Анастасия Арапова
Если выберешь любовь

Глава 1.

На улице зелёное лето, а я рядом с парнем,

которого люблю до чёртиков, и впереди целая жизнь

Не о таком лете я мечтала, когда оканчивала школу с отличием. Однако в жизни бывает так, что все идет не по задуманному сценарию и в силу вступает народная мудрость: «Плох тот план, который нельзя изменить». ¹

Вместо тусовок в бывшими одноклассниками мы отправились куда-то обратно в 90-е. Наш дачный домик напоминал сооружения из «Простоквашино», хотя в округе стояли крутые современные дома. Даже взять соседний участок – стильный кирпичный замок.

Я лежала на лужайке, прикрывая ладонью глаза от утреннего солнца. На крыльцо вышел отец в потрепанных от времени темных трениках и серой футболке с изображением героев «Титаника», а следом младший брат – Митька. Хотя тот перешел в седьмой класс, надоедливости и прилипчивости ему было не занимать с детства.

– Надо бы в магазин съездить, а то на обед ничего не будет, – проговорил папа. – Особенно, когда кто-то ест печенье со сверхзвуковой скоростью, – и покосился на Митьку.

– Вот, неправда. Тася тоже иногда ночью втихаря чай с печеньями пьет.

– С Тасей и сходите в центр.

Центром Сосновки называли территорию, где располагался круглосуточный магазин, местный клуб и школа, а чуть дальше здание администрации и руководство колхоза деревни – небогатое разнообразие досуга.

– Вообще понятия не имею, зачем она мне, – ворчал Митя. – Будто я один не смогу купить молоко, хлеб… Что там еще?

– Творог, мука… – сварливо продолжила я. – Вот видишь, Митя, ты уже все забыл. Как тебя одного отправлять за продуктами?

На самом деле дома было до безумия скучно, а когда отец предложил съездить за продуктами в магазин, я тут же потребовала, чтобы брат взял меня с собой. На велосипеде кататься не умела, но ведь существует багажник. А Митька из вредности ехать не хотел со мной.

– Учти! Я в последний раз катался на велосипеде лет пять назад.

– Но ведь езда на велосипеде – это когда один раз научился и больше не забудешь, как это делается, – тут же возразила я.

– Навык, который у тебя отсутствует, – Митька сердито посмотрел на меня. – Присаживайся! – буркнул он вдогонку. Я же, собрав подол сарафана, плюхнулась на багажник.

– Могла бы подобрать что-нибудь более подходящее, а то ведь «зажует» – снова проворчал братец.

– Прослежу, чтобы не «зажевало», – учтиво откликнулась я.

Митяй оттолкнулся ногой от земли, крутанул педаль… и велосипед, с ужасным скрипом проехав буквально пару метров, накренился вбок. Мы с братом свалились в ближайший кустарник, с громким треском поломав несколько веток. Отец по-прежнему смотрел на нас поверх забора. Тишина. Только кузнечики трещат в траве.

– Ехали медведи на велосипеде…, – хмыкнул отец.

Я быстро выбралась из кустов (не хватало, чтобы эту позорную сцену с братом еще кто-то увидел. А вдруг симпатичный сосед в эту минуту любовался этим не очень эффектным падением из окна?) Боже, а локоть как саднит! Я взглянула на отца, тот едва сдерживал смех.

– Это все потому, что кто-то не умеет нормально кататься, – заметила я, бросив взгляд на Митьку, который уже, сидя на корточках, осматривал велосипед.

– Нет, это все потому, что кто-то слишком много ест, – голосом кролика из «Винни-Пуха» возразил мне брат.

На этот раз отец не смог удержать смех и рассмеялся громко.

– На самом деле педали сильно прокручиваются, – сообщил Митяй. – Цепь растянута… ее нужно укоротить.

– Ты не мог бы все проверить, прежде чем мы сели на эту рухлядь? – недовольно спросила я.

– Простите, ваше высокоблагородие! – ответил брат с улыбкой.

Глава 2.

Митяй провозился с велосипедной цепью добрых полчаса. Все это время я сидела рядом на траве, составляя список продуктов. Солнце уже припекало. Может быть, до магазина легче было дойти пешком.

– Взгромождайся! – вновь великодушно разрешил мне брат. На этот раз мы с Митей тронулись плавно и бесшумно. Вильнув пару раз, он быстро справился с управлением, и мы с ветерком покатились по узкой проторенной тропинке. Миновав несколько навороченных кирпичных домов с припаркованными рядом дорогими автомобилями, мы очутились в живописной части Сосновки. Небольшие уютные домики показались мне привлекательные, чем все эти роскошные танхаусы по соседству. Во дворах с шумом и гамом играла детвора, пахло цветущими сиренью, черемухой и яблонями. Внезапно меня охватило чувство беспричинного счастья. Когда мы на велосипеде разогнали гордо шествующих гусей, я рассмеялась.

