Вадим Щербинин
Лесной человек

Посвящается всем необычным существам.

И их мамам.

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Вы думаете, лесной человек – это страшно, и я вас понимаю. Спросите кого угодно, кто они такие, эти лесные люди, и каждый ответит, что это чудища, поросшие звериной шерстью, которые ходят без одежды и не умеют говорить. Скажут, что они скрытные, живут в горных пещерах, в пустынях, в лесу и лишь изредка вступают в контакт с людьми, чаще недружелюбный. Стоит только поискать картинки с ними, сразу же увидите какую-нибудь огромную, клыкастую обезьяну со свирепым взглядом. Да и зовут их все какими-то непонятными нам, жуткими именами. Везде по-разному. В Непале – Йети, в Тибете – Снежный человек, в Америке – Бигфут, в Австралии – Сасквоч, и еще много-много разных имен. Понятно, когда представляешь такое существо, мурашки бегут от страха. Начинаешь думать – с этими ребятами мы ни за что не подружимся. Лучше даже и не пробовать. Вот все и считают, что Лесной человек страшный. Я долгое время надеялся, что это правда.

Но нет. Нисколько он и не страшный. Он ведь человек, просто не такой, как мы, а лесной. Вот и все. Я говорю об этом так смело, потому, что теперь один из таких Лесных людей – мой друг. Самый-самый хороший друг. Да, он лохматый. Но это – его маскировка. Правда и то, что он не носит одежду, но ведь она ему не нужна. Его шерстка, серая летом и белоснежная зимой, красивее любого костюма. А вот насчет недружелюбного контакта с людьми… я бы его не обвинял в этом. И вы очень скоро поймете мои слова. Он очень добрый, сильный и волшебник, к тому же.

Я познакомился с ним сегодня. Он встретился мне, когда я думал, что уже пропал и мысленно прощался со своей мамой, замерзая в снегу под ёлкой. Он пришел спасти меня, и я наконец-то его увидел. За этим я и очутился в лесу. Я шел к нему. Найти Лесного человека было теперь для меня единственным, последним шансом доказать всем, что я не глупый мечтатель, и говорю правду. Маме, которую моя вера в Лесного человека всерьез измотала и заставила стыдиться, одноклассникам, которые меня замучили своими насмешками, учителю, который за меня не заступился. А мне нужен был защитник. Весь мир встал против меня. Надеяться оставалось только на грозного и сильного хозяина леса. Сегодня я отправился на его поиски и заблудился в ледяном, незнакомом лесу, где не было ни души. Я замерз и выбился из сил. На мои крики о помощи никто не приходил. И вот, когда ноги уже окостенели и подкосились от усталости, я опустился в сугроб. Не оставалось уже сил даже сдержать тяжесть век. Я сомкнул их.

Беспокойный сон начал уносить меня в какую-то темноту, из которой яркими, слепящими вспышками возникали искаженные злобным смехом лица моих недругов. Я пытался достать себя из этого мутного мрака, но невозвратно увяз в зыбучем сне.

Меня спас хруст снега от приближающихся ко мне шагов. Этот звук, словно взял меня за шкирку и вытолкнул обратно в холодный лес, и тогда, сквозь узкие щели глаз я увидел его. Этого не может быть! Он стоит прямо надо мной! Неужели я смог, я нашел его. Едва шевелящимися губами я заговорил с ним:

– Лесной человек, это ты?

– А ты поверишь мне, если я скажу, что да? – искренне удивился он.

– Я верю тебе. Наконец-то ты пришел.

Он присел рядом со мной и обнял крепко-крепко, как обнимают только самых близких и любимых друзей. Он заплакал, прижал меня к себе поближе, и стал отогревать своим горячим дыханием и теплом огромного тела. Силы начали возвращаться ко мне, голова стала яснее, а глаза раскрылись полностью. Тогда я все-все ему рассказал. Рассказал о том, как давно я иду к нему. Обо всем, что пришлось мне ради этого пережить.

КОГДА Я БЫЛ СЧАСТЛИВЫМ.

