич.

– Тенья, ты ведь знаешь, что я не люблю формальности.

– Ой ли?

– Не в твоих устах, – произнес Кощей-младший и отошел обратно к огню.

Сделав глоток отвара, я все же не смогла сдержать улыбку. Сладкий… Кажется, помимо Константина и бывших подруг-Ёжек, никто и не знал, что я предпочитаю именно такой.

– Мастер, – позвала меня Марьям, – что нам делать?

– Раз выпало немного свободного времени, то поговорим об этом месте, а затем о стационарных порталах. Как выяснилось, у вас есть пробел в знаниях.

Рассевшись полукругом у костра, ребята притихли и приготовились слушать.

– Первое упоминание об острове Буяне появилось во времена царя Салтана. Из исторических хроник известно, что в период одной из войн с соседями он вынужденно покинул свое царство, оставив дома молодую жену в положении. Чтобы воспрепятствовать рождению наследника и узурпировать царскую власть, родственники Салтана устроили заговор и обманом избавились от царицы. О том, как ей удалось выжить, история умалчивает, но поговаривают, что остров сам откликнулся на молитвы женщины и появился прямо посреди Моря-океана.

– То есть это Живая земля? – благоговейно прошептала Нисса.

– Сами понимаете, что доказательств ни у кого нет, но именно так и считают исследователи.

– Значит, остров принял женщину, признав ее своей хозяйкой. Но для чего?

– Удивительно то, что на остров ступила уже молодая мать с сыном. Было ли это подарком судьбы для оклеветанной царицы или же живой остров устал от одиночества, мне неведомо. Если повезет, то мы с вами сможем разгадать и эту тайну, а пока слушайте дальше. После того как мать с ребенком выбрались из бочки, долгое время они жили одни. Остров помогал им и оберегал, наблюдая, как маленький мальчик превращается в сильного мужчину. И однажды подстроил его встречу с небезызвестной нам магиней – царевной-лебедью. Что было дальше, думаю, знает каждый.

– Смерть чародея, создание Града и возведение Гвидона на престол, – отчеканил Велимир.

– Затем наполнение казны благодаря золотым орехам, укрепление военной мощи при поддержке богатырей и свадьба Гвидона, – закончила мысль Марьям.

– Если коротко, то да. Но на самом деле все было не так гладко, как рассказывают легенды. Да и сейчас этот остров окутан пологом загадок и тайн. Так что будьте осторожны и постарайтесь не привлекать к себе ненужное внимание. А теперь поговорим о порталах. Нисса, прошу.

– А что я? – смутилась девушка, опуская голову.

– А ты у нас самая осторожная, так что тебе и слово, – мягко улыбнулась я.

Слушая ответ ученицы, я мысленно поминала Валлея не самыми добрыми словами. Затем попросила всех достать письменные принадлежности и принялась рассказывать, как на самом деле устроены порталы и принцип их работы. Ученики слушали очень внимательно, иногда делая пометки в блокнотах и задавая уточняющие вопросы. Вместе с ними в мои объяснения вслушивался и Константин, очень странно улыбаясь.

Гроза закончилась после обеда. Под разбросанными всюду ветками просматривались большие лужи, а палящее солнце, неожиданно выскочившее из-за облаков, обещало тяжелую дорогу. Но выбора у нас не было. Собрав лагерь, мы замаскировали следы нашего пребывания и двинулись в путь, на поиски Источника.

Глава 4

Идти было тяжело. В основном из-за грязи, чавкающей под ногами. Густые ветви деревьев то и дело пытались зацепиться за волосы или одежду, царапали кожу, оставляя на нас зеленоватую пыльцу. Я ненадолго остановилась, чтобы собрать ее во флакон для дальнейшего изучения. Не нравился мне этот остров, да и лес не внушал доверия. Все время казалось, что по телу скользит чей-то злой жадный взгляд. Догнав Богдана, который замыкал наш небольшой отряд, я пристроилась рядом.