– Ты нормальная? Чего смеешься? – обернулся брат.

– За дорогой следи, – хихикнув в плечо, ответила я брату.

Мы немного прокатились по немногочисленным сосновским улицам и наконец добрались до магазина – невысокое здание с неброской вывеской: «Продукты 24 часа». Там нам пришлось отстоять небольшую очереди, после чего Митя достал из кармана список, который я нацарапала, пока он укорачивал цепь, и передал его продавцу. В городе мы тоже вместе ходили за продуктами, правда, в гипермаркеты с самообслуживанием. Ну а кто будет нести все пакеты? Одна, что ли?

Пока Митя укладывал продукты в пакет, а я отошла к пыльному окну и «любовалась» на металлическую решетку. Ко мне подошла незнакомая рыжая девчушка немного младше меня на вид.

– Здорова! – проговорила она.

– Привет, – улыбнулась я. Незнакомка внимательно смотрела на меня. Точнее будет сказать – буравила взглядом.

– Дачница? – наконец сформулировала вопрос она.

– Дачница, – вторила ей я. Подумать не могла, что когда-нибудь обозначит меня таким словом. – Мы здесь с братом…

Она перевела взгляд на Митяя, который в этот момент расплачивался за покупку, и осмотрела его так же внимательно, как и меня. В отличие от меня, брат оказался не столь приветливым. Заметив на себе пристальный взгляд, брат нахмурился и отвернулся.

– Сразу видно, что вы дачники, – отметила она, не отрывая взгляда от Мити. Я тоже взглянула на брата. Почему она так пялится на него, может, я чего-то не замечаю? Да вроде нет. Митяй как Митяй. Новая разновидность брата – Митя обыкновенный.

«Сразу видно, что дачники». Интересно, что это значит? Забавное определение. Сразу представила Митьку с тяпкой в руках и я… почему-то в нелепой панаме и с сачком.

– Это почему? – все же поинтересовалась я.

– По одежке, больно вы нарядные, – пожала плечами девчонка.

Я не стала уточнять, что этот сарафан ношу уже не первое лето, а Митя в этих шортах обычно ходит выносить мусор.

– Я – Тася, – представилась я.

– Ксюха! – кивнула в ответ моя новая знакомая.

К нам подошел Митя с полными пакетами.

– Поезжай без меня, – сказала я брату. Если мы грохнемся с велосипеда опять, то побьем яйца, которые вместе со всем прочим были в одном из пакетов. К тому же мне хотелось пообщаться с Таней, неплохо бы на время каникул завезти в Сосновке несколько новых знакомых.

Митя пожал плечами, видимо, ему было все равно. Кроме того, ему не придется везти меня на велосипеде домой через деревню.

– О, а это Ксюша! – сообщила я брату, пока он не ушел.

– Вообще-то Ксюха, – скромно поправила меня она.

Митька сдержанно кивнул и отправился к выходу. Мы за ним.

Когда вышли из магазина, Сосновку окутал зной, в лицо пахнула плотная непробиваемая летнего воздуха. Танюха замахала рукой словно веером. Неплохо было бы выбраться на речку…

– Еще в школе учишься? – вдруг спросила она меня.

– В этом году поступила на первый курс… – начала я, но Ксюша тут же перебила:

– А я в десятый класс.

– Совсем как Митька, – кивнула я в сторону брата, который уже отъезжал на велосипеде от магазина. Куда так спешит?

– Сразу видно, что он твой брат. Вы очень похожи, – отметила Ксюша.

Я промолчала, да и что тут можно было возразить. Спорить не стала. Внешне мы и правда одинаковые. Зеленоглазые, с темно-русыми волосами. Однако брат за последний год сильно вытянулся и уже перегнал меня в росте.

Из-за невыносимой жары было невозможно дальше думать. «Неплохо бы было пойти на речку», – подумала я.

– Пойдем на речку, – предложила Ксюша, как будто читая мои мысли.

Я согласилась, Ксюха знала самую короткую дорогу. Когда мы начали идти вдоль реки, я наслаждалась, чувствуя прохладу воды и слушая пение птиц. На пляже все разбились на компании, но выделялась только одна: высокий парень (на вид примерно моего возраста) и много девушек вокруг, которые смотрят на него с обожанием и восхищением.

Вроде бы обычный молодой человек, но что-то притягательное в нем есть. Я оперлась о старый дуб и в тени дерева стала рассматривать незнакомца. Аккуратно очерченные губы, слегка квадратный подбородок, прямые брови, даже несколько ярких конопушек по переносице и щекам. И глаза – что-то особо притягательное и загадочное было в них. На левом запястье видны фрагменты какой-то татуировки.

