Эрик Раст
Вполне реальная история

Учёные считают, что у близнецов схожие судьбы…

Глава 1. Рождение

[Урал. Зима. Январь]

Зима заботливо накрыла город белым одеялом. Но, видимо, слегка перестаралась, потому как снег шёл без остановки уже вторые сутки. Снегоуборочные машины, без отдыха и сна, работая в 3 смены, пытались расчистить занесённые снегом дороги, но их усилий хватало только на центральные улицы.

Занесённый снегом, по окна первого этажа, роддом на Волгоградской, на этой неделе был дежурным. А значит, в него везли всех рожениц подряд, и не ставших вовремя на учёт, и снятых с поезда, и попавших в различные передряги.

Заснеженные деревья смотрели в окна роддома и качали головами – то ли ветер старался сдуть с их ветвей лишний снег, то ли им не нравилось происходящее за окнами.

В предродовой плакала худенькая блондинка с большим животом и ссадиной на лбу, заклеенной лейкопластырем. Анастасию Сотникову, в роддом привезла скорая, забравшая её с места аварии.

У Насти начались схватки, когда они были в гостях у свекрови, в пригородном посёлке. И муж решил, что по такой погоде, до роддома быстрей довезёт её сам, чем они будут сначала дозваниваться до скорой помощи из почтового отделения (а ближайший телефон был только там), а потом ещё неизвестно, сколько дожидаться приезда медиков.

Сергей давно мечтал о машине и вот совсем недавно смог купить подержанный жигуленок. Он и поехал к матери, в ближайший выходной день, чтобы похвастаться. И жену с собой прихватил, покатать. Настя ехать не хотела, свекровь не очень-то её привечала. Её не устраивало, что невестка была детдомовская. Это же не пирогов напечь, не уют в доме навести. А ещё может быть, в родне алкаши затесались. Сколько нормальных девок крутилось возле её сына, а он неполноценную выбрал. И всем своим видом, свекровь выказывала своё недовольство.

Сергей посадил жену на заднее сиденье и рванул в город. На одном из перекрёстков в них въехал «Москвич». Удар пришёлся со стороны водителя. Сергей не выжил, а Анастасию отвезли в ближайший роддом.

***

В предродовую палату заглянула акушерка и скомандовала Насте, бесцельно ходящей по палате:

– Ложитесь. Сейчас приду. Сердцебиение плода надо послушать. А вы пока время между схватками засеките.

Акушерка вернулась с деревянной трубочкой, приставила её к Настиному животу и стала вслушиваться, время от времени передвигая трубочку.

– Родственники есть? – спросила акушерка.

– Я детдомовская! У мужа есть мать, но… – Анастасия поджала губы и замолчала.

– Понятно… – акушерка сокращённо покачала головой.

Живот слегка приподнялся, потом сжался. Настя застонала.

– Сколько между схватками? – акушерка бросила взгляд на часы, висевшие в коридоре.

– Пять минут – ответила Настя и всхлипнула.

– Ну что ж, мамочка! Пойдёмте рожать! – акушерка помогла женщине подняться.

***

В это время в послеродовой палате плакала другая женщина. Полноватая шатенка, рыдала, уткнувшись лицом в подушку. Роды начались преждевременно, и её ребёнок не смог родиться. Женщина чувствовала полное опустошение и апатию. Нянечка принесла бинт и туго замотала ей грудь, чтобы остановить прибывающее молоко.

– Ничего! Всё будет хорошо! – нянечка, как могла, старалась успокоить роженицу.

А уже не будет хорошо! – всхлипывала Татьяна. Ничего не будет. Они с мужем так ждали этого малыша. Татьяна долго не могла забеременеть и вот, наконец… И рожать она больше не сможет.

***

Через пару часов, в ординаторской, разгорелся жаркий спор. Врач оформляла карты сегодняшних рожениц, а акушерка пыталась её убедить в своей правоте.

