Юлия Комиссарова
Воттоваара

Когда-то, давным-давно, на берегу сурового Белого моря, в те времена, когда наши предки еще верили в древних богов, поклонялись Пейве (солнцу), складывали песни во славу духов гор и озер, восславляли и почитали медведя, произошли события сего сказания. Именно тогда зародилась легенда о великой воительнице Севера.

На территории древней Карелии, посреди высоких сосен, что своими тонкими стволами упирались в небеса, а ягель мягким ковром покрывал корни деревьев, проживало древнее племя лопари. Эта земля столь сурова, что не каждый сможет выжить здесь, но и ровно на столько же, она прекрасна. Лето такое короткое и холодное, что проносится, словно прохладный ветерок, не успев согреть замерзшую после зимы северную природу. В самый жаркий месяц температура воздуха там составляет не более одиннадцати градусов, а рано утром воздух так прохладен, что приходиться утепляться даже в июле. А в районе г. Кемь и вовсе четыре градуса тепла, но ветер с Ледового океана так холоден и суров, будто пытается он душу людскую выгнать. Не было ни дня там без сильного ветра, так холоден и порывист он, его потоки, как острые осколки стекла впиваются в тело, стараясь пробить. От этого не чувствуется и плюсовой температуры, будто мороз на дворе. Летом солнце совсем не садится. Тут все время пасмурно. Как не взглянешь в окно: и утром, и в полдень, и ночью, всегда хмуро. Теряешься во времени, не можешь понять: ночь сейчас или день. Изменений за окном нет совсем.

Зимой так темно, что не проглядывает ни уголка света, наступила полярная ночь, теперь до самого лета нужно привыкать к полной тьме, когда не видно ни тропы, ни снега вокруг. Все запасы на зиму нужно приготовить летом, зима будет долгой и суровой, здесь по-другому не бывает. Нужно хорошо потрудиться, чтобы не голодать в холодный период, подготовить и утеплить жилище, заготовить дров. Человеку пришлому такой климат кажется слишком холодным, а местные жители давно уже привыкли к нему и радуются «теплу», подставляя лицо и руки под холодные лучи долгожданного солнца. Зимой же мороз так силен, что не хочется и выходить из своего жилище на разбушевавшуюся стихию. Снег метет по нескольку дней подряд, засыпая поселения по самые крыши, ветви сосен наклонились, под тяжестью тяжелого снега и готовы вот-вот сломаться. Холодное солнце, ближе к весне, что ненадолго показалось из-за темных снеговых туч, превратит снег в блестящий искрящийся ковер. Так красиво сейчас, так волшебно! Полная тишина, белки скачут по деревьям, а дятлы отстукивают звук на стволах деревьев в поисках пропитания. Да и растительность тут совсем другая. Повсюду ковры из черники, так много ее, что и не собрать никогда. На болотах клюква, вороника черная все поляны покрыла, морошка светлая то тут, то там покажется, да и грибов не счесть. А цветы здесь какие! Нет таких нигде больше. Летом разноцветными коврами красуются на лугах, привлекая ярких бабочек и других насекомых. Это – край озер, холмов и непроходимых болот. Горы, так величественны и высоки! Всюду огромные валуны, а корни деревьев так огромны, что похожи на страшных лесных чудовищ. Березки тут очень тонкие, совсем ствол их изогнут, дрожат на ветру чахлые листочки, а тонкие веточки с трудом пытаются не сломаться, тяжело им здесь, среди суровой северной природы. На елях, на их синих иголочках повис серебристый мох, делая это место еще более загадочным. Здесь так сильно чувствуешь связь с духами природы. Тут душа, будто очищается и вступает в гармонию с силой рода, его истоками, голосом предков. Здесь возвышаются тотемы, изваяния, обрядовые святилища и грозные сейды – камни, удивительном образом поставленные один на другой. От этих мест исходит какая-то неведомая сила, будто магией веков пропитана эта земля. В сакральных местах так мертвенно и молчаливо, мрачно и таинственно. Озер так много и так они красивы! А велики настолько, что у многих и границ не видно. На рассвете, когда солнце только поднимается, выйдешь один к озеру, только ты и природа. Тишина вокруг, только изредка услышишь бульканье на воде, это плещущаяся рыба нарушила тишину и гладь озера. Большие валуны у самого берега окутаны холодной, спокойной водой, воздух свежий и прохладный, повсюду пахнет утренней хвоей. Роса на ковре из мхов, сосновые шишки повсюду. Вот веселая белочка скачек по камням, к воде. Камыши замерли и не позволяют себе нарушить покой и утреннюю тишину. А солнце такое холодное и красивое, будто северное сияния отбрасывает на ели и водную гладь неимоверные краски всех цветов. Рядом с жилищем обнаружил след медведя, он приходил поздно вечером полакомиться к людям в надежде найти рядом что-то съедобное, а сейчас наблюдает за мной из заросшего кустарника, по следу видно, что медведь не крупный, возможно еще подросток, главное не подавать виду, что заметил его и постараться удалиться, чтобы не беспокоить. Здесь нужно запомнить одно правило, если хочешь выжить в этих местах. Нужно жить в гармонии с природой, не брать больше того, что необходимо, не тревожить обитателей этих лесов, ведь они хозяева здесь, человек лишь пришел на их земли, поставил тут свое жилище и считает себя главным, а ведь это совсем не так. Природа здесь правит. Люди должны уважать ее, но и быть ловкими и сильными, чтобы дать отпор хищникам, слабые погибают – это закон. Будут идти годы и столетия, а эти правила останутся прежними, это земля воинов и пастухов. Мужчины с малых лет владеют знаниями от своих отцов и уже с юношества знают навыки охоты и защиты себя и своей семьи, девочки от бабушек усваивают умение разбираться в лекарственных травах, снадобьях, обучаются мастерству заготовки продуктов на зиму. Чем раньше дети почерпнут эти навыки, тем больше шансов у них выжить на этой территории. Пастухи гонят стада оленей в тундру на ковер из ягеля, оберегая от нападения диких животных. В семьях царит культ духов рода, есть и родовые клейма, что переходят от отца к сыну. В племени лопарей, проживающем на этой территории есть и свой закон – это суд схода, где все решает старейшина. Здесь, на Студеном море, посреди Атлантического океана и Белым морем раскинулась Лапландия, так раньше называли эти земли. Туман повсюду, снега много, растительности совсем мало, зимой тут также темно, солнца с осени едва видно, тут очень короткое лето, волки выходят на охоту и пытаются поймать отбившихся из стада оленей, медведь тоже доставляет пастухам немало хлопот, ветер сносит. Но северное сияние так прекрасно! Настолько, что кажется нет ничего красивее этих диких и величественных мест с их суровой природой и холодными ветрами. Эти земли нельзя не полюбить, побывав здесь однажды, они навсегда завладеют твоей душой и больше не выпустят, заставляя возвращаться снова и снова и не хочешь ты больше ничего, только бы оказаться опять среди столь любимых мест, снова увидеть эти высокие сосны, величественные валуны и ледяные водопады, струящиеся по острым порогам, что с шумом срываются вниз. Душа твоя наполняется там какой-то необъяснимой силой, и ты не хочешь променять эти чувства ни на что другое, будто нашел там умиротворении и покой, гармония со своей душой, словно, что-то так долго искал и вот, наконец, нашел это именно здесь. Ты слушаешь голос ветра и кажется, что духи гор и леса слышат тебя и отвечают. Загадочные места эти, да чудные. На камнях выбиты рисунки диковинные: шаманов, охотников, да чудищ. Древностью веет из этих мест. Тут верят в мрачных, злых духов, а ветер страшно воет в ущельях гор. Зимы суровые, лед сносит целые поселения, а летом рубчики, да куропатки, на болотах стаи уток. Берегут стада пастухи, что есть силы, от их сохранности зависит выживет ли племя зимой. Мох олений повсюду, реки сильны и грозны, здесь как нельзя ощущается связь с родом. До чего же холоден, суров и бескраен Северный океан, Кандалакшский залив и Белое море! Всегда оно неспокойно, а если на воде непогода, так пенится оно серыми грязными волнами, сливаясь с таким же небом, вздымает высоко свои серые брызги и обрушивает на берег и лодки, разбивая и снося все на своем пути. Погода меняется моментально, вот, только что светило солнце и было достаточно тепло для этих мест и вдруг резко нападает порывистый ветер, температура падает и ливень не прекращается по нескольку часов, затем резко все останавливается и снова сияет солнце, о непогоде напоминаю лишь глубокие потоки воды после сильного ливня. Горы полны гранита, а чайки так свободно чувствуют себя в этих краях, что ловят рыбу прямо из рук рыбаков, а остатки ее доедают орлы. Так прекрасна своей холодной нетронутой красотой Кандалакшская губа и Чуна-гора. Столько мест раскинулось тут, где древние приносили жертвоприношения языческому богу огня. Тихо здесь: реки, водопады, пороги на реке – падуны, они извилисты и остры, обточенные шумной и быстрой водой.