Меня зовут Митя Вспышкин. Раньше мы с мамой жили в деревне Пёлдуши, на самом краю Ленинградской области. Деревня эта была крохотной. В ней обитали всего двенадцать человек, и те – бабушки да дедушки.

Я учился в первом классе. Ходил в школу в соседнюю деревню, чуть побольше нашей. Я был там единственным учеником. Самым способным, конечно. Ну, а Мама ухаживала за всеми нашими старичками, это была ее работа. Мама у меня очень добрая и заботливая, поэтому ей все удавалась легко и весело. Тем более, что я помогал ей. Как только я возвращался из школы, путь от которой тянулся пять километров, я всюду ходил с мамой и проводил со старичками всё свободное время. Я всегда любил их слушать. Но вот, когда, они вспоминали, какой шумной и большой была эта деревня, когда они были, как я – семилетними детьми, мне становилось досадно. Они вздыхали и жаловались:

– Ничего-то кроме природы здесь и не осталось…

– А разве природы мало? – не понимал я. – Почему вы так расстраиваетесь?

Это сказочное место. Самое лучшее на свете! Оно находится прямо под горой Гапсельга – самым высоким местом в Ленинградской области, между прочим. Высотой эта гора почти триста метров!

– Ну и что, что нас здесь мало? Зато живем мы дружно – убеждал я их.

Но старички изо дня в день все твердили и твердили моей маме:

– Пора вам уезжать, пора вам уезжать, пора вам уезжать…

И добились своего.

Когда наступило лето, Мама уехала. Не насовсем. Нет. Она сказала, что это называется – съездить на разведку. Она обещала скоро вернуться, а меня оставила пожить пока с нашей соседкой – бабушкой Лидой Нечаевой.

Ну, что же. Раз мне пришлось быть за старшего, я все взял в свои руки. Мамину работу я знал на зубок. Она могла на меня рассчитывать. У всех наших пожилых друзей дома было чисто, была вода и дрова. Куры и кролики были с довольными и сытыми лицами.

Свободное же время я проводил в лесу. Бабушка Лида научила меня ходить за грибами. Я все делал так, как она велела. Не заходил далеко в чащу, не мусорил и всегда, по пути, заламывал сухие веточки на деревьях. Они были для меня маячками и не давали заблудился. А когда я набирал полную корзину грибов, я приносил их домой. Вместе с бабушкой мы жарили эти лисички, маслята с картошкой и наедались до отвала. Хорошо!

За то, что я был таким сообразительным, любознательным, а главное – послушным, мои друзья очень хвалили меня. Я ценил их доверие, но однажды, мне очень захотелось зайти в лес чуточку глубже. Я всматривался в гущу деревьев и замечал, что их стволы, чем дальше, тем толще, а трава вокруг них выше и сочнее. И грибы там наверняка должны быть гигантскими. Я не хотел обманывать своих друзей. Я обещал не делать этого. Мне было интересно, но страшно. Страшно, но интересно… И я не сдержался! С большим трудом, я стал пробираться сквозь бурелом, овраги. С каждым моим шагом лес становился все тише и тише. Как будто деревья вокруг образовали толстые стены. Я слышал только, как колотится от усилий мое сердце и тихо-тихо где-то журчит вода. Интересно, но страшно. У меня пересохло в горле. Чтобы справиться с жаждой, я отважился пойти еще дальше, на звук воды, и вскоре нашел мелкий ручей. Больших грибов я так еще и не отыскал, но дальше идти уже было нельзя. Нужно было напиться воды и возвращаться. Я снял свою белую кепку и положил ее на землю, наклоняясь к ручью, опустил ладошку в воду и вдруг, услышал треск ветки на другом берегу. Стук сердца, заполнил уши. Это был уже другой стук, холодный и колючий. Я боялся даже дышать. Я остолбенел и только рыскал глазами по сторонам. И тут, я разглядел, что стою обеими ногами прямо в глубине следа от огромной, когтистой лапы. Я завопил, как маленький заяц и побежал скорее домой, забыв даже о своей любимой, единственной кепке. Она осталась лежать у ручья, а я уже не замечал на пути ни оврагов, ни бурелома. Не нужны стали мне и мои маячки. Ноги сами вынесли меня прочь из леса. С бешенной скоростью они примчали меня домой и остановились только тогда, когда я забрался на печку и накрылся одеялом с головой.

