Агата Богатая
Провинциалка Наташа

Странное имя

– Умоляю вас, оставьте отзыв, ну пожалуйста. Милая, Агата. – Пишет мне девушка в комментарии, когда я только приступаю к созданию блога.

У меня ничего не получается. Абсолютно ничего. Очень сложно врубиться в алгоритмы и настройки этой платформы. Будет ли кто-то вообще читать эту ерунду, спрашиваю сама у себя я? Зачем я этим занимаюсь? Ради чего? И кого? У меня депрессия, и люди это отлично почувствуют. Им нужно много света и добра. А про что расскажу я?

Как мне сейчас хреново? Свою историю возрождения из пепла? И возродилась ли я? Наоборот, превратилась в настоящее чмо. Унылое. Уставшее. Умершее. Разве можно продать свое несчастье?

Я встаю с кровати и ползу на кухню. Никому-никому я сегодня не нужна. Почти строки из Ахматовой:

Эта женщина больна, Эта женщина одна, Муж в могиле, сын в тюрьме, Помолитесь обо мне.

Нет. Муж у меня живой и вполне симпатичный. Сын. Он не в тюрьме. Он умер. Что может быть хуже? И дочь. Она пропала без вести. Я потеряла работу и медленно падаю вниз. Наверное, я уже зависима. Потому что каждый день пью. Пока еще благородные напитки. Но иногда мне кажется, что непринципиально, какой марки вино – лишь бы заглушить эту боль.

Мои волосы похожи на солому. Я набрала вес и отекла. Но это уже неважно. Моего Захара уже не вернуть, а Зару я не найду никогда. Или найду? Почему именно со мной это случилось? Почему моя дочь теперь в другой стране и называет чужую женщину мамой?

Мне хочется поговорить. Облегчить свою душу. Но не с кем. Вчера мне обрывали телефон просьбами – от меня многое зависело. От одного моего росчерка пера. А сегодня я никто. Мужняя жена. Домохозяйка и безработная, которую лишили пособия. К чертовой матери эти центры занятости населения. Они унижают, лишают последнего самоуважения!

Слава Богу, у меня есть муж, который все еще меня содержит. Но он так часто сбегает от меня в командировки, что иногда мне кажется, что я снова не замужем. Любит ли он меня? Или просто настолько благороден, что не может бросить отчаявшуюся алкоголичку?

И сейчас мой Адам не отвечает на звонки. Быстро кладет трубку. Опасаясь, что у меня снова случится истерика. Хотя врачи нас обнадежили – мне выписали такие лекарства, от которых сложно рефлексировать. Только сразу же сойти с ума.

Позвонить маме? Но она паталогически не берет трубку. Считая меня виноватой во всех тех бедах, которые так неумолимо на меня наваливаются. Из этого нет никакого выхода. Или есть?

На кухне я начинаю искать остатки выпивки, испытывая странное беспокойство. Неужели вчера я вылакала все? Да. Вот пустая бутылка от хорошего коньяка.

Именно так и было. Я залпом опустошила все до последней капли, найдя подарочную упаковку среди запасов еды. Как же я этому обрадовалась!

Но боль никуда не исчезла. Есть ли таблетка от этой невыносимой боли? Которая сжирает меня изнутри, откусывая крошечными кусочками.

– На что похожа ваша боль? – Задают дурацкий вопрос мне психологи.

На зубастого монстра, шевелящегося внутри меня. От которого невозможно избавиться. Пожалуй, это лучшее описание, которое крутится в моем воображении.

Окно раскрыто настежь, но мне не холодно. Недавно психотерапевт объяснил мне, что моя связь с телом потеряна. Как это называется? Кажется растождествление? Или я ошибаюсь?

Снова я начинаю искать что-то из спиртного. В холодильнике, в шкафах, за диванами. Кажется, муж догадался о том, что я делаю припасы из выпивки. Именно поэтому перестал переводить мне деньги на карту, предпочитая самостоятельно заполнять холодильник продуктами, чтобы я не сдохла к его возвращению.

Ну не садизм ли? Разве так любят? Внутри меня начинает вырастать злость. Я снова набираю номер мужа, но он опять недоступен. Адам предпочитает очень много работать и недавно заключил контаркт, уехав заграницу. Или это способ продолжать общаться с Зарой (дочерью), от которой я письменно отказалась?

Чем мой муж конкретно занимается, мне толком неизвестно. Это что-то вроде разработок в области нефтяной и газовой промышленности. Получается у него неплохо. Мы живем в спальном районе и ни в чем не нуждаемся. Раньше у нас вообще был личный водитель, повар, куча помощниц и няни. Теперь меньше всего мы нуждаемся в нянях. Мы больше не родители близнецов.

С тех пор, как мы с мужем занялись зачатьем и вынашиванием детей, я не работаю. Но я большую часть своей жизни строила карьеру. А сейчас от меня отписываются эйчары коротким – мы вам перезвоним, спасибо за проявленный интерес к вакансии.

Кажется, мне повезло, в гардеробной я нахожу бутылку с водкой. Когда-то я использовала ее в качестве жидкости для обработки поверхностей. У меня ОКР. И мания чистоты взяла меня за горло. Я раскладываю полотенца стопочками и посуду по росту. Выглядит это со стороны пугающе. Но меня успокаивает иллюзия контроля хотя бы над предметами. Этот пунк мы тоже разбирали с психотерапевтами.

Отхлебывая прямо из горла, я возвращаюсь на кровать, поднимаясь на второй этаж. К ноутбуку. И бегло сочиняю несколько текстов, все еще не веря в то, что они кому-то интересны.

Девушка с каким-то странным ником Сириус пишет мне сентиментальный комментарий. Мой рассказ ее тронул. Она ставит лайки. У меня уже десяток подписчиков. Неужели, думаю я? И заглядываю в Википедию, чтобы узнать о том, какая звезда Сириус.

Оказывается, самая яркая звезда. И видна из любой точки мира. На аватарке нет лица – только профиль с ушками. Нужно взять для оформления страницы изображения кошек, тут же решаю я. Они – Ангелы. И все исправят. Пожалуй, только море и кошки могут нивелировать любые огрехи и несоответствия.

Но как выглядит эта Сириус, которая полночи рассказывает мне о себе, придумывая странные истории? Из всего я запоминаю только одно – она Скорпион по гороскопу, ее бабушка – балерина, а сама она перебралась в Москву. Нужна подработка.

И ей, какой ужас, уже двадцать восемь. Возраст, в котором оставаться не замужем, просто апокалипсис. Самая ее навязчивая идея – выйти замуж за богатого. Как будто брак с олигархом – это индульгенция от всех проблем.

Тем не менее, я оставляю комментарии на ее страницах. Сириус использует обычный прием манипуляторов – усиленно мне льстит. Или она настолько ко мне добра? Мне в последнее время приходится смириться с тем, что вокруг одни сволочи.

Зачем я вникаю в историю девушки, которая прячется на аватарке за ушками кошечки? И так откровенно рассказывает о травмах из детства. Неужели она видит во мне психолога? Или свою гуру? Гадалку и проматерь одновременно? Сестру, душеприказчика, советчицу и кого еще?

Я не могу уснуть до утра. И, какая досада, я трезвая. Лучше бы водка свалила бы меня с ног, сетую я. Продолжая переписку с новой виртуальной подругой.

– Хотите я отправлю вам подарок? – Спрашивает она у меня. – У меня большая коллекция кукол.

На какой черт мне нужны все эти игрушки? Вся наша детская все еще завалена всякими плюшевыми Тедди и Барби? Зачем я храню все это барахло?

От отчаяния я надеваю шубу и иду гулять. На улице минусовая температура. Но мне плевать. Наверное, лучший выход для меня – умереть. Но ведь в прошлый раз меня спасли врачи. Значит спасут и сейчас.

Я оставляю дверь в квартиру открытой и выхожу на улицу. Там зима и пурга. С собой у меня телефон. На который опять приходит сообщение от той самой Сириус. Какая же странность – выбрать такое имя.

Но что и кто за этим может стоять?

Про собак

На улице нет никого. Ну кому взбредет в голову гулять по совршенно промерзшему городу в четыре утра? Нет даже собак, которые в нашем регионе сбиваются в своры и нападают на прохожих.

