Светлана Камушкова
Гоблин из стенного шкафа

Глава 1

Если грубым быть и вредным,

Целый день страдать бездельем,

То однажды среди ночи

Гоблины придут к вам в гости.

Слышишь шорохи из шкафа?

Не дрожи теперь от страха.

Ловко схватят тебя когти

И утащат в свою норку.

Там другая жизнь настанет –

Сам же гоблином ты станешь!

А не надо быть упрямым,

Надо слушать папу с мамой,

Не грубить и не ругаться,

Людям чаще улыбаться.

(Детская считалка)

– Там правда кто-то был!!

Голос ворвался в сон, разбил его на сотни осколков. Дилан открыл вначале правый глаз, затем кое-как разлепил левый. В комнате было еще достаточно темно, так что мальчик даже засомневался, а не приснился ли ему этот крик. Чуть развернувшись, он протянул руку и нащупал на тумбочке круглый бок будильника, нажал на кнопку подсветки.

– Шесть утра, – чуть не застонал Дилан. – Да вы издеваетесь!

За стеной, в комнате младшего брата, снова заговорили. На этот раз не так громко, чтобы можно было разобрать слова, но и недостаточно тихо, чтобы снова уснуть. И накрыть голову подушкой тоже не помогло. Разбитый сон восстановлению не подлежал.

– Бли-и-ин! – Дилан отшвырнул одеяло и сел на кровати.

Конечно, можно подождать, не все же утро будут ругаться, но, с другой стороны, они его разбудили, как тут не высказать свое недовольство? Так что, зевая и пытаясь хоть немного пригладить растрепанные за ночь волосы, мальчик вышел в коридор и направился в соседнюю комнату.

– Вы тут совсем уже? – спросил он раздраженно, входя в спальню брата.

Тайлер и мама замерли возле распахнутой двери стенного шкафа. От звука его голоса они оба заметно вздрогнули. Не ожидали, что ли?

– Твоему брату показалось, что в шкафу кто-то есть, – устало объяснила женщина.

– Не показалось, – буркнул Тайлер и насупился, глядя на Дилана.

– Вы точно оба двинулись, – мальчик покрутил пальцем у виска. – Ты со своей дурной заботой, и этот… с его желанием привлечь внимание.

– Дилан! – Мама начала сердиться. – Хватит выражаться, и ты сам знаешь…

– Знаю! – Мальчик заметно повысил голос, дрожащий от злости. – Знаю, что мой брат уже не первый год притворяется, что такой весь больной и разнесчастный. И ты… Вечно ему веришь. Он дома сидит, пока я в школу хожу. А давай и я начну болеть? Совсем уже с ума сходит от безделья, теперь ему монстры в шкафу мерещатся. Тайлер, в такие вещи в твоем возрасте перестают верить! Может отец из-за глюков моего брата и ушел…

– ДИЛАН!! – Женщина выкрикнула его имя, но что еще сказать, не знала.

Не в первый раз ее старший сын срывается на брата, устраивает скандалы. А еще сбегает из дома, идет наперекор взрослым, хамит, дерется, задирает младших… Она потерла переносицу и глубоко вдохнула, успокаиваясь.

– Так! Оба! Хватит!

– Чего хватит? – Дилан явно не собирался останавливаться. – Вы меня разбудили, в субботу утром, а теперь мне еще и хватит.

– Никто тебя не будил, – подал голос Тайлер.

– ХВАТИТ! – Рявкнула их мама. – Оба наказаны. Сидите оба дома.

– А я и не хожу никуда, – довольно громко шепнул ее младший сын, но она его высказывание проигнорировала. Как, впрочем, и попытку возмущения со стороны Дилана.

Уже в коридоре она услышала, как мальчишки начали обычную для них перепалку. Иной раз женщина думала, а не устроить ли им общую встречу с психологом, или может просто сходить вместе в кафе, в кино, банально вечером на кухне пообщаться. Но ни времени, ни сил не было. В споры сыновей она не лезла, тем более что старший стал просто неуправляемым. Хорошо еще до драк в доме доходило редко.

Стоило маме выйти из комнаты, как братья набросились друг на друга с обвинениями:

– Это все из-за тебя, – гаркнул Дилан на Тайлера.

– Ничего подобного, ты сам вечно злишься на пустом месте. – Его брат тоже начал повышать голос.

– Трусишка мелкий, – Дилан шагнул к шкафу, заглянул внутрь, но ничего кроме коробок с вещами и одежды, развешанной по стенам, не увидел. – Тебе вечно что-то мерещится.

– Ничего не мерещится, – фыркнул Тайлер. – Там точно кто-то есть, но он исчезает, стоит подойти.

– Труси-и-ишка, – Дилан хохотнул брату в лицо, а потом резко толкнул в плечо.

Младший мальчик, не устояв на ногах, плюхнулся на пол. Сжав кулаки, он уже хотел было вскочить и дать сдачи обидчику, но передумал. Брат всегда его побеждал, он просто был сильнее, более ловким.

– И слабак, – Дилан откровенно насмехался над братом.

Впрочем, ему это быстро надоело. Фыркнув для приличия, старший отправился в свою комнату, досыпать. Тайлер остался один. Несколько минут он сидел на полу, борясь с предательскими слезами, а затем, немного успокоившись, запер дверь шкафа на ключ и забрался в кровать.

Нет, ему и правда не мерещилось. Вот уже второй месяц он слышит шорохи, словно кто-то невидимый пытается пролезть между коробок. Два месяца Тайлер намекал родным, что со шкафом что-то не так, но ему не верили. Да и, скорее всего, привык бы он к этим шорохам, но сегодня ночью кроме знакомых звуков он услышал и тихие голоса. За дверцей шкафа кто-то был, и этот кто-то явно хотел попасть в его комнату. Вот Тайлер и не выдержал, побежал за мамой. Но когда они открыли шкаф, внутри и намека не было на чье-либо присутствие. Обидно, теперь все думают, что он врет, а может и того хуже. И Дилану лишний повод над ним поиздеваться. А ведь раньше они с братом дружили. Раньше, это когда Тайлер только начал ходить в школу. Два года назад.

Тогда отец еще жил с ними, и гуляли они вместе, и играли. А потом папа уехал, просто так, ничего не объяснив, через пару дней только позвонил и сказал, что не вернется. И может от обиды, может от переживаний, но Тайлер стал болеть все чаще и чаще. Обязательно раз в месяц поднималась температура, сжимало грудь, было трудно дышать. Врачи сказали: что-то с легкими, и рекомендовали домашнее обучение.

Дилан тоже изменился. Стал злее, все чаще срывался на брата и обвинял его и в том, что отец ушел и во вранье. Но разве Тайлеру хотелось болеть так часто? И как это объяснить брату, если тот не слушал? Обидно.

Тайлер прислушался, но в комнате было тихо. Из шкафа не доносилось ни звука. Устало вздохнув, мальчик закрыл глаза и практически сразу же провалился в сон.

В отличие от брата Дилан уснул не сразу. Он долго ворочался с боку на бок, раздраженно пинал одеяло и бил подушку. Его злило и отношение мамы, и слабость брата. Злило почти все. Создавалось впечатление, что весь мир был против него.

«Ну и ладно, – думал мальчик, вглядываясь в молочные утренние сумерки, заполняющие комнату. – Нельзя гулять, так я домой друзей позову. Пусть тогда и бесится»

План ему нравился. Утром надо будет разослать сообщения знакомым мальчишками. Можно будет устроить посиделки в комнате, специально подъесть побольше из холодильника. А если начнут ругаться – просто взять и сбежать до ночи из дома. Вот тогда пусть мама хоть злится, хоть кричит. Не в первый раз.

Дилан уже давно перестал думать, что мама волнуется или переживает за него, и подобные выходки забавляли.

Днем все получилось как нельзя лучше. Мама ушла на очередное то ли собрание, то ли встречу, и Дилан оперативно зазвал в дом трех одноклассников. Устроившись в гостиной перед телевизором, мальчишки оккупировали игровую приставку. И было даже весело, но тут Тайлер решил, что можно читать старшему брату нотации.***

– Мама же сказала, что ты наказан, – довольно громко напомнил он Дилану.

– Она сказала сидеть дома, а про «звать друзей» уговора не было, – буркнул на него брат, не отвлекаясь от игры.

– Но и разрешения не было, – не унимался Тайлер.

– Сгинь, мелочь, – не выдержал Дилан. – Иди играй со своими монстрами в шкафу.

Тайлер засопел от обиды, но одного из одноклассников фраза заинтересовала.

– У твоего брата, что, детские страхи не прошли?

– Ага, – Дилан охотно развил тему, лишний раз задеть брата ему даже нравилось. – Сегодня мамочку позвал, чтобы она его спасла.

Мальчишки хохотнули. И, возможно, разговор забылся со временем, но Тайлер обиды не стерпел.

– А я тебе говорю, что не придумал, я знаю, что там кто-то есть!

Дилан отложил джойстик и внимательно посмотрел на брата, в голове рождался план, как еще можно повеселиться.

– Что, правда? Ну, пошли, покажешь нам свой волшебный шкаф.

Гости переглянулись. Когда Дилан так улыбался, следовало ждать очередного розыгрыша. Уж на них он был мастер. Поднимаясь по лестнице в спальню брата, мальчик полностью продумал план, и входил он в комнату как актер на сцену.

– Дамы и господа, – Дилан, кривляясь, попытался спародировать ведущего популярного шоу. – Сейчас мы с вами попробуем доказать моему несмышленому брату, что все монстры в шкафу лишь плод его богатого воображения. Правда, сделаем мы это на условиях спора. Я проведу в шкафу десять минут, отдав себя на растерзания монстрам и неизвестности, пусть делают со мной что хотят. И если они и правда заявят о себе, то я обещаю, что больше никогда не обижу своего брата и буду уважать все его решения. Буду относиться к нему, как к старшему. А если нет…

Дилан выдержал эффектную паузу и хитро улыбнулся Тайлеру.

– Если нет, то мой брат отдаст мне свои денежные сбережения. Немалые, надо вам сказать, уж я-то знаю. Итак, ты согласен?

Он протянул брату руку, предлагая скрепить договор.

Тайлер прекрасно понимал, что условия неравноценны, но отступать было глупо, да и азарт уже захватывал. Насмешка брата разозлила мальчика.

– Согласен, – он сжал ладонь Дилана.

Гости радостно завопили, победа старшего из братьев была явной и легкой. Кто-то достал телефон, чтобы засечь время. Дилан же, отвесив театральный поклон, резко распахнул дверь шкафа. На какой-то момент ему показалось, что там в глубине, за коробками, и правда кто-то есть, но он лишь отмахнулся от столь глупой мысли. Дверь закрылась, отрезав его от светлой и уютной комнатки. Погрузив в темноту и тишину.

Ждать оказалось довольно скучно, но все терпели. Из шкафа не доносилось ни звука, и Тайлер уже начал думать, что его брат там уснул.

– Сколько времени прошло? – лениво спросил кто-то из гостей.

– Семь минут, – так же лениво ответил ему следивший за временем

– И что это тут происходит? – раздался женский голос из коридора, а через секунду в комнату вошла хозяйка дома.

– Мам, а мы тут это… – Тайлер явно стушевался перед матерью.

– Здрасьте, – в один голос сказали мальчишки и одновременно покосились на шкаф.

– Так! – Женщина проследила за их взглядами. – Дайте угадаю, Дилан решил спрятаться в шкаф назло брату?

– Не назло, мы поспорили, – объяснил ей Тайлер, но сделал только хуже.

– Еще не хватало, – его мама, возмущенно вскрикнув, резко открыла дверь шкафа. – Дилан, ты что себе….

Фразу она не договорила, так как взору ее предстал пустой шкаф. Нет, вещи все остались на местах, но вот ее старшего сына внутри не было.

– Та-а-ак, – женщина повернулась и холодно осмотрела на присутствующих. – Что все это значит?

Ей никто не ответил: все мальчишки, включая Тайлера, стояли, открыв рты, не веря своим глазам. Ведь они сами видели, как Дилан зашел внутрь… и вот теперь его нет. Было и не стало. Испарился что ли? А может, знал, как выбраться из шкафа?

