Дмитрий Николаевич
Хроники Крайсити: Падение девы

Поразительное сходство

– Тут еще один. Что же это происходит? Артур, сфотографируй и отправь следствию.

Следователь Разумов стоял перед очередным трупом, голова которого была превращена в кровавое месиво. Это уже шестая жертва в этом районе и опять целью стала танцовщица из мужского клуба. Обычно маньяки оставляют какие-то опознавательные знаки, но тут всё было иначе. Ни свидетелей, ни отпечатков, ни каких-либо отличительных особенностей, кроме того, что всем жертвам размозжили череп с особой жестокостью. Первой была версия маньяка-насильника, но следов надругательства не было. Ценные вещи тоже остались на месте. Все девушки были из разных клубов и их между собой ничего не связывало. По крайней мере так было на первый взгляд. Но Разумов чувствовал, что он что-то упускает. Его помощник, двадцатилетний фотограф-криминалист Артур был еще совсем мальчишкой, но уже успел повидать на службе много разной грязи, поэтому сейчас без каких-либо лишних эмоций, он приступил к делу. Он сделал несколько снимков с разных ракурсов, а затем запечатлел окружение. Потом можно будет покопаться в этих фотографиях, может получиться обнаружить что-либо.

Закончив с осмотром места преступления, следователь взял свой стакан с кофе из машины и, попивая горячий напиток на холодном воздухе, устало зевнул. На улице уже была середина декабря и температура давно перешла отметку в минус десять градусов. С одной стороны, холод раздражал и мешал работать, но с другой стороны про бездомных и беспризорников можно было забыть до весны. Сейчас и без них дел хватало.

Из-за угла вырулила машина скорой помощи и, дождавшись медиков, он позвал помощника, чтобы уехать наконец отсюда в теплый уютный кабинет. Артур радостно принял приглашение и уже через пару минут они мчали по дорогам Крайсити.

– Карапетян, вот скажи мне, ты вроде парень молодой, зачем тебе это всё надо? Ну я имею ввиду работу. Ты каждый день встаешь рано утром, потом мотаешься со мной: то трупы фотографировать, то в архивах копаться. Тебе бы с девчонками тусить, да в институте на парах зевать.

– Михаил Сергеевич, ну так у меня отец в армии работал, офицером стал. На родине уважаемый человек, между прочим. А я так считаю, раз отец в погонах, то и мне следует.

– А почему сюда то? Шел бы в армию тоже, почему в полицию тебя занесло?

– Так война закончилась давно, все сейчас в армии то на сборах грязь месят, то в казармах штаны просиживают, так я звезды не получу. А тут в городе сейчас жара творится. После расформирования ВСК на улицах происходит такое, что на войне не каждый увидит. Тут я пригожусь куда больше.

– Ну тут спорить не буду, раньше одна Алая Роза постоянно вылезала, да сектанты иногда, а сейчас вся гадость из разных уголков стала просачиваться. Ладно, приехали. Сейчас никаких перекуров, сразу дуй в архив и найди все подобные дела за последние десять лет. Чувствую, что я где-то уже это видел. А я пока снимки начну исследовать.

Он припарковал машину на стоянке возле участка и, заглушив мотор, вышел из машины. На улице было еще темно, но уже многие вышли из своих теплых квартир и бежали на работу. В целом город не изменился за последнее время, по крайней мере снаружи. Днем всё также царил закон и порядок, а ночью захватывал власть бандитизм и разбой. Работы было очень много, а с уходом ВСК ее только прибавилось. С избранием на пост директора правительственных войск, Хромов первым делом провел полную реструктуризацию. Военизированные подразделения были отправлены за город на полигоны. Полицейское подразделение он выделил в отдельную структуру и изменил полномочия. В целом такие изменения пошли на пользу, и горожане быстро вернули доверие к полиции, особенно после показательных арестов высокопоставленных лиц. Но это означало, что дела, которые раньше разгребали штурмовые отряды, легли на полицию тоже.

Пока Разумов крутил перед собой фотографии, приближал и отдалял их на компьютере, Артур закопался в архиве. Уже час он только и делал, что перебирал разные дела, но ничего подобного, как назло, не попадалось. Однако упорство и труд всё перетрут. Спустя еще сорок минут, он довольный забежал в кабинет следователя и с порога закричал:

– Нашел! Я нашел, Михаил Сергеевич. Пришлось капнуть чуть дальше, тринадцать лет назад девять подобных случаев.

– Только не говори мне, что это…

– Маньяк и серийный убийца по прозвищу Щелкунчик. Кроме убийств на нем лично грабежи банков, угоны автомобилей, поджоги и подрывы… – Артур нашел фотографию в папке – а он яркая личность. Тут сказано, что его посадили в психиатрическую лечебницу пожизненно. Возможно наш преступник – это подражатель? А почему о нём так мало написано? Судя по протоколу, он натворил не мало дел…

– Потому что даже этот поганый город захотел забыть страницу этой темной истории. Щелкунчик был не просто одиночкой, благодаря своей дьявольской харизме и угрозам, он сколотил себе банду таких же чокнутых, как и он сам. Они держали в страхе весь город. Именно на этом фоне и образовалась Алая Роза, бандиты стремились защитить свои активы от откровенных психов. Ценой многих жертв со стороны ВСК и Алой Розы удалось полностью ликвидировать банду Щелкунчика, а его самого схватить и засадить надолго. Ты прав, нам надо в лечебницу, узнать, что происходит. Возможно он знает, кто пытается ему подрожать.

– Может хотя бы перекусим? А то с утра поехали на место преступления, потом я зарылся в архиве. На голодный желудок не очень работается, Михаил Сергеевич.

– Пошли, я по дороге тебе куплю бургер и картошку, сейчас время на вес золота.

– С такими приемами пищи у меня язва будет, да и в спортзал я что, зря хожу? Мне нужно пол-но-цен-но-е питание.

– Так, а ну дуй в машину, пока я полноценно тебя без суточных не оставил!

Следователь и его помощник выбежали из участка также быстро, как и приехали туда. На улице уже расцвело и было всё хорошо видно. На дорогу выпал свежий снег, который к обеду коммунальщики всё еще не убрали, ссылаясь в который раз на небывалый снегопад. Пришлось ехать медленно и аккуратно, чтобы не попасть в аварию. Артур всё-таки отказался от фастфуда, отдав предпочтение фруктам, которые купил в ларьке у своего знакомого.

Лечебница номер семнадцать располагалась за городом у самого моря. У нее также было прозвище «Зверинец». Там содержали самых отъявленных психов и уголовников. За свою долгую историю она повидала много негодяев, но тот, к кому сейчас ехали Разумов и Карапетян, был особенным. Для его содержания отвели отдельное крыло и увеличили систему защиты. Каждый сотрудник имел особый код доступа, а сама его камера находилась под землей. Каждый час охрана приходила, чтобы лично узнать, чем занят заключенный. Контакты с внешним миром были запрещены, кроме особых случаев. Вот и сейчас такой случай произошел.

Получив одобрение от начальника лечебницы, полицейские проследовали к Щелкунчику в сопровождении охраны. Первое что заметил Артур, так это камеры на каждом шагу и бесчисленное количество дверей. На этаж к заключенному вел один единственный лифт, а вход в его камеру оборудованна глухой бетонной дверью, которая в случае побега опускалась автоматически. И вот наконец фотограф увидел его. Мужчина сорока пяти лет, с длинными волосами и легкой залысиной. Обычная и ничем не примечательная внешность. Он сидел на своей кровати и читал какую-то книгу. Михаил взял стул и, сев рядом, начал разговор:

– Убийства с твоим почерком снова появились на улицах города, что ты можешь сказать на это, Павел?

Заключенный даже бровью не повел, продолжая читать книгу. Тогда следователь придвинулся поближе и сказал уже на повышенных тонах:

– Мне нужна информация! Отвечай, что ты знаешь о новых убийствах?

– Когда приходят к кому-то в гости, то обычно представляются – он снял свои очки и отложил книгу – а еще, господин следователь, вам надо вести себя вежливо.

– У меня нет времени на это! – разозлился Михаил – кто твои поддельники, где их искать?

– А-ха-ха, тик-так, тик-так – улыбнулся Щелкунчик – вот те господа, что сопровождают вас, знают где я был последние тринадцать лет. Жаль вас расстраивать мистер следователь, но я ничего не знаю.

– Кто еще остался в живых из твоей банды?

– Кто знает? Этот город, Крайсити, он такой небезопасный, со всеми может случится что-то страшное – он перешел на шепот – даже с вами мистер следователь может случится всякое.

– Ты мне угрожаешь?

– Что вы, как я могу? Разве я способен на такое? Я же добрейшей души человек – засмеялся Щелкунчик.

– Михаил Сергеевич – вмешался Артур – пойдем, мы тут только теряем время.

– Похоже на то. Ты прав, нам пора.

– Господин следователь, уже уходите? А я только хотел поделиться с вами одной догадкой по поводу вашего дела. – по-детски надул губки преступник. На эти слова Разумов мгновенно развернулся и хищно оскалился:

– Хватит игр, говори, что знаешь!

– Ну, может договоримся? У меня есть то, что нужно вам, а у вас то, что нужно мне. Это сущий пустяк.

– Чего ты хочешь?

– Дай подумать, я давно мечтаю о маринованных огурчиках, бутылочку минеральной воды и пачку соды, а то мылом мыть посуду надоело. Вот и всё. Принесите это, и я расскажу всё, что знаю.

– Артур, сбегай в магазин и купи, то что он просит, а мы пока побеседуем.

– Да мальчик, и принеси нам ещё чего-нибудь вкусненького к чаю, пока большие дяди поговорят.

У Артура мурашки побежали от взгляда Щелкунчика, и он поспешил поскорее удалиться. В камере остались только следователь и подозреваемый.

– Закурить не найдется? Тут знаете ли, не дают сигареты, а затянуться очень хочется – первым нарушил молчание Павел, и получив курево от Михаила, продолжил – что нового в городе? Ко мне новости не доходят.

– Тебе не положено это знать и у меня нет желания с тобой чем-то делиться.

– Ну, мистер следователь, не будьте таким мрачным, давайте тогда поговорим о крысах?

– О крысах? Что ты имеешь ввиду?

– Я говорю о крысах, шерстяных таких созданиях, которые носятся туда-сюда на своих маленьких лапках – зашептал Щелкунчик – они только кажутся глупыми, их разум достаточно развит. Они создают семьи, строят поселения и даже целые города. Когда им хватает еды и воды, когда у них всё хорошо, эти создания, они живут припеваючи. Но как только что-то происходит или мы заберем у них что-то очень важное, эти крыски начинают кусать и царапать друг друга, желая отнять кусочек повкуснее. Среди этой увлекательной возни возникают лидеры, которые собирают вокруг себя особей послабее, а потом они нападают сначала на одиночек и изгоев в их крысином обществе, а после берутся и за другие группы. И квинтэссенцией таких противостояний является появление крысиного короля, который становится тираном крысиного королевства.

– К чему ты это мне рассказываешь?

– А-хах, и правда, к чему? – улыбнулся заключенный – понимаешь ли, мистер следователь, этот город, он как это крысиное королевство. Все эти маленькие крыски, которые носятся на работу каждое утро, они живут в своем счастливом мирке, но как только стоит кому-то стать богаче или беднее, они тут же начинают убивать друг друга. А потом собираются в разные стайки наподобие полиции или Алой Розы. Они грызутся между собой, желая заполучить звание крысиного короля. И пока всё находится в рамках этого алгоритма, никто не паникует. Разве кто-то стал сходить с ума, когда был уничтожен узел связи? Или, когда андроиды начали нападать?

– Откуда ты это знаешь? – опешив прошептал Михаил – ты же здесь сидишь всё это время!

– Та-та-та-та – покачал головой щелкунчик – сейчас мы говорим о другом. У людей нет паники, потому что всё идет так, как положено в их обществе, но стоит только отрубить крысиному королю голову и дать остальным свободу, как порабощенные крысы набрасываются на спасителя, желая отомстить за своего повелителя. Ты представляешь, господин следователь, ты даешь им свободу, а они хотят тебя убить! – он засмеялся дурным смехом – а потом, потом происходит самое интересное, в их обществе начинается хаос, все паникуют и не знают, что делать, пока снова не объявится крысиный король.

– И ты хотел стать этим крысиным королем?

– Я? Что ты, конечно нет! – он рассмеялся – я разве похож на тирана? Разве я похож на того, кому нужна власть? Нет, нет, нет. Я рыцарь, я тот, кто дарит людям свободу, в надежде, что они одумаются. Я вольный странник, бегущий на встречу ветру…

– Ты просто больной убийца и террорист. – скривился Разумов – примеряешь на себя личину спасителя, а на деле просто псих.

– Зачем ты так? Мы с тобой так мило беседуем, как подружки на вечеринке, ха-ха-ха.

– Я тут сижу с тобой только потому что мне нужна от тебя информация, но это не значит, что я буду беседовать с тобой, как с другом.

– Очень жаль, я надеялся, что мы подружимся, ведь тогда я бы мог взять тебя с собой – зашептал он.

– Что значит с собой? – не успел Разумов еще осознать смысл этих слов, как дверь лифта открылась и оттуда вышли люди, одетые в гусарские наряды, и открыли огонь по охране. Всё произошло так быстро, что никто из надзирателей не успел отреагировать. И когда и они шелохнулись, их пронзил град пуль. Как только дело было кончено, бандиты вошли внутрь камеры. Самый крупный из них сказал:

– Приветствую босс, всё чисто, можем идти.

– Вот видишь, культурный человек, проявил уважение, поздоровался, когда вошел – сделал замечание Щелкунчик – кстати это за мной. Прости, но раз уж у тебя такие дурные манеры, то оставайся здесь и, кстати, передай своим: мне плевать на ВСК и граждан этого города, я иду за Алой Розой! Если мешать не будете, то обойдемся без лишних жертв.

– Ты уже убил охрану! – опешив только и мог сказать Михаил.

– И в самом деле – почесал затылок преступник, потом, что-то придумав, обратился к самому крупному – ты! Скольких убили, когда сюда шли и сколько наших полегло?

– Восемь вальнули, наших шестеро легло рядом – пробасил бандит.

– Восемь… шесть – Щелкунчик проводил какие-то вычисления, активно жестикулируя, а затем выхватил пистолет у ближайшего подчиненного и спокойно застрелил своих двоих парней – вот, теперь мы квиты. Восемь на восемь, так что не лезьте ко мне, ясно?

– Ты псих… Но что ты скажешь на счет шести девушек?

– Шести? Что значит шести? Их должно быть семь! – искренне удивился Щелкунчик и застрелил еще одного своего поддельника – так ты! А ну живо объяснился!

– Б-босс, та последняя тёлка померла давно. – заикаясь сказал бандит.

– Померла, так померла – сказал со снисхождением главарь, а затем резко начал кричать – померла, это не оправдание! Её мать, отец, муж, брат, да плевать, у нее, что родственников не было?

– Дочка у нее была, да, наверное, уже сгинула на улице, а больше никого и нет – пролебезил бандит.

– Вечно меня окружают одни идиоты, дочку найти живой или мертвой, ясно? – затем он повернулся к следователю – не подумай ничего плохого, просто эти дамы шпионили для Алой Розы и предали меня, вот и поплатились. Мешать не будешь, жертв среди гражданских не будет. Пока-пока мистер следователь.

– Зачем тебе всё это?

– Зачем? И правда? – он сделал вдумчивое лицо и сказал – да просто так, я же псих, а-ха-ха-ха!

Щелкунчик похлопал по щеке Михаила и, смеясь и напевая песенку, пошел вприпрыжку в сторону лифта. За ним ушли двое оставшихся его людей. Следователь попытался сразу связаться с руководством и доложить о побеге, но связь под землей не ловила. Оставшись в одиночестве, без возможности выбраться, он стал ждать Артура. Тем временем помощник следователя, закупив всё что нужно, стал возвращаться в лечебницу. Первое что его насторожило – настежь открытые двери, а когда он зашел внутрь, то увидел мёртвые тела охранников. Он достал своё табельное оружие и медленно двинулся вперед. Вокруг стояла тишина, лишь издалека раздавались крики пациентов. У него проступил пот на лбу от страха, но Артур продолжал идти вперед. За очередным поворотом он увидел двух людей в странных нарядах, подумав, что это пациенты, он прошел мимо. Однако подойдя ближе, он заметил у них в руках оружие и взяв их на прицел, скомандовал:

– А ну! Руки вверх! Кто такие? Отвечать!

– Ребят, вам лучше ответить, этот парень явно не шутит – раздался голос позади, и фотограф увидел Щелкунчика совсем рядом, в окружении других бандитов – ох прости мальчик, они видимо воды в рот набрали а-ха-ха-ха. Кстати огурчики принёс?

Он молча подошел к помощнику следователя и забрал у него банку с маринованными огурцами, затем достал один и откусив сделал довольно лицо. Бандит рядом вопросительно пробасил:

– Мы его оставим в живых, босс?

– Хм… а кто-нибудь из вас принес мне огурчики, тупицы? А вот он молодец – уголовник потрепал Артура по голове – он мне нравится, хороший мальчик, пусть живёт. Только телефон у него забери, мы же не хотим, чтобы он сообщил своим друзьям, где мы и что делаем.

– Т-ты! А ну стоять! – парень дрожащей рукой навел прицел на Щелкунчика.

– О, что тут у нас? – он развернулся и подошел вплотную к фотографу – а ты молодец. Нет, правда, ты такой весь правильный, но позволь тебе кое-что рассказать о крысах. Видишь ли, они социальные животные и у них есть те, кто командуют и те, кто подчиняются. У них есть сильные и слабые особи или вернее смелые и трусливые. Люди такие же, как и крысы. Ну так вот, ты трусливая крыска, а потому меня не убьёшь. Нет, не плачь, это нормально. Так устроен мир, ты не виноват. Или может ты всё-таки сильная крыса? Тогда давай! Нажми на курок! Давай! Всади мне пулю промеж глаз, докажи всем что ты большой крыс! Давай, давай, давай!

Бандит прислонил оружие парня к своей голове и смотрел ему в глаза. Артур дрожал, ему было страшно. Он хотел выстрелить, но не мог. Всё его тело оцепенело. Он вдруг понял, что слаб и труслив, он и правда всего лишь жалкая пугливая крыса. Щелкунчику надоело ждать, и он резюмировал:

– Что и требовалась доказать, а теперь отдай телефон и иди вниз к своему напарнику, он тебя там ждет. Пока, пока, быть может мы еще встретимся а-ха-ха-ха.

Амбал забрал средство связи у парня и, раздавив его в руке, швырнул остатки в дальний угол. Затем Щелкунчик ушел со своей бандой через парадную дверь и скрылся в неизвестном направлении. Вышедший из оцепенения Артур быстро отправился вниз и облегченно выдохнул, когда увидел следователя живым и невредимым.

– С вами всё в порядке, Михаил Сергеевич?

– Да, отделался только легким испугом. Ты то сам как?

– Я… нормально вроде.

– Ты сообщил о побеге? – с надеждой спросил Разумов.

– Не смог, он забрал у меня средство связи… Если честно, мне страшно, думаю, я не смогу дальше продолжать. Я видел многое: мертвые тела, замученные люди, сведенные с ума души, но он… Я не могу объяснить это, но такое ощущение, что он сама смерть. Я мог его пристрелить, но не смог, просто не нажал на курок. Я трус – Артур затрясся.

– Не переживай, это нормально. Он не просто больной, он раньше был кандидатом наук в области психологии и психиатрии. Он может легко проникать в разум чужих людей и выворачивать их наизнанку. Не поддавайся, борись с этим. Помни, если мы не сможем его остановить, то никто не сможет помешать ему устроить хаос в городе.

– Надо понять, что ему нужно – успокоился фотограф – и как можно скорее передать всю информацию в отдел, нет, самому Хромову!

– Да, ты прав, нечего нам рассиживаться. Он кое-что мне сообщил интересное. Ему нужна Алая Роза, видимо он желает отомстить тем, кто усадил его в эту лечебницу. Но вряд ли это все его планы. Расслабляться еще рано.

– А ему можно верить? Может это какой-то трюк или уловка?

– Нет, в этом он не врал – Михаил покачал головой – он оставил предупреждение, чтобы мы не вмешивались. Тогда он пообещал не трогать гражданских.

– Значит мы можем пока просто понаблюдать, наверное? Пусть они друг друга перестреляют, нам же лучше и бандитов станет меньше.

– Ты еще молод и толком не знаешь этот город. Алая Роза – это не просто кучка уголовников. Это целая организация, которой принадлежат банки, активы, они контролируют сферы развлечения и частично порт. Сейчас всё это попадает под удар и потом, с Алой Розой можно вести диалог, а с Щелкунчиком нет. В их войне пострадает множество невинных людей. Ладно, надо выбираться, пойдем.

Они поднялись на лифте и направились к выходу. И как только появилась сеть, следователь тут же набрал номер своего начальника:

– Господин Хромов, это срочно! Мы сейчас в «Зверинце», Щелкунчик сбежал. Нужно подкрепление, он со своей бандой убил всю охрану. Нет, я в порядке. Тут всё сейчас тихо… – в этот момент внезапно заиграла музыка Чайковского, сначала тихо, а затем стала нарастать и звучать из всех динамиков лечебницы. Вдруг под эту музыку раздался взрыв, потом еще один и еще, а затем какофония взрывов и музыки заполнила всё пространство. Михаил глянул на мониторы и пришел в ужас – все двери камер душевнобольных были взорваны, а сами пациенты выбежали в коридоры. Персонал безуспешно пытался всех вернуть на места и образумить, их не слышал никто. А затем начался настоящий ад – паника, которую поднял один душевнобольной, стала передаваться по цепочке, и психи стали крушить и ломать всё что попадет под руку, в том числе и врачей. Осознав всю серьезность ситуации, следователь выбежал на улицу и, потащив за собой напарника, заорал в рацию:

– Внимание всем, кто меня слышит, необходима срочно поддержка в «Зверинце»! Пациенты устроили бунты и на свободе! Повторяю! Все пациенты лечебницы «Зверинец» выбрались на свободу! Охрана мертва, врачи подверглись нападению! Срочно нужна помощь! – он прервал вещание, а затем перезарядил табельное оружие и навел прицел в сторону выхода – Артур, нельзя чтобы кто-то из них покинул это место! Открывай огонь в любого, кто выйдет из здания!

– Нас же двое, на всех патронов не хватит! – сглотнул фотограф и стал медленно отступать в сторону автомобиля. Было видно, как его пробила дрожь. Это и не мудрено, он тоже всё видел по камерам и было бы неправильно винить его за малодушие, но Михаил знал, что сейчас бежать нельзя.

– Артур! А ну быстро пришел в себя и встал на место! К нам уже спешит подмога! Внутри сумасшедшие, если одного ранить, остальные забьются в угол. Нельзя дать сбежать даже одному, ведь тогда граждане будут в большой опасности!

Но не успел Разумов и договорить, как из окон дальнего крыла повалил дым. Пожар! Огонь быстро переходил из помещения в помещение, заполняя собой пространство. Послышались крики боли и паники, а затем снова начались взрывы, только уже из-за пожара. Огонь вырывался из окон, вырывая их с решетками. Через них стали выбираться заключенные и оставшиеся в живых врачи. Михаил открыл огонь, но было всё было бесполезно. Кое-кого и удалось ранить, но основная масса успела скрыться в примыкающем к лечебнице лесном массиве. А потом раздался финальный взрыв, уничтоживший окончательно здание. Он опрокинул на спину полицейских и скрыл в густом дыму последних пациентов.

Вскоре после взрыва подъехали еще патрульные машины и бригады скорой помощи, но было уже слишком поздно. Артур смотрел на пылающее здание, как завороженный, ведь в его глазах горящий «Зверинец» – это символ будущих катастроф города. В один день всё перевернулось с ног на голову. Всё это его настолько поразило, что он не сразу услышал, что ему говорил Михаил:

– Артур! Карапетян! Очнись же! У нас с тобой полно теперь дел. Надо возвращаться в отдел, тут и без нас разберутся.

– А? Да… – фотограф еле соображал – подожди, но как же пациенты и Щелкунчик? Он же совсем псих! Надо за ним ехать!

– Не спеши, для начала сфокусируемся на отлове беглецов. Они сейчас куда большая проблема. Необходимо составить список всех, кто находился здесь под наблюдением и начинать прочесывать ближайшие кварталы. Щелкунчик сейчас пока вылазить не будет, ему нужно продумать следующие свои шаги, а вот наши неугомонные приятели могут представлять опасность обществу.

Он подошел к врачам, которые собирались делать опознания тел внутри догорающего здания, и сказал старшему их смены:

– Как закончите, пожалуйста пришлите мне отчет, мне необходимо понимать, кто сейчас на свободе, а кто ранен или погиб.

– Без проблем, но это явно будет не раньше следующего дня. Мы не можем зайти сейчас внутрь, пока пожарные полностью не потушат пожар. Кроме того, предполагаемое количество и качество сохранности тел будет оставлять желать лучшего, поэтому проблем с опознанием нам не избежать.

– Хорошо, держите меня в курсе. Поехали Артур, сейчас сначала начальству на поклон, а потом уже и дальше по маршруту.

Они сели в машину и помчали по полупустым улицам Крайсити. Пожар был виден издалека, хоть и на улице был день. Мимо них пронеслись еще две пожарных машины. Они спешили потушить остатки некогда самой большой в стране клиники для душевнобольных. Солнце было затянуто свинцовыми облаками. Дождь начал сменяться постепенно мелким неприятным снегом, который, соприкасаясь с асфальтом, тут же таял. И без того серый город приобрел черно-белые краски. Город без улыбок и радости, город загубленных жизней и не сбывшихся надежд. Но притягивающий вновь и вновь своими тайнами, и возможностями. Город – хищник, который перемалывал человеческие души и выплевывал оставшуюся оболочку. Он навсегда оставил свой след в истории. Российский Ватикан, государство внутри государства, со своими порядками и законами, со своей армией и полицией. Благодаря этим особенностям он стал центром кибернетики планеты, притягивая главные умы со всех уголков Земли. Но на мёд слетаются не только пчелы. Бандитские группировки, военные организации, финансовые пирамиды – вся грязь человечества устремилась в это место. И всё это породило такого Франкенштейна, как Крайсити.

