# Королевство Мелингор

Юлия Леонова

Некогда прекрасный Мелингор раздирают междоусобные войны. Королю некогда решать проблемы простых людей, он слишком занят тем, чтобы удержать на голове корону. Села грабят бандиты и королевские чиновники, процветает работорговля. Мальчишка по имени Азрет тоже становится рабом, но сохраняет желание выжить и стать сильным. Он собирает вокруг себя верных товарищей, намереваясь не только обрести свободу, но и построить новый Мелингор, где он сам и те, кто ему дорог, смогут жить без страха и боли… Но что если получить силу и власть – это далеко не самое сложное? Удержать ее – тоже не простая задача. Но самое главное – самому не стать таким же чудовищем, как те, против кого ты боролся все это время…

## Глава 1. Умирающее королевство

ЧАСТЬ 1. АРЕНА СМЕРТИ

Двадцать пять лет назад.

Мелингор.

Местность близ границы с Эрграном.


Азрет шел в толпе мальчишек. Таких же, как он сам: уставших, голодных, вымазанных в грязи, крови и пепле. Здесь не было никого старше двенадцати лет. Тех, кто пересек этот возрастной порог, просто убили, как и всех взрослых жителей деревни Соттерхейм. Детей гнали на запад, к границе с королевством Эргран, что охотно покупало живой товар. За детей всегда давали самую высокую цену.

Азрету было двенадцать. Он устало передвигал свинцовыми ногами. Ступни были истерты в кровь и болели так, что впору было выть. Казалось, что кожу с них просто содрали. Хотелось опустить ноги в прохладную воду, смыть грязь, кровь и едкий пот. Мальчик попытался пошевелить затекшими руками, их тут же пронзила тысяча иголок, проснулась жгучая боль под толстыми, почерневшими от крови, веревками.

Кто-то скомандовал привал. Ноги подкосились сами, словно у них была собственная воля. На землю кинули кусок хлеба и миску с водой, расплескивая драгоценные прозрачные капли. Азрет жадно засунул хлеб в рот. Угощение было отвратительным… Черствая мякоть с запахом затхлости и плесени царапала пересохший от жажды рот. Про вкус лучше вообще было ничего не говорить. Пожалуй, подошва ботинок могла бы оказаться в десятки раз вкуснее. Но все ели. Молча и жадно. В первые дни многие отказывались от такой еды. Только пища каждый день была одна и та же и кормили только один раз в день. Вскоре эти бурые корки стали желанны настолько, что на вкус и запах уже никто не обращал внимания. Хорошей была только вода. Прозрачная, чистая, прохладная, она ощущалась на языке вкусом жизни и несла в себе желание жить. У нее не было запаха, и это было лучшим запахом, который только можно себе представить.

Дети уснули прямо на прогретой за день земле. Казалось, после всех пережитых кошмаров, им не удастся даже сомкнуть глаз, но сон проглотил их мгновенно. Всех сразу. Кто был помладше, плакали, но тоже лишь первое время. За всхлипы и рыдания можно было быть избитым или остаться без еды.

Азрету снился дом, построенный отцом. В нем пахло деревом и смолой – это был пряный запах уюта и тепла. Если закрыть глаза и открыть окно, чтобы слышать щебетание птиц, шепот ветра в листве, песни кузнечиков, то казалось, что стоишь посреди леса, пропитанного солнцем. Азрет улыбнулся во сне. В его ночных видениях мама пекла в печи хлеб. А он ждал, сидя на лавке, подогнув под себя ноги. Ждал с нетерпением, когда румяная выпечка ляжет на стол, благоухая таким невероятным и неповторимым запахом, от которого желудок начинал урчать в предвкушении, а слюны во рту становилось так много, что Азрет еле успевал ее глотать. А потом было томительное ожидание, когда хлеб немного остынет, чтобы его можно было взять руками. Румяная корочка соблазняла глаз. Азрет никогда не мог дождаться, всегда хватал булку за пышные бока и, обжигая ладони и пальцы, шипя, отламывал себе приличный кусок, вдыхая горячий аромат, впиваясь зубами в нежную мякоть. Этот вкус и запах всегда ассоциировался у Азрета с матерью, ее теплом, заботой и любовью. К вечеру из кузницы возвращался отец, пахнущий потом, дымом и металлом, так похожим на запах крови…

По лицу мальчика пробежала болезненная тень. Этот запах принес в его сон воспоминания о пережитом недавно кошмаре. Азрет снова видел деревню, что плавилась в огне и рассыпалась черными обломками. Он вдыхал пепел, чувствовал его вкус во рту. Черная пыль оседала на лице, скатываясь по щекам черными слезами. Азрет кашлял, пытаясь выгнать пепел из легких. В ноздри бил запах гари, густой и резкий. Это был приторный коктейль, где смешалось все: человеческий страх, отчаяние, боль и запах горящих человеческих тел…

Азрет открыл глаза, давясь слезами. С трудом унял проснувшиеся чувства, задавил в себе, втоптал в придорожную грязь. Их деревню выжгли дотла. Он видел, как убивали отца, как убивали и насиловали мать. Помнил, как, точно безумный, рвался из чьих-то рук, кричал, тщетно пытаясь сделать хоть что-то в расплывающемся от слез мире… Вокруг были крики и стоны, раздирающие сознание и душу. Хотелось спрятаться от всего этого, сжаться в комок, закрывая уши руками, жмуря глаза и говоря самому себе, что все происходящее – просто плохой сон, который вот-вот закончится.

В Мелингоре никогда не было спокойно, но Соттерхейм умудрялся выжить. Богатые урожаи, здоровый скот. Жители деревни всегда откупались от шайки Хатара. Он приходил в одно и то же время, забирал часть зерна и скота и уходил. Отбиваться от бандитов даже не пытались. Что могли сделать жители с вилами и топорами против пяти десятков вооруженных воинов, которые воевали и убивали людей всю сознательную жизнь? Войска короля увязли в междоусобных распрях между дворянами, королю было некогда защищать деревни от расплодившихся банд. Простой народ уже не знал, кто с кем воевал, за что воевал или почему. Все хотели только одного – мира. В этот год король Кассид собрал податей в два раза больше, чем обычно. Война – прожорливая тварь, сжигала в своей утробе все, до чего смогла дотянуться. Хатару уже платить было нечем… Банда решила, что не резон уходить с пустыми руками: деревню сожги, жителей убили, чтобы другим "неповадно было" не иметь в закромах то, чем можно откупиться, а детей увели в рабство.

Азрет бесшумно сел. Все тело болело, желудок уныло выл, тошнило и хотелось есть. В ночном воздухе висел мерзкий стойкий запах немытых тел и запекшейся крови. Хотелось подняться над всем этим, вдохнуть ночную прохладу, заполненную запахами леса и голосами звезд, пропустить через легкие и выдохнуть вместе с остатками пепла, гарью и воспоминаниями о прошлом.

Мальчик осмотрелся. Всего семнадцать детей, он – восемнадцатый. Большинство из них он знал. По периметру лагеря стояла охрана, чуть поодаль горел костер. Пламя жадно облизывало ночь, запускало в небо искры-светлячки. Один из охранников вперил в Азрета недовольный взгляд. Мальчик поспешно лег на землю и закрыл глаза, умоляя, чтобы ему вновь приснился дом и мамин хлеб.

На рассвете детей грубо растолкали и снова заставили идти. Радовало то, что конец пути был уже близок. Хотя радость была сомнительной. Никто не знал, что ждало их там, в чужой стране… До границы с Эрграном дошли к полудню. Их встречал десяток вооруженных людей. В стороне стояли лошади и телега с большой клеткой. Детей выстроили в ряд. Двое эргранцев стали придирчиво осматривать товар. Пятерых детей сразу заставили сделать шаг вперед. Они были самыми выносливыми и здоровыми на вид.

– Эти пойдут в шахты. Хороший товар! – сказал один из работорговцев из Эрграна. – Мы возьмем еще троих для графа Гарракта и все.

– Только восемь?! А остальных я куда дену? – зло спросил Хатар.

– Продай другим. У нас и так хорошие поставки из Мелингора. Так что за этих восьмерых я дам только двести.

– Это же в два раза меньше, чем в прошлый раз?! – зарычал Хатар.

– Ну, извиняй! Говорю ж, товара переизбыток.

Хатар поморщился, но смысла спорить не было, да и оружием бряцать тоже. Чтобы найти других покупателей нужно время, а рабов нужно кормить чем-то.

– Тут, кстати, Обан неплохую потеху придумал. Знаешь его? Он всех скупает, даже больных и полудохлых. Правда, и дает за них не много. Но лучше, чем ничего.

– Другое дело. Спасибо, брат! – довольно сказал Хатар, похлопав эргранца по плечу.

В это время второй воин из эргранской шайки тщательно осматривал оставшихся детей. Выбрал двух девочек, семи и девяти лет. Азрат знал их. Это были дочери старосты. Хорошенькие, белокурые, голубоглазые. Рин и Мика.

– Опять только девок берешь! Да еще и одинаковых! – рявкнул второй эргранец.

– Которую тогда?

– Младшую, – сдавленно и как-то через силу ответил работорговец, морщась. – И вот эту чернявенькую. Так… А пацана…

– Мика! Мика! – заплакала младшая из дочерей старосты, упираясь и протягивая ручки к сестре.

– Рин!

– А ну, молчать! – рявкнул Хатар. Девочек увели в клетку к первой пятерке детей. Мика плакала, почти бесшумно, проглатывая рыдания, вытирая руками слезы.

– Может этого, Лейто? Симпатичный вроде.

Работорговец встал прямо напротив Азрета. Мальчишка сразу ощетинился, плотно сжал зубы, в теле, казалось, напряглась каждая клеточка. Лейто покачал головой.

– Нет. Ты на его глаза посмотри. Он себе скорее язык откусит, чем позволит с собой сотворить то, что обычно делает с детьми граф Гарракт. Да и взрослый больно. Этот тоже, – сказал Лейто, разглядывая рыжеволосого мальчика, стоявшего рядом с Азретом. – Возьми вон того, кудрявого.

Эргранцы расплатились с Хатаром, телега с рабами тронулась под дробный цокот коней и плач маленьких девочек в клетке.

Оставшихся детей опять куда-то погнали. Азрет сжимал зубы до хруста. Хмуро переглядывался со старшими ребятами. Их было трое: Эйзек, Натан и Ксандр. Азрет не совсем понимал, что ждет младшую из дочерей старосты, "чернявенькую" Сью и шестилетнего Вэя с кудрявыми волосами, но чуял нутром, что шахты гораздо лучше… Из четверки старших ребят, пожалуй, только Эйзек догадывался, зачем графу Гарракту симпатичные девочки и мальчики. Кузина парня работала горничной во дворце, а потому знала много разных историй, в том числе, и о развлечениях некоторых дворян. Естественно, все эти сплетни пересказывались в доме Эйзека, когда дети спали. Но младшее поколение обожало истории из дворца и часто, прокравшись на цыпочках из своей комнаты, подслушивало разговоры взрослых.

– Лучше б они умерли по дороге… – сказал еле слышно Эйзек, бледный и угрюмый с того самого момента, как эргранцы захлопнули клетку за восьмеркой рабов.

– А ну, заткнулись!!! – рявкнул надсмотрщик. Эйзек схлопотал увесистый тумак.

Через пару часов пути впереди показался высокий забор, над которым возвышались наблюдательные вышки. Зоркие лучники заприметили гостей еще на подходе.

Хатар пошел к воротам один, без оружия. Потоптался немного, дождался, пока откроют ворота. На переговоры вышел грузный воин с сальной бородой и такими же грязными реденькими волосами. Зыркнул свинячьими глазками в сторону рабов, что-то проговорил. Хатар стал возмущенно орать и махать руками. Его явно не устраивала предложенная цена. Потом сплюнул. Тот эргранец верно сказал: "… лучше, чем ничего".

Детей передали свиноглазому. За воротами располагалось укрепление с домами, складами оружия, конюшнями и кузницей. Настоящая деревня или даже город.

Азрет с интересом осматривался по сторонам. Здесь жило много людей. В основном мужчины, молодые и средних лет. Все до единого были вооружены. Женщины тоже были, но их поведение говорило об их доступности и легкости бытия. Просто развлечение для мужчин. Азрет был немного зачарован и смущен, смотря на полуобнаженные женские тела и раскрасневшиеся от поцелуев губы. Но долго глазеть на легкодоступных нимф не пришлось. Ребят завели в какой-то сарай и повесили снаружи амбарный замок. На полу лежала свежая солома, пахло тоже вполне сносно. В углу стоял небольшой бочонок с закрытой крышкой. Один из детей заглянул в него, поморщился и тут же брезгливо закрыл крышку. Похоже, это было место для справления нужды. Азрет поддел кончиком ноги маленький уголек на полу. И откуда он тут взялся? Нагнулся, засунул в карман. В сарае было окно, почти под самым потолком, зарешеченное. Сквозь прутья виднелось небо и обрывки пышных облаков.

Вскоре послышался звук открывающегося замка. Дети напряженно и испуганно уставились на дверь. В сарай вошли двое мужчин. Они принесли миски, молча разлили по ним похлебку, положили рядом буханку хлеба и кувшин с водой. Замок снова закрылся с обратной стороны. Пленники, недоверчиво принюхиваясь, подошли к неожиданному угощению. Ксандр первым попробовал похлебку, сделав глоток прямо через край.

– Вкусно! – сказал он, счастливо улыбаясь.

Ели быстро, хлеб поделили поровну. Еда оказалась вкусной и свежей. На изможденных лицах детей впервые за долгое время появились улыбки. Кто-то робко начал говорить, что, возможно, здесь будет не так у плохо. Многие так думали… До утра следующего дня…

На рассвете ребят привели на арену, поставили возле парапета. Сначала дети с интересом и восторгом разглядывали огромную площадку, застроенную деревянным городком с башенками, канатными дорожками, лестницами и тарзанками. Вокруг городка был высокий железный забор, похожий на стенку клетки. А за ним – ряды зрительских мест. Народу было предостаточно. В основном богатые дворяне, в дорогих одеждах, расшитых золотом и драгоценными камнями. Все без исключения в сопровождении одного или двух воинов. А потом на арену вывели детей.

Их было семеро. Хотя слово "вывели" не совсем подходящее. Детей просто волокли силой. Ребята упирались, кричали и плакали. Некоторые просто пытались лечь, и их тащили по земле и вышвыривали на арену. Железная дверца решетки закрылась с металлическим лязгом. Двое детей трясли ее, просовывая руки между прутьев, стараясь ухватить человека, что привел их сюда. Глаза умоляюще смотрели на людей в поисках сострадания и помощи, но наталкивались лишь на безразличие.

Азрет и остальные ребята, наблюдавшие эту картину, не могли понять причины такой реакции. Пока не увидели, что происходит на другом конце арены. Туда привезли две клетки, закрытые черной тканью. Увидев их, дети на арене стали разбегаться кто куда, старались спрятаться или забраться повыше. А потом с клеток скинули черную ткань. Огромные чешуйчатые существа, похожие на ящериц, недовольно сощурили желтые глаза. Дверцы клеток открылись, выпуская тварей на арену…

***

Десять детей у парапета в ужасе смотрели, как чешуйчатое чудовище отгрызает от еще живого мальчишки лет семи куски плоти под душераздирающие крики. Мика, видя на этот кошмар, стала задыхаться, издавая какие-то сдавленные писки. Азрет развернул девочку к себе лицом, чтобы она не видела того, что творилось на арене, уткнул к себе в грудь. Мика разревелась, навзрыд, обняв мальчишку и стараясь зарыться в него лицом так, чтобы не только не видеть, но и не слышать. Ничего не слышать. Просто оглохнуть…

Большинство детей опустились на колени, спрятались за парапет, зажимая уши. Натан тоже съехал вниз, почти упал, бледный, потерянный, в его глазах не было ничего, кроме ужаса и понимания. Их ждало то же самое…

Азрету тоже хотелось закрыть глаза и уши. Спрятаться от этого кошмара. Но он продолжал смотреть. Отец часто водил его на охоту. Иногда они наблюдали за хищниками в долине. "Нужно знать своего врага и место, где он может тебя настигнуть", – говорил отец. Однажды, это, и правда, спасло Азрету жизнь. Тогда он убегал от волков… Сейчас враг был гораздо страшнее. Гафаэры – плотоядные ящеры, быстрые, сильные, способные передвигаться почти по любой поверхности, даже абсолютно гладкой и вертикальной. Но и у этих тварей тоже были свои слабости.

Кровавый ад длился двадцать минут, потом твари резко вздернули вверх морды, прислушиваясь к чему-то, и послушно вернулись в клетки.

На арене осталось пять мертвых изуродованных детских тел. Двое детей выжили. Светловолосый мальчишка лет десяти, сумел забраться на одну из самых высоких башенок городка. Паренек молча раскачивался вперед назад, сидя на коленях, зажмурив глаза и зажав уши руками. Второй бился в истерике в луже из собственной мочи у прутьев решетки. Он выжил лишь чудом. Тварь почти вплотную подошла к нему, но почему-то замешкалась…

– И люди платят за это деньги? – спросил Азрет, стараясь контролировать собственный голос, что предательски срывался из-за страха и застрявших в горле слез.

– Еще какие! – хмыкнул Обан. – С каждого зрителя я получаю втрое больше той суммы, за которую покупаю одного крысеныша. А за выживших на арене всегда дают очень хорошую цену!

– Зачем?

– Война. Выжил однажды, выживет снова. Всем сейчас нужны солдаты.

– Дайте нам оружие.

Обан уставился на Азрета удивленными глазами, а потом расхохотался во все горло.

– А больше тебе ничего не надо, щенок?!

– С оружием у нас будет больше шансов выжить. Больше выживших – больше денег. Разве не так?

Обан открыл рот, потом захлопнул, хмыкнул, задумавшись, кивнул свиноглазому:

– Уведи их!

Ребят вернули в сарай. Дети плакали или просто сидели, угрюмо уткнувшись лбом в колени. Азрет запустил руку в карман. Пальцы вынули на свет уголек, на который мальчик чуть было не наступил в первый день их пребывания в этом сарае.

Идея пришла внезапно и сама по себе. Азрет вскочил на ноги, подошел к стене. Уголек зашуршал по неровной поверхности. Сначала никто не мог понять, что пытается нарисовать этот темноволосый мальчишка.

– Это же… – произнес Эйзек. Догадка пришла быстро. Зеленые глаза бегали по черным линиям: галочка здесь и здесь… Здесь тоже… Все верно! Эйзек вскочил.

– Здесь не так! Я хорошо запомнил это место!

Азрет улыбнулся, разломил уголек пополам. Теперь ребята рисовали вдвоем.

– Это же арена… – произнес Ксандр. – Дети медленно вставали со своих мест и подходили к стене.

– Да, – ответил Азрет. – Галочками отмечены места, где твари не могли пройти или проходили с большим трудом. На арене, скорее всего, нет места, куда они не смогли бы забраться, но, чтобы попасть сюда или сюда… – мальчик ткнул углем в два места на плане, – Им приходилось обходить. Здесь от гафаэров можно оторваться. Может, кто-то еще что-то вспомнит?

– Мы старались не смотреть… – буркнул Натан.

– Гафаэры – ночные хищники. При свете дня они почти ничего не видят. Не прячьтесь в темноте, – говорил Азрет, продолжая рисовать.

– Точно! Я заметил, что они спотыкались на ровном месте! – воскликнул Эйзек. – Откуда ты про них столько знаешь?

– Отец рассказывал. Он пришел в Соттерхейм совсем из других мест. Там эти твари водились… У гафаэров очень хороший слух и нюх. Поэтому на арене нужно вести себя тихо, передвигаться бесшумно. И главное, не пораньтесь. Эти твари очень хорошо чувствуют запах крови.

– Да… Один из ребят на арене поранил ногу. Так они сразу к нему понеслись. Обе твари в раз, – сказал Ксандр.

– Да от нас кровью несет просто! – простонал Натан.

Дети впервые оглядели себя. Множество мелких ран, запекшаяся кровь на одежде, в волосах, истертые в кровь ноги и запястья.

– Раны можно промыть и перевязать. Мама показывала, как завязывать так, чтобы повязка не спадывала, – сказала Мика, вытирая слезы.

– Отлично! – сказал Ксандр, помогая Мике и другим ребятам отрывать от одежды ровные полоски ткани. От обеда осталась вода. Ее и решили использовать для обработки ран.

– Вот тут тупик, – сказал Эйзек, рисуя на плане крестик.

Заскрежетал замок на дверях. Дети в ужасе вскинули глаза. За ними обещали прийти только завтра… Ксандр поспешно, рассовывал полоски ткани по карманам. Азрет и Эйзек угрюмо переглянулись, поспешно зарыли угольки в солому, вытерли пальцы от черной золы об одежду и отскочили подальше от стены.

Дверь открылась. В сарай зашел Обан. Его серые тусклые глаза с удивлением уставились на разрисованную стену. Взгляд заинтересованно прошелся по галочкам и крестикам, потом перетек на лица детей, что старательно прятали глаза.

– Чьи художества? – хмыкнул Обан. – Чего молчим? Советую отвечать на мои вопросы, а то на арене будет не два, а три ящера.

Кто-то сдавленно пискнул. Азрет и Эйзек, не сговариваясь, испуганно вскочили с места.

– И почему я не удивлен, – промурлыкал Обан, насмешливо смотря на Азрета. – Ты хотел оружие…

Мужчина бросил к ногам мальчика короткий складной ножичек. Скорее насмешка, чем оружие… Дверь в сарай закрылась, буркнул два раза закрывающийся амбарный замок.

Дети молча смотрели на складной нож. В сарае повисло густое напряжение. Казалось, что в этом ножичке сосредоточено спасение от страшных чудовищ. У каждого из ребят внутри зародилось желание обладать этим маленьким преимуществом, призрачным шансом выжить в ужасе завтрашнего дня.

Азрет с трудом оторвал взгляд от ножа, демонстративно перешагнул через него, нашел в соломе спрятанный уголек и продолжил рисовать, прислушиваясь к шорохам за спиной. С детей постепенно спадало напряженное оцепенение, точно в лицо подул свежий ветер. Один за другим они отходили от ножа и молча подходили к стене. Снова послышался звук рвущейся ткани – Мика и Ксандр готовили повязки. Потом девочка немного неуклюже, а затем все увереннее стала промывать раны ребят. После того, как кожа высыхала, раны забинтовывали тонкими полосками ткани.

Нож так и лежал в соломе.

– Ты не отметил галочкой вышку, где прятался тот мальчик, – сказал Эйзек.

– Мы не знаем, могут ли туда добраться ящеры. Они туда просто не дошли, – с сомнением сказал Азрет.

– Это самое высокое место арены…

Лицо Азрета вдруг изменились, глаза расширились и загорелись.

– Что? – удивленно спросил его Эйзек, заметив реакцию товарища.

– Если у нас будут еще одни глаза. Глаза, которые видят всю арену, – сказал Азрет.

– Дозорный… – глаза Эйзека тоже загорелись.

– Он мог бы кричать нам, с какой стороны идут ящеры, – с воодушевлением поддержал Натан.

– Да, но… – Азрет нахмурился, – Тогда он будет в опасности. Твари будут слышать его. Будут знать, где он.

– Будем отводить их от дозорного. Привлекать внимание, если нужно! А еще можно дать ему нож, – предложил Эйзек.

– Точно! – обрадовался Азрет и даже, казалось, вздохнул с облегчением. – Лучше, если это будет самый слабый из нас. Тот, кому сложно будет выжить на арене.

Эйзек и Азрет одновременно посмотрели на Мику – единственную девочку в их компании да к тому же почти самую младшую из всех. Самым маленьким был Ен. Ему только-только исполнилось восемь, но на вид можно было дать все десять. К тому же ребята знали, что он очень ловок и мог залезть в считанные секунды куда угодно, даже если это казалось невозможным. В деревне он часто воровал яйца птиц в гнездах, да и бегал очень быстро…

Ножичек лег в маленькую ладонь девочки.

– Я не справлюсь… – тихо сказала Мика. – А если я что-нибудь перепутаю… Скажу не правильно…

Девочка чуть не плакала.

– У тебя все получится! – сказал Ксандр, потрепав ее по золотистым кудрям. – Смотри, как ты хорошо перевязала раны. Разве это не сложнее, чем кричать: "Бегите на право!" или "Тварь сзади!"

Мика улыбнулась, успокоившись. Ножичек исчез в кармане платья, немного оттянув подол вниз. Девочка вздохнула, пальцы нащупали на шее кулон – маленький полупрозрачный треугольный камушек на веревочке.

– Что это? – спросил Азрет, заметив украшение.

– Подарок папы… Камешек был один, но папа расколол его надвое. Один отдал мне, а второй – Рин…

Вечером принесли еду. Ребята ели молча. Еще раз проговорили все точки на плане. Азрет долго не спал. Его мучила одна идея, но он не был уверен, что прав. Мальчик встал, подошёл к окну, закинул голову вверх, смотря на звезды и яркий кусочек почти полной луны.

– Чего не спишь? – сзади подошел Эйзек. Ему тоже не спалось.

– Есть кое-что, что я увидел на арене. Но я не уверен. Я боюсь, что ошибаюсь, тогда мы все погибнем.

– Говори, вместе подумаем.

Азрет благодарно улыбнулся.

– Тот мальчик, внизу. Мы думали, что тварь сожрет его. Она была так близко. Я, кажется, знаю, почему она замешкалась…

***

– Какого..? – свиноглазый бандит выпучил глаза и зажал нос.

Эйзек злорадно улыбнулся и, легонько ткнув Азрета локтем, проговорил ему в самое ухо:

– Даже если это не поможет, оно того стоило. Посмотри на его рожу.

Азрет улыбнулся уголком рта. Он все еще сомневался. Но если его догадка верна, то тот мальчик выжил благодаря собственному страху. Когда его настиг гафаэр, паренек намочил штаны. У этих ящеров очень хороший нюх. Резкий запах для них должен быть сродни удару кулаком в нос. Не известно остановит ли это тварь, но, возможно, даст ребятам несколько драгоценных секунд, чтобы спастись.

Было немного странно и мерзко… Пришлось намочить часть одежды и натереть руки и ноги на всякий случай. Мика долго сопротивлялась этой идее, не в состоянии перебороть отвращение, но Ксандру все же удалось ее уговорить. Они очень сдружились за эти дни. Азрет боялся только одного, что теперь гафаэрам будет легче найти их на арене.

Решетка лязгнула за спиной. Никто из детей не плакал и не умолял надсмотрщика пощадить их. Они уже знали, что это бесполезно. А еще у них был план… Несколько секунд десять пар глаз смотрели друг на друга, молча подбадривая и желая друг другу выжить.

Большинство зрителей сразу заметили необычное поведение детей. Глаза с трибун заинтересованно уставились на арену, следя за каждым движением жертв.

Мика взбиралась все выше и выше по веревочной лестнице. Бревнышки под руками и ногами тряслись и раскачивались. Остановившись где-то посередине, девочка посмотрела в ту сторону, откуда должны были появиться ящеры. С ужасом увидела, как вывозят клетки, закрытые черной тканью, и стала подниматься быстрее, рискуя сорваться вниз. Через минуту тонкие пальцы, наконец, впились в парапет.

Ветер ударил в лицо, оглушая, заставляя задохнуться на мгновение и закрыть глаза. Потом чуть поутих. Мика искала взглядом ребят, беззвучно шепча губами имена. Ее взгляд то и дело возвращался к клеткам. Черная ткань уже была сдернута. Темно-серые чешуйчатые твари, повинуясь еле слышному звуку, выползли на арену. Мика увидела странного человека в коричневом балахоне с капюшоном, что полностью закрывал лицо. Руки человека прятались в широких рукавах и лишь на секунду показались тонкие пальцы и кисть правой руки с золотым браслетом, увенчанным головой змеи.

Мика расширенными от удивления глазами смотрела, как этот браслет ожил, как поднялась змеиная голова с рубиновыми глазами, открылась пасть, обнажая ядовитые жала. Девочке показалась, что именно этот живой браслет издал тот звук, что заставил гафаэров двигаться. Тварями управляли. Это многое объясняло… Любой голодный хищник, настигнув жертву, будет спокойно ее есть и не пойдет искать новую добычу. Гафаэры же действовали не как животные, а скорее, как люди. Просто убивали и шли убивать дальше. Не ради еды… А просто так…

Гафаэры пробирались вглубь деревянного городка, принюхиваясь и высовывая длинные раздвоенные языки. Мика оторвала взгляд от человека в балахоне, ее глаза нужны были на арене.

– Ксандр! Тварь справа! – уверенно крикнула девочка.

***

Обан низко кланялся, заискивающе заглядывая в лицо с упитанными щеками. Герцог Мхан, однако, не удостоил его своим вниманием, продолжая смотреть на арену. С Обаном говорил его охранник, высокий статный воин лет сорока. Его темно-русые волосы были собраны в хвост, колючие карие глаза с нескрываемым презрением сверлили организатора здешних развлечений.

– Кто их лидер? – спросил воин грубоватым и чуть хриплым голосом.

– Что? Какой лидер? – непонимающе буркнул Обан.

– Не строй из себя идиота! Дети действуют слаженно и явно по заранее оговоренному плану. Прошло почти двадцать минут – ровно столько обычно длится твое представление, но никто еще не умер. Кто. Их. Лидер?

– Думаю, тот, темноволосый мальчишка, – нехотя ответил бандит, указывая пальцем на Азрета, стоявшего на одном из мостиков городка.

Герцог Мхан вытащил из-за пазухи увесистый мешочек с деньгами, передал через охранника Обану, так и не соизволив оторвать взгляд от арены.

– Сделай кое-что для меня… Хочу посмотреть, что они будут делать.

***

Над ареной пронесся вопль Мики. Где-то справа от Азрета послышался удар ног о деревянную площадку. Кто-то спрыгнул из укрытия вниз. Через мгновения мимо пронесся Ксандр, мало заботясь о том, попадется ли на его пути гафаэр.

Азрет со своего места не видел, что происходит. Пара быстрых легких движений, и мальчик оказался на площадке, с которой можно было увидеть башенку Мики.

