# Эффект КОРоткой ГИрлянды

Фёдор Михайлович Шилов

Студент Димка Терёхин завалил экзамен, и настроение у него абсолютно не новогоднее, но внезапно он становится обладателем необычного гаджета из-за которого последние несколько дней перед Новым годом он проведет в придуманном городе с навигатором – собакой корги по имени Вуди, выполняя задания от фирмы Advent Adventure и меняя жизни людей в реальном мире.

Посвящается Дмитрию Ткаченко – замечательному актёру, который навёл меня на идею этой повести. Года полтора я рассказывал ему о своих творческих планах. Спасибо, Дима, за долготерпение!

И передавай привет Вуди!

## ГЛАВА 1 В которой читатель знакомится с Димой Терёхиным, а Дима впервые встречается с человеком в чёрной куртке


25. 12. 2021


Димка Терёхин – парень весёлый. Крепкий, коренастый, спортивного телосложения, жизнелюбивый, добрый и отзывчивый. Но если бы вы решили спросить его именно сейчас, в каком вузе он учится, то услышали бы в ответ:

– В самом отвратительном вузе мира!

Захотите уточнить, какую специальность Димка получает, и вот что он скажет:

– Самую дурацкую из всех существующих!

И наконец, если вас заинтересует, по какому предмету Димка сегодня завалил экзамен, то он недовольно буркнет:

– По самому тупому и бесполезному.

В другие дни он, вероятно, рассказал бы о своей специальности подробнее, используя не такие слова и выражения, но сегодня он огорчён и зол – да-да, из-за несданного экзамена. А нам с вами, признаться, совершенно неважно, где и как наш персонаж учится. Всё, что произойдёт с ним дальше, будет довольно необычно, и, скажем откровенно, в университете его к такому не готовили. Из всей программы обучения ему, пожалуй, больше всего пригодится физкультура… Но не будем забегать вперёд.


У Димки на сегодня были планы. Простые. Предновогодние. Сдать экзамен, купить подарки родителям и младшему брату, а на вечерней электричке отбыть в отчий дом – готовиться к предстоящим праздникам. Семья ждала его приезда, чтобы нарядить ёлку. По традиции этот ритуал совершался в последние числа декабря.

Заваленный экзамен лишил Димку праздничного настроения. Желание болтаться по торговому центру угасло, вид украшенного к Новому году города вызывал раздражение и, несмотря на истинно зимнюю погоду – хлопьями летел снег, – на душе у Димки было пасмурно и слякотно.

Как правило, любые жизненные неурядицы 20-летний Димка Терёхин переживал легко и с юмором. Но временами мог и рассердиться, и нахмуриться, и отпустить в адрес всех небесных сил пару десятков бранных словечек. Вот не сдал этот чёртов экзамен, а пересдача только 9 января! Все праздники насмарку! Будь он министром образования, запретил бы ставить двойки накануне Нового года, а то и вовсе экзамены перед зимними каникулами отменил!

«Не стану отмечать Новый год, – мысленно бурчал Димка, – но и к учебникам не прикоснусь!»

С такими мыслями он подходил к железнодорожному вокзалу. Квартиру Димка снимал далеко от вуза, но зато двухкомнатную и относительно недорого. Добраться от учебного заведения – самого дурацкого в мире! – до съёмной квартиры можно было либо на маршрутке, либо на электричке. Второй вариант Димке нравился больше. Электричка ходит по расписанию. Часто. И в пробках не стоит.

Разумеется, сегодня поезд пригородного сообщения ушёл из-под носа! Димка дежурно ругнулся – исключительно для того, чтобы не принимать этот щелбан от судьбы безмолвно. Следующая электричка через 15 минут, и на табло уже указан путь, с которого она отправится. Пятый.

Димка взял билет до Новопряшина, купил в вокзальном ларьке пирожок с картошкой, в автомате – банку вишнёвой колы, прошёл через турникеты и вольготно расположился в пустом вагоне. Вытянул ноги, поставил рядом с собой на сиденье рюкзак и банку с газировкой. Пирожок в бумажном пакете пристроил на коленях, достал из рюкзака влажные салфетки. Они лежали в главном отделении вместе с контейнером из-под бутербродов, учебником по заваленному предмету – самому тупому и бесполезному! – и тетрадью с конспектами.

Димка вытер ладони. Бросил использованную влажную салфетку в открытое отделение рюкзака, туда же отправилась и упаковка с чистыми. Застёгивать отделение Димка не стал, решив, что позже уберёт туда пустую жестяную банку и пакетик из-под пирожка. Урны в вагоне не наблюдалось.

Электричка тронулась. Димка дожевал пирожок, скомкал бумажный пакет, закинул его в рюкзак и, попивая колу, набрал номер младшего брата – Стасяна. Брат заменял Димке и лучшего друга, благо разница в возрасте составляла чуть больше года, а интересы во многом совпадали: читали одинаковые книги, смотрели похожие фильмы и даже профессии получали смежные – так что темы для бесед находились всегда.

– Даров! – сказал Димка в трубку.

– Приветище, – откликнулся собеседник, – ну как ты? Сдал? Уже едешь домой?

– Слушай, Стасян, – Димка замялся, но твёрдо решил, что в родительский дом не поедет, – я, в общем… ну это…

– Чего мямлишь? Девчонку, что ли, себе нашёл? С ней Новый год собираешься отмечать? – вот по части девчонок Димон и Стасян не совпадали: младший брат – истинный сердцеед, а старший на случайные знакомства и связи не разменивался, несмотря на крепкую физическую форму, был довольно романтичен и собирался ждать «ту самую, единственную», причём выбор этой «самой, единственной» он доверял исключительно Судьбе.

– Вот когда подаст мне Судьба знак, что передо мной «та самая», тогда я и соглашусь заводить отношения.

Ответь он сейчас: «Да, Стасян, девчонку нашёл», брат бы хмыкнул да перевёл разговор на другую тему. Но у Димки были другие доводы, довольно зыбкие, отчего и произнести их казалось неловко:

– Понимаешь… Ну… Настроение не то… Не праздничное… Экзамен завалил, теперь не хочу ни ехать куда-то, ни подарки дарить, ни общаться с кем-то…

– Эффект корги́? – хмыкнул Стасян.

– Карги? – переспросил Димка. – Ну да, судьба у меня иногда та ещё карга!

– Да не карги, а кор-ги́, – Стас произнёс по слогам и пояснил: – Сокращённо от короткой гирлянды.

– Опять каких-то своих психологов начитался?

– Не-а, сам придумал. Эффект короткой гирлянды – это как раз про последние дни перед Новым годом. Вроде как вешал на стену гирлянду, и буквально тридцати сантиметров не хватило, чтобы всю комнату по периметру лампочками украсить. Кажется – мелочь. Можно гирлянду на пустом участке снежинкой какой-нибудь заменить или занавеской постараться прикрыть. Но всё равно не то! Вот так и с настроением. Ждёшь-ждёшь праздника, а на несколько дней перед Новым годом будто лампочек внутри не хватает, настроение тускнеет. Это нормально. Просто люди Нового года ждут, как чуда, о многом думают, многое пытаются успеть, за всё хватаются, вот и обрывается иногда гирлянда. Приезжай, будем тебе настроение поднимать! Всегда находится рядом кто-то, кто становится недостающим кусочком гирлянды! Правда!

– Интересная теория, – искренне одобрил Димка. И даже настроение у него вдруг улучшилось. – Стасян, слушай, не пугайся, если вдруг пропаду, зарядки – два процента. До дома доеду – заряжусь.

– Хорошо. Тогда до связи?

– Да нет, поболтаем ещё, разряжу телефон в ноль, не страшно. До дома две остановки.

– Приезжай, и наболтаемся за каникулы!

Димка вздохнул. По родителям и брату он соскучился. Чего ерундить? Собрать вещи, пробежаться по магазинам, прыгнуть в вечернюю – да хоть в последнюю! – электричку – и всё, дома! Что дарить родным, Димка придумал: маме – духи, папе – ремень, брату – ежедневник с мотивирующими цитатами. Стасян их обожает. И снег за окном в декабрьских сумерках – пушистый, лёгкий, нарядный. Кружится над жилыми кварталами… Глядишь, до праздника не растает. Нечего киснуть, надо ехать в Заслонск!

Двери распахнулись. В вагон быстрым шагом вошёл пассажир – весь в чёрном. Куртка с капюшоном, скрывавшим лицо, чёрные джинсы с подворотами, короткие спортивные носки и чёрные кеды. Только слегка отмороженные лодыжки иссиня-красными штрихами вмешивались в тёмный колер его одежды. Димка бросил на него короткий взгляд, а после вернулся к телефонному разговору и созерцанию снежинок за окном.

Человек в чёрном скрылся за дверями в другом конце вагона.

– Да конечно приезжай, что тут думать? – подбадривал брат.

– Да приеду, приеду! Ты ж не отстанешь со своими короткими гирляндами. Все лампочки мне в мозгах повкручиваешь вместе со своими ко́рги!

– Не ко́рги, а кор-ги́! – поправил брат, и Димка заржал:

– Ой, всё!

Деревянные двери с большими стёклами снова распахнулись, в вагон вошли два охранника в форме. Один худой и высокий, второй приземистый и полный.

– Парень в чёрном тут не проходил? – спросил один. Тот, что пониже ростом.

Димка кивнул: проходил. Не прекращая разговора, знаком указал – вон в тут дверь вышел. Потом сдвинул трубку ото рта и уточнил у охранников:

– Спёр что-то?

Те покачали головой и пошли по вагону.

– Парень какой-то подозрительный мимо прошёл, – рассказал Димка брату, – а следом охранники. Ничего не сказали, но, похоже, этот, в чёрном, кражами промышляет. Дурачок какой-то: кто ж в пустой электричке ворует? Тут надо либо перед самым закрытием дверей на станции из рук у зевак что-то выхватывать и на платформу выпрыгивать, либо в толпе втихаря по карманам лазить. Во всяком случае, так в кино и в книгах показывают-рассказывают… Ой, блин, Стасян, подожди, – Димка похлопал себя по карманам, – а мой-то телефон где? У меня тут рядом рюкзак открытый стоит, может, этот парень и у меня что-то стащил…

– Угу-угу, – ответил Стас, хихикнув.

– Чего ржёшь? – Димка заглянул в открытое отделение рюкзака и достал оттуда мобильник. – Не, всё в порядке, мой телефон в рюкзаке, оказывается, лежал, а не в кармане.

– Димон! – Стас заржал. – Ты там прикалываешься, что ли? Ты ж со мной по телефону разговариваешь, твоя мобила возле уха!

– Точняк, – засмеялся и Димка, но внезапно прервал смех и посуровел. – Выходит, этот, в чёрном, мне в рюкзак чью-то ворованную мобилу подкинул? Я сидел, в окно пялился, а он, проходя мимо, избавился от краденого? Догонят его охранники, а он чист. Вот, мол, можете карманы осмотреть! Алло, алло! Стасян!

Телефон коротким звуковым сигналом уведомил, что батарея разряжена окончательно. Экран погас.

– Ладно, не беда, – сказал Димка, убрал свой телефон в рюкзак, а чужой взял в руки. – Попробуем твоего хозяина найти.

