Софи Грассо
Дон Рима

Глава 1. Опасный танец.

Ночной клуб "Impero" пульсировал в обычном ритме субботнего вечера. Басы отдавались в каждой клеточке разгоряченных, извивающихся тел по которым скользили разноцветные неоновые лучи, двигающиеся в едином порыве. Девушки гоу-гоу, затянутые в блестящий латекс, извивались на подиумах, подобно неземным созданиям, их длинные ноги в серебристых ботфортах, завораживали публику, а откровенные движения, заставляли учащенно биться сердца, присутствующих мужчин.

За барной стойкой, умелые бармены развлекали гостей отточенными до автоматизма движениями, разливая коктейли на любой вкус. Звон бокалов смешивался с музыкой, запахом кальяна, создавая особую симфонию и колорит заведению, в котором к десяти вечера, было ужу не протолкнуться.

В отдельных ложах, укрытых от посторонних глаз, развлекалась римская элита, молодые наследники могущественных семей не считали деньги, тратя их на безудержное веселье, не заботясь о морали. Здесь не существовало слова "нет" – только цена вопроса. Официанты, в белоснежных рубашках, бесшумно скользили между столиками, разливая Dom Pérignon и Macallan, пятидесятилетней выдержки.

Длинноногие красавицы, в откровенных платьях от кутюр, вились вокруг столов, как мотыльки у пламени, бесстыдно торгуя своей красотой. Их приторно-наигранный смех, отточенный годами, звучал именно с той нотой придыхания, которая заставляла, мужские бумажники раскрываться чаще, многообещающие взгляды, недвусмысленно намекали на продолжение вечера. В воздухе витала дурманящая смесь власти, денег и вседозволенности, которая, подобно божественному эликсиру, окутывала VIP-зону сладким маревом избранности, заставляя обычных посетителей, жадно ловить отблеск недоступного им мира.

В самой дальней ложе, скрытой за тяжелыми бархатными портьерами, в дыму кубинских сигар, на кожаном диване небрежно развалился Чезаре Карминати, наследник одной из самых влиятельных семей города. Он лениво наблюдал, затягиваясь сигаретой, как его младший брат Витторио, лапает длинноногую брюнетку, усадив на колени блондинку. Лоренцо, погруженный в телефон, просматривал биржевые сводки, даже в клубе, средний из братьев Карминати, не забывал о делах, которые поручил ему отец.

Официант, почтительно склонившись, наполнял бокалы, виски Macallan 25-летней выдержки, стараясь не встречаться взглядом с молодым Карминати – репутация семьи, требовала особого этикета и почтения.

Микеле Сальваторе, друг детства и сын консильери семьи, поднял бокал:

– За удачную сделку! Отец говорит, такого контракта у нас еще не было – довольно кивнул, осушив бокал.

–Твой отец знает в этом толк! – усмехнулся Чезаре, салютуя бокалом виски. – Если Альберто говорит, что сделка хороша, значит так оно и есть.

– Тогда я не понимаю, почему ты сидишь такой мрачный, – подколол друга Микеле. – половина успеха принадлежит нам! – хлопнул друга по плечу.

– Он просто не встретил еще сегодня достойную добычу, – рассмеялся Марко Росси, их общий друг юности, наблюдая за приватным танцем, который исполняла у пилона жгучая брюнетка с шикарной грудью.

– Одни и те же лица, скучно – поморщился Чезаре

Витторио оторвался от своей спутницы, звучно хлопнув ее по ягодице:

– Какие мы стали привередливые! Чезаре, может, тебе пора жениться? София Барбаро, давно заждалась предложения, говорят она та еще фурия – рассмеялся брат –Такую красоту нужно прятать от греха подальше. Лучше всего в склепе!

– Зато какой союз! Калабрия будет наша. Старик Барбаро только о Чезаре и говорит, братец – сказал горделиво Лоренцо.

Чезаре бросил на младшего брата предупреждающий взгляд, чтоб держал язык за зубами, тот сразу понял свой промах, ущипнув блондинку за ягодицу.

Девушки извивались в такт музыке, бросая на Чезаре призывные взгляды, но он оставался равнодушным. В свои тридцать, он пресытился легкими победами и доступностью женщин, его забавляло, как эти размалеванные куклы в дизайнерских платьях, пытаются привлечь его внимание.

– Тебе нужно расслабиться, друг мой – Микеле хлопнул его по плечу. – Может, пригласим девочек с зала? Или у тебя есть идеи получше? – криво усмехнулся.

Чезаре уже собирался ответить другу, парой нелестных фраз, но в этот момент, его внимание привлек букет нежно-розовых пионов, мелькающий над танцующей толпой. Высокая блондинка с роскошными вьющимися волосами до поясницы, пробиралась к боковым столикам, достигнув цели, обняла стройную брюнетку, вручая ей подарок. В её движениях была легкость, которую не купишь за деньги, врожденная элегантность и изящество, присущее лишь истинным аристократкам.

Серебристое платье без бретелей, обтекало её фигуру как ртуть, отражая блики неоновых огней, создавая впечатление, будто она соткана из лунного света.

– А вот и добыча появилась – усмехнулся Микеле, тоже заметив незнакомку.

Чезаре молчал, не сводя глаз с девушки. Что-то в ней было, неуловимо другое. Не та дешевая сексуальность, к которой он привык в подобных местах, а какая-то почти хищная грация. Она как сирена, манила и притягивала взгляд своей утонченной красотой.

Блондинка в серебристом платье повернулась так, что Чезаре смог разглядеть её лицо. Его пальцы непроизвольно сжали бокал крепче, девушка была очень красивой, ее черты лица завораживали и ослепляли, а когда она улыбнулась, ему показалось, что время вокруг остановилось.

Чезаре властным жестом подозвал официанта.

– Узнай, кто она, – бросил он, даже не повернув головы.

– Я и так это знаю – ответил услужливый официант – это Кьяра Конти, знаменитая топ-модель, она пришла на день рождение Сильвии Сантини, у нее был заказан стол на пятнадцать персон, что-то еще, сеньор Карминати?

Чезаре медленно поставил бокал. В его глазах появился тот самый блеск, который проявлялся у хищника, заметившего достойную добычу.

– Пожалуй, – произнес он, поднимаясь с дивана, – этот вечер становится интересным! – довольно сверкнул белоснежным оскалом.

Чезаре наблюдал за ней, как коллекционер изучающий редкий экземпляр, ловя каждый жест, поворот головы, улыбку. Она выделялась среди подруг, шумно празднующих день рождение, поднимая бокал с шампанским с неуловимой статностью и легкостью, едва пригубив напиток, в ответ на очередной тост.

– Джованни, – он небрежно подозвал старшего официанта, – передай синьорине в серебристом платье, приглашение присоединиться к нам и принеси шампанского, Dom Pérignon Rose, винтаж 2006 года.

Официант, безупречный в своем белоснежном пиджаке, бесшумно скользнул вниз по лестнице. Чезаре наблюдал, как тот почтительно склонился к уху Кьяры, передавая его слова. Он был уверен в результате, никто и никогда не отказывал Карминати, особенно в "Impero", негласным владельцем которого он являлся.

Кьяра выслушала официанта с легкой полуулыбкой, чуть склонив голову набок. Затем её взгляд скользнул вверх, к затемненным окнам VIP-ложи. Даже сквозь тонированное стекло Чезаре, почувствовал прямой вызов, исходивший волнами от этой девушки, которую он уже мысленно ставил во всевозможные позы.

Она что-то ответила официанту, и тот, казалось, на мгновение растерялся – видимо, такой ответ он получал впервые. Кьяра же, словно потеряв всякий интерес к ситуации, повернулась к подруге, увлекая её в оживленный разговор.

Джованни вернулся в ложу, его лицо было несколько бледнее обычного.

– Синьор Карминати… – начал он, явно подбирая слова. – Синьорина благодарит за приглашение, но вынуждена отказаться. Она сказала… – официант замялся.

–Что именно она сказала? – в голосе Чезаре появились опасные нотки.

– Она сказала, что предпочитает компанию тех, кто имеет смелость приглашать дам лично, а не через посредников – опустил голову Джованни, боясь навлечь на себя гнев хозяина.

В ложе повисла тяжелая тишина. Микеле присвистнул:

– Однако, у красотки имеются зубки! – ляпнул не подумав Витторио.

Чезаре медленно поставил бокал. Его лицо оставалось непроницаемым, но желваки на скулах выдавали внутреннее напряжение. Никто, никогда не смел бросать ему такой откровенный вызов.

– Что ж, – произнес он наконец, поднимаясь, – значит, придется проявить… смелость – криво усмехнулся.

Чезаре двигался сквозь толпу, как голодный хищник на охоте, плавно и целеустремленно. Высокий, широкоплечий, в безупречном черном костюме-тройке от Prado, он излучал властность и опасность, перед которой расступались даже самые отчаянные посетители клуба. Его темные, густые, волосы, были уложены в модную прическу, легкая щетина подчеркивала волевую линию подбородка, а черные глаза смотрели с той хищной уверенностью, которая была у его предков-завоевателей.

Кьяра, беззаботно болтала со своей подругой Бьянкой, позабыв о поступившем ей предложении из VIP-ложи от официанта. В Милане и Нью-Йорке, она научилась держать дистанцию с местной золотой молодежью, слишком много она видела неприглядных историй с трагическим финалом.

– Никто, – его голос, глубокий и властный, прозвучал опасно близко к её уху, – не смеет отказывать мне дважды.

Кьяра медленно повернулась, рассматривая высокого брюнета, их разделяли считанные сантиметры, от него пахло дорогим парфюмом и опасностью – пьянящая смесь, от которой у любой другой, закружилась бы голова. Его прямой нос, четко очерченные губы и волевой подбородок, складывались в тот типаж брутальной мужественности, который обычно украшает обложки модных журналов, но Кьяра точно знала, что именно от таких мужчин, нужно бежать без оглядки.

– Правда? – она чуть склонила голову набок. – Должно быть, это очень утомительно, жить в мире, где никто не смеет вам отказать – съязвила Кьяра.

– Чезаре Карминати, – представился он с той особой интонацией человека, привыкшего, что его имя открывает все двери.

Кьяра лишь пожала плечами, его имя ей ни о чем не говорило, большую часть времени, она проводила на подиумах Европы и Америки.

– Впечатляет, – она позволила легкой насмешке скользнуть в голосе, – но я предпочитаю мужчин, а не их фамилии – съязвила.

Его черные глаза опасно сузились. Никто в Риме не смел говорить с Карминати таким тоном, тем более «дырка», которую он уже мысленно поимел, раз тридцать.

– Может быть, – он угрожающе навис над девушкой, упираясь ладонями в спинку дивана – вы просто не знаете правил игры, синьорина Конти?

Кьяра даже не попыталась отстраниться. Её синие глаза смотрели с той особой смесью презрения и скуки, от которой у него сводило челюсти.

– Оу, я прекрасно знаю правила, – она чуть приподняла бровь. – Сейчас вы намекнете на свои связи, потом, возможно, на то, как опасно отказывать Карминати. Дальше будет что-то про последствия или про то, как я пожалею. Банально, не находите? – усмехнулась, отпивая шампанское, поглядывая на подруг, следящих за развернувшейся сценой.

–Зря ты мне дерзишь, детка, – процедил он сквозь зубы.

– Нет, – Кьяра улыбнулась той улыбкой, за которую ведущие бренды платили миллионы. – Я просто не из тех девочек, которые текут от одной вашей фамилии, синьор Карминати. Меня впечатляют, скажем так – чуть помолчав – другие вещи.

– Например? – проскрежетал зубами, склоняясь, как коршун над нею.

– Например, мужчины, которые способны заинтересовать женщину, без демонстрации своего превосходства, – Кьяра сделала глоток шампанского, не отводя взгляда. – Хотя, возможно, это слишком сложная концепция для завсегдатаев VIP-зоны – хмыкнула, пожав плечами.

Чезаре неожиданно рассмеялся – искренне, что случалось с ним крайне редко. Эта девчонка либо очень смелая, либо очень глупая. В любом случае, она его заинтересовала и он не собирался отказывать себе в удовольствии, послушать ее крики, когда он ее будет драть с оттяжкой.

–А вы забавная, Кьяра Конти. И я даже начинаю понимать, почему вы так популярны – хищно улыбнулся.

– О, – она притворно вздохнула, – вы даже домашнее задание сделали? Узнали, кто я? Как это предусмотрительно с вашей стороны – удивленно захлопала длинными ресницами.

– Поверь, я всегда знаю, с кем имею дело – отчеканил слова Чезаре.

– Правда? – она наклонилась ближе, и на мгновение его окутал аромат её духов, с нотками цитруса, свежести и цветов. – А я вот, совершенно не заинтересована в новых знакомствах – мило улыбнулась – и рассчитывала пообщаться исключительно с подругами!

В его взгляде промелькнуло что-то опасное:

– Ты играешь с огнем, детка – угрожающим тоном сказал Чезаре.

Нет, – Кьяра мягко отстранилась. – Я просто не играю в игры, где мне навязывают условия. Доброй ночи сеньор Карминати, была рада поболтать!

– Послушай сюда, bella, – его голос стал опасно тихим, когда он схватил её за локоть, удерживая на месте. – В моем мире женщины знают свое место. И поверь, твое красивое личико и острый язычок, не делают тебя особенной. Ты просто еще одна шлюха с подиума, которая возомнила о себе слишком много.

Кьяра почувствовала, как его пальцы впиваются в её кожу, но не позволила страху отразиться на лице:

– А вы, похоже, просто избалованный мальчик, который привык получать все, что хочет, – её голос звучал спокойно, хотя сердце бешено колотилось. – Как это предсказуемо!