Недавно в новостях писали об очередном происшествии – стая бездомных животных загрызла школьницу. От воспоминаний мне становится страшно. Это моя самая главная фобия – боязнь собак.

И этот момент мы тоже по косточкам разбираем с психологами. Однажды я заморила голодом собаку. И теперь ненавижу себя за этот ужасный поступок. Чувство вины сжимает мне горло точно так же, как и мое отчаяное положение женщины, лишившейся детей и статуса одновременно.

Я становлюсь сама для себя адвокатом и оправдываю свое перманентное желание напиваться до беспамятства. Алкоголизм можно понять, размышляю я, проваливаясь в сугробы по пояс.

И еще больше хочу подкрепиться спиртным, неважно каким – пусть это будет водка или виски. В сущности, нет никакой разницы, от чего быть пьяной.

Но все магазины с алкогольной продукцией открываются только в десять. Доживу ли я до того момента, когда можно будет снова заправиться чем-то горячительным?

Пурга усиливается, но я не чувствую холода, хотя и накидываю капюшон на голову, путаясь в длинной шубе, полы которой разъезжаются на мне в разные стороны – я растолстела до той степени, что плюнула на свой внешний вид.

Когда-то я носила самый маленький размер и подрабатывала моделью. А сегодня похожа на обычную грузную тетку в сорок восьмом русском размере.

Город пустой. Одинокий. И сверкает миллионами огней. Кажется, я добрела уже до следующего микрорайона. И совершенно не боюсь того, что на меня, например, нападут какие-нибудь хулиганы.

Только собак боюсь.

И вспоминаю своего Бонни, стаффордширского терьера. Соболиного окраса, которого подарил мне отец.

Зачем я посадила его в клетку? Кто-то сказал мне, что именно таким способом нужно воспитывать собак бойцовских пород.

Бонни, Бон был неагрессивным. Наоборот, невероятно ласковым псом. Я только устроилась на работу и совершенно не знала, что мне делать с собакой, на которую жаловались соседи. Они его боялись.

А теперь точно так же я боюсь собак.

Воспоминания становятся настолько болезненными, что на меня накатывает паническая атака. Я начинаю задыхаться. Вокруг нет ни души, проносится у меня в голове, а вдруг я умру? Под шубой у меня какое-то домашнее тряпье типа трикотажной пижамы. В таком виде меня найдут люди, которые будут спешить утром по делам.

В этот момент мне снова приходит смс от той самой странной Сириус. Она присылает мне свою фотографию и просит ей погадать. Со снимка на меня смотрит обычная девушка. Блондинка с очень круглым лицом. Голубоглазая.

То ли от стресса, то ли от начинающегося безумия мне ничего не приходит в голову. Но паническая атака отступает. Врачи предупредили меня о том, что нельзя одновременно чувствовать боль и страх.

Зачем я призналась незнакомому человеку в том, что гадаю, обижаюсь на себя я? Придется теперь ее смотреть. И мне нечего сказать. Бывают такие клиенты, от которых сплошной какой-то туман.

Такие много придумывают о себе и о жизни. А потом верят в свою же историю.

Я внимательно смотрю в эти почти детские глаза. Курносый нос. Волнистые, зачем-то обстриженные по плечи волосы. Небольшие прыщи по лицу.

Кто она?

– Меня Наташа зовут на самом деле. – Признается Сириус.

Я, стоя под кружащимся в вихре снегом, закрываю глаза и пытаюсь соединиться с заказчицей гадания.

И только в этот момент понимаю, как сильно я замерзла.

Про чувство вины

Навстречу мне вылетает громадный пес бойцовской породы, который с лаем кидается на меня, вводя в ступор. Через мгновение из-за угла появляется сам хозяин этого монстра. От страха я ору незнакомцу:

– Уберите собаку! Разве можно гулять без намордника и поводка? Напугали.

Мужчина жестом подзывает друга к себе, но тот его не слушает – у пса истерика.

– Женщина вы себя в зеркало видели? – Огрызается незнакомец. – Это вы мою собаку выпугали. А, между прочим, Джани – очень добродушный компаньон!

Несколько минут я, не чувствуя ни ног, ни рук, стою на холоде, не вступая больше в перепалку с хозяином этого Джани. Они уходят, оставляя меня в кромешной темноте.

Неужели я так плохо выгляжу, что посторонний человек, который решил выгуливать собаку посреди ночи, ставит мне это в упрек?

Джани каким-то чудом похож на моего умершего Бонни. Только окрас другой. Кадры из жизни, в которых есть этот добродушный пес, снова мелькают в моей памяти. Опять доставляя мне почти физическую боль.

Я оставила пса в клетке, а сама не ночевала дома несколько дней. Он лаял все это время, а соседям это надоело, и они его отравили куском мяса. Это потом мне объяснит ветеренар.

Бон большую часть того времени, что был со мной, провел взаперти. Я не знала, что делать с бойцовской собакой. А сама пыталась в то время себя отремонтировать.

Но это снова паршивые оправдания. От отчаяния мне все время хочется курить и выпить. Зачем мне эти воспоминания?

К ним добавляются новые – смерть нашего больного сына Захара. Которого я не хоронила – муж определил меня тогда в частную клинику лечения неврозов. Другими словами – я лежала в психушке.

Я возвращаюсь домой почти механически, проходя мимо витрин магазинов и разглядывая в них свое отражение. На меня смотрит старуха, которую можно испугаться. А ведь я вполне еще моложавая женщина, хоть и уставшая.

Теперь уже не мать особенных близнецов. Зачем я приняла решение рожать? Все врачи и даже муж меня отговаривали. Безумие.

Пока я брожу по городу, запутавшись в переулках и совершенно не понимая, куда я иду, мне снова приходят на телефон сообщения от той самой Сириус. Наташи. Которая периодически выдергивает меня из состояния сомнамбулы.

Мне продолжает казаться, что все, что происходит со мной – это сон. Но огромная печаль состоит в том, что это реальность. Моя страшная реальность, в которой я оказалась.

– Собака – это жертва, которую забрал мир. – Пишет мне Наташа. – Иначе вы бы покончили с собой.

Хотела ли я в то время жить? Не хотела. После группового изнасилования редко кто остается адекватным. Я тоже слегка сошла с ума. И угробила Бонни. Полное безумие так поступить с живым существом, которое не может за себя постоять.

– Виноваты еще и соседи. – Становится моим адвокатом Наташа.

Адвокатом дьявола. Это карма, думаю я. Все справедливо. Однажды я забрала у Природы ее дитя – собаку. Сегодня Природа мне отомстила.

Когда я вспоминаю Захара, сердце мое сжимается в черную точку. Зачем муж забрал меня из болницы?

Наташа опять возвращает меня к сеансу ясновидения. А я не могу сосредоточиться. Но нужно сказать что-то. А что? Я начинаю фантазировать, продолжая идти.

Ветер усиливается и начинает выть. Вместе с ним вою и я. Как волчица в лесу. Одинокая. И горюющая.

Господи, прости мою душу грешную.

Про ужасы бесплодия

Все врачи в один голос отговаривают меня от дикого решения – родить детей с особенностями. У меня близнецы. И появились они вопреки, а не благодаря ЭКО.

С мужем мы проходим все круги ада, чтобы стать родителями. Ведь в социуме – это самый страшный грех – жить для себя и друг для друга. Каждый просто обязан предоставить миру ребенка.

Иначе – клеймо.

Обыватели не вдаются в подробности – отчего и почему? Они уверены, что раз детей нет, их не хотят. Но хотят ли алкаши или маргиналы стать родителями? Ответ очевиден, но, тем не менее, у тяжело зависимых и не готовых к материнству, тоже появляются дети.

Мы пытаемся несколько лет забременеть, занимаясь сексом в буквальном смысле по часам. Сдаем анализы, проходим болезненные процедуры. Самое смешное состоит в том, что как такового бесплодия нет.

Но беременность в моем организме не задержвается. Выкидыши каждый раз разрушают меня настолько, что я впадаю в депрессию.

А теперь, когда срок уже подходит к такому, когда прерывание можно сделать только по медицинским показаниям, я принимаю отчанное решение – несмотря ни на что, стать мамой.

Можно, конечно, оставить все попытки сделать то, что не посылает Бог, и усыновить ребенка. Тоже вариант. Но это заложено в природе человека – оставить именно свое потомство.

