Алекс Рудин
Аристократ на отдыхе. Том 4

Глава 1

В аэропорт мы с Потапом приехали в отличном настроении. Даже умудрились не опоздать, хотя на выезде с Петербургского острова угодили в пробку. Ремонтники перекрыли половину Троицкого моста, и вереница нетерпеливо сигналивших машин растянулась по всей Каменноостровской дороге.

Есть в большом городе свои неудобства.

Этот аэропорт предназначался только для местных рейсов. Стеклянное здание вокзала выглядело скромно – особенно, на фоне величественных дирижаблей. Даже с приличного расстояния они казались огромными. Каждый был не меньше парохода.

Я знал, что в воздух их поднимает легкий газ, которым наполнен внутренний корпус. Но все равно, не верилось, что такая громадина может взмыть, как детский воздушный шарик.

*****

Друзья дожидались нас на улице, возле здания. Первым подошел Илья – по старшинству. Обнял меня и негромко сказал на ухо:

– Барон, я уже в курсе, что император не смог тебя уговорить. Жаль. Скоро начнутся новые времена, и ты очень понадобишься.

– Кому? – улыбнулся я.

– Империи, – торжественно ответил мой старый друг.

– Знаешь, Илюха, мне до Империи ровно такое же дело, как и ей до меня. Можно сказать, у нас ровные теплые отношения.

– Все шутишь, Барон, – усмехнулся Илья.

– Не без этого, – кивнул я. – Вот если моя помощь потребуется тебе – звони или приезжай. Обсудим. Только выкладывай все сразу, не трать время впустую.

– Понял, – серьезно кивнул Илья. – Спасибо, Барон!

Он отошел в сторону и уступил место Ване Торопову.

– Никита, я все понял! – радостно заявил Ванька.

– Что конкретно? – улыбнулся я. – Смысл жизни? Тогда тебе нужно к Проныре, он обожает такие темы.

– И это тоже, – заверил меня Ванька. – Я видел, как ты победил Зигфрида. Это было так круто! Я хочу так же.

– Меч у тебя есть, – кивнул я, – демон тоже. Тренируйся.

– Не в этом дело. Ты победил Зигфрида с самого начала. Еще до того, как он на тебя бросился. Вот что круто!

– Ваня, убивать опасных Одержимых – это моя работа. А работу надо делать хорошо, или вообще за нее не браться.

– Но я смогу так научиться?

– Конечно, сможешь. Возможности у тебя есть, дело только в желании.

– Желания хоть отбавляй, – ухмыльнулся Ваня. – Я обязательно выиграю турнир и напишу тебе.

Я ободряюще хлопнул его по плечу.

– Наверняка в моем поместье найдется маговизор, так что я посмотрю твой бой. У тебя все получится.

Я отвел в сторону Наталью Николаевну. Она выглядела собранной и серьезной. Но меня порадовало, что у нее здорово прибавилось уверенности в себе.

– Ты уже успела встретиться с императором? – спросил я.

– Да, – кивнула Наталья Николаевна. – Не стала дожидаться вызова, сама написала в имперскую канцелярию и попросила о встрече. Император принял меня в тот же день.

– Умница, – ободряюще кивнул я, имея в виду Наталью Николаевну, а не императора. – И как все прошло?

– Так, как ты и говорил. Император официально предложил мне возглавить род Орловых. При условии, что во всем буду его поддерживать. Конечно, я согласилась.

– Думаю, это хороший выбор, – одобрил я. – А как к твоему назначению отнесутся другие претенденты? У Орлова наверняка есть и другие родственники.

– Согласятся, куда они денутся, – жестко сказала девушка.

На мгновение в ее лице проступили фамильные черты Орловых.

– Никита, если мне понадобится помощь…. могу я обратиться к тебе? Ты и так много для меня сделал, я в долгу перед тобой.

– Обращайся сразу же, Наташа, – улыбнулся я. – И сделай одолжение – перестань считать, кто из нас чем обязан. Просто обращайся, и все. Кстати, приглашаю тебя в гости. Покажу свой дом.

Наталья Николаевна бросила короткий взгляд на Киру, которая стояла чуть в стороне.

– Раньше чем через полгода я вряд ли смогу. Столько дел теперь навалилось, ты не представляешь. Но за приглашение спасибо. Удачи тебе, Никита! Мне повезло, что я тебя встретила.

Привстав на цыпочки, Наталья Николаевна поцеловала меня в щеку. Потом повернулась и твердым шагом пошла к стоянке, где ее дожидался черный лимузин с гербом Орловых.

– А мне ты должен не одно приглашение в гости, а целых два, – широко улыбнулся Гриша Барятинский.

– Это с чего вдруг? – удивился я.

– Потому что я так хочу!

– Это аргумент, – согласился я.

– Надолго едешь?

– Для начала на две-три недели, а там – как пойдет. Хочу осмотреться и понять, в каком состоянии поместье.

– Понятно, в каком, – оптимистично заявил Гриша. – Бардак у тебя там.

– А ты откуда знаешь?

– Доходили слухи, – таинственно улыбнулся он.

– Такой же бардак, как у тебя? – улыбнулся я. – Когда ты вообще успеваешь управлять своими землями, если все время гуляешь в Столице?

– У меня очень толковый управляющий, – ухмыльнулся Гриша. – Он делает за меня всю работу, а я только считаю денежки.

– Ворует, наверное, – подколол я друга.

– Конечно, – ничуть не расстроился Гриша. – Но у нас с ним уговор. Пока мне хватает денег, а Имперская казна довольна – я не слишком тщательно лезу в его отчеты. И всем хорошо.

– Надо и мне завести такого управляющего, – задумчиво сказал я.

– Обязательно, – поддержал Гриша. – Никита, ты присмотрись к Арсению. Он толковый парень, и образование у него есть. Правда, слишком мягкий.

– Ничего, зато я жесткий, – хмыкнул я. – Спасибо за совет, Гриша.

– Как приедешь в Столицу, сразу ко мне, – напомнил Барятинский. – А если задержишься, я сам к тебе приеду. Буду неподалеку – надо проверить, как идут дела в Новгородском поместье.

– Договорились, – улыбнулся я. – А теперь дай мне поговорить с Кирой.

Кира зябко ежилась – возле летного поля гулял прохладный ветерок. Я обнял девушку за плечи, и она доверчиво прижалась ко мне.

– Не скучай, – улыбнулся я. – Скоро увидимся. Твои адвокатские дела не помешают тебе приехать ко мне?

– Нет, – улыбнулась Кира.

– Вот и хорошо.

– Никита, я подготовила для тебя важные бумаги. Ты обязательно должен их просмотреть, и как можно скорее.

– Бумаги, – скривился я. – Это скучно. Расскажи своими словами.

– Ну, уж нет, – улыбнулась девушка. – Пересказывать не стану, а то ты в них так и не заглянешь. А это очень важно.

– Ладно, почитаю в полете, – согласился я.

Взял из рук Киры кожаную папку и убрал ее в чемодан. Там уже лежала шкатулка с документами, которую мне вручил князь Голицын.

– Когда ты приедешь? – спросила Кира.

– Через две или три недели, – улыбнулся я. – Ты и не заметишь, как пройдет время.

– “Зубастый Змей” как раз вернется из первого рейса, – улыбнулась девушка. – Надеюсь, отчетность тебя порадует. Никита, знаешь, что я придумала?

– Пока не знаю, – рассмеялся я. – Но уверен, что это потрясающая идея. Рассказывай!

– Кроме поездок на Валаам, можно устраивать на пароходе круизы по Карелии. Так и пароход не будет простаивать, и денег ты заработаешь больше.

– Займись этим, – кивнул я. – Если понадобятся деньги, я их найду. Кроме того, напишу настоятелю Дмитрию. Теперь все мои дела с монастырем будешь вести ты. Не забудь назначить себе соответствующий процент.

– И прислать документы тебе на проверку? – улыбнулась Кира.

– Непременно, – важно кивнул я. – Только не прислать, а привезти. Лично в руки.

– Хорошо.

Динамик на здании аэропорта неразборчиво забормотал, объявляя посадку на рейс.

– Тебе пора, – вздохнула Кира. – Хорошей дороги, Никита! Я буду ждать.

Я еще раз поцеловал девушку, помахал друзьям и подхватил свои чемоданы.

– Увидимся! Потап, уходи в Тень!

Медвежонок вскочил и растаял в воздухе.

*****

Дирижабль выглядел как огромный летающий дом.

Он висел над взлетным полем, привязанный к земле толстыми канатами. Канаты были туго натянуты и еле слышно гудели под напором ветра.

Стоит их отвязать – и серебристая махина взлетит, как воздушный шарик. И полетит в нужную сторону – неторопливо, зато надежно.

Корпус дирижабля был разделен перегородками на несколько отсеков и наполнен легким газом. Даже если пробить один или несколько отсеков, газ не улетучится сразу. У пилотов останется достаточно времени, чтобы безопасно посадить машину.

Пассажиры, не спеша поднимались по трапу. Вежливый стюард, стоя у двери, проверял билеты.

Я встал в конец очереди. Потап пристроился рядом – я строго предупредил его, чтобы не пугал пассажиров.

Вдруг к трапу подкатил автомобиль. Резко затормозил – колеса оставили на идеальном газоне глубокие неопрятные борозды.

Из автомобиля вылез невысокий, плотный человек с красным лицом и редкими светлыми волосами. На вид ему было лет пятьдесят. Костюм из хорошей ткани нелепо топорщился на его полной фигуре.

Человек вытащил из кармана носовой платок и вытер вспотевший лоб. Презрительно посмотрел на очередь, чуть задержав взгляд на мне. И решительно направился к трапу. Трое слуг тащили за ним чемоданы, сгибаясь под их тяжестью.

Невежливо расталкивая других пассажиров, мужчина первым поднялся по трапу. Никто не рискнул возмутиться его поведением. Я тоже не стал вмешиваться – было лень портить себе хорошее настроение.

До Новгорода было всего шесть часов лету. Но я взял себе отдельную каюту – чтобы сполна насладиться первым полетом на дирижабле.

Вежливый стюард проверил мой билет и слегка поклонился. Он проводил меня до каюты, помог поднести чемоданы и получил свои чаевые.

– Желаете заказать обед в каюту? – спросил он.

– Я подумаю, – ответил я.

– Может быть, принести вам кофе?

– Не нужно. Я сам прогуляюсь до бара.

Надо же посмотреть эту летающую штуку, пока есть такая возможность!

Стюард открыл дверь и вручил мне ключ от каюты.

– Это ваш первый полет?

– Да, – улыбнулся я.

– Во время набора высоты мы просим всех пассажиров оставаться в своих каютах. Затем к вашим услугам ресторан, бар и даже кинотеатр. Все палубы открыты для посещения, кроме кабины пилотов и машинного отделения – оно находится в хвосте дирижабля. Если вам что-нибудь понадобится, обратитесь к любому стюарду.

– Договорились, – кивнул я.

– Мы заботимся об удобстве и комфорте наших пассажиров!

– Очень рад.

– Хорошего полета!

Стюард снова поклонился и исчез.

А я толкнул дверь:

– Входи, Потап!

И сам вошел вслед за медвежонком в каюту, с любопытством оглядываясь.

Отличная каюта, ничуть не хуже, чем на “Зубастом Змее” – правда, немного поменьше. Но небольшая гостиная выглядела вполне уютной. В ней были кожаные кресла, небольшой бар, низкий столик для напитков, огромный обзорный иллюминатор в выгнутой внешней стене и даже крохотный балкон – для желающих выпить кофе с ветерком на высоте птичьего полета.

Я тут же решил, что непременно воспользуюсь этой возможностью.

Приоткрыв дверь в углу каюты, я обнаружил за ней туалет с душевой кабиной. На вешалке висели свежие полотенца, в потолке еле слышно гудела вытяжка.

– Жить можно! – с оптимизмом заключил я.

Потап немедленно облюбовал одно из кресел – запрыгнул в него и свернулся клубком.

И в этот момент дирижабль вздрогнул – это отвязали канаты. Взлетное поле за иллюминатором едва заметно качнулось и медленно поплыло вниз.

Забыв про чемоданы, я прижался носом к толстому стеклу иллюминатора. Оно выглядело вполне безопасным. Хоть всем весом навались, не выпадет из прочной стальной рамы.

Мы взлетали! Ничего себе!

Похожие ощущения я испытывал, когда вселял Проныру в какую-нибудь птицу, а потом смотрел глазами демона с высоты птичьего полета. Но какая-то часть моего сознания всегда помнила, что я стою на земле. Это был ненастоящий полет.

А сейчас я поднимался целиком – вместе со всеми своими демонами.

Засеянное аккуратно подстриженной травой взлетное поле незаметно оказалось далеко внизу и превратилось в большой изумрудный прямоугольник. На нем тут и там стояли дирижабли – рейсы из Столицы отправлялись во все уголки Империи.

Как объяснял мне Гриша Барятинский, дирижабль незаменим для дальних перелетов. Летишь небыстро, зато безопасно и с комфортом. Что еще надо настоящему аристократу?

Дирижабль поднимался неторопливо и легко – как будто всплывал над землей.

Я чуть повернул голову и увидел стеклянное здание аэропорта. В стеклах отражалось и вспыхивало жаркое летнее солнце.

Красота!

Как только мы набрали высоту, корпус дирижабля снова вздрогнул. По нему прошла еле заметная дрожь – это начали вращаться огромные винты, расположенные в хвостовой части.

Зеленое поле под нами сдвинулось и поплыло назад. По нему скользила гигантская тень, которую отбрасывал дирижабль.

Передо мной как будто расстелили карту и теперь медленно двигали ее.

*****

Немного привыкнув к ощущению полета, я открыл чемодан и достал из него кожаную папку, которую вручила мне Кира.