Бабушка Лида ходила около печки и с любопытством наблюдала за мной своими тусклыми глазами. Я не собирался признаваться. Боялся, что она будет ругать меня за то, что я ослушался ее. Но когда она жалеючи спросила, что со мной произошло, я горько зарыдал и во всем покаялся. Бабушка строго глянула на меня, а потом весело заскрипела своим добрым смехом:

– Это ты, Милушко, встретил Лесного человека…

Оказывается, все местные бабушки и дедушки знают, того, кто навел на меня ужас. Здесь его называют Хозяином. Бабушка Лида видела, не только его огромные следы на земле и клочки шерсти на ветках, но и его самого!

– Он громадный, – вспоминала она – запросто наш дом перешагнет. А лапы знаешь какие? Ой-ей-ей! Да в его лапе, ты показался бы не больше цыпленка. По ночам он воет так протяжно. Это, чтоб люди не забывали, что он рядом, по-соседству.

– Так вот, что это за звук! Я знаю его. Но я думал, что это ветер свистит. Когда он задувает под крышу зимой, – сомневался я.

– Нет, нет, мил мое, это Лесной человек с нами говорит!

Бабушка Лида уверяла, что мне сегодня очень повезло. Если я вернулся целым и невредимым, значит вел себя в лесу, как следует.

– С лесным человеком надо осторожнее. С одной то стороны, он – кормилец, а с другой – защитник своего дома. Если кто приходит в лес с добром и здоровается, как положено, Хозяин пошлет дары. Охотнику – много дичи, собирателю – много грибов и ягод…

– А если человек приходит повредничать, – перебил я бабушку- поломать деревья или разрушить муравейник, тогда что?

– Ооо, такого хозяин может собьет с дороги. Да, заблудится такой сорванец. А вот, если кто зайдет сильно далеко в лес… – посмотрела мне бабушка прямо в глаза, – На того он напустит диких зверей!

Так я и узнал, что у нас есть этот удивительный, могучий сосед. С тех пор, я стал очень внимательным к нему.

К концу лета Мама вернулась домой. Не успела она переступить порог, как я бросился к ней на шею и, даже не спросив о ее делах, начал делиться своими открытиями. Мама привезла старичкам полные сумки разных микстур, а мне целую гору подарков. Но мне и дела не было до этого футбольного мяча, набора разноцветных машинок и даже до фруктов, которых я и в жизни то не видел. Я заваливал маму подробностями о том, как мы тут с бабулями и дедулями справлялись без нее, как я научился ходить за грибами и, конечно, о Лесном человеке. Я собирался скорее показать маме, как я теперь общаюсь с Хозяином леса. Она была очень усталой от долгой дороги, но я все равно уговорил ее пойти со мной. Там, в лесу, я с гордостью показывал ей все свое мастерство. Оказавшись перед лесом, я помахал ему рукой и произнес: “Здравствуй, Хозяин! Дай грибов”. Это было обязательно. Все это делали. Первый, самый хороший и крепкий гриб, я не положил в корзину, а оставил на пенечке для Лесного человека, как учила бабушка Лида. Так я говорил ему “спасибо, что поделился, Хозяин”. Я должен делиться, чтобы продолжать есть любимые грибы и ягоды. Такая у них цена. Мама хвалила меня, а я выше и выше задирал нос. Когда мы собрались уходить, я подумал, как было бы здорово показать место, на котором я нашел след Лесного человека. Одному нельзя, а с мамой то запросто можно зайти вглубь леса! Я уже потянул мамину руку за собой, но рука остановила меня и посадила на пенек. Мама улыбнулась, собралась с духом и сообщила мне ужасную новость.