Мне кажется, что я уже люблю своих детей любыми, с паталогиями и без будущего. Но потом, когда на свет появляются два малыша, я понимаю, что все это мне только кажется.

Долгий мучительный процесс. Зачем?

Если можно было бы время отмотать назад и не совершаь эту ошибку? Но в том то и дело, что я, женщина, которой уже ближе к сорока, тешу себя иллюзией фертильности. И не хочу отступать.

Ведь рожают же и после сорока пяти, и в пятьдесят тоже рожают. Часто это исключение из правил. И мне хочется быть этим исключением.

Хотя для счастливой жизни у меня есть все. Но нет того самого счастья материнства. Чувство вины за то, что я живу жизнью эгоистки и просто любимой жены, не дает мне покоя.

О том, что я пустоцвет и просто никто, напоминают мне все окружающие. Мужу – тоже. Адам состоялся как специалист. И умеет заработать деньги. Он порядочный человек. Но…

Поэтому все так…

Про вранье гаданий

Мне снова приходит смс, когда я сижу уже на лавочке. Становится холоднее. И пурга укутывает спящий город в снег. Это снова Наташа. Почему она не спит? Я брожу по улицам от горя и одиночества. А она почему?

– Что вы можете сказать обо мне? – Снова пристает ко мне эта странная девушка, от которой я хочу отвязаться, но не могу.

Что-то в ней есть такое. Что? Участие или искренность в словах? А может мне все это кажется, ведь сейчас я никому не нужна? А мне необходим собеседник, чтобы облегчить душу.

Когда человек сталкивается с необратимостью, то об этом говорить не принято. А я, напротив, убеждена в том, что нельзя держать ничего в себе. Не зря же у психотерапевтов всегда есть работа.

Люди нуждаются в том, чтобы говорить.

Поэтому я так погружаюсь в Наташу. Она умеет слушать. Проникать в самую твою сущность.

Я пытаюсь сосредоточиться, чтобы прочитать эту странную заказчицу. С псевдонимом Сириус. Но, глядя на ее фотографию, не могу сказать ровным счетом ничего. Поэтому начинаю просто фантазировать.

Кое-что я угадываю. Наташа подбадривает меня. Она хочет замуж за богатого. Детей. Жить в достатке.

Я тоже этого всегда хотела. Нет. Не так. Единственное, чего я хотела – любить и быть любимой. Это счастье. Я его нашла. Но смогла ли сохранить?

– Вы выйдете замуж за обеспеченного человека. Будет двое детей. Свой дом. Но муж будет не вашей национальности. – Вру Наташе я.

Много чего еще вру. Она, кажется, мне верит. Или делает вид, что верит? Наташа – простолюдинка, которая претендует на интеллигентность. Она много читает и имеет высшее образование. А может и нет?

Мне не важно, придумала ли Наташа это о себе или все это есть на самом деле. Мы все склонны врать. И самому себе в том числе. Значит нам это нужно и нужно тому, кому мы врем.

Я ведь тоже сочинила для Наташи ее историю, которая должна осущетвиться. У меня есть дар предсказывать. И запечатывать. Говорить то, что человек хочет услышать. Говорить сильно и так, чтобы это действительно сбылось.

Это мне передалось от мамы. Моя мама – ведьма. Хотя выглядит как обычный педагог по вокалу и многодетная мать. А сейчас вообще пенсионерка.

Когда-то я даже зарабатывала тем, что принимала людей и смотрела в кружки с гущей от кофе. Или раскладывала карты. Мне хорошо платили.

Люди охотно отдают деньги на всякую ерунду. Мошенникам или аферистам. А на благие дела и на себя жалеют.

Наташа остается довольна моими пророчествами. И сама что-то предсказывает мне. Я не запоминаю ее прогнозов. Потому что очень сильно замерзла и хочу выпить.

Хочу домой. В тепло. И забыться. Не вспоминать о боли. Она разрезает меня на миллионы частей острыми лезвиями. От нее нет спасения. Или есть? Кто знает ответ на этот вопрос?

Зачем умирают

Чтобы добить себя окончательно, я вспоминаю свою Альму. Ее завел мой муж. Он кинолог и обожает немецких овчарок. Но наша Альма тоже умерла. У меня на руках.

Почему в моем пространстве так много смертей, начинаю рассуждать я, сидя на лавочке и замерзая до кости?

Почему так случилось, что собака, которая была не совсем старой, сгорела за месяц? Ведь я, черт возьми, пыталась ее спасти. Бедная Альма. Она так мучилась, что пришлось ее усыпить.

Этого я не могу себе простить, продолжая болезненный диалог сама с собой. Наверное, этот мазохизм мне передался от мамы. Она – Скорпион по гороскопу и обожает триллеры. Наташа тоже Скорпион.

– Если бы не умерла та ваша собака, с вами могло бы что-то плохое случиться. – Пишет мне она.

Это Наташа рассждует о Бонни, которого отравили мои соседи. А я его довела до жуткого состояния. Зачем я не кормила этого добродушного пса? Да и имеет ли это уже значение?

Меня нельзя оправдать. Именно из-за этого поступка моя жизнь пошла наперекосяк. Но Наташа меня утешает. Она действительно так думает и мне сочувствует?

Хорошо, что эта подписчица появилась в моей жизни. Или это мне все кажется?

Начинает светать. И люди спешат на работу, укутываясь в шарфы от мороза. Мне не нужно краситься и собираться в офис. Я – на содержании у мужа. И это меня беспокоит.

Почему на меня навалились все эти проблемы? Как выйти из этого замкнутого круга?

Чтобы не утонуть от тоски, я переписываюсь с Наташей. Интересно, ей эта наша виртуальная дружба зачем? Она все время рядом. И меня начинает ее цепкость настораживать.

Беспокойство временно заглушает боль. Хотя разве можно смириться с утратой? Когда умирают дети, это противоестественно. Это необъяснимо. Жутко. Необратимо.

Мой сын мог бы остаться живым или это была его Судьба? Ведь он родился с особеннстями. А потом вот этот несчастный случай. Или это можно было бы предотвратить?

Дочь Зара вытолкнула своего брата из окна. Хотя, конечно, это все произошло случайно. Я не хочу вспоминать, но снова возвращаюсь к той сцене. В которой много ужаса и непонимания.

И снова эти сообщения от Наташи:

– Как вы думате, а в этом году я выйду замуж?

Я не знаю, что ответить, потому что знаю, что Наташа никогда не выйдет замуж. Ни в этом году, ни в следующем, ни через пять лет. Но я никогда не говорю своим клиенткам то, что их напугает.

Поэтому опять начинаю фантазировать. Можно ли изменить Судьбу?

Роль отца в жизни дочери

– На мне есть венец безбрачия. – Помогает мне Наташа, чувствуя, что я ей вру.

– Никакого проклятия нет. – Пишу ей я. – Все у вас сложится. Муж. Дом. Дети. Двое детей.

Я повторяю это на репите, пытаясь загипнотизировать свою виртуальную клиентку. Мы рассужаем о расстановках и о том, почему они не помогают.

Кажется, я перестаю верить в то, что мне и Наташе что-то поможет. Хотя и хочу ее осчастливить. Это мое амплуа – помогать людям. Но сейчас я сама нуждаюсь в том, чтобы себя оживить.

Ведь все, что осталось от моей души – это сгоревшее поле дотла. Или не все?

– У меня не складывается личная жизнь из-за отца. – Откровенничает со мной клиентка. – Он был тираном и надо мной издевался.

В этот момент я чувствую причастность к тому, что рассказывает о себе Наташа. Моя мама тоже садистка и сепарация от нее далась мне нелегко. И сейчас я все еще паталогически к ней привязана.

Это ужасно, когда есть такая созависимость. Стокгольмский синдром. Наташина история похожа на мою. Дети, пострадавшие от насилия, с трудом становятся успешными и устраивают свою Судьбу.

Жертвы всегда остаются жертвами. Эта роль намертво приживается ко всему твоему существу.

Точно я вижу, что Наташа много плачет. И мне хочется ее успокоить. Обнять. Наверное, мы могли бы стать подругами. Было бы сложно, но интересно.

