Илона Шикова
Мажор. Право на ошибку

Пролог

Почти шесть лет назад…

Агата

– Платон, подожди! – я догоняю парня, когда он открывает дверь своей дорогой тачки.

– Ты что здесь делаешь? – резко поворачивается ко мне лицом, а я так же резко торможу, громко и часто дыша после марафона в пару километров.

Бежала, как угорелая, лишь бы успеть. Еще раз увидеть. Спросить.

Ведь он же объяснит мне, глупой, что это просто сплетни?

«Слышала, Платон завтра уезжает домой?»

«Жаль, я бы с ним еще разочек зажгла!»

«Какой же он красавчик!»

«Этого не может быть!»

Последнее – это мои мысли, о которых никто даже не догадывается. Глупые, наивные, но уж какие есть! Девчонки сплетничали на перемене, а я случайно мимо проходила. Платон – имя редкое, а его обладатель появился у нас в городе недавно. Бабушку любимую приехал проведать, тем самым вызвав фурор у всего женского населения нашего скромного района.

Включая и меня…

– Мы договорились встретиться… вечером…

– Вот вечером и приходи, – выдает парень с безразличием, а у меня сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Нет, не от быстрого бега, а от переживания – моя первая любовь сейчас закончится, толком не начавшись.

– Ты не рад меня видеть? – я настаиваю, хотя прекрасно понимаю, что зря.

Это правда, горькая и безжалостная. Парень злится и не скрывает этого, а значит, девчонки не соврали.

И меня, как я понимаю, посвящать в свои планы он даже не планировал…

– Слушай, что тебе от меня надо? – Платон захлопывает дверь автомобиля и делает шаг в мою сторону. – У меня дела, – разводит руками в разные стороны. – Срочные! – зачем-то громко добавляет, а лишь печально вздыхаю.

– Я мешаю?

– Мешаешь!

Как же я ненавижу свою жизнь – я всегда и всем мешаю. Даже поплакаться толком некому, у меня и подруг как таковых нет. Про мать промолчу – ей всю жизнь было «не до меня».

Ненавижу свою школу… Ненавижу этот долбанный город…

Я себя тоже ненавижу!

А сейчас так и подавно кажусь себе жалкой, никчемной, брошенной…

– Зачем ты так…

– Посмотри на себя и на меня, – со злостью выдает мне парень прямо в лицо, а я мысленно усмехаюсь.

«Спасибо, хоть убогой не назвал!»

– Погуляли, развеялись, у нас разве что-то было? – приподнимает одну бровь вверх в ожидании ответа.

Это в моем понимании он – принц на белом коне, о котором девушки мечтают, начитавшись любовных романов. А в его я…

Здесь можно много и долго перечислять – взгляд парня говорит лучше любых слов.

– Зачем ты тогда со мной встречался? – я все же надеюсь, что Платон всё это говорит сгоряча, так как дела у человека. А я задерживаю, но ведь мне нужно знать эту чертову правду.

Какой бы горькой она не была…

– Скучно было, – парень пожимает плечами.

– Ты… уезжаешь? – в моих глазах появляются слезы, но я до победного пытаюсь с ними бороться. – А как же… мы?

– Разве я что-то тебе обещал? – парень приподнимает одну бровь вверх.

– Но я люблю тебя…

– Все любят бабки моего отца, – он усмехается со злостью, а мне становится обидно.

Я поверила! Решила стать для него единственной. Отдала свое сердце.

А он его разбил вдребезги.

– Не веришь? Ну и черт с тобой! Только знай, милый, – последнее слово произношу с издевкой. – Если хоть раз окажешься на моем пути, очень сильно об этом пожалеешь.

И я даже не подозревала в тот момент, насколько пророческими окажутся мои слова…

Месть…

Это круче, чем любовь.

Или все-таки нет?

Глава 1

Наши дни…

Агата

– Ты уволена, Черныш!

– В смысле?

На лице начальницы ни единой положительной эмоции, и, кажется, она не шутит. А я, наоборот, округляю глаза, так как злобная фурия скорее всего караулила именно меня. Даже порог агентства переступить не позволила – в нее бес вселился, что ли?

А может, магнитные бури так повлияли на женщину? Прямо разорвать меня готова, только я до сих пор не понимаю – за что?

– Сейчас тебе вынесут твои документы, расчет получишь на карту, и вуаля! – начальница делает круговые движения указательным пальцем в воздухе и ехидненько так кривится.

Ну, знаете ли, это уже перебор. Вот так, без объяснения, прямо на пороге – наша «любимая фурия» совсем страх потеряла? Придется напомнить, сколько бабла я принесла ее модельному агентству. Сколько контрактов отработала, ни разу не сославшись на усталость.

И тут на тебе, Агата, кушай и не обляпайся.

Со мной такой номер не пройдет – не на ту нарвалась!

– Вообще-то, вы нарушаете условия нашего контракта, – я все еще держу себя в руках, стараясь говорить спокойно, хотя внутри все кипит, бурлит и вот-вот выплеснется наружу.

– Можешь подать на меня в суд! – усмехается Инесса Брониславовна мне прямо в лицо.

– А если подам? – провоцирую начальницу, так как ничего другого она мне не оставляет.

Ну, не истерику же здесь закатывать, в самом-то деле. Да и я вроде как девушка культурная, хоть и с периферии.

Почему, черт возьми, все, кто живет в областных центрах, считают нас лохушками?

«Безвкусица!»

«Фу, колхозница!»

«И эта в модели рвется…»

И так по кругу, одно и то же. Не надоело? Я, между прочим, больше этих расфуфыренных кукол отпахала на родное агентство. Да, кстати, и клиенты почему-то выбирают именно мою физиономию для каталогов, рекламы и обложек журналов.

А во всем виновато… мое место рождения.

Кто бы знал, как я иногда ненавижу этот маленький городок, коих тысячи на просторах нашей необъятной родины, в котором я родилась!

Ну почему не в столице?!

– Слушай, Черныш, – Инесса Брониславовна поворачивается ко мне лицом, хотя перед этим уже продемонстрировала мне спину. – А ты не много ли на себя берешь?

– Да мне-то уже терять нечего, – пожимаю в ответ плечами. – Вы меня только что уволили!

– Наглая провинциалка!

– Ничего нового, – усмехаюсь, но продолжаю твердо смотреть в глаза начальнице. – Хоть объясните, за что, – не даю женщине возможность уйти от ответственности, ведь должна же быть веская причина.

Инесса или фурия, как ее девочки называют за спиной, тетка неплохая, хоть и орет много. Часто не по делу, лишь бы значимость свою показать. Ее давно уже никто не боится всерьез, но все делают вид, что каются во всех смертных грехах, стоит только нашей фурии открыть рот.

Хотя и коллективчик тут подобран «со вкусом» – стукачи сплошные, завистники и любительницы посплетничать. Причем припишут тебе то, чего и в помине не было.

И как я здесь три года продержалась? Самой страшно становится, едва представлю…

– Ты зачем Саранскому из «Алекс-плюс» по башке бутылкой дала? – прищуривается Инесса, а я с облегчением вздыхаю.

Хоть причину назвала, а то бы я себя поедом ела, гадая, что же сделала не так.

– Так он приставать начал, на брюках пуговицу оторвал, на блузке рукав…

– И что?

Инесса нагло меня перебивает, но мне, если честно, на это плевать. Удивление вызывает ее вопрос – она в своем уме? Толстый боров, который заплатил ей бабки за рекламу, еще не купил меня. И уж никак не имеет права распускать свои грязные, потные и жирные лапы. Фу, противно становится, как вспомню этот ад…

– Да пошла ты, – выхватываю документы у подошедшей кадровички, выдавая последнюю фразу Инессе прямо в лицо, разворачиваюсь и выхожу на улицу.

Мне конец. Причем полный. А я только начала свободно дышать и строить планы на будущее.

В одночасье урод с баблом разрушил мою жизнь – ни денег, ни работы, ни радужных перспектив. Одним словом – полный ноль.

– И чего ты ревешь? – слышу рядом женский голос и поворачиваюсь в его сторону.

Вот это я ушла в себя, что называется – и сама не поняла, как оказалась на лавочке в небольшом парке. Никого в округе – еще бы, рабочий день в разгаре. Лишь милая бабулька с палочкой, которая сидит со мной рядом и с удивлением смотрит мне в глаза.

– Что, простите? – я шмыгаю носом и вытираю слезы тыльной стороной ладони.

– Парень бросил? – бабуля проявляет настойчивость, но мне сейчас плевать.

– Нет, – честно отвечаю, мотая головой из стороны в сторону.

– Из дома выгнали?

– Кто?

Я удивляюсь, причем открыто, поражаясь чужой логике. Других вариантов нет, почему человек плачет? Например, у него что-то болит. Или…

Дальше и у меня с логикой и предположениями туго, поэтому тупо пялюсь на бабульку в ожидании дальнейшего допроса.

– Муж, родители, – пожимает старушка в ответ плечами.

– Мужа у меня нет, родители далеко, – отвечаю на автомате, так и не понимая до конца, зачем перед ней оправдываюсь.

– Болит чего?

– Нет, – снова мотаю головой, слыша, как моя собеседница усмехается.

– Так а ревешь тогда чего?

– Уволили с работы, за квартиру нечем платить, и вообще…

– Тоже мне, нашла проблемы, – машет бабка рукой, а у меня слезы снова текут по щекам, как представлю, что придется возвращаться в общагу.

Да это еще мелочи – мне теперь нечем платить за учебу!

– Хочешь совет? – старушенция снова привлекает мое внимание, и я теперь просто на нее пялюсь, больше не пытаясь понять какой-либо логики. – Закрой глаза, подумай о чем-то хорошем, посчитай до сорока…

– И работа сама ко мне придет?

– Жизнь наладится, дурочка! – смеется бабулька, а я на автомате закрываю глаза.

Море, пальмы, песок, легкий бриз… Раз, два, три…

Тридцать восемь, тридцать девять… сорок!

Глаза резко открываю и поворачиваю голову вправо. Никого. Пусто. Может, у меня глюки?

– Пора отдыхать, – я встаю с лавочки и едва делаю шаг, как мой взгляд утыкается в противоположную сторону улицы.

– Этого не может быть! – отступаю и тут же плюхаюсь назад на скамейку. – Мне мерещится, – мотаю головой из стороны в сторону, прогоняя то ли галлюцинации, то ли свои глупые мысли. – Черт! – тут же вскакиваю, так как наконец-то меня осеняет.

Чего это я сопли распустила? Вот он, мой шанс на новую жизнь!

Бегом! И как можно быстрее!

Иначе буду жалеть об этом всю свою оставшуюся жизнь…

Глава 2

– Адалин… Адлаи… Тьфу ты, черт, – последнее бухту себе под нос и собираюсь с духом, чтобы правильно произнести это трудновыговариваемое имя-отчество: – Аделаида Ростиславовна!

– Вы мне, девушка? – невысокая женщина поворачивается лицом в мою сторону, хотя уже взялась за ручку двери.

А я пытаюсь унять дыхание и заодно сердцебиение – бежать пришлось довольно быстро, лишь бы успеть поймать эту Аделаиду возле входа. Странный вопрос, если честно, учитывая, что женщин с таким именем днем с огнём не сыщешь. А уж в комплекте с довольно редким отечеством и подавно, но сейчас не время разбираться в чьей-либо логике.

Мне бы уговорить её, хотя тётка она серьёзная. Странно, как вообще в нашем городе оказалась. Насколько мне известно, бывает она здесь крайне редко – раз в год, и то под вопросом. Такую, как эта Аделаида, нахрапом не возьмёшь. Тем более, это я к ней обращаюсь, а не наоборот.

Придётся хитрость применять, но для начала…

– Вы меня не узнаёте? – я расплываюсь в улыбке, хотя по хмурому взгляду Аделаиды понимаю, что не узнает.

Впервые видит. И не скрывает своего раздражения. Как это я посмела её задержать?

– Девушка, что вы от меня хотите? – нервничает моя собеседница, а я набираю полные лёгкие кислорода и выдаю на одном дыхании:

– Пять лет назад вы сидели в жюри конкурса «Мисс»… – я произношу название города, но женщина абсолютно равнодушна к данной информации.

– Допустим, – кривится, косится на дверь, лишь бы поскорее отсюда свалить.

– Я тогда победила, а вы оставили мне свою визитку, – стараюсь не нервничать и ни в коем случае не вспылить, хотя вижу по взгляду Аделаиды, что зря стараюсь.

Мне интересно, все эти Инессы, Аделаиды, Элеоноры специально становятся хозяйками агентств моделей? Чтобы все язык ломали, пока обратишься к ней. Еще и отчества – мать честная, все как на подбор, фиг выговоришь правильно с первого раза.

Еще и взгляд такой, что вот-вот сожрет тебя на завтрак. Хищница. Акула бизнеса. На уме только бабки, бабки, бабки…

– Деточка, я этих визиток в день раздаю по сто штук, – резко выдает женщина. – От меня ты что хочешь?