– В чем дело? – спросила я, глядя на сосредоточенное лицо ученика.

– Не знаю, мастер, но мне как-то неспокойно.

– Поэтому я хочу, чтобы ты шел впереди меня.

– Нет.

– Что значит «нет»?

– Простите, мастер, но вы женщина. В случае нападения от вас будет мало проку, поэтому замыкающим останусь я.

– Богдан, – мягко начала я, – твое желание защищать очень похвально. Я ценю проявляемые тобой качества, но пойми, на практике именно я несу за вас ответственность.

– Несите, а я немного помогу и облегчу вашу ношу, – открыто улыбнулся ученик и подтолкнул меня вперед. – Мы отстаем, мастер.

Спорить я не стала, тем более мы действительно отстали. Но поведение ученика взяла на заметку. Столь ярое желание защищать и оберегать могло привести к печальным последствиям, когда смельчак идет на безумные подвиги, стараясь спасти других ценой своей жизни, при этом в запале не рассмотрев все возможные варианты спасения. На практике я такого допустить не могла.

– Мастер, расскажите, пожалуйста, для чего именно мы прибыли на остров? Только ради практики или…

– Совмещаем. У вас будет уникальная возможность получить тайные знания об острове Буяне, порадовав ими Мастера Ульсана. А я постараюсь помочь одному магу, который очень нуждается в чуде.

– Хорошему магу?

– Мне сложно ответить на этот вопрос. Каждый из нас по-своему понимает значение слов «хорошо» и «плохо». При этом вряд ли найдется среди живущих хоть кто-то без греха за душой.

– Но только не вы. Вы очень хорошая и добрая!

– Внешность обманчива, – грустно улыбнулась я, а перед мысленным взором появилось лицо.

Знакомое до боли, до каждой черточки и морщинки. Образ, который я пронесла с собой сквозь годы и по вине которого стала такой…

– Мастер, – тихо позвал Богдан, к чему-то прислушиваясь, – вы ничего не чувствуете?

Я настороженно остановилась, пытаясь понять, что вызвало тревогу ученика. Лес немного пугал звенящей тишиной, не нарушаемой ни птичьими трелями, ни шелестом листьев, но это было обычным явлением после грозы. Магические потоки тоже молчали, а вот нехорошее предчувствие возникло неожиданно.

– Чувствую, но пока не могу сказать, что именно. Не зевай и не отставай, – поторопила я, глядя вслед ушедшей вперед группе.

С учетом того, что Богдан был почти на две головы выше меня и больше раза в полтора… Хмыкнув, парень подхватил меня на руки и стремительно рванул вперед, сокращая расстояние до поляны, на которую как раз вышли остальные и поджидали нас. Под ледяным взглядом Кощея-младшего меня поставили на землю, а затем еще и придержали за плечи.

– В чем дело? – недовольно спросил Константин.

– Не уверена, но кажется, за нами следят.

– Моя сигнальная сеть молчит, – отрицательно покачал головой царевич.

– Магические потоки тоже, однако я все равно чувствую чужое присутствие. Только пока не могу сказать, кто или что это.

– Что ты предлагаешь?

– Продолжить путь, но надо активировать защитные амулеты на детях.

«Дети» недовольно поджали губы.

– Не выйдет. После магической грозы окружающий фон нестабилен. Артефакты могут либо дать сбой, либо совсем выйти из строя. Не стоит рисковать.

– Хорошо, тогда поступим иначе. Богдан, ты лучше знаешь ребят. Сможешь построить их так, чтобы в случае нападения они друг друга подстраховывали?

Кивнув, Богдан неприязненно покосился на Константина, а затем отошел к остальной четверке. Пока они разговаривали, я услышала в свой адрес весьма странное замечание.

– Тебе не кажется, что заводить отношения с собственным учеником – не этично?

– К чему ты это сказал?

– Тенья, только слепой не заметит, как на тебя смотрит этот мальчишка.

– И как же?