– Там второй выход есть, да? – спросил кто-то из мальчиков у Тайлера.

– Нет, – мотнул тот головой. – Обычный шкаф.

– А может он в коробку какую залез?

– Ага, а мы не услышали?

Хозяйка дома смотрела на мальчиков и не знала, что думать. По лицам видно – не шутят. Но как им поверить? Ее старший сын исчез из шкафа? Что за бред. Наверняка выбрался тихонько, а остальные и не заметили. Вот сейчас придет и скажет: я вас всех надурил. Но время шло, Дилан не появлялся.

– Дилан! – Женщина крикнула так, что звякнула забытая на столе чашка. – Дилан, немедленно иди сюда.

Тишина. Ни звука в ответ.

– Мама, он не мог вылезти из шкафа мимо нас, – тихо сказал Тайлер.

– Глупости, – она отмахнулась. – Просто он прячется, дурачится.

Мальчишки закивали, хватаясь за такое объяснение ситуации, но Тайлер просто не мог поверить. Шорохи в шкафу, потом брат пропал. Все это не просто так. Но как доказать?

– Все по домам, – скомандовала гостям мама, – Завтра уже новую игру придумаете.

Мальчишки расходились нехотя, оглядываясь на шкаф, перешептываясь. Тайлер слышал, как закрылась за ними входная дверь, как мама, ворча, начала наводить порядок. Мальчик все смотрел на шкаф, несколько раз открывал и закрывал дверь, словно фокусник, у которого сломался магический ящик, и кролик никак не желал показываться публике. Но ничего не менялось.

Его брат так и не появился. Ни к ужину, ни к утру. Мама провела всю ночь, расхаживая по дому и названивая знакомым – вдруг кто-то видел Дилана. Но безрезультатно. На следующий день вызвали полицию и заявили о пропаже. Но услышав о том, что возможный побег из дома не первый, стражи порядка лишь взяли приметы ребенка и посоветовали ждать. Если раньше приходил, то и сейчас вернется.

И потянулись дни ожидания. Дни, недели, месяцы. Прошел год, и в их семье установилось негласное правило – не говорить о Дилане. Тайлер понимал: маме больно и страшно, она пытается убедить себя, что сын вернется, не думать о плохом. Но в то, что его брат просто сбежал, он никак не мог поверить.

По ночам, лежа в кровати, Тайлер все надеялся вновь услышать шорохи в шкафу, а может и голос брата, хоть какой-то знак от него. Но ответом ему были лишь тишина. Что же произошло? Что случилось с Диланом после того, как закрылась дверь шкафа?

Глава 2

Дверь шкафа закрылась, и Дилан оказался в полной темноте, укутанный сухим воздухом, пахнущим деревом, бумагой и тканью. Мальчик хмыкнул, предчувствуя легкую победу, и сел на пол, приготовившись ждать. Чтобы совсем не заскучать, он начал отсчитывать секунды, складывая их в минуты. Счет был ровным и убаюкивающим, и вдруг прервался шорохом за спиной мальчика. Дилан замер, боясь повернуть голову: вдруг и правда монстры существуют? Но здравый смысл уже подкидывал иной ответ, более реалистичный: мыши. Все просто. В доме завелись мыши, и теперь вот бегают по полкам. Этим мелким много ли места надо? Дилан злорадно хмыкнул. Вот выйдет отсюда и поднимет брата на смех. Мышей он испугался.

Дилан уже хотел было обернуться, припугнуть серых вредителей, но тут произошло сразу несколько событий, навсегда изменивших судьбу мальчика. Во-первых, в спину ему ударил поток холодного воздуха. Во-вторых, шкаф наполнился запахами свалки: старых вещей, сгнивших продуктов и болота. И в-третьих, и это было самое ужасное, чьи-то цепкие когтистые лапки схватили Дилана за плечи. Мальчик от страха и неожиданности потерял дар речи, не веря в происходящее. Несколько секунд понадобилось, чтобы осознать ситуацию и понять: надо звать на помощь. Он уже хотел закричать, но тут еще одна лапа легла ему на лицо, зажимая рот, так что получилось издать только слабый стон. Отбиваться ему тоже не дали: невидимые твари схватили его за лодыжки и запястья, обхватили грудь, не позволяя дергаться. А потом куда-то понесли.

Темнота резко сменилась светом, и не электрическим, а солнечным, хотя, как стало понятно чуть позже, и приглушенным низкими облаками. Дилан все равно зажмурился – таким ярким он ему показался. Он чувствовал, что несут его по не очень ровной дороге, слышал, как свистит ветер, как переговариваются похитившие его существа. Что удивительно, мальчик улавливал в их речи знакомые слова.

«Тайлер был прав!» – вспыхнула вдруг в голове первая ясная мысль. И Дилан пообещал сам себе, что извинится перед братом, как только вернется.

«Если вернешься!» – полыхнула новая мысль, пропитанная отчаяньем и страхом.

Меж тем похитители принесли его куда надо. Хихикая и рыча, существа довольно грубо швырнули его на пол, судя по всему, каменный, и звук их шагов стал удаляться. Мальчик выждал несколько секунд (вдруг опять схватят) и рискнул открыть глаза. Свет здесь был уже не таким ярким, и позволял изучить обстановку. Впрочем, увиденное Дилана не обрадовало.

Его принесли в пещеру с неровными стенами, явно искусственного происхождения. Кто-то очень давно сложил их из всего, что под руку попалось: деревянной мебели и железных проржавевших обломков, досок, палок, камней. Все скреплялось комьями земли, на которой уже начинала пробиваться трава.

Вот и свалка, запах которой так яростно бил по носу. Дилан поморщился и рискнул встать на ноги. Несмотря на довольно грубую транспортировку и резкое падение на пол, ни синяков, ни ушибов он не ощущал. Уже хорошо. Теперь бы понять, что дальше. Пещера оказалась довольно длинной, и справа просматривался выход. Мальчик кожей чувствовал сквозняк. А вот что будет слева, куда уведет его пещера, думать не хотелось.

Конечно же Дилан пошел направо, осторожно ступая, стараясь лишний раз не шуметь и не привлекать внимание тех неведомых обитателей пещеры, что его сюда доставили. Вот только стоило ему выглянуть наружу, как выходить расхотелось. Их было слишком много, существ явно не человеческой природы, со свиными рыльцами вместо лица, телами, покрытыми серой шерстью, с длинными голыми хвостами, увенчанными серыми пучками волос, рогами на головах и копытцами вместо нормальных ступней. Они сидели на развалах мусора, что-то перебирая, или грелись на больших темных камнях, или по-звериному карабкаясь, перескакивали от одного мусорного завала к другому. Одни, почти голые, с телами, прикрытыми лишь кусками ткани, другие носили то, что еще можно было с натяжкой назвать одеждой.

Дилана затрясло. Постепенно он начал осознавать, что его не просто выкрали из родного дома, но и утащили куда-то очень далеко. Туда, где водятся вот такие монстры. И что-то ему подсказывало, что это уже не его родная реальность. Но возможно ли такое?

– С ума сойти, – мальчик прижался спиной к неровной стенке, и ему на голову тут же посыпалась какая-то труха. Пришлось спешно отряхиваться.

Все происходящее было слишком нереальным. Дилан даже подумал, а не сон ли все это. Для проверки больно ущипнул себя за руку. Затем еще сильнее и еще. Боль была вполне реальная, на коже тут же проступили синяки. Значит все происходящее – тоже правда. Дикая, безумная правда.

Теперь путь у него был только один – вглубь пещеры. Возможно, там куда безопаснее.

Удивительно, но по мере продвижения по насыпи, света меньше не становилось. Создавалось впечатление, что потолок и стены настолько неровно сложены, что солнечные лучи легко попадают внутрь. Вполне возможно, так оно и было. Но вот что раздражало Дилана особенно сильно, так это запах. Запах сгнившей еды, протухшей воды и сожженной травы. Дурманящий и тошнотворный. Мальчик старался дышать реже и не глубоко, но и это не спасало.

Пещера оказалась не такой уж и большой. Всего один поворот, и Дилан вышел в круглую комнату, в центре которой горел костер. Огонь танцевал в паре со сквозняком, облизывая дно и бока давно закоптившейся кастрюли. Рядом с огнем лежал ворох тряпок, на стенах кто-то развесил связки растений.

– А вот и гости, – раздался откуда-то из-за спины мальчика хриплый хихикающий голос.

От неожиданности и испуга Дилан подскочил на месте. Желая оказаться подальше от обладателя голоса, шарахнулся в сторону, запнулся о камень и растянулся на полу. Над ним тут же нависло существо со свиной мордочкой вместо лица.

– Что ж ты так пугаешься, – снова хихикнуло оно. – Я добрый, гостей не ем. Сразу.

Мальчик вжался в пол, не зная, чего ждать. Зачем его сюда принесли?

– Вы кто? – наконец собрался он с мыслями.

– Гоблин, – существо осклабилось, демонстрируя гостю острые клыки. – Еще вопросы?

– Почему меня похитили?

– Потому что ты нам разрешил, – гоблин хохотнул и тут же закашлялся.

– Что? Да как я… Вы с ума сошли? – Дилан почувствовал, что начинает паниковать.

– Но-но! – в лапе гоблина появилась длинная толстая палка, служившая ему посохом. Ею он мальчику и погрозил.

– Поругайся мне тут, сразу обзаведешься новыми шишками. Нам этого добра не жалко.

– Где я вообще? – при виде палки Дилан заметно сник. Нарываться на побои не хотелось.

– Мы называем это место домом, – гоблин подошел к костру, и теперь стало понятно, что одет он в старый засаленный плащ с капюшоном. Многочисленные заплатки выцвели и поистрепались, как и края ткани.

– Но люди называют это место Гоблинским болотом. Не находишь, что это обидно?

Дилан смолчал. Хозяин пещеры проверил кастрюлю, довольно буркнул, и продолжил уже громче:

– Мы живем здесь многие века, изгнанные магами из городов, униженные до роли слуг. Впрочем, кто-то и слуги, а кто-то и поумнее будет. Но ты же хочешь знать, почему именно ты сюда попал? Все просто… Ты сам гоблин по своей натуре.

Его смех хриплым карканьем разлетелся по пещере.

– Еще чего, – Дилан рискнул снова подняться на ноги. – Я человек, ясно?

– Ну, пока да, но все меняется. У этого мира свои правила. – Гоблин сел на груду тряпок. – Придёт и твое время.

– Обойдёшься! – Дилан насупился. – Как мне попасть домой?

– Никак, – гоблин пожал плечами. – Да и зачем? Ты свою семью терпеть не можешь, они тебе теперь не нужны. Жить будешь сам.

– Вы за меня не решайте, толпа ряженых! – Крикнул Дилан. – Вы что, шпионили за мной?

– Ну да. Наблюдали, смотрели, как ты живешь, ожидали, пока ты окончательно испортишься по характеру. Станешь таким же, как мы.

Гоблин улыбался так злорадно, что мальчик невольно притих.

– Недолго ждать пришлось. К тому же ты сам нам разрешил тебя найти и сделать с тобой, что захотим.

Именно так Дилан и сказал, прежде чем залезть в шкаф. Выходит, они его там ждали, подстерегали как зверька на охоте.

– Я хочу домой, – голос мальчика дрогнул.

– Не волнуйся, скоро расхочешь, – радостно пообещал ему гоблин. – Тут многие вначале хотят, а потом забывают, что у них вообще был другой дом, кроме болота.

– Многие? Так вы не только меня похитили?

Хозяин пещеры разразился хриплым заливистым смехом.

– Конечно, нет, балбес. Таких как ты, гоблинов в душе, в мире немало, как в нашем, так и в соседних. Вот мы и воруем непослушных детишек.