Мне придется проститься с Лесным человеком. С ним, со всеми моими старенькими друзьями и горой Гапсельга. И с домом моим любимым мне тоже нужно попрощаться навсегда. Мы уезжаем. Но причины для этого какие-то совсем уж несерьезные. Оказывается, мне нужно учиться в какой-то другой школе. У меня будут какие-то другие друзья. Не старенькие, а такие же, как я, семилетние. Для меня эти существа еще загадочнее Лесного человека. Зачем нам куда-то ехать? Зачем мне учиться в другой школе? Разве я плохо учусь здесь? Кого угодно спроси, у меня большие успехи в этом деле. И друзья мои мне очень нравятся. Других не надо. Я стал усердно отговаривать маму. Я долго убеждал ее, что эту задумку надо выкинуть из головы, но она не послушала меня. Сказала, что все уже решено. Я ничего не могу изменить. Мы точно уедем, и там, в Санкт-Петербурге у нас будет новый дом и много интересного. Ох, не знаю.

Когда мы уезжали, старички, все до одного выплелись проводить. Они говорили, что очень-очень рады за нас. Что мы с мамой молодцы, правильно все делаем, и все у нас обязательно будет хорошо. Я обнимал на прощанье моих друзей. Слезы жгли мое лицо. Все ласково посмеивались надо мной, а я никак не понимал, их радости. Как можно покинуть место, где тебя любят, где такая красота и такая счастливая жизнь ради какой-то другой школы? Странно это.

***

Лесной человек слушал меня с широко открытым ртом и, казалось, не мог сообразить. Как будто торопился перемножить большие числа в уме.

– Так это был ты? – спросил он.

– Где был я? Когда?

Он подскочил и начал бродить кругами возле нашей ёлки. Какой-то он увлеченный и озорной. Совсем не тот грозный Хозяин леса, которого я рисовал себе.

– Там, в лесу. У того ручейка был ты! – вдруг заликовал мой друг, – Не может быть. И ты, и я, и мы…

Он решил уже, что мне все ясно, как и ему, но я пожимал плечами и просил растолковать мне этот его восторг.

– Я тоже из деревни Пёлдуши, понимаешь? Мы живем там с мамой на самой горе! – тряс он меня за плечи.

– Так это твой след был у воды? – теперь уже пытался перемножить я.

– Да! Интересно вы нас зовете. Лесной человек, Хозяин!

– Это под твоей ногой хрустнула ветка на том берегу?

– Да! Ну и напугал ты меня тогда! Я еле дождался, когда ты уйдешь, так сердечко колотилось! Думал, что меня сейчас съест какое-то чудище, а это был ты!

– Я думал точно так же! А ты не собирался меня есть. Вот я дурак. Ну почему мне не хватило смелости познакомиться с тобой тогда…

– Мить, ты чего это? – увидел он мой поникший взгляд.

– Все было бы по другому. Ты был так близко, а я струсил и убежал.

Лесной человек остановил свою торжественную беготню и обратил все внимание ко мне. Он удивительно чуткий.

– У нас, в Пёлдушах, мне было легко. Там мне все было понятно. Пока мы с мамой не приехали сюда, я не знал зла. А здесь все какие-то злые. А если б ты был со мной, никто не посмел бы надо мной издеваться.

– Ты думаешь? Меня обзывали аниматором, еще каким-то квадробером и пару раз пытались побить. И это всего за один день. Я тоже боюсь людей. А еще…

Лесной человек удивил меня своей историей. Странно, что даже ему, такому большому люди смогли доставить неприятности. Очень страшный был у него денёк. Такого я не пожелал бы даже самому злому человеку на свете. Вот, что он мне рассказал.

ПИРОЖОК И ЛЮДИ. ПЕРВЫЙ ОПЫТ.

Сегодня было на редкость солнечное и морозное для этого города утро. Такое морозное, что облака едкого дыма не могли раствориться в воздухе и застилали всю дорогу. Видно было только крыши машин, которые выпускали эти самые облака. Зато, под лучами солнца, особенно ярко сияли Эрмитаж, Александровская колонна и деревья в саду Зимнего дворца. И среди всей этой красоты, по задымленной дороге пробиралась желтая машина такси.

Внутри машины бубнило радио, а молодой человек, который сидел за рулем, все время вытирал вспотевшие руки о свои штаны и часто косился в зеркало заднего вида. Он набирался смелости, чтобы заговорить и, решившись, неуверенно промямлил:

– Куда едем-то?