– Хочу к вам в агентство устроиться! – честно заявляю, на что Аделаида приподнимает одну бровь.

– Вот как! Удивила! Пять лет ждала, чтобы сейчас устроиться ко мне в агентство?

– Я вам писала на почту, высылала свое портфолио, – перечисляю, но по глазам своей собеседницы вижу, что все мои письма давно покоятся в папке «Спам». – Несколько раз писала, но вы не ответили.

– Значит, ты мне не подходишь! – отворачивается и открывает дверь, но я не могу так просто сдаться.

Главный офис агентства моделей «Diamonds» находится, конечно же, в столице. Ну и плюс восемь или десять филиалов, включая наш город. Аделаида Ростиславовна занимает весомое место в модельном мире – в ее команду попасть не так просто, как кажется.

И я, по ходу, пролетаю мимо, как фанера над Парижем.

Вот тебе и «жизнь наладится», Агата.

Провинциалка. Неудачница. Полная…

– Подождите! – кричу громко, когда перестаю себя жалеть. – Дайте мне шанс!

Женщина застывает на месте, несколько секунд смотрит на стеклянную дверь, а после снова поворачивается ко мне лицом.

– Ну, пойдем, – кивает на вход, а я быстренько вбегаю по ступенькам следом за Аделаидой. – Шанс, говоришь? – интересуется, следуя, как танк, прямо, по дороге кивая сотрудникам в знак приветствия. – Для массовки сойдешь.

– Какой массовки? – останавливаюсь, так как не совсем понимаю, о чем она. – Я проработала на ваших конкурентов три года, если не больше. У меня солидное портфолио, имя…

– Да нихрена у тебя нет, деточка! – резко выдает Аделаида и открывает одну из дверей. – Заходи, – пропускает меня первой и бухтит себе под нос: – Попробуем сделать из тебя что-то стоящее…

– Ким, – довольно высокий паренек с фотоаппаратом на шее протягивает мне руку. – Новенькая? – приподнимает одну бровь, искоса рассматривает меня, но нашу игру во взгляды прерывает Аделаида:

– Временная! До кучи сойдет!

– Объясните, что здесь происходит, я не понимаю…

– Объясню! – прерывает меня женщина. – Живо переодеваться.

Белый медицинский халат, едва прикрывающий попу, на шее штуковина, которой обычно врачи слушают пациентов (черт, даже не знаю, как она правильно называется), высокие каблуки, распущенные волосы…

– Сейчас мы из тебя сделаем красавицу, – миленькая девушка колдует над моим лицом, пока я сижу в кресле. Мысли у меня, конечно же, одна другой витиеватее, только я гоню их прочь. Шанс свой я использую на все сто.

Слава Богу, хоть не голой придется сниматься…

– Одна из солидных фармацевтических компаний расширяет рынки сбыта, а так же открывает новую сеть аптек по всей стране, – Аделаида тарахтит, а я пытаюсь вникнуть в суть между щелчками камеры. – Новое лицо, возможно даже два, пока только заказ на бигборды, вывески на аптеках, ну и парочка презентаций, где придется сниматься в роликах. Как она тебе? – последний вопрос женщина адресует Киму, а тот в ответ отрывается от экрана и расплывается в улыбке на все свои тридцать два зуба.

– Моей малышке она нравится, – гладит камеру рукой, а я у меня глаза на лоб лезут.

Кому я нравлюсь? Малышке? Боже, к каким извращенцам в логово я попала? А с виду приличное модельное агентство. Одна меня «временной» назвала, в массовку какую-то непонятную записала, другой фотоаппарат «малышкой» называет.

Дурдом, честное слово. Причем, самый что ни на есть настоящий.

– Страсти дай, детка, огня! – умничает Ким, а я хоть и пытаюсь удовлетворить его запросы, но хоть убей, не понимаю, нафига оно надо.

Какая страсть? Какой огонь? Если физиономия твоя будет висеть на входе в аптеку! Контрацептивы может рекламировать еще заставят? Ой, мамочки, вот это я влипла!

И это, черт бы их побрал, солидное агентство!

Может, я погорячилась со своим «шансом»?

– Достаточно! – командует Аделаида Ростиславовна спустя время, а я готова упасть прямо здесь замертво.

Все соки выжали из меня, но я стойко держалась. Так просто я не сдамся, раз уж дали мне возможность себя проявить. Я давно привыкла к тяжелому труду, поэтому нытье в данном случае считаю непозволительной роскошью. Либо я срублю Джек-пот, либо…

– Когда ждать результаты? – интересуюсь, когда Ким отворачивается, а Аделаида ехидно так усмехается.

– Мы тебе позвоним, детка!

Вот же стерва! Даже не скрывает своего превосходства, открыто демонстрируя, какое я ничтожество, по ее мнению. Глаза очень громко орут:

«Сними розовые очки, дорогая! Никто тебе звонить не собирается!»

И теперь до меня окончательно доходит, что меня тупо использовали…

А теперь просто избавляются, как от ненужной вещи…

– Вы не позвоните, – печально констатирую факт, наблюдая ехидные усмешки фотографа и хозяйки агентства. – Вы даже не попросили оставить вам мой номер телефона.

– Послушай меня, крошка, – Аделаида становится серьезной, только вот мне, если честно, сейчас плевать на ее нравоучения. – Ты, конечно же, девушка фактурная, симпатичная и харизматичная, но мне нужны лучшие.

– Лучшие когда-то тоже начинали с нуля…

– Вперед, кто мешает? – Аделаида Ростиславовна пожимает плечами. – Пробейся с низов, и тогда я посмотрю, достойна ли ты представлять мое агентство или нет.

– Понятно…

– Это один из самых крупных контрактов, за который борются сразу несколько конкурентов, – женщина поясняет мне, как будто ничего я не понимаю в этом бизнесе. – Поверь моему опыту, – намерено делает паузу, не отводя пристального взгляда. – Выберут одну из самых известных моделей.

Логично, только я все равно не понимаю, меня зачем она сюда притащила? Ах да, «шанс» новичку дала. Ну и в массовку меня впихнуть – вроде как работало агентство, подбирало моделей.

А по факту все давно уже куплено, подстроено и…

– Я так понимаю, мне сейчас нужно вам «спасибо» сказать? – язвлю, едва сдерживая слезы, хотя на языке вертится парочка нелицеприятных фраз.

Я же девушка с провинции – мне простительны вульгарные словечки и поведение истерички. Если что, спишут на происхождение – я уже давно к этому привыкла.

– Зайдешь через пару дней к Киму, он тебе фото подарит, – улыбается начальница, как будто делает мне величайшее одолжение. – Считай, бесплатно тебе портфолио пополнили.

Косится на парня, а тот поддакивает Аделаиде. Ну, стерва, ты еще пожалеешь, что так со мной обошлась. Это, по ее мнению, «шанс»? Пробы, в которых у меня вообще нет никаких шансов – даже боюсь представить, сколько знаменитых моделей будут подсовывать директору этой самой фармацевтической компании.

Куда уж нам, провинциалкам, до них…

Настроение на нуле, когда иду домой. К черту общественный транспорт – лучше пешком прогуляюсь, может, какие мысли в голову придут. Но их нет, хоть ты тресни, а настроение падает ниже плинтуса.

– Неудачница! – ворчу себе под нос, когда захожу в съемную квартиру. – Дура доверчивая! – швыряю ключи на тумбочку и направляюсь в спальню.

Делаю глубокий вдох, затем резкий выдох и падаю спиной на матрац. Закрываю глаза, чувствуя, как предательские слезы все же прорываются наружу.

Мне обидно и безумно стыдно.

Что придется возвращаться домой. В нищету, из которой я еле-еле вырвалась.

– Ненавижу…

Глава 3

Платон

Что ж так башка-то трещит! Как будто кто-то специально по ней бьет молотом – бабах, бабах, бабах! Пульс громко стучит в висках, и, кажется, сейчас моя головушка просто разорвется на несколько частей.

– Платон Романович… – слышу женский голос и поднимаю глаза.

– Что?

Даже говорить больно, теперь еще и звенит в башке. И таблетки не помогают, да что, черт возьми, происходит?

– Вы модель выбрали? – секретарь знает о моей головной боли, поэтому разговаривает тихонечко, но мне-то от этого легче не становится.

Хочется сейчас закрыться в спальне на сто замков, завалиться в кровать и послать весь этот чертов мир нахрен. Лишь бы все заткнулись. Не трогали меня.

Боже, когда же я наконец-то высплюсь по-человечески? Работа, работа и одна сплошная работа уже год, если не больше. Вот же подфартило мне, так подфартило. Жил себе спокойно, не тужил, шлялся по клубам, зажигал с девчонками, тратил папины деньги, гонял на крутой тачке по городу, и тут на тебе, сынок, «подарочек».

Всем на дни рождения дарят нормальные подарки – дорогие машины, квартиры, виллы, личный счет с шестью нулями, а мне предки организовали геморрой.

А как иначе можно это назвать?

– Я решил отойти от дел, – заявил отец, когда я меньше всего ожидал от него такой подлянки. – Мы с мамой уезжаем за границу, а ты, – направил папаша указательный палец в мою сторону, – возглавишь мою компанию.

– Не смеши, – я скривился, продолжая сидеть в вальяжной позе в кресле. – Ты и дня не проживешь без своей корпорации.

– Представь себе, смогу, – усмехнулся отец, но я особо не парился в тот момент.

Уже не в первый раз он заводил подобный разговор. Правда, о загранице заикнулся впервые. Что это еще он себе напридумывал?

Не иначе, как башкой треснулся и сотрясение себе заработал вкупе с амнезией.

Только я-то здесь при чем?

– Пап, ну какой из меня директор? – я все еще не осознавал до конца, что отец не шутит. – Да и работничек, – усмехнулся, вспоминая свою недолгую «трудовую деятельность», – сомнительный, – добавил, но на лице родителя ни одна эмоция не промелькнула.

Да ладно, мы это уже не раз проходили. Пожурит, даже поорет, но тут вступится мама, уговорит отца в очередной раз не лишать меня наследства, не блокировать карты и не нервничать, так как сердце слабое в последнее время. Нагрузки большие, еще и я нервы любитель помотать, за что становится стыдно.

Иногда. И то недолго.

Работать – это не для меня, хотя я честно пытался. Ровно две недели. И то через день, так как по утрам башка трещала от загулов. Проще меня уволить, чем терпеть мои закидоны.

Ну реально, какой из меня директор? Я и дня не продержусь в кресле генерального, и отец это прекрасно знает.

Тогда в чем же дело?

– А дело в том, сынок, – начал папаша, а я мысленно прикусил язык, так как последний вопрос, кажется, вслух произнес. – Тебе пора взрослеть и научиться нести ответственность.

– За кого? – я округлил глаза.

– Прежде всего за себя, – скривился отец, на что я ухмыльнулся.

– Ну, слава Богу, а то я уж подумал, ты в очередной раз решил меня женить.

– Сам решишь, на ком тебе жениться, только все равно я своего решения не изменю, – отец встал с кресла, заставив меня задрать голову. – Значит так, сынок, пора взрослеть.

– Зачем? – я произнес с безразличием в голосе, на что мой родитель вспылил:

– Затем, что ты – мужчина, а не маленький ребенок!

Ого, уже даже голос повысил, но это ненадолго. Аккурат до того момента, когда в кабинет войдет… мама. Спасительница моя, ну наконец-то. А то я уж всерьез начинаю задумываться, что сейчас будет жесткий облом моим загулам.

– Мамуля, хоть ты ему скажи… – начал я елейным голосом с улыбкой на устах, но тут же меня перебил громкий ор:

– Выйди отсюда! И дверь закрой с той стороны! Хватит, Дарья, ему сопли вытирать! Я принял решение! И менять его не намерен!

Вот это поворот, которого я точно не ожидал! Неужели серьезно решил меня приструнить? Так раньше надо было, папа, воспитанием заниматься. А то у нас работа на первом месте – даже не заметил, как сын вырос.

– Круто! – я проводил взглядом маму, которая вышла из кабинета, даже слова не сказав в ответ. – И что дальше?

– А дальше, сынок, я заблокировал все твои карты, и с завтрашнего дня ты живешь на зарплату генерального директора! И только я решаю, платить тебе ее или нет.

– Считай, я поверил, – кивнул и демонстративно похлопал в ладоши. – Это все?

– Каждый месяц я буду ставить тебе планы и проверять, выполнил ты их или нет, поэтому, – папаша намерено сделал паузу, чтобы я окончательно впечатлился. – Откосить не получится.

– Смешно, – я скривился и поднялся с кресла. – Всего хорошего! – развернулся и направился к выходу, делая по дороге отцу ручкой.

Напугал, как будто в первый раз грозится! Очень страшно! Прямо коленки трясутся!

Да не посмеет он заблокировать карты. И усадить меня в свое кресло у него не получится…

Серьезность намерений папаши я в полной мере «прочувствовал» на следующий день, когда заправлялся.