– Так, как когда-то смотрел и я, – обезоруживающе честно произнес царевич, не сводя с меня взгляда изумрудных глаз.

– В таком случае должна тебя огорчить.

Он вопросительно изогнул бровь.

– Ты и сейчас на меня так смотришь, – ответив честностью на честность, я поспешила отойти, не имея никакого желания и дальше продолжать разговор.

Вот только мое мнение в данном случае никого не интересовало. Перехватив мою руку, Константин осторожно вернул меня на место и нахмурился. Он молчал, непонятно чего ожидая, а я думала. Вот дернула нечисть за язык, а теперь в голове ни одной умной мысли, как замять неприятную тему.

– Царевич, что еще ты хочешь от меня услышать? – наконец не выдержала я, спиной чувствуя любопытные взгляды учеников.

– Знаешь, на сегодня действительно хватит. Уже есть пища для размышлений.

– Не о чем размышлять.

– Это уже мне решать, – качнул головой Константин и отпустил.

Больше ни на кого не обращая внимания, он двинулся вперед. Нам ничего не оставалось, как отправиться за ним следом. Процессию снова закрывали мы с Богданом, только на этот раз на все попытки парня заговорить, я отвечала коротко и односложно, задумавшись над словами Кощея.

Если проанализировать поведение Богдана, то ничего предосудительного в нем не было. Весьма любознательный ученик часто оставался после занятий, задавал много вопросов. Я наблюдала в нем интерес к неизведанному и восхищение мной как мастером, но не как женщиной. Возможно ли, что это чувство Константин и принял за увлечение?

Покосившись на Богдана, я была вынуждена признать, что на мальчишку он походил меньше всего. Скорее на молодого мужчину, весьма симпатичного и улыбчивого, но при этом рассудительного и ответственного. Небольшая татуировка на шее и смуглая кожа выдавали в нем выходца приморского края, и тонкая косичка с бусинами, выделявшаяся на фоне короткого ежика волос, лишь подтверждала это предположение.

– Богдан, если не секрет, как ты оказался в Обители? – тихо спросила я, не сумев сдержать неожиданное любопытство.

– Меня нашел и привез один из бывших учеников Мастера Ульсана.

– Нашел?

– Когда-то я жил на Севере, но не среди вечных льдов и снега, а там, где Альма-река впадала в море. Эту небольшую часть берега круглый год оберегало Огненное течение, принося с собой тепло и стаи крупных рыб. С морского дна мы добывали жемчуг с мой кулак, – согнув пальцы, парень продемонстрировал поистине огромные размеры камней, – целебные водоросли и морских обитателей. У нас была налажена торговля с соседними поселениями и островами, к которым мы ходили на лодках. Мы регулярно устраивали праздники в честь Огня – нашего покровителя – и наслаждались жизнью. Моя деревня была райским местом, пока не произошел прорыв… В него хлынули твари Хаоса. Мне едва стукнуло три года, когда это произошло, но я помню все: кровь, крики и чавкающие звуки от пожирающих плоть монстров. Чувствую запах гари и соленый вкус маминых слез, когда она прятала меня в разломе скалы и закрывала своей спиной. Помню, как угасла жизнь в ее глазах и побелела кожа. Она спасла меня ценой своей души, позволяя узнать этот мир и познакомиться с людьми, которые сделали его ярче.

– Пусть ее душу хранят боги, – прошептала я, на мгновение прикрывая глаза. – Понимаю, что не имею права просить о таком, но все же – не повторяй судьбу матери. Не рискуй своей жизнью понапрасну. Умереть легко, это может каждый. А вот сражаться за жизнь дано лишь единицам, и я очень надеюсь, что ты окажешься в их числе.

Разговор не мешал следить за магическими потоками и окружающим миром. И когда на миг, всего одно короткое мгновение, силовые нити зазвенели, я тут же активировала защитные амулеты учеников. Успела…

Первое человекоподобное существо появилось сверху, прыгнув на спину Миробора. Вцепившись руками и ногами, оно стало стремительно изменять свои конечности, оплетая парня тонкими веточками, стараясь обездвижить. Таким образом Оплетай – а это был именно он – получал доступ к беззащитной шее жертвы, куда впивался острыми клыками ради свежей горячей крови.