– Да вы поймите! – напирала акушерка. – Сотниковой не справиться с двумя детьми. У неё никого нет, а муж погиб. В то же время у Матвеевой удалили матку. Она не сможет иметь детей.

– Я всё понимаю! – врач отставила ручку в сторону, – а уговаривать Сотникову отдать одного ребёнка вы будете?

– Да не надо никого уговаривать! Мы ей просто не скажем, что детей двое. Она же под наркозом, после кесарева.

– Да так-то, конечно, с одной стороны всё правильно! Но это ведь преступление! – врач всплеснула руками.

– Никто, ничего, не узнает. Вы просто напишите в картах – у Сотниковой один мальчик и у Матвеевой один мальчик, – тихо сказала акушерка и вышла из ординаторской.

***

Татьяна Матвеева лежала на кровати, стоящей возле окна и с тоской смотрела в тёмное небо. Женщине не хотелось ни о чём думать, она просто пыталась рассмотреть на затянутом снежными тучами небе, звёзды.

В палату тихо вошла акушерка и плотно прикрыла за собой дверь.

– Скажите, вы уже успели сообщить родственникам о потере ребёнка? – спросила акушерка, подойдя поближе к кровати.

– Нет… – удивлённо помотала головой роженица. – Не могу…

– Тогда у меня к вам есть предложение. – Акушерка немного помолчала, подбирая слова. – У нас есть сегодня рождённый отказник. Вы бы хотели забрать мальчика себе?

– Вы не шутите?! – Матвеева попыталась сесть, ухватившись за край кровати трясущимися руками.

– Да какие уж тут шутки! – отмахнулась акушерка. – Время кормления скоро, ребёнка к вам нести?

– Да! – вспыхнула от счастья женщина.

***

На следующий день после кесарева Насте первый раз принесли ребёнка. Из-за наркоза, начать кормить, можно было только через сутки. Во время родов возникли проблемы, видимо, из-за аварии, и женщину пришлось срочно кесарить. А потом, отойдя от наркоза, Настя целые сутки ждала, когда же ей принесут сына. Она даже несколько раз подходила к детской палате и прислушивалась к плачу, гадая, её ли ребёнок кричит.

И вот на вечернее кормление ей, наконец, принесли сына. Малыш спал. Настя прочитала надписи на кусочке клеёнки, аккуратно размотала пелёнку и осторожно потрогала маленькие пальчики. Потом сравнила данные на кусочках клеёнки привязанных бинтом к ручке и ножке сына. Надо же, сына. Как удивительно! Ещё недавно, кто-то неведомый, вызывавший тихую нежность, толкался внутри неё, а теперь вот он – её сын! Её маленький мальчик, так похожий на папу. Настя смахнула слезу. Не увидит папа своего долгожданного малыша.

В палату зашла детская медсестра и возмутилась:

– Мамочка! Вы, почему не кормите?

– Он спит, – прошептала Настя.

– Будите и прикладываете! Иначе молоко не придёт!

Медсестра подошла поближе и строго спросила:

– А вы зачем ребёнка распеленали?

– Посмотреть… – прошептала Настя.

– Насмотритесь ещё! – медсестра быстрыми движениями привела ребёнка в порядок. – Больше так не делайте.

– Хорошо! – ответила женщина и поднесла ребёнка к налитой молоком груди – малыш закряхтел и смешно сморщил нос. А потом открыл глаза и заплакал.

– Голубоглазик мой! – заворковала Настя и сунула сосок в открытый рот сына.

***

Татьяна Матвеева рассматривала лежащего возле её груди ребёнка. Малыш, громко причмокивая, сосал грудь. Умом она, конечно же, понимала, что это не её ребёнок, но сердце замирало от нежности к этому маленькому комочку, большого счастья. Татьяна поцеловала сына в щеку, и втянула в себя родной запах, от малыша сладко пахло её молоком.

«Никому его не отдам, это мой мальчик!» – подумала женщина и стёрла бежавшую по щеке непрошеную слезу.