– Ваша карта заблокирована, – кассир отдала мне кусок пластика и внимательно посмотрела на меня. – Другие есть?

– Конечно, – я усмехнулся, а внутри все замерло.

Все три карты заблокированы! И налички ни копейки в кармане!

Впервые в жизни мне стало стыдно…

Ну, папенька, держись, дорогой!

Как бы потом жалеть не пришлось!

Что лишишься из-за своей прихоти единственного сына…

Навсегда…

– Так что там с моделями, Платон Романович? – секретарь возвращает меня в реальность, а то я слегка из нее выпал, как тут же резко открывается дверь в мой кабинет.

Только двое уникумов могут так нагло врываться в мое личное пространство. Друзья ведь. Настоящие. Такие же раздолбаи в прошлом, как и я, зато теперь за ум взялись. Только сейчас мне бы отлежаться.

И никого не слышать. Особенно Кирилла – этот тихо в принципе не умеет разговаривать.

– Аленушка, солнце мое! – расплывается парень в улыбке на все свои тридцать два зуба. – Я так рад тебя видеть!

– Как командировка, Кирилл Александрович? – милая Алена для нас не просто секретарь.

Друг, наставник, жилетка даже иногда.

Я выставил отцу единственное условие – своего помощника подберу сам. Лично. И это не обсуждается.

Кто бы только знал, какой табун девушек прошелся по моей нервной системе за неделю, пока я выбирал секретаря! Что только не делали, лишь бы их на работу взяли – и глазки строили, и блузки расстегивали, парочка даже намекнула, что не против… интима во время перерыва.

Господи, за что мне это наказание?

– Отлично! – Кирюха падает на один из свободных стульев, продолжая скалиться. – Все готово к открытию двух новых аптек.

– Орать-то так зачем, – ворчу, закрывая глаза и потирая виски. – Как же меня все достали!

– Что с ним? – слышу шепот друга, а после такое же тихое:

– Голова с утра раскалывается.

– А таблетки? – не унимается Кирилл, а я в ответ кривлюсь, открывая глаза:

– Самый умный?

– Ладно, буду потише, – пожимает парень плечами. – Что с моделью, Платон?

– Задолбали вы меня с этой моделью! – откидываюсь на спинку кресла, громко выдыхая, ибо головная боль уже зашкаливает за предельную норму.

Неделю мозг мне выносят – не могут сами, что ли, выбрать? Почему я? Других дел у меня нет, как тратить уйму времени на пересмотр кучи фотографий?

– Аленочка, два кофе с коньячком, – командует Кирилл и тут же выставляет руку вперед, не давая мне возможности даже рта открыть. – Не обсуждается! Надо сосуды тебе расширить, чтобы кровь поступала в голову.

– Лучше молотком двинь, – снова массирую пальцами виски, но больше не сопротивляюсь.

Надо расширить – будем расширять. Мне сейчас, если честно, все равно. Даже спорить лень. Лишь бы отстали все эти советчики хреновы.

С Кириллом мы знакомы еще со школы – даже не помню, чтобы хоть раз ссорились. Меня хоть заставили работать в воспитательных целях, а у друга ситуация похуже. Отец нашел себе молодую жену, которая родила ему нового наследника, а Кирилла с матерью выгнал на улицу без гроша в кармане. Благо хоть квартиру с тачкой не отобрал, и на том спасибо.

Но Кирилл простить ему предательства не смог. Мать начала бухать, причем жестко, ну и печальный финал. Парень долго отходил от потери близкого человека, но на то мы и друзья, чтобы не просто тусить вместе. А поддержать в трудную минуту.

– Давай со мной в команду, – предложил я Кирюхе, когда отец не оставил мне выбора. – По бабкам нормально, да и людьми себя почувствуем. Если честно, то задолбало уже без конца и края слышать в спину это дурацкое «мажор».

– Блин, Платон, я же нихрена не умею делать! – мой друг развел руками в разные стороны.

– Можно подумать, я умею, – скривился я в ответ, но Кирилла тогда уговорил.

От «блинов» пришлось отучать – с солидными людьми придется общаться. Я и сам любитель крепких высказываний, но исключительно в кругу друзей или мысленно.

Тут мне никто не запретит. Да и не услышит…

– Платон, завтра надо дать ответ, – начинает Кирилл, а слегка вспыхиваю:

– Кто у нас коммерческий директор? Вот тебе и карты в руки!

– Здрасьте, приплыли, – фыркает парень в ответ. – Подпись чья будет стоять на договоре? Генерального?

– А-аа…

– Вот и не перекладывай с больной головы на здоровую, – усмехается Кирилл. – Слушай, дай хоть поглазеть, – тянется к моему столу и берет первую стопку фотографий.

– Мать честная, – листает карточки, периодически округляя глаза. – Тут работы непочатый край! А вот с этой рыженькой я бы зажег, – машет фоткой в воздухе, но мне абсолютно безразлично.

Ладно, придется выбирать, а то ведь не отстанут от меня с этой моделью. Да и агентства ждут результата – завтра крайний срок, дальше затягивать нет времени.

Беру первую попавшуюся стопку, а их аж целых десять, и перелистываю карточки.

Боже, как я раньше-то с подобными зажигал! Страшные, как вся моя жизнь, тощие, одни ребра торчат – я даже сейчас понять не могу, что ищу.

– Фигня какая-то, – швыряю стопку на стол, но немного промазываю. Часть фотографий падает на пол, а я наконец-то не сдерживаюсь: – Твою ж…

– Платон Романович! – с издевкой произносит Кирилл. – Ты же генеральный директор, а выражаешься, как…

– Отвалил бы ты от меня, – наклоняюсь и начинаю собирать карточки с пола.

– Учить тебя и учить, – смеется друг, а по совместительству коммерческий директор моей компании, но я пропускаю мимо ушей.

Последняя фотография валяется на полу. Все остальные поднял. Только почему-то глаз именно сейчас цепляется за изображение симпатичной девушки.

Как-то предыдущие не зацепили, а эта…

– Кристи Мэй, – читаю на обратной стороне карточки, когда поднимаю ее с пола, и снова поворачиваю изображением к себе. – Они специально такие дурацкие псевдонимы себе придумывают?

– Нашел? – Кирюха привстает со стула и пытается заглянуть, а я не свожу взгляда с фотографии.

Невысокая, темненькая, с приятными формами– все, как мне нравится. Серьезный, осознанный взгляд, а не то что эти разукрашенные фифы с типа «страстью» на физиономии. Фу, противно смотреть, но только не сейчас.

– Агентство моделей «Diamonds», – снова читаю на обратной стороне карточки. – Вызывай! – поднимаю взгляд на опешившего Кирилла. – Будем завтра переговоры вести.

– Как скажешь, – парень пожимает плечами и выходит из моего кабинета, а я все никак не могу оторвать взгляда от фото девушки.

– Кристи… Кристи… Что-то не припомню, – бубню себе под нос, рассматривая внимательно симпатичное личико.

Никак не припомню, как ни пытаюсь память напрячь. Даже голова, кажется, перестает так сильно болеть, пока внимательно рассматриваю изображение этой Кристи.

И с каждой минутой мне все больше кажется, что девушку на фотке я где-то уже видел.

Только вот где?

Глава 4

– Добрый день, – невысокая женщина с серьезным лицом переступает порог моего кабинета. – Мне назначено на два.

– Присаживайтесь, – киваю на один из свободных стульев, пытаясь вспомнить, как же зовут эту хозяйку модельного агентства.

Вот же папа, черт бы его побрал! Пристал со своей новой рекламной кампанией!

– Сынок, расширяйся, заодно и презентацию подготовьте! Да, макеты мне по электронке вышли.

Как будто без его длинного носа никто ничего решить здесь не может! Куда уж нам до моего папеньки…

– Слушай, а сам я не могу утвердить? – я попытался возразить, но услышал твердое в ответ:

– Еще рано тебя выпускать из-под контроля!

Ну вот, а как все прекрасно начиналось!

Помню, как ворвался пулей в кабинет отца в родном доме и подлетел к столу.

– Ты офигел? – уставился на любимого родителя, так как кислород он перекрыл мне по всем фронтам. – Что за ерунда происходит?

– Тон смени, мальчик, – отец вальяжно снял очки и оторвался от чтения бумаг. – Я же тебе вчера предоставил право выбора, что не так?

– Ты не предоставил, – прямо перед его носом я помотал указательным пальцем из стороны в сторону. – Ты загнал меня в тупик.

– Пусть так, но согласись, – усмехнулся отец и откинулся на спинку кресла. – Я имею на это право.

– Не имеешь!

– Щенок!

Ну вот, а делает вид, что может держать себя в руках. Да уж, папа, какой же ты предсказуемый! Я прекрасно понимал в тот момент, что он победил, но надо все равно хоть какие-то условия выставлять, а не полностью капитулировать.

Только ни одной сто́ящей мысли в голове на тот момент не было, да и откуда бы ей взяться? Я никогда не имел дела с бизнесом родителя.

Да я даже понятия не имею, как контракты эти выглядят. И уж тем более, как происходит процесс производства.

Единственное, что знаю наверняка – это адрес офиса. Ну и где кабинет отца находится, если вдруг деньги срочно понадобятся.

И как ни странно, именно тогда мне стыдно не было. Я просто привык к такой жизни.

Отцу читать лекции поздно, но я все равно рискнул:

– Слушай, пап, ты бы таким категоричным раньше был, – скривился, так как самому тошно становилось. – Лет так десять-пятнадцать назад. Внимания бы мне побольше уделял, интересовался моими успехами и достижениями.

– Может, еще на каруселях тебя стоило покатать? – съязвил отец, но я, как ни странно, не вспылил.

– А даже если и на каруселях, что плохого? Ты вечно в делах, бизнесе, командировках, приемах и офисах. Везде, кроме дома, – я пристально смотрел отцу в глаза, наблюдая, как все же совесть в человеке промелькнула. – Тебя интересовали друзья, адвокаты, сотрудники, компаньоны, – намеренно сделал паузу, глядя, как мой родитель опускает глаза в стол. – Все, кроме сына.

– Я деньги зарабатывал…

– Да не в деньгах счастье, папа! – я слегка повысил голос, чтобы достучаться до него. – Мариновать их теперь, что ли?

– Ты не прав, сынок, – отец поднял глаза на меня, а я лишь громко вздохнул в ответ.

Не понял он нихрена, так стоит ли сейчас перед ним распинаться? Кроме конфликта ни к чему хорошему наш диалог не приведет. Хочет, чтобы я повзрослел, как он выразился?

Посмотрим, что из этого получится…

– Аделаида Ростиславовна Мягчинская, – женщина протягивает визитку Кириллу, сидящему по левую сторону от меня. – Агентство моделей «Diamonds».

– Терехов Платон Романович, – киваю женщине в ответ. – Кирилл Александрович, наш коммерческий директор, и Константин Игоревич, наш главный юрист, – кивком указываю на парня, сидящего по правую сторону вдоль стола.

Такой же раздолбай в прошлом, как и мы с Кирюхой, только немного серьезнее. У него статьи всех кодексов вместе взятых на лбу написаны. Я до сих пор не могу понять, как Костя умудрялся совмещать ночные загулы с дневной учебой. Золотая медаль! Красный диплом!

Мать честная, вот это рвение у человека! Еще и занудство в придачу – этот кого хочешь своими юридическими терминами в гроб загонит, особенно судей с прокурорами на заседаниях, ну и нас с Кирюхой за компанию.

Мы-то привычные, а вот женщина сейчас слегка офигеет, если Константин рот откроет.

Любит человек, чтобы все было по закону!

– Славик, – женщина представляет паренька, стоящего рядом, а мои друзья усмехаются, пряча улыбки за ладонями. – Точнее, Вячеслав, мой помощник.

Господи, где она его только откопала? Хотя, чего только не встретишь в модельном бизнесе! Чучело! Самое настоящее! Я бы в жизни такого не взял к себе в помощники, но мне лично все равно.

Может, он человек хороший, а главное – ответственный, но я привык судить всех по своему вкусу.

Хреновая привычка. Пора от нее избавляться…

– Я так понимаю, – начинает Аделаида (надеюсь, имя правильно запомнил), когда Алёна ставит перед ней шашку с кофе, – что вы, Платон Романович, выбрали моих девочек для вашей новой рекламной кампании, – скорее утверждает, чем задает вопрос, а я в ответ лишь киваю.

– Все верно.

– Могу узнать, кто именно вас заинтересовал?

Надо же, каменная статуя – ни одной эмоции. Не женщина, а какой-то робот, хотя в бизнесе не может быть в принципе эмоций. Мне нравятся подобные начальницы, знающие себе цену.

С такими легче найти компромисс. Все четко, безэмоционально и сугубо по делу.

– Вот эта девушка, – влезает Кирилл и протягивает фотографию женщине. – Кристи Мэй, – добавляет, а я не свожу взгляда с Аделаиды.