Девочки завизжали. Я не успела подскочить к Миробору, как на поляне появились собратья нежити, причем были среди них и женщины со свисающей до пупка грудью, и мужчины с отвратительными наростами по всему телу, напоминающими гнойные волдыри. Оплетаи бросались на тех, кто оказывался ближе всего, пытались забраться на спину или повалить на землю, при этом отчаянно повизгивая.

Нападающих было значительно больше, поэтому мои ученики не смогли полностью избежать контакта с нежитью. Девочки кричали и пытались сначала оттолкнуть, а потом хотя бы сбросить с себя нежить. Велимир использовал магию, которая, впрочем, не причиняла Оплетаям никакого вреда. И только один человек оставался спокоен. Вытащив из ножен меч, он легко раскидывал нежить, на лету перерубая существ пополам и не обращая внимания на брызжущую во все стороны зеленую слизь.

Оплетаи визжали и шипели, но отступать не собирались, нападая снова и снова. Подкравшаяся ко мне со спины особь чуть не захватила в свои силки, но вовремя среагировавший Богдан оттолкнул меня в сторону и поймал уродливую женщину на свой меч. Схватка продолжалась не меньше четверти часа, пока последняя тварь не опала наземь двумя половинками. После этого пришел черед тех, кто успел оплести ребят ветками и заключить в непроницаемый деревянный кокон. Благо артефакт защиты сработал как надо, и ученикам ничего не угрожало. В физическом плане. А вот морально…

Забрав у Богдана охотничий нож с диковинной костяной рукоятью, я поспешила к обездвиженной Ниссе. Оттянув назад голову визжащего Оплетая, который пытался пробить защиту, перерезала ему горло и с силой дернула на себя, отделяя ее от тела. После этого облила деревянный кокон одним из имеющихся в запасе составов, который за десять секунд уничтожил силки. Присев рядом с подрагивающей девочкой, я прижала ее к себе и стала гладить по волосам, стараясь успокоить. Миробор, освобожденный Богданом, спокойнее отреагировал на нападение, а вот Марьям залилась слезами и бросилась на шею царевичу, который ее освободил. Она непрерывно шептала слова благодарности.

Убедившись, что все остались целы, я в принудительном порядке заставила их достать из сумок успокоительное зелье и принять.

– Не ожидал от вас, – произнес Богдан тихо, когда мы двинулись в путь.

– Чего именно?

– Ловко вы с ножом…

– Я уже говорила и не раз – внешность обманчива.

– Действительно. Иной раз она преподносит удивительные сюрпризы.

– Не то слово, – пробурчала я, прикрывая глаза.

Очередная вспышка воспоминаний накрыла совершенно неожиданно, принося с собой поток сожаления, боль в сорванном от крика горле и вкус крови на губах. Оплетай был не первым существом, которое я убила…

До самого вечера все было спокойно. Мы нашли новую поляну – небольшую, но окруженную соснами и неподалеку от реки. Пока мальчики ставили защиту и разбивали лагерь, мы с девочками занялись ужином. Все это время я наблюдала за Ниссой и Марьям, стараясь оценить их состояние. Если младшенькая выглядела испуганной, дергаясь от каждого шороха, то старшая настораживала задумчивостью и рассеянностью.

После того как все поели, кто-то из ребят подал идею поплавать. Вечер был довольно теплым, а речка спокойной. Попросив Константина проверить ее магически, я дождалась одобрения и позволила купаться только в проверенном месте. Еще и охранные кристаллы рядом активировала. Удивительно, но даже Кощей поддержал общий энтузиазм, правда, уединиться решил выше по течению, за ивовыми кущами.