– Зачем? – у Дилана уже сил не было удивляться или пугаться. Зато стало любопытно, как вообще гоблины проворачивают свои делишки. – Как вы смогли меня украсть? И остальных…

– Много будешь знать – плохо будешь спать, – гоблин хмыкнул. – Со временем все поймешь. Меня тут называют Шаманом. Я вроде как…. Учу новеньких выживать. Хотя как по мне, они сами всему быстро учатся. Наш народ людей не трогает. Слишком вы хилые и нежные. Так что можешь бродить по болотам сколько угодно, все равно дальше не пройдешь. Мы так добры, что даже накормим тебя. Еда, правда, из общего котла, так что придется привыкать к ее вкусу, ха…

– Я не собираюсь привыкать к вашей еде! – Дилан сжал кулаки и злобно уставился на гоблина. – Не собираюсь тут оставаться и бродить без дела. Немедленно возвращайте меня домой.

Шаман посмотрел на него холодно и устало, а в следующий момент подскочил, проявив чудеса ловкости и силы. В два прыжка он оказался рядом с мальчиком, резким движением заломив его правую руку за спину, сделал подсечку, сбивая Дилана с ног. Не успел тот вскрикнуть, как оказался лежащим на земле, носом в пыли. Гоблин же, хихикая, сдавил ему запястье так, что мальчик застонал от боли.

– Давай договоримся, – Шаман наклонился к его уху. – Ты – учишься вести себя вежливо, по крайней мере, в этой пещере, а я даже не буду на тебя обижаться. Хорошо?

Дилан что-то буркнул, но когти, вцепившиеся в кожу, намекнули, что ответ лучше дать четкий и краткий.

– Да, понял.

– Хороший мальчик, – гоблин потрепал его по голове и тут же отпустил.

Дилан сидел на земле, кусал губы от обиды, следил, как Шаман снова устраивается на своих тряпках, но сказать что-то в ответ боялся.

– Советую уже пойти и найти себе место для ночлега, – гоблин снял кастрюльку с огня, пальцем подцепил из нее что-то бурое, и тут же отправил в рот.

Мальчика передернуло, и он постарался как можно скорее добраться до выхода из пещеры.

Шаман был прав – обитатели гоблинского болота относились к людям довольно спокойно, если даже не сказать – наплевательски. По крайней мере, за те несколько часов, пока Дилан изучал окрестности, все попадающиеся ему на встречу существа одаривали его тяжелым, усталым взглядом, и спешили убраться с дороги. Это успокаивало.

Сколько точно прошло времени, Дилан не знал. Из-за низких тяжелых облаков, зависших над свалкой, солнца не было видно, часы же он нашел, но от них остались только деревянный корпус и циферблат, даже без стрелок. Мальчик искренне радовался, что в этом месте было достаточно тепло, и, по крайней мере, сейчас о верхней одежде думать не приходилось. Радовало, что обувь у него была, пусть и легкие домашние кроссовки. Вопросы «где спать» и «чем перекусить» Дилан знал, как решить. Опыт прошлых побегов из дома был ему на руку.

Пару раз он выходил из-за мусорных завалов к песчаному берегу, плавно превращающемуся в болото. На собственном горьком опыте, чуть не потеряв кроссовки, он проверил, как далеко можно уйти по песку, и остался доволен результатом. Сюда, на окраины, гоблины не совались, видимо из-за близости топи, но зато то тут, то там виднелись пучки сухой травы. Вот и растопка для костра.

Среди мусора мальчик успел приметить доски, куски мебели, полуистлевшую ткань – все это вполне могло поддержать огонь какое-то время. А еда? Полагаться на уверения Шамана, что его накормят, было глупо. Неизвестно, что за еда у гоблинов. Зато он не раз видел птиц, да и среди болотной жижи нет-нет, да виднелись просветы с чистой водой. Может и рыба есть. А еще можно ловить мелкую живность, вроде ящериц или мышей…

От одной только мысли, что придется есть мышь, Дилана бросало в дрожь. Да и не планировал он надолго задерживаться на этой свалке. Надо только понять, как его притащили сюда, и прорваться обратно в свой мир. Если Шаман не хочет говорить, так он сам узнает.

Когда тени стали длиннее и темнее, когда ветер стал сильнее пробирать и холодить кожу, Дилан почувствовал голод. Он успел соорудить что-то напоминающее удочку: выдрал тонкий гвоздь из картинной рамы, заточил его о камень, а из старого, почти истлевшего платья вытянул леску, державшую кружева на подоле. Даже червей нашел под какой-то доской, но испытывать пока не решался. Не хотелось потонуть по дороге к светлому пятну на болоте. Именно тогда он и стал присматриваться к гоблинам. Ведь если еда у них общая, значит рано или поздно они отправятся в сторону «столовой». Так и вышло. Один за другим гоблины оставляли свои дела и пробирались к одной из самый больших пещер в мусорных завалах. Оттуда доносились запахи чего-то жареного, приторного, но возможно даже съедобного. Дилан, опасливо озираясь, следовал за рогато-копытными обитателями свалки. Внутри пещеры обнаружился костер, к которому тянулась цепочка из голодных гоблинов. Возле огня суетились двое особенно мелких и шустрых существ, раздающих всем пустые миски, ложки и в них же разливающие варево, больше похожее на плохо размоченную бумагу. Дилан пристроился в хвост очереди и, получив свою порцию, тут же выбрался из пещеры, подальше от всех.

Варево пахло старыми газетами и тухлой древесиной. На вкус оно оказалось еще противнее. Мальчик честно пытался проглотить хоть немного, но дальше одной ложки не пошло, да и эта мизерная порция норовила выбраться обратно из желудка. Борясь с приступами тошноты, Дилан уже хотел вылить несъедобный обед, но тут его окрикнули:

– Если не будешь есть, отдай мне!

Дилан завертел головой, ища взглядом того, кто его позвал, и замер, не веря своим глазам. К нему шел мальчик, ненамного старше его самого. В руках он держал уже пустую тарелку.

– Так ты есть будешь? – мальчик кивнул на порцию Дилана.

– Не-а, – он мотнул головой и передал собеседнику тарелку. – Как ты это ешь?

– Дыхание задерживаю, – мальчик начал за обе щеки уплетать варево.

Было видно, что спешит он, чтобы не почувствовать вкус. Дилан смолчал. Понимал, что даже таким способом не сможет проглотить ни единой ложки этой мерзости.

Расправившись с похлебкой, мальчик потянул ему руку.

– Я Эрик. С утра тут… гуляю. А ты?

– Дилан. Наверное, я тут с обеда.

– И как тебе местечко?

Мальчик посмотрел на нового знакомого с подозрением: издевается что ли?

– Да никак, – сказал он раздраженно. – Домой хочу. Знать бы еще как…

– Кхм… – Эрик повертел в руке тарелку. – Могу показать как.

У Дилана глаза на лоб полезли.

– Ты знаешь?

– Ну да, – Эрик пожал плечами. – Ты разве не видел, как сюда попал?

Дилан покачал головой. Эрик хотел что-то спросить, но передумал.

– Пошли, – он первым спустился с мусорной горы, зашвырнул тарелки в пещеру-столовую и поспешил дальше по узкой тропинке. Дилан следовал за новым знакомым. Шли они недолго, но петляющая меж завалов дорога все равно показалась мальчику чуть ли не бесконечной. В результате они вышли на небольшую полянку, в центре которой стоял… шкаф. Большой шкаф из темного дерева, с резными дверцами и блестящими металлическими ручками. Возле него сидели четыре гоблина, больше похожие на качков-переростков. Вид у них был такой, что подходить было боязно.

– Вот, через этот шкаф они и выбираются… В другие шкафы, – попытался объяснить Эрик. – Есть у них какой-то особенный гоблин, он шкаф открывает, а там вместо стенки… чужой шкаф. И слышно, как люди разговаривают. Так эти заразы и шпионят. Ищут тех, кого можно украсть. И воруют.

– А ты откуда знаешь? – Дилан рассматривал гоблинов-здоровяков, думал, можно ли их обойти.

– Видел, – Эрик пожал плечами. – Я всё утро крутился на расстоянии, думал, может успею пробежать. Ага, как же… Следят, заразы. Да и гоблин этот особенный, только он может шкаф правильно открыть.

Похоже, вернуться домой будет сложнее, чем он думал.

– Ты где думал ночевать? – спросил Эрик и поежился. – А то я не знаю даже.

Идею с костром на берегу Эрик оценил. Более того, вытащил из кармана джинсов зажигалку.

– Я несу огонь людям, – самодовольно сказал он.

В две пары рук они быстрее натаскали дров со свалки и набрали сухой травы. А еще нашли себе новый дом. Получилось довольно неожиданно. Эрик заметил в сгущающихся сумерках торчащий из мусора кусок добротной ткани. Видимо, раньше это были шторы или портьеры, сгнить они еще не успели, и мальчик уже прикидывал, что они станут неплохим одеялом, но… Ткань не желала вылезать из-под завала.

– Дилан, – он позвал товарища по несчастью. – Помоги тянуть, или пни мусор над тканью, вдруг вытащим.

Дилан решил поступить умнее. С помощью доски он начал отодвигать какой-то ящик, явно мешавший движению шторы. Ящик скрипел, но не поддавался. Тогда мальчики поменялись местами. Эрик был явно сильнее, и одного его рывка хватило, чтобы ящик вылетел из общей кучи, а за ним начался настоящий обвал мусора. Дилан, слишком сильно дернувший ткань, отлетел в сторону. Именно он первым заметил, что обвалился хлам так, что внутри горы осталась небольшая дыра. Стену и крышу ее составлял плотно переплетенный, утрамбованный и сжатый мусор.

– Ого, – Эрик оценил дело рук своих. – Отлично вышло.

– Видимо раньше часть мусора осела, а под ним остальной промялся, вот и получилась полость, а потом… – Дилан попытался развить мысль, но новый знакомый его перебил.

– Хватить умничать, лучше дрова сюда тащи. Крыша есть, теперь еще и тепло станет.

Огонь сделал их пещеру уютнее. Дилан смотрел на пляшущие язычки пламени и вспоминал свою семью. Интересно, волнуются ли они? Догадались, куда он делся, или подумали, что он снова сбежал? Дилан хотел расспросить Эрик о его семье, но тут увидел, что его новый знакомый уже спит, завернувшись все в ту же штору. Вытянув из-под спящего товарища часть полотна, оказавшегося красным с черными завитками, Дилан прижался к спине Эрика и, кое-как устроившись на жестком земляном полу, уснул под тихий треск костра.

Глава 3

Он проснулся от голода. Живот сводило спазмами, да и урчание становилось все более громким. Костер догорел, и в пещере стало довольно холодно. Ночью Эрик стянул с Дилана часть одеяла, и сейчас мальчик чувствовал, что начинает замерзать. И что ему делать? Костер разжечь, или попробовать порыбачить? Решено было начать с костра.

Еще с вечера они обустроили место для огня: нашли кусок железа, мятого, но хотя бы не дырявого, на нем и выложили ветки, тряпки и прочий горящий мусор, окружив его камнями. Пришлось, конечно, повозиться, зато не сгорели.

Дилан вытащил из кармана джинсов зажигалку и попробовал воскресить костер. Вышло не с первого раза, да и после того, как огонек заплясал на ветках, тепло пришло не сразу. Мальчик тянулся ближе к оживающему пламени, дышал на пальцы, ежился и растирал открытые участки кожи – так и согрелся настолько, что даже рискнул выйти из пещеры.

Тут его ждал первый сюрприз: за ночь болото изменилось, словно подошло ближе к их жилищу, подтянув за собой целый пласт светлой, чистой воды. Мальчик опасливо ткнул веткой в песок у входа. Он был сухими и плотным, на болотную почву не похож. И тогда Дилан рискнул выйти, аккуратно ступая по обманчивой поверхности. Шагов через десять песок стал темнее, кроссовки начали увязать, и пришлось возвращаться обратно. Правда, тут обнаружился второй сюрприз: стоило пойти вдоль линии влажного песка, как мальчик нашел несколько довольно глубоких луж с чистой водой, в которой копошились мелкие серебристые существа, больше напоминавшие змей с плавниками, чем настоящих рыб. Добраться до луж труда не составило, песок вокруг них был хоть и мягкий, но не затягивал.