Димка оживил экран прикосновением. Данные оказались не запаролены. Уже хорошо. Всего-то и надо: найти какие-нибудь контакты родных и близких. Мама-папа, Витюша-Манюша, лапуля-кисуля, друган… В общем, какую-то запись, которая даст понять, что человек хозяину телефона не посторонний. Звякнуть по этому номеру и договориться о встрече, чтобы вернуть трубку.

Записная книжка чужого мобильника оказалась пуста.

На экране не обнаружилось и приложений для выхода в соцсети. Был только значок неизвестного мессенджера, но и там открывалось всего одно диалоговое окно с подписью «Отправка сообщений запрещена».

Похоже, возни с этой мобилой будет больше, чем предполагалось.

Димка встал и пошёл по вагонам. Телефон пока положил в карман. Если парень спёр у кого-то мобилу, этот кто-то может ещё оставаться в электричке. Но почему тогда хозяин телефона не пошёл с охранниками? Если он стал жертвой воров, странно, что не забил тревогу. А если забил, то куда потом делся? Если же промолчал, то как охранники узнали, что парень что-то у него украл? Сами увидели и тут же припустили за вором? Но они шли медленно, никого не догоняли. И крайне странно скрывать от потерпевшего, что он – потерпевший. Ну догонят они парня, а хозяин телефона возьмёт и выйдет за это время из электрички. Где его потом искать?

«Странно всё это. – подумал Димка. – А может охранники ни в чём парня не подозревали? Просто шли себе и шли? Но ведь они про него спросили, значит, зачем-то он всё-таки был им нужен… Хотя человек, полностью одетый в чёрное и скрывающий лицо, довольно подозрителен сам по себе… Охранники просто на всякий случай заинтересовались этим субъектом, а субъект тоже на всякий пожарный избавился от украденного когда-то раньше мобильника… Тогда никакого хозяина телефона я в электричке не найду».

Димка распахнул очередную пару деревянных дверей. Недавние охранники расслабленно курили в тамбуре. Дальше хода не было – дверь была заперта, за ней находилась кабина машиниста.

Электричка остановилась у перрона. Раздался невнятный голос из вагонного динамика, разобрать название станции, куда прибыл состав, Димка не сумел. Автоматические двери открылись и внезапно из туалета…

«Ого! В этой электричке есть туалет? Неожиданно!» – успел подумать Димка.

Так вот. Внезапно из туалета, прежде запертого, выскочил тот самый человек в чёрном, выхватил рюкзак из Димкиных рук и выпрыгнул на платформу. Двери закрылись, но Димка моментально рванул рычаг экстренного торможения.

– Кто сорвал стоп-кран? – раздался гневный вопрос машиниста из динамика.

– Да я, я сорвал, – выкрикнул Димка непонятно кому и заколотил руками по автоматическим дверям: – Открывайтесь давайте!

Он обернулся на охранников, продолжавших флегматично курить, махнул в их сторону рукой, вернулся в вагон и нажал на кнопку связи с машинистом.

– У меня рюкзак спёрли, откройте двери!

Когда Димка оказался на перроне, прошло уже достаточно времени, чтобы воришка успел скрыться. Отпечатков ног на снегу было немного, одна цепочка следов вела к ограждению. А вот и отпечаток ладоней. Вор не пошёл в здание вокзала, чтобы не тратить время на прохождение через турникеты, – вероятно, у него и билета не было, – а просто перемахнул через невысокий железный забор и был таков.

Димка дошёл до вывески с названием станции. Адвент. О такой станции на своём направлении он раньше не знал.

«Куда я заехал?»

Мысли его переключились на перечень утраченного имущества.

«Ладно, на конспекты плевать… За учебник в универе по мозгам знатно поелозят… Рюкзак жалко, Стасян подарил – накопил со стипендий. И мобилы теперь нет…»

Димка похлопал себя по карманам и нащупал телефон.

– А, нет, мобилу, значит, я переложил… Чёрт, это ж чужая!

Он сел на лавочку и задумался. Всё не так уж плохо. Средство связи есть. Хозяин телефона вряд ли обидится, если Димка потратит рубль-другой со счёта. А может, у него безлимитка? Сейчас надо зайти в вокзал, посмотреть расписание, купить билет до Новопряшина. Димка решил, что проскочил свою остановку. А как тут не проскочить, если за окном смеркалось и мело, а речь машинистов в электричках можно сравнить по чёткости разве что с врачебным почерком… Премию они, что ли, получают, если прокатят пассажиров мимо нужной станции? Или процент с билетов?

Найти свою мобилу Димка уже не надеялся. И рюкзак, вероятно, воришка продаст. Не выбросит. Хороший рюкзак. Фирменный. Новый. Стоимостью почти с мобилу.

– Эх, – вздохнул Димка и активировал экран чужого телефона, – ну хоть зарядки в тебе сто процентов. И на том спасибо…

## ГЛАВА 2 В которой Димка пытается разобраться с чужим гаджетом и заводит диалог с электронным помощником


На перроне стало прохладно. Димка не планировал болтаться по неизвестным станциям, поэтому был одет довольно легко: в серый спортивный костюм, белые кроссовки и короткую дублёнку на меху, едва прикрывавшую поясницу. Добираться до универа в такой одежде удобно: в транспорте не сопреешь и замёрзнуть на улице не успеешь. Но сейчас Димка не отказался бы от тёплого свитера и шерстяных носков. Или от термобелья.

Плотные вязаные перчатки, к счастью, лежали в кармане дублёнки, а не в утраченном рюкзаке.

Сидение на припорошенной снегом железной лавочке не прошло даром для трикотажных штанов: они изрядно промокли. Кажется, трусы тоже. Некомфортное ощущение.

Димка вошёл в здание вокзала. В просторном холле было пусто. В окошке билетной кассы он увидел женщину в белой рубашке и красной форменной жилетке с бейджиком на лацкане. Электронное табло не предоставляло информации ни об одной ближайшей электричке – ни отправляющейся, ни прибывающей. Выключено оно, что ли? Не было расписания и возле кассы. Неужели станция заброшенная и поезда здесь проходят так редко, что жители городка знают график движения наизусть?

К кассе подошёл пассажир, он продлевал проездной.

– Вам всё оставить так же? – услышал Димка голос кассира, искажённый микрофоном.

– Да, те же даты, тот же пункт назначения.

«Будто эпизод из шпионского боевика посмотрел», – хмыкнул Димка.

На стене висела большая схема движения поездов по данному направлению. Впрочем, могли бы и не трудиться вешать такую схему: кружок с надписью Адвент и уходящие в «молоко» рельсы-шпалы.

– А более подробной схемы у вас нет? – уточнил Димка у кассира.

– Куда уж подробнее? – изумилась та.

– И правда. Подробнее некуда. Мне нужно в Новопряшино.

– Ближайшая электричка первого января в 09:15.

– Значит, всё-таки на электричке до Новопряшина из Адвента добраться можно?

– А кто вам сказал, что нельзя?

– Да табло у вас странное… Не поймёшь, работает ли. И расписания нигде нет, – Димка подумал и снова спросил: – А до Заслонска можно как-то доехать?

Кассир хихикнула:

– Название смешное. Заслонск. Будто город за слоном находится…

– Я больше почему-то про заслонку всегда думал, когда это название слышал. Так можно доехать?

– Сейчас уточню, – кассир посмотрела в компьютере. – Ближайшая электричка до Заслонска 31 декабря в 23.30.

– А раньше куда-нибудь можно уехать?

– В Суетово, Морявку, Родники… – начала перечислять кассир.

– Вы эти названия на ходу придумали? Никогда прежде таких не слышал!

Женщина за стеклом пожала плечами. Димка отошёл от кассы.

В холле вокзала работал ларёк. В нём продавались пирожки и кофе. Димка прикинул, сколько денег на карточке. Налички-то с собой всего ничего: едва на билет бы хватило, но на счету деньги есть, тем более что Димка сэкономил на подарках. Возможность оплачивать покупки картой обнадёживала: хотя бы смерть от голода и обезвоживания не грозит. Впрочем, туалеты на вокзале точно есть, попить можно из-под крана.

Димка хмыкнул. Такие мысли посещают, будто он собирается провести на этом вокзале целую вечность! Фигушки! Табло просто сломано, кассирша или новенькая, или настолько старенькая, что уже выжила из ума. Электрички непременно будут, если не сегодня, то завтра – наверняка. Да нет, чушь! И сегодня ещё будут! Сейчас только 17.30. Уехать далеко от Новопряшина Димка не мог. Съёмная квартира на окраине города, но всё же глухих заброшенных станций поблизости Димка не припоминал.

«Если нельзя уехать на электричке, значит, можно взять такси или поймать попутку…» – подумал Димка и вышел на привокзальную площадь, обошёл остановки автобусов, почитал маршруты их следования. Ни один населённый пункт не показался знакомым. Немногочисленные таксисты подвезти отказались.

– Новопряшино? Пробка сейчас на выезде из Адвента, не хочу стоять…

– Заслонск? Не, слишком далеко, не поеду.

Димка проверил, можно ли позвонить с чужого телефона. Увы… По очереди набрав номера, которые помнил наизусть, он убедился, что связаться с родными не получится. «Набранный вами номер не обслуживается», – повторял механический голос. Не удалось дозвониться ни до экстренных служб, ни до услуги «точное время», ни в доставку пиццы. Если поехать в Заслонск, то можно пообещать шофёрам сумму побольше – родители оплатят такси. Или попытаться надавить на жалость? Мол, к маме-папе еду, помогать буду к празднику готовиться.

Деньгами не соблазнились, на мольбы не повелись, жестокосердные…

Димка в сердцах сплюнул.

Он вернулся в здание вокзала и сел в кресло, обитое бордовым дерматином, местами порванном и порезанном. Через прорехи виднелись поролон и фанера. Подлокотников между креслами не было, и, выставленные в ряд, они вполне могли послужить Димке местом для ночлега.

«Ну уж нет, ночевать я здесь не буду», – подумал Димка.

– Сейчас мы с тобой разберёмся, – сказал он телефону. – Может быть, мне придётся ехать не в Заслонск и не в Новопряшино, а куда-то ещё, чтобы встретиться с хозяином телефона. В общем, поковыряюсь в мобильнике, а потом решу, что делать дальше. Но в этом Амберте или Альденте я оставаться не намерен.

Бормоча себе под нос, он нажимал на сенсорные иконки установленных в телефоне приложений. Их было немного, и все начинались с названия станции: Адвент-камера, Адвент-музыка, Адвент-карта, Адвент-справка…

– Понятно. Ты, дружок, подключился к местному вай-фаю…

Димка открыл Адвент-карту. Обычный маленький городок: улочки, перекрёстки, площадь с фонтаном, парки. Вот здание вокзала. Сетевой гипермаркет и ряд маленьких магазинчиков. Есть гостиница. Торговый центр. Если электричку придётся ждать долго, то приобрести подарки можно и в Адвенте. Димка попытался понять по карте, куда ведут железнодорожные пути, но чёрно-белое схематичное изображение рельсов и шпал при смещении карты оказывалось будто утопающим в молоке: то ли карта не загружалась, то ли путь пролегал через бескрайние заснеженные поля.

