# Никакой романтики

Александр Александрович Князев

Данная книга: недоступная для всех и предоставляется лишь избранным.

В большом приморском городе уже давно случаются загадочные жестокие убийства. А еще бесследно исчезают люди.

Пока Петр Алексеевич Буковский безуспешно пытается найти убийцу, в одном из ресторанов города собирается странная компания. Люди с темным прошлым, маньяки, психопаты и просто психически неуравновешенные личности объединяются в общем проекте.

Таинственные исчезновения горожан повторяются все чаще. Среди похищенных оказывается и Анна, умная и отважная девушка. Она решает спасти не только себя, но и других пленников, которых держат в тесных камерах в подвале огромного особняка. Сможет ли Анна выбраться на свободу? Получится ли у нее помочь остальным и разрушить эту странную темницу, прервав цепь кровавых событий?

## От Автора

Действующие лица вымышлены, всякое сходство с реально существующими людьми не более чем случайное совпадение.

Александр Князев.

## Сквозь сон

Наблюдая за спящей парой, он сдерживал дыхание, будто хотел запечатлеть в памяти эту хрупкую идиллию, прежде чем разрушить её. Его руки покрылись холодным потом, а сердце стучало, как молот. Прямо перед ним седой, худощавый Филипп Григорьевич монотонно похрапывал, привалившись к плечу супруги, Элеоноры Романовны. Комната была просторной, и лунный свет, проникая в приоткрытое окно, освещал прикроватную тумбочку, где в хронологическом порядке были расставлены семейные фотографии в рамках. Владислав, как и планировал, выждал небольшую паузу и приблизился к кровати. Словно почувствовав на себе чужой взгляд, мужчина тут же проснулся. Сначала ему показалось, что это лишь дурной сон и ничего более. Неторопливо, с прищуром, Филипп осмотрелся вокруг. Взгляд его остановился на силуэте, ярко выделяющемся на фоне привычного убранства комнаты. Перед ним, в полумраке, стоял мужчина, которого он никогда раньше не видел. Лицо его было неразличимо, но от него ощутимо веяло холодом и тревогой. Сердце забилось, почуяв опасность. Филипп тут же решил подняться, но ноги предательски отказались слушаться. Лёжа на кровати, не в силах сдвинуться с места, он прошептал хриплым голосом:

– Кто вы?

Ответом была только пугающая тишина. Владислав, скрытый в тени, не двигался и наблюдал за происходящим. Одним движением он без колебаний вогнал лезвие идеально заточенного клинка в шею Филиппа, не почувствовав ни малейшего сопротивления. Тело безвольно содрогнулось и застыло.

Элеонора, почуяв сквозь сон неладное, открыла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд в полумраке, и увидела прямо над собой незнакомое лицо, освещенное тусклым светом уличных фонарей. Она попыталась крикнуть, но чья-то рука тут же зажала ей рот, не давая издать ни звука. Перед ней был мужчина, во взгляде которого сквозила глубокая пустота и холод, пронизывающий до самых костей.

"Ш-ш-ш," – прошипел он, прижимая ко рту холодную липкую ленту.

Она пыталась сопротивляться, но безуспешно, а лента, плотно залепившая её рот, исключала всякую возможность закричать.

Крепко связав её руки за спиной, Владислав оглядел свою жертву, словно желая удостовериться в надёжности проделанной работы. Все попытки вырваться он жёстко пресекал сильными ударами по болевым точкам.

Владислав поднял женщину на руки. Как только она почувствовала, что ноги отрываются от пола, ее тело бессильно обмякло, словно кукла, брошенная кукловодом. Ощущая, как ее выносят из комнаты, Элеонора уже не сопротивлялась.

## Листья у дороги

Стоял тёплый сентябрьский вечер. Воздух был наполнен лёгкой и приятной прохладой, погружающей в состояние комфорта и спокойствия. Пара, бегущая по чистым улицам города, вела непринужденную беседу, а вечерний ветерок приятно освежал их разгоряченные тела.

– А говорили – дождь, туман! На самом деле, отличная погода! Вот тунеядцы, совсем не хотят работать! Слышал, в Японии, в одном из городков есть такое правило: тот, кто публично предсказывает погоду, обязан одеться согласно своему прогнозу. Забавно! – подбадривал Артём.

Это был харизматичный взрослый мужчина с подтянутой фигурой, ростом около ста семидесяти сантиметров; всем своим видом он излучал уверенность. Аккуратная спортивная стрижка, красивые темно-русые волосы, правильные черты лица, подчеркивающие крепкие скулы. Внимательный взгляд глубоких карих глаз словно сканировал собеседника. В минуты раздумий или сомнений на его лбу появлялись морщины, свидетельствующие о пережитых трудностях и множестве сложных решений, когда-то принятых им в критические моменты жизни.

– Слишком просто, не правда ли? – весело сказал он в самом начале маршрута. – Предлагаю ускориться!

– Ну, давай попробуем, догоняй! – с усмешкой отвечала Анна, набирая скорость. Это была умная, образованная девушка, и к тому же очень симпатичная, с тонкой талией и пышными волосами, окрашенными в яркий вишневый цвет. Она любила бегать и на каждой тренировке выкладывалась по максимуму, стараясь побить собственные рекорды. Она уже давно занималась этим видом спорта, не раз участвовала в соревнованиях. Регулярные тренировки на выносливость и силу в скором времени принесли свой результат: девушка была в отличной физической форме. Кроме того, спортивная закалка обучила ее дисциплине, самообладанию и способности принимать быстрые решения. Будучи довольно симпатичной девушкой, Анна часто сталкивалась со слишком навязчивым вниманием со стороны противоположного пола. Пока она не встретила Артема, ей не особо везло с парнями, в основном их интересовало ее тело, а не внутренний духовный мир. Анне надоело терпеть бесконечные приставания и попытки нарушить ее личные границы, к тому же она осознавала, что уровень преступности продолжает расти и ей нужно быть готовой к любым возможным угрозам. Поэтому девушка записалась на курсы самообороны. На занятиях она изучала, как использовать подручные средства в качестве оружия, что на первый взгляд казалось простым, но на самом деле требовало сосредоточенности и упорства. Каждое тренировочное занятие придавало ей уверенности и спокойствия, она чувствовала, что в случае необходимости сможет постоять за себя.

Обоим бегунам было около сорока лет. Они часто тренировались вместе. Из раза в раз поддерживая друг друга, вдохновляя и мотивируя к преодолению трудностей, они выходили на вечерние пробежки с завидной регулярностью. Артем и Анна познакомились всего полтора года назад, когда начали работать вместе. Компания, в которой они трудились, занималась продажей прогулочных катеров, яхт, надувных лодок и комплектующих к ним. Работа заключалась в поиске достойных покупателей, с чем они успешно справлялись. Отношения с руководством компании сложились отличные, они были на хорошем счету и именно им поручали проводить самые выгодные сделки. Пару объединил спорт, который оба очень любили. Чистый воздух и хорошие условия для занятий добавляли сил и энтузиазма продолжать бегать, открывая новые и неизученные маршруты по улицам своего прекрасного города. Бег стал их любимым хобби, и они с радостью поддерживали друг друга, стараясь достичь большего и выйти на новый уровень. Совместные тренировки очень сблизили их. Сейчас наступил бархатный сезон, а в это время года бегать особенно приятно. Яркие краски осени и теплая погода как нельзя лучше располагали к вечерним тренировкам. Ведь скоро подоспеет пронзающий холод, и зима укроет город белоснежным одеялом. Но сейчас задумываться о приближении зимы не хотелось, поэтому они просто бежали и любовались окружающим их городским ландшафтом. Портовый город, как гигантский кит из древних сказаний, таил в себе массу самых разных людей, любых национальностей и оттенков кожи. Столица бескрайней могучей страны располагалась относительно далеко отсюда. Сам город был торговым мегаполисом, через него проходили крупные поставки восточных товаров. Здесь было примерно шестьсот тысяч жителей, а жизнь текла спокойно и размеренно. Горожане любили эти места за чистоту и уют, за красивые пейзажи и хорошую инфраструктуру.

В районе Партизанского проспекта, между двух четырехэтажных домов, бегуны заметили какое-то оживление. Здесь в окружении взволнованных местных жителей толпились полицейские и стояли машины скорой помощи.

Вынужденно замедлив шаг, Артём и Анна пробирались через толпу мрачных, громко что-то обсуждающих людей. Все говорили о каком-то ужасном преступлении, чувствовалось, что собравшиеся здесь люди были напряжены и взволнованы случившимся событием. Они шептались, обменивались своими версиями и обрывками информации, которую удалось где-то подслушать.

– Что произошло? – взволнованно спросила Анна у перегородившей ей путь женщины.

– Убийство, вот что! – сказала та, указывая рукой в сторону лежащего на земле человека. По всей видимости, он был мертв.

На влажном асфальте лежало накрытое белоснежной простыней тело пожилого мужчины: из-под ткани виднелся затылок с редкими седыми волосами. Тёмная, запекшаяся кровь медленно впитывалась в простыню, образуя крупные пятна, и это придавало картине зловещий характер. По мере обсуждения подробностей, напряжение среди зевак только нарастало.

– Очевидно же, что преступление произошло недавно! – раздалось очередное мнение из толпы.

– Ой, да не умничай!

Народ охотно судачил о том, что пора бы снизить преступность и обеспечить безопасность простым горожанам. Рассматривая лежащее тело, зеваки пытались как-то осмыслить страшную картину. Женщина средних лет, с мягкими чертами лица и небрежно уложенными волосами, прислонилась к столбу и вздохнула:

– Бедняга!

На эту реплику тут же среагировали две подруги, одетые в повседневную одежду. Им тоже хотелось обсудить свои догадки.

– Да бандит он! Вон какие туфли! – произнесла девушка с косичкой, указывая на ноги покойного.

Её подруга, одетая в серый свитер, тряхнула рыжими распущенными волосами и добавила, соглашаясь:

– Явно дорогие.

– Зачем на человека наговариваешь, – негодовала пожилая женщина. – Это, должно быть, продавец из булочной у дороги! По телосложению ну очень похож!

– Да, да похож! – подтвердили собравшиеся вокруг местные жительницы.

Многим хотелось высказать свою точку зрения и рассказать собственную версию случившегося, каждый старался чтоб его услышали, и наверняка все были шокированы этой картиной внезапной смерти. Но все же люди оставались людьми, и постепенно разговоры меняли тематику, возвращаясь в более привычное русло. И вот уже народ активно обсуждал другие насущные проблемы, от жилищно-коммунальных услуг и претензий к соседям до политической обстановки в стране.

