Александр Деревяшкин
О любви и жизни

Рождение Любви

Прошлое – это часть нашей жизни. Я снова возвращаюсь в прошлое и попадаю в 1933 год, 10 ноября.

В этот день родилась маленькая, красивая и милая девочка. Мама и папа держали её на ручках, и она улыбалась.

В ней было столько доброты и нежности. Счастливыми глазами она смотрела на родителей, а они любовались ей.

Они очень сильно любили друг друга, а теперь и свою крохотную дочь.

Отец малышки, Саша, сказал:

– Асюша, давай назовём малышку Любовью!

– Любовь, – эхом повторила жена Ася.

Любочка росла очень красивой, скромной и тихой девочкой. Она улыбалась, словно искрилась добротой и счастьем.

Семья была счастливая, отношения – добрые и нежные.

Старший братик Любочки, подросток Семён, очень оберегал сестру! Он был красивым, умным и добрым парнем. Всю эту семью отличала необыкновенная доброта. Потом родился младший братик Вовочка – умница, весёлый, озорной малыш.

И так бы они жили спокойно и радостно в счастье и любви, но началась Великая Отечественная война.

Великая Отечественная война.

Я размышляя о событиях, приведших к страшной трагедии Второй мировой войны, задаюсь вопросом о мотивах, которые двигал гитлером. Что щёлкнуло в его голове? Почему он решил нападать на беззащитные страны?

И заглянув в историю я понял…

Принятие решения о начале войны, было связано с его маниакальным и, психически нездоровым состоянием. В эти годы гитлер, страдающий тяжелыми психическими отклонениями, еще и плотно сидел на тяжёлых наркотиках. Регулярные инъекции сильнодействующих наркотических препаратов, включая опиоиды, подкрепляли его иллюзорное чувство всесилия и неуязвимости. Под их влиянием реальность и последствия войны казались ему иначе, чем его здравомыслящим генералам. Он был почти невменяем.

Когда его стремление к экспансии дошло до плана «Барбаросса» – вторжения в Советский Союз, многие военачальники отговаривали фюрера.

Они предостерегали его говоря о огромной выдержке и храбрости советских солдат, о том, что каждая пядь земли в СССР будет защищаться отчаянно и насмерть.

Но слова генералов мало значили для гитлера в его состоянии.

Игнорируя опасения о возможных провалах и огромных жертвах, он грубо отвергал их возражения, угрожая концлагерями и репрессиями. Словно безумец, Гитлер сквозь ярость и зависть жаждал подчинить себе эти земли, несмотря на любые риски.

И вот 22 июня 1941 года, без предупреждения, несмотря на мирный договор, тысячи немецких солдат и танков пересекли советскую границу, вторгшись на территорию СССР.

Стихийный и внезапный удар встретил на своем пути мужественное и отчаянное сопротивление защитников Родины, советских солдат, которые, встав на защиту своей страны, показали невероятную стойкость и бесстрашие. Они сражались за каждый клочок земли, сдерживая врага на каждом рубеже, Находясь в страшных с трагических боях за свою страну, и проявляя невиданный и героизм ставший бессмертным подвигом советского народа.

А что тогда происходило в тылу?

У очень многих людей в то время дома не было радио , но радио оставалось важнейшим источником информации. На площадях и в публичных местах СССР стояли громкоговорители, которые включались для трансляции важных новостей.

И внезапно громкоговорители на улицах и площадях заговорили голосом Юрия Левитана !

Он читал правительственное сообщения с особым, невероятно мощным и волнующим голосом.

«Внимание, говорит Москва. Передаем важное правительственное сообщение. Граждане и гражданки Советского Союза! Сегодня в 4 часа утра без всякого объявления войны германские вооруженные силы атаковали границы Советского Союза. Началась Великая Отечественная война советского народа против немецко-фашистских захватчиков. Наше дело правое, враг будет разбит. Победа будет за нами!»

Срочное и важнейшее правительственное сообщение о начале войны, переданное Левитаном, было внезапным и прозвучало утром 22 июня 1941 года, людей не ожидавшие услышать такие новости застыли.

Люди стояли в оцепенении и тревоге, осознавая, что начинается новая, тяжёлая глава в их жизни

Для миллионов объявление Левитана о начале войны стало огромным эмоциональным потрясением. Его слова «Граждане и гражданки Советского Союза!» был простыми и официальными, но при этом его голос был пропитан тяжестью и уверенностью, как будто он понимал боль и ужас предстоящих испытаний.