Наблюдая, как парни входят в воду, а Нисса робко топчется у кромки, я поняла, что кое-кого не хватает. Марьям дольше всех копалась в вещах, а сейчас ее не было видно. Убедившись, что охранка работает исправно, я наказала ребятам следить друг за другом и отправилась на поляну. Здесь никого не было. Интуиция молчала, и беды ничто не предвещало, однако чем быстрее найдется ученица, тем лучше. Я создала маленький зеленый огонек и пустила его над землей, слегка подсвечивая себе дорогу, так легче было идти вдоль берега, обходя кусты и топкие места. Чутко прислушиваясь к колебанию магических потоков, я пыталась определить, не притаилась ли поблизости очередная диковинная нечисть или, не дай Прядильщицы, хозяева острова.

Когда за очередным пушистым кустом раздался тихий, но знакомый голос, я с облегчением выдохнула. Осторожно раздвинув ветки, выглянула из своего укрытия и понимающе, немного грустно, улыбнулась.

Константин стоял по пояс в воде. В ярком свете месяца было видно, как с черных распущенных волос стекала вода тонкими струйками по обнаженному телу. Но при этом весь облик его казался скучающим. Как и всегда, когда очередная легкая добыча падала к ногам.

Марьям… Она стояла в одной нижней рубашке, чуть прикрывающей бедра, почти вплотную к царевичу, и преданно заглядывала в его глаза. От воды ткань плотно облегала тело, но она будто не замечала этого, продолжая шептать что-то неразборчивое. Затем резко замолчала, смущенно опустив голову. Протянув руку вперед, Кощей осторожно коснулся девичьего подбородка, приподнял лицо, и…

Я сделала шаг назад. Потом еще один и еще, не желая и не имея права подглядывать. Мне было безумно жаль: внезапная влюбленность редко бывает счастливой, но все же… Не царевич должен был стать для Марьям первым мужчиной. Не тот, кто привык брать, ничего не отдавая взамен. Не тот, кто считал, что не умеет любить.

Но это не мое дело. Хоть я и воспринимала своих учеников детьми, но Марьям была уже взрослой девушкой. Она была вправе сама решать, с кем ей быть. И если это станет ошибкой, то лишь одной из многих на жизненном пути. Рано или поздно она вспомнится либо с улыбкой, либо с чувством сожаления.

Зеленый светлячок медленно плыл над землей, уводя меня все дальше от пары. В какой-то момент я вновь вышла к берегу реки у небольшой запруды. Проверив магические потоки, я не почувствовала ничего необычного, поэтому разделась и погрузилась в воду. Раньше, кажется уже в прошлой жизни, я очень любила плавать. Будучи ребенком, частенько бегала с соседской детворой на речку, порой часами просиживая в студеной воде. До синих губ, до сморщенной кожи на руках и ногах. А затем, изрядно замерзшая, вылезала на берег и отогревалась на палящем солнце, жадно вдыхая неповторимый аромат луговых трав.

Позже, будучи шестнадцатилетней девушкой, променяла речку на зеркальную озерную гладь. Туда мы ходили с подругами, большую часть времени посвящая уже не купанию, а разговорам о парнях. Там же я впервые повстречала мужчину, который стал для меня смыслом жизни и с уходом которого она оборвалась…

Сделав глубокий вдох, я с головой ушла под воду, позволяя течению ласково касаться тела и играть с волосами. Мелкий песок приятно перекатывался под ногами, лишь иногда обнажая скользкие камни. Здесь, под мерцающей гладью, было невероятно тихо и спокойно. Все звуки и мысли исчезли, оставляя после себя звенящую тишину. Кажется, я могла бы просидеть так целую вечность, если бы неожиданно сильные руки не дернули меня на поверхность, заставляя вынырнуть.

– Мастер, вы в порядке? – взволнованно спросил Богдан, убирая с моего лица налипшие пряди.

– Все в порядке, – вздохнула я, стараясь не демонстрировать свое разочарование от утраченного одиночества.