Любопытство не давало мне покоя.

Первой мне в руки попалась аккуратно сложенная записка. Я развернул ее и улыбнулся.

“Спасибо за чудесные прогулки, Никита!” – писала Кира. – “Я буду ждать твоего приглашения”.

Улыбаясь,я сложил записку и убрал ее в карман.

Следующей в папке лежала карта.

Я развернул ее на столе – она оказалась такой большой, что края свисали чуть ли не до пола.

Ничего себе!

Кира позаботилась заказать точный план моего имения.

Карта была напечатана на плотной глянцевой бумаге и оказалась очень подробной. Кое-где даже отдельные деревья были обозначены.

Вот извилистая линия речки Куньей. Усадьба на ее берегу была отмечена звездочкой.

Вот лес, а за ним – большое болото с лесными островами, куда я так любил убегать в детстве. Ага, а вот тот самый остров, на котором когда-то была лисья нора!

В границах поместья оказались две деревни – обе они были расположены вдоль реки.

Отлично! Пожалуй, там я смогу найти себе помощников для работы в поместье.

Я расплылся в радостной улыбке.

Замечательный подарок! Повешу эту карту на стену в гостиной, чтобы мои владения всегда были перед глазами.

Толстыми красными линиями были обозначены границы соседних имений. Кира написала и имена соседей – Соболевы и Ванютины.

Надо будет с ними познакомиться!

Земли Барятинского граничили с моим поместьем в самом дальнем углу карты – как раз за краем болота.

Я сложил карту и достал из папки последний документ. Это была тонкая стопка скрепленных между собой листов, заполненных ровными машинописными строчками.

Кира оказалась незаменимой помощницей. Она составила подробный список дел, которые мне предстояло сделать в первую очередь.

Первым делом надо было заглянуть к уездному комиссару в Славгороде и представиться в качестве нового владельца поместья.

“Не забудь документы!” – приписала Кира.

Дальше шел подробный перечень налогов, которые мне предстояло платить в качестве помещика.

Самым главным пунктом был имперский налог на аномалии, которые находятся на моей земле. Он зависел от количества аномалий.

В случае неуплаты налога, имперская казна могла изъять поместье и передать его другому владельцу.

Ну да, логично!

В этом мире магические аномалии представляли собой ценный источник ресурсов. Само собой, что такой источник должен работать и приносить деньги в бюджет Империи.

Кроме налога на аномалии, был еще налог на содержание уездного подразделения имперской гвардии, налог на содержание дорог и лесов, налог на школы и больницы. И даже налог на городской театр.

В общем – расходы, расходы, расходы.

А основным источником доходов были магические аномалии. Для этого нужно было набрать команду бойцов и охранников, нанять работников, организовать добычу ресурсов и их доставку в Славгород на своем транспорте.

И все это организовать в максимально короткое время.

Ничего себе, задача!

Я убрал документы обратно в папку. Открыл бар,налил в бокал немного тороповского коньяка и вышел на балкон.

Дирижабль летел на высоте километра над землей. Здесь дул довольно сильный ветер, и было куда прохладнее, чем внизу. Я сделал глоток коньяка и облокотился на перила, с любопытством глядя вниз.

Внизу медленно проплывали поля, темные полосы перелесков, тонкие черточки дорог. Блеснула на солнце серебристая лента широкой реки – похоже, это был Волхов. По самой середине реки шел пароход и тянул за собой груженую лесом баржу.

Придется поработать.

Новизна задачи увлекла меня. При хорошей организации поместье будет давать доход. Но главное – это мой дом! Мой настоящий дом в новом мире.

А с трудностями я справлюсь. Не в первый раз.

Я допил коньяк, бросил последний взгляд вниз и вернулся в каюту. Сейчас мне нужна большая кружка крепкого кофе и возможность все хорошенько обдумать.

Глава 2

На дирижабле у меня не было причин думать, что за мной кто-то шпионит. Поэтому я не стал устанавливать в каюте магические ловушки. Наложил несложную печать на шкаф, в который убрал чемоданы и меч, и этим ограничился.

– Потап, ты за старшего, – сказал я дремавшему в кресле медведю.

Потап, не просыпаясь, дернул задней лапой.

Усмехнувшись, я запер дверь каюты – не хватало еще, чтобы какой-нибудь любопытный стюард в мое отсутствие наткнулся на медведя. Крику будет на весь дирижабль.

Опустил ключ в карман и неторопливо пошел по коридору, с любопытством разглядывая внутреннее устройство дирижабля.

Листы легкого металла, из которых был собран корпус дирижабля, крепились ровными рядами заклепок. Пол и потолок тоже были металлическими. На потолке ровно светили два ряда ламп, работавших на разной магии. Лампы слева горели бело-синеватым светом – в них бились элементали Молнии. Лампы справа давали яркий багрово-оранжевый свет – они работали при помощи элементалей Огня. Вместе получалось отличное, приятное для глаз освещение.

Дирижабль летел почти бесшумно. Я приложил ладонь к стенке внутреннего корпуса и уловил легкую вибрацию. Это работали двигатели летающей махины.

Звук моих шагов скрадывала толстая ковровая дорожка, расстеленная в коридоре. Двери кают были только с одной стороны – они располагались через равные промежутки и выглядели совершенно одинаково. Я понял это, как только сделал несколько шагов по коридору. Поэтому сразу же вернулся и запомнил номер своей каюты – четыреста семнадцать.

Иначе пришлось бы обращаться к стюардам за помощью, чтобы отыскать свое временное пристанище. Ну, или ломиться во все каюты подряд.

Коридор плавно изгибался – точно так же, как и корпус дирижабля. Я дошел до самой хвостовой части, в надежде обнаружить дверь, которая вела в машинное отделение. Но вместо нее увидел широкую лестницу, рядом с которой скучал один из стюардов.

– Ищете ресторан? – с поклоном спросил он. – Вам надо спуститься на одну палубу. Ресторан находится на средней палубе – она самая широкая. Оттуда открывается замечательный вид.

– Спасибо, – легким кивком я поблагодарил стюарда. – А как попасть машинное отделение?

– Пассажирам туда нельзя, – ответил служащий.

– Жаль, – дружелюбно улыбнулся я. – Хотелось бы взглянуть, как тут все устроено.

– В салоне для отдыха есть большой макет дирижабля разрезе, – сообщил мне стюард. – Любой служащий с радостью расскажет вам все подробности.

– Непременно взгляну, – кивнул я.

Прошел мимо лестницы. Коридор круто изогнулся, и я увидел двери кают, которые располагались по другому борту. Дошел до конца и этого коридора. Снова крутой изгиб, и еще одна лестница. И опять возле нее стюард в белой рубашке и бордовом форменном жилете.

– Ищете ресторан? – поклонился он. – Вам надо спуститься…

– Я уже знаю, – перебил я его.

Миновал дверь своей каюты и снова вернулся к хвостовой лестнице, обойдя дирижабль по кругу.

Триста девяносто восемь шагов. Ничего себе громадина!

– Ищете ресторан? Вам надо…

– Ты уже говорил, – усмехнулся я.

Чтобы не разочаровывать стюарда, я спустился в ресторан. Он тоже выглядел необычно – столики располагались только с одной стороны, возле широких иллюминаторов. Напротив них тянулась изогнутая барная стойка.

Официант коротал время у стойки, лениво перебрасываясь фразами с барменом.

– Ненавижу короткие рейсы, – услышал я, проходя мимо. – Ни заказов, ни чаевых.

– Зато посуду мыть не надо, – возразил бармен, протирая стаканы.

– А мне-то что? – не согласился официант.

Ресторан, и в самом деле, был практически пуст. Только за одним столиком я увидел посетителя – это был тот самый краснолицый толстяк, который на посаде прошел без очереди.

Ел он за десятерых – его столик был уставлен тарелками так, что свободного места практически не осталось.

Толстяк чавкал и тяжело дышал, но целеустремленно поглощал пищу. Он напомнил мне полицмейстера из славного города Курова – тот тоже был обжорой. Правда, кроме еды его интересовали еще и деньги.

Я сел за свободный столик – так, чтобы не видеть толстяка. Есть пока не хотелось.

– Чего изволите, ваша милость? – вежливо спросил официант, останавливаясь рядом со мной.

– Кофе. Как можно крепче, и в самой большой кружке, которую сможешь найти.

На лице официанта отразилось разочарование.

– Может быть, желаете пообедать? Есть тыквенный крем-суп с фрикадельками из гусятины, жаркое из ягненка, судак, запеченный с сыром и цветной капустой.

– Кофе, – напомнил я с улыбкой.

Официант зашел с другой стороны.

– Могу я предложить вам напитки? Коньяк, водку, ликер? Есть замечательное холодное пиво – темное и светлое.

Это начало меня забавлять. Настроения он мне не испортил – я был слишком доволен полетом. Поэтому решил включиться в игру.

– Кофе, – моя улыбка стала еще шире и дружелюбнее.

Официант схватился за последнюю спасительную соломинку.

– Какой десерт предпочитаете к кофе – малиновое суфле, шоколадный торт, желе из клубники?

– Только кофе, и больше ничего, – рассеянно протянул я.

Посмотрел прямо в наглые глаза официанта, убрал с лица улыбку и добил его окончательно:

– И без сахара.

– Как скажете!

Официант стойко перенес удар, хотя даже не пытался скрыть свое разочарование. Уходя за стойку, он переглянулся с барменом и многозначительно кивнул в мою сторону. Бармен сочувственно пожал плечами и взялся за следующий стакан.

Впрочем, кофе официант принес быстро. И кружка действительно оказалась большой и полной.

– Тройная порция, – с намеком сказал официант.

Я лениво кивнул и протянул ему купюру, которой можно было расплатиться за обед.

– Держи!

– Благодарю, ваша милость!

Купюра моментально исчезла.

– Если вам еще что-нибудь понадобится…

– Тишина и одиночество, – перебил я его.

Официант испарился вслед купюре.

А я сделал глоток кофе, одобрительно кивнул – кофе оказался нужной крепости – и рассеянно уставился в окно.

Итак, с того самого дня, как император подписал документы, все расходы по содержанию поместья, а заодно и налоги легли на мои плечи.

Не то, чтобы я этого не ожидал. Скорее, у меня пока не было возможности с этим столкнуться.

Я привык к другому миру. К миру, где магические аномалии были не источником дохода, а смертельной опасностью. И поневоле мерил здешнюю реальность еще теми мерками.

А здесь все оказалось по-другому. Этого следовало ожидать.

Значит, знакомство с Новгородом окончательно отменяется. Я собирался задержаться в нем на денек – познакомиться со старинным городом.

Но теперь надо спешить в Холмск. Увидеться с холмским уездным комиссаром, выяснить состояние поместья. И сразу ехать туда – чтобы все увидеть своими глазами.

– Хороший план, Ник! – одобрил Умник.

– Напомни мне проверить всех слуг, когда приедем в поместье, – сказал я менталисту. – Я хочу быть уверен, что они станут служить мне, а не прежнему владельцу.

– Хорошо.

Так, дальше. Понадобится транспорт. Команда для зачистки аномалий и работники для добычи ресурсов.

Скорее всего, команда есть у прежнего владельца. Как его? Белецкий.

Но этих людей нужно будет проверить еще тщательнее. И если они мне не подойдут – выгнать и набрать новых.

В крайнем случае, обращусь к Барятинскому. Пусть сведет меня с своим толковым управляющим. Тот подскажет, где искать людей.

Дальше.

На землях поместья есть две деревни. Их жители не откажутся поработать на меня – при условии, что мы сойдемся в вопросе оплаты.

Ну, вот. Что-то вырисовывается.

А детали отшлифую по ходу дела. Никогда не любил слишком тщательные планы – всегда происходит что-то неожиданное, и к этому надо быть готовым.

Я сделал еще глоток кофе, и вдруг почувствовал спиной чей-то изучающий взгляд. Машинально поставил магический барьер и обернулся.

Краснолицый толстяк стоял у соседнего столика и пристально смотрел на меня. Заметив, что я обернулся, он довольно кивнул и подошел ко мне.

– Я присяду, – не здороваясь, сказал толстяк.

Не спросил, а именно сказал утвердительно. Похоже, он из тех, кто в любой ситуации чувствует себя хозяином положения. Или хочет это показать.

Мне стало любопытно, каких демонов ему от меня нужно.

– Садись, – кивнул я.

Толстяк тяжело опустился в кресло напротив. И снова уставился на меня.

Я невозмутимо пил кофе.

– Ты дерзкий, – сказал толстяк с непонятным удовлетворением. – Мало, кто решается так со мной разговаривать. Магический Дар есть?

Голос у него был хриплым, как у медведя.

Мне стало смешно. Ситуация выглядела забавной и пока совершенно непонятной.

– Есть, – усмехнулся я.

– Оно и видно, – неодобрительно протянул толстяк. – Аристократ! Гонору много, а денег нет.

– С чего ты это взял? – поинтересовался я.

– С того, что у меня свой дар, – заявил толстяк. – Я людей насквозь вижу. Потому и торговлей занимаюсь.

Он прищурился.

– Новгородский купец первой гильдии Шкуров. Слышал про меня?

Я молча пожал плечами.

– Вот смотри, – Шкуров принялся загибать толстые пальцы. – Ты пришел в ресторан, а заказал только кофе. И не пьешь его, а так сидишь. Что это значит?

– Что? – хмыкнул я.

– То, что на каюту у тебя денег нет, – удовлетворенно кивнул Шкуров. – Взял билет в общий салон, а лететь там вместе со всяким сбродом тебе стыдно. Вот и пришел в ресторан. И обед заказать тебе не на что, даже водку не пьешь. Взял только кофе.