В теплый период повсюду досаждают стаи мошек, они бесцеремонно пытаются влететь в рот, нос и уши. От них не отстают и комары, пожалуй, нет такого места в Карелии, где от них можно было бы укрыться. Так они ленивы, что и не стараются торопиться. В некоторых местах обитают и слепни, это самые неприятные насекомые из вышеперечисленных. Они не отстают не на секунду, гроздями усаживаясь на руках, ногах и лице, пытаясь напиться крови. Эти насекомые откладывают также личинки в трупах животных, переносят инфекции. В лесах другая опасность, тут и ядовитые змеи. Гадюки здесь в своих владениях чувствуют себя хозяевами. Дикие животные то тут, то там нападают на человека и его скот. Опасные рыси стерегут добычу с веток деревьев, набрасываясь со спины, одним прыжком поражая цель, голодные волки жадно идут по следу, дожидаясь, пока жертва ослабнет и перестанет шевелиться, грозные медведи разрывают своими острыми когтями грибников, до ягодников. Зубры наводят страх своими размерами, а стадам диких кабанов и вовсе лучше не попадаться, все сносят они на своем пути. Здесь все время ощущение, что наблюдает за вами дикий зверь. Осторожным нужно быть.

Местные жители живут сбором ягод, грибов, ловлей рыбой, охотой и разводят стада оленей.

Поодаль виднеется само поселение лопарей. Жилища располагаются на некотором расстоянии друг от друга. В лопарской веже (доме) скромно и просто. Через верхнее отверстие клубится дым от печи. Все лето заготавливают там припасы к холодам, а зимой муж живет в зимнем погосте (поселении) для рыбной ловли. Неподалеку находится загадочное Нуот-озеро. Оно опасно своей непредсказуемостью. Жители продают рыбу с утреннего улова соседнему поселению колянам. Мужчины часто отправляются на реку Куломе за жемчугом. Часть из добытого продается, а что-то идет на украшения головных уборов и одежды жен. Самой большой редкостью считается добыть розовый жемчуг, тогда семья выручит за него намного больше. С добытым отправляются северные мужи в Колу и Кемь, для продажи. Уж больно полюбился сей товар поморкам, любят украшать себя нитями жемчужными. Женщины в местных краях невелики ростом, волосы черны и красивы, ленты к поясу пришиты, с жемчужными орнаментами. Почитают тут и праздники местные, суббота наделена особой силой. Мужчины заняты приготовлением пищи, темно лицо их, безбороды. Называют они себя Суоме, а земли свои не иначе как Суомаедне. Холодный Кольский полуостров их дом. Поговаривают, что предки их владели огромными территориями, целыми государствами, но были изгнаны сюда, и расселились лопари у берегов Сумозера на реке Сума, но не только там проживали эти племена, наблюдали их и в уезде Кемском, располагались поселения их и на Ононецкой губе, а также были замечены около Новгорода, отличались немного своими традициями от остальных соплеменников и берегах Ладожского озера. Велика лопарская земля. Проживали они и у Онежского озера, около озера Онега. А до чего величественны реки Шуя и Кемь, о которых сложено немало легенд и преданий! Даже в Повенецком уезде семь погостов принадлежали им и земли эти назывались Верхняя лопь. Жили они и между рекой Сумой и Нюхчей около Выгоозера. Каждое из этих небольших сообществ объединяло общее – их культура, традиции, вера в своих богов, предания о которых передавались из поколения в поколения из уст почтенных старцев в уста сыновей своих, а после и их детям. Держались они обособленно, жили в мире, соблюдали и чтили порядки, установленные на их землях. Каждое отдельное племя, расселившееся на некоторой территории из вышеперечисленных, имело некоторые отличия, которые появлялись в отдельных деталях, это связано с особенностями территории, произрастания своих видов растений и других причин. Но какими бы отличиями не выделялось каждое племя из поселений, объединяло их то, что все они были лопари. Это таинственное племя, обладающее знаниями предков и владеющее чем-то потусторонним, что можно назвать лишь древней магией.

А животных в этих краях невиданно. До чего же красивы олени в Хибинских горах, как резвы они и статны! Дикие стада и по сей день встречаются там пастухам. Так в сильной взаимосвязи с природой и духами лесов и гор обитали эти загадочные племена.

Шел 1261 год. Тут с давних времен в одном из домов на берегу Онежского озера проживала семья в доме своих прадедов. Эти места родные для них и покидать их жители не хотели ни за какие награды. Здесь духи их предков, они повсюду: в воздухе, в стволах высоких сосен, высоко в горох и в топких болотах. Эти территории пропитаны традициями и культурой народов, что проживали здесь.

В одном из домов было светло, топилась печь, яркий огонь освещал все внутри и яркие лучи света стали проходить сквозь щели. Холодно было этой ночью, хоть на дворе и была весна, печь топилась здесь всегда, это не только источник тепла, но и место для приготовления пищи. Жилище было очень уютным, дома всегда было чисто, пусть и обстановка внутри была небогатой. Из трубы шли неторопливые клубы темного дыма. Мужчины этого племени любили готовить. Вот он следит за приготовлением свежевыловленной рыбы. Вид его крепок и серьезен. На вид ему около сорока пяти лет, смугл, с черными волосами, безбород, как и все его соплеменники, мышцы его крепки, как у воина, черты лица грубы и суровы, никто не посмеет обидеть его семью, не пощадит он врага своего, а в семье добр и заботлив. Имя его Онёкка. Летом всегда одет был в холщевую одежу, а зимой утеплялся обувью и накидкой, сшитой из шкур животных. Он очень любил свою семью. Жена его Тайветту прекрасная женщина с длинными прямыми черными волосами, возраст ее был примерно, как и мужа, также смугла она. Глаза ее были голубы, как чистое него. Ее длинная холщевая рубаха доходила до самых пят, на талии красовался расшитый жемчугом пояс, на голове лента, украшенная диковинными узорами и жемчужными нитками, что спадали с висков, будто серьги.