– Слушай, Ксюх, а что местный Казанова среди многочисленных поклонниц?

– А, это Кирилл. Местный олигарх, можно сказать, его родители знаменитые врачи. Он живет на Центральной, 36.

– Прости – где? – от изумления я даже немного оцепенела.

– На Центральной, – повторила Танюха, словно это было что-то естественное.

Класс, получается мы еще и соседи. Так вот чей это «замок» был. Да уж, если все эти поклонницы будет наведываться к нему чай, то спокойствия нам ожидать не стоит.

– Они только год назад купили участок и полностью его переделали, отгрохали такой домище, – восхищенно продолжала Танюха.

– Мм, – хмыкнула я. Но надо было перервать красноречие новой подруги, – Мы сюда пришли трепаться о каком-то напыщенном индюке или купаться на речке? Пусть удовлетворяет среди своих нарциссические потребности без нашего внимания.

Мы скинули свои сарафаны и с разбега забежали в речку. Прохладная вода остужала разгоряченную от зноя кожу. Мы словно превратились в маленьких детей и начали с Танькой плескаться водой. Однако затылком я почувствовала чей взгляд на себе, и была права. Кирилл рассматривал меня с нескрываемым интересом. Видимо его подружки это заметили. Мда, нажила я себе за одно мгновение отряд врагов.

Зря я отвлеклась, потому что я услышала веселый визг Танюхи.

– Банзай!!!

Тут меня накрыла волна.

– Ну берегись, – весело сказала я.

Мы так задорно плескались, что к нам присоединились еще несколько ребят. Все же природа объединяет людей.

Глава 3.

Возвращайся домой с речки, я была счастливая. Не думала, что в Сосновке мне так понравится и смогу подружиться с местными ребятами. Так неожиданно завязалась наша дружба с Ксюхой – веселая, озорная девчонкой, ставшей моим проводником в мир Сосновки. Я улыбнулась в ответ своим мыслям.

Подходя к дому я увидела, как у забора Митька возится с велосипедом. «Как же быстро он вымахал», – подумала вдруг я. Мои раздумья оборвал незнакомый голос.

– Могу помочь.

От неожиданности я хотела врезать незнакомцу по лицу, чтобы не подкрадывался со спины. Им оказался Кирилл во плоти.

– Прости, с чем, – недоуменно посмотрела на него.

– С великом. Могу починить, – проговорил Кирилл.

– А сможешь?

– А то, – самоуверенно сказал он. Кирилл подсел к Мите. Парень педаль и осматривает этот доисторический аппарат. – Тут педаль заклинивает и надо немного цепь подтянуть и будет как новый. Ничего серьезного! Минуту, – и пошел в сторону дома. Ровно через минуту он вернулся с чемоданчиком, провел несколько манипуляций, – Пробуй, – и дал велосипед брату.

Митька сел на велосипед и сделал пару кругов по улице.

– Я кстати Кирилл, – представился парень.

– Тася, – сказала в ответ, – А это мой брат Митя, – в этот момент Митяй подъехал на велосипеде.

– Все в полном порядке, просто улет! Тась, можно я покатаюсь, пожалуйста, – буквально взмолился брат.

– Ну хорошо, только недолго. И далеко от дома не уезжай, – крикнула я вслед. Но Митька уже умчался, оставив за собой столб пыли.

Интересно, откуда в нем столько энергии в такую жару.

– Так значит мы соседи? – снова прервал мои мысли Кирилл. – Приятно иметь соседей.

Было не совсем понятно, что он имеет в виду, от этого я смутилась. Это осталось незамеченным, благодаря свежему загару.

– Извини, мне пора! Увидимся еще, – вежливо попрощалась я.

Черт, вот же индюк надутый, умеет к себе располагать. Пижон. Я шла и чертыхалась, пока не подошла к дому.

– Как прогулка, котенок? – произнес папин голос. От неожиданности я подпрыгнула на месте. Что у людей за дурацкая привычка пугать? – Я вот тоже без дела не сидел: починил фонарь на веранде и гирлянды с чердака достал. По-моему, очень мило теперь.

С этими словами он щелкнул выключателем и в один миг загорелись лампочки. Действительно, стало уютнее. Это заметил и Митя, вдоволь накатавшись на велосипеде.

После прогулки, конечно же, разыгрался аппетит. На плите стоял ароматный наваристый борщ, щедро посыпанный сверху зеленью. Папа всегда готовит его отменно, что за уши не оттащишь.