– Допустим, – рассмеялся я. – А дальше?

Его логика меня здорово веселила.

– Летишь один, вещи оставить не побоялся – значит, там ничего ценного. Летишь из Столицы в провинцию. Зачем?

– Ну, и зачем? – спросил я.

– Затем, что в Столице у тебя ни знакомств, ни связей. Родился где-нибудь в глуши, сын бедного дворянина. Как повзрослел – папаша тебя из дома и выпихнул. Лети, сынок, ищи сам свое счастье. Так было?

– Почти, – согласился я.

Только увезли меня из дома, когда мне исполнилось семь лет, и случилось это давным-давно. Но этого я Шкурову говорить не стал.

– А дальше приехал ты в Столицу, но никому не пригодился. Домой возвращаться незачем. Вот и летишь, куда глаза глядят – ищешь, кто тебя на службу возьмет. Правильно, что нашу губернию выбрал. Только местные помещики хорошим бойцам платят мало. Да и не тот ты человек, чтобы кому-то служить.

– У тебя есть предложение получше? – прямо спросил я, пристально глядя на Шкурова.

Обычно под моим взглядом люди чувствуют себя неуютно. Но Шкуров даже не заерзал – он был слишком самоуверен.

– Есть. В аномалиях ты бывал, как я понимаю?

А вот это уже интересно.

– Бывал, – ответил я без подробностей. – Так чего ты хочешь?

– Я торгую аномальными ресурсами, – понизив голос, сказал Шкуров. – Любыми. И продаю, и покупаю. По хорошей цене. Соображаешь?

– Пока нет.

– Если что-то раздобудешь – сразу вези ко мне.

– Вот теперь понятно, – кивнул я. – Только все аномалии на чьих-то землях находятся. Думаю, владелец земли будет против.

– Не все, – ухмыльнулся Шкуров. – Есть тут у нас одно поместье. Можно сказать, заброшенное.

– Заброшенное? – удивился я.

– Прежний помещик бестолковым оказался. Команду нормальную не собрал, работники от него разбежались. В казну денег задолжал. Взял кредит, а отдать не смог – его управляющий сбежал с деньгами. Соображаешь?

– Давай подробности, – кивнул я.

– Какие тебе еще подробности надо? Говорю же – аномалии заброшены, соседи из них ресурсы тащат потихоньку. Но в открытую вывозить опасаются, земля-то чужая. Владелец хотел поместье продать, да кто его купит – с долгами? Прошел слух, что император отдал это поместье какому-то барону. Но этот барон еще в Столице сидит и приедет нескоро. Так что у умного человека есть шанс разбогатеть, если поторопиться. Всего-то и надо – команду собрать.

Ого! Это он не про мое поместье говорит?

– А как называется поместье? – спросил я.

– Волково. Это под Холмском, недалеко от нас.

Ну, точно!

Мне стало и смешно, и тревожно.

Смешно – потому что дурак-купец всерьез предлагал мне ограбить собственное поместье. А тревожно – потому что поместье, судя по всему, разорено.

– Слушай, купец, а ты не боишься? – с усмешкой спросил я.

Шкуров вытаращил глаза.

– Чего?

– Ну, вот так прямо говорить с незнакомым человеком.

– А кто нас услышит? – хитро прищурился Шкуров. – Да и мало ли, о чем мы говорим. Я ведь ничего такого тебе не предлагал. Так, подсказал, как умному человеку червонцев заработать.

– А если я и есть этот самый барон? – улыбнулся я.

– Ты?

На мгновение в глазах Шкурова промелькнула тревога. Но он тут же мотнул головой на толстой шее и хрипло рассмеялся.

– Какой из тебя барон? Тот барон, говорят, с самим императором встречался. Он бы на дирижабле не полетел в общем салоне. Поехал бы на машине, и не в одиночку. Он команду охотников с собой из Столицы привезет. И вот тогда к аномалиям уже не подойдешь.

– Ясно, – кивнул я. – Спасибо за идею.

Да уж, яснее некуда. Выходит, мои аномалии грабят, не стесняясь.

Отлично, что я узнал об этом, еще не долетев до места. Теперь понятно, какие изменения надо внести в мой план действий.

Из благодарности я даже не стал пугать купца Шкурова. Демоны его знают, может, он мне еще пригодится. Да и шутка вышла неплохая.

А купец тем временем подтолкнул ко мне по столу картонный прямоугольник.

– Вот моя карточка. Тут адрес и номер магофона. Если будет что-то интересное, привози сразу, не раздумывай. По цене сойдемся, не сомневайся.

Глядя в его лицо, напоминавшее кабанье рыло, я не сомневался, что в цене мы не сойдемся. Но карточку убрал в карман и многозначительно кивнул.

Потом подозвал официанта и заказал себе еще кофе. Подумал, и добавил к заказу малиновое суфле для Потапа.

*****

С кружкой в руках я вернулся в свою каюту. Потап по-прежнему безмятежно посапывал в кресле. Я потрепал медвежонка по косматой голове, поставил у него перед носом тарелочку с малиновым суфле и снова вышел на балкон.

Дирижабль, постепенно снижаясь, летел вдоль реки – навстречу солнцу. Внизу проплывали прибрежные деревни. Утопавшие в зелени домики сверху выглядели плоскими, как будто были нарисованы на земле. У причалов покачивались крошечные лодки.

Большая длиннокрылая чайка поравнялась с дирижаблем. Повернула голову в мою сторону и выкрикнула что-то пронзительное и наверняка обидное.

– Проныра, это не твоя подружка? – усмехнулся я. – Хочешь поразвлечься?

– Хочу! – ответил маленький демон.

Щелчком пальцев я воплотил Проныру в чайку. Пусть полетает – в последнее время ему нечасто выпадала такая возможность.

Дирижабль немного повернул. Солнце ударило мне в глаза, я зажмурился. Горячие лучи обожгли лицо.

Впереди, у самого горизонта, топорщились над землей плоские крыши многоэтажных домов. Город, и судя по размерам – это Новгород.

– Уважаемые пассажиры, – пробубнил динамик в каюте. – Наш дирижабль прибывает на аэровокзал Великого Новгорода. Просьба оставаться в каютах до окончания посадки!

– Ну что, постояльцы, – обратился я к остальным демонам. – Похоже, нам с вами предстоит немало развлечений.

– Отлично, Ник! – прорычал Циклоп. – Я соскучился по хорошей драке!

Глава 3

– Никита, Потап проголодался! – заявил Умник, как только мы вышли из здания новгородского аэропорта.

Я задумчиво посмотрел на солнце, которое уже клонилось к западу. А нам еще нужно было добраться до Холмска и попасть к уездному комиссару. Но вряд ли комиссар задерживается на службе до глубокой ночи. В лучшем случае, я смогу увидеться с ним завтра с утра.

– Демоны с ним! – решил я. – В конце концов, у нас отпуск. Идем, найдем какое-нибудь кафе.

Подходящее кафе отыскалось на обрывистом берегу Волхова. Под зелеными навесами прямо на лужайке парка вольготно стояли круглые плетеные столики. Отсюда открывался отличный вид на реку и древний торговый двор на противоположном берегу.

– Располагайся, Потап! – кивнул я невидимому медвежонку.

Потап довольно заурчал и попытался вскарабкаться на легкий плетеный стул. Стул угрожающе затрещал и опрокинулся. Медвежонок шлепнулся на траву и сконфуженно чихнул.

– Лучше там и сиди, – рассмеялся я.

И улыбнулся подошедшему официанту:

– Ветер с реки сильный. Того и гляди, унесет вашу мебель.

Погода была абсолютно безветренной – даже листья на деревьях уныло повисли. Но официант вежливо улыбнулся:

– У нас это часто бывает.

Он поднял стул, чуть не наступив при этом на Потапа. Медвежонок заворчал и отдернул заднюю лапу.

– Что это? – испугался официант.

Я развел руками.

– В животе урчит от голода. Шесть часов летел сюда от Столицы.

– Вы впервые в Новгороде? – оживился официант. – Тогда попробуйте наше фирменное блюдо. Копченый сом в чесночно-сливочном соусе. Сомов ловят прямо здесь и доставляют нам абсолютно свежими.

Он показал рукой в сторону обрывистого речного берега.

– Звучит неплохо, – согласился я с официантом.

И мысленно спросил демона-менталиста:

– Умник, вы с Потапом будете пробовать сома?

– Рыба? – с сомнением протянул Умник. – Никита, Потап хочет мяса.

– Будет ему мясо, – пообещал я.

И повернулся к терпеливо ожидающему официанту.

– Две порции сома. И гору жареного мяса на большой плоской тарелке.

Официант уважительно кивнул:

– Да, у меня после полетов на дирижабле тоже разыгрывается аппетит. У нас есть свиной шашлык.

– Подойдет, – решил я. – А что насчет десерта?

За время нашего знакомства с Потапом я твердо усвоил, что от сладкого медведь не отказывается никогда.

– Могу предложить черничный пирог, – сказал официант. – Чернику собирают в окрестных лесах и доставляют к нам…

– Еще свежей, – закончил я за него.

– Свежайшей! – ничуть не смутившись, поправил меня официант.

– Две порции черничного пирога, – решил я.

– Никита, а ты не будешь пирог? – спросил меня Умник. – Потапу мало одной порции.

– Учти, Умник, – пригрозил я, – если у медведя разболятся зубы, ты сам поведешь его к зубному лекарю.

Но спорить не стал и сказал официанту:

– Три порции черничного пирога. А еще большую кружку крепкого кофе и ведро яблочного компота.

– Ведро? – изумленно переспросил официант.

– Ведро, – решительно кивнул я.

Пока наш заказ готовился, я решил серьезно поговорить с Умником. И начал сразу с главного:

– Умник, я очень рад, что ты так сроднился с Потапом. Но мне придется вас разлучить. Медвежонку нужен другой демон – более сильный. Я не смогу все время быть неподалеку, чтобы в случае чего прийти вам на помощь. Слышал, что сказал этот купец Шкурин? Мои аномалии грабят. Думаю, он не только ко мне обратился с таким предложением. Я должен быть уверен, что Потап сможет за себя постоять.

– Но мы и так можем себя защитить, – заверил меня Умник. – Я заворожу, кого угодно.

– Не сомневаюсь. Именно поэтому твой уникальный талант нужен мне для другого дела. Ты будешь вербовать для нас союзников. А Потапа прекрасно защитит Киловольт. Электрический медведь – это грозная сила, согласен?

– Даже не сомневайтесь, парни! – прорычал Циклоп. – Киловольт отлично справится!

Он внимательно слушал наш разговор.

– Почему именно Киловольт? – ревниво спросил Умник.

– Потому что в аномалиях Молнии нет ценных ресурсов, – объяснил я.

– У тебя есть план, Никита? – заинтересовался Умник.

– Пока только в общих чертах. По дороге обсудим.

Копченый сом под сливочным соусом таял на языке. Медвежонок с довольным урчанием доедал шашлык. Официант понял меня правильно – он принес именно гору хорошо прожаренного мяса, и сейчас она исчезала с головокружительной скоростью.

Кроме мяса, он притащил и второе блюдо – с зеленью. Потап пренебрежительно фыркнул, но я строго сказал:

– Ешь. Это витамины, которые нужны растущему организму.

Черничный пирог тоже оказался выше всяких похвал. На тонком корже из сладкого песочного теста лежал воздушный слой взбитых сливок, покрытый сверху фиолетовым, как грозовые тучи, черничным джемом.

Потрясающе!

Я откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя на реку, которая медленно текла под обрывом.

Вот я и в двух шагах от дома. Всего-то и осталось – добраться до Холмска, который я помнил очень смутно. Пару раз бывал там вмест с отцом. Он ездил в дворянское собрание и зачем-то брал меня с собой.

Я дожидался его в машине под присмотром нашего шофера Федора. Федор всегда покупал мне мороженое – им торговали в парке на речном берегу.

– Никита, а компот тоже Потапу? – на всякий случай, спросил Умник.

– Ну, не мне же, – улыбнулся я.

– Спасибо, Никита!

Послышалось довольное чавканье.

В дверях кафе то и дело мелькали удивленные лица официантов.

На ближайшей площади я взял извозчика до Холмска. Пока он укладывал мои чемоданы, я открыл заднюю дверцу и впустил в машину невидимого Потапа. Медвежонок проказливо притих. Ему очень нравилась эта игра – он видел всех, а его никто.

– Если извозчик тебя не заметит, – шепнул я медведю, – куплю тебе конфет.

Похоже, Потап взрослел. Не в смысле размеров. Медвежонок с каждым днем становился умнее и поняливее – сказывалось близкое общение с разумными демонами. Глядишь, так и в медведе проснется разум – почему бы и нет?

Мы ехали два часа, и все это время по сторонам тянулись бескрайние поля, в которых желтели мелкие цветы. Иногда они сменялись огненно-красными островками – это цвели маки.

Извозчик то и дело крутил головой и подозрительно морщил нос.

– Зверем пахнет, ваша милость! – не выдержав, сказал он мне.

– Не может быть, – усмехнулся я.

– Точно вам говорю, – упорствовал извозчик.

– Раскрыли тебя, Потап! – усмехнулся я.

Покосился на извозчика, сделал серьезное лицо и заявил:

– Молодец, парень! Нюх у тебя, что надо. Почуял оборотня.

– Оборотня? – обомлел извозчик. – Это… это вы оборотень?

– Да не я. Ты глянь в зеркальце.

Извозчик взглянул в салонное зеркальце и чуть не потерял сознание – с заднего сиденья на него весело скалился Потап.

Пришлось мне схватиться за руль, чтобы машину не унесло в канаву.

– Исчезни, – шикнул я на Потапа.

Медвежонок послушно растворился в Тенях.