Странно, десять минут, пока шла официальная часть нашей встречи, тётка стойко держалась, а тут вдруг… поплыла. Брови ползут вверх, глаза округляются, кстати, и у Славика тоже лицо сильно видоизменяется. Они переглядываются, а после женщина переводит взгляд на меня.

– Что-то не так? – приподнимаю одну бровь и откидываюсь на спинку кресла.

– Вы… уверены? – женщина чуть ли не заикается, не отводя от меня глаз. – Что вам… нужна… именно она?

– Вы не ответили, что не так, – усмехаюсь, наблюдая за столь странной картиной. – Уважаемая Аделаида…

Черт, как же отчество-то у нее?

– Ростиславовна, – заканчивает вместо меня Кирилл, а после косится и подмигивает, чтобы наши потенциальные партнеры не увидели.

– Дело в том, что… – начинает мямлить женщина, а я ее нагло перебиваю:

– Девушка у вас не работает?

– Почему же, работает, – громко вздыхает, отводя взгляд и кусая нижнюю губу.

Темнит тетка, что-то здесь не чисто. Глаза бегают, с помощником то и дело косятся друг на друга.

Интересно, почему ее так удивил мой выбор?

– Тогда в чем дело? – не унимаюсь я, задавая вопрос немного тверже.

– Она у нас новенькая, работает недавно, – тарахтит Аделаида, а глаза все так же бегают из стороны в сторону. – Опыта мало, пока ставим только на несложные заказы, а у вас серьезный контракт, большая ответственность.

– Вот и дадим человеку шанс, – в меня как будто бес какой-то вселяется, хотя я так до конца и не могу понять причину своей настойчивости в отношении именно этой девушки.

Что я в ней такого нашел, что готов действительно дать этот чертов шанс? Почему-то уверен, что Кристи не завалит работу. Выложится на все сто процентов.

И я готов ее за это отблагодарить…

«Себе хоть не ври, благодетель!» – мысленно осекаю самого себя, все так же глядя на Аделаиду.

– Предлагаю рассмотреть более опытных моделей, – начинает женщина, но я снова ее перебиваю:

– Хочу ее!

Как-то резко у меня получается – даже парни с медленно округляющимися глазами поворачивают головы в мою сторону.

Черт, что-то несет меня в какие-то дебри. Вот далась мне эта девчонка…

– Ну-у… хорошо, – кивает Аделаида, а я понимаю, что надо немного обороты сбавить. – Пусть будет по-вашему.

– Давайте так, – усаживаюсь в кресле ровно и кидаю ручку на стол. – Через пять дней у нас небольшой корпоратив по случаю подписания договора с новыми инвесторами, – выдаю на одном дыхании, так как обстановка в кабинете накаляется. – Мы слишком быстро расширяемся, и нам необходимы дополнительные средства. Заодно инвесторы оценят нашу новую модель для рекламной кампании. Вы приглашены, – тут же добавляю, так как речь моя затягивается.

– У секретаря возьмете пригласительный, имена впишите сами. Хотим посмотреть вживую на модель, которую мы выбрали, заодно и ещё три-четыре девочки, которые достойны участвовать в кастинге по вашему, Аделаида Ростиславовна, мнению.

Впервые в жизни я теряюсь, как правильно повести разговор, так как именно сейчас эмоции берут верх над сдержанностью и рассудительностью. Со вчерашнего дня эта Кристи Мэй сидит у меня в башке, заполняя собой все мое личное пространство.

Я. Хочу. Ее. Увидеть…

Вживую!

А там потом решим, походит она нам или нет.

Аделаида Ростиславовна выходит из кабинета вместе со Славиком, а я громко вздыхаю, снова откидываясь на спинку кресла.

– Мы? – Кирилл приподнимает обе брови вверх, поворачиваясь ко мне лицом.

– Выбрали? – вторит ему Костя, повторяя все жесты и эмоции друга.

– Обалдеть! – выдают они синхронно, теперь уже глядя друг на друга.

– Я не в курсе, – Кирюха мотает головой из стороны в сторону, так как наш серьезный юрист уже готовится начать допрос с пристрастием.

– Объяснить не могу, – развожу руками в разные стороны, заранее зная все, что Костя сейчас спросит. – Интуиция!

– Ага, – кивает юрист и встает со стула. – Придумал тоже, – бухтит себе под нос, когда направляется к выходу.

– Я, кстати, тоже жду объяснений, – Кирилл встает со стула следом за Константином, глядя мне пристально в глаза. – Дружище, я тебя не узнаю.

Да я сам себя не узнаю, а последние двадцать четыре часа так и подавно. Что-то щелкнуло у меня в башке – может, вчерашняя дикая головная боль всему виной? Или я тихо схожу с ума…

– Кристи, Кристи, – тарабаню пальцами по столешнице, когда остаюсь в кабинете один. – Кто ж ты такая?

Вот и нафига, спрашивается, она мне сдалась?

Но я уже сейчас начинаю считать часы до корпоратива…

Глава 5

Аделаида Ростиславовна

– Катастрофа! – моему возмущению нет предела, когда я усаживаюсь на заднее сиденье автомобиля и со злостью хлопаю дверью. – Поехали! – командую водителю и только сейчас понимаю, что едва Славика не забыли на улице.

Он бы лучше порасторопнее был, а то прирос к земле. Я, если честно, сегодня так и не поняла – а за что он зарплату получает? Нехилую, кстати – да на его место выстроится тысячная очередь, лишь бы стать личным помощником самой Аделаиды Мягчинской!

– Можно ехать? – интересуется водитель, когда Славик наконец-то усаживается со мной рядом.

– Давай, – киваю в подтверждение своих слов и тут же поворачиваюсь лицом к своему помощнику:

– Шевелиться не пробовал?

– Извините, Аделаида Ростиславовна, – еще немного, и заикаться точно начнет, но мне сейчас это ни к чему.

Трезвый расчет. Дельные советы, как поступить правильно – несмотря на свою примитивную внешность и слегка… пришибленный вид, Славику цены нет. Он настолько хорошо меня чувствует, что знает, когда надо заткнуться, а когда вступиться. Причем всегда только по делу.

На него можно положиться в трудную минуту – иногда мне кажется, что он не человек. Робот. Самый настоящий.

Такой объем работы, как в нашем агентстве, не каждый потянет. Даже за бешеные бабки, которые я плачу Славику.

– Ладно, проехали, – машу рукой в ответ, так как сейчас мы еще уйму времени потратим на всякую белиберду.

А у нас нет этого самого времени.

От слова вовсе!

– Что делать будем? – интересуется аккуратно мой помощник, а я хмурюсь в ответ.

– Это я у тебя хотела спросить, дорогой, – фыркаю, еще и язвлю, так как пока не представляю, как из сложившейся ситуации выпутаться без серьезных последствий. – Что делать будем, а? Где эту девку искать? Ты же понимаешь, мы не можем упустить этот контракт!

– А как девочка к вам попала? – Славик приподнимает одну бровь вверх, а я лишь громко вздыхаю в ответ.

Помощник только вчера вечером прилетел сюда из столицы, а значит пропустил самое интересное.

Да я бы тоже сюда и дальше носа не показывала, если бы не дела.

Управляющий филиалом профукал дорогущий контракт. Еще и денег украл немало, оставив девочек без части гонорара. Интересно, а на что он вообще рассчитывал? Вроде мужик не глупый, в нашем бизнесе давно, да и у меня к нему пять лет претензий не было.

– Аделаидушка, прости, – чуть ли не на коленях умолял меня и… плакал. – Бес попутал.

– Ты, Гриша, урод моральный, – я скривилась, так как тошно становилось от подобной картины. – Думал, тебя найти будет сложно? Или у меня связей не хватит, чтобы тебя засадить?

– Мне нужны были деньги, – мужчина отвернулся, а я со злостью довольно громко хмыкнула. – Много и срочно!

– Всем нужны деньги! Только одни, Гриш, честно зарабатывают, или так же честно просят помощи, если очень припекло, а другие…

– Помоги, Аделаидушка…

И как тут мозгами не тронуться? Он в своем уме? А раньше где было его «помоги, Аделаидушка»? Сейчас мне, если честно, плевать, зачем ему деньги понадобились.

И даже слушать не хочу никакие оправдания…

А ещё теперь мне приходится расхлебывать его делишки – черт его знает, сколько еще я здесь проторчу.

– Это не она попала, а мы попали, Славик! – я развожу руками в разные стороны. – Прибилась ко мне на улице, хотела к нам в агентство устроиться, а я… В общем, сглупила. Нам же нужны были девочки для количества? Вот я и дала этой дурехе вроде как «шанс». Даже позвонить обещала! – усмехаюсь, вспоминая печальные глаза этой… крошки.

Да я даже не помню, как зовут-то ее! Про то, где искать эту пигалицу, я и думать боюсь. Город-то не маленький, хоть и не столица. Да и я тут без году неделя – понятия не имею, куда и к кому обратиться за помощью.

– Так в чем проблема? – с оптимизмом произносит Славик, а я снова поворачиваюсь к нему лицом. – Она же должна была оставить вам свой номер телефона!

– Самый умный? – кривлюсь в ответ, наблюдая, как с лица паренька сползает улыбка. – Чего ты скалишься? Типа я такая дура, взяла телефон у девочки, а теперь голову ломаю, как ее найти? Логика, Славик, на высшем уровне!

– Извините, – помощник опускает глаза вниз, но мне сейчас нужен его светлый ум, а не расстроенные чувства.

– Отставить сопли! – командую, наблюдая, как паренек приободряется. – Телефона нет, так как я не собиралась ей звонить. На кой он мне в таком случае сдался?

– Имя, фамилия…

– А хрен ее знает, как зовут, – пожимаю плечами в ответ. – Вот скажи, когда мы имена запоминали, если девок разово в массовку брали?

– Тоже верно, – печально вздыхает Славик. – Думайте, Аделаида Ростиславовна, что-то же она должна была вам рассказывать о себе.

Думайте, а я что делаю по его мнению? Уже весь мозг себе сломала, но ничего в головушку мою не лезет, хоть стреляйся. Никакой информации. Просто полнейший тупик.

– Интересно, что в ней Терехов нашел? – автомобиль останавливается, а я, не дожидаясь водителя, сама вылезаю из салона.

– Девочка, кстати, харизматичная, – улыбается Славик, догоняя меня. – Вы бы присмотрелись к ней получше.

– Издеваешься? – я останавливаюсь возле входа и поворачиваю голову в сторону помощника. – Мне для полного счастья еще не хватало сейчас из новичков звезд лепить. Прошли те времена, когда я этих неблагодарных выводила в свет.

– Думаете, Терехов передумает? – Славик наклоняется и негромко произносит, чтобы никто не услышал.

– Очень надеюсь, что да, – кривлюсь и открываю дверь. – Но в любом случае, второй раз впросак нам попасть никак нельзя, дорогой.

И где ж мне тебя искать, Кристи Мэй? Кстати, этот дурацкий псевдоним придумала я – первое, что в голову пришло, ибо имя девушки я тогда забыла напрочь.

– Света, Маша, Даша, – перечисляет Славик, когда мы заходим в мой кабинет. – Ну же, вспоминайте, Аделаида…

– Стоп! – я поднимаю указательный палец вверх и останавливаюсь аккурат возле своего кресла. – Что-то точно было, – хмурюсь, пытаясь собрать куски информации в единое целое. – «Мисс» чего-то там она выиграла, – пауза, но хоть убей, названия города в голову не лезет. – Пять, – снова запинаюсь, все так же напрягая мозг. – Нет, вроде шесть лет назад.

– Уже лучше, – кивает Славик, а меня осеняет.

– Я в жюри конкурса сидела!

– Так это в корне меняет дело! – помощник хлопает в ладоши и испаряется из моего кабинета.

А я падаю на кресло и закрываю глаза, откидываясь на высокую спинку. Устала. Дико. Безумно. Мне бы поспать.

А лучше отоспаться денечек. Или два. Эти бесконечные гонки, контракты, перелеты, мелькание лиц перед глазами.

– Надоело, – тихо шепчу, все так же сидя в кресле с закрытыми глазами.

Я уже давно задумываюсь, а надо ли оно мне?

Муж давно бросил, узнав, что у меня очень серьезная болезнь. И я не могу иметь детей…

– Давай усыновим, – я умоляла, надеясь, что здравый смысл все-таки преобладает над глупыми эмоциями, но Валера был непреклонен:

– Мне не нужны чужие отбросы!

– Пошел вон…

Это позже я узнала, что у него есть молодая любовница. Которая, кстати, по какой-то необъяснимой причине не захотела рожать ему наследника.

А через четыре года выгнала на улицу этого неудачника.

И он не придумал ничего лучшего, как приползти ко мне с извинениями…

– Аделаида Ростиславовна, нашел! – громкий крик Славика выводит меня из раздумий, и я резко открываю глаза.

А может, я все-таки вырубилась? Хоть на время отключилась от реальности, погрузившись то ли в сон, то ли в воспоминания.