Стала доступна Галерея. Прежде посмотреть записи хозяина телефона Димке не удалось. Что ж, по фото- и видеоматериалам можно установить, от кого к Димке перекочевал этот гаджет.

Лента с видеофайлами казалась бесконечной.

– Что ж за человек такой твой хозяин? – в сердцах бросил Димка. – Контакта нет ни одного, зато видях – полмиллиона. Должен же он был их кому-то отсылать? Или сам снимал и сам же наслаждался?

Димка нажал на первый попавшийся стоп-кадр с треугольничком посередине. На экране появился перекрёсток какого-то города. Адвента? Или нет? И съёмка ли это или трансляция в режиме реального времени? По дорогам сновали туда-сюда автомобили, притормаживали у пешеходных переходов, по которым шли люди: мамочки с колясками, старушки с палочками, собачники, велосипедисты, парочки… Отсмотри сотню записей различных перекрёстков – увидишь примерно то же самое…

Димка включил другое видео. Опять похоже на онлайн-трансляцию. Только на этот раз из торгового центра. Листать ленту с файлами ему быстро наскучило. Пора пускать в ход тяжёлую артиллерию – «Адвент-справку». По-хорошему, стоило бы с неё и начинать…

На экране открылся чат. По зеленоватому диалоговому полю прокатился, как Колобок, жёлтый смайлик. В поле для набора текста появилась надпись: «Собеседник пишет сообщение».

Текст не заставил себя ждать, он появился в облачке, какие рисуют в комиксах, изображая речь героев.

«Привет, я твой электронный помощник! Вам нравится, как я выгляжу сейчас, или желаете изменить мне внешность?»

– Чёрт, – выругался Димка, – неужели вместо справок это приложение предлагает дурацкие фильтры для селфи или что-то в этом духе?

– Стань собачкой корги, – буркнул он приложению. А что? Брат как раз говорил про корги. Правда, с другим ударением, но если уж надо изменить внешность электронному помощнику, то почему бы не на бело-рыжую пушистую мордаху? Всё лучше, чем этот улыбчивый жёлтый пузырь!

«Какой породы? – письменно уточнил собеседник. – Пемброк или кардиган?»

– А в чём разница? – Димка ввязался в диалог, не особо, впрочем, интересуясь ответом.

«Найден ответ на Корги.ру: кардиган от пемброка отличается по весу и телосложению. При одинаковой высоте в холке, составляющей 30 сантиметров, кардиганы весят от 13 до 17 килограммов, а пемброки – 10—11 килограммов».

– Отлично. Давай пемброка. Кардигана мне не прокормить.

Колобок на экране моментально сменился на коротколапого пса. Он сел и приложил к уху лапу, ожидая от Димки новых команд. Не услышав поручений, пёс ткнулся носом в экран: там снова появилась надпись: «Собеседник пишет сообщение».

«Добро пожаловать в Advent-Adventure!»

– Adventure? Приключение? – удивился Димка. – Не слишком ли экстремальное название для справочного чата?

Пёс на экране помотал головой. В поле появилось ещё одно сообщение:

«Advent-Adventure – фирма, созданная специально для тех, у кого нет праздничного настроения. Подготовка к новым размышлениям перед Новым годом – вот наша основная задача».

– Как же достала ваша таргетированная реклама! Стоило поговорить с братом – и на́ тебе: уже всякие фирмы предлагают услуги. Ладно бы в моём мобильнике всплывали, но нет, вылезают в чужом, просто лежавшем рядом! Подслушивал, а, электронный помощник? Признавайся!

Пёс закивал с умильно-радостным выражением на морде.

«Хотите ли вы и дальше называть меня просто электронным помощником или желаете дать мне какое-нибудь имя?»

Димка отдавал телефону голосовые команды, а в ответ неизменно получал текстовые сообщения. Пока его это устраивало.

– Ох, – вздохнул он, – вы, электронные помощники, все такие… э-э-э… деревянные…

Димка постучал себя пальцем по лбу, подчёркивая этим жестом, что считает всякие «умные» колонки тупыми.

«Вы можете звать меня Вуди»

– Вуди?

«Вуди. От английского wood. Варианты перевода: дерево, древесина, деревянный, древесный, лесной, дровяной».

– А ты с юмором. Ладно, корги по имени Вуди, поиграли – и хватит. У меня три желания…

Пёс на экране навострил уши и приготовился загибать пальцы на лапе.

– Первое: мне надо узнать, чей мне достался телефон. Второе: нужно этого человека как можно скорее отыскать. И третье: мне нужно попасть домой. В Новопряшино или в Заслонск – уже не важно.

Появилась надпись: «Вуди набирает сообщение». Пёс на экране, слюнявя карандаш, старательно и очень медленно выводил буквы на бумаге. К счастью, эта мультяшка только дурачится, иначе сообщения от электронного помощника приходили бы раз в час.

«Телефон является собственностью фирмы Advent-Adventure, вернуть его можно будет только 31 декабря. На ближайшие дни вашим домом станет гостиничный номер».

– Какой, на фиг, гостиничный номер? – взвился Димка. – Какое, на фиг, 31 декабря? Я домой хочу! Слышишь, собака, до-мой!

Рисованный пёс просунул голову за пределы экрана и вернулся в диалоговое поле с поводком в зубах.

«Где-то за пределами экрана у него подсобка», – мысленно пошутил Димка.

В чате появился скриншот карты Адвента. Одна красная стрелка была направлена на здание вокзала. Подпись гласила «Вы находитесь здесь». Другая красная стрелка указывала на гостиницу. К месту дальнейшего проживания предлагалось идти двумя путями: либо длинным – он был отмечен синим цветом, либо коротким – выделен зелёным.

«Какой маршрут оставить?» – осведомился Вуди.

– Никакой, – буркнул Димка, нажал на кнопку, погасил экран и убрал телефон в карман. От долгого сидения затекли спина и ноги. Штаны, кажется, подсохли. Но даже в зале ожидания вокзала Димке было прохладно. Кто-то из работников оставил открытой дверь, и теперь по залу гулял сквозняк. Табло не подавало признаков жизни.

Большие вокзальные часы гоняли по кругу секундную стрелку. Она жужжала. С различимым щелчком ещё одной стрелки сменялись минуты. Часы выглядели эпично. Интересное дизайнерское решение. Цифры на положенных местах заменяли чуть выступающие из общей кладки красные кирпичи, вокруг циферблата уверенная рука художника облупила штукатурку, сам часовой механизм был вмонтирован в стену. Казалось, что это не нарочно созданные часы, а найденные случайно – при обрушении вокзальной стены. Время близилось к восьми вечера. За окном давно стемнело, но снег всё ещё шёл. Димка видел через окно его неровное кружение в потоках ветра. В ларьке продавщица пересчитывала выручку. На улице дворник чистил перрон: слышался характерный скрежет лопаты об асфальтированную платформу, а иногда – отрывистые глухие удары, от которых с лопаты слетал налипший снег.

– Долго мне ещё тут сидеть? – спросил Димка у телефона.

Вуди, успевший задремать, встрепенулся и сел, изображая готовность выполнять поручения.

«Проводить вас в гостиницу?»

– Нет, – Димка снова погасил экран и, надувшись, скрестил руки на груди. Но потом снова достал мобильный. В чате уже ожидало новое письмо от Вуди.

«Если захотите в гостиницу, предъявите на входе QR-код».

Код прилагался.

Часы на стене показывали без двадцати девять. В закрытом ларьке на витрине остались бутылки с минеральной водой и лимонадами, выпечки на тарелках уже не было, но благодаря ценникам, не убранным на ночь, можно было предаться воспоминаниям: здесь лежали пирожки с яблоками, а рядом – с картошкой…

– Вуди, есть хочется, – доверительно сообщил новому товарищу Димка.

Электронный пёс нырнул в заэкранную «подсобку» и вернулся оттуда с коробкой собачьего корма «Радость корги». Он потряс коробкой в воздухе, облизнулся, в облачке рядом появился вопрос: «Будешь?»

– Буду, – Димка усмехнулся. В животе урчало, его принципиальность сходила на нет, равно как и намерение оставаться на вокзале, пока не приедет электричка. Мультяшный пёс насыпал корм в миску и подвинул её лапой в Димкину сторону.

– Ладно, Вуди. Веди меня в гостиницу, только у меня мало денег, не знаю: хватит ли на ужин и ночлег…

Вуди оттолкнул миску лапами – она уехала за пределы экрана.

«Включить шагомер?» – поинтересовался пёс, доставая из «подсобки» поводок.

– Забей.

Вуди кивнул. На экране телефона появилась карта, роль курсора на ней выполняли бело-рыжие собачьи штаны с бугорком купированного хвоста сверху. Этот пушистый шар колыхался при каждом движении лап. И надо сказать, что попа корги вызывала у Димки не меньше умиления, чем остроносая мордаха и трогательное стремление поделиться кормом.

Если Димке доводилось останавливаться, чтобы соотнести изображение на карте с реальным расположением строений на местности, пёс оборачивался и смотрел укоризненно: и так много часов кряду провели без прогулок! Если стоянка по собачьим меркам совсем уж затягивалась (читай – длилась дольше пяти секунд), Вуди вертелся волчком на месте, всем своим видом изображая нетерпение.

– Да иду я, иду, торопыга!

Димка возобновлял движение, и Вуди семенил по схематичному изображению улиц, оставляя на экране для созерцания только мохнатый бело-рыжий зад.

## ГЛАВА 3 В которой Димка заселяется в гостиницу, ужинает и узнаёт о способе оплаты услуг


Гостиница представляла собой небольшой трёхэтажный домик, украшенный гирляндами, снежинками и силуэтами снеговиков, снегурочки и Деда Мороза, нанесёнными на окна через трафарет искусственным снегом из баллончика. Вывески, сообщающей путешественникам, какое перед ними здание, не было. Без подсказки навигатора Димка и не догадался бы, что этот живописный особнячок – не коттедж какого-нибудь богатея, а место временного обитания туристов.

Увесистый металлический дверной молоток, с помощью которого полагалось сообщать о своём прибытии, был выполнен в форме оленьего копыта. Димка ударил «копытом» по двери. Никаких признаков движения внутри не послышалось, но через минуту створка распахнулась. На пороге Димку встречал мужчина средних лет, голова его была похожа на свечной огонёк: вытянутая, с желтоватым – в свете покачивающегося над крыльцом фонаря – лицом и задорной молодёжной стрижкой-шалашиком. Одет он был в строгий костюм с перламутровыми пуговицами и запонками. Он не был похож ни на швейцара, ни на охранника, скорее на распорядителя бала. Димка испугался, что за дверями гостиницы его ждёт какое-нибудь масштабное пиршество или шумное гулянье, где нужно будет проявить умение вальсировать или танцевать полонез, но в просторном холле было тихо. Внутреннее убранство безымянного заведения мало чем отличалось от виденных Димкой прежде гостиничных интерьеров: над стойкой регистрации висели часы с указанием времени в мировых столицах, в холле расставлены небольшие мягкие диванчики, на низких стеклянных столиках лежали журналы и буклеты с видами Адвента. Освещали холл многочисленные потолочные лампы, а для создания уютной атмосферы в зоне отдыха на стенах висели бра с зелёными плафонами в форме усечённых пирамид и выключателем-шнурком. От автоматов у лифта доносился аромат кофе и горячего шоколада. Димка почувствовал ещё запах жареного мяса – из ресторана, синтетической корицы – вероятно, освежитель воздуха – и спирта: стойка регистрации была слегка влажной, её недавно протёрли салфеткой с дезсредством.