– Я не делала абортов. – Упирается Наташа, когда я сканирую ее тело. И вижу что-то острое в районе живота. Так выглядит изнасилование, травма половых органов или прерывание беременности. – Это операция. Она была сложной.

Зачем человек просит меня погадать, а потом ускользает, недоумеваю я? В этом то и есть вся сложность. И закрытость.

Разочарованная, я решаю вернуться домой. Найти деньги, купить бутылку и снова напиться. Чтобы уснуть и никогда больше не проснуться.

Про алкоголизм

Домой я возвращаюсь уставшая и снова начинаю поиски денег или выпивки. Мне нужно принять что-то такое, отчего я усну и долго не проснусь. Хорошо бы очнуться уже в другой реальности. Но так устроена жизнь, что приходится мириться с действительностью.

Снова я звоню мужу, чтобы узнать у него, почему так вышло, что он прекратил перечислять на карту мне деньги. Что эта за история? Неужели он считает, что я алкоголичка и мне нельзя доверять?

Не найдя ни одной полной бутылки, я залезаю в сейф, чтобы взять оттуда наличные. Но там осталась одна валюта, которую нужно еще обменять по действующему курсу на рубли.

Может сдать драгоценности в ломбард? Но я это уже делала. И Адам потом благополучно все выкупил, что успел, конечно. И надежно от меня спрятал золото и бриллианты.

Адам, как обычно, не берет трубку. Как будто специально издевается надо мной. Может он давно уже принял решение развестись со мной?

Злость начинает меня выводить из себя. Я беру пачку долларов и иду в ближайший банк. Потом я куплю в магазине алкогольной продукции чего-нибудь горячительного и выпью это.

Раньше я покупала виски или водку в разных магазинах. Меня, кажется, запомнили продавцы. Было стыдно. Потом стало плевать. Какая мне, в сущности, разница, что обо мне подумают эти люди, которых я знать не знаю? И они меня тоже.

Еще одна мысль приходит мне в голову – сдать в комиссионный магазин свою шубу. Я уже поступала таким образом, но заплатили копейки, напирая на то, что одежда вышла из моды.

С надеждой я заглядываю в холодильник, наполненный продуктами, которые Адам заботливо разложил по емкостям. Но есть мне не хочется. Кое-что уже успело заплесневеть и пропасть. Это я понимаю по запаху. Но у меня нет желания с этим возиться.

С тех пор, как я утопаю в горе, я совершенно забросила быт. Хотя раньше любой беспорядок наводил на меня тревогу.

С собой я забираю полный пакет мусора, в котором начинаю перебирать пустую тару. Может второпях я отправила в помойку недопитую бутылку?

И не верю своим глазам – под раковиной припрятана водка. Неужели мне так повезло? Пока я возбужденно открываю бутылку и залпом ее в себя вливаю, снова приходит смс от Наташи. К этим звоночкам я начинаю привыкать.

Но ответить ей у меня нет уже сил. Я мгновенно пьянею, так как почти неделю ничего не ем. Но почему тогда я не худею, интересно? Наоборот, выгляжу уже от отеков, как жаба.

Или это последствия гормональной терапии? Зачем я на это подписалась?

Я возвращаюсь к ноутбуку, чтобы что-то ответить своей подписчице. И, кажется, сочиняю какой-то длинный текст.

Не помню, про что. Фантазирую, как обычно. Наташа мне верит паталогически.

Она так и пишет – я вам верю. Или не верит? Какая разница, черт возьми!

Лекарство от боли

Просыпаюсь я от дикой головной боли и от звонка. Муж сообщает о том, что ему дали отпуск и он скоро будет дома. Мне нужно обрадоваться, но я срываюсь на него, как обычно. Нервы у меня ни к черту. Адам интересуется, пью ли я антидепрессанты, которыми пичкают меня доктора.

Конечно, пью – только не таблетки, а водку!

– Люблю тебя. – Подытоживает свой монолог муж.

Что меня снова выводит из себя. Разве так любят? Когда любят, доверяют, отдают все без остатка. К чему все эти осторожности с деньгами?

– Почему ты не выслал мне денег? – Начинаю я наезжать на мужа.

– Агата, тебя плохо слышно, дорогая. – Врет он мне и кладет трубку.

Голова моя становится похожа на огненный шар. Похмелье меня мучает так сильно, что перерастает в рвоту. С трудом успеваю я доползти до санузла и освободиться.

Потом залезаю под душ, включив воду и не чувствуя ледяной струи. Нет, вру. Чувствую, конечно же. Но пусть лучше я заболею и умру, чем все время смотреть один и тот же фильм, который показывает мне воспаленное сознание.

Выйдя из душа и укутавшись в какую-то тряпку, я ищу сигареты, чтобы закурить. Но, как обычно, ничего не нахожу. В большой мозайке зеркала я вижу очень старую женщину с синими кругами под глазами, похожую на печальную панду.

Нет. Панды милые и трогательные. А я выгляжу уставшей и одутловатой. Почему у меня выпирают так живот и бока, отмечаю про себя я, рассматривая себя в кусках зеркала?

– Бедная вы, бедная. – Пишет мне Наташа – она успела залезть в мое сердце, от которого остались маленькие разорванные кусочки.

Устроилась на хорошую работу и много говорит о маме. А еще о своей начальнице с красивым именем Маша. Женщина на фотографии, которую высылает мне моя подписчица, похожа на голливудскую актрису. Внешность у нее идеальная. Рядом с ней, кажется, ее муж. Или не муж?

– Посмотрите и ее. – Требует Наташа.

В той среде, в которую нырнула Наташа, она чужая. Вокруг нее акулы. Хотя она хвалит свой коллектив и уверена в том, что нужно ходить на корпоративы. Я же эти сборища лицемеров ненавижу.

Зачем мне смотреть на женщину, которая никак не влияет на мою жизнь, рассуждаю я, все же пристально изучая искусственную Машу? Успешную. Богатую. И несчастную. Это я вижу по пустому холодному ее взгляду.

Она одинока. В Маше застыла какая-то внутренняя боль. Ее я хорошо вижу, так как сама знаю, что это такое.

Но сегдня во мне нет боли – опустошенность. Я выплакала все слезы. И внутри меня тишина.

Я не хочу ничего расскаывать Наташе о том, что будет. Точно зная, что она всеми фибрами души не хочет обычного счастья.

Почему, задаю себе вопрос я? И продолжаю искать сигареты, разгуливая голой по квартире, напоминающей из-за мусора свалку.

Про мужчин

Снова звонит муж и интересуется моим состоянием. Надо сказать, что у Адама есть один большой недостаток – он заботливый. Помимо благородства и щедрости, конечно. Именно это качество застваляет его родственников легко им манипулировать.

Они привыкли к тому, что моего мужа можно использовать, надавливая на чувства ответственности и долга по отношению к этой большой семье.

И со мной в последнее время муж нянчится, как с ребенком. Я немного не в себе, еще и на стакане. От таких жен легче избавиться, чем вытаскивать из ямы. Но Адам продолжает меня спасать.

Есть такой тип мужчин, которые чувствуют себя только тогда героями, когда совершают подвиги. Мой муж из таких. Родственники его продолжают угнетать и настраивать против меня.

Они уверены – я голодранка, которая хочет присвоить себе их имущество. И любви у меня к их сыну/племяннику/дяде/брату нет ни грамма.

В том, что я люблю мужа паталогически, Бог, наверное, не сомневается. И многое мне прощает. Но сегодня я в таком отчаянии, что далека от истинной веры. Наоборот, у меня есть претензия ко Вселенной – почему вдруг именно на меня навалилось столько горя?

Из диалога с мужем я узнаю о том, что он, оказывается, уже приезжал. Неужели я до такой степени невменяемая, что перестаю отличать реальность от сна? Да. Медленно вспоминаю я детали – Адам действительно возвращался. И мне показалось, что все это происходит не на яву.

К моей постоянной злости на мужа примешивается чувство стыда – он видел меня в кошмарном состоянии. С тех пор, как я тону в непрекращающейся тоске, моя внешность здорово изменилась.

Недавно я отправилась на маникюр, и моя Заира меня не узнала.

– Вы к кому? Я жду клиентку. – Удивилась она.

В магазине мне делают скидку как пенсионерке, хотя по паспорту я вполне еще молодая женщина. В таком возрасте мои ровесницы вообще выкладывают в социальных сетях свои обнаженные фотографии и заводят любовников.