Жемчуг в этих местах был не диковин, местные мужчины рыбаки отправлялись за ним на реку Туломе, оттуда возвращались с хорошим уловом, часть более мелкого и неприметного оставляли для своих женщин, а более красивые экземпляры продавали в городе Кемь. Туда всегда съезжались купцы со всех краев в поисках дорогих товаров. Женщина сейчас расшивала красными нитями платьице своей дочери. Она, как раз, спала в кроватке, сделанной собственноручно ее мужем из сосновых ветвей. Все здесь давала им природа, ничего больше им было и не нужно. Леса и реки давали пропитания, а могучие деревья кров и отопление зимой. Маленькая девочка проснулась, она открыла свои глаза, они были также красивы, как и у матери, улыбнулась и замахала своими маленькими ручками. Мать тут же подошла к ней, оставив вышивку и начала петь древнюю колыбельную песню на языке своего народа. Та тут же успокоилась и стала внимательно рассматривать все вокруг. Девочку звали Айникки. По ее лицу и сейчас было ясно что очень она любознательная, все ей интересно, неугомонная и шумная, не может она спокойно пролежать и минуты. Намаялись с ней ее родители, так сложно укачать ее в кроватке, колыбельные песни не нравились ей и засыпала она лишь под боевые песни воинов. Их слагали еще древние предки и переходили они из уст в уста. Мать накрыла ее посильнее одеялом, ночи холодны, а ребенок был слаб. Растили ее в заботе, прививая с детства любовь к природе, доброту и порядочность. Шли годы, и девочка подросла. Теперь она уже резво бегала по полянам, заросшим густым мхом, среди ягод. Любила играть она в лесу, складывая сосновые шишки в диковинные узоры и любила говорить с деревьями, считая их своими друзьями. Для остальных детей казалась она странной и нелюдимой, но это ее ничуть не расстраивало. Играла она с ними в разные игры, но ничего не было лучше для нее, чем прогулка в лес. Родители боялись отпускать ее далеко в столь малом возрасте, повсюду бродили дикие животные, этот край суров, здесь выживает сильнейший, не ясно, кто будет добычей: зверь или человек, другого не дано, таковы законы выживания в этих местах. Мать повязала девочке оберег-защиту, это был браслет из кожи оленя, украшенный перьями и вышивкой, он был на ней всегда. Однако, несмотря на это, всегда следила, чтобы Айникки не отходила далеко от дома. Хотя ее непоседливость часто заводила ее в глубь леса и потом приходилось искать ее по болотам, но такова была ее неугомонная натура и не могли с этим ничего они поделать.

Хоть и жили они, не причиняя вред никому, да на территории чужие не посягаясь, бывали набеги на их племя. Врагов было немало. Всему виной жемчуг, пушнина, да иные ценности. Часто нападения совершались издалека, обирали их разбойники на Кольском полуострове, бородаты, заросши были они, убивали мужчин, женщин и детей малых в рабство увозили, да с награбленным в свои земли отправлялись, но и по соседству врагов хватало. Племя одно покоя не давало, разоряло поселения, жестоки были они и злобны. Король из чужих земель, что занял землю лопарскую, пытался набегами добить немногочисленные остатки, но не сдавались они. Сколько бы врагов не приходило, все побеждены были. Воины сражались отчаянно и не было никого по храбрости и силе превосходившего их. Злость поглотила его. Издал приказ он, что готов передать непокорное племя в рабство тому, кто одолеет его. Вот и не было больше покоя на этих землях, а ведь предки их жили когда-то в мире, не зная врагов, лишь они и дикая северная природа.

В поселении всем управлял староста, самый старый житель поселения, славился он своей мудростью и познаниями. Еще случалось, что жители собирали суд схода, где решалось, что делать с провинившимся. Порядок здесь чтили и глубоко уважали старейшину. Его род ведет свое начало от первого старейшины самого первого поселения лопарей. Племя решает достоин ли его сын занять место старейшины, если нет, то выбирали среди соплеменников. Искали самого добросовестного, честного и справедливого, чтобы доверие было к нему у людей и пользовался он у каждого жителя уважением.

Старосте было около девяноста двух лет, его седые волосы длинными прядями свисали до пояса, голову украшал убор, переходящий от предков, символ власти и справедливости. Одежа его была особого кроя с узорами рода, всегда по вышивке можно было понять к какому роду относится человек и какому племени. Принимал он решение не один, был еще и совет его. Самые мудрые мужи из племени лопари заседали в нем. Выносили они свое решение, но последнее слово было за главой поселения. Да и редко приходилось суд схода собирать. Все старались чтить установленные здесь порядки и соблюдать традиции предков.

Так шло время, люди занимались своими делами, ходили на охоту, пасли стада оленей, оберегая от нападения диких животных, собирая ягоды и грибы, ловили рыбу, как только территория становилась опасной для проживания, приходилось перекочевывать на новые места. Покоя хотели они. Но не дано им было жить в мире. Темные тучи уже спустились над их племенем. Враги собрались с силами, приготовив подлость. Они шли на все ради победы. Соседнее враждебное поселение давно пытается одолеть непокорных соседей. До сих пор открытые столкновения не приводили к уничтожению лопарей.

Однажды вечером, в одну из самых темных ночей, что бывают на этих землях, подкараулили они совет старейшины, что шел к своим жилищам по темной лесной тропе. Напали они со спины и перебили всех до одного, в самого старейшину вонзили нож первым. Не успели они и понять, что произошло. Настолько молниеносно действовали их неприятели. Затем прокравшись в поселение, когда все спали, перебили почти все племя.

– Что там за шум, Онекка? – спросила встревожено Тайветту.

– Сейчас посмотрю, – произнес он и осторожно вышел с оружием из жилища.

Повсюду было безжалостное месиво, люди кричали, многие не успели взять вещи, женщин отправляли на утеху воинам, а мужчин, жестоко поиздевавшись, убивали. Повсюду стали слышны плач детей и крики еще живых женщин. Кровь лилась рекой, то была река слез и погибели племени лопарей. Конец их свободы.

Онекка яростно стал защищать свой дом, распарывая своих врагов, пытавшихся пробиться в жилище. Женщина тем временем, поняв, что происходит, быстро схватила ребенка из колыбели и направилась к мужу. Тот стоял весь в крови, заметив ее рядом с собой, крикнул ей:

– Бегите в лес!

Она бросилась глушь, держа в одной руке нож, а во второй – ребенка. Сейчас она пыталась сделать все возможное, чтобы защитить его. Вдруг со стороны своего жилища она услышала громкий крик ее мужа, обернувшись она увидела, что враг пронзил его своим оружием и тот теперь уже бездыханный повалился на землю. Слезы потекли из ее глаз, но она помнила его слова и продолжила бежать в сторону леса. На поляне напавшие рубили население и совершали грабежи, повсюду слезы и крики женщин. Тайветту не могла выносить этого, но помочь им не могла, сама она была также слаба и беззащитна. Неожиданно ее попытался схватить один из воинов, напавший на поселение, его голодный взгляд был ужасен. Женщина изо всех сил вонзила в него клинок, она смогла ранить его и вырваться из его рук, теперь она смогла добраться до лесной чащи, но несколько захватчиков заметили ее и бросились следом, довольная улыбка была на их звериных лицах. Тайветту заметила преследование, их было слишком много. Она смогла спрятать ребенка за валежником, а сама бросилась в другую сторону, чтобы воины не услышали криков ребенка. Ей удалось отвести их в другую сторону. Мужчины приближались все стремительнее, теперь она была окружена ими в платном кольце, они смеялись, предвкушая развлечения. Женщина поняла, что все для нее кончено.

– Вы не получите меня, грязные собаки! – в злобе прошипела она.