С заднего сиденья отозвался низкий, как барабан, но наивный голос:

– По правде сказать, я и не знаю даже…

Таксист разволновался еще сильнее. Голос поспешил добавить:

– Точнее, я не знаю куда, но знаю зачем. Мне надо найти друзей. Вы мне покажете, где они живут?

В этот момент в зеркале зашевелился крупный силуэт, занявший все сиденье. Таксист вытер рукавом капельки пота со лба и ответил:

– Ну, где мои я знаю, а где такие же…

Водитель набрался смелости и с ног до головы осмотрел пассажира, на вид молодого мужчину. Он был весь, как облачко, из которого выглядывало гладкое, румяное лицо:

– Извините. Я хотел сказать… Что у Вас за вид?

– Ой, простите меня, пожалуйста – вдруг вскрикнул пассажир, – я совсем забыл с вами познакомиться! – он протянул большую, косматую лапу водителю, – Меня зовут Пирожок!

Водитель ухмыльнулся. Эта улыбка очень обрадовала и немного засмущала необычного гостя такси:

– Ну да, миленькое имя такое. Меня так зовет Мама. Мы с ней живем в лесу, и… Я сейчас вам секрет расскажу, только вы никому его больше не рассказывайте, хорошо?

Таксист не успел кивнуть, как Пирожок уже неуклюже перебрался на переднее сиденье:

– Я убежал из дома, чтобы найти друзей. Только мне надо обязательно вернуться домой до темноты, а то Мама… Понимаете, Мама не должна заметить, что я убежал. Она говорит, что я еще маленький и мне рановато для таких вот путешествий. Вот.

– Так-так-таак… – лишь протянул в ответ на это таксист, сворачивая с пути.

Это и есть мой друг. Он еще совсем малыш, но уже очень-очень большой. Но это по меркам людей, он большой, а как Лесной человек, он очень даже обычный, здоровый ребенок. Такая особенность многих может напугать. Вот и таксист рядом с ним почувствовал какую-то угрозу. Но вы же сами видите, какой он: вежливый, добродушный и совсем не опасный. А еще, он сейчас в том возрасте, когда детей называют “Почемучками”. Пирожку интересно все! Почему небо синее, почему машина едет, почему птицы летают, почему, почему, почему?

Машина пересекла Неву по широкому мосту, свернула на набережную и стала набирать скорость. Пирожок прислонился к окну и, как завороженный рассматривал виды города. Он никогда не видел ничего подобного. Ни людей, ни машин, ни кораблей, ни таких огромных домов. И таких животных, как в этом городе, он тоже никогда не видел. Конечно, он знал, как выглядят львы, лошади, но чтобы они были каменные – это было большое удивление для него. Теперь, он еще и узнал, как выглядят люди, но он никак не мог догадаться, как называется животное, которое все как будто лев, а голова, как будто человек. И тоже каменное. Непонятно. Появился еще миллион разных “почему”. С ними он каждую секунду обращался к таксисту, пока тот вдруг не остановил машину и как-то очень ласково заговорил. Даже как-будто не заговорил, а запел колыбельную:

– Значит, ты говоришь, что ты Лесной человек, и тебя зовут Пирожок, правильно?

– Да, вы все правильно говорите. Мне три года и я приехал с горы Гапсельга.

– Значит, все-таки Пирожок… Ага.

– Знаете, мне так нравится с вами ездить! И нисколько тут не опасно. Зря Мама так говорит. Вы вот очень хороший!

– Спасибо тебе, Пирожок, но мы, кажется уже приехали. Здесь полным-полно твоих друзей.

– Правда?!

Пирожок выглянул в окно и увидел огромный белый дом с массивными колоннами и высоким крыльцом. А над этим крыльцом сияла вывеска «Городская больница № 5». Таксист осторожно вышел, обогнул машину и открыл дверь пассажира. Пирожок едва не расплакался, выпрыгнул из машины и стал подбрасывать таксиста в воздух.

– Здорово! Спасибо вам большое-прибольшое. Я так рад, что еще и сказать так не умею, как я рад! Вы знаете, я должен…

– Нет-нет, Пирожок, не должен ничего… – оборвал таксист – поставь меня на землю, пожалуйста!