– Простите, не хотел вам мешать, но… Вас слишком долго не было на поверхности, и я заволновался.

– Спасибо, – мягко поблагодарила я и попыталась вывернуться из мужских рук, которые обжигали своим жаром сквозь тонкую ткань сорочки.

– Осторожно, здесь скользко, – качнул головой Богдан, а затем аккуратно вывел меня на берег.

Развернув свой плащ, Богдан накинул его мне на плечи, а затем отступил, отводя взгляд медовых глаз. Смущался, что выглядело смешным и милым одновременно. Он не пытался продлить прикосновение, хотя явно этого хотел. Не пробовал соблазнить, используя свое обаяние. Просто был рядом, подозрительно оглядывая ближайшие кусты, и терпеливо ждал, пока я оденусь. Такая трогательная забота вызвала очередной приступ сожаления, только на этот раз по поводу чувств ученика. Некоторое время назад я жалела Марьям и ее безответные чувства, осуждая поведение Кощея. Теперь же… сама оказалась на его месте, не имея права, да и возможности ответить на чувства Богдана.

– Спасибо. – Я вернула плащ.

– Мастер, мы вас чем-то обидели?

– С чего ты так решил?

– Я не могу понять, почему вы ушли так далеко, да еще одна! Это… из-за вашего спутника?

– Вовсе нет. – Я покачала головой, услышав в вопросе нотки ревности. – Иногда людям необходимо одиночество, чтобы собраться с мыслями и принять правильное решение.

– Нужно, но только не в такое время и не в таком месте. Простите, но это был безответственный поступок!

– Кажется, сегодня днем мы уже выяснили, что я не так беззащитна, как кажется.

– И все же я вас очень прошу больше так не делать. Не хочется следить за вами тайком.

– Я бы попросила тебя вообще за мной не следить и прекратить опекать. Хотя подозреваю, что это бесполезно.

– Бесполезно, – пожал могучими плечами Богдан, обезоруживающе улыбаясь. – Если вам так хочется, я создам иллюзию одиночества, но оставлять вас не намерен. Уж простите меня мнительного.

– Ты бы лучше об остальных ребятах подумал, прежде чем бросать их совсем одних.

Когда мы вернулись, все уже спали. Оглушенная воспоминаниями и заботой ученика, я легла на самой границе защитного полога, подальше от пляшущих язычков пламени. Уже проваливаясь в сон, я поняла страшное – заклинание хозяина, напитанное силой всего несколько дней назад, снова переставало действовать.

Не помню, что мне снилось ночью. Вначале был холод и тьма, которые медленно подкрадывались со всех сторон, затягивая в свою пучину, а затем пришло тепло. Оно окутало совершенно неожиданно, принося с собой покой. За этим теплом я и потянулась, в какой-то момент осознав себя лежащей не на тонком одеяле, а на мужской груди.

– Зачем? – тихо спросила я, не поднимая головы и не имея никакого желания выбираться из теплого кокона в холодное серое утро.

– Ты дрожала, – ответил Кощей равнодушным голосом.

– Костя…

– Пожалуйста, просто помолчи. Ты замерзала, я не дал тебе простудиться. Никакого подтекста, никаких намеков.

– Ты никогда не умел врать.

– Умел, только не тебе. Пора вставать.

Я молчала. Не открывая глаз, вдыхала мужской аромат и думала. Пыталась вспомнить, когда все это началось, и не находила ответа.

С Константином я впервые встретилась, когда он был десятилетним мальчиком. Несчастный ребенок, лишенный родительской любви. Его окружали наставники, призванные воспитать будущего правителя. Он не играл со сверстниками, все время отдавая учебе и поездкам по царству. Никогда не слышал похвалы от отца – тот был слишком занят собственными проблемами. Все время ходил с ушибами и ссадинами, полученными на тренировках. Никто не видел, как он плакал, замазывая раны мазями. Не слышал, как он шипел сквозь зубы от боли. А я знала…

Обычно никто из окружающих не мог пошатнуть моего равнодушия, но, кажется, тогда заклинание хозяина впервые дало сбой, и я пожалела ребенка. Вначале обрабатывала ушибы, одновременно заживляя наговором особо глубокие раны. Затем беседовала с мальчишкой, отвечая на многочисленные вопросы. А после…

– Гроза приближается, – раздалось над головой.