После этих слов резко вонзила в себя кинжал и испустила дух. Как только преследователи подошли к женщине, на их лицах читалась досада. Немного постояв, они направились обратно в поселение, продолжать разграбления. Им не удалось заметить и услышать ребенка, спрятанного в другой стороне леса. Маленькая Айникки, растерянная и испуганная, плакала, прикрытая серками и мхом. Наступила ночь, никого не было вокруг. Повсюду только лес, вскоре наступил поздний вечер. Голодная пробыла она весь день, от чего кричала только громче. Дикие животные вышли из своих убежищ в поисках добычи, стаи волков рыскали по округе, пытаясь чем-нибудь поживиться. Ребенок был обречен на погибель. Как скоро отыщут они его и выйдут на след, было неизвестно, но он будет обнаружен, сомнений не оставалось. Их вой раздавался далеким эхом, а совы и другие птицы, начали переговариваться между собой, наполняя все вокруг своими голосами, сосны трещали от ветра и скрипели, создавая в этой тьме тревогу и страх. Луна поднялась высоко в небе, ее белый свет, отражаясь на верхушках деревьев, добавлял этому месту еще большей таинственности и магии. Неподалеку от ребенка находился древний камень особой формы, женщина в тот момент не обратила внимания на него, на самом деле это было древнее сакральное место, сюда еще много веков назад приходили предки, чтобы принести жертвоприношения и умилостивить богов, о его существовании знали не многие, лишь посвященные, потомки тех древних колдунов и чародеев, что спешили сюда столетия назад. Тайна этого места переходила из поколения в поколение. Никто из непосвященных никогда не поймет, что это за камень и пройдет мимо. Выглядел он вполне обычно, он не представлял собой фигуру человека, животных или других существ, это был огромный валун, каких много разбросано по территории Карелии, но одно отличие от остальных он, все же, имел. Внизу, почти у самого его основания были выбиты древние магические символы, их сможет заметить только знающий его тайну человек, они были спрятаны от посторонних слоем земли и густым мхом, так, что надпись полностью скрывалась от людских глаз. История его таинственна и загадочна. По древней легенде принесла его сюда сила божества Радиен-Атче, увидел он великого шамана, достойного его и послал ему огромную силу, мог он теперь двигать горы. В знак благодарности принес колдун на это место сей камень и выбил символы поклонения божеству, проведя древний обряд, с тех пор это место стало священным. Тут порой часто происходят аномальные явления, которые не способен объяснить никто, а жители просто интуитивно не хотят приближаться сюда, ощущая опасность и необъяснимый страх. Это место защищено силой от чужаков.

Неожиданно неподалеку послышался треск веток. Будто кто-то осторожно пробирался сюда в темноте под покровом ночи. Это был мужчина лет шестидесяти. Одет он был странно для племени лопарей, его наряд сильно отличался от них. Конечно сходство все же было, но очень отдаленное и почти неуловимое. На голове его была большая меховая шапка, почти закрывающая глаза, впереди украшена бахромой с бусинами. Волосы его седы, глаза голубые, его взгляд был мудр и суров, кожа смуглая, почти красная. Тело его одето в длинный серый кафтан, поверх которой размещались куски из кожи и меха животных, расшитый древними символами и украшенный лентами, на ногах меховые унты. В одной руке держал он бубен искусно исчерченный кровью. Пальца рук его были унизаны замысловатыми перстнями. Уверенно ступал он во тьме, так как точно знал, куда идти. Дикие животные, завидя его, разбегались в стороны, они будто знали, что опасность для них представляет он сам, хоть из орудия и был у него всего лишь один кинжал, рукоять его была выполнена из старого дерева, украшенная высеченными на нем символами и кусками шерсти. Уверенным шагом направился он к знакомому ему камню. Мужчина взглянул пристально на небо и стал внимательно рассматривать очертания луны. Он простоял так несколько минут, видимо выжидая, чтобы та вошла в нужную для него фазу, затем опустился возле камня на колени. Аккуратно отодвинул руками землю у его основания и открыл спрятанные древние символы. Затем он взял нож, и нанес себе рану на руке. Капли собрал он в другую ладонь и прикоснулся ее к символам. Затем достал бубен, опустил голову и начал погружаться, будто в сон, монотонно ударяя в центр бубна. Это был шаман, хорошо знающий эти места, приходил он сюда каждый год проводить ритуал, ведомый только ему одному. Вдруг, тишину вокруг нарушил громкий плач ребенка. Мужчина еще не успел полностью войти в транс и прекратил обряд, внимательно вслушиваясь в звуки вокруг. Вдруг снова раздался все тот же плач. Шаман встал с колен и направился на звук голоса. Неподалеку в кустах, под грудой веток он нашел ребенка. Несколько секунд он внимательно смотрел на него, а затем, подняв голову к небу, еле слышно прошептал:

– Этот ребенок знак богов.