В углу на стене тикали часовые стрелки. Каждый думал только о себе. В это время рука потянулась к телефону. Кошмар, сколько сообщений в соц.сети, вот и оставляй после этого смартфон дома. В основном были сообщение от одноклассников. «Вконтакте» у нас была общая группа. Ребята делились своим отдыхом и кто куда поступил. Многие разъехались: кто-то в соседнюю область, кто-то махнул в столицу, мало кто остался в нашем маленьком городишке. Как оказалось, из ряда бывший одноклассников будет полно менеджеров, юристов, экономистов и врачей.

Пока я весело проводила время в компании Ксюхи, мои друзья меня потеряли, даже писали в «личку». Чтобы не отвечать каждому, я написала в группу.

«А я поступила на журфак на бюджет».

«Другого от нашей медалистки ожидать и не стоило», – подшутил весельчак класса Васька Данилюк.

Отвлекшись от чата, я посмотрела на соседский участок. Так загорелся свет, веранда тоже была украшена гирляндами. Кажется, у соседей близится вечеринка с барбекю. Русоволосая женщина в желтом элегантном платье время от времени мелькала во дворе, выносят из дома посуду. А крепкий высокий подтянутый мужчина, видимо папа Кирилла, колдовал над грилем. Наконец на крыльце показался сам молодой человек и тут же улегся в гамак. Во дворе резвился рыжий шпиц. Прям картина семейной идиллии. Жаль, такого у нас никогда не будет. Ведь мама уехала в другую страну с новым мужиком 12 лет назад и забыла думать о нас.

Я взглянула на Митьку с папой.

– Может быть, чай на веранде попьем? – неожиданно для себя предложила я.

– На веранде? – удивился брат.

– Ну а что… Раз уж папа там починил фонарь и повесил гирлянды, – пожала я плечами. – Сейчас уже сумерки будет, красота-то будет!

Митька помог отцу вынести на веранду кофейный столик и стулья, я шмыкнула в комнату и переоделась в светлый сарафан с открытыми плечами и заколола волосы заколкой с пчелой. На веранду я вышла держа в руках поднос с чашками.

– Ваш чай сэр, – торжественно произнесла я и, не удержавшись, рассмеялась. Папа и брат тоже заразительно захохотали.

Отец никаких изменений естественно не заметил, зато Митька присвистнул, когда я села на кресло рядом.

– Не свисти – денег не будет, – съязвила я.

– А чего это ты вырядилась, – ехидничал Митя.

– Ничего не вырядилась. Тебе показалось, – я начинала немного закипать как самовар. – Да и вообще, что ты ко мне прицепился, как банный лист.

Папа отрешено молчал и не влезал в наши препирательство, он знал, что они сами сойдут на «нет». За спорами мы не сразу заметили, как к нам обращается наша соседка.

– Извините, пожалуйста! – вежливо она обратилась к нам. Женщина стояла у забора.

– Добрый вечер! – отозвался папа.

– Не желаете присоединиться? У нас сегодня барбекю, – с доброй улыбкой проговорила женщина. Ее улыбка располагала к себе.

Я смотрела на соседний участок, разумеется, в первую очередь, на Кирилла. Он развалившись на кресле, с неподдельным интересом наблюдал за нашей беседой. Возможно, это была его идея пригласить нас к себе.

Митяй обернулся и, перехватив мой взгляд, хмыкнул. Мол, теперь все понятно, к чему этот бал-маскарад.

– Да, неудобно как-то неудобно, – отец почесал затылок. Я незаметно тыкнула папу в бок.

– Да, что вы! – махнула рукой женщина. – Мы с мужем тут с начала сезона безвылазно. Уже приелись друг другу! Сын хоть сын недавно приехал. Ну же! Не стесняйтесь.

Было еще больше неудобно от того, что она нас уговаривает. Мы принимали приглашение, хотя были совсем не голодны. Я с кресла захватила вязаный кардиган, так как начинало холодать, и догнала брата с папой, прикрыв калитку.

Глава 4.

Участок соседей оказался просторным и ухоженным. Хозяина дома звали Василий, а хозяйку дома – Галина.

– Можно просто Галя, – обворожительно улыбнулась женщина.

– Андрей, – представился отец. – А это Тася и Митя, мой сорванцы.

– Ну, пап, – сразу отозвалась я и многозначительно посмотрела на него.

– Очень приятно, – проговорила Галина. Она невероятно красивая: ухоженная, элегантная, статная. И глаза красивые. Зеленые. Такие же, как и у Кирилла, явно в нее пошел.

Пока наши родители разговаривали, выяснилось, что у Василия и нашего папы много общего. Они оба учились на инженерном в одном институте, только в разные годы. Однако папа Кирилла не закончил обучение и перевелся в медицинский. Вот же совпадение!