Серые глаза наполнились ужасом и, казалось, остекленели. В них отражалась чешуйчатая тварь, подобравшаяся по столбу-основанию прямо к убежищу их дозорного. Массивное тело гафаэра перегородило проход к веревочной лестнице – единственному выходу со смотровой площадки.

На смерть перепуганная девочка вжалась в парапет с противоположной стороны от ящера. Как это произошло? Почему Мика не увидела подбирающуюся к ней тварь? Азрет был в растерянности. Все, что пришло ему на ум – попытаться отвлечь гафаэра. Он засвистел, засунув в рот пальцы, как учил отец. Ящер на башне повернул морду в сторону звука, но спускаться не спешил. Желтые глаза вновь уставились на застывшую в ужасе девочку, массивное чешуйчатое тело медленно поползло вперед.

Ксандр в это время выскочил прямо под нос второму гафаэру. Тварь фыркнула, уловив неприятный резкий запах, попятилась, но голод оказался сильнее. Челюсть с острыми мелкими зубами клацнула совсем рядом с головой мальчишки. Ксандра спасло только то, что он оступился и упал на спину.

Тварь вдруг болезненно дернулась и зашипела, морда резко ушла в сторону хвоста. Ксандр, отползая назад, увидел Азрета, стоявшего рядом с задней лапой твари. Мальчик сжимал в руках выдранную откуда-то палку с двумя торчащими из нее гвоздями.

– Давай к Мике! Я уведу его! – крикнул Азрет. На его бледном лице застыли решительность и страх. Ксандр побежал.

В это время гафаэр неуверенно подползал к девочке. Мика медленно, боком подошла к опорной балке, соединявшей основание площадки с парапетом и крышей. Осторожно, дрожа всем телом и стараясь не смотреть вниз, забралась с ногами на парапет, обхватила руками балку, спрятавшись за ней, точно за деревом.

Безумный ветер рвал тонкое платье. Мика прижалась к деревянной балке щекой, отвернувшись от ветра. Ужас выдавливал из глаз слезы.

– Эй, тварь! – заорал Ксандр, дергая веревочную лестницу и стараясь привлечь внимание гафаэра. – Я здесь! Иди сюда! Давай, сожри меня!

Гафаэр не реагировал. Его морда медленно, принюхиваясь, двигалась в сторону Мики. Пасть разомкнулась, роняя зеленоватые ниточки вязких слюней.

В это время Азрет откатился в сторону, уворачиваясь от пасти гафаэра и бросился бежать прочь от убежища Мики, стараясь шуметь, как можно больше. Гафаэр резко дернулся за ним, тараня грудной клеткой и мордой часть конструкций.

Азрет свернул вправо и к собственному ужасу оказался в тупике. Вслед за ним, перегородив путь к отступлению, показалась морда гафаэра… Азрет развернулся, надеясь, что все же успеет выскользнуть из ловушки. Но гафаэр уже полностью перегородил выход. Мальчик попятился. Спина уперлась в высокую деревянную стенку. Пальцы скользнули по поверхности… Слишком гладкая. Уцепиться было не за что. Такие же стенки шли справа и слева. Никакого укрытия, никакой лазейки. Ничего…

Азрет крепче сжал палку с гвоздями, чувствуя, как дрожат руки, как покрываются потом ладони, почти слышал громкую испуганную дробь собственного сердца. Взгляд в ужасе бегал по стенам и земле в поисках хоть чего-нибудь… Пока не наткнулся на довольно увесистый камень. Мальчик схватил его, пока еще не совсем представляя, что собирается делать.

Гафаэр полз в сторону Азрета, перебирая толстыми, как бревна, лапами. Мальчик напряженно смотрел на эти самые лапы, потом закрыл глаза, сделал пару глубоких вздохов, успокаивая себя и приводя мысли в порядок. У него будет всего один шанс. Всего один.

Азрет побежал прямо на встречу гафаэру. Пасть с готовностью открылась, но тут же захлопнулась, когда в нежные крылья ноздрей ударился камень. Гафаэр дернулся, инстинктивно закрыв глаза, потом зарычал, ища добычу, которая только что была перед самым носом, но не находил.

Мальчик, прошмыгнул между лап твари, увернулся от дернувшегося хвоста. Бледный, с огромными от страха глазами, все еще не веря, что выжил, Азрет быстро взобрался по лестнице на мостик и по нему перебежал в относительно безопасное место. Отсюда было хорошо видно оставленного им возле тупика гафаэра и башенку Мики.

Ксандр свистел и кричал, привлекая внимание гафаэра, тряс веревочную лестницу. Тварь, казалось, начала сомневаться, то и дело заинтересованно поглядывая в сторону мальчишки. Пока, наконец, не развернулась, медленно сползая вниз. Мальчишка на радостях стал орать еще громче, размахивая руками и прыгая. Мика осмелилась выглянуть из-за своего бревна-убежища, затекшие руки, казалось, приросли к деревянной балке.

С трудом разорвав объятия, девочка попыталась спуститься с парапета обратно на смотровую площадку. Хвост развернувшегося гафаэра со всей силы ударил по опорной балке. Раздался треск. Парапет просел под ногами Мики, крыша башенки вместе с балкой сложились карточным домиком. Девочка взвизгнула, сорвалась вниз и в последний момент зацепилась за обломок балки.

– Мика!!! – заорал Ксандр. В это время гафаэр, застрявший под упавшей крышей башенки, недовольно ворочался, расшатывая опоры. Тело Микки беспомощно качалось в воздухе. На бледном лице застыл ужас.

– Ксандр!!!

Это был голос Азрета. Он стоял на одном из мостиков. Отсюда было видно того гафаэра, что возился на башенке, и того, что полз от тупика к ней же. Азрет схватился за голову, пальцы впились в черные волосы. Слезы отчаяния, не слушаясь, текли из глаз, прокладывая дорожки на запыленном лице. Через минуту Азрет к собственному удивлению и ужасу увидел третью тварь. Она тоже ползла сюда, услышав крики Ксандра и Мики.

– Ксандр! Уходи оттуда! – закричал Азрет, сбиваясь на сиплый хрип.

Ксандр не реагировал. Он уже плакал навзрыд. В его душу вдруг ворвалось все, что накопилось за это время. Точно прорвало плотину. Он орал, убеждая гафаэра спуститься с башенки и умоляя Мику держаться.

Азрета трясло. Хотелось просто убежать, спрятаться! А лучше исчезнуть, чтобы ничего не чувствовать, ничего не бояться, ни о чем не думать. В его голове лихорадочно бились мысли, понимание, почему Мика не заметила гафаэра. Изначально на арене было два ящера. Клетки тоже две. Третьего выпустили позже и с другого конца арены. Мика не видела, как он подползает со спины, как взбирается по основанию башенки, ведомый ее криком. Криком, который хранил жизни других…

Азрет до хруста сжал зубы. Разве не этого он боялся? Их план разваливался на глазах, потому что Обан выпустил третьего гафаэра. А ведь и времени прошло уже очень много… Больше, чем двадцать минут! Сколько еще осталось? Обан решил, что зрителям слишком мало зрелища, мало крови? Правила изменились, это было ясно. Только вот, какие они теперь?

– Ксандр!!! – снова закричал Азрет, в надежде заставить друга двигаться. Но тщетно. Где-то справа послышался топот ног. Мальчик увидел Эйзека и Натана, бегущих к башне. Нет, только не сюда!!!

– Назад!!!

Ребята не слышали. Ветер унес голос Азрета в противоположную сторону, заставил захлебнуться горячим воздухом. Они все сейчас умрут: Эйзек, Ксандр, Натан, Мика… Эта мысль показалась Азрету страшнее, чем собственная смерть. Словно с их гибелью он оставался в этом мире совершенно один… Наедине со своими кошмарами и запахом крови, которым, казалось, пропах каждый кусочек этого мира.

Эйзек и Натан вылетели почти под нос к ящеру, с ужасом вжались в стену. Их взору предстали сразу три твари, отчаянно орущий Ксандр и висевшая на двадцатиметровой высоте Мика. Но гафаэры почему-то уходили, не обращая внимания на ребят. Их ноздри жадно дрожали, желтые глаза устремились куда-то, выискивая нечто, известное лишь им, нарисованное в спектре запахов. Эйзек и Натан молча провожали гафаэров взглядом, боясь даже шелохнуться. Только когда за поворотом исчезли чешуйчатые хвосты, ребята отважились пошевелиться. Последняя тварь, наконец, смогла спуститься с башенки. Мальчишки оттащили Ксандра в сторону, давая ей уйти. Ксандр и Эйзек тут же кинулись к веревочной лестнице.

– Мика, держись! Мы сейчас! – крикнул Эйзек. Пробравшись под перекошенной крышей, парни подобрались к сломанной балке. Ксандр схватил Мику за руку и потянул к себе.

– Давай руку! – крикнул Эйзек, протягивая ладонь. Девочка тут же схватила ее. Мальчишки затянули Мику внутрь башенки, упали на пол, обнялись все втроем под непрекращающийся плач девочки. Башенка противно заскрипела, чуть накренившись.

– Надо выбираться отсюда! – сказал Эйзек. Ребята стали осторожно пробираться к веревочной лестнице, не выпуская из рук маленькие ладошки Микки. Дети старались спускаться быстро и осторожно. Башня могла рухнуть в любой момент.

– Почему твари ушли? – спросил Ксандр у Натан, как только оказался на земле.

– Может, все, наконец, закончилось? – с сомнением и надеждой предположил Натан. Эйзек осматривался по сторонам, нахмурился, приметив что-то на земле. Подобрав предмет, Эйзек вернулся к ребятам и показал обильно покрытую кровью палку с двумя гвоздями.

– Что это? – спросил Натан. Эйзек пожал плечами, хмуро разглядывая находку. Во взгляде Ксандра вдруг промелькнуло узнавание.

– Это… Азрета… – тихо сказал он.

***

Глаза Азрета застилали слезы, пот и, кажется, кровь. Да, точно… Он запнулся и рассек лоб… Дыхание вырывается из раскаленных легких с хрипом. Ноги подкашивались от усталости. Страшно хотелось пить. Азрет уже не бежал, а шел шатаясь и падая, выбирая направление наугад, почти ничего не видя перед собой. Пока, наконец, просто не упал на колени, прислонившись виском к деревянной опоре какого-то строения. Его силы кончились, и было уже все равно, сожрут его или нет. Пожалуй, было бы даже лучше, чтобы сожрали… Лишь бы побыстрее. Тяжелые веки наглухо закрыли глаза. Сознание провалилось во тьму…

Кто-то тряс его и что-то кричал. Звуки расплывались, разум никак не мог соединить их в слова. Язык во рту, казалось, распух и не ворочался даже. Лежал за зубами мертвой устрицей, утыканной иголками. Азрет с трудом открыл глаза. Мир тут же поплыл, смазывая черты лица человека, сидящего перед ним.

– …зрет! Азрет! Очнись!

Кто-то перетягивает раненную руку. Ту самую, что Азрет сам себе распорол гвоздем, чтобы увести за собой гафаэров. Повязка почти мгновенно пропиталась кровью. Кажется, рана была слишком глубокой. Картинка мира немного встала на место. Обеспокоенные зеленые глаза. Эйзек… Он что-то кричит и без конца трясет… Хватит… Азрету так хотелось спать.

– Помоги мне! – крикнул Эйзек. Они вместе с Натаном подхватили Азрета, закинув его руки себе на шею.

Гафаэры, кажется, ушли.

– Их, наверное, призвали. Я видела человека с золотым браслетом-змейкой. Было похоже, что он управлял гафаэрами, – сказала Мика, поправляя повязку на руке Азрета.

Дети медленно собирались на площадке возле разрушенной башенки.

– Одного не хватает, – напряженно сказал Ксандр, оглядывая ребят. – Дерека нет.

– Может еще придет? – с надеждой спросил Ен. Ребята молча напряженно сопели. Никто не слышал его криков, значит, он возможно жив.

– Я поднимусь на башню, – сказал Эйзек, но сделать ничего не успел, появился надсмотрщик. Ребят погнали к выходу с арены. По дороге они наткнулись на изуродованный труп Дерека. Видимо, его убила третья тварь, когда подбиралась к башне Мики. Он умер сразу, даже не успев испугаться, потому даже не кричал.

Азрет очнулся от вылитой на него холодной воды. Закашлялся, захлебнувшись, с трудом сел. Ему помогли подняться другие ребята.

– Живой вроде, – сказал с усмешкой свиноглазый, ставя на землю пустой бочонок.

Азрет поднял голову. Серые глаза встретились с колючими карими.

– Я – генерал Байер. Служу герцогу Мхану. С этого дня вы тоже ему служите. Но ваш царь и бог – я. Скажу бежать – побежите, скажу лежать – ляжете. Если нет – умрете. Его светлость купил вас и ваши жизни принадлежат ему. А я тот, кто набьет этим жизням цену. Думаю, второй раз объяснять не нужно.

– Что с нами будет? – спросил Эйзек.

– Вы станете солдатами герцога Мхана. Я сделаю из вас волков. А вот выживите вы или нет, зависит только от вас. Ты! – генерал кивнул на Азрета. – Как твое имя?

– Азрет, – с трудом ответил мальчик.

Байер подошел к нему вплотную, склонился к самому лицу.

– Не вздумай сдохнуть. У меня на тебя очень большие планы. И еще. Посмотри туда.

Азрет обернулся. Знакомое место с высоким парапетом. То самое, откуда вчера они смотрели на арену и творившуюся на ней бойню. Сейчас там стояли дети. Их было восемь. Бледные, испуганные. Почти все они смотрели на Азрета и остальных ребят.

– Ты помог выжить не только тем, кто пошел с тобой, но и этим ребятам тоже. Они видели, что нужно делать. Пусть не все, но многое. Они наблюдали. И те, кто придут следом за ними, тоже увидят. Ты понимаешь?

– Я… – растерянно проговорил Азрет. Он не знал, что сказать, но постепенно к нему приходило осознание, что Байер прав. В груди разливалось тепло и тихая робкая радость. Неуверенная, испуганная, недоверчивая, она медленно расправляла свои крылья.

– Это не только моя заслуга, – сказал мальчик. – Я бы не справился без Эйзека, Ксандра, Мики и всех остальных.

– Это хорошо, что ты понимаешь, насколько важны те, кто сражается бок о бок с тобой. Никогда не забывай об этом. На войне нет ничего ценнее человека, что на твоей стороне.

Ребят посадили в телегу. Здесь уже сидели двое мальчишек. Азрет узнал ребят, что выжили во вчерашнем представлении.

– Как вас зовут? – спросил Азрет.

– Это Парти. А я – Дейл…

– Постойте, а как же Мика?! – рванул с телеги Ксандр, заметив, что среди купленных Мханом детей нет девочки. Ребята заозирались по сторонам.

– Мика! – крикнул Ксандр и попытался соскочить на землю. Его отправили обратно сильным ударом по лицу.

– А ну сидеть смирно! – рявкнул Байер. – Сдохнуть захотели?! Девки на войне ни к чему! Ясно?!

***

Дорога от убежища Обана в военный лагерь герцога Мхана была долгой. Ксандр медленно вынул из кармана перочинный ножик – подачку Обана.

– Мика так и не воспользовалась им, – с грустью сказал Эйзек.

– От страха, наверное, даже забыла, что он у нее есть… – произнес Натан, – Хотя он бы все равно ей ничем не помог.

– Надо было оставить ее ей, – тихо ответил Ксандр, вертя в руках оружие, – Что с ней теперь будет?

– Кто знает… – тихо сказал Эйзек.

Все замолчали. Телега поскрипывала, покачиваясь на неровной дороге.

– Вас так много выжило… – пробормотал Дейл. – Ты смог, спасти своих друзей… А я… Я ничего не смог сделать, хоть и был самым старшим… Это я виноват в том, что они погибли…

– Не говори ерунды! – неожиданно резко сказал Азрет, вскакивая с места и хватая Дейла за ворот рубашки. – Их убил Обан и его люди! Все те сволочи, что смотрели на нас с трибун. Король, которому плевать на нас! Но не ты! Не смей говорить, что это ты виноват!

Пораженный таким всплеском эмоций Дейл удивленно моргал, заворожено смотря на отблески стали в глазах будущего короля Мелингора.


ЧАСТЬ 2. ПЛЕННИЦА

Наши дни.

Франфир – столица Мелингора.

Замок короля Азрета.


Натан влетел в кабинет Азрета, чуть не запнувшись о собственную бардовую мантию. Король оторвал глаза от бумаг, с улыбкой разглядывая растрепанного мага, что прижимал к себе увесистый томик какой-то книги.

– Я нашел его! – выпалил алхимик, открывая нужную страницу, заложенную синей ленточкой. – Это Браслет Полоза!

Азрет заинтересованно посмотрел на рисунок в старинной книге. На нем был изображен браслет с головой змеи с рубиновыми глазами.

– Если это, правда, он… у нас могут быть серьезные проблемы, Ваше Величество!

– Я же просил, не называть меня так, Натан! – укоризненно сказал Азрет. Маг опустил глаза в пол, пробурчав что-то сконфуженно. Азрет только вздохнул. Бесполезно! Сколько не говори.

– Так что за проблемы?

– Этот артефакт может натворить очень много бед, – мрачно сказал алхимик. – Он…

В дверь постучали. Вошел стражник.

– Ваше Величество! Прибыл господин Ксандр!

Король и маг радостно переглянулись. Давно они не видели этого верзилу! Оба поспешили выйти во двор. Ксандр спешился с гнедого коня. Пепельно-серые волосы, изрядно отросшие, нагло трепал ветер. На лице была щетина, синие глаза с радостью смотрели на старых друзей.

Ксандр крепко обнял Натана, чуть не переломав ему ребра, и поклонился Азрету:

– Ваше Величество!

– А меня, значит, обнимать не надо?! – фыркнул Азрет, а потом, широко улыбаясь, сам заключил Ксандра в объятия. Они не виделись больше года. Ксандр с солдатами наводил порядок на границах Мелингора, истребляя остатки бандитов и работорговцев, оставляя приграничные гарнизоны.

– Как же я рад тебя видеть! – тепло сказал король.

– Я вам подарочек привез, – сказал Ксандр, махнув кому-то из своих людей.

К ногам Азрета бросили связанного человека с мешком на голове. Ксандр нагнулся, снял мешок, чтобы король мог видеть лицо пленника.

– Не представляете, каких усилий мне стоило не вздернуть его на первом же суку…

Азрет всматривался в лицо старика. Он сильно изменился и постарел, но король все же узнал его.

– Обан… – произнес Азрет имя пленника. На лице короля появилась улыбка, от которой Натану стало не по себе. Старик подслеповато уставился на короля, щурясь от солнца.

– Ты? – хрипло и удивленно протянул пленник, – Ты во дворце? Да еще и в шелках. Какая-то важная шишка, что ли?

– Ну, что-то типа того… С некоторых пор, я – король этой страны, – усмехнулся Азрет.

Обан открыл рот и вытаращил глаза, потом спохватился, решив, что не стоит доставлять удовольствие врагу своей растерянностью.

– И что ты сделаешь? Скормишь меня ящерам, крысеныш?

– Ах ты! – Ксандр размахнулся, чтобы ударить Обана за проявленное неуважение, но Азрет остановил его.

– Ты, кажется, перепутал меня с собой, – ответил король. – Я просто прикажу тебя повесить. Спасибо, что дожил до этого дня, Обан. Хатар вот не дотянул. Жаль!

– Мстишь, значит? – прошипел Обан.

– Мщу? – усмехнулся Азрет. – Возможно, а заодно и очищаю Мелингор от смердящей гнили. В темницу его!

Стража уволокла Обана. Он почти не сопротивлялся.

– А, кстати! – Кстандр вынул из сумки, пристегнутой к седлу, какую-то потрепанную книгу. – Тебе тоже подарочек есть. Нашел в заброшенном монастыре. Открыл, но ни слова не понял, что там написано.

Натан схватил жадно протянутый ему фолиант, тут же открыл древние пожелтевшие страницы. Янтарные глаза удивленно и восхищенно расширились.

– Спасибо, Ксандр! – алхимик чуть не запищал от счастья. Азрет усмехнулся, потом перевел взгляд на Ксандра, нахмурился, заметив у правого виска новый шрам.

– Ты обещал мне быть осторожнее, – укоризненно сказал король.

– Простите, Ваше Величество! Это случайно…

– Случайно? Мы – те, кто пообещал сделать эту страну лучше, чтобы народ в ней мог жить счастливо. Мы дали им и самим себе слово, что сделаем все возможное и никогда не сдадимся.

Глаза цвета стали пытливо сверлили Ксандра. Азрет слишком хорошо помнил, как безрассудно этот парень лез под чужие мечи. Слишком тяжело его сердце принимало необходимость убивать людей…

– Я помню, что обещал вам, Ваше Величество… – тихо сказал Ксандр. – К тому же… Хельга… Я ее не оставлю…

Азрет удовлетворённо кивнул, улыбнулся.

– Кстати, о Хельге… Иди домой, она ждет тебя.

– И не только она, – вставил Натан, широко улыбаясь.

– Что? – недоуменно спросил Ксандр.

– Иди-иди! Позже обо всем доложишь!

***

– Хельга! Ксандр вернулся! – влетела в дом раскрасневшаяся от быстрого бега девушка, работавшая горничной во дворце.

Хельга уронила на пол полотенце, которым вытирала посуду. Голубые глаза умоляюще посмотрели на горничную.

– Да иди же уже! Я для того и пришла! Присмотрю тут за всем…

Хельга выбежала из дома, подбирая подол простого темно-зеленого платья с тканым поясом. Толстая длинная коса переливалась на солнце пшеничными нитями. Женщина поспешила в сторону дворца, потом резко остановилась, заприметив впереди знакомую фигуру. В груди разлилось безграничное счастье, заполнило все существо, проступило кристалликами слез на ресницах.

Ксандр вел лошадь под уздцы. Лохматый, обросший, небритый, но от этого какой-то еще больше родной. Воин поднял глаза, заметил на дороге женщину и тепло улыбнулся.

Хельга радостно засмеялась, бросилась к нему, обвила руки вокруг шеи, прильнула всем телом, пряча заплаканное лицо. Он вернулся, к ней шел, не забыл ее… Сильные руки нежно обняли стройное тело, прижали к груди еще крепче, потом чуть отстранили.

– Я скучал, родная, – тихо произнес Ксандр, касаясь нежных губ своими губами.

– С возвращением… – также тихо ответила Хельга. – Мы тоже скучали.

– Мы? – удивился воин.

– Идем. Я должна кое с кем тебя познакомить.

Женщина потянула Ксандра за собой.

В дом вошли вместе. Горничная тут же выскочила за порог, оставляя хозяев наедине. Хельга потянула Ксандра в дальнюю комнату, подвела к маленькой люльке. Ксандр удивленно и растерянно смотрел на спящего малыша.

– Это наш сын. Ему три месяца… – тихо сказала Хельга, всматриваясь в лицо мужчины. Они так и не успели пожениться во всей этой кутерьме… А малыш не спрашивал, можно ли ему родиться, просто пришел к ним, в этот жестокий мир.

Ксандр осторожно погладил кончиком пальца, маленькие собранные в кулачок пальчики, улыбнулся. Потом повернулся к Хельге, заключил ее в объятия.

– Я еще не дала ему имя… Ждала тебя…

– Прости… меня не было рядом…

– Главное, что ты вернулся. Живым и невредимым…

– Спасибо тебе… Спасибо, что выбрала тогда именно меня…

***

Восемнадцать лет назад.

Мелингор.

Военный лагерь герцога Мхана.


Ведро с холодной водой окатило Ксандра с ног до головы, но особого результата это не возымело. Парень нехотя продрал заплывшие глаза, посмотрел на Азрета мутным взглядом.

– Отвали… – буркнул Ксандр, вновь уплывая куда-то под тяжестью выпитого алкоголя.

Эйзек опасливо покосился на хмурого Азрета. Капитан мог и психануть… Ксандр в последнее время вообще не просыхал. Было слишком много боев и смертей, слишком много боевых товарищей им пришлось похоронить…

– Идем без него, – наконец, вынес приговор капитан. – У нас мало времени.

Ксандр пришел в себя только к середине следующего дня. Его все еще шатало, кружилась голова, и от каждого движения скудное содержимое желудка просилось наружу. Страшно хотелось пить, а еще избавиться от мерзкого привкуса во рту. Ксандр побрел неверным шагом к бочке с водой, засунул в нее голову. Прохлада воскресила в мозгу воспоминания. Парень растерянно моргнул. Кажется, он вчера послал капитана…

– Капитана Сезера не видел? – хрипло спросил Ксандр у рослого паренька, пробегавшего мимо.

– Они ушли с Дейлом и Эйзеком. Вчера еще.

– Куда ушли? Их генерал Байер куда-то отправил? – не понял Ксандр. Неприятное чувство из желудка переползло куда-то в область груди, проедая тоннель для очень нехорошего предчувствия.

Три дня назад работорговцы напали на поселение Подлесье к северу от военного лагеря герцога Мхана. На это бы никто особо не обратил внимания, такое теперь случалось часто и повсеместно, но среди тех, кого угнали для продажи, оказалась сестра Дейла.

Парень, конечно, тут же сломя голову ринулся спасать девушку, но был остановлен Азретом. Байер расценил бы такую вылазку как побег. Поймал бы и убил на глазах у всех. Ребята видели такое не раз. Кто-то из новичков всегда пытался уйти…

Рабынь в этой части Мелингора продавали в основном саминским купцам. Их корабль приходил раз в месяц в северный порт Гисарада. Именно туда уходили караваны с живым товаром. Азрет предложил подождать. Через три дня Байер должен был уехать во Фрейн вместе с герцогом Мханом. Это было лучшее время для вылазки. Никто из лагеря не сдаст. Так уж повелось.

– Генерал Байер вчера уехал с хозяином.

– К-как… уехал? Завтра ж вроде должен был… – проговорил Ксандр, с трудом ворочая языком. Уже все понял, но отказывался принять.

– У них изменилось что-то, – пожал плечами парнишка.

Ксандр прислонился спиной к стене, сполз на землю и схватился за голову. Из глотки вырвался рычащий крик досады и злости.

В голове тут же всплыл недавний разговор с Азретом:

– Может, хватит пить? Однажды ты подведешь всех нас…

– Разве я когда-нибудь тебя подводил?! Не лезь в душу, а?

Тогда он был уверен, что капитан драматизирует. Разве плохо пытаться хоть на время забыться? Стереть из памяти и сердца все, что терзает душу? Все-таки подвел… Парни ушли без него.

Ксандра таки вывернуло. Стало легче, хотя теперь казалось, что во рту кто-то сдох, причем давно.

– Хреново выглядишь, – раздался тихий голос. Ксандр поднял глаза, морщась от солнца и стараясь разглядеть лицо худощавого человека в сером дорожном плаще.

– Ен?! – удивленно спросил Ксандр, когда путник опустился рядом с ним на корточки и скинул с лица капюшон. На бледном и слишком красивом для парня лице Ена отразилось сочувствие. Длинные черные волосы заиграли на солнце.

– Когда ты вернулся? – спросил Ксандр.

– Только что. Где Азрет?

***

Земли близ деревни Подлесье.

Поселение работорговцев.


Хельга сидела, обняв колени, на полу старого сарая. Рядом расположились еще шесть девушек с обреченными и заплаканными лицами. Через несколько дней их всех продадут в рабство и отправят на кораблях контрабандистов в Самин. Их ждала судьба наложниц, а может, даже хуже… Говорят, в той стране большим спросом пользуются услуги, которые предлагают публичные дома.

Хельга поежилась и крепче обняла колени. Лучше сразу умереть! Только бы Дейлу не пришло на ум ее спасать! Его просто убьют… Хельга видела много хорошо вооруженных мужчин. Все матерые воины. Куда мальчишке тягаться с такими?! Девушка коснулась лбом колен. Ее разум боялся, что Дейл придет, а сердце хотело, чтобы брат спас и увел далеко от этого страшного места.

В зарешеченное окошко сарая влетела стрела с наколотым на нее листком бумаги. Пленницы удивленно переглянулись, одна из девушек подбежала к стене, выдернула из досок стрелу, сняла с нее послание и осторожно развернула. Столпившись в кружок, девушки с замиранием сердца читали письмо.

– Нас, правда… спасут? – с робкой надеждой спросила одна из пленниц.

– Боже! Пусть все получится…

***

– Как работают эти штуки? – спросил Эйзек, разглядывая странные черные шарики размером со сливу.

– Натан сказал, что их нужно просто ударить о землю, – пояснил Азрет.

– И что произойдет? – сказал Дейл, недоверчиво косясь на очередное изобретение юного мага.

– Вот сейчас и узнаем! – ответил капитан.

Им нужно было лишь отвлечь внимание. Драться парни не собирались, по крайней мере, в открытую. Их всего трое, а в лагере работорговцев – десятка три вооруженных до зубов воинов. Из преимуществ у ребят был только эффект неожиданности, безлунная ночь и быстрые кони. Главное, добраться до военного лагеря Мхана. Преследователи к нему приближаться не станут, слишком рискованно. Все могло получиться! Работорговцы слишком привыкли к собственной безнаказанности, охрана была довольно расслаблена и резалась в карты, пила пиво или просто дремала. Но вывести по-тихому девушек из лагеря не получится.

Парни аккуратно убрали двух часовых. Одного – выловили в кустах, когда тот пошел справлять нужду. Второму – перерезали горло в наиболее безлюдной части лагеря. Азрет и Дейл быстро натянули кожаные доспехи и шлемы с гравировками в виде морды медведя – знака гильдии работорговцев. Теперь диверсантов было трудно отличить от вражеских солдат.

Дейл прошел мимо сарая, где бы заперты пленницы, громко кашлянул. Это был условный сигнал. Ему ответили тихим стуком. Девушки не спали, ждали оговоренного часа, как и говорилось в послании. Через несколько минут в разных концах лагеря почти одновременно полыхнул огонь. Стихия жадно принялась за склад с товарами для торговой гильдии и одну из жилых построек.

– Пожар! Пожар! – заорал Дейл, бегая по лагерю и поднимая всех на уши. Люди послушно вскакивали, потерянно моргали, неслись, сломя голову к постройкам, окутанным дымом. Людской поток отхлынул в противоположную от сарая с пленниками сторону. В общем шуме никто не услышал, как Дейл сбивает замок.