Присвистнув от радости, Дилан побежал к пещере, нашел в углу отброшенный в суете ковшик с погнутой ручкой и продавленным дном, и вернулся к лужам. По мере того, как солнце поднималось над свалкой, высыхал песок, уменьшались лужи, и змейки становились все более вялыми. Мальчик двумя палочками подцеплял их и бросал в ковшик. Собрав так штук десять, он прекратил охоту и стал наблюдать, что же будут делать остальные. Жариться? Но обитательницы луж оказались не так просты. Как только воды вокруг них почти не осталось, они начали закапываться в рассыпчатый песок. Быстро-быстро шевелили они плавниками и хвостами, и уже через пару минут на берегу не осталось ни души.

– Ого, – Дилан глянул в ковшик.

Пойманные змейки, не понимая в чем дело, бились на металлическом дне.

– Ну вы и мерзкие, – мальчик ткнул одну змейку палочкой.

Костер почти потух, но Дилан успел вовремя подкинуть новых веток. Эрик спал, время от времени всхрапывая.

Из змеек можно было бы сделать суп. Но Дилан не хотел возиться с поиском воды, пригодной для этого дела, овощей, не успевших сгнить и специй, поэтому просто решил пожарить свой улов. Змейки признаков жизни не подавали, и мальчик аккуратно нанизал болотных существ на веточки, пододвинул поближе к огню и стал ждать.

К моменту, когда от змеек потянуло чем-то, напоминающим по запаху жареную рыбу, второй обитатель пещеры тоже соизволил проснуться.

– Ты, я смотрю, пташка ранняя, – сказал он Дилану вместо приветствия. – Червячка уже склевал?

Мальчик хмуро покоился на жареных змеек.

– А если ядовитые? – Эрик устроился рядом с новым знакомым.

Дилан только вздохнул. А что делать? Еду гоблинов он есть не мог.

– Ну ладно, – Эрик вдруг схватил одну из палочек, – спасу тебя. Сделаю пробу.

Он пальцами оторвал у змейки хвост, и тот отсоединился от тела легко, с треском лопающейся чешуи. Отправил кусок в рот, пожевал и сказал:

– Мерзко, и вкус тины. Но есть можно.

Эрик потянулся за второй рыбкой, и Дилан возмущенно поглядел на товарища по несчастью: не он же ловил, чего теперь хватает? Правда, больше трех Эрик все равно не осилил.

– Ладно, пойду есть более весомую пищу, – гордо заявил он Дилану и вышел из пещеры.

Оставшись один, мальчик тоже рискнул попробовать жареное мясо. Оно и правда пахло тиной, болотом и застоялой водой. Было жестким, да и песок скрипел на зубах. Но даже так оно было в разы вкуснее гоблинской пищи. Правда, с оставшихся семи змеек мяса вышло немного. Кое-как утолив голод, Дилан понял, что хочет пить. Употреблять воду из болота было глупо и опасно. Так что мальчик направился вслед за товарищем, резонно решив, что там, где готовят еду, вода тоже будет.

В расчетах он не ошибся. Небольшой источник пресной воды оказался в нескольких шагах от «столовой». Круглый колодец, окруженный невысокой каменной кладкой. И что-то подсказывало Дилану, что копали и огораживали его не гоблины. Водоносный слой оказался почти у самой поверхности, так что мальчик легко набрал воды в мятый ковшик и напился от души. Где-то он читал, что водой можно обмануть организм, притупив голод, но каждый раз фокус будет срабатывать все хуже. Но на первый раз сойдет.

– Все еще брезгуешь? – Эрик появился возле колодца довольный и сытый.

Дилан невольно сглотнул, но лишь фыркнул, выражая свое недовольство.

– Ну и ладно, – Эрик пожал плечами. – Тогда предлагаю исследовать территорию. Может, сможем понять, как отсюда свалить.

Остров оказался не таким уж и большим. Прошло около трех часов, как показалось мальчикам, а они уже обошли его весь, но переправу или мост так и не обнаружили.

– Не здорово, – сказал Эрик, устраиваясь на расшатанной тумбочке.

– Совсем, – согласился с ним Дилан.

– Ну что, новенькие, как вам место жительства?

Голос прозвучал совсем рядом, так что мальчишки подскочили от неожиданности. Шаман, хихикая, вышел из-за мусорной горы и вальяжно подошел к ним.

– Обживаетесь? Устроить вам экскурсию?

Дилан и Эрик переглянулись. Конечно, можно было бы гордо удалиться, пусть не думают, что смогли их на острове поймать. Но, с другой стороны, информация никогда не будет лишней. Заметив их нерешительность и явную заинтересованность, Шаман сам начал рассказ.

– Давайте сразу отвечу на ваш немой вопрос: да, отсюда можно сбежать. Но! Паромщик приплывает только по желанию второго берега. Нам-то туда и не надо. А вот жители города ох как любят к нам сюда наведываться. Правда, с собой забирают лишь избранных. Через шкаф вы тоже не сбежите. Вы же не знаете, кто и когда его откроет, да и пройти не сможете, без правильного подхода.

Шаман снова хихикнул.

– А кто живет на том берегу и зачем они сюда приезжают? – Эрик с подозрением покосился на поверхность болота. Сейчас она была спокойной, бледно-зеленой, но совсем недавно пузырилась, и по цвету напоминала засохшую глину.

– Маги, волшебники, эльфы, люди, да кого там только нет, – ответил Шаман и пожал плечами. – Любят они сильных гоблинов на работу нанимать.

– Э… Эльфы? – переспросил Эрик и хохотнул. – А драконов вам не завезли?

– Вроде нет, но кто этих магов знает, – наигранно вздохнул Шаман.

Эрик подавился смехом. Дилан же только прикусил губу и подумал: ну раз гоблины вполне себе реальны, и шкаф с порталом в другие шкафы – тоже, то и волшебники должны быть.

– Я надеюсь, вы хорошо кушаете? – Шаман внимательно посмотрел на мальчишек, дождался, когда они кивнут, и поспешил обратно за мусорную гору. – Вы не думайте, мы же вам добра желаем. Чтобы вы с голоду не померли. Ешьте лучше – вырастете большими, сильными …

Он еще что-то бормотал на ходу, но его уже не слушали.

– Нет, ну ты слышал… – Эрик потер переносицу. – Волшебники еще.

– А как перебираться через болото, если переправа только по желанию второй стороны? – продолжил Дилан.

– Кхм. – Эрик пнул ближайший кусок чего-то деревянного. – А если сделать плот?

– И потонуть посередь болота? – Дилан недоверчиво хмыкнул.

– Ну, если хорошо сделаем, то может, и не потонем, – идея уже захватила Эрика.

Вскочив со своего места, он начал увлеченно рассматривать мусорные завалы, иной раз передвигая крупные предметы или отшвыривая мелкие. Дилан же суетиться не спешил. Мало хотеть, надо хотя бы понимать, как строить. Вот пусть его товарищ и носится, а он посмотрит, подумает, а там может и присоединится.

Уже в сумерках они вернулись в свою пещеру. Ближе к вечеру голод стал сильнее, и Дилан даже рискнул проглотить еще ложку гоблинского месива. На большее его не хватило. Зато запах и вкус варева напрочь отбили аппетит. Эрик накидал на песке примерный план плота, и мальчик был склонен даже верить, что эта конструкция поплывет. Но вот работать никак не хотелось.

– Завтра начнем собирать доски, сколотим нижний ящик, а потом… – Эрик зевнул. – Сделаем дно.

– Угу, – согласился для видимости Дилан и натянул на себя одеяло-штору.

Утром его снова разбудили голод и холод. На этот раз Эрик стянул с него все одеяло, так что продрог мальчик сильнее. Пришлось наспех сооружать костер и нестись на берег, пока не засохли лужи. Помня, что водяные змейки не слишком богаты мясом, Дилан заранее прихватил с собой тазик побольше, надеясь собрать достаточно, чтобы наесться. Когда посудина наполнилась настолько, что нести ее стало тяжело и неудобно, мальчик вдруг задумался: а ведь Эрик снова заберет у него часть улова. Ну уж нет!

Дилан выжидал достаточно долго, и только когда солнце поднялось довольно высоко, вернулся в их жилище. Эрика не было, видимо отправился за своей порцией еды, но уходя, он специально засыпал костер песком.

– Вот зараза, – Дилан вытащил из кармана зажигалку. – А вот все равно я хитрее.

На этот раз жареных змеек вполне хватило, чтобы утолить голод, так что обман себя оправдал. Объясняться с Эриком Дилан даже не собирался, в конце концов, они просто живут под одной крышей, и никто никому ничем не обязан.

Заняться было нечем, и мальчик отправился на повторный осмотр острова. На этот раз он больше присматривался к его обитателям, стараясь запомнить их привычки и повадки. Еще в первые дни он заметил, что гоблины отличаются размерами. Были здесь и мелкие, худые существа, и крупные увальни, громилы раза в три больше своих сородичей. Они были похожи: те же копыта и рога, голые хвосты с кисточками на концах, те же по-звериному вывернутые ноги, когтистые лапки. Но мордочки мелких напоминали свиные рыльца, а крупных – бычьи морды. Получалось, что здоровяки больше походили на минотавров, а их сородичи – на чертят. К тому же те, кто не отличался ростом и силой, были явно умнее, держались группами.

Дилан видел, как общаются эти существа, как ловко устраивают себе жилища. Не то, чтобы их было много, остров явно не был перенаселен, но и одинокими они себя явно не чувствовали. Ссоры и драки вспыхивали то тут, то там.

Всего один раз Дилан заметил гоблина в юбке. Девочка, или девушка – гоблинша – она подозрительно и враждебно посмотрела на него, фыркнула и очень быстро скрылась за кучей мусора. Следовать за ней мальчик не рискнул, вдруг еще разозлит местных.

Была и попытка понаблюдать за шкафом. Но сегодня возле него вообще никто не сидел. Мальчик подергал дверцу. Та открылась. Внутри было пусто и ни единого намека, что шкаф мог служить дверью в другие дома.

Дилан обошел остров по кругу, потратив на это часа четыре. Когда он вернулся к пещере, то застал Эрика за работой. Мальчишка насобирал досок и сейчас пытался соединить их вместе с помощью ржавых гвоздей (видимо выбитых из старой мебели) и плоского камня, заменившего молоток. Заметив Дилана, юный строитель громко засопел и отвернулся.

«И чего обижается?» – Дилан пожал плечами и устроился рядом на песке.

– Если будешь только пялиться, лучше сразу свали отсюда, – грубо бросил ему Эрик.

– Да я бы помог, но ведь я ж не знаю, что делать, – хмыкнул Дилан.

– Иди досок принеси, – Эрик подумал и предложил ему работу. – Ты ведь тоже хочешь отсюда выбраться. Не будешь помогать, на место можешь не рассчитывать.

«Очень надо» – подумал Дилан, но на поиски все же отправился. Во-первых, чтобы хоть как-то убить время. Во-вторых, стало любопытно, поплывет плот или нет. В-третьих – если поплывет, то и Дилан на нем. Но сильно утруждать себя он не собирался.

Мальчик таскал к пещере все, что казалось ему подходящим материалом для постройки. Но Эрик браковал практически все найденные доски. В результате Дилан не выдержал и, наорав на товарища по несчастью, ушел в пещеру. Здесь он соорудил себе постель из найденных досок, ткани и сухой травы. Штору разорвал на две части – хватит уже просыпаться в холоде.

За всей это суетой он и не заметил, как начало темнеть. Выбравшись на берег, Дилан вначале услышал пыхтение, сдавленные ругательства, а затем и увидел Эрика, пытавшегося в одиночку перетащить ближе к их жилищу довольно увесистое трюмо с разбитым зеркалом.

– Зачем оно тебе? – Дилан критически осмотрел мебель.

– Дерево годное, – Эрик пыхтел, тянул, но трюмо плотно засело в песке.