Муж напоминает мне о том, чтобы я не забывала пить таблетки. Он просит провести собеседование с горничной, которую хочет нанять для помощи мне. Видимо, Адаму надоел вечный бардак.

Чувство вины или стыда снова обдает меня горячей волной. Я – отвратительная жена для этого мужчины. Почему он меня до сих пор не бросил?

Неужели только из-за упрямства – семья требует отказаться от меня? Адам сопротивляется. Он – Телец по гороскопу и привык все делать по-своему.

Я кладу трубку. И снова читаю сообщения от Наташи. Она отлично уже ко мне приклеилась. Как вырастают, например, какие-нибудь подберезовики на деревьях.

– Хотите я вас посмотрю? – Предлагает мне эта странная девушка из виртуальной реальности.

Я соглашаюсь.

Она предсказывает мне черноту и сложный год. Это ясно и без гаданий. Я пытаюсь вспомнить счастливые моменты из жизни и не могу.

Наташа рада тому, что имеет отличную работу. И сетует на заскоки невыносимой начальницы Маши, которой, наверное, завидует. Но, если честно, эту идеальную куклу Машу мне даже немного жалко. Вокруг нее собрались одни льстецы и прихлебатели.

Как же тяжело живется людям, которые известны и богаты. Есть ли у них настоящие друзья? Или к их месту под солнцем пристраиваются только те, кто хочет что-то урвать от своего покровителя?

Что нужно Наташе от меня? Рецепт успеха? Но я нахожусь на самом дне и совершенно не могу ничего посоветовать. Чтобы я сделала для нее идеальный прогноз, в котором будет ее муж-олигарх и какая-то совершенная фантастическая жизнь?

Так вообще бывает? Бывает, но только в сказках.

Странную вещь я замечаю за собой – я начинаю зачем-то любить свою новую подругу, хотя точно знаю, что в реальной жизни она меня обязательно предала бы.

– Вы меня заблокировали. А мне было больно. Я пришла с работы. И день выдался неприятный. Хотелось поделиться. – Жалуется Наташа.

Опять на меня накатывает чувство вины. Но она упорно идет к своей цели, перелогинивается и успевает меня отчитать за мое решение отрезать ее от себя.

Наташа ведет себя капризно, как будто она моя дочь. И я поддаюсь на ее игры. Потому что мне очень не хватает моей девочки Зары.

Зачем я согласилась от нее отказаться?

Наташу мне хочется обнять и попросить у нее прощения. Кто она и зачем появилась в моей жизни? И есть ли она вообще или это мне опять снится, рассуждаю я, сидя в гостиной на диване среди пустых бутылок и собираясь найти повод, чтобы не взять в дом помощницу?

Я против чужих людей в своем пространстве. Но почему я так охотно впустила в него Наташу? Я еще раз сканирую взглядом ее фотографию и пытаюсь понять, в чем подвох?

На меня смотрит улыбающееся блондинистое лицо, на котором нет прыщей и нос обычный, не вздернутый. Тогда почему мне показалось, что Наташа – некрасивая девушка?

Нет. Наташа очень милая. В ней что-то такое есть. Неуловимое. Мужчины называют это загадкой. Впрочем, Наташа – Скорпион. А эти женщины не оставляют противоположный пол без энергии.

Мужчинам нужно ощущение игры и опасности. И чувство своей значительности.

В дверь мне начинает кто-то звонить. Я вздрагиваю. И не хочу идти открывать. Все еще оставаясь в застывшем состоянии.

Как влияет город на Судьбу

На пороге появляется удивительная женщина в национальном костюме. Похожая на мигрантку. Их в нашем городе много. В городе нефтянников всегда есть работа. И платят больше, чем в странах с отсталой экономикой.

Высокие скулы и раскосые глаза незнакомки меня завораживают. Это – моя будущая домработница, которую успел нанять муж. Она пришла познакомиться и договориться со мной о деталях.

– Я – Эви. – Коротко и кротко произносит помощница.

Из разговора с ней я узнаю о том, что мое первое впечатление ошибочное – она из малочисленных народов Севера и никакая не представительница выходцев из Средней Азии.

Голос у моей Эви магический. Мелодичный. Низкий. Сама она имеет добрую энергетику и действует на меня умиротворяюще. Есть люди, в присутствии которых хочется петь или творить. Эта милая женщина из таких.

Кажется, я ничего не успеваю объяснить Эви, а просто отдаю ей запасную связку ключей от дома и от квартиры. Загородного дома, в котором живет наш помощник Иван Михайлович. Эви – его жена.

Я не была за городом месяца три точно. И не знаю, что там происходит. Слава Богу, муж позаботился о том, чтобы оставить свое жилье под присмотром хорошему человеку. Дом достался ему в наследство. Именно поэтому я скептически отношусь к идее постоянного нашего проживания в поселке.

Опять я вспоминаю о том, что во дворе есть несколько вольеров для собак, которые попадают к нам на передержку с улицы. Снова в моем сердце появляется острая игла, раздирая его до боли.

История моего Бона повторяется в моем мозгу.

Пока я болтаю с Эви, мне снова приходят сообщения от Наташи. Она мечтает о море и о том, чтобы изменить свою жизнь. Летом она собирается переехать жить в большой курортный город. И работать удаленно. А еще загорать, вылечить зубы, объедаться фруктами.

Думаю, что это – отличное решение. Но не там она должна встретить свою судьбу. А в Питере. Это я вижу совершенно отчетливо. Ведь Наташа в восторге от этого загадочного города, в котором живут интеллигентные старушки и бомжи, которые говорят по-французски.

Пока я разбираюсь с Наташиными фантазиями, Эви успевает исчезнуть из квартиры. Грязной квартиры, похожей на помойку из-за того, что я наслаждаюсь своей депрессией, отключив себя от домашних хлопот.

Наташа пишет мне о том, что грязная посуда на кухне – это для нее пункт, который она ни за что не переступит.

Я с ней согласна. Но тогда почему я превратила кухню в свинарник? Нехотя, я начинаю собирать бутылки и снова ощущаю острое желание напиться до невменяемого состояния, чтобы воспоминания перестали преследовать меня.

Зачем Наташа появилась в моей жизни, снова встает передо мной вопрос? Она – Ангел, который меня спасает. Или все-таки обычная любознательная девушка, у которой есть свои скрытые мотивы? Но какие?

Я опять всматриваюсь в ее простое лицо. Но простое ли? Да. Обычное круглое лицо с большими голубыми глазами.

Наташа – провинциалка. А таким в больших городах везет. Я тоже из провинции и воспринимаю свою подписчицу как сестру. Или как часть себя?

Ее интересует столица. В Питере Наташа не видит никаких перспектив. Она представляет себя москвичкой. В столице ей комфортно. Именно с этой целью она туда и пееехала. И родной город для Наташи – это страшный сон.

Ни одна провинциалка не грезит тем, чтобы вернуться в свой домик в деревне. Не для этого мы бросаем все и уезжаем в никуда. Искать свое счастье.

Но счастье может оказаться прямо под носом. Я уверена в том, что это случай Наташи. Зря она так фанатично колесит по свету.

Про одержимость

Моя ближайшая задача – продать доллары и купить себе бутылку. Или сразу две, чтобы потом не бегать в магазин за дозаправкой.

Трясущимися руками я вытаскиваю из сейфа наличные, чтобы отправиться в банк. Накидываю на себя шубу из голубой норки, которая мне стала мала. Из-за того, что я отекла и увеличилась в размерах. Но мне на это плевать.

Мое горе стало огромным, как океан. А боль невыносимой. От которой нет никаких способов избавиться, кроме как уснуть. И никогда больше не вернуться в эту чудовщиную реальность.

Выходя на улицу, я чувствую запах весны. Немного потеплело. И людей на улицах стало больше. Они живут своей обычной жизнью. Ненавидят работу. Забывают оплатить кредиты. Забирают детей из детских садов. Делают по вечерам уроки. И едят жареную картошку под абажюрами на тесных кухнях или заказывают с курьером доставку готовых блюд.

Мимо меня проходят несколько мам с колясками. Одна из них застревает в снегу. И я хочу помочь женщине вытащить ребенка, привязанного к механизму на лыжах, и бросаюсь к ней.

