Федор Ибатович Раззаков
Честное пионерское! Юные звезды советского кино: 1921–1961 годы

© Раззаков Ф.И., 2024

© ООО «Издательство Родина», 2024

Вступление

Фактически с момента появления на свет кинематографа зародилось и детское кино. Так, в дореволюционной России первая программа подобных фильмов под названием «Детское утро» была показана в начале 1909 года. Всего же в период с 1908 по 1917 год в России было снято 23 детских фильма. Хотя, справедливости ради, стоит отметить, что сюжеты большинства тогдашних детских фильмов были далеки от существующей реальности. Вот и фильмы из той же программы «Детское утро» были посвящены не современным реалиям, а являлись ничем иным, как экранизациями русских народных сказок, выполненными средствами художественного и мультипликационного кино.

Что бы сегодня ни писали апологеты дореволюционной России, однако жизнь большинства детей в ней с каждым годом становилась все хуже и хуже. Тяжелая поступь «железной пяты» капитализма особенно безжалостна была именно к детям – самой беззащитной категории населения царской России. Особенно это касалось детей из простых семей, которых в царской России было большинство. Приведем лишь один пример: русская проституция среди несовершеннолетних детей в начале ХХ века значительно превзошла по количественным показателям Западную Европу. Во всех крупных городах России функционировали полулегальные публичные дома, где работали дети от 6 до 15 лет. Кроме этого, «продажные дети» имелись и в других заведениях: например, при швейных мастерских, где трудились девочки 11‒14 лет. Лидером по этой части была, естественно, тогдашняя российская столица – Петербург, где доля детей-проституток только в возрасте от 10 до 12 лет составляла 10 %.

Основную массу несовершеннолетних проституток составляли дети низших слоев населения: дети из рабочей среды, беспризорники (а их в царской России были сотни тысяч), дочери проституток. Особенный размах это явление приобрело после начала Первой мировой войны (1914), когда взрослые проститутки отправились ближе к фронту, а на их место в том же Петербурге пришли малолетки. Власти ничего не могли с этим поделать, поскольку на саму проблему проституции смотрели сквозь пальцы – она была фактически узаконена и поэтому ширилась и росла, в том числе и из-за притока несовершеннолетних.

Не отставала от Петербурга и Москва, где в начале ХХ века действовали тысячи притонов. Для примера: только в одном небольшом по протяженности Малом Сухаревском переулке было 100 (!) домов терпимости, в том числе и таких, где можно было «заказать» себе несовершеннолетних гетер – мальчика или девочку, которых туда сдавали родители из неблагополучных семей. Как писал в начале ХХ века исследователь этой проблемы доктор Б. Бентовин:

«Ранее детская проституция существовала как бы только для потребности половых гурманов… Теперь детская торговля любовью ведется с удивительной откровенностью и широтой, безо всякой маскировки и ширм».

Так что общая атмосфера в дореволюционной России по отношению к детям выглядела достаточно цинично: лишь небольшой их процент мог похвастаться своим счастливым детством, а большая часть росла в атмосфере страха и нищеты. Собственно, во многом именно поэтому в стране и произошли сразу две революции в 1917 году: просто большинство родителей испугались за беспросветное будущее своих детей и свергли власть, которая это будущее собой олицетворяла.

Часть первая. «Нас вырастил Сталин…»

Глава 1. 1918‒1934 годы: Юные звезды эпохи НЭПа: от Шуры Константинова до Тани Мухиной

Пришедшие к власти в октябре 1917 года большевики практически с первых же дней своего воцарения стали уделять внимание детскому кинематографу. И хотя обстановка в стране была далека от идеальной (на российских просторах полыхала гражданская война), однако уже в начале 1918 года (то есть, спустя несколько месяцев после революции) при отделе средних учебных заведений Наркомпроса РСФСР была создана секция школьного кинематографа и на свет появился первый отечественный детский фильм «Сигнал» (режиссер А. Аркатов), снятый Московским комитетом Наркомпроса. Обратим внимание на сюжет фильма, который прямо вытекал из тогдашней обстановки гражданской войны: юный герой (актер Яков Волженин), с целью предотвращения диверсии, ценой собственной жизни останавливал поезд, перевозивший оружие для красных, использовав… рубаху, окрашенную своей кровью. Таким образом, в основу первого советского детского фильма легла идея о самопожертвовании, которая владела тогда умами миллионов людей – как взрослых, так и детей. Эта идея не была вбита в мозги посредством большевистской пропаганды, как пытаются нас теперь уверить господа-либералы. Тогда большевистская пропаганда была еще слишком слаба, чтобы охватить всю страну. А дело было в том, что те же дети, которые безоглядно жертвовали своими жизнями ради светлого будущего, были уверены, что таковое обязательно наступит. Что с приходом большевиков, наконец, закончится та беспросветная жизнь их родителей, которую они воочию наблюдали до этого. Это было поколение пассионариев, которое грезило идеей справедливости не для себя лично, а для всех, и которое ради торжества последней готово было жертвовать даже самым дорогим, что есть у человека – собственной жизнью. Таким образом, можно смело заявить, что это пассионарное поколение создали не столько большевики, сколько выковало само царское время с его вопиющим неравенством и несправедливостью. Именно эти пассионарные чаяния и стали основой сюжета не только для первого советского детского фильма, но и для многих последующих кинолент.