Немного придя в себя, извозчик испуганно вжался в кресло, вдавил педаль и с такой скоростью помчался в сторону Холмска, что только ветер свистел. в зеркальце он смотрел куда чаще, чем на дорогу. Но доехали мы благополучно – встречных машин почти не было.

Извозчик высадил нас на главной площади Холмска и сгинул в вечерней дымке. Ну, хоть деньги взять не забыл – желание заработать оказалось сильнее страха.

Я с интересом оглядел площадь. Она осталась такой, как я ее запомнил – разве что некоторые дома были выкрашены в другой цвет.

Здесь стояла единственная в городе гостиница, трехэтажная, с маленькими тесными номерами на двух верхних этажах и грязным трактиром внизу.

Несмотря на вечер, трактир был пуст – так же, как и весь городок. Видно, здесь привыкли ложиться рано – это подтверждал и администратор, дремавший за стойкой. Он не проснулся даже, когда я вошел.

Я разбудил администратора, сунул ему купюру и получил ключ от номера с привязанной к нему фанерной биркой. При этом администратор не оторвал задницу от стула и не предложил мне поднести чемоданы – он даже не понял, что перед ним дворянин.

На заезжих аристократов здесь явно не рассчитывали – что им делать в тихом и захолустном уездном городке? Разве что, родственников навестить. Так в этом случае гость и останавливается в хозяйской усадьбе.

В глазах сонного администратора я был обыкновенным командировочным, которого судьба по странной прихоти забросила в Холмск и привела на порог гостиницы.

– Чай в номер не подаем, – буркнул он, не поднимая глаз.

Я хмыкнул, подхватил свои чемоданы и поднялся на второй этаж. Замок в номере заедал, поэтому я просто толкнул дверь посильнее, и она распахнулась.

Придется на ночь подпереть стулом.

Не в первый, и не в последний раз я ночевал в случайном месте, о котором еще вчера вообще не думал. Но с завтрашнего дня в моей жизни снова появится дом. Мой дом.

Потап, недовольно поводив носом, толкнул меня лбом в колено.

– Опять проголодался? – удивился я.

– Никита, Потап хочет в душ, – подсказал мне Умник. – Тот извозчик сказал, что от него пахнет.

От неожиданности я расхохотался.

– В душ? Ну, иди!

Я толкнул узкую дверцу.

– С краном справитесь?

– Справимся, – заверил меня Умник.

– Ну-ну. Скажи медведю, чтобы зажмурился, иначе мыло в глаза попадет.

Из ванной раздался шум воды и довольный рык Потапа.

Покачав головой, я растянулся на узкой скрипучей кровати, закинул руки за голову и предложил Циклопу:

– Сыграем в шахматы?

– Давай, Ник! – обрадовался демон.

– Твой ход.

*****

Оставить Потапа в номере я не рискнул. Не хотел довести до сердечного приступа горничную – если, конечно, горничные вообще были в этой гостинице.

Поэтому Потап снова ушел в тень – с каждым разом он делал это все легче и легче – и мы с медвежонком спустились вниз.

Я улыбнулся, услышав, как цокают медвежьи когти по ступенькам. Все же, чтобы стать настоящим невидимым медведем, Потапу еще учиться и учиться.

При свете дня трактир показался мне еще грязнее, так что я решил обойтись без завтрака.

Бросил ключ на стойку, за которой никого не было, пересек вымощенную неровной брусчаткой площадь и вошел в здание уездной управы.

Несмотря на раннее время, в помещении было шумно. Двое рабочих раскатывали на каменной лестнице красную ковровую дорожку, прикрывая ей выщербленные ступени. Бегали туда-сюда чиновники с пачками документов и выражением озабоченности на лицах.

Я поймал одного из них за рукав.

– Что у вас тут, пожар или наводнение?

– Хуже, – ответил чиновник. – Проверяющий из Столицы! Говорят, от самого императора!

– Ого! – улыбнулся я.

Совпадение показалось мне невероятным.

– Где уездный комиссар?

– У себя в кабинете.

– Веди.

Чиновник попытался вырваться, но сник, увидев мою улыбку.

По чисто вымытой каменной лестнице он повел меня на второй этаж – к высокой двустворчатой двери.

– Павел Лаврентьевич никого не принимает! – пискнула секретарша.

Выскочив из-за стола, она попыталась заслонить дверь своим худеньким телом. Но я осторожно отодвинул девушку в сторону и вошел в кабинет, пропустив вперед невидимого Потапа.

Уездный представитель встретил меня сурово. Смерил пронзительным взглядом, но все же поднялся из-за стола и протянул руку.

– Павел Лаврентьевич Тишин. Вижу, что слухи о вашей бесцеремонности, господин барон, ничуть не преувеличены. Моя секретарша сказала вам, что я никого не принимаю?

– Кажется, – улыбнулся я.

– Кажется, – вздохнул Тишин.

– А что это за ерунда с проверяющим из Столицы? – полюбопытствовал я. – За кого вы меня приняли?

Тишин махнул рукой.

– Не обращайте внимания. Этих крючкотворов надо время от времени гонять, чтобы не засиживались. Вот я и воспользовался слухами о вашем приезде, чтобы задать им жару.

– Понятно, – кивнул я.

Тишин гостеприимным жестом указал мне на кресло для посетителей, а сам сел за стол.

– Позвольте ваши документы.

Я протянул ему бумаги, удостоверяющие мои права на поместье. Тишин, никуда не торопясь, прочитал их. Читая, он забавно вытягивал губы трубочкой – как будто что-то беззвучно насвистывал.

– Что ж, бумаги в порядке, Никита Васильевич. Даже подпись его императорского величества на месте. Но я не могу сказать, что рад вашему приезду.

– Почему? – удивился я.

– Буду откровенен, – сказал Тишин. – Вокруг вашего поместья сложилась трудная ситуация. Прежний владелец, Никифор Юрьевич Белецкий, был никудышным хозяйственником.

Тишин наклонился через стол ко мне.

– Он много играл. Начал играть сразу после смерти жены – до этого она умудрялась держать его в узде. Но после похорон он словно с цепи сорвался. Каждую неделю ездил в Новгород – там есть игорные заведения.

– Почему вы говорите о нем в прошедшем времени? – прищурился я.

– Потому что уже неделя, как Белецкий пропал, – жестко ответил Тишин.

– Может быть, новгородские партнеры по игре его окончательно разочаровали, – с улыбкой предположил я. – И он решил прокатиться в Столицу?

– Может быть, – сухо согласился Тишин. – Думаю, что именно так все и есть. Услышав о передаче поместья вам, Белецкий сбежал. И этим поставил вас в очень трудное положение.

Демоны, сколько раз в своей жизни я слышал эти слова?

Усмехнувшись, я откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу.

– Павел Лаврентьевич, давайте ближе к делу. Что за трудное положение, и как оно касается меня?

– Вчера истек срок уплаты имперского налога на аномалии, – сказал Тишин. – Белецкий его не заплатил. По правилам, в течение недели я обязан сообщить об этом в казначейство Столицы. Казначейство пришлет повторный запрос на имя владельца поместья. Не получив ответа, обратится в суд с требованием конфисковать поместье и передать его в казну, или другому владельцу – на усмотрение его величества.

– То есть, мне? – уточнил я.

– То есть, нет, – покачал головой Тишин. – По вашим же документам, вы владеете поместьем уже больше недели. Значит, и налог должны платить вы.

– Это с чего вдруг?

Тишин снова вздохнул.

– Никита Васильевич, я понимаю, что ситуация несправедливая. Но вряд ли я смогу объяснить это казначейству. Их интересуют только деньги и документы. Честно говоря, и желания с ними объясняться у меня нет. Зато я могу дать вам хороший совет.

– Слушаю, – кивнул я.

Хороший совет редко чего-то стоит. Но выслушать его никогда не помешает. Поступить-то всегда можно по-своему.

– Просто откажитесь от поместья, – сказал Тишин. – Официально. Напишите письмо в казначейство, а лучше вернитесь в Столицу и сами сходите туда. Вас примут, я уверен. Укажите, что не знали о сложившейся ситуации. Уплатите налог за ту неделю, когда поместье по документам было вашим. И живите спокойно.

– Павел Лаврентьевич, – спросил я. – Вы хорошо расслышали мою фамилию?

– На слух не жалуюсь, – обиженно сказал Тишин. – Ваша фамилия Волков. И что? Погодите! Вы хотите сказать, что…

– Вот именно, – кивнул я. – Я не просто Волков. Я – тот самый Волков. Законный владелец этого поместья. И оно не передано мне по прихоти императора. Император восстановил мое законное право.

– Не верится, – покачал головой Тишин. – Просто не верится. Я читал вашу историю в Сети. Но считал, что это – обычное журналистское вранье, выдумка! А потом новости с Императорского турнира! Я ведь смотрел запись! Как же я вас не узнал?

Тишин вскочил из-за стола и пробежался по кабинету, изумленно разглядывая меня.

– Хотите чаю? – неожиданно предложил он.

– Лучше кофе.

– Екатерина Андреевна! – громко крикнул Тишин.

В кабинет заглянула секретарша. На ее лице застыл испуг.

– Принесите Никите Васильевич кофе, а мне чай, как я люблю.

– Одну минуту, Павел Лаврентьевич, – прошептала секретарша.

Бросила на меня любопытный взгляд и исчезла.

– Я редко кого-то чаем угощаю, – усмехнулся Тишин. – Вот ей и любопытно.

– Даже проверяющих из Столицы? – усмехнулся я.

– Их – тем более! – отрезал Тишин. – Дела у меня в порядке, взяток не беру и за место не держусь. У моего отца имение под Кишиневом, давно зовет дела принять. Так что служу, пока нужен. А как захотят убрать, сам уйду.

Он достал из ящика стола вазочку с пряниками и подтолкнул ее ко мне.

– Угощайтесь, Никита Васильевич! Надеюсь, вы не стали завтракать в гостинице? Иначе не завидую вашему желудку.

Я взял из вазочки пряник и протянул его в пустоту.

– Угощайся, Потап! Заслужил.

Мокрый язык коснулся моей ладони, и пряник исчез.

Тишин изумленно вытаращил глаза.

– Это кто, демон?

– Хуже, – вздохнул я. – Вечно голодный медведь.

Глава 4

Потап, довольный пряником и вниманием, тут же вывалился из Тени.

– Он нас не заметил, Никита! – радостно сообщил мне Умник. – Потап молодец, правда?

– Правда, – ответил я менталисту. – А теперь немедленно скройтесь! Если вы напугаете секретаршу…

Договорить я не успел.

Дверь кабинета открылась, и вошла Екатерина Андреевна с подносом, на котором стояли чашки, молочник со сливками, и что-то еще фарфоровое и хрупкое.

Первое, что она увидела – радостная медвежья морда.

– Медведь! – жалобным голосом воскликнула секретарша. – Мамочки!

После чего с грохотом выронила поднос и сама упала в обморок.

Осколки разлетелись по полу, брызги чая и кофе украсили стены кабинета. Я успел подхватить Екатерину Андреевну у самого пола и усадил в кресло.

– Воды! – раздраженно крикнул Тишин.

Довольный переполохом Потап немедленно исчез. И не просто исчез – он провалился так глубоко в Тени, что и за шкирку не вытащишь.

– Циклоп, проследи за этим обалдуем, чтобы не заблудился в Тенях, – велел я Циклопу.

А сам принялся приводить в чувство секретаршу.

Я брызнул ей в лицо водой из стакана, который подал мне Тишин. Девушка открыла глаза и обвела комнату затуманенным взглядом.

– А где медведь? – шепотом спросила она у меня.

Я сделал честное лицо.

– Какой медведь?

– Вам показалось, Екатерина Андреевна, – сочувствующим голосом сказал Тишин. – Вы слишком много работаете. Разрешаю вам завтра взять выходной. И покажитесь лекарю.

– Спасибо, Павел Лаврентьевич, – слабым голосом ответила секретарша.

Я помог ей добраться до диванчика в приемной и поручил одному из местных бюрократов позаботиться о девушке. Тишин тем временем сам сходил за кофе и чаем. А когда переполох улегся, и можно было продолжить разговор, мы обнаружили, что вазочка с пряниками пуста.

Потап не терял времени. Я крепко подозревал, что медведь специально напугал секретаршу, чтобы отвлечь нас от пряников. И наверняка он не сам это придумал – Умник ему подсказал.

Я хотел высказать Умнику все, что думаю о его выходках и правильном воспитании медведей-подростков. Но, поразмыслив, махнул на все рукой. Стоит ли из-за пустяков превращаться в зануду?

– Спасибо, Никита! – благодарно сказал Умник.

– Ты еще и мысли подслушиваешь? – возмутился я.

– Не мысли, а эмоции, – поправил меня Умник. – Это важно для Потапа. Он берет пример с тебя.

– Хочешь сказать, это я научил его воровать пряники?

– Ну, а как бы ты поступил на его месте? – рассудительно спросил Умник.

И я задумался.

Тем временем Павел Лаврентьевич открыл шкаф и достал из него бумажный кулек. А из кулька высыпал в вазочку новую порцию пряников.

– Мятные, – чуть виновато улыбнулся он. – У меня к ним слабость. Жена об этом знает, вот и покупает их мне.

– Я знаю, как минимум, одного медведя, который разделяет вашу страсть к мятным пряникам, – улыбнулся я.

– Поговорим о поместье, – предложил Тишин.

– Давайте, – согласился я.

– Никита Васильевич, раз уж вы лично знакомы с императором, то все проще простого. Доложите ему ситуацию с поместьем. Я со своей стороны подтвержу, что долг накопил Белецкий. Император даст казначейству распоряжение списать убытки и разыскать негодяя. Вот и все.

Тишин довольно улыбнулся.