Огонь тушили быстро, надолго он отвлечь людей не мог. Азрет вынул из привязанного к поясу мешочка один из черных шариков. Судорожно сглотнул. Конечно, он знал, как действуют шары, но только теоретически. Натан сказал, что опробовал их… в башне… и настоятельно не рекомендовал Азрету применять эти штуки в закрытом пространстве.

Капитан швырнул изобретение мага на землю. И тут же нервно дернулся. Острое ощущение, что рядом просвистела арбалетная стрела, заставило схватиться за меч. Вскоре чувство повторилось, но… Азрет улыбнулся, вслушиваясь в близкий и одновременно далекий звук битвы, которой не было, топот несуществующих ног, крики и стоны. Всюду мелькали тени бегущих людей. Просто призраки, безликие, неосязаемые, словно отголоски сна.

– Ты гений, Натан! – прошептал Азрет.

– Враг с южной стороны! На нас напали! – слышалось где-то в глубине лагеря.

Тем временем Дейл отворил сарай, выпуская пленниц. Увидев Хельгу невредимой, парень облегченно улыбнулся, быстро обнял сестру и повел девушек за собой в лес. Туда, где ждал Эйзек и кони.

– Вас семеро… Из Подлесья же увели четырех? – сказал Дейл.

– Трое – из другой деревни. Ты обеспокоен. Что-то не так? – спросила Хельга.

– У нас только четыре коня…

Эйзек замахал рукой, увидев приближающихся пленниц в сопровождении Дейла. Вскоре подоспел и Азрет.

– Мы с Хельгой знаем эти леса очень хорошо. Мы сможем уйти, спрятаться и даже разделиться, если нужно, – сказал Дейл. – Уходите без нас.

Азрет нахмурился, поджал губы, принимая решение. Эйзек взобрался на коня, посадил себе за спину одну из девушек.

– Хорошо. Мы вернемся за вами! – проговорил капитан, вскакивая на коня и, также как и Эйзек, усаживая позади себя одну из девушек. – Не вздумай умирать!

Дейл и Хельга стали быстро углубляться в лес. На дорогу выходить было нельзя, сразу найдут и поймают. Под ногами трещали мелкие ветки, мелькали деревья, сердце бешено билось в груди. Дейл не выпускал руку сестры…

Вскоре ребята услышали приглушенные крики и топот бегущих ног. Хельга запиналась и несколько раз падала от усталости. Дейл слышал ее надсадное дыхание. Но она никогда не скажет, что больше не в силах бежать. Парень быстро осмотрелся в поисках убежища. Чуть впереди бесформенной массой лежали поросшие мхом валуны, достаточно объемные, чтобы за ними мог спрятаться один человек. Дейл усадил за них Хельгу, сам встал за толстое дерево, держа меч наготове. Несколько вооруженных мужчин пронеслись мимо, не заметив затаившихся беглецов. Дейл выждал, пока спины работорговцев скроются из виду, потом схватил Хельгу за руку и помчался в другую сторону. Однако оторваться от погони им не удалось, вскоре ребята оказались в западне. Дейл вновь вынул из ножен меч, второй рукой отстраняя Хельгу себе за спину.

Беглецов окружили. На лицах работорговцев блуждали издевательские усмешки.

– Какой герой! Ты погляди? Ахаха!

– Это твое подружка что ли?

– А может, ее по кругу пустить, а, ребят?

Хельга побледнела. В душе расползался ужас, отражаясь в глазах, тонкие пальцы сжимали кромку плаща брата и, кажется, дрожали. Дейл переводил напряженный взгляд от одного противника на другого. С одним-двумя он, может, и справился бы… Но их было пять…

***

Кони, несущие по два всадника, скакали гораздо медленнее, чем хотелось бы. Азрета это очень беспокоило. Пятнадцатилетняя девчушка с большими испуганными глазами, что сидела за его спиной, сначала лишь слегка касалась узкими ладошками грубых доспехов юноши. Алые щеки и уши выдавали ее смущение и нерешительность. Но быстрая езда и страх заставили девушку прильнуть к Азрету всем телом. Парню казалось, что он даже сквозь доспехи слышит, как бешено бьется ее испуганное сердечко, точно птичка, пойманная в стеклянную банку.

Капитан бросил взгляд через плечо: далеко позади клубилась пыль. Погоня не заставила себя долго ждать. Еще немного и девичьи спины станут живыми щитами для стрел. Может, преследователи и не станут стрелять по товару, но все равно рискованно. Впереди была подготовлена ловушка специально на такой случай. "Придется тебе, солнышко, дальше скакать одной", – мелькнуло в голове Азрета. Девушка за его спиной, словно почувствовала, прижалась еще сильнее, как будто желала забраться под доспехи.

Капитан остановил коня, спрыгнул вниз, кинув девушке поводья.

– Куда вы..? Зачем..? Я не умею, – прошептала она одними губами. От страха у нее даже пропал голос. Полные ужаса глаза умоляюще смотрели на Азрета.

– Просто держи поводья! – крикнул парень, шлепая коня по крупу со всей силы. Девушка взвизгнула, припадая к шее метнувшегося вперед животного, почти зарываясь в каштановую гриву.

– Только б не свалилась, дуреха, – тихо сказал Азрет, свернув с дороги.

Вот и нужное дерево. Его ствол был уже изрядно порублен. Держался почти на честном слове. Тут же в кустах ребята спрятали топор. Азрет уже слышал приближающуюся погоню, но время еще было. С десяток быстрых и точных ударов… Раздался треск, и дерево повалилось на дорогу, преграждая преследователям путь. Двое всадников не успели затормозить и полетели вперед вместе с конями. Одна из лошадей встала на дыбы, сбрасывая растерявшегося бандита. Остальные сумели удержаться в седле и справиться с лошадьми.

Пятеро всадников обогнули препятствие через лес и продолжили погоню. Один из тех, что был сброшен с седла, больше не поднялся. Двое других ринулись в сторону Азрета.

– Черт! – выругался капитан, направившись вглубь леса.

***

Погоня отстала, значит, у Азрета все получилось. Эйзек уже видел на горизонте военный лагерь Мхана с синими знаменами. Навстречу беглецам спешили два всадника с арбалетами наперевес. Лохматая пепельно-серая грива, широкие плечи – Ксандр! Второй всадник – тонкий, стремительный и ловкий. Не иначе прабабка Ена встретилась где-то в лесу с эльфом. А может, и не с эльфом… Уж больно странные у Ена были глаза. В детстве просто черные, а сейчас какие-то фиолетовые.

Эйзек облегченно выдохнул, узнав друзей. Кони с пленницами пронеслись мимо Ксандра и Ена. Арбалеты подняли носы, выжидая нужную дистанцию. Преследователи натянули поводья. Их взгляды зло метались от арбалетов противника к синим флагам, развивавшимся над лагерем. Послышалась нецензурная брань. Потоптавшись на месте, всадники развернули коней.

***

– Что за хорек нам попался? – буркнул Сайги. Он уже изрядно подустал и задыхался. Ламар ему не ответил. Его дыхание было ровным, взгляд хищно вылавливал среди деревьев и кустов спину беглеца. Гад оказался выносливым и быстрым и двигался в сторону военного лагеря герцога Мхана. Неужто, оттуда пришел? Не хорошо… Так и уйти может. А если его встретят, то преследователи сами могут превратиться в дичь. Сайги начал отставать. Ламар презрительно выругался. Жалко, конечно, использовать эту штуку, но ведь, и правда, уйдет…

Азрет споткнулся на ровном месте. Точнее даже не споткнулся, а просто не смог сделать шаг, будто ноги вдруг связала незримая нить, и по инерции полетел носом вниз. Тут же вскочил, бросив удивленный взгляд на собственные ноги, что внезапно подвели. Не иначе магия! Кто знает, что еще у них припасено?! Бежать дальше не имело смысла. Время упущено. Придется принять бой. Не самый лучший вариант…

Азрет вынул из ножен меч, наблюдая, как его преследователи проделали то же самое. Тот бородатый, что дышал с надсадным свистом, угрозы, скорее всего, не представлял. Нужно было избавиться от него быстро, пока дыхание и сила противника не восстановились. А вот второй, с карими глазами и собранными в хвост темно-русыми волосами, кажется, был опасен…

– Попался! – пропыхтел Сайги, ринувшись в бой. Ламар его инициативу не поддержал. Это был отличный шанс посмотреть, что им попалась за дичь. Если этот увалень Сайги справится, то меч и вынимать не стоило. А если нет – не велика потеря.

Азрет увернулся от оружия противника и нанес быстрый точный удар. Сайги удивленно вскрикнул, замешкался, схватившись за раненое плечо. Это стоило ему жизни. Меч Азрета пронзил противника насквозь. Сайги рухнул на землю. Ламар усмехнулся.

– Не плохо для щенка вроде тебя. Только со мной такое, – Ламар кивнул на бездыханное тело товарища, – не случится.

***

Дейл продержался не долго, его скрутили и прижали к земле, заломив руки.

– Вот скотина! – рычал один из работорговцев. Дейл умудрился ранить его в руку. Остальные тоже зло сопели. Бородатый воин сплюнул на землю выбитый рукояткой меча зуб. Коренастому лысому парню повезло меньше всех. Дейл почти вспорол ему брюхо. Теперь бандит сидел, привалившись к дереву, зажимал ладонями глубокую рану. Но это мало помогало. Кровь хлестала, точно из лесного родника.

– Пусти! – Хельга пыталась вырваться из сильных мужских рук, кусалась и пиналась, впивалась ногтями в плоть, как дикая кошка.

– Вот же сучка!

Работорговец не стал с ней сильно церемониться: ударил наотмашь по лицу. Девушка полетела на землю. Перед глазами потемнело.

– Хельга!!! – заорал Дейл, неистово вырываясь. Работорговец развернул девушку лицом к себе, на ее правом виске была кровь. Рядом лежал окровавленный камень.

– Сдохла что ли? Ты – придурок, Снул! Главе это не понравится.

– Не скули! Живая она, – недовольно ответил верзила, нащупав кончиками пальцев, бьющуюся на шее жилку.

– А красивая девка! – хмыкнул один из бандитов, осматривая Хельгу жадными глазами. – Может, и правда ее… того, а? По быстренькому. Она без сознания, даже сопротивляться не будет.

– Это скучно, – поморщился Снул.

– Ну не хочешь, твое дело! – второй бандит, стал быстро расстегивать ремень на штанах.

– Нет! Тварь! Убью, сука! Не смей ее трогать, ублюдок! – Дейл яростно заметался на земле, пытаясь вывернуться.

***

Ламар напряженно следил за движениями противника. Всего лишь мальчишка, не старше двадцати, но уже довольно сильный и опасный противник. Ему не достает физической силы, но он очень вынослив и чертовски быстр. Лет через десять этому парню трудно будет найти себе равного противника.

Бой слишком затянулся. Работорговец рассчитывал победить гораздо быстрее. Конечно, противник уступал Ламару, но… Расслабляться было нельзя, ни на секунду. Этот юнец был одним из тех немногих, что совершенствуются прямо в бою, изучают противника и, пару раз скрестив клинки, знают все слабые места и прорехи в защите врага.

Время с таким противником, как этот, могло сослужить Ламару плохую службу. Работорговец скрипнул зубами и сделал ряд резких выпадов, делая ставку на силу. Достаточно лишь задеть. От такого удара рана при любом раскладе будет серьезной.

Азрет отступил назад, уворачиваясь от клинка, но сделал это не достаточно быстро. Лезвие меча оставило глубокую рану на правом боку. Ламар воспрял духом, ускорился. Юноша с трудом отбивал атаки, пятясь и уклоняясь. Резкий колющий удар вспорол плечо Азрета. Ламар выругался – он целился в сердце. Какой же верткий хорек попался!

Еще один резкий выпад противника чуть не стоил Азрету жизни. Лезвие меча со свистом пронзило воздух в сантиметре от шеи капитана. Ламара немного занесло вперед, он открылся, всего на секунду. Но этого маленького шанса Азрету вполне хватило. Правый бок бандита садануло острой болью. Ламар отскочил назад. Но Азрет тут же перешел в наступление, боясь потерять инициативу. Быстрые удары сыпались один за другим. Ламар мог отбить их, но по скорости мальчишка его все же превосходил. Дважды лезвие полоснуло по телу работорговца, оставляя глубокие раны.

Ламар зарычал, ринулся на Азрета, прижал его к дереву. Скрещенные мечи, словно гигантские ножницы, оказались возле горла юноши, норовя оставить парня без головы.

Азрет собрал всю свою силу, оттолкнул от себя врага, одновременно нанося быстрый и точный удар. Ламар отпрянул, но… Горло пронзила острой болью, кровь рванулась наружу. Работорговец схватился за рану. В глазах трепыхалось недоумение, удивление и страх… Через минуту Ламар уже лежал на земле, все еще живой, но его время стремительно выплескивалось из тела вместе с кровью.

***

Работорговец подтащил Хельгу к себе, задрал подол платья, рука скользнула по бедру. Дейл отчаянно рвался из рук бандитов, рычал и кричал, точно пойманный в сети зверь. Еще никогда в жизни он не чувствовал себя столь беспомощным. Даже тогда, на арене Обана было не так. Там было просто страшно. Страшно в первую очередь за себя. А здесь была сестра. Его родная сестренка, которую он не мог спасти…

Что-то свистнуло в воздухе. Работорговец со спущенными штанами схватился за шею и повалился на бок. Из его горла торчал арбалетный болт, кровь алым фонтаном ударила в воздух, орошая все вокруг.

– Что за..?! –буркнул кто-то из бандитов.

Еще одна арбалетная стрела свалила Снула, пробив кожанку где-то в области сердца. Работорговец пошатнулся, упал на колени, сграбастал Хельгу, стараясь прикрыться ею как щитом. Вторая стрела перебила ему трахею, застряв глубоко в горле.

Дейл замер. Так ужасающе метко стрелял только один человек в округе… Ен!

Бандиты, что удерживали Дейла, слишком отвлеклись. Одному из них Эйзек перерезал глотку, подойдя сзади. Второй отполз в сторону, вскочил на ноги и бросился на утек, но его тут же догнала стрела, заставив растянуться на земле.

Дейл подбежал к Хельге, поправил платье, прижал к себе светлую голову с пшеничными волосами.

– Хельга! Хельга! Очнись! Хельга!

Парень осторожно убрал из раны на виске обрывки опавших листьев.

– Дай гляну, – сказал Ксандр, нащупывая пульс девушки. – Все в порядке. Скоро очнется.

К закату друзья оказались в лагере герцога. Хельга пришла в сознание и чувствовала себя вполне сносно, даже смогла обработать раны брата.

– Ребят, – мрачно произнес Ен, входя в комнату, где собрались парни. – Капитан так и не вернулся…

***

Азрет брел по лесу в сторону лагеря герцога Мхана. Раны болели и кровоточили. Парень вновь и вновь прокручивал в голове недавнюю схватку, потом его мысли возвращались к Дейлу и Хельге, сливаясь в один сумбурный поток. Юноша остановился, стер с лица пот, заливающий глаза. Его знобило. Плохо дело…

Сзади послышался звук треснувшей ветки. Азрет обернулся. Движение противника было слишком резким и быстрым, чтобы израненный юноша сумел его отразить. Парень пошатнулся, уперся рукой о дерево. Невыносимо тяжелый меч тянул руку к земле.

Из леса вышли солдаты. Четверо. Молча окружили. Хмурые взгляды изучали противника. Азрет заметил на одежде людей герб с василиском. Но память отказывалась давать подсказку, кому из лордов принадлежит этот знак.

Попытка сопротивления была слишком жалкой, чтобы о ней стоило говорить. Удар по затылку надолго выкинул Азрета из этого мира.

***

– Беглый раб? – спросил с отвращением светловолосый мужчина, глядя на лежащего на земле парня.

– Скорее всего, Ваша светлость! У него на правой руке, чуть выше запястья, клеймо с фениксом, – отчеканил один из воинов, что притащили Азрета.

– Феникс… Герцог Мхан, стало быть… Он сейчас во Фрейне у моего отца. Хм… Свяжите-ка его!

– Он серьезно ранен, – нерешительно вставил один из солдат.

– И что? Даже если сдохнет, кого это волнует? – рявкнул юноша.

***

Милат заворожено наблюдал за тонкими пальцами, что отыгрывали ритм по поверхности стола. Все тело солдата было напряжено, точно тетива лука, он даже дышать боялся… Лишь бы не спугнуть это волшебное очарование, лишь бы его не отослали, и он мог и дальше безнаказанно любоваться восхитительнейшей из женщин. Прекрасной богиней с белоснежными волосами и темно-синими глазами.

– Мой муж решил, что тот человек беглый раб? – проговорила женщина, сощурив глаза.

– Да, моя госпожа.

– Не думаю, что это так…

– Госпожа? – удивленно спросил Милат.

– Беглые рабы обычно сводят клеймо раскаленным железом, чтобы никто не смог их опознать по нему. К тому же, солдаты, что привели его, сказали, что он двигался в сторону лагеря герцога Мхана, а не наоборот.

Полог шатра приподнялся и внутрь с поклоном зашел низенький старичок в белых одеждах.

– Я осмотрел его, как вы велели, госпожа. Раны серьезные, но не смертельные. Гораздо опаснее то, что он потерял много крови. В любом случае сейчас его жизни ничего не угрожает. Правда… – лекарь замялся. – Когда я выходил из палатки пленника, то попался на глаза Его Светлости… Он был крайне недоволен вашим распоряжением…

Девушка поморщилась. Похоже, ее снова ждал скандал. Впрочем, это уже было привычным. Она стала женой Филиппа в четырнадцать. За эти три года ничего не изменилось. Муж хотел, чтобы она была просто его украшением. Только вот ее такой вариант не устраивал.

***

Азрет прислушивался к голосам снаружи. Постепенно они стихали. Было слышно только недовольное бормотание охранника у входа в палатку.

Раны юноши тщательно обработали зашили и перевязали.

– Спасибо, конечно, но мне надо вернуться в лагерь до утра, – прошептал Азрет, а потом крикнул: – Эй! Есть там кто? Мне по нужде надо!

Охранник заглянул за полог палатки, поморщился недовольно, но пленника все же вывел, довел до ближайшего лесочка.

– Давай быстро!

– Руки развяжи, – сказал Азрет, пошевелив пальцами за спиной, а потом усмехнулся. – Или сам подержать хочешь?

Азрет тут же схлопотал кулаком по лицу, но руки ему все же развязали. Резкий быстрый удар локтем в нос, заставил охранника отшатнуться. Он не ожидал столь яростного нападения, схватился за рукоятку меча, но вынуть его не успел. Удар по ногам опрокинул охранника на землю. Азрет попытался завладеть чужим мечом, но его отшвырнули назад ударом ноги.

– Ах, ты, тварь! – зарычал охранник, ринувшись на пленника с поднятым мечом. Азрет ловко увернулся, поморщился от острой боли в боку. Главное, чтоб швы не разошлись… Капитан вновь ударил противника по разбитому носу. Охранник взвыл от боли. Азрет вывернул руку воина, отбирая меч, и нанес один точный удар рукояткой в висок. Противник рухнул на землю, теряя сознание.

***

– Почему ты не можешь быть просто хорошей женой, Аннет?! Женщине не престало вмешиваться в дела мужчин! – орал Филипп, выплескивая все свое недовольство и раздражение.

– Хорошей женой? – спокойно переспросила девушка. – И что же надлежит делать хорошей жене? Снимать тебе сапоги перед сном и вышивать, обсуждая с другими девицами, какое платье лучше одеть на званый ужин?

– И чем тебя не устраивает такое?! Ты лезешь в управление имением, за моей спиной договариваешься с поставщиками, умудряешься даже моими солдатами командовать! Мне стыдно смотреть в глаза лордам! Они считают, что ты вертишь мной, как тебе хочется, и не воспринимают меня всерьез!

– Разве мои решения были не верными? А тот поставщик… Ты был на охоте. Было не вежливо заставлять его ждать. Да и сделка оказалась для нас выгодной. Разве нет? Или тебя бесит именно то, что мои решения оказались верными? – произнесла девушка, смотря на мужа холодным взглядом. – Я устала от этого разговора.

Не дожидаясь возражений мужа, Аннет покинула палатку. Ночной воздух приятно освежал, да и небо сегодня было необычайно звездным. Первое время эти ссоры угнетали и печалили ее. Она плакала, пыталась что-то доказать, хотела, чтобы Филипп понял ее… Отчаявшись, даже пыталась стать такой, как хотел он… Но это было выше ее сил. Теперь эти ссоры забавляли Аннет. Ей даже нравилось раздражать этого человека, наблюдать, как он брызжет слюной от ярости. Чем не представление?

Аннет медленно прогуливалась по сонному лагерю. Завтра они будут во Фрейне. Ее очень интересовала одна торговая гильдия… Если все получится… Погрузившись в размышления, Аннет чуть было не налетела на солдата.

– Прошу прощения, я был невнимателен, – поклонился воин и двинулся дальше, не поднимая головы.

– Погоди-ка…– остановила его Аннет. – Подними голову.

Воин на мгновение замешкался, но потом все же выполнил приказ. Аннет про себя отметила, что юноша довольно красив. И глаза… очень необычные. Цвета стали.

– Я знаю всех солдат в лагере в лицо и по имени. Но тебя вижу в первый раз, – заметила девушка, сверля воина взглядом. – Ты ведь тот пленник? Верно?

Азрет сжал зубы. Врать не имело смысла. Он попался.

– Будете кричать?

– Зачем? – пожала плечами Аннет. – Ты пленник моего мужа, а не мой. Надеюсь, солдат, с которого ты снял эту форму, жив?

– У меня не было причин убивать его, – ответил Азрет, рассматривая невероятно красивую девушку с сапфировыми глазами. – У вас… есть муж?

– А что тебя удивляет? В моем возрасте было бы странного его не иметь. И хватит так откровенно меня разглядывать!

– Прошу прощения, это было грубо с моей стороны. Просто, я никогда раньше не встречал столь красивых женщин, как вы, – ничуть не смутившись, ответил Азрет. Зато Аннет, неожиданно для самой себя, густо покраснела. Ей редко говорили комплименты. Муж считал, что это совершенно ни к чему. Лорды откровенно льстили или за комплиментами скрывалось нечто до отвращения пошлое. А те, кто ниже статусом, боялись даже заговорить с ней, лишь подобострастно провожали взглядом.

– Неужели ваш муж не говорил вам этого? – искренне удивился Азрет. – Похоже, он непроходимо глуп.

– Да как ты..! – возмутилась Аннет, но не нашлась, что ответить.

– Значит, вы меня отпускаете? Очень похоже, что вам нравится досаждать мужу.

– А тебе – лезть в чужие дела! Поспеши, а то я и передумать могу, – фыркнула Аннет.

– Могу я узнать ваше имя?

– Что? – удивилась девушка. – Зачем? Мы все равно больше никогда не увидимся.

На лице юноши отразилось сожаление. Он грустно улыбнулся. Серые глаза всматривались в тонкую женскую фигуру, заставляя Аннет краснеть еще больше. Этот человек слишком много себе позволяет! Она хотела было возмутиться, но не успела.

– Я никогда себе не прощу, если не сделаю этого. Просто не смогу спокойно спать. Можете потом даже убить меня. Я не стану сопротивляться.

– Что? – удивленно моргнула Аннет, совершенно не понимая, о чем говорит этот человек. Азрет сделал шаг вперед, склонился к раскрасневшемуся от смущения лицу женщины. Глаза Аннет медленно расширились от удивления и ужаса, когда ее губ коснулись чужие губы. Мимолетно и нежно. Все произошло так неожиданно и закончилось так быстро, что ее разум никак не мог сфокусироваться на происходящем. Женщина просто застыла, пунцовая, растерянная, с широко распахнутыми синими глазами. Когда, наконец, до Аннет дошло, что произошло, она гневно сжала кулаки. Даже пощечину ему не влепила! Да что с ней такое?! Неужели кто-то был способен настолько выбить ее из колеи? Просто невероятно!

Аннет развернулась, чтобы бросить вслед уходящему юноше что-нибудь колкое, но он уже растворился во тьме. Ярость в груди постепенно улеглась и сменилась какой-то непонятной грустью. Синие глаза продолжали вглядываться в темноту ночного леса…

***

– Эй! Мы думали, ты тут умираешь где-нибудь в кустах, а у него блаженная улыбка на все лицо! – раздался голос Эйзека. Азрет поднял глаза, улыбнулся еще шире. Его встречали друзья.

Утром вернулся герцог Мхан и генерал Байер. Девушки успели покинуть лагерь еще до их прибытия, и ребята облегченно выдохнули. Но не на долго…

Азрет стоял посреди комнаты, напряженно наблюдая, как Байер вычищает грязь из-под ногтей острым кинжалом.

– Неужели думаешь, что я ничего не знаю про вашу вылазку? – спросил генерал, наблюдая, как и без того подозрительно бледный Азрет, бледнеет еще больше. – Там, где много глаз и ушей, найдутся и языки. Ты так не думаешь?

Байер вздохнул, отложил в сторону кинжал.

– Бить тебя бесполезно. Как и всех в твоей шайке. За эти годы я так и не смог выбить из тебя твой своевольный характер. Все равно будешь делать так, как считаешь нужным. Скажи, ты хочешь получить свободу?

– Что? – удивленно переспросил Азрет.

– Сколько ты накопил за эти годы? У рабов нет жалования. Правда, надеешься выкупить себя? – насмешливо спросил Байер.

Азрет поджал губы. Он понимал, что это утопия, но не хотел сдаваться.

– Я могу дать тебе свободу. Будешь получать зарплату и сможешь через несколько лет выкупить своих друзей. Что скажешь?

– Вряд ли вы предлагаете это за «просто так»… – произнес юноша. – Чего вы хотите?

– Контролировать тебя и твою свору. Знать о каждом твоем шаге и решении. Ты будешь верно служить герцогу Мхану и требовать того же от своих подчиненных и однажды займешь мое место. Это не такое уж и плохое предложение. Может, перестанем уже биться лбами?

– Вы серьезно? – напряженно спросил Азрет. Генерал хрипло рассмеялся.

– Ждешь подвоха? Его нет. Все так, как я говорю.

– Значит, я могу действовать по своему усмотрению?

– В пределах разумного, – поморщился Байер.

– Вы ведь уже отобрали ребят для отправки в шахты?

– Вот только не надо строить из себя героя и спасать всякое отрепье! – прорычал генерал.

– Меня интересуют не они. А следующая партия. Те, в ком вы еще сомневаетесь.

– И?

– Отдайте их мне.

***

– Что… Что это такое? – спросил Ксандр, разглядывая пятерку довольно жалких и хилых пацанов. В его голосе явно сквозили панические нотки.

– Твой отряд, – невозмутимо ответил Азрет. – У тебя полгода, чтобы сделать из этих ребят что-нибудь стоящее. Не сможешь, отправишься в шахты вместе с ними. Они – навсегда. Ты – на два месяца. Но поверь, тебе и этого хватит с лихвой.

– Азрет! Это… это… Это невозможно!

– Твои проблемы, – ответил капитан, направляясь прочь от Ксандра и его новой команды.

– Это сурово, – сказал Эйзек, встретив Азрета у входа в казарму.

– Чтобы сделать из них солдат, ему придется трудиться каждый день, не покладая рук. Теперь он отвечает не только за себя. В его руках еще пять жизней.

– Хочешь, чтобы он перестал пить? Думаешь, получится? – с сомнением спросил Эйзек.

– Это все, что я могу для него сделать…

***

Пару дней спустя.


– Ну и чего топчешься вокруг да около? – усмехнулся Азрет, смотря на сопящего Дейла.

– Ты ведь свободный теперь… К свободным могут приходить родные…

– И?

– Если… Хельга смогла бы приходить в лагерь, как твоя сестра… Никто ведь проверять не будет… – сконфуженно бурчал Дейл.

– Пусть приходит, – улыбнулся капитан. – Я предупрежу на посту.

Хельга пришла в тот же вечер. Принесла целую гору пирогов. От себя и от тех девушек, что были с ней в плену. Ребята с аппетитом уплетали угощение и довольно улыбались.

Эйзек и Ксандр заинтересованно посматривали на Хельгу, красуясь искуснее павлинов. И если для Эйзека было в порядке вещей распушать хвост перед женщинами, то Ксандра друзья таким еще не видели. Азрет и Ен искренне забавлялись, понимающе переглядываясь. Дейл злился и нервничал, считая, что сестре еще рано искать себе жениха, и уж тем более искать его надо не среди рабов. Жена последует судьбе мужа и тоже станет рабыней. Не самый лучший вариант…

Хельга приходила часто. Азрет в шутку стал называть ее сестренкой. Эйзек очаровательно улыбался, окутывая девушку своим обаянием, Ксандр демонстративно швырялся оружием и гнул подковы. Хельга лишь смеялась. Так было до тех пор, пока Ксандр и Эйзек однажды не подрались.

– Вот же… – прошипел Азрет, рассматривая помятое лицо Эйзека с разбитым носом и хмурого Ксандра в порванной рубахе. – Вам заняться нечем?!

Парни только сопели, смотря в пол.

– Это из-за Хельги? Если, да, то ноги ее больше не будет в лагере.

– Нет! – выпалили Ксандр и Эйзек одновременно, переглянулись, поморщились, точно хлебнули какой-то кислятины.

– Не из-за нее это, – буркнул Ксандр.

– Ага… – подтвердил Эйзек.

Азрет вздохнул, сверля парней взглядом. Вечером капитан встречал Хельгу у ворот. Та помахала рукой, приветствуя, улыбнулась.

– Что-то случилось? – спросила девушка, заметив, что Азрет чем-то обеспокоен и хмур.

– Ксандр и Эйзек… Ты ведь знаешь, что нравишься им?

Хельга смущенно опустила глаза, кивнула, заливаясь румянцем.

– Выбери кого-то одного, пока эти двое друг друга не покалечили.

– Они подрались? – испуганно и обеспокоенно спросила Хельга. – Они… в порядке? Ксандр… с ним все хорошо? Он не сильно пострадал?

– Похоже, ты уже выбрала, – усмехнулся Азрет, – Вот и хорошо!