Переживания людей были очень сильными: люди плакали, не скрывая слёз, обнимались, кто-то молчал в оцепенении, а кто-то закрывал лицо руками.

Объявление о войне прозвучало для всех неожиданно, и люди испытывали шок и страх перед неизвестностью. Говорят, что некоторые женщины падали в обморок прямо у громкоговорителей, люди замирали, ощущая, что их жизнь в одно мгновение полностью изменилась. Этот миг сплотил людей, вселив в них чувство общего долга в необходимости и решимости защищать свою Родину.

Женщины плакали , но у многих проявился и боевой дух. В ответ на слова Левитана: «Наше дело правое, враг будет разбит. Победа будет за нами!» – люди начинали поддерживать друг друга, готовясь к предстоящим испытаниям.

Эвакуация

Любочке не было и семи лет, Вовочка только начал говорить. Брат и сестра всегда были рядом и знали: когда летят самолёты и падают бомбы, надо прятаться.

Маленький Вовочка кричал Любочке: «Пряцца в сель!» – и они замирали в какой-то щели.

Война для СССР началась 22 июня 1941 года, а уже 22 августа немцы были под Днепропетровском. В ответ на угрозу оккупации началась срочная эвакуация стратегических объектов, предприятий, а потом и мирного населения.

Эвакуация из Днепропетровска была хаотичной и очень трудной, как и во многих других городах на советской территории. Многие жители покидали город в чём стояли, почти без вещей.

Немцы продвигались так быстро, что у людей не было времени на сборы, и в поезд было невозможно попасть.

Основные усилия в первую очередь направлялись на вывоз оборудования крупных заводов, и только потом вывозили людей – точнее, тех, кто сумел добраться до вокзала и ухитрился залезть в поезд.

Многих просто не пускали в поезд, особенно тех, кто не работал на стратегически важных предприятиях. Им пришлось уходить пешком из города или погибнуть.

Эвакуация

Вначале Второй мировой войны информация о массовых убийствах евреев и других групп нацистами распространялась очень ограниченно. Сначала многие просто не могли поверить в масштабы происходящего – слухи о том, что целый народ будет целенаправленно истреблён, казались невообразимыми.

Отсутствие ясной картины происходящего усиливалось пропагандой и дезинформацией: нацисты тщательно скрывали уничтожение евреев и использовали эвфемизмы вроде «окончательного решения еврейского вопроса».

Фашисты подобные зверства тщательно завуалировали. В первые годы войны в оккупированных странах ходили слухи об убийствах и жестокостях, но подробной информации не было. Радио и газеты в союзных странах, особенно в Советском Союзе, Великобритании и США, постепенно начинали сообщать о зверствах, но всё ещё осторожно. Об ужасах нацистских лагерей и массовых убийствах с большими подробностями стало известно лишь к середине и концу войны, когда весть об истреблении евреев уже не оставляла сомнений.

Для многих евреев, проживавших в СССР, ситуация была непонятной: но они надеялись, что их не тронут, вспоминая Первую мировую, ведь «немцы – культурный народ».

Принимая фашистов за всех немцев, а слухи об истреблении всех евреев воспринимали как сильное преувеличение.

Эвакуация и бегство означали полный отказ от привычной жизни, потерю имущества, жилья и неизвестное будущее. И поэтому решение покинуть свои дома давалось очень непросто.

Эта надежда на лучшее и недооценка угрозы стали трагической ошибкой для множества людей. Миллионы евреев были захвачены фашистами и погибли.

Люди тогда вообще толком ничего не знали о массовом уничтожении!

В первые годы войны слухи о массовых убийствах казались слишком ужасными, чтобы быть правдой. За это миллионы евреев – мужчины, женщины, дети, старики – поплатились своими жизнями.

Не знала об этом и Ася с детьми.

Домой зашёл усталый Саша, и первое, что он сказал:

– Ася, надо эвакуироваться. Фашисты уничтожают всех евреев поголовно.

– Я никуда не поеду! Мы же мирные жители! Ничего не будет, это просто слухи! – ответила Ася.

Она наотрез отказалась ехать…

Ася и Саша долго говорили, они любили и понимали друг друга.

Он сидел – худенький, искренний и нежный в это суровое время, и она – красивая, молодая и растерянная. Он взял её за руку и пытался подобрать слова.

Саша сказал:

– Ну хорошо, возьми самые необходимые вещи и детей, и пойдём на вокзал. Ты просто посмотришь.