– И мне не прилетит за утрату бдительности. Потому что я дважды писал в казначейство и настаивал, чтобы поместье конфисковали.

– А почему они не прислушались? – поинтересовался я.

– Потому что в последний момент Белецкий где-то доставал деньги. Но в этот раз, видимо, не достал. Вот и сбежал.

– Возможно, – допустил я. – Или ему помогли исчезнуть.

– Пока это только предположение, – покачал головой Тишин.

– Искать его бессмысленно, – задумчиво сказал я. – Вряд ли у него есть деньги. Разве что шкуру с него спустить.

– Сомневаюсь, что казначейство примет шкуру Никифора Юрьевича в качестве уплаты долга, – хмыкнул Тишин. – Но почему вы не хотите обратиться к императору?

Почему? Да потому что в таком случае я буду ему должен. Не в деньгах, но моральный долг на мне повиснет. И если император потом обратится ко мне с просьбой, которая мне не понравится, мне будет труднее ему отказать.

Не хочу я помощи от императора. Тем более, что сам еще не попробовал разобраться.

– Сколько денег задолжал Белецкий казне? – поинтересовался я.

– Четыреста тысяч рублей, – ответил Тишин.

Я сердито нахмурился.

Сумма была огромная. Пожалуй, я мог бы ее набрать – скажем, за полгода торговли легендарными мечами.

Но, демоны побери!

Я не собирался превращать поместье в бездонную дыру, куда уходят все доходы! Какой смысл?

– Сколько у меня времени? – спросил я.

– Я еще не отправлял письмо в казначейство, – пожал плечами Тишин. – Сделаю это в последний день. Затем вам пришлют бумаги оттуда – с официальным требованием долга и процентов. Вернее, бумаги пришлют мне, а я должен буду вручить их вам. Стандартный срок погашения долга и процентов по нему – месяц. После этого дело передадут в суд.

– Значит, месяц у меня есть? – уточнил я.

– Да, – кивнул Павел Лаврентьевич.

– Отлично!

– Никита Васильевич, я готов пойти вам навстречу еще в одном, – неожиданно сказал Тишин. – Если вы соберете нужную сумму не деньгами, а ресурсами, то я приму их у вас. Вернее, прослежу, чтобы их выкупил официальный скупщик. По той же цене, что и ресурсы из государственных аномалий.

– А вы сможете сами забрать их? – спросил я. – Ресурсы из аномалий я вынесу. Но найти транспорт – это тоже время.

– Стоимость аренды транспорта я удержу из ваших доходов, – предупредил Тишин. – Таковы правила.

– Справедливо, – согласился я.

Я поставил чашку на стол и поднялся. Все нужное было сказано, задерживаться дольше не имело смысла.

Павел Лаврентьевич тоже встал и протянул мне руку. Его рукопожатие было быстрым и крепким.

– Удачи вам, Никита Васильевич!

– Спасибо, – кивнул я.

Посмотрел на вазочку с пряниками и улыбнулся.

– А где ваша жена покупает пряники?

– В продуктовой лавке, – удивленно ответил Тишин. – Тут, недалеко.

– Другими продуктами они торгуют?

– Конечно. Наш повар постоянно закупается у них. Я запишу вам адрес.

Тишин вырвал листок из блокнота и твердым почерком написал на нем несколько строк. Я сунул листок в карман и нащупал там плотную картонку.

Визитка, которую мне дал купец.

– Вы знаете купца Шкурова? – спросил я Павла Лаврентьевича.

– Конечно, – нахмурился Тишин. – Известный новгородский прохиндей. Но богат, и с хорошими связями в Столице. Не вздумайте с ним связаться – обдерет до нитки.

– Благодарю за предупреждение, – улыбнулся я. – Идем, Потап!

*****

Лавка располагалась на первом этаже жилого дома по соседству с городской площадью Холмска. Через высокие арочные окна я увидел ряды открытых прилавков. К каждому стояла очередь из покупателей – хороший признак! Товары лавки пользовались спросом у жителей Холмска.

Самое подходящее для меня место! Я хотел договориться о доставке продуктов в поместье, чтобы не тратить время на поездки в Холмск и обратно. А иметь дело с одним поставщиком куда удобнее.

– Давай договоримся, Потап! – строго сказал я невидимому медведю. – Если тебе захочется колбасы или конфет, ты не будешь их воровать, а скажешь мне. И я их тебе куплю.

– А что, и так можно? – обрадовался Умник.

– Можно, – подтвердил я. – Если не наглеть.

– Потап не наглый, – заверил меня демон. – он хороший. Просто растет, и все время хочет есть и играть.

– Да я понимаю, – улыбнулся я. – Слушай, Умник! А тебе не кажется, что медвежонок тоже на тебя влияет? Раньше ты был намного рассудительнее.

– Похоже на правду, – подумав, признал Умник. – Но мне это нравится.

– Это закон Ньютона, – вмешался в разговор Проныра. – В жизни все так устроено.

– Я чувствую себя живым, – объяснил менталист. – Поразительное ощущение!

– Очень рад за тебя, – хмыкнул я. – Но мы договорились насчет конфет и колбасы?

– Конечно! – заверил меня Умник.

– Тогда идем!

Я вошел в лавку и улыбнулся симпатичной продавщице за одним из прилавков.

– Добрый день, – сказал я. – Могу я видеть хозяина лавки?

– Конечно, – кивнула девушка.

В ее ответной улыбке не было никакого беспокойства – только искреннее дружелюбие.

Продавщица обернулась к двери, которая вела в служебные помещения лавки, и позвала:

– Семен Евграфович! Тут вас спрашивают!

– Иду! – басом откликнулся из-за двери невидимый Семен Евграфович.

Через мгновение он появился сам. К моему удивлению, это был не пожилой торговец, а парнишка лет четырнадцати-пятнадцати. К тому же, огненно-рыжий. На конопатой физиономии Семена Евграфовича хитро щурились ярко-зеленые глаза.

– Слушаю вас! – солидно сказал парнишка.

Я поневоле улыбнулся – настолько по-взрослому он держался.

– Барон Волков, – сказал я. – Это твоя лавка?

– Лавка принадлежит моему отцу, – неторопливо ответил парнишка, – а я ей управляю. Что угодно вашей милости?

В нем не было ни приторной любезности, ни услужливости. Этот парень явно знал себе цену и не собирался заискивать перед аристократом.

Это мне понравилось.

– Я хочу заказать у вас доставку продуктов в свое поместье. Это возможно?

– Конечно, – невозмутимо кивнул Семен Евграфович. – Доставка разовая или постоянная?

– Постоянная, – решил я. – Скажем, через день.

– Тогда вам полагается десять процентов скидки, – обрадовал меня парнишка. – А если маршрут в поместье удобный, и водителю не придется делать крюк, то и на доставке сэкономите.

– Вы всегда так заботитесь о покупателях? – удивился я.

– Разумеется.

– Это мне нравится, – улыбнулся я.

– Всем нравится, – солидно подтвердил парнишка. – Список продуктов у вас есть?

Я задумался. После рассказа Тишина я примерно предполагал, в каком состоянии найду поместье. Возможно, там даже и электричества нет.

Поэтому заказал самый простой список продуктов – из тех, которые можно хранить просто на кухне, а приготовить хоть на костре.

Семен Евграфович все обстоятельно записал и посоветовал мне добавить к покупкам твердый сыр.

– Он прекрасно хранится в прохладном помещении, – сказал парнишка. – Как я понял, вас заботит именно это?

– Правильно понял, – пораженно хмыкнул я.

– Куда доставить заказ? – спросил Семен Евграфович.

– Поместье Волково.

– Знаю, как же! – прищурился Семен Евграфович. – Выходит, вы и есть знаменитый барон Волков из Столицы?

– Выходит, так, – улыбнулся я.

– В таком случае, я не стану включать в счет ливерную колбасу, которую стащил ваш медведь. Запишу, как подарок от лавки новому покупателю.

– Умник! – строго сказал я. – Мы же договаривались!

– Прости, Никита! – виновато ответил демон. – Она так вкусно пахла!

– Ага, – кивнул я. – А еще ее так весело было украсть, знаю. Но вас поймали с поличным.

И удивленно взглянул на рыжего.

– Ты видишь медведя?

– Конечно, – с достоинством ответил Семен Евграфович. – Я же не слепой.

Ты-то не слепой. А вот медведь – невидимый. Я точно знал, что во время нашего разговора Потап не выходил из Тени.

Приглядевшись к парнишке, я увидел, что в нем тлеет огонек магического Дара. Парень был теневиком, хоть и совсем слабым. Вряд ли он сам мог входить в Тень. Но видел в Тенях и сумел разглядеть Потапа.

– Семен Евграфович, – спросил я. – У тебя в роду были Одаренные?

– Откуда, ваша милость? – степенно возразил парнишка. – Род у нас купеческий, старинный. Но магией никогда не баловались.

И все же, ты одаренный. А магический дар передается только по наследству, других путей нет. Хотя, и не всегда он проявляется в каждом поколении.

– Мне удобнее, чтобы продукты привозили утром, – решил я. – Скажем, часам к десяти.

– Как вам будет угодно, – кивнул Семен Евграфович и записал время.

– Кстати, у тебя есть магический дар, – улыбнулся я. – Ты слабый маг Тени.

Рыжие брови парнишки удивленно приподнялись.

– Шутите, господин барон?

– Нет, – хмыкнул я. – Не шучу.

– Спасибо, ваша милость. Я правильно понимаю, что вы еще не были в поместье? В таком случае, я могу отправить продукты уже сегодня вечером, чтобы вы не остались без ужина. А также добавлю к списку другие необходимые товары. Трудно сразу предусмотреть все.

– Договорились, – кивнул я. – Скажи, а бывший владелец поместья Белецкий тоже заказывал у вас продукты?

Парнишка презрительно скривился.

– Пытался. Мы привезли ему заказ, а он отказался платить. Да еще и скандалил. Ну, я и послал его к черту. А кто бы не послал?

– Понятно.

Я расплатился с Семеном Евграфовичем, ухватил Потапа за ухо и вышел из лавки.

– Идем, клептоман! Пора заняться делом, времени у нас мало.

*****

Чтобы не пугать еще одного извозчика, я решил добраться до поместья через Тени. Местность я помнил очень приблизительно, но вряд ли она сильно изменилась. Не заблужусь!

Я шагнул в Тень. Мир вокруг привычно потускнел. Краски выцвели, а звуки, наоборот, стали отчетливее – слух обострился.

Интересное ощущение!

Пятна теней на мостовой потемнели. Между Тенью и солнечным светом пролегли четкие границы.

Я шагнул еще глубже – в зеленоватый сумрак, за границу материального мира. Здесь оставались только четкие Тени и тусклые пятна света.

А потом представил себе мост через речку Кунью. Мы проезжали по нему вчера, по дороге из Новгорода в Холмск.

Мощные металлические фермы. Нагретые солнцем перила, на которых шелушится пыльная темно-зеленая краска. Глубокий овраг под мостом, густо заросший черемухой. Медленно текущая темная вода.

Я увидел все это, словно наяву. А потом пошел через Тени и вышел к нужному месту.

Все было именно так, как я себе представлял. В темной воде медленно колыхались длинные зеленые нити водорослей. Перила нагрелись от летнего солнца, пахло черемухой и полевыми цветами.

Высоко в небе, раскинув крылья, кружил ястреб – он высматривал мышей.

– Потап, за мной!

Я спустился по крутой тропинке под мост, подальше от случайных любопытных глаз. Щелчком пальцев развоплотил Умника – медвежонок при этом удивленно потряс головой и недовольно зарычал. Я потрепал его между ушами.

– Сейчас познакомишься с Киловольтом, он научит тебя бросать молнии. Только не подожгите лес. Киловольт, ты готов?

– Конечно, Никита! – заверил меня демон Молнии. – Я буду осторожен.

Его голос напоминал ворчание далекой грозы.

– Умник тоже так говорил, – улыбнулся я. – Но этот медведь расшевелит, кого угодно.

Еще один щелчок, и демон Молнии воплотился в медведя.

Потап встал на задние лапы и грозно рыкнул. По его когтям пробежали синие искры.

– Настоящее чудовище, – довольно сказал я.

– А что делать мне, Никита? – нетерпеливо спросил менталист.

– Твоя задача, Умник, отыскать всех подходящих зверей в этом лесу. Заворожить их и привести ко мне. Людей не трогай, они пока не нужны. Хотя… Ты ведь можешь не только привлекать, но и отпугивать?

– Могу, – заверил меня менталист.

– Вот и хорошо. Если увидишь людей, внуши им, что находиться в этом лесу опасно. Пусть держатся от него подальше. Только не доводи до панического ужаса. Легкого беспокойства и тревоги будет вполне достаточно.

– Понял, Никита!

– Тогда действуй.

Щелчком пальцев я воплотил Умника в ястреба. Птица лениво взмахнула широкими крыльями и полетела над верхушками деревьев.

– Как ощущения, Умник?

– Потрясающе!

– Ну-ка, покажи! – потребовал я.

И тут же увидел лес сверху – он был похож на волнующееся зеленое море. Ощущения почти как во время полета на дирижабле. Только тогда земля была далеко, а теперь – вот она, рядом!

– Вижу синицу, – доложил Умник.

– С такого расстояния? – удивился я.

Картинка мгновенно приблизилась. Я отчетливо увидел желтогрудую птицу, которая бойко прыгала с ветки на ветку. Вот синица заметила прозрачного паучка, который полз по шершавой коре. Примерилась и быстро долбанула его клювом.

Вот это зрение! Я даже позавидовал ястребу.

– Нет, синица не нужна, – решил я. – Ищи тех, кто покрупнее – зубастых, рогатых, когтистых и ядовитых. Все пригодятся!