Играла новогодняя музыка. Когда Димка вошёл, завершалась композиция группы «Абба» – Happy new year, а теперь звучала Jingle bells в необычной, несколько жестковатой рок-обработке. Не увидев портье, Димка нажал на кнопку настольного звонка. Едва прикоснулся к ней пальцем, но металлический язычок резво ударился о полусферический купол, и по холлу пронеслась мелодичная трель.

– Да-да, Дмитрий, – произнёс мужчина в костюме, – извините, запирал входную дверь на ночь, вот и поотстал от вас.

– Вы здесь и за швейцара, и за портье?

– И за хозяина, и за повара, и за официантов. Один в сотне лиц. Меня зовут Николай. Позвольте, я проверю ваш QR-код.

Димка показал код с экрана телефона. Николай провёл по нему инфракрасным лучом портативного сканера.

– Отлично, – прокомментировал он, – комната номер 25. Второй этаж, сразу напротив лифта. Ужин и душ, – не вполне понятно добавил он.

– Душ где-то отдельно? – Димка удивился. Гостиница не была похожа на хостел, вряд ли здесь санузел один на этаж.

– Душ в номере.

– Послушайте, я устал. И от событий сегодняшнего дня, и от местных загадок. Объясните мне наконец, куда я попал?

– У вас нет багажа, Дмитрий? – портье задал встречный вопрос. Он напоминал, пожалуй, невозмутимого Филеаса Фогга1[1]: учтивый, вежливый и заранее подготовленный к любому развитию событий.

– Мой рюкзак украли. При мне только чужой мобильник, от которого нет никакого толку.

– Мобильник – не чужой. Он ваш. На некоторое время. Если под толком вы подразумеваете способность звонить с этого телефона в реальный мир, то аппарат и правда бесполезен. В остальном он довольно хороший помощник. Правда, не всегда именно для вас.

– В реальный мир? А я в каком? В нереальном? В загробном?

– Вы в Адвенте. Я немного расскажу вам о нём.

– Да уж, сделайте одолжение, милейший… – вид вышколенного хозяина гостиницы заставил Димку выразиться в непривычной манере: несколько вычурно и старомодно.

– Знаете ли вы, что такое адвент?

– Город, вероятно.

– Нет, я имею в виду адвент в общем смысле.

– Слово такое слышал. Есть какие-то адвент-календари…

– Совершенно верно. Адвентом называют период накануне Рождества. Адвент завершается 25 декабря. Церковное назначение этого периода заключается в радостном предвкушении праздника, а также в размышлениях верующих на тему второго пришествия Христа.

– Надеюсь, мне здесь не придётся пробыть до второго пришествия? – ужаснулся Димка. Идея молиться или поститься тоже не привела его в восторг.

– Нет-нет, вы пробудете здесь до 23 часов 30 минут 31 декабря. Успеете на электричку до Заслонска. Но ближайшие дни станут для вас особенными. Сейчас понятие «адвент» всё больше обретает коммерческий смысл. Вы верно вспомнили календари. Отсчитывать дни, открывая окошечки, за которыми скрывается лакомство, – ещё одна предрождественская традиция, повышающая настроение детям и взрослым. Фирма Advent-Adventure тоже создала своего рода адвент-календарь. Организаторы, безусловно, знают, что люди в канун Нового года склонны размышлять не столько о втором пришествии, сколько о собственном будущем, и придумали своего рода игру. Те, кому не хватает новогоднего настроения, помогают тем, кто никак не может ответить себе на важные вопросы. Фирма Advent-Adventure – европейская, их аппараты редко попадают в Россию, поэтому, как правило, после 25 декабря наши гостиницы пустуют. А вот гостям из России, если уж им доводится к нам попасть, поднять настроение требуется как раз с 25 по 31 декабря. У них в это время будто…

– Перегорают лампочки, – пробормотал Димка, – эффект короткой гирлянды…

– Отличное сравнение. Да, считайте, что Advent-Adventure – это команда монтёров, которая починит вашу личную гирлянду, а если повезёт, то и ещё несколько. Кстати, отдельный бонус: сейчас вы единственный постоялец в моей гостинице.

«Да уж, повезло, – скривился Димка, – как правило, отели начинают в таком случае экономить на всём: реже проводят уборку номеров, почти не меняют полотенца, сокращают ассортимент шведского стола. И это полбеды. Целая беда в том, что именно так и начинаются многие произведения в жанре хоррор: герой остаётся один на один с незнакомцем в запертом помещении. Во я влип!»

– Я запутался, мы всё-таки в России или нет?

– В России. Адвент для каждого выглядит по-своему. Для вас это довольно тихий провинциальный городок. Здесь всё будет почти привычным.

– «Почти». Два слога, пять букв, а звучит зловеще.

– Да бросьте, Дмитрий. Всего шесть дней небольших приключений. Это ещё никому не вредило.

За разговором они переместились на второй этаж. Димка приложил к сенсору у двери свой QR-код, дверь в двадцать пятый номер с едва слышным щелчком отворилась. Стандартный вид гостиничной комнаты несколько успокоил разволновавшегося Димку. Всё здесь было выдержано в светло-бежевых тонах: обои, постельное бельё на двуспальной кровати, столешница письменного стола, абажуры ламп и бра, телефон и дверца мини-бара, встроенного в стену. В ванной – бежевый кафель и вполне современная сантехника. Даже зубная щётка кремового цвета. Единственное неожиданно яркое пятно – бело-рыжий корги в рамочке на стене возле кровати. Димка подумал – картинка, но выяснилось, что это дублёр телефонного экрана. Можно общаться с Вуди, не доставая мобильник.

– Ой, это ваш электронный помощник так выглядит? – умилился Николай, глядя на бело-рыжую остроносую мордочку.

– Да, – сказал Димка, – корги Вуди.

Николай провёл пальцем за ухом пса, и Вуди тут же улёгся на спину, подставляя живот.

– Утю-тю-тю, какой хорошенький! Невозможно удержаться! – сюсюкал Николай, почёсывая живот Вуди, а по факту – просто водя пальцем по сенсорному экрану.

«Запросто можно удержаться», – подумал Димка. Чесать животы электронным собакам он не привык.

– Я не просил ни о какой игре, – резко сказал он, – просто ехал в электричке. Да, злился, да, ворчал из-за несданного экзамена. Но поворчал и перестал бы, сел бы за учебники, доучил то, что недоучено. Не надо мне тут устраивать кино про перемещение во времени для осознания своего неправильного поведения.

– Об игре в Адвенте никто и никогда не просит, просто порой приходит время для того, чтобы прозвучали наконец какие-то важные слова, и необходимо, чтобы произнёс их кто-то конкретный. Так частенько бывает в жизни: вроде произнесёшь всего пару фраз, а в итоге чья-то жизнь радикально изменится.

– Я не хочу менять ничьи жизни. Я всего лишь случайный человек здесь, в Адвенте.

– Увы, иногда слова нечаянного прохожего значат для людей больше советов, полученных от родни. Даже когда вы покинете Адвент, то всё равно вольно или невольно будете влиять на чьи-то судьбы. Всегда рад буду ответить на ваши вопросы, Дмитрий. Сегодня у вас действует тариф «Гостевой». Эдакий разовый all inclusive. Но уже завтра вы будете оплачивать услуги гостиницы баллами за выполнение заданий. Десять минут горячей воды в день и континентальный завтрак входят в базовый тариф, остальное – только по результатам игры.

– Меня пугают слова «игра» и «человеческие судьбы», совмещённые в одном предложении.

– Играйте, Дмитрий. Здесь – играйте. Судьба у них – в реальном мире. Но довольно разговоров. Вы устали и хотите есть, наверняка не откажетесь от посещения спа-центра.

– А если я откажусь? Если не стану играть? Не наберу баллов?

– Это не возбраняется. Можете просидеть все дни в гостинице. Многие используют каникулы в Адвенте для работы или отдыха. Покупают продукты в местном супермаркете, там принимают банковские карты. Выбор за вами, никто вас не станет выгонять. До 23 часов 30 минут 31 декабря моя гостиница – ваш дом.

– А потом?

– О, вы только недавно стремились сбежать отсюда, а теперь уже боитесь расстаться с Адвентом? Не волнуйтесь, вы вернётесь домой ещё в этом году.

Николай ушёл. Димка переоделся в банный халат и спустился в ресторан. Мобильный по-прежнему показывал 100 процентов заряда. Аккумулятор в нём, что ли, какой-то особенно мощный? Или в принципе функцию разрядки забыли запрограммировать?

В ресторане было безлюдно. Не сновали с подносами официанты, не тёрли тряпками столы уборщицы, не слышно было плеска воды и звона посуды из-за кухонных дверей, сделанных по типу салонных. Кажется, такие называют «пендельтюр». Не было и посетителей за столиками. Вероятно, Николай не обманул: гостиница пуста, а он сам – единственный из персонала. Димкины опасения не подтвердились: еды оказалось вдосталь. Как на шведском столе в пятизвездочном отеле. Над всевозможными кастрюльками и сотейниками вился парок, на выбор предлагались котлеты из разного мяса, несколько видов блюд из рыбы, овощи – свежие и приготовленные на гриле, гарниры – не меньше десятка. Ёмкости с разноцветными соусами походили на баночки с гуашью. Димка не стал изображать из себя гурмана, положил себе на тарелку побольше макарон, бифштекс и котлету по-киевски, десяток огуречных кружочков и пяток помидорных полукружий, несколько колечек лука. Макароны полил чесночным соусом. А что? Целоваться точно не с кем. А от вампиров авось поможет. Надо ещё серебряную ложку стянуть. А лучше вилку или нож – тогда и от людей защита будет. Димка хихикнул, приборы забирать из ресторана не стал, но принял однозначное и твёрдое решение: никакие задания он выполнять в Адвенте не будет, играть с человеческими судьбами – тоже. Завтра утром снова пойдёт на вокзал и станет ждать электричку или уговорит таксистов отвезти его в Заслонск. Не всё же время на выезде из Адвента пробки?

## ГЛАВА 4 В которой Димка находит первое задание


26.12.2021


Димка проснулся в 11 утра. Ночью он вставал, чтобы приоткрыть створку стеклопакета на микропроветривание. Под одеялом было тепло, но неукрытая ступня лучше всяких термометров сообщила: на улице мороз.

Димка потянулся за телефоном, чтобы проверить почту. Вместо привычной заставки на экране пузом кверху дрых мультяшный корги. Его грудная клетка спокойно вздымалась в такт ровному дыханию, а лапы, наоборот, нервно подёргивались, словно отбивая морзянку: вот два раза коротко дёрнулась правая, а вот – чуть сильнее, но зато единожды – левая.