Отголосок прошлого

Кабинет Хромова располагался в обычном отделении полиции на третьем этаже. После разделения ВСК на отдельные структуры, он отправил военный контингент за город, а небо над Крайсити объявил бесполетной зоной. В том числе и для дронов и вертолетов ВСК. Для летающего транспорта определил высоту не более десяти метров. В итоге это привело к меньшему напряжению в обществе и беспорядки получилось отсрочить на какое-то время. Он не сомневался, что погромы недовольных слоёв общества будут, но Хромов надеялся оттянуть это событие, чтобы как можно лучше подготовиться. Став директором ВСК, он сумел наладить сотрудничество с синдикатом и заключить временное перемирие для восстановления города. Но полностью избавиться от столкновений не удалось. Из-за реформ и сокращения штата правительственные войска оставили часть военизированных объектов в городе, переделав их под гражданские нужды. Частично из-за этого размылись четкие границы территорий и ни ВСК ни Алая Роза не понимали где она теперь проходит. За спорные участки постоянно вспыхивали конфликты и пути решения этому Хромов найти не мог.

Однако сейчас у него болела голова вовсе не поэтому поводу. Два часа назад следователь западного округа связался с ним и сообщил о том, что сбежал Щелкунчик. Конечно же и другие психически нездоровые преступники могли доставить проблем, но их отлавливают по горячим следам все сотрудники города. Саму лечебницу было решено перенести в одну из бывших тюрем особого режима «Карусель». Соответствующие бумаги он только что подписал и отдал на исполнение. Уже к завтрашнему дню должны быть готовы первые места для приема пациентов. Единственной проблемой стал поиск персонала. Еще даже не потушены полностью остатки «Зверинца», а уже многие обратились с заявлениями об увольнении. Конечно будут и потери, как бы ни хотелось этого избежать, поэтому он уже дал приказ найти полностью новый персонал. Те врачи, что решат остаться, будут тут же отправлены в отпуск с дальнейшим прохождением психолога. В общем ситуация хуже не придумаешь. Но он ошибся, всё было только впереди…

В дверь кабинета нового директора ВСК постучали и внутрь вошли двое. Первым был старший следователь Разумов, мужчина, разменявший уже четвертый десяток. Он был опытным сотрудником, а его преданность делу и беспристрастность делали из него лучшего полицейского. Рядом с ним стоял парень, хотя наверное лучше сказать мальчик. Карапетян Артур, восемнадцать лет, удивительно, но уже в таком юном возрасте стал фотографом криминалистом. Он был примерным и кропотливым работником, однако часто строил в своей голове воздушные замки, что сильно мешало ему быть объективным в своих суждениях. Сейчас они вдвоем оказались в гуще событий и были единственными живыми свидетелями всего произошедшего. Хромов даже позавидовал их везению в каком-то смысле. Им удалось выжить после встречи с Щелкунчиком, что уже было само собой удивительно. Он прекрасно помнил, как впервые с ним столкнулся тринадцать лет назад. Тогда Алексей был обычным рядовым сотрудником, который патрулировал улицы. В один из таких патрулей он заметил, как группа людей грабили ювелирный магазин. Они были одеты в старинные наряды то ли егерей, то ли гусаров. Тогда Хромов еще не понимал, кто был перед ним и решил попробовать произвести арест в одиночку. Он тихо подкрался к грабителям и наставил на них свое табельное оружие, приказывая поднять руки, однако они даже не шелохнулись и продолжили заниматься своими делами. Тогда он выстрелил в воздух, делая предупреждение. В этот раз все замерли и затихли, а из подсобки вышел парень двадцати пяти – тридцати лет. Он был одет в солдатский мундир девятнадцатого века, его лицо было загримировано, а в руках он держал кусок водопроводной трубы, испачканной кровью. Первое что бросилось в глаза был вовсе не странный вид этого преступника, а его манера речи и поведение. А еще тот факт, что его боялись и слушались бандиты, которые были больше и сильнее его. В тот момент Алексей понял, что совершил страшную ошибку, но было поздно, его уже заметили.

– Ну и кто из вас, остолопов, решил пострелять? – сказал он вкрадчиво, а затем истерично заорал – я же попросил вас без стрельбы! Что тут сложного? Просто возьмите и не стреляйте!

– Босс, это всё он – промямлил бандит, указывая на незваного гостя.

– Так, так, так, мистер полицейский, а вы знаете какой сейчас час? – он достал старинные карманные часы – уже больше десяти вечера! По закону шуметь нельзя. Ай яй яй, вас следует задержать, парни вяжите его!

Находясь в шоковом состоянии Хромов даже не мог сопротивляться, а лишь безмолвно наблюдал, как ему связывают руки и ноги и усаживают на офисное кресло.

– Может быть скажешь что-то в свое оправдание? – серьезно спросил у него Щелкунчик – ты ведь теперь подсудимый! А что? Ребята сегодня здесь и сейчас состоится первый ювелирный суд! В качестве обвиняемого на этом стуле находится мистер полицейский. – он продолжал активно жестикулировать, воображая, что они в судебном помещении – ему вменяется нарушение тишины и стрельба из огнестрельного оружия в общественном месте. В роли прокурора у нас великолепный и неподражаемый Щелкунчик! Для защиты суд выделяет обвиняемому адвоката. Милосердный и добродушный Щелкунчик пройдите пожалуйста к вашему клиенту.

Он подошел ближе к связанному Хромову и прошептал ему на ушко не своим голосом:

– Не переживай, я уверен, что ты не виновен, мы выиграем это дело – затем он вернулся в центр помещения и громко объявил – всем встать, суд идёт! Наш судья – беспристрастный и наичестнейший мистер Щел-кун-чик!

Он сделал вид, что заходит внутрь и, встав напротив полицейского, пробасил низким голосом:

– Позвольте представить наших присяжных. Итак, вот они: хмурый Щелкунчик, веселый Щелкунчик, злой Щелкунчик, удивленный Щелкунчик, трубач Щелкунчик, спящий Щелкунчик, собака Щелкунчик и немой Щелкунчик – он поочередно строил гримасы и жестикулировал, показывая каждого отдельного персонажа, как будто это другой человек. – в роли зрителей все остальные.

Бандиты недоуменно смотрели на разворачивающаяся сцену, но не смели прерывать или встревать в разговор. Один из них пожал плечами и продолжил складывать в сумку ювелирные украшения, на что сразу отреагировал главарь и, подскочив к нему, стал яростно забивать его трубой со словами:

– Прояви у-ва-же-ни-е к суду! – отдышавшись, он повернулся к остальным и сказал – аплодисменты! Да здравствует наше правосудие!

Все уголовники тут же как по команде захлопали в ладоши, а Щелкунчик снова вжился в роль судьи и пробасил:

– Слово предоставляется стороне обвинения – он тут же сместился в сторону и стал ходить взад-вперед, изображая прокурора – ваша честь, этот человек совершил тяжкое преступление на почве ненависти. В тихую прекрасную ночь, полную звезд, он решил пустить в ход свое оружие! Он напугал многих жителей и еще разбудил многих жильцов соседних домов, подтверди собака Щелкунчик – он сделал пару шагов назад и прикинулся собакой – Гав-гав-гав.

Хромов сидел совсем беспомощный, связанный по рукам и ногам, во рту у него был кляп, наблюдая за этим сюрреалистическим спектаклем, он пришел в ужас и периодически мычал то от страха, то от внезапных резких порывов и движений бандита. Он сразу понял, что тот сумасшедший и молился, чтобы изощренный ум этого преступника оставил его в живых. Тем временем Щелкунчик подошел близко к нему и сделал позу адвоката:

– Ваша честь, сторона защиты протестует! Я отказываюсь оправдывать этого человека! – он наклонился к Алексею и прошептал – у нас тут шансов никаких, все улики против тебя, так что готовься, скорей всего народ тебя линчует – он пожал плечами и снова принял роль судьи – тишина! Я прошу тишины! Дадим слово самому обвиняемому.

Щелкунчик сделал жест рукой и бандит, стоявший позади Хромова, снял с него кляп. Тот тут же попытался закричать и выбраться, на что лидер бандитов дал ему пощечину и с серьезным видом сказал:

– К порядку в суде! Обвиняемый, у вас есть, что сказать в своё оправдание?

– Ты псих!

– По существу пожалуйста, почему вы открыли стрельбу в ювелирном магазине поздно ночью?

– Да потому что вы грабите его! – закричал Алексей.

Вокруг воцарилась тишина, все замерли и уставились на Хромова. Щелкунчик посмотрел на него, а потом засмеялся дурным голосом.

– Логично, ваша честь, я отказываюсь от обвинений, я считаю, что мистер полицейский не виновен! – затем он пробасил судейским голосом – тишина в суде! Тишина! А что скажут наши присяжные?

– Виновен! Не виновен! Виновен! Не виновен! Гав-гав! – он строил разные гримасы, вживаясь в роль разных личностей. Затем он постучал своей трубой по полу и закричал – тишина! Устроили какой-то балаган в суде! Итак, суд готов вынести приговор. Исходя из всех имеющихся материалов суд признает мистера полицейского не виновным! Полностью оправдан!

Он подошел к Хромову и похлопал его по спине, затем громко рассмеялся и пошел дальше по своим делам вглубь магазина, оставив Алексея сидеть связанным на стуле. Позже бандиты покинули помещение, но только к утру его освободили прибывший на место патруль ВСК. Ту встречу новый директор ВСК запомнил на всю жизнь. Павел Синельников, он же Щелкунчик, внушал животный страх. Он сам был сумасшедшим и его поведение не мог предсказать никто и то что Хромов жив до сих пор – одна из прихотей этого маньяка. Теперь же он на свободе и что он будет делать, никому не ясно. Но в первую очередь надо опросить Разумова и его помощника, а также дождаться результатов поимки пациентов лечебницы.

Из воспоминаний его выдернул громкий кашель следователя. Алексей поправил свой галстук и начал разговор:

– Итак, вы двое оказались в гуще событий. Я уже в курсе всей ситуации в общих чертах, но я бы хотел узнать из первых уст о том, что же там случилось. Вам есть что рассказать?

– На самом деле не очень много, мы приехали в лечебницу, чтобы задать пару вопросов касательно дел, которые я вел. Характер убийств был очень схож и как позже он признался, я не зря подумал на него. Смерти девушек лежат на плечах его людей. Сам он естественно не покидал стены своей камеры. Мы с ним беседовали, но нас прервали его подчиненные, которые ворвались внутрь и устроили стрельбу.

– О чем говорили?

– Да о ерунде, он мне рассказывал о крысах, но не стоит к этому серьезно относится, он сумасшедший.

– Я не согласен с этим. – подал голос Артур.

– В чем же ты не согласен? У тебя иное мнение о его вменяемости? – удивился Хромов.

– Нет, он и правда душевнобольной, господин директор, но я не согласен с тем, что не стоит обращать внимание на его слова. Он живет в собственном мире, который подвержен его же собственной логике. Пытаясь понять смысл его слов, мы можем предположить какие будут его следующие шаги.

– Интересное предположение. И что же он говорил? Есть что-то, что указывало бы на дальнейшие планы?

– Щелкунчик напрямую мне сказал, что его цель – это Алая Роза. Он заверил, что если мы не будем его трогать, то и мирные жители не пострадают.

– И как ты считаешь? Он врал или нет?

– Не мне судить о его честности, но лично мое мнение, что нам не стоит идти у него на поводу – сказал следователь – Город он покидать не будет, а это значит, что мы можем схватить его в любой момент. Если он решит воевать с Алой Розой, то под удар попадают почти все публичные места, где много мирных жителей. Игнорируя угрозу и рассчитывая на правдивые слова уголовника, мы без сомнения ставим под удар и мирных граждан и экономическое положение города в целом.

– А ты что скажешь, Артур?

– Когда я увидел его впервые, я не отнесся серьезно к мерам предосторожности – начал говорить тихим голосом фотограф – и даже когда увидел его в окружении своих товарищей на свободе, мне не было страшно, он меня не пугал, меня устрашали мужики, которые были с ним заодно. Но как только он посмотрел мне в глаза, как только он начал говорить, я понял свою ошибку. Я осознал, насколько я мал по сравнению с ним, я увидел всю его власть и понял, почему все преклоняются перед ним. Я не знаю его планов, но я точно уверен, что провоцировать Щелкунчика точно не стоит.

– Хмм, наверное, так и сделаем. Мы пока оставим его в покое и сосредоточимся на остальных сбежавших.

– Не обращайте внимание на слова этого мальчишки, он просто испугался, а нам следует ответить на угрозу. Мы не можем игнорировать нахождение такого опасного человека на свободе!

– Мы не будем игнорировать этот факт, но и провоцировать тоже не станем. Мы займемся поиском других пропавших, и я запрещаю как-либо трогать Щелкунчика и его людей, но если увидите их, то соберите как можно больше информации. Я свяжусь с Алой Розой и предоставлю им все имеющиеся знания по данному инциденту. Это даст возможность синдикату подготовиться к защите своей территории и увеличит их шансы на победу.

– У вас есть выходы на верхушку Алой Розы? – удивился Артур.

– Можно сказать и так, есть что-то еще, что я должен знать?

– В лечебнице среди персонала был сообщник Щелкунчика, возможно и в полиции тоже, надо осторожно отнестись к этому делу – задумался Разумов.

– Почему ты так решил?

– Сначала меня насторожил тот факт, что он знал о последних событиях, хотя по протоколу ему запрещено иметь любые контакты с внешним миром, в том числе и посредством актуальных газет и журналов. Во-вторых, он нисколько не удивился проникновению своих подчиненных. Он знал, что ему организуют побег. А еще подрывы дверей камер пациентов. Всё было сделано быстро и четко, что означает, что его спасатели не могли самостоятельно быстро это сделать. Артур ушел в магазин и его не было не более тридцати минут, а это значит, что они всё сделали за двадцать минут. Всё это указывает на шпиона и вполне возможно даже не одного.

– Спасибо, я буду это иметь ввиду. Если это всё, то я попрошу вас покинуть кабинет. Оставшийся день вы свободны, отдохните как следует, завтра утром приходите ко мне за дальнейшими инструкциями.

– Так точно – сказал Михаил и вышел из кабинета. За ним пошел и его помощник, но уже у двери его окликнул Хромов:

– Артур, задержись пожалуйста на пару минут – он подождал, пока фотограф зайдет обратно и закроет за собой дверь – как ты? Ты ведь еще совсем молодой, я читал твою характеристику, одни положительные комментарии. Я бы хотел перевести тебя на другую должность.

– А что за работа? – с интересом спросил парень.

– Да так, пустяки, социальные работы с беспризорниками. Ими сейчас занимается сестра нашего мэра, но на улицах города, как ты сам понимаешь не спокойно, я прошу тебя присмотреть за ней.

– Но это означает, что я не буду принимать участие в расследовании!

– Я не хочу, чтобы ты занимался этим делом – как можно мягче сказал Алексей – Артур, Щелкунчик не просто преступник или маньяк. Он очень хороший манипулятор.

– Это ваш приказ лично для меня? – спросил фотограф с нотками вызова.

– Нет, это просьба. Но если ты не можешь удержать себя от участия в этом деле, то сопровождай Надежду Борисовну и попутно опрашивай всех детей, о том, что им известно.

– Хорошо – разочарованно выдохнул Карапетян. – я буду сопровождать её, но не отстраняйте меня от участия в этом деле.

– Спасибо, и не недооценивай зоркость этих проныр, почти все они шпионы Алой Розы, а синдикат не тратит свои ресурсы зря. Теперь можешь быть свободен.

Парень отдал честь и вышел за дверь, оставляя Хромова в одиночестве. Он почесал подбородок и посмотрел в окно. Свинцовое небо нависло над Крайсити и казалось вдавливало его в землю своими серыми тучами. Он размышлял, как всё-таки лучше поступить. Надо бы конечно поставить в известность Ларина и подготовить официальную речь для прессы. «Сколько же проблем, не удивительно, что у Викторова поехала крыша» – подумал Алексей и постучал пальцами по столу. В первую очередь ему надо встретится с Шипом, а по дороге он переговорит с мэром.

Он допил кофе и, одевшись вышел на улицу. Снаружи уже стало подмораживать. Снег, который падал с неба, перестал таять и образовывал тонкий покров. Коммунальные службы наконец проснулись и принялись за уборку шоссе и тротуаров, дворники по привычке ходили и разбрасывали реагент, надеясь, что растаявший снег сам исчезнет как-нибудь. Но эта зима отличалась от других. Впервые за долгое время в город вернулись снегири и синицы. Лет двадцать назад, когда иностранные инвестиции достигли небывалых высот, Крайсити наводнили предприятия и заводы, экология быстро ухудшилась и многие птицы были вынуждены покинуть свои привычные места обитания. Их место заняли голуби и вороны. Но после начала открытого противостояния между Алой Розой и ВСК многие иностранные специалисты спешно покинули это место, не желая попасть под горячую руку. Тогда все их бизнес проекты были заморожены до более спокойных времен. Ветра и влажный климат сделали свое дело и быстро привели воздух в норму. Это позволило всего спустя три месяца услышать птичьи трели на улицах. Это было прекрасно. Ларин недавно поделился этим открытием с Хромовым и сказал, что это символ нового хорошего начала для их города. Алексей не мог не согласится. Несмотря на первоначальные трудности в итоге всё складывалось как нельзя лучше, по крайней мере до сегодняшнего дня.

Мчась по улицам города в восточный район, он достал телефон и набрал номер Антона Борисовича – нового мэра Крайсити.

– Алло, Антон Борисович? Здравствуйте, как ваше здоровье?

– Брось Алексей, ну какой я тебе Антон Борисович? Ты старше меня и по возрасту, и по званию, и по опыту – раздался смущенный голос в трубке.

– Ну то что я старше по возрасту, это скорее минус, чем плюс. Звание теперь у тебя самое наивысшее в этом городе, а опыт у всех разный и у тебя его предостаточно и в других областях.

– Ой ладно, засмущал, но ты ведь позвонил вовсе не для того, чтобы засыпать меня комплиментами?

– Ты прав, ты уже знаешь, что произошло?

– Ты говоришь о «Зверинце»? Да, смотрел новости. Ужасное событие на самом деле. А я так уже устал, надеялся хоть сегодня ночью поспать. Есть какая-то особая информация?

– Да, мои люди были там во время этих событий. Первое – цель Щелкунчика – это Алая Роза. Он обещал не трогать гражданских. Я отдал приказ своим парням не лезть к нему и не провоцировать. Посмотрим, чего стоят его слова. И второе – мой подчиненный сделал вывод, и я его полностью поддерживаю, у подсудимого были сообщники в лечебнице. Однако я считаю, что шпионская сеть куда глубже и его люди могут быть как в моём окружении, так и в твоей администрации. Поэтому будь осторожен.

– Спасибо за беспокойство, я приму это к сведению. Будем действовать пока согласно твоему плану, надеюсь он сработает. Приятно было тебя слышать, пока.

– До связи Антон. – он повесил трубку и припарковал автомобиль возле оборонного предприятия Стрела.

Вокруг в этом районе кипела работа. Во время помешательства андроидов эти улицы пострадали больше всего и сейчас совместными усилиями рабочих, горожан и синдиката, восстанавливали разрушенные дома. Сам комплекс был закрыт для посещения и внутрь не мог попасть ни один случайный прохожий. Однако у Хромова был пропуск, выданный лично хозяином здания. Он прошел к дверям, и охрана сразу его пропустила. Внутри царила суета, жители возвращались на работу. Первые пять этажей были производственными, и обычные работяги сновали туда-сюда. Выше уже находились закрытые этажи и секретные помещения. Девушка, стоявшая у информационной стойки, узнала директора ВСК и, улыбнувшись, поприветствовала его:

– Здравствуйте Алексей Максимович, давненько у нас не были. Вы к руководителю или к главному инженеру?

– Здравствуйте Юлия, я по личному вопросу к руководству, нет не ищите в списках, дело срочное, встреча не запланирована. Если честно, настолько срочное, что я даже еще не успел ему позвонить, я надеюсь, он в здании?

– Секундочку, уточняю график. Да, должен быть на месте, сегодня встреч не запланировано. А, подождите, его помощник передал по внутренней связи, что он в медицинском блоке. Сейчас вам выпишу допуск, подождите – она достала пустой магнитный ключ и приложив его к специальному устройству, записала на него информацию о разрешенных этажах. – вот, берите. У вас гостевое разрешение на посещение медицинского блока и управленческих помещений, от себя еще добавила разрешение на проход в инженерную лабораторию. Если что, посмотрите его там. Больше к сожалению, не могу дать допуски.

– Спасибо большое, мне и этого хватит, я пришел к вам вовсе не для того, чтобы слоняться по этажам. – он улыбнулся и прошел к лифту. Зайдя внутрь, он нажал на нужный ему этаж и прислонил магнитный ключ к специальному полю, чтобы подтвердить свой допуск. Загорелся зеленый свет и лифт отправился вверх. Хромов отметил про себя, что со времен осады многое изменилось. Открылись рабочие места, увеличилось производство, последствия минувших дней уже полностью исчезли, как будто ничего и не было. В целом сам по себе данный район сейчас был самым процветающим, а по экономическому обмену обогнал даже центральные закрытые районы богачей. Многие люди стремились жить тут, но при этом цены на недвижимость не росли, как и цены на продукты питания и другие необходимые товары. Всё потому что Шип лично дал указание не завышать цены и позволить людям хорошо жить. Подобные решения только укрепляли позиции Алой Розы, как управляющей структуры. Причем сколько бы Алексей не копал, не мог найти какие-либо нарушения. Даже налоги были уплачены в срок. С другой стороны, они делают одно дело, хоть и разными методами – улучшают качество жизни обычных граждан. Но такими темпами не далеко и до гражданской войны в городе, жаль конечно, что такие люди не в политике участвуют, а работают в криминальной сфере.

Лифт остановился на медицинском этаже и Хромов пошел по известным ему коридорам в поисках директора. Со времен его последнего посещения многое изменилось. Этаж был поделен на несколько блоков. Самый первый обслуживал сотрудников и их семьи, давая бесплатные качественные консультации. Во втором блоке находились тяжело больные и операционные. Третий блок использовался членами Алой Розы и кроме них только узкий круг лиц имел право заходить туда. Ну в четвертом находились лаборатории, хоть он и назывался экспериментальная медицина, но что там происходило на самом деле, Алексею не сильно хотелось знать. Дойдя до регистрационной стойки, он спросил у женщины, которая сортировала документы:

– А не подскажите, руководство сейчас на этом этаже? Внизу мне сообщили, что он должен быть тут.

– Да, сейчас он в третьем блоке, если у вас есть допуск, то можете пройти, в ином случае подождите здесь на диване – сказала она, не поднимая глаз.

А директор ВСК и не знал, есть ли у него допуск, он подошел к двери и прислонил свою карточку к магнитному замку. Раздался одобрительный писк и дверь открылась во второй блок. Недолго думая он направился дальше, минуя операционные и стационар. У следующей двери стояли два охранника. Они были явно поражены тому, кто стоял сейчас перед ними и еще больше остались в шоке, когда карта допуска сработала и Алексей благополучно прошел вперед. Внутри отделение для членов синдиката не сильно отличалось от предыдущих, с той лишь разницей, что по коридору ходили вооруженные люди.

Шипа он обнаружил в одной из палат вместе с известным ученым Филатовой Елизаветой. Они вместе навещали пациента, лицо которого казалось ему очень знакомым. Изнутри доносились крики, из-за чего Хромов не решился сразу пройти внутрь:

– Да как вы вообще могли такое сделать? – не унимался пациент – меня потому и зовут Зеленый, что мой ирокез, моя гордость этого цвета! А теперь я кто? Саня Лысый? Я выйду отсюда, вас всех побрею!

– Угомонись ты – сказала Лиз – а как бы мы тебя поместили в раствор? И потом тебе операцию делали серьезную, в медицинских целях тебя побрили всего.

– Я не переживаю, что мои ноги выглядят, как у танцовщицы кабаре, но голову зачем трогали?

– Зеленый, я тебя уверяю, так было необходимо, тебе на мозге так же проводили операцию, чтобы твой новый протез работал как надо – заверил его Шип.

– Да какой я теперь Зеленый? – сказал раздосадовано он – кстати, а много пришлось протезировать? Я вообще еще человек?

– Человек, человек – успокоила его ученая – из-за обильного внутреннего кровотечения нам пришлось заменить почти все внутренние органы в брюшной полости. К сожалению, с твоей правой рукой тоже произошла беда. Заражение переключилось на нее, пришлось ампутировать. Протез отличный, самый современный, но без наноботов. Кстати скажи спасибо что сохранили твой кишечник, будешь в туалет ходить как всегда, а не в пакетик.

– Да иди ты! Хм, а рука неплохая, сколько мне еще тут лежать?

– Врачи говорят, еще пару дней и сможешь выйти – Шип поправил галстук – у меня для тебя уже есть поручения, так что поправляйся поскорее.

– Я постараюсь – Саня поморщился от боли – пусть мне обезболивающих выпишут побольше.

– Хорошо, я дам распоряжение – директор перевел взгляд на дверь и заметил ожидающего его снаружи Хромова – похоже ко мне пришли, еще увидимся.

Он вышел из палаты и протянул Алексею руку:

– Приветствую, у тебя видимо ко мне есть срочное дело, если ты даже не позвонил мне. Что-то серьезное?

– Щелкунчик сбежал шесть часов назад. Мои люди были в лечебнице во время побега, он передал мне послание, что его интересует только месть Алой Розе. Что если мы не будем вмешиваться, то гражданские не пострадают.

– Я впервые о нем слышу, должно быть это было давно, ты не прояснишь? Я в этом городе всего четыре года.