– Понял, Никита! Сделаю!

– Потап, идем! – кивнул я медвежонку. И не спеша, пошагал по тропинке вдоль берега Куньей. Ястреб летел чуть впереди.

От моста до поместья было километров пять или шесть, если идти вдоль реки через лес.

Отличная получится прогулка!

Глава 5

У меня в запасе была целая куча демонов. В том числе, и тех, которых я освободил от Зигфрида. И все они желали хотя бы на время почувствовать себя не бесплотными душами, а существами из плоти и крови.

Этим я и воспользовался.

Умник парил надо мной в выцветшем летнем небе. Не сам по себе, а воплощенный в ястреба.

Я слышал успокаивающее, чарующее бормотание демона-менталиста. И не только я – его слышали и воспринимали все живые существа в окрестностях.

Первой на тропинку выползла гадюка – серая, с черной зигзагообразной полосой на чешуйчатой спине. Свернулась кольцом на сухих листьях, приподняв маленькую треугольную голову.

Незаметная в траве, но ядовитая и смертоносная тварь. Бесшумный и хладнокровный убийца.

На мой взгляд, в компанию гадюке отлично подходил демон Природы. Эти ребята не слишком кровожадны, как и змеи. Но зато прекрасно разбираются в ядах.

И такой демон у меня был. То ли я отобрал его у Зигфрида, то ли убил в какой-то из аномалий, которые закрывал, когда был ликтором.

Честно говоря, я не очень хорошо это помнил. Демоны тоже бывают общительными и молчаливыми. Некоторые стали моими компаньонами, других я использовал как источник магии.

Такова жизнь, тем более, что сами демоны были не против.

– У тебя есть имя? – спросил я демона.

– Ботаник, – застенчиво прочмокал он.

– Неплохо, – оценил я. – Как тебе идея воплотиться в змею?

Ботаник с радостью согласился.

– Она незаметная, – довольно сказал он. – И хорошо чувствует запахи.

– Учти, это не насовсем, – предупредил я демона. – Относись к воплощению, как к прогулке и не огорчайся, когда придется вернуться домой.

– Хорошо, – согласился демон.

Я щелкнул пальцами и воплотил демона Природы в гадюку. Глаза змеи вспыхнули желтым огнем. Она подняла голову и негромко зашипела – не угрожающе, а просто пробуя голос.

– Я чувствую твое тепло, – сказал демон. – И вибрацию твоих шагов.

– Ну, и отлично! – подбодрил я его. – Будешь охранять поместье от нежелательных гостей. Ползи за мной!

– А как отличить нежелательных гостей от желательных? – уточнил демон.

– Хороший вопрос, – одобрительно кивнул я. – Сообщай о любых гостях и показывай их мне. Я сам решу. Ну-ка, покажи мне, что ты видишь!

И увидел самого себя глазами змеи. Высокая фигура на фоне неба, переливающаяся разными цветами – в зависимости от температуры тела. Но можно было различить лицо и общие контуры одежды – а что еще нужно?

Картинка резко дернулась в сторону, и я увидел когтистую медвежью лапу – близко-близко!

Лапа осторожно тянулась к змее.

Я разорвал контакт с демоном и шикнул на Потапа:

– Оставь Ботаника в покое! Он не еда и не игрушка!

Потап неохотно послушался, хотя по его хитрому взгляду было видно, что медвежонок со мной в корне не согласен.

Змей в лесу оказалось немало, и всех их Умник выгнал на тропинку. Я осторожно шагал, глядя под ноги и стараясь не наступить на гибкие длинные тела. Черных ужей с желтыми пятнам на шее я отпускал – толку от них немного. Зато еще в пятерых гадюк воплотил демонов Природы.

– Хватит змей, Умник! – решил я. – Поищи кого-нибудь другого.

Потап остановился и предупреждающе зарычал. На тропинке неподвижно стоял волк. Мускулистый и поджарый, он был ростом почти мне по пояс.

Волк, не мигая, смотрел на меня пронзительным взглядом. Настоящий хищник!

– Циклоп, кто у нас есть из демонов Огня? – спросил я, любуясь волком.

– Я! – прорычал вместо Циклопа незнакомый голос.

Он был хриплым от волнения.

– Как звать?

– Огневик!

– Запомни, Огневик! Магическим штукам волка не учить, огнем из пасти не плеваться. Только в крайнем случае. На других демонов не нападать!

– Понял, Никита! – нетерпеливо прорычал Огневик.

Я щелкнул пальцами и вселил демона в волка. Волк припал к земле, широко расставив передние лапы, и оскалился.

– Хорошо! – раздался у меня в голове голос демона.

– Твоя задача – искать аномалии на моей земле. Вот карта.

Я как можно отчетливее представил себе карту поместья, которую заботливо приготовила для меня Кира. И разрешил демону увидеть мое воспоминание.

– Разберешься?

– Я справлюсь, Ник! – заверил меня демон Огня.

– Если увидишь рядом с аномалиями людей или еще что-нибудь интересное, сразу сообщай мне.

Волк повернулся и бесшумно исчез за деревьями.

– Умник, нужно несколько птиц, покрупнее, – сказал я демону-менталисту. – Демоны Воздуха ждут своей очереди.

– Сейчас сделаю, – отозвался менталист.

Он замечательно справился с задачей, посадив на реку целую стаю уток. Щелкая пальцами, я вселил в них демонов Воздуха. Утки с шумом сорвались с воды и унеслись, сверкая синими и зелеными пятнами на быстро машущих крыльях.

– Никита! – в голосе Умника я услышал волнение. – Здесь орел, настоящий!

– Держись от него подальше, Умник! – предупредил я.

Но тут же поддался азарту.

– А сможешь с ним справиться?

– Я смогу, Никита! – без колебаний ответил Умник.

Бормотание менталиста стало громче.

– Получается! Он летит к тебе!

И я увидел фантастическую картину.

Над самыми верхушками высоких елей величаво плыл орел. Широкие крылья легко держали его в воздухе, лишь чуть-чуть подрагивая под порывами ветра. Голова орла отливала золотистым блеском.

А над ним кружился ястреб. Он был в несколько раз меньше орла. И тем не менее, вел его ко мне.

– Ну, ты даешь Умник! – восхитился я.

Да, для этой птицы был нужен особенный демон. И такой у меня был – белый дракон Воздуха.

– Думаю, тебе подойдет имя Ураган, – сказал я дракону. – Что скажешь?

– Мне нравится, – помедлив, ответил дракон.

– Орел тебе подходит?

– Да! Я соскучился по полету.

– Ну, иди, погуляй!

Орел взмахнул крыльями, набирая высоту.

– Хорошо! – вздохнул Ураган. – Снова небо и свобода!

– Держи связь с остальными демонами Воздуха, – предупредил я его. – Найдите все аномалии. Сверху порталы должно быть хорошо видно. Кроме того, я хочу в любое время знать, кто ходит по моей земле.

– Тогда тебе нужно несколько ночных птиц, – посоветовал Ураган. – Здесь водятся совы. Я вижу одну из них.

Зрение орла было еще острее, чем у ястреба.

– Хорошая идея, – одобрил я. – Ночью займемся совами.

Я предвкушающе ухмыльнулся. Кто сказал, что у меня нет команды? Команда просто отличная – сильная, умелая и преданная. Теперь по моей земле мышь не проскочит незамеченной.

– Кто у нас еще остался без дела? – спросил я. – Демоны Воды и демоны Земли? Умник, в реке есть рыба?

– Рыбы полно, Никита! – заверил меня демон.

– Отлично! Переключайся на нее.

Через полчаса в реке плескалось несколько моих шпионов. Я предупредил демонов Воды, чтобы не слишком увлекались ловлей стрекоз и держались поближе к поместью.

– Там должен быть старый деревянный мост, – объяснил я. – Если только он еще не развалился. Вот, около него и плавайте.

И задумался, в кого бы воплотить демонов Земли. Оставлять их без работы не хотелось – пусть команда будет, как можно больше.

И тут Умник очень вовремя вывел на меня целое стадо пронзительно хрюкающих кабанов. Стадо вел вожак – огромный, с крутой холкой и длинными загнутыми клыками.

– Голем, этот зверь тебе отлично подойдет! – сказал я своему демону Земли. – Держитесь поближе к аномалиям, которые найдут Ураган и Огневик. Отгоняйте людей, но осторожно. Помни, что у них могут быть ружья.

– Все будет в порядке, Ник! – прогрохотал Голем. – Смотри, как я могу.

Круглые, окатанные водой валуны на берегу Куньей сами собой зашевелились, собираясь в неуклюжую фигуру. Кабан одним своим пронзительным взглядом заставлял камни шевелиться, собирая из них истукана.

– Ничего себе! – удивился я.

– Кроме того, я могу сделать шкуру этого зверя еще крепче. Никакая пуля его не возьмет.

– Вот, и прекрасно! – кивнул я. – Думаю, очень скоро люди будут обходить этот лес стороной. Особенно, команды грабителей аномалий.

Напоследок Умник выгнал из кусов недовольно фыркающего барсука.

– Он прятался в норе, – объяснил менталист. – а я подумал, что этот зверь может пригодиться. Посмотри, какие у него когти!

Я задумался, кого из демонов воплотить в барсука. Зверь, который может хорошо и долго копать, всегда пригодится.

– Проныра, может, ты хочешь побыть барсуком? – предложил я маленькому демону Огня. – Поможешь Живчику вырыть пруд в саду.

– С удовольствием, Ник! – откликнулся Проныра.

Но тут Потап устал вести себя хорошо. Ослепительно-белая молния сорвалась с когтей медвежонка и ударила в землю перед барсуком.

Барсук подпрыгнул, возмущенно заверещал и с треском скрылся в кустах.

– Киловольт! – простонал я, загибаясь от смеха. – Быстро этот медведь научил тебя плохому!

Я шел по тропинке, а за мной шли, ползли, бежали и летели разнообразные звери и птицы. Демоны, да я похож на того колдуна из сказки, который с помощью волшебной дудочки вел за собой крыс!

Скоро начались знакомые места. Я помнил их еще с детства. Воспоминания были смутными, но сердце не обманешь.

Даже воздух здесь был другой – знакомый, сладкий.

Я вернулся домой!

А еще я побывал здесь совсем недавно – когда вместе с Убийцей охотился за демоном Жадности в его аномалии.

Вот и земляника!

Спелые ягоды рассыпались в зеленой траве, словно капли крови. Я наклонился и стал собирать их в ладонь. Конечно, Потап был тут как тут! мокрый нос медвежонка ткнулся в мою руку, требуя свою долю лакомства.

– Ешь, утроба ты ненасытная! – улыбнулся я, протягивая ягоды медвежонку.

Потап мигом слизнул их длинным розовым языком. И снова просительно уставился на меня.

– Фиг тебе! – сказал я. – Ты уже почти взрослый медведь, вот сам и собирай себе ягоды.

Потап вывалил язык, показывая, что он устал, и ему жарко. Но я был непреклонен.

– Сам, сам! Иди, искупайся, если жарко!

Обрадовавшись новой забаве, медвежонок кубарем скатился с обрыва, приминая лопухи, и плюхнулся в воду, как пушечное ядро. Во все стороны разлетелись брызги, мелкая рыба и перепуганные лягушки.

– Жаль, Убийца, что ты не можешь воплотиться в живое существо, – сказал я демону Смерти. – Посмотрел бы, как здесь все на самом деле.

– Я вижу твоими глазами, Никита! – просвистел демон Смерти. – Это ничуть не хуже.

– Наверное, – согласился я.

– Но если хочешь, ты можешь убить какого-нибудь зверя, и воплотить меня в него, – предложил демон.

– Думаю, мы пока обойдемся без этого, – хмыкнул я. – Ходячие мертвецы плохо сочетаются с солнечным летним днем. Во всяком случае, я так себе это представляю. Вот если Умник увидит сверху чей-нибудь скелет – тогда воплощайся на здоровье!

Когда мы подошли к знакомому повороту, сердце у меня забилось чаще. Еще несколько шагов по тропинке – и впереди покажутся те самые старые ивы.

А если к ним, и в самом деле, привязаны качели? А на них, весело смеясь, качается синеглазый мальчишка?

Что я ему скажу? Как объясню, кто я, и зачем пришел в его дом?

Вечные демоны!

После своего перемещения из прошлого через аномалию Смерти, я мог ожидать, чего угодно!

Даже встречи с самим собой.

Я хмыкнул, прибавил шаг и вышел за поворот тропинки.

Качелей не было. Но ивы уцелели, только стали еще толще. А в одной из них у самых корней появилось большое дупло. Я сунул в него руку почти по локоть и набрал полную горсть мягкой древесной трухи.

А еще на толстых ивовых сучьях я увидел почти заплывшие отметины. Когда-то давно их оставила веревка, на которой висели качели.

Тропинка, которая вела к дому, заросла густым кустарником. Поэтому я прошел дальше вдоль берега – туда, где над рекой виднелся старый деревянный мост.

Надо же, он уцелел!

Доски настила сгнили и кое-где окончательно провалились. Но на другой берег вполне можно было перебраться, балансируя на высохших деревянных балках – они выглядели достаточно крепкими.

Ничего, со временем починю и мост! Думаю, окрестностях поместья найдется бригада толковых плотников, которые хотят заработать.

Вымощенная плоскими камнями дорожка тоже сохранилась. В щелях между камнями росла жесткая трава.

Я пошел по дорожке к дому, но остановился, почувствовав изменение магического фона. Искажение шло откуда-то слева, его источник был неподалеку.

Я раздвинул кусты и увидел вкопанный в землю короткий столбик, толщиной в человеческую руку и высотой мне по колено.

Судя по не успевшей пожелтеть древесине, столбик был вытесан недавно. Может, пару недель назад.