– Не тяни, – я подъезжаю в кресле ближе к столу, а Славик с довольной физиономией протягивает мне лист бумаги.

– Агата Алексеевна Черныш, – произносит парень бодро и протягивает следом фотографию.

– Она, – улыбаюсь, так как проблема почти решена.

Остались мелочи – узнать, где ее можно найти, но это решаемо в течение двадцати четырех часов. Славик отыщет и иголку в стоге сена, а тут живой человек.

Надо же, как мир тесен. Звонить не хотела, но встретиться нам все же придется.

– Завтра будете знать о ней все! – мой помощник доволен, как слон, а я не отвожу взгляда от фотографии.

Девочка и вправду харизматичная. Как говорил Ким, камера ее любит. Из нее можно сделать звезду.

Если захотеть…

– Ну что, птичка моя ненаглядная, – ехидно усмехаюсь, продолжая внимательно рассматривать черты лица Агаты. – Или я тебя потоплю окончательно, – намерено делаю паузу, все так же скалясь, глядя на фото. – Или в одночасье ты проснешься богатой и знаменитой…

Теперь твоя судьба, Агата Черныш, в моих руках!

Глава 6

Агата

– Приятного вечера, – улыбаюсь, наблюдая, как клиенты встают из-за стола и направляются к выходу, а после печально вздыхаю, переводя взгляд на стол.

Куча грязных тарелок, стаканы, вилки, и все это добро мне сейчас предстоит убрать. А что, официантка тоже профессия. Не самая плохая, но в моем случае особо и выбирать не приходится.

Слава Богу, хоть сюда взяли. Еще и без опыта. Ну, кого интересует в данном случае моя несостоявшаяся карьера модели? Почему же жизнь так несправедлива ко мне.

И никакого просвета…

– Помочь? – одна из девочек останавливается возле меня и кивает на кучу грязной посуды.

– Спасибо, Лина, сама справлюсь.

Зато чаевые неплохие здесь оставляют. А что, каждый день живые бабки. С зарплаты можно за квартиру заплатить, а вот с учебой, по ходу, придется попрощаться. Как вариант, возьму академотпуск на год, а там видно будет – обидно, что учиться осталось совсем ничего.

Оптимизма во мне хоть отбавляй, но в последнее время он тает на глазах.

А пока гора грязной посуды перекочевывает на поднос, и в несколько заходов мне удается отнести все это добро на кухню. Еще и перекусить на скорую руку успеваю, запивая на ходу чаем.

– Агата, там посетители, – Лина заглядывает в столовую, а я делаю последний глоток и вытираю салфеткой губы.

– Бегу, – хватаю блокнот с ручкой (ага, здесь еще почему-то записи заказов ведутся по старинке, хотя многие уже давно перешли на гаджеты) и вылетаю из кухни.

Честно говоря, даже смотреть по сторонам некогда. И уж тем более рассматривать посетителей. Вижу только светлую голову женщины и паренька, который не сводит с меня пристального взгляда.

Черт, улыбнуться забыла, еще нажалуются.

Вот же люди, заняться им нечем. Лишь бы кляузу на кого-то настрочить!

– Добрый вечер, – расплываюсь в улыбке, но она тут же потухает, едва женщина поднимает на меня взгляд.

– Добрый, – усмехается Аделаида Ростиславовна, видимо, наслаждаясь и произведенным эффектом, и моей временной растерянностью.

– Что заказывать будете? – тарахчу, напрочь забывая, что меню так и держу под мышкой, не положив его на стол. – Или вам другую официантку позвать?

«Стерва!» – единственная мысль, которая настойчиво бьется в голове.

Наслаждаешься своим превосходством? Ладно, я уж как-нибудь постараюсь это пережить. И не из таких передряг выпутывалась, да и унижений натерпелась. Подъезды убирала, дворы подметала – мне не привыкать, если честно, к тяжелому труду.

Да и к насмешкам окружающих уже выработался стойкий иммунитет, но тут почему-то стало обидно.

Передо мной женщина, которая обещанного шанса мне так и не дала. Конечно, винить ее в своей неудачной карьере глупо, но все равно обидно.

«Крыса!» – мысленно добавляю, хоть так немного потешив собственное самолюбие, а Аделаида почему-то продолжает улыбаться.

Я ей что, клоун в цирке? Или обезьяна, на которую приходят посетители поглазеть?

«Коза драная!» – этот последний эпитет, адресованный мысленно в адрес Аделаиды Ростиславовны, успокаивает мою нервную систему, так как молчаливая пауза затягивается.

Может, женщина вдруг резко онемела?

– Зачем же другую, и ты подойдешь, – скалится эта стерва и кивает на свободное место на диванчике рядом с пареньком. – Присаживайся.

– Нам запрещено с посетителями…

– Присаживайся, я сказала! – Аделаида повышает голос, правда, хоть скалиться перестает. – И не нервируй меня, деточка.

Что-то здесь не чисто. Вот прямо чует моя то ли интуиция, то ли еще какое-то внутренне чувство, что все-таки не случайно появилась именно здесь начальница одного из крупнейших модельных агентств.

«Зараза!» – от последней мысли хочется выть, но я молчу. Присаживаюсь на край диванчика, как и предлагала Аделаида, и все так же, не произнося ни звука, смотрю женщине прямо в глаза.

«Села, дальше-то что?» – кричит мой взгляд, но моя собеседница игнорирует и меня, мой настойчивый посыл.

Рукой подзывает официантку и тут же командует:

– Три американо, пожалуйста!

– Я не пью кофе, – печально вздыхаю, и женщина тут же поправляется:

– Тогда два кофе и сок.

Странно, но официантка делает вид, что ничего необычного не происходит. Как будто меня и вовсе нет. Даже администратор не косится в нашу сторону – это магия? Или все в одночасье резко ослепли?

– И что вы от меня хотите? – я нервничаю, но и тянуть время нет смысла. – Работы много, и мне, честно говоря, некогда тут с вами разговаривать. Да и желания нет, – заканчиваю и кривлюсь, всем своим видом показывая, как этот диалог меня дико напрягает.

– Слушай, мы уже пять дней тебя разыскиваем, а ты…

– Зачем? – прерываю пламенную речь Аделаиды, а у самой сердце замирает.

Не может этого быть! Ведь она четко в прошлый раз сказала – для массовки. Даже номера телефона не попросили. Хотя бы из вежливости.

И вот теперь Аделаида сидит напротив и скалится – разыскивала она меня, видите ли.

Только я все равно в недоумении, хотя внутренний голос настойчиво твердит:

«Выслушай ее!»

– Хочу предложить тебе работу, – ухмыляется моя несостоявшаяся начальница, а я в ответ пожимаю плечами.

– Ну а я не хочу на вас работать.

– Официанткой лучше? – кивает Аделаида в сторону барной стойки.

– Мне не привыкать, – фыркаю в ответ, но больше из вредности, чем действительно так считаю.

Просто не хочу доставить этой стерве быстрого удовольствия. Работу она мне, видите ли, хочет предложить.

Черт, как же заманчиво это звучит!

Только все равно что-то здесь не чисто…

– Будем считать, что свой шанс ты использовала, – Аделаида делает вид, что все так же не замечает моего упрямства, хотя по глазам вижу, что злится.

– Это вы меня сейчас типа осчастливили? – я приподнимаю обе брови вверх.

– Типа да, – кивает женщина в ответ, а у меня начинается истерический смех.

Вот же смешная она! Корона, случайно, на мозг не давит? Осчастливила, блин! Прямо одолжение века сделала.

И теперь уже не просто дух противоречия во мне просыпается. Я собираюсь эту стерву поставить на место!

Она для меня никто! И ничего мне сделать не может! Сама справлюсь. Без подачек царственной особы.

А Аделаида может идти в задницу. Вместе с моим шансом.

– Смешная вы, Аделаида Ростиславовна, – я вытираю ладонью проступившие слезы после смеха и поднимаю взгляд на свою собеседницу. – Это вы мне сейчас делаете одолжение? Господи, до чего же людей деньги портят, – я встаю со своего места и продолжаю усмехаться. – Всего доброго!

– Ты не знаешь, от чего ты отказываешься, дуреха!

– Даже знать не хочу!

– Променяешь карьеру модели на вот это?

Аделаида делает круговые движения указательным пальцем, а кошусь по сторонам. А что, неплохой ресторанчик. Мне очень даже нравится. По крайней мере, здесь ко мне относятся, как к человеку, а не к вещи, которую можно подороже продать.

Именно на этом принципе ведь строится модельный бизнес?

– Я же вам уже сказала – мне не привыкать, – пожимаю плечами в ответ. – Надоест здесь – найду другую работу. И точно не в вашем агентстве и не под вашим руководством!

Что, не ожидала, дорогая Аделаида Ростиславовна? Получай! Я могу и похлеще высказаться, только воспитание не позволяет. Да уж, круглые глаза Аделаиды дорогого стоят.

Жаль, я не додумалась телефон включить и заснять эту картину на долгую и вечную память.

– То есть, ты отказываешься? – женщина смотрит на меня исподлобья, а я снова усмехаюсь.

– Не просто отказываюсь, – немного приближаюсь к своей собеседнице и даже слегка наклоняюсь. – Идите вы в задницу, Аделаида Ростиславовна, со своим предложением!

Выпрямляюсь, разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и направляюсь к служебному выходу. Улыбка не сходит с лица, а настроение делает резкий скачок вверх. Может, я сейчас и сглупила, но никому не позволю втаптывать меня в грязь.

Видимо, память у Аделаиды плохая – дамочка уже забыла, как насмехалась надо мной в прошлый раз? Пусть теперь побывает в моей шкуре!

Иначе так и не дойдет, что к людям надо относиться по-человечески!

А не по-свински…

Остаток смены проходит быстро – не успела оглянуться, как рабочий день уже закончился. Ноги гудят, но за шесть дней я уже привыкла. А впереди три выходных – вот, где отдохну и отосплюсь.

Но едва я переступаю порог запасного выхода, делаю пару шагов, как тут же замираю на месте.

Черный автомобиль. Прямо напротив выхода. А возле него… Аделаида Ростиславовна, черт бы ее побрал. Наблюдает, как я еле-еле передвигаю ватные ноги.

Сейчас, чувствую, отыграется по полной программе.

Вот чего она, спрашивается, ко мне прицепилась?

– Я не…

– Садись в машину, – командует Аделаида и кивает на черный автомобиль. – Будем считать, что последней твоей фразы я не слышала.

Тут же, как по мановению волшебной палочки, появляется паренек, который в кафе сидел вместе с женщиной, и открывает заднюю дверь.

«Не хочу!» – громко орет мой внутренний голос, а ноги на каком-то странном автомате двигаются вперед. Медленно, но все равно я иду к этой чертовой открытой двери. И сажусь на заднее сиденье, как командовала Аделаида.

– Если честно, то я не совсем понимаю, что вы от меня хотите, – я первой подаю голос, когда женщина усаживается рядом и захлопывает дверь.

– Трогай! – командует водителю, а после поворачивается ко мне лицом. – Слушай, деточка, я уйму времени потратила на то, чтобы тебя найти, а сейчас трачу еще больше, чтобы тебя уговорить. Ты совсем не догоняешь, что я от тебя хочу?

– Нет, – честно отвечаю и мотаю головой из стороны в сторону. – Вы же сказали, что я…

– А теперь передумала, – Аделаида закатывает глаза и негромко добавляет: – Где ж вас таких тугодумов берут только!

– Будете оскорблять…

– Не буду! – резко прерывает меня начальница. – Вырвалось случайно, не бери в голову.

Если честно, я второй раз за последние пять минут впадаю в ступор. Сначала машина с Аделаидой возле черного входа, теперь вот это. Практически извинения, и я, честно говоря, не нахожусь с быстрым ответом.

Что-то ей точно надо, раз ведет себя довольно странно. Ни наездов, как в кафе, ни унижений, как на съемках.

Неужели…

– Аделаида Ростиславовна, давайте начистоту, – произношу на выдохе, а женщина в ответ усмехается.

– Ладно, твоя взяла, начистоту, так начистоту, – пожимает плечами моя собеседница в ответ. – Только без обид, договорились? Меня не переделать, я не умею юлить и подхалимничать. Всегда говорю то, что думаю.

– Согласна, – киваю и немного расслабляюсь, так как разговор наконец-то встает в нужное русло.

В общем, если присмотреться получше, не такая она уж и плохая, эта Аделаида Ростиславовна. Резкая, но к ее манере общения можно привыкнуть. Она просто меня еще плохо знает – ведь что-то же ей точно надо.

А раз так, то я свой новый шанс ни за что не упущу! Зубами выгрызу, и никакая Аделаида меня не остановит!

– Кастинг, считай, ты прошла, – начинает женщина, а у меня глаза округляются слишком резко. – Ты не обольщайся, это только предварительные «смотрины», – тут же спускает меня с небес на землю, но я уже воодушевляюсь.