Пирожок послушался, затем снял с плеч свой льняной рюкзачок. Он стал что-то торопливо в нем искать. Стараясь докопаться до самого дна, он складывал вещи из рюкзачка прямо на крышу машины. Таксист решил уже поругать малыша, но увидев, как Пирожок достал большой камень, на котором была нарисована веселая рожица, он стал трясти ногой и подталкивать Лесного человека в сторону больницы:

– Не надо мне ничего, уходи давай!

– Нет, так не хорошо!

– Иди скорей к своим друзьям.

– Мне, конечно уже не терпится дружить, но Мама учила благодарить за помощь. – возразил Пирожок и достал из рюкзачка огромный нож.

Таксист выпучил глаза и попятился. Пирожок размышлял вслух:

– Нет, его я подарить не могу. Мама заругает. Он мне нужен для охоты… Сейчас…

Пирожок еще раз, как следует порылся в рюкзачке и достал из него большущий кусок сырого мяса:

– Вот, наконец-то нашел! Угощайтесь!

Таксист завопил и помчался прочь от машины. Пирожок очень не хотел оставлять его без гостинца и решительно побежал следом.

– Подождите, куда же вы! Это вкусно! Мы с мамой сами добыли! – пытался докричаться он.

Но таксист забежал за угол дома и будто провалился сквозь землю. Пирожок остался совсем один. Он остановился, убрал мясо в рюкзачок и понял, что потерялся. Он стоял посреди большого, незнакомого города и растерянно смотрел по сторонам. Вот так вот странно и непросто началось путешествие моего Лесного друга.

***

– Воооот, – подытожил Пирожок, – и чего он так испугался, я до сих пор не понимаю. Разве я страшный?

Я долго подбирал слова. Пожалуй, такого испугался бы кто угодно. Но что, если дома у Пирожка так принято? Он наивно думал, что вкусы к еде у всех на свете одинаковые. Я старался не дать ему почувствовать себя виноватым:

– Понимаешь, Пирожок, этот человек просто никогда не видел таких, как ты.

– Каких, таких? Маленьких? – переваривал Пирожок.

– Других. Ты хороший, но другой. Все боятся непривычного.

– Но ты же не испугался, ты добр ко мне… А! Получается, ты тоже другой? Точно!

Проницательность Пирожка, удивительная для его возраста так надавила мне на сердце, что я начал горячо жаловаться ему:

– Да! Я думаю по-другому. И поэтому, со мной люди ведут себя так же, как и с тобой. Для них любой другой – значит ненормальный. Они не могут принять тех, кто не похож на них. Я из-за этого хотел даже перестать верить в Лесных людей.

– Митя, зачем? – почти обиделся Пирожок.

– Меня заставляли это сделать много раз…

РАДОСТЬ ПЕРЕМЕН.

Вот мы и приехали в Санкт-Петербург. Я смотрел на наш дом и пытался понять, зачем в нем столько окошек? Этот дом напоминал крутой берег реки, изрешеченный гнездами ласточек. И зачем нам с мамой, двоим такое большое жилище? Вопрос растворился сам собой. Мы вошли в одну дверь, затем во вторую, потом долго-долго шагали по лестнице наверх, пока, наконец, не открыли третью. И тогда я узнал, что такое “квартира”. Не весь этот дом, с сотней окошек принадлежит нам. Наша здесь только эта тесная коробочка всего лишь с двумя окошками. Город такой большой, места в нем так много, а люди живут в таких маленьких квартирках, где даже печки нет. За них еще нужно платить деньги. Вот это новость. Мама заметила, как я был недоволен. Она крепко обняла меня и сказала:

– Так надо, сыночек. Потерпи, ты ко всему привыкнешь.

– Ну надо, так надо. Пойдем спать, Мама.

Когда я проснулся, Мама бегала по квартире от плиты с шипящей сковородкой, до гладильной доски. На голове ее были бигуди, а на столе стояла ваза с букетом цветов. Мама увидела, что я проснулся, стала тормошить меня и целовать в щеки, а потом повела к умывальнику. Вода из него бежала сама. Не нужно было даже ходить для этого на колодец. Потом она посадила меня за стол, накормила оладушками и велела скорее надевать рубашку. Я не понимал зачем мне такой наряд:

– Мы ведь, как обычно пойдем сейчас с тобой на работу?