Тем временем, следователь отдела полиции Петр Алексеевич Буковский тщательно осматривал место происшествия. Это был статный седовласый мужчина лет пятидесяти, одетый в синюю рубашку и серые брюки. Высокий, спортивный и подтянутый, со строгим взглядом внимательных глаз, он неизменно вызывал доверие окружающих. На выезд он прибыл в компании с тучным, неряшливым пожилым судебно-медицинским экспертом Эдуардом Николаевичем. Осматривая место происшествия, Петр Алексеевич делал заметки в потрепанном блокноте, отчётливо проговаривая то, что видел перед собой и составляя полную картину преступления:

– Мужчина, среднего роста, возраст предположительно шестьдесят лет, длина тела примерно сто шестьдесят сантиметров, вес около семидесяти килограмм. Лежит на спине ногами к торцу дома по Партизанскому проспекту. Голова отклонена назад, руки отведены от туловища, выпрямлены, ноги так же выпрямлены, разведены. Признаки жизни отсутствуют, кожные покровы бледные, смерть наступила предположительно вне места обнаружения, признаки волочения на одежде и теле отсутствуют. Одет в футболку, светло-синюю с желтой окантовкой, у ворота обильно пропитана кровью. Кальсоны белого цвета, в верхней части единичные потеки крови. Имеются следы крови на обеих ладонях. Могу предположить следующее…

Неожиданно осмотр места происшествия прервала мелодия сотового телефона. На экране высветилось имя дочери Петра Алексеевича, Марины. Пришлось ответить на звонок.

– Да, дорогая.

– Пап, я Лизу отвезла в садик, но не мог бы ты вечером забрать эту прекрасную леди?

– Прости, дорогая, давай в другой день! – после минутной паузы Пётр Алексеевич продолжил семейную перебранку. – Ну, серьёзно! Работы невпроворот.

Пётр Алексеевич хорошо понимал суть проблемы, разговаривая с дочерью. Марина была матерью-одиночкой и стремилась наладить личную жизнь, а потому искала способы облегчить бремя родительства, оставив свою маленькую дочь под присмотром несговорчивого дедушки. По правде говоря, внучка Лиза была гордостью Петра Алексеевича, и он не мог не чувствовать ответственности за её благополучие. Однако сейчас задачи, требующие самого пристального внимания, не оставляли ему времени на семейные дела.

– Да, блин…

– Что за разговоры! В общем, мне сейчас некогда, позвони матери!

– Ну… – послышалось из телефонной трубки.

– Так, в чем проблема! – грубо ответив, в надежде, что больше его не потревожат, Пётр Алексеевич снова окунулся в свой привычный мир.

– Ладно, разберёмся! Как обычно! – короткие гудки ознаменовали конец беседы.

– Так, что там дальше? – Петр Алексеевич вновь сосредоточился на своих записях.

Работа следователя предполагает много скучных, но необходимых обязанностей. Шанс добиться неслыханного успеха выпадает лишь единицам – тем, кто искренне любит работу и готов терпеливо распутывать самые безнадежные дела. А для этого нужно провести всестороннее расследование, выяснить обстоятельства и найти виновных. Собирая всю доступную информацию о преступлении, Пётр опирался на свой опыт и внутреннее чутье. Он долго беседовал со свидетелями, если таковые имелись, а также с потерпевшими и конечно, с подозреваемыми. Проанализировав улики, найденные на месте преступления, он старался воссоздать в уме картину произошедшего. Погруженный в раздумья, негромко бормоча, он медленно осматривал тело мужчины.

– Так, на шее глубокая рана.

Стоящий позади Эдуард медленно присел рядом, доставая из чемоданчика перчатки и фотоаппарат.

– Похоже, удар нанесен с огромной силой, – выдыхая табачный дым, сказал он. – Предполагаю, что мужчина умер от кровопотери в результате колото-резаного проникающего ранения в шею! Вот, взгляните на кровоподтёки. Судя по расположению тела, его сюда откуда-то перетащили.

Эксперт важно излагал свои выводы, попутно фиксируя запекшуюся рану на фотоаппарат.

– Значит, он был убит в другом месте. Попробуй определить время смерти, – продолжая что-то записывать в блокнот, сказал Пётр.

– А что тут определять, смерть наступила примерно пару-тройку часов назад. По всей видимости, где-то недалеко отсюда.

Пётр, оглядевшись вокруг, ощутил присутствие какой-то неуловимой тайны, витающей в осеннем воздухе.

– Интересно, кто это сделал? – наклонившись, Пётр постарался осмотреть кисти рук убитого более внимательно.

– Возможно, убийца перетащил тело, чтобы сбить с толку следствие.

– Всё возможно, – поднимаясь, Пётр Алексеевич оглядел улицу в поисках хотя бы малейшей детали, которая могла бы дать ключ к разгадке.

Заметив мусорный бак в дальнем конце улицы, он тут же направился к туда, чтобы тщательно изучить содержимое. Вскоре в его руках оказалась бутылка из-под газировки. С явным недоумением Петр заметил, что сквозь прозрачные стенки просматриваются тонкие резиновые перчатки, небрежно засунутые внутрь. Открытие насторожило его.

– Кто-то, очевидно, пытался избавиться от улик, – мысли метались в поисках правильного решения. – Возможно, их выбросили, старательно подчищая следы.

– Надо будет снять отпечатки в лаборатории. Может повезет, и мы возьмем верный след, – подытожил Пётр, убирая бутылку в специальный пакет для вещественных доказательств.

Случайно оказавшись в эпицентре детективной драмы, Артём и Анна поражались происходящему.

– Что здесь случилось? Какого хрена! – Артём с ужасом смотрел на багровую кровь вокруг неподвижного тела.

– Послушай, кажется, пора убираться отсюда! Давай за мной! – четко скомандовала Анна, пробираясь через толпу.

– Хорошо, – протянул Артём, попутно осматривая все вокруг.

Пытаясь не потерять друг друга из виду, они медленно продвигались, постоянно натыкаясь на неугомонных зевак. Приложив усилия, они всё же смогли выбраться на открытое место, продолжив свою пробежку по привычному ежедневному маршруту. Всю оставшуюся дорогу они не разговаривали, а лишь перебрасывались сухими, шаблонными фразами, каждому было о чём подумать. От увиденного на злополучном Партизанском проспекте, мысли путались, а в голове крутились одни и те же вопросы. Хотелось понять всё. Здесь и сейчас!

– Кто же убийца? Какой мотив мог сподвигнуть на такое жуткое преступление?

Добежав до развилки и так и не найдя ответы на мучившие ее вопросы, Анна замедлила шаг, переводя дыхание, оглянулась на отстающего напарника и громко окликнула его.

– Ты чего там застрял! – делая заминку, она медленно пошла навстречу неспешно приближающемуся Артёму.

– Иду.

– Ты как?

– Немного мышцу потянул.

– Ясно. Сам дойдёшь?

– Да, не парься. Я в норме!

– Ну что, до завтра!

– Увидимся. – Артём избегал беседы, всё больше погружаясь в пессимистичные размышления.

– А ну, не раскисай! Подъём! – они обнялись и помолчали пару минут, на вспотевших лицах расцвели улыбки.

– Ну, лучше? – уточнила Анна, пытаясь поймать его блуждающий, растерянный взгляд.

– Да, вроде! – сухо ответил он.

И все-таки между ними повисла какая-то недоговорённость, с которой каждый теперь оставался один на один. Посмотрев вслед вяло идущему Артёму, Анна прокричала:

– До завтра!

Внятного ответа не последовало. Проводив взглядом напарника, Анна сделала завершающий комплекс упражнений на растяжку мышц.

– Ну всё, пора домой! – предвкушая тёплый душ, девушка перешла на лёгкий бег, направляясь по привычному маршруту. Сегодня улица показалась ей какой-то не такой, как всегда, а тревога, как верная спутница, бежала с ней в ногу. Воспоминания о неподвижно лежащем окровавленном теле омрачали душевный покой. Периодически бегунье казалось, что за ней следят. Остановившись на короткое время, Анна вслушивалась в тишину улицы, нервно оглядываясь по сторонам. Тревога и страх внезапно охватили ее, по телу пробежали мурашки, и она замерла, пытаясь справиться с нахлынувшим чувством беспокойства и неуверенности в собственной безопасности. В тишине она слышала стук своего сердца, а резкий крик пролетающего ворона заставил вздрогнуть.

– Бред какой-то! Ладно, пора двигать отсюда.

Добежав до конечной точки маршрута, Анна молниеносно поднялась к себе на второй этаж и, войдя в квартиру, первым делом закрыла замок на два оборота.

– Ну и денёк. Весь этот негатив точно смыть нужно.

Вынув ноги из влажной обуви, она сразу повесила сушиться на плечиках куртку, скинула прилипающую одежду, попутно стягивая термобельё, тем самым оголив свою изящную, красивую грудь. Нагишом шагнув в комнату, где продолжал работать не выключенный настенный телевизор, а по музыкальному каналу показывали какой-то старый концерт, девушка дотянулась до разложенного углового дивана, прихватив яркое махровое полотенце, обернула его вокруг округлых бедер и прямиком направилась в душевую. Настроив воду на комфортную температуру, она отложила полотенце и вошла в душевую кабину, закрыв за собой дверцу. Мягкая, наполненная ароматным гелем губка плавно скользила по её привлекательному телу. Помывшись, она накинула пушистый махровый халат и, на ходу прихватив фен с расчёской, начала приводить в порядок волосы. Закончив эти обязательные процедуры, Анна, привстав на носочки, с удовольствием потянулась.

– Эх, как же здорово!

Ощутив лёгкую жажду, она посмотрела на холодильник, украшенный яркими магнитами и записками. Улыбаясь, она приблизилась к нему и протянула руку к сияющей ручке. Дверца открылась с чуть слышным щелчком, и струя холодного воздуха коснулась её лица. Между разноцветными упаковками продуктов скромно стоял, радуя глаз, заранее приготовленный свежевыжатый апельсиновый сок. Она взяла бутылочку с соком и с удовольствием сделала большой глоток. Наслаждаясь приятным послевкусием, Анна дотянулась до телефона, одиноко лежащего на углу стола, и усевшись на стул, набрала номер своей младшей сестры Светланы.

Они дружили с раннего детства, доверяя друг другу самые сокровенные секреты, а в трудные времена обязательно поддерживали друг друга. Анна вспомнила недалёкое прошлое, когда, буквально пару-тройку лет назад она была, мягко говоря, «пухленькой девушкой», за глаза которую называли «толстушкой», неуклюжей, противной самой себе, от чего она тогда сильно смущалась. В то время у нее полностью отсутствовало желание подходить к зеркалу, а каждый совместный выход с друзьями вызывал лишь тревогу. Поделиться своими душевными переживаниями она могла лишь с самым близким человеком, сестрой, которая всегда была готова понять и поддержать в трудную минуту. Мечты о любви тогда оставались лишь мечтами и темой для пустых разговоров. Но всему есть предел, и этому подавленному эмоциональному состоянию тоже, к счастью, пришел конец. Поддержка сестры вдохновила Анну начать заниматься собой. Первые шаги вскоре принесли успех, это был выстраданный, заработанный большими усилиями результат.

– Привет, ну как поживаешь, Светка?

– Рада слышать, вроде нормально. Институт последние силы забирает! Учеба, так сказать, на первом месте, – радостно отвечала Светлана, – ты мне скажи, парень твой замуж ещё не зовёт?

– Рановато, – поставив сок на прикроватную тумбочку, Анна решилась откровенно поговорить с сестрой. – Знаешь, у меня удивительный парень, симпатичный, скромный и очень хороший собеседник, понимающий меня.

– У вас серьёзно?