– Меня выбрали?

– Говорю же – только предварительно! – как для слабоумной повторяет моя собеседница, но меня уже несет.

Настроение делает резкий скачок вверх – вот это фарт! Пусть даже предварительно… Пусть даже Аделаида не договаривает…

Все равно я довольна! Очень! Супер!

Хочется прыгать от радости – неужели на меня обратили внимание?

– И есть шанс контракт заключить? – я цвету, как майская роза, расплываясь в улыбке на все свои тридцать два белоснежных зуба.

– Спустись с небес на землю, деточка, – тяжело вздыхает Аделаида. – Если честно, то я не одобряю твою кандидатуру, но и палки в колеса ставить не буду.

– Почему не одобряете? – улыбка резко спадает с моего лица, и я пристально смотрю на женщину. – Недостаточно хороша?

– Недостаточно опытна! – резко выдает Аделаида и слегка кривится. – Возишься с вами, возишься, время тратишь, звезд из вас делаешь, а стоит какому-то иностранному агентству поманить вас гонораром в виде зеленых бумажек, так вы напрочь забываете, кому обязаны своей карьерой! Знаешь, сколько я таких вот «моделек» уже повидала за пятнадцать лет?

– Догадываюсь, – печально вздыхаю, так как становится понятным столь негативное отношение женщины к моей скромной персоне.

Она права, как бы я на нее не злилась. Даже боюсь представить, сколько сил и средств она вложила в своих девочек, а они…

В общем, не мне их судить, но посыл Аделаиды я улавливаю точно. А недоверие – это дело времени и техники. Уж я расстараюсь, чтобы моя новая начальница осталась довольна!

– Значит так, дорогая моя, – женщина переходит на серьезный тон, а я ловлю каждое ее слово. – Независимо от того, получишь ты именно эту работу или нет, я беру тебя в свое агентство. Повозиться с тобой, конечно же, придется немало, но перспектива есть, поверь.

– Хочу пятьдесят процентов! – выдаю с довольной физиономией, на что Аделаида Ростиславовна кривится.

– Не наглей, а то обижусь, – намерено делает паузу, а я жду. Главное, смотрит так пристально, как будто насквозь меня хочет прожечь своим коронным взглядом. – Все работают за тридцать, но для тебя сделаю в этот раз исключение. Если все-таки послезавтра себя проявишь, то сорок процентов твои. Но на все последующие контракты работаешь на общих основаниях. Ну и плюс твой личный гонорар, соответственно, идет?

– Выберут, даже не сомневайтесь!

– Сомневаюсь, но посмотрим.

Недоверчивая какая, но мне сейчас плевать. Обидно, конечно, что еще до конца в меня не верит, зато честно.

И рейтинг Аделаиды резко вырастает в моих глазах.

– То есть и другие контракты тоже будут?

– Обещаю, – произносит женщина на выдохе, а я едва в ладоши не хлопаю от радости.

– Спасибо, Аделаида Ростиславовна.

– Готовься, деточка, за эти два дня я с тебя не слезу! Все соки выжму, так что неизвестно пока, скажешь ли ты мне потом «спасибо», – последнее слово копирует на мой манер, но я все равно довольна, как слон.

Скажу, еще и как скажу, я же выносливая! Правда, начальница (теперь уже я могу ее так называть без зазрения совести) пока об этом даже не догадывается!

Но я уж точно своего шанса не упущу…

– И еще, – смотрю Аделаиде в глаза, а она приподнимает одну бровь вверх. – Если этот толстый боров, который директор компании, будет ко мне приставать, то я настучу ему по башке! И никакие контракты, а так же проценты, меня не остановят!

Аделаида заливается смехом, а я так и сижу с открытым ртом и круглыми глазами. Интересно, что такого необычного я сказала? Кстати, и спутник моей начальницы тоже смеется, сидя на переднем пассажирском месте, как мышь.

Просто любопытство сейчас съедает, а кто же он такой? Ладно, это не суть – думаю, завтра все узнаю. А пока понять бы причину их истерического смеха.

Ведь не станет же Аделаида меня увольнять, если…

– Поверь, – успокаивается женщина и вытирает проступившие слезы с лица. – Если этот, как ты его назвала, «толстый боров» начнет к тебе приставать, то тебе, дорогая, понравится.

– Аделаида Ростиславовна!

– Все, молчу! – поднимает обе руки вверх в жесте «сдаюсь». – Если что, заступлюсь за твою честь.

Так-то лучше, а то взяли моду ржать по чем зря. Хочется просто посидеть в тишине. Посмотреть, как деревья с домами мелькают за окном. И подумать о будущем.

Неужели мне все-таки подфартило по-крупному?

Только ведь тогда я даже не догадывалась, что приготовила мне судьба…

Глава 7

– Последние штрихи, – визажист колдует над моим лицом, пока я сижу в кресле с закрытыми глазами. – И будешь у нас королевой сегодняшнего вечера!

– Хотелось бы, – бухчу себе под нос, желая сейчас только одного.

Спать!

Два дня ада, но я выдержала. Аделаида, как и обещала, выжала из меня все соки. То ей поза не такая, то эмоций мало, то еще к чему-то придерется.

– Ты модель, а не мумия! – фыркала женщина, рассматривая очередные фото. – Где страсть?

– Аделаида Ростиславовна, я…

– Не годится, – вновь и вновь отдавала фотоаппарат Киму, и мы начинали заново.

К ночи кружилась голова, ноги подкашивались от усталости, а мне хотелось… все бросить. И послать весь этот модельный бизнес куда подальше.

– Больше не могу-у… – выла я, лежа на кровати и глядя в потолок.

Такое чувство, что Аделаида решила на мне отыграться. За слишком длинный язык. И за слишком непомерную наглость. Ведь сказала же великая начальница – нефиг со мной возиться.

А сейчас, кажется, пытается мне и всем окружающим доказать, как она была права…

– Кожа у тебя – мечта любого визажиста, – усмехается Зарина, выводя меня из грустных мыслей. Хоть с ней мне повезло. Хоть какая-то отдушина в этом змеином царстве.

В прошлый раз, помнится, мейкап мне делала девочка, которая даже улыбаться, по ходу, не умела. Как робот, постоянно выполняющий одну и ту же работу – ни одной эмоции. А вот Зарина другая. Милая и добрая. Еще и постоянно подбадривала меня, когда в очередной раз поправляла макияж.

– Она специально все это делает, чтобы избавиться от меня, – жаловалась я Зарине вновь и вновь, когда в кресло к ней усаживалась. – Нервы мотает так, что ее мечта скоро осуществится.

– Ты не права, – усмехалась каждый раз девушка, проводя кистью по моему лицу. – Аделаида Ростиславовна знает, как сделать из тебя звезду, поверь.

– Не верю, – мотала я головой из стороны в сторону.

– А зря! – хихикала Зарина, продолжая выполнять свою работу.

Кстати, еще и права оказалась – даже я поняла, что не так было раньше. Фото действительно получились супер – я и не подозревала, насколько меня «любит» камера.

– У моих моделей должно быть безупречное портфолио! – строгая начальница наконец-то подобрела. – Ширпотреба мы не держим, да, Ким?

Можно и не спрашивать, он всегда поддакивает Аделаиде. Крайне редко с ней спорит, в основном признавая правоту руководства.

Кстати, меня тоже поддерживал, как и Зарина, в те минуты, когда наша начальница отлучалась по делам.

– Давай же, милая, ты можешь! – кривился, уговаривая, когда я падала на пол, не желая вставать.

– Не могу-у… – скулила, как побитая собака, но все равно поднималась.

И вот теперь я открываю глаза, натыкаясь на собственное отражение в зеркале. Странно, я никогда себя не рассматривала столь пристально, а вот сейчас не могу оторваться. Как-то необычно, что ли, я сейчас выгляжу. Непривычно, но мне нравится.

Одно могу сказать с полной уверенностью – я повзрослела. Прямо резко. Неожиданно.

Я ведь привыкла, что еще юная девушка, а здесь… женщина. Надеюсь, что красивая.

И сегодня у меня звездный час – или я сорву этот долбанный Джек-пот, или…

– Сорвешь, куда денешься, – смеется Зарина, а я поднимаю на нее взгляд и, кажется, краснею, понимая, что последнюю фразу произнесла вслух. – Я тут краем уха слышала, – девушка наклоняется ко мне поближе и переходит на шепот. – Аделаида делает ставку на тебя.

– Серьезно?

– Ага, – кивает в ответ моя новая подруга. – С сусликом своим вчера совещались, а я зашла в кабинет за подписью на платежке.

– Спасибо тебе огромное, – улыбаюсь визажисту в ответ и встаю с кресла.

Странно, но усталости не чувствую. Готова снова двигаться к новым свершениям. Даже на каблуках и в длинном вечернем платье в пол.

Надо же, как поддержка хороших людей все-таки важна! Сейчас у меня твердое намерение доказать Аделаиде, да и всем окружающим, что способна я на многое.

Лишь бы шанса не лишили…

– Боже, какая прелесть! – Славик, он же суслик, как девочки его прозвали за спиной, хлопает в ладоши, вызывая у меня стойкое желание послать этого чувака куда подальше.

Иногда так бесит, что руки чешутся. И хочется действительно двинуть парня чем-то тяжелым по башке. Неужели не надоело исполнять роль клоуна?

– Спасибо, – кривлюсь в ответ; в холле появляется Аделаида с остальными девочками.

Всего нас пятеро – вроде как всех заказчик отобрал. И сегодня он сделает окончательный выбор, когда увидит нас вживую на корпоративе.

– Так, девочки, последние наставления, – Аделаида Ростиславовна говорит твердо, привлекая к себе внимание. – Ведем себя естественно, глазки заказчику строим, но в меру. А не так, как в прошлый раз, да, Оксана? – обращается к высокой брюнетке, а та в ответ цокает языком.

– Нашли, что вспомнить, – ворчит, как будто это она делает одолжение начальнице, согласившись сегодня присутствовать на мероприятии.

«Вот дура!» – мысленно фыркаю, глядя на эту тощую воблу.

Все косятся в мою сторону, да такими взглядами, будто готовы просто разорвать меня на части, не сходя с места. Оно и понятно – зачем я им в роли конкурентки? Каждая хочет урвать кусок пирога. Побольше. Пожирнее. Желательно так, чтобы подольше денежки на счет капали.

И конкурентки им точно ни к чему.

– Не наглеем, не перечим и ни в коем случае не умничаем! – продолжает Аделаида Ростиславовна, правда, такое чувство, что слушаю ее внимательно только я.

Остальные строят планы, как бы поскорее от меня избавиться.

– Эта пигалица с нами? – яркая блондинка поднимает одну бровь вверх и тычет в меня пальцем. – Где вы ее только откопали, Аделаида…

– Тебя забыла спросить, кого и где мне откапывать! – отрезает девушку начальница тоном, не требующим возражений. – Еще вопросы будут?

– Начальник хоть молодой? – интересуется та самая Оксана, как я понимаю – любительница строить глазки заказчикам. – Или опять какой-то толстяк с потными ладошками.

– Ты так спрашиваешь, как будто я тебя на панель вывожу, а не высший свет, – фыркает Аделаида, вызывая у всех остальных присутствующих ухмылки. – Скоро увидишь, не переживай.

– Так вы хоть новенькую представьте, – усмехается все та же блондинка, а Аделаида Ростиславовна переводит на нее взгляд.

– Дарья, ты бы на деле сконцентрировалась, а не на новенькой, – кривится, как будто лимон съела, и тут же выдает довольно резко: – Раз вопросов по существу нет, то по машинам. А ты со мной, – командует мне, а у меня даже желания не возникает с ней спорить.

Посылаю ехидную улыбочку остальным девушкам и двигаюсь следом за начальницей, понимая, что сейчас попала в черной список каждой из этих титулованных змей.

Кстати, и Оксану, и эффектную Дарью я видела в журналах. И не раз. Как и остальных двух блондинок, правда, имен так и не вспомнила.

Да уж, тягаться мне с ними, и вправду, не по силам, но я не отчаиваюсь. У меня есть цель.

И никакие титулованные змеи мне не смогут помешать.

– Тут такое дело, – начинает начальница, когда наш автомобиль двигается по проспекту. – В общем, сглупили мы со Славиком немного, – делает паузу, а я даже дышать боюсь, так она меня запугала. – Надо было тебя как-то назвать, вот и придумали тебе псевдоним.

– К-какой? – я округляю глаза, наблюдая, как женщина кривится и хмурит брови.

– Кристи Мэй, – печально вздыхает, а я со стоном произношу:

– Капец!

– Ты давай мне тут, без выражений! – командует Аделаида и тут же немного сбавляет обороты: – Согласна, что ерунда полная, но назад уже ничего не отмотаешь. Кто ж знал, что он тебя выберет!

– Офигеть! – откидываюсь на спинку кресла, только сейчас понимая, что сидела, не шевелясь, как натянутая струна.