После этих слов он забрал его, проводить ритуал было уже поздно, время было упущено, и он направился с девочкой в свое жилище. Находилось оно в уединенном месте, вдали от людей на мистической горе Воттоваара. Это место окутано легендами и загадками еще с древних времен, магией и тайной пропитано оно, каждый его камешек, мох, что блестит после дождя. Здесь никогда не бывает солнечных лучей. Густое серое облако всегда висит над этой горой, даже если всюду светит солнце, тут всегда будет пасмурно. Приближаясь к самому ее подножию, начинаются гиблые места, любого путника немедленно охватывает ужас и страх, повсюду непроходимые заросли, кажется, будто чудища смотрят из-за ветвей на незваных гостей. Повсюду встречаются сожженные деревья и кости животных, на некоторых ветвях повязаны ленты колдунов. Вот, начинается узкая тропа, уходящая вверх при подходе к ней. Она идет почти вертикально, здесь дорога к вершине в половину короче, чем по тропе более извилистой, но более опасна, могут встретиться дикие животные, поджидающие добычу. Мужчина всегда пробирался коротким путем и сейчас не стал делать исключения. Вдруг, неподалеку стала извиваться черная змея, это оказалась гадюка, таких здесь очень много. Местные жители с опаской и поклонением относятся к ним, по поверьям, если убить ее, пусть даже случайно, могут случиться неприятности, поэтому жители всячески стараются не беспокоить их, чем пользуются змеи и вьют здесь свои гнезда в огромных количествах. Мужчина отошел в сторону, чтобы позволить ей переползти тропу и последовал выше. В этих местах водится много слепней, назойливые насекомые полностью окутывают добычу, преследуя ее, они откладывают в трупах животных личинки, целыми стаями пытались сесть на руки его и лицо, вместе с ними человека атакуют и мошки, которые то и дело лезут в нос, уши и рот и ленивые комары. Со всем этим ему пришлось столкнуться, поднимаясь вверх. В этих местах на самой горе диких животных уже нет, даже им становится страшно находиться там, они будто чувствуют энергию этого места и интуитивно обходят его стороной. Женщины боятся этой горы до ужаса, никогда не приближаясь к ней за десятки метров. А мужчину, что все же отваживается сходить сюда, гора может встретить по-разному, если намерения чисты его, не будет шуметь, а созерцать и уважать это место, то почувствует на вершине горы гармонию и спокойствие, время, будто останавливается там, а если с дурным сердцем – то будут изгонять его духи камней, станут мелькать они тенями и кружиться вокруг, наводя жуткий ужас и внушая страх, заставляя бежать со всех ног, но это не единственные чудеса здесь, время летит незаметно, кажется, что пробыл ты здесь от силы час, а на самом деле не менее восьми, тут главное успеть вернуться вниз до захода солнца. Местному жителю лучше не оставаться тут на ночь, можно и вовсе обратно не вернуться, духи сведут с ума и заставят бежать вниз по склону, а там и дикие животные, и голоса сведут ноги судорогой и можно катиться вниз, сметая и расшибаясь об острые ветви и камни. Поговаривают местные, кто все же отваживался забрести сюда, как видели они, будто люди с одного места в секунду переместились в другое. Причем сами они и не поняли, как это произошло и даже не заметили, что оказались вовсе не там, где шли. Тут не работает магнитное поле, здесь меняются все известные законы природы, тут все по-другому, будто в другом измерении. В этих местах часто видят зависшие огни, никто не в силах объяснить их происхождение. И загадочное и необъяснимое на этой горе совсем не редкость. Флора здесь не слишком разнообразна, но невероятно красива. Мох, что покрывает эти камни имеет все оттенки радуги. Его переливы начинаются от красного и переходят в фиолетовый. Такой красоты не встретить у ее подножия, только здесь, на вершине, да и другая диковинная растительность, что небольшими островками то тут, то там мелькает среди разноцветного мха также прекрасна. Ягоды повсюду лишь только у ее подножия. Густые россыпи черники встречаются по всему пути сюда, но потом все, будто исчезает. На вершине можно встретить один-два кустика морошки, а боле и нет ничего, не любят ягоды, как и птица эти края, только лишь мошкара одна, да насекомые кровососущие чувствуют здесь себя привольно. А с деревьями совсем происходит тут нечто загадочное и невообразимое. Стволы их покрыты, будто серебром, а на неказистых соснах, что еще не высохли на ветвях лежит серая паутина, словно иней на увядающих иглах слабых ветвей, кажется иногда, что все эти едва живые деревья вскоре превратятся в чудищ и станут такими же, как остальные, что в страшных переплетениях и изгибах раскинулись здесь. Среди гладких камней и ковров из мха повсюду торчат, словно высохшие, стволы деревьев, но все они, будто в муках скорчились тут и завились, напоминая страшных монстров. У некоторых стволы разорвало надвое и скрутило, как веревку, другие согнулись, молча корчась от боли. Здесь каждое дерево напоминает человека превращенного в ствол дерева и погибшего под силой колдовства. Дрожь пробегает по всему телу, проходя мимо этих жутких изваяний природы. Люди несуеверные объясняют столь чудные формы стволов тем, что когда-то здесь был пожар и потому стоят здесь голые деревья без листьев, но только нет на стволах следов пепелища, да и в лесах, где пожары бывают, никогда ни одно растение не принимало столь необычных форм, по другой версии: будто была здесь битва великих колдунов в древние времена, молнии вонзали они и, ударяясь о деревья, магия заставляла стволы так извиваться. Колдовское поле, созданное могучим шаманом, заставило все деревья вокруг, корчась, принять эти облики. Одно ясно, что простая природа так не смогла бы изменить стволы, здесь было другое воздействие, только какое никому не ведомо. Поговаривают и прикасаться к ним не следует, чтобы та энергия темная на человека не перешла, они будто горные духи взирают своими глазами на гостей, что посмели потревожить их покой. Все здесь кажется живым, наделенным силой и какой-то загадочной силой. Здесь одновременно и очень страшно, и невероятно интересно, хочется прикоснуться к тем знаниям, что оберегают ото всех на протяжении многих веков эти загадочные земли. Грибов съедобных в этих местах нет, да и ядовитых тоже не встречал никто. Но и камни, что окружают вершину горы также невероятны, как и природа вокруг. Всюду встречаются рассечения огромных валунов под прямым углом, да так, что и нож не пройдет, так ровно, будто рассекали их чудными технологиями, доселе неведомыми. Сооружены из них колодцы ровные, да гладкие, что ни один мастер не сотворит чуда эдакого. А камни, что на поверхности лежат, и того загадочнее. Каждый их них – это гигантские валуны, стоят на трех подпорках из маленьких камней, кто и как смог положить их так, до сих пор не известно. Поговаривают, будто сложило их здесь великое божество, обратившись великаном. Шаманы, приходя сюда, поклоняются им, они верят, что каждый камень – это дух, заключенный внутри. Эти камни нужно уважать и говорить с ними. Приносят им и дары, чтобы задобрить духов горы. Будто душа шамана после смерти переходит в этот камень (сейд) и в случае нужды он поможет своим предкам советом и защитит от врагов. Каждое их этих изваяний – чья-то душа, нашедшая в них свое последнее пристанище. Сейды священны – это знает каждый, кто бывал здесь, и прикасаться к ним можно лишь с уважением. В определенных местах, известным лишь шаманам, расположены каменные столы и костры, здесь разбросаны кости и предметы людей. Это особые места для ритуальных обрядов колдунов, в определенное время приходили они сюда, чтобы приносить жертву богам и задобрить. Тут просили они их о великой силе и узнавали прошлое и будущее. Оставлены тут были и разноцветные ленты, и вышитые пояса, что положили в знак благодарности. Здесь особенная, ни на что не похожая атмосфера, словно находишься не на этой планете, все здесь кажется волшебным и загадочным. То тут, то там встречаются небольшие болота, которые добавляют в пейзаж вокруг еще больше таинственности и мистической красоты. Они так красиво вписываются в этот удивительный мир, что от увидено захватывает дух. С вершины горы открывается великолепный вид на леса и озера. Здесь вся красота природы как на ладони, только другая. У подножия горы – живая и зеленая, полная ярких сочных красок, высоких зеленых сосен, что тянутся к холодному северному солнцу, они шелестят под действием прохладного карельского ветерка, озера гладкие, как зеркала, спокойные и величавые. А здесь, на вершине полная противоположность. Здесь только мертвые стволы деревьев, свитые будто в муках в жутких существ, и невероятная тишина. Этот контраст можно увидеть только с этой вершины. Такой предстала перед нами эта загадочная и таинственная гора, полная загадок и древних легенд, наполненная магией предков, силой лесов и могучих рек. Это – земля сильных духом, другого не дано. Как прекрасно здесь! Настолько же это место сурово и беспощадно и не примет чужака с дурными намерениями. Природа все чувствует, а лесные духи отведут пути непрошенных гостей от своего пристанища. Даже в июле температура воздуха не поднимается выше одиннадцати градусов тепла. Суровая земля с суровым климатом. Тут просыпается давно утерянная связь с природой, той, с которой, когда-то жили наши предки и верили в ее силу. Убежище мужчины, что нес сейчас найденного ребенка находилось здесь. Тут он жил отшельником вдали ото всех, даже своих соплеменников. Здесь в углублении одной из небольших пещер располагалось его жилище. Теплые шкуры животных загораживали вход, а костер давал тепло и пищу, что удавалось добыть. Здесь он обитал долгие годы. Он всегда, сколько себя помнил, был один, вернее, он уже привык к этому и не представляет свою жизнь другой. Он отстранился от людей и сейчас посвятил себя развитию своих знаний. Долгие годы прошли в медитациях, общением с духами природы, погружаясь в транс, он путешествует по подземному миру мертвых, узнает будущее и прошлое. Сила его была не просто велика, он был самый сильный ведун этих мест, его боялись и опасались, многие сторонились и шарахались при его появлении. Его взгляд был полон холода и суровой зимы, от него всем вокруг делалось не по себе. Мощь его чувствовалась на подсознательном уровне, инстинкты заставляли животных покидать пастбища при его появлении, а птицы стремились найти более спокойные места, стремительно срываясь с ветвей и рассекая своими крыльями серое холодное небо. В нем была леденящая тьма, что так сильно пугала, но также в нем был и свет, которого никто не видел или не хотел видеть…

Ребенка он принес в свое убежище, став для него учителем и воспитателем. Он увидел в одном из погружений в транс, что произошло с этой девочкой и духи назвали ее имя. Так она стала жить у отшельника-шамана, подрастая и впитывая знания, что он давал ей, а также все, что видела вокруг. Когда ей исполнилось девять лет, она подошла к нему и спросила:

– Папа, ты шаман?

– Я не просто шаман или ведун. Я нойд! Я горжусь этим! За годы, что я провел здесь я овладел тайными знаниями недоступными простым смертным, да и многим шаманам. Моя сила выше их всех и этому я научу всему этому и тебя, но все в свое время, маленькая Айникки.

– Почему у тебя нет учеников? – удивленно спросила она.

– Судьба не уготовила их для меня, но она послала мне тебя. С тех самых пор, как родители твои перешли в мир Сайво-аймо, страну мертвых, я оберегаю тебя и научу всему, что умею сам.

– Почему ты не живешь, как все другие шаманы, среди остатков своего племени лопарей?