Его черные глаза опасно блеснули:

– Я не мальчик, cara. И очень скоро ты поймешь, насколько серьезную ошибку совершила. В Риме есть только два типа женщин – те, кто знает свое место, и те, кого ставят на место. Выбор за тобой –процедил он сквозь зубы и, резко развернувшись, направился к VIP-зоне.

Кьяра смотрела ему вслед, чувствуя, как дрожат колени. Высокая фигура в идеально сшитом костюме, двигалась сквозь толпу, которая расступалась перед ним, как море перед Моисеем. В его походке чувствовалась хищная грация и плохо сдерживаемая ярость.

–Ты с ума сошла? – Карла материализовалась рядом, хватая её за руку. – Это же Чезаре Карминати! Ты хоть понимаешь, что только что сделала? –разгневанно смотрела на подругу

– Поставила на место зарвавшегося мужика? – Кьяра улыбнулась, хотя внутри все сжималось от странного предчувствия.

– Нет, дорогая, – Карла покачала головой. – Ты только что нажила себе очень опасного врага. Нам лучше уехать и немедленно, Бьянка, собирайся.

В VIP-ложе Чезаре залпом опрокинул стакан виски.

– Что, красотка дала отпор? – усмехнулся Микеле.

Чезаре медленно повернулся к другу, и тот невольно отшатнулся от выражения его глаз:

–Узнай о ней все. Каждую чертову деталь. Эта сучка еще пожалеет о своей дерзости.

Глава 2.Утро у каждого свое.

Утреннее, ласковое, солнышко играло бликами по просторной квартире, в стиле модерн. На широкой, удобной кровати, под тонкой простыней, едва приоткрыв глаза, нежилась кучерявая блондинка, наслаждаясь тишиной. Аромат свежесваренного кофе, заставил ее приподняться, Карла всегда вставала раньше, привычка, оставшаяся со времен, когда она была бедна, как церковная мышь, подрабатывая там, где придется.

– Buenos giorno, cara! – донесся голос Карлы из кухни. – Только не говори, что собираешься делать вид, будто вчерашнего вечера не было.

Кьяра потянулась, словно кошка, и накинула шелковый, коротенький, халатик. Её золотые кудри, растрепанные после сна, создавали вокруг головы сияющий ореол, непослушная копна густых волос, четко отражал характер своей хозяйки.

– А что в принципе произошло? – она невинно похлопала длинными ресницами, опускаясь на белоснежный кухонный диван.

Карла с грохотом поставила чашку экспрессо перед подругой, давая понять, что ей не до шуток:

– Что случилось? Ты издеваешься? – повела бровью, выказывая недовольство – Ты послала самого Чезаре Карминати! Господи, да когда я увидела, как ты с ним разговариваешь, я чуть в обморок не свалилась!

Её итальянский акцент, который она обычно старательно скрывала, проявлялся все сильнее с каждым словом. Карла металась по кухне, размахивая руками, как истинная сицилийка:

– Ты хоть понимаешь, что натворила? В этом городе, даже крысы в канализации знают, с семьей Карминати шутки плохи! – выкрикнула, прикрыв рот.

Кьяра невозмутимо намазывала джем на круассан, наблюдая за метаниями подруги:

– Cara, ты преувеличиваешь. Подумаешь, мужику отказали, переживет! – откусила тост, прикрывая глаза.

– Какому–то мужику? – Карла упала на диван рядом с ней. – Милая моя, этот мужик, может уничтожить твою карьеру, одним телефонным звонком. А может и что похуже! – сказала угрожающим тоном – У тебя крошки на губах, – проворчала Карла, протягивая подруге салфетку. – И ради всех святых, прекрати делать вид, что ничего не произошло. Я видела его взгляд, так смотрит удав на свою жертву!

Кьяра промокнула губы шелковой салфеткой, невольно улыбаясь. Её подруга всегда была склонна к драматизму.

– Я серьезно, – Карла нахмурилась. – Ты многого не знаешь о жизни в Риме. Помнишь Джулию? Мы работали вместе Нью-Йорке, в прошлом году, рыженькая такая, из миланского агентства?

– Которая встречалась с женатым политиком, кажется Биллом? – вздернула бровью в недоумении Кьяра.

– Бинго! – хлопнула в ладоши Карла – Так вот, этот политик оказался должен Карминати. И знаешь, что? Джулия внезапно испарилась, будто никогда и не существовала, поговаривают, что ее продали в назидание ее любовнику, но я мало в это верю, скорее всего – провела по шее, многозначительно – так что включи мозги!

Кьяра отпила глоток идеально сваренного кофе. В утреннем свете её синие, как небо глаза, казались почти прозрачными.

– А теперь представь, – Карла понизила голос, – что они могут сделать с девушкой, которая публично унизила наследника империи. Чезаре Карминати не из тех, кто прощает такие вещи.

В этот момент телефон Кьяры звякнул, сообщением. Её агент написал: "Срочно! Контракт с Vogue Italia. Съемка в старом палаццо на побережье. Гонорар космический. Перезвони немедленно!"

Кьяра рассеянно провела пальцем по экрану телефона. Фото старинного палаццо на побережье, всколыхнуло сознание, что-то смутно знакомое шевельнулось в глубине души, словно тень от крыльев пролетающей птицы, мимолетное, неосязаемое, неуловимое.

– Это Марко? – Карла кивнула на телефон, прерывая поток своих предостережений. – Что-то срочное? – нахмурилась

– Vogue Italia. Съемка в каком-то старом палаццо, – Кьяра пожала плечами, но внутри что-то неприятно кольнуло – Гонорар предлагают такой, от которого не отказываются – хмыкнула.

– Только не говори, что собираешься ехать! – Карла всплеснула руками, расплескивая свой кофе. – После вчерашнего нужно затаиться, может даже уехать на время из Рима, у тебя полно предложений, Париж, Лондон!

– И что это даст? – Кьяра поднялась, подходя к панорамному окну, Рим раскинул свои объятья перед ней, древний и прекрасный в своем величии. -Если Карминати действительно такой влиятельный, как ты говоришь, он достанет меня в любой точке мира!

– Тогда поезжай в Штаты! У тебя там контракты, проекты, перспективы не хуже, чем в Италии! – высказалась Карла

– Нет, – Кьяра развернулась к подруге, и что-то в её взгляде заставило Карлу замолчать. – Я не собираюсь бегать от какого-то зажравшегося мужика, уверена он остынет, не все должны падать к его ногам, потому что он Карминати и вообще, я думаю, он уже забыл о моем существовании!

Телефон снова звякнул. Фотографии локации. Старинное палаццо у самого моря, потемневший от времени камень, широкие террасы, поросшие сорняком- Кьяра моргнула – на мгновение ей показалось, что она уже видела эти стены, эти окна. Но наваждение прошло так же быстро, как появилось.

В огромной столовой особняка Карминати, среди антикварной мебели и картин эпохи Возрождения, Чезаре неспешно завтракал с отцом. Массимо Карминати просматривал утреннюю газету, пока личный повар подавал изысканные блюда.

– Я слышал, ты развлекался вчера в "Impero", – Массимо даже не поднял глаз от газеты. – И какая-то модель осмелилась тебе отказать – усмехнулся.

– Чезаре намазал тост маслом, его движения были небрежно-элегантными. На его точеном лице не дрогнул ни один мускул:

– Уже доложили? Как интересно. – скучающе, отпил кофе

– В нашем мире все друг другу докладывают, сын. Ты же знаешь – хмыкнул Массимо

– Какая-то шлюха с подиума решила, что может поиграть в недотрогу, – Чезаре поморщился. – Она не стоит твоего внимания, поверь.

– И поэтому ты поднял на уши, нашу службу безопасности? – Массимо наконец посмотрел на сына. – Из-за нестоящей девки?

– Никто не смеет говорить "нет" Карминати, – Чезаре произнес это таким тоном, будто обсуждал погоду. – Ты сам меня этому учил.

– Кто оставляет старый путь ради нового, знает, что оставляет, но не знает, что найдет, – Массимо отложил газету. – У нас сейчас более важные дела. Союз с Барбаро, это главное! – сверкнул глазами.

– Не беспокойся об этом, – Чезаре небрежно махнул рукой. – София получит своё кольцо, а её отец – долю и трафик. Но, Кьяра Конти, моя забота, она должна знать свое место.

Массимо чуть заметно усмехнулся:

– Брак с Софией Барбаро – не тема для шуток, сынок.

– О, я абсолютно серьезен, отец, – Чезаре отложил салфетку. – Ради семьи я готов жениться хоть на ослице. Но в мою постель, даже ты не имеешь права лезть!

– Ты ведешь себя, как избалованный мальчишка, – в глазах Массимо мелькнуло раздражение. – Одна смазливая мордашка делает тебя неуправляемым, не теряй голову сынок, она тебе еще пригодится! – усмехнулся

– Дело не в мордашке, – Чезаре налил себе еще кофе, его движения были небрежны, но в глазах застыл холод. – Дело в принципе. Никто не смеет мне отказывать. Особенно какая-то шлюха с подиума, возомнившая о себе невесть что.

– Не заиграйся! – Массимо поднялся из-за стола. – Барбаро, очень щепетильны в вопросах чести. Один неверный шаг, и вместо союза, мы получим войну.

–Не учи меня вести дела, отец, – Чезаре улыбнулся той улыбкой, от которой у многих стыла кровь в жилах. – Я всегда получаю то, что хочу. И при этом никогда не ставлю под удар интересы семьи, как только София станет моей женой, они будут шелковыми. Барбаро слишком много о себе возомнили.

–Ты недооцениваешь их, – Массимо нахмурился. – Они контролируют

– Они контролируют то, что мы им позволяем контролировать, – Чезаре небрежно прикурил сигарету. – И после свадьбы, я быстро объясню моей дражайшей супруге и её семейке, их настоящее место в пищевой цепочке – ухмыльнулся.

– Ты слишком самоуверен – утвердительно сказал Массимо, буравя сына глазами.

– Нет, отец, – Чезаре выпустил струю дыма. – Я просто знаю свою цену. И цену этих калабрийских выскочек, они думают, что их никчемная дочурка и связи, дают им право торговаться? – он рассмеялся, но в этом смехе не было веселья. – Пусть. Мне даже нравится их наивность.

В кабинете Массимо Карминати, отделанном темным дубом и кожей, пахло дорогими сигарами и властью. Альберто Сальваторе, его бессменный консильери, как обычно устроился в глубоком кресле, наблюдая, как босс наливает виски в хрустальные стаканы.

– Барбаро зарвались, – Массимо усмехнулся, протягивая стакан старому другу. – Думают, их девка с приданным, в виде портов, дает им право качать права.

– Калабрийцы всегда были наглыми, – Альберто принял виски. – Но порты нам нужны – затянулся сигарой.

– Порты мы получим так или иначе, – Массимо устало опустился в кожаное кресло. – А эта София… – он поморщился. – Кроме фамилии Барбаро в ней ничего ценного нет. Серая и безликая, как все эти благородные девицы, но спеси… – он раздраженно взмахнул рукой. – Думает, её положение искупит отсутствие ума. Ничего, – он выпустил струю дыма, – родит наследника и будет сидеть тихо, как положено женщине в нашем мире. В темноте все кошки серы.

– Слышал, Чезаре, вчера был не в духе, – осторожно заметил Альберто.

– Пусть развлекается, – Массимо пожал плечами. – Главное, чтобы не забывал о своих обязанностях перед семьей. А бабы… – он усмехнулся, – их много. Сегодня одна, завтра другая. Какая разница?

– А если Барбаро узнают? – прищурился консильери, выказывая недовольство, ведь о зыбком мире, ему пришлось договариваться очень долго и скурпулезно.

Массимо посмотрел на консильери с насмешкой:

– Пусть скажут спасибо, что мой сын, вообще согласился взять их Софию в жены. Они думают, мы не знаем про её интрижку с тем яхтсменом в прошлом году? – он рассмеялся. – Пока она исправно выполняет свои обязанности и не позорит имя Карминати, на остальное мы пока закрываем глаза, но думаю, ты найдешь чем им закрыть рот!

– Конечно, – Альберто понимающе кивнул. – У меня есть интересные фотографии с той яхты. Думаю, дон Барбаро будет более сговорчивым, когда увидит, как развлекалась его целомудренная дочь – коварно улыбнулся.

– Именно, – Массимо налил еще виски. – Пусть не забывают, кто здесь главный. А что касается развлечений Чезаре – он затянулся сигарой. – Мой сын, может делать все, что захочет. В конце концов, – его глаза опасно блеснули, – это наш город. И если какая-то модель думает, что может играть с Карминати, то я ей не завидую.

– Я слышал, она довольно популярна и очень красива, особенно глаза, необычайного цвета – сказал Альберто

– Была популярна, – поправил его Массимо. – Знаешь, как быстро меняется мода? Сегодня ты на обложке Vogue, а завтра, – он сделал выразительную паузу. – Завтра никто даже не вспомнит твоего имени.

– Чезаре, мне напоминает тебя в молодости, такой же вспыльчивый и горячий – хмыкнул Сальваторе.

– Это да – кивнул – Пусть пока веселится, – Массимо пожал плечами. – Может, хоть это встряхнет его перед свадьбой. А эта девка… – он усмехнулся, – либо поймет правила игры, либо исчезнет. Как и многие до неё.

Глава 3Тени прошлого.

Такси медленно двигалось по улице Аурелия – старой дороге, соединяющей Рим с побережьем. Кьяра рассеянно смотрела на проплывающие за окном виды: старинные дома из песчаника с выцветшими зелеными ставнями, балконы, увитые глицинией, и крошечные площади с фонтанами, где местные жители спасались от полуденной жары.