– Думаю, да, по крайней мере идет к тому – накручивая локон волос на палец, Анна задержала взгляд на совместной фотографии, которая стояла на прикроватной тумбочке и олицетворяла собой ее счастье. На фото они обнимали друг друга после очередной пробежки, казалось ничто на свете не сможет их разлучить. Было приятно мысленно вернуться в то время. Фотография напоминала об их совместном пути и дарила надежду на то, что вместе они смогут преодолеть любые жизненные преграды.

Обстановка квартиры была очень милой и уютной, под стать настроению Анны и ее доброму нраву: светлые обои, полки, доверху забитые книгами самых разнообразных жанров, мягкий ковер на полу, по которому приятно ступать босыми ногами. У окна разместился уютный диван, на котором было так хорошо отдыхать и мечтать о чем-нибудь. Чисто вымытые окна с дорогими итальянскими шторами в солнечные дни создавали в комнате игру света и тени. Здесь и только здесь она могла сидеть, провожая скоротечные часы, наслаждаться уединением, попутно наблюдая за жизнью из окна. Напротив дивана располагался простой, но вместительный шкаф. В нём Анна хранила одежду, в безупречном порядке разложенную по полкам и развешанную по плечикам. Рядом с диваном стояла прикроватная тумбочка с небольшой настольной лампой, при свете которой было удобно читать книги по вечерам. На тумбочке Анна держала свою любимую книгу «Вторая жизнь» малоизвестного писателя нашего времени. На стене рядом с диваном висел небольшой телевизор, по которому она обычно смотрела сериалы и фильмы о любви. В этой уютной квартире, в которой она все устроила по своему вкусу, Анна могла побыть наедине с собой, с мыслями о прошедшем дне и о том, какие события ждут ее завтра.

## Приятель

Илья в свои двадцать четыре года только начинал самостоятельную жизнь, обосновавшись в однокомнатной квартире, которую сняли для него родители. Сейчас он аккуратно заправлял кровать. Время было раннее. Вставать с первыми лучами солнца было для него совершенно обычным делом, в отличие от большинства жителей пригорода. Ему всегда хотелось завести рыжего кота, но по разным причинам, эту затею приходилось откладывать на более поздний срок. Лёгкий беспорядок в виде футболок и полотенец, развешанных в хаотичных местах, дополнял образ жилища молодого холостяка. Перекусив на скорую руку, он вышел из дома, направившись вдоль центральной улицы, как обычно, рассматривая проезжающие машины.

– Ох, красавица! Хороша! – присвистнул Илья, провожая восхищенным взглядом летящий Subaru Impreza и представляя себя на месте водителя крутого автомобиля. Мечты об этом уже давно преследовали его и лишали душевного покоя.

Путь до работы занимал двадцать минут неспешной ходьбы, за это время парень успевал рассмотреть понравившиеся автомобили и заодно накормить никому не нужную бродячую собаку, обитающую у придорожного овощного киоска.

– Привет друг! – Илья ободряюще приветствовал дворнягу, – ну как ты? Ладно, ешь давай! – сказал он, протягивая пакет с бутербродом, оставшимся от завтрака. Пес ел, а Илья наблюдал за ним с искренней улыбкой.

Это был крупный высокий пес – около метра в холке, светло-коричневого цвета. На вид ему было года четыре. Взгляд его, обычно задумчивый, моментально становился радостным и счастливым при встрече с близкими, вызывающими доверие людьми, которые заботились о нём. Как и большинство собак, он любил хорошо поесть и, при возможности, поиграть. Наверное, из него получилась бы отличная собака-компаньон, он мог бы прекрасно ладить с детьми, потому что был покладистым и очень ласковым. Несмотря на внушительные размеры, «дружок» был очень добрым псом. Казалось, он в принципе не способен кого-то укусить, если только ему не сделают больно, тем самым вынудив защищаться. Сдружившись с Ильёй, он каждое утро всматривался в силуэты проходивших мимо людей, в предвкушении вкусной еды. Хоть пёс и относился к категории бродячих собак, у него всё же был хозяин – пожилой мужчина, владеющий овощным киоском. Отношение хозяина к собаке оставляло желать лучшего. Хозяин ларька злоупотреблял алкогольными напитками и периодически поколачивал пса. Несмотря на побои, пёс всё же любил его и искренне радовался хозяину. Любовь животного и жестокость его владельца поражали Илью до глубины души. Наблюдая за псом, он всегда удивлялся его добродушию и стойкости. Стараясь заботиться о нем как можно лучше, Илья хоть немного, но всё же делал пса счастливее, по крайней мере, так ему тогда казалось.

– Красавчик, дай лапу! – скомандовал он, – ай молодец! Умный пёс! – восхищался Илья.

Через несколько месяцев такой дружбы их внутренняя связь стала еще крепче, и Илья, когда-то просто случайный прохожий, стал хорошим другом обычной дворовой собаке.

## Оборачиваясь назад

Утренний город не спеша просыпался, на улице еще царила пронзительная тишина, которую нарушали лишь немногочисленные водители, прогревающие свои автомобили и неторопливо отъезжающие от подъездов. Кофе с молоком отлично сочетался со свежей брусничной булочкой, такой «завтрак студента» был лучшим вариантом в столь ранний час. Стоя у панорамного окна с горячей кружкой в руках, Артем думал о том, как велик и безграничен мир, и при мысли об этом величии по его телу пробегали мурашки.

Подойдя к широкому окну, Артём смотрел за горизонт, куда-то вдаль, мыслями обращаясь к мечтам и погружаясь в воспоминания детства. Он вспоминал, как двенадцатилетним мальчишкой бежал по футбольному полю. Мгновение – и мяч у него. Обойдя соперников, малец остался один на один с сильным противником, вратарём, тот парень учился тогда уже в девятом классе.

– Тёма, давай! Двигайся! – Кричали изо всех сил мальчишки.

Удар последовал незамедлительно. Мяч влетел в ворота под громкие восторженные крики друзей.

– Эх, счастливое время!

При мыслях о детстве душа Артёма наполнялась теплом. Воспоминания пробуждали в нем множество самых разных эмоций, которые сменяли друг друга, как разноцветные стеклышки в калейдоскопе: на смену радости и счастью приходили ностальгия и грусть. В каждом пережитом моменте он ощущал яркие краски жизни и вкус перемен. И хоть прошлого было уже не вернуть, детские чувства и эмоции навсегда остались в его сердце. Понимая, что прошлое может стать для него мостом к будущему, он наполнялся энергией, стремясь достичь больших высот и взять от этой непредсказуемой жизни максимум.

## Пастбище

У торгово-развлекательного центра «Пятнашки» припарковался темно-синий микроавтобус Mitsubishi, из которого вышел обыкновенный мужчина европейской внешности, среднего телосложения, на вид ему было около пятидесяти лет. Одет он был в серое строгое пальто и классические брюки, на голове красовалось темно-серое кепи, на ногах – элегантные дорогие туфли. Тяжело шагая по ступеням торгового центра, он то и дело останавливался, опираясь на перила.

– Чёрт меня дёрнул пройти мимо эскалатора! – невнятно бубнил седовласый мужчина.

Головная боль не отпускала уже давно, что пагубно сказывалось на его настроении. Временами его знобило, по всей видимости, начиналась простуда. Попытки проигнорировать плохое самочувствие привели к вспышкам раздражительности.

Прогуливаясь по просторным галереям развлекательного центра, шаг за шагом, этаж за этажом, Владислав время от времени заходил в разные магазины, всматривался в движение людских масс, изучал малейшие тонкости в поведении выборочных персонажей. Недалеко от него, молодая пара спорила, стараясь привлечь внимание зрителей.

– Ты мне обещал! Обещал! – намалёванная красавица пускала слезу, используя женские чары и тем самым призывая своего избранника раскошелиться на какую-то очень дорогую вещь, – или твои слова ничего не значат?

Для неё желанная покупка имела особое значение в их отношениях, ведь сейчас это был не только вопрос материальных вложений и удовлетворения желаний, но и, как ей казалось, проявления любви, заботы и взаимопонимания.

– Успокойся! Милая, если сказал, значит сделаю, – соглашался ее спутник, нежно обняв девушку и поглядывая на золотые серьги стоимостью в три тысячи долларов.

Он понимал, что отказ купить дорогое украшение привел бы к трещине в их отношениях. Девушка всячески подтверждала эту мысль, открыто выставляя на всеобщее обозрение свои претензии к партнеру.

– Как обычно!

– Ну же, дорогая, не серчай! Давай немного подождём? – попытался выпросить отсрочку незадачливый жених.

– Я так и знала, это всё пустой трёп, надоела мне твоя брехня! – рассердилась красавица, готовая использовать любые способы убедить своего избранника в том, что покупка стоит каждого потраченного на неё рубля.

Под напором девушки парень поддался на уговоры.

– Подскажите, в рассрочку оформляете? – в надежде на отказ спросил он у продавца.

– Да! Будьте добры ваш паспорт.

– Я знала, что небезразлична тебе! – ликовала красотка.

– Ну на хрен! Скучно как-то, – прошептал Владислав и перевел взгляд на женщину с девятилетним сыном, которые поджидали отца семейства.

– Мы долго будем сидеть на этой лавке? Мама! Пойдём перекусим! Мам, ну пойдём! – канючил малой.

Полностью погрузившись в смартфон, мать перелистывала страницу за страницей социальных сетей и с раздражением пресекала казавшиеся ей незначительными просьбы сына.

– Сергей, успокойся! Потерпи немного! У нас встреча с твоим папашей. И мне нужно многое прояснить!

– Ну мама! Пожалуйста! Пойдём!

– Посиди немного! – мать раздраженно обрывала любые просьбы. На душе у нее было неспокойно, и все из-за бывшего мужа, ведущего разгульный образ жизни.

Осознав, что перекусить в ближайшее время не получится, парнишка достал игрушечный автомобиль, и с улыбкой на лице начал изображать звуки мотора. Сейчас, катая машинку вдоль перил, он погрузился в другой, справедливый мир игры.

– Бедный парнишка! Скоро ты выйдешь из туманного детства и осознаешь жестокость этого безумного мира. – посочувствовав ребёнку, Владислав переключил внимание на двух семнадцатилетних парней, спускающихся рядом с ним на эскалаторе. Толстовки, подвернутые джинсы и практически одинаковые стрижки с зачёсанной на левую сторону чёлкой.

– Ты думаешь даст? – с ехидством спросил один.

– А кто её спросит? – рассмеялся малолетний переросток, выдавая порцию пошлости. – Не хотела бы, не пошла. Как говорит мой отец: «сука не захочет, кобель не вскочит!»

– И то правда. Посмотрим!

– Да ты не парься, будешь при деле! – с гордостью знатока, умничал напарник – немного комплиментов и побольше вина, вот путь к успеху!

Истеричный смех над пошлыми шутками разнёсся в радиусе двадцати метров, привлекая осуждающие взгляды посетителей торгового центра. Владислав же, сменив фокус внимания, продолжил свою незамысловатую прогулку.