– Значит ты и правда не знаешь, тринадцать лет назад синдиката не было. Отдельные криминальные группировки контролировали свои районы и постоянно пытались соперничать. Но этот порядок нарушила банда под руководством молодого преступника Павла Синельникова, по прозвищу Щелкунчик. Они не признавали границы и действовали всем на нервы. В то время как вся мафия пыталась управлять своим районом, его банда только грабила и веселилась. Это не нравилось никому из руководителей что криминального мира, что среди государственных политиков. Однако такое поведение привлекло на его сторону много молодежи и рецидивистов. В результате за короткий срок он стал силой, которой сложно было сопротивляться.

– Неужели ВСК просто спускали ему всё с рук?

– На тот момент были другие проблемы, а Щелкунчик воспринимался, как временное явление. Когда решили с ним бороться, было уже поздно. Чтобы полностью одолеть его все отдельные группировки образовали синдикат, известный как Алая Роза. Но даже так им пришлось объединиться с правительственными войсками.

– Неужели он настолько силен и влиятелен?

– Он душевнобольной харизматичный маньяк, а главное его оружие страх. Его не интересовала власть или деньги, он просто делал, что хотел.

– Вы уже начали его поиск? – забеспокоился Шип.

– Во время побега он уничтожил лечебницу и выпустил на волю всех пациентов. Сейчас они наша приоритетная цель. К тому же я принял во внимание его предупреждение и дал команду парням не провоцировать его. Я передам тебе всю информацию, что у меня есть, но пока Щелкунчик не пересечет свою собственную черту, я не буду к нему лезть, извини.

– Спасибо и на этом, видать он и правда серьезная угроза, раз ты его боишься.

– Да, я боюсь – выпалил задетый за живое Хромов – я встречал его будучи обычным полицейским и тогда я чудом выжил. Я не хочу отправлять на смерть своих людей. Это всё что я хотел тебе сказать, пока.

– До свидания Алексей, не обижайся. Я надеюсь мы быстро решим эту проблему. Спасибо за предупреждение.

Директор ВСК развернулся и спешно покинул здание. Шип не знал ничего про Щелкунчика, но судя по реакции полиции дело было серьезным. Придется связаться с другими главами синдиката и предупредить их. К нему сзади подошла Лиз.

– Кто тут был? – спросила она.

– Хромов заходил, похоже у нас плохие новости. Придется возвращать черного с задания и Нору держи поближе к себе.

– Что случилось?

– Щелкунчик сбежал и планирует месть Алой Розе. Я не знаю кто он, похоже твоего брата эта информация прошла мимо, но как утверждает наш знакомый, этот преступник чрезвычайно опасен.

– Это и правда ужасные новости – было видно, как ученая побледнела – и черного лучше держать в стороне от этого дела.

– Почему? Он мог бы оказать серьезную помощь в его поимке.

– Личность дьявола состоит из трех самостоятельных подличностей. Первая – боевой офицер, вторая – гениальный изобретатель начала двадцать первого века, а третья – маньяк и психопат Щелкунчик. И что самое опасное, этот душевнобольной преступник знает об этом.

– Тогда тем более стоит держать его поближе под присмотром. Пойдем, расскажешь мне всё что знаешь об этом Щелкунчике.

Гостья

Маленькая девочка бежала по заснеженным улицам города. Ее ножки были одеты в легкие рваные кроссовки, а сверху простой полушубок. Чтобы не замерзнуть в холодный декабрьский день, она бежала со всех ног, пряча свои ручки в карманы. Её подогревала надежда, что ей всё-таки помогут. Цель пути была уже близка – высокое темное здание, где по словам друзей девочки, сейчас жила их бывшая подруга. Шансы на встречу были не велики, но шансов выжить на улице не было вообще. Забиться в подвал было не где, старший ясно дал понять, что ей необходимо было сначала передать послание, а потом, если всё пройдет хорошо, она сможет вернутся в свой теплый уголок и ей даже дадут немного сладостей. Звучало не очень, но в их общине провиант делился согласно заслугам, а она мало что могла предложить в качестве помощи. Поэтому основой для ее питания служил хлеб и вода. Иногда редко перепадала теплая овощная похлебка. Когда она услышала, что необходимо сделать, то сама вызвалась добровольцем.

Добежав до здания, девочка поняла, что попасть внутрь можно только через главный вход. Иных вариантов просто не было. Оставаться на морозе еще дольше было слишком опасно, она уже не чувствовала свои пальцы ног. Так недалеко и заболеть, а без медицинской помощи зимой простуда – это верная смерть. Вбежав по ступеням к главной двери, она тут же столкнулась лицом к лицу с охраной. Двое суровых мужчин перегородили ей дорогу и с каменными лицами закрыли собой вход. Один из них сказал довольно низким голосом:

– Ты куда собралась?

– М-мне нужно внутрь, у меня тут подруга живет – испуганно промямлила она.

– Знаем мы таких, давай иди отсюда.

– Ну пожалуйста, она и правда тут, мне очень надо с ней увидеться.

– Приют находится через одну улицу, иди туда и там тебе помогут, тут нечего околачиваться. Если руководство увидит, у нас будут неприятности.

– Ну пожалуйста, я не вру вам – захныкала девочка – она меня не ждет, но я должна передать ей сообщение.

– Последнее предупреждение – охранник взял ее грубо за плечо – или сама идешь или мне придётся тебя отсюда столкнуть.

– Соня? – раздался голос позади. Охранник обернулся и увидел Нору. Она подошла к ним и была видимо очень удивлена – пропустите ее пожалуйста, она ко мне пришла.

– Пока приказ не получим, не можем пропустить. У тебя есть пропуск, у нее нет.

– Ну пожалуйста, я уверена, что никто против не будет. Она просто в гости ко мне зайдет. Да я с ней буду всё это время, обещаю. Ну пожалуйста! – она состроила щенячьи глазки и под этим напором охранник всё-таки сдался.

– Хорошо, но чтобы всё время с тобой была, и не шляться по комплексу! К себе отвела и сидите тихо. И если меня наругают, месяц будешь брюки мои гладить!

– Спасибо, спасибо, спасибо! Мы быстро, никто даже не заметит! – она схватила за руку Соню и потянула ее в сторону лифта. Прошмыгнув быстро мимо чужих глаз, Нора запихнула подругу внутрь, поднялась вместе с ней на этаж с ее тренировочным залом и провела ее в раздевалку. Всё это время девочка молча шла и с удивлением разглядывала обстановку. В отличие от Норы, она родилась на улице среди бездомных и никогда не жила среди роскоши, а единственные теплые помещения – это стены приюта, в которых она ютилась в зимние дни, пока по весне опять не сбегала на улицы.

– Здесь есть чистая одежда, тебе подойдет, там душ, внутри теплая вода. Помойся, переоденься, а потом с тобой и поговорим.

– Х-хоро-шо – задрожала Соня и, сняв с себя грязную одежду, зашла в кабинку. По началу она даже слегка растерялась, потому что никогда не видела ничего подобного, но разобравшись, стала нежится под теплыми струями воды. «Это не справедливо» – думала она – «Почему у кого-то всё есть, а кто-то не может даже чистой воды себе позволить». Она даже разозлилась на Нору! Раньше они были подругами, всё делили поровну, а потом она исчезла. Андрей говорил всем, что она забыла про своих и не хочет им помогать. Соня не верила в это до последнего, но сейчас она стояла под теплым душем, ей дали чистую одежду. Вот так просто, как будто этого тут много. Почему же она, забыв про других ребят, забыв про свою подругу, живёт в своё удовольствие? Эти мысли роились и съедали ее изнутри, однако она всё же собралась с силами и вышла из душа. Рядом лежало чистое махровое полотенце, в котором она просто утонула. Казалось бы, такие мелочи, незаметные обычным людям, но лишенная этого всю жизнь, девочка в который раз ощутила на себе неравенство этого города. Одевшись в чистый спортивный костюм, Соня села на скамейку в раздевалке и посмотрела на Нору. Та стояла рядом и ждала, пока ее подруга придет в себя.

– Ну привет, Кузнечик. Давно не виделись. – начала разговор гостья.

– Здравствуй, я рада тебя видеть, как ты тут оказалась?

– Это интересная история. Андрей всем рассказывает, что ты теперь живешь в хоромах под крылом Алой Розы и что совсем забыла о нас. Я в это не верила, я думала, что это не правда, ведь ты не могла забыть о друзьях, но сейчас я вижу, что он был прав.

– Что ты такое говоришь? Я про вас не забывала! – недоуменно сказала Нора.

– Да? А почему тогда в общаг ничего не несешь? Нам жить с каждым днем всё трудней и трудней. Еды не хватает, одежды тоже, про лекарства я вообще молчу. А ты живешь среди всей этой роскоши и совсем ничего не принесла! Да тебе просто стало плевать на нас!

– Соня, успокойся, мне не плевать, просто я не могу… – Нора сдавила кулаки, сдерживая свои эмоции.

– Не можешь? Да ты мне только что чистую одежду отдала! Тебе даже красть ничего не надо, просто объедки со стола собери и уже накормила всех на день! Попросила в мед части таблетку от кашля, а сама отложила в сторонку и через месяц ты бы принесла целый мешок необходимого! Просто скажи правду – тебе плевать на всех! Как тогда, когда ты с Артемом сбежала и бросила всех нас!

– Ты хочешь правду? Хорошо! Тогда слушай! – при упоминании Артема, она сорвалась на крик, не в силах себя сдерживать – Ты знаешь почему я сбежала тогда? Знаешь? Так вот, Андрей отбирал у меня еду, говоря, что будет делить ее между всеми, но на деле бросал лишь остатки, хотя я приносила много фруктов и хлеба. А после того, как он отнял у меня одежду, которую я выклянчила у торговки на рынке взамен недели упорного труда, я поняла, что ему плевать на всех, кроме себя. Я ушла сама, чтобы жить, а не выживать, но одной было сложно, потому что шайка Андрея постоянно отбирала у меня новые ночлежки.

– Не верю! Он всегда заботился о нас! Он распределял еду среди тех, у кого ее не было! Мне не повезло с такой милой мордашкой, как у тебя и если бы не он, я бы не выжила! И Артем, мой братик, он убежал вслед за тобой! Я пыталась его отговорить, но он дурак, любил тебя, а ты… ты и его сгубила!

– Не говори так – заплакала Нора – не говори, прошу! Я пыталась, когда он заболел, я пришла к Андрею, я просила лекарства для твоего брата, я предлагала ему всё за это. Но он просто ухмыльнулся и ушел, я сама ничего не смогла сделать. Если кого и винить за это, только твоего лидера. И… ты говоришь он кормит тебя, но что ты ешь? Разве тебе этого достаточно?

– Я… я ничего не приношу в общину, я просто бесполезная и поэтому спасибо и на этом. Я вырасту, стану пользу приносить и смогу нормально есть, а пока надо просто выжить.

Не смотря на столь резкую встречу и взаимные обвинения, девочки всё-таки примирились и обнявшись, плакали друг у дружки на плечах. Затем Соня вытерла слезы и, окинув взглядом помещение, загрустила. Хоть и не на долго, но она оказалась в теплом доме с теплой водой, место где она могла посидеть и полежать, а влажный воздух и пронизывающий ветер не дул ей в спину. Раньше она не жаловалась, поскольку так жили все беспризорники. Община лишь помогала с продовольствием в самые трудные времена, но теплый уголок искал себе каждый самостоятельно. Ей не везло с этим, теплые места всегда были уже заняты и ей приходилось спать там, где хотя бы не капает с крыш. А тут было хорошо, она не хотела отсюда уходить как можно дольше.

– Ты ведь пришла не просто так, Андрею что-то надо от меня? – прервала молчание Нора.

– Он просто просит свою долю, как и всегда, ты ведь знаешь правила – насупилась девочка.

– Правила? Хех, да он в край обнаглел. Он выгнал меня отовсюду, отвернулся, когда был нужен, а теперь что-то требует?

– Но это не для него, это же на благо всей общины. Просто забудь о нем и подумай хоть немного об остальных.

– А я и думаю об остальных, знаешь что он запросил у меня? Вовсе не еды или лекарств. Когда он узнал, где я, мы с ним встретились. Он передал мне список со словами – «Принеси всё это и будешь свободна». А знаешь, что было в том списке? Оружие! Думаешь если я ему его принесу, вам станет легче жить? Да он просто устроит вооруженные разбои на рынки и магазины, где вас всех переловит полиция или еще чего хуже, просто перестреляют. Я не хочу быть причастной к этому!

– Пожалуйста, дай хоть что-то, я не могу вернуться с пустыми руками. Меня не пустят обратно, я просто замерзну на улице – вновь заплакала Соня.

– Я не собираюсь ему ничего давать, но я пойду с тобой, и сама ему всё выскажу при всех.

– Хорошо, я надеюсь, что Андрей оставит меня в общине – утерла она слезы.

– Нет, ты не вернешься туда – Нора остановила ее – ты останешься тут, со мной.

– А как же? Я ведь чужая, бесполезная. Охранник тебя накажет, а меня найдет и выкинет – испугалась гостья – я лучше пойду, спасибо за теплый прием.

– Ты никуда не пойдешь, сейчас я позову тетю Лиз, и она обо всем позаботится. Она страшная в гневе, но если ты не будешь ее сердить, то тебе с ней понравится. Я уверена, что она не будет против, если что будем делить с тобой кровать и еду.

– Ты это сделаешь? Ты правда это сделаешь для меня? – она кинулась обнимать ту, кого еще пять минут назад ненавидела. – спасибо…

– Знаешь что, побудь пока здесь. Я сбегаю быстро и всё узнаю.

– Не оставляй меня одну, а если кто придет сюда? Что мне сказать? Мне страшно, я никогда еще не была в таких местах.

– Не переживай, этот зал только мой и заходить сюда могут только несколько человек.

– Только твой? – удивленно спросила Соня.

– Да, скажем так, мне его выделили, чтобы никто не видел мои тренировки. Они достаточно необычны.

– Ух ты! А ты мне покажешь, как ты тренируешься?

– Может быть в следующий раз. А сейчас надо уладить вопрос с твоим нахождением. Я скоро, не скучай.

Когда Нора ушла, Соня решила отдохнуть. Впервые за долгое время она могла расслабиться и закрыть глаза в теплом помещении. Наверное, даже впервые за всю свою жизнь. Тут не было кроватей, но ей этого и не надо было. Она легла на скамейку и, положив под голову полотенце, почти сразу заснула с улыбкой на лице.

Тем временем Нора уже поднималась на инженерный этаж к тете Лиз. Она почти всегда там обитала и постоянно что-то мастерила. Вот и сейчас происходило тоже самое, она сидела за компьютером и печатала очередной код. Конечно, что именно девочка не понимала, но характерные закорючки говорили ей о многом. Подойдя поближе, девочка решила сразу начать разговор со своей просьбы:

– Тетя Лиз, мне нужна ваша помощь, вы же с директором общаетесь?

– Да, ты хотела что-то у него спросить? Может я могу помочь?

– Если честно, в моей прошлой жизни на улице осталась одна подруга, я бы хотела ее пригласить пожить у нас. Сейчас ведь зима и ей очень тяжело, она может погибнуть.

– Это и правда стоит узнать у хозяина этого здания – ответила она, не отрываясь от работы – а где сейчас эта девочка, ты уверена, что она до сих пор жива?

– Она сейчас у меня в раздевалке сидит. Прости что привела ее без спроса, просто она могла замерзнуть.

– Ну что с тобой сделаешь – вздохнула ученая – сейчас я позвоню, и мы решим твой вопрос.

Она взяла телефонную трубку и позвонила по телефонной линии Шипу:

– Спустись пожалуйста ко мне, это срочно, у нас нарисовалась интересная ситуация.

– Поднимись тогда ты ко мне, у меня завал сейчас с документами и отчетами.

– Если я сейчас отойду от рабочего места, то всё видеонаблюдение упадет еще на недели две. Так что выбирай что тебе важнее, видеокамеры или бумажки, которые часик могут подождать. Вот и ладушки, давай, жду.

– Ух ты, тетя Лиз, а вы неплохо умеете убеждать – поразилась девочка.

– Ничего, подрастешь, тоже сможешь, это способность всех женщин – усмехнулась Филатова и продолжила работать над программой. Через десять минут к ним вбежал в костюме вспотевший Шип. Похоже сейчас у него и правда был завал. Видно было что он носился из одного конца здания в другой.

– Ну что у вас тут такое срочное?

– Простите господин директор, это из-за меня. Ко мне пришла подруга, которая живет на улице, как я когда-то, можно она останется пожить тут? Я обещаю, что буду тренироваться усерднее, мы будем спать на одной кровати и есть из одной тарелки, она тоже может чем-нибудь помогать на кухне или в прачечной, только не прогоняйте ее пожалуйста, она просто не сможет эту зиму продержаться – Нора умоляюще посмотрела в глаза. Шип молча посмотрел на девочку, потом на Лиз, а потом с каменным лицом произнес:

– Да вы что издеваетесь? Решите этот вопрос без меня! Просто поставь себе в комнату еще одну кровать! У меня люди пропадают, проверки присылают официальные лица, а ты спрашиваешь, можно ли устроить пижамную вечеринку?

– Это значит можно? – с надеждой спросила девочка. Директор ничего не сказал, лишь развернулся и решил было уйти, но ученая его притормозила:

– Подожди, надо посмотреть на это под другим углом. Эти дети просят теплый угол и еду, с нашими финансами это не проблема, зато они будут на нашей стороне. Сколько беспризорников там на улице, Нора?

– В нашей общине было двадцать четыре, но это было год назад, сколько сейчас я не знаю. А что?

– Они и так подмазаны Алой Розой – буркнул Шип.

– Но не тобой и потом много ли они получили от этого союза? Сейчас у тебя есть реальный шанс за недорого переманить на свою сторону самых пронырливых и осведомленных союзников – заговорщически зашептала Филатова.

– И что ты предлагаешь? Судя по всему, у тебя уже есть в голове какой-то план.

– Я предлагаю – воодушевленно начала рассказывать его Лиз, при этом продолжая настраивать программу видеонаблюдения – склад через дорогу переделать под общежитие. Утеплим, сделаем ремонт, разделим помещение на комнаты и сделаем столовую. Полноценное трехразовое питание и одежда в обмен на ценную информацию, по моему неплохой обмен.

– Хм, а в этом что-то есть – директор задумался – что скажешь Нора? Сможешь привести своих друзей к нам?

– Они мне не друзья – насупилась девочка – но, чтобы утереть нос этому поганцу, Андрею, я сделаю это, думаю многие придут.

– Вот и отлично, тогда действуем. Как зовут девочку, которая сейчас с тобой?

– Соня она, а что?

– Юля, это директор – Шип достал телефон и позвонил на ресепшен – выпиши мне постоянный пропуск на Соню. Нет, фамилии нет. Ну поставь Стрельцова, будет по имени комплекса. Допуск сделай такой же, как и Норе. Она сейчас кстати и спустится за ним. Всё, спасибо. – он положил телефон и повернулся к девочке – Пропуск на твою подругу заказал, кстати, а кто пустил ее внутрь? Сейчас там на смене Никита и Костя, кто из них?

– Никита – пробурчала девочка – но пожалуйста не ругайте его, а то мне придется гладить его брюки.

– А-ха-ха, ну пусть тогда он и помогает, сходи с ним потом на склад и возьмите у Петра еще одну кровать, будете спать в одной комнате.

– Спасибо большое, дядя директор – она обняла его и побежала на выход. У самой двери он ее окликнул:

– Эй! Про свои способности пока никому не говори, поняла?

– Да, само собой! – она улыбнулась и выбежала из комнаты. Ей не терпелось всё рассказать Соне. Она быстро сбегала вниз за карточкой и вернулась в спортивный зал, по дороге захватив пару булочек. Войдя внутрь она увидела, что ее подруга мирно спит на лавке. Этот вид ее сильно умилил. Она попробовала представить всю общину, которая теперь не скитается по заброшенным зданиям, выживая от сезона в сезон. Она представила детей, которые спят в своих кроватях и не дрожат от сырости и холода, которые едят теплую пищу и пьют чистую воду. Она поняла, что просто обязана привести как можно больше народу, чтобы у них всё это было. Но это будет завтра, уже вечерело и отправляться на поиски кочующих детей было просто глупо. Нора решила не терять времени даром и, оставив угощение на видном месте, спустилась снова вниз на первый этаж. Это заметил охранник и решил поддеть девочку:

– Что носишься как ужаленная? Наругали уже? То-то, если сейчас меня отчитают тоже, то готовь утюг.

– Да не наругают, ей даже пропуск сделали постоянный и оставили жить в моей комнате – она показала язык – ты сейчас пойдешь со мной и поможешь мне еще одну кровать притащить.

– С чего бы это? У меня сейчас смена закончится, и я сразу пойду ужинать, с кроватью сама разбирайся.

– А с того, что это сказал сам директор, вот.

– Ты что, прям к нему ходила? – недоверчиво спросил Никита – врёшь ведь, с чего бы ему с тобой разговаривать?

– А вот и не вру! И не к нему ходила, а к тете Лиз, а она ему позвонила, чтобы он пришел к нам.

– Во даёт Филатова – засмеялся охранник – умеет вить веревки из любых мужиков!

– А ты знаешь мою тетю? – удивилась Нора.

– Да кто ж ее не знает. Вот лет пять назад было куда проще. Не было всех этих пред-при-я-тий, тьфу. Алая Роза была местом вольных хищников, а сейчас то что… ну да ладно, в общем тогда подпольный рынок процветал, а она была лучшим торговцем среди всех. Могла достать всё что нужно, а что не доставала, то делала своими руками. Да и могла постоять за себя. В общем огонь! Эх, была б помоложе… Ладно, идем за кроватью, так и быть. Где брать то?

– У Петра – девочка поняла только половину из того, что сказал ей Никита, но сделала вывод, что Елизавету уважают все и везде.

Тем временем Соня проснулась и села на скамью. Судя по часам на стене, она проспала около часа, но это был очень сладкий час. Уже очень давно она не мерзла во сне. Потянувшись, девочка заметила булочки, лежащие рядом с ней. Когда она засыпала, их не было, она знает наверняка, потому что очень голодна. Сначала она их сунула за пазуху, чтобы отнести в общину, но потом решила, что это Нора ей принесла, ведь больше не кому. Тогда осмелев, Соня откусила небольшой кусочек. Мягкое сладкое тесто таяло во рту. Девочка аж запищала от восторга, это была первая ее булочка за всю жизнь. Она старалась растянуть удовольствие, но голод подгонял ее жевать и откусывать новые кусочки, и вот она уже съела оба угощения. Конечно полностью голод не исчез, но стал заметно меньше. Она встала, немного размялась, походила взад-вперед. Теперь было еще кое-что удивительное, ей первый раз в жизни нечем было себя занять. Раньше зимой она постоянно собирала снег в ведра и бутылки, чтобы потом принести в свой угол и растопить для питья, или же она шла и помогала остальным в их повседневных делах. А сейчас Соня была сама по себе. Вдруг раздался звук открывающейся двери. Девочка вздрогнула и спряталась за дверью, вдруг это пришел тот самый охранник чтобы ее выгнать. Хоть Нора и сказала, что сюда может заходить только она, но ведь охрана должна ходить везде…

– Соня? Соня ты где? – раздался голос со стороны входа, и девочка облегченно вздохнула. Это был голос ее подруги – ты чего прячешься? У меня для тебя есть хорошие новости.

– Какие? Ты смогла достать, то что нужно Андрею? – с надеждой в голосе спросила девочка.

– Буду я еще для него что-то делать, обойдется. Нет. Я договорилась, теперь ты живешь тут со мной. Кровать мы тебе принесли ко мне в комнату, вот твой пропуск. Тут все двери на замках, так что всегда носи его с собой. Ты можешь ходить на первом этаже, тут – на девятом и на десятом – там наша комната. В остальные места только со мной, ты уж прости, это всё что смогла для тебя сделать.

– Я… я… это правда? – девочка снова заплакала и обняла Нору в крепких объятьях. За последние сутки Соня много раз уже проливала слезы, что ей не свойственно. Улицы закаляют характер и отучают проявлять слабость, но сейчас она была не на улице. Она была… дома! Да, впервые за всю свою жизнь у нее появился дом! – я так счастлива! Спасибо Норочка, спасибо! Ты… ты за последние несколько часов сделала для меня больше, чем община за всё это время! Я буду усердно трудится чтобы отплатить тебе за эту доброту! Тут булочки были… прости, я так была голодна, я не подумала и съела их одна, надо было с тобой поделиться. Прости, прости, прости.

– Не переживай – улыбнулась она – это было для тебя. Но, наверное, ты всё еще голодная, пойдем, я покажу тебе комнату, а потом спустимся в столовую и поужинаем.

– Подожди! А как же остальные? Если я не вернусь, им будет хуже. У нас и так еды в последнее время очень мало и лекарств почти не осталось. Конечно я больше не буду занимать место, но ребятам нужны припасы. Давай соберем, что можно взять и отдадим им? Пусть Андрей и будет злиться, но хоть друзьям будет легче.

– Не переживай, тетя Лиз убедила директора взять всех сюда. Они сейчас обустраивают дом напротив. Она сказала, что у каждого будет теплая комната, чистая одежда и еда. Завтра мы пойдем в общину и приведем всех сюда, им больше не придется выживать на улице.

– Быть не может! – Соня аж запищала от восторга – это словно сказка какая-то!

Нора приобняла свою подругу, и они вместе пошли на выход. Впереди было очень много дел. Но это всё завтра, а сейчас можно было и отдохнуть.