***

Через десять дней из роддома выписали двух мальчиков. Сотникова Алексея – мама повезла домой на трамвае. А Матвеева Алексея – вместе с мамой забирал счастливый отец, приехавший за ними на такси.

Глава 2. Первая встреча

[Урал. Лето. Июнь]

Настя на пару часов отпросилась с работы, так как собралась с самого утра повести сына в поликлинику на прививку. Когда делали в детсаду, всей группе, Лёшка болел. Он вообще часто болел. На работе ворчали на Анастасию за частые больничные, но спускали все на тормозах. Ей не с кем было оставить ребёнка. Ни папы, ни бабушек у них не было.

Три с половиной года они с сыном уже одни. Вроде и жизнь устаканилась, и Анастасия привыкла рассчитывать только на себя, но иногда ей очень хотелось почувствовать заботу и поддержку. В такие минуты женщина успокаивала себя тем, что сын вырастет и станет её опорой!

Жила Настя с сыном хоть и в центре города, но в старом деревянном, ещё дореволюционной постройки, доме без удобств. Дом был разделён на несколько маленьких квартирок. Вместе с ними в старом доме обитало ещё несколько семей с детьми. Для детей здесь было настоящее раздолье – большой двор, заросший травой и кустарниками. А ещё во дворе рос клён, дикие яблони и тополь.

Детишки целыми днями носились по двору, играя в войнушку или строя из подручных материалов домики. Печное отопление давало пытливым детским умам уйму такого материала. Летом во двор приезжали грузовые машины и вываливали возле сараев целые кучи брёвен. Тут же стояли «козлы», на которых эти брёвна потом распиливались. А остатки ручной дровозаготовки шли на строительство «штабов» и кукольных домиков.

Настя выпустила своего маленького непоседу во двор, а сама немного задержалась, чтобы привести себя в порядок перед зеркалом. А выйдя, увидела любимого отпрыска с огромной дырой на новых штанах, купленных специально для походов в поликлинику.

– Лёшка! – всплеснула руками женщина. – Я же просила тебя никуда не лезть! Разве сложно было постоять спокойно пять минут?

Настя схватила сына за руку и потащила домой переодеваться. Натянув на егозу повседневные детсадовские штаны, заторопилась на выход. Время уже поджимало, такими темпами они вполне могли опоздать в поликлинику.

Пока дождутся трамвая, пока проедут четыре остановки, пока дойдут от остановки до поликлиники, пройдёт много времени.

***

Выскочив за ворота, Анастасия увидела подходящий к остановке трамвай под номером один, который как раз шёл на Большакова к детской поликлинике. Женщина подхватила сына на руки и побежала через дорогу, к трамвайной остановке.

Практически сразу, по ушам ударил визг тормозов. Буквально в шаге от Насти затормозило такси. Таксист выскочил из машины и начал орать:

– Что же ты делаешь, дура! Себя не жалко, так мальчонку бы пожалела! А если бы я не успел затормозить?! Твой муж потом пришёл бы ко мне на разборки? Да?!

– Нет у меня мужа! – заплакала Настя. Ноги у неё дрожали, голова кружилась, казалось, вот-вот, и она хлопнется в обморок. От растекания в лужицу Анастасию удерживал только сын, которого она держала на руках.

– Давайте-ка, садитесь в машину! – почти успокоившийся таксист, взял Настю за локоть и повёл к «Волге», украшенной «шашечками». – Куда вас отвезти? Решайте быстрей, а то вон толпа собирается.

Вокруг них и, правда, стал собираться любопытный народ.

– Нет-нет, – Анастасия отчаянно замотала головой, испугавшись, что поездка сожрёт их и так скудный бюджет. – У меня нет денег на такси!

– Не надо мне ваших денег! – вспыхнул таксист. – Так куда ехать?

– В поикинику! – вмешался в спор взрослых Алёшка.