Я посмотрела на Кирилла, тот с отсутствующим видом листал что-то в своем телефоне. Может в соц.сетях с кем-то общался? Кстати, надо добавить в друзья его «ВКонтакте». Галина подошла к Кириллу и забрала из его рук телефон. При этом вид, будто у маленького ребенка отобрали любимую игрушку.

– Дети, может, вы немного погуляете? – обнимая за плечи сына, миролюбиво поинтересовалась она.

– Какие мы тебе дети? – язвительно спросил Кирилл. Но все-таки поднялся из-за стола, нам с Митькой пришлось последовать его примеру. Пусть взрослые вспоминают свои студенческие годы, нам что ли жалко.

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в лиловые и золотые тона. Когда мы вышли с участка, Кирилл как-то странно улыбнулся.

– И как вам в Сосновке?

– Здесь очень мило и… очень красиво, – ответила я.

– И очень скучно, – добавил недовольным тоном Митька.

Кирилл искренне рассмеялся. Его смех, сильный и заразительный, разлетелся по тишине, нарушая хрупкое равновесие.

– Я понимаю, о чем ты, старик. Меня сюда тоже сослали… в наказание.

Я почувствовала, как в груди защемило от любопытства. «Сослали?» – пронеслось в голове. Что же могло произойти? Эти каникулы становятся еще интереснее.

– За что? – словно прочитав мои мысли, поинтересовался Митька.

– Да так… Есть за мной кое-какие грешки, – загадочно ответил Кирилл, вновь с интересом посмотрев на меня. Я, почувствовав на себе его взгляд, смутилась.

Мы спустились к реке, усевшись на траву, покрытую росой. Первое время молчали, наблюдая за небом, которое отражалось в темных водах. Сизые облака плыли по небу, словно призраки, а камыш, склонившийся над водой, шелестел, словно шептал какие-то тайны. Вдруг, где-то над головой, я услышала слабый писк.

– Что это сейчас было? – повернулась я к парням, которые задумчиво глядели на реку.

– Летучая мышь, наверное, – пожал плечами Кирилл, который сел рядом со мной.

– Бр-р-р, – проговорила я. – Гадость какая!

Летучая мышь – хрупкое создание, которое вызывает у многих страх и отвращение, вдруг стала символом этой странной встречи. Ее писк, раздавшийся в тишине, напомнил мне о тайнах, скрытых за фразами Кирилла о «грешках» и «наказании». А летучая мышь, словно посланник судьбы, напомнила нам о том, что даже в самых мрачных уголках жизни есть место для тайны и неожиданных встреч. Я понимала, что эта поездка – это не просто вылазка на природу, напротив, это путешествие в глубины человеческих тайн, желаний и грехов.

Вечерняя тишина уже не казалась столь умиротворяющей, по спине пробежали мурашки и были они не от холодного ветра.

– Мы сегодня с Ксюхой были на пляже днем, но, мне кажется, что есть и другой выход к воде, – вдруг нарушила тишину я.

– А так это вы резвились как молодые белуги, – съязвил Кирилл. – Конечно есть. Местные поговаривают, что это место проклятое.

– В каком смысле? – оживился Митька, так как любил все мистическое. Вечно допоздна смотрел фильмы про зомби и оборотней.

Вечерние сумерки окутывали лесное озеро густым покрывалом, пронизанным звуками вечерней тишины.

– Вон там, – Кирилл кивнул в сторону камышей, – у самой кромки берега стояла невзрачная покосившаяся избушка. До революции там жила одна помешанная бабка, все считали ее ведьмой. Она вечно проклинала всех, и проклятия эти сбывались. Если в деревне сгорел дом или помер кто, значит, это ее рук дело.

Митяй с неподдельным интересом слушал Кирилла. Я же, хоть и старалась не подавать виду, ощущала, как леденящий холодок пробегает по позвоночнику. На мгновение показалось, что камыши зашевелились, словно вот-вот кто-то из них выглянет.

– Местные даже хотели сжечь эту избушку вместе с бабкой. Только не успели, она покончила с собой, перед смертью нагнав порчу на это место, – продолжал Кирилл.

– Как покончила с собой? – зачем-то спросил брат, будто пытаясь вывести Кирилла из равновесия.

– Безумная старуха повесилась на суку́, – безэмоционально ответил тот. – Вот на этом дереве, под которым Тася сейчас сидит.