Кто-то вырезал его, принес сюда и вкопал в землю. Зачем?

Искажение магического фона шло отсюда.

Я обошел вокруг столбика и увидел грубо вырезанное из дерева лицо. Даже не лицо – свирепую оскаленную морду. Как будто кто-то взял за образец одного из демонов пострашнее.

Судя по яркому магическому фону, передо мной явно был артефакт.

Я присел на корточки и осторожно поднес ладони к дереву – так, чтобы не коснуться его. Потап немедленно сунул к моей находке свой любопытный нос, но я шуганул медвежонка без всяких церемоний.

– Брысь!

Так, что тут у нас?

Зеленоватые нити магии Природы переплетались с дымчатыми нитями магии Теней. Нахмурившись, я попытался сообразить, что означает такое сочетание.

Вряд ли это ловушка – в любой ловушке так или иначе заключена стихийная магия. И оживать этот столбик не должен, иначе в плетении была бы магия Жизни.

Оставалась только одна идея. Это следящий артефакт. Его установили для наблюдения за дорожкой. Кто-то очень любопытный хотел знать, кто по ней ходит.

А может быть, и другие подробности.

Это мне не понравилось.

Каких демонов на моей земле неизвестные устанавливают следящие артефакты?

Не люблю, когда за мной шпионят.

Не раздумывая, я щелкнул пальцами. С моей ладони сорвался огненный шар и ударил в сухое дерево. Оно сразу же вспыхнуло бледным пламенем почти без дыма.Я подождал, пока артефакт сгорит. Когда от него осталась только черная головешка, магический фон мигнул и пришел в норму. Теперь это был только обгоревший кусок дерева. Магия Огня без остатка разрушила магическое плетение артефакта.

Тогда я плеснул в него водой, чтобы погасить огонь. А для верности добавил еще и заклинание льда.

Головешка покрылась инеем. По нему медленно потекли мутные грязные капли.

Я поморщился.

Теперь предстоит обыскать дом и сад – наверняка найду еще артефакты.

Магическое плетение было необычным – витки шли против часовой стрелки. Я отметил это почти машинально, когда задумался, как бы сам изготовил что-то подобное.

Кстати, и этим тоже надо будет заняться. Поставить вокруг дома следящие артефакты собственной работы.

Не полагаться же только на демонов? Кроме того, они пригодятся мне для других дел.

– Никита, – предупредил меня Умник. – По дороге к дому едет какая-то машина.

Да, от парящего в высоте ястреба ничто не укроется!

Я и сам уже слышал негромкий рокот двигателя.

– Что за машина, Умник?

– Фургон, – ответил менталист. – На борту написано “Продуктовая лавка Мальцевых”.

Ясно. Это рыжий Семен Евграфович выполнил свое обещание и прислал мне запас продуктов. Надо встретить водителя, пока он не укатил. А то останемся мы с Потапом без ужина.

Я заторопился к дому, ржавая крыша которого виднелась между деревьями.

Но, выйдя к ограде старого сада, все же замедлил шаг.

Четкий силуэт двухэтажного деревянного дома вырисовывался на фоне летнего неба.

Широкая веранда у крыльца, крытая плоской крышей. На ней отец велел поставить кресло – он любил сидеть на воздухе по вечерам.

Высокие угловые башенки делали дом похожим на замок. В одной из башенок – левой – была устроена винтовая лестница, которая вела на чердак.

А вот крайнее окно на втором этаже – это моя комната. Рядом комната брата, ее окна выходят на другую сторону дома, к дороге.

Я дома, чертовы демоны, я дома!

Выкрашенный серой краской фургон остановился ровно напротив крыльца, звонко и протяжно посигналил.

Затем хлопнула дверца. Из кабины, не торопясь, вылез сам Семен Евграфович – рыжие волосы спрятаны под кепкой с длинным козырьком.

– Господин барон! – громко позвал он. – Ваша милость, вы дома?

Глава 6

– Ну, и разруха здесь, господин барон, – солидно сказал Семен Евграфович, неторопливо оглядывая разросшийся сад. – И ни одной живой души.

В поместье, и в самом деле, было пусто. Ни хозяина, ни слуг. Даже собаки не было – хотя возле распахнутых ворот стояла пустая собачья будка. От нее по земле тянулась ржавая цепь с расстегнутым ошейником.

Пустой дом таинственно поблескивал темными стеклами.

Как будто люди покинули поместье настолько давно, что и все следы их пребывания исчезли.

Вдоль забора рос высокий бурьян вперемешку с колючками. Яблони в саду сильно разрослись, их давно никто не обрезал. Ветки клонились к земле под тяжестью мелких зеленых яблок.

Я дотянулся и сорвал яблоко. С трудом откусил – настолько оно было твердое.

Ну и кислятина!

– Ну, вот и твой сад, Живчик! – сплюнув, сказал я демону Природы. – Все, как я тебе обещал.

– Здесь хорошо, Никита, – неожиданно ответил Живчик. – Мне нравится. Мы с Ботаником и другими приведем все в порядок. Ты же наймешь работников? Можно воплотить в них демонов, и тогда им ничего не придется объяснять, они сами почувствуют, что нужно делать.

– Полегче, Живчик! – хмыкнул я. – Не хватало еще расплодить в поместье Одержимых садоводов. Давай-ка, отправь демонов осмотреть сад и двор. Пусть поищут следящие артефакты. Ну, деревянные столбики, вроде того, который я сжег. Только скажи им, чтобы не трогали эту дрянь, я сам разберусь.

– Хорошо, Никита! – ответил Живчик.

– С новосельем вас, ваша милость! – с серьезным лицом сказал Семен Евграфович.

Но зеленые глаза на конопатом лице плутовато блеснули. Сразу и не поймешь – то ли парнишка шутил, то ли говорил серьезно.

– Тебя жандармы не останавливают, когда видят за рулем? – спросил я. – Сколько тебе лет, пятнадцать?

– Четырнадцать, – с достоинством ответил Семен Евграфович. – А чего такого? Уездные жандармы меня знают, я с десяти лет продукты вожу. Езжу спокойно, не лихачу.

– Ну-ну, – улыбнулся я. – Ладно, показывай – что привез.

Фургон оказался полон под завязку. Мы с Семеном выгрузили коробки прямо на траву.

– Погоди, – сказал я. – Сейчас дом открою.

Я поднялся на крыльцо и дернул дверь – она оказалась заперта. Ожидаемо!

Может, Белецкий запасной ключ оставил? Ну, не мог же он просто бросить поместье!

Привстав на носки, я пошарил рукой за верхним косяком – ничего там не было, кроме паука, который пробежал по моей руке и забился в щель между бревнами.

Тогда я дернул дверь посильнее. С легким треском она оторвалась от петель и осталась у меня в руках.

– Добро пожаловать домой, Никита Васильевич! – пробормотал я себе под нос. Отодвинул дверь и прислонил ее к стене.

– Семен, заноси коробки!

– Странно это, ваша милость! – сказал Семен, поставив первую коробку на пол кухни. – Похоже, тут лет двадцать никого не было, не меньше.

Окинув взглядом кухню, я согласился с парнем. На окнах и под потолком висели длинные гирлянды пыльной паутины. Ее украшали засохшие трупики мух со скорбно поджатыми лапками.

Толстый слой пыли лежал на мебели, а в доме стоял затхлый запах, который бывает в помещении, где очень давно не открывали окна.

Именно это я и сделал – осторожно выдернул щеколды из пазов и настежь распахнул ветхие створки. Свежий ветер и солнечный свет ворвались в дом, и на душе сразу стало веселее.

Белецкий здесь не жил, и даже не бывал – это было мне совершенно ясно. Но почему Тишин ничего об этом не сказал? По его словам, Никифор Белецкий пропал всего неделю назад.

Странно.

Ладно, разберусь!

Хотя, что здесь разбираться? Исчез – и демоны с ним, мне не придется выгонять нерадивого наследника.

– Стены крепкие, – одобрительно сказал Семен, ковыряя пальцем оконную раму. – а остальное починить можно. Господин барон, хотите – я вам толковую бригаду мастеров найду? Ремонт делают на совесть, и берут недорого. Они нам с отцом помещения под лавки ремонтируют. Я с ними договорюсь, они с вас лишнего не возьмут.

– А ты за это что хочешь? – улыбнулся я.

Насколько я успел узнать Семена Евграфовича, он никогда не упускал свою выгоду. И правильно! С такими людьми работать проще всего – они не преподносят сюрпризов.

– То, что вы сказали про магию – это правда? – спросил Семен. – У меня, на самом деле, Дар?

– Ага. Но ты не сильно радуйся. Это магия Тени, не стихийная. Огненные шары и ледяные стрелы ты швырять не сможешь.

– А мне и не надо, – спокойно ответил Семен. – Баловство это. А магический Дар – дело полезное. Это талант! Его развивать надо. Талант в жизни всегда пригодится.

– Верно мыслишь, – одобрительно сказал я.

– Господин барон, возьметесь меня учить? – нетерпеливо спросил Семен. – А я для вас с мастерами договорюсь. И продукты буду бесплатно возить. Вам свой человек в городе пригодится.

– Еще как, – кивнул я. – Поэтому бесплатно не надо. Так и договоримся – ты мне поможешь наладить связи в городе, а я тебе заплачу деньгами и научу владеть талантом.

– Договорились! – обрадовался Семен.

– Готов приступить к учебе? – улыбнулся я.

– Готов, – кивнул парнишка. – Только коробки перенесу в дом.

Мы быстро перетащили на кухню коробки с продуктами. А потом я отвел Семена Евграфовича в сад – там на землю падала четкая тень от дома.

– Смотри! – сказал я.

Поднял с земли Тень и шагнул в нее. Повеяло холодом, свет вокруг померк.

Я видел, что Семен растерянно оглядывается вокруг – для него я просто неожиданно исчез. Подбежал обрадованный Потап и тоже нырнул в Тень – с разбега, как в воду. Медвежонок относился к магии, как к веселой игре.

Постояв минуту в Тени, я снова вышел в реальный мир. За мной выскочил и Потап.

– Здорово! – искренне сказал Семен. – Я тоже так смогу?

– Медведь может, и ты научишься, – кивнул я. – Дай-ка руку!

Я сжал запястье парнишки и снова шагнул в Тень, уводя его за собой.

– Здесь холодно, – Семен зябко поежился. – И темно. Как будто солнце за тучу зашло.

– Это Тени, – кивнул я. – Только первый слой.

– А есть и другие?

– Есть. Сколько их, я не знаю. До дна еще не доходил. И ты пока не пробуй. Привыкай постепенно.

Я выдернул Семена обратно в мир.

– Запомнил ощущения? Попробуй повторить сам. Не думай, как это получилось у меня. Просто попробуй.

И вот тут Семена поджидала неудача. Сколько он ни пробовал, Тень никак не хотела ему подчиняться.

Рыжий пыхтел, сурово хмурил брови – в общем, старался изо всех сил. Но ничего не получалось.

– Не выходит, – разочарованно сказал он.

– А почему?

– Да откуда же я знаю? Что-то внутри мешает.

Это я видел. Магический Дар Семена вел себя странно – он то вспыхивал ярко, то тускнел.

– Может, у меня Дар слабый? – разочарованно вздохнул парнишка. – Но все равно. Спасибо вам, господин барон!

Когда Семен произнес эти слова, огонек его Дара угас почти совсем. Он превратился в крохотный тлеющий уголек.

– Погоди, Семен Евграфович, – сказал я. – Не падай духом. Ты ведь только сегодня узнал о своем магическом даре. Поживи с этой мыслью, привыкни к ней. Столица не сразу строилась.

– Думаете, дело в этом? – с надеждой спросил Семен.

Я пожал плечами.

– Демоны его знают. У меня Дар тоже открылся поздно. И так же, как у тебя, сначала ничего не получалось.

– Правда, господин барон?

– Правда, – кивнул я.

Обычно магический Дар просыпается у одаренного в возрасте пяти лет. Иногда и раньше. Другие случаи бывают редко.

У меня от проснулся только накануне седьмого дня рождения. И целых два года мой отец не скрывал своего разочарования. Он был настолько обижен на судьбу, что перестал замечать меня. Я был его неудачей, напоминанием о разбитых надеждах. Может, он и старался это скрыть, вот только у него плохо получалось. По крайней мере, я все прекрасно чувствовал.

Мне повезло – отец просто не успел вырастить во мне чувство вины. Если честно, я вообще не понимал, в чем виноват – ну, нет у меня магического Дара, и что?

Хуже я от этого стал, что ли?

Дар открылся внезапно – когда я уже махнул на него рукой. Помню, как я щелкнул пальцами, и в моей ладошке зажегся Огонь. Он горел, но не обжигал, а завораживал своим светом.

Я даже не испугался – так с огненным шаром в ладони и побежал хвастаться матери. А она уже сказала отцу.

Его отношение ко мне вмиг изменилось. Теперь он не отходил от меня – возился со мной часами, всеми способами помогая дару развиться.

Но уже не мог меня обмануть. Отцу был нужен не я, а этот огонек в моей ладони. Нужен только для того, чтобы спихнуть меня магистрам Ордена и с гордостью сказать:

– Мой сын тоже ликтор!

– Что? – недоуменно переспросил Семен. – Ликтор?

– Не обращай внимания, – тряхнув головой, сказал я. – Так, старые воспоминания.

– Ликтор, точно! – радостно воскликнул Семен.

Его зеленые глаза распахнулись от удивления.

– Отец смотрел по маговидению Императорский турнир. И говорил, что там неожиданно появился ликтор и убил какого-то Одержимого. Так это вы, господин барон?

– А ты не смотрел турнир? – улыбнулся я.