Константин осторожно посадил меня и отошел к костру. Вернулся уже с кружкой травяного сбора.

– Сколько у нас времени?

– Около двух часов. Может, меньше.

– А сколько нам идти до места?

– Дольше.

– Тогда предлагаю немедля выдвигаться, а прямо перед грозой снова сделать привал. Не хочу задерживаться в этом месте дольше необходимого.

– Как скажешь.

Царевич не стал спорить, а вернулся к костру, у которого уже сидели мальчики. Я перехватила взгляд, которым сверлил Константина Богдан, и мне это очень не понравилось.

Собрались все быстро, а вот двигались чрезвычайно медленно. Лес неожиданно стал гуще, а земля словно засасывала, мешая нормально переставлять ноги. Девочкам, не привыкшим к физическим нагрузкам, приходилось особенно тяжело. К тому моменту, как раскаты грома начали сотрясать землю, мы не прошли и половины намеченного. Самое неприятное заключалось в том, что гроза застала нас прямо в лесу, среди покосившихся от старости деревьев и сломанных веток.

– Царевич, нужно останавливаться!

– Впереди есть поляна, осталось совсем немного. – Он с трудом перекрикивал шум ветра.

Спорить я не стала, доверившись в этом вопросе более опытному человеку. В подростковом возрасте Константина часто отправляли в походы вместе с дружиной, чтобы он знакомился с владениями и теми, кто проживал на его территории. Частенько после возвращения домой он закрывался в своих покоях и подолгу сидел в одиночестве, а могучие дядьки за кружкой медовухи отзывались о будущем правителе уважительно.

Это были смутные времена для царства Кощеева. Правитель метался по свету в поисках спасения и в своих владениях появлялся лишь для очередного обряда. Приближенные к трону прихлебатели постепенно распустились, обворовывая, мухлюя, повышая налоги. Соседи, глядя на бесхозные земли, потихоньку совершали набеги, явно готовя полный захват. Царство приходило в упадок и беднело.

В наследнике зрела злость на отца, который бросил царство в угоду собственным желаниям. Помню день, когда спустя месяцы скитаний с хозяином я вернулась в Иглу, чтобы забрать несколько книг для царя. Тогда Косте было не больше четырнадцати, но взгляд изумрудных глаз уже казался не по годам мудрым и усталым. Закрыв за собой дверь отцовского кабинета, Константин долго не решался заговорить, обдумывал, подбирал слова.

– Тенья, скажи, когда отец вернется?

– Прости, царевич, но у меня нет ответа.

– Значит, очередные эксперименты, – с грустной улыбкой покачал головой наследник. – Он знает, что творится в царстве? Или его это больше не волнует?

– Ты сам ответил на свой вопрос.

– Тенья, ты его правая рука, советник. Ты знаешь о царстве все, и тебя знают все приближенные. Они прислушиваются к твоему мнению. Прошу, помоги мне.

– Чего ты хочешь, царевич?

– Спасти то, что мне предстоит унаследовать.

– И ты знаешь как?

Он кивнул, доставая из-за пояса скрученный в тугой свиток пергамент.

– Я составил ряд указов на ближайшие три года. Это поможет замедлить упадок и наладить сотрудничество с соседями. Посмотришь?

Приняв из рук Кощея-младшего документ, я долго вчитывалась в ровный, красивый почерк, оценивая и ум подрастающего наследника, и его желание защищать свои владения. Тогда, втайне от хозяина, я помогла Константину встать у власти и получить поддержку знати. И он не подвел, дав царству Кощееву новую жизнь.