– В поликлинику?! – переспросил таксист. – На Большакова, что ли?

– Да! – всхлипнула Настя.

***

Таксиста звали Сергеем, работать в такси он пришёл всего лишь год назад. Бывший инженер, Фролов быстро освоил новую профессию, и вполне уверено крутил «баранку». А ведь после окончания института, Сергей попал по распределению в проектный институт, где и продолжал бы трудиться до сих пор, если бы нежизненные коллизии.

Сначала от него ушла жена, упрекнув его бездетности. Жили они с родителями Сергея в двухкомнатной квартире в центре Уралмаша. В течение трёх лет брака, она так и не смогла забеременеть, хотя они старательно работали над этим вопросом. А сходив на сторону, сразу «залетела» и упорхнула к своему «быку-производителю». А Сергей остался жить с родителями.

Потом развелась с мужем-алкоголиком младшая сестрёнка Сергея и тоже пришла жить к родителям под крылышко, приведя с собой двух малолетних отпрысков. Сергею пришлось перебраться в кухню на раскладушку. Но долго так жить было нельзя, и он наскрёб денег на первый взнос для кооперативной квартиры и ушёл работать в такси. Ибо в проектном институте платили не просто мало, а очень мало!

***

Всю дорогу, пока мать успокаивалась и возилась с платком и зеркалом, приводя себя в порядок, Лёшка с удовольствием глазел в окно. Он ещё никогда не катался в машине. Они с мамой иногда ездили в трамвае, но это совсем не то. В машине были мягкие сиденья, на которые можно было даже лечь. А в переднее окно было видно всю дорогу, это было так здорово! Лёшка всю поездку представлял себя за рулём автомобиля.

Когда они с мамой вышли из машины, мальчик всю дорогу до крыльца поликлиники, оглядывался на стоящий у тротуара автомобиль.

Когда эта женщина бросилась под машину, Сергей жутко рассердился: – «Курица безмозглая»! Потом испугался – он же мог лишить жизни и эту хрупкую взъерошенную женщину и этого смешного пацана. Хоть его вины в этом, почти случившемся дорожном происшествии, и не было, но где-то что-то внутри его царапало. Какое-то иррациональное чувство вины. Хотелось искупить свою, пусть и надуманную, вину, помочь этой женщине и что-то сделать хорошее для мальчишки.

Сергей решил дождаться эту парочку и отвезти домой. Потому что только тогда он будет уверен, что они добрались домой без происшествий.

***

В коридорах поликлиники было людно. Настя с трудом пробралась через толпу к кабинету своего врача и заняла очередь. Возле дверей четырёх кабинетов, выходивших в это фойе, сновало десятка два одновозрастных ребятишек, как всегда в прививочный день. Сын сразу вклинился в толпу детей и увлёкся общением.

Настя обратила внимание на мальчика, с которым Лёшка по пеленальному столику катал машинки. Мальчик был до жути похож на её сына. Если бы мальчишку подстричь также как Лёшку почти под ноль, то их бы наверно было бы не отличить. Это было так странно!

– Алексей! – позвала мальчишку женщина, которая тоже не сводила с детей глаз.

Оба мальчика одновременно каким-то неуловимым одинаковым движением повернули головы. Сын Насти опять обратил своё внимание на игрушку, а похожий на Лёшку мальчишка подбежал к женщине.

Женщина взяла мальчишку за руку и повела на выход. Настя пожала плечами, как-то всё непонятно – вроде стояли в очереди на приём и ушли. Да ещё это удивительное сходство мальчишек! Если бы эта женщина не ушла, Настя, наверное, решилась бы завести с ней разговор, не каждый день встречаешь двойника собственного сына!

***

Получив укол в попу, и хныкая, одновременно пытаясь развести маму на мороженое, Лёшка заметил стоящую на прежнем месте красивую машину, на которой они приехали в поликлинику.

– Мам! Ню, мам! – мальчик дёрнул женщину за руку, – смотли, нас дядя здет.