Машина свернула на Корсо Чентичелле – главную улицу старого города. Здесь, за элегантными фасадами, с потемневшими от времени колоннами, скрывалась бурная портовая жизнь. Бугенвиллии, каскадами пурпурных цветов, спускались по старинным фасадам, а в тени платанов, прятались маленькие кафе с полосатыми маркизами.

На площади Гарибальди, время словно остановилось: скамейки под раскидистыми магнолиями, старый фонтан с бронзовыми дельфинами, вид на гавань, где среди современных яхт, все еще покачивались старые, рыбацкие лодки.

Такси повернуло на улицу Ченчелле, поднимаясь по склону холма. Здесь, вдали от портовой суеты, располагались старинные виллы богатых семей – белокаменные особняки, утопающие в садах, где олеандры, соседствовали с лимонными деревьями, а розарии, спускались террасами к морю.

Наконец машина остановилась у высоких кованых ворот, почерневших от морской соли и времени. За ними открывалась широкая аллея с стройными кипарисами. Кьяра расплатилась с таксистом и, помедлив секунду, толкнула калитку, которая противно заскрипела.

Гравий тихо хрустел под её каблуками, пока она шла по аллее. Запах роз смешивался с соленым морским бризом, создавая странное сочетание. Что-то знакомое было в этом аромате, в освещении, когда солнечные лучи пробивались сквозь кроны деревьев, рисуя на земле причудливые узоры.

Особняк, в стиле неоренессанса, возвышался над парком величественно и немного зловеще, в своем молчаливом достоинстве. Его светлые стены контрастировали с темно-зеленой листвой плюща, который оплетал правое крыло здания. Широкая мраморная лестница, вела к парадному входу, где на террасе уже суетились ассистенты фотографа, расставляя оборудование.

– Кьяра! – Марко спешил к ней навстречу, размахивая руками. – Наконец-то! Посмотри, какая локация! Этот дом просто создан для съемок Vogue!

Но Кьяра едва слышала его. Её внимание привлекла неприметная боковая дверь, почти скрытая разросшимся олеандром. Внезапно в памяти всплыла маленькая девочка, сад, звонкий смех, чьи то поспешные шаги, Кьяра встряхнула головой и наваждение исчезло.

Алое платье от Valentino, струилось по изящной фигуре, золотые локоны развивались на ветру, словно нимб античной богини, а синие глаза цвета неба, создавали потрясающий контраст, непорочности и соблазна.

– Si, si, bellissima! – восклицал фотограф, не выпуская камеру из рук. – Дай мне больше страсти, cara! Ты же итальянка, покажи мне огонь в этих невозможных глазах! Да, именно так… теперь легкая улыбка, словно ты хранишь самую сладкую тайну… Magnifico! Ты околдовываешь камеру, она влюблена в тебя!

Кьяра скользила по мраморным ступеням с грацией пантеры, каждое движение было отточено до совершенства. Она знала: камера любит её, умеет ловить ту загадочную полуулыбку, в которой таинственным образом сплетались чистота и греховность.

Боже мой, эти глаза! – фотограф почти танцевал вокруг неё. – Ты сводишь с ума, cara! Опусти подбородок… вот так, теперь взгляд из-под ресниц… ты рождена для того чтобы искушать, великолепно, дай мне огня! – щелкал не переставая затвором.

Съемка подошла к концу, и закатное солнце окрасило старинный особняк в золотисто-розовые тона, словно опаляя его огнем. Кьяра, уже переодевшаяся в легкое шелковое платье, спускалась по мраморным ступеням, прощаясь со съемочной группой. Марко что-то оживленно обсуждал с фотографом, ассистенты упаковывали оборудование, в небольшом палисаднике садовник поливал цветы, по необъяснимой причине, она решила к нему подойти.

– Che bel fiore… какие удивительные цветы, – произнесла она, останавливаясь рядом. – Никогда не видела таких роз – наклонилась вдыхая аромат нежных бутонов.

– Это Regina della Notte, – старик говорил с той особой неторопливостью, которая выдавала в нем коренного жителя юга. – Королева ночи. Очень редкий сорт, капризный. Не для всех раскрывает свою красоту.

– Странно, что такой прекрасный дом пустует, – Кьяра окинула взглядом величественное здание. – Здесь никто не живет?

Старик медленно выпрямился, и в его выцветших глазах мелькнуло что-то похожее на улыбку:

– Дом ждал свою истинную хозяйку, синьорина. Терпеливо ждал. И сегодня… – он сделал паузу, – сегодня он наконец-то дождался – кивнул

Кьяра нахмурилась, пытаясь уловить смысл его странных слов.

– Не понимаю… – она машинально коснулась бархатного лепестка пурпурной розы.

– Дома, как и цветы, синьорина, – старик снова склонился над кустом, – они знают кому принадлежат по праву. И когда настоящая хозяйка переступает порог… – он сделал паузу, – все вокруг оживает.

В его словах был какой-то скрытый смысл, от которого по спине пробежал холодок. Кьяра хотела спросить еще что-то, но в этот момент раздался голос Марко:

– Кьяра! Такси уже здесь! – широко улыбнулся – поехали, красавица, у нас много работы!

– Мне пора, – она сделала шаг назад, но что-то удерживало её, какое-то неясное чувство.

– Конечно, синьорина, – старик чуть склонил голову. – Розы будут ждать вас. Они всегда ждут.

Уже садясь в такси, Кьяра обернулась. Старик все так же работал в саду, словно их разговор ей просто привиделся. Но его слова эхом отдавались в голове, пробуждая какие-то смутные, далекие воспоминания. Кьяра еще раз посмотрела на дом, застывший в мрачном, зловещем, молчании.

В бронированном Mercedes-Benz S-класса, плавно скользящем по вечернему Риму, Массимо Карминати просматривал документы. Чезаре, безупречный в темном костюме от Brioni, внимательно смотрел в окно, на вечерний город, который был переполнен туристами, приносящими хороший доход. В машине идущей позади, ехали Альберто Сальваторе с сыном – присутствие консильери на таких встречах было обязательным.

– Джанкарло Барбаро, – Массимо произнес имя старшего сына дона Барбаро, с едва заметным презрением, – опять проигрался в Монте-Карло. Говорят, долг перевалил за миллион.

– И папочка снова будет его прикрывать? – усмехнулся Чезаре – не удивлен – пожал плечами.

– На этот раз, не все так просто, сынок – язвительно усмехнулся – Он задолжал русским, а эти ребята… – Массимо многозначительно замолчал.

– Забавно, – Чезаре закурил дорогую сигару. – Они хотят выдать за меня Софию, чтобы улучшить свое положение и репутацию, а их наследник спускает семейные деньги на шлюх и рулетку, они испортят нам породу, ты не думал об этом – скосил взгляд на отца.

– Не утрируй, – Массимо сложил документы. – Чем больше они увязают в долгах, тем сговорчивее будут по поводу портов. А этот идиот Джанкарло… – он усмехнулся, – может оказаться нам очень полезным, приставь к нему надежного человека.

Машина въехала в ворота виллы Барбаро, на ступеньках маячила высокая фигура Джанкарло, даже издалека было видно, что он, уже успел приложиться к бутылке.

Старинный особняк был пропитан пафосом своих хозяев. Тяжелые хрустальные люстры из венецианского стекла, отбрасывали мягкий свет на антикварную мебель из красного дерева, а персидские ковры, приглушали шаги немногочисленных гостей. Картины эпохи Барокко в позолоченных рамах, смотрели со стен, безмолвно наблюдая за очередной игрой клана.

Чезаре шел следом за отцом, небрежно поправляя запонки, из белого золота с его инициалами, он был воплощением сдержанной элегантности. За ним следовали мрачный Альберто Сальваторе с Микеле, консильери был напряжен и ждал подвоха со стороны Барбаро, которые все больше борзели.

Дон Барбаро ждал их в столовой, за накрытым столом, недовольно взглянул на старинные часы, когда вошли Карминати

– Массимо! – дон Барбаро поднялся навстречу гостям. – Рад видеть старого друга! – протянул чуть вспотевшую ладонь.

"Друга", – Чезаре мысленно усмехнулся, отмечая фальшивые нотки в голосе Дона Барбаро. Все знали: в их мире нет друзей, есть только интересы семьи.

– Мы уже начали беспокоиться – чуть прищурил глаза Дон.

София мгновенно оживилась при виде Чезаре. Её изумрудное платье от Valentino было подобрано с особой тщательностью, подчеркивая каждый изгиб точеной фигуры. Она протянула руку для поцелуя, но Чезаре лишь слегка кивнул, демонстративно проигнорировав жест.

Джанкарло, небрежно развалившийся в кресле, лишь скользнул по гостям равнодушным взглядом, но Чезаре заметил, как на мгновение, в его глазах мелькнул хищный интерес.

– Прошу к столу, – дон Барбаро жестом указал на сервированный обеденный стол. – София, дорогая, займи место рядом с Чезаре.

София поспешно скользнула на указанное кресло, "случайно" задев его локтём, Чезаре едва заметно поморщился, раздражаясь от такой банальной навязчивости.

–Я слышала, ты недавно вернулся из Милана, – промурлыкала София, подавшись к нему. – Должно быть, это было увлекательное путешествие – многозначительно понизила голос с тонким намеком – надеюсь ты нагуляешься до свадьбы! – прошептала.

– Деловая поездка, – отрезал Чезаре, даже не взглянув в её сторону, и повернулся к дону Барбаро: – Полагаю, мы можем обсудить детали поставки?

– Конечно, мой мальчик! – дон Барбаро взмахнул рукой, подзывая дворецкого с бутылкой Sassicaia. – Но сначала давайте выпьем за встречу. За семью!

Чезаре отметил, как при слове "семья" Джанкарло едва заметно усмехнулся, небрежно играя тяжелым перстнем на пальце. Что-то в его показном безразличии настораживало.

София не унималась и продолжала попытки выяснить отношение с Чезаре:

– Знаешь, я недавно тоже была в Милане, на показе Prado. – она грациозно подалась вперед, демонстрируя глубокое декольте – и тоже….

– Массимо, – перебил её дон Барбаро, – я думаю, нам стоит обсудить даты. Чем раньше мы закрепим партнерство, – он многозначительно посмотрел на Софию, – тем лучше для всех.

Чезаре поймал быстрый взгляд, которым обменялись отец и сын Барбаро. В нем читалась какая-то напряженность, словно они торопились что-то скрыть или сыграть на опережение.

– Мне казалось, мы договорились о сроках, – холодно заметил Массимо, отпивая вино.

– Иногда, обстоятельства меняются, – дон Барбаро нервно поправил галстук. – Возможно, стоит ускорить процесс…

– О каком ускорении речь? – Массимо приподнял бровь, его взгляд стал жестче.

София, почувствовав напряжение, снова попыталась привлечь внимание Чезаре:

– Я уже присмотрела виллу на Амальфи для медового… – начала она, но осеклась под тяжелым взглядом Чезаре.

– Думаю, обсуждать личное при деловых переговорах неуместно, – холодно произнес он, пронизывая ее холодным безразличным взглядом.

Джанкарло хмыкнул, наблюдая за сестрой через призму бокала:

– Оставь его в покое, сестренка, очевидно, наш будущий зять, предпочитает разговоры о бизнесе – хмыкнул Джанкарло.

В его тоне проскользнула едва уловимая издевка. Чезаре медленно повернулся к нему, их взгляды встретились. На мгновение воздух между ними словно заискрился, от невысказанной угрозы.

– Джанкарло! – резко одернул сына дон Барбаро. – Мы здесь обсуждаем бизнес. Поставки должны начаться через две недели, и к этому времени…

– К этому времени все формальности должны быть улажены, – закончил за него Массимо. – Включая свадьбу? – вопросительно уставился ожидая ответа.

– Именно так, – дон Барбаро промокнул губы салфеткой, пытаясь скрыть нервозность. – Две недели – идеальный срок. И для поставок, и для семейного союза.

Чезаре почувствовал, как София под столом придвинулась ближе, якобы случайно коснувшись его колена, он демонстративно отодвинулся, не теряя нить разговора.

– А что думает наш молчаливый Джанкарло о семейном бизнесе? – неожиданно спросил Массимо, пристально глядя на старшего Барбаро. – Говорят, у тебя появились новые… интересы в Монте-Карло?

Джанкарло дернулся, расплескав от неожиданности виски:

– Мои интересы не касаются наших договоренностей, – процедил он сквозь зубы.

– Напротив, – укоризненно сказал Чезаре обманчивым тоном – В семейном бизнесе все взаимосвязано. Особенно долги.

Повисла тяжелая пауза. София нервно теребила жемчужное ожерелье, дон Барбаро побледнел.

– Думаю, мы отклонились от темы, – дон Барбаро попытался разрядить обстановку, но его голос предательски дрогнул. – Массимо, документы готовы, можем подписать прямо сейчас…

Джанкарло резко поднялся:

– Прошу прощения, у меня встреча, – он метнул злой взгляд в сторону Чезаре. – Оставлю вас обсуждать, хм, семейные дела.

– Сядь! – приказал дон Барбаро, но сын уже направился к выходу.

София, пытаясь сгладить неловкость, испуганно посматривая на разъяренного отца

– Может, пройдемся по саду? Я покажу тебе новые розы – выпалила первое что пришло в голову, пытаясь перевести тему разговора

– Боюсь, сегодня не лучшее время для прогулок. У нас с твоим отцом, есть более важные вопросы – пристально посмотрел в глаза Дону.

Массимо наблюдал за происходящим с едва заметной усмешкой:

– Итак, дон Барбаро, мы можем согласится на ускорение, но при одном условии, ваша доля сократится на десять процентов, если вы согласны, то… –многозначительно помолчал – в следующую субботу мы сыграем свадьбу!

