Любовь Чаро
Танго для ведьмы. Вторая часть

Глава 1

Себастьян Край, ерх-целитель

Путы поддавались с трудом. Я возился с ними так долго, что стеной обрушившийся первый в этом году снегопад успел намести сугробы по колено. Свадебный камзол не был рассчитан на долгое пребывание под снегом, и мне приходилось часть магии тратить на поддержание температуры тела, дабы не превратиться в ледяную скульптуру. Обычно я любил снег, но сегодня он меня несколько раздражал.

– Тьма драконья! А что если… – воскликнул и не смог произнести окончание фразы вслух.

Я должен немедленно убедиться, что моя жена жива! Перестав пытаться согреться, я сконцентрировал всю доступную мне магию на путах, и о, чудо, мне, наконец, удалось освободиться. Около храма стоял защитный контур, а, чтобы открыть портал, мне нужно было выйти за его пределы. Я изрядно потратился на своё освобождение и теперь решил пренебречь обогревом, дабы сберечь свой резерв для открытия магического перехода.

Пока добирался, успел промёрзнуть до самых костей. Праздничные туфли не предназначались для хождения по сугробам. Штанины моментально промокли и мёрзлой коркой липли к ногам. Пока непослушными и трясущимися от холода руками открывал портал, уже заметно стучал зубами и несколько раз громко чихнул. Это всё пустяки, сейчас нужно беречь резерв – вдруг Нике будет нужна помощь.

Переход открыл прямо в её прихожую. Я понимал, что каждая секунда промедления после звонка в дверь и ожидания, пока мне её откроют и впустят внутрь, просто сведет меня с ума. В доме было темно и тихо. Я стал проверять комнаты одну за другой, всё больше впадая в состояние паники, и крикнул:

– Ника! Ника! Ну где же ты?

Одна из дверей, до которой ещё не успел дойти, резко отворилась, и я увидел заспанную, взлохмаченную ведьмочку в длинной зелёной ночной рубашке в мелкую полосочку.

Облегчение затопило меня с головы до ног. Я бросился к ней и, крепко сжав в объятиях, принялся жадно целовать везде, где только смог дотянуться.

– Ты что? Э… – по голосу Ники чувствовалось, что она немного опешила и не понимает, что происходит.

– Я боялся, что проклятие всё-таки зацепит тебя, Ника! Слава Темнейшему, с тобой всё в порядке.

Она затрепыхалась, сделав попытку отстраниться от меня. Слишком слабо, чтобы я перестал её обнимать, гладить по спине и плечам, вновь и вновь успокаивая себя и убеждаясь в целостности и невредимости моей ведьмочки.

– Ян, да ты же весь мокрый! – удивлённо воскликнула жена, и я чуть не треснул себя по лбу.

Расцепил руки и отошёл от неё:

– Прости, я совсем забыл. Там снег, я сейчас уйду, пр…

Договорить слова извинения мне не дал громкий чих. Совсем головой не думаю! Ещё не хватало жену заразить подступающей простудой.

– А ну стой! – прикрикнула на меня Ника и быстро метнулась мне за спину, перекрывая путь к отступлению.

Она смерила меня грозным взглядом, сканирующим состояние организма и вынесла вердикт:

– Да у тебя же резерв пустой, к тому же ещё и переохладился и похоже вот-вот заболеешь! А ну шагом марш в ванную, под горячую воду. Быстро!

Не выгоняет, и то хорошо. Я поспешил скрыться от разгневанной ведьмочки в указанном направлении. Горячий душ мне сейчас и правда не помешает.

Пока стоял под горячими струями воды, резерв порадовал появлением небольшого количества силы. Я запустил заклинание экономного восстановления. Это позволило мне помимо лечения ещё и телепортировать несколько моих банных принадлежностей. Всё лучше, чем пахнуть цветочными женскими средствами для душа, которыми пользуется сама Ника. Вряд ли ей бы это понравилось. А вот с моим расслабляющим зельем принять горячую ванну было сейчас гораздо приятнее и желаннее.