ЧАСТЬ 3. ОТГОЛОСКИ ПРОШЛОГО


Валвуд – столица Гисарада


– Чтоб тебя, Азрет… – буркнул Дейл, бросив угрюмый взгляд на промозглое серое небо. Погодка в Гисараде не радовала. Уже несколько недель моросил противный мелкий дождь. Ветер забрался под куртку, без стеснения ощупывая кожу холодными лапами, нещадно задергал красную выцветшую от времени ленточку на рукоятке меча.

– Послал бы Эйзека… Он же у нас шпион и разведчик! Я-то здесь причем? – продолжал ворчать воин, плотнее закутываясь в плащ. Одно радовало: впереди уже маячили городские ворота, значит, скоро можно будет согреться, нормально поесть и даже поспать.

Уже на подходе к городу, Дейл запоздало подумал, что с пропуском могут возникнуть проблемы. Конечно, наемников в столице пруд пруди, но человек с оружием всегда попадал под особое внимание городской стражи. Во всяком случае, так было в Мелингоре.

Но, как оказалось, не в Гисараде…

В воротах никто Дейла не остановил, не досмотрел и не стал задавать никаких вопросов. Даже капюшон с головы скинуть не попросили. Стражники лениво проводили очередного гостя столицы взглядами, один уныло зевнул и пристроил затылок к каменной стенке, явно намереваясь вздремнуть.

У Дейла нервно задергался глаз. В Мелингоре он был начальником дворцовой и городской стражи. Если бы во Франфире его подчиненные так несли службу, то он бы лично их выгнал взашей, предварительно раздав тумаков.

– Вот же крысы ленивые! У них тут слишком все хорошо, что ли?!

Хотя, может, и правда… Дейл с тоской подумал, что в Мелингоре никогда не было спокойно. Только сейчас, когда власть оказалась в руках Азрета, все, вроде бы, начинает налаживаться. Но пока еще многие лорды выступают против нового короля. Так что истинное спокойствие и мир в Мелингоре наступят очень не скоро.

А может, дело вовсе не в этом. Возможно, Азрет был прав и в Гисараде что-то не так…

Дейл громко чихнул, нецензурно выругался, проклиная дождь и ветер. Чтобы найти постоялый двор, пришлось изрядно побродить по серым улицам Валвуда и поспрашивать местных.

Таверна «Гнездо грифона» оказалась вполне приличным местечком, кормили вкусно и по вполне сносным ценам, да и пиво было не разбавленным. Дейл с удовольствием пил пенный напиток, жевал сочное мясо с поджаристой корочкой, согревая промокшее и промерзшее до костей тело, и осматривался по сторонам.

Симпатичная девчушка с рыжими косами принесла еще кружку пива, взяла плату, улыбнулась пухлыми губками и снова растворилась в толпе посетителей. Гостей в таверне было на удивление много. И почти все – наемники, несколько стражников и пара бродяг, уныло хлебавших дешевую похлебку, которая, скорее всего, на вкус была столь же непривлекательна, как и на вид.

Большинство посетителей были изрядно пьяны и вели себя довольно развязно. Грузный мужик с сальными волосами через два столика от Дейла, схватил пробегавшую мимо официантку огромными ручищами, усадил себе на колени. Девушка взвизгнула, чуть не расплескав пиво из кружек, что несла на подносе. Дейл инстинктивно схватился за рукоятку меча, нахмурился. Официантка заметила это движение, чуть улыбнулась уголком рта, а потом виртуозно высвободилась из нежеланных объятий, так и не разлив чье-то пиво. Оставшийся ни с чем наглый посетитель похлопал обалдело глазами, а потом вновь занялся своим обедом.

Дейл расслабился, с аппетитом доел последний кусочек мяса и направился к хозяйке, чтобы снять комнату на ночь.

– Свободных мест нет, – пожала плечами дородная женщина и, тут же безразлично отвернувшись, направилась по своим делам.

– Вот же… – прошипел Дейл. Выходить под дождь и пронизывающий ветер, чтобы найти другу гостиницу, чертовски не хотелось.

– В моей комнате можешь переночевать, – раздался шепот в самое ухо. – Только, чтоб хозяйка не увидела. Платишь мне. Руки не распускать.

Дейл обернулся, встретился с немного взволнованным взглядом официантки, что недавно приносила ему еду и пиво.

– По рукам!

Проведя Дейла в комнату и взяв плату за ночь, девушка быстро вернулась в таверну. Комнатка была маленькой, но зато чисто прибранной и вполне уютной. Воин окинул взглядом небольшой столик, шкаф, пару полок, кровать и узкий топчан, больше похожий на лавку.

– Нууу, во всяком случае, лучше, чем снова попасть под дождь, – утешил себя Дейл. Первой мыслью было прямо сейчас завалиться спать, но мокрая и холодная одежда настойчиво напоминала о себе. Пришлось снять ее и развесить на стуле и дверцах шкафа. Раздевшись, Дейл забрался под одеяло, засунул мешочек с деньгами под подушку и тут же отключился.

Хлоя вернулась в комнату уже ближе к полуночи. Ее постоялец крепко и беспокойно спал. Девушка не стала раздеваться от греха подальше, залезла под одеяло в чем была. Не очень удобно, конечно, но деньги были нужны, а лишний раз мельтешить перед незнакомым мужчиной в одном исподнем ей не хотелось. И стыдно, и страшно…

Она не часто пускала к себе постояльцев. Просто отец снова проигрался в карты и нужно было отдавать долги. Конечно, Хлоя не пускала кого попало. Годы работы на постоялом дворе научили ее разбираться в людях. А у этого парня на лице было написано, что не только не обидит, но и защитит, если потребуется.

Может, поэтому уснула Хлоя также быстро, как и Дейл.

Однако сон девушки был недолгим. Официантка подскочила на своей кровати от страха, когда в ее сознание ворвались сдавленные хрипы. В первые минуты, девушка вообще не могла понять, что происходит, но когда глаза привыкли к темноте, она сумела рассмотреть своего постояльца, что тяжело дышал, хрипел и метался во сне так, словно за ним гналась свора бешеных собак.

– Эй… – чуть слышно позвала девушка, но Дейл не отреагировал. Хлоя подумала немного, потом вздохнула, слезла с кровати и подошла к спящему мужчине, кутаясь в одеяло. С такого расстояния, при свете луны она видела капельки пота на загорелом и довольно красивом лице.

– Что же тебе снится такое страшное? – прошептала девушка сама себе, а потом чуть склонилась и подергала мужчину за руку. – Эй, проснись!

Дейл открыл глаза и резко сел, заставив Хлою отшатнуться назад от испуга и неожиданности.

– Вы метались во сне… – попробовала оправдаться девушка.

– Спасибо, что разбудила… – произнес Дейл, вытирая с лица и шеи пот. Хлоя немного смущенно и испуганно скользнула глазами по обнаженному торсу мужчины, запинаясь взглядом за рельеф мышц и множество жутковатых застарелых шрамов. Похоже, этому человеку многое пришлось пережить…

– Что вам снилось?

– Война… – мрачно ответил Дейл. Хлоя удивленно моргнула. В Гисараде давно не было войн… Видимо путь этого человека лежал издалека. Возможно, даже из Мелингора, о котором она слышала так много страшных и кровавых историй.

Дейл ушел за час до рассвета, тихо и незаметно. Хлоя даже не проснулась. Дождя не было, да и ветер поутих. Это радовало. Воин направился в сторону дворца. Ему нужно было попасть в дворцовую стражу, чтобы получать все нужные сведения из первых рук.

Азрета интересовало положение дел в Гисараде, подозрительно нестабильное в последнее время, отношение короля Валаара к новой власти в Мелингоре, а еще Азрету нжен был выход к морю… Дейл вздохнул. Получить последнее будет сложно. Да и вообще, говорить Дейл не особо умел, мечом махать – это всегда, пожалуйста, но вот дипломатия… Это Эйзек у них мастак зубы заговаривать… Но рыжеволосый разведчик сейчас в Эргране.

– Чего надо? – не особо приветливо буркнул стражник у ворот.

– Хочу попасть в дворцовую стражу, – сказал Дейл, не особо надеясь на что-то.

Солдаты переглянулись, один из них показал на небольшое одноэтажное здание.

– Найдешь там старшего.

Дейл удивленно вскинул бровь, но вопросов задавать не стал, хотя в голове было какое-то острое ощущение неправильности происходящего.

Дверь захлопнулась за спиной со скрипом, в нос ударил стойкий запах перегара. Упитанный стражник вперил в Дейла осоловелый туповатый взгляд и лишь с третьего раза понял, что ему пытались сказать.

– Господина Зарсула сейчас нет. Как звать?

– Дейл Лангсворд.

– Лансг… Тьфу ты! Будешь Лангом, – заплетающимся языком проговорил стражник, записав корявым подчерком имя новобранца в пропуск и с воодушевлением прихлопнул бумагу печатью. – Доспехи и оружие выдадут на складе. Как выйдешь прямо, потом налево до конюшни, потом… В общем, спросишь у кого-нибудь. Свободен!

Дейл быстро покинул провонявшее помещение, с наслаждением вдохнул свежий воздух и направился в сторону конюшни.

Что-то явно было не так. Неужели, в Гисараде так просто стать стражником во дворце?! Если подумать, то все это очень напоминало то, что Дейл сам когда-то делал… Но тогда Азрет и его люди готовили восстание против короля Кассида…

– Неееет, – протянул Дейл, мотнув головой. Гисарад не Мелингор. Здесь всегда все было спокойно. Король Валаар любим народом. Он справедлив, миролюбив, добр и довольно умен. Идеальный король для мирной страны.

Но то, с какой легкостью Дейл попал в дворцовую стражу… Воин в сердцах сплюнул на землю. Отвратительная дисциплина! Да и работают стражники спустя рукава! Впрочем, это не так уж и плохо. Значит, расспросы никому подозрительными не покажутся, а у пьяного стражника язык сам развяжется.

Дейл усмехнулся, невольно вспомнив, как сложно было попасть в дворцовую стражу короля Кассида. Его тогда взяли только на конюшню и если бы не случайность, пришлось бы Азрету искать другой способ открыть ворота замка…


Десять лет назад.

Франфир – столица Мелингора.

Замок короля Кассида.


Дейл намыливал лошадиный круп. В желудке уныло бултыхался не особо вкусный завтрак, а в голове была мрачная пустота. Стать стражником дворцового гарнизона короля Кассида оказалось не так просто. Каждого новичка тщательно расспрашивали и проверяли. Особенно тех, кто хорошо владел оружием. Их считали потенциальными подосланными к королю убийцами… Обычно стражниками становились по чьей-то протекции, но и ее, порой, было не достаточно.

Просто человек с улицы, мог рассчитывать разве что на место среди прислуги и то, во дворец и внутренний двор его не допускали. Так случилось и с Дейлом. Почти полгода он работал конюхом и уже начинал сильно сомневаться, что что-то изменится.

Мимо Дейла прошли трое стражников, один что-то увлеченно рассказывал, жестикулируя.

– Да я говорю, это отличный прием. Вообще никак не отбить! Ну, кто смелый? Неужто, струхнули? – расслышал Дейл обрывки разговора.

– Вон, на нем покажи лучше, если руки чешутся, – усмехнулся второй стражник, кивнув в сторону Дейла.

– Эй, конюх! Не хочешь заработать пару медяков?

– А кто ж не хочет? – состроил глупую морду Дейл.

– Вот и славно! Идем! – хохотнул стражник, что грозился продемонстрировать на товарищах новый прием, похлопал Дейла по плечу и поволок куда-то.

Похоже, демонстрировать он собрался далеко не один прием. Дейла впихнули на тренировочную площадку, всучили в руки меч.

– Он, поди, и меч то в руках не держал никогда! Так это не ты ему, Сол, а он тебе платить должен за уроки фехтования!

– Ахахаха! Сол, смотри не порань его, а то он еще в обморок упадет от вида крови! Слуги, те еще барышни!

Дейл продолжал глупо улыбаться, но мышцы лица свело, а зубы сжались так крепко, что ныли. Перед глазами проплыла мясорубка на арене Обана, когда прямо на его глазах огромные ящеры раздирали плоть перепуганных детей… А потом – бессмысленная война, просто игра для богатых дворян, ставкой в которой были власть, влияние и ресурсы. Война длиной в пятнадцать лет, где чтобы выжить, нужно было убивать снова и снова. И хоть сейчас Дейл свободен и сражается за новый Мелингор, цель не изменила суть. Это была война, многоликая бездушная тварь с ее реками крови, оглушающим звоном оружия и криками умирающих. И эта война закончится еще не скоро…

Дворцовая стража Кассида почти не участвовала в реальных сражениях. Они понятия не имели, какой кровавый ад творится за стенами города.

"Если бы вы, ребятки, видели столько крови, сколько я, то боюсь, вы б обделались…" – промелькнуло в голове Дейла. Ему большого труда стоило не сказать это вслух. А теперь еще и придется дать себя побить. Дейл понимал, что если уложит этих троих, то сдаст себя с потрохами. Миссия будет провалена и его ждет камера пыток и виселица.

Из боковых построек показалась высокая широкоплечая фигура. Чуть тронутые сединой волосы, собранные в хвост, голубые глаза, шрам, рассекавший правую бровь надвое. Дейл сразу узнал этого человека. Начальник дворцовой стражи Леф Марг.

Дейл тут же смекнул, что это его шанс. Нужно показать себя, но… Очень осторожно. Не переборщить, продемонстрировать лишь потенциал, ловкость и силу, но скрыть навыки и опыт. Задачка не из легких! Но другая возможность вряд ли выпадет.

– Я готов, господин! – выкрикнул Дейл, привлекая внимание Лефа. Начальник городской стражи посмотрел на тренировочную площадку, но не слишком заинтересованно. Конюх против трех солдат дворцовой стражи… Это будет даже не весело.

Нужно было как-то завладеть его вниманием, заставить остановиться и посмотреть бой.

– Сол, не томи! Показывай уже свой прием! Смотри, как конюху не терпится получить тумаков за два медяка!

– Думаю, надо сначала просто его немного помять, – заржал Сол, нападая. Дейл увернулся и ударил воина рукояткой меча между лопаток.

Сол полетел вниз, пропахав носом землю. Двое стражников удивленно вытаращились на распластавшегося на земле товарища. Леф остановился, взгляд стал заинтересованным.

«Главное, не перестараться…» – лихорадочно билась в мозгу Дейла мысль.

– Простите, господин! – умело изображая испуг и кланяясь, проговорил конюх. – Это у меня случайно получилось! Небом клянусь! Вы не сильно ушиблись?

– Ах ты…– зарычал Сол, поднимаясь, – Да я тебя на куски порежу и скормлю свиньям!

Дейл снова увернулся от удара. Но на этот раз Сол был осторожен и больше не подставлялся. Дейл постарался отбить удар меча так, чтобы это выглядело неумело, но в то же время не слишком неуклюже. Товарищи Сола во всю забавлялись, что их приятель не может справиться с обычным конюхом. Стражника это явно бесило. Дейл нанес удар, вложив в него всю свою силу. Сол чуть не выронил меч, схватился за рукоятку обеими руками и с трудом отстранил от себя клинок противника.

Дейл сделал шаг назад. Пора было заканчивать, больше он показать не мог. Увернувшись от очередного удара Сола, Дейл намеренно пропустил второй, получив кулаком под дых, а потом и рукояткой по спине. Следующие удары были уже ногами. Не страшно… Генерал Байер бил гораздо сильнее… Так, что хотелось выблевать собственные внутренности от боли… Сол ему и в подметки не годился в этом деле…

Воин лежал на земле, защищаясь руками от сапога Сола, смотрел украдкой, как уходит Леф.

Вечером Дейл сидел на конюшне, ощупывая свое побитое тело. Все вроде цело. Это хорошо. В сумке еще оставалось зелье Натана. Оно снимало боль и воспаление, ускоряло заживление ран. Дейл порылся в мешке с личными вещами, достал бутылек с бледно-зеленой жидкостью, сделал маленький глоток. На вкус было вполне терпимо. Дейлу приходилось есть и пить вещи гораздо хуже и на вид, и на вкус.

Минут через десять стало легче, боль притупилась. Теперь все мысли воина были только об одном. Достаточно ли он показал, чтобы заинтересовать начальника дворцовой стражи? Или все зря…

На следующее утро в жизни обычного конюха ничего не изменилось. И через два дня тоже. Дейл с унылым выражением лица расчесывал гриву вороного жеребца, когда в конюшню заглянул стражник.

– Эй, ты! Живо иди к господину Маргу! Давай-давай, пошевеливайся!

Дейл поспешно вытер руки о штаны и чуть ли ни вприпрыжку понесся к главному зданию дворцовой стражи.

– А ты быстро оправился, – довольно крякнул Леф, рассматривая Дейла, влетевшего в его кабинет. – Это хорошо! Думаю взять тебя в стражники. Что скажешь?

– Но я ж не воин, господин. Справлюсь ли? – спросил Дейл, с трудом сдерживая радость.

– Справишься! Научим!

Дело сдвинулось с мертвой точки. Теперь осталось лишь заменить часть стражников на своих людей. Это можно было сделать только одним способом: упростить порядок набора стражников, пошатнуть хорошо отлаженную систему, созданную Лефом Маргом…

***

Наши дни.

Валвуд – столица Гисарада


Дейл осмотрелся по сторонам. Кажется, он заблудился. Конюшня, служившая ему ориентиром, осталась далеко позади. И, как на зло, вокруг не было ни души. Дейл бродил по округе, рассматривая красивый ухоженный сад, когда кто-то окликнул его:

– Эй ты! Кто такой? В эту часть дворца посторонним заходить нельзя!

Дейл обернулся. Чуть поодаль стоял стражник, хмуря лицо и держа ладонь на рукояти меча.

– Я от господина Зарсула. Новый стражник. Я заблудился, кажется. Склад ищу, – ответил Дейл, показывая стражнику пропуск.

– Тебе назад. У здания с башенками поверни налево.

– Благодарю!

Вечером, расположившись в общей казарме и порывшись в своем мешочке, Дейл выудил перстень с желтым камнем и маленькое раскладное зеркало. Тут же улыбнулся, вспомнив, как Натан вручал ему это колечко дрожащими руками, двадцать раз повторив, что таких перстней осталось всего три. Так что, если Дейл вдруг решит его потерять, то пусть лучше сразу пойдет и утопится где-нибудь в пруду.

Дейл вышел на улицу, поежившись от ночной прохлады и бросив взгляд на усеянное звездами небо. Найдя укромное местечко среди построек, воин надел кольцо и провел желтым камнем по зеркалу. Камешек в перстне засветился. Уже через секунду отражение всколыхнулось, словно водная гладь, в которую уронили камень, и вместо своего отражения воин увидел копошащегося за колбами юношу с янтарными глазами и растрепанными темно-русыми волосами. Алхимик сосредоточенно смешивал какую-то фиолетовую жидкость с зеленой вязкой субстанцией, закусывая губы и постоянно сверяясь с записями.

– Натан, – тихо позвал Дейл, но маг не отреагировал, продолжая увлеченно заниматься своими делами.

– Натан!

Алхимик чуть не подпрыгнул на месте от неожиданности. Фиолетовая жидкость выплеснулась из колбы, шмякнувшись прямо в зеленое хлюпающее нечто. Глаза Натана расширились. А потом Дейл, к своему удивлению, впервые в жизни услышал из уст мага нецензурную брань. Зеленая жидкость начала бурлить и стремительно выливаться через край из стеклянной колбы, пузырясь и испуская пар. Натан заметался по комнате, хватая какие-то пузырьки и что-то смешивая на ходу.

Зеленая субстанция стремительно растекалась по столу алхимика, капала на пол. Казалось, ее становилось все больше и больше. Во всяком случае, сейчас, все это точно не уместилось бы в маленькой колбе…

– Упс… – пробормотал Дейл, с сочувствием наблюдая за всей этой картиной и метаниями друга по лаборатории.

Натан капнул на зеленую лужу пару алых капель какой-то жидкости, зеленая масса мгновенно затвердела и потрескалась. Натан облегченно вздохнул, плюхнулся на стул, осторожно поставив колбу с алой жидкостью на полку шкафа. Янтарные глаза медленно поднялись на зеркало, в котором маячило знакомое лицо.

– Дейл, – протянул каким-то немного странным голосом Натан, улыбаясь дерганой улыбкой.

Воин мысленно поблагодарил Небо за то, что он сейчас находится вне досягаемости магии алхимика. А то, не ровен час, отхватил бы какую-нибудь молнию или еще чего похуже…

– Прости… – проговорил Дейл, виновато улыбаясь. Алхимик шумно выдохнул, посмотрел несчастными глазами на застывшую зеленую массу.

– Что хотел то?

– Новости для Азрета. Я устроился стражником в Валвуд.

– Что? Так быстро? – удивился Натан.

– Да… Меня это тоже немного настораживает… Или они расслабились совсем из-за того, что в Гисараде все слишком спокойно, или… – Дейл замялся, раздумывая.

– Или? – не выдержал алхимик.

– Или Азрет был прав, и тут затевается что-то…

– Ты имеешь в виду переворот? – обеспокоенно спросил Натан.

– Не знаю. Я не уверен.

– Я передам Азрету…

Связь оборвалась. Дейл вздохнул, опустил зеркальце и медленно потухающий перстень в карман и направился обратно в казармы. Но на полдороги передумал, повернул в сторону сада, лег на траву, устремив взгляд на звездное небо.

Где бы ты ни был, в Мелингоре или Гисараде, небо над головой одинаковое. Одна и та же луна, те же самые звезды. Дейл с тоской вглядывался в светящиеся белые точки. Он бы с радостью прямо сейчас вернулся в родной Мелингор…

Казалось, прошла всего секунда, но когда Дейл вновь открыл глаза, то с удивлением увидел, что тьма неба потускнела, окрашиваясь красками рассвета.

– Вот же черт!

Дейл вскочил на ноги и быстро направился в казармы. Солдаты уже поднимались, надевали доспехи и проверяли оружие. Скоро будет пересменка с ночной стражей. Пальцы нырнули в карман, выудили зеркало и… Дейл замер, побледнел. Кольца в кармане не было…

Развернувшись, воин кинулся в сторону сада. Выронить перстень он мог только там, когда лежал на земле. Натан точно превратит его в жабу! Правда, до этого его придушит Азрет… И когда он умудрился стать таким растяпой?! Или это обстановка в Гисараде так разлагает?!

Замелькали знакомые деревья и цветники. Через пару минут Дейл резко остановился, беспомощно наблюдая, как какая-то девушка поднимает из травы перстень с желтым камнем.

– Прошу прощения, но это мое, – выпалил Дейл. Девушка обернулась. Воин зачарованно уставился на юное лицо, со жгучими карими глазами, густыми длинными ресницами, пухлыми нежными губами. Кудрявые темно-русые волосы девушки были убраны в высокую прическу, украшенную драгоценными камнями. Бордовое платье из дорогой ткани подчеркивало тонкий стан и полную грудь.

На вид юной особе было не больше семнадцати.

– Вряд ли вы носите женские кольца, – ответила девушка, умудряясь смотреть на Дейла сверху вниз, даже будучи ниже его на две головы.

– Не ношу. Но это мое кольцо.

– Тогда, очевидно, вы можете это доказать? – усмехнулась девушка.

– А я должен это доказывать? – раздраженно буркнул Дейл.

– А я должна просто взять и поверить вам? – парировала юная особа. – Может, это кольцо одной из фрейлин, а вы вознамерились его присвоить?

– Я что, похож на вора? – процедил Дейл сквозь зубы.

– Как много вы знаете воров, что выглядят, как воры? К тому же, ваше лицо мне не знакомо. Очевидно, вы новичок в страже. Вряд ли кто-то сможет за вас поручиться.

Дейл засопел. Переспорить эту малявку будет сложно. Но доказать, что это его кольцо можно только одним способом: раскрыть его магические свойства. Дейлу, конечно, не составит труда просто отобрать перстень, но тогда с большой долей вероятности его ждет масса проблем. Но если раскрыть свойства кольца… Ну а что такого страшного? Мало ли волшебных вещиц на свете? Из-за него вряд ли кто-то заподозрит Дейла в чем бы то ни было.

– Хорошо. Это не просто кольцо, это магический предмет, – нехотя проговорил Дейл. Глаза девчушки удивленно и восторженно расширились.

– И что оно делает? Невидимость? Левитация? – захлебываясь в словах проговорила юная особа, вытягивая и без того длинную шейку, боясь пропустить хоть одно слово из рассказа воина.

– Да ничего такого, – немного растерянно и смущенно ответил Дейл. – Оно просто помогает связаться с человеком, у которого точно такое же кольцо.

– Как это? – удивленно моргнула девушка.

– Вы позволите?

Воин протянул руку, призывая отдать ему перстень.

– Вот еще! – фыркнула девушка. – Я не на столько глупа! Говорите, что нужно сделать!

Дейл вздохнул, закатив глаза.

– Нужно провести камнем из перстня по поверхности зеркала.

Едва мужчина договорил, как девушка вынула откуда-то из складок платья зеркальце на витой ручке, украшенное драгоценными камнями, и провела перстнем по гладкой поверхности. Дейл замер, затаив дыхание. Он не ожидал, что эта бестия так быстро перейдет от слов к делу.

– Там комната! – воскликнула девушка, поворачивая зеркальце то так, то эдак, стремясь получше все рассмотреть. Но изображение не двигалось, открывая лишь малую часть лаборатории в башне алхимика. Дейл подошел поближе, опасливо заглянул в зеркало. Комната была пуста. Натан, очевидно, ушел куда-то по делам. Воин облегченно вздохнул.

– Кольцо, – настойчиво попросил Дейл, раскрыв ладонь. Девушка надула губки, посмотрев на воина обиженным взглядом. Мужчина несколько раз шевельнул пальцами, всем своим видом давая понять, что на него такое не действует. Юная особа фыркнула, дергаными движениями сняла перстень. Кольцо легло в ладонь Дейла, тут же меняя размер и форму, подстраиваясь под нового владельца. Девушка восторженно запищала, забыв все свои обиды, едва ли не подпрыгивая на месте. Воин спрятал кольцо в карман под разочарованный вздох любопытной девчушки.

– Почему вы его прячете? То, что оно у вас есть – тайна?

– Мало ли воров? – буркнул Дейл, намереваясь уйти. – Эту вещицу можно неплохо продать.

Девушка ловко юркнула мимо воина, преграждая ему путь.

– А кто там, на той стороне? То место похоже на комнату волшебника!

– Друг, – ответил Дейл раздраженно.

– Друг? – разочарованно переспросила девушка. – А я думала, что это ваша возлюбленная.

Дейл чуть не запнулся. На секунду в его голове вечно юный Натан нарисовался в женском платье. Воин приглушенно заржал и с трудом восстановил серьезную мину.

– Вы ведь очень хотите, чтобы я никому не говорила об этом колечке? – спросила девушка голосом заговорщика.

Вот же черт! Дейл вперил в юную ехидную мордочку тяжелый взгляд.

– Я готова сохранить ваш секрет, если вы выполните одну мою просьбу.

– Какую же, интересно?

Девушка вынула из складок платья свернутый в несколько раз лист бумаги.

– Добудьте для меня это. И кстати… Меня зовут Жанна де Праз.


***

Эргран.

Земли близ поместья графа Гарракта.


Эйзек прикрывал глаза ладонью от солнца, смотря вдаль. Рыжие волосы огненными всполохами метались на ветру, в ядовито-зеленых глазах застыло напряжение и ненависть. Казалось, этот яд сейчас выплеснется наружу, поползет фосфорными змейками в сторону богатого поместья графа Гарракта… Но яд продолжал плескаться за тонким стеклом глаз.

– Господин, все готово, – позвал слуга, поклонившись. Эйзек обернулся, придирчиво осмотрел дорогой экипаж, кучера, слугу и трех рыцарей.

– Прекрасно!

Карета направилась к поместью графа, остановилась у ворот. Слуга соскочил с подножки, подбежал к привратнику, что-то шепнул. Ворота тут же открылись.

Эйзек вальяжно выплыл из кареты. На красивом лице застыла маска надменности. Взгляд с какой-то ноткой брезгливости и презрения скользнул по привратнику.

– Граф Гарракт ждет вас, господин! Прошу, следуйте за мной.

Эйзек неспешно и величественно проследовал за слугой до поместья, расположился в гостиной, в одном из мягких багрово-алых кресел, закинув ногу на ногу. Минут через пять в комнату вошел грузный мужчина лет шестидесяти с еще довольно богатой седой шевелюрой, маленькими заплывшими карими глазками, острым крючковатым носом и тонкой полоской губ.

Эйзек с трудом скрыл отвращение и ненависть, что тут же всколыхнулись в его душе при виде этого человека.

– Дорогой граф! – поприветствовал хозяина поместья Эйзек, широко и благожелательно улыбаясь.

– А вот и мой благодетель! Как доехали?

– Прекрасно! Думаю, вы будете не против перейти сразу к делу?

– Всецело поддерживаю! – глазки графа заблестели. – Мне сказали, что вы занимаетесь поставкой рабов из Мелингора. Почти все работорговцы трусливо попрятались по норам или убиты. Этот выскочка… Как его там? Азрет? Перекрыл им весь кислород! А заодно и мне! Неужели в Мелингоре некому переломать ему кости и скинуть с трона?

– Уверен, что это вскоре случится, – улыбнулся Эйзек, про себя посылая графа куда подальше.

– Вы один из немногих, кто готов поставлять товар. И при этом предлагаете вполне сносную цену. Кое-кто стал поднимать ее так, что рабы из Мелингора выходят почти золотыми! – возмущался граф.

– Почему именно Мелингор? Рабов можно купить в любой стране, – спросил Эйзек, отпивая немного вина.

– О! Не скажите! – со знанием дела протянул Гарракт. – Рабы из Мелингора всегда очень пугливы и покладисты. Они привыкли подчиняться, привыкли, что над ними издеваются, а потому воспринимают это, как должное. Их волю не приходится ломать слишком уж долго. Мне нравятся именно такие рабы. К тому же… Только в Мелингоре у девочек можно встретить такие красивые пшеничные волосы!