– Потому, что однажды они меня незаслуженно изгнали по вине соперника. Оклеветали и заставили покинуть родное племя. Я никогда не вернусь к ним, хотя сейчас зла не держу. Они были обмануты. Враг мой погиб, я превзошел его в магии и смог наказать. Из-за страха передо мной он и пытался устранить соперника. Сейчас я понимаю, что мне хорошо здесь. Я привык к одиночеству, смог развить большую силу, ту, которой не владеет ни один нойд в округе. Здесь я нашел покой своей душе и как нигде чувствую связь с духами рода, – грустно и медленно проговорил он.

– А почему ты никогда не называл мне своего имени?

– У человека два имени: одно дается родителями для всех людей, другое от духов. Никто не знает своего истинного имени, дарованного богами, узнать его способны лишь нойды. А получив эти знания, ведун приобретает неведомые способности, я могу даже говорить с животными и птицами, понимаю их язык, ты тоже со временем научишься этому и многому другому. Но свое тайное имя нельзя никому называть! Потому, что, если его узнают враги, ты можешь погибнуть. Помни это всегда! Я лишь скажу тебе, что меня зовут Охво, этого достаточно.

Шло время, Айникки выросла прекрасной девушкой. Была она высока и стройна, кожа на удивление была бела, как снег, что покрывает собой пастбища при первых морозах, волосы длинные и прямые, русые, а глаза зеленые, как макушки высоких сосен. Подвижная и быстрая, очень любознательная и веселая. Стан ее прямой и тонкий, как ствол высокой карельской сосны. Такой выросла она. С радостью помогала она своему учителю, занималась приготовлением пищи и уборкой в жилище. С ранних лет знала она от него, что нужно быть сильной, чтобы выжить в этом мире, поэтому еще с детства упорно занималась и обучалась стрельбе из лука, владению кинжалом. Познавала она и постепенно учения древних колдунов-нойдов. Носила длинное тканное платье, из светлой материи, плотной, по краям его расшито красивой красной вышивкой, на талии ее красовался пояс с диковинными узорами, защищающими от недоброжелателей и служащий оберегом. Волосы ее заплетены в две косы, в которых красовались красивые разноцветные кисточки, на голове шапка, а на ногах сапожки из оленей шкуры. В этих местах везде прохладно, даже летом. У горла находился яркий узор из вышивки. Символы были и для украшения, и для ее защиты. Она была хороша и прекрасна, как весенний цветок, что неуверенно приподнял яркую головку после долгой зимы, радуясь первым лучам северного солнца. Девушка совсем не помнила своих настоящих родителей, в ту пору, когда она была с ними в последний раз, она была еще слишком мала. Нойд рассказал ей о них, но не все, момент их гибели он опустил, чтобы не травмировать беззащитное детское сердце. Он сказал ей, что они очень любили ее и сделали все, чтобы она смогла стать такой, какой выросла сейчас: веселой и жизнерадостной, полной увлечений и интересующаяся всем вокруг. Иногда вела она себя так забавно, что часто вызывала улыбку на суровом лице Охво. Девушка росла очень совестливой и ответственной, не могла мириться с трусостью и несправедливостью. В этом хрупком теле была сильная воля, она была настоящим воином, но об этом сейчас еще даже не догадывалась. Сейчас она только весело носилась за оленями и смеялась на свое отражение в озере, корча смешные гримасы. Улыбка не покидала ее лица.

Однажды ее приемный отец ведун-нойд подозвал ее к себе и серьезно произнес:

– Айникки, мне нужно поговорить с тобой.

Та, в свою очередь, взглянув на его тревожный вид, тут же и сама стала крайне серьезна.

– Что-то случилось? – нерешительно спросила она.

– Сегодня ночью ко мне явился великий Сторьюнкаре. Он сказал мне, что пришла пора посвятить тебя в нойды, ты должна пройти обряд перехода и научиться магии духов.

– Но у меня не получиться, – растерянно произнесла она.

– Ты отмечена великим духом. На тебе след шаманизма.

– Я не вижу…

– Клеймо рода выбито на твоем теле, но его могу видеть только я. Вскоре, и ты научишься этому искусству. Сможешь видеть не только то, что близко, но и что находится в других землях и то, что сокрыто в других мирах. Смотреть ты будешь, вытолкнув сознание за границы своего тела. Это твой путь, такова твоя судьба. Не пытайся изменить ее, что бы ты не делала она все равно вернет тебя на уготованную дорогу. Я видел твое будущее в одном из трансов. Мне нельзя говорить всего, но ты станешь великим воином, твой удел – вечное одиночество и все, кто будет близок тебе – предадут. Будь осторожна, не сближайся с людьми, не верь их словам. Ты покинешь это место, как только придет время.

– Я не хочу уходить, – с глазами полными слез, сказала она.

– У тебя нет выбора. Ты должна будешь отправиться странствовать, твое имя останется в веках. Завтра я начну обучать тебя магии нойдов.

Эту ночь девушка не спала, она до сих пор не могла поверить, что все сказанное Охво было правдой. Как могла быть так, что ее жизнь теперь навсегда изменится и она должна будет покинуть это место? Ей так нравилось здесь жить, она подружилась с местными обитателями гор и лесов. Тут чувствовала себя счастливой. Она не помнила своих настоящих родителей, но шаман смог заменить их, пусть не полностью, но девушка ощущала здесь покой и получала заботу. Именно об этом и мечтала ее погибшая семья. Вдруг в ее голове промелькнула мысль:

– Если бы на ее племя не напали и не убили всех, кто там был, она бы никогда не попала сюда и ей не пришлось бы странствовать.

– Это не так! – раздался голос Охво у входа в пещеру.

Девушка тут же вздрогнула.

– Не нужно думать, как было бы, если бы вышло иначе. По-другому быть не могло! Эти события были записаны, и они и привели тебя к тому пути и дороге, по которой тебе суждено пройти. Ты, похоже, забыла, что я слышу чужие мысли?

– Значит, то, что я попала сюда должно было случиться?

– Это предначертано, как и то, что твой удел одиночество. Не забывай об этом. Ты будешь наделена силой нойда, но взамен проведешь свою жизнь в скитаниях. Я не буду принуждать тебя, ты сама сделаешь этот выбор. Жизнь – хороший учитель, жестокий и беспощадный. Ты сама будешь сторониться людей и никогда не сможешь быть рядом с человеком, которого полюбишь. Помни – люди слабые существа, они предают и подвержены искушениям, ты выше их и никогда не захочешь становиться такой, как они. Подумай об этом.

После этих слов он вышел, а Айникки продолжила размышлять над его словами. Охво был мудр и много знал. Она еще была слишком чиста и невинна, чтобы понять такие вещи, но дала себе слово принять свою судьбу. Ведь, если нет другого пути, бессмысленно бороться с судьбой, нужно принять ее. Теперь она мысленно заставляла себя смириться с неизбежным и подготовить себя к новому пути, что уготован ей. Это было так непросто, но совершенно необходимо, иначе нельзя.

На следующее утро, было снова прохладно. Тепло в этих краях бывает очень редко и скорее является исключением. Утро было свежим, ветра не было, высокие макушки сосен стояли неподвижно, создавая собой настоящую магическую, завораживающие красоту. Густой серый туман застелил камни и вершины, пушистые клубы его плавно и очень медленно скользили над горами, озера были неподвижны и молчаливы.

Девушка быстро оделась, приоткрыла ткань, закрывавшую вход в пещеру, и вышла на улицу, навстречу новому дню. Охво уже ждал ее у костра. Там он бросил в огонь особые травы и другие предметы.

– Подойди сюда, Айникки, – серьезно и немного с грустью произнес он, не глядя в ее сторону.

Она тут же приблизилась.

– Сядь со мной.

Она молча выполнила его просьбу. Несколько минут они просидели, ни сказав ни слова, глядя на огонь и дым, что медленно выходил из костра.