Но женщина брезгливо меня отталкивает. Кажется, вторая ее подруга обзывают меня бичовкой. Я вспоминаю о том, что выгляжу, мягко говоря, непривлекательно.

Мои густые волосы сбились в колтуны. Лицо имеет синие тени под глазами от слез и страданий. И запах. Я перестала приводить себя в порядок – когда приезжает из командировок Адам, он силой тащит меня в душ.

Ребенок очень раздраженной мамы начинает плакать. Это Захар зовет меня. Мой сын, перед которым я так сильно виновата.

Чтобы не слушать этот детский плач, я закрываю уши руками и бегу, сама не зная, куда. Наверное, со стороны я выгляжу безумной. Но это для меня не имеет значения.

В одном банке, а потом в другом мне говорят о том, что валюта устаревшая, поэтому ее не могут принять. Этот факт приводит меня в отчаяние. Я бреду к ближайшему магазину, из которого выходят люди с покупками. В пакетах у них я вижу бутылки с алкоголем. Меня в буквальном смысле мучает жажда.

Где взять деньги, чтобы напиться?

От Наташи снова приходит сообщение. Она тоже ведет блог. И просит оставить комментарии на ее странице, чтобы увеличить читательскую активность и перетащить моих подписчиков к себе. Слог у нее фантастический. Мне нравятся эти короткие тексты, наполненные смыслом. Кажется, Наташа хочет мне подражать. Меня это пугает и удивляет одновременно.

Грани ее личности мне интересны.

– Я очень простая и искренняя. – Говорит о себе моя подписчица.

Но ее тексты не для каждого, как и мои. Впрочем, кому нужна моя писанина? Кому? Отчаяние снова окатывает меня ледяным ужасом. Почему у Наташи не складывается Судьба, начинаю размышлять я, стоя у магазина и все еще наблюдая за сытыми покупателями?

Для них я – алкоголичка или опустившаяся женщина. И каждый из этих обывателей презирает меня.

Но еще полгода назад я выглядела точно так же, как каждый из них. Демократичной, ни в чем не нуждающейся, имеющей в своем распоряжении целый штат наемного персонала. Семью. Мужа.

Впрочем, муж у меня все-таки есть. И он, наверное, меня любит. Или нет?

– Муж вас любит. – Словно читая мои мысли, вещает Наташа. – Я тоже хочу выйти замуж за богатого.

Одержимость своей идеей – вот, что меня настораживает в моей новой виртуальной подруге.

про любовь

Все хотят замуж за богатых. И это обычное явление. Но никто не ищет любовь. Все время я размышляю на тему, почему случилось так, что мне повезло. Я никогда не мечтала выйти замуж за олигарха или за обеспеченного мужчину.

Мечтала любить. Быть любимой. Во всех храмах мира я молилась о любви. Бог меня услышал.

Финансовая состоятельность стала лишь бонусом к доброте мужа и его отзывчивости. Которая (пресловутая финансовая часть) исчезла однажды, когда он заболел. Я осталась одна со всеми проблемами, которые навалились на меня ворохом.

Без чьей-либо поддержки. Судьба меня испытывала. Как будто кто-то предложил мне – справишься, тогда все образуется. Я просто оставалась рядом со своим мужем. Даже тогда, когда ситуация стала совсем безнадежной.

Я его не бросила. Он не бросил меня.

Когда у меня была работа со стабильной хоть и небольшой зарплатой, но с требовательным начальством и интригами в коллективе, я наивно полагала, что у самозанятых или ИП не так. Вот захочешь, работаешь, а нет – отдыхаешь. И сам себе хозяин.

Однажды я пришла устраиваться на работу к одной бизнес-вумэн, которая мне отказала и была со мной честна.

– Агата, я бы посоветовала вам все-таки вернуться в госслужбу. Стабильность. И вы знаете на что рассчитывать. В бизнесе все так сложно, что не знаешь, что будет завтра. Очень и очень тяжело быть в свободном плавании. – Объяснила свой отказ строгая дама.

Я удивилась. Но на собеседование, кажется, налоговым инспектором пошла, точно уверенная в том, что снова такая работа мне не нужна. С госслужбой я решила попрощаться навсегда, устав от ненормированного рабочего дня, ограничений и сложности сделать карьеру.

Да, отлично справившись с интервью, я сказала твердое "нет". Второй человек в этот день с недоумением на меня посмотрел и сказал те же самые слова – вы совершаете ошибку. Да. Оклад у меня будет небольшим, но все-таки кое-какие преференции госслужбы. И определенность.

К тому времени я года полтора барахкалась на дзене, что-то продавала в интерет-магазине. И, честно скажу вам, у меня шло все с трудом. Да. Больше не было работы на износ и подстав от коллег, невыносимого начальства.

Но и женских денег, реализации, приличного социального статуса тоже не было. Мне пришлось заставить себя брать деньги у мужа. И не просто брать, а полностью оказаться в зависимости от него, чего в моей жизни никогда не было.

Раньше я считала, что это просто прелесть – иметь спонсора. Нет. Не прелесть, буду с вами откровенна. Я привыкла к той свободе и независимости, которую имеет женщина, всю жизнь рассчитывающая только на себя.

Для меня образ жизни, когда моя финансовая стабильность зависит только от меня, был понятен и привычен. Я была в этом сценарии главной героиней. Оказавшись на иждивении у мужа, я многое узнала о статусе женщины, которую содержат.

Хотя, повторюсь, меня и до сих пор нельзя назвать прямо уж тунеядкой, если учесть, от скольких хлопот я освобождаю своего мужа. В этом, разумеется, есть свой плюс.

Мне казалось, что тот шок, который я испытала, оказавшись в новом для себя положении, это всего лишь временное явление. Я привыкну. Это психология. И с этим можно работать. Думала я, анализируя ситуацию.

Больше всего мне пришлось утратить свои иллюзии, когда началась травля меня со стороны родственников мужа, большого клана, которому я оказалась неугодна только потому, что была другой национальности.

Вы сажете, что это чушь. И есть много браков между людьми разных культур. Они как-то живут и живут в общем-то неплохо. Но вы не знаете изнанку этих союзов. Конечно, живут. Возможно, даже и счастливо. Но к обычным трудностям добавляются сложности в разницах культур, религии, мышлении, менталитетов.

Следующим этапом была долгая затяжная болезнь мужа. Я выходила замуж за перспективного мужчину с достатком, хорошим наследством и накоплениями. Финансово грамотного и мне ни в чем не отказывающего.

Но буквально через несколько лет у мужа обнаружили тяжелое заболевание. И нам пришлось долгое время бороться с этой страшной ситуацией. И сейчас все еще не так все замечательно, как видится со стороны.

Вы представить себе не можете, что я тогда чустовала. Если учесть тот нюанс – я ничего не получу, если вдруг случится самое страшное. Это стало для меня неприятным открытием. Видимо, я оказалась плохим юристом.

На тот момент я уже не работала. И продала единственную свою квартиру, которая мне приносила хоть и маленький, но доход. Мои накопления быстро разошлись. Меня преследовали родственники мужа. А сама я находилась в отчаянии, оказавшись однажды в буквальном смысле на улице.

И четко осознав, что никакой муж и никакие спонсоры не дадут хотя бы шатких финансовых гарантий и надежности.

У меня был заботливый и ответственный муж. Но так случилось, что в одночасье я этого лишилась, получив на руки мужчину больного, за жизнь и здоровье которого я вынуждена была бороться.

Еще вчера я имела в своем распоряжении горничных и помощниц, а сегодня я стояла на балконе в одной из гостиниц и много курила, совершенно не понимая, куда мне двигаться дальше и как быть. Ведь, повторюсь, я лишилась всякой поддержки.

Вот тогда я четко осознала, что люди, которые говорили мне о госслужбе, были правы. И права была моя мама, которая ни одного дня в своей жизни не работала. Но заклинала меня от сомнительного решения – от работы отказаться.

Очевидным для меня стало то, что как бы ни тяжела была моя ноша, связанная с зарабатыванием денег, но именно она давала мне возможность быть уверенной в завтрашнем дне.

Все интриги коллег и заскоки начальников-самодуров показались мне мелочью, когда я вышла от нотариуса, где меня заствили подписать отказ от претензий на какие-либо активы той семьи, которая меня ненавидела.