Несносная ведьмочка решила меня прокатить с первой брачной ночью! Не тут-то было! Вот сейчас приведу себя в порядок и возьму эту упрямую крепость штурмом.

Вышел я в одном намотанном на бёдра полотенце, специально выбрав самое узкое. К моему разочарованию Ника меня не караулила под дверью. Я прошёл по коридору до приоткрытой двери, откуда лился слабый свет ночника, которая оказалась ее спальней, а полностью распахнув дверь увидел, что сама ведьма красиво полулежала на кровати, читая книгу. Она ненадолго оторвалась от чтения и сказала:

– Согрелся? А теперь будь так любезен, телепортируйся к себе домой. И свет везде погасить не забудь.

Нет, не на такой приём я рассчитывал. И катиться подальше, то есть телепортироваться никуда отсюда не собирался. Я медленно стал идти к ней, глядя на ночник:

– Я понял, Ника. Этот свет тоже сейчас потушу.

Она подняла  взгляд от книги и во все глаза уставилась на меня, заметила-таки в каком я виде. То, что ведьмочка молчала, я счёл за хороший знак. Когда потянулся за выключателем ночника, специально сделал так чтобы полотенце упало. Я хотел Нику всем своим существом, и ещё в ванне был готов к близости с ней. Так что сейчас она могла убедиться воочию, насколько я хочу и готов исполнить свой супружеский долг.

– Ты… это…, – пролепетала жена севшим голосом.

 А я резко поменяв направление движения, развернулся к кровати, накрыл Нику своим телом, устраиваясь поверх одеяла, и в ошарашенно распахнутые губы прошептал:

– Поцелуй меня на ночь, жена!..

Ника протяжно застонала мне в губы. Было в этом что-то обречённое и, одновременно, манящее и предвкушающее. Она ответила на поцелуй почти сразу. Это оказалась самая сладкая победа из всех, что случались в моей жизни. Я и так был не в ладах со своей головой, сходя с ума от невероятной утончённой красоты Ники, а когда она отозвалась на мои ласки, то и вовсе забыл обо всём и всех от счастья. Но и этого моей ведьмочке показалось мало, и она стала щедро делиться со мной силой. От такой нежданной заботы я слетел с катушек, послав куда подальше решение быть нежным.

Очнулся только поняв, что у кровати сломалась ножка, и я стал съезжать вместе с лежащей подо мной животом вниз Никой. Хоть убей, я не в состоянии был вспомнить, куда и в какой момент исчезло одеяло, и в какой момент между нами не осталось преград в виде её полосатой сорочки. Прерваться хоть на секунду было невозможно, и я ухватился одной рукой за спинку кровати, всем телом прижимая жену к себе, не позволяя ей ускользнуть дальше, по наклонной поверхности. Когда, через некоторое время, она выгнулась подо мной, издавая сладкие стоны, я сорвался и рухнул в бездну следом за любимой.

– Моя кровать!.. – спустя, казалось, целую вечность ожила Ника и зашевелилась, пытаясь освободиться.

Отпускать её совершенно не хотелось, но она проявила изрядную настойчивость, поэтому я поднялся и помог встать Нике:

– Я починю.

– Купишь мне новую, – не согласилась с моим предложением Ника, а затем схватилась рукой за голову и простонала: – что ты сделал с моими волосами?! Так, я в ванную, а ты пока тут, это…

Что “тут, это” я не стал уточнять. Кровать куплю потом, а пока эту починю магией.

Но едва успел наклониться к сломанной ножке, как из ванной раздался гневный вопль Ники.

Я бросился к ней.

– Что случилось? – спросил, снеся магией дверь.

Обнажённая Ника взирала на меня разъярённой фурией. В руках она сжимала мои фиалы для купания.