– Посмотри в него. Что ты видишь?

– Деревья сквозь дым, – растерянно ответила она.

– Присмотрись еще, – и он при этих словах что-то прошептал над ее ухом.

Она не разобрала слов, скорее всего это было какое-то заклинание. Но, снова взглянув сквозь дым, смогла видеть другие земли. Там теплое синее море блестело в лучах жаркого солнца. Белые волны неспешно пробегали по гребням легких волн, повсюду была зеленая растительность насыщенных цветов. Пальмы своими стройными рядами украшали аллеи, а их пышные раскидистые листья создавали тень проходившим мимо людям, что изнемогали от жары, яркое голубое небо, освещенное желтым солнцем, и пушистые облака, что нежно плыли и соединялись между собой в причудливые фигуры. А цветы всех видов пестрели яркими красками и были они таких диковинных форм, что казались невозможными. В этих местах Айникки привыкла совсем к другой растительности: скудной и суровой, а цветы на лугах также прекрасны, но все же мелки и низкорослы. С изумлением смотрела она и на мелкие камешки, что были рассыпаны у берега и белоснежный песок. Не могла скрыть она своего удивления и изумления, смотря на эту диковинную красоту.

– Как красиво! Там совсем по-другому! Но почему у берега такие мелкие камни, а не огромные валуны и море? Оно такое непохожее на наше. У нас оно суровое и холодное, всегда оно серо и неспокойно, а когда тревожно, белая пена яростно клокочет на волнах, пытаясь все уничтожить на своем пути. А здесь оно такое синее. Как странно? Почему так? И от чего люди одеты так легко, видно там очень тепло, на столько, что даже не нужно топить печь по ночам.

– Это южное море.

– А разве есть еще и другие края?

– Конечно. Их множество, но они очень далеко, – задумчиво ответил нойд.

Девушка на мгновение задумалась, а затем произнесла:

– Как бы не были хороши те края, мне милее наши. Я не хочу покидать их. И пусть наше море такое суровое и неприветливое, но оно такое родное для меня.

– Ты совсем еще ребенок. Иногда мы делаем то, что должны, а не то, что хотели бы. Это – закон жизни.

– Но я так не хочу! Почему нельзя делать то, что хочешь? – капризно топая ножкой и надув губки, говорила она.

– На этот вопрос я не смогу ответить тебе, дать ответ сможет только время, – медленно ответил Охво.

– Почему же все так сложно? – грустно спросила девушка.

– Это жизнь. И к ней-то мне и нужно тебя подготовить, чтобы, встречая трудности на своем пути, а их будет много и даже слишком, ты не растерялась и смогла дать отпор своим врагам и всем, кто ополчится на тебя. Чтобы не оробела ты, столкнувшись со зверем диким, да оказавшись в глухих местах.

После этих слов он поднялся и направился вниз с горы к ее подножию, туда, где произрастала буйная растительность и вокруг находились лишь гиблые места. Айникки последовала за ним. Он остановился неподалеку от леса, что весь был покрыт густым мхом. В нем обитало множество опасных животных, птиц, да и ядовитых змей хватало в избытке. Неожиданно нойд стал что-то шептать и из чащи к нему вышел дикий олень. Охво подошел к нему, тот совсем не боялся его и позволил себя погладить. Было заметно, как шаман мысленно общался с ним, понимая мысли животного и отвечая ему. Девушка смотрела на все происходящее с широко распахнутыми глазами. Затем олень, будто по команде, снова бросился в лес, а Охво произнес:

– Я позвал оленя и предупредил его, что прямо за той горой стая волков, ему нужно спешить, чтобы успеть скрыться. Он поблагодарил меня.

– Ты понимаешь язык оленей? – оживленно спросила девушка.

– И не только их. Я понимаю язык и животных, и птиц и всего живого, что есть на Земле, – спокойно ответил шаман.

– Но как такое возможно?! – не переставала удивляться она.

– У всех людей есть два имени, как я говорил. Одно дается родителями, а другое присвоено душе высшими духами. Никто из живых не знает своего истинного имени. Узнавший его сможет обладать знаниями недоступными простым смертным. Эти люди смогут понимать язык зверей и много чего еще. Но знание этого имени таит в себе и огромную опасность. Нельзя никому называть его. Враги смогут погубить даже самого сильного колдуна, обладая этим знанием. Имя в их руках делает шамана беззащитным, и он не сможет противиться их губительной магии. Нойдам оно известно, его нашептали предка. Оно позволяет нам открывать все потусторонние силы в себе. Ты тоже узнаешь свое имя предка, как только я проведу нужный обряд, но сначала ты будешь обучаться всему тому, что знаю я: ты изучишь все заговоры и шептания духов, ты научишься пользоваться этим для защиты себя и слабых соплеменников, что попросят твоей помощи.

– Большей части моего племени лопарей, хотя мы всегда называли себя Саоме, больше нет! Их всех перебило вражеское войско. И земли моей Суомаедне – тоже…, – с грустью произнесла она.

– Племя разбито, но его остатки расселились и смешались с остальными жителями. Те немногие твои соплеменники всегда будут нуждаться в твоей защите.

– Если я буду в силах оказать им эту помощь, то я не откажу им, – серьезно произнесла она.

Так наступило ее обучение. Здесь на берегах студеного Белого моря и началась история становления веселой и смешливой девушки Айникки в ту личность, в которую она преобразится потом. Наши мечты и надежды от чего-то никогда не сбываются, жизнь сама указывает нам свое место в ней, не смотря на наши усилия и борьбу с судьбой. Путь ее был предопределен и совсем не случайно оказалась она на воспитании у нойда Охво. Так должно было случиться. Каждый день теперь проводила она в поглощении знаний, познавала мир духов и учила живые слова, что творили немыслимые чудеса. День за днем шаман рассказывал ей новые практики и обучал своему мастерству. Познакомил с бубном и обучил читать по нему прошлое и будущее, видеть далекие земли и карать врагов. Теперь она уже освоила древний шаманский язык нойдов, слово его, научилась говорить с духами лесов и гор. С каждым шагом приближалась она к познанию мира мертвых и живых, вникала в глубинные миры и пласты мироздания, что пронизывают время и пространство. С новой открывшейся тайной ей хотелось узнать все больше, новые знания затягивали ее. Ей не терпелось освоить их, чтобы стать настоящим приемником нойда – самого сильного шамана и ведуна. Она хотела получить этот статус и соответствовать ему. Девушка была очень внимательна и ответственно относилась к обучениям ее разным наукам и премудростям. Знания давались совсем нелегко, но ее стремление к ним было намного сильнее, чем те трудности, с которыми она сталкивалась на пути к ним. Теперь она чувствовала себя намного увереннее и научилась не бояться ничего и никого вокруг, изменился и ее характер, теперь она стала спокойнее, молчаливее и мудрее.

Шли годы. Девушка совершенствовалась не только в магии северных шаманов, но и в стрельбе из лука, владении оружием и вскоре пришел тот день, когда она была полностью готовой для того, чтобы пройти посвящение в нойды.

На вершине великой горы Воттоваары, на ритуальном месте предков Охво, посреди могучих камней собрались Айникки со своим приемным отцом, тем, кому суждено было воспитать в ней шамана и воина. Одет он был в обрядовый костюм, в руках был заговоренный бубен, что передавался по наследству. Они сели у ритуального костра. Айникки, всматриваясь в сотни сейдов (больших камней, установленных на нескольких поменьше), произнесла:

– Всю жизнь я смотрю на эти камни, но никогда не задумывалась о том, как они появились здесь.