На моем счету не осталось ни копейки. Стоял дикий мороз, а у меня даже верхней одежды не было, поскольку последнюю норковую шубу с меня в буквальном смысле сняли.

Мы все видим только фасад того здания, который нам показывают. Что происходит за закрытыми дверями, не знает никто и не узнает никогда. У каждой медали есть оборотная сторона.

Не знаю, как бы я поступила сейчас, если бы у меня стоял выбор – принять то самое предложение, от которого я отказалась, наивно полагая, что раз у меня есть муж и мой блог, то мне не прийдется больше ни о чем беспокоиться.

В любви больше составляющих, чем кажется на первый взгляд. И, с другой стороны, она проще, чем о ней фантазируют. Любовь не в красивых цветах и ухаживаниях за здоровой и красивой женщиной. Она вопреки. И там, где, наоборот, много отчаяния, безнадежности и некрасивости.

– Ваня так любит Злату. Он прямо на нее дышит. – Говорила мама о сестре, муж которой носил ее на руках. Добивался. Задаривал роскошными букетами. Подарками. А она сопротивлялась. Капризничала – была королевой, позволяющей простолюдину просто быть рядом.

Но любил ли тот самый Ваня свою Злату сегодняшнюю? Грузную. С инвалидностью. Без прелести.

Любят – это когда ты весь или вся в дерьме. Отмывают. Спасают. Находят. Реабилитируют. Верят. Принимают безоговорочно. То, что психологи назовут отвратительным словом – созависимость. Когда не для себя. Для любимого. Любимой.

Я читаю откровения Наташи и ужасаюсь – разве можно жить без любви? Неужели такие люди существуют? Но, как ни странно, да. Они есть. Наверное, она так намыкалась, что хочет, чтобы кто-то разом решил ее проблемы.

Она имеет право об этом мечтать. Но что она даст тому мужчине, которого ждет?

Что?

– Заботу и ласку. – Отвечает Наташа в смс. – Поддержку. Секс.

Но ведь это может дать любая женщина из миллиона, думаю я. Любая даст секс за деньги и сумки. Будет ласковой и понимающей. Веселой. Нежной. Уютной. Умеющей слушать и поддержать.

Это обычный навык.

Но чего хочет богатый мужчина, который ищет ту самую?

И есть ли у Наташи шансы?

Были ли они у меня? Или моя – это совсем другая история. Но Наташа так хочет быть похожей на меня И вырваться из той нищеты, в которой находится. Разве можно ее осуждать?

про нового друга

Пока я жадно смотрю на прохожих, которые несут в руках полные пакеты с продуктами и главное – с выпивкой, ко мне вдруг подходит мужчина. Обычный, среднего возраста, который начинает со мной разговаривать.

Я так долго ни с кем не общалась, что забываю любой навык коммуникаций, как мне кажется. И просто молчу.

Из простых предложений своего нового знакомого я отлично улавливаю приглашение – он зовет меня в гости. И показывает на бутылку со спиртным. Я, не задумываясь, соглашаюсь.

Дома меня никто не ждет. А я устала от одиночества. Мне хочется поговорить и выпить тоже хочется.

Мужчина моложе меня или я так плохо выгляжу, что если вижу не старика, даю ему меньше лет, чем себе.

– Я – Жека. – Коротко кидает он мне, переходя на ты.

Меня это не смущает. Наоборот, воодушевляет. Мы идем через пустырь, который подготовили для строительства нового объекта. В нашем регионе есть программа переселения жителей из ветхого жилья в новостройки. И аварийные дома уже полностью снесены. Осталось всего несколько деревяшек.

Меня удивляет то, что люди в них еще живут. Более того, делают ремонты. Вставляют в эти халупы пластиковые окна.

В одной из квартир горит свет. Наверное, это именно та квартира, куда ведет меня Жека. Одет он вполне прилично – не бомж. И никаких подозрений не вызывает. Наверное, вахтовик, думаю я.

– Приехал с вахты. Решил с друзьями расслабиться. От мороза и от работы устаешь. – Вслух произносит мои мысли Жека.

На улице действительно холодно. А ведь пару часов назад потеплело. Но это особенность нашего климата – если вдруг среди дня и появится теплое окно, то ненадолго.

Мы живем в суровых климатических условиях в регионе с северным коэффициентом.

Все это время нам приходится перелезать через сугробы, поскольку дорожки замело. Несколько раз я падаю, понимая, что это плохой знак, но не отступаю от своего решения – явиться в гости к чужим людям.

Жека галантно подает мне руку. На маньяка или на серийного убицу он вряд ли похож. Впрочем, мое сознание, затуманенное долгими запоями и андидеприссантами, вряд ли способно адекватно оценивать ситуацию.

В это время мне снова приходят сообщения от Наташи. Она сетует на то, что ее случай – уникальный. И кармический. Ни одна гадалка не смогла определить ее Судьбу. В том числе и я не справилась с заданием. Какая же досада!

На самом деле, ее случай никакой не уникальный. Обычный.

Есть люди, которые проживают свою жизнь. А есть те, которые придумывают каждый день новые роли. Актрисы. Никогда не знаешь, где она настоящая. Это не хорошо и не плохо. И это может нравиться некоторым мужчинам, слишком наивным или, наоборот, искателям приключений.

Обычным денежным мужикам нужны обычные женщины. Без эзотерики, гаданий, тренингов, расстановок и прочей чепухи.

Хотя Наташа, безусловно, ставит свое внутреннее развитие себе в заслугу. Это ошибочная стратегия – работать над собой тяжко и упорно. Легкость нужна во всем – так сказала мне одна очень умная женщина.

Я с ней согласна.

Сообщения Наташи я не читаю, потому что оказываюсь перед раскрытой настежь дверью в квартиру, где уже организовано застолье. И слышны крики мужчин. И даже играет музыка.

На йоту секунды в моем мозгу проскакивает мысль о том, что я зря сюда приперлась. Но Жека, видя мою нерешительность, подталкивает меня вперед.

Перед собой я вижу накрытый стол в квартире, похожей на конуру, кучу мужчин, изрядно уже захмелевших. Которые с особой радостью встречают своего друга и меня, разумеется.

Один из них помогает мне снять шубу – я стесняюсь, так как под ней, на мне какая-то слишком домашняя одежда типа лосин и футболки.

Меня приглашают к столу.

В это время мне звонит муж, но я не слышу рингтон, поскольку громкая музыка все заглушает. Наташа тоже продолжает мне писать, поскольку одержима идеей выйти замуж за богатого.

В чем признается мне постоянно. Меня утомляет в людях дикий фанатизм. Неважно, идея эта будет или религиозность. Одержимость семьей, работой или мечтами.

Всякая пружина, которую сильно сжимают, рано или поздно отскакивает назад.

Наташа. Есть цель. И она пересупит через любого, кто встанет у нее на пути. Сначала она мне показалась феей.

А может я опять преувеличиваю?

Об этом я не успеваю подумать, так как тут же выпиваю какой-то спиртной напиток, который мне предлагают веселые и пьяные друзья моего нового знакомого.

Нет. С Наташей мы не похожи ни капли. Она никогда бы не оказалась в такой ситуации, как я. Слишком продуманная. Слишком осторожная и четко знающая свою цель.

Я же спонтанная. Импульсивная. Живущая здесь и сейчас. Доверяющая. Верящая в любовь. В людей. В то, что вокруг одни друзья, которым от меня ничего не нужно.

Мой муж – моя карма. Это мне сказала одна женщина в офисе.

– Вам так завидуют Агата. И не понимают эти женщины одного – вы Его заслужили. Он – ваша карма.

Не нужно никакой магии, гаданий, расстановок, саморазвития, тренингов, приворотов или прочей чуши. Нужно просто быть. Собой. И тогда придет твоя Судьба. Карма.

Но, конечно же, об этом мы не разговариваем с моей новой подругой Наташей. Я уже в измененном состоянии и сразу же пьяная. Скорее всего, так действует гремучая смесь медикаментов со спиртным.

Мысли мои становятся тугими и вязкими. Наташин образ расплывается в анализирующем мозгу. Все лица этих чужих людей, наоборот, сливаются в одну физианомию, громко хохочащую и почему-то отвратительную.