– Немедленно! Убирайся! Из моего! Дома! И барахло своё! Не забудь! – чеканя и выделяя ударением каждое слово велела ведьма.

Щелчком пальцев она открыла за моей спиной портал и чарами вытолкнула в него. Вывалился я в сугроб перед её крыльцом. Следом полетели мои банные аксессуары.

Я зябко поёжился, плетя согревающее заклинание:

– Лучше бы одежду мою швырнула.

Не успел договорить, как портал снова открылся, и в меня полетела моя одежда, а потом и обувь.

Ведьма в гневе – это что-то. Знать бы ещё, что её привело в такое бешенство. Лучше не буду гадать, а спрошу завтра, когда она успокоится.

Резерв был полон под завязку, и заснуть мне не светило. Вернувшись домой, оделся по погоде и отправился в центр Даркшторма – место,  где продавали всякие элитные товары круглосуточно. Скупив все кустовые розы нежных оттенков, заглянул к артефакторам и приобрёл несколько амулетов с агатами в форме сердечка. Не зная какие выбрать, скупил все их разновидности: и снежные, и зелёные моховые, и красные, и коричневые.

Со всем этим добром вновь оказался в прихожей Ники. Наученный горьким опытом, прежде чем начать разыскивать жену, наслал на неё сонные чары. И… О чудо, со спящей ведьмой я смог справиться. Надо запомнить на будущее – если нужно незаметно заколдовать жену, то делать это надо, когда она сладко спит.

Не боясь разбудить, я расставил цветы в прихожей, гостиной и столовой. Прямо на букеты сверху повесил амулеты. На фоне цветов они выглядели потрясающе.

Смотреть на спящую Нику не стал – понимал, что не устою и устроюсь рядом, а пока это делать рано. Я ещё не выяснил, что было не так с моими фиалами для мытья. Может, их тон не подходил к цветовой гамме ведьминой ванны? Да кто этих женщин поймёт, а ведьм – тем более.

Глава 2

Себастьян Край, ерх-целитель

Пока возился, за окном рассвело – самое время нанести визит Мэсу, он любил рано вставать, и для него сейчас был почти день.

Ерх-ведьмак меня ждал с горячим чаем и пирогами. Я, как учуял их запах, понял, что голоден, как оборотень после брачной ночи. Мэс понимающе хмыкнул, увидев с каким нетерпением я набросился на угощение.

– У вас с Никой совет да любовь? – поинтересовался он, когда я утолил первый голод.

– Ммм…, – я неопределённо покрутил рукой с пирогом, – не совсем, но твёрдо уверен, что мы поладим. По крайней мере я могу гарантировать, что я сделаю для этого всё от себя зависящее. Я пришёл узнать, снято ли проклятие.

Ерх-ведьмак утвердительно кивнул.

– Абсолютно. Можешь быть спокоен. Даже, если ты в дальнейшем решишь сменить жену и выберешь обычную девицу, ей ничего не будет угрожать. Но… – ерх-ведьмак серьёзно посмотрел на меня из-под кустистых бровей. – Я, надеюсь, ты столь самоубийственной вещи делать всё же не будешь. Понимаешь, тут такое дело. Ника, она скора на расправу.

– Сам я её не обижу, да и других обидчиков порву на запасной материал для некромантов, – жёстко ответил ерх-ведьмаку, а потом уже спокойно и уверенно добавил: – Ника моя и только моя. Мне никто другой не нужен. Свою жену я никому не отдам.

Мэс сделал вид, что выпускает несуществующие когти и вопросительно прорычал:

– Гр-р-р-р?!