– Так что давай ты пока побудешь Кристи или Кристиной, это уж как тебе больше нравится, – игнорирует мое последнее высказывание Аделаида, хотя я намерено хотела ее позлить. – А там потом разберемся, офигевать нам или нет.

Пусть будет Кристина, по сути, какая, к черту, разница? Придумали уже, назад точно не отмотаешь. А подставлять начальницу мне почему-то не хочется.

Хоть и злилась я на Аделаиду эти два дня, сейчас немного градус моего негодования спадает.

А когда переступаю порог огромного зала в дорогущем ресторане, то и вообще забываю о своей бывшей неприязни к Аделаиде. Красиво здесь. Богато. Я, кстати, впервые и в этом ресторане, и вообще на подобном мероприятии. Беру с улыбкой на лице у официанта сок и кручу головой по сторонам.

Да уж, красиво жить не запретишь. И как же хочется стать частью этого богатства и роскошной жизни! Я так давно об этом мечтала. А сейчас…

Закончить свою мысль не успеваю, так как прирастаю к полу. Не могу пошевелиться, ноги как будто кто-то приковал. Рука со стаканом застывает в воздухе, а я не могу отвести взгляда.

Ко мне навстречу движется… Платон. Моя первая несчастная любовь.

Он уехал, а я осталась с разбитым сердцем. И еще долго страдала, мечтая, что однажды его увижу.

И вот…

Кстати, а что он здесь делает?

Глава 8

Платон

– Я не понял, ты для кого так принарядился? – Кирилл усмехается, а я поворачиваюсь к зеркалу спиной, а к парню лицом.

– А у нас уже в джинсах ходят на корпоративы? – приподнимаю одну бровь вверх в немом изумлении. – Вроде костюмы никто не отменял, – поправляю галстук и снова смотрю на себя в зеркале.

Уже который день не пойму, что со мной происходит. Вроде нет повода для паники, но я нервничаю. Как будто что-то должно вот-вот произойти.

То, к чему я пока не готов…

– Неужели девочка с фото так сильно запала? – Кирилл подходит ближе, продолжая ехидно улыбаться. – Впервые тебя таким растерянным вижу, дружище.

– Ты бы ерундой не занимался, – фыркаю, так как намеки друга сейчас неуместны. – А лучше бы делом занялся.

– Интересно, каким? – парень все так же ехидничает и даже не пытается этого скрыть.

Уже неделю эта Кристи Мэй сидит у меня в голове. Как пиявка, черт бы ее побрал. Выедает мозг в час по чайной ложечке и не желает оставить меня в покое.

«Ну где ж я тебя видел, красавица?» – еще и эта мысль добивает мою нервную систему окончательно.

И если раньше я только предполагал, что мы с девушкой встречались, то сейчас уже уверен на сто процентов. Только вот где? Откуда я могу ее знать?

Конечно же, все свои временные увлечения я вспомнить просто не в состоянии, да это и не реально, только вот с Кристи, кажется, дела обстоят иначе.

Заноза какая-то, честное слово.

И никак ее изнутри не вынуть.

Надеюсь, что корпоратив расставит все по местам, когда мы встретимся вживую…

– Например, еще раз проверь, все ли готово, – наконец-то вспоминаю, что Кирилл ждет от меня ответа, и снова отворачиваюсь. – Чтобы без сюрпризов.

– Слушай, я вот одного не пойму, что такого необычного ты в ней нашел?

Вот же неугомонный какой, все никак не хочет успокоиться. Да я бы с удовольствием ответил, если бы сам понимал – что я в ней нашел. Но не отпускает же. От слова вовсе.

Никогда бы не подумал, что такое может со мной случиться.

– Закрыли тему! – обрываю друга, четко давая понять, что любопытство его останется неудовлетворенным.

– Девочка симпатичная, не спорю, – продолжает Кирилл, засовывая руки в карманы брюк и пожимая плечами. – Но чтобы так плющило…

– Я же сказал, – снова поворачиваюсь к парню лицом. – Закрыли тему.

– Надо было мне выбирать, – усмехается Кирилл, а я лишь ворчу в ответ:

– Вот и выбирал бы!

– Лоханулся! – мигает бровями, а я вот прямо сейчас готов его прибить.

Перед зеркалом стою уже битых полчаса, лишь бы не думать о ней. Хоть как-то отвлечься и занять свои мысли чем-то другим.

Не получается…

Еще и Кирилл добивает окончательно:

– Платоша, а может, ты влюбился?

– В задницу иди! – кривлюсь, вызывая у друга истерический смех.

– Все симптомы налицо, – хлопает меня по плечу, а после лезет в карман, так как у него звонит мобильный.

Передышка, хоть и временная, а после начинается прием. Инвесторы из Европы, получасовые переговоры, но это уже заключительный этап. Подписание контрактов, поздравления и, конечно же, переход в большой зал.

Столы накрыты, народ снует туда-сюда, а я пытаюсь высмотреть нужную мне девушку. Странно, вроде модели уже должны прибыть, но я в упор ее не вижу, как ни пытаюсь охватить всю толпу глазами.

– Приехали, – Кирилл материализуется рядом, как привидение, а мой взгляд утыкается в центральный вход.

Аделаида Ростиславовна со своим сморчком – только так у меня ассоциируется ее помощник, уж извините. Высокие девчонки, похоже, модели, которых хозяйка агентства нам «сватала», только вот Кристи среди них нет.

– Платон Романович, я к вам, – слышу рядом мужской голос, но даже не поворачиваю головы в его сторону.

– Давайте чуть позже, я сейчас занят очень, – беру бокал с шампанским у проходящего мимо официанта и направляюсь в сторону Аделаиды.

Я же сказал, чтобы девушка сегодня была здесь, что непонятно? Прямо злость берет, когда кто-то идет поперек моим желаниям.

Аделаида решила, что можно мои слова игнорировать?

Сейчас мы исправим сей досадный факт!

Только вот исправить не получается, потому что мой взгляд натыкается на ту, которую я искал. И ждал нашей встречи целую неделю.

Кристи стоит в гордом одиночестве и с полуулыбкой рассматривает толпу. Я даже на какое-то время замираю на месте, любуясь девушкой.

Берет сок с подноса у подошедшего официанта, делает глоток, а я наконец-то делаю шаг.

Не могу же я столько времени столбом стоять посреди зала! Сейчас обязательно кто-то захочет со мной что-нибудь обсудить.

– Платон Романович…

– Потом, – отмахиваюсь и двигаюсь вперед, не выпуская девушку из вида.

Наши взгляды встречаются, только вот реакция малышки мне не совсем понятна. Как будто привидение увидела, а не своего будущего работодателя. Замирает на месте, так и не поднеся стакан ко рту.

Я надеюсь, моя неземная красота произвела на малышку такое неизгладимое впечатление?

– Добрый вечер, – я подхожу к девушке и расплываюсь в улыбке. – Прекрасно выглядите, Кристи, – не отвожу взгляда от милого личика.

– Д-добрый, – медленно кивает девушка в подтверждении своих слов, а глаза вот-вот из орбит вылезут. – С-спасибо, – еще раз кивает, а я приподнимаю одну бровь вверх.

– С вами все в порядке? – слегка наклоняю голову, заглядывая девушке в глаза, а она как будто точно увидела как минимум привидение.

Такой то ли испуг, то ли загадочное удивление точно не сыграешь. И мне пока не понятна столь странная реакция.

А узнать хочется до ломоты в зубах…

– В порядке, – Кристи снова кивает, а меня это начинает дико раздражать. И я бы взорвался, если бы не подоспевшая Аделаида со своей фирменной улыбкой:

– Платон Романович, добрый вечер!

– Добрый, – ворчу женщине в ответ и снова перевожу взгляд на девушку.

– Уже познакомились? – тарахтит Аделаида, но я ее пресекаю:

– Пока нет, но очень надеюсь, вы меня представите по всем правилам.

– Кристи, знакомься, это Платон Романович Терехов, генеральный директор компании «Фарма-Плюс», – на одном дыхании произносит Аделаида, все так продолжая улыбаться, а вот девушка, наоборот, как-то резво потухает. – Очень надеюсь, что наш будущий заказчик.

– Кристи Мэй, если я не ошибаюсь? – вставляю свои пять копеек, на что получаю резкое в ответ:

– Не ошибаетесь!

– Составите мне компанию? – продолжаю давить на девушку, так как мне крайне важно остаться с ней наедине.

И узнать, черт бы ее побрал, что происходит! Я впервые в жизни… растерян. Не пойму, как себя дальше с ней вести. Хотел ведь исключительно положительное впечатление произвести, а получил в ответ какую-то непонятную стену отчуждения.

Она по жизни такая колючая, или только я удостоен подобной чести?

– Не составлю, – фыркает Кристи в ответ и ставит стакан с соком на поднос проходящего мимо официанта. – Извините, но все переговоры только в присутствии Аделаиды Ростиславовны.

И все. Жирная точка.

Девушка бросает на меня последний взгляд, полный презрения, и уходит.

Просто так. Без каких-либо объяснений.

Я не просто удивлен – я в полнейшей растерянности, поэтому перевожу взгляд на Аделаиду.

– Извините, Платон Романович, – улыбка резко сползает с лица женщины. – Я разберусь.

– Не надо разбираться, – снова смотрю на спину удаляющейся девушки. – Я сам.

– Не знаю, что на нее нашло, но…

– Сказал же, не надо разбираться, – обрезаю хозяйку модельного агентства и громко кричу вслед девушке: – Кристи, подожди!

Глава 9

Агата

Он меня не узнал! Как будто вообще никогда в жизни не видел! Просто смотрел на новую девушку – модель Кристи Мэй. Даже именем другим меня называет, вроде как мы не знакомы.

Больно. Обидно.

Противные слезы подступают, желая вот-вот вырваться наружу, когда слышу в спину громкое:

– Кристи, подожди!

О, мы уже на «ты» перешли? Надо же, какой быстрый и наглый этот Платон Терехов. Еще и я растяпа – не могла заранее поинтересоваться именем нового заказчика. Хотя, на кой черт оно мне надо? В принципе, абсолютно без разницы, кто платит бабки.

Лишь бы платили…

«Только не разревись, Агата!» – мысленно даю себе установку, как тут же чувствую прикосновение мужских пальцев к своему локтю.

– Да подожди ты! – Терехов резко дергает меня за руку, заставляя остановиться.

И повернуть голову в его сторону.

– Что-то еще, Платон… – запинаюсь, так как из-за нервозности напрочь забываю его отчество, но парень тут же расплывается в улыбке, поправляя меня:

– Можно просто Платон, – кивает в подтверждение своих слов, все так же держа меня за руку. – Ты так быстро сбежала…

– Плохо себя чувствую, – теперь уже я нагло перебиваю Терехова, лишь бы поскорее отсюда смыться и не разрыдаться, хотя как же хочется.

А еще больше хочется выпалить все, что я о нем думаю. Прямо в лицо этому негодяю. Желательно еще и в выражениях не стесняясь.

Тогда, почти шесть лет назад, я была еще слишком юна и наивна. Долго страдала, пытаясь все же Платона оправдать.

«У человека дела…»

«Он не такой плохой, как о нем говорят…»

«Он вернется…»

Но с каждым новым днем моя уверенность в том, что он действительно обо мне помнит, таяла, как снег на солнце.

Да, Платон мне ничего не обещал, но в то же самое время давал надежду. Что у нас получится.

Особенно когда я подрасту немного…

«Ты такая смешная! Жду – не дождусь, когда ты станешь взрослой!» – эти слова до сих пор больно бьют по оголенным нервам, от чего хочется реветь еще сильнее.

И вот сейчас Платон смотрит на меня в упор, практически не моргая, а у меня внутри злость превращается в самую настоящую ненависть. Как же так? Неужели люди для него – это просто мусор? Фиг с ними, с теми обещаниями, признаниями и комплиментами, которые сто лет назад Терехов мне говорил. И шептал на ушко, опаляя дыханием кожу виска:

«Ты такая красивая…»

Но не узнать человека, с которым провел довольно много времени – это выше моего понимания.

Неужели я так сильно изменилась?

– Может, врача вызвать? – Платон первым прерывает нашу затянувшуюся молчаливую паузу, на протяжении которой мы не отводим взгляда друг от друга.

– Не стоит, – спокойно отвечаю, уже полностью взяв себя в руки.

Он не достоин ни моих слез, ни даже моей ненависти. Да и работать на него я не хочу. И не буду! Хрен с ними, мечтами, к тому же, Аделаида четко дала понять, что берет меня, несмотря ни на что.

Поэтому сейчас не вижу смысла «строить» глазки этому предателю, как и пытаться ему понравиться.

Зачем тратить столько времени впустую, если все равно его пошлю?

– Послушайте, Платон э-ээ…

– Договорились же без отчества, – снова расплывается в улыбке этот негодяй. – И можно на «ты».