Эйзек дернулся, до хруста сжав зубы и с трудом скрыв это за чуть перекошенной улыбкой. Мужчина невольно представил, как его пальцы сжимаются на толстой дряблой шее графа, ломая трахею, выдавливая из этой твари в человеческом обличии булькающие предсмертные хрипы.

– Понимаю вас, дорогой граф! – проговорил Эйзек, скрывая истинные чувства. – То есть я беру на поставку девушек-блондинок?

– Мммм… Это немного деликатный вопрос… Я предпочитаю особ помладше…

– Насколько помладше? – с трудом удерживая на лице безразличие, спросил Эйзек.

– В возрасте с шести до десяти. Эти цветки самые нежные и трепетные. И кстати, мальчики тоже подойдут. Только выбирайте худощавых и посимпатичнее.

Эйзек закусил губу, чувствуя во рту привкус крови. Закрыл глаза, успокаивая выплескивающуюся через край ярость. Нужно доиграть свою роль до конца…

– А кстати, куда вы потом их деваете? Ну, когда подрастут?

– Большинство не доживает и до пятнадцати. А кто доживает… В шахты или публичные дома, – безразлично пожал плечами граф Гарракт.

– Похоже, я не узнаю здесь больше ничего полезного, – холодно проговорил Эйзек, более не скрываясь. Граф побледнел и вжался в кресло, ужаснувшись тому потоку ненависти, что ядовитым маревом разлился в зеленых глазах его рыжеволосого гостя. Рот старика раскрылся, чтобы позвать стражу, но… Метательный нож вошел в горло почти по рукоятку. Граф захрипел, захлебываясь собственной кровью.

– Тогда, двадцать пять лет назад, я мог бы быть среди тех несчастных детей… Но мне было двенадцать… Наверное, меня спасло только это… Глупо спрашивать, помнишь ли ты маленькую девочку с золотыми волосами по имени Рин, кудрявого улыбчивого мальчишку Вэя и черноволосую стеснительную Сью из маленькой деревушки Соттерхейм. Сдохни, тварь…

Граф Гарракт осел на пол, вываливаясь из кресла. Пальцы перестали загребать ковер, глаза застыли, смотря в одну точку. Эйзек бросил взгляд на окно. Нужно было убираться отсюда!

Мужчина вскочил на подоконник, примерился к довольно толстой ветке дерева, спрыгнул, зацепившись за нее руками. Качнулся, поставил ноги на нижнюю ветку, а потом спрыгнул на вымощенную камнями дорожку.

– Уезжаем! Быстро! – бросил Эйзек кучеру, заскакивая в карету. Щелкнул кнут, и кони быстро понеслись к воротам. Мужчина снимал с себя дорогие одежды, надевая простые штаны и рубаху, какие обычно носили местные крестьяне.

– За нами погоня! – прокричал один из рыцарей. Эти ребята были просто наемниками, нанятыми как раз на такой случай.

– Мы их задержим!

Всадники отстали, разворачивая коней. Азрет бы назвал весь этот безумный план безрассудным. Это был даже не план… А нечто полу спонтанное… Эйзек всегда действовал именно так. Изначально убивать графа Гарракта он не собирался. По крайней мере, сейчас. Но дать этой твари прожить хоть еще секунду… Нет! Эйзек сжал зубы. Это было выше его сил!

Слуга нагнулся к окошку кареты.

– Нас догоняют, господин. Около десятка всадников.

– Правь к лесу! – приказал Эйзек, чертыхнувшись. Ведь знал же, что у графа хорошая охрана!

На опушке Эйзек выскочил из кареты, скрываясь в спасительной зелени. Верхом здесь не пройти. Местность он знал довольно хорошо. Почти два года обшаривал ближайшие города, села, публичные дома и рудники… Азрет приказал найти в Эргране всех мелингорцев, проданных когда-то в рабство и вернуть на родину. За два года Эйзеку удалось отыскать почти семьдесят человек. Измождённые, искалеченные, и телом, и душой… Забыть их лица и глаза невозможно. Они были счастливы обрести свободу, недоверчиво слушали истории о новом Мелингоре, о том, что их родной страной правит человек неблагородных кровей. Такой же, как они сами.

Эйзек ловко перепрыгнул через поваленное дерево. Позади послышались крики и топот ног. Похоже, преследователи сдаваться не собирались. В дерево справа от Эйзека воткнулась стрела с белым оперением.

– Твою ж мать! – выругался Эйзек, виляя между деревьями. Если ему удастся добраться до ближайшего поселения, то он спасен. Слиться с толпой – это то, что Эйзек умел делать лучше всего. Но до города еще добраться надо… живым…

Очередная стрела воткнулась в землю у самых ног. Хорошо, что эти ребята стреляют не так хорошо, как Ен. Эйзек обернулся. Пять… Семь… С луком двое! Черт!

Мужчина прильнул спиной к дереву, в ладонях мгновенно возникли метательные ножи. Эйзек выглянул из-за своего укрытия, швырнув один из клинков. Лезвие пробило кожанку, прошло между ребрами в самое сердце. Лучник рухнул на колени, а потом распростерся на земле всем телом.

Второе лезвие чиркнула по железным нагрудным пластинам, отрекошетило в сторону. Эйзек выругался, швырнув вдогонку еще одно. Есть! Клинок глубоко зашел в грудь, заставляя лучника согнуться пополам.

Эйзек снова побежал. Теперь дальних атак можно было не бояться.

– А ну стой! – раздался крик за спиной.

– Ага, счас! – буркнул Эйзек.

Нога зацепилась за какой-то корень, и рыжеволосый разведчик кубарем полетел вниз, скатившись с небольшого склона. Преследователи быстро и аккуратно спускались следом. Эйзек вскочил на ноги, пропрыгал пару шагов, прихрамывая. Его догнали…

Пальцы судорожно перебирали рукоятки ножей. При самом удачном раскладе, ему удастся уложить двоих. Останется еще трое…

Эйзек бросил один из ножей, за ним – второй. Воин, что стоял справа, повалился на землю, со сдавленным стоном. А вот другой попытался увернуться. Лезвие чиркнуло по левой руке.

Эйзек выхватил из ножен меч и снова побежал, отшвырнув с дороги одного из преследователей сильным ударом. Нога побаливала, замедляя темп. Вскоре преследователям удалось окружить Эйзека.

– Ну все, добегался! – усмехнулся один из воинов, играя желваками.

– Ага! – ответил Эйзек, растянувшись в широкой улыбке. Из его левого рукава выскользнул еще один метательный нож и тут же был направлен в сторону врага. Воин рухнул на колени, схватившись руками за место, куда вонзилось лезвие, а потом бездыханно повалился ничком на землю.

– Убейте эту тварь!

Оставшиеся трое рванули к Эйзеку. Меч чуть не снес рыжую голову, глубоко вонзившись в дерево. Эйзек тут же воспользовался моментом, заехав сапогом по чьей-то морде, параллельно отбывая удар мечом со стороны второго нападавшего. От третьего пришлось уворачиваться и снова бежать.

Его догнали через пару метров. Эйзек развернулся отбивая удар мечом, но второй клинок полоснул его по левому боку. Мужчина упал, откатился в сторону, уклоняясь от меча, что тут же вспорол землю в том месте, где секунду назад была его грудная клетка.

Быстро вскочив на ноги, Эйзек отбил еще два удара. Чертыхнулся, заметив, что третий воин с разбитым носом, почти нагнал их. С тремя он точно не справится. Нужно избавиться хотя бы от одного.

Выбрав удачный момент, Эйзек проткнул одного из преследователей насквозь, но это едва не стоило жизни ему самому. Лезвие увязло в теле врага. Эйзек с трудом ушел от удара меча, левую руку болезненно садануло. Зато правый кулак уверенно впечатался в лицо обидчика. Раздался хруст ломающихся хрящей. Эйзек рванул на себя застрявший в трупе меч, намереваясь добить дезориентированного на время врага, но его удар был отбит. Третий воин все же подоспел вовремя. Эйзека прижали к дереву. С трудом отшвырнув от себя меч нападавшего и увернувшись от его удара, рыжий перешел в контратаку, но оба его выпада были отбиты.

Лезвие меча вспороло рубаху Эйзека на груди, оставляя неглубокий порез на коже. Парень вовремя отшатнулся назад и тут же ударил в ответ. Лезвие вошло в живот охранника графа. В это мгновение подоспел последний из выживших воинов. Эйзек отбил его удар, но пропустил второй. Поврежденная нога не позволила увернуться достаточно быстро, и вражеское лезвие оставило глубокую рану на правом боку. Эйзек пошатнулся, падая, сдавленно выдохнул, его меч прошел снизу вверх. С такой позиции обычно не атакуют. Удар получился недостаточно сильным и вряд ли причинил бы врагу особый вред. Но воин, решивший добить Эйзека, сам напоролся на клинок, устремившись к падающему противнику. Грузное тело, насаженное на меч, придавило Эйзека к земле. Отдышавшись немного, мужчина с трудом скинул с себя труп и снова развалился, раскинув руки и тяжело дыша.

Чтобы подняться, пришлось приложить немало усилий. Оторвав от рубахи одного из нападавших несколько лоскутов, Эйзек перевязал кровоточившую рану на правом боку. Остальные были не опасны. Прихрамывая и чуть пошатываясь, мужчина побрел в сторону селения. Нужно было обработать раны и раздобыть одежду. На этой слишком много крови. Привлекать внимание не стоило.

***

Пару часов спустя.

Эргран. Поместье графа Гарракат.


– Как он выглядел? Вы ведь видели его? – допрашивал привратника и слуг графа Гарракта начальник городской стражи Ксулл Хас. Слуги беспомощно переглядывались. Как бы странно это не звучало, никто из них не мог вспомнить лица гостя графа.

– Как такое возможно вообще?! – орал Ксулл в бешенстве, но слуги лишь беспрестанно кланялись и втягивали головы в плечи, затравленно смотря на здоровенного стражника с густой черной бородой и черно-карими глазами-углями.

– Не иначе магия, господин, – предположил один из стражников, сопровождавший Хаса.

– Мы нашли на дороге и в лесу тринадцать трупов. Десять из них – охрана графа, трое – наемники, что сопровождали убийцу. У леса брошенная карета и лошади. Слугу и кучера не нашли. Скорее всего, сбежали. Наш следопыт сказал, что убийца ранен и сильно хромает. Думаю, стоит поискать в селе Тихие ручьи. Оно ближайшее к лесу, – доложил капитан Аргус.

– Там почти шесть тысяч жителей, – недовольно буркнул Хас. – Ладно, выдвигаемся!

***

Эргран

Селение Тихие ручьи.


Эйзек устроился в кустах, отстегнул меч и ножны для метательных ножей, спрятал в траве и, пошатываясь, вышел из леса.

– Святые угодники! Что с вами случилось?! – подбежал к раненому довольно шустрый дед, крепкий и коренастый, с чуть поблекшими серыми глазами и приличной лысиной.

– На меня напали грабители. Все забрали: деньги и корову, которую вел на рынок в город. На силу ноги унес… – на ходу сочинял Эйзек, умело изображая жертву.

– Вот несчастье! Пойдем скорее! Доктора у нас нет. Но тетка Дайниш любого доктора за пояс заткнет. И заштопает, и травку нужную даст, и сто грамм нальет. Идем, идем! – говорил дед, закидывая руку Эйзека себе на плечи.

Дайниш оказалась женщиной лет сорока пяти. И теткой ее назвать язык никак не поворачивался. Ухоженная, стройная, с красивым лицом, голубыми глазами, темно-русыми волосами, мягкой улыбкой на идеально очерченных губах. Хотя Эйзек и не был охотником до женщин, что были старше его, но в Дайниш было что-то невообразимо притягательное… Впрочем, разведчик был совершенно уверен, что некрасивых женщин не бывает. Он в каждой мог найти что-то волнительное, очаровательное, сексуальное или просто милое. Может, поэтому ни одна из них никогда особо не сопротивлялась его обаянию.

Дайниш умело заштопала рану на боку, смазала пахучей зеленой мазью.

– По твоим следам люди идут, – сказала вдруг Дайниш, не поднимая глаз. – Да и на крестьянина ты не похож…

Эйзек удивленно вскинул бровь.

– Тебе лучше уйти. Лица твоего никто не вспомнит, а имени никто не спрашивал, – продолжала женщина, забинтовывая остальные раны.

– Вы… как вы..?

– Не все ли равно? Я вижу на твоих руках много крови… Но также вижу, что сердце твое не почернело. А потому дам тебе совет: иди за соловьем и лилией.

– Что? – удивленно переспросил Эйзек.

– Больше я тебе ничего не скажу, – проговорила Дайниш, всунув в руки мужчины его рубаху и выпроваживая его за дверь.

– Вот же… – буркнул Эйзек. Заприметив на скамье деда, что довел его до дома знахарки, мужчина махнул рукой.

– Подлатали? – крякнул довольно дед.

– Ага, – улыбнулся Эйзек. – Спасибо! Мне б одежду новую…

– Это мы могем. Пойдем! Рубаха, она всегда найдется.

Новая рубаха села хорошо, а старую, со следами крови Эйзек бросил в печь. Нужно было дождаться, пока догорит, но рыжий нутром чуял, что нужно убираться из деревушки. Закрыв заслонку, Эйзек быстро вышел из дома старика, забрал припрятанное оружие и растворился в лесу.

***

Пару часов спустя.

Деревня Тихие ручьи.

– Мы опросили жителей. Несколько человек видели раненого мужчину. Женщина по имени Дайниш зашила его раны. После этого убийца ушел. Его лица вспомнить никто не смог.

Ксулл окинул взглядом окрестности села. Отсюда можно было уйти только на юг. В город Шаргит. И как его там найти? Ни примет, ни лица, ни имени… Ничего! Совсем ничего… Да кто это парень, черт побери?!

Хотя… Ксулла вдруг осенила идея. Вполне могло сработать!

– У той женщины осталось что-то с его кровью? – спросил Хас.

– У Дайниш ничего нет, но в печи одного деда я нашел лоскут обгоревшей рубахи со следами крови. Видимо, преступник пытался замести следы. Что вы задумали? – поинтересовался Аргус.

– В Шаргите есть один сильный маг. Думаю, он без труда найдет нашего беглеца…

## Глава 2. Старые раны и начало пути

ЧАСТЬ 1. НИКОГДА НЕ СДАВАЙСЯ!


Франфир – столица Мелингора.

Замок короля Азрета.


– Шах и мат, леди Аннет, – насмешливо проговорил король Азрет. Фигура белого короля была бесцеремонно сброшена с шахматной доски черным ферзем. Герцогиня Бьяри вздрогнула, нехотя оторвала взгляд от поверженной фигуры. Синие глаза, с застывшей в них обреченностью, встретились с серыми глазами мужчины. Губы короля Азрета медленно растянулись в торжествующей улыбке. Аннет невольно сравнила это движение мышц лица с неспешно вынимаемым из ножен кинжалом. Так вот как чувствует себя бабочка, оказавшись в лапах паука! Она сама предложила Азрету эту шахматную партию, чтобы получить хотя бы маленький шанс развернуть ситуацию в свою сторону. Но… Аннет вдруг поймала себя на мысли, что ей очень нравится этот невероятно красивый мужчина с иссиня-черными волосами, холодными стальными глазами и восхитительным телом воина. Герцогиня Бьяри встряхнула белоснежной копной волос, прогоняя наваждение, но оно никуда уходить не собиралось. Взгляд Аннет, казалось, прилип к этому человеку. Ей нравилось даже просто смотреть на него.

– Думаю, настало время поговорить о моем вознаграждении за победу, – промурлыкал Азрет, скользя взглядом по изящной нежной шее и еще более интересным женским прелестям, спрятанным под роскошным пышным платьем. Он с легким сожалением подумал, что наряды герцогини всегда слишком закрытые.

– Ваши первоначальные условия ведь не сильно изменились? – обеспокоенно и напряженно спросила женщина, поймав взгляд короля.

Азрет снова улыбнулся своей дьявольской улыбкой.

– Я не бросаю слов на ветер. Мне нужна… железная руда из ваших северных шахт по названной мной цене… Минус еще сто золотых с каждой поставки раз уж вы проиграли партию.

– Это грабеж! – прошипела Аннет.

– Это называется «взаимовыгодное сотрудничество».

Герцогиня Бьяри фыркнула, но внутренне облегченно выдохнула. На миг ей показалось, что Азрет желает получить нечто совершенно иное в довесок к ее шахтам. Как бы ни был красив, умен и харизматичен этот мужчина, Аннет не планировала терять свою независимость, иначе бы нашла себе мужа сразу после смерти Филиппа Бьяри. Теперь она сама управляла огромным имением, землями и вела прибыльное хозяйство и вовсе не собиралась становиться любовницей короля.

Аннет встала с кресла, намереваясь уйти. Все условия были оговорены, партия – проиграна. Но взгляд женщины вдруг зацепился за шрам на шее Азрета, видневшийся из-под высокого ворота камзола. Почему она раньше его не замечала?

– Откуда этот шрам? – спросила герцогиня прежде, чем осознала, что вопрос слишком личный и бестактный. Насмешливая улыбка Азрета мгновенно стала ледяной, а потом вообще исчезла с лица.

– Слышали когда-нибудь о графе Ракиле?

Аннет побледнела. Ее глаза наполнились ужасом.

– Судя по выражению вашего лица, слышали, – произнес Азрет.


Пятнадцать лет назад.

Мелингор.

Земли графа Ракиля.


Конь сильно хромал, поэтому пришлось спешиться. Азрет осмотрел передние копыта животного. Нужно было заменить подковы.

Воин бросил взгляд на заходящее солнце. Похоже, привезти герцогу Мхану послание до заката не получится. Вдалеке виднелась деревушка. Азрет взял коня под уздцы и неспешно направился к селению.

Деревня оказалась на удивление безлюдной. По крайней мере, так казалось… На улицах не было ни одного человека, плотно задернутые занавески на окнах, а у кого-то – даже закрытые ставни. Однако одинокий путник постоянно чувствовал на себе пристальные взгляды множества глаз. Неприятное чувство.

– Не самое гостеприимное местечко… – пробормотал Азрет, высматривая кузницу.

Впереди показался довольно большой дом. Навстречу воину вышла пожилая худощавая женщина. Ее седые волосы были собраны в пучок, серые глаза смотрели с какой-то странной примесью страха, отчаяния и вины.

– Добро пожаловать в деревню Бордвар, путник, – проговорила женщина, чуть улыбнувшись. – Меня зовут Соха. Я – жена старосты этого селения. Ваш конь хромает, как погляжу…

– День добрый, хозяйка, – поприветствовал Азрет. – Да, переподковать бы…

– У моего брата кузница неподалеку, – проговорила Соха, потом обернулась к полуоткрытой двери в дом. – Орман!

На улицу высунулось лицо мальчишки лет двенадцати с маленькими бегающими серыми глазками.

– Отведи коня этого господина в кузницу. Нужно подковать.

– Да я и сам могу, – улыбнулся Азрет.

– Ночь на дворе. О вашем коне позаботятся. А завтра Орман отведет вас в кузницу. Там заберете коня и отправитесь в путь. А пока, может, зайдете поужинаете с нами? Дом большой… Комната для ночлега найдется, – убеждала женщина.

Азрет задумался. В желудке было пусто со вчерашнего вечера, да и поспать не где-нибудь на соломе в сарае или просто на земле в лесу, а в доме было очень заманчиво. Хотя это место… Воин бросил взгляд на пустынные улицы, посмотрел в глаза Сохи… Это место Азрету не нравилось.

– У вас что-то случилось? Здесь довольно безлюдно.

– Люди боятся незнакомцев. Деревня почти у самой дороги. Сюда часто приходят проходимцы, что готовы вырезать целую семью за двадцать медяков, – грустно ответила Соха.

– Ясно, – Азрет плотно сжал губы. – А вы, стало быть, не боитесь?

– Я довольно стара, – улыбнулась женщина. – Поэтому уже научилась распознавать людей. Ну так что, останетесь?

Азрет подумал еще пару секунд, потом кивнул под требовательное урчание собственного желудка.

В доме путника встретил сам староста. Хромой старик, что кое-как передвигался, опираясь на палочку. В его глазах было такое же странное и необъяснимое чувство вины и отчаяния.

Хозяйка наложила гостю тарелку супа, поставила нарезанный хлеб, вяленое мясо и кружку с киселем. Азрет поблагодарил и с аппетитом накинулся на еду. Давненько он не ел нормальной домашней еды, горячей, вкусной, приготовленной заботливыми женскими руками. Такая еда всегда казалась вкуснее, чем любая другая.

Закончив, Азрет поднялся из-за стола, поблагодарил за ужин… Перед глазами вдруг все поплыло. Азрет удивленно пошатнулся, схватившись за край стола. Взгляд встретился с глазами женщины.

– Прости нас, если сможешь… Мы просто защищаем свою деревню и ее жителей. Либо ты… либо кто-то из нас…

***

Азрет с трудом разомкнул веки. Каменный пол, освещенный светом факелов… Голые ступни отчетливо ощущали холод… Изображение поплыло, к горлу подступила тошнота. Азрет закрыл глаза.

Запястья рук сильно болели, и все тело затекло. Парень пошевелил пальцами рук. Похоже, он несколько часов находился в вертикальном положении и к тому же был прикован к стене.

Азрет снова открыл глаза. Так и есть. На запястьях были кандалы, впаянные в стену. Кожа под ними посинела и отливала багровыми кровоподтеками. Если повисеть на собственных запястьях еще пару часов, можно остаться без рук… Азрет выпрямился, нащупав обнаженными ступнями опору. Рукам стало чуть легче. Остальные части тела не болели, значит, целы. Правда, из одежды на парне остались только штаны.

Азрет осмотрелся по сторонам, с мрачной уверенностью делая вывод, что находится в камере пыток. Разнообразие инструментов здесь было таким, что принцип действия большинства из них Азрет представлял себе очень смутно.

Скорее всего, это поместье графа Ракиля. У герцога Мхана с этим человеком нет никаких дел… Но тогда почему схватили? Перепутали с кем-то? Вряд ли… Нашивка с фениксом на плече сразу бросается в глаза. Вряд ли люди графа не знают герб Мхана. Что тогда вообще происходит?

Послышался скрип открывающейся двери. В темное помещение пыточной вошел богато одетый мужчина лет тридцати пяти. Азрет вглядывался в его мутно-зеленые глаза и мерзкую улыбочку, в попытке найти какое-то объяснение тому, что он стал пленником.

– Ваша Светлость, очевидно, произошла какая-то ошибка. Я – человек герцога Мхана, – сообщил капитан.

– Да мне плевать, – растянулся в жутковатой улыбке граф, – Вряд ли герцог заметит, если пропадет одна из его собак.

Тонкие аристократические пальцы взяли железный прут и опустили его в огонь, с маниакальным восторгом и предвкушением наблюдая, как до бела раскаляется металл.

– Продержись подольше, хорошо? Ты молод и силен. Я рассчитываю поиграть с тобой минимум неделю. Не бойся, сегодня не будит ничего слишком страшного. Все самое интересное я оставил напоследок!

Азрет с ужасом наблюдал за раскаленным прутом, что приближался к нему. Побелевшее от жара железо коснулось кожи, плавя ее, въедаясь в тело. Послышалось шипение, комнату заполнил неприятный запах горящей плоти. Азрет дернулся и закричал. Казалось, боль наполнила каждую клеточку тела, выплеснулась через край, утопив в себе все сущее. Не осталось никаких мыслей, все заполнили боль, ненависть и страх.

***

Сколько часов длился этот ад? Казалось, целую вечность. Азрет с трудом открыл глаза. Кажется, он лежал на полу. Тело словно превратилось в один большой кусок мяса, с которого содрали кожу. Азрет попытался пошевелиться, но получилось лишь чуть дернуть пальцами левой руки. Мозг отказывался посылать сигналы изувеченному телу. Страшно хотелось пить, губы потрескались и пересохли, во рту стоял отвратительный привкус крови.

Дверь в пыточную медленно открылась. Тело Азрета инстинктивно сжалось в комок. Он ненавидел себя за это. В его сердце была злость и желание уничтожить того, кто был способен пытать человека без какой-либо причины. Просто, чтобы получить от этого какое-то извращенное удовольствие. Меньше всего на свете Азрет хотел испытывать страх. Взгляд выхватил из сумрака комнаты подол простого платья и плетеную обувь. Девушка опустилась на колени рядом с лежащим юношей, осторожно перевернула его на спину. Азрет застонал, скривился от боли.

– Я принесла воды. Пожалуйста, выпейте… Скорее! – девушка обернулась с опаской на дверь. Холодная узкая ладошка скользнула под затылок Азрета, к пересохшим губам прильнула кружка с водой. Юноша жадно пил, захлебываясь и проливая драгоценные капли на холодный камень.

– Вы очень похожи на мальчика, которого я знала в детстве… Но я уже не помню, как его звали…

Голова Азрета вновь опустилась на пол. Глаза цвета стали с трудом фокусировались на бледном худощавом лице с испуганными синими глазами, цеплялись за пшеничные косы.

– Освободи меня, – прохрипел Азрет.

– Я… Я не могу! – испуганно зашептала девушка, вскакивая и убегая прочь. Потом была темнота, похоже, Азрет вновь потерял сознание от боли.

Его разбудил звук ключа, испуганно ворочающегося в железном замке. Юноша открыл глаза. Все та же девушка, всхлипывая от страха и утирая слезы, снимала с него кандалы, а потом помогла подняться.

– Пожалуйста! Скорее! Поторопитесь! Стражи пока нет, но они очень скоро вернуться! Я выведу вас потайным ходом. У графа пир. Он не придет в пыточную до утра. Прошу вас, скорее!

Азрет до хруста сжимал зубы, с трудом переставлял ноги, превозмогая боль, еле сдерживаясь, чтобы не застонать. Капитан почти не запомнил дорогу, которой он шел за своей спасительницей. Какие-то бесконечные темные коридоры, потом подземный ход, где нужно было идти, согнувшись пополам. Девушка раздвинула полог лиан, за которыми прятался выход из подземного тоннеля. Азрет вздрогнул от холодного ветра, раны, казалось, заболели еще сильнее.

– Чуть дальше стоит привязанная лошадь. Это все, что я могу сделать для вас. Пожалуйста, уходите! Скорее! – проговорила девушка.

– Ты… остаешься? – удивленно спросил Азрет. – Пойдем со мной! Ты не можешь здесь оставаться. Это страшное место! И если граф узнает, что ты сделала…

Девушка помотала головой.

– Я не могу… Если сбегу, вся моя семья… Я не могу! Уходите! Пожалуйста! – взмолилась она, порываясь уйти. Азрет схватил ее за руку.

– Скажи хотя бы свое имя…

– Яшна…

– Спасибо, Яшна… Я вернусь сюда. С армией. Клянусь! Я сравняю это место с землей! Ты будешь свободна…

Девушка вырвалась, сунула в руки Азрета плащ и горько улыбнулась. Не поверила… А потом скрылась в тайном проходе.

***

Несколько часов спустя.

Лагерь герцога Мхана.


Натан осторожно стер пот со лба Азрета. Капитан был без сознания, метался во сне, сжигаемый жаром и лихорадкой. Маг обработал раны целебными травами, наложил повязки, влил в полураскрытый рот больного, какое-то зелье. Оставив на лбу Азрета мокрое полотенце, Натан вышел из комнаты. В коридоре обеспокоенно топтались Эйзек, Дейл, Ксандр и Ен.

– Как он? – спросил Ксандр.

– Не очень хорошо. У него жар.

– Кто мог напасть на него? Люди графа Вапра? Их лагерь вроде дальше, – размышлял Эйзек.

– Это не просто раны, – поджал губы Натан. – Это следы пыток. Удивительно, что он не потерял сознание по дороге и не свалился с лошади.

– Что?! – в голос удивленно переспросили парни.

– Где же он побывал? – тихо произнес Дейл.

Азрет проснулся посреди ночи, в голове и во всем теле ныла тупая боль. Юноша пошевелился, медленно сел в кровати, соображая, где он вообще находится. В кресле в углу комнаты, кто-то спал. Эйзек… Азрет облегченно вздохнул. Значит, ему не приснилось, он все-таки добрался до лагеря. Капитан осмотрел собственное тело, перемотанное повязками, нахмурился. Как долго будут заживать эти раны? Месяц? Два? Сколько времени понадобится, чтобы его тело полностью восстановилось?


"Я вернусь сюда! С армией! Клянусь! Я сравняю это место с землей!"


Азрет скрипнул зубами. Какие громкие обещания! Не слишком ли много он взял на себя? Собирается убить дворянина, используя людей герцога? Совсем с ума сошел?!

Капитан бросил взгляд на спящего друга, потом на дверь. Осторожно встал с кровати. Перед глазами тут же все поплыло. Азрет закрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов, впившись рукой в стол, кое-как добрел до шкафа, медленно натянул на себя рубаху.

Ночной воздух немного освежил голову. Азрет бросил взгляд на башню волшебницы Кауны – наставницы Натана.

Подъем по винтовой лестнице дался капитану с трудом. Собственная слабость злила настолько, что хотелось выть, поэтому Азрет продолжал упорно идти, шатаясь, скребя пальцами стены, задыхаясь и лишь усилием воли удерживая перед глазами уплывающую картинку реальности. Юноша толкнул тяжелую дверь и вошел в комнату, заставленную книжными шкафами. У одного из них спиной к выходу стояла высокая худощавая женщина с высоким хвостом темно-русых волос, одетая в бардовую длинную мантию.

– Зачем явился? – каркнула волшебница, не оборачиваясь. – Полуживому куску мяса полагается отлеживаться и зализывать раны, а не шляться по округе!

– Вы ведь можете ускорить восстановление моего тела? – спросил Азрет, не обращая внимания на враждебный тон волшебницы. Кауна резко развернулась, устремив на гостя колючий взгляд зеленых глаз.

– Почему я должна тратить на тебя драгоценное зелье?! Через пару месяцев будешь абсолютно здоров!

– Это слишком долго, – продолжал невозмутимо настаивать на своем Азрет.

Кауна фыркнула и отвернулась, всем своим видом демонстрируя, что разговор окончен.

– Мне всегда было интересно, почему вы меня недолюбливаете? Наши пути ведь даже никогда не пересекались, – поинтересовался капитан. Уходить он явно не собирался. Ведьма, вновь повернулась к собеседнику, и взгляд ее не сулил ничего хорошего.