– Нет, Мить – посмеялась Мама, – на работу я пойду одна. А у тебя есть дело поважнее. Сегодня первое сентября, ты забыл?

Забыл. Нарочно. Я надеялся, что этот день не придет никогда. Сейчас мы пойдем на линейку. Мне придется знакомиться со школой и своими одноклассниками. Только бы эти существа оказались не такими страшными, какими я их представляю.

Школа была рядом с домом. Мы дошли до нее за пять минут. А там… Там не было ничего похожего на праздник. Толпа людей, что-то кричащих вразнобой, музыка, такая громкая, что хотелось закрыть уши. Еще этот букет цветов. Он такой тяжелый, что у меня от него отваливались руки. Вот так праздник. Я только и ждал, когда он закончится. И дождался. Наш учитель, Илья Валентинович, выстроил нас парами друг за другом и провел в класс.

Мы сели за свои парты, а учитель, вышел из кабинета. Он попросил нас сидеть тихо, но едва за ним закрылась дверь, как в классе поднялся страшный шум. Все стали бегать, кричать и беситься. Один мой новый одноклассник – высокий мальчик с постоянной наглой ухмылкой на лице подбежал к доске, отогнул ее дверцу и нарисовал на обратной стороне таракана. Вышло неплохо. Хороший такой таракан получился, но то, что этот художник сделал потом, вот это было очень гадко. Он написал слово “Учитель”, провел стрелочку к таракану и всех заставил оценить свою работу. В классе раздался дикий хохот. А я сидел неподвижно и молчал, глядя на это. Так, я, конечно привлек внимание к себе. Меня окружили. Все с недоумением рассматривали мою одежду, загорелые руки, волосы, о чем-то перешептывались и хихикали. Я тоже изучал их исподлобья и подметил, что у них были другие стрижки, одеты они были красивее, чем я, но все до одного были бледными, как поганки и без конца тыкали пальцами в свои телефоны. Для каждого, его телефон был, как болячка, которая заживала и просила, чтобы ее все время чесали.

Толпа расступилась, когда тот самый наглолицый художник подошел ко мне вплотную. Он протянул мне руку:

– Я – Сережа, например. А ты кто такой?

Мне ни разу в жизни не задавали такой вопрос. Я растерялся, но руки ему не подал. Мне не хотелось соглашаться на дружбу с ним за такие выходки. Да и мало это было похоже на предложение дружбы.

– Ах ты так, значит? – нахмурил брови Сережа – Ну тогда…

Он схватил меня за грудки. Я пытался оттолкнуть его, а ребята с азартом смотрели на нас и ждали, что будет дальше. Меня спас Илья Валентинович. Когда он вернулся в класс, все разбежались и быстренько заняли свои места.

Учитель дружелюбно оглядел нас, поздравил с началом учебного года и добавил:

– Ребята, у нас есть новый ученик. Он недавно переехал в наш город. Давайте мы с ним познакомимся!

Я втянул голову в плечи и надеялся, что он говорит не про меня. Все стали переглядываться, хихикать. Я не хотел ничего рассказывать о себе, просто опустил глаза и ждал, что меня пронесет. Но не пронесло.

– Митя, – продолжил учитель – выйди к доске, расскажи нам о себе. Нам очень интересно будет послушать!

И я пошел к доске. Ноги не хотели двигаться, во рту пересохло. Дрожащие руки с трудом нащупали карманы, чтобы спрятаться в них. Я заставил себя повернуться к классу и замямлил:

– Меня зовут Митя Вспышкин…

– Вспышкин, смешно! – прыснул Сережа.

– Вспышкин, Вспышкин, Вспышкин – будто эхом пронесся по классу смех.

– Тишина! – прервал шум Илья Валентинович, – Продолжай, Митя, мы тебя слушаем.

Я постарался не обращать внимание на это шипение и продолжил:

– Я жил раньше далеко отсюда. В деревне. Там очень красиво. Она маленькая. Там живут старички. Мы с мамой ухаживали за ними.