## Смена ветров

Добравшись до места, Илья переоделся в привычную белоснежную робу. Он работал в частной пекарне семьи Чеботарёвых «Хлебная корка». Бизнес по производству и продаже свежей выпечки фактически принадлежал его матери несмотря на то, что официально он достался по наследству её старшему брату Александру. Но тем не менее мать никогда не разделяла совместный бизнес, считая его общим семейным достоянием. Взяв на себя все прелести организации семейного подряда, мать никогда не жаловалась на отсутствие поддержки со стороны брата, который, получая свою часть дохода от бизнеса, ни в чем себе не отказывал и жил, как говорится, на широкую ногу. В то время пекарня процветала, принося хорошую прибыль, что сказывалось на общем укладе семьи.

– Илья! Проверь коробки за домом! – поставил задачу хмурый и вечно всем недовольный отец. Его характер изменился из-за онкологического заболевания, и теперь общаться с ним было непросто.

– Да что там смотреть! – возмущался Илья. – Всё на месте, никому они не нужны!

– Посмотри! Вечно там ошиваются бродяги в поисках наживы! Им только дай повод!

– Ладно, схожу!

– Постоянно ты пререкаешься! Что ни попроси, в ответ только бесконечные отговорки! – пробормотал отец, и, прихрамывая, начал медленно спускаться в подвал.

С раннего детства у Ильи были хорошие отношения с родителями, они всегда любили друг друга, а авторитет отца был для него непререкаем. Но со временем парень многое начал воспринимать по-другому. Глубоко в душе, он мечтал отправиться в путешествие, навстречу ветру, куда-то далеко за горизонт, подальше от всех бытовых проблем. Его тянуло к морю, он мечтал о новых открытиях и приключениях, но любовь к родителям и привитое с детства послушание, не позволяли огорчать пожилую мать и больного отца.

Дни тянулись один за другим, а работа состояла из набора однообразных отточенных действий, но однажды все изменилось. Тот четверг выдался теплым и солнечным, Илья раскладывал товар на полках у кассовой зоны и готовился к встрече первых покупателей.

– Здравствуйте! – услышал он девичий голосок, дверь распахнулась, и его ослепил яркий солнечный свет, ворвавшийся в полумрак пекарни. – Открыто? – осторожно ступая через затёртый временем порог, прокричала девушка.

– Да, конечно! – прикрываясь ладонью от слепящего света, он пытался разглядеть незнакомку. – Прошу, входите! – вежливо повторил Илья.

В ту же секунду через порог пекарни перешагнула невысокая девушка лет двадцати семи – Карина, дерзкая, непредсказуемая, привыкшая к роскоши. Она была немного полновата, но хорошо подобранная одежда и ухоженная внешность скрывали этот небольшой недостаток. Тёмные высокие ботинки, клетчатые брюки и яркая шёлковая блузка с накинутой поверх нее укороченной кожаной курткой прекрасно сочетались между собой и очень шли Карине.

В тот самый момент, с первого нежного взгляда, продавец и покупательница поняли, что они должны быть вместе, и буквально через месяц влюблённая пара уже начала совместную жизнь в небольшой съёмной квартире.

## Прошлое и настоящее

В очередной раз, нервно прогуливаясь по торговому центру вдоль разнообразных магазинов, Владислав невнятно разговаривал сам с собой. Наконец, найдя одиноко стоящую скамейку, он присел и принялся вытирать взмокший лоб платком, подаренным матерью задолго до настоящих событий. Вздохнув так глубоко, насколько позволяли лёгкие, он погрузился в воспоминания, и теперь вместо безликой людской массы, двигающейся мимо него, он видел перед собой плавно несущийся поток прожитого и это всё более погружало его в глубины подсознания. Он наблюдал за людьми, видя в каждом лице частицу своего прошлого. Мелькнувшие сценки счастья и радости, приветливые улыбки и заботливые взгляды напоминали ему эпизоды его отношений с близкими людьми.

– Ты что раскис? – завёл беседу воображаемый друг детства.

– Инди? Спустя столько лет, снова рядом? – искренне обрадовался Владислав. «Этого не может быть», – прошептал внутренний голос, дрожа от недоверия.

– Прошло столько лет…

Волна воспоминаний обрушилась на него, снося хрупкие перегородки взрослой рассудительности.

– Когда ты исчез, я страдал, но продолжал ждать. Верил! А тебя всё не было!

– Я всё ещё твой старый друг!

– Разве? Ведь ты ушёл на много лет, а теперь заявляешься как ни в чем не бывало. Существуешь ли ты вообще или это происки моего сознания?

– Не знаю, тебе всё же видней.

– Стараясь помнить, я вел ежедневник, записывая обращения к тебе, в надежде, что однажды ты прочтёшь. – покачиваясь словно маятник, Владислав старался сдержать нахлынувшее волнение.

– Прости, на то есть свои причины!

Суета торгового центра, мимолётные разговоры проходящих людей – все исчезло, оставив после себя звенящую тишину. А вместе с ней растаял и друг, словно его и не было. Продолжая одиноко сидеть на скамейке, Владислав сжимал кулаки, пытаясь удержать в ладонях тепло его присутствия. Пустота и горечь разлились в груди, оставляя после себя глубокий, незаживающий след. Теперь он знал наверняка: это было не воображение. И от этого понимания становилось только больнее. Через миг, воспоминания начали отдаляться и теряться на фоне шумного окружения, пока постепенно не рассеялись. Достав затёртый, потрёпанный блокнот, Владислав листал его, просматривая хаотичные записи, разбросанные по страницам, и выразительно читал, выделяя наиболее значимые:

«Размышляя о тебе, вообще о нас, я пытаюсь вспомнить, правда ли все происходящее или это только плод моего больного воображения. Без слёз не вспомнишь, никудышную соседку по дому, как она визжала. Да, были времена! Своим исчезновением ты подвёл черту в отношениях. Почему? Надеюсь, будет шанс задать вопрос, куда же ты исчез и почему. Ты обязательно вернёшься, я знаю. Мысли притупляются, сея на поле сознания ложь и сомнение. Неужели дружба – лишь вымысел? Я скучаю. Оставшись наедине с собой, я до сих пор не могу принять твой молчаливый уход.»

Вмиг мимолётная встреча рассеялась и показалась сном. Владислав резко вернулся к реальности, лихорадочно оглядываясь в поисках друга. Пусто, словно молния ударила в сердце. В отчаянии он саданул кулаком по лавке.

– Опять ты исчез! Инди, вернись! – разочарованно бормотал Владислав.

Встреча с Инди пронзила его острым осознанием: прошлое не отпускает. Оно вернулось, чтобы задать неудобные вопросы, на которые он так и не нашел ответов. Взгляд Владислава затуманился. Инди, его воображаемый друг, всегда был рядом. Даже когда он отвернулся от него, посчитав плодом детской фантазии. И теперь, сквозь призму лет, он видел, как Инди поддерживал его в трудные минуты, помогая преодолевать детские страхи, с которыми он оставался один на один.

– Как же так? Опять ты ушёл? – негодовал про себя Владислав, одновременно контролируя свое поведение в общественном месте. Хотелось кричать и бить посуду. Крепко сжимая кулаки и еле перебирая ногами, он из последних сил старался себя не выдать, ведь постороннее внимание было сейчас ни к чему.

– Ты не вымысел, ты часть меня! – возвращаясь в действительность, Владислав постепенно приходил в себя. Он убрал потрёпанный блокнот во внутренний карман пальто. Неспешно поднявшись с нагретой лавки, он поправил смявшуюся от долгого сидения одежду и направился к эскалатору, ведущему на первый этаж.

В кармане раздался сигнал входящего сообщения. Остановившись, Владислав осмотрелся, выискивая подозрительных людей, от которых может исходить опасность, и только потом достал телефон и прочитал сообщение.

«Дополнительно уведомляем: вы прошли сложнейший отбор и приглашены на встречу закрытого клуба единомышленников. Действуйте правильно, соблюдайте конфиденциальность. Удачи, не опаздывайте!»

– Время пришло! – вчитываясь в мелкий текст, он озабоченно нахмурился.

Впитывая каждое слово и и пытаясь осмыслить прочитанное, Владислав ненадолго замер. Это сообщение он ждал уже давно, но все равно оно стало неожиданным. Владислав не рассчитывал получить его так быстро.

«Ждем вас в первую субботу следующего месяца, в двадцать один час, в ресторане «Морской демон» по улице Санитаров. Для идентификации на левой руке должен быть повязан белый шнурок.»

– Ладно, сыграем в вашу игру.

Возвращая телефон в карман потёртого пальто, он случайно посмотрел на мужчину, который вызывающе разговаривал с молодой, неопытной продавщицей.

– Этот идиот точно не подходит! Слишком ущербный, пачкаться об эту мразь не хочется, – с раздражением размышлял Владислав, неторопливо шагая в сторону выхода из торгово-развлекательного центра «Пятнашки».

– Ну всё, хватит, пора домой.

Выйдя на улицу, Владислав подошёл к старенькому микроавтобусу Mitsubishi и медленно открыл массивную дверь. Взявшись за рукоять, он аккуратно опустился на водительское сиденье, ощутив комфорт и безопасность. После первого поворота ключа, мотор тут же пробудился, как верный пёс, испуская приятное рычание. Осмотрев прилегающую дорогу и заметив прогуливающуюся вдоль бордюра бродячую собаку, Владислав привычно положил руки на руль. Он поднял взгляд на прекрасное тёмно-синее небо и окунулся в полузабытые воспоминания.

Раним, холодным утром, получив краткий инструктаж, охотники расходились по выделенным им участкам, среди них был неопытный парнишка четырнадцати лет. Отец шел впереди, а сын следовал за ним. Добравшись на место, осмотрев сектора для стрельбы, отец старательно разъяснял юнцу основы охоты на крупную дичь.

– Сын, подойди! Держи стакан! Аккуратнее, не обожгись, – воодушевлённо говорил отец, наливая заваренный чай из алтайских трав.

– Спасибо, пахнет вкусно.

– Крышка-то совсем исхудала, вон зараза, как сочится. Да, термос отслужил своё. Много походов пережил.

– Куда его теперь? – с интересом спросил малец.

– Ну не домой же! – рассмеялся отец, – вон ямка, там и оставим, глядишь, домиком кому сгодится.

– Кому?

– Ну, мышке, птенцу или вон тому червяку! Ну что, ты как маленький. Чай-то не пролил?

– Нет, пап.

– Знаешь почему чай пьют несладким? – выдержав секундную паузу, отец сам выдал ответ, – да, потому что вприкуску с конфетой. Держи! – протягивая шоколадный батончик, искренне улыбался он.

Вкус конфет и аромат алтайского чая остались в памяти навсегда. Издалека послышались крики загонщиков, вперемешку со свистом, а шум листьев и треск сухих веток заставили их напрячься и прислушаться. Выстрелы из разных видов оружия разносились вокруг. Юный Владислав нервничал и не находил себе места, чувствуя, что обстановка накаляется.

– Эй, ты чего? Остынь! Это всего лишь игра! Взрослая, конечно, но всё-таки игра. – отец, присев, приобнял парня, пытаясь избавить его от страха, – знаешь смысл твоего имени? Что киваешь по сторонам, я-то знаю! Оно уходит корнями далеко в прошлое, предки постарались! – помогая занять позицию, отец установил двуствольное итальянское ружьё «Beretta» на поваленное дерево. – Сын, держи, держи его крепче!

– И что же оно значит? – заинтересованно спросил парнишка, старательно держа точку прицеливания.