Дилан вздохнул и, перехватив один край, помог товарищу втащить ношу в пещеру. Трюмо вошло ровно, чуть задевая потолок. Задвинув мебель в самый дальний угол, мальчишки рухнули возле костра. Несколько минут они молчали, а затем Дилан задал вопрос, просто чтобы разрядить обстановку.

– Слушай, а вот интересно. Мы же явно не первые, кого сюда притащили. А где остальные люди?

Эрик задумчиво посмотрел на огонь.

– Может с магами ушли, когда те в последний раз приплывали?

– А если нет?

– В смысле?

– Что если их того… Съели гоблины? Зря, что ли, Шаман стремится нас откормить?

Эрик фыркнул

– Ну, ты даешь, они ж явно не хищники. Копытные, рогатые. Травоядные.

Дилан пожал плечами, но все равно остался при своем мнении. Не верил он гоблинам. Зачем им тут люди вообще?

– Если постараться – дней за пять сделаем плот, – Эрик встал. – Я за едой. Ты со мной?

– Не-а, – Дилан удобно устроился на своей лежанке. Вставать было лень, да и воспоминания о гоблинском вареве отбивали аппетит. К тому же не факт, что по возвращению товарищ не захватит его спальное место как более удобное.

– Ну как хочешь, – Эрик вышел из пещеры.

Сон не шел, и Дилан встал, подошел к трюмо. Развернул его так, чтобы видеть свое отражение в свете костра. С уцелевшей зеркальной поверхности на него смотрел чумазый мальчишка двенадцати лет, в порванной одежде (днем он несколько раз падал с мусорных завалов), со спутанными, засаленными светлыми волосами.

– Жуть какая, – прошептал Дилан и попробовал оттереть грязь на щеке. Не вышло.

Отмываться он решил, когда станет светлее, а пока вернулся на свою лежанку и, как ни странно, быстро и крепко уснул. Утром ему предстояло узнать, что Шаман был прав: в этом мире действовали свои правила.

Глава 4

Утро медленно, но верно вползало в их жилище. Вот первый лучик солнца пробился сквозь дыры и щели в потолке, лег неровным бликом на нос Дилана. Мальчик поморщился и накрыл лицо ладонью в надежде спрятаться от наглого «будильника». Первые несколько секунд, сквозь еще не полностью растаявший сон, он никак не мог понять: что же такое его смущает? Но постепенно пробуждаясь, он начинал осознавать: с лицом творится что-то неладное. Да и не только с лицом. На ощупь складывалось впечатление, что ночью какой-то неизвестный шутник надел на него маску и перчатки. Очень тонкие, что все прикосновения чувствуешь. Сбитый с толку, мальчик сел на своей грубой лежанке из досок, тряпок и сухой травы и мотнул головой, стряхивая остатки сна. Зевнул, хотел было поправить по привычке сбившиеся за ночь волосы… Но тут понял, что волос-то как раз у него больше нет. Более того, рука натолкнулась на нечто такое, чего на его голове быть просто не могло. Плотные тонкие наросты начинались чуть выше бровей: круглые, в палец толщиной, они поднимались вверх и легко изгибались.

– Что за..? – Дилан вдруг понял, что это.

Рога. У него выросли рога – такие же, как у гоблинов! Страшная догадка родилась в сознании. Дилан, не желая верить в происходящее, свел глаза к переносице, и вместо нормального человеческого носа обнаружил покрытый серой грубой шерстью свиной пятачок.

Руки его тоже изменились. Пальцев на каждой теперь было всего по четыре, и все они заканчивались широкими коготками. А еще и руки, и плечи, и грудь – все тело было покрыто серой короткой шерсткой, больше напоминавшей щетину.– Нет! Нет, нет, нет! – Мальчик коснулся руками лица, вернее того, чем оно теперь стало, и чуть не закричал.

– Нет… – Дилан чуть не заплакал, чудом сохранив остатки самообладания.

Надо срочно найти зеркало. Он попытался встать, и тут же чуть не улетел вперед, успев зацепиться за выступ в груде мусора. Сюрпризы внешности продолжались: место пальцев на ногах были копытца, а кости развернулись под новыми углами, так что ноги теперь напоминали задние лапы животного. Мальчик опасливо сделал несколько шагов, стараясь держать равновесие. Получаться стало не сразу, и до старого трюмо он добрался, держась за стену.

Не сразу смог он подойти поближе к отражающей поверхности. Догадывался, что там увидит, и поэтому оттягивал момент. Но время шло, врать самому себе было глупо, и Дилан сделал два шага вперед. Из темноты пещеры навстречу ему вышел мелкий, худой гоблин с расширенными от страха глазами. Знакомые рваные джинсы и футболка были лучшим доказательством, что зеркало не врёт. Дилан стал таким же, как прочие обитатели свалки.

Ноги подкосились, и мальчик упал на колени перед зеркалом, не в силах отвести взгляд и в тоже время ужасаясь тому, что с ним стало. В голове родилась спасительная мысль: а вдруг это все ему просто снится? Дилан больно ущипнул себя за руку. Затем подумал и вцепился зубами в запястье. Взвизгнув от боли, он тут же начал счищать с языка налипшую шерсть. Почему-то именно этот факт и заставил мальчика поверить в реальность происходящего. Так вот что случается с людьми на острове: они все превращаются в гоблинов! Память тут же подкинула слова Шамана: придёт и твоё время, станешь одним из нас… Старый гоблин всё знал, понимал, что мальчишки никуда не денутся, поэтому ждал и хихикал. А Дилан наивно думал, что гоблин так образно выражался.

Мальчик сидел на полу пещеры и пытался собраться с мыслями. С одной стороны, хотелось залезть обратно под штору-одеяло и сидеть так, дрожа от страха. С другой – надо было срочно бежать к Шаману и требовать обратного превращения.

Последнее желание становилось все более навязчивым, и Дилан заставил себя встать и даже направиться к выходу из пещеры. На удивление он довольно быстро освоился с копытами, и уже не шатался из стороны в сторону, не терял равновесия. Словно так и было всегда.

«Ну уж нет, – рассердился он сам на себя. – Не желаю я привыкать к новой внешности. Еще чего не хватало».

Очень осторожно он высунулся из пещеры. Забавно, но теперь его нос улавливал новые запахи: мокрой земли, водорослей, терпкий древесный запах далекого леса. От изобилия ароматов кружилась голова, так что Дилан прикрыл нос лапой. По-иному вели себя и уши, увеличившиеся в размерах, удлинившиеся, они слышали больше и дальше, но вот опыта в опознавании звуков и их направления было еще мало.

Мальчик, испуганно озираясь, вышел на песчаный пляж. Других гоблинов рядом не наблюдалось, так что он постарался как можно быстрее добраться до жилища Шамана. Правда, быстрее – не значит менее заметно. Копытца его несколько раз подводили, и Дилан падал, запинаясь о камни и мусор. До главной пещеры он добрался с разбитыми коленями и содранными локтями.

– А вот и второй наш новенький! – Шаман радостно замахал лапой при виде Дилана. – Как ощущения?

– Мерзкие, – мальчик направился прямо к хозяину пещеры. – А ну делай меня обратно человеком!

Мордочка Шамана вытянулась от удивления, глаза стали больше.

– Почему ты помнишь? – прошептал он, глядя мальчику в глаза.

– Что? – оторопел Дилан.

– Ты помнишь о своем человеческом прошлом, а этого не должно быть, – Шаман привстал, но глаз с собеседника не сводил.

– А остальные забывают? – Мальчик почувствовал, как холодок бежит по спине.

От прошлого насмешливого тона Шамана не осталось и следа, он говорил спокойно, уверенно и серьезно.

– Так. Сколько раз ты ел нашу пищу?

– Эм… Раза два и то чуть-чуть. А превращение зависело от еды?

Шаман хохотнул:

– Не завидую я тебе. Зря ты не ел. Сейчас бы не мучился от воспоминаний, не страдал, что внешность изменилась. Тут, видишь ли, действуют особенные правила. Не наше поколение их установило. Но еще предки крали непослушных, грубых, гадких детей, которые только и делают, что портят жизнь родне. Они приводили детей в свои пещеры, давали им свою еду с особыми травками и постепенно характер ребенка отражался на его внешности. И мальчишки, и девчонки – все они становились гоблинами. Это удобно, это хорошо. Всем. И родителям проще, и наш вид живет дольше. К тому же те, кто поумнее, быстро сообразили, что туповатых силачей можно легко продать за хорошие деньги. Слуги-то всем нужны.

Шаман покачал головой. Голос его был хриплым и усталым.

– Что мне с тобой делать? Ума не приложу… Иди на кухню, наешься нашей стряпни и забудешь о прошлом. Тебе же лучше.

– Нет. – Дилан сжал кулаки и пристально посмотрел на Шамана. – Я не собираюсь забывать свое прошлое. Оно моё. Это моя память. Ели другим плевать, то мне – нет.

– Дело твое, – глаза старого гоблина сузились, он явно злился. – Говорю же, тебе хуже. Домой тебе пути теперь нет.

– Почему это? – не понял Дилан.

– А кто тебе такому обрадуется, – расхохотался Шаман.

От его смеха в углу ожило что-то большое, темное. Оно сонно двигалось к огню, и наконец предстало в истинном своем размере. Это был гоблин-здоровяк на голову выше Дилана. В одной руке он держал уже знакомую кастрюльку, а пальцами второй выгребал из нее остатки варева. Одежда здоровяка казалась Дилану знакомой. И вдруг он понял: перед ним Эрик.

– Вот, видишь, друг твой наедался, не боялся, и что теперь? Не беспокоится ни о чем, что скажем – то и делает.

– Но, но… – Дилан рискнул подойти поближе к Эрику, но тот лишь отшатнулся в сторону, прижимая к животу кастрюльку. – Это ведь ужасно.

– Кому как, кому как… – Старый гоблин покачал головой.

Дилан молча смотрел, как его бывший приятель, чавкая, доедал варево из кастрюльки. На мальчика он бросал быстрые недовольные взгляды, словно боялся, что тот отберет у него еду.

– И меня он тоже не помнит? – спросил Дилан Шамана.

Гоблин покачал головой.

– А мне что делать?

– Понятия не имею, – Шаман недовольно заворчал. – У меня для тебя один совет, но ты его принимать не желаешь.

– Потому что не хочу забывать… Неужели нет другого пути?

Шаман промолчал, но Дилан уже догадался – его жизнь очень круто изменилась. И виноват в этом он сам. Медленно повернувшись, он пошел в сторону выхода.

– Ты теперь изгой на острове, – зазвучал хриплый голос у него за спиной. – Гоблины тебя не примут, так как поведение твое будет отличаться. Люди увидят в тебе лишь существо, недостойное уважения. И пока ты не откажешься от прошлого, будешь мучиться в одиночестве.

Голос сорвался на хриплый, каркающий смех, и Дилан побежал так быстро, как только позволяли ему изменившиеся ноги. Подальше от Шамана, подальше от пещеры с мерзкими запахами еды, подальше от правил. Ему хотелось забиться в какую-нибудь нору, спрятаться от всех.

Страх жег душу. Дилана била мелкая противная дрожь, так что далеко от пещеры он убежать не смог. Рухнув на землю, больно ударившись коленями, он едва успел подавить крик, так что из груди вырвался лишь стон, переходящий в тихое поскуливание. Где-то совсем рядом послышался шорох, неуклюжие шаги, грохот падающего мусора. Мальчик поднял глаза и обнаружил, что за ним наблюдает дюжина гоблинов, от самых мелких до здоровяков.

– Чего уставились? – Закричал мальчик, сжимая кулаки. – Решили, что я стану таким же, как вы? Не дождетесь! Чего смотрите? Вы сами раньше были людьми!

Гоблины смотрели на него как-то странно, и Дилан не сразу понял, что во взглядах их были жалость и непонимание. Они считали его безумным, наевшимся испорченной еды. А что с такого взять? Дилану еще предстояло понять, насколько прав был Шаман, предрекая ему тяжелую жизнь на острове-свалке.