Я медленно задрала голову. Надо мной действительно торчал толстый черный сук, который на фоне уже ночного неба выглядел устрашающе. Сквозь ветки проглядывал худой месяц. Внезапно что-то влажное и холодное коснулось моей шеи. Я завизжала от неожиданности. Резко обернувшись, увидела напуганную собаку наших соседей, которая прибежала по нашим следам и решила поприветствовать меня, уткнувшись влажным носом. Парни громко заржали. Я тут же вскочила на ноги.

– Хорошего вам вечера! – буркнула я, пытаясь скрыть смущение.

– Да ладно тебе, Таська! – смеясь, Кирилл пытался меня удержать, взяв за руку. – Я все выдумал, не было здесь никакой ведьмы!

– Ты чего такая трусиха? – подключился к беседе и брат. Да уж! Смельчак какой выискался. Будто это не он пару минут назад слушал Кирилла с открытым ртом.

– Останься, – попросил Кирилл, по-прежнему не отпуская мою руку, а от чего-то не отталкивала его, уж очень было приятно чувствовать его прикосновения.

– Я ни капельки не боюсь, – не слишком уверенно сказала я. – Просто спать хочется. До завтра! – о последнем я нагло врала.

Я осторожно высвободила свою руку из руки Кирилла и отправилась прочь. В его словах, как мне казалось, чувствовалось что-то неискреннее. В его глазах я увидела не только разыгравшуюся фантазию, но и нечто большее – страх, который он так старался скрыть. Может быть, Кирилл сам верил в свою историю? Возможно, на этом месте и правда таилась некая зловещая тайна, о которой нам никто не говорил? Я не хотела об этом думать. Но эта ночь, с ее зловещей атмосферой и коварными рассказами, уже успела нагнать на меня необоснованный страх, который долгое время не покидал мои мысли.

Глава 5.

Луна бросала длинные тени на пыльную дорогу, когда я, не дожидаясь окончания шумного застолья на соседнем участке, проскользнула в дом. Отец, как всегда, был душой компании, щедро осыпая соседей шутками и анекдотами. Уставшая от оживленного шума, торопилась к себе, быстро почистила зубы, стараясь не шуметь, и, не включая свет, скинула с себя сарафан и кардиган. Укутавшись в одеяло, она прижалась к подушке, но сон никак не приходил. Я вспоминала историю, выдуманную Кириллом, про местную ведьму. В его словах, словно заговоры, переплетались мистические события, окутанными темнотой и тайной. Парню нужно быть сценаристом с такими талантами… При мрачном антураже его повествование звучало очень правдоподобно.

Обычно не склонная к страхам, удивилась, насколько правдоподобно звучали слова Кирилла. Она также заметила, как она с братом внимательно слушали, затаив дыхание. Именно это и заставило ее почувствовать неловкость и тревогу, которая теперь не отпускала ее.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем в комнате появился Митька. Он пошарил в темноте, и, запнувшись о свою неразложенную сумку, шепотом выругался.

– Таська, ты чего ушла-то? – шепотом спросил Митя.

– Да ну его, Кирилла. Всякую ерунду сочиняет, – ответила Таська, стараясь спрятать свою тревогу.

– А он, кажется, в тебя втюрился, – тихо проговорил Митя.

– Кто? – глупо переспросила я.

– Ну кто? О ком мы говорим? Кирилл! Кто еще… Все про тебя спрашивал.

Я негромко рассмеялась:

– «Втюрился». Ну и словечко ты вспомнил… Из детского сада, что ли?

Брат промолчал.

– Мить, а ты тоже поверил в эту ведьму? Наверное, завтра с утра, при солнечном свете все не будет казаться таким уж жутким, как сейчас. Ты как считаешь?

Не услышав ответа, я продолжила:

– А что именно Игорь про меня спрашивал? Мм? Мить?..

Похоже, Митька уже крепко спал. Вот везет человеку. А я после слов брата тем более уснуть не могла. Ведь Митя считает, что я нравлюсь Кириллу.

Тревожные мрачные картинки отступили. Теперь я, улыбаясь, смотрела в окно. За нами сквозь ажурную занавеску подглядывали желтые звезды.

***

Солнечный луч проник сквозь шторы и попал прямо на мою подушку. Я улыбнулась и растянулась в постели. Как замечательно, когда у тебя каникулы и не торопиться вставать с утра. Можно спать сколько душе угодно. С улицы доносился щебет птиц, напоминая о приближающемся утре. Я снова с удовольствием закрыла глаза…

– Таська? – раздался шепот отца над головой. Я резко подняла голову. Митя еще спал, раскинувшись на своей кровати. – Там тебя спрашивают.

– Кто? – спросонья не понимала я.

– Не знаю, – шутливо пожал плечами отец. – Девочка какая-то.

Ксюха?.. Еще на речке она обещала зайти за мной, чтобы устроить экскурсию по Сосновке. Но ведь не в такую рань… Я потянулась за своими электронными наручными часами, которые лежали на тумбочке. Восемь утра! С ума сошла что ли?