– Твоё имя чисто славянское, состоит из двух слов. «Влад» – владеть, и «слав» – слава, что означает «владей и прославляйся»!

– Круто! Пап, расскажи ещё что-нибудь интересное.

Неожиданно раздались одиночные выстрелы, а вслед за ними – дикий вопль раненного зверя, поэтому их беседа прервалась. Зверь метался, издавая демонический предсмертный рёв, а потом от безысходности ринулся напролом, снося на своём пути деревья и кустарники. Отойдя на пару шагов назад, отец присел на корточки, а малец, устремив суровый взгляд в лесную чащу, приготовился встречать зверя. Хруст веток усилился, зашумели опавшие листья, и напряжение достигло наивысшей точки, адреналин в крови зашкаливал. Секунда и указательный палец сработал автоматически. Раздался выстрел. Громкий разлетающийся эхом хлопок сменила тишина. Стрелки замерли в ожидании результата, прислушиваясь к малейшему шороху. Ветви больше не трещали, а дикий, ужасающий рёв исчез где-то в глубине густого леса. Выждав около минуты, отец закинул ружьё за спину и побежал к подстреленному зверю. Ему явно не терпелось оценить результат и точность произведенного сыном выстрела. Добежав до кустарника, отец с осторожностью раздвинул ветви. От увиденного он оцепенел, не понимая, что делать в данной ситуации: перед ним неподвижно лежал один из загонщиков. Пожилой, полный мужчина получил смертельное ранение в живот. Он был уже был мёртв, а рыжие осенние листья, пропитываясь алой кровью, постепенно меняли свой цвет. Оглянувшись, отец увидел потухший, растерянный взгляд сына. В ту секунду, когда пуля покинула ствол ружья, роковая ошибка изменила юного Владислава навсегда.

– Судя по животу, он ушёл явно не голодным! – нелепо отшутившись, отец пытался снять нависшее трагическое напряжение. Но этот шрам на душе остался с его ребёнком на всю оставшуюся жизнь. Отстранившись от окружающего мира, Владислав пытался бороться со своими страхами при помощи фантазии. Он создал собственный идеальный внутренний мир, в котором и повстречал прекрасного друга «Инди».

## Сладкие булочки

С момента их первой встречи прошло два месяца. Время пролетело незаметно, Илья, как и прежде, старательно трудился в пекарне, а вторая половинка, на правах его девушки, неохотно вливалась в семейное дело. Илья чувствовал, что его любимая не особенно довольна сложившейся ситуацией и старался подбадривать её при любом удобном случае, надеясь, что его простота и искренность помогут девушке привыкнуть к этим новым условиям жизни. Карина же неохотно поддерживала образ «хорошей девочки» и всё чаще выходила из себя, то и дело срываясь по самым пустячным поводам.

Они уже готовились к закрытию, когда вдруг явилась еще одна покупательница.

– Будьте добры, пару булочек с джемом! – стройная девушка улыбнулась и протянула крупную купюру.

– Пожалуйста!

Илья аккуратно упаковал покупку. Передавая сдачу, он случайно слегка коснулся ладони девушки.

Реакция Карины была буйной.

– Отвали! Вот же сучка! – внезапно закричала она. Она посмотрела на Илью и, увидев его растерянную и успокаивающую улыбку, попыталась взять себя в руки.

– Больная, что ли? – возмущалась девушка, покидая торговый зал. – Чек не надо!

Дверь громко хлопнула, и пекарня наконец опустела. Убедившись в отсутствии других покупателей и особенно своих родителей, Илья собрался прояснить произошедшее. Он подошел к Карине практически вплотную.

– Дорогая, ты чего?

– Сама виновата! Нечего заигрывать!

– Нет же! Она просто покупала булки с джемом и всё!

Однако ревность превращала Карину в эмоциональную бомбу, готовую взорваться в любой момент, и теперь ей уже было трудно остановиться. Сначала её захлестывали страх и тревога и гнев, постепенно они сменялись грустью и тоской. Она чувствовала себя слабой и уязвимой, боялась быть отвергнутой, боялась, что он найдет себе другую.

– Ходят тут всякие! Вот честно, не нравится мне твоя работа! – негодовала Карина, слегка задыхаясь от нахлынувших чувств. – Давай бросим всё это! Мы можем отправиться в незабываемое путешествие, туда, где откроем что-то новое, встретим интересных людей и познаем самих себя глубже.

– Я не уверен, что готов к таким переменам, – медленно проговорил Илья.

– Поверь, вместе мы сможем преодолеть любые трудности и будем наслаждаться каждым мгновением.

– Хорошо, милая, давай отправимся в это твое путешествие мечты. Но как же мать с отцом?

– Милый, мы будем на связи! Мы же не навсегда! Только развеяться. Буквально на пару месяцев.

– Умеешь уговаривать, нет слов!

– Ну же, котик! – подскочив с кресла, Карина обняла Илью принялась жарко целовать его.

– Нужно поговорить с родителями! – Илья размяк от женской ласки и был готов на все.

– Значит, решено! – обрадовалась Карина. – Ах да, еще поговорим с твоей роднёй и сразу в путь!

## Лекарство от головы

Разочарованный бесполезной прогулкой, Владислав включил радио и медленно тронулся, направляя машину вперед. Покинув территорию торгово-развлекательного центра, он повернул в сторону одного из спальных районов. Немного поблуждав по лабиринту городских дорог, Влад всё же решил остановиться у придорожной аптеки, с целью прикупить таблеток от изнуряющей головной боли, которая так и не прошла.

– Старею. – пробормотал он и всё же улыбнулся, попутно глянув в зеркало заднего вида.

В машине тихо играло местное радио «Иллюзия», а из приоткрытого окна открывался вид на осенний городской пейзаж. Плавно сменяющиеся цвета вечернего неба, от яркого голубого до оранжевого и розового, завораживали и создавали романтическую атмосферу. По обочинам дороги тянулись ряды деревьев в различных стадиях осеннего преображения. Некоторые уже лишились зелёных нарядов, их обнажённые ветви напоминали о скоротечности времени, другие же были украшены яркими листьями – желтыми, красными, оранжевыми. Воздух был особенно свеж и прохладен, все вокруг располагало к спокойной прогулке.

Полюбовавшись пейзажем, Владислав внимательно и со знанием дела осмотрел крышу одноэтажной кирпичной аптеки, над входом в которую переливалась разными цветами неоновая вывеска. Камер видеонаблюдения тут не было, и это придало ему решительности. Еще раз оглядевшись, он вошел в здание.

– Мне, пожалуйста, что-нибудь от простуды. Голова болит, да ещё и насморк добавился в придачу, – удрученно пояснял он.

– Хорошо! Сейчас подберем вам лекарства, – худощавая продавщица кокетливо поправила прическу и выложила на прилавок несколько ярких упаковок.

– Вот, держите! – сказала она. – С вас семьсот пятьдесят рублей.

– Оплата по карте, – Влад улыбнулся, приложив к терминалу смартфон.

– Ждём!

– Конечно! – он спокойно дожидался знакомого сигнала об оплате.

– Оплата не прошла! Ошибка! – нервно сказала продавщица. – Так что, товар возвращаю на место!

– Подождите! – остановил ее Владислав. – Деньги списались со счёта! Вот же, посмотрите!

– И что? За вас я платить точно не буду! – высокомерно отвечала сотрудница аптеки, убирая купленный товар обратно на полки.

Стоявшая в очереди пожилая женщина, показательно прокашлялась, намекая на то, что ее ожидание несколько затянулось, и раздраженно сказала:

– Заплатите наличкой! Меня дома ждут!

– Я уже заплатил, – объяснил Влад. – Подождите немного.

– Вечно в этой аптеке какие-то проблемы, мне домой пора, дайте я куплю и пойду!

– Не спешите! – резко возразил Владислав.

За ними уже собралась небольшая очередь из шести человек, почти все были люди немолодые. Они заметно нервничали. Всем хотелось скорее купить необходимое и спокойно отправиться домой, к заслуженному отдыху после трудового дня. Некоторые уже выражали негодование, говоря о своей занятости и о том, что так долго ждать в подобной ситуации неприемлемо. Атмосфера в аптеке стремительно накалялась, дело явно шло к скандалу. Владислав упрямо не хотел уходить, всячески выражая своё негодование из-за долгого и непрофессионального обслуживания.

– Послушайте! У меня же списали деньги! Квитанцию я вам предоставил! Делайте наконец свою работу! В чём проблема? – словно электрический чайник закипал Влад.

– Деньги не поступили! Чек, как видите не вышел! – возражала женщина. – Товар останется на своем месте! И вообще, возможно, вы обманываете!

Постепенно народ в очереди разделился: одни были на стороне продавца, другие же поддерживали покупателя. Оживлённые споры и взаимные обвинения подливали масла в огонь. Владислав же, чувствуя спиной как накаляется обстановка, старался выйти из ситуации, не привлекая к себе лишнего внимания.

– Отдайте то, что уже оплачено! И разойдёмся миром! – сжимая кулаки, он исподлобья смотрел на несговорчивую женщину и чувствовал, как гнев поднимается внутри. Теперь его уже не остановить.

Но женщина стояла на своём.

– Как вы достали! Почему я должна платить за ваши лекарства из своей зарплаты!

– Глупая, глупая женщина! – прошипел Владислав. Бормоча себе под нос какие-то проклятья, он развернулся и вышел из аптеки.

– Всё понятно! Козел! – выкрикнула ему вслед продавщица, оставив за собой право последнего слова, а очередь воодушевленно зашевелилась, радуясь восстановленному порядку.

Шагая по тёмной улице, Владислав чувствовал, как гнев захватывает его целиком. Негативные чувства требовали выхода.

– У девушки день явно не задался! – успокаивая сам себя, злорадно усмехнулся он. – Иначе всё сложилось бы совсем по-другому. Ну что, мадам! Придётся заплатить по счетам!

Затаившись в тени, едва сдерживая неконтролируемую злобу и стараясь выровнять учащённое дыхание, Владислав ждал, жадно всматриваясь в ярко освещенные окна аптеки.

– Инди, ты сам всё видел! – мысленно обратился он к другу, – Надеюсь, ты рядом и поддержишь меня, как и раньше.

Минуты тянулись словно часы. В ожидании активных действий Владислав размышлял о жизни.

Погружаясь в себя под ритмичную музыку автомобильного радио, Владислав перебирал в уме различные ситуации из прошлого, конфликты, в которых он ощущал себя несправедливо обиженным, и его раздражение лишь усиливалось. Сейчас он видел всё через внутренний фильтр негатива и подозрения. Каждой фигуре, повстречавшейся на его пути, он приписывал скрытые мотивы и намерения, тем самым предполагая, что большинство окружающих людей желают нанести ему вред. Всё это наполняло сердце Владислава злобой и желанием мстить.

– Этот мир не исправить. – выдохнул он, осознавая предстоящий замысел. В глубине души он чувствовал себя не таким уж и плохим, на это у него были свои причины, свои оправдания.

– Каждый из вас получил по заслугам – говорил он, вспоминая жертв из прошлого.