В 1919 году, после VIII съезда РКП (б), кино в Советской России провозглашается главным средством внешкольного образования, агитации и пропаганды коммунистических идей. В стране начинается регулярный выпуск детских фильмов на самые разные темы. Тогда же на небосклоне советского кинематографа появляются и его первые юные звезды – несовершеннолетние дети-актеры. Впрочем, их тогда было еще не так много, поскольку в большинстве детских фильмов главные роли исполняли уже совершеннолетние актеры, вроде Зои Баранцевич. Слава пришла к ней еще до революции – в 1914 году (когда ей уже исполнилось 18 лет) благодаря фильмам А. Ханжонкова и П. Тимана. А ее первым советским фильмом стала лента «Володя и Володька» М. Нарокова, вышедшая в прокат в мае 1919 года.

В основном взрослые актеры снимались и в первом советском детском блокбастере «Красные дьяволята» (1923), где речь шла все о том же – самоотверженном участии детей в Гражданской войне на стороне красных. Отметим, что в стане белых дети тоже присутствовали (в основном это были отпрыски из дворянских семей, дети священнослужителей, зажиточных крестьян), однако «красных» детей все равно было больше (о чем говорить, если даже 50 тысяч белых офицеров перешли на сторону Красной Армии). Так что сюжет «Красных дьяволят», несмотря на всю свою приключенческую сказочность, в основе своей был правдив – дети активно помогали красным победить белых. Однако, как уже отмечалось, в роли детей снимались главным образом взрослые актеры. Речь идет о Павле Есиковском (22 года; роль Миши) и сенегальце Кадоре Бен-Саибе (20 лет; роль Тома Джаксона). Однако третью главную роль в этом блокбастере (он стал одним из самых коммерческих фильмов 20-х годов) исполнила несовершеннолетняя актриса Софья Жозеффи, которой на момент съемок было 16 лет.

Она родилась в 1906 году в белорусском городе Клиницы в семье известного циркового артиста Льва Исааковича Липкина – он был акробатом и выступал под псевдонимом Жозеффи. Поэтому уже с трех лет Софья стала работать в цирковых представлениях вместе с отцом, а также своими пятью братьями и сестрами.

Поскольку базой этого циркового семейства была Грузия – город Тифлис (будущий Тбилиси), это и сыграло определяющую роль в кинокарьере Софии. Режиссер фильма «Красные дьяволята» Иван Перестиани работал в Киносекции Наркомпроса Грузии, поэтому и обратил внимание на девочку-акрорбатку, слава о которой простиралась далеко за пределы Грузии. А поскольку в планах Перестиани стояло снять лихой боевик, насыщенный цирковыми трюками, он задействовал в главных ролях цирковых артистов: П. Есиковский был цирковым наездником и акробатом (выступал вместе со своими старшими братьями под псевдонимом Пач-Пач), К. Бен-Саиб – акробатом и боксером (в Россию он приехал жить в 1912 году, исколесив до этого с труппой марокканских прыгунов пол-Европы), а С. Жозеффи – акробаткой и наездницей.

София Жозеффи. Открытка первой трети ХХ века

Несмотря на то, что Жозеффи впоследствии снималась и у других режиссеров, однако в историю советского кинематографа она вошла именно как исполнительница главной роли в фильме «Красные дьяволята» и еще четырех фильмах-продолжениях («Иллан Дилли», «Наказание княжны Ширванской», «Преступление княжны Ширванской», «Савур-могила» – все 1926‒1927 годов выпуска).

Жозеффи снималась в кино до начала 30-х годов. В те же годы она вышла замуж за режиссера, который снял ее в нескольких фильмах – Михаила Вахнянского. Вместе с ним она в первой половине 30-х годов эмигрировала из СССР в Америку, где и прожила вплоть до своей смерти в 1982 году. Ее дочь до сих пор живет в Штатах, а вот внуки и правнуки перебрались жить в Европу – в Германию.