Спрятавшись под одеяло, я вихрем спустилась на веранду. Ксюша ждала меня на террасе. Глядя на нее, возникло впечатление, что она проснулась пару часов назад. Выспавшаяся и довольная… в лавандовой рубашке в клетку с короткими рукавами и джинсовых шортах. Я взглянула на свое отражение в окно. Взлохмаченные волосы, опухшие глаза, оттекшее лицо… Просто садовое пугало.

– Городские! – уже привычно покачала головой Ксюша. – Долго спите.

«А что нам тут еще делать?» – с раздражением подумала я, но промолчала.

– И Митяй твой дрыхнет до сих пор?

– Угу, – промычала я сонно. Ха! «До сих пор»… Да, Митька в каникулы может до обеда проспать. Впрочем, как все нормальные подростки.

Внезапно Ксюха приосанилась и как-то странно заморгала. Будто сейчас заплачет. Бросив пару раз взгляд на соседний участок, она залилась краской. Я тоже посмотрела в ту сторону. На крыльце стоял Кирилл с чашкой в руках. Ух, наверное, там свежесваренный кофе… Заметив, как мы обе пялимся на него, парень поприветствовал нас, приподняв чашку. Мы синхронно помахали ему в ответ. С глупыми улыбками. При этом одеяло мое предательски соскользнуло, продемонстрировав мою глупую пижаму с Мишками Тедди.

– Проклятье, – прошипела я, вновь заворачиваясь в одеяло. Хороша, ничего не скажешь! Еще и с таким гнездом на голове. Не сказать, что я была без ума от Кирилла, но все-таки не хотелось оказаться в глупом положении, когда рядом симпатичный парень. Зато Ксюха просияла.

– Мать честна, какой он все-таки красавчик! – пролепетала она мне. – Еще фору даст нашему Сычу.

– Какому сычу? – потупила я взгляд.

– Да, есть тут один… товарищ, – фыркнула Ксюша. – Ну, Игорь Сычов. Местный Крис Хемсворт. Не только по Кириллу все бабы у нас тут пищат.

– И ты тоже? – усмехнулась я.

– Вот еще! – дернула плечиком Ксюха. – Я не ведусь на всяких там самовлюбленных напыщенных индюков.

Я рассмеялась. Индюки, сыч… Веселый птичник у них тут.

– Тем более мне больше блондины нравятся. Ну, ты что, истуканом, стоишь? – вдруг наехала на меня подруга. Я аж смехом поперхнулась. – Собирайся давай! Сосновка, знаешь ли, не ждет.

Я кивнула и отправилась обратно в дом. После всех водных процедур быстро поднялась в свою комнату, переоделась в велосипедки, белую майку и красную рубашку, обула кеды. Митька по-прежнему предательски сладко дрых. Захотелось запустить в него чем-нибудь, например расческой, которая была у меня в этот момент в руках. Но тут брат сам, щурясь, приоткрыл один глаз.

– Ты куда это с утра пораньше? – хриплым голосом спросил он.

– Сосновка, знаешь ли, не ждет, – зачем-то повторила я слова Ксюхи.

Митя посмотрел на меня как на сумасшедшую. Когда я вновь появилась перед Ксюшей, та подняла большой палец.

– Вот это я понимаю! Превращение из гусеницы в бабочку.

– Из куколки, – скромно заметила я.

Сосновка уже жила полной жизнью. Казалось, во всей деревне в этот час спал только Митька. Ксюша провела меня по всем уголкам, показала сквер, где вечерами собиралась молодежь, местный клуб и даже для чего-то почту.

– Поклонникам своим открытки из Сосновки пришлешь, – подмигнула мне Ксюха. Я тяжело вздохнула – было бы кому.

Мы навернули несколько кругов по деревне, и, кажется, я уже заочно знала каждого. Вот в том аккуратном зеленом домике – тетя Зоя, у которой можно было приобрести самое вкусное коровье молоко, у кого не было своего хозяйства. В общем, таким как мы – городским. А в двухэтажном деревянном доме напротив жила какая-то противная Надька, никто из Ксюхиных «девок» не общался, потому что терпеть не мог. «Надя много из себя строит», – заключила Таня. Я знала о каждой сосновской персоне, интересной и не очень. Каждая деталь, каждая мелочь, казалось, была важна для Ксюши. Она помнила, кто где живет, с кем дружит или кого не любит. В ее глазах деревня была маленьким миром, полным тайн и сплетен. К концу нашей прогулки голова моя пухла от кучи ненужной информации.