Глава 4. Призраки.

Кабинете Чезаре в «Palazzo Carminati» воцарилось гробовое молчание, сам хозяин едва сдерживал ярость стоя у окна, глядя на ночной Рим, сверкающий разноцветными огнями.

– Две недели! – хрустальный стакан полетел в стену, разбиваясь на тысячи осколков. – Этот старый лис что-то задумал, а отец словно ослеп! Он поставил честь семьи на кон, ради жалких десяти процентов! – взревел Чезаре.

Лоренцо и Микеле переглянулись. Они редко видели его в таком состоянии.

– Возможно, русские требуют возврата долга Джанкарло, – осторожно предположил Микеле. – Говорят, он крупно влип.

– Дело не только в долгах, – Чезаре резко развернулся. – Что-то здесь нечисто. Барбаро слишком торопятся, слишком… отчаянно пытаются связать нас этой чертовой свадьбой. Нутром чую какую-то подставу.

– И София вела себя вызывающе, – пробурчал Микеле – готова была прыгнуть к тебе в постель, прямо на глазах у папочки.

– К черту Софию! – отрезал Чезаре. – Мне нужно знать, что происходит на самом деле. Лоренцо, проверь все связи Джанкарло в Монте-Карло и здесь, в Риме. Каждый евро, каждую шлюху, с которой он спал. Микеле, займись портами. Что-то подсказывает мне, что наша "поставка" может быть не единственной в их планах.

– А может, дело в другом? – Микеле подался вперед. – Ты заметил, как дернулся старый Барбаро, когда ты упомянул их порты в Палермо?

Чезаре замер на мгновение:

– Продолжай – кивнул.

– Ходят слухи, что у них проблемы с сицилийцами. Что-то связанное с последней поставкой из Албании.

– Узнай все, – Чезаре присел на край стола. – И еще… – он сделал паузу, – присмотрите за Софией, может быть она не так проста, как кажется.

–Думаешь, она в курсе планов отца и брата? – Микеле приподнял бровь.

– Я думаю, что в нашем мире никому нельзя верить, – Чезаре допил виски одним глотком. – особенно женщинам из семьи врага.

Милан встретил Кьяру прохладным, дождливым сентябрьским утром, накинув пиджак на плечи, она вышла с чемоданом из здания аэропорта. Ее агент настоял на приезде, модный дом Versace, готовился к главному показу сезона и проводил кастинг, отбирая моделей.

Её длинные ноги, точеная фигура и загадочный взгляд синих глаз, произвели фурор – критики называли её "новым лицом итальянской моды". После показа, в роскошном офисе Versace, Донателла лично предложила ей эксклюзивный контракт.

– Cara mia, – улыбалась она, протягивая бокал шампанского, – мы проведем съемки новой коллекции в старинных виллах Рима. Это будет bellissima!

Кьяра рассеянно кивнула, не веря в происходящее, от переизбытка чувств кружилась голова и замирала душа.

Вечером, собирая вещи в номере Четыре сезона (Four Seasons), она включила телевизор, чтобы не чувствовать себя одинокой. Диктор новостей говорил взволнованно:

"Сегодня в порту Чивитавеккья произошла массовая перестрелка. По предварительным данным, столкновение произошло между двумя преступными группировками. Пять человек убиты, несколько ранены. Полиция расследует связь инцидента с недавними событиями в Палермо…"

Кьяра замерла с платьем в руках. Что-то в этой новости заставило её вспомнить тот особняк, те розы… и странное чувство, будто она уже когда-то это слышала.

Её телефон зазвонил, агент Марко.

– Hai sentito? Ты слышала новости? – его голос звучал встревоженно. – Возможно, нам стоит отложить съемки в Риме…

– Почему? – Кьяра подошла к окну, глядя на вечерний Милан. – Это же просто local news, такое случается.

– Не в этот раз, bella. Говорят, началась серьезная война за порты. Карминати…

Это имя заставило её вздрогнуть. Она сама не понимала почему.

– При чем здесь модный дом Versace и какие-то бандитские разборки? – перебила она. – Мы будем снимать в исторической части города, в старых виллах…

– Кьяра, послушай… – начал Марко, но она уже приняла решение.

–Я прилетаю послезавтра. Утренним рейсом.

Выключив телефон, она снова посмотрела на экран телевизора. Камера показывала порт, полицейские машины, санитаров… и на секунду в кадр попал высокий мужчина в темном костюме, его профиль был резким и неприятным.

Она невольно подалась вперед, но кадр уже сменился. Что-то в этом профиле зацепило её, словно старая фотография, случайно найденная в семейном альбоме.

Кьяра тряхнула головой, отгоняя странные мысли. Последние дни были слишком насыщенными – успех на показе, контракт, эти непонятные предчувствия, списав все на чрезмерное волнение, набрала номер подруги Джулии, с которой собиралась сегодня хорошенько повеселиться.

За три дня до перестрелки:

Полночь в кабинете Чезаре. Лоренцо только что закончил доклад, и повисла тяжелая тишина. Чезаре сжал кулаки, едва сдерживая свою злость.

– Значит, Барбаро потеряли груз сицилийцев, – его голос был обманчиво спокоен. – И теперь Коза Ностра требует – прищурился – свою долю?

– Они хотят тридцать процентов наших портов, – Микеле достал сигару. – В качестве компенсации. И свадьба… само собой – замолчал – это гарантия, что мы не откажемся.

Чезаре медленно поднялся с кресла:

– Эти ублюдки решили использовать нас в слепую, как щенков, в качестве страховки? – его кулак с силой опустился на стол. – Сначала теряют груз сицилийцев, а потом думают откупиться моей женитьбой на этой кукле?

– Есть еще кое-что, – Лоренцо подался вперед. – Джанкарло не просто проигрался. Он продал информацию о маршруте. Русским.

Глаза Чезаре опасно сузились:

– Так вот почему старый Барбаро так спешит со свадьбой. Думает, породнившись с нами, избежит мести сицилийцев, хмм.

– Что будем делать? – спросил Микеле.

Чезаре медленно повернулся к окну вглядываясь в темную, непроглядную ночь:

– Позвоните дону Лючиано в Палермо. Скажите, у меня есть встречное предложение…

Микеле и Лоренцо переглянулись – когда в голосе Чезаре появлялись эти стальные нотки, обычно это заканчивалось кровью.

– И еще, – Чезаре повернулся, его глаза были холодны как лед. – Передайте нашим людям в порту – пусть готовятся. Если Барбаро хотят войны, они её получат.

– А свадьба? – осторожно спросил Лоренцо.

Чезаре усмехнулся, и в этой усмешке не было ничего человеческого:

–О, мой дорогой братец, свадьба состоится. Только не так, как планировал дон Барбаро. Кстати, – он взял телефон, – где сейчас его драгоценный сын?

– В "Белладжио", – ответил Микеле. – Снова за рулеткой. Я приставил к нему проверенную девочку, не волнуйся, она знает, что делать.

– Прекрасно, – Чезаре набрал номер. – Франко? Да, это я. Помнишь тот случай в Монте-Карло? Пора вернуть должок. У меня есть для тебя работа, жди указаний.

Лоренцо поморщился – он знал, что означает этот звонок. Франко никогда не оставлял следов и выполнял поручения очень прилежно и в срок.

– Ты узнал мне телефон Кьяры – спросил Чезаре смакуя виски

– Я думал, ты о ней уже забыл – усмехнулся Микеле – ее номер телефона и адрес в Милане, пока все – затянулся сигаретой.

– Скинь его мне – кивнул – нужно напомнить ей о выборе – усмехнулся.

Старинная вилла в Палермо утопала в цветущих апельсиновых деревьях. Дон Лючиано, грузный сицилиец с седыми висками, встретил Чезаре на террасе. В воздухе висело напряжение.

– Значит, молодой Карминати решил лично навестить меня, – дон Лючиано улыбнулся, но его глаза остались холодными.

– Мне нужна информация, – Чезаре отпил лимончелло. – О связях Барбаро и с кем они завязаны, я уверен, Дон Лючиано, вы владеете этой информацией.

– Кто владеет информацией, владеет миром! – сицилиец усмехнулся, – решил наконец-то узнать всю правду о Барбаро – хмыкнул – не поздновато?

– Лучше поздно, чем никогда – жестко ответил откидываясь на спинку кресла, сверля глазами старика.

Дон Лючиано поерзал в кресле, задумчиво глядя на Карминати:

– Почему бы тебе на спросить у своего отца, он знает больше, но я дам тебе наводку, похожая история уже была, лет двадцать назад, все началось с пропажи груза – хмыкнул Дон Лючиано взяв кубинскую сигару.

– Продолжайте – кивнул Чезаре.

– Барбаро предали одного из своих партнеров. Антонио Марчелло, слышал о нем? – многозначительным взглядом посмотрел на Карминати – Двадцать лет назад порт Чивитавеккья был как спелое яблоко – все хотели его заполучить. Но контроль держала одна семья – Марчелло. Умно держала, через легальные компании, через профсоюзы… Антонио был не просто мафиозо, он был бизнесменом. Строительные фирмы, логистика, охранные предприятия – всё работало как часы.

Чезаре молча слушал, отмечая каждую деталь.

– Барбаро тогда были всего лишь партнерами, – продолжал дон Лючиано. – Имели свою долю в погрузках, в таможенных операциях. Но им этого было мало. Они начали игру с русскими – те как раз искали новые маршруты для поставок и укрепляли свои позиции в Риме.

Старик отпил лимончелло:

– Сначала пропал один контейнер, потом другой… ну, а потом… – он сделал паузу, – случился пожар на вилле Марчелло. Удобный момент, не находишь? Вся семья погибла, документы сгорели, а порт- усмехнулся – порт достался Барбаро, как партнерам.

– По-вашему, они решили использовать туже схему, только на кону…? – Чезаре прищурился.

– Возможно – усмехнулся старик – только с одной разницей, figlio. Теперь они хотят прикрыться твоей семьей. Потому что знают – русские не простят второго предательства, если конечно это – задумался на минуту – не их очередная схема и убрать с дороги они хотят вас.

Чезаре медленно поднялся, подошел к перилам террасы. Последние слова дона Лючиано, эхом отдавались в голове.

– Вы думаете… – он повернулся к старику, – что Барбаро работают на русских? – сказал понижая голос до ледяного тона

– Думаю? – дон Лючиано рассмеялся, прохрипев – Я знаю, как работает эта семья, figlio, им плевать на окружающих, да и победителей не судят, так ведь! Двадцать лет назад они предали Марчелло. Сегодня… – он сделал паузу, – сегодня они могут предать вас.

– Свадьба, это отвлекающий маневр, чтобы мы думали, что они хотят защиты – медленно произнес Чезаре. – им нужны наши фабрики и заводы!

– Всё складывается в красивую картину, не так ли? – старик наклонился вперед. – Они связывают себя с семьей Карминати браком. Получают доступ к вашим маршрутам, вашим связям. А потом… – он щелкнул пальцами, – один неверный шаг, одна "случайная" утечка информации – и русские получают повод избавиться от конкурентов.

Чезаре почувствовал, как холодная ярость поднимается внутри:

– И моя семья станет разменной монетой – задумчиво продолжил Карминати

– Ты бы мог красиво их обыграть, мальчик мой – Чезаре резко повернулся к дону Лючиано. Старик смотрел на него с хитрой усмешкой.

– Что вы имеете в виду? – буравил его почерневшими от ярости глазами.

– О, – дон Лючиано откинулся в кресле, – просто размышляю вслух. Представь: двадцать лет предательства, двадцать лет они считают себя хозяевами порта… И вдруг, – его глаза блеснули, – появляется законная наследница. Та, кого они считали мертвой. По документам, ей принадлежит все, включая счета, к которым они еще не добрались, но руки уже протягивали.

– Дочь Марчелло? – Чезаре нахмурился. – Но ведь…

– Кто знает – старик понизил голос до шепота. – Некоторые секреты стоит хранить очень долго, figlio. Особенно, когда они, могут изменить расстановку сил.

Чезаре медленно осознавал услышанное. Если дочь Марчелло жива… Если найти её… Это был бы идеальный ход. Барбаро потеряли бы всё – порты, влияние, власть. И никакая свадьба не спасла бы их от гнева русских.

– Вопрос в том, – дон Лючиано улыбнулся, – готов ли ты искать призрак из прошлого?

Глава 5. Холодный расчет.

Аэропорт Фьюмичино, встретил Кьяру привычной суетой и звонким смехом Карлы, которая бросилась ей на шею, едва та вышла из зоны прилета.

– Bella! Наконец-то! – Карла, эффектная брюнетка в белом комбинезоне от Valentino, тараторила без умолку. – Поздравляю, Кьяра, такой контракт заключила, это необходимо отметить, я созвонилась с Сильвией и Бити, вечером идем в клуб – смеется – Ты уже слышала? Весь Рим только об этом и говорит!

– О чем? – Кьяра устало улыбнулась, пока они шли к машине.

– О перестрелке в порту! – Карла понизила голос до драматического шепота. – Это было что-то! Говорят, русские пытались перехватить груз Карминати, но те словно знали заранее. Устроили настоящую бойню!

Кьяра нахмурилась:

– При чем здесь русские? – пожала плечами, недоумевая.

– О, милая, ты слишком долго отсутствовала в Италии, – Карла завела красный Maserati. – Здесь всё непросто. Говорят, за этим стоят Барбаро – поиграла бровями – и скоро их дочь София, выйдет замуж за Чезаре Карминати.

– Серьезно? – спросила она, сама не зная почему – прекрасная новость – победно улыбнулась – ты мне подняла настроение!