– Романович! – тут же вспоминаю это чертово отчество, так как твердо решила держать дистанцию. Ни к чему хорошему эти переходы на «ты» сейчас не приведут, пусть даже не мечтает. – Почему бы вам не рассмотреть другую модель для вашей новой кампании?

– Зачем? – улыбка резко сползает с лица Терехова, а я мысленно усмехаюсь, так как довольна его пусть временной, но такой желанной для меня растерянностью.

– Я у Аделаиды Ростиславовна работаю недавно, опыта маловато, да и вообще, – чуть ближе приближаюсь лицом к Платону. – Боюсь, что не справлюсь с поставленной задачей.

Ну вот, и не страшно совсем, да и моя новая начальница останется безумно довольной. Пристроит одну из своих любимиц, а мне предложит новый контракт.

Где не будет Платона Терехова!

– Послушай, Кристи, – парень немного кривится, так как мой отказ его явно дико раздражает, но лично мне плевать на его чувства.

– Вы подумайте, – не даю ему закончить свою мысль. – Возможно, так будет лучше.

Чувствую, как захват мужских пальцев на моем локте ослабевает, и пользуюсь моментом – вырываю руку и оставляю Платона в гордом одиночестве.

Не ожидал? Так я и не такое способна. Пусть скажет «спасибо», что свою пламенную речь я произносила только ему. Без посторонних.

А что, могу и скандал закатить, если сильно допекут, а Терехов так и нарывается на грубость. Ведет себя слишком нагло и самоуверенно, как будто уже купил меня с потрохами.

Спряталась в женском туалете, чтобы взять небольшой тайм-аут. Нервы и так ни к черту, усталость уже косит, вот-вот свалюсь прямо здесь, а тут такой стресс в виде Платона. Повзрослел, возмужал… Похорошел-то как!

Только вот все равно остался мажором и выпендрежником, каким был шесть лет назад.

Слишком наглый, самоуверенный и беспринципный – он и раньше считал, что Земля крутится вокруг его царственной особы. А сейчас так и подавно.

– Э, нет, мой милый, так дело не пойдет, – усмехаюсь своему отражению в зеркале. – Надо как-то скоренько смыться отсюда, пока он в полном ступоре от моей реакции, – тихонечко хихикаю и закрываю воду.

Открываю дверь, делаю осторожные шаги, как тут же в одно мгновение ока оказываюсь прижатой к стене.

А надо мной каменной глыбой возвышается Платон.

Боюсь, что сейчас он от меня мокрого места не оставит…

Глава 10

Платон

Меня никто! И никогда! Не посылал…

Причем так нагло, открыто, глядя прямо в глаза и ни разу не отведя взгляд. Да кто она, черт возьми, такая?! Кем себя возомнила эта пигалица? Не много ли на себя берет?

Это я ей работу предлагаю и собираюсь выкинуть немалую сумму денег, чтобы ее симпатичное личико в одночасье стало знаменитым. А сейчас такое чувство, что наоборот.

– Платош, все в порядке? – слышу рядом голос Кирилла, и как будто пелена с глаз спадает.

– Что? – поворачиваюсь лицом к другу.

– Ты уже минуты три стоишь на месте и втыкаешь в одну точку, – парень растерян и, по ходу, с трудом понимает, что происходит, хотя и я не лучше.

Самому бы для начала понять.

Что, черт возьми, происходит?!

– Где она? – тут же резко у меня вырывается, так как я наконец-то беру себя в руки.

Девчонка сбежала, а я, слегка опешив, прирос к полу. Как будто приворожил меня кто-то, хотя понятно кто. Не пойму, что я в ней такого нашел и почему до сих пор с маниакальным рвением не даю ей прохода, но ничего не могу с собой поделать.

Просто хочу понять…

Что не так?

– Откуда мне знать? – пожимает Кирилл плечами. – Я же не слежу за твоими моделями.

– Так узнай! – рявкаю на друга, но реально сейчас плевать.

– Слушай, ты меня с кем-то путаешь, – парень со злостью выдает мне прямо в лицо. – Я не начальник безопасности, а всего лишь…

– Вот и свяжись с начальником безопасности, – хлопаю парня по плечу. – И узнай, куда делась девчонка. Пусть по камерам посмотрят, а у меня дела.

Дел-то никаких и в помине нет, но именно сейчас нужна передышка. Пусть временная, но надо, как говорится, вздохнуть полной грудью.

«Вы подумайте…»

«Возможно, так будет лучше…»

Настойчивый голос, пристальный взгляд – черт, да я просто не могу поверить, что Кристи мне отказала! А ведь я старался ей понравиться. Возможно, даже готов был пойти на кое-какие уступки. Ну и вроде как служебный роман закружить – а что, девушка она симпатичная. Мне, если честно, нравится. Не стыдно и на людях показаться – еще никто не отказывался от новой шубы или поездки на Мальдивы! Эта тоже не стала бы исключением, если бы…

«Возможно, так будет лучше…» – снова всплывает в памяти спокойный и уравновешенный женский голос, а я только сейчас замечаю, что сжимаю пальцами стакан. Еще немного, и осколки усеют пол под ногами, а я стану «гвоздем» сегодняшнего корпоратива.

– В туалете она, – слышу рядом мужской голос. – Женском! – зачем-то добавляет Кирилл, а я в ответ усмехаюсь.

– Спасибо, – киваю и направляюсь к двери, за которой скрылась эта строптивица.

– Платон Романович… – кто-то снова пытается меня остановить, но я игнорирую, даже не поворачиваясь в сторону кричащего.

Позже. Все дела мы решим завтра, а сейчас у меня есть «цель».

Какая-то странная, навязчивая идея-фикс. Но так уж я устроен, что мне надо вникнуть в суть проблемы. Понять до конца.

А не просто признать факт.

У девчонки должно быть веское основание и железобетонный повод, чтобы так откровенно нагло себя вести. Или я просто чего-то не знаю?

– Вот сейчас и выясним, – подхожу к двери, делаю глубокий вдох, затем резкий выдох, и эта самая дверь открывается.

Кристи делает осторожный шаг, но сбежать я ей не позволю – хватаю за руку, резко тяну в сторону и легонько толкаю к стене, нависая сверху. Все это проходит быстро, четко и без каких-либо сбоев. Раз, и девушка уже смотрит на меня круглыми от удивления глазами, пытаясь слиться со стеной.

– Ты… То есть вы, – негромко выдает, а я со злостью ухмыляюсь.

– А ты кого хотела здесь увидеть? – приподнимаю одну бровь вверх.

– Точно не вас! – нагло парирует девчонка в ответ и тут же резко выпаливает мне прямо в лицо: – Отпустите, или я закричу!

– Кричи, – киваю в подтверждение своих слов и приближаю лицо к ее виску. – Соберется толпа вокруг нас, – шепчу ей на ухо, едва касаясь губами кожи. – А я для пущего эффекта еще и поцелую тебя. На глазах у изумленной публики. Как тебе перспективка? – резко отклоняюсь, снова натыкаясь на ее испуганные глаза.

– Уб… – начинает девушка, но замолкает, вызывая у меня улыбку.

Кто ж спорит – меня и не такими эпитетами барышни награждали. Хотя не только барышни – многие завистники еще похлеще высказываются в мой адрес. А сколько дерьма в прессе вылито – мама ты моя дорогая! Читаю и со смеху каждый раз падаю, поражаясь чужой злобе.

Я-то сейчас улыбаюсь, только почему-то задевает. Обидно звучит из уст Кристи, ведь я-то изначально рассчитывал совершенно на другое отношение к своей скромной персоне. И в очередной раз поведение девушки вызывает недоумение – чем заслужил-то?

– Будем считать, что договорились, – я отстраняюсь, наглым образом беру ее пальцы и засовываю их себе под локоть. – А раз так, то мое первоначальное предложение остается в силе, – посылаю победоносную улыбку, хоть сейчас реально ехидничаю. – А ты согласилась.

– У тебя есть двадцать минут, – сарказм так и прет из девчонки, но я все равно наслаждаюсь пусть маленькой, добытой не совсем честным путем, но победой.

– Надеюсь, улыбаться ты умеешь? – приподнимаю одну бровь, ну и, естественно, ехидная улыбка служит мне ответом. – Прекрасно! – парирую, сейчас акцентируя внимание лишь на том, что девушка идет со мной по залу под руку, а не на том, что она злится.

Да я ж озолотить тебя собираюсь, дуреха! К чему это непонятное сопротивление?

– Знакомьтесь, Кристи Мэй, – представляю девушку компании мужчин. – Очень надеюсь, что новое лицо нашей компании.

Понятное дело, инвесторы в восторге от моего выбора, один лишь Кирилл хмурится и постоянно отводит взгляд. Ладно, с другом уж я как-нибудь разберусь, а пока все мое внимание сосредоточено на симпатичной брюнетке. Улыбается, зараза такая, и совсем без сарказма и ехидства, как недавно со мной, и это снова задевает.

Пора уже на прием к психоаналитику записываться, чтобы разобраться в этой чепухе. Такое чувство, что девчонка меня… на дух не переносит.

Но мы ведь не знакомы!

А может, это у меня с памятью туго? А у нее как раз таки есть повод меня недолюбливать?

Да уж, загадка на загадке, но пока с этим повременим. И так голова кругом, для полного счастья осталось только ответы на загадки придумывать!

– Платон, а где твоя спутница? – интересуется один из инвесторов, а я резко поворачиваю голову в сторону.

Где до недавнего времени стояла Кристи.

Отвлекся-то всего на минуту, а ее и след простыл.

– Устала, – ворчу в ответ, внутри закипая все сильнее.

Она думает, что я за ней побегу? Зря она в принципе затеяла эти пока мне непонятные военные действия. Никуда не денется – сама скоро ко мне придет. Всего одна подпись, и девушка в полной моей власти.

Ну а там уж посмотрим, кто кого – готовься, Кристи, я тебе так просто сегодняшнее унижение не прощу! Даже не мечтай о пощаде.

Хотя…

Глава 11

Агата

Сегодня мне надо срочно прибыть в агентство, хотя по телефону я делаю такой несчастный голос, что только глухой бы не поверил в мою болезнь.

И Аделаида…

– Агата, сегодня отлежись, так уж и быть, а завтра жду!

– Аделаида Ростиславовна… – я уже на самом деле готова разреветься прямо в трубку, но строгую начальницу ничем не возьмешь.

– Не приедешь сама, пришлю роту спецназа!

– М-мм… – я отшвыриваю трубку на постель и падаю на подушку головой, закрывая глаза.

Чертово завтра! Когда не надо, так оно слишком быстро наступает. Не успела уснуть, как будильник трезвонит над ухом.

Ладно, не стоит все-таки злить начальницу, хотя она еще не в курсе о моем решении.

Придется Аделаиде подбирать для Платона новую модель, а я испаряюсь. Желательно в другой город.

А еще лучше – на другую планету!

– О, явилась, – строгая хозяйка агентства встречает меня на пороге. – Выздоровела? – бросает оценивающий взгляд, слега прищурившись. – Бледненькая та какая-то, Агата.

– Может, отравилась? – влезает Славик, а я мысленно стону.

«Заткнулся бы ты лучше, суслик!» – фыркаю, правда, тоже мысленно, а вслух выдаю:

– Упадок сил, сильный стресс, нервное перенапряжение…

– Завязывай! – Аделаида Ростиславовна машет рукой и кривится, не веря ни единому моему слову.

По глазам вижу, что уже насквозь просканировала. И знает заранее все, о чем я скажу.

– Вы спросили, я ответила, – пожимаю плечами, но начальница не ведется.

– Завтра готовься, – выдает строго тоном, не требующим возражений. – Подписываем контракт с Тереховым. Я для тебя такие шикарные условия выбила, что будешь меня до конца своих дней благодарить, – и расплывается в ехидной улыбке, а я у меня внутри все замирает.

Несмотря ни на что, Платон все же выбрал меня. Вот же упрямый баран! Я же по-русски человеку сказала – поищи другую модель. Так нет же, прицепился ко мне, как банный лист. Как пиявка, которая хочет выпить всю мою кровь.

Для Терехова контракт – это способ меня унизить. И отомстить за все то, что я ему наговорила.

Еще и бросила одного, наглым образом сбежав с корпоратива. Не послушала грозного начальника. Посмела ему перечить.

И я бы все равно согласилась, так как от мечты сложно отказаться, если бы не одно «но».

Жирное такое «но», о чем Платон даже не догадывается.

И это перевесило все мои мечты, вместе взятые.

Да я лучше пахать на трех работах буду, но только не на Терехова!

– Аделаида Ростиславовна, я отказываюсь от контракта! – произношу довольно твердо, наблюдая, как у начальницы начинают медленно округляться глаза до неимоверных размеров.

– Чего?! – женщина даже замирает на месте, не в силах пошевелиться.

– Ты обалдела? – влезает Славик, тоже глядя на меня глазами по пять копеек.

– Предложите ему другую модель, вы же так хотели, – пожимаю плечами, как будто говорю о чем-то для меня безразличном, а внутри все замирает.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.