– Думаешь, я не знаю, что за мысли копошатся в твоей голове?! Они, точно крысы, что разносят чуму! Я вижу твой Путь! Он багрово-алый! Рано или поздно ты ступишь на него и поведешь за собой других. И среди них будет Натан – мой ученик! Из-за тебя и его руки будут по локоть в крови! Это закроет для него многие пути и источники силы! Ты утопишь в крови не только своих врагов, но и его талант! И пусть знамена в твоих руках будут знаменами благой цели, но суть это не меняет! – почти орала Кауна. Воздух вокруг нее искрился и клубился серым маревом. Азрет с опаской наблюдал за этим движением Силы, опираясь одной рукой на дверной косяк.

– Я совершенно не понимаю, о чем вы говорите, – ответил юноша. – Но в одном вы правы, сейчас мне нужно восстановить свое тело, чтобы убить одно чудовище. И это не только месть. Вы ведь знаете, где я был, верно? Как думаете, скольких людей эта тварь замучила до смерти до меня? А сколько будет после? Но знаете, что это самое страшное? Нет! Он не только убивает, он превращает других людей в таких же монстров, как и он сам! Они готовы вылавливать ему для потехи путников, лишь бы только самим не стать добычей! Вот где на самом деле живет чумная крыса, а не в моей голове! Не вижу ничего плохого в том, чтобы раздавить эту тварь!

– Кто ты такой, чтобы судить и выносить приговор! Только высшие силы решают…

– Это вы – маги, отрешаетесь от сущего, предпочитая молчать, даже когда видите, как под ногами твориться кромешный ад! – взорвался Азрет. – Я не стану молчать! Я не стану смиренно склонять голову перед теми, кто для развлечения убивает одних и крадет души других! Я не стану уповать на волю высших сил, в надежде, что однажды они снизойдут до нашего мира, что уже почти захлебнулся в крови! Пусть лучше эти силы накажут меня за мои грехи, за то, что осудил на смерть тварей, что ходят по этой земле, притворяясь людьми! Пусть я окажусь не прав, но умру с осознанием того, что сделал все, что мог!

Азрет тяжело дышал. Лихорадка давала о себе знать, но он продолжал смотреть в лицо волшебницы, абсолютно уверенный в каждом сказанном им слове. Кауна, закусила губу, смотря, как кроваво-алый Путь в судьбе этого мальчишки становится четче. Похоже, сама того не желая, она подтолкнула Азрета к тому, отчего хотела отвратить.

– Я могу лишь обещать, что сделаю все, чтобы уберечь Натана от того, что может ему навредить, – устало проговорил юноша. – Именно поэтому я пришел к вам, а не его попросил мне помочь. Я знаю, что у этого зелья есть побочные эффекты и знаю, что Натан мог бы попытаться что-нибудь сделать с этим, пусть даже и во вред себе.

Кауна поморщилась. Резко схватила с полки какой-то бутылек и поставила на стол, вновь демонстративно отвернувшись. Азрет выдохнул облегченно, взял зелье.

– Благодарю…

– Я бы на твоем месте не стала это пить! – фыркнула Кауна. – Иначе тебе до конца своих дней будет сниться то, как ты получил эти раны.

Азрет невольно вздрогнул, посмотрел на затылок волшебницы, потом на злосчастный бутылек.

– Думаю, мне бы и так это снилось, даже без зелья…

***

Грузная круглолицая фигура в дорогих одеждах утопала в подушках и бархате кресла. Герцог Мхан внимательно изучал темноволосого юношу с бледным лицом и удивительными глазами цвета стали.

– Граф Ракиль прекрасно знал, что я – Ваш человек, но сказал, что ему на это плевать. Я решил, что обязан сообщить Вам об этом, ибо считаю, что слова и действия графа свидетельствуют о неуважении к Вам, господин, – опустив голову, проговорил Азрет.

– Хитрый змееныш, – хрипло засмеялся Мхан. – Будь я чуть глупее и тщеславное, то даже бы купился на это! Хотя, признаюсь, поступок графа Ракиля для меня, как рыбья кость в горле. Тебе ведь нужны солдаты, верно?

– Да, господин.

– Как ты выбрался?

– Мне помогли. Одна из служанок графа…

Мхан снова хрипло засмеялся.

– Женщины! Удивительные создания, не правда ли? У них совершенно нет чувства самосохранения…

Азрет молча смотрел в пол.

– Я дам тебе солдат, но… Ты можешь взять только свободных и лишь тех, кто захочет пойти с тобой. На вас не должно быть знаков отличия и гербов. Если вы погибните или попадете в плен, никто не должен связать ваши жалкие тушки со мной. Тебя ясно? И еще. За каждого убитого солдата я вычту из твоего жалования по стоимости здорового взрослого раба. И твои любимчики: Эйзек, Ксандр, Ен, Дейл и Натан – останутся здесь на случай, если ты решишь исчезнуть или умереть. Если что, именно они расплатятся по твоим долгам. Все еще хочешь пойти?

Азрет замешкался, но потом кивнул, хмуро сдвинув брови. Умирать он не собирался. После визита к Мхану, капитан направился прямиком к Натану.

– Ты умеешь делать зелье разведения огня? – спросил Азрет, ввалившись в башню.

– Зачем тебе такая бесполезная штука? – удивился Натан. – Им никто никогда не пользуется. Проще из камня высечь или огниво купить. Зелье всяко дороже выходит и на один раз.

– Так умеешь или нет?

– Умею.

– А можешь сделать, чтобы оно не просто воспламенялось, а взрывалось?

Натан подозрительно сощурился.

– Что ты задумал?

– Меньше будешь знать, крепче будешь спать, – ответил капитан. – Считай, что это вызов твоему таланту волшебника.

– Ну, в принципе, это возможно… Так… Где-то у меня тут стояло готовое одно…

Натан стал рыться в ящичках стола и на полках книжных шкафов.

– А вот! – воскликнул радостно маг, показывая Азрету стеклянный бутылек по размеру чуть больше наперстка.

– Если сюда добавить это… – Натан вытащил пробку, засыпал в бутылек несколько маленьких кристалликов какого-то черного порошка. Подумал немного, добавил еще чуть-чуть, осторожно перемешал. Жидкость из оранжевой превратилась в сиреневую.

– Пойдем, испробуем! – загорелся волшебник и первым почти вылетел из комнаты. Через пару минут Натан и Азрет оказались на улице. Маг швырнул бутылек в ближайший камень. Тонкое стекло разбилось, в воздух взметнулось пламя, расплевывая в разные стороны искры. Натан испуганно отскочил назад.

– К-кажется, я переборщил… – заикаясь, сказал побледневший волшебник.

– Нет, в самый раз, – ответил Азрет. В холодных серых глазах отражались языки затухающего пламени. Натан невольно поежился. Иногда, смотря на этого человека, он очень радовался, что Азрет его друг, а не враг.

– А теперь задачка посложнее: мне нужно, чтобы бутылек было сложно разбить…

Натан удивленно моргнул. В его понимании нечто подобное делало зелье совершенно бесполезным.

***

Когда отряд Азрета покинул лагерь, два человека в покоях герцога Мхана вели тихий разговор.

– Мне было интересно, того ли человека ты выбрал себе на замену. У меня были сомнения, потому что этот паренек слишком юн и своеволен. Но его можно держать в узде. Его друзья – лучшие поводья. Сколько человек он увел с собой? – поинтересовался герцог.

– Семьдесят три, господин, – ответил генерал Байер. Мхан удивленно вскинул бровь, он не ожидал, что цифра будет такой большой. Значит, этот мальчишка уже успел завоевать сердца многих солдат. Герцог рассмеялся:

– Очень не плохо! Что ж, посмотрим, это отличный способ проверить, сможет ли он управлять армией.

***

Небольшой отряд Азрета разбил лагерь в лесу не далеко от замка графа Ракиля.

– Мы нашли все водостоки и тот потайной ход, о котором ты говорил, – сказал Койн. – Хочешь попасть через него в замок? Довольно рискованно. Мы не сможем завести сразу много воинов, не знаем, сколько охраны в замке и не знаем расположение помещений… Смутно себе представляю, как мы будем захватывать это место.

– Я не собираюсь его захватывать, – мрачно ответил Азет. – Я собираюсь его уничтожить.

– Что? Каким образом? – удивился Шед, держа за шкирку упитанную крысу и щекоча кончиком пальца ее мохнатое брюшко. – Изначально ведь план был другой?

– Был, пока в замке был человек, которого я хотел спасти. Но его там больше нет.

Койн и Шед переглянулись.

– Ты про ту девушку, что помогла тебе сбежать? Она ушла из замка? Ты сегодня утром это ездил узнавать? – спросил Койн.

– Да. Я встретил по дороге слуг, что ехали из замка на рынок. Они рассказали, что граф Ракиль убил Яшну, а до этого мучил несколько часов. Ее обнаженное и изувеченное тело весело на стене замка два дня. Я опоздал… У меня больше нет причин оставлять здесь в живых хоть кого-то. Здесь нет людей. Есть лишь те, кто ими притворяется.

– Тогда какой план? И зачем мы с собой тащили этих грызунов? Мне очень интересно, зачем ты сказал каждому из нас поймать по крысе и привезти с собой? – поинтересовался Шед, тряхнув крысиной тушкой. Зверек изворачивался и клацал зубами, но не мог вырваться из цепких пальцев.

Азрет вытащил из сумки коробку, показывая ровные ряды стеклянных шариков с ниточками. Они больше походили на круглые прозрачные колокольчики с сиреневой жидкостью.

– Проповедь госпожи Кауны о чумных крысах натолкнула меня на одну мысль… В этих сосудах взрывающееся зелье. Мы привяжем их к крысам и ночью запустим эту живность в замок через все щели. Крысы явление обычное. Никто особо не станет обращать на них внимание. А "взрывные колокольчики" в темноте вряд ли кто-то разглядит. Со мной и вами двумя у нас семь капитанов. Крысами займемся сами и запустим в замок тоже сами. Когда вернемся в лагерь герцога, никто не должен узнать, как было организовано нападение. Не хочу, чтобы в будущем Мхан использовал это в своих целях. И кстати, насчет случайного взрыва можете не беспокоиться. Это стекло заколдовано, разобьется только по магическому "приказу". Я отдам его в 4 утра. Это час самого крепкого сна, и к этому времени крысы уже разбредутся по всему замку. Нам останется лишь добить тех, кто будет пытаться сбежать от огня…

***

Наши дни.

Франфир – столица Мелингора.

Замок короля Азрета.


– Я в первый раз в жизни увидел, как плавится камень, – произнес Азрет. Перед его глазами стояла дикая пляска огня, люди, выбегающие из замка с обезумевшими от страха глазами. Многие были в одном исподнем. Среди них был и сам граф Ракиль. Но снаружи беглецов ждало не спасение, а мечи армии Азрета. Замок выгорел почти дотла, воины перешагивали через обугленные тела, некоторым посчастливилось найти в комнатах оплавленные драгоценности. В этом сражении Азрет не потерял ни одного воина.

– Теперь я знаю, что случилось с графом Ракилем, – сказала Аннет, вспоминая разрушенный замок и части тела графа, развешанные на воткнутых в землю копьях, – Он встретил вас. Я была в тех местах сразу после того, как там побывала Ваша армия. Мне всегда было интересно, что же там произошло, а еще мне было интересно, куда подевалась голова графа?

– Я подарил ее Сохе и ее мужу. Нас кормила тогда вся деревня. Так вкусно мы давно не ели! Правда, я думал, что старушку удар хватит, когда она увидела меня во главе целой армии. Решила, что я и Бордвар заодно сожгу.

– Вы – страшный человек, Ваше Величество…

В сапфировых глазах леди Аннет было восхищение, уважение. страх и что-то еще, что-то неуловимое и приятное, отчего по телу короля вдруг прошла волна жара и возбуждения. Глаза Азрета засветились опасным огнем, который был тут же замечен бдительной обладательницей сапфировых глаз. Герцогиня напряглась, понимая, что сейчас короля удерживает только данное ей много лет назад слово. И не была уверена, что сможет… что захочет сопротивляться, если Азрет все же решит нарушить это обещание.

На подоконник вдруг села хрустальная сова, влетев через открытое окно. Захлопала крыльями. Напряжение, зависшее в комнате, резко спало.

– Вестник… Говорят, это существо служит только истинному правителю, избранному волей высших сил, – сказала Аннет, разглядывая волшебную птицу.

Азрет безразлично пожал плечами.

– Для меня это существо, что-то вроде домашнего питомца. Я никогда не считал его чем-то особенным и никогда не стремился владеть им. Он – магия, а магия непредсказуема и, порой, нелогична. Я привык полагаться на себя и верных мне людей. Я никогда не буду следовать воле высших сил или чего-то подобного. Я иду своим путем. И этот путь я создаю сам.

Аннет усмехнулась.

– Кстати, среди некоторых дворян есть те, кто напоминает другим о пропавшем принце Инасе. Вас это не беспокоит? Еще во время свержения короля Кассида я была уверена, что этот мальчик может стать проблемой для Вас.

– Не беспокойтесь об этом, леди Аннет. Нет таких проблем, которые я не могу решить. Может, еще партию в шахматы? – улыбнулся Азрет.

***

Натан задумчиво листал книгу с заклинаниями, вчитываясь в древние символы. В зеркало, висевшее на стене, постучали с другой стороны. Волшебник оторвал голову от книги.

– Дейл!

– Привет! Ну что Азрет сказал?

– Сказал, чтобы ты внимательно следил за всем, но никуда особо не лез. Если это переворот, то в одиночку ты все равно не сможешь что-либо сделать, только подставишься и, почти наверняка, погибнешь. Почуешь, что пахнет жареным, сразу возвращайся. Если получится, узнай, кто за всем этим стоит, а дальше Азрет сам разберется, – ответил Натан, передав слова короля.

– Ясно… Кстати, знаешь, что это такое? – Дейл развернул сложенную в несколько раз бумажку, показывая магу одно единственное слово, написанное на незнакомом воину языке.

– Remedim, – прочитал Натан, потом усмехнулся, – Что это за умник писал? Букву пропустили. Должно быть remedium.

– Так что это?

– Противоядие общего спектра. Расщепляет соединения почти всех ядов естественного происхождения. Типа яда змей, пауков, растений. Но абсолютно бесполезно против магических ядов.

– И что, эта штука редкая или дорогая? Насколько сложно достать это зелье.

– Да нет, – пожал плечами алхимик.– В любой лавке продается.

– Ничего не понимаю, – нахмурился Дейл.

– Хотя… В Гисараде, думаю, его достать сложно, – задумался Натан.

– Почему?

– В этой стране с магией и алхимией не так все просто. Не знаю с чем это связано, но наставница Кауна рассказывала, что там волшебники почти полностью теряют свою силу. Если прожить там пару лет, то сила не восстановится уже никогда. Поэтому в Гисараде магов практически нет. А те, что остались – очень слабы либо вообще шарлатаны. Кауна называла этот феномен "подавляющий купол". Сила сохраняется только у артефактов, но заряжать их приходится гораздо чаще и дольше. Магические зелья тоже быстро утрачивают свои свойства. Например, remedium после изготовления в Мелингоре можно будет использовать в течение семи месяцев, в Гисараде – не больше трех недель. Думаю, и на цене это скажется. Кстати, зачем оно тебе?

– Попросили достать.

– Хммм… Если, и правда, собрался искать в Гисараде это зелье, то имей в виду, что подделок и испорченных зелий там очень много.

– Спасибо, учту, – Дейл резко повернул голову вправо, – Кто-то идет…

Связь прервалась.

– Куда это хитрый король отправил своего верного пса? Где-то назревает переворот? – промурлыкал кто-то у ног волшебника.

Натан вздрогнул, бросил взгляд туда, откуда раздался голос. На стол мага запрыгнула гибкая черная кошка и тут же обратилась в хрупкую девушку с черными длинными волосами и желтыми глазами с продолговатыми узкими зрачками.

Маг громко сглотнул, скользнув взглядом по полуобнаженной женской фигуре в тонком, коротком и почти прозрачном черном платье. Натан мог даже различить пленительные ореолы на упругой женской груди. Обнаженные босые ножки свисали со стола, оказавшись прямо между ног волшебника. Эта особа выглядела столь же юной, как и Натан, но ее возраст также было невозможно назвать наверняка. Маг и алхимик герцогини Бьяри – Аскейл Льет.

– Ч-что ты тут делаешь, Аска?! – выдохнул волшебник, заливаясь краской. Обнаженные ступни ведьмочки легли ему на бедра, нежные губки растянулись в довольной ухмылочке. Ей так нравилось дразнить этого симпатичного наивного мага. Он всегда так мило смущался!

– В гости зашла! Нельзя?

– Нельзя! – фыркнул Натан. – Брысь с моего стола!

– Как грубо! – изобразила обиду Аскейл, спрыгивая со стола, и тут же стала с любопытством рассматривать книги и колбы на полках в комнате.

– Что это за древность? – хохотнула она внезапно, схватив золотой амулет с зеленым камнем. – Этот хлам бесполезен. В нем такая примитивная магия!

– Положи на место!

Натан выскочил из-за стола, пытаясь отобрать у ведьмочки артефакт, но та увернулась с легкостью и грацией кошки.

– На столько ценный? Что же в нем такого? – мурлыкала Аска, а потом вдруг взвизгнула, чуть не упав, бросила взгляд на свою правую ногу. Вокруг тонкой щиколотки обернулась золотистая цепь Силы, второй конец которой крепко сжила в руках Натан.

Девушка дернулась, попыталась высвободится из магических оков, но к своему немалому удивлению поняла, что алхимик все же сильнее. Гораздо сильнее… Почему-то это задело. Такой беспомощный и слабый, растерянный и неуверенный на вид, на деле этот человек был магом от Бога. Аска всегда смеялась над ним и все слухи о Натане считала чем-то вроде мифа, рожденного под влиянием тени короля Азрета.

Аска зарычала, а потом… Натан удивленно моргнул, машинально останавливая и сворачивая в тугой комок магическую волну, которая вполне могла бы переломать ему пару-тройку костей.

– Сбрендила! – заорал маг, зло вырвав из рук Аски амулет. Девушка ойкнула. И правда заигралась! Всерьез напала на королевского мага! Вот же дура сумасшедшая! Это ж почти измена! Если леди Аннет узнает… Аска вздрогнула… "Ледяная герцогиня" была очень страшна в гневе.

– П-прости… Я… я не знаю, как так вышло-ааааа-ааааа, – разревелась Аскейл.

Натан растерянно застыл, потом вздохнул. Эта девчонка, как ребенок, в самом деле! Кое-как успокоив и отпоив чаем, маг выпроводил Аску из башни, облегченно выдохнул и упал в кресло. Несколько часов с ней – как одно большое сражение!

Алхимик взял со стола злосчастный амулет, улыбнулся. Не было в нем ничего особенного в этом артефакте. Кроме воспоминаний…

***

Двадцать три года назад.

Мелингор.

Военный лагерь герцога Мхана.


– Что это такое?! Разве так я учил тебя держать меч?! – заорал генерал Байер прямо в ухо. Натан от неожиданности выронил оружие из рук, за что тут же получил удар в челюсть и, не устояв на ногах, расстелился на земле.

– Потерял оружие – считай, что сдох! Сдох – значит, подвел своего хозяина! Герцогу Мхану не нужны бесполезные отбросы, которые только и умеют, что жрать! За два года ты так ничему и не научился! – продолжал орать Байер. – Ты бесполезен, Натан Вейл!

***

Азрет удивленно остановился посреди двора, провожая глазами двух солдат и генерала Байера, ведущих куда-то русоволосого мальчишку. Руки пленника были связаны спереди веревкой. Сутулая худощавая фигура, затравленные янтарные глаза…

– Натан… – прошептал Азрет. Он догнал процессию у самых ворот.

– Куда вы его ведете?

– Что?! Тебе какое дело? – недовольно прорычал Байер. – Герцог приказал продать его в шахты. Шевелитесь! Нам нужно вернуться до полудня.

Генерал махнул солдатам рукой, приказывая идти дальше. Азрет в ужасе застыл. Натан грустно и виновато улыбнулся, кивнул, прощаясь, и снова отпустил глаза.

– Стойте! Не смейте! Он погибнет там! – выкрикнул Азрет. Резкий и быстрый удар в лицо отшвырнул парня назад. Из носа хлынула кровь.

– Что сказал, щенок?! – зашипел Байер, подходя к Азрету и хватая его за волосы. Мальчишка вскрикнул, невольно следуя за генералом.

Байер поволок Азрета к бочке с водой, не обращая внимания на жалкие попытки жертвы высвободиться. Через секунду голова парня погрузилась в воду. Азрет уперся руками в края бочки, рвался из цепких рук, пуская пузыри и захлебываясь. Байер вынул его голову из воды.

– Совсем охренел?! – заорал генерал, снова окуная Азрета в воду. – Утоплю, гаденыш!

– Не надо! – закричал Натан и дернулся было к другу, но солдаты его удержали.

Байер снова окунул, а затем вытащил Азрета из воды и ударом ноги отправил мальчишку на землю.

– Чтоб я больше не слышал подобного! Слово хозяина – закон! Ты меня понял?!

Азрет кашлял и вытирал с лица кровь и воду. Его губы исказила усмешка:

– Вряд ли герцог Мхан будет доволен, когда узнает, что ты продал в шахты мага.

– Что?! – опешил Байер, а глаза Натана удивленно расширились.

– Что за бред?! – очухался генерал. – Думаешь, я поверю?!

– Покажи ему! – сказал Азрет, переведя взгляд на Натана.

– Но… – неуверенно пискнул мальчик, смотря на друга совершенно несчастными глазами.

– Покажи, я сказал! В шахты захотел, придурок! – заорал Азрет. Натан съежился, как от удара, закрыл глаза. Будь, что будет… Веревки на его руках почернели и осыпались гнилой трухой. Юный маг соединил ладони, а потом отдалил их друг от друга. Между его рук завис светящийся белый шар.

– Твою ж мать… – протянул обалдевший Байер.

***

Все тело болело. Казалось, на нем уже не осталось живого места, но это никого особо не волновало. Сероглазый мальчишка продолжал послушно принимать удары, не сопротивляясь, а затем растянулся на полу конюшни, выплевывая кровь. Удар ногой в живот заставил его свернуться в комок и сдавленно застонать. Байер взял парня за подбородок.

– Ты понимаешь, почему я это делаю? – спросил генерал, прищурив глаза.

– Догадываюсь, – хрипло ответил Азрет.

– Это хорошо, что догадываешься. Но я все-таки поясню, щенок. Если в моем лагере что-то происходит, я должен об этом знать. Если я об этом не знаю, значит, в этом кто-то виноват. Если кто-то виноват – он должен быть наказан. Понимаешь?

– Да…

– Вот и славно!

Байер молча вышел из конюшни, оставляя Азрета корчиться от боли на полу.

– Вы, двое! – окликнул генерал двух мальчишек, рубивших дрова. – Позаботьтесь о товарище в конюшне! А то еще сдохнет…

***

Мхан задумчиво погладил кончиками пальцев свои упитанные щеки. Выцветшие голубые глаза с холодным любопытством изучали худощавого мальчишку, стоявшего посреди кабинета герцога. Мальчик неуверенно переминался с ноги на ногу, боясь дышать и не смея даже оторвать взгляд от пола.

– Маг, значит. Интересно… Кауна! – позвал Мхан.

Из темного угла кабинета выплыла фигура в плаще с капюшоном, скрывающим лицо. Натан мог поклясться, что всего секунду назад этого странного человека в плаще в кабинете не было. Да и угол был не на столько темным, чтобы там можно было скрыться от посторонних глаз.

– У него и, правда, есть Сила? – спросил герцог.

Фигура повернулась к Натану. У мальчишки по всему телу побежали мурашки. Его словно разобрали на мелкие кусочки, а потом снова собрали, тщательно рассмотрев каждый из них.

– У него есть Сила, господин, – ответила фигура в плаще женским голосом.

– Прекрасно! – растянулся в довольной улыбке герцог Мхан. – Забирай его! С сегодняшнего дня он твой ученик.

***

Пару месяцев спустя.


Натан нес стопку книг. Ему редко позволялось выходить из башни, поэтому сейчас он с удовольствием щурился на солнце и ощущал ветер в волосах. Со стороны ворот послышался гомон и звук множества сапог. Это возвращались с поля боя отряды герцога Мхана. Натан поспешно отступил назад, пропуская стройные ряды воинов. Здесь были мужчины, юноши и совсем еще дети. Все, кто мог держать оружие и сражаться. Маг провожал глазами потрепанных и раненых воинов, выискивая среди них знакомые лица. Мелькнула рыжая макушка с торчащими в разные стороны патлами, слипшимися от крови, пота и грязи.

– Эйзек! – крикнул Натан, махая рукой.

– О! Гляньте-ка! Наш маг выполз на солнышко! – заржал Эйзек, пихая локтем Азрета. Четверо ребят отделились от строя. Натан был тут же зажат в объятья.

– ЗдорОво! Давненько мы тебя не видели. Думали уже, что старая ведьма съела тебя, приправив лягушачьими лапками, – заржал Ксандр.

– Тише ты! – нервно зашипел Натан, озираясь. – Она иногда слушает, что происходит вокруг!

– Да ну?! – побледнел Ксандр.

– Наш мастер топора, кажись, зассал! – загоготал Эйзек.

– А ну повтори! – Ксандр схватил друга за шею, зажав ее сгибом локтя, и притянул рыжую макушку к себе.

Ребята дружно смеялись. Натан тоже улыбнулся, впервые за долгое время. Волшебница Кауна была строгой. И пусть Натану очень нравилось учиться магии, но все же он скучал по ребятам, а еще… боялся, что они забудут его…

– Я слышал, тебе тогда очень досталось из-за меня… – сказал юный маг, виновато посмотрев на Азрета.

– Ерунда. Я от такого не умру.

– А как ты узнал, что у меня есть Сила? Я ведь никому не рассказывал и не показывал…

– Я не был уверен, но у меня были подозрения. Я однажды видел, как генерал Байер споткнулся на ровном месте. А рядом был ты, что-то шептал и злорадно улыбался.

Натан густо покраснел.

– Были и другие случаи, – продолжал Азрет. – А с генералом лучше так не делай. Теперь он знает, что ты маг и быстро найдет причину своей внезапной неуклюжести. Байер и убить может.

– Эй! А ну вернулись в строй! – рявкнул капитан Ганц, возглавлявший отряда.

– Нам пора! – заторопились ребята. Азрет на секунду остановился, обернулся к Натану, порылся во внутреннем кармане плаща. В воздухе мелькнуло что-то золотистое. Натан поймал брошенный ему предмет. Это оказался амулет, похожий на березовый лист, с темно-зеленым камнем в центре и странными символами.

– Он, кажется, волшебный, – сказал Азрет.

– Д-да… – удивленно проговорил Натан, разглядывая вещицу.

– Только не обольщайся особо: своего хозяина он не спас.

– Он разряжен. Похоже, он спасал его слишком долго, – ответил юный маг.

– Вот как…

– Откуда он у тебя?

– С поля боя. У того парня была отрублена голова, так что этот амулет ему больше не нужен.

– Ты мародерствовал что ли? – скривился Натан.

– Не нравится, верни обратно, – протянул руку Азрет.

– Ага, разбежался! – улыбнулся Натан, пряча подарок в кулак и прижимая его к груди.

– Я так и думал, – засмеялся сероглазый юноша. – Увидимся!

– Спасибо! За все… – сказал юный маг.

Натан проводил Азрета взглядом, широко улыбаясь. Они не забыли его… У него все еще есть друзья… В Соттерхейме все было совсем не так. Натан много работал, помогая больной матери. Его часто били сверстники, и он почти ни с кем не общался и даже имен некоторых деревенских мальчишек не знал. Но Азрета Натан помнил очень хорошо. Сколько им тогда было? Семь, кажется…

Перед глазами всплыли воспоминания. Деревенская улица, до одури палящее солнце и тяжелый мешок с картошкой, который Натан тащил на рынок, покрываясь потом и пылью, натирая руки грубой мешковиной и тяжело сопя. Мимо проплывали старые деревянные заборы и дома.

– Смотри не сломайся! – раздался тогда дружный гогот. Натан вспомнил, как резко остановился, вскинул встревоженный взгляд. Ему преградили дорогу трое мальчишек. Двое – ровесники, а один – чуть постарше, лет десяти. Натан знал их: старший, веснушчатый, кареглазый – Бруск, двое помладше, вечно лохматые, голубоглазые и очень похожие друг на друга, братья Вин и Гир. Натан часто сталкивался с ними на улице, и их встречи почти всегда заканчивались одинаково – приходилось валяться в дорожной пыли, терпеливо дожидаясь, пока закончат бить, а потом идти дальше, осматривая синяки и прикладывая к ссадинам листы подорожника.

Натан поставил на землю свою ношу, сжал плотно губы, нахмурился, смотря исподлобья. С мешком картошки далеко не убежишь, да и не удавалось ему никогда убежать. Всегда догоняли. Натану иногда казалось, что его тело работает против него. Каким бы тяжелым не был труд, оно не становилось сильнее, а казалось, даже наоборот, слабело.

Бруск ударил без предупреждения. Натан отлетел назад, упал на землю, зажал ладонью разбитый нос, попытался встать, но получил ботинком по спине.

– Червяки должны ползать! Ты не знал? – ржал Бруск. Рядом мерзко подхихикивала его свита. Натан терпеливо молчал, сжав зубы.

– Эй вы, – раздался чей-то незнакомый голос, – Отвалили от него.

– А? Еще один червяк нарисовался? Тоже поползать хочешь?

– Это Азрет! – зашептал обеспокоенно Вин, дергая Бруска за полу рубахи.

– И че?

– Он Вина отметелил один раз, – осклабился Гир, посмеиваясь над братом, за что тут же получил кулаком в бок.

– Пфф! – презрительно фыркнул Бруск, закатив глаза, и только потом заметил, что Азрет сжимает в руках довольно увесистую дубинку.

– Драться с нами решил из-за этого задохлика? Ну тогда палку брось, а то не по правилам, – поморщился рыжий, сложив деловито руки на груди.