В реальность меня вернула огромная капля, упавшая на лицо. Вздрогнув, я вытерла ее рукавом и посмотрела на почерневшее небо, в котором все чаще мелькали фиолетовые молнии. От силы грома в ушах неприятно звенело, а по телу расползалась мелкая вибрация. Шум приближающегося ливня нарастал, заставляя идти быстрее. Туда, где можно спрятаться от беснующейся стихии и отдохнуть от тяжелого пути.

На поляну, о которой говорил Кощей, мы с ребятами выскочили именно в тот момент, когда с неба хлынула стена дождя. Спасибо царевичу, который немного опередил нас и активировал кристаллы, тем самым обеспечив поляне сухость. Запустив всех под купол, я нырнула сама, с удовольствием снимая с себя насквозь промокший плащ. Рубашка тоже вымокла, облепив тело и холодя его, но я старалась не обращать на это внимания, в первую очередь озаботившись состоянием учеников.

Мальчики под руководством Богдана занялись костром, пока девочки топтались неподалеку и зябко растирали плечи. Оглядевшись, я приметила небольшой кустарник, который попал под защиту купола. Поманив учениц, я дала им разогревающую мазь и отправила переодеваться.

Заметив, что девчонки скрылись, парни тоже решили сменить рубашки, тем самым вызывая невольную улыбку. Ведь и не поймешь, то ли настолько воспитанные, что не хотели смущать одноклассниц своим видом, то ли сами стеснялись. Но в любом случае это говорило в пользу мальчиков.

Окинув поляну быстрым взглядом, совершенно случайно зацепилась за Богдана, который как раз надевал рубашку. Почти всю верхнюю половину тела украшали диковинные татуировки, часть из которых напоминала причудливые вязи рун, а другая – огромные, незнакомые мне символы. Засмотревшись, я пропустила момент, когда ко мне приблизился Кощей, своим телом закрывая обзор.

– Что-то случилось? – спросила я, переведя взгляд на хмурое лицо.

– Ты дрожишь, – ровно ответил Константин, а затем опустил мне на плечи свой плащ.

– Не надо, промокнет. Сейчас девочки выйдут, и я переоденусь.

– Я подожду.

– Чего? – не поняла я.

– Пока ты переоденешься, а то здесь слишком много желающих тебе помочь.

– Царевич, это мои ученики. Вполне естественно, что они уважают меня и стараются услужить.

– Не уверен, что поступки некоторых из них обусловлены только этим.

– А чем обусловлены твои? – глядя в горящие зеленью глаза, спросила я.

– Заботой о ценном помощнике.

– Спасибо, если это действительно так, – вздохнула я и попыталась растереть замерзшие руки. Константин отреагировал сразу, взяв мои ладони и согревая дыханием, от которого поднялось облачко пара. – Странно…

– Что?

– Температура воздуха падает, хотя под куполом она должна держаться на одном уровне.

– Вряд ли его создатели брали в расчет влияние магической грозы.

– Возможно, но это плохо. Ребята и так промокли, а если температура продолжит опускаться, то они наверняка простудятся. Это в лучшем случае, потому что я понятия не имею, какая зараза водится на этом острове.

– Справимся, – спокойно произнес царевич, а затем кивнул на кусты, из которых выбрались девочки. – Иди.

Достав из сумки сухую рубашку, я нехотя отдала плащ Кощею-младшему и скрылась за густой растительностью. Наспех втерев мазь в кожу, я надела рубашку и бросила косой взгляд в сторону леса – почудилось, что за куполом мелькнула тень. Чем больше времени мы проводили в этом месте, тем меньше оно мне нравилось. Кто знает, какие еще существа, давно уничтоженные в Закатных землях, могли сохраниться здесь? И почему Гвидон не истребил их, отдав почти половину острова? Может, он специально разводит этих тварей, чтобы они встречали нежданных гостей?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Можайник – пышный кустарник, отличается наличием колючих листьев насыщенного фиолетового цвета.

Вернуться