Я приподнял одну бровь и он пояснил:

– Ты сейчас, конечно, хоть и говоришь, как оборотень, встретивший свою истинную пару, но хотелось бы узнать и её мнение на твой счет. Поскольку,  пока что она ведет себя с тобой, как “без меня меня женили”, тебе только и остаётся  рычать “гррр, моя”. Ты главное, как оборотень, не кусай её. Боюсь, на оставление “метки пары” она может весьма неадекватно отреагировать. Но, кроме шуток, Себастьян Край, Ника мне дорога, и если ты поведёшь себя с ней непорядочно, например, так, как с Бесиль Пюэль, то отвечать будешь лично передо мной. Тебе нужно её завоевывать и покорять день за днём. И сделать всё, чтоб она была счастлива. Помни – смелость города берет, а ненавязчивые и красивые ухаживания еще никому не навредили. Путь к сердцу женщины лежит через удовлетворение её маленьких прихотей и чувства защищённости.

Я прикрыл рукой лицо и прошептал ругательство:

– Упокою! Подниму, упокою и снова подниму! Самого себя упокою за то, что пытался обманом затащить ледяную магессу в постель ради своих целей, даже убедил себя во влюблённости к ней. Теперь, когда представляю, что так могли поступить с моей ведьмочкой… Ненавижу себя. Мэс, можешь быть уверен – я слишком дорожу Никой, чтобы рисковать и пытаться манипулировать ею, как это позволял себе делать с Бесиль.

Мы ещё немного поговорили, и я вернулся домой. Проснулся раньше, чем прозвучал сигнал из амулета.

По дороге на работу решил зайти, пожелать доброго утра жене и узнать, что же вчера было не так. Не успел додумать эту мысль, как руки сами сплели портальное заклинание. Я переместился сразу в столовую и угадал – Николетта как раз доедала завтрак из салатика и овсяной каши на воде. В голове успела промелькнуть лишь мысль о том, что нужно будет сказать моей ведьмочке не сидеть на диете ради меня, ведь её формы и так идеальны.

– Мрачного утра! – поприветствовал я в лучших традициях тёмных, к коим относились некроманты и ведьмы.

Ника угрожающе поднялась, а в следующий момент уже схватила меня за горло и переместила порталом на крыльцо. Отпустила, открыла дверь и, зайдя в дом, указала пальцем на порог.

– Значит так, слушай сюда, муженёк, – яростным голосом стала просвещать меня жена, – за этот порог ты больше ни ногой не переступишь. Мой дом – только мой, и тебе в нём точно не рады. Ещё раз увижу, что ты был у меня – голову тебе оторву! Ясно?!

“Угу, тогда про то, понравились ли цветы и амулеты спрашивать точно не буду” – подумал я, глядя в такие злые, но безумно чарующие  глаза ведьмы.

– Но, Ника… – я попытался было начать диалог, но меня прервал громкий хлопок закрывшейся перед носом двери.

Вот и поговорили. Я пребывал в полнейшей растерянности. Что теперь с этим делать я не представлял, и решил заскочить к Арчи за советом, время как раз позволяло.

Выслушав о том, как Ника выставила меня вон, друг предложил:

– Нда, дела. А знаешь, тебе нужно тоже завести очеловечившегося фифа.

Я скептически изогнул одну бровь.

Друг задумчиво покачал головой и стал приводить доводы в пользу обзаведения ещё одной проблемой:

– Себ, поверь, фифы – очень полезные существа. Они прекрасно поглощают излишки магии, а после воздействия СЗЭСок приобретают ещё две ипостаси. Впрочем, тебе и так об этом известно. Но вот о том, что после своих изменений у них появляется искреннее желание быть полезным и нужным своим хозяевам, ты пока не знаешь. Да и сколько времени прошло с момента гибели твоей птички-фамильяра? Пора завести кого-то на смену.

Синь и Эмирека было до сих пор так жалко, что больно вспоминать, о чём я и сказал другу:

– Арчи, смерть моего фамильяра, моей Синь была так внезапна. Я и не знал, что старение так неотвратимо для них. Лечил изо всех сил, но старость – это то, против чего целительство бессильно. Ещё и Бесиль расстроил, подарив ей парного Эмирека, а он ушёл на радугу вслед за своей второй половинкой.