– Фууууу – протошнил Сережа.

– Фуу, фуу, фуу – как дрессированные повторили за ним все.

– Прекратите, это не смешно! – вмешался учитель.

Почему я здесь стою? Чтобы надо мной от души посмеялись эти злые существа, которые оказались еще хуже, чем я ожидал? Я хотел, чтобы мне скорее разрешили сесть за парту, но вместо этого, учитель уточнил:

– А как называется ваша деревня. Та, откуда ты приехал?

– Пёлдуши, – простодушно ответил я.

И это была последняя капля! Этот заводила, этот глупый, наглый Сережа так перековеркал название моей родины, что даже учитель уже не мог унять всеобщего веселья.

– Пёрдуши, – крикнул Сережа на весь класс.

– Пёрдуши, пёрдуши, пёрдуши – вновь пронеслось то злое эхо.

– Пёр-ду-ши, Пёр-ду-ши – уже хором стали скандировать мои новые “друзья”.

Я стоял у доски, будто облитый водой из канавы и не понимал, что здесь смешного. Как обидно! И я ничего не могу сделать против? Нет. Нельзя это так оставить. А что будет потом? Если сейчас я поддамся? Я отчаянно искал в голове способ остановить галдеж. Мне нужно было срочно усмирить весельчака, и я не придумал ничего лучше, как показать учителю его портрет. Точно! Портрет, который принадлежал Сережиному мелку. Я перевернул створку доски и показал учителю того самого таракана.

Илья Валентинович снял очки, присмотрелся к художествам.

– Кто это сделал? – выяснял он – Я спрашиваю еще раз, кто это сделал?

Я видел, как гневался учитель и не мог дождаться, когда мой обидчик признается и получит по заслугам. Но почему-то он молчал. Все молчали. В классе стояла полная тишина. Привычная ухмылка уже сошла с Сережиного лица, но я не мог оставить его без наказания. Раз досталось мне, пусть достанется теперь и ему. Я указал на него пальцем и уже ощутил победу. Но лишь на секунду. Илья Валентинович ничего не сказал Сереже. Он только спрятал глаза за очками, взял тряпку и смиренно стер с доски свой портрет. Такой жуткой несправедливости я еще не мог понять. Я прошел за парту. В ушах стоял звон: “Вспышкин, Пёрдуши, Фууу…Вспышкин, Пёрдуши, Фууу…”. Что говорил учитель я уже не слышал. Очнулся только после звонка, когда он диктовал нам домашнее задание. Сочинение: “Как я провел лето”.

На выходе из школы меня уже встречали Сережа и его прихвостни. Враги преградили мне дорогу. Сережа бросил на землю рюкзак, закатал рукава и направился на меня. Дружки злорадствовали и подбадривали его. Вокруг нас образовали хоровод. Я изготовился и тут. Прозвучал гудок большой, черной машины. Мой противник обернулся.

– Мама! – крикнул он.

Сережа поднял рюкзак и побежал к машине.

– Живи пока, Пёрдуши – бросил он мне на прощание.

Мои дорогие одноклассники были очень расстроены тем, что драка не состоялась. Круг разомкнулся. Я поплелся домой.

Мамы дома еще не было. Лежа на кровати я обдумывал сегодняшний день. Этот день с его событиями, высосал все мои силы, как будто сок из коробочки. Что ты наделала, Мама? Ну зачем мы приехали в это ужасное место?

Когда уже стемнело, в замке зазвенели ключи. Я побежал к двери, чтобы с порога рассказать маме обо всех ужасах, которые со мной приключились сегодня. Дверь открылась. Мама вошла. Она улыбнулась мне одними губами, глаза не улыбались. С трудом она опустилась на табуретку возле двери, скинула туфли и долго-долго не двигалась. Только глубоко, тяжело вздыхала. Она была мертвецки уставшая:

– Как дела, сыночек? – спросила она, протяжно зевая.

Я смотрел на нее и не осмеливался начать важный разговор. Она погладила меня по голове. Шершавый пластырь на ее пальце пощекотал мне ухо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.