– Блин, – Димка вспомнил, что в чужом мобильнике нет соцсети, с которой он обычно по утрам начинал виртуальный сёрфинг. Несмотря на разъяснения Николая, считать этот аппарат своим Димке не хотелось.

Уровень зарядки по-прежнему держался на максимуме.

– Вставай, лежебока, – скомандовал он Вуди. Тот подскочил, озираясь. Ха, похоже, электронный помощник и сам забыл, что у него теперь новый хозяин. Сонно щурится, пытаясь понять: кто там, по ту сторону экрана? Окончательно проснувшись, Вуди потянулся, сладко зевнул и дружелюбно вылизал экран изнутри. Доведись здесь оказаться живому корги, Димкино лицо подверглось бы процедуре умывания без воды. Что ж, этот бонус мог бы сгодиться при отсутствии необходимого количества баллов для оплаты душа.

Димка выбрался из-под одеяла, закрыл форточку. На улице было солнечно. Заоконный термометр в виде мешка с подарками показывал -6. Окна выходили на задний двор гостиницы – ухоженный, но явно отведённый под хозяйственные нужды. В углу у забора примостился небольшой сарайчик. Там, вероятно, хранился инвентарь, дрова, мангалы или что-то подобное. Забор, отгораживающий гостиничный двор от жилого квартала с крупным сетевым супермаркетом, был собран из высоких чугунных копий с шариками – будто наконечник вонзился, например, в яблочко сорта ранет. Тот, кто собрался бы перелезть через такую ограду, рисковал быть не столько проткнутым острой пикой, сколько получить удар спортивной рапирой.

«Позавтракаю здесь, а пообедаю чем-нибудь из супермаркета, – подумал Димка. – Как там Николай назвал утреннюю трапезу? Континентальной? Это грустно».

Димка помнил из путешествия по Европе, что континентальный завтрак – это напитки и выпечка. Как правило – порционно. Стаканчик сока и круассан. Шведский стол, конечно, лучше, но что поделать, придётся довольствоваться тем, что дают.

Димка встал под горячие струи, мысленно отсчитал 10 раз по 60 секунд. Подача воды прекратилась, хорошо хоть не намылился. Но Николай не обманул. Нет баллов – нет душа.

С едой повезло больше: оказывается, континентальный завтрак проходит с 8 до 10 утра. Тем, кто пришёл позже, подают уже ланч, и ассортимент блюд гораздо богаче. Не такой широкий, как на ужин, но всё-таки и не кофе с булочкой. Обычно всё о времени приёма пищи сообщалось в расписании у дверей ресторана, но в этом городе, похоже, любые расписания были не в чести. Необходимые пояснения дал Николай, но говорил он как-то уклончиво:

– Да, расписание есть, но пусть оно вас не тревожит, Дмитрий.

Видимо, для единственного постояльца сделали какие-то послабления. Не так уж и плохо!

Основательно подкрепившись, Димка вернулся на второй этаж, поднёс код к сканеру перед двадцать пятым номером, но дверь не открылась. В окошке, где прежде появлялась зелёная стрелка, теперь светился красный крест. Димка повторил попытку – и снова безуспешно.

– Что за ерунда? – Димка внезапно рассердился сильнее, чем хотел бы. Он пришёл в ярость, если уж быть совсем точным.

– Вы что, издеваетесь? – он сбежал через ступеньку по лестнице в холл и накинулся на Николая, меланхолично протиравшего листья молочая, растущего в горшке на стойке регистрации.

– Простите? – Николай едва приподнял в изумлении бровь, но тут же переключился на растение – уделил внимание пятнышку на мясистом листе, пшикнул на него водой из пульверизатора и протёр тряпочкой.

– Выгнать меня решили? Ключ не подходит к номеру! Я и в холле посижу, не проблема, но хотя бы вещи верните! – Димка развёл руками, своим жестом заменяя вопрос: «Не считаете же вы, что я могу выйти на мороз в банном халате?»

– Ваши вещи в двадцать шестом номере.

– Отлично. Что они там делают, я не спрашиваю. Интересно, как мне туда попасть?

– Приложите код. Сегодня вы живёте в двадцать шестом номере.

– А если бы у меня с собой был рояль?

– Он бы переехал вслед за вами в двадцать шестой номер.

– А завтра в двадцать седьмой? – решил съязвить Димка, но Николай только невозмутимо кивнул:

– Совершенно верно.

– К чему такие сложности?

– Наша гостиница тоже своего рода адвент-календарь. Только там открывают окошечки, а у нас – двери.

Димка кивнул и собрался было уйти на второй этаж, но внезапно его снова охватила ярость, и он продолжил допрос:

– Нет! Ну а если бы мне надо было сегодня на работу, на учёбу, на экзамен? Как тогда? Вы что себе вообще думаете?

– Значит, вам пришлось бы пропустить работу или учёбу.

– А если бы меня уволили или отчислили?

– Значит, так тому и быть, но у вас, как я понимаю, каникулы.

Димка только махнул рукой и зашагал по лестнице на второй этаж. Ключ действительно подошёл к двадцать шестому номеру. На столе Димку ожидал подарок: небольшой, но очень удобный рюкзак с одним главным отделением. Рюкзак был плоским и невероятно лёгким, так что на спине совсем не чувствовался даже с термосом, ланч-боксом и термоконтейнером для супа. Эти предметы тоже были припасены для Димки: в термосе заварен кофе, в контейнере обнаружился густой гороховый суп, а в ланч-бокс были уложены 8 тонких блинчиков с мясом.

– Спасибо… А я на Николая ругался… – Димка был тронут и виновато посмотрел на картинку, дублирующую экран телефона. В двадцать шестом номере такая тоже была. Вуди на экране был приветлив и мил, виноватый взгляд хозяина не распознал, но на всякий случай лизнул экран изнутри.

Димка оделся, закинул за плечи рюкзак с провизией, поблагодарил перед выходом Николая и вышел из гостиницы. Телефон сразу оповестил о начислении двадцати баллов за выход на улицу.

«Включить шагомер?» – поинтересовался Вуди.

– Включай.

Едва Димка вышел за ворота гостиницы, мимо по дороге пронеслась машина.

– Вуд, откуда здесь дорога? – удивлённо спросил Димка. Вчера, прежде чем оказаться у ворот гостиницы, он прошёл по косой аллее какого-то парка, обогнул небольшое озерцо с покрытым снегом островком по центру. Проезжая часть пролегала вдоль парка и вела к другому входу. Может, Димка ошибся и вышел не через центральные ворота, а через боковые? Но нет. Ворота прежние – высокие, с ажурной решёткой и вензелями АА – Advent-Adventure» – на створках. Но почему-то стоянка для автомобилей оказалась теперь именно здесь, а не сбоку, как вчера. Странно.

– Вуд, проложи дорогу до вокзала.

В чате появилась карта с зелёным и синим зигзагом извилистого пути – подлиннее и покороче.

– Вуд, я имел в виду тот же вокзал, на котором мы были вчера.

«В Адвенте только один вокзал».

– Тогда почему он сегодня на другом конце города? Вчера мы быстро добрались, а сейчас ты мне показываешь два пути, и оба они длиннющие!

Пёс на экране развёл в стороны лапы.

– Вуд! Ты можешь мне рассказать все правила этой игры, а? Сколько ещё меня ждёт сюрпризов?

В чате появился файл в формате pdf.

– Миллион семьсот страниц? Ты шутишь? Или издеваешься?

Рисованный Вуди снова повторил недавний жест, означавший растерянность и непонимание: что ты ещё от меня хочешь, хозяин?

Димка раздражённо убрал мобильник в карман, но через секунду снова достал и посмотрел на карту. Сегодня вместо пушистых штанов на экране виднелся чёрный собачий нос.

– Слушай, Вуд, ты же можешь говорить, да? Включи голосовые ответы вместо письменных сообщений.

– Включено, – ответил помощник. Голос оказался нейтрально-механический, без явной половой принадлежности. И даже без нарочитой хрипотцы, имитирующей собачий рык.

«Позвали бы актёра, который Филю в спокушках озвучивает», – подумал Димка.

– Почему сегодня другой курсор?

– Этот значок появляется при поиске задания. Я вожу носом.

– Надо было брать в помощники слона. Он бы водил хоботом… – пошутил Димка и неожиданно правда развеселился. А что? Он точно знает, что все приключения в Адвенте, какими бы они ни были, закончатся 31 декабря. Человеку очень важно знать, когда испытания закончатся: так проще переживать любые неприятности. Димка подумал, что сможет успеть к родителям в Заслонск. Подарки, вероятно, можно купить и в Адвенте.

– Вуд, а что ты мне выкаешь? Давай на ты?

– Согласен.

– Во, докатился. Предложил собаке на ты перейти…

Вуди засмеялся человеческим смехом. Димка убрал телефон и теперь слушал доносящиеся из внутреннего кармана дублёнки подсказки:

– На перекрёстке направо… 300 метров прямо, затем налево…

Так Димка дошёл до вокзала. Обратился к таксистам с прежним вопросом и получил прежние ответы. Зашёл в здание и от радости чуть не запрыгал: табло работало, а по громкой связи пассажиров оповестили о прибытии электропоезда на Зорькино. Опять какая-то незнакомая станция, но это шанс вырваться из Адвента!

Ларёк на вокзале снова был открыт, на картонных тарелочках лежал весь ассортимент пирожков, но после плотного гостиничного завтрака смотреть на еду Димке не хотелось.

Он купил билет в кассе – расплатился банковской картой; прошёл через турникеты на платформу и принялся ждать электричку. На улице заметно потеплело и, пока ждал прибытия поезда, Димка смотрел, как на перилах вдоль лестницы, ведущей на платформу, тает наледь и капельки стекают наперегонки. Он искренне переживал за отстающую и от души порадовался, когда бегущая впереди струйка вдруг упёрлась в льдистый бугорок и дала тем самым фору сопернице…

– Уважаемые пассажиры, электропоезд до станции Зорькино задерживается на неопределённое время. О времени прибытия поезда будет объявлено дополнительно.

Димка чертыхнулся и от досады смахнул с перил и капельки, и единичные бугорки недотаявшего льда.

– Вуд, у меня кроссовки промокли и ноги замёрзли. Давай вернёмся в гостиницу?

Ехать в неизвестное Зорькино расхотелось. Не жалко было даже денег, отданных за билет. Димка уже собирался уйти, когда произошло сразу несколько событий. Раздался гудок, предупреждающий о прибытии электрички, вдалеке замаячил яркий свет локомотивного прожектора.

– Уважаемые пассажиры, ко второму пути прибывает электропоезд до станции Зорькино, – сообщил громкоговоритель.

«Даже если бы это был товарняк, я бы в него прыгнул», – подумал Димка. Какое переменчивое сегодня настроение: то в гостиницу обратно хочется, то дальнейших приключений…

Второе событие было таким же естественным на вокзале, как и первое. На перроне появилась высокая женщина в синем пальто и шапочке, из-под которой были видны светлые прямые волосы. Одно ухо она освободила от шапочки, сдвинув её набок, чтобы лучше слышать голос в телефонной трубке. Шагала женщина по платформе быстро, а говорила ещё быстрее – тоном, не терпящим возражений. Уверенным и чётким.