В январе 1924 года умирает создатель Советского государства Владимир Ильич Ленин. С этого момента он превращается в культовую фигуру в СССР, в том числе и в кинематографе – за последующие почти 70 лет его образ будет растиражирован не в одной сотне кинолент, причем как художественных, так и документальных. А одним из первых советских фильмов, где будет обыграна любовь к Ленину детей, появился на свет год спустя после его смерти – в 1925 году. Он назывался «Как Петюня ездил к Ильичу». Речь в нем шла о мальчике, который, узнав о смерти Ильича, решает в одиночку отправиться в Москву, чтобы принять участие в его похоронах. Роль Петюни исполнил юный актер Вороновский. Помимо него в фильме снялось еще двое детей: Тюленева-Клеменс (Катюша) и 10-летний Виккентий Масловский (Федюша). Последний потом станет актером: окончит в 1938 году училище при Камерном театре и станет актером Черноморского флота. Однако после войны он подастся в цирковые артисты, в числе которых пробудет до 1976 года.

На фоне того как сегодняшняя либеральная пропаганда загадила имя Ленина, кино, вроде «Петюни…» выглядит смешно и нелепо: дескать, вот как большевики умели замусоривать мозги даже детям. Между тем, если быть исторически справедливыми, то следует признать, что кино это было слепком с тогдашней реальности – Ленина тогда в СССР по-настоящему боготворили за его несомненную гениальность. Впрочем, не только в Советском Союзе, но и далеко за его пределами. Чтобы это понять, достаточно почитать высказывания многих выдающихся людей об этой личности – в том числе и людей, которых трудно заподозрить в больших симпатиях к большевикам. Например, великий физик Альберт Эйнштейн выразился следующим образом:

«Я уважаю в Ленине человека, который с полным самоотвержением отдал все свои силы осуществлению социальной справедливости… Люди, подобные ему, являются хранителями и обновителями совести человечества».

Или взять слова другого западного деятеля – писателя и философа Бертрана Рассела: «Наш век войдет в историю веком Ленина и Эйнштейна, которым удалось завершить огромную работу синтеза: одному – в области мысли, другому – в действии. Ленин казался мировой буржуазии разрушителем (кажется он ей таковым и по сию пору, за что и ненавидим. – Ф. Р.), но не разрушение сделало его известным. Разрушить могли бы и другие, но я сомневаюсь, нашелся ли бы хотя еще один человек, который смог бы построить так хорошо заново. У него был стройный творческий ум. Он был философом, творцом системы в области практики… Государственные деятели масштаба Ленина появляются в мире не больше, чем раз в столетие, и вряд ли многие из нас доживут до того, чтобы видеть равного ему…».

Так что правильно, что Петюня спешил на похороны к Ильичу. Мальчишкой двигало осознание того, что Ленин является его величайшим современником и отдать ему долг памяти – святое дело (одних венков на могилу вождя было возложено в день похорон 16 тысяч!). Из нынешней молодежи это чувство к Ленину российская буржуазия тщательно вымарывает, чтобы, не дай бог, кто-то из этих молодых людей вырос в нового Ленина и, говоря словами великого Эйнштейна, «с полным самоотвержением отдал все свои силы осуществлению социальной справедливости», то есть – отобрал бы у буржуазии наворованное.

Но вернемся в середину 20-х.

Именно тогда в СССР начинается массовый выпуск детских фильмов. Достаточно сказать, что только в семилетку 1924‒1929 годов в стране было выпущено около 50 фильмов для детей – в среднем по 7 фильмов в год (к сожалению, большая часть этих лент до наших дней не сохранилась, поэтому судить о них мы можем только по рассказам очевидцев или описаниям в прессе). Естественно, тогда же стали появляться и первые дети-звезды из числа тех, кто особенно активно снимался в тогдашних фильмах. Одним из них был ленинградский школьник 13-летний Шура Константинов, которого киношники отыскали в школе. Вообще, именно в те годы сложилась практика, благодаря которой находили юных актеров. Попадали они в большой кинематограф несколькими путями: 1) их находили в школах, куда приходили эмиссары с различных киностудий 2) они случайно могли попасться на глаза киношников на улице 3) их приводили на съемки знакомые киношников, либо их коллеги 4) их отбирали в результате кастинга, который проводился на киностудиях и куда детей приводили их родители, прочитав объявления в газетах.

Но вернемся к Шуре Константинову.

На его счету было семь фильмов, из которых в четырех он сыграл центральные роли. Среди них: «Ванька – юный пионер» (1924; главная роль – Ванька), «Теплая компания» (1924; главная роль – Васька Шкелет), «Дитя госцирка» (1925; главная роль – Гриша Калабухов), «Мишка Звонов» (1925; главная роль – Мишка Звонов), «Петухи» (1925; дьяконенок), «Чудо с самогоном» (1925; пионер), «Декабристы» (1926; эпизод).