– Не по правилам? – усмехнулся Азрет. – То есть вам не по правилам можно, а мне нельзя?

– Че? – не понял Бруск.

– Вас трое. И ты старше. Уже не по правилам, придурок, – пояснил Азрет.

– Че сказал?! Сам – придурок! – вожак местной банды не нашел, что еще возразить. – Тогда давай, чтоб по-честному: ты и этот ползун против Вина и Гира.

– Не пойдет. Вы парня уже побили, – с насмешкой возразил Азрет. Натан с ужасом подумал, что этот мальчик просто издевается над Бруском, всем своим видом выказывая свое превосходство.

Рыжий поморщился, соображая, что еще можно придумать. Потом скосил взгляд на Вина и Гира. Вин Азрету уже продул…

– Тогда ты один против Гира, – зло проговорил Бруск, потом добавил нервно, – И без палки!

– Хорошо, – неожиданно легко согласился Азрет и поставил дубинку на землю, прислонив ее к забору.

– А че я-то? – испуганно спросил Гир, выпучив глаза на Бруска, и тут же получил от того подзатыльник. Теперь настала очередь Вина растянуться в улыбке, посмеиваясь над братом:

– Вот и покажешь заодно. А то только языком молоть можешь, что ты бы Азрета на раз-два сделал!

– Ну и покажу! – буркнул Гир, закатывая рукава рубахи и делая два шага по направлению к своему противнику. Азрет тоже сделал два шага вперед. Натан в это время поднялся с земли и встал в сторонке. Внутри него все сжалось и замерло опасливо. Он раньше не видел в деревне этого сероглазого бесстрашного мальчишку, но точно знал, что Бруск никогда не дерется по правилам… Словно в подтверждение этих мыслей, рыжий быстро рванул с места в сторону Азрета. Но тот будто этого и ждал. Мгновенно среагировал, отскочил назад, схватил дубинку и со всей дури ударил ею Бруска в живот. Натан сжался в комок, широко распахнув глаза. Вин и Гир растерянно замерли, испуганно таращась на свернувшегося от боли вожака, валяющегося на земле. Бруск издавал хриплые стоны, всхлипывал и со свистом вдыхал воздух. Азрет стоял над ним, положив дубинку на плечо, и смотрел сверху вниз холодными серыми глазами.

– Если нарушаешь правила, будь готов к тому, что и другие тоже могут их нарушить, – сказал Азрет, потом перевел взгляд на Натана, улыбнулся уголком губ. – Пошли, помогу донести.

Больше ничего не говоря и не спрашивая, мальчишка взял мешок с одной стороны и посмотрел с вопросом на Натана. Тот тоже поспешно схватился за мешковину и пошел вместе с неожиданным помощником в сторону рынка. Оба молчали почти всю дорогу. Натан вспомнил, что забыл поблагодарить Азрета, а сейчас было уже как-то неловко.

– Тебе было совсем не страшно? – спросил, наконец, Натан. Сероглазый мальчишка пожал плечами.

– Страшно, когда не знаешь, чего ждать. Это как незнакомая собака. Хочешь погладить и думаешь, то ли укусит, то ли хвостом завиляет. А когда знаешь, что укусит, не страшно. Либо не полезешь, либо найдешь способ ее испугать или убить. "Нет врага, которого нельзя победить. Есть те, кто сдался без боя", – так отец говорит. Так что, – Азрет повернулся к Натану, широко улыбнулся, впуская в ледяные глаза веселые искорки. – Никогда не сдавайся!


ЧАСТЬ 2. ВСТРЕЧА И НОВАЯ ЦЕЛЬ


Девять лет назад.

Франфир – столица Мелингора.

Замок короля Кассида.


Леф Марг – бывший начальник городской стражи – стоял на коленях, побежденный, со слипшимися от крови, растрепанными и похожими больше на паклю волосами. Застарелый шрам, рассекавший его правую бровь, казался багровым и каким-то взбухшим. Рука все еще сжимала рукоятку меча. Лезвие было воткнуто в землю и тело мужчины почти повисло на нем, опираясь, как на трость.

Дейл смотрел на Лефа с сожалением. Этот человек вызывал в нем восхищение и уважение. Дворцовая стража Кассида, созданная и взращенная Маргом была той организацией, куда даже мышь не проскочит. Так было до недавнего времени…

Над стоящим на коленях Лефом возвышалась фигура Азрета. Черные доспехи и плащ с алым подбоем, холодные глаза цвета стали, черные волосы, широкий меч с витой черной рукояткой. Он больше походил на какого-то демона, чем на человека. Особенно, когда с черных доспехов и меча стекала чужая кровь, а сам Азрет с нечеловеческой скоростью врезался в ряды врага, нанося смертельные точные удары…

– Стань моим человеком. Я не люблю разбрасываться людьми. Особенно, если они умны и талантливы. Я предлагаю тебе стать частью той силы, что создаст новый Мелингор, – проговорил Азрет.

В груди Дейла замерло сердце. Он с надеждой посмотрел на Лефа. Если он будет с ними… Если он только…

– Я не предаю тех, кому служу, – хрипло ответил Леф, сплюнув на землю кровью.

– Кассид? По-твоему он заслуживает того, чтобы верно служить ему? – спросил Азрет, сощурив глаза.

– А ты заслуживаешь? – ответил Леф, усмехнувшись.

– Я предлагаю тебе служить не мне, а своей стране.

– В твоем лице? Неужели кто-то верит в эту чушь? – Леф на секунду бросил короткий насмешливый взгляд на стоявшего чуть в стороне Дейла, – В конечном итоге Кассид лишь сменит имя и лицо. Знаешь, как много я повидал таких, как ты? Они тоже много чего обещали и вели ряды идиотов на смерть. Те наивно полагали, что сражаются за идею, за мир и высшее благо. Но в конечном итоге их телами просто выкладывали дорогу к деньгам и короне. И за этим стремлением к трону не было ничего, кроме алчности и личных амбиций.

– Ты отравлен ядом прошлого. Если пойдешь со мной, то увидишь смогу ли я построить новый мир или утону в собственной лжи.

– Убей меня. Не трать свое время, мальчишка. Я не пойду за тобой, – устало проговорил Леф.

– Жаль… – искренне сказал Азрет.

Дейл, словно завороженный, смотрел, как медленно поднимается широкий меч, как скользит по лезвию блик заходящего солнца. В груди что-то болезненно заныло, отражая несогласие с решением лидера, но было тут же запрятано, зарыто в глубине сердца.

Меч тяжело опустился, окрашивая траву алыми брызгами.

***

Наши дни.

Валвуд – столица Гисарада.


Дейл резко сел в кровати, стирая ладонью с лица остатки сна. Ему никогда не снились просто сны, это всегда были воспоминания, иногда чуть искаженные, иногда до мурашек точные и четкие.

Перед глазами все еще стояло широкое лезвие меча в руках воина в черных доспехах. Может, именно тогда между Дейлом и Азретом пролегла едва заметная трещина? Дейл знал и понимал, к чему стремится Азрет, разделял эти стремления, желал мира для Мелингора, но… Некоторые решения будущего короля тогда, много лет назад, сделали Азрета в глазах Дейла именно королем, навсегда отделив образ в черных доспехах от образа мальчишки, что когда-то сражался в рядах армии герцога Мхана, стремясь просто выжить, как и все они…

Дейл быстро оделся и покинул гарнизон.

В столице оказалось только две магических лавки. В одной продавали только ингредиенты. Пожилой продавец в пурпурной мантии посмотрел на развернутый листок с подправленным Дейлом названием зелья и отрицательно помотал головой.

– Я не занимаюсь готовыми зельями. Это не выгодно. Поищите в другом месте, юноша. И вообще странно, что вы пришли сюда. Тот, кто знает, где взять такой амулет, – старик кивнул в сторону грудной клетки Дейла, – Не должен испытывать трудности в поисках столь незамысловатого зелья как remedium.

Дейл поспешно спрятал амулет под рубашку и кожанку. Нда, шпион из него никакой. Сколько раз уже спалился за пару дней?!

Вторая лавка выглядела богато. Дейл удивленно разглядывал стеллажи и полки, заставленные книгами, бутыльками с разноцветными порошками и зельями. Воин не ожидал увидеть такое изобилие и разнообразие. Как-то это не вязалось с тем, что он услышал от Натана.

– Чем могу помочь? – раздался вкрадчивый голос. Среди стеллажей показалась худощавая остроносая фигура мужчины лет сорока. Длинные черные волосы скатывались идеально ровными прядями, ложась на его узкие плечи и впалую грудь. Карие глаза с подозрением разглядывали гостя. Темно-фиолетовая мантия тускло поблескивала в темноте. Дейл усмехнулся про себя. Этот «маг» явно умел производить нужный эффект. С ним лучше держать ухо востро, а глаза – широко раскрытыми, иначе можно уйти отсюда без штанов.

– Я ищу вот это, – Дейл протянул продавцу листок бумаги.

– Это очень дорогое зелье. Не думаю, что оно вам по карману, – скривился торговец.

– А вы денег в моем кошельке не считайте. Лучше дайте мне то, что я прошу, и скажите, сколько за это нужно заплатить, – ответил Дейл.

– Как скажете, – бросил продавец, скрываясь в дальней комнате. Через пару минут он вернулся, поставил на прилавок маленький флакончик с прозрачной жидкостью.

– Прекрасно, – улыбнулся Дейл, а потом выложил на прилавок из кармана горсть черных ягод. – Вот сейчас и проверим, как действует ваше зелье. Ешь!

– Ч-что? Вы с ума сошли?! Это же черноглазка! – взвизгнул «маг», бледнея и пятясь.

– Я в курсе. Или ты сам ее сожрешь или я тебе всю горсть в пасть запихаю и мечом утрамбую, – Дейл положил руку на рукоять меча.

– Вы сумасшедший! Я позову стражу!

– Зовите. Уверен, я быстро стану потерпевшим в этой истории, а вы попадете тюрьму за мошенничество. Сколько еще людей найдется, что охотно будут свидетельствовать против вас? Скольких вы обманули?

Волшебник дернулся. Зашарил рукой на полке, а потом поставил на прилавок точно такой же бутылек. Только жидкость в нем была бледно-голубой.

– Ммм? Кажется, это уже больше похоже на правду. Только я тебе больше не верю, приятель. Черноглазку таки придется скушать. Ты ведь уверен в своем зелье?

Продавец взял дрожащими руками одну из черных ягод, сунул в рот и тут же схватил бутылек. Но Дейл остановил его руку.

– Не спиши. Жуй давай! Действие этих ягод видно сразу. Специально выбирал, – усмехнулся Дейл. У волшебника затрясся подбородок от страха, но все же было видно, что челюсть разминает ядовитую ягоду.

Кожа продавца вдруг стала стремительно покрываться черными пятнами. На смерть перепуганный, волшебник схватил бутылек и капнул несколько капель на почерневший язык, а потом осел на пол, дрожа и покрываясь холодным потом. Дейл внимательно наблюдал. Черные пятна постепенно начали бледнеть, а затем и вовсе исчезли. Продавец тяжело дышал, тараща глаза от пережитого ужаса.

– Кажется, товар хороший. Беру. Сколько с меня? – деловито спросил Дейл, вынимая из задеревеневших пальцев волшебника бутылек с противоядием.

– П-п-пять з-з-золотых…

– Надеюсь, в следующий раз ты будешь благоразумнее, – сказал воин, бросив деньги на прилавок.

Дейл, насвистывая какую-то веселую мелодию, вернулся во дворец. Он должен был встретиться с Жанной через час на том же самом месте, где и прошлый раз. Интересно, зачем ей это противоядие? Как бы не влипнуть в какую-нибудь историю… Продавец, наверняка, очень хорошо запомнил его лицо… Дейл вздохнул. А завтра нужно заняться, наконец, поручением Азрета.

***

Эргран.

Город Шаргит.


– Черт! – шипел Эйзек, задыхаясь от быстрого бега. На самом деле парень сильно сомневался, что ему удастся убежать. Он даже не знал, от чего именно убегает. Просто чувствовал, каждой клеточкой своего существа, что нужно бежать.

Эйзек обернулся. Взгляд скользнул по немного обеспокоенным прохожим, торговым прилавкам с разномастными товарами, стенам домов. Так и есть… Кто-то или что-то идет по пятам. Эйзек улавливал краем глаза какие-то тени. Они были похожи на человеческие, но двигались как-то странно, слишком резко и рвано. Проблема была еще и в том, что этот город Эйзек знал не достаточно хорошо. И рано или поздно это сыграет свою роль.

Рыжеволосый разведчик шмыгнул в какую-то подворотню. Узкие улочки понеслись одна за другой, а потом вдруг оборвались тупиком.

– Твою ж мать! – выругался Эйзек, резко разворачиваясь, шаря глазами вокруг и пытаясь вспомнить было ли где-нибудь ответвление улиц по пути. Можно, конечно, попытаться проникнуть в одно из зданий. Взгляд зацепился за открытое окно на первом этаже дома. Эйзек в один прыжок оказался на подоконнике, нырнул в полумрак комнаты. Какая-то женщина испуганно взвизгнула.

– Мадам! – отвесил на бегу поклон Эйзек, лучезарно улыбаясь. Женщина растерянно заморгала глазами, провожая беглеца взглядом. Мужчина пронесся по комнатам, спугнув осоловевшего на жаре кота, и выбежал через дверь на параллельную улицу, снова скрываясь в какой-то подворотне.

Дома, дома, бесконечные повороты узких улочек… Эйзек задыхался, а тени все еще следовали за ним. Это явно не люди… А значит, убежать не получится…

Мужчина остановился, хрипло выдыхая воздух и втягивая его со свистом в пылающие огнем легкие, развернулся. В правую ладонь тут же лег метательный нож.

– Ну давайте, покажитесь твари, – тихо прорычал Эйзек, напряженно всматриваясь в пространство перед собой. Четыре тени скользнули по стенам, окружили, застыв на секунду, а потом стали медленно отделяться от предметов, обретая трехмерную форму.

Совсем как люди, только полупрозрачные и черные, без лиц. Скорее призраки, чем живые существа. Рука Эйзека скользнула в карман. Пальцы ощутили тонкие листы бумаги. Натан сделал для него несколько магических защитных заклинаний. Эйзек еще никогда не пользовался этими штуками. Похоже, время пришло. Если его преследует маг, дело плохо… Где-то наследил…

Глаза Эйзека вдруг расширились. Тихие ручьи! Дайниш сожгла все, что было испачкано его кровью, а вот рубашка… Неужели, не догорела?! Вот же черт! Нужно было проследить, чтоб догорела! В груди все болезненно сжалось. Теперь путь домой для него закрыт. Вернется в Мелингор – подставит Азрета. Маг пойдет по пятам. Эйзек хмуро смотрел на застывшие в воздухе тени. Интересно, их цель убить или поймать?

Одна из теней шелохнулась, а потом резко рванулась в сторону мужчины, Эйзек увернулся, швырнув нож. Оружие пролетело насквозь, не причинив тени никакого вреда, лязгнуло об стену дома. Тени разом двинулись в сторону Эйзека. Кулак тоже прошил полупрозрачную плоть, словно удар был нанесен в пустоту. Зато ответный удар тени мужчина ощутил на себе в полной мере.

Эйзека отшвырнуло назад, тело ударилось о стену и рухнуло на землю. Мужчина сдавленно выдохнул, рука скользнула в карман, вынимая узкий длинный листок бумаги, сплошь исписанный странными алыми символами.

Одна из теней схватила Эйзка за грудки, подняла вверх, над землей. Парень сжал бумагу с заклинанием в кулак и ударил со всей силы туда, где должно было быть лицо врага. Раздался треск. Эйзек растянулся в злорадной ухмылке, наблюдая, как тень покрывается огненными трещинами и превращается в безобидную туманную дымку.

– Обожаю тебя, Натан!

Тени отшатнулись назад, застыли.

– Что? Струхнули? Давайте, подходите, твари! Поговорим по душам!

Эйзек сделал резкий выпад, задев еще одну тень. Снова раздался треск. Руку обожгло огнем. Парень выругался, стряхнул с ладони догорающие ошметки заклинания. Похоже, больше двух раз эта штука не выдерживает. Эйзек вытащил из кармана еще один лист бумаги, улыбнулся еще шире. У него таких пять. Так что не страшно!

Тени вдруг резко дернулись назад, вновь стали двухмерными, растекаясь по стенам, но уходить явно не собирались.

– Черт! – снова зашипел Эйзек. Значит, будут просто следить. И скорее всего, очень скоро здесь будут не только тени… Эйзек быстрым шагом направился прочь. Нужно сбросить с себя преследователей и защититься от глаз мага. И способ только один – найти стоящего волшебника и попросить помощи. Клин клином вышибают, как говорится!

***

Мелингор.

Шахта близ города Граз.


Койн не верил своим глазам. Ему казалось, что перед ним призрак из кошмаров о прошлом. Но этот призрак был самым лучшим из того, что он мог увидеть в этом страшном месте.

Голова Койна дернулась от удара по затылку, челюсть клацнула. Если бы не стоял на коленях, точно б свалился на землю. Уж слишком измотано и измождено было его тело.

– Склони голову, ублюдок! – каркнул надсмотрщик. Койн склонил, но продолжал смотреть исподлобья, все еще не веря. Ошибка точно будет стоить жизни.

Какое-то время Койн просто наблюдал, следя глазами за фигурой темноволосого мужчины. Он шел между рядами стоявших на коленях заключенных. Все они были работорговцами, бандитами, что грабили и убивали местных жителей, дворянами, возомнившими себя богами, чиновниками, продавшими свою честь… А вот Койн оказался здесь потому, что управляющий решил, что ему недостаточно хорошо платят… Шанс будет лишь один и упускать его нельзя. Койн вскочил на ноги и заорал:

– Генерал Азрет!

Резкий удар в спину опрокинул ослабевшее тело Койна на землю.

– Ах ты..! – зло зашипел надсмотрщик. Удары посыпались один за другим. Койн сгруппировался, стремясь защитить голову и живот.

– Достаточно! – резкий холодный голос оборвал бесконечный поток ударов. Койн нерешительно поднял голову, скользнул взглядом по черным сапогам, расшитой золотом одежде, зажмурился от яркого солнца. Палящий диск светил где-то у самой головы подошедшего к Койну человека, превращая его лицо в темное пятно. Внутри раба все сжалось, стянулось в тошнотворный комок страха и надежды. Что, если он ошибся? Прошло так много лет… С каких пор Азрет носит такие одежды? Он может и не вспомнить… Или сделать вид, что не помнит… Деньги часто превращают людей в крыс…

– Койн..? – удивленно произнес Азрет, опускаясь на корточки, ложа руку на исхудавшее, испачканное пылью плечо. Койн замер, услышав собственное имя, встретился взглядом с серыми глазами, выдохнул с облегчением, расплываясь в счастливой улыбке. Глаза Азрета были такими же, как раньше…

Азрет медленно встал, распрямляясь, повернул голову в сторону управляющего, что сопровождал его все это время. Мужчина испуганно попятился. Койн не без удовольствия смотрел, как трясется жиденькая козлиная бородка, как отливает от холеного лица румянец, сменяясь смертельной бледностью, как панически бегают затравленные бледно-голубые глазки. Похоже, Азрета боялись… «Он стал какой-то важной птицей?» – с удивлением подумал Койн. – «Хотя… Это же Азрет…»

– Я жду объяснений, Эран. Я знаю здесь всех и каждого. И знаю, за какие преступления они оказались в моей шахте. И среди них точно не должен был оказаться человек по имени Койн Салвур.

– Пощадите! Умоляю, пощадите! – воскликнул испуганно надсмотрщик, падая на колени и припадая к ногам Азрета. – Я радел лишь о Вашем благе и благе государства! Барон Мозель тщедушен и слаб. Какой от него прок в шахтах? Потому я и согласился на то, чтобы принять вместо него его раба. Он силен и здоров. От него пользы будет гораздо больше! Я лишь… – лепетал управляющий, наглаживая ладонями сапоги короля.

Азрет холодным взглядом придавил трясущуюся тушку Эрана к земле. Его лицо не выражало ничего. Кажется, от этого управляющему было еще страшнее.

– Капитан Зарел, – позвал король. От четверки сопровождавших Азрета стражников отделился матерый кареглазый воин.

– Мне кажется, та балка, – король перевел взгляд на деревянные перекрытия, укрепляющие вход в шахты, – вполне подойдет…

– Нет!!! Умоляю, пощадите! Пощадите! Ваше… – заверещал Эран, тщетно пытаясь высвободится из медвежьих лап Зарела. Но тот без особых усилий продолжал волочь управляющего за шиворот в сторону указанного королем места. Ноги беспомощно бороздили землю, поднимая песчаную пыль. Толстая веревка накрутилась на шею в два кольца, затянулась тугим узлом.

Двое стражников подкатили поближе к балке, стоявший неподалеку бочонок. Зарел привстал на него, перекидывая веревку через деревянное перекрытие. Эран бился в ужасе, хрипя, безумно тараща глаза, ломая ногти о придушившую его веревку. Через минуту тело управляющего уже болталось в воздухе, суча ногами и извиваясь. Второй конец веревки Зарел закрепил на одной из опор, повернулся к королю, поклонился, отчитываясь о выполнении приказа.

Койн снова скосил взгляд на бывшего товарища. В серых глазах Азрета все также не отражалось никаких эмоций. Хотя на долю секунды воину почудилось, что он видит в них отблески пламени, точно такие же, как тогда, пятнадцать лет назад…

В памяти всплыл пылающий замок графа Ракиля. Камень плавился от магического огня, оседал, словно глиняный горшок на гончарном круге у отвлекшегося от дела ремесленника. Воздух звенел от крысиного визга и криков людей. Именно после этих событий Азрета стали называть демоном…

Граф Ракиль тогда точно также, как и управляющий сейчас, стоял на коленях перед Азретом…

– Я уничтожу тебя, безродный ублюдок! – орал Ракиль, багровея от злости и ненависти, – Думаешь, тебе это сойдет с рук?! Тебя вздернут на виселице!

Капитан Азрет молчал, смотря сверху вниз на порывающегося встать с колен и вырваться из рук солдат графа.

– Но перед этим я испробую на тебе весь свой пыточный арсенал, выродок! Ты будешь скулить от боли, умоляя меня убить тебя!

Азрет взял из рук Койна факел и, ничего не говоря, ткнул им в правый глаз Ракиля. В воздухе запахло паленой плотью, граф заорал от боли и ужаса, катаясь по земле и зажимая ладонями изуродованную часть лица.

Капитан подождал, когда граф немного притихнет, опустился рядом с ним на корточки.

– Ты не в том положении, чтобы угрожать мне. Будь у меня больше времени, я бы сам испытал на тебе весь твой пыточный арсенал. Видишь ли, я крайне злопамятен… Я выжег твой глаз, чтобы даже в аду ты не забывал обо мне.

Граф дрожал мелкой дрожью, с ненавистью и страхом смотря единственным уцелевшим глазом на Азрета.

– Помнишь служанку, что ты убил, вывесив ее тело на стене замка?

Ракиль молчал, от страха не совсем понимая, о какой именно служанке идет речь. За свою жизнь он убил много людей и своих слуг в том числе.

– Отвечай, тварь! – зарычал Азрет. Воздух вокруг, казалось, накалился, готовый взорваться под тяжестью с трудом сдерживаемой ярости и гнева. Некоторые солдаты вздрогнули. Слишком не привыкли слышать, как кричит капитан.

– К-какую служанку? – проскулил Ракиль.

– Ее звали Яшна. Пшеничные волосы, голубые глаза. Это она освободила меня. Разве не за это ты убил ее? – уже спокойнее сказал Азрет.

– Она получила по заслугам, – прошипел граф, потом засмеялся полубезумно. – Ты все равно убьешь меня, поэтому скажу тебе. Она очень мучилась перед смертью. И так громко кричала от боли, проклиная тебя! Умоляла пощадить ее, смотря на куски собственной отрезанной и обугленной плоти…

Азрет сжал зубы до хруста, мышцы лица свело, точно в судороге.

– Я позабочусь о том, чтобы твое тело еще долго клевали вороны, а кости грызли местные собаки, – произнес капитан ледяным голосом. В отличие от Ракиля, Азрет свою угрозу тогда выполнил. Части тела графа развесили на кольях вокруг развалин замка, навсегда положив конец страшным и бесчеловечным развлечениям этого сумасшедшего дворянина.

Но именно тогда Койн увидел и другую сторону генерала… После битвы Азрет направился куда-то в лес в сопровождении местного старика. Койн пошел следом, потому что решил, что в этих местах ходить одному опасно. Тогда дед привел Азрета на чью-то свежую могилу. Скорее всего, той самой девушки, Яшны… Старик плакал, растирая слезы по иссохшему морщинистому лицу. Койн услышал его приглушенный голос:

– Она пришла к нам в деревню совсем маленькой… Сбежала от работорговцев… Уж не знаю, как ей это удалось. От страха и истощения даже имени своего не помнила. Мы дали ей имя Яшна. Только и было с ней, что вот этот кулон, – сказал старик, протягивая Азрету полупрозрачный треугольный камешек на истертой веревочке.

Глаза генерала медленно расширились. Койн тогда в первый и последний раз в жизни увидел, как Азрет плачет.

– Мика… Ее звали Мика…

***

– А ты не изменился, – усмехнулся Койн, вынырнув из своих воспоминаний.

Азрет улыбнулся, похлопав друга по плечу:

– Рад, что ты жив. Я думал… ты погиб… тогда…

– Мы уходили через ущелье Шин и попали прямо в засаду. Большая часть наших была убита, остальных заклеймили и продали в рабство. Так я оказался рабом барона Мозеля. А как вы умудрились выбраться с плато Ксидан? Я слышал, там была настоящая мясорубка… Ходили слухи, что не выжил никто…


Десять лет назад.

Мелингор.

Земли графа Бервиндора.

Плато Ксидан.


Азрета шатало от потери крови и усталости. Доспехи и меч казались слишком тяжелыми. Хотелось просто сбросить все это железо, растянуться на прохладной земле, уткнувшись лицом в траву и уснуть. Так крепко, чтобы даже кошмары не сумели просочиться.

Рядом шел Дейл. Понурый и бледный. Чуть позади брели Ксандр, Эйзек и еще несколько десятков воинов. Выглядели они не лучше их предводителя. Волосы Эйзека казались уже не рыжими, а красными от крови, слиплись нелепыми сосульками. Парень сильно хромал. Ксандр поддерживал его, хотя и сам был весь изранен.

Азрет скомандовал привал. Воины обессиленно опустились на землю, почти упали.

– Мы победили в этой битве, но такое чувство, что проиграли, – проговорил Дейл, поправляя хворост в костре.

Провизии почти не осталось. Солдаты понуро грызли остатки вяленого мяса и черствого хлеба.

– Сто пятнадцать человек… – тихо ответил генерал Азрет. – Все, что осталось от многотысячной армии герцога Мхана. Не заблуждайся, друг, мы проиграли. Даже если нам удастся живыми вернуться в лагерь, следующее сражение с союзными войсками графа Бервиндора и барона Курна мы точно не переживем.

– Думаешь, отряду Койна удалось прорваться через ущелье? – спросил Ксандр, не отрывая взгляд от пламени.

Азрет плотно сжал губы. Шанс был ничтожно мал.

К костру подошел Эйзек, устало опустился на землю, подставив озябшие руки к огню:

– Разведчики вернулись… Дорога на юг перекрыта. Там основные части Бервиндора. Что делать будем, Азрет?

– У нас провианта на день, не больше. И слишком много раненых. Солдаты устали. Сражаться они больше не смогут. Боя нужно избежать любой ценой. Уйдем на запад, к Фрейну. В деревнях можно будет пополнить запасы. Сделаем небольшой крюк.

– Кстати, чьи там земли? – спросил Дейл.

– Когда-то это были земли Арделя Бьяри. Но старик умер лет семь назад. Мхан был не в восторге от его сына Филиппа. Я часто слышал, как он ворчал, что этот мальчишка слишком глуп и заносчив. Зато хвалил его жену, – ответил генерал.

– Жену? – удивился Ксандр.

– Да, герцог Мхан часто говорил, что эта женщина должна была родиться мужчиной, – усмехнулся Азрет. – Хотя он почти не имел с ней дел. Старику слишком сложно было воспринимать ее, как равную.

– То есть сейчас всем она заправляет? – поинтересовался Эйзек.

– Это было бы слишком странно, – буркнул Дейл.

– Почему странно? – удивился Азрет.

– Женщине полагается быть женщиной. Мягкой, кроткой, радовать глаз, быть нежной, словно цветок, и не лезть в дела мужчин. У мужчин свои обязанности, у женщин – свои, – пояснил Дейл.

Азрет усмехнулся в ответ.

– У нас могут быть проблемы, если вторгнемся на земли герцога, – сказал Эйзек.

– Если все сделаем быстро, то через пять дней уже будем на землях Мхана. Это единственный способ спастись от вражеской армии и выжить. Выдвигаемся завтра на рассвете.

Ночь была довольно холодной. Азрет кутался в плащ, дремал сидя, прислонившись спиной к дереву. Рука скользнула во внутренний карман, вынимая прозрачный камень со странным золотистым символом.

"Ты выживешь, каким бы путем не пошел. Но многие из тех, что идут за тобой, завтра уже не проснутся…" – раздался в голове голос "камня удачи".

Лицо Азрета болезненно дернулось. Поспешно сунув артефакт обратно в карман, генерал поднялся с земли и двинулся по засыпающему лагерю.

– Эй, Свен! Замерзнешь, закутайся в плащ, и следите за костром. Смотри, совсем потух уже!

Где-то воины затянули песню:


Окончился бой,

Но война идет по пятам.

Слышится вой…

Но зверь не подходит к кострам.

Пахнет кровью и жизнь, и песок…

Этот мир так пуст и жесток…

"Я иду за тобой!"-

Души мертвых кричат позади.

Пока ты живой,

Просто держись и иди…


– Паршиво выглядишь, Гейл…

– Генерал… – встрепенулся воин с перевязанной головой.

– Как раны?

– Я в порядке. А вот Лем… Кажется, у него жар…

Азрет опустил ладонь на голову лежащего рядом с костром воина. Лоб был горячим и мокрым. На повязке на груди расплылось и застыло багровое пятно крови.