– А чего его смотреть? – рассудительно ответил Семен Евграфович. – Это забава для дворян. А мы – купцы, нам торговать надо.

– Но отец-то твой смотрит, – удивился я.

– А, ну его!

Семен Евграфович пренебрежительно махнул рукой.

– Ну, теперь ты и сам маг.

Я улыбнулся.

– Точно! – нахмурился Семен. – Господин барон, вы только отцу ничего не говорите. Ну, пока… пока у меня не получится. Или…

Он не договорил, но я и так понял, что он имеет в виду. После неудачи Семен засомневался в своем Даре.

Это было понятно. Ну, я знал, что с этим делать.

– Слушай меня внимательно, Семен Евграфович, – строго сказал я. – То, что я тебе скажу, очень важно.

Семен напряженно уставился на меня.

– У тебя особенный Дар, очень опасный. Тени – коварная штука. По неопытности уйдешь в глубину Теней и обратно уже не вынырнешь. Бывали такие случаи. Поэтому строго-настрого запрещаю тебе уходить в Тень самому, понял? Только под моим присмотром.

– Да у меня и не получается, – попытался возразить Семен.

Но я не стал его слушать.

– Ты запомнил, что я тебе сказал? Приедешь послезавтра, и продолжим заниматься. А до этого времени запрещаю тебе даже прикасаться к Тени.

– Понял, – кивнул Семен. – Не дурак.

Дело было сделано. Увидев, как серьезно я отношусь к его Дару, он не перестал сомневаться. Но я переключил его внимание. Теперь он все время будет думать о Тенях и тех опасностях, которые его там поджидают.

Или он испугается их, или наоборот – будет нетерпеливо ждать встречи.

Тут уже как пойдет.

– Поезжай, Семен Евграфович, – улыбнулся я. – Тебя работа ждет, и у меня дел, сам видишь, сколько. В доме прибраться, медведя накормить. Послезавтра утром увидимся.

Потап, услышав про еду, одобрительно рыкнул.

– Вам бы уборщиков нанять, господин барон, – деловито предложил Семен. – Если хотите, я наших привезу, из лавки. Заплатите только за работу. Завтра привезти могу.

Я почесал в затылке. Нет, к завтрашнему дню демоны разыщут все мои аномалии. Надо будет обойти их и на каждую повесить Печать – вроде той, которой я как-то запечатал аномалию Воды.

Пока у меня не было ни времени, ни желания всерьез браться за вороватых соседей. Но перекрыть им доступ в мои аномалии я собирался как можно скорее.

– Давай послезавтра утром, – решил я. – Сможешь?

– Конечно, – солидно кивнул Семен Евграфович.

Не тратя больше слов, он сел за руль. Фургон ловко развернулся и неторопливо выкатился из ворот.

А я позвал Живчика.

– Вы осмотрели сад? Что нашли?

– Здесь семь артефактов, Никита! – ответил демон Природы. – А, нет. Уже восемь. Сейчас Ботаник тебе покажет.

Из разросшихся кустов малины ловко выползла гадюка. Подняла голову и приглашающе зашипела. Я разглядел в пасти змеи небольшие, но очень острые клыки.

Да, если кто-то вздумает пробраться ко мне в дом, его ждет очень неприятный сюрприз.

– Идем, – усмехнулся я.

Змея, извиваясь, ползла передо мной. Она привела меня к раскидистому кусту черной смородины, на котором висели крупные гроздья зеленых ягод.

Артефакт был вбит в землю в самой середине куста – я увидел на верхушке столбика следы от ударов кувалдой или обухом топора.

Ну, не куст же палить? Живчик мне потом покоя не даст.

Я плюнул на осторожность и руками выдернул столбик. Перекошенное оскалом лицо гневно уставилось на меня.

– Не напугаешь, – усмехнулся я.

Бросил столбик на траву и с удовольствием шандарахнул по нему огненным шаром. Дерево мгновенно вспыхнуло.

Остальные столбики я испепелил там, где нашел. Они были расставлены вдоль забора – но с таким расчетом, чтобы их было трудно сразу заметить.

Интересно, не сам ли Белецкий их тут расставил? А зачем? Кого-то опасался? Или наоборот – кто-то другой следил за поместьем.

На каких демонов вообще такие сложности? Судя по запущенному состоянию дома, прежний владелец и не появлялся здесь. Или приезжал редко и ненадолго.

Я щелкнул пальцами, поджигая очередной артефакт. Пламя побежало по злобной деревянной харе, превращая ее в головешку.

Уничтожая артефакты, я внимательно следил за магическим фоном, чтобы убедиться, что плетение магии полностью разрушено.

Ну, теперь Потап мог спокойно носиться по саду, не опасаясь влететь в какую-нибудь магическую ловушку.

– Со двора ни шагу, – хмурясь, сказал я медвежонку. – Приготовлю ужин, позову.

С уничтожением артефактов я закончил только под вечер. За это время демоны отыскали в лесу три аномалии. Но я был уверен, что это еще не все.

– Загляните под каждый куст, – напутствовал я Умника. – Не торопитесь.

Найденные аномалии я нанес на карту. Это было несложно – Умник с высоты видел поместье, как на ладони и передал мне изображение.

Отыскалась аномалия Воздуха – практически бесполезная с точки зрения ресурсов. А еще аномалия Воды и аномалия Земли.

Вот это уже было гораздо лучше. В аномалии Воды мог найтись магический жемчуг, а в аномалии Земли – аномальный металл.

Правда, все это еще предстояло добыть. Значит, добуду – есть у меня на этот счет кое-какие мысли.

– Никита, как насчет работников? – снова напомнил Живчик. – Этот сад надо привести в порядок, мне больно на него смотреть.

– Согласен, – улыбнулся я. – Но придется немного потерпеть. Слушай, а как ты справлялся у себя в аномалии?

– С помощью магии и демонов, – объяснил Живчик.

– А сейчас тебе что мешает? Демоны у тебя есть. Да и магия при тебе.

– Это верно, – задумчиво признал демон.

– Вот и действуй, – кивнул я. – Только не хватайся за все сразу. Помни, что твои подручные сейчас в живых существах. Им тоже надо питаться и отдыхать.

– Здесь полно лягушек, – заверил меня Живчик. – Возле старого пруда они прямо кишат. Никита, но пруд надо очистить, с этим я не справлюсь.

– Что-нибудь придумаем, – пообещал я.

Вернувшись в дом и еще раз оглядев заваленную коробками с едой грязную кухню, я только покачал головой.

Нет, в такой разрухе я жить не буду. И дожидаться приезда уборщиков – тоже.

Барон я, или не барон?

Я отыскал в кладовке тряпки и решительно закатал рукава.

Через час кухня блестела. Занимаясь уборкой, я попутно отыскал в шкафчиках подходящую к случаю посуду – отлично, будет, в чем приготовить и подать ужин!

Огненные элементали в старинной плите давным-давно приказали долго жить. Но их прекрасно могли заменить обычные дрова. Поленница отыскалась в ветхом покосившемся сарае. Когда я дернул заклинившую дверь, все строение угрожающе покачнулось.

Да, этот сарай проще снести, и на его месте выстроить новый!

Щелкнув пальцами, я наполнил кастрюлю водой. Вскипятил ее на гудящей плите и приготовил изысканное аристократическое блюдо – макароны с тушенкой и тертым сыром. Порезал овощи для салата и крикнул прямо в распахнутое окно, за которым уже золотился закат:

– Потап, ужинать!

Услышал мягкий топот со всех ног несущегося на зов медведя и улыбнулся.

Глава 7

Утром сад неузнаваемо преобразился.

Когда я, зевая, вышел на крыльцо с первой чашкой утреннего кофе, то не поверил своим глазам.

Трава вокруг деревьев была аккуратно подстрижена – словно газон в парке Столицы. Яблоки на ветках покраснели и выглядели спелыми. А куст жасмина возле крыльца за ночь покрылся крупными белыми цветами.

– Живчик, что это? – приятно удивился я. – Как вы это сделали?

– Магия, Никита, – прочмокал довольный похвалой демон Природы.

Со стороны пруда слышался глухой стук – как будто камни стучали друг о друга. А еще плеск воды.

– А там что творится? – поинтересовался я.

– Посмотри, – хихикнул Живчик.

И посмотрю! Я должен знать обо всем, что происходит в моем доме!

Проходя мимо яблони, я не удержался и сорвал яблоко. С хрустом откусил и зажмурился, ожидая, что оно окажется кислым. Но яблоко было спелым и сладким.

– Живчик, это отлично! – одобрил я.

У пруда меня поджидала еще одна неожиданность.

Я не знаю, где демоны Природы ночью раздобыли валуны, и как уговорили демона Земли им помочь.

Но сейчас два каменных великана изображали из себя экскаваторы. Неловко загребая ил и водоросли, они чистили и углубляли пруд. И не просто чистили – ил они ровной грядой укладывали на берегу, поднимая его.

– Сделаем подпорную стенку, чтобы берег не сползал, – похвастался мне Живчик. – А сверху я высажу цветы. Будет очень красиво. Как ты думаешь, Никита, чем лучше увить веранду – плющом или диким виноградом?

– Решай сам, Живчик, – сказал я. – Похоже, ты неплохо в этом разбираешься.

– Плющ дольше остается зеленым, – задумчиво сказал демон. – А на винограде можно вырастить вкусные ягоды. Никита, мне срочно нужны помощники! Надо побелить стволы яблонь и сгрести мусор с дорожек.

– Потерпи немного, Живчик. Все будет.

– А может, ты сам, а? – нерешительно сказал демон.

– Что я сам? – не понял я.

– Сам сгребешь мусор и побелишь яблони. Там совсем немного времени надо – дня два или три…

– Живчик, – грозно сказал я. – Отстань!

Демон грустно вздохнул.

– Мне срочно нужно поговорить с Умником, – закрепил я успех. – Умник, что с аномалиями? Вы все земли осмотрели?

– Никита, за ночь волки нашли еще одну аномалию Огня – совсем свеженькую! А кабаны отыскали целых две аномалии Природы.

– А вот это отличная новость! – обрадовался я.

Аномалии Природы считались в этом мире самыми ценными. Если договориться с демонами, которые их населяют, то можно выращивать такие растения!

Если что, я говорю о редких лекарственных растениях. Тот же магоцвет, без которого не может существовать ни один Одержимый, растет только в аномалиях Природы – и далеко не в каждой!

– Отлично, Умник! – похвалил я менталиста.

– Подожди минуту, Никита! Точно, есть!

– Что там? – заинтересовался я.

– Ураган только что заметил аномалию Льда. Я бы пролетел мимо, если б он мне ее не показал.

Умник завистливо вздохнул.

– У этого орла изумительное зрение. Мне бы такое!

Умник понизил голос.

– А еще у него есть гнездо. Там самка и целых два птенца.

– Что? – нахмурился я. – Умник, почему ты сразу мне не сказал? Орлу надо кормить птенцов, ему некогда мотаться над лесом и высматривать аномалии.

Смешно, но я уже чувствовал ответственность за каждого зверя в лесу. Это же моя земля, здесь все должно быть в порядке!

Я уже поднял руку, чтоб развоплотить дракона Воздуха и отпустить орла на свободу. Но Умник меня успокоил:

– Птенцов накормили, Никита! Мы все вместе загнали для орла двух зайцев, так что все в порядке. Заодно и волки перекусили. А я поймал себе жирную мышь.

Похоже, моя потусторонняя команда отлично спелась. Демоны сотрудничали друг с другом так, словно это было в порядке вещей.

Я вернулся в дом и расстелил на кухонном столе карту, убрав оттуда турку с остатками кофе.

– Умник, покажи мне, где находятся аномалии!

И снова увидел лес с высоты глазами ястреба.

Четко привязываясь к ориентирам на местности, я тщательно зарисовал на карте местонахождение каждой аномалии. Возле аномалии Льда даже разглядел какие-то подозрительные следы.

– Умник, ты можешь спуститься пониже?

Земля приблизилась. И я увидел между деревьями отпечатки шин с глубоким протектором.

Разорви меня демоны, если это Белецкий! Скорее, мои неугомонные соседи продолжали тайком проникать в мои аномалии.

Сегодня же запечатаю аномалии! И начну с аномалии Льда. Тем более, что аномальный лед пригодится и мне самому – для того, чтобы сделать холодильник. Консервы – великое изобретение, но я не хочу питаться только ими.

Если наполнить льдом подвал и сложить туда продукты, то… Подвал!

Я удрученно посмотрел на гору коробок.

Мы с Семеном Евграфовичем вчера второпях сложили их в кухне – это показалось мне логичным. Беда в том, что люк в подвал тоже находился в кухне.

И сейчас коробки с продуктами лежали ровно на нем.

Коротко выругавшись и снова засучив рукава, я принялся таскать коробки в столовую. Потап помогал, как мог – то есть тыкался в меня носом и путался под ногами.

– Погуляй в саду, – предложил я медвежонку.

И позвал Живчика:

– Сможешь чем-нибудь занять Потапа, чтобы не мешал?

– Конечно, Никита! – обрадовался демон Природы. – Мне как раз надо вскопать грядку под настурции!

– Думаешь, медвежонок справится? – засомневался я.

Медведь с лопатой плохо укладывался у меня в голове.

– Конечно, – заверил меня Живчик. – Видел, какие у него когти?

Закончив таскать коробки, я довольно хмыкнул – в кухне сразу стало просторнее. Правда, теперь в столовой был бардак, но это временное явление. Нормально для новоселья.

Как только уборщики и ремонтники закончат работу, дом преобразится.

Я ухватился за кольцо, открыл квадратный люк в полу и заглянул в кромешную темноту подвала. Увидел две первые ступеньки старой деревянной лестницы, а дальше все тонуло во тьме.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.