Вернувшись в пещеру, маленький гоблин застал ее разграбленной. Насколько обитатели свалки боялись людей, стараясь не приближаться к ним без причины, настолько ненавидели себе подобных, и готовы были забрать друг у друга все, что осталось без присмотра хоть на пару минут. Конечно, Дилану было обидно, но не бегать же по свалке в поисках похищенных вещей? Не найдешь. А если и найдешь, то обратно не получишь, зато огрести можно по полной. Да и что пропало-то? Тряпки да одеяла. Больше мусор разбросали, и окончательно разбили трюмо. Мальчик осторожно поднял крупный осколок зеркала и повертел в руках. Отражающая поверхность тут же показала его самого, напуганного и усталого, с рожками и большими ушами, с пятачком вместо носа, покрытого серой грубой шерстью. Руки тут же задрожали, и осколок полетел обратно в мусорную кучу. Остальные части зеркала он собирал, старательно отводя глаза от отражения, только бы не видеть себя таким… мерзким.

Свой первый день в новом обличии Дилан провёл, по большей части, вжавшись в стену и находясь в глубоком ступоре от происходящего. Он то сидел, закрыв глаза и не шевелясь, то изредка выбирался на освещенные участки, рассматривал свои руки или осторожно касался лица, вздрагивая и морщась. Ему не хотелось верить, что все эти изменения произошли именно с ним.

Наступил вечер, и холодные сумерки заполнили пещеру, медленно загустевая до ночной темноты. Мальчик устроился в углу, обхватив колени руками и все еще уверяя себя, что все происходящее – не более чем сон. Кошмар. Вот он сейчас уснет, а проснется дома, в знакомой кровати и человеком.

Но утро ничего не изменило. Первое что он увидел, открыв глаза, была серая грубая шерстка на его руках. Захотелось взвыть в голос, заплакать от обиды и отчаяния. Но это было бы глупо, да и бесполезно. Дилан выбрался из своего укрытия и с тоской осмотрел серый пейзаж свалки. Только сейчас он начинал понимать, что прошлой жизни больше нет. Где-то очень-очень далеко остались мама и младший брат, совсем не вредные, и не такие противные, как он думал в последнее время. Обычные люди, которые искренне его любили. А он?

В прошлом, где-то за стеной волшебного шкафа, осталась его человеческая жизнь. Сейчас начинался новый виток судьбы, серый и холодный, как земля свалки. И как долго он продлится – неясно. Выдержит ли это испытание и сможет ли вернуться к семье – он не знал. Но смутно догадывался, что будет ох как нелегко.

Глава 5

«Нелегко» – это мягко сказано. В первые дни своего пребывания на острове Дилан еще даже не догадывался, насколько серьезно влип. Гоблины не трогали и обходили его стороной, даже когда он стал похожим на них. Никто не мешал его попыткам прижиться на новом месте и найти выход из ситуации.

Неприятности начались намного позже, хотя и до них мальчик не один раз едва сдерживал слезы отчаяния. Проблем было много: начиная с обустройства спального места и заканчивая поисками пищи. Более крупные и рослые гоблины не раз обворовывали его жилище, забирая найденные тряпки для постели, доски и прочие вещи, которые могли создать хоть какое-то подобие удобства. Драться с ними Дилан не рисковал: он был меньше, слабее, да и особо храбрым сейчас себя не чувствовал. Проще было отступить и вновь отправиться на поиски «одеяла» на предстоящую ночь.

Погода в темное время была холодная, часто шли дожди, и не сразу маленький гоблин сообразил, что просто сейчас такое время года. Весна, если сравнивать с его родным миром. К такому выводу он пришел, бродя раз по краю болота. Яркую зелень на фоне серости свалки он заметил сразу. Бросился к этому яркому пятну, как к спасательному кругу. Замер, удивленный и восхищенный увиденным: на небольшой полянке пробивались первые ростки неизвестного ему растения. Тонкие травинки тянулись вверх к солнцу, пусть и скрытому вечной серостью неба. Бережно касался он когтистыми пальцами нежной зелени и вдыхал запахи первого растения, пробившего холодную землю свалки.

Молодые ростки придали Дилану сил, пусть и не физических. Есть неизвестное растение он не рискнул, да и не смог бы навредить тонким стебелькам. За него это сделали другие. Уже на следующий день полянка была вытоптана, отчего в душе мальчика вскипела обида. И хотя все чаще и чаще стал он замечать новые зеленые пятна, но понимание, что гоблины, не стесняясь, разрушат любую красоту, его расстраивало. Он сам был гоблином, пусть лишь внешне. Но вдруг шаман был прав, и душа его такая же, как и внешность?

Мальчик вспоминал, как вел себя, будучи человеком и делал совсем не утешительные выводы. Хамил маме, обижал брата, предавал друзей и доставал всех знакомых. Грубые шутки с плохими последствиями, побеги из дома, чтобы позлить. А зачем? Чтобы выплеснуть свою обиду на весь белый свет. За ушедшего отца. За непонимание. Просто из вредности. И чего он добился? Маленький гоблин закрывал мордочку руками и старался успокоиться. Ужасно тяжело было его семье с ним. И как же он по ним теперь скучал.

Когда проходящий мимо рослый гоблин толкал его или отшвыривал с дороги, когда более сильные шпыняли, просто показывая свое превосходство, Дилан понимал, каково было Тайлеру от выходок старшего брата. И теперь в душе мальчика рождался страх от понимания: а ведь его брат и правда был болен. Как он теперь? Справится ли мама? И сознание подкидывало ответ, болезненный в своей правдивости. Без него в семье будет гораздо лучше и спокойнее.

Дилан начал вести календарь. На отвалившейся ножке стула он каждое утро делал зарубки заточенным куском чего-то железного. Импровизированные нож и календарь он прятал в старую кастрюлю, вместе с удочкой и более-менее чистыми лоскутками разных тканей (на случай перевязки). Саму кастрюлю закапывал подальше в мусорный массив пещеры в надежде, что любопытные соседи не найдут. Все эти действия помогали немного смириться с незавидной участью гоблина и не запутаться во времени.

День за днем мальчик привыкал к своему новому облику, хотя это было и нелегко. Ему и раньше непросто было передвигаться по мусорным завалам, а сейчас, когда ноги превратились в лапки с копытцами, падения его участились, синяков и ссадин стало больше. Мешал и хвост – длинный, голый, с серым пучком шерсти на конце. Не сразу мальчик научился подбирать мелкие предметы – мешали широкие наросты на месте ногтей. Зато ими удобно было царапаться.

Труднее всего было с лицом. Вернее, теперь уже с мордочкой: пятачок и рожки, удлинившиеся и заострившиеся уши и… Две пары клыков, выступающих из нижней челюсти, и пара из верхней – голос из-за них стал более глухим, часть звуков словно застревали между зубов. Пришлось привыкать ко всему.

Все чаще Дилан видел во сне родных, тянулся к ним и просыпался со следами слез на мордочке. Хотелось, чтобы хоть кто-то его пожалел, пригрел и приласкал. Накормил.

С едой тоже было сложно: одними змейками не наешься, и мальчик пробовал ловить местную живность. Правда, дальше мелких мышек и пары ящерок не ушло, поэтому все чаще и чаще его живот возмущенно урчал и завывал, привлекая ненужное внимание.

Траву, которая начала пробиваться из земли, он есть не рисковал. Неизвестно, ядовита она или нет, пригодна ли вообще в пищу. Про пищу гоблинов он старался даже не думать.

На исходе третьей недели со дня похищения Дилан был уверен, что положение его хуже некуда, и даже во время побегов из дома (не особо-то и долгих, на самом деле, только, чтобы мама поволновалась) было лучше. Но судьба наглядно показала ему, что худшее было впереди.

Все началось с новеньких.

Два мальчика и девочка, которых вытащили из шкафа с разницей в пару часов. О том, что готовится похищение, Дилан услышал за несколько дней до самого события. Речь обитателей свалки была рывистой, часто переходящей на крики, вопли и визг, но понимал он их все лучше. Привыкал.

В первый момент маленький гоблин не придал новости особого значения. Ну, похитят новичков, да и ладно. Не его это проблема. Ему бы выжить, еды найти. Тем более что детишки-то сами виноваты, как и он… Тут Дилан замер, вспомнив, каким был и что теперь с ним стало. Выходило, что пока он не сильно изменился к лучшему. Все такой же гоблин в душе: злобный эгоист.

За сутки до похищения он уже знал: надо предупредить новеньких о той опасности, что несет в себе еда, которой гоблины так щедро делились с людьми.

Он нашел себе наблюдательный пункт – среди завалов мусора на вершине холма, откуда прекрасно было видно и шкаф, и гоблинов. По плану он хотел дождаться, когда вновьприбывшие соберутся вместе, попробуют найти себе место для ночлега, и тогда поговорить. Но судьба сложилась иначе.

Девчонку похитили первой. Визжала она так, что даже здоровяки зажимали уши и ворчали. Похищенную тут же оттащили в пещеру шамана на инструктаж. Дилан поморщился, вспоминая свой первый разговор со старым гоблином. А ведь он так и не сказал ему, зачем они похищали детей. От страха и злости мальчик сбежал, решив, что выяснит все сам. Самоуверенный, впрочем, как и все похищенные. С той лишь разницей, что остальные, когда узнавали правду, не особо из-за этого расстраивались. Срабатывала магия острова и гоблинская еда – человек забывал свое прошлое и жил новой жизнью.

Девочка из пещеры так и не вышла. «Съел он ее там, что ли?» – думал Дилан, ворочаясь на земле. Из шкафа достали вначале одного пацана его возраста, а затем второго, постарше. Обоих сопроводили к Шаману, но лишь ближе к вечеру троица новичков вышла из пещеры. Шурша старыми вещами, маленький гоблин соскользнул вниз по склону мусорного холма, наперерез детям, с твердым намереньем спасти их от незавидной участи.

При виде него девчонка взвизгнула, а мальчишки уже готовы были броситься в драку. Надо было спешить.

– Предупреждаю один раз, – Дилан уставился на новичков. – Не ешьте местную еду. Это опасно. Очень. Сами станете гоблинами и…

– О, да ты и есть тот с отклонением, – выдал вдруг один из новеньких, улыбаясь нагло и насмешливо.

– Точно, – девочка перестала визжать и хмыкнула. – Пугаешь и выдумываешь всякую чушь.

– Что? – Дилан замер. Не сразу он понял, что Шаман обошел его на пару шагов, обезвредив обычной ложью. Придумал новую песню о жизни на острове.

– Вы не понимаете, он вам наврал! – попытался докричаться до них Дилан.

– Ага, Шаман так и сказал, – второй мальчишка откровенно расхохотался.

За их спинами выросла фигура рослого, но довольно поджарого гоблина. Дилан сглотнул и попятился. Новеньким явно приставили охрану, и оберегать их будут от него – местного безумца, которому никто никогда не поверит. Стало страшно и противно. Опрометью бросился он прочь, обратно в свое укрытие. И вслед ему несся смех похищенных.

– Да и плевать, – оказавшись в безопасности, маленький гоблин выплеснул свою злость и обиду на сломанную мебель. – Пусть станут гоблинами, и все забудут. Мне на них плевать.

Он свернулся на полу в углу и хлюпнул носом. Это было нечестно. И ведь новенькие тоже не виноваты: их обманули, как и его. Как и всех на острове. Обида жгла душу. И, казалось, что все уже очень паршиво. Но утром его положение стало ещё хуже.

Едва только первые лучи солнца лениво устроились на входе в пещеру, Дилана вырвали из сна шепот и приглушенное рычание. Мальчик поднял голову, пытаясь понять, в чём дело, и услышал почти над самым ухом:

– Ну вот, разбудили. Хватайте и тащите, чего теперь ждать.

Голос принадлежал Шаману, да и, собственно, сам старый гоблин маячил на входе вместе с тремя здоровяками. Сильные когтистые лапы схватила еще не пришедшего в себя после сна Дилана, больно вцепились в его запястья, стальной хваткой сжали ноги. Его вытащили на свет дня, несколько раз ощутимо ткнули в бок, встряхнули так, что пустой желудок скрутило. Наконец он завис над землей, обездвиженный и беспомощный.