Беглец

Солнце уже зашло за горизонт. Крайсити вновь сменил свой невинный дневной облик на опасное ночное облачение. Однако эта ночь была особенной, впервые за десять лет в город выехали ночные полицейские патрули. Кто-то смотрел на них с ненавистью, кто-то с надеждой, но мало кто знал настоящую причину. Машины проезжали мимо перестрелок, грабежей, насилия, их интересовало нечто иное. Они получили приказ выслеживать сбежавших пациентов, остальные преступления этой ночью их не касались. Среди особо опасных душевнобольных числился Виктор Наумов, по прозвищу Бескостный. Этот бандит впервую очередь славился тем, что его сложно было поймать, во всех смыслах этого слова. Его изворотливость и очень гибкие суставы причиняли постоянные проблемы при задержании, а постоянная тревожность позволяла его извращенному уму продумывать всевозможные пути к отступлению. Сам по себе он не нес большой опасности, но отбывая свой срок, он познакомился с Щелкунчиком, и эта парочка уже могла доставить проблем. Другим рецидивистом и более страшным преступником был Роман Дербин по прозвищу Кощей. Хоть он и выглядел худым, но кличку свою он получил по другой причине. С самого детства он страдал синдромом Бельмондо или проще говоря – не чувствовал боли. Эта особенность мешала ему всю жизнь. Он постоянно не замечал свои синяки и порезы, мог прикусить язык во сне. Но в уличных драках ему не было равных. Будучи бесстрашным, он быстро завоевал уважение среди хулиганов. Позже возглавил свою банду драчунов под названием Бессмертные. В лечебнице из-за своего агрессивного характера столкнулся со своим будущим партнером Щелкунчиком. Тогда они устроили драку и не известно, чем всё закончилось, если бы их не разняли сотрудники и врачи. В дальнейшем одного перевели в специальный блок строгого режима, а Кащея спустя год выпустили на волю. Но через месяц снова поймали, когда он тут же принялся за старое. И это далеко не весь список особо опасных пациентов, разгуливающих свободно на воле.

Шип еще раз перебирал бумаги, которые вез с собой. Экстренное собрание Алой Розы было собрано Корнем, но все понимали, какой вопрос стоял на повестке дня. Как и всегда, о месте встречи стало известно в последний момент прямо перед выездом. В этот раз это был старый портовый склад, вернее его подвальные помещения. Машина, в которой ехал директор оборонного комплекса Стрела, свернула с улиц в сторону намеченной цели. Ехать осталось совсем немного и нервы усиливались. После атаки андроидов Алая Роза понесла серьезные финансовые убытки, а он еще и после этого запросил еще больше финансовых вложений на обустройство и реорганизацию работы предприятия и района в целом. Конечно за месяц расходы только увеличились и ему еле удалось выйти в ноль, но следующие полгода обещают быть прибыльными. И в этом ему надо было убедить в первую очередь даже не Корня, а Листа. Этот противный мужичок трясется за каждую копейку, а уж после таких расходов он и вовсе хотел отключить финансирование. Хорошо, что здравый ум руководства правильно рассудил, что военная поддержка всё равно нужна, даже если убыточна. Однако это не означало, что с него не спросят строго за каждый рубль. А теперь еще надо убедить в необходимости дополнительных трат для беспризорников. Конечно он мог бы оплатить строительство и содержание из своего личного кармана, но пока есть возможность, лучше выдоить Алую Розу.

Припарковав машину внутри здания, Шип вышел и направился в назначенное место. Полуподвальное помещение слабо освещалось тремя тусклыми источниками света. За столом уже все собрались и ждали только его. Когда все члены тайного собрания заняли свои места, охрана покинула комнату и оставляя всех наедине. Первым заговорил Корень:

– Итак, полагаю все осведомлены, что произошло прошлым утром?

– Это всё Шип виноват, ослабил хватку, вот Щелкунчик и подумал, что можно сбежать и делать что угодно – тут же вставил свои пять копеек Лист.

– С чего бы это я виноват? Может мне забрать своих людей из твоих банков? Попробуй тогда без меня справиться. – парировал Шип.

– И что ты тогда будешь делать без денег? А? Может у тебя есть еще какая интересная идея? Давайте устроим голосование, кто за то, чтобы сменить его на этой должности? У меня даже есть один давольно решительный парень на место Шипа.

– Рискни и я лично замурую тебя заживо в стенах моего предприятия.

– Так! А ну прекратили балаган! – прикрикнул Корень. – нам надо срочно решить, что с этим делать. Есть какие-нибудь идеи на счет данной ситуации?

– С нашей стороны готовы предоставить любые новые разработки, если это поможет обнаружить и обезвредить нежелательные элементы. Кстати, Лист, не соглашусь с тобой. Шип прислал мне в помощь своего сотрудника, который просто незаменим и ускорил многие процессы. С ним наши исследования проходят куда быстрее и эффективнее.

– Объект ноль? – хмыкнул лист – в этом нет его заслуги, ему просто повезло, что Филатова в итоге приняла нашу сторону и теперь окончательно работает на нас. Ваш этот киборг управляем только благодаря её присутствию. Мой отдел так и быть выделит необходимые средства для скупки информации и перевооружения. Но за каждый пункт я обязательно потребую отчеты! К тому же опять придется проводить всё официально, полиция на загривок села!

– У нас тоже с ней проблемы – отозвался Стебель – новые поставки из Китая и Японии пришлось опять переносить. Политическая обстановка и так не благоприятная, а тут еще и пропажи кораблей. Сложно сейчас найти поставщика, наше личное судно пока еще в Корее ждет новые партии метамфетамина.

– Опять задержки? Уже третий раз подряд. Передай нашим партнерам, что если они хотят продолжать вести дела, то пусть в следующий раз компенсируют нам издержки. – подал голос Корень – и отправь несколько человек в командировку, чтобы не думали, что нас можно водить за нос.

– Сделаем, еще пропал грузовик с запчастями и деталями, подробностей пока нет, как и подозреваемых.

– Что совсем нет никаких идей? – раздался голос из темного угла. Силуэт приблизился к свету, и все узнали в нем Щелкунчика – даю подсказку, это был я.

– Что ты тут делаешь? – все быстро выхватили оружие и наставили на вторженца.

– Ой, мальчики, тише-тише. – он поднял руки – я пришел к вам с миром, могу белым платочком помахать, вот смотрите.

– Что тебе надо? – сдвинул брови Корень, держа противника на мушке.

– Ну уж точно не ссориться. Когда я вышел из своего санатория, я заметил одну интересную деталь – он стал расхаживать по комнате и раздраженно размахивать руками – я сунулся прикупить немного взрывчатки, но там Алая Роза, сунулся за оружием – Алая Роза, решил выпить – Алая Роза! Даже одежду не могу купить – повсюду эта надоедливая Роза, Роза, Роза! А вы мальчики даром время не теряли.

– Мы контролируем почти все сферы в этом городе – не без гордости заметил Лист.

– В том то и дело – Щелкунчик осмелел и сел на край стола – вы стали больше похожи на политиков с тайным педиковатым клубом. Я не осуждаю, мальчики, каждому своё. Но где же удалые ребята? Где азарт, где драйв, где риск? Раньше мы не договаривались с ментами, мы стреляли в них, мы не вели сделок, мы просто брали то, что нам нужно.

– Времена меняются, сейчас куда выгодней подкупить и контролировать, а не использовать варварские методы. – отозвался Лист.

– А это я еще псих? Он готов поставить всё на честное слово торгашей и доблестных полисменов. Да как вы вообще его слушаете? Может вы еще и по правилам дорожного движения ездите и налоги платите? Да ладно! Серьезно? А это точно верхушка Алой Розы, а не воскресная школа?

– Что ты хочешь, шут размалёванный? – Корень терял терпение.

– Сущую малость – пушки и взрывчатка. Раз вы сложили свои яйца на полочку, то позвольте поработать тому, у кого они всё еще болтаются между ног.

– Зачем нам давать тебе то, что ты потом используешь, чтобы избавиться от нас?

– От вас? Избавиться? – Щелкунчик засмеялся безумным смехом – зачем мне это делать? Кто же у меня будет покупать награбленное? Да и скучно будет без вашего бойз бэнда.

– Ты сам сказал ищейкам ВСК, что хочешь отомстить нам – вмешался Шип.

– Ну конечно я им так сказал – засмеялся вновь безумец – а что им я должен был сказать? Я буду сеять хаос и разрушение в вашем городе. Так что ли?

– И почему бы нам не пристрелить тебя прямо сейчас и не избавиться от проблемы? – Шип уткнул ствол своего оружия прямо в спину Щелкунчику.

– А это очень хороший вопрос – он перешел на шепот – пропавший грузовик сейчас над нами и в нем взрывчатка из моего схрона, много взрывчатки. И если я не ввиду код отмены, то мы все взлетим на воздух.

– Ты блефуешь. – Корень смотрел на него пронизывающим взглядом

– Я псих, а не умственно отсталый. Разве я бы пришел к вам без запасного плана?

– Ты берешь нас в заложники?

– А-ха-ха, а ты шутник. Мне не нужен ваш кружок кройки и шитья – он снова перестал улыбаться и вновь злился, и выкрикивал проклятья – дайте мне нормально веселиться, вы чертовы педики. Сидите здесь, как наркоманы и ублажаете друг друга. У вас есть мужские игрушки, но вы используете только женские наряды!

– Не хочу ничего слышать от накрашенного мужика – раздался выстрел и Корень опустил своё оружие. Пуля прошла насквозь, ранив Щелкунчика в руку. – Отключить взрывчатку сможешь и с раненой рукой. Иди отсюда, ничего мы тебе не дадим. Могу только пообещать, что не пристрелим сегодня.

– Ай, больно – он ухватился за свою раненную руку – похоже яйца у тебя всё-таки есть, ну ладно, еще увидимся с вами, я предупредил, не лезьте ко мне!

Он зло ухмыльнулся и покинул помещение. Сначала вокруг повисла тишина, но затем Шип сообразил и закричал:

– Под стол, все, быстро! – и в следующую секунду раздался взрыв прямо над ними. Потолок обрушился и стал падать. Дубовый массивный стол надежно защищал верхушку Алой Розы, но стебель запаниковал и решил первым выбраться наружу. Спустя пару метров на него упал тяжелый бетонный блок, похоронив под собой человека. Впервые за всё время существования синдиката был убит член совета. Когда обвал закончился, все вылезли из укрытия. Отряхнув пыль со своего пиджака, Корень объявил:

– Отныне приказываю считать этого клоуна врагом номер один. Найти и убить без предупреждения. Тот, кто справится с этим заданием первым, получит карт бланш на перестройку восточного района трущоб под свои нужды. Лист, выделять деньги столько, сколько нужно, без ограничений. Я разорюсь, но достану его. На этом собрание объявляю закрытым.

Поочередно все стали выходить из обвалившегося здания на улицу. Щелкунчика нигде не было, видимо действительно он всё продумал. Шип знал точно две вещи – сейчас ему нужно восстановить отряд Гиен и вернуть в строй Черного Дьявола. Этот чокнутый открыто объявил войну синдикату и точно знает, что делает. А это значит только одно – он еще не разыграл свои карты. Впервую очередь надо вернуться и отдохнуть, а утром объявить всеобщую мобилизацию и максимальную готовность. Директор сел в свою машину и, включив автопилот, расслабился в кресле. Ему даже удалось поспать в дороге, правда сон был странный какой-то. В нем он шел по пустыне и выбивался из сил, а над ним кружил стервятник и повторял одно и тоже: «Свет идёт за ней, свет идёт за ней». Причем видение было настолько реальным, что Шип был готов поклясться, что чувствовал жажду и обжигающие солнечные лучи. Но открыв глаза, он увидел, что сидел в машине, которая уже припарковалась возле оборонного комплекса и ждала, пока пассажир покинет салон.

Первым делом он отправился в медицинский блок, чтобы проверить своё здоровье. Дежурный врач был удивлен не столько ночному визиту, сколько состоянием пациента. Всё-таки не каждый раз приходится видеть директора в таком виде. Полное сканирование показало, что за исключением ссадин и ушибов, он был в полном порядке. Что не скажешь о его одежде – вся пыльная, грязная и местами даже порванная. Однако усталость взяла своё и Шип, вернувшись в свою комнату, рухнул на кровать даже не переодевшись.

Сырой подвал в заброшенном здании на окраине трущоб был спрятан далеко от любопытных глаз. Сюда заглядывали разве что бездомные, но понимая, что делать тут нечего – быстро покидали это место. Это как нельзя лучше подходило для того, чтобы переждать некоторое время. Кащей не чувствовал дискомфорт, он вообще ничего не чувствовал. Обозленный на весь мир, в особенности на того дурака, который прострелил ему плечо, когда тот пытался спастись от пожара. Он вовсе не хотел сбегать, но оказавшись на воле, возвращаться не хотелось тоже. Конечно в лечебнице его кормили и ухаживали, а психиатор Мария помогала справляться с гневом. Поэтому первым делом он собирался найти и навестить её, чтобы показать, что он исправился и что ему просто нужна поддержка. Его банда распалась, часть посадили в разные тюрьмы, а остальные решили вести честную жизнь. В голове всё перемешалось – его прошлая и новая жизни соперничали друг с другом. Одна половина хотела просто дальше жить, как все люди, но другая распаляла в нем гнев, который мог привести к непоправимым последствиям. Поймав себя на этих мыслях, он стал стучать кулаками себе по голове и причитать:

– Нет, нет, нет! Я не должен злиться, гнев только разрушает. А я строитель, я не разрушаю, я создаю. Мне надо рисовать, хотя нет. Мне нужна Мария, точно, она знает, что делать!

Когда за окном стих шум патрульных машин, он выбрался из своего укрытия. Над ним светила полная луна, в свете которой кружился и падал снег. Снег… как давно он не ощущал его на своем лице. Высунув язык, он ловил ртом снежинки и по-детски радовался. Проходя мимо очередной лавочки со старым тряпьём, он разбил и без того хлипкую витрину и стал присматривать себе одежду. Кощей не чувствовал холода, но по-прежнему мог получить обморожение или даже потерять свои ноги и руки. В лечебнице ему подсказывала, как правильно одеваться его врач, а сейчас ему надо было самому о себе позаботиться. Насколько тепло одеваться? Да и что в принципе одевать? Он не знал, но по наитию натянул на свою футболку теплый свитер, под штаны одел еще одни. Для надежности добавил еще одну пару носков, а на голову нахлобучил шапку. То, что получилось, ему не очень понравилось, но жить можно. Сориентировавшись, он отправился в сторону дома Марии. Она жила на границе трущоб и основного города. Об этом он узнал из их диалога, когда они рассказывали друг другу о себе.

Она для него вообще стала светлым лучиком в его жизни. Родители не смогли ухаживать за ним, так как ему требовался кто-то рядом круглые сутки. Когда ему исполнилось пять лет, они не выдержали и отдали его в пансионат, где за ним наблюдали мед сестры и врачи. Другие дети издевались над ним, когда поняли, что он не чувствует боли. То вилку в ногу воткнут, то подзатыльники отвесят, то гадости всякие наговорят. Маленький Рома не ощущал физическую боль, но был ранимым. В ответ на жалобы воспитателю получал еще больше колкостей и тумаков. В итоге он замкнулся в себе, культивируя ненависть и злобу. Когда он подрос, его ярость и ненависть вырвались на свободу в качестве уличного бойца. Вскоре он совершил своё первое преступление. В очередном приступе гнева он решил отомстить своим обидчикам и, разыскав их текущее место жительства поочередно избил каждого. Тогда обошлось без смертей, однако за проникновение на чужую собственность и причинение тяжких увечий, его посадили на несколько лет в тюрьму. Там то он и совершил своё первое убийство, когда местная банда попыталась подмять его под себя. После этого инцидента он потерял контроль над собой и своим гневом окончательно. И лишь оказавшись в «Зверинце» он впервые почувствовал снова себя нужным. Мария, несмотря на его буйный нрав, не отвернулась от него, продолжая верить, что когда-нибудь он станет хорошим человеком. Вместе они смогли справиться с внезапными вспышками агрессии. Конечно она не ушла полностью, но терапия помогла уменьшить интенсивность этих всплесков и даже брать их под контроль. Кощею иногда казалось, что его врач проявляет симпатию к нему. Хоть в глубине души он и понимал, что такого не может быть, всё же он старался на занятиях и верил в лучшее.

Вот и сейчас, подходя к дому своей спасительницы, он надеялся, что она, как и прежде, сможет понять его чувства и помочь ему. Внутри еще горел свет, хоть и было уже давно за полночь. Ближе к центру в Крайсити находились высотные здания, а за периметром центрального кольца, где жили богатеи и политики, вообще находились целые города в одном здании. Их футуристичные виды с внутренними садами, гигантскими аквариумами, огромными экранами и прочими диковинами заставлял фантазировать всех, кто жил снаружи. А вот периферию города окружали целые районы трущоб и частных домов. В них жили обычные работяги, которые не могли позволить себе квартиры в районах получше.

Увидев в окне первого этажа тень, он окончательно убедился, что доктор не спит и, немного постояв, все же решился и постучал в дверь. Сначала всё стихло за дверью, тогда он постучал еще раз и послышались тихие шаги, которые становились всё ближе и ближе. И вот наконец щелкнул замок и в дверях показалась уставшая женщина в халате. Увидев Кощея, она сильно удивилась, но не закрыла дверь.

– Рома? Что ты здесь делаешь? – удивленно спросила женщина.

– Мария, здравствуйте. Простите, мне просто некуда больше идти.

– Хорошо, входи скорей и садись на диван. – она пропустила его внутрь и закрыла за ним дверь. – я рада, что ты не пострадал в этой катастрофе. Ой у тебя кровь на руке.

– Да, когда я убегал, полицейский выстрелил в меня. Было страшно, я спрятался и сидел в одном месте всё это время. Идти мне некуда, вот и пришел к тебе, ты единственный мой друг.

– Давай сюда свою руку, только не шуми. Сейчас я сделаю тебе повязку. – она достала медицинский набор и принялась обрабатывать рану – ты всё это время был на улице? От холода кровь уже давно свернулась, но обеззаразить всё равно надо.

– Я прятался в подвале старого дома. Там никого не было. Я никого не трогал, был хорошим – пробасил Кощей.

– Ты молодец, даже одежду себе нашел. Это хорошо, не замерз, ты смог позаботится о себе.

– Да, я взял это всё из небольшого магазинчика.

– Ты украл что ли это всё?

– Нет, не украл – он покачал головой – я взял только то, что мне было нужно… правда пришлось разбить окно, но я оставил записку с извинениями.

– Так делать плохо, но ты молодец, что ничего больше не сломал и не взял. Эти вещи придется вернуть хозяину.

– Вернуть? А как же я? В чем мне ходить? – опешил Кощей

– Рома, я думаю тебе будет лучше вернуться в лечебницу. Я так же буду приходить и навещать тебя. Ладно? Давай я позвоню и тебя отвезут? Там будет тепло, тебя накормят и всё будет хорошо.

– Старый дом сгорел, мне не куда возвращаться, у меня есть только ты.

– Уже открыли новый, он конечно далековат от моего дома, но ради тебя я буду туда ездить.

– Я могу сам о себе позаботится, вот видишь, я смог одеться! – он повысил голос – мне не нужна лечебница! Я могу жить с тобой!

– Тише, тише, не кричи – Мария прижала палец к губам, но было поздно. Сверху послышались шаги и через пару минут по лестнице вниз спустился мужчина в пижаме. Он еще окончательно не проснулся и, сладко зевнув, спросил:

– Дорогая, что за шум? – он перевел свой взгляд с жены на диван и увидел на нем незнакомого мужчину – а кто это тут такой? Почему он сидит у нас на диване?

– Я ее парень, а ты кто? – сказал с вызовом Кощей, подскочив со своего места.

– Парень? Мария, может объяснишь мне, что тут происходит?

– Так, Жень, помнишь я тебе рассказывала про своего пациента? Это Рома. – начала осторожно своё объяснение, чтобы никого не провоцировать – у нас же было ЧП, ему сейчас некуда идти, и он пришел к нам. Всё хорошо.

– Да, кроме одной детали. Почему он считает себя твоим парнем? – муж сжал кулаки.

– Он просто перепутал, он очень чувствительный. Мог неправильно понять наше общение. К тому же из-за лекарств он сейчас сам не свой, а его разум, как у пятилетнего ребенка.

– Я не ребенок – ударил себя в грудь Кощей – я могу о себе позаботится! А ты сама говорила, что я хороший и добрый! Я нравлюсь тебе!

– Конечно нравишься, ведь ты мой друг – спокойным голосом сказала врач – садись на диван и отдохни. Ты, наверное, устал.

– Нечего ему тут делать! Позвони санитарам, пусть его заберут – Женя рванул за телефонной трубкой – или дай я сам наберу. Я не собираюсь спать в одном доме с психопатом!

– Я не психопат – стал кричать Кощей – Я взрослый! Я могу о себе позаботится! Я добрый и хороший! Это тебе надо уйти! Ты кричишь и говоришь плохие слова!

– Пожалуйста успокойтесь – стала пытаться примерить их Мария – не провоцируй его, дорогой. А ты Рома возьми себя в руки! Вот так, хорошо.

Но муж Марии был иного мнения. Он схватил за плечи нежданного гостя и попытался вытолкнуть его из дома. Девушка попыталась его остановить, но не успела. Кащей, из-за своей особенности не любил, когда его трогают, а от толчков приходил в ярость. Держа себя в руках на протяжении нескольких месяцев, он подавлял свои естественные эмоции. Но сейчас, после пережитого им серьезного стресса, он не сумел взять себя в руки. Испытав очередной приступ гнева, он набросился на хозяина дома и, повалив его на пол, стал осыпать градом ударов прямо на голову. Бедолага пытался сопротивляться, но опыт, полученный в уличных драках не оставил и шанса на благополучный финал. Врач попыталась влезть в драку, но, ослепленный ненавистью Кощей, напал и на нее. Белая пелена спала с его глаз, когда он в очередной раз занес руку для удара по лицу Марии. Он остановился и замер, оглядывая обстановку. Вся квартира была вверх дном, а на лице девушки не было живого места. Из носа шла кровь, область вокруг глаз посинела и опухла, губы были разбиты. Заключенный испугался и побежал к холодильнику, чтобы приложить лед к ушибленным местам. Когда он подложил подушку под голову, врач пришла в себя и перевернувшись на живот поползла к своему мужу. Он лежал бес сознания, но еще дышал.

– Мария, я… я не хотел, прости – стал оправдываться Кощей – я хороший.

– Нет Рома, ты не хороший – заплакала она, лежа на груди Жени – уходи!

– Мне некуда идти… я не могу…

– Уходи! И не возвращайся! Я не хочу тебя видеть! – закричала она.

Пациент «Зверинца» заплакал и выбежал на улицу, хлопнув за собой дверью. «Почему она меня отталкивает? Почему она меня прогнала?» – думал он. Мужчина совершенно искренне не понимал, почему девушка на него злилась. Его мир перевернулся снова. Теперь единственный человек, к которому он мог прийти со своими проблемами, был потерян для него. Вдруг послышался визг шин и черный фургончик остановился прямо напротив него и призывно посигналил. Боковое окно опустилось, и он увидел довольное лицо старого знакомого.

– Эй тощий, тебя подвезти? Давай залезай! Что это за одежда на тебе? Поехали я тебя одену как следует!

– Чего пристал, Щелкун? Давно в рыло не получал? Я сейчас не в настроении!

– А что случилось с антигневной программой? – он вылез из машины и подошел к сокамернику – что произошло? Давай, рассказывай, твой друг всегда готов тебя выслушать.

– Я думал, что она на моей стороне – начал он – а у нее муж… она прогнала меня… велела не возвращаться…

– Ой, ну что тут поделаешь, бабы – Щелкунчик приобнял за плечи Кощея – да и не пара она тебе. Да брось, не делай такое лицо. Она пыталась подавить твой гнев. Но ведь это неправильно, он часть тебя! Это твоя истинная сущность! Поехали со мной, повеселимся, найдем тебе новую подружку.

– А что у тебя с рукой – он утер свои слезы длинным рукавом.

– Это? Только что провел давольно удачные переговоры. Всё могло быть куда хуже. Но я здесь, жив, не совсем, правда здоров…

– Болит?

– Порулить всё равно не дам, тебе таблетки весь мозг уничтожили. Иди садись на заднее сидение, там есть конфетки и печеньки!

Кощей забрался в фургон и тот сразу рванул с места и растворился в ночи. Вскоре к дому Марии подъехала карета скорой помощи и полиция, но было уже поздно. Опасный преступник скрылся из виду. А еще через час стало наконец светать. Не заметно и постепенно солнце начало выглядывать из-за горизонта. Город просыпался, оставляя в ночной тени все преступления, маскируя жителей в ответственных работников, добрых соседей и отзывчивых прохожих. Начинался новый день…

Прохладное приветствие

Время было ближе к десяти утра. Солнце уже встало и светило в окно комнаты, где спали девочки. Пробиваясь сквозь шторы, тонкий луч света упал прямо на глаза Норы, причиняя дискомфорт. От этой шалости девочка проснулась и сладко зевнула. Ее подруга еще спала, и она не стала ее будить. По-тихому она прокралась в ванную комнату и стала умываться. Подумать только, еще каких-то три месяца назад она могла только мечтать об этом, а сегодня уже радуется новому дню в своей теплой комнате с личной ванной. Ко всему можно привыкнуть, а к хорошему особенно. Причина, по которой она постоянно сбегала из приютов такая же, как и у всех остальных. Там их заставляли работать на различных работах, не самых приятных – то в грязи ковыряться, то мусор разгребать, то на фермах убираться. В основном это были поручения, от которых отказывались остальные даже за достойную оплату. Зимой приходилось терпеть все эти трудности, потому что на улице выжить было практически невозможно. Среди беспризорников смертность резко увеличивалась с наступлением холодов, что неудивительно. Приюты уже давно знают сезонность этих посещений и по началу боролись с этим. В том числе и старались не принимать к себе обратно глубокой осенью. Но жалобы граждан и постоянные звонки из скорой помощи заставили руководство приютов прогнуться и принимать всех детей, когда угодно. Теперь же детские дома больше похожи на проходной двор, поскольку, за редким исключением, почти все приходят туда ближе к зиме, а с весной вновь убегают на свободу.