Генерал осторожно разрезал ножом тряпичные бинты. Рана выглядела не очень. Азрет отвязал от пояса тканый мешочек, расслабил туго затянутые шнурки и высыпал на ладонь остатки какой-то засушенной и перемолотой в порошок травы – все, что осталось от драгоценного лекарства Натана.

– Наложи ему свежую повязку. А этот порошок посыпь на рану. Его мало осталось, но все равно должно помочь…

– Спасибо, генерал…

Азрет ободряюще похлопал Гейла по плечу.

– Этой ночью никто не умрет… – беззвучно шевелились губы генерала. Он обошел все костры и лишь после этого обессиленно осел на землю. Сквозь сон почувствовал, как кто-то поправляет его плащ, укрывая плотнее. За закрытыми веками мелькали разноцветные пятна и лица солдат, мертвых и живых…

– Азрет… рассвет… – вырвал из сна обеспокоенный голос Эйзека.

– Командуй подъем, – хрипло приказал генерал, поднимаясь. Лагерь нехотя просыпался.

– Докладываю, – вытянулся по струнке Дейл, – Девять человек не проснулись. Скончались ночью от полученных ран…


"Вы всего лишь человек, мой господин,"– тихий шепот "камня удачи" прошелся лезвием по нервам и душе.


Умерших солдат похоронили. Остатки армии молчаливой процессией двинулись дальше. Земли герцога Бьяри встретили их безмятежным спокойствием.

Азрет развернул карту.

– Пройдем здесь. Эта деревня ближайшая к границе.

– А если местные не захотят помогать? – нахмурился Ксандр.

– Если бы в твою деревню вошла сотня вооруженных солдат, ты бы осмелился не дать им то, что они просят? Мы не собираемся никого убивать или грабить. Возьмем ровно столько, сколько нужно для выживания. У нас просто нет выбора…

– Генерал!

Азрет обернулся. К ним несся запыхавшийся и какой-то слишком бледный разведчик.

– Войска! С запада движутся войска!

– С запада?! – удивился Азрет.

– Вот дерьмо… – тихо проговорил Эйзек. – С юга нас тоже подперли. Там войска Бервиндора!

– Герб видели? – напряженно спросил генерал.

– Василиск, генерал!

– Это не Курн и не Бервиндор…

– Бьяри? Откуда они узнали о нас?!

– Вокруг их земель война. Возможно, войска тут стояли на случай, если кому-то взбредет в голову нарушить границы, – нахмурился Азрет. – Но разведка ведь сказала, что на границе все чисто.

– Генерал! Небом клянусь, не было тут никого! – воскликнул разведчик.

– Сейчас это уже не важно. Назад дороги все равно нет.

– Что будем делать? – спросил Дейл, нахмурив брови и нервно теребя рукоятку меча.

– Ничего, – ответил Азрет.

– Что? – удивленно вытаращились парни.

– Мы не можем идти быстро. Солдаты вымотаны и ранены. А значит, нам не уйти от преследования. К тому же у нас нет еды и воды. Бьяри и Бервиндор не союзники. Попробуем договориться. Выдвигаемся им на встречу. Предупреди солдат, чтобы не вынимали оружие без приказа.

***

Впереди развивались желтые знамена с василиском. Азрет смотрел на них с каким-то странным ощущением. Ему казалось, что он уже видел этот герб, но никак не мог вспомнить, где и когда.

– Чего они ждут? – спросил Дейл, всматриваясь в даль. – Их в два раза больше. Раздавить нас не составит труда.

– Они не знают, кто мы. Я приказал убрать знамена, – сказал Азрет. – Я направлюсь прямо к ним. Мне нужен белый флаг.

Лагерь герцога Бьяри оживился, заметив приближающегося воина. Навстречу выдвинулся всадник в полных доспехах. Азрет остановился, стремясь рассмотреть в прорезях забрала лицо воина, но тот не торопился ни спешиться, ни снять шлем.


"Этот человек знает вас," – прошелестел в голове голос "камня удачи". Азрет удивился, но вида не подал.

– Что здесь делает раб герцога Мхана, да еще и в сопровождении сотни солдат? – жестко спросил всадник.

– С чего ты взял, что я раб?

– Потому что отчетливо помню, что видел клеймо раба на твоей руке восемь лет назад.

– Примерно тогда же я и получил свободу. Меня зовут Азрет Сезер. Я – генерал армии герцога Мхана.

Всадник нехотя слез с коня и снял шлем.

– Милат Фрейр – генерал армии герцогини Аннет Бьяри, – представился воин, сверля Азрета колючим взглядом голубых глаз.

– Армии герцогини? – удивился Азрет, – А что случилось с герцогом Филиппом Бьяри?

– Скоропостижно скончался несколько дней назад, – ответил безразличным тоном Милат.

– Вот как… Герцогиня в лагере? Передай ей, что я прошу о встрече.

Милат нахмурился:

– С чего ты взял, что она захочет говорить с тобой?

– А с чего ты взял, что нет? – ответил Азрет. – Если бы тебе приказали расправиться с нами, мы бы сейчас с тобой тут не стояли. Значит, тебе отдали другой приказ.

Мышцы лица генерала Фрейра нервно дернулись.

– Следуй за мной!

***

Азрет остановился, попытался заглянуть за приподнятый Милатом полог палатки, но ничего толком разглядеть не успел. Рядом встали четверо стражников с обнаженными мечами. Через какое-то время генерал Фрейр выглянул наружу, кивнул головой, приглашая Азрета войти.

В глаза сразу бросилось богатое убранство, расшитые золотом ткани. Но все это померкло на фоне женщины с белоснежными волосами и сапфировыми глазами.

Азрет удивленно выдохнул. Теперь он вспомнил, где видел герб с василиском. И тот мимолетный поцелуй, что был им бесстыдно украден. Аннет несколько долгих секунд смотрела на вошедшего воина такими же огромными от удивления глазами, но очень быстро взяла себя в руки, приняв невозмутимый вид.

– Вы… помните меня? – спросил генерал Сезер.

– А я должна? – резко ответила герцогиня, вопросительно вскинув бровь, – Что делают на моей земле солдаты герцога Мхана?

– Пытаются выжить, – ответил Азрет. – Уверен, вы знаете, что Мхан и Бервиндор в состоянии войны. После сражения на плато Ксидан мы могли уйти только тремя путями: по тракту, через ущелье или пройдя по вашим землям. На тракте и в ущелье вражеские войска. Бервиндор заключил союз с бароном Курном. Нам не справиться со свежими силами противника… У меня осталось мало солдат, почти все они ранены и измотаны. А еще у нас нет продовольствия. Ваши земли – это единственный путь, который дает нам шанс. Позвольте нам пройти к землям Мхана и пополнить запасы продовольствия. Уверен, герцог не останется в долгу.

Аннет громко рассмеялась.

– И откуда в вас столько наглости? Вы предлагаете мне ввязаться в чужую войну?! С чего бы мне делать это? Напротив, если я выдам вас Бервиндору, то уверена смогу выторговать более выгодные для себя условия по нашему договору на поставку соболиных шкур. С Мханом у меня нет никаких дел. Как думаете, с кем я предпочту испортить отношения? Более того, если Бервиндору не составит труда догадаться, куда вы делись, то Мхан, скорее всего, никогда не узнает, что вы попали в плен с моей легкой руки.

– Мы просто хотим вернуться домой. Живыми.

– Мне нет до этого никакого дела, генерал Сезер.

Азрет плотно сжал губы.

– Что ж… Тогда мы будем сражаться. Не смотря на то, что мои воины ранены и устали, поверьте, умирая, мы заберем с собой много ваших людей.

– Вы угрожаете мне? Звучит не очень убедительно. Вы так бледны и еле стоите на ногах, – усмехнулась Аннет.

– Позвольте мне сразиться с любым из ваших воинов, и вы убедитесь, что даже в таком состоянии я и мои солдаты смогут нанести вам существенный урон.

Милат фыркнул, скривившись в презрительной ухмылке.

– Любого воина, говоришь? – задумчиво произнесла Аннет. – А это будет интересно.

– Если я выиграю, вы позволите нам пройти по вашим землям и пополнить запасы.

Герцогиня усмехнулась.

– Хорошо. Пусть будет так.

Милат удивленно уставился на Аннет, потом нахмурился, стрельнул ненавидящим взглядом в сторону Азрета.

– Я хочу, чтобы этот бой видели и ваши воины тоже, генерал Сезер, – произнесла женщина. – Генерал Фрейр, организуйте нам арену.

***

– Ты не можешь сражаться! – сказал Дейл, схватив Азрета за руку. – Ты ранен! Позволь мне выйти вместо тебя.

– Я уже сказал герцогине, что буду сражаться сам. К тому же, ты выглядишь ничуть не лучше меня. Я справлюсь. За мой спиной слишком много людей. Я в ответе за их жизни и сделаю все, чтобы они вернулись домой, – ответил Азрет, похлопав друга по плечу.

– Удачи… генерал… – сказал Эйзек. Все его лицо выражало беспокойство и тревогу. Ксандр молча переминался с ноги на ногу и громко сопел, точно медведь.

– Мы сумели пережить мясорубку на плато Ксидан. То, что будет здесь, не более чем игра, – сказал Азрет, вынув из ножен меч. Потом растянулся в насмешливой ухмылке и уверенным шагом направился к арене. Солдаты расступались перед ним, уступая дорогу, склоняли головы и желали удачи.

Арену создали наспех, просто воткнув в землю копья, очертив таким образом круг, и натянув меж ними веревку. К месту схватки поднесли кресло герцогини. Воины Азрета перешептывались, зачарованно смотря на красивую женщину, похожую на ледяной цветок.

Азрет вышел на арену. Напротив, с другой стороны круга встал генерал Фрейр. Лицо Милата сейчас не выражало ничего хорошего.

– Вот же… И чем я ему насолил? Даже не помню его. Зато вот он явно меня знает и ненавидит, – проговорил себе под нос Азрет.

"Он хочет убить вас, господин. На глазах у ваших людей и этой женщины", – раздался в голове голос "камня удачи".

– Это я и без тебя уже понял, стекляшка. Я не могу понять, почему.

"Хмм… Кажеся, он считает, что из-за вас… точнее из-за вашего побега восемь лет назад, у его госпожи были неприятности…"

– Вот как? Значит, это рычание верного пса?

"И еще, это человек ревнует".

– Ревнует? – удивился Азрет.

"Да. Ему кажется, что герцогиня Бьяри слишком благосклонна к вам".

– А это так? – заинтересованно спросил генерал. – Она помнит меня?

"Не могу сказать. Эта женщина защищена магией".

– Жаль.

Милат опустился на одно колено перед креслом герцогини.

– Я не подведу вас, моя госпожа! – выпалил генерал Фрейр. Потом поднялся на ноги и повернулся лицом к противнику, вынимая меч и отбрасывая в сторону ножны.

Соперники обменялись ударами, изучая друг друга.

– А у тебя, оказывается, еще остались силы, – сказал Милат. – Это хорошо. Убивать раненого и слабого противника слишком скучно.

– Говорите, как человек, который никогда не был на войне. Когда убиваешь раненого и слабого, испытываешь совсем другие чувства, – мрачно сказал Азрет.

Милат с трудом выдержал удар. Меч чуть не выпал из рук. Мышцы и кости болезненно заныли. Фрейр сделал шаг назад, неотрывно смотря на противника. В Азрете что-то изменилось, это читалось в глазах, движениях и даже дыхании. Он словно стал частью какой-то другой реальности и принес эту реальность с собой. Милату вдруг стало не по себе. На долю секунды воображение сыграло с ним злую шутку. Он увидел себя и этого человека на поле боя, усеянного трупами. В нос ударил запах крови, плоти и металла. В ушах стоял звон мечей, крики и стоны. На встречу Милату шел не просто соперник, что благородно не ударит лежачего и безоружного, к нему шел враг, который убивает, чтобы выжить. Фрейр видел за его спиной кроваво-алые знамена и безликую армию, идущую по чужим телам, смешивая сапогами землю и кровь…

Милат встряхнул головой, прогоняя видение, и чуть не пропустил удар. Лезвие полоснуло по руке, оставляя неглубокую рану. Контратака Фрейра не удалась, все его удары были отклонены, и в довершение ко всему Милату досталось железной перчаткой в челюсть.

Генерал Фрейр пошатнулся, потерял равновесие. Это спасло ему жизнь. Лезвие меча полоснуло прямо над головой. Аннет тревожно впилась пальцами в подлокотники кресла. Похоже, эта битва стала битвой на смерть. Это в ее планы не входило. Она не хотела терять ни верного ей Милата, ни… видеть, как умирает тот человек. Ей лишь хотелось немного сбить с Азрета наглость и самоуверенность.

Фрейр откатился в сторону, быстро вскочил на ноги, тут же отбил атаку и перешел в наступление. Он не мог проиграть, упасть так низко на глазах у солдат и своей госпожи!

Милат вдруг сообразил, что еще не так в этом сражении. На турнирах он всегда обменивался колкостями с противником. Это была битва не только на мечах, но и на словах. Но Азрет сражался молча. Как на войне… Когда между двумя сражающимися воинами нет ничего личного, лишь желание выжить.

Лезвие Милата полоснуло по железному наплечнику Азрета, не причиняя никакого вреда. Зато генерал Сезер ударил туда, куда нужно. Острие меча вошло точно между сочленениями доспехов, ранив Фрейра в плечо. За спиной Азрета раздалось победное бряцанье железа, свист и крики.

– Достаточно! – сказала резко Аннет. Азрет нехотя опустил меч. Фрейр сжал челюсть от досады, но почувствовал что-то сродни облегчению.

– Я увидела достаточно, генерал Сезер.

Аннет отцепила от пояса что-то, похожее на украшение, и бросила на арену.

Генерал перевел взгляд на упавшую вещицу – большой серебряный диск с изображением василиска и кисточкой из скрученных желтых нитей.

– Отдашь старосте в ближайшей деревне. Он пополнит ваши запасы. Через четыре дня армия Мхана должна покинуть мои земли. Если узнаю, что вы учинили беспорядки… – в глазах Аннет появились стальные оттенки, – Герцогу придется не сладко. Вряд ли он будет рад, если у Бервиндора появится еще один союзник.

– Благодарю, – чуть склонил голову Азрет, поднимая с земли украшение, – Не беспокойтесь, мои солдаты не бандиты и не варвары.

– Господин лекарь, позаботьтесь о генерале Фрейре, – обратилась женщина к худощавому старичку в белых одеждах.

Азрет поклонился, бросив на герцогиню взгляд, в котором смешались оттенки сожаления, разочарования и грусти. Во взгляде герцогини на секунду тоже промелькнуло нечто подобное, но женщина поспешно отвела глаза.

Генерал Сезер развернулся, намереваясь покинуть арену.

– Стойте! – обеспокоенно выпалила герцогиня. Мужчина обернулся.

– Ты ранен?!

Азрет проследил за взглядом герцогини. Откуда-то сверху по левой руке стекала тонкая струйка крови, капая с кончиков пальцев.

– Скорее всего, открылась старая рана на плече. Это пустяк.

– Лекарь осмотрит и вас тоже, – проговорила Аннет, тщательно скрывая беспокойство.

– Госпожа… – с досадой начал генерал Фрейр, но заметив выражение лица герцогини, замолчал, бросив на Азрета очередной ненавидящий взгляд.

***

Лекарь вышел из палатки, где разместили Азрета, только через час.

– Почему так долго? – обеспокоенно спросила Аннет. – Раны серьезные?

– Не сказать, что серьезные… Но их много. Две пришлось зашивать. Думаю, его жизнь вне опасности. У этого молодого человека очень сильное тело и воля.

– Благодарю, – с облегчением выдохнула герцогиня. – А Милат?

– Тоже ничего серьезного. Не стоит беспокоиться.

Герцогиня кивнула и направилась к палатке с ранеными. Похоже, зашла она как раз вовремя. Напряжение здесь ощущалось почти физически.

– Как вы себя чувствуете, генерал Фрейр? – поинтересовалась герцогиня.

– Все хорошо, моя госпожа! Просто царапина, – счастливо выдохнул Милат, бросив на Азрета взгляд победителя. Генерал Сезер проигнорировал, продолжая спокойно надевать доспехи.

– Тогда оставь нас, пожалуйста, Милат. Мне нужно поговорить с этим человеком наедине.

Милат плотно сжал зубы, но послушался.

Аннет несколько секунд молча смотрела, как Азрет одевает доспехи, а потом подошла ближе. Тонкие изящные пальцы умело помогли застегнуть и затянуть кожаные ремешки.

– Почему каждый раз, когда мы встречаемся, ты оказываешься раненым? – спросила Аннет, не поднимая на Азрета глаза и сосредоточенно застегивая очередной ремешок.

– Значит, вы все-таки помните меня? Поэтому отпустили? – улыбнулся уголком рта генерал. Герцогиня чуть покраснела, злясь на себя за то, что не сумела выдержать избранную линию поведения до конца.

В тишине палатки раздался звук пощечины.

– Тогда и ты не должен был забыть, что заслужил это, – резко высказала Аннет.

– Вы хранили для меня эту пощечину восемь лет? – усмехнулся Азрет, потирая щеку. – Я польщен.

– Я начинаю жалеть, что не приказала убить тебя и твоих солдат, – фыркнула герцогиня и тут же вздрогнула, почувствовав, как на ее талию легла мужская ладонь.

– Что ты..?! – задохнулась от возмещения Аннет. Лицо Азрета оказалась совсем близко от ее собственного, пальцы генерала коснулись подбородка женщины, чуть приподняли ее лицо. "Надо просто закричать,"– билась в голове Аннет настойчивая мысль, но почему-то… почему-то кричать совсем не хотелось. Ее тело, казалось, вот-вот расплавится, внизу живота разливалось тягучее манящее чувство. Такое незнакомое и желанное. Прикосновения Филиппа никогда не пробуждали в ней ничего подобного. Скорее наоборот. От его ласк Аннет испытывала что-то сродни отвращению. Сейчас же разум просто уплывал куда-то…

– Госпожа, у вас все в порядке? – раздался голос Милата. Аннет словно проснулась, отстранила от себя Азрета резким движением рук, отошла на несколько шагов и повернулась к нему спиной.

– Все в порядке, генерал Фрейр.

– Я был рад вновь увидеть вас и узнать ваше имя… – проговорил Азрет, отодвигая полог палатки и бросая на фигуру герцогини прощальный взгляд. Аннет с трудом сдержалась, чтобы не обернуться. На одно короткое мгновение ей невыносимо сильно захотелось остановить этого человека… Но она тут же выкинула эту мысль из головы. Все, что не подчиняется логике и не несет в себе выгоду – не имеет значения. Только вот, почему она отпустила их? Совсем не логично… С Бервиндором скорее всего будут проблемы…

Милат зашел в полатку, его взгляд обеспокоенно и ревниво изучал задумчивое лицо герцогини.

– Почему вы отпустили их? Азрет сказал, что был рад увидеть вас вновь. Разве тогда, восемь лет назад, вы встречались? – спросил напряженно генерал.

– Встречались. Удивительно… Он был рабом, а сейчас свободен и командует целой армией.

– Он интересен вам? Вы слишком заботитесь о нем.

Аннет подняла на Милата взгляд.

– Генерал Фрейр, вы забываетесь, – холодно произнесла герцогиня. – Следите за своими действиями и словами. Я ценю вас, но не потерплю нарушения границ дозволенного. Я знаю о ваших чувствах, но никогда не отвечу на них взаимностью. Примите это либо вам придется покинуть меня.

***

Четыре дня спустя.

Поместье герцога Мхана.


Азрет со смесью ненависти, облегчения и растерянности смотрел на застывшее на полу тело герцога Мхана.

– Что произошло? – спросил генерал, подняв взгляд на Ена, ставшего не так давно телохранителем герцога.

– Это случилось несколько часов назад. От вас прибыл гонец с вестью о поражении и гибели Теодора и Вильяма, сыновей Его Светлости. Герцог попросил меня оставить его. Когда я вернулся, Мхан был мертв. Скорее всего, выпил яд.

– Кто-нибудь еще знает? – напряженно спросил Азрет.

– Нет. Я ждал вашего возвращения, так как не знал, что делать.

– Хорошо. Пока никому ничего говорить не нужно. Позови сюда Эйзека.

Ен кивнул и быстро направился прочь из комнаты. Азрет опустился на корточки рядом с телом герцога.

– Трусливая скотина, – проговорил генерал со злостью, – Куда девалось твое былое величие и сила? Ты ведь всегда побеждал, всегда находил выход… Твои дети погибли, поэтому ты просто решил сдаться и сбежать?! А о своих людях не подумал? Что мы теперь делать должны?! Куда идти?! Скоро здесь будут войска Бервиндора! Что б тебя!

Дверь открылась, в кабинет герцога вошли Эйзек и Ен.

– Закрой дверь! – приказал Азрет. Ен повернул в замке ключ. Эйзек вытаращил глаза и побледнел, смотря на бездыханное тело Мхана.

– Что случилось?

– Герцог отравился.

– И что теперь делать? – растерянно спросил разведчик. Азрет поднял на Эйзека глаза. Все они слишком привыкли служить кому-то, быть частью огромного военного чудовища, казавшегося непобедимым. Сейчас, когда голова монстра оказалась отрубленной, тело его рассыпалось, извиваясь в агонии.

– Помнится, ты неплохо умеешь подделывать чужой почерк, – сказал Азрет.

– Ну… вроде, – растерянно ответил Эйзек.

– Первым делом, нужно обыскать кабинет графа. Ищем документы на рабов.

– Что? Зачем? – не понял Эйзек.

– Герцог перед смертью был столь великодушен, что даровал волю всем своим рабам.

– Ты спятил?! – в голос спросили Эйзек и Ен.

– Эти документы должен будет заверить магистрат! – продолжил Эйзек. – Думаешь, он станет что-то подписывать без Мхана? Если кто-то узнает, что документы – подделка, нас всех повесят!

– С магистратом я разберусь. Просто доверься мне.

– Чокнутый! – взвыл Эйзек.

– Ен, для тебя будет другое поручение. Возьми с собой Ксандра. Обыщите здесь все. Нас интересуют деньги и драгоценности. Солдатам нужно заплатить за их труд. Оставшиеся ценности послужит для иных целей.

– Каких? – спросил Ен.

– Для начала… мне нужна собственная армия…

## Глава 3. Интриги и власть

ЧАСТЬ 1. БАЛАНСИРУЯ НА ЛЕЗВИИ МЕЧА


Эргран.

Город Шаргит.


Эйзек прижался спиной к стене дома. Его окружили. Человек двадцать из городской стражи и две тени.

– Черт… – буркнул парень. Раньше он никогда не ошибался, всегда заметал следы так, что комар носа не подточит. Но не в этот раз. Поддался эмоциям… Да и чего греха таить, слишком привык, что ему всегда удается выходить сухим из воды. Сражаться со стражей не хотелось. Не за этим его Азрет в Эргран отправил. Да и двадцать против одного, не считая теней… Вляпался, так вляпался!

– Брось оружие! – крикнул капитан Аргус. Эйзек смерил взглядом высокого мужчину средних лет с черными короткими волосами и зеленым глазами. Взгляд зацепился за гравировку на доспехах: соловей и лилия.


"…дам тебе совет: иди за соловьем и лилией…" – всплыли в голове слова Дайниш.


– Да ладно? – недоверчиво буркнул Эйзек. Хотя выбор был не велик: попытаться прорваться и героически погибнуть или…

Эйзек бросил на землю меч.

Через два часа разведчик сидел в комнате для допроса. Капитан Аргус молча отстукивал ритм указательным пальцем по поверхности стола и задумчиво всматривался в изрядно побитое лицо рыжеволосого мужчины, сидящего напротив.

Эйзек скривился от боли, попытавшись чуть расслабить веревки, которыми были перетянуты запястья, покосился на торчащую из-за стопок бумаг макушку какого-то писаки. Он периодически выныривал из-под бумажных завалов, а потом снова исчезал. Аргус велел ему вести протокол допроса.

– Зачем вы убили графа Гарракта? – начал капитан.

– Он был подонком. В аду ему самое место.

– Подонком? Что вы имеете в виду?

– Только не говорите мне, что городская стража не в курсе его садистских увлечений? – язвительно заметил Эйзек, сощурив глаза и скривив губы в презрительной усмешке. В глубине глаз Аргуса что-то промелькнуло, но внешне он остался спокойным.

– Вы понимаете, что вас повесят?

– Я не жалею о том, что перерезал глотку этой твари, если вы об этом.

Аргус вздохнул, откинулся на спинку стула.

– Раз вы понимаете, что вас ждет, может, ответите мне на один вопрос? Почему никто не может запомнить ваше лицо?

Эйзек насторожился, но потом безразлично пожал плечами.

– Без понятия. Люди часто бывают не внимательными.

– Вот как? И никакого секрета? – вкрадчиво продолжал капитан.

– Абсолютно никакого.

– Хммм… Знаете, это напомнило мне кое-что. Уже почти год некто неизвестный выкупает по всему Эрграну рабов, которые потом бесследно исчезают. Удивительно, но лица этого таинственного покупателя тоже никто запомнить не смог. Странное совпадение, не находите?

– Совпадение? – очень натурально удивился Эйзек, – Это лишь подтверждает мои слова о невнимательности людей.

– Значит, это не вы?

– А я похож на человека, который может себе позволить покупку рабов? Я не дворянин и не торговец.

– Уверены? Возможно, я мог бы спасти вашу жизнь, если бы вы вдруг оказались тем человеком.

Эйзек усмехнулся.

– Не боитесь, что я назовусь тем, кем не являюсь, чтобы спастись?

– Правда это или нет, легко проверить. Всех выкупленных рабов кое-что объединяет. А что именно, может знать лишь тот, кого я ищу.

– Ищите? И зачем он вам сдался? Почему им интересуется городская стража? Покупка рабов теперь преступление?

– Почему я должен вам рассказывать что-то? Ведь вы – не он. Или все же..? – усмехнулся Аргус.

Эйзек скрипнул зубами. Рассказывать что-либо о своей деятельности в Эргране он не собирался.

– Я задам этот вопрос снова завтра на рассвете. Если ваш ответ не изменится, то уже в полдень вы будете болтаться на виселице. Подумайте, как следует.

Аргус встал из-за стола.

– Стража!

В комнату заглянул воин.

– Увести! – приказал капитан.

Пленника довольно грубо подняли со стула и толчками довели до камеры. Эйзек лег на расстеленную на полу солому. Тело ныло от усталости и чужих тумаков.

По сути, в его действиях в Эргране не было ничего противозаконного. И при других обстоятельствах он бы мог рассказать обо всем Аргусу. Но теперь… теперь все иначе. Он убил дворянина, подданного чужой страны. Выкупая рабов, Эйзек действовал по приказу Азрета. Власти Эрграна могут решить, что и убийство – приказ короля Мелингора. Будет трудно доказать обратное. Ему просто не поверят. Или не захотят поверить. Август III – король Эрграна, очень мнителен и труслив. Переворот в Мелингоре вызвал в нем что-то сродни паники. Он и до этого видел везде заговоры. Узнай Его вечно дрожащее Величество, что в Эргране действуют люди Азрета… Это может привести к войне. К тому же, Эргран вряд ли так легко откажется от рабов из Мелингора. А если сказать, что выкупал рабов по своей инициативе и на свои деньги? Не поверят… Он не дворянин. Первый вопрос: откуда столько денег? Да и при совершении сделок Эйзек всегда назывался разными именами и тут же оформлял рабам вольные. Такая благотворительность, да еще и под вуалью секретности… Нет! Лучше держать язык за зубами. Пусть даже ему и придется здесь умереть.

– Прости, Азрет. Кажется, я подвел тебя, – тихо проговорил Эйзек. – Чертова несдержанность! Надо было прибить эту мразь по-тихому…

За зарешеченным окном у самого потолка камеры раздался странный звук, похожий на хлопанье крыльев, а уже через секунду прутья обхватили хрустальные птичьи лапы с острыми коготками.

Вестник?!

Эйзек вскочил с места, стараясь рассмотреть между прутьями очертания хрустальной совы. Вестник уставился на пленника долгим немигающим взглядом желтых глаз. Потом зарылся клювом в собственное оперение, вынул одно из хрустальных перьев и сбросил его за прутья решетки внутрь камеры.

Перо полетело вниз совсем не так, как обычно падают птичьи перья. Это было похоже, скорее, на падение ножа. Хрустальное перо воткнулось в пол с такой легкостью, словно тот был сделан из песка, а не из камня. Сова вновь взмахнула крыльями, когти заскрежетали о прутья решетки, оставляя на железе глубокие борозды. Вестник взмыл в небо и просто растворился в воздухе, точно призрак.

Эйзек перерезал о торчащее из пола перо веревки, потом осторожно вытащил лезвие из камня, повертел в руке, разглядывая с интересом и восхищением. Эта вещица казалась такой тонкой и хрупкой! Уронишь, разлетится на тысячи осколков! Только вот внешность была обманчива…

Эйзек провел пером по стене, оставляя на камне глубокий порез.

– Вот бы мне такие метательные ножички! Надо будет потом надергать себе пару перышек, – растянулся в хищном оскале мужчина, потом подошел к двери, прислонился к ней ухом, прислушиваясь к звукам снаружи. Убедившись, что на той стороне все тихо, Эйзек осторожно просунул перо между дверью и косяком, подвигал немного, стараясь нащупать задвижку. Хрустальное лезвие прошло сквозь железо с такой легкостью, что пленник не сразу понял, что у него уже все получилось. Дверь бесшумно открылась. Эйзек с опаской огляделся по сторонам. Похоже, стражников по близости не было. Парень последовал к выходу, держась возле стены и не выпуская перо из рук. Сейчас это было его единственное оружие, хотя прибегать к нему не стоило. Убить стражника – не то же самое, что убить старого извращенца и его охрану.

Эйзек скользнул в коридор и тут же столкнулся лицом к лицу с молодым стражником. Совсем еще мальчишка… Слишком неопытный, чтобы успеть среагировать на точные и резкие движения противника. Эйзек оттащил обмякшее тело в свою камеру, быстро снял с парня доспехи и оружие, связал ему обрывками ткани ноги и руки и засунул в рот кляп. Через пару минут очнется…