Ерх-сыскарь, потрепал меня по плечу:

– Себ, соболезную. Я желаю мягких, пушистых облачков Эмиреку и Синь… Но увы. Нашим маленьким друзьям отмерен такой короткий срок. Они навсегда останутся в твоём сердце и сердце Бесиль. Эти птички-фамильяры прожили счастливую жизнь с вами. И всё-таки подумай над моим предложением, взять очеловечвшегося фифа – это действительно облегчить свою жизнь. Они, правда, хотят помогать. Поддержка Урза помогла мне пережить непростой период в жизни, когда меня штормило от эмоций к моей истинной паре. А ещё он довольно успешно подстраховывает в случае чего и порой заменяет меня на работе. В это время я успеваю решить параллельно другие рабочие вопросы, а заодно и наладить семейную жизнь.

– Мне не требуется помощь в работе. – я тяжело вздохнул и по привычке намагичил другу тяжёлый вазон с розами в углу кабинета. – А посвящать магическое существо в перипетии личной жизни я не намерен.

– Стоп, Себ. Дослушай… И да. Ты только никому не говори. – Арчи наклонился в мою сторону и перешёл на шёпот, хотя я точно знал, что с защитным контуром на кабинете от прослушки всё в порядке. – Всё, что мне советовал Урз о том, как бы он поступил на моём месте в отношении Оры оказывалось справедливым. Видимо, отсутствие полового влечения позволяет этим пушистикам видеть ситуацию без искажений. Если бы я во всём, что касается сердечных дел, слушался моего фамильяра, то добился бы руки и сердца Оры значительно раньше.

Я поблагодарил друга за совет и решил, что подумаю. Вдруг действительно фиф сможет мне помочь, или хотя бы будет кого погладить по шёрстке после тяжёлого дня.

Проверив, как обстоят дела в Целительской, отправился в Академию Темнейшего Черепа проводить лекцию для первокурсников по трансформации магии. Моё занятие предшествовало лекции, читаемой Никой, и, завершив урок, я решил дождаться её в коридоре.

Ведьмочка с задумчивым видом вышла из аудитории. Так близко и такая далёкая одновременно.  Все заготовленные слова вылетели из головы. И прежде, чем мой мозгуспел обдумать “за” и “против”, я уже налетел на неё. Сграбастав в объятия, прижал к стене, даже не подумав, как это может смотреться со стороны и что подумают окружающие нас адепты.

Ника открыла было рот, чтобы возмутиться, но я тут же запечатал его поцелуем. Только сейчас я понял, что за несколько часов успел дико по ней соскучиться. Она замерла на мгновение, а потом так же жарко ответила мне, возвращая всю мою страсть, усиленную собственным желанием. Я застонал, не в силах сдержать себя от затопившего меня удовольствия и скоро наши сладострастные стоны слились воедино. Как там шутил Мэс? “Моя, гр-р-р, она только моя!” Вот да!

Когда я  уже перешёл к поцелуям чуть ниже, чем губы, ведьмочка, отстранившись, обречённо пожаловалась:

– Ян, ну что ты творишь! Ну не при адептах же!

Я же продолжал прокладывать дорожку из поцелуев к ключице не в силах остановиться, и смысл её слов дошёл до меня с запозданием. Поэтому ответил не сразу, а когда заговорил, сам едва узнал собственный севший голос:

– Ника, моя сладкая ведьмочка, в любую академию берут только тех, кому исполнилось восемнадцать лет. Наши некроманты из АТЧ и твои ведьмочки из АВиЗа – совершеннолетние взрослые люди. Что они тут не видели?

Послышались одобрительные возгласы со стороны адептов, даже пара хлопков прозвучала, и Ника тут же застыла, а потом отпихнула меня.