– Сейчас… Дай мне только войти в вагон, я достану свой ежедневник, – произнесла она в трубку, проходя мимо Димки. Прозвучало будто угроза. Женщина прищурилась, пытаясь на глаз определить расстояние от поезда до платформы, – дай мне две минуты, поезд прибывает. Нет, нет, отключаться не надо. Нет, Андрей, знаю я, что ты там без меня наработаешь… Две минуты… Пока расскажи мне о другом проекте. Да, о февральском. Нет, не рано, сейчас расскажи, есть две минуты.

Димка не сомневался: эта особа и ему может надавать поручений. Например, форточку закрыть в вагоне…

Нос Вуди на экране зашевелился, принюхиваясь. Но Димка этого не заметил: телефон по-прежнему находился во внутреннем кармане дублёнки. Женщина продолжала говорить в телефон, повторяя каждое слово дважды, а каждое поручение даже и трижды. И похоже, она сама этих повторов не замечала.

– Ты услышал меня, да? Андрюш? Это нужно к среде. Слышишь, к среде. Не к четвергу, Андрюш, и не к пятнице. К среде! Повтори, пожалуйста. Да, повтори, когда это нужно. Я знаю, что я сто раз повторила, я хочу теперь, чтобы ты хотя бы один раз повторил сам.

«Ещё уточни, знает ли он дни недели, цифры и буквы. С ребёнком она, что ли, разговаривает?» – подумал Димка.

Поезд подъехал, и Димка аж застонал от разочарования: вагон в составе был только один, а значит, хочет он того или не хочет, ехать ему придётся с этой говорливой дамочкой. Можно вообще-то никуда не ехать…

Нос Вуди на экране ходил ходуном, но Димка по-прежнему не смотрел на экран.

Они зашли в электричку. Димка предпочёл разместиться как можно дальше от говоруньи. Но голос её был слышен, разумеется, и в другом конце вагона, и даже в тамбуре через двери и под стук колёс. Димка надумал подремать, но въедливый голос не давал погрузиться в сон. Впрочем, выспался он отлично, вряд ли бы получилось уснуть. Да и остановку страшно проехать. Хотя – чего страшного? Он и так едет непонятно куда… Ну выйдет не в Зорькине, а в каком-нибудь Ново-Зорькине…

– Да, я уже открыла ежедневник. Да, пишу. Так, у меня будет ровно шестнадцать минут на эту встречу. Шестнадцать, Андрюш. Ровно! Так и запиши, пожалуйста, и пришли мне фото своей записи, чтобы я была уверена, что ты записал.

«Кажется, нет, она не с ребёнком разговаривает. С подчинённым? Вообще кошмар какой-то, я уже будто живу в её ежедневнике! Интересно: ровно шестнадцать минут на встречу – это как? И что будет, когда шестнадцать минут истекут? Встанет и уйдёт? Оборвёт собеседника на полуслове?»

За окном было серо, кружились снежные хлопья. Они прилипали к стеклу, таяли, и Димка опять мог наблюдать за соревнованиями капелек.

– А куда я еду? – вдруг спросила женщина, заволновавшись. – Куда я еду?

Смотрела она при этом на Димку, но говорила в трубку.

Женщина поднялась, прошла по вагону, отняла трубку от уха и спросила – теперь уже точно у Димки:

– Куда я еду?

Димка пожал плечами. Куда ехала эта говорливая мадам, ему было неведомо.

– Я спросила вас, куда идёт эта электричка? – женщина чуть повысила голос.

«Ты совсем не так спросила», – подумал Димка.

– Так, подожди… Подожди, я сказала, секунду! – велела она в трубку, прижала её ухом к плечу, в одной руке у неё по-прежнему был ежедневник, другой она что-то искала в распахнутой сумочке, из которой норовили вывалиться какие-то таблетки. – Я, кажется, ошиблась поездом. Мы уже тридцать минут едем без остановок, а я через десять минут должна была прибыть на место!

«Похоже, поезд не живёт по твоему ежедневнику», – позлорадствовал Димка.

Женщина вышла в тамбур. Голос её не пропал совсем, но стал значительно тише. А может, это и не она говорит, а только прежние произнесённые слова всё ещё скачут в Димкиной голове?

Аж в ушах от этой особы звенит… Мысль о тридцатиминутном безостановочном перегоне не порадовала. Бесконечная болтовня попутчицы отвлекала от размышлений, но теперь Димка забеспокоился. За окном несколько раз мельком пролетали короткие безымянные платформы. Один раз проехали даже какую-то станцию, выглядевшую обжитой, но снова без остановки.

– А я-то куда еду, Вуд?

Пёс ничего не ответил.

За окном снова показался перрон, на этот раз достаточно длинный, Димка даже рассмотрел название станции: 68-й километр. Поезд шёл неспешно, но полностью хода не сбавлял. Внезапно вагон тряхнуло, раздался скрежет, Димку бросило вперёд, он едва не врезался в спинку сиденья напротив, но успел сгруппироваться. И всё же больно ударился коленом. Некоторое время состав ещё двигался по инерции, потом замер.

«Эта ненормальная дёрнула стоп-кран», – догадался Димка.

Платформа «68-й километр» осталась далеко позади. На улице было пасмурно, оттого казалось, что близится вечер, хотя ещё не было и четырёх. Гулять по бескрайним снежным полям не хотелось, идти пешком обратно полкилометра до пропущенной станции – тоже. Поезд стоял. Машинист никак не реагировал на сорванный стоп-кран. Может, и нет его, машиниста?

Димка посмотрел в окна по обе стороны вагона: ни с одной из них не показалась женщина в синем пальто, значит, она ещё не покинула вагон. Димка вышел в тамбур. Стоило открыть сомкнутые деревянные створки, как звонкий голос опять ворвался в Димкины уши, словно ещё один скоростной поезд, несущийся через тамбур.

– Сейчас, – говорила она в трубку, – я со всем разберусь… Да, я уже дёрнула стоп-кран… Сейчас выйду из электрички и решу, как добраться… Нет, Андрюш, советовать мне ничего не надо… Я сказала: не надо! Я сама во всём разберусь! Не отключайся!

Не выпуская из рук ежедневника, а из-под уха телефона, она свободной рукой пыталась разжать автоматические двери. В какой-то момент двери со свистом открылись, женщина хотела шагнуть, но створки снова съехались, защемив ей ногу. Она просунула между дверьми ещё и ладонь, пытаясь увеличить щель. Пневматические двери сопротивлялись, но в конце концов ей удалось расширить щель настолько, чтобы поместиться в неё боком.

– Вам помочь? – сказал Димка. Женщина смерила его презрительным взглядом.

– Я не привыкла просить о помощи!

– Вам не придётся просить, я уже сам предложил.

– Так, Андрей, что ты там делаешь? Что ты там написал, пока я отвлеклась? Оставь! Оставь, я сказала! Я приду и всё сделаю сама.

Она нажала на кнопку отбоя, но телефон не убрала.

– Что за олухи, честное слово. Ничего без меня не могут… – поделилась она, но больше с увеличивающейся щелью между дверями, чем с Димкой. Телефон и ежедневник в руках мешали ей, из раскрытой сумочки всё-таки выпали блистеры с таблетками и какие-то бумажки, но женщина упорно разжимала двери.

– Послушайте, нам лучше доехать до какой-нибудь станции!

– Оставьте свои советы при себе! Я буду делать то, что считаю нужным! – пропыхтела женщина. Из сумки продолжали сыпаться разные мелочи: расчёска, жевательная резинка, круглое зеркальце.

– Мы остановились посреди поля. Ближайшая платформа в полукилометре, и не факт, что рядом с ней останавливаются поезда!

– Я же сказала: я не нуждаюсь в советах!

– Да хоть руки освободите! – воскликнул Димка.

– Просто вернитесь на своё место и не мешайте мне! – она наконец выскользнула наружу: то ли прыгнула, то ли выпала. Не повредила бы себе что-нибудь… Двери сомкнулись, прищемив переброшенную через плечо сумку. Из неё вывалились остальные вещи, в том числе небольшая косметичка: футляр с губной помадой распался на две половины, пол тамбура припорошила пудра.

Димка вернул стоп-кран в исходное положение. Из окна вагона он видел, как женщина, прихрамывая, шагает против хода поезда – обратно к платформе «68-й километр». Поезд плавно тронулся. Димка достал телефон и глянул в чат. Нос на карте исчез. Зато вернулись пушистые ляжки.

– Что, не учуял ни одного задания? – уточнил Димка.

– Режим задания сменился на режим прогулки, – ответил Вуди.

– Почему? Мы выполнили задание?

– Если баллы не начислили, значит, нет.

– А в чём заключалось задание? Нельзя было выпускать эту женщину из электрички? Или надо было предотвратить её появление в этом поезде? Или вырвать у неё телефон и самому поговорить с тупым Андрюшей? Вуд, если бы ты ставил передо мной конкретные задачи, мы бы справлялись гораздо быстрее…

Вуди привычно развел лапы в стороны.

– Ладно, но ты можешь мне показать, что сейчас с этой женщиной?

В чате появилось видео. Димка нажал на «плей». Недавняя болтунья по-прежнему говорила что-то в трубку. Звука не было. Понять, о чём она говорила, не представлялось возможным. Димка видел, что руки, листающие странички ежедневника, плохо слушаются женщину, она согревает ладони паром изо рта. Вот она переложила ежедневник под мышку, трубку прижала плечом и греет руки в карманах. Она притопывает ступнями по платформе и чуть сгибает ноги в коленях, словно танцует.

– Вуд… Она же замёрзнет… Она не одета для танцев на платформе!

– За бортом +4 градуса, – бодро отрапортовал Вуди.

– Жарища, как дома – в холодильнике. Температура, конечно, довольно привычная, но для долгого нахождения в холодильнике эта женщина тоже одета довольно легко. Нам надо вернуться, Вуд!

– Ты хочешь продолжить выполнение задания?

– Да, – уверенно ответил Димка.

Из телефона раздался звук фанфар. Тут же пришло сообщение от Advent-Adventure: «Вам начислено 20 баллов за желание продолжить выполнение задания».

– Отлично, на ужин насобирал, надеюсь.

Вуди танцевал радостный танец, принарядившись в гавайскую рубашку и подыгрывая себе на укулеле.

– Прекращай эту мультипликацию! Там женщина мёрзнет, нам надо вернуться и помочь! Мы можем развернуть поезд?

– Нет.

– А остановить?

– Ну у неё же получилось…

– И правда, – пробормотал Димка. Стоп-кран – вот он, здесь же, на стене. Никуда не делся. – Сколько мы проехали после возобновления движения?

– 15 километров.

Димка покачал головой: нет никакого смысла останавливать поезд. 15 километров по снегу он преодолеет за несколько часов. За это время женщина может всё-таки покинуть платформу. Или замёрзнуть… Или так и останется там, но что он может? Стать ей партнёром по танцам в холодильнике?

– Вуд, а мы можем начать это задание заново?

– В этом случае игрок теряет все заработанные баллы.

– Но женщина же вернётся в Адвент? Переместится с этой заброшенной платформы?

– Да.

– Тогда фиг с ними, с баллами.

