Игорь Г
Шалопай

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ДОРОГА К МОРЮ.

Бабье лето на Урале подходило к концу, а заморозки по ночам не предвещали ничего хорошего в обозримом будущем. На перроне железнодорожного вокзала небольшого провинциального городка, пристально вглядываясь вдаль, стоял мужчина средних лет и неспеша курил электронную сигарету. Крепко сжимая в левой руке билет, он ждал поезд, который должен был отвезти его к морю. На билете были указаны номера поезда, вагона, места, а также фамилия, имя, отчество пассажира – Шалопаев Геннадий Мухтарoвич. Это была его первая, почти за сорок четыре года жизни, поездка на море, Гена ехал на лечение, в санаторий. И именно по этой причине от так сильно нервничал, ведь впереди его ждало путешествие в неизвестность, длиною почти в месяц, а дома оставались жена с сыном и куча нерешённых проблем. Уже при посадке Мyхтарыч заметил в немногочисленной толпе пассажиров знакомый силуэт в камуфляжной форме.

– «Шуберт!» – прохрипел он. Парень в камуфляже обернулся и , узнав его, с улыбкой и заметной радостью в голосе, крикнул в ответ:

– Генка! «Шалопай!»

Пожав руки они крепко обнялись и на душе у Геннадия Мyхтарыча немножечко полегчало. С «Шубертом» он был знаком уже давно, тот ехал в военную часть, к которой был приписан, в Рязань, восстановившись после очередного ранения. Через час после посадки, получив бельё и немного обустроившись в своих купе, эти двое встретились в тамбуре одного из вагонов. «Шалопай» достал из кармана заранее заготовленную папиросу, плотно набитую «планом» и протянул её своему попутчику. Через пять минут после, двое товарищей уже наперебой, рассказывали друг другу последние новости в купе Мyхтарыча, а настроение их заметно улучшилось. В этих беседах ночь пролетела, как один миг, а на утро – пришло время расставаться. Впереди «Шуберта» ждала родная часть, а далее – отправка в зону боевых действий. Обнявшись и пообещав встретиться вновь, они простились на перроне в Рязани. Последующая дорога Геннадия до Москвы и далее, до пункта назначения, прошла в тяжёлых раздумьях. Дело в том, что четыре месяца назад и в его семье произошла большая трагедия, на войне погиб младший брат. А делёжка положенных государством выплат перессорила между собой всех родственников. Старший брат-подкаблучник вместе со своей мегерой-женой пытались откусить от этого пирога по максимуму, подвинув при этом всех остальных родственников, а в идеале – просто грезили забрать себе всё. Дабы не участвовать в этом балагане «Шалопай» и сам порывался уйти воевать вслед за братом, но в военкомате ему раз за разом отказывали, ссылаясь на неважное состояние его здоровья. А время Геннадия не пощадило от слова совсем, ведя далёкий от здорового образ жизни, к своим годам он заимел кучу различных болячек. Детство Генки выдалось крайне непростым, отец ушёл из семьи и пропал без вести, когда ему не было ещё и шести, поэтому отца он практически не помнил. От него ему досталась лишь небольшая раскосость в глазах, свидетельствующая о том, что в роду явно не обошлось без потомков Чингисхана. Постоянные побои от старшего брата также не прошли бесследно, оставив на его голове и теле не мало шрамов, сотрясений мозга, нарушенную психику и, порой, беспричинные вспышки агрессии. С малых лет он познал, что такое голод, в девяностые его семье, как и многим другим, пришлось очень туго, они пытались просто выживать. Дабы оградить юного Генку от улицы и направить его неуёмную энергию в нужное русло, мать записала его в секцию вольной борьбы. Но, не смотря на определённые успехи, надолго в спорте он не задержался, подвела дисциплина и свободолюбивый характер беспокойного бунтаря. Генка просто патологически не терпел никаких ограничений и искренне ненавидел их каждой клеточкой своего, ещё несформировавшегося, мозга. В четырнадцать лет он впервые попробовал алкоголь, а ,чуть позже и всю остальную, доступную на тот момент, «запрещёнку». Тогда же он чётко уяснил, что все эти «кайфы» стоят немалых денег, которые где-то нужно постоянно доставать. Так «Шалопай» начал по мелочи подворовывать в местном магазине, совхозе, у соседей, а уже чуть позднее переключился на лес. Именно в лесу его ожидали большие возможности, а вместе с ними – и большие проблемы. Так он познакомился с уголовным кодексом, ушлыми операми, алчными адвокатами, продажными судьями и вечно голодными бандитами, каждый из которых хотел, хоть что-то, от него откусить. Варясь на протяжении многих лет в этом котле сформировался его сугубо криминальный образ жизни и мелкоуголовные наклонности. К тридцати пяти годам он превратился в отъявленного рецидивиста с десятками судимостей по различным статьям уголовного и административного кодексов РФ. Такой, чересчур разгульный, образ жизни не мог не отразиться на состоянии здоровья Мухтарыча, помимо проблем с печенью, желудком, ишемии и псориаза, его мучали сильные боли в спине на уровне перелома. Как-то по дурости, «Шалопай», после двухнедельного загула, на отлётах, выпрыгнул с балкона второго этажа и получил компрессионный перелом позвоночника. Говоря откровенно, продать его по зап.частям, как донора органов, практически не представлялось возможным, ибо все его внутренности были изрядно попорчены и изношены, так как свой организм он, откровенно говоря, не щадил. С тех пор-то и начались настоящие неприятности в жизни Геннадия, бесконечные поездки и походы по больницам, целая череда неудачных операций, реабилитаций и повторных операций. Ко всему этому, буквально на ровном месте, добавился защемлённый седалищный нерв, из-за которого у него стала отниматься правая нога ниже колена и появились нестерпимые нейропатические боли. Все эти тридцать три несчастья, свалившиеся на его голову, бесконечные поездки по госпиталям и больницам заставили задуматься Мухтарыча о жизни, о том, как он вообще живёт и зачем. Пришло время что-то менять и Геннадий вновь решил закодироваться, ибо пьянка отняла у него не мало здоровья и принесла целую уйму проблем его семье. Под воздействием крепкого алкоголя он очень быстро становился неадекватным, постоянно дебоширил и буянил, в общем вёл себя, как дикое животное. В последние годы, регулярно хороня своих «собратьев» по вредным привычкам, он, стал ловить себя на мысли о том, что скоро может прийти и его черёд. Оттого, всё чаще задумываясь о дальнейшей судьбе своей семьи и детей, «Шалопай» принял твёрдое решение «жить», именно ради них, всех тех, кто ему так дорог. И вот, на восьмом году инвалидной жизни ему впервые дали путёвку на лечение в санатории, на берегу Чёрного моря. На эту поездку Геннадий возлагал большие надежды, помимо, как поправить пошатнувшееся здоровье, он запланировал начать «новую» жизнь, где всё будет обязательно по-другому!