– Ну, вот, как знал, что попробуешь напакостить, – Шаман подошел к нему вплотную, схватил за ухо, так что Дилан взвыл от боли. – Я же тебя предупредил, что будут проблемы, если не забудешь прошлое. Но нет, мы же умнее взрослых. Вот теперь мучайся, корми тебя.

Дилан с ужасом понял, что хотят с ним сделать. В лапке шамана покачивалась деревянная чашка, полная уже знакомого варева – главного блюда в меню гоблинов. Съел и все забыл. Мальчик плотнее сжал зубы. Ни за что он не позволит с ним такое сотворить.

– Да ладно, – пропел Шаман и вновь крутанул ему ухо. – Я ж сделаю еще больнее.

На глаза навернулись слезы, хотелось кричать и звать на помощь. Но Дилан понимал, что это бесполезно. Он лихорадочно соображал, как бы вывернуться, сбежать от этого кошмара. И шанс ему представился. Один из гоблинов чуть ослабил хватку его правой ноги, и Дилан что было сил дернулся вперед, высвобождая конечность. На пути копытца удачно оказалась чашка шамана. Сделав пару переворотов в воздухе, она упала точно на голову одного из здоровяков. Тут же свободу получили руки. Дилан упал на землю и, не обращая внимания на боль и вопли, принялся лягаться свободной ногой, высвобождая левую. Получив свободу, он бросился прочь от Шамана и его банды.

Петляя между горами мусора, мальчик лихорадочно искал, где бы спрятаться, и наконец увидел темный провал между деревянными обломками. Чудом протиснувшись между ними, он оказался в узком пространстве между двумя стенками покосившегося шкафа. Сжавшись в комочек, зажав нос и рот, стараясь дышать как можно тише, маленький гоблин замер, прислушиваясь. Вдруг преследователи сейчас его найдут? Время шло, но никто не растаскивал доски и не пытался вытащить его и снова накормить. Постепенно успокаиваясь, Дилан так и не рискнул вылезти из укрытия при свете дня. Лишь вечером вернулся он к своей пещере. Нервно оглядываясь и дрожа от страха, мальчик достал кастрюльку из завалов и отправился на поиски нового убежища.

С этого момента его жизнь перестала быть спокойной. Шаман явно вознамерился лишить его памяти, и теперь гонял по острову при любом удобном случае. Дилан не мог ни нормально спать, ни добывать себе еду. Еще дважды его пытались поймать в открытую, но всякий раз мальчик каким-то чудом изворачивался и сбегал. А уж сколько раз он обходил ловушки и засады – не сосчитать. Счастливый случай хранил его еще неделю. Неделю безумной гонки. Но и ей пришел конец.

В один день мальчик выбрался из очередного своего убежища (на этот раз почти в самом центре свалки), и первое что увидел: Шамана, сидящего напротив входа и мило ему улыбающегося.

Сразу же захотелось убежать как можно дальше, но Дилан почему-то замер на месте, ожидая нападения.

– Расслабься, если хотел, то уже поймал бы, – хмыкнул Шаман. – Поговорить надо.

Дилан кивнул, но на всякий случай сделал два шага в сторону, подальше от старого гоблина. Не верил он ему.

– Знаешь, надоело мне за тобой бегать, – Шаман шумно вздохнул. – Есть ведь и другие способы тебя заставить. Без насилия. Сам придешь.

Дилан фыркнул, выражая свое недоверие.

– А ты думал, – осклабился старый гоблин. – К новеньким тебя не допустят, остальные тебя сторонятся. Еды тут не так много. Сбежать нельзя. Простая арифметика, когда ты сдашься.

– Не сдамся, – не особо уверенно отметил Дилан.

– Ну-ну, – Шаман порылся в складках плаща и вдруг кинул Дилану что-то круглое.

Мальчик машинально поймал предмет и обомлел – запечённая картофелина! Самая обычная. Вкусно пахнущая костром, настолько, что слюной можно подавиться. Вот только…

– Она тоже память заберет? – Дилан недоверчиво покосился на Шамана.

– Нет, она не заберет, – тот покачал головой. – Но верить или нет, это уже твое дело.

Мальчик понюхал подачку. Картофелина пахла родным миром, а не вонью свалки. Дилан не выдержал и впился зубами в неочищенный корнеплод. Мякоть захрустела, и язык уловил безумную вкусноту. Это было восхитительно, и плевать, если он все забудет.

– Жаль мне тебя, вот и принес, – хмыкнул Шаман. – Ты глупый и самоуверенный, неужели не понимаешь, что помрешь тут с голоду.

Дилан молчал. Картофелина оказалась вкусной, но очень маленькой. Хотелось еще ведро таких же.

– Поступай, как знаешь, ты местный изгой. Выживай, как хочешь, – Шаман поднялся, чтобы уйти. – Раскрыть тебе один секрет: я еще ни разу не видел, чтобы гоблин снова стал человеком. Ни разу! Не хочешь жить здесь до смерти? У тебя есть один выход: напроситься к магам, когда они прибудут. Но вот когда это случится, никто не знает. Да и возьмут ли они тебя? Им же нужны силачи, а не такие задохлики. Все, что получишь: или огнем по морде, или в камень превратят.

Старый гоблин, опираясь на палку, побрел прочь, оставив Дилана наедине с невеселыми мыслями.

Шаман оказался прав. Новое положение Дилана, когда его просто перестали замечать, а если и натыкались, то награждали подзатыльником или пинком, было еще более удручающим. С наступлением лета (если верить погоде – жаркой и сухой) еды внезапно стало меньше. Видимо, мелкая живность рванула прочь по иссыхающему болоту. Но там, где мышь пробежит, гоблин застрянет и не выберется.

Само болото стало опаснее, испаряясь и одаривая жителей свалки волнами вони. Жизнь превращалась в кошмар и больше всего давили воспоминания о доме, о семье. Воспаленный мозг маленького гоблина генерировал кошмары пачками, не давая выспаться.

На исходе месяца со дня превращения, Дилан вдруг понял: если ничего не изменится к лучшему, он сам лично отправится к общему котлу за порцией вонючей гадости. Пусть уж все забудется, лишь бы не мучиться так.

И судьба его услышала. После трех дней затяжных дождей мальчик услышал новость: на остров прибудут волшебники. Зачем? Это и так понятно, слуг себе искать. Ведь всем известно, что там, вдали, где еле различим силуэт деревянного парома, гоблины не более чем никчемная группа существ, не пригодных ни на что, кроме прислуживания.

Глава 6

Дилан опасливо высунул мордочку из-за выступа в горе мусора. Судя по форме, раньше это была раковина, но сейчас – укрытие, на случай если более крупным гоблинам захочется его прогнать. Правда, те обитатели острова, что находились поблизости, внимания на мальчика не обращали, всецело поглощённые наблюдением за группой магов. Волшебников было десять, они шли по дорожке меж гор мусора, следом за Шаманом. Старый гоблин расписывал людям достоинства и недостатки новичков, набивая цену. Как бы странно и абсурдно не было все происходящее, но гоблины сами соглашались, чтобы их купили – дали хотя бы такой шанс покинуть опостылевшую свалку. Видимо, не имея памяти о прошлом – шли вперед, не думая о последствиях, Соглашаясь с ролью слуг.

Любопытство медленно, но верно побеждало здравый смысл, и Дилан рискнул выбраться из убежища и вскарабкаться на гребень горы. Так магов было лучше видно, но и под удар он попадал. Да, у него было оправдание: он впервые видел волшебников и старался понять, чем же они отличаются от других людей. Пока выходило, что ничем. Обычные мужчины от тридцати до пятидесяти лет, одеты в пиджаки, брюки, плащи. Засмотревшись, он окончательно потерял бдительность и не заметил, как сзади подкрался более сильный и рослый гоблин. Получив довольно сильный пинок под зад, Дилан пару раз кувыркнулся через голову и, пропахав носом влажную после недавнего дождя землю, растянулся посреди дороги. И это было очень плохо. Пугало даже не то, что он слетел с мусорной горы – кости явно были целы. И не то, что сверху доносился мерзкий смех. Пугала возможность разозлить магов своим появлением и получить в лоб. Камнем или магией – уже неважно.

Маленький гоблин сжался, надеясь, что если люди его и заметили, то приняли за упавший камень. Но не получилось. Через несколько секунд рядом с ним раздались шаги. И не перестук гоблинских копыт, а шуршание подошв человеческой обуви. Дилан прикрыл голову руками и стал ждать: если ударят, то он, возможно, даже увернется. Но удара не последовало. Зато неизвестный опустился рядом с ним на одно колено и сказал:

– Привет. Ты кто?

Вопрос, конечно, был глупым, но и позволял выбрать любой ответ. Вот только врать не было смысла.

– Дилан, – мальчик убрал руки от мордочки и даже рискнул приподняться.

Рядом с ним сидел мужчина лет сорока, с темными волосами до плеч и аккуратно подстриженными усами. Смотрел он спокойно и не враждебно. Скорее даже с любопытством.

– Понятно, Дилан, – маг кивнул. – А меня Фернанд зовут.

Мальчик кивнул в ответ, но промолчал. Мужчина продолжал смотреть ему прямо в глаза, и от этого было как-то не по себе. В конце концов Дилан не выдержал и отвернулся.

– Хочешь уйти отсюда? – внезапно спросил мужчина.

Дилан уставился на него, не веря своим ушам. С чего бы вдруг магу предлагать такое ему, мелкому гоблину, ни на что, по сути, не годному?

– Так хочешь?

– Очень, – Дилан закивал, чувствуя, как его начинает трясти от волнения.

– Хорошо, – Фернанд выпрямился и протянул ему руку. – Тогда пошли.

Маленький гоблин, все еще не веря в свою удачу, вцепился когтистыми лапками в человеческую руку. Маг хмыкнул и потянул его за собой к остальным людям.

– Ну и кого ты выбрал? – Спросил первый же встречный. – Зачем тебе этот заморыш?

– А зачем мне дуболом? – Фернанд пожал плечами.

Больше ему вопросов не задавали, хотя смотрели неодобрительно. Дилан старался держаться поближе к магу все время, пока тот выплачивал Шаману нужную сумму (в три раза меньше положенной за гоблина-здоровяка). Старый гоблин смотрел на Дилана холодно, с отвращением, но был явно рад избавиться от такого соседа.

Дождавшись, пока завершатся все сделки, маги двинулись на окраину острова. За ними следовали их новые слуги. Дилан вдруг осознал, что он теперь один из них – куплен человеком. Его передернуло. Неплохо же устроились некоторые гоблины, продают себе подобных … Поставки новичков налажены. А в этом мире кто знает, откуда берутся гоблины? Страшно и противно.

Паром оказался всего лишь деревянным ящиком, пусть и прочным, проверенным. Так что перевозка затянулась. Темноволосый волшебник бережно подтолкнул Дилана к переправе, когда часть желающих уже была на другом берегу. Ящик качался и кренился, маленького гоблина стало заметно мутить, но тут из тумана появился причал. Такой же старый и деревянный, он мог бы много всего рассказать о гоблинах и их повадках.

Только на другом берегу маги разошлись. Кто-то ушел пешком по проселочным дорогам, но большинство направились к коляскам и каретам, припаркованным на расчищенной от растительности полянке. Фернанд также выбрал второй вариант. Правда, остановил свой выбор на одноместной открытой коляске, так что Дилан, посмотрев, как устраиваются остальные гоблины, с тоской понял – ему ехать придется на полу. Впрочем, после всего, что с ним случилось на острове, это было еще не особо унизительно.

Скрипящее и давно не мытое транспортное средство тащила уставшая серая лошадь. Она периодически всхрапывала, и возница нервно дергал поводья. Иногда он оборачивался и бросал любопытные взгляды на пассажиров. Дилана это жутко смущало. К тому же на полу оказалось холоднее, чем он думал, и мелкая дрожь нет-нет да пробегала по его телу.

– Сядь рядом, – Фернанд коснулся его плеча и затем положил ладонь на сидение рядом с собой.