На экране телефона появилась активная кнопка с надписью «Переиграть». Димка уверенно нажал на зелёный прямоугольник. На секунду погас свет, а когда зажёгся снова, Димка понял, что сидит в кресле гостиничного номера. Часы показывали 7 часов вечера. В животе урчало. Димка совсем забыл про собранный заботливым Николаем паёк. Ужин Димке не полагался – все баллы сгорели, но содержимое рюкзака, к счастью, никуда не пропало. Димка съел суп – благодаря термоконтейнеру он остался тёплым. Количество блинчиков оказалось идеальным, словно Николай каким-то образом с помощью QR-кода просчитал объём Димкиного желудка. Сладкий кофе прибавил сил и поднял настроение.

Димка глянул в окно. Там вместо супермаркета, виденного вчера, вилась широкой лентой частично замёрзшая река, сужающаяся в протоку, через которую был переброшен мост, подсвеченный фонарями и фарами автомобилей.

«Что за странный вид? Куда выходят эти окна?» – Димка точно знал, что ни с одной стороны от гостиницы не было реки. Неужели расположение объектов в городе менялось?

Он открыл карту. Супермаркет сейчас был отмечен на том месте, где вчера был вокзал. А вокзал теперь сместился едва ли не вплотную к гостинице – только перейди дорогу. Но дорога располагалась теперь не там, где Димка переходил её утром. Перед гостиницей снова раскинулся парк с озерцом, а дорога шла вдоль левой стены трёхэтажного особняка.

«Невыносимый город. И дурацкая игра…» – подумал Димка, но уже через секунду выбежал из номера. Если вокзал так близко, значит, надо пойти туда и переиграть! Остановить эту дамочку с телефоном! Заработать баллы, наесться от пуза всякой всячины в ресторане, наплаваться в бассейне, сходить в хамам, посидеть в массажном кресле…

– Включить навигатор? – спросил Вуди.

– Сам дойду.

– Включить шагомер?

– Ну включи…

Рядом с пушистой собачьей попой, на этот раз отображающейся не на карте, а просто в чате, появилось табло шагомера. Один шаг, второй, третий… Дальше цифры сменялись быстрее – Димка побежал.

## ГЛАВА 5 В которой Димка предпринимает вторую попытку выполнить задание, смысла которого не понимает


Димка заметил говорливую женщину, когда она уже шагнула в вагон. Двери за ней закрылись, и электричка отправилась.

Димка в растерянности постоял у турникета, размышляя: стоит ли прорываться через заграждение без билета или лучше вернуться к кассам и оплатить проезд? А если всё-таки покупать билет, то до какой станции? Или снова переиграть? Но неизвестно, куда на этот раз переместится вокзал. Высока вероятность, что Димка забьёт на выполнение задания и попросту останется в гостиничном номере смотреть телевизор…

В билетной кассе сегодня сидела девушка лет девятнадцати, волосы её были собраны в тугой строгий пучок, зато взгляд, наоборот, был растрёпан и рассеян. На бейджике у неё вместо имени значилось «Стажёр». Димка мысленно поворчал, что ученица наверняка станет пробивать билет целую вечность. Но какая теперь разница, ведь поезд всё равно ушёл?

– Девушка, мне срочно нужно догнать электричку…

Напуганная кассирша ойкнула, побледнела и опустила шторку над окошком.

– Меня нет… Меня нет… Меня здесь нет… – бормотала она.

Димка постучал по стеклу. На шторку падала тень работницы, и тень эта закрыла уши. Димка постучал снова. Тень отняла руки от ушей, шторка поднялась, лицо девушки было сейчас зеленовато-белым, словно у неё на ровном месте разыгралась морская болезнь – того и гляди стошнит. В глазах её закипали слёзы. Она направила взгляд этих ясных голубых глаз на Димку и медленно произнесла:

– Меня… здесь… нет…

Чувствуя себя полным идиотом, Димка возразил:

– Ты здесь есть!

«Хотя относительно меня, она не здесь, а там», – подумал Димка и тут же мотнул головой, вытряхивая дурацкую мысль. Вот ещё не хватало: ввязываться в сумасшествие этой несчастной!

– Нет, – упрямо повторила девушка.

– Что случилось? Я не прошу чего-то запредельного. Мне просто нужно попасть в ушедший поезд. Есть же какие-то объездные пути или что-то подобное…

– На этот случай есть инструкция! – прошептала девушка и позеленела окончательно.

«Ни дать ни взять: чистые небеса над бескрайним лугом», – прокомментировал Димка цветовую гамму, отразившуюся на лице кассирши: голубые глаза и болезненную зеленцу кожи. Подкрашенные нежно-розовой помадой губы Димка вписать в метафору не успел. «Чистые небеса» между тем разливались потоками, которые становились всё полноводнее.

– Отлично, действуем по инструкции!

– Очень надо? – уточнила девушка, не желая примиряться с обстоятельствами.

– Очень!

– Хорошо, заходите! – шторка снова опустилась.

– Заходить? Куда?

Раздался звук сдвинутого шпингалета, и узкая дверь с надписью «Служебный вход» распахнулась.

– Это единственный способ. Заходите!

Димка вошёл в маленькую комнатку, похожую на купе. Уютно. Налево от двери располагалась зона отдыха. Небольшой диванчик, на котором вряд ли можно вытянуться во весь рост; на невысоком деревянном столике чайник и кружки – одна чистая, в другой – разбухший от влаги пакетик, ниточка его намотана на ручку, на дне кружки немного чая. Рядом – вазочка с пряниками. Там же Димка увидел два пластиковых контейнера, достаточно прозрачных, чтобы разглядеть в том, что поменьше, макароны и котлету, а в более крупном – овощной салат. Вероятно, ужин этой девчонки.

На одной из боковых стен висела тёплая куртка. Под ней на полу – зимние сапоги на меху.

Рабочее место – у стены напротив дивана. Стул с деревянной спинкой и матерчатой обивкой, кассовый аппарат, банковский терминал на письменном столе с несколькими выдвижными ящиками. К стене крепилась белая лампа на шарнирном кронштейне. Под столом корзина для бумаг, в неё заправлен чёрный тонкий пакет для мусора. Скомканных бумажек накопилось в корзине уже порядочно, их стоило бы либо примять, либо выбросить и сменить пакет. Над столом висел трёхблочный календарь с красным окошечком для выделения текущей даты. На фото – Адвент. Расписания движения электропоездов не было и здесь. Не модно в этом сезоне, вероятно, ездить по расписанию… Чему удивляться? Если уж у них тут дома и супермаркеты перемещаются произвольно, то уж у движущегося транспорта должно быть ещё больше свободы…

– Сядьте на диван.

– Послушайте, девушка, мне не нужен сеанс психотерапии. Хотя… Нет, не нужен. Мне надо предотвратить что-то… И спасти женщину…

– Да-да, я постараюсь помочь, – бормотала девушка, неуверенно тыкая пальцем в аппарат для печати билетов, – кажется, сюда…

Она подносила палец к сенсорному экранчику, неловко нажимала на клавишу и тут же отдёргивала палец, опасаясь – не иначе – взрыва!

– Я не очень помню эту инструкцию…

Она обернулась: Димка сидел на диванчике и начинал уже порядком раздражаться.

– Мне показывали один раз… – виновато пробормотала она, и «чистые небеса» запасмурнели. – Я сама никогда не пробовала… А наставница ушла сегодня пораньше…

– Не вовремя, – буркнул Димка, недоумевая: ну что сложного, введи пункт назначения, нажми кнопку «печать»! Он никогда не видел вблизи аппарата для печати билетов, но предполагал, что это не бог весть какой сложный агрегат.

– Сейчас… Я разберусь, и мы постараемся догнать поезд… Куда он следует?

– В какое-то Загорелово… Или в Зорянку… Или в какие-то Горящие Зори… – Димка пытался вспомнить, до какой станции говорливая женщина брала билет при первом запуске этого задания.

– Зорькино!

– Точно! – Димка аж подпрыгнул на диване от радости: дело сдвинется с мёртвой точки. Может, девица не совсем из отстающих? Пару троечек получила за время обучения, не всё ж двойки…

Девушка между тем набрала на аппарате пункт назначения, нажала «Пуск» и зажмурилась.

– Бух! – не выдержал Димка, имитируя у неё за спиной взрыв. Девушка вздрогнула и открыла глаза. Димка хотел заржать, но не успел: кассу дёрнуло так сильно, что девушка не удержала равновесие, попятилась, беспомощно размахивая руками, надеясь уцепиться за какой-нибудь поручень, которых здесь, разумеется не было. Чудом не задев столик с едой, она опустилась Димке на колени.

Стена по обе стороны от дивана покрылась трещинами. Всё внутреннее пространство кассы двинулось вперёд, оставив позади стену вокзала с узкой дверцей для персонала. Медленно, словно самолёт, выезжающий на взлётную полосу, она проехала через вокзальный холл, вырулила через стеклянные дверцы на платформу. Димка заметил, как втянулись в пол турникеты, пропуская кассу. Значит, эти манёвры были запланированы проектировщиками вокзала? Касса прокатилась по платформе и по специальному пандусу, снабжённому полозьями для колясок, спустилась к подножию перрона, некоторое время на небольшом ходу двигалась параллельно рельсам, словно по полосе разгона, а потом заскочила на основной путь и весело застучала по рельсовым стыкам колёсами, которых Димка прежде не заметил.

– Ой, – девушка вскочила с Димкиных колен и осмотрелась. – Я перепутала… Надо было выбрать зимний вариант! Касса-кабриолет рассчитана на тёплое время года! Мы замёрзнем! – панически взвизгнула она и схватила из вазочки пряник.

От кассы остались пластиковая перегородка с окошечком, пол и кусок стены позади дивана, не позволяющий ему вывалиться. Протянувшийся от стола шнур сетевого фильтра по-прежнему был воткнут в розетку возле дивана и каким-то необычайным образом подвесная лампа продолжала светить. Крыши и боковых стенок у пришедшей в движение конструкции не было. Вероятно, зимний вариант был гораздо лучше защищён от воздействия осадков и ветра. Девчонка легко одета. Форменные рубашка, жилетка и юбка вряд ли долго будут спасть от мороза. А тёплая куртка и сапоги остались в здании вокзала.

Девушка жевала пряник за пряником, выдавая волнение, но пока не замечала холода и летящего со всех сторон снега. Димка отчаянно растирал вмиг побелевшие уши – к сожалению, шапку он забыл на столе в гостиничном номере. Девушка доела пряники из вазочки и открыла контейнер с салатом. Занятная последовательность блюд! Лицо её казалось безучастным к происходящему, и только мелкая дрожь выдавала, что ей холодно и страшно. Димка снял с себя дублёнку и набросил девушке на плечи. Она благодарно кивнула и тут же капнула на дублёнку сметаной с ложки.

Конструкция – Димка мысленно окрестил её дрезиной – довольно шустро скакала вперёд. Рельсы исчезали под колёсами, встречные мелькали рядом. Поначалу пути шли строго параллельно, но вот замаячили столбы с семафорами, дрезина на всех парах проскочила разветвлённую сеть перекрещенных путей, похожую на железную паутину. Экран кассового аппарата показывал маршрут следования на схеме: необходимый путь был обозначен зелёным цветом, остальные пути и развилки пульсировали красным. Димка понял, что из «паутины» дрезина выскочила без приключений – маршрут не перестроен, путь сейчас остался только один. Дрезина ускорилась, усилился и ветер. Димка обернулся на девушку. Та доедала макароны.