И она согласилась.

То, что она увидела на вокзале, было страшно и вызывало ужас! Море людей, и все желают уехать, кричат и плачут, штурмуют поезд.

Ася посмотрела полными слёз глазами на Сашу и сказала:

– Сашенька, я еду!

Они бегали вдоль поезда. Вагоны были переполнены, поезд загудел и вот-вот должен был тронуться. Люди вжимались ещё глубже в вагоны, чтобы не выпасть.

И тут Саша заметил крохотное место у ступеней вагона и старика, который махал рукой, как бы зовя их в переполненное нутро вагона.

Они подбежали, и Саша крикнул:

– Прыгай в вагон, Асенька! Я передам тебе детей!

Она запрыгнула в тесноту, принимая детей! Поезд медленно отходил, и Саша со слезами на глазах махал ей рукой!

А в вагоне стояла худенькая Ася. Она отчаянно махала двумя руками, как раненая птица, смотрела на перрон и плакала.

Они даже не успели обнять друг друга на прощание… Это был последний, спасительный поезд – они успели.

В этот же день город Днепропетровск был занят немцами.

Эшелон

Фронт постоянно двигался, поэтому поездам часто приходилось менять маршруты, делая крюки и объезды, чтобы избежать зоны боевых действий.

Военные эшелоны и поезда с грузами для фронта пропускали в перёд, и поезда с эвакуированными стояли пропускать на боковых путях, ожидая когда их пропустят.

Дороги и поезда были перегружены, часто происходили поломки и аварии.

Бомбардировки гитлеровской авиации вынуждали поезда останавливаться а людей выскакивать и разбегаться в разные стороны, чтоб не убило всех сразу и падать, чтоб уберечься от осколков. Рельсы и вагоны корёжились от взрывов ,что также задерживало движение эшелона.

Из-за остановок в глуши или на запасных путях люди иногда проводили дни без возможности найти воду и еду, так как ближайшие станции могли находиться в сотнях километров.

Многие люди страдали от голода, холода и болезней. Не всем удалось добраться до места назначения живыми.

Еду, если она была очень берегли, растягивали, делились друг с другом. Родители отдавали всё лучшее детям, а сами обходились малым.

Асенька очень сильно похудела и всё отдавала детям.. а конца пути всё не было…

И вдруг случилось страшное, у них украли хлебные карточки, и как они жили без карточек одному богу известно…

Остаться Без карточек в поезде , особенно для детей, стариков и ослабленных болезнями людей было равносильно смерти. Такие случаи были особенно трагичными, потому что в пути у людей не было возможности восстановить карточки, ни гарантированной помощи.

Даже при наличии карточек порции хлеба и воды были минимальными, это не позволяло полноценно поддерживать силы.

Те, кто потерял карточки, сильно зависели от помощи соседей по вагону, которые могли поделиться едой. Но в этих условиях все люди были голодные, и обладатели карточек сами едва справлялись с нехваткой питания, и помощи ждать было не от кого.

И всё же люди делились, отрывая от себя, и отдавая последнее.

Деревянная ступка и пестик подарок Любочке

Маленькая Любочка ехала в поезде сидя в уголке там было сено, в руках она держала свёрнутую маленькую тряпочку как куклу и качала её. И говорила ей:

Ну не плачь, скоро кончится война, и мы вернёмся домой, и будет хорошо и будет хлеб, Потом она вспомнила свою любимую игрушку деревянную ступку и пестик из дерева, она была очень красивая и как настоящая только маленькая, её подарил добрый сосед который сам её вырезал из дерева, строгая во дворе в хвойном аромате деревяных дощечек. Вся семья Любочки была удивлена такой красотой, и все благодарили его, а он строгал пел песни и улыбался.

А ночью приехал чёрный воронок, соседа схватили и увезли навсегда.

В те времена людей хватали ночью.

Те годы были пронизаны страхом. Ночные аресты и звук чёрного воронка под окнами заставляли людей замирать от ужаса. Донос мог прийти от соседа, коллеги, даже друга, и люди замкнулись, стараясь не выделяться. Семьи избегали говорить о прошлом и будущем, боясь, что любое слово может стать причиной беды.

Малейший жест доброты выделялся на фоне этого страха, как тёплый свет. Соседская ступка и пестик, сделанные для Любочки, были не просто подарком – это был символ доброты, которой так не хватало в эти суровые дни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.