– Оу, самый опасный, богатый красавчик в Риме женится и ты так радуешься! – возмутилась Карла – ну подруга – покачала головой – мне будет его не хватать – чуть поморщила носик – хотя, братья у него тоже ничего – расхохоталась.

Ресторан "La Pergola", увенчанный тремя звездами Мишлен, располагался на крыше роскошного Rome Cavalieri. Панорамные окна, от пола до потолка, открывали захватывающий вид на вечный город, огни Рима, словно россыпь драгоценных камней, сверкали на черном бархате.

Интерьер ресторана, сочетал классическую итальянскую помпезность с современной элегантностью. Хрустальные люстры отбрасывали мягкий свет на кремовые стены с античными фресками, а мраморные колонны, создавали ощущение дворцового величия эпохи классицизма. Белоснежные скатерти, серебряные приборы Кристофль (Christofle) и тонкий фарфор, соединяли безупречную симфонию роскоши.

Кьяра и Карла сидели за одним из лучших столиков у окна, откуда открывался вид на купол собора Святого Петра, мерцающий в вечерней дымке. Официанты в белоснежных пиджаках, бесшумно скользили между столиками, разнося изысканные блюда от шеф-повара Хайнца Бека.

– Боже, я умираю с голоду! – изучая меню воскликнула Кьяра – После кастинга и двух показов в Милане, я точно заслужила пасту! – усмехнулась

– Оу, конечно дорогая, думаю и я тоже! – кивнула одобрительно Карла

Именно в этот безупречный антураж, вторгся Джанкарло Барбаро, нарушая своим появлением утонченную атмосферу, одного из самых престижных ресторанов Рима.

Кьяра только открыла рот, чтобы заказать напитки, как к их столику подошел высокий, широкоплечий мужчина, лет тридцати, в дорогом костюме и небритой физиономией.

Джанкарло Барбаро, слегка покачиваясь, оперся о спинку стула.

– Какая встреча! – его глаза похотливо блеснули. – Две самые красивые девушки Рима, … и совсем одни.

От него явно пахло дорогим виски. Карла напряглась:

– Джанкарло – растерялась подруга – думаю, тебе лучше…

– Тшшш, – он наклонился к Кьяре, почти касаясь губами её уха. – Я видел твои фото. Bellissima… Может, продолжим вечер в более… интимной обстановке? Умм, – качнулся, удерживаясь за стул.

– Нет, спасибо, – Кьяра отодвинулась, чувствуя нарастающее раздражение.

– Да ладно тебе, – его рука скользнула по её плечу. – Я могу показать тебе настоящий Рим, не ломайся, красавица, поехали! – провел по волосам ладонью.

– Убери руки, – голос Кьяры стал ледяным. В ресторане повисла напряженная тишина – казалось, даже официанты замерли, наблюдая за сценой.

– Ох, какие мы гордые, – Джанкарло рассмеялся, но в смехе слышалась злость. – Думаешь, ты слишком хороша для меня? – он наклонился ближе, его дыхание обдало её запахом виски. – Знаешь, кто я такой?

– Пьяный идиот, который портит нам вечер, – отрезала Карла, вставая. – Джанкарло, твой отец будет в восторге, узнав, как его сын ведет себя на публике – гневно посмотрела в его затуманенные глаза.

– Заткнись! – он резко повернулся к Карле. – Не смей упоминать моего отца, шлюха!

Кьяра медленно поднялась, понимая, что назревает серьезный конфликт:

– Мы уходим! – сказала она резким тоном.

– Никуда вы не… – Джанкарло схватил её за запястье, но внезапно его рука безвольно опустилась.

За его спиной выросла высокая, статная фигура:

– Проблемы, синьорины? – вопросительным тоном спросил мужчина не отводя взгляда от Барбаро.

Это был Микеле Сальваторе. В безупречном темном костюме, с холодным взглядом карих глаз, он положил руку на плечо Джанкарло:

– По-моему, тебе пора домой, – его голос был тихим, но в нем слышалась сталь.

Джанкарло дернулся, его лицо исказилось, когда он увидел Микеле:

– Не лезь не в свое дело, Сальваторе. Это личный разговор – сузил зло глаза.

– Личный? – Микеле чуть усмехнулся. – мне кажется ты заблуждаешься, девушки явно не хотят видеть тебя в своей компании, так что тебе лучше уйти или мне помочь? – криво усмехнулся – в свете недавних событий, тебе не стоит со мной ругаться Джанкарло – понизил голос

Краска схлынула с лица Джанкарло. Он бросил злой взгляд на Кьяру:

– Мы ещё встретимся, – сказал угрожающим тоном – скоро! – усмехнулся.

Когда он, пошатываясь, направился к выходу, Микеле повернулся к девушкам:

– Прошу прощения за этот инцидент, синьорины. Позвольте угостить вас вином? – широко улыбнулся – обещаю, вас он больше не побеспокоит.

– О, Микеле! – Карла просияла. – Ты как всегда вовремя! Кьяра, познакомься, это Микеле Сальваторе, он…

– Хороший знакомый, – мягко перебил её Микеле, давая понять, что лишнего болтать не надо – Присяду? – мило улыбнулся

Кьяра кивнула, отметив про себя, как изменилась Карла, подруга словно светилась изнутри, хлопая доверчиво ресницами, она старательно оттягивала все внимание мужчины на себя.

– Barolo Riserva 2015? – предложил Микеле, делая знак сомелье. – Отличное вино для такого вечера, не правда ли? – мило улыбнулся.

– И для спасения прекрасных дам, – подхватила Карла, игриво улыбаясь.

– Значит, вы недавно вернулись в Рим? – спросил он как бы, между прочим. – По работе или на отдых? – вопросительно посмотрел на Кьяру.

– Да, фотосессия для Versace, – Кьяра отпила вино, оно было действительно превосходным. – В старом палаццо на окраине города.

Что-то неуловимо изменилось в глазах Микеле, но он продолжал улыбаться:

– О, я знаю это место. Интересный выбор для съемок… У этого дома богатая история.

– Правда? – Кьяра подалась вперед. – Расскажите – придвинулась ближе с интересом поглядывая на Микеле.

– О нет, только не сейчас! – перебила Карла. – Микеле, ты же не собираешься утомлять нас историческими лекциями? Лучше расскажи, что за шум был в порту. Говорят,…

– Карла, – его тон стал мягче, но в нем прозвучало предупреждение, – некоторые темы лучше не обсуждать за ужином, ты же знаешь, даже у стен есть уши – обвел глазами пространство ресторана.

Кьяра заметила, как напряглись его плечи при упоминании порта.

– А вы давно друг друга знаете? – спросила она, переводя тему разговора.

– Оу, любопытство тебя погубит подруга – усмехнулась Карла – скажу тебе по секрету – прошептала – мы даже встречаемся – растянула белоснежную улыбку – иногда – подмигнула, тонко намекая, что между ними есть отношения и довольно близкие.

– Кьяра, вы родились в Риме? – невзначай спросил Микеле отпивая вино

– Боже, как скучно! – Карла капризно надула губки. – Микеле, ты решил меня позлить – повысила тон – что за вопросы? – вкинула бровь

Микеле мягко улыбнулся Карле – в его взгляде мелькнуло что-то теплое, почти нежное, но тут же скрылось за привычной сдержанностью.

– Значит, вы выросли не в Италии? – вернулся он к разговору с Кьярой.

– В Испании, – она отпила вино. – Морайре, после гибели родителей меня забрал дядя, там я провела все свое детство – пожала плечами.

– О, я обожаю Испанию! – оживилась Карла, придвигаясь ближе к Микеле. – Помнишь то лето в Марбелье? – она многозначительно посмотрела на него.

Микеле едва заметно кивнул, но его внимание было приковано к Кьяре:

– И вы совсем не помните Рим? – удивленно спросил, прищурив глаза.

– Странно, правда? – Кьяра нахмурилась. – Только какие-то обрывки… Большой дом, сад, море… – пожала плечами – Меня воспитывала няня, Мария. Она никогда не говорила о прошлом, да и я особо не спрашивала.

– А дядя? – в голосе Микеле промелькнул особый интерес.

– Он… – Кьяра замялась, – он мне однажды сказал, что прошлое должно оставаться в прошлом, живи настоящим и наслаждайся, больше я не лезла к нему с этими вопросами.

Микеле сидел в своем кабинете, размышляя, медленно затянулся сигаретой, выпустив струю дыма в потолок, наконец сняв трубку телефона, произнес:

– Андре, мне нужна полная информация. Кьяра Конти, Испания, с кем жила, кто опекун, школа, документы… Всё что сможешь нарыть, выполняй!

Он положил трубку и долго смотрел на ее фотографию, затем открыл ноутбук и забил фамилию Марчелло, что-то не давало ему покоя и он хотел с этим поскорее разобраться.

В это же время в особняке Карминати:

Кабинет Массимо Карминати. Чезаре стоял у окна, пока отец просматривал отчеты о перестрелке в порту, которые ему сегодня предоставила служба безопасности.

– Они были готовы, – Массимо отложил бумаги. – Русские знали точное время, маршрут, все, – стукнул по столу

– Утечка информации, – Чезаре повернулся. – И мы оба знаем, откуда она идет.

– Барбаро, – Массимо кивнул. – Но вопрос – они предали нас или русских? – сверкнул глазами

– А может, и тех и других? – Чезаре налил себе виски. – Дон Лючиано кое-что рассказал мне. О том, как они получили контроль над портом, двадцать лет назад…

– И что именно рассказал тебе старик? – Массимо подался вперед, его глаза сузились.

– Историю о предательстве, – Чезаре сделал глоток. – О семье Марчелло. О пожаре, в котором "случайно" сгорела вся семья, якобы из-за неисправности в проводке?

Массимо резко встал, подошел к окну заложив руки за спину, он долго молчал, явно подбирая слова:

– Прошлое лучше не трогать, сынок – сказал охрипшим голосом

– Почему? – Чезаре внимательно наблюдал за отцом. – Есть что-то, о чем я не знаю? – уставился на отца тяжелым взглядом

– Антонио Марчелло был моим другом, даже больше, мы выросли на одной улице, делали бизнес – голос Массимо стал тише. – Когда всё случилось…

– Когда его предали, – поправил раздраженно Чезаре.

– Когда его предали, – кивнул отец, – многое изменилось. Барбаро получили порт, но цена… – он замолчал.

– А теперь они хотят повторить тот же трюк с нами, – Чезаре допил виски. – Используя свадьбу как прикрытие, ты не находишь, что это уже слишком, ставить семью под удар.

Массимо медленно повернулся к сыну:

– Будь осторожен. История имеет свойство повторяться, но не всегда так, как мы ожидаем – посмотрел сыну в глаза – не смей недооценивать соперников, эту ошибку уже допустил Марчелло, мы будем вести свою игру и на нашем игровом поле! В этой игре слишком много пробелов, – Массимо медленно провел пальцем по краю стакана. – Русские, Барбаро, сицилийцы, албанцы … Каждый ведет свою партию.

Чезаре кивнул соглашаясь с отцом:

– И каждый думает, что контролирует ситуацию – утвердительно сказал он.

– Именно, – Массимо поднял глаза на сына. – Сейчас наша задача – не показать свои карты, раньше времени. Пусть думают, что мы в растерянности после атаки на порт. Пусть считают, что свадьба с Софией, наш способ укрепить позиции.

– А Джанкарло? Мне кажется, он мутит воду, отец и у него свои планы!

– Его пьяные выходки играют нам на руку, – Массимо усмехнулся. – Чем больше шума он создает, тем меньше внимания к нашим действительно важным шагам.

– Ты что-то задумал – прищурился Чезаре.

– Я задумал удержать то, что принадлежит нам по праву, – жестко ответил Массимо. – И сделать это так, чтобы никто не смог оспорить этот факт. Но для этого… – он сделал паузу, – нам нужно время. И холодная голова.

Глава 6. План.

Прокуренный бар "Da Luigi" в самом неблагополучном районе Рима. Время давно перевалило за полночь, но двое мужчин в дальнем углу, казалось, не замечали этого. Тусклая лампа едва освещала их лица.

Человек со шрамом, пересекающим левую щеку, нервно крутил в руках пустой стакан:

– Долго еще ждать? Эти русские ублюдки уже везде, как тараканы. А Карминати… – он сплюнул. – Они думают, что контролируют город.

Джанкарло усмехнулся, в его глазах мелькнуло что-то хищное:

– Не торопись, Лука. Всему свое время. Пусть думают, что всё идет по их плану.

– Плану? – Лука скривился. – Твой отец реально верит, что русские его прикроют? – сморщился

– Мой отец… – Джанкарло отпил виски, – наивный дурак. Живет старыми понятиями. Думает, что брак с Карминати, спасет нас от сицилийцев и на время, пока мы набираемся сил, решит проблемы с поставками – идиот!

– А ты? – спросил Лука с нажимом

– А я жду момента, – его голос стал тише. – Следите за всеми. За каждым шагом. Особенно за людьми Карминати. Мне нужно знать всё – куда ходят, с кем встречаются, каждую мелочь, это ясно – повысил голос.

Джанкарло только делал вид, что пьет – виски в его стакане оставался всегда нетронутым. Его "пьяные" выходки, были частью тщательно продуманного плана. Пусть все думают, что он избалованный сынок, прожигающий отцовские деньги.

– Карминати, русские, даже мой отец – они все пережитки прошлого, носятся со своими традициями, принципами, кого этим сегодня удивишь – он презрительно усмехнулся. – А мир изменился. Рим созрел для новых правил.

Марко подался вперед:

– Но русские…– почесал затылок – они не дураки, после провала в порту, они насторожились! – возмутился

– Русские, – перебил Джанкарло, – всего лишь фигуры в моей партии. Как и все остальные. – Его глаза блеснули холодным расчетом. – Пусть думают, что я пьяный идиот, который позорит семью. Это развязывает мне руки.