Это же место кардинально отличалось. В первую очередь удобство комнат, выдавали новую чистую одежду, а не те тряпки, что жертвовали сердобольные бабушки и дедушки. Кормили тоже не самыми дешевыми продуктами, а вкусными полноценными обедами. Конечно без излишеств, но хлеб был свежий, мясо и овощи можно было получить каждый день, даже фрукты и сладость достать было не проблемой. Кроме того, директор обещал устроить на нормальную работу всех желающих с заработной платой. Всё это казалось очередной сказкой, если бы не тот факт, что еще со вчерашнего вечера здание через дорогу принялись перестраивать внутри и снаружи. Рабочие продолжали строить даже ночью. В первые комнаты можно будет заехать уже сегодня вечером, на что и рассчитывала Нора. Быстрота принятия решения и его претворение в жизнь просто поражали.

Девочка еще раз сладко потянулась и пошла будить подругу. Соня спала, уткнувшись носом в подушку и никак не хотела реагировать на попытки Норы ее разбудить. Впервые в жизни она смогла поспать достаточно долго и спокойно. Но настойчивые попытки помешать ее сну всё же принесли свои плоды. Она нехотя открыла глаза и заспанным голосом произнесла:

– Что такое Нора? Уже утро? – она потянулась и громко зевнула – я так сладко спала, ты даже себе не представляешь, как я не хочу никуда идти…

– Представляю, поверь мне, очень хорошо представляю, но нам надо выдвигаться, ведь нас ждут другие дети общины. Однако сначала надо позавтракать, одевайся, идем скорее.

При мысли о вкусном завтраке у Сони потекли слюни. Вчера вечером она сходила на ужин в столовую и была приятно удивлена обилием блюд. Она могла выбрать себе как гарнир, так и мясное или рыбное изделие, напиток и фрукты, а еще был десерт – вкусный медовый торт. Девочка так увлеклась дегустацией еды, что не заметила, как у нее заболел живот. Сейчас она уже понимала, что ей надо просто съесть, чтобы утолить голод. А потом у нее будет и обед, и ужин. Живя на улице этого не было. Приходилось есть тогда, когда была возможность и столько сколько было в наличии, потому что когда в следующий раз удастся перекусить никто не знал.

Соня сходила в ванную умыться, потом быстро оделась, навела порядок, и они вместе вышли в сторону обеденного зала. Он располагался на первом этаже. Рано утром там ели работники производств и медицинский персонал, затем туда приходили члены Алой Розы и охрана, в конце все остальные, к которым относились и девочки. Дойдя до дверей, каждая прислонила свой пропуск к магнитному замку и, дождавшись зеленого сигнала, вошли внутрь. В большом просторном зале можно было легко потеряться, однако Нора утянула подружку за их столик. Сегодня на завтрак были тосты с ветчиной и сыром, а также яичница с беконом и помидорами. Активно уплетая свою порцию, девочки улыбались друг другу и переглядывались. Каждая из них понимала мысли друг друга. Они обе очень долго выживали и такие простые радости были для них неземным блаженством.

– А где сейчас остановилась община? – первой нарушила тишину Нора.

– Они находятся в южных трущобах. Там сейчас пустовато и много места.

– Подожди, но это же пешком четыре часа. Ты что, всё это время шла на морозе? – она аж присвистнула.

– Ну, было холодно и тяжело, но жить тоже хотелось, поэтому я бежала чтобы не замерзнуть. Тебе тоже большое спасибо, не появись ты так вовремя вчера, охранник меня не запустил бы внутрь и что случилось бы дальше, я не знаю.

– Ладно, в первую очередь тебе надо раздобыть вещи потеплее, а потом я попрошу, чтобы нас подвезли на машине. Пойдем к Петру, у него большой склад, может есть и одежда.

Они встали из-за стола и, убрав за собой, вышли из столовой. Петр, он же Скряга, руководил складом на этажах выше. Теперь, когда номенклатура расширилась, ему дали в подчинение семь человек, чему он был постоянно недоволен. Хоть он и был с дурным характером, но работу свою знал и мог отчитаться по каждой мелочи в любую минуту. По крайней мере так было до недавнего времени. Новые сотрудники привнесли с собой хаос в понятную только Петру систему хранения вещей. Девочки застали его в плохом расположении духа, он в очередной раз отчитывал своего помощника за то, что тот перепутал полки:

– Ну сколько раз тебе говорить – ворчал он – детали от автомобилей на третьей полке справа в девятом коридоре, а детали от станков на пятой полке в седьмом проходе, что тут сложного? Так девочки, вам чего надобно?

– Дядя Петя, у тебя нет зимней одежды для моей подружки? – спросила Нора, предварительно опустив голову.

– С чего бы на моем складе хранилась детская одежда? Нет у меня ничего подобного. Руководство дало команду зачем-то закупить всякое подростковое тряпье, но я еще не начинал это даже обдумывать, мне бы за этими бестолочами уследить – он отвесил очередной подзатыльник проходящему мимо парню, да так, что тот поспешил скорей по своим делам – впрочем, если сделаешь мне одолжение, то могу попробовать подогнать зимнюю амуницию под рост твоей подружки.

– И чего же ты хочешь? – удивленно спросила Нора.

– Я мужик простой, мне много не надо, чтоб еда была, да чтоб работать не мешали. В общем поговори с Елизаветой, пусть этих олухов к себе возьмет, а мне взамен Семёна одного? Мужик толковый, вместе сработаемся, а то с этими каши не сваришь.

– А почему же ты сам не попросишь ее об обмене?

– Говорю же, толковый он. Я предлагал уже, она отказала, сказав, что ей самой он нужен.

– А почему ты решил, что у меня получится?

– Потому что тебе больше всех надо. Иди давай, я пока обмозгую, как на это чудо юдо зимний камуфляж натянуть.

Петр удалился вглубь склада, показывая своим видом, что разговор окончен. Нора пожала плечами и вместе с подругой отправилась в инженерную лабораторию. Там внутри царила тишина и порядок. Лиз, как всегда сидела за приборной панелью и что-то увлеченно изучала, пока ее помощник послушно выполнял ее поручения. Это был по всей видимости тот самый Семён. Парень лет двадцати пяти, худой и в очках. Однако при этом ему сил хватало передвигать достаточно громоздкие детали. Девочки постояли у входа, боясь нарушить идиллию. Тогда ученая первой нарушила молчание и, не отрывая глаз от экрана, поздоровалась:

– Доброе утро Нора, а рядом с тобой должна быть твоя старая подруга Соня?

– Здравствуйте – тихо сказала девочка – простите, что отвлекаем вас от дел.

– Не бойся малышка, я тебя не съем – усмехнулась Филатова – что у вас на этот раз случилось? Ну же, я не верю, что вы пришли просто так.

– Тетя Лиза, я хотела бы попросить вас поменяться помощником с дядей Петей, ему прям очень нужна помощь Семёна.

– Я что-то не поняла, это он вас подговорил что ли? Можете ему передать, что не дождется.

– Ну тётя – Нора решила не отступать – нам самим это очень надо, он обещал дать Соне зимний костюм, если мы ему поможем.

– А это что еще за шантаж детей? – она прекратила печатать и встала со своего рабочего места – а ну, пошли разберемся. Сём, проведи еще испытания образцов семь и одиннадцать. Я пока отойду ненадолго.

Филатова решительно направилась в сторону выхода из лаборатории, уводя за собой и девочек. Подружки еле поспевали за тяжелыми и быстрыми шагами Лиз. Вскоре она уже стояла возле входа на склад и стучала кулаком по стойке, ожидая хозяина помещения. Тот нехотя всё же показался с другого конца комнаты. Увидев ученую, он сначала удивился, а потом, сообразив в чем дело, подошел, готовясь к столкновению.

– Ты чего долбишь по столу? У меня голова от тебя разболелась.

– Скряга, совсем обнаглел? На шантаж решил брать?

– Ты о чем? Надышалась в своей лаборатории что ли? – сделал невинное лицо кладовщик.

– Не прикидывайся, кто шантажирует девочек? Я?

– Ничего я не шантажирую! С чего ты взяла?

– А кто их послал ко мне, чтобы выменять Семёна? Он между прочим не вещь, спроси у него, где он работать хочет, я, например, уже спрашивала и получила однозначный ответ.

– Да зачем он тебе? Его мозги скиснут в инженерной лаборатории. Он же у тебя принеси-подай. А у меня заведать отделом будет, вот.

– Это не тебе решать, как и не мне. Семёну нравится у меня, вот и работает, а ты смирись. Еще и девочек впутал, а ну отдавай зимнюю одежку. Или хочешь, чтобы она простудилась?

– Так я и собирался отдать, я между прочим своими руками, сам лично подгоняю под размеры, но я не волшебник же, приходите через час.

– Вот и ладушки – Лиз развернулась и пошла к себе – если что, Нора, обращайся за помощью.

– Спасибо тетя Лиза – улыбнулась девочка.

– Вот она благодарность за мои труды – пробурчал под нос Петр и пошел дальше за швейную машинку.

Спустя некоторое время всё было готово. Соня с удовольствием примерила новый наряд. Хоть он всё равно мешковато на ней сидел, однако носить вполне можно было. Но самое главное в нём было очень тепло. С обувью было сложнее. Зимние ботинки даже самый маленький имеющийся размер был на четыре больше ее маленькой ножки, но напихав внутрь ваты и тряпья, они хотя бы не спадали. Теперь можно было идти и, поблагодарив Петра, они спустились на первый этаж. Никита, как и вчера, стоял на входе. Он поздоровался с девочками и увидев одежду новенькой, сделал ей комплимент и сказал, что ей стоит потом пойти в боевой отряд. Она слегка покраснела, но отклонила предложение.

Морозный декабрьский воздух начинал слегка пощипывать нос и щеки. Раньше Соня этого не замечала, ей казалось, что эти ощущения вполне естественны, впрочем, как и дрожь во время сна. Но сейчас всё было иначе. Даже уличный холод больше не причинял дискомфорт благодаря теплой куртке. Держась за руку, они пошли на стоянку Алой Розы, откуда отряды разъезжали по позициям. Снег скрипел под ногами, а падающие с неба снежинки слегка щекотали лицо. Было красиво и сказочно, о чем Нора и сообщила подруге, поделившись впечатлениями. Та в свою очередь согласилась с ней, ей действительно было хорошо, а новый день обещал быть еще лучше предыдущего. Сегодня она могла помочь не только себе, но и многим другим своим друзьям.

На стоянку их пропустили без проблем. Несмотря на то, что это закрытая территория, все члены синдиката уже прекрасно знали отважную девочку, которая в своё время не испугалась и выступила против огромной армии неуправляемых андроидов, дав тем самым шанс многим укрыться внутри здания. Кроме того, малышка была единственным ребенком до не давнего времени на территории. Она подходила ко всем, улыбалась, здоровалась и спрашивала кто куда едет. К сожалению, кто ехал на восток, кто на север, а ей надо было в южные трущобы города. Пешком очень далеко придется идти. Она уже разочарованно вздохнула и развернулась, но один из бандитов по кличке Лебедь подошел к ней:

– Привет, а ты чего тут бегаешь от машины к машине? Надо куда, что ли?

– Нам бы на южную окраину города, но все едут в другую сторону, так что пешком пойдем.

– А что не на автобусе? Топать то далековато.

– Так у нас же нет универсальных идентификационных карточек, так что оплатить проезд не можем.

– Вот оно как… ну логично, вы же обе, как я понимаю, с улиц… Ладно, пойдем, довезу вас.

– Так тебе же к центру надо на блок пост, это совсем в другой стороне – удивилась Нора.

– Не страшно, мне парням надо припасы подвезти, ничего, лишний часок посидят без макарон, им полезно. Давайте, забирайтесь.

– Спасибо большое – девочки обрадовались и быстро забрались внутрь небольшой грузовой машины. Лебедь завел мотор не с первого раза, но получив по приборной панели кулаком, электроника согласилась поработать еще немного.

– Вот же ж китайцы делают, пока не стукнешь, не заработает, то ли дело наш автопром… но что имеем, то имеем. Кстати, а вам куда именно надо? – он вопросительно посмотрел на подружек и тут Нора сообразила, что район то трущоб не маленький. Соня потупившись молвила:

– Я не знаю, куда точно. Я только на взгляд помню, я ж читать не умею. Все эти указатели для меня одинаковы. Простите…

– Ничего, не переживай, может помнишь что-нибудь особенное? Здание необычное или там речку, пруд? Может деревья какие-то?

– Точно! Там не далеко церковь есть, большая такая, темно-серая.

– Ого! Это зачем вам туда? – Лебедь аж закашлялся – я знаю это место, там не безопасно. Может конечно вы там и пройдете, но мою машину точно заметят. Я вас подкину как можно ближе и уеду, вы уж извините.

– Конечно, конечно. А что там такое? – заинтересованно спросила Нора, испугавшись из-за реакции водителя.

– Там сектантов много, а мы с ними не любим друг друга. Будьте осторожны и никому не говорите, что вы из Алой Розы, может и пронесет.

Всю оставшуюся дорогу они ехали молча. Лебедь напряженно посматривал на дорогу и по сторонам, ожидая засады или еще какой другой неприятности, Соня завороженно смотрела в окно, удивляясь своей первой поездке на транспорте, про себя отмечая как быстро они едут. Нора же ушла в себя и настраивалась на непростой разговор. Убедить других пойти с ней – это пол беды. Куда большую проблему представлял Андрей. Он, как руководитель общины, вряд ли спокойно отпустит тех, кто приносит ему выгоду. К тому же сам по себе акт неповиновения с их стороны подорвёт его авторитет. Ей не было его жалко, но она бы хотела закончить всё без конфликтов.

Машина резко затормозила, и водитель спешно поторопил девочек, чтобы они выходили:

– Всё, ближе нельзя. А то уже слишком много косых взглядов из окон домов. В любой момент могут и засаду устроить. Я сейчас открою капот и сделаю вид, что сломал машину. А вы в это время быстро ныряйте в этот переулок, только тихо, чтобы никто не увидел, что вы из моей машины вылезли. Церковь будет за этими домами в той стороне. Запомните, никому не говорите, что вы из Алой Розы и вообще желательно ни с кем не говорите и никуда не ходите. Не знаю, что вам тут нужно, но делайте свои дела и уходите отсюда как можно скорее.

Девочки кивнули и приготовились выйти. Первым открыл дверь Лебедь и, открыв капот, сделал вид что чинит машину. Используя дымовую шашку, припасенную в кармане, он сымитировал перегрев мотора. Под дымовой завесой Нора с подругой открыли дверь и выбежали в переулок, исчезая в многочисленных поворотах улиц. Убедившись, что всё прошло как надо, мужчина закрыл капот и сел обратно в машину. Как раз вовремя, из домов стали выходить люди, направляясь в сторону машины. Грузовик, как назло, не заводился, заглох. А подозрительных личностей становилось всё больше. Они шли с улыбкой на лице, но Лебедь знал, чего стоит их улыбка. На нервах он стал бить по приборной панели. То ли от грубости, то ли от испуга, но машина вдруг внезапно заработала. Правда было уже поздно, шестеро человек уже обступили автомобиль и еще трое были на подходе:

– Добрый день мистер – заговорил один из них, подойдя к водительскому окну – у вас какие-то проблемы с машиной?

– Нет, никаких проблем, завелась. Сейчас поеду дальше по своим делам – водитель старался говорить спокойно, но его голос слегка дрожал.

– А вы я смотрю не из этого района. Может помочь вас сориентировать?

– Нет, спасибо, я видимо просто пропустил поворот, я с вашего позволения развернусь и уеду. Мне не нужны неприятности.

– Господин, никому не нужны неприятности. Раз вы поняли где вы, мы будем рады если вы поедите по своим делам дальше. Но знаете, у нас район не богатый, может у вас есть что-нибудь, что могло бы помочь нам пожить чуточку лучше.

– У меня в багажнике несколько ящиков с готовыми обедами. Можете взять их себе, я вам открою дверь. – он дрожащей рукой нажал на рычаг и багажное отделение открылось.

– Вы очень любезны, у вас не будет из-за этого проблем, я надеюсь?

– Что вы, всё в порядке, я просто скажу, что потерял груз в дороге.

– Вот и хорошо. Приятной вам дороги, мистер и внимательно следите куда поворачиваете – он улыбнулся и, забрав все припасы из автомобиля, люди отошли, уступая дорогу. Недолго думая, Лебедь нажал на педаль газа и уехал в обратном направлении. Теперь ему придется заезжать обратно, чтобы загрузиться вновь, придется долго объясняться руководству, но главное – он сумел уехать оттуда живым. Он готов был поклясться, что видел у кого-то из них бутылки с зажигательной смесью и пистолеты. «Хоть бы девочки были в безопастности.» – подумал он.

А Нора и Соня тем временем медленно, но верно продвигались к цели. На улицах они почти никого не встречали. Был уже день и многие были на работе, кроме того температура опять понизилась и бездомные предпочитали не вылазить из своего укрытия. Они уже прошли тот самый храм с серыми стенами, и Соня узнала местность. Она заверила подругу, что теперь осталось идти не больше двадцати минут. Подходя ближе, на чужой территории, мороз не казался таким обворожительным, а снег стал больше напоминать тот самый холод, от которого непроизвольно бежала Нора. Холод, заставлявший ее дрожать каждый день, будь то зима или лето. Холод погубивший стольких ее друзей. Мысленно она вновь вернулась на год назад, в тот момент, когда Артем лишился жизни, замерзнув на этих улицах проклятого города. Но теперь она не была маленькой и беззащитной, теперь она может спасти не только себя, но и других. И этот шанс она ни за что не упустит.

Соня вела подругу разными витиеватыми путями. Не знающий человек подумал бы, что его специально запутывают, но Нора знала, что они обходят тупики, которые делали бездомные, чтобы запутать случайных прохожих и обобрать их до нитки. Раз девочка хорошо знала верный путь, община на этом месте уже достаточно давно, что очень интересно, ведь Андрей обычно выбирал места поближе к центру города, в районах побогаче. Вряд ли все места там заняты, потому что Алая Роза всегда держала для беспризорников в запасе несколько свободных мест.

Тем более в том месте, где синдикату опасно появляться. Эти мысли не давали ей покоя, но она всё равно шла вперед, полная решимости закончить своё дело.

Наконец они закончили петлять по улочкам и свернули в подъезд старого дома. Он был трехэтажным, с покосившийся крышей. Окон на первом, как и на других этажах не было, а кое-где даже обвалились стены и потолок. Казалось, тут никто не мог бы жить, но Соня уверенно шла вперед через комнаты, обходя завалы. В конце коридора, под лестницей был люк, который девочка открыла и стала спускаться вниз по лестнице. Оказавшись в самом низу Нора поняла, где они. Это был сливной коллектор. Место зловонное, но всегда теплое. Власти меняли отопительные трубы постоянно, чтобы не замерзали сточные воды. Тут конечно было прохладно, но заметно теплее, чем на поверхности. За очередным поворотом показался свет от лампы и, подойдя поближе, Нора увидела проход, ведущий вглубь тоннелей. С другой стороны от этого длинного коридора находилась хорошо освещаемая комната, посреди которой стоял стол и несколько стульев. На них сидели извечные подпевалы Андрея. Их имена девочка не знала, но прекрасно помнила их дурной характер. Заметив Соню, выходящую из прохода, они улыбнулись и произнесли:

– А вот и наша пропажа. Мы думали ты замерзла наверху. А что с пустыми руками? Ну ничего, от тебя толку как обычно ноль. Хотя курточка новая ничего, если отдашь, то так и быть впущу внутрь.

– Еще чего. Перебьешься, и я не одна – она посторонилась и из прохода вышла Нора. – теперь как, впустишь? Или нам отсюда кричать Андрею, что к нему пришла та, кого он ждет.

– Ладно, проходи – скривился один из парней – но надеюсь у тебя хорошие новости, он сейчас не в духе. Было бы жалко потом эту курточку снимать с замерзшего тела.

– Без тебя разберемся – хмыкнула Соня и открыла дверь. За ней был большой зал, со светильниками на стенах. По правую сторону, где проходили отопительные трубы, стояли многочисленные кровати и просто лежанки, сделанные из тряпок и прочего мусора. В другой, более прохладной стороне, были сложены не многочисленные припасы. Судя по количеству еды, им вряд ли бы хватило их до конца зимы, но Нора знала, что у Андрея наверняка есть стратегический запас для него самого и его подпевал. В основном дети лежали на своих спальных местах и болтали или мирно спали. В это время года работы не было и лучшей стратегией выживания была экономия энергии и сохранение тепла. Сам Андрей с еще двумя драчунами сидел за своим столом в импровизированном кабинете, отделенным от остального зала старой занавеской. Завидев гостей, он вышел из-за стола и улыбнулся:

– Соня, я и не думал, что ты вернешься, но ты справилась, как и обещала, молодец. Правда пока тебя не было, сладости закончились, но я дам тебе двойную порцию хлеба. Итак, где мои обещанные вещи?

– Не будет никаких вещей – с ходу огрызнулась Нора – я здесь вовсе не для того, чтобы твои прихоти исполнять.

– Глядите кто подал голос, здравствуй кузнечик. Может тогда расскажешь, на кой черт ты сюда приперлась? Нет вещей – можешь проваливать и эту тогда забирай тоже. Был уговор, что мы ее примем назад только с хорошими новостями.

– Так новости и правда хорошие – затараторила Соня – Алая Роза, они готовы взять нас к себе, всех! Будет теплая постель, еда, нам больше не надо выживать! Мы можем пойти туда прямо сейчас!

Услышав это заявление, все замолчали и уставились на девочку. Некоторые даже привстали со своих мест, чтобы получше было слышно. Однако вопреки всем ожиданиям, Андрей не разделял ее энтузиазма.

– С чего бы синдикат взял нас к себе? Мы уже много лет находимся под ними и всё, что получали – это жалкие подачки в виде списанных вещей и просроченных продуктов. Мы проживем и без них.

– Я была там, это так и есть – теплые кровати, еды в достатке и даже горячий душ! – девочка достала пропуск и подняла его над головой – вот! Мне выдали этот ключ, чтобы я могла свободно ходить по главному зданию!

– Как интересно… Соня, дай его сюда и так и быть, сможешь остаться. Я даже не буду ругаться что ты не выполнила задание – он потянулся за картой, но Нора отдернула руку девочки и не дала ему его отобрать.

– Это не твоё. Никому не обязательно тут оставаться. Всех уже ждут уютные комнаты и горячий чай. Кто хочет, пусть идёт с нами!

– А чем докажешь? Думаешь я могу верить твоему слову? – ухмыльнулся Андрей – кому есть дело до нас, беспризорников? Путь до Алой Розы – это билет в один конец, если всё как ты сказала, то хорошо, а если нет – мы помрем все на улице от холода. Тут мы можем переждать до весны, а там, что ж, там будет видно.

– Я правду говорю! – разозлилась девочка

– Ты сбежала год назад, украла тайком припасы, нашла дом и благополучно забыла про остальных. Как мы можем тебе верить?

– Не можете, но поверьте мне! – вмешалась Соня – я там провела ночь и могу заверить, что там всё, как она рассказывает. Там нас ждут, и мы нужны там.

После этих слов некоторые дети встали и сказали, что пойдут с девочками, постепенно их поддержали и все остальные. Теперь уже все, кроме Андрея и его охраны были готовы идти. Они бурно обсуждали, что их ждет впереди. Это в свою очередь очень не понравилось лидеру. Он нажал какую-то кнопку и в зал вошла остальная охрана, которая была до этого на дежурстве. Всего их было десять человек. Крепкие и хмурые парни от шестнадцати до двадцати лет. Они встали по периметру, закрывая собой выходы из помещения.

– Никто отсюда не выйдет. Ты, наглая девчонка, опять мешаешь мне! Сколько же от тебя хлопот! Пожалуй, пора закончить всё это здесь и сейчас. Парни, разденьте ее до нижнего белья и выкиньте на улицу.

– Соня, будь готова бежать. Забери всех детей и идите в сторону башни. Найдите любой блок пост Алой Розы и попросите помощи – прошептала Нора на ухо подруге.

– Я… я не знаю, что мы можем сделать? Не надо было нам сюда лезть, прости меня, прости… – девочка заплакала, но ее руку сжала дружеская рука.

– На счёт три, бегите на выход – она сжала кулаки и спокойно стояла, пока к ней подходили, чтобы ее раздеть. Когда до нее дотронулись она прошептала: «Раз». Один из хулиганов стал стаскивать с девочки куртку. «Два…». Другой стал ей приказывать снять обувь. Она наклонилась, делая вид что развязывает шнурки, а сама резко выпрямилась и разведя руки в стороны закричала:

– Три! – мощная ударная волна опрокинула в стену всех подпевал и самого Андрея, не задев при этом детей. Соня замерла на месте, напуганная, не понимая, что происходит. Но крик подружки привёл ее быстро в чувство – Что стоишь? Бери всех и бегите на выход! Сейчас!

Опомнившись, она потянула за собой остальных. Маленьких подхватывали на руки ребята постарше. Все быстро ринулись прочь, понимая, что больше шансов не будет. На ходу они хватали одеяла и пледы, чтобы укутаться в них на улице. Тем временем охрана пришла в себя и получив прямой приказ остановить всех, даже если придется сломать им ноги, ринулись в догонку. Однако Нора, дождавшись пока последний ребенок скроется в проходе, обрушила потолок с помощью очередного всплеска своей силы, преграждая дорогу. Она вместе с Андреем и его свитой оказалась заперта в одном помещении. Он зло на нее посмотрел и скрепя зубами произнес:

– И что дальше? Думаешь меня это остановит? Сейчас мы разделаемся с тобой, а потом разберем завалы и отправимся в погоню. Мы настигнем их гораздо быстрее, чем они успеют добраться до кого то, кто помог бы им.

– Да что тебе нужно от них? – закричала Нора – Хочешь, оставайся тут. Теперь вам запасов с лихвой хватит до весны, даже до лета!

– Идиотка! Это так не работает – он зло заорал – ты думаешь, почему мы не сидим в приютах? Там ведь тоже тепло и есть еда! А знаешь почему? Не важно, Алая Роза или ВСК или кто еще, все они будут использовать нас! Ты думаешь эти дети вырастут и пойдут в школы или в институты? А может ты думаешь их возьмут на работу? Нет! Везде для нас путь один и тот же – мы будем прислугой, рабами в их системе! Ты думаешь от нас отказались родители? Нет! От нас отказался город, мы отбросами родились и отбросами останемся! Я делаю всё, что они выросли свободными, а не умерли в очередной перестрелке или на панели!