– О, да… вы не были добряками, вы выбрали злобу и лицемерие. Я лишаю жизни тех, кто этого заслуживает. Я не злодей, а просто охотник, выполняющий свою работу. Райские врата для меня, конечно же, закрыты, но всё же, у меня есть много положительных качеств. – думал он, перебирая в голове сцены проявления заботы и сострадания в определённые моменты повседневной жизни.

Владислав был убежден, что его существование имеет смысл. Он верил, что даже в абсолютной тьме, где происходят ужасные вещи, все же есть место добру. Размышляя об этом, он чувствовал, как его сердце постепенно заполняется теплотой. Он знал, что выбранный им путь сложен, но собственные действия казались ему логичными и оправданными, и это было крайне важно для него.

Терпеливо дождавшись конца рабочего дня, Влад с удовольствием наблюдал, как ставшая ему ненавистной женщина закрывает аптеку. Завершив все дела и выключив свет, она поставила помещение на охрану и заперла дверь, попутно громко разговаривая по телефону, а потом направилась вдоль дороги, периодически оглядываясь на аптеку, как бы проверяя, все ли в порядке.

Вслушиваясь в стук её каблуков, Владислав наслаждался. Закрыв глаза, он вдохнул полной грудью ночной воздух, будто проживая за нее эту уникальную минуту жизни. Затем он аккуратно закрыл дверь автомобиля и тихо пошёл за ней следом, не отводя цепкого взгляда от своей добычи. Спустя нескольких минут преследования, дождавшись тёмного переулка, он ощутил незабываемую, безграничную энергию всевластия. Момент был подходящий, и он решил действовать.

– Пора! – прошептал он, обращаясь сам к себе и перешёл на быстрый шаг.

Неожиданно женщина почувствовала преследование и, повернув голову, увидела приближающегося Владислава. Она даже опознала в нём своего скандального клиента, но было поздно. Её сердце забилось быстрее, ощущая нарастающий ужас от звука его шагов. Опрокинув жертву наземь, он набросился на нее, как дикий зверь.

– Ну что, сучка драная! Принимай расплату! – прорычал он, пиная беззащитное женское тело.

Отчаянный вопль огласил улицу и тут же утонул в потоке привычного городского шума.

– Заткнись, сучка! – Владислав нанес жесткий удар в челюсть, вложив в него всю злость и обиду.

Почувствовав во рту металлический вкус крови, она умолкла. Они оба сейчас были словно в трансе, плохо понимая происходящее. Задыхаясь от боли, женщина собрала всю волю в кулак и попробовала дать отпор. Но эти попытки спастись и защитить себя оказались тщетны, и вскоре борьба была окончена. Медленно приходящее осознание произошедшего привело Владислава в чувство. Перед ним лежала окровавленная женщина, изредка подававшая признаки жизни. В приступе ярости он выбил жертве с десяток зубов. Урывками вспоминая это безумие, Владислав не мог понять, что именно его так разозлило.

– Просто нахлынуло! – с трясущимися руками рассуждал он. Неусмирённая обида продолжала кипеть в нём, разгоняя горячую кровь.

Он сходил к машине и, прихватив строительный молоток, вернулся к неподвижному телу.

– Нужно завершить начатое! – широко размахнувшись, Владислав целенаправленно раздробил молотком челюстно-лицевую часть, попутно нанося удары по различным частям тела. Он подбадривал себя воспоминаниями о том, как дерзко разговаривала с ним продавщица.

– Покончено! – наконец заключил он.

Наклонившись к изуродованному, неузнаваемому лицу, Владислав хрипло прошептал:

– Ну вот! Поздравляю, ты похудела на двадцать один грамм. Знаешь, долбанные учёные говорят, что душа весит именно столько, и после смерти тело становится немного легче. Значит, ты сейчас просто улетаешь отсюда, очень и очень далеко! Надеюсь, прямо в ад, сучка! – встав с колен, Владислав прикрыл тело неподвижной женщины ветками, сорванными с деревьев, и направился к одиноко стоящему микроавтобусу.

Поздний осенний вечер принес с собой неприветливую прохладу, температура воздуха стремительно падала. Ночь обещала быть суровой, как и то, что случилось в сумерках на одной из безлюдных улиц.

## Шагая в ногу

Солнце согревало все вокруг нежными лучами, а лёгкая прохлада от городских фонтанов приятно освежала. Прогуливающаяся пара медленно шагала вдоль Корабельной набережной. Здесь все было посвящено флоту и военно-морской теме. Они держались за руки, в их глазах светились любовь и счастье, а улыбки не сходили с радостных лиц.

– Мне здесь всегда нравилось! – нежно взяв Артёма под руку, предавалась воспоминаниям Анна. – Знаешь, в моем детстве наша семья часто переезжала. Как кочевники, ей-богу. Все из-за работы отца!

– Жалеешь об этом?

– Да нет же, глупенький! Это было прекрасное время! Мы, кстати, жили тогда совсем недалеко отсюда, буквально в паре остановок на автобусе.

– Здорово! А я прозябал в своём посёлке. До сих пор не верится, что смог устроить свою жизнь с нуля, не имея ничего, кроме чемодана с нижним бельём и парой строгих костюмов.

Набережная, простирающаяся перед ними, была очень живописна, а лёгкий морской бриз и оживлённая атмосфера вокруг располагали к долгим прогулкам. Вдалеке виднелись парусные яхты и катера, оттуда доносились музыка и смех отдыхающих. Анна и Артем тоже смеялись и разговаривали обо всем на свете, время от времени останавливаясь, чтобы насладиться живописными видами, сделать фотографии или просто понаблюдать за жизнью вокруг. Им было легко и радостно друг с другом, они обнимались, строили планы на будущее и чувствовали сейчас какую-то особенную близость и взаимопонимание. Украдкой рассматривая лицо возлюбленной, словно созданное талантливым художником, Артём поражался тому, насколько она красива. Её веснушки казались совершенством, а голос и мимолётная улыбка завораживали, сейчас он искренне любовался ею.

– О! Кажется, там продавали мороженое в стаканчиках, – вдруг воскликнула Анна. – До сих пор помню тот мягкий сливочный вкус. Эх, было время!

Пройдя около пяти метров, она оживилась:

– Точно! Именно здесь и продавали!

– Нам, пожалуйста, пару стаканчиков сливочного! – Артём, улыбаясь, протянул крупную купюру. – Да, сдачи не надо!

– Спасибо! – радуясь, как дитя, Анна взяла стаканчик.

– Всегда пожалуйста! – сказал Артем, и они оба рассмеялись.

– Пойдём! На нас уже смотрят и, кажется, я смущаюсь! – сказала Анна.

– Ну что же, красавица, пошли! – приобняв спутницу, Артём решительно шагнул вперёд.

Он украдкой наблюдал за Анной и радовался каждой секунде этой безмятежной прогулки. Легкий ветерок играл прядями ее волос, прорисовывая на щеках солнечные блики. В его груди разливалось тепло, похожее на то, что заполняет улицы с первыми лучами рассвета, нежное, робкое, но обещающее что-то невероятно хорошее. Ее смех был музыкой, ее молчание – поэзией, а каждый взгляд, случайно брошенный в его сторону, вызывал трепет, заставляя сердце биться чаще. Она была для него загадкой, которую хотелось разгадывать бесконечно, историей, которую хотелось писать вместе, мелодией, в которую хотелось вплести свою партию. И в эти мгновения, когда они были рядом, весь мир переставал существовать, оставаясь за невидимой завесой, сплетенной из нежности и трепетной любви.

– Нам сегодня повезло с погодой! Да и вообще, мне с тобой очень повезло, люблю я тебя, люблю! – Артём не смог сдержать своих чувств.

Она ничего не ответила. Легкая пауза повисла в воздухе. Каждый думал о чем-то своем. Анна накручивала локон на указательный палец и улыбалась, устремив взгляд куда-то ввысь, в пространство.

Держась за руки, они не спеша шли, прислушиваясь к своим чувствам. Стараясь не нарушить возникшую между ними гармонию, они шагали в одном ритме, наслаждаясь своим единением, их ноги двигались в такт. Незаметно они дошли от центральной площади до остановки, где их, словно верный друг, терпеливо ожидал припаркованный автомобиль Артёма.

– Ну, что, в субботу выберемся куда-нибудь? Придёшь?

– Если приглашаешь, обязательно приду! Где отдыхать-то будем?

– Хочу в пивной ресторанчик! – сказал Артем. – Паб какой-нибудь, где можно хорошо провести время с друзьями. В общем, я все обдумаю, выберу подходящее заведение и забронирую столик. И сразу напишу тебе, ну или позвоню!

– Отлично, договорились! – согласилась Анна и обняла его.

Этот чудесный день, наполненный теплом и светом, они провели, наслаждаясь простой прогулкой. Именно в такие безмятежные часы, среди городского шума и суеты, родилась непоколебимая уверенность в том, что вместе они идут верным путем.

## Путь в бездну

Переезд в соседний, более крупный город вскружил им головы.

– Представляешь, целых три комнаты! – смеялась Карина, кружась по просторной гостиной. – Свобода!

Илья, не сдержав улыбки, притянул ее к себе.

– Наша свобода, – прошептал он, целуя ее волосы. – Теперь мы сами строим нашу жизнь.

Первые две недели пролетели, как один миг. Они обустраивали квартиру, гуляли по незнакомым улицам, строили планы на будущее. Илья уже предвкушал, как устроится на работу, как они будут вместе готовить ужины и мечтать, сидя на подоконнике с чашкой чая… А там можно подумать и о пополнении семьи, о долгожданном ребёнке. Мечты сбываются, но не у всех…

Шли дни, Карина сияла теплом и заботой. Она всегда была вежливой, с легкой улыбкой на устах, неизменно была готова помочь Илье с любыми мелкими делами, будь то приготовление ужина или выбор новой книги. Ее голос был мягким и ободряющим, а глаза искрились радостью. Когда они гуляли по парку или сидели в уютном кафе, она с удовольствием делилась своими мечтами, смеялась над шутками Ильи и искренне интересовалась его делами. В эти моменты она казалась идеальной спутницей жизни.

Но однажды все изменилось. Как-то вечером Карина оделась иначе, её стиль стал дерзким и вызывающим. Во взгляде появилось что-то непонятное, словно она прятала в себе тайну, о которой Илья не догадывался.

– Пойду к подруге. – сказала она, не дожидаясь вопросов, а потом легко проскользнула в дверь, оставив после себя лёгкий аромат духов.

Карина вернулась домой под утро, распространяя запах алкоголя и чужого парфюма. В её походке была явная неуверенность и шаткость, как будто она пыталась удержаться на краю пропасти. На расспросы Ильи она ответила лишь раздраженным смешком.

– Не волнуйся, котик, просто засиделась у подруги. Это же нормально, она девчонка хорошая.

Илья, придерживаясь своих принципов, попытался возразить, но Карина, словно не слышала его, она уже крутилась перед зеркалом, примеряя новое платье. С того дня подобные "посиделки" стали повторяться все чаще. Карина превратилась в загадку, которую Илья не мог разгадать. Дни она проводила в сонном забытье, зато с наступлением сумерек словно просыпалась, превращаясь в ослепительную тусовщицу, жаждущую веселья и адреналина.