– А свадьба твоей сестры? – не унимался Лука – с ней что?

– Идеальное прикрытие, – Джанкарло поставил нетронутый стакан. – Пока все будут следить за этим спектаклем, мы нанесем удар. И когда пыль осядет… – он сделал паузу, – в Риме останется только один хозяин.

В этой части Тестаччо, куда приличные люди не заглядывают после заката, разбитые фонари едва освещали узкие улочки. Облупленные стены домов, исписанные граффити, глядели пустыми глазницами окон. Бар "Da Luigi", с его покосившейся вывеской и грязными окнами, был именно тем местом, где никто не задавал лишних вопросов.

Джанкарло поправил дорогой пиджак, его Brioni, казался здесь вызывающе неуместным.

– Скоро все изменится, – он говорил тихо, но в его голосе звучала абсолютная уверенность. – Этот район, эти трущобы… Здесь начнется новая эра. А те, кто считает себя хозяевами Рима, превратятся в прах – перекрестился.

Снаружи послышался визг тормозов и пьяные крики – обычная ночная жизнь квартала. Но Джанкарло знал: за этим хаосом, за этой показной нищетой, скрывается огромная сила. Сила, которую он собирался использовать.

– Передай остальным – пусть будут готовы. И помни, – его взгляд стал жестким, – моя репутация пьяницы и идиота, сохраняется до тех пор, пока я не стану Доном Рима!

Глава 7. Вилла.

Телефонный звонок разбудил Кьяру ранним утром. Она нащупала телефон, с трудом фокусируя взгляд на экране – незнакомый номер.

– Pronto? – сонно пробормотала она.

– Доброе утро, синьорина Конти, – низкий мужской голос звучал с легкой иронией. – Надеюсь, не разбудил?

– Кто вы… – она села на кровати, пытаясь собраться с мыслями.

– Неужели не узнаете? – усмехнулся – Обидно! – хмыкнул – тогда я напомню, детка, наш разговор в клубе – понизил голос.

Кьяра похолодела, мгновенно проснувшись. Этот голос… Чезаре Карминати.

– Я… как вы узнали мой номер – возмутилась – что вам нужно? – вспылила, подскочив с кровати.

– Догадайся, детка – съязвил – сегодня, жду тебя в ресторане Glass Hostaria (стеклянная хостария), в восемь и это не приглашение – скинул звонок.

Кьяра в бешенстве кинула телефон на кровать, расхаживала по комнате, обдумывая, что ей делать, пока не вспомнила о съёмке, побежала в ванную приводить себя в порядок.

Обеденное солнце играло бликами на спокойной глади Тирренского моря. Роскошная яхта, арендованная Versace для съемок, медленно двигалась вдоль побережья. Кьяра, в струящемся шелковом платье, цвета морской волны, стояла у борта, пока стилисты колдовали над её прической.

Глядя на каменистые холмы, она увидела в далеке знакомый величественный особняк, возвышающийся над берегом, частично скрытый кипарисами. Что-то екнуло внутри, словно струна, натянутая между прошлым и настоящим.

– Bellissima! – фотограф щелкал затвором. – Именно такой взгляд мне нужен! Задумчивый, немного потерянный…ты великолепна! – кружил вокруг вместе с ассистентом.

Кьяра едва слышала его, в голове вспыхнули обрывки воспоминаний: белая терраса, спускающаяся к морю… звук волн… женский смех… запах жасмина…

– Чей это дом? – взволновано спросила она.

– Вилла Марчелло, – ответил кто-то из команды. – Красивое место, но уже несколько лет заброшено, там случился пожар, вся семья погибла – равнодушным голосом ответил мужчина.

Кьяра почувствовала, как по спине пробежал холодок. На мгновение ей показалось, что она не раз была в этом доме, гуляла по саду и каталась на лодке, отгоняя наваждение, сосредоточилась на работе.

После съемок, сидя в квартире подруги, которая ушла на кастинг, Кьяра не могла избавиться от навязчивого ощущения. Старые кипарисы, белая терраса, спускающаяся к морю – всё казалось до боли знакомым.

Она открыла ноутбук. "Вилла Марчелло, Рим, пожар" – пальцы дрожали, когда она набирала запрос, щелкая по клавиатуре.

Несколько старых газетных статей. "Трагедия в доме Марчелло", "Загадочный пожар, унес жизни известного бизнесмена и его жены"… Фотографии: обгоревший фасад виллы, полицейские машины, и одна, с изображением красивой женщины, с синими глазами на той самой террасе, в окружении высоких кипарисов.

Кьяра подалась к экрану. Эта женщина на блеклой фотографии, ее черты лица, длинные кучерявые волосы и глаза цвета неба.

"Маргарита Марчелло, жена известного предпринимателя Антонио Марчелло, трагически погибла вместе с мужем при невыясненных обстоятельствах…"

В висках застучало. Обрывки воспоминаний накатывали волнами: запах жасмина, женский голос, поющий колыбельную, большая спальня с видом на море…

За окном уже смеркалось, но она не замечала ничего вокруг, полностью поглощенная поисками в интернете, листая страницу за страницей.

"Вилла Марчелло, пожар, 1998 год…" – статья за статьей, фотография за фотографией.

– Ты уже вернулась? – Карла заглянула в комнату. – О, что за детективное расследование? – хлопнула в ладоши подруга.

– Помнишь ту виллу, о которой я тебе говорила? – Кьяра развернула ноутбук к подруге. – Посмотри на эту женщину.

Карла присела рядом:

– Красивая, чем-то похожа на тебя…

– Маргарита Марчелло, – тихо произнесла Кьяра. – Она погибла в пожаре вместе с мужем. Двадцать лет назад. – прикрыла ладошкой рот.

– И что? – Карла нахмурилась. – Подожди… – она внимательно посмотрела на подругу. – Ты же говорила, что твои родители…

– Погибли, когда мне было семь, – Кьяра открыла еще одну статью. – И после этого мы с дядей уехали в Испанию, во всяком случае, он мне так говорил.

Кьяра пробежала глазами по строчкам статьи: "В результате трагического пожара погибли Антонио Марчелло, его жена Маргарита и их семилетняя дочь…" Она выдохнула – показалось. Простое совпадение – свела ладони вместе – мне так стало страшно.

– Ну вот, – улыбнулась Карла, – а ты уже себе нафантазировала детективную историю. Хотя, – она прищурилась, разглядывая фото Маргариты, – сходство действительно поразительное, но у тебя черты более утонченные, вы просто блондинки – усмехнулась.

– Наверное, я просто устала и переволновалась, – Кьяра закрыла ноутбук. – Эти съемки, новый город… То есть старый, – она невесело хмыкнула. – Знаешь, иногда мне кажется, что я помню какие-то места в Риме, хотя это невозможно, мы уехали, когда я была совсем маленькой.

– Генетическая память! – рассмеялась Карла. – Кстати, завтра вечером закрытая вечеринка в "Cavalli Club". Микеле обещал быть, – она многозначительно подмигнула. – Пойдем?

– Мне бы сегодняшний вечер пережить – поджала губы – Карминати звонил, ждет к восьми в ресторане – сказала удрученным голосом.

– Так почему ты еще здесь? – подскочила взволнованная Карла – ты решила…

– Нет – покачала головой Кьяра – я ему не собачка, бежать по первому свистку – нахмурила брови

– Ты играешь с огнем, подруга, лучше сходи, не зли его – умоляющим тоном сказала Карла

– Мне кажется, ты преувеличиваешь его возможности, и потом, я согласие не давала – пожала плечами, улыбнувшись.

В кабинете Альберто Сальваторе царил полумрак. Только настольная лампа освещала документы, разложенные перед ним. Его информатор, один из самых надежных людей в Палермо, только что сообщил тревожные новости.

– Значит, дон Лючиано встречался с русскими? – Альберто постукивал пальцами по столу.

– Si, signore. И после этого, сицилийцы начали копать под старое дело Марчелло. Запрашивали архивы, искали свидетелей тех лет, … – голос в трубке понизился. – И еще. Они отправили людей в Испанию.

Альберто замер:

– В какой город? – спросил жестким тоном.

– Побережье, какой-то маленький городок. Пока точно не знаю, наши люди на чеку, они ищут кого-то… или что-то, связанное с семьей Марчелло.

– Capisco, – Альберто потер переносицу. – Держи меня в курсе.

Положив трубку, он долго смотрел на старую фотографию в рамке – на ней стояли трое друзей, Альберто Сальваторе, Массимо Карминати и Антонио Марчелло, молодые и беззаботные.

– Прошлое возвращается, – пробормотал он, снимая трубку телефона – кровь смывается только кровью!

Глава 8.Свидание.

Ресторан с оригинальным дизайном, где свет и стекло сочетаются с креативной кухней шеф-повара Кристины Бауэрман, за круглым столиком сидел Чезаре, раздраженно посматривая на часы – 20:37. Шампанское в серебряном ведерке давно согрелось, а девушки все еще не было. Учтивый официант, во второй раз подошел спросить, будет ли синьор делать заказ.

Он достал телефон. Один гудок, второй, третий…

– Ascolto? (Слушаю) – ответила Кьяра, как ни в чем не бывало

– Где ты? – его тон мог бы заморозить июльское солнце.

– Я, эмм… дома, собираюсь ложится спать – демонстративно зевнула.

– Адрес, – перебил он жестким тоном.

– Что? – удивилась – Зачем? – возмутилась, такой наглости.

– Адрес, я приеду. И это, – он сделал паузу, чеканя каждое слово, – не обсуждается!

– Послушайте, синьор Карм…

– У тебя есть десять секунд, чтобы продиктовать адрес, – его голос стал опасно тихим. – Или я найду тебя сам. И поверь, детка, тебе это не понравится – акцентировал внимание на последних словах.

В трубке повисла тишина, затем Кьяра неохотно продиктовала адрес Карлы.

– Умница, – усмехнулся он. – Умеешь быть послушной – скинул звонок.

Черный Bugatti Chiron привлек всеобщее внимание, когда остановился у подъезда жилого дома. Чезаре, в темно-синем костюме от Tom Ford вышел из машины, излучая холодную ярость, окинув взглядом высотный дом, вальяжно, облокотился на капот, прикурив сигарету.

Кьяра робко вышла из подъезда, в смятении, рассматривая высокую фигуру мужчины.

– В машину, – скомандовал он, даже не поздоровавшись.

– Но я… растерялась на мгновение

Один его взгляд заставил её замолчать. Она села в машину, где пахло цитрусом, бергамотом и хвоей.

Bugatti плавно тронулся с места. Чезаре вел машину уверенно и агрессивно, лавируя в потоке от напряжения, гнетущая тишина звенела в салоне.

– Итак, – его голос прозвучал обманчиво спокойно, когда они выехали на набережную Тибра, – ты подумала о своем месте?

– О чем вы? – она повернулась к нему.

– О том, детка, что этот город живет по определенным правилам, – он резко свернул к маленькому ресторану у реки. – И некоторые из этих правил, ты уже нарушила.

Машина остановилась у старинного палаццо, превращенного в ресторан. Чезаре повернулся к Кьяре:

– Я тебе уже говорил, в Риме есть только два типа женщин – те, кто знает свое место, и те, кого ставят на место. К какому типу относишься ты?

В его голосе звучала такая властность, что у Кьяры перехватило дыхание. Но она заставила себя улыбнуться:

– А есть третий тип – те, кто сами выбирают свое место – выпалила Кьяра.

Его глаза опасно сузились:

– Дерзость может быть… опасной и наказуемой – сказал жестким тоном.

– Как и самоуверенность, – парировала она, сама удивляясь своей смелости.

Чезаре неожиданно усмехнулся:

– Храбрая девочка. Но ты играешь не с тем человеком, поверь, я знаю о чем говорю.

Он вышел из машины, обошел её и открыл дверь для Кьяры:

– Пойдем. Думаю, нам стоит поговорить о том, как тебе следует вести себя с этого момента!

Чезаре наблюдал за Кьярой с холодным интересом хищника. Её гордая осанка, вызывающий блеск в глазах – всё это только разжигало его желание сломить ее сопротивление.

– Знаешь, – он отодвинул для неё стул в уединенном уголке ресторана, – твоя дерзость… забавляет. – сделал паузу – Пока что!

Кьяра села, расправив платье:

– А вашу самоуверенность, видимо, никто не решается поставить под сомнение? – съязвила.

Он наклонился к ней, почти касаясь губами уха:

– Потому что все знают – я всегда получаю то, что хочу, так или иначе! – подмигнул.

От его близости, от этого хриплого шепота, по коже пробежали мурашки. Кьяра отстранилась:

– Не все продается, синьор Карминати – уверенным тоном заявила она.

– Зови меня Чезаре, – он откинулся на спинку стула, разглядывая её с откровенным вожделением. – И поверь, bellissima, каждая женщина имеет свою цену. Вопрос только в том, какую назначишь ты.

– Вы ошибаетесь, – Кьяра вздернула подбородок. – Если думаете, что я одна из ваших…

– Моих? – он насмешливо приподнял бровь. – О нет, ты не похожа на тех, кто обычно греет мою постель. В тебе есть что-то… – он сделал паузу, рассматривая её лицо, – дикое. Нетронутое. И это… возбуждает.

Кьяра почувствовала, как краска заливает щеки:

– Вы невыносимы – возмутилась, нахмурив брови.

– А ты очаровательна, когда злишься, – Чезаре подался вперед, его глаза потемнели. – Особенно когда пытаешься скрыть, что мое присутствие действует на тебя, признайся, я тебе нравлюсь – усмехнулся.