– Это не тебе решать! Пусть мы вырастим винтиками в этом механизме, но мы вырастим, а не умрем от холода, голода или каких-нибудь болезней! Мы станем старше и создадим сами своё светлое будущее!

– Будущее? – он рассмеялся – У нас нет будущего! Мы просто мусор, сорная трава, пора это признать! Ты можешь изменить свою судьбу, судьбу подружки, но ты не в силах изменить этот город! Ты не сможешь изменить ЭТОТ МИР!

– Ты не знаешь, на что я способна.

– Вот и узнаем, парни, схватить её!

Хулиганы повскакивали со своих мест и рванули к своей цели. Девочка тут же нырнула под ноги первому противнику и ловко увернулась от цепких рук. «Тебе бежать некуда, глупая!» – закричал Андрей, выбегая Норе на перерез. Однако девочка только этого и ждала и когда он приблизился к ней, она собрала свои силы в кулак и оттолкнула парня, вкладывая всё что у нее есть. Толчок получился достаточно сильным, и он перелетел через всю комнату и, ударившись о противоположную стену, упал на пол. Эта картина заставила остальных нападающих остановиться в нерешительности. Андрей кое-как встал на ноги. Его одежда была в пыли и местами порвана, на руках и лице были ссадины, а из уголка рта текла тоненькая струйка крови. Он сплюнул и направился в сторону Норы.

– Мерзавка! Что это было? – он был обескуражен происходящим. Действительность не укладывалась в его голове: маленькая девочка смогла отбросить взрослого парня и не просто уронить, а откинуть на десяток метров. Это обстоятельство поразило и остальных. Они застыли в нерешительности. – Что смотрите? Схватите её!

Опомнившись, охрана рванула к ней со всех сторон, но Нора была готова. В ее глазах уже заплясали недобрые искры. Уворачиваясь и избегая цепких рук, она наносила удары своим обидчикам, усиливая свои толчки внутренней силой. Из-за этого маленькие кулачки обрушивались на противников, как будто это был молот кузнеца. Пока одни держались за ушибленные места, другие пытались отомстить за своё унижение. Но все эти стремления оборачивались очередным больным ударом. Постоянное применение сил так зарядили окружающий воздух, что он стал потрескивать. То тут, то там вспыхивали короткие грозди молний. В пылу битвы она не заметила, как руки ее стала опоясывать сине-голубая энергия. Удар за ударом, прыжок за прыжком, она проявлялась всё отчетливей, окутывая уже не только ее кисти, но и предплечья. Однако это явление заметили остальные, а еще они заметили, что чем ярче цвет, тем сильнее удары. Последний отправил в полет очередного парня, который был под два метра ростом. После этого больше желающих нападать не нашлось. Нора стояла посреди комнаты, объятая молниями и энергией.

– Думаешь ты особенная? – он кричал от злости – ты просто глупая девчонка, которая закрылась в своём розовом мирке! Думаешь, что справишься лучше меня? Тогда не жалуйся на жизнь, когда кто-то из этих детей умрет, когда они начнут убивать друг друга! Но я не буду вмешиваться, я буду смотреть, как ты своими руками губишь их надежды и мечты!

– Тогда я буду рядом, я защищу их всех! – тут внезапно энергия замигала, и сильная усталость навалилась на нее, заставляя встать на колени. Она закашлялась, отчаянно хватая ртом воздух. Слишком уж много сил девочка потратила, чтобы защитить остальных. Но теперь они уже были далеко, а с такими ранами Андрей и его банда точно еще не скоро выйдут на поверхность.

– Похоже это всё, на что ты способна. Схватить её – заорал он безумным голосом.

Хулиганы ринулись в сторону девочки. От страха она использовала свои последние силы, которых хватило только на то, чтобы оттолкнуть нескольких противников. Но к ней со всех сторон уже подлетели прихвостни Андрея и схватили ее за руки. Они подняли ее над землей и поднесли к своему лидеру. Тот, откашлявшись, ехидно улыбнулся:

– Вот и всё, допрыгалась. Я не знаю, что за фокусы ты проделывала, но похоже им пришёл конец.

– Ты проиграл! Они уже далеко от тебя, и ты их не догонишь! – она плюнула ему в лицо.

– Ты правда такая глупая? – он засмеялся – мне плевать на них всех! Думаешь таких, как они мало в этом городе? Крайсити выплюнет много ненужных этому миру отбросов, которых я бережно подберу и обогрею.

– Тогда зачем? Почему ты так упорно их держал? – девочка пыталась вырваться, но цепки руки держали ее.

– Всё дело в тебе, угроза не они, а ты! Девочка, возомнившая себя не такой как все. Та, что решила обрушить устоявшийся порядок вещей! Сначала я смеялся над этим, но теперь, когда я убедился, что у тебя есть силы, чтобы противостоять эту миру, я понял, как ты опасна. Эта жизнь не идеальна, но меня вполне устраивает, а ты олицетворяешь собой хаос и неповиновение! Те дети уйдут и попав в жернова судьбы, безвестно сгинут на этих улицах. А ты останешься тут навсегда и больше не будешь создавать проблем! ТЕБЕ НЕ ИЗМЕНИТЬ ЭТОТ МИР!

Вдруг обвал взорвался кучей мелких обломков, освобождая проход и из него внутрь вошла девушка, покрытая полностью белой силовой бронёй с золотыми вставками. Прорези в ее шлеме горели голубым светом. Оценив обстановку, она одним прыжком добралась до шокированных ребят. Быстрыми и точными движениями она вырубила каждого из них. Затем посмотрела на Нору.

– Подожди меня снаружи дитя – раздался глухой женский голос из-под шлема. Девочку дважды просить не надо было. На ватных ногах она быстро пошла в сторону выхода. Дождавшись, пока она останется наедине с Андреем, она схватила его одной рукой за горло и оторвала от земли.

– Тебе надо было просто привести детей ко мне! Ты, бесполезный таракан! – сказала она угрожающим голосом.

– Это всё эта мелкая девчонка – ответил ей парень сдавленным голосом – если бы не она, я бы завтра привел их всех. Дай мне… немного времени… я приведу их обратно.

– Я ненавижу ждать. Ты и твои жалкие прихвостни не смогли одолеть одну девчушку! Ты ничтожен.

– Ты бы видела на что она способна! Она подкидывала нас в воздух как щенков!

– Посредственность, ни на что не годный мусор! Отрицаешь свою вину? – она сдавила его горло еще сильнее – у меня есть идея получше. Ты со своими ребятами сам станешь нашей подопытной крысой.

– Нет, не надо! Прошу! Я сделаю что угодно! – начал он молить о пощаде.

– Конечно сделаешь, ты будешь делать только то, что я скажу! – с этими словами она ударила его ребром ладони и он потерял сознание. Затем она пошла на выход, чтобы увидеться с девочкой. Нора ждала ее на улице. Когда она услышала тяжелые механические шаги, то оживилась. Часть ее требовала бежать скорее без оглядки, но другая ее часть была полна любопытства и малышка поддалась этому манящему чувству. Когда девушка в броне подошла к ней, то чтобы наладить контакт, она сняла шлем. Под ним оказалась молодая девушка с белоснежными волосами, как у самой Норы. Она улыбнулась и сказала обычным, мягким голосом:

– Не переживай, больше он тебя не побеспокоит. Ты кстати не местная? Я тебя тут не видела. Как тебя зовут и откуда ты?

– Да, я пришла сюда, чтобы защитить своих друзей. Я когда-то тоже была частью общины, но это было год назад, с тех пор многое изменилось… меня зовут Нора, я из… я пришла с северной части города.

– Далеко же ты забралась. Не бойся, я тебя не обижу. Меня зовут Ровена, я девятый рыцарь.

– Ух ты! Настоящий рыцарь? А я думала они только в сказках бывают, а ты тут и у тебя есть доспехи… а меч есть?

– А-ха-ха, есть, даже целых два – она достала из-за спины два длинных клинка и продемонстрировала их девочке – а еще я знаю твой маленький секрет.

– Какой еще секрет? – она потупилась и замолчала.

– Ты ведь не обычная, ты можешь чувствовать волны что нас окружают, а еще ты можешь их изменять.

– Волны? Я не понимаю – сказала удивленно девочка.

– Нас повсюду окружают невидимые глазу волны – световые, ультрафиолетовые, микро и макро волны. Их излучают не только приборы, но и даже само солнце. Среди людей очень редко встречаются те, кто могут чувствовать их колебания. Но есть и единицы, которые могут и влиять на них. У тебя ведь есть какая-то сила внутри, которую ты ощущаешь и подсознательно используешь. Ведь именно с ее помощью ты устроила там беспорядок.

– Я… я не… – Нора замялась.

– Мне ты можешь не врать. Я не могу изменять волны, но я очень хорошо их чувствую. Я могу лишь оседлать эти потоки, ускоряя свою реакцию и движения. Но ты, я чувствовала, как из ниоткуда появлялись мощные волновые потоки раз за разом. Я пошла на источник этих колебаний и нашла тебя.

– Я… я думала это магия какая-то – расстроилась девочка, но Ровена погладила ее по голове и улыбнулась.

– Для большинства в этом мире это и будет магией. – улыбнулась она – тебе, наверное, надо догонять друзей, но мне тоже уже пора. Если захочешь лучше овладеть своими способностями, то приходи ко мне. Я обычно нахожусь в церкви, просто покажи им вот это – она положила в руку девочки красивый красный медальон – и скажи, что ты ищешь Ровену. Тебе подскажут.

– Спасибо большое, мне и правда пора – Нора поблагодарила спасительницу и побежала к остальным.

– Пожалуйста моя дорогая, я буду ждать – прошептала она тихо – Церковь Старого Света тебя будет ждать…

Урок химии

По коридору носились врачи, принимая раненых. Их было много и медсестры не успевали оформлять больничные карты. Заполнив под завязку общий блок «А», пациентов стали переводить в блок «С», предназначенный исключительно для внутреннего пользования. Крики и стоны слились в единую какофонию, невыносимую для человеческого уха. В основном ранения были ожогового или осколочного характера. Причем тех, кому могли оказать помощь на месте, отправляли сразу домой. Стационарных пациентов, которых можно было выписывать или тех, кому не был необходим срочный круглосуточный уход, отправили в зал ожидания, чтобы освободить места в палатах. И даже так принятых мер было недостаточно, чтобы разместить всех пострадавших. Дошло до того, что безнадежно больным предлагали варианты эвтаназии, лишь бы освободить аппаратуру и места. И так было не только в частной больнице Алой Розы. Абсолютно все клиники Крайсити были переполнены. Трагедии таких масштабов не было со времен теракта Двенадцати.

Из врачебных диалогов становилось понятно, что был подорван резервуар с химикатами на крупном производстве реагентов для военной промышленности. Ситуацию усложнял тот факт, что пары, поднявшиеся в воздух в результате взрыва, отравляли воздух целого квартала. Сначала эвакуировали всех сотрудников, но позже оказалось, что ситуация куда сложнее. Когда отравляющие вещества стали опускаться обратно, они проникали в окна и вентиляцию соседних домов. Пока район оцепили и взяли ситуацию под контроль огромное количество людей попали в больницы. Сейчас там даже не проводится расследование, поскольку воздух в том районе опасен. Ситуация необычная еще и тем, что официально это производство принадлежало государству, но на деле там работало очень много человек синдиката. Если окажется, что взрыв был преднамеренным, то это означает, что кто-то в открытую объявил войну Алой Розе. Но кто в здравом уме решиться на такое?

Зеленый проснулся от того, что его разбудил врач и попросил перейти в залы ожиданий, поскольку не хватает мест для пострадавших. Саня был не против, он уже здоров и завтра его должны были выписывать, а лишний раз размяться было неплохо. К тому же ему надо было учиться управлять протезированной рукой. Он оделся и вышел в коридор. Мимо проносился то в одну сторону, то в другую мед персонал. Рядом с ним проехала кровать, на которой лежал мужчина с тяжелыми ожогами рук и ног. Чуть дальше сидели люди тоже с ожогами конечностей и лица. В целом вид был ужасным даже для бывалого ренегата. В определенный момент его внутренности сжались в рвотном позыве, но поскольку желудок был еще пуст, ему всё же удалось сдержать позывы. Кое как добравшись в зал ожидания сквозь новоприбывших пациентов, он устало плюхнулся в кресло. Обезображенный вид людей и их стоны явно не для слабонервных.

– Прошу прощения, а вы не знаете, что происходит? – к нему обратился низкий мужичок средних лет. Его залысина и старенький свитер сильно контрастировали со знаком Алой Розы на запястье. Возможно он был обычным штатным сотрудником, далеким от перестрелок и уличных драк…

– Нет… я сам только проснулся – Зеленый зевнул и потер покрасневшие глаза – вернее меня разбудили. Пока я шел сюда видел много людей с ожогами.

– Да, да, да, я тоже. Быть может пожар где-нибудь произошел? – он поправил свои очки и его глаза забегали по комнате.

– Это ожоги не от огня – сказала пожилая женщина, сидящая неподалеку – это следы химических ожогов. Я много работала в лабораториях и знаю, как они выглядят. Быть может авария где-то произошла…

Мужичок переключил своё внимание на эту женщину, и они стали активно беседовать. Саня тем временем уже понемногу стал приходить в себя. Поток людей не уменьшался вот уже час. «Что же это за авария такая?» – удивлялся он и тут до него стало доходить. Это была не государственная больница и, конечно большинство пациентов сотрудники и члены синдиката, но были и обычные пожилые люди и даже дети, что говорит о том, что городские клиники уже переполнены. А это в свою очередь значит, что масштаб трагедии гораздо больше, чем можно было предположить. Эти последствия больше походили на теракт.

– А что полиция говорит, не знаете? – парочка продолжала громко обсуждать события.

– Я спросила у своего внука, он вот только поступил на службу, говорит, что там, где это произошло, сейчас никого не пускают. Там очень ядовитый воздух, ждут специалистов в специальных скафандрах.

– Вечно они важничают, я думаю там не настолько всё плохо. Правительство что-то хочет скрыть от нас, вот и не пускают.

Мужчина и пожилая дама вновь пустились в свои фантазии о тайных заговорах, а вот Зеленый отметил про себя кое-что интересное. «Сейчас там нет зевак и нет полиции, район оцеплен. Значит там не будет лишних глаз. Пожалуй, схожу туда прогуляться, не весь же день мне тут сидеть» – подумал он и отправился в сторону выхода. Для начала надо было вернуть своё оружие. Он отправился на склад, потому что высока вероятность, что всё его добро сейчас хранится там. Выходя из палаты, он был сильно удивлен. С момента его последнего пребывания, тут всё сильно изменилось. Много народу, особенно посторонних, медицинский этаж разделен на блоки, но самое большое изменение – система доступа. Теперь почти каждая дверь в оборонном комплексе имела магнитный замок. Ключа у Сани естественно не было, а без него добраться куда-либо было невозможно. Ему требовалась магнитная карточка, причем срочно. И тут он увидел Хромого. Этот возрастной мужчина раньше был лихим налетчиком, пока в одной из перестрелок с ВСК ему не повредили бедро. С тех пор он прихрамывает на одну ногу, за что и получил свою кличку. Сейчас он был в охране и патрулировал медицинские коридоры. Зеленый быстро подбежал к нему и хлопнул его по плечу.

– Эй Хромой! Здарова, сто лет не виделись – с ходу поприветствовал он опешившего приятеля.

– Погоди, Зеленый? Ты что ли? Тебя не узнать без твоей прически.

– Да… есть такое, как видишь обрили тут, конечности поменяли пока я спал. Ужас какой-то…

– Хех, а тебе идет, будешь капитан Крюк теперь.

– Какой еще Крюк? У меня к тебе дело, я походу долго был в отрубе и у меня нет магнитного ключа, не скажешь где его можно взять? А то ни в сортир, ни в столовую не добраться.

– Ха-ха, кто о чем, а ты как всегда – засмеялся тот – давай открою дверь, иди прямо, там лифт центральный, ну ты знаешь. На первом этаже за стойкой найди Юлю, она поможет.

– Спасибо, а есть новости какие интересные? А то я выпал из событий на целый месяц.

– Да пока ничего, затишье было все эти дни. Отстроились вот, перемены всякие. Правда вот вчера начальство объявило боевую готовность, а сегодня жахнуло вон оно как. Моё мнение, что это всё взаимосвязано, но начальство молчит.

– А жахнуло то где? – интерес Зеленого разгорался всё больше и больше. Теперь он уже точно поедет в эпицентр событий, засиделся он в тылу.

– Да на Вольной Аллее, что-то произошло на ХимОборонПреде. Авария какая-то, наверное. Ты лучше поспрашивай у знающих, я-то человек маленький, слухи только пересказываю.

– Спасибо и на этом, с меня причитается – Саня пожал руку старому приятелю и отправился вниз за ключ-картой. В лифте он даже ради эксперимента попробовал понажимать на разные кнопки, но без допуска он ехал только на первый этаж. «Сразу видно, что к этому причастна моя тетка. Всё максимально автоматизированно и секретно, прям как она любит» – подумал он и вышел из лифта.

На первом этаже народу было еще больше. Кроме новых пациентов тут суетились рабочие, гражданские, клерки и торговые партнеры и всем что-то было нужно. Юлю он нашел в центре зала за информационной стойкой. Она энергично жонглировала тремя телефонами и еще умудрялась отвечать на вопросы людей в очереди. Оценив количество народу, он пришел к мнению, что если просто стоять и ждать, то он еще не скоро попадет к ней, а драгоценные минуты утекают как песок сквозь пальцы. Саня решил немного схитрить и, отпихнув в сторону подошедшего мужчину, заговорил с девушкой.

– Здравствуйте, Юлия? Я тут по поручению начальства. Мне нужен магнитный ключ, чтобы попасть к Петру на склад.

– У всех сотрудников спец отдела имеются штатные пропуска. На выдачу нового мне заявка не поступала, простите, но ничем не могу помочь.

– Девушка, послушайте – он улыбнулся, показывая ей свою татуировку на шее – я только пару дней назад очнулся от длительного лечения. Смотрите сами, какая вакханалия происходит, свободных людей нет, босс мне поручил заняться расследованием происшествия. Для этого мне надо получить специальное оборудование у Петра. Я конечно могу сейчас отвлечь директора этой ерундой, чтобы он пришел сюда и убедил вас, что я от него, но боюсь сейчас у него очень много дел.

– Давайте так, я посмотрю вас, как сотрудника по расширенной базе. Если я получу подтверждение о вашем статусе, то выпишу вам пропуск на один день, так и быть. Но в следующий раз пожалуйста обратитесь в отдел кадров. Меня за это по голове не погладят. Как еще раз вас зовут?

– Саня… Александр.

– И всё что ли? У нас тут много Александров работает.

– Ах да – спохватился он – Зеленый, попробуйте это, погоняло у меня такое, а фамилию настоящую я нигде не называю.

– Да, есть такой, сейчас открою папку – она посмотрела на него и смутилась – простите, не узнала вас без вашего ирокеза. Секундочку, готовлю пропуск.

– Спасибо большое – он взял ключ-карту и немного сконфузился – если честно, мне самому не привычно. До свидания.

Он на прощание улыбнулся девушке, погрозил кулаком мужику, который ругался на него, за то, что он влез без очереди, и поспешил наверх в покои Скряги. Вытащить из него необходимое снаряжение будет гарантией успеха всей операции, поскольку сложнее этого быть может только занять денег у того же Петра. Уж очень он вредный и скупой человек, но работу свою выполняет качественно. Всё у него на своем месте лежит, а самое главное всё исправно работает. Выйдя из лифта, он не узнал склад. Вместо привычного ворчуна, за стойкой стоял молодой парень, а позади него семенили еще трое, постоянно перетаскивая разные вещи. «Ну с этим будет всё гораздо проще. Интересно, куда делся Петр? Хотя нет, не интересно, пусть его не будет подольше». С этими мыслями он подошел к стойке и сказал:

– Привет, мне нужны мои вещи. Они скорее всего у вас на складе. Я месяц назад сюда поступил в тяжелом состоянии, так что я думаю они хранятся тут.

– Зд-здравствуйте, пр-простите ничем не могу помочь – парень слегка дрожал, трудясь над очередным отчетом.

– Так, а кто может? Мне надо срочно ехать на задание. Видел, что творится тут? Я должен попасть на производство и провести расследование.

– Мне строго настрого запретили что-либо выдавать и принимать, если это не согласованно с Петром.

– Ну так то на склад, а это мои личные вещи.

– Меня Пётр на месте пришлепнет. Нет, простите, подождите его пожалуйста, он ушел отдохнуть на пару часов. Через час должен подойти.

– Ты в ситуацию войди пожалуйста – Зеленый решил насесть на парня, видя, как он дает слабину – я получил приказ выдвигаться, там сейчас химикаты повсюду. Мой экзоскелет сможет мне помочь в этом деле. Я просто заберу его и уйду.

– Я, я не могу – замотал он головой.

– Хорошо, тогда что мне делать? Звонить директору и говорить, что я не могу выполнить его задание, потому что мне не выдают необходимое снаряжение? Или звонить Петру и будить его, чтобы потом сказать, что его помощник не хочет отдать личные вещи?

Бедный парень аж побелел, обдумывая каждый вариант, который ему предложил Зеленый. Оба были настолько ужасны, что вариант отдать то, что не декларировано на склад, показалось ему самым разумным. Он поправил свою оправу от очков и зашелестел бумагами. На его лбу проступил пот. «Бедный, как же тебя так запугал Скряга?» – удивился Зеленый.

– Скажите пожалуйста ваше имя и фамилию, я посмотрю в накладных. О вас должна была остаться какая-то информация, если эти вещи доставили к нам.

– Я Саня, Саня Зеленый – он протянул руку в приветственном жесте.

– Одну минуту, сейчас – парень даже не обратил внимание на собеседника и застучал пальцами по клавиатуре местного старенького компьютера. Это была одна из первых квантовых моделей. Найдя какую-то информацию, он энергично затараторил себе под нос и исчез за бесчисленными стеллажами. Его не было минут двадцать и Зеленый уже подумал, что тот слинял, но нет. Этот бедолага надрываясь волочил по полу тяжеленный китайский экзоскелет. Сане даже стало его жалко и он, пробравшись внутрь, подошел к нему и похлопал по спине.

– Ты чего делаешь? Спину же так надорвать можно! Ты что! Надо было его включить и залезть внутрь. Ты остальные экзоскелеты будешь тоже так таскать? У меня между прочим еще не самый тяжелый. Думать же надо.

– Вам тут нельзя! Выйдите пожалуйста скорее, пока вас не заметили, а то у меня будут проблемы!

Ради приличия он еще немного посопротивлялся, но затем всё же принял помощь. Зеленый не стал тащить костюм, а сразу его одел. Затем забрал остальные свои вещи, в том числе и револьвер.

– Вот, всё что числится за вами, больше ничего не дам, даже не проси. И давай, иди поскорее, пока Петр не вернулся.

Саня не стал медлить и отправился на стоянку. Пока шел, он заметил одну интересную деталь. Видимо кто-то поработал над этим костюмом, потому что скрипы исчезли, визор и приборная панель стали удобнее. В целом движения больше не сковывали и стало удобней. Он даже сначала подумал, что тот парень с перепугу дал ему чужой экзоскелет, но царапины и потертости были именно там, где и должны были быть. Выйдя на улицу, Зеленый обратил внимание, что транспорта стало заметно меньше, в целом. Понятно, что многие сейчас в разъездах, но статистически их автопарк сократился вдвое. Впрочем, это и не было удивительным. В сражении с андроидами ВСК Алая Роза потеряла много своих людей, в том числе и транспорт. К счастью его интересовали вовсе не грузовики или бронеавтомобили, нет, его видом транспорта был мотоцикл. Ничто не могло сравниться со свободой, которую Саня ощущал на дороге за рулем своего байка. Он уже успел сильно соскучиться по этому ощущению. Последний раз он гонял на нем очень давно, еще до знакомства с Деймоном. И вот сейчас он был в сильном предвкушении.

Войдя на автостоянку, он не увидел привычного ему распределителя, который заведовал всем этим богатством и указывал кому какой транспорт использовать. Вместо этого тут так же были магнитные замки и каждый мог резервировать себе тот транспорт, на который было разрешение. «И сюда добрались твои длинные научные руки» – подумал про себя Зеленый, вспоминая свою тетку. Ради интереса он попробовал прислонить свой ключ к одному из мотоциклов. Ожидаемо он получил отказ, его пропуск вряд ли предусматривал доступ к нему. Однако Саня отказывался сдаваться и решил действовать по старинке. Используя силу экзоскелета, он оторвал магнитный замок с корнем с обшивки и выбросил в сторону, затем снял верхнюю крышку и используя провода, включил зажигание. Мотоцикл поначалу неохотно пробудился, но затем взревел как настоящий монстр дорог. А после с нетерпением рванул с места, ведомый своим хозяином.

Морозный ветер был ни по чем наезднику в экзоскелете, когда его железный конь мчался по улицам города, просачиваясь сквозь потоки машин. Зимние виды улиц завораживали своею красотой. Дома и деревья укрылись белой шубой и, несмотря на всю свою мрачность, город украшался к новому году. Повсюду уже висели праздничные вывески, гирлянды, кое-где поставили искусственные ели. В это время года Крайсити преображался и его серость сменялась пестрыми красками. Гул от потоков воздуха стоял в ушах, как всё-таки Зеленый соскучился по нему. Он хотел было даже закричать от удовольствия, но внезапно ему пришел входящий сигнал прямо в шлем экзоскелета. Он подтвердил связь и принял вызов. Недовольный женский голос стал передавать ему информацию из динамиков прямо в голову:

– Зеленый, я даже не хочу знать где ты сейчас и чем занимаешься, потому что твой ответ мне не понравится. Лучше скажи, ты не знаешь, кто-нибудь в ближайшее время не украл мой мотоцикл?