Дилан решил не перечить и перебрался поближе к магу. Тот же просто отстегнул свой плащ и набросил на плечи продрогшему гоблину. Мальчик уставился на мужчину с недоверием. Может, где подвох? Но тот лишь улыбнулся и стал следить за дорогой.

– Спасибо, – неуверенно выдавил Дилан и уставился в пол.

Ехать пришлось несколько часов. Через смешанный лес, мимо засаженного чем-то, похожим на капусту, поля. Затем был подъем на холм, и вот внизу раскинулся город. Огромное пространство, застроенное домами всех форм и размеров: от простеньких одноэтажных коттеджей до многоквартирных громадин. Сады и парки теснились рядом с площадями.

– Ого! – Дилан не мог сдержать своего восхищения.

– Сейчас еще больше удивишься, – тихо ответил ему Фернанд, и был прав.

По мере того, как они проезжали по улицам, Дилану все больше казалось, что он оказался на иллюстрации к сказке. Вблизи дома были еще чудеснее: с лепниной, барельефами, или просто украшенные различными рисунками. Фонтаны и статуи радовали глаз на каждой площади. Вокруг царила чистота. Но самое главное: над городом не висели надоевшие серые тучи, и солнце щедро одаривало улицы теплом и светом.

Дом волшебника был, по меркам мальчика, довольно большим, чистым и аккуратным. Дилан с восхищением рассматривал цветные витражи на окнах второго этажа.

– Ну, вот и приехали, – Фернанд довольно улыбнулся. – Первым делом примешь ванну. Потом устроим тебе спальное место. И поужинаем.

Дилан машинально кивнул, догадываясь, что мыться придется в старом корыте или еще в чем похуже, но ошибся. Ванна оказалась самая обычная, человеческая, вода – горячая, мыло и мочалка также присутствовали. Мальчик глазам своим не верил. Даже если это всего на один вечер, вымыться в нормальных условиях – уже счастье. Он провел в ванной комнате не меньше часа, стараясь оттереть всю грязь, что пристала к нему за время, проведенное на острове. Если бы не остывшая вода и окрик Фернанда, и дольше бы там сидел. Но пришлось вылезать. Маг критически осмотрел его прежние обноски и заставил выбросить, выдав взамен пусть не новую, но добротную одежду. Вот только и штаны и рубашка оказались Дилану велики. Пришлось подкатывать рукава и штанины, отчего внешний вид у него стал довольно забавный.

На ужин была тушеная картошка с мясом. Мальчик вспомнил, как раньше, еще в родном доме, воротил нос от такой еды. Сейчас же он умял свою порцию за пару минут, но ощущение сытости не пришло. Фернанд хмыкнул и выдал вторую порцию.

– Спасибо, – мальчику вдруг стало стыдно, но голод был сильнее.

Последним сюрпризом вечера стало спальное место. И не каморка под лестницей, и не тряпки у плиты, как думал маленький гоблин. Волшебник проводил его на второй этаж и открыл одну из дверей в коридоре. За ней оказалась небольшая, но очень уютная комнатка с минимумом мебели: кровать, шкаф, стол и стул.

– Ну, заходи, ты теперь тут живешь, – Фернанд подтолкнул мальчика, заставляя войти.

Дилан, еще не веря в такое счастье, осторожно переступил порог.

– Мой бывший слуга уехал в другой город, – объяснял волшебник, пока гоблин изучал комнату. – Так что я искал замену. Из обязанностей: уборка, готовка, помощь в работе и прочее по мелочи. Взамен: комната, питание и удобства. Согласен?

– Конечно, – Дилан закивал.

Отказываться от такого глупо. Да и если получится подружиться с магом, вдруг он поможет ему расколдоваться.

– Ну, тогда отдыхай, – Фернанд вышел из комнаты, позволяя мальчику самому распоряжаться новым пространством.

Дилан опасливо провел коготками по одеялу на кровати, постучал по спинке стула, словно не верил в их материальность. Но вещи не исчезли, и мальчик позволил себе успокоиться и даже забраться в кровать. Как же давно он не спал на мягком! Как давно он не ел нормальной еды, и как давно к нему не относились по-человечески. Он и сам не заметил, как уснул… Но проснулся в темноте, от того, что кто-то тряс его за плечо.

– Дилан! – голос был знакомым, но мальчик никак не мог понять, где он и кто его будит.

Он точно не на свалке, запахи другие. Тогда где и почему? Его похитили? От страха и непонимания Дилан резко выпрямился и тут же ударился головой обо что-то твердое. Вспыхнул свет, освещая смутно знакомую кухню, и маленький гоблин вспомнил весь прошлый вечер. Он сейчас в доме мага, но почему-то не в своей кровати, а… под столом. Фернанд сидел напротив и бережно держал его за плечи, смотрел внимательно и с жалостью.

– Проснулся? – спросил он, заметив осмысленность во взгляде гоблина.

– Кажется… – Дилан замялся. – Почему я тут?

– Ты видимо ночью вспомнил, как раньше в норах спал, вот и пошел во сне искать похожее место, – Фернанд вдруг улыбнулся и хмыкнул. – Ты меня напугал, если честно. Хорошо, я еще не спал.

– Простите, – Дилан виновато уставился в пол. Вот и первые проблемы.

– Не вижу, за что тебе извиняться, – волшебник потрепал его по голове. – Хочешь чай?

Дилан благодарно кивнул.

Чай пили в большой комнате, сидя напротив разожжённого камина. Сухое тепло, идущее от огня и вкусный травяной напиток постепенно успокаивали Дилана. Фернанд, все время молчавший, вдруг спросил:

– И давно ты стал гоблином?

Чашка чуть не выпала из лап. Дилан уставился на мага, не зная, что ответить.

– Откуда вы…

– Знаю, – волшебник утвердительно кивнул. – Как давно ты в этом мире?

– Месяц, может чуть больше – Дилан сжался. Почему-то стало ужасно стыдно.

– И ты помнишь о своей семье? Как так вышло?

– Не ел гоблинскую еду.

Допрос прекратился. Фернанд молча допивал свой чай, а вот Дилан вдруг почувствовал, как растет в груди тяжелое, давящее чувство. И не было других возможностей избавиться от него, кроме как заплакать. Впервые за долгое время.

– Эй, все же хорошо, – Фернанд заметил, как дрожат плечи мальчика, и поспешил его успокоить, приобнять.

Дилан не выдержал, ткнулся носом в плечо мага и заревел в голос.

– Не хочу я быть таким, – всхлипывал он. – Я домой хочу!

Волшебник его не отталкивал, позволяя выплеснуть накопившуюся боль. Заметив, что Дилан немного успокоился, Фернанд сказал:

– Давай договоримся, ты помогаешь мне в делах и по дому, а я найду способ тебя расколдовать. Согласен?

– Конечно, – Дилан закивал, вытирая слезы. – Вы правда поможете?

– Буду стараться, – маг улыбнулся. – Можешь сегодня спать здесь. Одеяло и подушку я принесу.

Глава 7

У Дилана, как и у любого другого человека, был свой список вещей и явлений, которые он терпеть не мог. В его личном «топе» уборка стояла на пятом месте, сразу после школы. Но так как в его новой реальности школы (как, впрочем, и многих других явлений) не было, то ненавистная уборка автоматически поднялась по списку и попала в тройку лидеров, пристроившись за зеркалами.

Теперь любая отражающая поверхность заставляла мальчика нервно вздрагивать и отворачиваться, лишь бы не видеть себя. С уборкой же было иначе: факт, что именно этим ненавистным делом, вызывающим тоску и желание сбежать из дома, ему придется расплачиваться за крышу над головой и шанс снова стать человеком, казался Дилану насмешкой судьбы.

С самого первого утра в доме алхимика мальчик всеми силами старался убедить себя, что любую работу можно выполнять весело и задорно, что при правильном отношении и настроении даже самые нудные задания могут радовать. Но это мало помогало. От одного только взгляда на ведра, тряпки и швабру хотелось выть в голос, но такое настроение приходилось скрывать, опасаясь, что хозяин дома просто откажется от своего обещания помочь.

«Интересно, – думал Дилан, поднимая ведро с водой на второй этаж. – А со взрослыми такое бывает? Ненавистное дело, от которого не откажешься…»

Вода из ведра выплескивалась, растекалась по лестнице, добавляя работы. Мальчик и раньше на уборку одной комнаты тратил почти весь день, а сейчас, когда ему предстояло приводить в порядок целый дом: два этажа, по шесть комнат на каждом, кухня, чердак и подвал, две ванные комнаты… Перспективы были не из приятных. Одна надежда, что Фернанд довольно быстро найдет способ его расколдовать и вернуть домой.

Еще не раз приходила мысль, что дом волшебника таит в себе множество загадок, но пока что главной тайной было количество пыли под шкафами и тумбочками.

Всего за одну неделю его жизнь начала превращаться в рутину. Утром завтрак – так как заняться было в принципе нечем, Дилан ложился спать рано, и вставал, заслышав первые шаги хозяина дома. Сразу после завтрака – уборка, уборка и еще раз уборка. Видимо, последний слуга Фернанда дом покинул довольно давно, и пыли успело накопиться достаточно. Впрочем, можно было думать, что этот самый слуга оказался обычным лентяем, и волшебник его выгнал.

В любом случае, до обеда Дилан старался навести порядок. Дело продвигалось медленно. Мешала и неуклюжесть, из-за того, что мальчик до сих пор не привык к новому телу, и тоска по дому, и сама скучная работа. У обеда точного времени не было. Фернанд кусочничал, перехватывая что-то на ходу или забирая быстро приготовленную пищу с собой в подвал, где располагалась его лаборатория, и куда Дилану хода не было.

Маленький гоблин или довольствовался остатками завтрака, или второй порцией обеда, который готовил Фернанд, или бутербродами. До ужина он опять же возвращался к уборке, но тут пыл его поостывал, и работа шла вяло. Ужинали они вместе, после чего Дилан уходил в комнату, где и маялся без дела, пока не засыпал. И надо сказать, в первые дни сон побеждал его довольно быстро, так что проблем не возникало. Но на седьмой вечер мальчик вдруг понял, что ему уже поднадоело вот так просто лежать и смотреть в потолок.

Маленький гоблин сидел на кровати и думал, чем бы заняться. Несмотря на наличие в мире электричества, ну или энергии его заменявшей, ни радио, ни телевизора он не заметил. То ли Фернанд не признавал эти виды развлечений, то ли их просто не существовало. К последнему мальчик склонялся больше, ведь и на соседних домах он ни антенн, ни проводов не наблюдал.

Выйти погулять? Да он даже днем не спешил высовывать нос на улицу. После сумасшедших месяцев на острове-свалке хотелось спокойствия и защищенности, крыши над головой. К тому же Дилан серьезно сомневался, что город, в котором покупают и продают гоблинов как слуг и рабов, встретит его приветливо.

– Книгу что ли почитать? – спросил он сам себя и тут же поморщился.

Последние лет пять в их доме книги появлялись уж точно не по желанию Дилана, который больше любил комиксы. Но что-то ему подсказывало, что подобное чтиво в этом мире он не найдет.

Библиотека находилась на первом этаже. Под нее хозяин дома отвел самую большую комнату, разместив внутри высокие, под потолок, стеллажи, почти полностью заставленные книгами, журналами и газетами. Увидев комнату в первый раз, Дилан догадался, что она доставит ему немало хлопот, правда, тогда еще не догадывался, насколько серьезных.

Он мог бы отправиться на поиски нужной книги и без разрешения Фернанда, в конце концов, ему еще предстояло наводить в библиотеке порядок. Но догадывался, что без взрослого он провозится до утра. Поэтому Дилан сразу же отправился в каминную, где хозяин дома проводил почти все вечера. Обычно мужчина или читал, или что-то писал при свете небольшой настольной лампы, и сегодняшний вечер исключением не стал. Маленький гоблин кашлянул, привлекая внимание Фернанда. Тот вздрогнул, переводя взгляд с газеты на Дилана, словно не ожидая его тут увидеть, словно вообще забыл о его существовании.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.