– Какой дядя? – удивилась Настя.

– Это я вас жду! – к ним подошёл давнишний таксист. – Пойдёмте, я вас домой отвезу.

– Да, вы что? Зачем? – опешила Анастасия. – Мы сами доберёмся. Тем более, я сыну обещала мороженое по дороге купить.

– Поехаии! Не хосю моезеное! – Лёшка потянул мать к машине, и первый залез в открытую дверь.

Настя вздохнула и села рядом с сыном. Времени на споры с упрямым ребёнком, у неё не было. Они и так долго задержались у врача. Ещё немного и ей придётся в очередной раз выслушивать ворчание Заведующей детсадом.

Таксист по дороге остановился возле киоска с мороженым, выскочил из автомобиля, купил два пломбира и бегом вернулся к машине.

– Меня Сергей зовут! – мужчина вручил мороженое Лёшке с Настей.

– Анастасия! – представилась женщина, подумав: – «Надо же – Сергей!».

Глава 3. Давай уедем!

[Урал. Лето. Июнь]

У Татьяны Матвеевой, всё дорогу от поликлиники до дома тряслись руки, и сама она была как в тумане. Хорошо, что их дом был недалеко, всего через пару кварталов. А то если бы ей пришлось ехать на транспорте, в таком полувменяемом состоянии, она вполне могла бы уехать в другую сторону. Женщина торопливо шла, крепко держа сына за руку, пропуская мимо ушей детский лепет, а мысли её в это время водили свой собственный хоровод.

{Этот мальчик в поликлинике был слишком сильно похож на её сына. И та женщина, видимо, мать этого мальчика тоже обратила на это внимание. Только женщина сидела дальше, а вот Таня была рядом с играющими мальчиками, и ей было хорошо их видно. Не бывает таких похожих людей, если только они не близнецы!

Это что же получается – у её Алёшки есть брат-близнец? А если её сын вовсе не отказник?! А если… нет, об этом думать было страшно!

Она очень испугалась, что всё откроется. Что будет, если все узнают, что её Алёшенька, вовсе не её сын.

Поэтому Татьяна не стала дожидаться приёма педиатра, позвала сына и кинулась на выход, изо всех сил стараясь не бежать. Хотя в её голове пульсировало: – быстрей, быстрей! Как будто включилась какая-то программа, основанная на животных инстинктах. Подсознание велело: – Беги и прячься!}

Алёшка захныкал – устали ножки. Таня подхватила сына на руки и пошла ещё быстрей, а переходя дорогу, даже не посмотрела по сторонам. Где-то рядом взвизгнули тормоза, женщина ещё прибавила шагу, а потом и вовсе побежала.

Татьяна остановилась только у подъезда своей пятиэтажки. Потом задыхаясь после бега, поднялась на второй этаж, открыла дверь квартиры, поставила сына на пол, на автомате закрыла дверь, привалилась к косяку и стекла по стенке вниз. Ноги её не держали – совсем!

***

Потом она кормила сына и думала, потом готовила ужин и опять думала, потом ждала мужа и снова думала. За этот день она много чего передумала и наконец, нашла выход из создавшейся проблемы.

Муж пришёл с работы, уставший и как всегда пропахший мазутом. Поцеловал подбежавшего сына, взъерошил ему волосы и пообещал, после ужина обязательно посмотреть на построенный из кубиков домик. Потом разделся и залез в ванну. Пока муж мылся, Таня решала, с чего начать разговор.

Татьяна поставила перед Олегом тарелку с жареной картошкой, тоненько порезанное сало на одной тарелке с солёными огурцами и достала из хлебницы чёрный ноздреватый хлеб.

– Танюш! – улыбнулся Олег, – к такому ужину рюмочка просится. Нальёшь? Устал очень.

– Хорошо! – Татьяна достала из холодильника запотевшую чекушку. – Но только одну. Ты мне обещал.