Мне вдруг становится плохо. Зачем все это, проносятся совсем уже далеко остатки мыслей?

Зачем я здесь? Как же все это мучительно и не нужно. И Наташа. Почему она все время рядом? Кто она?

про Дюймовочку

Каждый человек, который читатает эту историю, наверное, никогда бы не оказался в такой ситуации. Но я оказалась. Все время я спрашиваю себя, почему, зачем? Как будто ответы на все эти вопросы могут что-то изменить. Но какой-то внутренний голос все время заставляет меня задумываться о смыслах.

И Наташа. Она мне напишет потом, что я зря выставила ее в своих воспоминаниях меркантильной сукой. Но и слов то таких с этих страниц не прозвучало. Хотя, безусловно, все выглядело именно так.

Или не выглядело? Мне сложно теперь анализировать всю эту ситуацию объективно. Я, юрист по первому образованию, склонна приводить тезисы и все взвешивать, пытаясь рассмотреть все, что существует с разных ракурсов.

И подсвечиваю человеческую душу со всех сторон.

Пока я тонула в этой грязи, Наташа писала и писала, требуя от меня принять в ее судьбе участия, погадать, предсказать, объяснить, что с ней не так.

Знала ли она о том, где я тогда была? Почему я оказалась на самом дне, когда могла бы там не оказаться?

Точно также, наверное, каждый опустившийся человек задает себе эти невыносимые вопросы, на которые нет никакого ответа. Есть только необратимость. Огромная боль, разрывающая всего тебя изнутри.

Тогда, лежа в этой квартире на полу и задыхаясь от рвотных масс и бессилия, я, скорее всего, не думала ни о чем. Толко о том, что все уже бесполезно и кончено. И ни к чему эти дикие пытки.

И эта пронизывающая боль, громадная, непрекращающаяся, надвигающаяся и неумолимая.

Кажется, в тот момент мне было все равно, изнасилуют ли меня снова, убьют ли, станут надо мной глумиться или используют для своих утех и веселья.

Наверное, это был очередной медленный суицид, который я решила над собой совершить, понимая, что нет той силы, которая вытащила бы меня из этой перманентной тоски и отчаяния.

А муж? Мне хотелось избавить Адама от своего присутствия в его жизни. Тогда я не понимала, как сильно он меня любит. И настолько, что не откажется от меня никогда и ни за что. Ни при ккаких обстоятельствах, снова отмывая меня и отыскивая среди кучи навоза, как выпавший из оправы бриллиант.

Однажды моя психотерапевт мне сказала, что драгоцености так дорого и стоят, что не портятся и не теряют своих свойств ни при каких обстоятельствах.

– Золото и бриллианты в ювелирных магазинах лежат отдельно от других изделий. Обратите на это внимание. – Сказала мне моя Надежда Николавена, когда я явилась к ней на прием.

До этой аксиомы я все время спрашивала саму себя, почему же общество, в котором я всегда оказывалась, выталкивает меня из своего круга? Как в сказке про Дюймовочку, которую вдруг возненавидели жабы и жуки только за то, что у нее слишком тонкая талия.

Адам стал моим принцем, который надел на меня крылья. Да. Дюймовочка вышла замуж за короля эльфов.

Эту сказку я просила перечитать Наташу. А еще про Ассоль, которая дождалась своего Грэя.

Но отличие Наташи от Ассоль и Дюймовочки состоит в том, что Наташа другая. Ей нужны горничные и няни для будущих детей, сумки и роскошь. Поездки нужны. И чтобы ей все это преподнес мужчина.

Любовь Наташе не нужна, вот в чем штука. Хотя она часто и повторяет то, что без любви невозможно жить. Возможно. Еще как. И очень запросто. Без натуг и жертв. Потому что любовь всегда выглядит жертвой себя ради другого человека. Она необъяснима. Безусловна. Все терпит. Все прощает. Все преодолевает. Вынесет и объяснит. Возвысит. Одухотворит. Простит.

Как только все эти люди, которые собирались со мной развлечься, увидели то, что я через пару минут сдохну от адского коктейля, они разбежались, оставив меня одну корчится в предсмертных судорогах в этой дыре вместе крысами и грязью.

Но, к счастью, или, наоборот, к сожалению, я не умерла. Меня нашли на следующий день обычные работяги, которые собирались снести и эту деревяшку.

Их удивлению не было предела, поскольку они были уверены, что наткнулись на труп. Нет. Меня реанимировали.

Выяснилось, что напитки оказались обычным суррогатом, от которого отравилось вместе со мной в тот день еще полсотни человек.

Позже, контрабандисты, которые на этом так хорошо заработали, пошли под суд и оказались в тюрьме.

А я до сих пор мучаюсь слабым пищеварением. Но, Слава Богу, с тех пор уже так не пью.

про простушек и стерв

Когда приезжает Адам, он снова помещает меня после выписки из больницы с отравлением на реабилитацию. Зима уже не такая суровая. Наоборот, стоит удивительная весенняя погода. Только кое-где лежит еще большими рыхлыми черными пятнами снег.

Лес стоит еще в зимней одежде – он в сугробах. И хочется на природу. Но в частной клинике лечения неврозов не всех пациентов выпускают на прогулки. У меня режим с ограничениями. Из-за которых я еще больше чувствую себя нездоровой.

Моя депрессия усилилась. Хотя со мной работают психотерапевты и врачи. Назначают курс сильнодейтсвующих препаратов, массажи, водные процедуры, рисование. Я должна прожить боль и отпустить ее. Но я вцепилась в свое состояние беспомощности хваткой бойцовской собаки.

Муж навещает меня редко, поскольку у него снова подписан контракт на оказание профессиональных услуг заграницей. Кажется, и с нашей дочерью Зарой он поддерживает общение. Стоило ли мне убиваться о потере ребенка, если я сама дала согласие на отказ от особенной дочери?

Ева, наша няня, под благовидными намерениями увезла Зару на лечение. На самом деле эта бесплодная женщина, которая залезла в нашу семью, сделала все, чтобы мир в ней (семье) разрушить.

И даже пыталась увести у меня мужа. Хотя Адам уверяет меня в том, что между ними только дружба. Я то видела, как все это выглядело на самом деле. Но меня пытались выставить уже тогда невменяемой.

Мои диагнозы расплывчатые. И звучат очень запутанно. Если бы я лежала в обычной психушке, вряд ли после этого я устроилась на работу. К тому же, я ведь в бывшем госслужащая. И почти двадцать лет отдала этой деятельности.

В палате я сижу одна и читаю сообщения, которые приходят мне от Наташи. И продолжаю ее изучать. Все, что ей от меня нужно – это кусочек удачи. Рецепт моего везения. Мне удалось выйти за богатого мужчину.

Наташе кажется, что есть какая-то аксиома, которая приведет ее к Принцу. Мужу, который взвалит на себя все ее желания и выполнит их. Причем, я абсолютно не вижу ничего того в своей виртуальной подруге, ради чего, собственно, условному Принцу все это нужно.

– Но вы же встретили того самого мужчину. – Упирается Наташа. – Значит и у меня есть шанс. Знаете, я реально смотрю на вещи. И понимаю, что резко отличаюсь от условных невест тем, что работаю над собой. И могу создавать своим присутствием атмосферу для мужчины. Обеспеченного. Успешного. Везучего.

Да. Я встретила Адама. Но тогда я была в самом ресурсном своем состоянии. Моя карьера шла в гору, между прочим. И я была на пике своей красоты и сексуальности, хоть и уже и не совсем молода. Мне было уже хорошо за тридцать пять.

Зарабатывала я тогда, пожалуй, больше чем когда-либо. Уже путешествовала заграницу. Имела массу хобби. Кучу подруг, которым бесконечно служила. И несколько очень тяжелых отношений за плечами. С мужчинами я обожглась.

Во мне было много энергии, поскольку я заварила как раз кашу с ипотекой. И приобрела вопреки всему свое жилье. Комнату, которую неплохо обустроила. И сама успела заплатить первые взносы банку.

Я справлялась самостоятельно с сантехникой, могла что-то прибить и отремонтировать, потому что не сильно надеялась на мужчин. Хотя, повторюсь, я им нравилась. У меня даже был тогда постоянный любовник, который, к слову, позвал меня замуж.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.