– Их перенесли сюда наши предки, внутри заключены души покинувших этот мир нойдов. Каждый камень закреплен за отдельным родом. Их нужно уважать и в особые дни почитания приносить дары, чтобы умилостивить духов. Сейчас, на то месте, где я нашел тебя у великого камня, на совет придут самые сильные шаманы моего племени, чтобы проверить твои знания и узнать, достойна ли ту получить звание нойда. Но сейчас перед тем, как мы отправимся к ритуальному камню, назначу духов твоих. Я старею, вместе с молодостью уходит и моя сила. Шаману не должно быть больше пятидесяти лет, так как с возрастом он теряет зубы, они должны быть целыми, иначе сила его ослабевает. А я уже много старше этого возраста, Айникки, – с грустью произнес он.

– Я знаю, что сила нойда – самая могущественная, но до сих пор не знаю всех ее способностей и границ.

– Ты еще узнаешь об этом. Лопари-ведуны, нойды или знахари могут открывать будущее и многое другое. Мы всегда чтили законы природы, жили с ней в согласии, почитали волка и медведя за их силу и мощь. Колдун-нойд способен благословить колдовством дочь или сына. Так вышло, что родных детей у меня нет, а ты заменила дочь. Я нареку тебя именем предка. После совершенного мною обряда, ты узнаешь свое тайное имя и получишь родовое клеймо или печать нойда. Духи моего рода всегда защищали меня, пусть же и ты станешь для них родной. Когда я нашел тебя, ты уже была отмечена. Я увидел это через проведенный обряд. Твоя судьба уготовила тебе стать нойдом. Говорят, что наша сила, дарованная моему племени, от дьявола. Я не знаю так ли это. Говорят, что, как только он посчитает избранного ребенка хорошим слугой себе – насылает болезнь, во время которой раскрывает ему некоторую часть тайных знаний, со второй – еще больше, а после третьей, в тот момент, когда ребенок находится на грани жизни и смерти – дарует ему все знания, чтобы владел тот совершенным мастерством в колдовстве. Возможно, конечно, и ребенку неотмеченному обучиться от другого ведуна, как ученику, но только, как завершится обучение, все равно необходимо получить разрешение самого старейшего нойда.

Айникки слушала его с огромным интересом, а Охво, как закончил свой рассказ, подбросил в большой костер какие-то коренья, прошептал что-то и произнес:

– Сейчас я проведу обряд, где назову твое тайное имя, запомни его и никому и никогда не называй, даже тем, кому веришь больше, чем себе. Люди умеют искусно притворяться. Даже если они и преданы тебе сегодня, не известно, как они поменяют свое отношение к тебе завтра. Запомни мои слова, Айникки и пообещай, что сделаешь все в точности так, как я прошу.

– Я обещаю, – серьезно произнесла она.

– Во время обряда тебе будет очень плохо, ты даже, может быть, окажешься на грани смерти, твой организм может и не выдержать, но другого пути нет. Я начинаю ритуал, чтобы духи назвали мне твое имя.

– Я готова, – еле слышно произнесла она, стараясь не подвести своего учителя.

Шаман и Айникки сели у костра на вершине Великой горы, нойд стал медленно и монотонно бить в бубен, постепенно увеличивая темп, одновременно с этим из уст его раздалась песнь на языке древних колдунов. Эти заклинания были сложены его далекими предками и передавались от отца к сыну. Взгляд его затуманился и он, будто потерял связь с этим миром. Девушка сидела рядом и, молча, следила за ним. Вдруг руки его стали слабеть, и он потерял сознание. Она знала, что нельзя трогать его, пока маг не придет в себя и принялась ждать, когда тот вернется из мира духов. Вдруг глаза его резко открылись, и он схватил ее за руку. В этот момент девушка отключилась. Ей пришло видение. Она, будто путешествовала вместе с Охво по миру духов. Они оказались в пространстве, где под ногами их был песок с мелкой растительностью, все время дул ветер и мелкие крошки поднимались с поверхности и вместе с вихрем забивали глаза. Шаман и девушка шли вперед, укрываясь от летящей пыли рукой. Ничего не было вокруг, только пустота. Казалось, что она была бесконечна. Из-за свиста ветра нельзя было ничего разобрать и трудно было различать слова.

– Нам туда! – крикнул ей Охво, указав направление и укрывая краем воротника лицо от ветра и песка.

Девушка не услышала его, но поняла и последовала за ним. Она не знала, куда они идут и сколько еще времени нужно было провести в дороге. Да и было ли здесь оно, это время? Пейзаж вокруг не менялся и ей стало казаться, что они просто стоят на месте. Неожиданно на них стали надвигаться энергетические сущности. Стеной надвигались они.

– Будь осторожна! Это духи другого мира, – крикнул он.

Сущности представляли собой сгустки энергии, верхняя часть напоминала людскую, а вместо ног, будто хвост из пара. Все они были полупрозрачны, но очень сильны. Разъяренно бились они о гостей, пытаясь свалить с ног. Их удары были очень сильны, и сопротивляться становилось все труднее, особенно для хрупкой Айникки.

– Не дай им повались себя на землю, тогда они заберут тебя в свой мир, и ты останешься здесь навечно! – кричал нойд.

– Я больше не смогу! – отвечала она.

– Нужно продержаться еще совсем немного!

– Как долго!?

Но, не успев получить ответа, вдруг впереди появился дух огромного размера и плавно поплыл к ним, остальные сущности тут же разлетелись кто куда, а ветер стих. Величественно и не спеша сущность приближалась к непрошенным гостям.

– Это главный дух! Я не стану произносить его имени! Это опасно, – произнес шаман.

Девушка смотрела на него испуганно, полная тревоги. Ростом он был, словно гора, одет в длинную одежду, расширяющуюся книзу, волосы седы и длинны, он будто древний старец взирал на все с высоты опыта и мудрости. Символы горели на его щеках ярким белым светом. Вид его был грозен, но девушке показалось, что он не настроен против них.

– Зачем вы потревожили меня!? – грозно крикнул он, и земля под их ногами задрожала.

– Мы пришли, чтобы ты назвал ее имя, – произнес Охво.

– А достойна ли она узнать его!? – все также грозно крикнул он.

– Достойна. Я видел ее будущее. Она отмечена меткой нойда.

– Подойди ко мне! – произнесло божество.

Девушка медленно и испуганно направилась к нему. Она стала, напротив. Главный дух тут же уменьшился и его лицо стало располагаться от ее на расстоянии метра. Он внимательно взглянул в ее глаза, будто считывая что-то. Это длилось несколько минут. Затем он сказал более мягко:

– Подойди ближе, и я назову твое истинное имя!

Она тут же повиновалась. Тот наклонился и прошептал ей на ухо слово.

– Никому не называй его! Даже тому, кто пришел с тобой!

После этих слов он испарился, а шаман и Айникки очнулись, придя в себя на горе Воттоваара.

Охво тут же спросил:

– Ты запомнила его?

– Да! – уверенно ответила та.

– Теперь ты достойна стать одной из нас. Сейчас вся магия этого мира доступна тебе. Отныне ты способна лечить вещим словом, но и убивать им же. Но сначала, ты должна получить имя воина. Ты уже освоила силу рун и умеешь зачаровывать песнью, научилась владеть луком. Я проведу посвящение. Ты должна будешь получить второе имя, земное, то, каким тебя должны называть люди. Отныне, получив статус воина и шамана, ты должна оставить свое прежнее имя.

После этих слов он снова стал бить в бубен, дым от костра стал свиваться в замысловатые фигуры, затем он набрал в ладонь пепла и нанес его на свои щеки и лоб, то же самое он сделал и для девушки. Она приняла свою судьбу и свой путь, по которому ей уготовано следовать. Шаман-ведун начал свою речь:

– О, великие боги Пейве, Айлекес-Олблак, Юбмель, прошу вас, назовите ее земное имя!

Он продолжал ударять в бубен и вдруг резко умолк, опустив руки. Затем положил руки на голову девушки и сказал:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.