Всем был хорош Татьянин муж, но слаб насчёт выпивки. Муж быстрым движением опрокинул в рот содержимое рюмки и захрустел огурцом:

– Хорошо!

Когда Олег почти управился с ужином, Таня, села за стол напротив него и потеребив кусочек хлеба, начала хорошо обдуманный разговор:

– Олежек, помнишь, ты раньше всё хотел на юг, жить перебраться?

– Помню, конечно! – муж внимательно посмотрел на Татьяну.

– Так вот, – продолжила женщина, – я всё обдумала, а давай, и правда махнём на юг! Там фрукты, море… представляешь, Лёшка булькаться в воде у берега будет, а мы с тобой рядом, на тёплом песочке лежать?!

Таня с ожиданием посмотрела на мужа.

– А ты знаешь, мне тут на работе, как раз переезд предложили. – Олег отодвинул тарелки в сторону и взялся за чай. – В Анапе, недавно железнодорожный вокзал построили, а ни одного мастера по ремонту подвижного состава нет. Если хочешь, можем поехать.

– Очень хочу! – обрадовалась Татьяна и бросилась целовать мужа.

– Тише ты! Чуть чай не расплескал! – Улыбнулся Олег в усы.

***

Жена ушла укладывать сына спать, а Олег сидел на кухне, курил в открытое окно и думал.

Это хорошая мысль: – уехать! Тогда может быть мать с сестрой, наконец, отстанут от него. И не будут больше надоедать своим бесконечным нытьём: – «Это не твой ребёнок! Он на нас совсем не похож! Глаза разуй! Твоя Танька, дрянь! Нагуляла «оглоеда»»!

Не могла Танюшка так с ним поступить, она не такая! А что ребёнок светленький не в их породу, так Татьяна тоже не брюнетка.

И вообще, как невзлюбили они сразу его Танюху, так все эти годы ему нервы и портят. То слишком умная, всё время книжки читает! Лучше бы сшила чего или связала. То необщительная, молчит всё время! То – хозяйка плохая! Квартира не по их правилам прибрана. А теперь вот ещё и гулящей выставляют! Нет, житья они им точно не дадут. И так всё время, то с одной пытаются женщиной познакомить, то с другой. Замену Татьяне ищут. А ему не нужна другая! Нет, семью надо спасать, от дурных баб!

Олег решил, что завтра же подойдёт к начальнику смены и напишет согласие на перевод.

***

Ночью Татьяне долго не спалось, взбудораженная предстоящими переменами, она металась между мыслями: – как хорошо, что они уедут отсюда подальше, и она сможет больше не бояться разоблачения. И в то же время – а как же она оставит тут маму, брата, подружек, родные и любимые места? Но зато, она сможет больше не встречаться со свекровью и золовкой, на обязательных мероприятиях, типа дней рождения. А то они всегда в глаза улыбаются, а стоит только отвернуться, начинают шипеть как две змеи. И Алёшку они не любят, никогда ни приголубят, ни обнимут! Нет, надо уезжать! Это очень правильное решение!

Она вертелась на кровати как пропеллер, пока муж не опустил на неё руку и не скомандовал:

– Всё хорошо! Спи!

Татьяна решила, что всё-таки хорошо, что они уедут и успокоенная уснула.

Олег притянул жену к себе и вздохнул: – Пусть у них всё получится!

Глава 4. А если?

[Урал. Лето. Июнь]

Сергей всю ночь не находил себе места, запала в душу ему хрупкая, взъерошенная, как воробушек, женщина. И даже когда он ненадолго засыпал, ему снилась её смущённая улыбка.

Утром, даже не позавтракав, Сергей запрыгнул в машину и помчал на другой конец города, боясь не успеть встретить Настю до начала рабочего дня. Ему очень надо было её увидеть, чтобы понять, что за странное наваждение накрыло его с головой. В свои двадцать семь лет он чувствовал себя семнадцатилетним мальчишкой, первый раз спешившим на свидание.