Илья, поначалу негодовавший, вскоре сдался. Он не мог избавиться от ощущения, что, несмотря на все эти тайны и странное поведение, это была всё та же заботливая и радостная Карина, которую он так любил. Страх потерять любимую и остаться одному в этом большом городе заглушал голос разума. Он нехотя втянулся в этот вихрь развлечений, успокаивая себя мыслью, что так он хотя бы сможет быть рядом с ней.

– Это все временно, – убеждал он себя, глядя, как Карина отплясывает на барной стойке. – Вот нагуляется, устанет от этого всего, и мы начнем нормальную жизнь.

Но "нормальная жизнь" все не начиналась. Дни превратились в бесконечную череду тусовок, где алкоголь лился рекой, а лица людей сливались в пестрый калейдоскоп, разговоры неизменно крутились вокруг денег, развлечений и пустых сплетен. Илья, конечно, чувствовал, как с каждым днем все сильнее увязает в этой трясине, как угасает то светлое чувство, которое он когда-то испытывал к ней. Дорогая его сердцу, любимая была уже не той нежной девушкой, которую он знал раньше, она превратилась в чужую, совершенно незнакомую ему женщину. Красивую, опасную, словно русалка, манящая на гибель зазевавшихся моряков.

А тем временем деньги отца Карины, словно волшебный эликсир, поддерживали их иллюзорное счастье. Илья понимал, что такое положение не может продолжаться долго, но было уже поздно. Он оказался в ловушке, сотканной из собственных иллюзий, страхов и желаний. Ловушке, из которой, казалось, нет выхода…

Не задумываясь о том, как дальше сложится судьба, Илья решил плыть по течению. Жизнь перевернулась, и день превратился в ночь. Заливая алкоголем свои сомнения и мечты, он, сам того не понимая, пробуждал другую, доселе неизвестную, отрицательную часть своей личности.

Они кружились в вихре поддельного веселья и пустого общения со случайными собутыльниками, а их совместная жизнь свелась к бесцельному существованию и зависимости от алкоголя. Это был прямой путь к катастрофе.

## Незваный гость

Осенние дни становились всё холоднее и холоднее, а души людей наполнялись грустью и мечтами о счастье. Листья на деревьях пожелтели и начали опадать.

Прошла пара недель после совместной пробежки. Анна в отличном настроении готовила ужин, когда неожиданно раздался громкий и настойчивый звонок в дверь. Поправляя на ходу причёску, она поспешила открыть входную дверь, думая, что увидит на пороге дорогого сердцу человека.

– Артём! Вот же не сидится! – проворачивая ключ в замочной скважине, Анна ощутила нарастающее давление с той стороны. Ещё секунда и дверь резко распахнулась. На пороге стоял неизвестный мужчина крепкого телосложения с короткой стрижкой, одет он был в кожаную куртку, из-под которой небрежно торчала темно-синяя кофта с капюшоном. Черные джинсы и армейские ботинки дополняли образ. Выглядел он явно недружелюбно. Их глаза встретились, и Анна почувствовала, как мурашки побежали по телу. Это был взгляд хищника.

– Вы кто? – успела произнести девушка, прежде чем потеряла сознание. Тело ее пронзил сильнейший удар электрическим током. Анна мгновенно обмякла и упала на пол, не почувствовав боли при падении. А тем временем, из комнаты доносились звуки новостной программы, идущей по телевизору; как раз говорили об исчезновении работницы городской аптеки. Анна в бесчувственном состоянии распростерлась на полу. В квартире царила тишина, нарушаемая лишь бормотанием телевизора, вещи лежали на своих местах, а фотографии по-прежнему напоминали о счастливых моментах.

Незнакомец был доволен проделанной работой. Он уже несколько дней следил за Анной. Ему понравились её красота и энергичность, и что-то подсказало ему идти по следу этой девушки. С пристальным вниманием он наблюдал за тренировками Анны, изучал её привычки и маршруты. Зная, что она бегает не одна, он проявлял особую осторожность. Обдумав каждую деталь, он выбрал нужный момент, когда девушка была уязвима и незащищена. В тот поздний вечер начался лёгкий дождь, ознаменовавший наступление идеального времени, улицы были пусты, а монотонный шум дождя заглушил лишние звуки. Почувствовав, что время пришло, он решил действовать.

Через некоторое время Анна пришла в сознание. Всё тело болело, и она с удивлением поняла, что не может пошевелиться. Руки и ноги оказались надежно зафиксированы веревкой и связаны крепким охотничьим узлом, рот был заткнут грязной кухонной тряпкой, что лишало всякой возможности громко закричать. Понимая серьёзность ситуации, она не поднимала глаз, надеясь, что ее отпустят. Собравшись с силами, Анна попыталась освободиться от оков, но ничего не получилось. Однако в очередном рывке, ей удалось избавиться от кляпа во рту. Не теряя времени, Анна начала уговаривать похитителя отпустить её.

– Прошу вас, пожалуйста…

– Да помолчи же! Не зли меня! Ну же!

– Отпусти! Отпусти, пожалуйста! – молила девушка, предчувствуя, что смерть приближается с каждой минутой.

– Помолчи, сучка, не вынуждай делать тебе больно! – он что-то судорожно искал во внутреннем кармане своей потёртой кожаной куртки.

– Что вам нужно?

– Успокойся! Ах да, у меня для тебя сюрприз! Так сказать, подарок новичку! – с издёвкой проговорил он, достав из кармана наполненный полупрозрачной жидкостью шприц.

Почувствовав возбуждающий прилив сил и необычайное ощущение всевластия, которое наполнило его эйфорией, незнакомец с наслаждением вонзил шприц в плечо хрупкой беззащитной девушки и начал медленно вводить жидкость в мышцу, представляя, как вскоре она попадет в кровь и растечется по всему по телу. Анна, изловчившись, резко наклонила голову и ударила его в лицо. От неожиданности он слегка пошатнулся, но не упал, а лишь с силой толкнул Анну. Девушка вновь потеряла сознание. Она словно выпала из реальности и погрузилась в странное состояние: было не больно и не страшно, а только жаль прощаться с жизнью, наполненной радостью и счастьем. Она думала сейчас о самом близком человеке, о маме, которую она считала своим ангелом-хранителем. Хотелось так много ей сказать и провести вместе еще хоть пару бесценных минут.

– Мама, какие же были прекрасные вечера, когда мы пили чай и говорили о жизни! Ты всегда находила для меня слова утешения и поддержки. Как же мне сейчас тебя не хватает! Я так люблю тебя, мама! – мысленно обращалась к ней Анна, прощаясь с жизнью.

## Отбор

Рабочая комната Альберта отличалась сдержанным и функциональным интерьером. В ней не было ничего лишнего, каждый предмет мебели и декора находился на своём месте. На полу лежал мягкий ковёр, приглушавший звуки шагов. У одной из стен стоял большой письменный стол, на котором были аккуратно разложены бумаги и документы. Рядом с ним, на небольшом сервировочном столике, разместились чайник, кружка, упаковка заварки, банка с кофе и сахар. Этот уголок позволял сделать перерыв, наслаждаясь чашкой горячего напитка во время работы или отдыха. Недалеко находилось удобное кресло, в котором Альберт проводил долгие часы за работой. Напротив стола стоял книжный шкаф, заполненный всевозможными справочниками и книгами. На одной из полок располагалась фотография в рамке, на которой Альберт был запечатлен в спортивной одежде в окружении команды по волейболу. В углу комнаты находился небольшой диван, где можно было отдохнуть после напряжённого дня. На стенах висели картины с изображением городских пейзажей. Освещение было приглушённым, это создавало тут уютную атмосферу. На окнах висели плотные шторы, защищавшие от яркого света. Интерьер отражал характер хозяина комнаты: это был практичный, сдержанный и функциональный кабинет.

– Из сотни набралось семеро, маловато конечно, но времени нет. – Альберт вычеркнул лишние имена из рабочего блокнота, выделил избранных, аккуратно разложив на столешнице личные дела. Приготовив дырокол и толстую швейную нить, он напоследок осмотрел отложенные папки.

Альберт старался относиться к отобранным кандидатам беспристрастно. Он наспех пробегал страницу за страницей, просматривал файлы, попутно размышляя о каждом. В конце концов, он выбрал несколько подходящих под нужды компании претендентов, перечеркнул синими чернилами имена неугодных и положил ручку в правый верхний угол стола.

– Ты подходишь для эффективной команды, Марк. Если, конечно, тебя примут остальные, – Альберт мысленно обратился к одному из кандидатов. Он включил чайник и продолжил свои размышления.

Судя по фотографии, парню было лет тридцать с небольшим, он производил впечатление порядочного, но непредсказуемого человека. Ни худой, ни толстый, среднего телосложения. Почти на каждой фотографии, сделанной во время наблюдения за ним, он был в одной и той же старой бейсболке, натянутой до густых бровей, в зеленой толстовке и искусственно потертых джинсах.

– Ближе к делу! – торопился Альберт, перелистывая описание жизненного пути претендента, в поисках ключевых моментов и событий, сыгравших важную роль в его судьбе. Он хотел понять факторы, которые помогали этому парню достичь успеха, или наоборот, мешали достижению целей, и поэтому он всё глубже уходил в текст материалов дела…

Детство Марка проходило нескладно. Он был вторым ребенком и единственным сыном из пятерых детей в семье. Вечно пьяный отец и постоянно раздраженная мать, ссоры, скандалы, крики – все это не могло не отразиться на внутреннем мире юноши. Получая очередную порцию нравоучений, он глубже уходил в себя, а пьяные отцовские умозаключения о его никчемности и бездарности частенько подкреплялись подзатыльниками. Однако парень старался не терять интерес к жизни, с годами он превратился в статного мужчину. Первый опыт взаимодействия с прекрасным полом был неудачным. Вместо искренней любви он получил с сифилис, что сильно подкосило его доверие к окружающему миру и женщинам. Но он не унывал и пытался сохранять оптимизм.

Марк всегда был человеком, который стремился приносить пользу окружающим. Наконец, он нашёл своё призвание в городской больнице, устроившись на должность санитара. Каждый день он без колебаний мчался по коридорам, исполняя множество задач, стараясь помочь находившимся на грани жизни и смерти. Его сердце наполнялось гордостью, когда он думал о том, скольким людям сможет помочь, даже занимая такую скромную должность. С первой же смены Марк полностью отдался своим обязанностям. Вскоре он заслужил уважение и признание среди коллег и опытных врачей, которые ценили его трудолюбие и внимательность. Он быстро научился ассоциировать себя с командой, ему нравилось чувствовать себя частью единого механизма, где все работали на одну цель: спасти жизни. Наблюдая за работой докторов, Марк постепенно погружался в мир медицины. Он восхищался слаженными действиями врачей, их умением быстро принимать решения в сложных ситуациях. По вечерам, после долгих смен, он возвращался домой к уютному уголку, где его ждали книги. Он начал изучать специальную литературу, посвященную медицинским знаниям и практикам. Он погружался в неё с жадностью, читая порой до глубокой ночи, изучая анатомию, фармакологию и принципы оказания первой помощи. Каждая страница открывала перед ним новые горизонты, и он чувствовал, как его страсть к медицине крепнет с каждым днем. В эти моменты он мечтал стать врачом, способным принимать трудные решения в критические моменты.