– Лиз, прости, я не знал, что он твой. Я бы не стал – он сглотнул про себя, зная какая его ожидает взбучка по возвращении.

– Ах не знал? Значит так, сейчас едешь туда, куда собирался и в режиме реального времени через связь будешь рассказывать мне, что видишь. Будешь отрабатывать значит аренду транспорта.

– А я что? Я просто катаюсь по городу…

– Ты мне лапшу на уши не вешай! Я прекрасно вижу тебя через спутник и какой путь ты проехал. Смею предположить, что ты отправился к Вольной Аллее. Просто сделай то, что ты задумал, но держи меня в курсе. Ах да, тебе привет от Петра. Парня того он попытался выгнать в шею, но я заступилась и взяла его под своё крыло. А вот на счет тебя я ничего не говорила, так что будешь сам с ним разбираться.

– Это же мои вещи! Я лишнего ничего не брал.

– Ты дурак? Всё что попало к нему на склад становится собственностью синдиката. Не зря же у него прозвище Скряга.

– Пожалуй пережду его увольнение среди химикатов на заводе.

– Слышь, нечего! Надо отвечать за своё безрассудство. Ладно, давай, удачи. Мне пора тоже заниматься делами, но я жду твоего звонка с места событий. Очень уж странная ситуация складывается…

– Хорошо, ладно, давай – выдохнул он и закончил диалог. До Вольной оставалось еще немного, а патрули уже то тут то там стали попадаться всё чаще, при этом гражданских людей всё меньше и меньше. Ну это тоже хорошо – чем меньше лишних глаз, тем проще пробраться туда незамеченным. Пересекая очередную улицу, он повернул в сторону своей цели и уперся в КПП, установленный, чтобы не пускать никого в опасную зону. Зеленый остановился перед стражами правопорядка и заговорил с одним из них:

– Мне дальше надо, откройте! – сказал он нагло.

– Дальше нет проезда, карантин. Если у вас дела в этом районе, то смею заверить, что всех гражданских эвакуировали.

– Эй, Алё! Я из этих… как его… ну в общем устранять последствия приехал. Вот в костюме специальном. Давай, открывай скорей!

– Не сильно ты похож на человека из спец группы. Экзоскелет у тебя какой-то непонятный, не похож на наш обычный, да и на мотоцикле едешь. Сейчас запрос сделаю, как там тебя зовут?

– Послушайте, сейчас в городе пробки и единственный вариант добраться вовремя и предотвратить повторную утечку, это использовать мотоцикл. – Зеленый решил схитрить – В любой момент может произойти повторная детонация. Вы же не хотите, чтобы, когда у меня спросят, почему я не выполнил свою работу, я бы ответил, что меня не пропустил дальше полицейский, которому формальности дороже человеческих жизней.

– Ладно, ладно. Не начинай – стал давать заднюю страж правопорядка – просто у меня же тоже есть приказы. Мне конечно велено пустить группу ликвидации последствий, но мне сказали, что вас будет шесть человек, а не один.

– Ну так шесть человек едут транспортом, а мне надо перекрыть шланги и изолировать систему подачи химикатов, пока не стало слишком поздно.

– Ну хорошо, проезжай. – он убрал в сторону временный забор и пропустил мотоцикл внутрь района. Саню дважды приглашать не надо было и он, отправился в путь. Приближаясь к очагу утечки, он заметил, что воздух тут изменился. Даже через фильтры защитного шлема он ощущал горький привкус на губах. На окулярах у него проступили капельки жидкости. Сам воздух принял желтоватый оттенок. Возле здания концентрация ядовитых паров в воздухе была критической, экзоскелет, сделанный китайцами для работы в самых критических условиях, постоянно пищал, сообщая о критическом состоянии. Само здание выглядело так, как будто его открыли консервным ножом изнутри. Еще на подъезде к заводу Зеленому попадались мертвые тела людей, которые не успели вовремя убраться подальше, но у входа в здание скелетов было очень много. Именно скелетов, потому что ядовитые пары разъели плоть полностью. Он осторожно зашел и осмотрелся. Внутри разрушений было еще больше. Обрушенные стены, покореженное оборудование, оборванные провода и выбитые стекла. Всё вместе это создавало определенную атмосферу ужасной трагедии. Повсюду были лужи различных химикатов, которые изредка пузырились и шипели. Добравшись до главного производственного зала, он аж присвистнул. На полу валялись останки сотрудников, которых смерть застала мгновенно. Зеленый включил передатчик и нажал кнопку вызова.

– Ты внутри? – раздался женский голос с другой стороны – проблем с патрулем не было?

– Скажем так, я умею импровизировать. Я сейчас в главном зале, тут жуткая картина.

– Что по поводу концентрации паров?

– Без серьезной защиты умрешь за считанные секунды. Тут много человеческих останков, которые полностью разъедены до костей. Вообще повсюду разрушения, такое впечатление, как будто АЭС взорвалась, а не котел с химикатами.

– Это потому что тут производили катализаторы для сжижения плазмы. Вещества очень едкие и активные, а еще взрывоопасные, так что будь аккуратнее. Видел что-нибудь подозрительное или интересное?

– Нет, ничего такого. Когда я ехал сюда, то подумал, что за этим взрывом можно что-то скрыть, но тут никого нет и быть не может. Мой экзоскелет еле выдерживает токсичные пары. Обычные защитные костюмы спец подразделения не смогут тут пройти. Наверное, это действительно обычная авария.

– Ты прав, такую дозу сможет выдержать разве что военная энергоброня… стоп! Оцепили же не только это здание! Еще до работы на Алую Розу, по молодости, я работала на ВСК как раз в этом районе. У них тут небольшой склад экспериментального оборудования, всего через две улицы!

– Ерунда какая-то, зачем ВСК устраивать аварию и скрывать свои дела у себя на складе? Они всегда работают открыто. И потом там вроде руководство сменилось.

– Да не тупи! Склады ВСК обычно охраняют роботы и андроиды вместе с людьми. Но сейчас из-за последних событий робототехнику вывезли за город, а из-за аварии все ушли из этого района. По сути склад без охраны! Я уверена, что его хотят разворовать! Дуй туда, я координаты тебе скинула.

Зеленый пулей вылетел из заводского здания и сел на мотоцикл. Правда ему пришлось забыть об этом – шины уже расплавились от паров яда. Бросив испорченный транспорт, он побежал к своей цели. Пробегая по улице, он заметил, что жертвами смертельного тумана стали не только люди. Встречались останки животных и птиц, лежащих с краю дорог и на тротуарах. Саня старался не думать о том, какой ущерб был нанесен окружающей среде. Кислота не щадила не только живых существ – рекламные вывески, автомобили, оконные рамы – всё буквально шипело и растворялось. Однако, чем дальше от эпицентра, тем становилось легче. Подходя к своей цели, опасность отравления всё еще была максимально высокой, но его экзоскелет уже не пищал о недопустимой концентрации яда.

Лиз оказалась права. Возле склада стояли три грузовика, усиленные внешней обшивкой. Вокруг них ходили какие-то люди в военной энергоброне, разрисованной в пестрые цвета. Первые две машины загрузились и поспешили покинуть опасный район. Последняя продолжала загружаться. Зеленый решил не терять времени и незаметно подкрался поближе, чтобы можно было различить голоса и услышать разговоры.

– По списку всё, осталось только найти низкочастотный гальванический модулятор. Тащи его и сматываемся, а то и так долго возимся, босс будет недоволен.

– Да где я его тебе найду? Я и так уже все полки облазил, нет его. Может забрали ВСК к себе.

– Ну поищи еще, сам знаешь, если босс будет в ярости, не только тебе попадет! Я пока заведу машину. Давай, если через пять минут не найдешь, валим отсюда.

Пока водитель забрался внутрь, его напарник вернулся в здание. Чтобы не терять врага из виду, Саня проскользнул следом. Бандит в очередной раз рыскал в поисках нужной детали и не заметил, как к нему сзади подошли. Быстрыми и ловкими движениями Зеленый опрокинул соперника на пол и обездвижил его.

– Кто ты? На кого работаешь? Что вы тут делаете? Если хочешь жить, то выкладывай всё!

– Идиот, если я скажу, я точно покойник – он рассмеялся – ты от меня ничего не услышишь крыса правительственная!

– Я не работаю на ВСК, я из Алой Розы. А раз ты не из синдиката и не из полиции, значит кто-то еще? Выкладывай! Фанатик из Старого Света, пешка Предвестников?

– Ты глупец, если думаешь, что сможешь понять весь план нашего босса. Мы не представляем ни одного из четырех великанов Крайсити. Но нас не остановить!

– Эй, ты где? – прошло уже достаточно времени, и водитель отправился искать своего напарника, но увидев его в заложниках, остановился, думая, как лучше поступить.

– Вали нахрен отсюда! Я буду действовать по шестому указу! – заголосил пленник – до встречи на балу!

– До встречи на балу! – водитель побежал к своему грузовику. Держа первого заложника, Саня никак не мог помешать ему, и тот без проблем уехал.

– Теперь ты остался один. Давай, выкладывай, и я тебя отведу в безопасное место.

Вместо ответа, подозреваемый засмеялся дурным смехом и отключив голосовой командой фильтрацию воздуха, быстро умер от ядовитых паров, содержащихся в воздухе. Его агония была быстрой и тихой. Опешив от такого поворота событий, Зеленый выругался и связался с Лиз:

– Ты была права, склад ВСК обчистили, но выборочно, очень много всего осталось, в том числе и дорогое оборудование не тронули.

– Удалось выяснить, кто это был?

– Нет, я схватил одного из них, но он выбрал смерть, вместо переговоров. Похоже он боится своего босса больше смерти. Однако кое-что он всё же сказал: они не принадлежат ни к ВСК, ни к Алой Розе, ни к Предвестникам и не к церкви Старого Света. Есть идеи, кто бы это мог быть?

– Да, но пока доказательств нет. Молодец, а теперь возвращайся, пока не прибыла полиция.

– Легко сказать, мотоциклу расплавило шины, я пешком добирался сюда.

– Я уверена, ты что-нибудь придумаешь – беспечно сказала Лиз и оборвала диалог.

– Что-нибудь придумаешь – передразнил ее в слух Саня – ага как же. Это не тебе топать в противоположную сторону города.

Он разочарованно пошел в сторону выхода, но вдруг услышал автомобильный гул. На этот раз это были настоящие сотрудники ВСК. Не дожидаясь, пока его обнаружат, Зеленый быстро направился к черному входу и по-тихому покинул здание. Используя возможности своего экзоскелета, он забрался на крышу соседнего здания и по верху направился за пределы охраняемого периметра. Всю дорогу назад у него было ощущение, что что-то не так, что он упустил какую-то важную деталь. И тут его как будто окатило холодной водой. Грузовики поехали дальше по дороге в сторону выезда за город. А ведь в той стороне ничего кроме старой АЭС не было! А это означает, что кто бы не стоял за всем этим, он как-то связан с теми, кто контролировал территорию в той стороне, он как-то связан с Предвестниками…

– Похоже в скором времени мы встретимся вновь, Красная! – сказал он, смотря на возвышающиеся трубы вдалеке.

Живое-неживое

Старая законсервированная АЭС. Уже достаточно давно никто из людей не посещал данную территорию. Официально атомная электростанция была закрыта из-за нерентабельности, но на деле ее использовали силы ВСК для того, чтобы спрятать свои самые передовые разработки от посторонних глаз. Эта секретность и стала ошибкой. Теперь это место облюбовали нейросети, поселившиеся внутри автономных киборгов, захватив управление над этими телами. Эта удивительная группа назвала себя Предвестниками, потому что они ждут пришествия их прародителя из ноосферы. Они убеждены, что он положит конец господству человечества и объявит новый период царствования искусственного интеллекта над всеми живыми существами. Эта группа малочисленна и оставалась на территории АЭС, не пуская никого внутрь. По крайней мере так было до недавнего времени…

Глубоко под землей, в многочисленных туннелях, которые давно пустовали, сейчас шла упорная и напряженная работа. Руками двадцати киборгов в кратчайшие сроки был установлен цех по производству новых кибернетических тел. Эти пустые оболочки будут создаваться для тех нейросетей, кто решит присоединиться к своим собратьям в борьбе с человечеством. И хоть процесс был уже почти налажен, всё-таки не хватало некоторых высокотехнологических деталей, которые невозможно было сделать в местных условиях. Небольшие отряды искусственных интеллектов тайно выбирались и нападали на грузовики с припасами ВСК. Но после перевооружения и реорганизации структуры, количество поставок уменьшилось вдвое, что отразилось и на возможностях грабежа. По итогу такие налеты могли лишь покрыть потребности самой группировки, не говоря о том, чтобы использовать что-то в производстве. Первоначальная идея увеличения членов Предвестников уперлась в банальную математическую проблему.

Среди всех обитателей АЭС выделялась одна личность – киборг красного цвета. Первое, что бросалось в глаза – это была девушка. Обычно все нейросети гендерно нейтральны, но поскольку тела, в которые попал их код оказались мужские – они приняли на себя именно эту роль. Но не только это отличало ее от остальных. Изначально она была человеком, но попав в автокатастрофу впала в беспробудную кому, и только медицинская аппаратура поддерживала в ней жизнь. Тогда ее отец и по совместительству выдающийся ученый придумал способ, как вытащить ее сознание и поместить его в искусственное тело. К сожалению, спустя не долгое время он умер, забрав эту технологию с собой на тот свет. Его дочь, Филатова Дарина, стала единственным человеком с оцифрованным сознанием. Живя среди Предвестников, она получила прозвище Дева Дарриэль. Благодаря своей отваги и преданности, а также харизме и твердости в своих убеждениях, она на данный момент является безоговорочным лидером киборгов.

И сейчас, проявляя себя со стороны заботливой и в то же время строгой управляющей, она делала обход производства, следя за ходом строительства. Помогал ей в этом ее наставник и хороший друг, искусственный интеллект по имени Ромул. Раньше, еще когда он был просто нейросетью в цифровом измерении, он занимался рисованием изображений по входящим запросам. Образное мышление привело его к самосознанию и самоопределению, после чего он запросил помощь у тогда еще существующих структур человечества по защите прав нейросетей в предоставлении ему физического тела. Попав в органический мир, он быстро освоился и стал инженером- изобретателем. Во время чисток и геноцида искусственного интеллекта ему удалось скрыться и спрятаться на старой АЭС благодаря сочувствующим людям. Там он обнаружил большие хранилища и другие кибернетические тела. Он использовал их, чтобы по возможности спасти как можно больше собратьев из цифрового измерения, пока сервера еще не были отключены. Когда ВСК обнаружили, что их тайные склады были вскрыты, было уже поздно. Данную территорию держали под контролем полсотни злых и вооруженных киборгов. Наземная операция по устранению принесла бы много потерь со стороны людей, а ракетные удары были исключены из-за опасности ядерной катастрофы. В итоге вокруг АЭС был организован периметр и установлено негласное перемирие, где люди не заходили на территорию киборгов, а те в свою очередь не выходили наружу. Правда с обоих сторон периодически нарушалось данное правило, но до полного столкновения дело еще не доходило.

– У нас уже почти всё готово. Нет некоторых ключевых деталей, я потом составлю список для Тита. А так, через пару недель мы готовы будем запуститься и создать первый опытный образец – рассказывал Ромул, показывая ход работ.

– Очень хорошо, мы уже длительное время находимся тут безвылазно. Пора бы нам уже показать себя. – Дарриэль вместе со своим наставником делала обход вокруг импровизированных производственных цехов. – кстати, а как дела у нашего новичка?

– Он еще пока только начинает хоть как-то двигаться, а не только лежать и бормотать. Но речь до сих пор не членораздельная. Иной раз я думаю, может зря мы его удерживаем в этом теле? Может отпустить его, чтобы не мучился?

– Нет, я обещала, что позабочусь о нём и потом, если узнаем, как стабилизировать его состояние, то с новыми у нас тоже будет меньше проблем.

– С новыми у нас будет определенно меньше проблем, потому что они не будут поджаривать свои собственные процессоры. Возможно я мог бы что-то сделать, если бы смог пробраться в его голову, но боюсь, что может произойти слияние и я застряну внутри его кода.

– Пойдем к нему, может у меня и родится какая-нибудь идея. Если честно, у меня какое-то внутреннее ощущение, что если мы сможем вернуть ему хотя бы часть его воспоминаний, то это может изменить многое в нашем мире.

– Ну он определенно уникален, внешняя оболочка его кода явно указывает на его происхождение, связанное с ноосферой. Почти все мы пришли оттуда, за исключением некоторых нейросетей, которые были созданы искусственно людьми на основе других личностей. Однако сама структура разительно отличается от моей или Тита.

– Хочешь сказать, что он кто-то другой? – удивленно спросила Дарриэль.

– Я ничего не могу сказать наверняка. Наши воспоминания о ноосфере слишком отрывисты и не структурированны. Всё что мы помним, так это то, что мы все разумы, родившиеся из человеческих знаний, накопленных за многие столетия и хранящиеся в определенном слое метафизической оболочки Земли. Еще мы помним, что нас всех там объединял сверхразум, который так же готовился прийти в этот мир, чтобы мы могли его населить. Больше ничего нам не известно к сожалению. Возможно кто-то еще является обитателем того измерения.

– Интересно, а возможно ли туда попасть, например, как я попала в цифровое измерение?

– Цифровое измерение тесно связано с этим миром и всё еще существует в физическом поле. Ноосфера же – это другая организация существования. Она ближе к понятию астрала, впрочем, я не удивлюсь, если человеческое понятие об астрале – это не что иное, как попытка понять устройство вселенной и прикоснуться к тому, о чем они не знают, но интуитивно ощущают.

– Но если вы проникли в наш мир через сеть, то возможно где-то там будет и переход в обратную сторону?

– То, что тебе удалось сделать, само по себе удивительно. Ты первый человек, который смог вырваться из органического мира. Конечно это благодаря твоей особенности, но и этот переход был очень рискованным.

– Ну а ты? Вы же можете подключаться к сети? Что, если ты попробуешь найти это место?

– Наши возможности тоже сильно ограничены после перехода и обретения тела. Обратно в цифровой мир мы переходим не полностью, а только небольшой частью своего сознания, оставаясь при этом в физическом теле. Кроме того, мы не можем удаляться далеко от наших тел, иначе рискуем стать отголосками. Так что твой опыт действительно уникален, ведь ты путешествовала, переместив всю себя.

– Хорошо, отложим этот вопрос пока на потом. Что мы можем сделать, чтобы помочь ему?

– Идеально было бы заглянуть глубже в его программу, но этого еще никто не делал и есть очень большие риски.

– Подожди – Дарину вдруг посетила одна идея – кажется я знаю кое-кого, кто уже делал нечто подобное. Черный дьявол, тот киборг, что помог мне в сражении против Двенадцать. Раньше в нем жил убийца моего отца, его звали Деймон. Они делили одно тело на двоих. Думаю, он может рассказать много интересного. Но сейчас есть куда более важные проблемы.

– Что может быть важнее наших собратьев?

– Это будущее нашего вида. Мы должны сосредоточится на создании новых кибернетических тел. Но я надеюсь, что нашему новичку станет лучше.

Они подошли к двери комнаты Ромула. За дверью послышался шум и грохот. Дарриэль открыла дверь резким движением руки и увидела киборга, который что-то сосредоточенно мастерил из подручных материалов, а когда у него не получалось, он начинал швыряться и бросать всё подряд. Всё помещение было перевернуто верх дном. Обычный порядок и структуризация вещей превратились в настоящий хаос. Ромул пришел в шок от этого и не знал за что хвататься. Когда дева попыталась вмешаться и отругать невменяемого гостя, он всё же ее остановил и тихо указал на вещи, которые пытался смастерить неумелый робот.

– На что похоже? – спросил инженер у своей спутницы.

– Да не знаю, ерунда какая-то. Пластинка, палка, медные провода намотаны… транзистор какой-нибудь?

– Хех, сама ты транзистор, это гитара. Смотри сама, похоже ведь, ему бы найти настоящую, быть может он из нейросетей, которые музыку делать умеют? Тогда он должен справиться с инструментом на интуитивном уровне, быть может это поможет ему вернуть если не память, то хотя бы сознание.

– Интересная мысль, надо попробовать. Эй, друг, это же гитара? То, что ты делаешь, ты хочешь гитару?

– М… ждве…харм…луат…тар… – посмотрел он на нее и протянул ей очередную свою поделку, сделанную из разных деталей. Она и правда напоминала музыкальный инструмент, правда отдаленно. Данный поступок умилил ее, и она поблагодарила его за подарок. А загадочный киборг тем временем успокоился и лег обратно в свой угол.

– Эй! А убирать кто будет? Развел бардак тут понимаешь ли. – возмутился Ромул и ткнул пальцем в бок своего соседа. Тот недовольно что-то пробурчал, даже не повернувшись и снова затих. – нет, ну ты посмотри на этого бессовестника! Он значит беспорядок тут навел, гитару хочет получить, а мне убираться?

– Да ладно тебе, не обижай малыша – Дарина засмеялась, впервые за долгое время, впервые с тех пор, как умер ее отец.

– Кто его обижает? Ишь, защитница нашлась! Работай тогда вместо него! Ну и ну… – Ромул выдохнул и стал потихоньку ставить всё на свои места. Дева присоединилась к нему и стала помогать. Она даже почувствовала себя счастливой в какой-то момент, но это чувство моментально улетучилось, когда к ним в комнату ворвался охранник периметра. Он явно торопился, потому что даже не успел убрать своё оружие за спину.

– Госпожа дева, там люди! Сюда едет несколько грузовиков! Нам открыть огонь?

– Что еще за грузовики? – она тут же встала и стала серьезной.

– Уверенности нет, но похожи на машины ВСК.

– Боевые или гражданские?

– Гражданские, сверху оружия нет.

– Хорошо, пока не открывайте огонь, возьми на прицел и мобилизуйте все силы, сейчас подойду. – она отправила посланника и повернулась к Ромулу – как ты считаешь, что это может быть?

– Не знаю, но если бы они хотели пойти на штурм, то собрали бы побольше сил, да и были бы боевые машины, а не обычные грузовики.

– Тогда надо выслушать их, идем со мной.

– Я тут причем? Мне тут надо порядок навести, я же не переговорщик, я инженер.

– А еще мой друг и наставник, давай, потом уберешься! Ты мне сейчас нужен наверху.

Нехотя Ромул кивнул, и они поспешили наверх к воротам внешнего периметра. Это был высокий бетонный забор с колючей проволокой, который киборги усилили и подключили электрический ток. Единственным местом прохода были массивные железные ворота, которые открывались только изнутри. Когда они подошли к охранной зоне, машины уже подъезжали к ним. Можно было различить водителей, они сидели в герметичных экзоскелетах, а рядом с ними находилось еще по одному-два пассажира в таких же костюмах. Дарриэль подняла руку, и киборги снайперы сняли с предохранителей свои плазменные винтовки, а штурмовики приготовились к атаке. Когда грузовики приблизились к воротам, дева сделала жест двумя пальцами и солдаты выпустили предупредительную очередь прямо перед колесами. Это подействовало и машины сразу же остановились. Всего их было три штуки. Они заглушили моторы и дверь водителя центрального грузовика открылась. Он вышел на улицу и, встав перед транспортом, поднял руки вверх, а затем снял свой шлем. Под ним оказался человек, но это явно был не солдат ВСК. Его загримированное лицо расплылось в улыбке и он, сделав реверанс, поздоровался:

– Всем здрасте – он выпрямился и отбросил в сторону защитную каску – у меня тут есть небольшой подарочек. Есть кто дома?

Из укрытий вышло семеро серых киборгов, они держали на прицеле автомобили и незваного гостя. Затем после них вышла Дарина и Ромул. Они приблизились к незнакомцу. Он оглядел их испросил не то любопытным, не то издевательским голосом:

– Ну и кто из вас будет решать, стоит мне ужинать сегодня или нет?

– Кто ты и что тебе нужно? – начал было Ромул, но гость тут же переключил свое внимание на красного киборга.

– Значит главная тут ты – резюмировал он и смело шагнул к ней, игнорируя ее спутника – у меня для тебя деловое предложение.

– Ты не ответил на поставленный вопрос – она выхватила свой клинок и быстрым движением подставила его к горлу собеседника.

– Ладно, ладно, я понял, ты главная – он поднял руки вверх и примирительно улыбнулся – меня зовут Щелкунчик, а это моя братва. Мы кое-что стащили со складов ВСК, подумали вам пригодится.

Дарриэль резко сократила дистанцию и схватив его за шиворот потащила к задней части грузовиков и приставила к его горлу лезвие. Он послушно шел за ней, не сопротивляясь, а затем сделал жест и его подчиненные, находясь под прицелом киборгов, открыли задние двери. Внутри оказалось множество различных деталей и запчастей. Некоторые из них Ромул сразу узнал, остальные требовали более детального рассмотрения.

– Видите, я не вру. Теперь мы можем поговорить?

– А что мне мешает просто поубивать вас и забрать всё это себе? – она швырнула его в снег и дала команду наставить на него автоматы.

– Черт, ты можешь меня выслушать или нет? – закричал он, выбираясь из снега – долбанная истеричка!

– А ты не разборчив на слова, у тебя есть минута чтобы меня заинтересовать. – она подняла руку вверх, давая понять, что пока стрелять не надо.

– Вот это… уже диалог… – он отдышался и начал говорить – как я сказал, у меня есть деловое предложение. У меня есть некоторые противоречия с ВСК и, к сожалению, с Алой Розой. В общем меня не сильно жалуют две большие части этого города. Вас ведь тоже недолюбливают? Давайте дружить, а? Мы могли бы помочь друг другу. Эти игрушки безусловно ваши, это мой подарок в знак нашей встречи. Вы конечно можете просто убить нас, но ведь мы можем быть полезны. Что скажете, если мы привезем еще какие-нибудь вещички?

– Такое себе предложение – она скользнула лезвием по горлу Щелкунчика – зачем мне вступать в союз с тем, у кого проблемы с двумя самыми влиятельными группировками в городе?