ГЛАВА ВТОРАЯ. НЕОЖИДАННАЯ ВСТРЕЧА.

Наконец-то, добравшись до места назначения и заселившись, Геннадий Мyхтарыч вышел на свежий воздух, в «курилку», так как курить в номерах санатория было строго запрещено. Забегая вперёд нужно отметить, что именно в «курилке» началось большинство его здешних знакомств. Будучи человеком компанейским, он быстро находил новых друзей. Так, сидя там с утра, на второй день по приезду, он вдруг заметил, уж очень знакомое ему лицо инвалида, проезжавшего мимо на электроколяске. Каково же было его изумление, когда им, и вправду, оказался ранее, очень хорошо знакомый ему, человек.

– О! Олега! Вот это ,встреча! – радостно прохрипел «Шалопай».

– А, ты то, что здесь забыл!? – ответил ему, только приехавший инвалид.

– Взял что-нибудь!? – с искренней надеждой в глазах спросил Мyхтарыч.

– Да, ни x#я! Я ж на самолёте, а там нынче шмонают здорово! – вконец разочаровал его Олег.

– А я в Москве последнее добил! Ладно, что-нибудь придумаем! – оптимистично закончил Геннадий.

Так начинались приключения двух непутёвых товарищей по несчастью, простых уральских парней с глубинки, которых сама судьба свела почти за три тысячи километров от их родного городка. Обзванивая знакомых и исследуя все возможные предложения в интернете, они пришли к выводу, что цены на «план» на югaх просто нереально завышены. С Олегом они впервые познакомились лет 20 назад, при не самых приятных обстоятельствах, тот приезжал «грузить» Генку на бабки, за беспредел, учинённый «Шалопаем» по пьяни. Когда тот всю ночь катал в багажнике своей машины одного деревенского охламона, при этом периодически «подмолаживая» бедолагу. Олеге в жизни повезло намного меньше, чем Муxтарычу, до травмы, сделавшей его практически «овощем», он вёл далёкий от законопослушного образ жизни, частенько посещая здание местного ОВД. Это был прожжённый аферист, вымогатель и вор, состоявший в группировке спортсменов, «державших» в те времена весь город. Стражи порядка не один год разрабатывали этого неугомонного пассажира, имея бешенное желание посадить его на подольше. Но, он опередил их, посадив себя сам, на пожизненное, воткнувшись своей дурной башкой в пень под водой, нырнув в незнакомом месте. Жизнь его, с тех пор, кардинально поменялась, как и мировоззрение, он стал абсолютно другим человеком. Все эти перипетии остались в прошлом, Генка на земляка обид не держал и был искренне рад видеть хотя бы одно знакомое лицо находясь на чужбине. Имея за плечами богатый опыт и внушительный стаж употребления различных психоактивных веществ, Геннадий обладал невероятным чутьём на «кaйфы». «Своих» людей он вычислял на раз-два, по разговорам, телодвижениям, заглядывая в глаза, он быстро и безошибочно мог определить кто, что употребляет и употребляет ли вообще. Так он познакомился с Валеркой, героиновым наркоманом в прошлом, а ныне спортсменом-паралимпийцем, мастером спорта международного класса по метанию копья, к тому же членом сборной России. Он то и поведал ему, что в сборной курят практически все, а тренера относятся к этому вполне лояльно. Некоторые инвалиды, страдающие от нeйропатических болей и сильной спaстичности мышц, использовали это средство в качестве альтернативы различного рода обезболивающим и транквилизаторам с длинным списком побочных эффектов. Валерка половину своей жизни провёл в инвалидной коляске и пережил многое, не раз жизнь испытывала его на прочность, но он не сдавался и никогда не опускал рук, как птица Феникс, воскресая из пепла. Жизнь его была очень насыщена, постоянные перелёты, соревнования, сборы, новые города и встречи, такого «живого» и жизнерадостного инвалида парни с Урала не встречали до этого никогда. Именно он научил их впоследствии делать «водник» из двух пластиковых бутылок и фольги, а «план» настоятельно рекомендовал всегда мешать с табаком, ибо так сильнее «торкает».