Его жизнь изменилась в одночасье, совершенно неожиданно и бесповоротно. В тот роковой день, на верхнем этаже городской больницы, Марк как обычно выполнял мелкие поручения старших сотрудников. Он всегда старался работать хорошо, приносить пользу людям. Все было как обычно. Марк помогал переносить коробки с медицинскими препаратами. Вдруг, проходя мимо одной из палат, он услышал крик, и мурашки пробежали по его спине. Замерев, он прислушался: это была мольба о помощи.

– Помогите, прошу вас! – хриплым голосом звал кто-то из четыреста седьмой палаты. Это была платная палата, одна из лучших в больнице.

– Помогите! – снова донеслось из-за двери.

Оставив коробки посреди безлюдного коридора, Марк еще раз прислушался к звукам за дверью, а затем вошёл туда. В палате был полумрак, в воздухе витал запах цветов и лекарств. На кровати неподвижно лежала истощённая болезнью женщина. Их взгляды встретились.

– Тебе чего? – спросил Марк, наклонившись поближе к больной, чтобы убедиться в том, что его услышали.

Она настороженно молчала.

– Ну ладно, я пошёл, – Марк демонстративно развернулся и направился к выходу, но у самой двери вдруг остановился, услышав приглушенное кряхтение за спиной.

– Постой! Подойди! Постой же! – сжимая губы, бормотала женщина, словно стараясь удержать внутри себя невысказанные слова.

Волнуясь, он снова подошел к кровати и еще раз взглянул в глаза своей странной собеседницы. Он был поражен этим безжизненным и лишённым надежды взором тёмных глаз, наполненных болью и усталостью. Она явно была в отчаянии и чувствовала себя обузой для своих близких, жизнь казалась ей бессмысленной, приносящей лишь страдание. Она хотела освободиться от боли. Эмоциональное истощение достигло своего пика.

– Хочу попросить об…

– Не нужно! Я, понял… – перебил её Марк. Сам толком не понимая, что делает, он крепко обхватил большую розовую подушку, накрыл ею искаженное болью лицо и прижал намертво. На удивление, женщина не сопротивлялась. Вскоре предсмертные конвульсии дали понять, что всё кончено.

Марк стоял, потрясенно рассматривая тело и тяжело дыша, сердце колотилось с запредельной частотой. Мир перевернулся, и скрытые демоны вышли наружу: несмотря на благие намерения, он все же совершил убийство. Он пытался убедить себя, что его действия оправданы благородной целью, но пронзительное чувство вины медленно проникало в его сознание, отравляя душу. Первый шаг был сделан, и он оказался не готов к столкновению с жестокой реальностью, повстречавшись лицом к лицу со смертью.

В памяти то и дело всплывали последние мгновения уставшей от жизни женщины: ее печальные глаза, тихий вздох, и тот неожиданный поворот событий, который перевернул все с ног на голову.

– Зачем, зачем я это сделал? Что на меня нашло? – вопросы неслись нескончаемым потоком, совесть его была неспокойна.

Он представлял ее улыбку, ее голос, ее нежные руки, и все это противоречило тому ужасу, который он устроил. Чувство вины тяжким бременем легло на его плечи. В итоге, он всё же смог убедить себя, что это просто недоразумение и он не хотел никому вреда. Но глубоко внутри он знал, что это не так. Он предал ее доверие, разрушил ее жизнь. Вскоре, на смену естественным угрызениям совести, пришли совершенно другие чувства, словно он проснулся в другом теле, другом мире. Вспоминая убийство, он ощущал выброс адреналина, чувствовал какую-то невероятную силу и мощь. Преодолев некий предел, он перешел на ту, другую сторону, где все прежние ценности безвозвратно утратили свой смысл. Вглядываясь в свое отражение в зеркале, он не узнавал себя.

– Кто я? – прошептал Марк, словно пытался разгадать тайну, которую сам же и создал.

Мир вокруг казался нереальным, окрашенным в тусклые, неприятные тона, окружающие люди стали для него лишь призраками, вся прежняя жизнь больше не имела никакого значения. В итоге Марк остался один в аду своих навязчивых мыслей, запертый в клетке собственной вины. Осознав безнаказанность, он теперь не сомневался в своих возможностях, и жаждал продолжения тёмных дел.

Спустя одиннадцать месяцев, Марк совершил роковую ошибку.

В то летнее утро стояла оглушительная тишина. Это был обыкновенный дачный район, недалеко от железнодорожных путей. Девушка открыла глаза, и первое, что она увидела – мелькающие между деревьями солнечные лучи, узоры света и тени на мягкой земле. Сердце колотилось так, словно пыталось выпрыгнуть из груди. Каждый звук вокруг приводил её в ужас: шорохи, треск веток и завывание ветра. Она не смогла сразу собрать мысли в кучу, в памяти всё ещё крутился образ, который её преследовал. Всё началось с вечерней прогулки. Она давно любила эту тропинку, уводившую вглубь леса, здесь ей всегда было хорошо и спокойно. Но тот вечер стал настоящим кошмаром. Он выскочил из-за дерева. Его холодный взгляд был полон ненависти. Она помнила, как её охватил страх, когда он приблизился. Этот момент показался ей вечностью: сердце забилось быстрее, мысли в голове метались в поисках способа убежать или как-то защитить себя. Теперь же, очнувшись под тенью могучих деревьев, она поняла, что выжила. Но как? В памяти всплывали громкие крики – это был её собственный голос, который просил о помощи. Через что она прошла? Мурашки пробежали по коже, когда она попыталась вспомнить, как удалось вырваться. Она осторожно прикоснулась к своей шее. С каждой минутой память прояснялась. Её инстинкты сработали. Она помнила, как боролась, как пыталась вырваться из его хватки, как использовала каждую возможность, чтобы освободиться, а затем, когда он потерял бдительность, схватила горсть земли и метнула прямо в его лицо. Ослепив его, она тут же рванула в лес. Девушка бежала, не оглядываясь, чувствуя, как по телу разбегаются мурашки от страха и адреналина, но она знала: единственный путь – только вперёд. Теперь, лежа на влажной земле, она чувствовала одновременно облегчение и страх от того, что пришлось пережить. Она с трудом поднялась, опираясь на дерево, и, наконец, решилась двинуться дальше через лес. Добравшись до дороги, она побежала навстречу проезжающей машины. Девушка была спасена, но это был далеко не последний случай.

Переживая свой провал, Марк долго корил себя. Со временем, отточив своё мастерство, он перестал допускать подобные ошибки. Совершив с десяток однотипных нападений, он придерживался неукоснительного правила: «если жертва не сможет рассказать, значит, ничего и не было».

– Жуткий тип! – закуривая очередную сигарету, Альберт нажал кнопку чайника.

## Кружка крепкого кофе

– Так, интересно! – рассматривая фотографию улыбающейся счастливой пары, Альберт направил луч лампы в центр затёртого листа.

История очередного кандидата, приоткрывавшая завесу тщательно замаскированной тайны, предвещала ему бодрую ночь. Налив еще одну чашку крепкого кофе, Альберт в предвкушении интересного чтения сел поудобнее, вытянул под столом уставшие ноги и погрузился в распечатанный текст, ощущая себя участником описанных там событий.

Брайан, реализуя отвратительные фантазии, часто использовал девушек лёгкого поведения, обещая им хорошее вознаграждение, ведь такие дамы явно умели держать язык за зубами. Со временем он стал все больше отдаваться своим садомазохистским пристрастиям, игра в мучителя и жертву захватила его целиком. Вскоре, не устояв перед новыми ощущениями, Брайан перешёл границу дозволенного: приглашённых на вечеринку девушек вынесли оттуда в пластиковых пакетах и утопили в ближайшем водоёме. Совершив непоправимое, Брайан испугался и залёг на дно, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Какое-то время ему удавалось отгонять извращённые мысли.

Луиза оказалась воплощением мечты. Она понимала его с полуслова. Две потерянные души, они сразу понравились друг другу и поняли, что их пристрастия в сексуальном плане удивительным образом совпадают. Вскоре Брайан и Луиза сняли частный дом и поселились в нем, как семейная пара. В кратчайшие сроки он переоборудовал подвальное помещение, устроив там в комнату для воплощения самых смелых фантазий, и они вместе с любимой перешли к активным действиям. Луиза, выполняя роль охотницы, разъезжала по увеселительным заведениям и тщательно подбирала нужную кандидатуру. Она втиралась в доверие к ничего не подозревающей жертве, стараясь расположить к себе отобранную девушку при помощи лести и алкоголя. Выбрав нужный момент, нежно прикоснувшись к собеседнице, Луиза предлагала продолжить совместный отдых в другой, более подходящей обстановке. Из тех несчастных отобранных, кто доверился незнакомке и согласился поехать к ней, никто и никогда не возвращался. Паук всегда настигал свою жертву. Надевая на пленницу наручники, связав её по рукам и ногам, он приступал к проведению пыток. Похищенных хлестали, тушили о них сигареты, иногда ради развлечения некоторым вставляли разные предметы в гениталии, а кого-то просто насиловали. И в то же время Брайан как будто влюблялся в похищенных и разговаривал с ними довольно нежно. От Луизы же ничего не зависело, всем процессом истязания командовал он. Каждый раз жизнь жертвы заканчивалась во дворе дома влюбленной пары.

Судя по расставленным на центральной полке трофеям, через подвальчик семейной парочки прошло около двенадцати человек, и казалось, никто так и не узнал, что с ними случилось.

– Хватит на сегодня! – Альберт убрал плотную папку в выдвижную тумбу, неторопливо встал и задвинул за собой массивный рабочий стул. Он озабоченно осмотрел комнату, выключил настольную лампу, чувствуя одновременно потрясение, вину и облегчение. Сейчас ему казалось, что он наконец избавился от внутренних демонов.

## Пена поверх бокалов

Пивной ресторан «Морской демон», расположенный в центральной части города, был довольно популярен среди горожан. Пройдя фейс-контроль на входе и оставив в гардеробе верхнюю одежду, посетители поднимались по широким ступеням в главный зал. Отделанные деревом стены, приглушённое освещение и уютная обстановка подкупали гостей. Тут всегда звучала веселая музыка, а напитки лились рекой.

В этот субботний вечер почти все столы были заняты, народ жаждал расслабиться после трудовой недели. В зале стоял гул разговоров и смеха, многие гости уже успели осушить явно не один бокал «волшебного эля». Пробираясь между столами, уставленными аппетитными блюдами, Владислав тревожно оглядывался вокруг, обращая особое внимание на руки присутствующих. Он заметно нервничал, возможно, у него даже повысилось артериальное давление. Во всяком случае, сердце его бешено колотилось, а виски сжимала ноющая боль. Ощущение подставы не покидало его. Он старался держаться достойно, отвечая широкой улыбкой на взгляды окружающих. Один из мужчин громко окликнул Владислава и поднял правую руку вверх, достаточно высоко, показывая белый шнурок. Не имея возможности перекричать подвыпивших людей, мужчина указал на свободное место, высокий барный стул, одиноко стоявший у стойки бара. Владислав не без труда протиснулся к нему и, испытав чувство удовлетворения, с лёгкой улыбкой занял подготовленное место.