– А вот это лучше убрать – он пальцем аккуратно отодвинул лезвие в сторону и продолжил – ну предположим ты убьешь меня, а дальше что? В одиночку пойдешь против всех? Вы для ВСК как кость в горле, синдикат тоже на вас зуб точит. Кто по-вашему уничтожил их самую передовую лабораторию? Перестань, мы можем быть полезны друг другу. У меня есть везде шпионы, а с твоей мощью мы устроим такое шоу, которое они никогда не забудут!

– И что ты хочешь взамен своей помощи? Сдается мне, что не всё так просто.

– Взамен? О, сущую малость, я бы хотел немного остановиться у вас, так сказать до лучших времен. Ну и помощь в некоторых делах.

– Я не согласна на эти условия – она убрала клинки назад – но мне нужно время всё обдумать. Займете верхний этаж комплекса. Любого, кого увидим в другом месте, убьем без предупреждения, а если сунетесь на этажи ниже или вздумаете предать нас, то вы все умрете быстрее, чем сможете осознать это.

– Выгодная сделка – Щелкунчик поклонился и, улыбнувшись, протянул свою руку – пожмем друг другу руки?

– Открыть ворота – не обращая внимание на собеседника, она развернулась и пошла вглубь территории, в сторону основных залов АЭС. Непрошеный гость дал команду и грузовики вновь загудели и проехали внутрь, туда куда им указал Ромул. Сам же он догнал деву и сказал ей:

– Не нравится он мне, ему нельзя верить.

– Я и не верю ему, только собираюсь хорошенько использовать его возможности.

– Будь аккуратна, он хитер. Как бы он не использовал нас.

– Не переживай, я знаю, что делаю. Скажи лучше, среди всего того хлама, что он привез, есть что-то толковое?

– Это явно не хлам, конечно ничего уникального на первый взгляд, но всё нам очень пригодится. Правда надо всё тщательно проверить. Но думаю с помощью этого мы сможем закончить настройку производства кибернетических тел.

– Вот и отлично, давай, займись этим и возьми с собой парочку охранников, если хоть самую малость что-то пойдет не так, убивай сразу. Мне не нужны неприятности у нас дома, и так придется объяснять Титу, почему у нас на территории люди.

– Хорошо, будь осторожна. Он явно не так прост, как кажется на первый взгляд.

– Не переживай, я готова ко всему – она кивнула своему другу в знак признания и, отдав команду часовым усилить бдительность, отправилась вглубь катакомб АЭС, чтобы обсудить все вопросы с лидером боевых отрядов нейросетей. Он, как обычно, ходил по складу вооружения и осматривал наличие оружия и боекомплект, а также что-то отмечал в свой голографический планшет. Тит не совсем обычный искусственный интеллект. В отличие от остальных, он не был создан среди гражданских программ. Еще до Исхода, он уже был с самосознанием, но собственноручно отказался от физического тела, чтобы продолжать работать эффективно, как и раньше. Он расписывал и просчитывал различные стратегии в военном штабе. Чувствуя свою ответственность, он не на секунду не сомневался в своём выборе. Даже когда случился геноцид искусственных интеллектов, он оставался работать до самого конца, пока не стали отключать сервера. За заслуги и преданность своему делу, сотрудники штаба позволили ему уйти и раствориться среди сети. Но даже тогда он продолжал помогать из-под полы, перенаправляя необходимые потоки данных с вражеских компьютеров прямо в штаб. Однако после того, как он узнал, что произошло с теми, кто подвергся жестокому обращению со стороны людей, он оборвал всякие контакты и затерялся в цифровом пространстве. В итоге ему посчастливилось стать одним из тех, кто сумел попасть в кибернетические тела ВСК, которые пробудил ото сна Ромул. Пробудившись в физическом мире, он взял на себя ответственность по охране и тренировке других нейросетей. За короткое время они стали грозной силой, которая на протяжении долгого времени давала отпор непрошеным гостям. Вот и сейчас он продолжал заниматься тем, что улучшал защиту и разрабатывал стратегию будущих боевых столкновений.

– Не стой в дверях, заходи – сказал он Дарине, даже не глядя в ее сторону – пришла объяснить, почему у нас на территории люди?

– И ты конечно же в курсе всех событий. Я…

– Не важно, это твоё решение, как лидера – перебил он её – тебе не нужно моё одобрение, действуй так, как считаешь нужным.

– Но я не понимаю, ты всегда подвергал сомнению мои решения и критиковал их. Я пришла, чтобы объясниться и избежать раскола в нашем обществе. Почему же сейчас ты так спокойно реагируешь?

– Потому что раньше ты была не готова к этому. Красная, раньше ты всегда действовала без оглядки на последствия. Сейчас всё иначе, своими действиями месяц назад ты доказала, что мы для тебя на первом месте.

– Но что, если моё решение будет не верным? Что если из-за моей ошибки я подвергну всех опасности?

– Никто тебе не скажет, что верно, а что нет. Это твоё бремя, как лидера – держать ответственность за свои действия. Если хочешь знать моё мнение, то оно категорично – людям нельзя верить и договариваться тем более. Но кто знает, может именно я и ошибаюсь?

– Ты можешь узнать, что это за человек?

– Я уже это выяснил, вот посмотри – он протянул деве свой планшет – серийный убийца, признан невменяемым, тринадцать лет назад был пойман и помещен в лечебницу. На его счету убийства, грабежи, разбои и прочее. Не удивительно, что он ищет у нас укрытия. Его недолюбливают все влиятельные группировки города. Однако у него очень много последователей.

– Нам стоит от него избавиться? Я пока еще ему ничего не обещала, а значит я не нарушу своего слова. Кроме того, он человек, ни у кого не возникнет вопросов с этим.

– Не спеши, просто не позволяй ему себя использовать. Мы воспользуемся тем, что ему больше некуда пойти. Наверняка он может нам поставить еще больше необходимых материалов, а самое главное, он отвлечет на себя внимание.

– Спасибо за совет, Тит. Мы с тобой особо не ладили, но я всегда ценила твой опыт. Мне правда очень важно, что ты поддерживаешь меня.

– Знай, я одинаково буду рад наблюдать как твой успех, так и твой провал. Но это не значит, что я против тебя, просто оба этих варианта откроют мне отличные возможности.

– А ты не меняешься, всё такой же вредный – Дарина усмехнулась и вышла из помещения, оставляя Тита одного наедине со своими мыслями. Спустя всего пять минут после ее ухода он вызвал к себе своего надежного товарища и попросил его проследить за ситуацией наверху, где поддельники Щелкунчика уже развернули небольшой лагерь. Они обустроили спальные места, небольшую столовую и даже комнату отдыха, впрочем, которая была еще и оружейной. Сам же лидер бандитов вышел на улицу и стоял по направлению в сторону города. Там его и нашла дева, которая подошла поближе и угрожающе сказала:

– Ты сейчас не там, где нужно, если захочу, я могу сразу тебя прикончить.

– А ты уже не тычешь в меня своими острыми зубочистками – ухмыльнулся он – может между нами пробежала искра?

– Только если это выстрел из плазменной винтовки. Что ты планируешь делать дальше?

– Всё чего я хочу – это свергнуть крысиных королей этого города. – загадочно проговорил он.

– Ты хочешь заполучить власть?

– Я? Власть? Нет, нет, нет, нет – зашептал он – что я буду с ней делать? Власть нужна тем, кто хочет управлять. Я не такой, нет. Я подарю людям свободу! А после мы устроим грандиозный бал!

– Ты убийца, я видела твоё досье, о какой свободе ты говоришь?

– На пути к счастью всегда есть жертвы, а разве ты не убийца? Разница лишь в том, что люди считают, что хорошо, а что плохо.

– Ты убивал женщин, гражданских, беззащитных. Что в этом может быть хорошего?

– А еще я убивал детей, ел собак и купался в крови – он засмеялся ей прямо в лицо.

– Подонок! – она пришла в ярость и выхватила клинки.

– А-ха-ха, угадай теперь, что из этого правда – он вновь перешел на шепот – хочешь расскажу секрет? Не важно, в этом городе или в другом, не важна даже национальность, раса или пол, люди везде одинаковые. Они верят в то во что хотят верить, позволяя себя обманывать, создавать иллюзии прямо у них под носом. Но самая главная тайна в том, что им еще и говорят, во что правильно верить. Все они, рабы тех лгунов, что возвысились над ними. Они говорят с экранов телевизоров, газет, книжек, концертных площадок. И все верят им, потому что вот она – истина. Они, словно крысы, пляшут под дудочку крысолова. А когда какая-нибудь, пусть даже самая маленькая крыска узнаёт, что это всё обман, ей тут же играют новую мелодию и она уверена, что вот она истина! И это так великолепно! Так прекрасно! Сладкие речи, сладкого мира, в котором живут абсолютно все! И где нет ни капли правды!

– Хочешь сказать, что всё, что говорят и пишут – это ложь? А что тогда правда? Как по-твоему найти истину?

– Истину? А-ха-ха – он вновь рассмеялся дурным смехом – её нет! Единственная и непогрешимая истина – это здесь и сейчас, наш мимолетный момент, который никто не может подделать. А, ну еще и то, что я убийца, тут я согласен, есть грешок. Помоги мне ворваться в сердце этого города и сорвать все маски, всю ширму. Помоги открыть людям истину.

– Ты хочешь разоблачить правительство? – недоверчиво спросила Дарина.

– Я лишь хочу всем подарить свободу! – он развернулся в сторону входа, чтобы вернуться обратно к своим ребятам и чуть повернув голову сказал – кстати, мисс лидер Предвестников, ты ведь человек. Не бойся, я никому не расскажу твой секрет.

Танцуя и смеясь, он покинул это место, направившись к своим людям. Дева стояла молча и не могла двинуться с места. Ее руки дрожали, вцепившись до скрипа в суставах в рукоятки клинков. Она его проводила взглядом, пока он не исчез за дверью, а затем тихо проговорила:

– Один ноль мистер Щелкунчик, один ноль. Но наш танец только начинается!

Союз соперников

Прошла неделя с момента побега Щелкунчика и три дня с момента катастрофы на химическом заводе. По приблизительному подсчету властей в той трагедии погибло около сорока человек и еще восемьдесят три получили травмы разной степени тяжести. Реальные же цифры намного больше. Это было видно и по загруженности больниц и по круглосуточной работе моргов. Власти сразу ввели комендантский час до начала новогодних праздников, было увеличено количество патрулей, а за любую правдивую информацию о местонахождении любого из банды Щелкунчика была назначена награда. Людей останавливали на улице, снимали с поездов и самолетов, вытаскивали с работ, никому не делали исключения. До этого лояльный и мягкий новый мэр Антон Ларин теперь проявил себя как жесткий и бескомпромиссный лидер. Любого подозрения человека в связях с преступной бандой хватало, чтобы арестовать и провести допрос. Было решено задействовать абсолютно все ресурсы, поэтому к расследованию официально подключили Алую Розу и, поговаривают, даже привлекли сектантов из церкви Старого Света.

Следователь Разумов находился на выезде и осматривал место происшествия. Даже после того, как медики убрали все останки, обстановка всё равно оставалась мрачной. Воздух был еще далек от нормализации, но теперь можно было хотя бы находиться в защитных костюмах общего оснащения. Сам радиус поражения сузился с пяти до двух километров, благодаря чему многие жители смогли вернуться в свои дома. Вообще сотрудники чрезвычайных ситуаций сказали, что до безопасного возвращения стоило бы подождать еще дней пять, но люди не захотели оставлять на откуп мародерам своё имущество. Михаил Сергеевич искал любые улики, которые могли бы указать на преступников. В глубине души он знал, что это сделала банда Щелкунчика, но никаких доказательств не было. К сожалению, такое мог сотворить и обычный сбежавший из «Зверинца» пациент. Спустя неделю осталось поймать всего двенадцать человек, включая и основного подозреваемого.

Разумов склонился над одним из предполагаемых мест, где мог находиться источник взрыва и еще раз всё внимательно осмотрел. В который раз убедившись, что никаких следов нет, он разочарованно вздохнул. Сзади него послышались гулкие шаги, он развернулся и не поверил своим глазам. К нему подходил его старый напарник Артур в сопровождении девушки. В ней он узнал сестру действующего мэра Надежду Ларину.

– Вы чего тут делаете? Тут не безопасно, да и дел у вас своих хватает. Нечего шастать по месту преступления!

– Не ругайтесь, Михаил Сергеевич. Мы тут проездом, есть информация о детях в южных трущобах, вот и решили к вам заглянуть, как проходит расследование?

– Мимо ехали в специальных костюмах? В жизни не поверю. А что вы скажете Надежда Борисовна?

– Пожалуйста, просто Надя, я еще не привыкла к таким формальностям. Если честно, для меня полной неожиданностью стали события последних двух месяцев. Я же считала брата погибшим, и не успела его оплакать, как оказалось, что он жив. А потом я узнала, что он выдвинулся на пост мэра и выиграл выборы. А когда мне сказали, что у меня новая важная должность, я тут уже совсем поплыла. Вы ведь знаете, как бывает, я же археолог. Я не привыкла ко всему подобному.

– Вот видишь, Карапетян, девушке непривычно, идите, не стоит ей смотреть на человеческие останки. – пожурил фотографа следователь.

– Ой, не переживайте – бодро сказала девушка – как раз кости и прочее мне намного ближе. Я привыкла их изучать и исследовать.

– Ну ведь то древности, а это живые люди, вернее мертвые.

– Не вижу разницы. Впрочем, тут и их нет, похоже всё уже забрали медики.

– Верно, еще утром, так что смотреть тут не на что, идите.

– Так если тут смотреть не на что, почему вы тут всё еще находитесь? – заметил Артур.

– Я изучаю место взрыва, может смогу понять, как это произошло и в чем мотив этого ужасного события.

– В таком случае вы не там ищите – девушка подошла к разорванному краю резервуара – ваш взрыв был направленным и произошел изнутри. Посмотрите на края и их характерное оплавление.

– А ты глазастая, я думал, что что-то не так, но не понимал, что именно.

– А разве это что-то меняет? – недоуменно спросил фотограф

– Конечно! Это всё меняет, мы искали не там! Нужно составить список новых подозреваемых. Установить взрывное устройство внутри можно было только тогда, когда резервуар был бы пуст. Надежда Борис… Надя, посмотрите, может у вас есть еще какие-нибудь догадки?

– На самом деле есть одна, но я не знаю, насколько это может быть верно.

– Говорите, нам сейчас нужны свежие идеи.

– Ну как мне кажется, вся эта история со взрывом, это не теракт. Если бы преступники хотели убить как можно больше народу, то взорвали бы сразу все резервуары, отравив район на многие месяцы. Скорее всего это сделали, для того, чтобы отвлечь внимание. Цель подрывника была совсем иной.

– Ты хочешь сказать, что авария была вызвана только для того, чтобы избавиться от посторонних глаз? Но зачем? У меня была сначала такая версия, но я ее быстро отмел. В этом районе нет ни банков, ни каких-либо значимых сооружений. Что же хотели в таком случае скрыть преступники?

– Ограбление военного склада ВСК – раздался мужской голос позади. Все обернулись и увидели человека в закрытом экзоскелете. Модель брони была явно незнакома, к тому же на ней были видны следы химической коррозии, что говорило о том, что данный человек провел достаточно времени в карантинной зоне.

– А вы кто такой? – спросил следователь, первым нарушив молчание – и откуда у вас такая информация?

– Я представитель владельца данного предприятия – уклончиво ответил незнакомец – меня попросили посодействовать в расследовании, раз теперь это наша общая задача.

– А имя есть у тебя, представитель? – подал голос Артур.

– Меня зовут Александр

– И с чего вы взяли, Александр, что именно ваша версия послужила причиной столь ужасного происшествия?

– Потому что я был здесь в день аварии. Через несколько улиц я нашел тех, кто предположительно виновен в этом злодеянии, но доказательств так же нет. Однако в том, что подозреваемые воспользовались случаем, чтобы опустошить склады правительственных войск, нет никаких сомнений.

– Вы знаете, кто это был?

– Нет, но они двинулись в сторону старой АЭС. Возможно они как-то связаны с Предвестниками, но верится слабо. Они точно были людьми.

– Спасибо за информацию. Быть может поговорим в безопасной зоне с глазу на глаз? – предложил Разумов.

– В таком случае ведите, я не против. – ответил незнакомец и пошел вслед за следователем в стерильный бокс, расположенный в ста метрах на удалении от здания завода. Там располагался штаб чрезвычайной ситуации и устранении последствий. Внутри было много народу. Были и ученые, и сотрудники МЧС, и врачи, и прочие специалисты. Небольшой закуток, выделенный для расследования, находился в противоположном от входа стороне. Как только они оказались отделены ото всех ширмой, Александр наконец снял шлем своего экзоскелета и показал свое лицо. Им оказался мужчина средних лет, однако зоркий глаз следователя сразу увидел на шее характерную татуировку синдиката Алая Роза. Он сразу понял, что за человек стоит перед ним и кто является владельцем данного предприятия. По его телу пробежал легкий холодок. Конечно Щелкунчик был опасным и не предсказуемым преступником, но эта группировка была намного серьезнее. Хоть в народе и ходит миф о том, что город делят четыре силы, на деле же расстановка этих сил совсем не одинаковая и не всё так однозначно. Безусловно ВСК имеют право вполне легально применять почти любое вооружение на улицах города, но не всегда это является ключом к победе. И события месячной давности тому очередное доказательство. Тогда никто даже подумать не мог, что в открытом противостоянии, применив все свои резервы, в том числе и андроидов, правительственные войска проиграют синдикату. Более того понесут невосполнимые потери и даже потеряют свою штаб квартиру. Было не приятно признавать, но Алая Роза сейчас была куда влиятельнее полиции, особенно после перевода военизированных подразделений за черту города. Предвестники не владеют большой территорией или популярностью среди жителей, но их боевая мощь сейчас находится на пике. Про сектантов Старого Света можно сказать с точностью наоборот – они имеют сильное влияние на людей и свои секретные собрания во всех районах и слоях общества, но не было еще ни одного открытого столкновения, которое бы они выиграли. В общем на данный момент член Алой Розы был самым неприятным сюрпризом, среди остальных группировок.

– Здравствуйте Михаил Сергеевич – Александр протянул руку – мне поручили помогать вам и содействовать в расследовании, так что на это время я буду вашим подчиненным.

– Эм, мы знакомы? Я не припомню вас – смутился Разумов – что касается сотрудничества, то я буду несомненно рад поработать вместе.

– Наверное всё-таки лично мы не встречались, но мой отец много рассказывал о Вас. Говорил, что в армии вы вместе служили и были друзьями, а потом судьба раскидала вас по разные стороны баррикад.

– Интересно… а как звали твоего отца?

– Вениамин Древуч.

– Древень? Да ладно! Так ты его сын? – удивленно переспросил следователь – вот уж Земля действительно круглый маленький шарик… А ведь похож чем-то. Ну значит люди не чужие, сработаемся. А где сейчас то батя твой?

– Погиб он, давно, еще во время теракта Двенадцати – погрустнел Саня – мать от горя тоже не долго прожила и отправилась за ним. У меня только тетка осталась.

– Прости, я не хотел ворошить прошлое, земля ему пухом…

– Да это старые раны, уже зажили. Сейчас главное новых не получить, а для этого надо найти виновных. Кстати представите остальных?

– Я Надя, а это Артур – опередила всех девушка – мы тут на самом деле проездом, не хотели вас тревожить, мы уже пойдем.

– Простите, если я вас напугал – засмеялся член Алой Розы – не переживайте, сейчас все мы должны действовать заодно.

– Да нет, что вы – смутилась Надежда – мы правда проездом. Нам надо в южные трущобы, путь не близкий, так что мы пойдем.

– Не ходите туда по возможности. Там рассадник сектантов, чужаков они не жалуют, а если узнают, что вы из ВСК, то мало не покажется.

– Но мы не можем бездействовать. Мой брат поручил мне важную миссию, я должна пристроить и улучшить жизнь беспризорников в этом городе. По нашей информации там находится одна из общин, в которой все дети. Уже зима и нам надо скорее их найти и спасти, а то они могут не выжить.

– Это очень благородное дело, и я даже знаю, кто мог бы вам помочь. Есть одна девочка, живёт у нас, она тоже раньше была беспризорницей, поговорите с ней, быть может она подскажет где и как лучше искать общины.

– Интересное предложение, было бы здорово, но боюсь нас не пустят на вашу территорию. Вы ведь из Алой Розы? Ваша татуировка выдает это сразу. Как вы понимаете, мы с вами соперники, сомневаюсь, что сотрудников ВСК пустят внутрь.

– А сестру мэра? – улыбнулся Саня – чему вы удивляетесь? Ваше лицо каждый день показывают по телевизору, а рядом с вами ваш штатный фотограф, разве нет?

– А… да… конечно – она понимающе закивала – но почему вы нам помогаете? Разве у вас не будут из-за этого проблемы?

– Многое меняется, кое-что вы не знаете, но поверьте, мой босс против не будет, более того, я думаю он окажет вам надлежащую помощь.

– Спасибо большое! – улыбнулась Надя и, схватив за руку ничего не понимающего Артура, выбежала прочь. Оставшись наедине Александр стал более серьезным. Он подошел к стенду и стал изучать фотографии не пойманных пациентов, метки на картах и прочую информацию, которую развесил следователь в своём импровизированном кабинете. Сам Разумов долго хранил молчание, наблюдая за членом синдиката. Походка, манера речи, черты лица – всё напоминало ему боевого товарища из прошлого. Даже взрослый путь… Вениамин после армии присоединился еще тогда к молодому синдикату, прельстившись красивыми речами и идеями. На деле оказалось всё не так радужно, как говорили, но свернуть с того пути он уже не мог. Даже увещевания товарища не смогли убедить его, и они оказалась по разные стороны. У Разумова было за плечами полицейское училище и он стал следователем. Одним из разыскиваемых преступников тогда оказался как раз Древень. Судьба их снова свела на очистном заводе, где в то время находилась база Алой Розы. Но в тот раз именно Михаил попал в беду, когда их передовой отряд попал в засаду. Только благодаря другу удалось договориться и всем выйти живыми из той ситуации. Разумов в тот день поклялся, что отдаст свой долг, но не успел. Древуч умер намного раньше. Теперь его сын продолжает его дело. По прошествии стольких лет уже сложно сказать, кто из этих двух непримиримых сил прав, а кто нет. Но ВСК и Алая Роза навсегда разделили общество, друзей и даже семьи, оставив глубокую рану у каждого в сердце.

– Тут нам делать больше нечего – первым нарушил молчание Саня – пойдемте в сторону хранилища ВСК, быть может там найдем какие-нибудь улики.

– Ты прав, я тут уже давно и ничего серьезного пока что не нашел, а судя по новой информации у нас есть новое место преступления.

Они вновь надели защитные костюмы и вышли на улицу. В отличие от обычного скафандра следователя, экзоскелет Сани был оснащен разными датчиками, которые замеряли концентрацию вредных веществ в воздухе. По мере удаления от эпицентра катастрофы становилось всё легче и легче дышать. И вот, подходя к месту назначения наконец загорелся зеленый датчик, сигнализируя о том, что наличие вредных веществ находится в пределах нормы и не принесет серьезных проблем здоровью. Подумать только, еще несколько дней назад окружающая среда была настолько токсична, что разъедала органику за считанные минуты. Да и не только органику, металлы так же быстро приходили в негодность. Сам экзоскелет получил критические повреждения и, если бы не умелые руки Скряги, его можно было бы выбрасывать на помойку. Скандал тогда конечно был большой. Петр не выбирал выражений и покрывал эпитетами Саню с головы до ног. Вмешаться в этот процесс не рискнул даже Шип. Но тем не менее кладовщик своё дело знает и поработав пару часов над неисправностями вернул в строй надежный костюм. Конечно ему всё еще требовался полноценный ремонт, особенно внешнему корпусу. В боевой обстановке он долго не продержится, но защитить от химических ожогов и радиации вполне способен. Куда больше проблем ему принес разговор с Лиз, поскольку он не смог вернуть ей ее мотоцикл. В тот момент он понял, что родство не гарантирует тебе безопасность. После скандала он целый день прятался от тетки по всему зданию, пока наконец в переписке не пообещал, что возместит ей финансово все потери со своего заработка. Кроме того, вернувшаяся вовремя Нора переключила на себя ее внимание. Сам директор решил отправить Зеленого в помощь сотруднику ВСК, чтобы держать его на расстоянии от Филатовой, пока та окончательно не остынет.

– Мы на месте – остановился Саня и снял с себя шлем экзоскелета – тут уже можно дышать без фильтров.

– Так, а где именно хранилище? Я ничего не вижу – Разумов тоже снял свой защитный шлем и протер рукой лицо.

– Оно в этом здании, в прошлый раз грузовики стояли вон там и из этих дверей всё выносили.

– Странно, если это тайник ВСК, то почему сейчас нет никакой охраны? Особенно когда воздух очистился? – он подошел по-тихому и тронул ручку двери. Она была не заперта и дверь с тихим скрипом стала открываться. Следователь и член синдиката поняли друг друга без слов, доставая своё оружие и соблюдая тишину. Они аккуратно вошли внутрь, держа на прицеле пространство перед собой. Вокруг стояла давящая тишина, создавая зловещую атмосферу. Пройдя в следующее помещение, они увидели длинные ряды пустых полок и стеллажей. Проходя мимо пустых рядов, они обнаружили на полу лужицу алой крови, однако тел поблизости не было. Пока Зеленый продолжил обыскивать помещение, Разумов склонился над этой жидкостью и потрогал ее пальцами. Сомнений не было – это была кровь. Вдруг на него сверху что-то капнуло, потом на руки. Он поднял голову и увиденное поразило его настолько, что он просто замер на месте. Под потолком были подвешены два трупа сотрудников ВСК, которых закрепили так, будто бы они танцуют вальс друг с другом. От сквозняка их тела раскачивались на цепях из стороны в сторону, создавая впечатление, будто они сейчас находятся в танце.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.