Вокруг нас собрались заинтересованные наблюдатели. Среди адептов и ведьмочек я увидел пару преподавателей. Задвинув Нику за спину, я громко сообщил:

– Мы с ректорессой АВиЗа вчера поженились. Николетта теперь моя супруга, и я лично разберусь со всяким, кто посмеет её хоть чем-то расстроить.

Жена хмыкнула и с милой улыбкой, от которой вздрогнули все рядом стоящие адепты, добавила:

– А я отлуплю метлой любого, кто не будет слушаться нашего замечательного ерх-целителя, – многообещающе улыбаясь, сообщила Ника, выходя вперёд. – Не вздумайте обижать моего мужчину! Хотя, если вы решите рискнуть здоровьем, можете попробовать, но не рекомендую. А теперь, все брысь на занятия! Быстро!

Адепты рассосались, как по волшебству. Я спешно догнал жену и взял за предплечье  в попытке её остановить, чтобы всё таки поговорить с ней, как и планировал. Но та холодно взглянула на мою руку, удерживающую её, как на мерзкую змею, и я тут же убрал конечность, так сказать, во избежание более ощутимой “просьбы”.

– Понял, поговорим после твоей лекции, – миролюбиво предложил ей.

– Господин Край, нам с вами абсолютно не о чем разговаривать. Ты мне никто, – ведьма в недовольстве не первый раз обращалась ко мне по-разному: начинала с господина и на вы, а потом сбивалась и переходила на “ты”, – наш статус супругов лишь досадная формальность. И разговаривать ты можешь с кем угодно, но только не со мной. Всё, что хотела, я тебе уже сказала. А то, что хочешь сказать ты, мне не интересно.

Я аж воздухом подавился и закашлялся. Помоги мне Темнейший! Как жить с этой ведьмоносной женщиной?! Неужели, чтоб её поцеловать, надо постоянно использовать эффект неожиданности и пользоваться ситуацией?!

Из оцепенения меня вывел звонок от Белкаева.

– Себ, помнишь ты хотел взять себе фифа в фамильяры? – раздался из амулета связи требовательный голос ерх-сыскаря.

– Не помню. Помню только что ты мне навязчиво пытался всучить фамильяра, – ответил, хотя в эту самую минуту согласился что друг прав и мне нужен сиреневый фиф.

Арчибальд должно быть что-то такое уловил в моём голосе и стал быстро излагать ситуацию:

– Помнишь я обнаружил заговорщиков, во главе с бывшим ерх-сыскарём. Так вот они помимо прочего занимались дрессировкой очеловечевшихся фифов. Кукловод каким-то пока неустановленным образом поделился с ними этими животными. У меня сейчас предстоит большая работа по чистке предателе в рядах УСа и мне вот вообще не до ещё одной партии фифов. Я подумал, может ты возьмёшь их временно к себе в целительскую. Им на самом деле нужна лекарская помощь. Особенно одному, он особенно пострадал. Я его тебе пришлю в первую очередь. Вылечишь и сделаешь своим фамильяром.

Обнаружил заговорщиков, ага, друг попал к ним в плен и сильно рисковал. Арчи как всегда преуменьшал свои заслуги. Отказать ему после всего что с ним недавно случилось я не смог.

– Хорошо, отправляй всех ко мне.

– Отлично. Жди первого, остальных ещё нужно оформить. Спасибо, дружище.

Через несколько минут я был в целительской и получал еле живого фифа. Мне нужно было устанавливать контакт с будущим фамильяром, а делать это лучше всего там где он будет жить, так что я с фифом перенёсся к себе.

Сперва необходимо было аккуратно поделиться с пострадавшим силой, иначе фиф просто не выдержит манипуляций по сращиванию сломанных костей. Я делился магией, смотря, как тот вялой тряпочкой лежит на смотровой кушетке, и моё сердце щемило от жалости. Пока я его нёс, он принял основную фифью ипостась – сиреневого пушистика. У моего экземпляра был необычный для них оттенок – светло-светло сиреневый.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.