– Конечно, самая красота в лесу, – пояснила мне Ксюша. – Такие сказочные опушки, закачаешься. И ягоды… ягод сколько! Мать моя женщина, с ума сойти, глаза просто разбегаются. В следующий раз покажу лес.

Я кивала соглашаясь. Да, да, в следующий, пожалуйста. Черт, еще и порядочно натерла ногу… Да и голову напекло. Солнце в Сосновке вовсю жарило, и единственное, о чем я сейчас мечтала, – поскорее добраться на речку. Кстати, подруга показала мне и другой выход к воде. Там действительно было многолюднее, чем вчера. Местным просто лень идти на другую сторону деревни, где обитали большинство городских дачников.

– К вашему дому ближе тут будет пройти, – кивнула Ксюша. Мы свернули на пустую проселочную дорогу, ведущую к заброшенной усадьбе, которая напоминала старинный таинственный замок. – Хотя я, конечно, стараюсь не бывать здесь.

– Впечатляет!

– Пойдем отсюда быстрее, – оглядываясь, попросила Ксюха.

– А что такое? – удивилась я, завороженно глядя на мрачные пустые глазницы окон, который манили своей таинственностью.

– Ты не знаешь историю этого дома, – шепотом проговорила Ксюша, словно предостерегая.

– Там жила ведьма, которая прокляла всю Сосновку? – с улыбкой спросила я, вспомнив глупую историю Кирилла.

– Какая ведьма? – удивилась Ксюша. – Нет! Здесь жили какие-то знатные дворяне. Молодая хозяйка закрутила роман с кучером втайне ото всех, а потом с любовником решила избавиться от муженька.

– Ну прямо «Леди Чаттерлей», – восхищенно проговорила я. – «если жить разумом, логика неизбежно приведёт к ненависти²».

– Не знаю, какая там… леди. Только, отравив мужа, баба та сильно раскаивалась. Застрелила потом своего любовника, а затем и себя. Тась! – воскликнула она. – Это нехороший дом. У нас все его стороной обходят. Баба Таня даже хотела письмо в «Сверхъестественные»написать.

– Чего? – рассмеялась я. – А что, там по ночам бродит дух покойной хозяйки?

– Не знаю, что там по ночам происходит, – серьезно начала Ксюша, – только тут и днем непонятные вещи творятся, рядом с этим домом.

– Например? – спросила я, заинтересованно подняв брови.

– Да, просто мистика всякая… У моей подруги телефон в сумерках отобрали.

– Ну это совсем ерунда, – разочарованно протянула я. – Просто обычно такие заброшенные дома и контингент соответствующий притягивает.

– Да? – язвительно воскликнула Ксюха. – Тась, это деревня. Понимаешь? У нас тут все живут как на ладони. В том числе и шайка местная, кто такое провернуть может. Только они сами к этому дому не суются.

– Суеверные хулиганы? – веселилась я.

– Смейся-смейся! Тут подростки крутились около этого дома, так одного пацана так кто-то отметелил, он потом три месяца в больнице валялся.

– Не повезло.

– А я в седьмом классе здесь зимой ногу сломала. Открытый перелом, между прочим.

– Ну это же совпадение? – проговорила я

– Не верю я в такие совпадения, – покачала головой подруга. – Поэтому пошли отсюда скорее, от греха подальше.

Ксюха буквально силой тащила меня в сторону нашей дачи. Я с сожалением оглядывалась на заброшенную усадьбу. Сейчас, когда ярко светило солнце и звонко щебетали птицы, не думалось о чем-то плохом. Мне хотелось представить, каким был этот дом раньше. Какие картины висели на стенах, какая мебель стояла в комнатах. Редкое собрание книг, фарфор, ковры, зеркала в позолоченных рамах… все это когда-то было в усадьбе. Наверное, там устраивали балы, кавалеры в элегантных костюмах и дамы в платьях с кринолином кружились в танце под живую музыку…

– Лет двадцать назад тут такой пожарище был, – прервала мои мысли Ксюха. – Весь первый этаж выгорел. И еще в усадьбе один местный сумасшедший повесился, но это давно было, еще до моего рождения. Мне бабушка рассказала. Это плохое место, Таська. Тьфу!

– Ладно тебе! – удивилась я. – Разошлась.

Когда мы вышли на тропинку, ведущую к нашей даче, Ксюша выдохнула:

– Ух, аж коленки дрожат…

Мои волосы начали шевелиться на затылке от ее слов, но я попыталась сохранить спокойствие.

– Ты преувеличиваешь, – пожала я плечами, вспомнив таинственный заброшенный дом.

– Ладно, не хотела говорить еще кое-что… но если тебе так весело!..

Я насторожилась:

– Рассказывай.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.