– Вы слишком высокого мнения о себе, Чезаре, и вы не в моем вкусе! – сверкнула глазами.

– Обманщица! – расхохотался – Нет, cara, – его палец медленно скользнул по её запястью. – Я просто знаю, что хочу. И то, как учащается твой пульс от моего прикосновения, говорит мне, что ты испытываешь ко мне определенную симпатию.

– Уберите руку, – её голос дрогнул, и Чезаре усмехнулся, заметив эту слабость.

– Иначе что? – он продолжал поглаживать её запястье. – Снова попытаешься поставить меня на место? Как в клубе?

Официант принес вино, но Чезаре даже не взглянул в его сторону, полностью сосредоточенный на своей добыче.

– Знаешь, – его голос стал ниже, интимнее, – эта игра в недотрогу… она заводит. Но мы оба знаем, чем всё закончится.

– Вы так уверены? – Кьяра попыталась отнять руку, но его хватка стала жестче.

– Абсолютно, – он поднес её запястье к губам, не отрывая взгляда от её лица. – Потому что у тебя нет больше выбора детка, в твоем случае слово нет, будет означать лишь одно, конец твоей карьере.

Вы… – она задохнулась от его наглости и напора.

Кьяра резко выдернула руку, гнев вспыхнул в её глазах:

– Вы мне угрожаете? – возмущенно всплеснула руками

– Угрожаю? – Чезаре рассмеялся, но в этом смехе не было веселья. – Нет, cara. Я просто объясняю правила игры. Один звонок – и контракт с Versace расторгнут. Еще один – и ни один модный дом в Италии не захочет иметь с тобой дела.

– Вы не посмеете…

– Посмею, – он отпил вино, разглядывая её с холодным удовольствием. – И ты знаешь это. Вопрос в том, действительно ли ты хочешь сопротивляться? – его взгляд скользнул по её губам. – Или это просто часть игры, которая заводит нас обоих?

Кьяра почувствовала, как к горлу подступает комок. Этот человек был опасен и жесток – не только своей властью, но и тем, как он действовал на неё.

– А как же ваша невеста? София Барбаро, кажется… – Кьяра произнесла это как последний козырь.

Чезаре откинулся на спинку стула, его губы изогнулись в циничной усмешке:

– Брак и удовольствие – разные вещи, cara. София получит мою фамилию, – он подался вперед, его глаза потемнели, – а ты… ты получишь меня. И поверь, это намного интереснее.

– Вы… чудовищный циник! – выкрикнула она.

– Нет, я просто честен, – он провел пальцем по её ладони. – Тебя не должна волновать моя свадьба. Тебя должно волновать только одно – как долго я буду тобой увлечен. Потому что пока ты меня развлекаешь… – он сделал паузу, – твоя карьера в безопасности.

Кьяра почувствовала, как к глазам подступают слезы унижения:

– И вы думаете, я соглашусь на это? – раздражаясь и кипя от ярости, она не могла поверить, что это все происходит с ней.

– О нет, – его улыбка стала хищной. – Я знаю, что ты согласишься, детка, так что не трать на глупые разговоры свои и мои нервы, давай лучше поужинаем – подозвал официанта властным жестом.

Пентхаус в историческом центре Рима, поражал роскошью и изяществом. Панорамные окна открывали вид на вечный город, высокие потолки, мраморные полы и дизайнерская современная мебель, в бело-золотистых тонах, определяли статус хозяина.

– Добро пожаловать домой, – Чезаре стоял позади Кьяры, нависая как скала, его дыхание обжигало её шею.

– Я не могу… – начала она, но он развернул её к себе, наклоняясь.

– Можешь, – его голос стал хриплым. – И будешь – утвердительно кивнул.

Его руки скользнули по её талии, притягивая ближе. Кьяра понимала, что он ломал её волю, показывая, насколько она беспомощна, но ставить на кон карьеру она не могла, поэтому выбор был очевиден.

– Перестань бороться со мной, так будет проще детка, – прошептал он, наклоняясь к её губам. – Мы оба знаем, что ты хочешь этого не меньше меня.

Притянув к себе за талию, он ее поцеловал со свей страстью, накрывая как цунами, поглощая последнее сопротивление, разрушая барьеры. Его руки скользили по её телу, обжигая и клеймя, как будто он доказывал им обоим, что она его собственность и больше никому не может принадлежать, никогда.

– Да, детка, нам будет очень хорошо вместе – подхватив ее понес в спальню, смотря в ее синие, как небо глаза.

Всю ночь Кьяра таяла и стонала в объятьях Чезаре, лишь под утро, выпитая до дна, прижимаясь к страстному любовнику, с улыбкой на лице, уснула.

Глава 9.Наглость или глупость.

Ранним утром, в роскошном кабинете Дона Федерико Барбаро, стояла гнетущая тишина. Он смотрел на сына, который вальяжно развалился в кресле, демонстративно игнорируя отцовский гнев.

– Ты понимаешь, что натворил? – Дон едва сдерживался. – Русские требуют объяснений! Подстава с грузом, все следы ведут к нам! – повысил голос.

– Может, стоит меньше доверять русским? – Джанкарло лениво улыбнулся.

– Заткнись! – Дон ударил кулаком по столу. – Сицилийцы дышат нам в спину, Карминати подозревают в предательстве, а ты… ты шляешься по притонам и позоришь семью!

– О да, – Джанкарло встал, его показная расслабленность исчезла. – Семья. Всё ради семьи. Поэтому ты решил, продать Софию Карминати? Думаешь, это спасет наши задницы? – расхохотался

– Этот брак… нужен не только нам и ты прекрасно это знаешь! – повысил голос

– Этот брак ничего не решит! – перебил сын. – Времена изменились, padre. Но ты слишком слеп, чтобы это увидеть. – цокнул.

Дон Барбаро побледнел:

– Что ты задумал? Отвечай Джанкарло? – заорал, ударив кулаком по дубовому столу.

Я? – Джанкарло направился к двери. – Я просто наслаждаюсь жизнью. Разве не этого ты всегда хотел – чтобы твой сын, был бесполезным пьяницей?

–Ты опять притворяешься? – в кабинет вошла София, элегантная и холодная, равнодушно глянув на брата, села в кресло – Думаешь, я не вижу, чем ты занимаешься, fratello (брат)? – усмехнулась

Джанкарло повернулся, прищуривая глаза, пытливо глядя на сестру:

– А вот и наша принцесса! Уже выбрала свадебное платье? – хлопнул наигранно в ладоши – надеюсь самое лучшее?

– Прекрати этот спектакль, – София встала. – Твои пьяные выходки, скандалы… Думаешь, я не понимаю, что это маска? Ты ставишь под угрозу мою свадьбу! – выкрикнула, приподняв подбородок.

– Твою свадьбу? – он рассмеялся. – Милая sorella, ты действительно веришь, что Чезаре Карминати женится на тебе по любви? – усмехнулся

– Заткнись! – её глаза опасно сверкнули. – Я не позволю тебе всё испортить. Если ты продолжишь…

– Что? – Джанкарло подошел к ней вплотную. – Что ты сделаешь? – угрожающим тоном.

– Я расскажу отцу правду, – её голос стал тихим и острым, как бритва. – О твоих тайных встречах – укоризненным тоном – я хочу выйти замуж за Чезаре, не вынуждай меня, братец!

– Мне плевать, дорогая сестренка, на твои желания – сказал Джанкарло резким тоном – ты, как и все женщины в нашей семье, всего лишь разменная монета в определенном деле, не лезь туда, где могут оторвать голову, ясно! – закричал – иди и готовься к свадьбе!

– Я тебя предупредила – сказала София, глянув на отца – завтрак накрыт – вышла из кабинета.

– Мне стоит беспокоится? – спросил дон Барбаро, сканируя сына.

– Как обычно – усмехнулся – я спать, шлюхи меня вымотали!

Солнце клонилось к закату, окрашивая мраморные колонны беседки в золотистые тона. За столом, накрытым белоснежной скатертью, собралась вся семья Карминати. Массимо во главе стола, по правую руку – Чезаре, рядом – младшие братья. Альберто Сальваторе сидел чуть в стороне, его лицо было непривычно мрачным и отстраненным.

– Они захватили весь квартал Сан-Лоренцо, – Альберто отложил вилку. – Восемь наших людей в больнице. Русские даже не пытались это скрыть, действовали в открытую – нахмурил густые брови.

– Наглость или глупость? – Чезаре крутил в руках бокал с вином.

– Ни то, ни другое, – Массимо подался вперед. – Это послание. Они проверяют нашу реакцию.

– После истории в порту, – добавил Витторио, младший из братьев, – они думают, что мы ослабли, раз не отправляем груз.

– А может, – медленно произнес Чезаре, – кто-то убедил их в этом? – посмотрел на брата.

Массимо переглянулся с Альберто:

– Барбаро? – высказался Дон – как они мне надоели – расслабил нервно галстук.

– Не только, – Сальваторе достал сигару. – Мои источники говорят, что русские ведут какую-то свою игру. Они что-то ищут… или кого-то, в Морайра.

– Мои источники утверждают – говорит Лоренце, нарезая сочную говядину – сицилийцы, как псы рыщут по городу, спрашивают у старых портовых рабочих, что они помнят о том случае, с Марчелло – макает в соус кусочек мяса – с русскими, лично мне все понятно, они решили…

– Решили показать, кто здесь хозяин, – перебил его Чезаре. – Но почему именно сейчас? – возмутился

Массимо поднял руку, призывая к тишине:

– Потому что они чувствуют слабость. Не нашу – Барбаро. После истории с грузом… – он сделал паузу. – Они как акулы, почуяли кровь в воде.

– А сицилийцы? – Витторио подался вперед. – Что им нужно, Рим? – усмехнулся

– Реванш, – Альберто выпустил струю дыма. – Старые счеты. Дон Лючиано никогда не забывал о предательстве Барбаро. Его семья потеряла не только контроль, трафик, партнеров, но и часть семьи, у него тогда убили старшего сына, не забывай!

– История двадцатилетней давности выходит нам сейчас боком? – усмехнулся Лоренцо. – Порт, семья Марчелло, сын Лючиано…

Массимо резко поставил бокал:

– Некоторые раны не заживают, figlio. И некоторые долги требуют выплаты. Рано или поздно – грозно посмотрел на сына – кровь смывается кровью, таков закон!

– Тогда может, – Чезаре внимательно посмотрел на отца, – пришло время расставить все точки над i? Пока город не превратился в поле боя.

– Нет, мы ответим только русским, за нанесенное оскорбление, очень тихо, но они поймут – сказал жестким тоном дон Массимо.

– Очень тихо, – повторил Чезаре, и в его глазах появился хищный блеск.

– Именно, – Массимо обвел взглядом сыновей. – Пусть думают, что мы заняты предстоящей свадьбой, что наше внимание рассеяно. А тем временем…

На следующий день:

Массимо стоял у окна в своем кабинете, сжимая в руке стакан с виски. Альберто сидел в кресле, его лицо выражало плохо скрываемое раздражение.

– Значит, он привел её в пентхаус, – Массимо произнес это тихо, но в его голосе клокотала ярость. – За две недели до свадьбы с Софией Барбаро.

– Si, – Альберто потер переносицу. – Весь Рим уже говорит об этом. Видели, как они вместе обедали сегодня в "La Pergola", они довольно мило беседовали…

– Cazzo! – Массимо резко развернулся. – О чем он думает? Мальчишка! Мы на пороге войны, нам нужен этот брак, а он…

– Играет с огнем, – закончил Альберто. – Барбаро воспримут это как оскорбление и не известно, как решат отомстить.

– Не только они, – Массимо опустился в кресло. – Русские следят за каждым нашим шагом. Сицилийцы ждут любой слабости. А мой сын решил, что сейчас подходящее время для… развлечений?

– Может, стоит поговорить с девчонкой? – предложил Альберто. – Намекнуть, что ей лучше исчезнуть?

Массимо покачал головой:

– Нет. Я знаю Чезаре. Это только разозлит его больше, я поговорю с ним – утвердительно кивнул – что там с Испанией.

– Пока глухо, но мы ищем – удрученно сказал Альберто – знать бы еще что?

В бутике Prada, на Виа Кондотти, все примерочные были заняты. София Барбаро вместе с подругами устроили шопинг, примеряя блузки, юбки, платья, разных фасонов и цветов, они весело смеялись, подтрунивая друг над другом.

– Sofia, questo è perfetto! (София, это прекрасно!) – восхищенно выдохнула Джулия, когда она вышла в кремовом платье от Миуччи Прада.

Телефон Софии тренькнул уведомлением из телеграмма. Она небрежно открыла вкладку от Луизы и застыла. На фото Чезаре, её Чезаре, сидел в "La Pergola" с какой-то девушкой. Их взгляды, поза, интимная атмосфера – всё кричало о том, что это не деловая встреча.

– Chi è questa? (Кто это?) – София показала экран подругам, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

– Оуу, – Джулия взяла телефон, – это Кьяра Конти, модель. Она недавно вернулась в Рим. И… – она замялась.

– И что? – в голосе Софии появились стальные нотки.

– Говорят, они встречаются, – тихо добавила Габриэла – мы не хотели тебя расстраивать, просто слухи ходят, у тебя же свадьба через полторы недели – пожала виновато плечами.

София медленно сняла платье:

– Думаю, мне нужно что-то более… яркое. Что-то, что заставит некоторых вспомнить, кто здесь настоящая donna. Девушки, несите все пестрое и сексуальное – скомандовала София – моделька, значит у него завелась, на кануне свадьбы, ну я тебе устрою Чезаре, будешь долго помнить, кто такие Барбаро!