– Эй, – крикнул он, – как управлять кассой? Или здесь автопилот?

– Есть инструкция… – прошептала девушка.

– Что? – ветер разметал все звуки прежде, чем они успели оторваться от его губ.

– Инструкция… – слабо выкрикнула девушка. Димка расслышал.

– Где она? – не дожидаясь ответа, Димка стал открывать ящики стола. Отчётная документация, калькулятор, батарейки – мизинчиковые и пальчиковые, даже пачка прокладок нашлась.

Девушка снова ойкнула.

– Моя наставница забрала инструкцию с собой…

Димка развёл руками. Попросить инструкцию у Вуди? Стоит ли? Опять небось пришлёт файл на тысячу страниц…

Димка сел на диван рядом с девушкой, заглянул в вазочку из-под пряников, убеждаясь, что она пуста. Не то чтобы ему хотелось пряников, но нужно же было что-то делать… Пока всё шло в штатном режиме, путь по-прежнему был только один, экран светился зелёным светом. Девушка компактно уместилась с ногами на диване и залезла в дублёнку, как в домик. Димка уже изрядно замёрз в одном спортивном костюме. Перчатки грели, но для верности Димка сунул ладони под мышки. Холодный ветер время от времени проходился по Димкиным рёбрам ледяной щекоткой. Уши и нос пощипывало, глаза слезились, по щекам текла смесь из слёз и растаявшего снега. По обе стороны от рельсов возвышался лес, небо было беззвёздно и безлунно. Если бы не настенная лампа, ехать пришлось бы в полной темноте. А так она довольно уютно рассеивала мрак, становясь пропускным пунктом для нескончаемых, летящих во всех направлениях, толкающихся и сбивающих друг друга на лету хлопьев снега.

– Можно ли как-то увеличить скорость? – спросил Димка. Время шло, а нужный поезд всё не показывался. А вдруг он уже добрался до станции, на которой дамочка с телефоном благополучно вышла?

Девушка не расслышала, отложила ложку, уронив с неё на Димкину дублёнку тонкую дольку помидора. Мороз и еда пошли ей на пользу. Щёки зарумянились. Она, кажется, собралась подремать. Димка подумал было сесть рядом: автопилот везёт, нужного поезда пока не видно. Вуди на экране телефона тоже преспокойно посапывает.

Раздался паровозный гудок. Димка подумал, что ослышался. Но гудок прозвучал снова, чуть громче. Ничего вокруг не было видно, но схема на экране кассового аппарата давала представление о том, как проложены рельсы: скоро дрезина совершит поворот. И там, – Димка зажмурился от удовольствия, – там наконец-то будет нужный поезд. Немного увеличить скорость, нагнать состав – и дело в шляпе. Паровозный гудок послышался ещё громче и ближе. В непроглядной темени появились прерывистые блики, вдруг сменившиеся непрерывным световым потоком. Сомнений не было: поезд, подававший звуковые сигналы, ехал навстречу!

Гудки его стали продолжительнее.

– Эй, – Димка окликнул помощницу, – сделай что-нибудь…

«Ага, – перебил он сам себя, – эта двоечница билет-то пробить не умеет, а я хочу, чтобы она развела движущиеся лоб в лоб по единственной колее дрезину и поезд. Такому ни на одной лекции не научат. Спрыгнуть, что ли?»

Димка надеялся, что сейчас смотрит на кассиршу красноречиво до крайности: если эта девица ничего не предпримет, он испепелит её взглядом. Но какой в этом смысл, если через несколько мгновений многотонный состав сметёт их обоих…

– Отойди, – скомандовала вдруг девушка: как раз попала в паузу между паровозными гудками. В голосе её появились железные нотки, освещённое лицо теперь было сосредоточенным, а причёска, наоборот, растрепалась. Но такая комбинация Димке нравилась больше.

– Ты знаешь, что делать?

– Конечно, – девушка уверенно нажимала на дисплее какие-то кнопки.

– Так что же ты раньше…

– Не сейчас! – оборвала его девушка. Свет локомотивного прожектора стал ярче, звук паровозного гудка громче, запахи резче. Подошедший вплотную состав, словно бык из ноздрей, обдал горе-путешественников паром. Снова гудок. Димка зажмурился, как вдруг резкий звук почти пропал, сменившись затухающим эхом и отвратительным звоном в ушах. Свет не исчез, а стал ещё ярче. Димкин правый бок, больше левого пострадавший от сильного ветра, теперь обдувало теплом. Замёрзшему лицу стало жарко.

Димка открыл глаза. Дрезина неспешно катилась по узкой колее, только теперь вокруг было солнечно, а вместо снега, насколько хватало глаз, лежал песок. Пустыня! Нос и ушные раковины болели. Казалось, потоки жаркого воздуха схватили их раскалёнными щипцами и теперь пытаются оторвать. Ну нельзя же так – из леденящего холода в пекло!

Димка расстегнул спортивную куртку. На диване лежала дублёнка. Она сейчас была хуже десерта после сытного обеда: тот хотя бы предполагаешь попробовать, а на дублёнку не хотелось даже смотреть. Подумать только, ещё минуту назад Димка за тёплый свитер отдал бы что угодно, а теперь жалел, что не взял с собой плавок. Налетевший ветер принёс щепотку горячего песка, Димка закашлялся.

– Где мы? – хрипло спросил он и оглянулся на столик. В чайнике была вода – какое счастье!

– В Же.

– Это я и так понимаю. А поконкретнее?

– Конкретнее некуда.

Димка хмыкнул. К такому ответу он уже начал привыкать в Адвенте.

– Же – это самое короткое название населённого пункта, какое мне удалось вспомнить.

Димка рассматривал девушку, что-то такое она уловила в его взгляде, отчего вдруг вспыхнула и гордо вздёрнула подбородок.

– Думаешь, совсем неумелая, да? Середнячок, едва до диплома дотянула? Посадили, убогую, из жалости билетики пробивать? Так считаешь, да?

Димка задумался. Двоечницей он девчонку мысленно, конечно, называл, но ведь и дрезину запустить сумела, и автопилот настроила. Если бы не так, они бы ещё на первой развилке свернули неизвестно куда. А главное, в критической ситуации повела себя мужественно, привезла в итоге в какую-то Же…

– Нет, ты умница. Я только не понял, что ты сделала…

– Трюк, который только в Адвенте возможен. Быстро изменила пункт назначения в программе. Нигде в реальности, разумеется, такое не прокатит, но Адвент – это симуляция. Я это правило сразу вспомнила: если не можешь разойтись с паровозом, набери название из любого параллельного пространства Advent-Adventure. Я и все остальные инструкции сейчас вспомнила, так что дальше довезу тебя с ветерком. И, надеюсь, со свитерком. Сейчас зарулим в депо, возьмём тёплую одежду… И снова вернёмся на путь до Зорькина.

Девушка теперь казалась старше. Как Димка мог принять её за едва справившую совершеннолетие? Похоже, ей далеко за двадцать… Свет, что ли, так падает?

– С кабриолетом я затупила, конечно… Так боялась поначалу. Мне говорили: такое встречается раз в тыщу лет, никто не придёт и не заставит тебя вести кассу по рельсам. А знаешь, это ведь и страшнее, когда что-то экстренное случается раз в тыщу лет. Ты хуже подготовлен. Водила бы я эту кассу постоянно, так сразу бы сориентировалась!

Они сидели на диванчике, словно совершая экскурсию. К жаре уже привыкли, скорость дрезины сейчас была прогулочная. Девушка встала, открыла один из ящиков стола, достала чайные пакетики и две шоколадные конфеты.

– Заначка, – засмеялась она. Чайник, включённый в тот же сетевой фильтр, весело зашумел. Это Адвент. Если уж тут мобильники не разряжаются, то касса, уехавшая за сотню километров, точно должна держать связь с вокзальной электросетью!

– Спасибо тебе.

– Мне-то за что? – Димка удивился.

– За взгляд.

Димка поперхнулся чаем. Только не это! Неужели он позволил себе какую-то дерзость во взоре и эта девчонка посчитала, что завладела его вниманием гораздо серьёзнее, чем было на самом деле?

– Видел бы ты свой взгляд. Думала: сгорю, если не вспомню инструкцию.

Димка смутился. Вот дуралей. Надумал всякого романтического, а дело в другом!

– Ты извини. Я тоже растерялся, всего пару раз до этого на билетной кассе по рельсам навстречу поезду катался.

– Правда?

– Да ну нет, конечно! Шучу. Ни разу не ездил… Не довелось.

– Смешно, – девушка хихикнула. – Знаешь, иногда гневный взгляд – отличный стимул. Кого-то пугает, а мне, наоборот, помогает, заставляет собраться. Меня Ирой зовут.

– Дима…

Весело болтая, они направили дрезину в депо, прихватили с собой ватные штаны и фуфайки, на головы взяли по шапке-ушанке. Димка хмыкнул, представив Иру, управляющую дрезиной в ушанке.

В депо было комфортно, не жарко, но сейчас необходимо было вернуться в снежную зиму.

– Выезжаем? – Ира уже ввела пункт назначения в строку поиска на сенсорном дисплее кассового аппарата.

– Подожди секунду. Пока тепло, проверю кое-что. Вуд, покажи мне женщину в поезде!

Рисованный корги взял под козырёк, в чате появилось видео.

– Что-то не так! Вагон задымлён!

Ира глянула на экран.

– Да, похоже на пожар. Включаю турборежим. Сядь на диван.

Дрезина увеличила скорость, некоторое время самоходная конструкция двигалась по полосе разгона, но вот послышался щелчок переведённой стрелки, дрезина легко заскочила на основной путь. Воздух ещё оставался жарким, в лицо летел песок, постепенно перемешивающийся с холодными точками. Ветер стал сначала прохладным, а потом – ледяным. Песок скрипел на зубах, но в воздухе его больше не было. Теперь снова только снег, но уже не пушистыми увальнями-хлопьями, а колючими резкими иголками.

Дрезина летела вперёд. Электронный дисплей нервничал и выбрасывал красные восклицательные знаки: вы превышаете допустимую скорость. Через короткое время показался наконец нужный поезд, состоящий, как и прежде, из одного вагона. Не узнать его было невозможно: вагон был объят пламенем. Дрезина не могла сократить расстояние, несмотря на изрядно превышенную скорость, из-под колёс летели искры, того и гляди самоходка тоже воспламенится! На очередной развилке Ира вывела дрезину на параллельный путь. Расстояние между двумя движущимися средствами сократилось, теперь они шли бок о бок по соседним путям. До пламенеющего шара можно было дотянуться рукой, и Димка понял, что пламя холодное. Он выдохнул: лезть в огонь не хотелось, но, похоже, и пожар был всего-навсего симуляцией.

# Примечания

0

Филеас Фогг – персонаж романа Жюля Верна «Вокруг света за 80 дней».