Казино "Saint Vincent" в Остии, полыхало как факел. Черный дым поднимался в ночное небо, а вой сирен разрезал тишину побережья. Чезаре наблюдал за пожаром с крыши соседнего здания, медленно затягиваясь сигаретой.

– Всё чисто, – Римо, его правая рука, говорил тихо. – Четверо убитых, включая Виктора Збруева. Выглядит правдоподобно, что поделать, неисправная проводка, спастись никому не удалось!

Чезаре довольно кивнул:

– Свидетели? – не отрывая взгляда смотрел на пламя

– Нет. Камеры отключены за час до… инцидента. Полиция найдет следы, только если останутся пули, ведущие к калабрийцам.

Внизу раздались крики – обрушилась часть крыши казино. Языки пламени взметнулись выше, пожирая здание.

– Bellissimo, – произнес Чезаре. – Думаю, русские поймут намек.

– А если нет? – с опаской посмотрел Римо на босса.

– Тогда, – Чезаре бросил окурок вниз, – следующим будет их склад в порту. И там мы не будем так… деликатны.

Микеле Сальвадоре сидел в своем кабинете, перечитывая отчет из Испании. Информация, присланная информатором, заставляла сердце биться чаще.

"Городок Морайра, на побережье Испании, Кьяра Конти жила здесь с 1998 года под опекой Франческо Валенти – предположительно, бывшего телохранителя семьи Марчелло. Няня – Мария Гомес, работала в доме Марчелло до трагедии. Документы об удочерении оформлены задним числом…"

Он достал сигарету и закурил, вчитываясь в строчки.

"Девочка не помнит события той ночи – возможная травматическая амнезия. Валенти и Гомес создали легенду о гибели её родителей в автокатастрофе, она думает, что Валенти ее родной дядя…"

Микеле потер виски. Если его догадки верны… Если Кьяра действительно дочь Марчелло, то это полностью меняет дело.

– Какая ирония, – пробормотал он, доставая телефон – ее ищут три группировки, а она у нас под боком – Найди ее настоящие документы, любой ценой – пока никому ни слова о находке, понял.

Вечер. Кабинет Альберто Сальваторе-старшего. Микеле наблюдал, как отец разливает коллекционный коньяк по бокалам.

– Что-то изменилось, – произнес старший Сальваторе, внимательно глядя на сына. – Я вижу это по твоему лицу.

– Скажем так, – Микеле сделал глоток, – ситуация может оказаться… интереснее, чем мы думали.

– Насколько интереснее? – Альберто устало опустился в кресло.

– Достаточно, чтобы изменить расстановку сил в городе, – Микеле покрутил бокал. – Помнишь, ты говорил, что в каждой партии есть скрытые фигуры?

Альберто прищурился:

– Ты что-то нашел, сынок – отпил коньяк.

– Возможно. Но мне нужно время для проверки. И… – он сделал паузу, – абсолютная секретность.

– Все настолько серьезно? – невозмутимо спросил его отец.

– Настолько, что три семьи, могут перегрызть друг другу глотки, если правда всплывет раньше времени и устроить настоящую бойню на улицах города, так что сам решай – усмехнулся.

Чезаре сидел за рулем своего Bugatti, когда поступил вызов на телефон. Звонил информатор приставленный к Джанкарло, он говорил взволнованно и тихо:

– Синьор Карминати, что-то странное происходит, Джанкарло посещал "Da Luigi", это на краю города, он встречался с человеком со шрамом, они долго беседовали в баре, потом разошлись и еще Марта, наша шлюха, говорит, что он с кем-то трепался по телефону, когда она ушла в ванную, обсуждал какие-то поставки. И… – он замялся, – Барбаро сказал что-то странное. Он сказал: "Отец думает, что контролирует ситуацию, но скоро всё изменится. Русские получили свой урок, теперь очередь Карминати".

– Что-то еще? – грубым тоном спросил Чезаре – не тяни!

– Да… он говорил про какие-то документы и счета, к которым нужно добраться любой ценой, это все!

Чезаре сжал руль:

– Хорошо. Продолжай следить, я должен знать даже то, когда он сходил отлить, ты понял меня, Марте передай, что за информацию, я ее щедро вознагражу, работайте! – скинул звонок.

– Черт! Черт! – ударил несколько раз по рулю – сука, убью! – стиснул зубы набрав бешеную скорость помчался на очередную встречу.

Глава 10.Час настал.

1998 год, Палермо.

– Отец, мы никогда не были так близки к победе, порт почти наш, – Нино склонился над картой. – Марчелло будет вынужден пойти на сделку, он сейчас слишком слаб, чтобы нам противостоять, Карминати зализывают раны, после нападения русских, они не будут рисковать, у нас развязаны руки!

– Не торопись, figlio, – Лючиано предостерег сына. – Барбаро никогда не играли честно, нужно все тщательно взвесить, слишком все гладко.

– Они ничего не смогут сделать! Если Марчелло прогнется под нас, у них не будет шанса – восторженно заявил Нино – он нам должен, груз исчез с его склада.

– Странное совпадение, Карминати сейчас воюют за территорию, а у Марчелло груз пропадает, Каморра обязательно ответит, вопрос времени – сказал Дон Лючиано, похлопав по плечу сына – мы сильны, но и они тоже, не списывай их со счетов.

– Ты слишком много о них думаешь, отец – хмыкнул Нино – лошадь сдохнет, пока трава вырастит!

Наши дни:

Дон Лючиано стоял у окна своей виллы в Палермо, глядя на закат. В руке – старое фото: молодой темноволосый парень улыбается в камеру. Нино. Его первенец.

Двадцать лет… А боль всё так же свежа и постоянно кровоточит, сжимая израненное сердце.

–Дон Лючиано, – вошедший помощник прервал его воспоминания, – есть новости из Рима.

– Говори – не поворачиваясь, сказал грубым тоном.

– Барбаро разругались с русскими. Карминати атаковали казино. Город на грани войны – восторженно сказал Фабио, взирая на Дона Эмануэлло.

Старик усмехнулся:

– Perfectto. Пусть грызутся между собой. А мы… – он погладил фотографию сына, – мы дождемся своего часа. Не так ли, Nino? Ты так спешил жить сынок! – сказал с горечью ставя фотографию на стол – вот что, подлейте-ка немного масла в огонь, пусть бушует пламя раздора и сожжёт дотла Барбаро и все его отродье – сел в кресло – передай эти документы Чезаре Карминати, скажи от меня, он поймет – кивнул утвердительно теряя интерес – час настал сынок!

Дон Лючиано налил себе виски:

– Двадцать лет я ждал этого момента. Двадцать лет готовился. И теперь… – он усмехнулся, – теперь они все ответят за твою смерть, каждый.

– Дон Лючиано, – помощник осторожно заметил, – русские тоже ищут наследницу Марчелло, они надеются взять под контроль порт и нас за яйца.

– Конечно ищут, – старик рассмеялся. – Потому что я позаботился, чтобы они нашли "доказательства" её существования. Как и Барбаро. Как и Карминати. Пусть ищут призрак – расхохотался откидываясь на спинку кресла.

Он подошел к столу, где лежали старые газетные вырезки:

– Информация правит миром! Пусть тратят ресурсы, время, строят планы, а мы в это время нанесем удар, от которого они не смогут оправится – усмехнулся.

– Si. За Нино. За всё, что они отняли у нас. И на этот раз… – его глаза блеснули, – на этот раз я лично прослежу, чтобы Барбаро потеряли всё. Как они заставили потерять нашу семью, мы их уничтожим – утвердительно сказал Фабио – Коза Ностра, всегда платит по счетам.

Чезаре сидел в своем кабинете, когда принесли конверт. "От дона Лючиано" – простая надпись, но она заставила его насторожиться.

Внутри – старые фотографии, документы… История предательства, написанная черным по белому. Федерико Барбаро, глава семьи, передает информацию русским. Тайные встречи, шантаж, банковские переводы, убийства…

"1998 год" – дата на большинстве документов. Год, когда погибли Марчелло. Год, когда порт перешел к Барбаро.

Чезаре медленно откинулся в кресле. Старый сицилиец играл своими фигурами мастерски – эта информация могла стать детонатором и разнести все в клочья.

Он достал телефон:

– Отец, нам нужно поговорить, я сейчас приеду – сказал Чезаре спокойным тоном.

Дон Лючиано, в своем кабинете смакуя виски, улыбнулся, услышав о доставке:

– Смотри, Nino, как красиво разгорается пламя. Скоро оно поглотит их всех.

В кабинете Массимо повисла тяжелая тишина. Чезаре разложил полученные от дона Лючиано документы на столе.

– Что это? – Массимо затянулся сигарой, – я тебе всегда говорил, сынок, не давай повода, чтобы тобой манипулировали – выпустил дым – старый лис решил загребать жар нашими руками – встал с кресла – не будь так наивен, Чезаре – доверять никому нельзя, никогда, запомни!

Он подошел к сейфу, набрал код. Достал толстую кожаную папку:

– Можешь ознакомится – хмыкнул – кто застилает постель Чезаре, тот в ней и спит!

Чезаре начал просматривать документы. Его глаза сузились:

– Ты знал с самого начала и ничего не предпринимал? – возмутился спустя минут двадцать – Они работают на русских и сицилийцев одновременно?

– И не только, читай дальше – Массимо кивнул на папку, с каменным выражением на лице – думаю, ты удивишься как далеко они зашли!

Сукины дети, – Чезаре рассматривал банковские выписки. – Они готовят что-то большое, проплачивая политиков, их люди даже в правительстве – перелистывает страницы – им нужен город.

– Si. Они используют нас, стравливая со своими врагами, умно не правда ли сынок – усмехнулся Массимо – не будем их разочаровывать, как и Дона Эмануэлло, который решил управлять Каморрой сидя в Палермо, уничтожить нашими руками Барбаро и русских, оставив для себя чистое поле, не жирно ли? – грозно взглянул на сына.

– Все фигуры расставлены, – Массимо подошел к окну. – Дон Лючиано думает, что играет нами как марионетками. Барбаро уверены, что контролируют ситуацию. Русские…

– А мы? – Чезаре поднял глаза от документов.

– А мы, figlio, – Массимо повернулся к сыну, – мы сделаем то, чего от нас никто не ожидает. Пусть думают, что мы пешки в их игре.

– Дон Лючиано хочет нашими руками уничтожить Барбаро…, русских, не удивлюсь, что в его планы и мы входим! – раздраженно сказал Чезаре.

– В то время, как Барбаро используют русских, чтобы ослабить нас, – Массимо усмехнулся. – Сицилийцы ждут, когда мы перегрызем друг другу глотки, чтобы войти в город победителями.

– Слишком много игроков, ты не находишь? – Чезаре задумчиво постукивал пальцами по папке.

– И каждый считает себя умнее других, – Массимо вернулся к столу. – Но они забыли главное правило Рима – здесь побеждает не тот, кто сильнее…

– А тот, кто умеет ждать, – закончил Чезаре.

– Exactamente, figlio. (Ты прав, сынок) Пусть пока все идет своим чередом. Пусть каждый думает, что контролирует ситуацию – кивнул утвердительно Массимо – Чезаре, теперь ты понимаешь в какую сложную партию мы играем, а ты привез эту девчонку в пентхаус – поморщился – ты ставишь многое сделанное мной под удар, прими решение, отправь ее куда ни будь на время, сейчас не до развлечений.

– Ты правда так думаешь – усмехнулся – она прекрасно вписывается в общее безумие отец, злость и ярость зачастую не самый лучший союзник, Барбаро обязательно совершат ошибку и вот тогда… мы нанесем удар! – усмехнулся Чезаре – я думаю, это случится очень скоро, я знаю, что делаю, доверься мне!

Вечер. Особняк Барбаро.

Дон Барбаро швырнул бокал в стену, осколки разлетелись по кабинету.

– Questa puttana! – он метался по комнате. – Эта шлюха живет в его пентхаусе? За две недели до помолвки с моей дочерью?! Щенок, что он себе позволяет! – орал в бешенстве, Дон Федерико.

София стояла прямо, только побелевшие костяшки пальцев выдавали её напряжение:

– Все об этом говорят, padre. Он даже не пытается это скрывать. Обедает с ней в ресторане…

– Карминати… – Дон остановился. – Они думают, что могут так нас унизить? Что мы спустим эту выходку, они забыли с кем имеют дело, ха-ха-ха, тем лучше для нас!

– Padre, – София подошла ближе. – Возможно, это знак. Может, нам стоит…

– Молчи! – он резко развернулся к дочери. – Этот брак состоится! Любой ценой! А эта… модель… – он выплюнул слово как ругательство, – она исчезнет. Очень скоро. Я тебе обещаю, моя девочка, все будет хорошо, никуда Чезаре от нас не денется, будет плясать под музыку, которую мы закажем – обнял дочь поглаживая ее по голове – мужчины ветрены в этом возрасте, это пройдет! Каждый получит то, что заслужил, София, ты мужа, а я трон – поцеловал в макушку – ну все иди, папа все решит! – отстранился

Глава 11.Посылка.

Чезаре вошел в пентхаус, который отозвался звенящей тишиной, включив свет, он набрал её номер, считая гудки. Один, второй, третий… На седьмом она ответила:

– Pronto? – услышал волнующий его голос.

– Где ты? – его тон прозвучал резче, чем он хотел.

– Эмм, на съемках, в вилле Фарнезина. Versace, помнишь? Я говорила утром… – пробормотала Кьяра

Он выдохнул:

–Я сейчас приеду – заявил тоном не терпящим возражение.

– Но у меня еще два часа работы – возмутилась Кьяра – вечерние съемки.

– У тебя есть час – он направился к двери, но телефон снова зазвонил.

– Римо. Что еще? – раздраженно сказал Чезаре.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.