Шура Константинов. Фильм «Ванька – юный пионер» (1924)

В «Ваньке – юном пионере» Константинов сыграл деревенского паренька, который мечтает стать пионером (Всесоюзная пионерская организация была создана в СССР в мае 1922 года по прямому указанию В. И. Ленина, за что и была названа его именем). В итоге он убегает из дома и приезжает в Ленинград, где становится пионером. Спустя какое-то время Ванька возвращается в родную деревню и уже там создает пионерский отряд.

В комедии «Теплая компания» юный актер перевоплотился в беспризорника, в «Дитя госцирка» сыграл пионера, в «Мишке Звонове» опять исполнил роль деревенского паренька, который в итоге становится пионером, в «Петухах» ему пришлось стать сыном дьякона, в комедии «Чудо с самогоном» актер снова сыграл пионера, разоблачающего деревенских самогонщиков.

В середине 20-х Шуру Константинова многие критики называли «советским Джеки Куганом» – был такой популярный американский актер-мальчик, фильмы с которым крутились в советских кинотеатрах и вызывали массовый ажиотаж у советской детворы. Джеки начал сниматься в 4 года (1918) в фильмах Ч. Чаплина: его дебютом стала лента «День удовольствий» (1919). А в 1921 году к Джеки пришла всемирная слава, когда он вместе с Чаплиным сыграл в трогательном фильме «Малыш». После этого Джеки Куган стал самым юным миллионером в мире – за одну съемочную неделю ему стали платить 22 тысячи долларов.

Ажиотаж вокруг имени Кугана в СССР был таким большим, что советские кинематографисты решили его… развенчать, причем привлекли для этого Шуру Константинова. В итоге на свет появился фильм ленинградского режиссера С. Козловского «Дитя госцирка» (перекличка с фильмом Джеки Кугана «Дитя цирка», 1923). Поводом к появлению этой ленты послужила следующая история, описанная в газете «Кино-неделя».

Группа ленинградских пионеров, восхищаясь актерской игрой Кугана, а также его гражданской позицией – он перечислил часть денег из своего миллионного гонорара палестинским детям, заочно зачислила его в свой пионерский отряд. Однако «Кино-неделя» разъяснила пионерам, что они, конечно, могут восхищаться игрой и поступком своего далекого американского сверстника-актера, однако принимать его в пионеры – это перехлест. Именно эта заметка и стала поводом к появлению фильма Козловского.

В нем речь шла о 6-летнем малыше, которого не хотят брать в октябрятский отряд из-за малого возраста, из-за чего он сильно переживает. Чтобы почувствовать себя взрослым, малыш начинает подражать героям в исполнении Джеки Кугана, что едва не приводит к гибели малыша. В итоге его все-таки принимают в октябрята, но Джеки Кугана, принятого в пионеры за некоторое время до этого, из списков отряда исключают.

К сожалению, сведения о «советском Джеки Кугане» – юном актере Шуре Константинове – до нас дошли весьма скудные. Он был из рабочей семьи и в кино попал со школьной скамьи – его приметил ассистент режиссера Петра Малахова из «Севзапкино», который пригласил мальчика на пробы в картину «Ванька – юный пионер». Пробы Шура благополучно прошел и был утвержден на главную роль. После чего в течение последующих трех лет он снялся еще в нескольких фильмах, не забывая, естественно, и про учебу в школе. А потом с ним случилась весьма типичная история. Став взрослым, он утратил свое прежнее детское обаяние и на этом его актерская карьера завершилась. Чего не скажешь о его американском «собрате»: Куган до конца своих дней (а умрет он в 1984 году) будет продолжать актерскую профессию, правда с конца 20-х прекратит играть главные роли, перейдя с них на второстепенные.

Итак, в четырех фильмах из семи Константинов исполнил роли пионеров. Что, конечно же, не случайно. Это было агитационное кино, причем в этой агитации не было ничего плохого, поскольку пионеры в ту пору выступали активными помощниками своих более старших товарищей в деле переустройства страны на новый социалистический лад. Это были лучшие из лучших ребят. Их ставили в пример всем школьникам, на их дела ориентировали и остальную учащуюся молодежь. И вообще школа в те годы формировалась по пассионарному принципу – ее нацеливали на построение светлого будущего. Впереди страну ждала ускоренная индустриализация и нужно было воспитать грамотное поколение молодых пассионариев. Вот почему в советских школах тогда начало бурно развиваться школьное кино как учебное пособие для детей. Создаются видовые, географические, научно-познавательные фильмы, начинается кинофикация школ, причем невиданными темпами. Так, если в 1927‒1928 годах в стране было всего 100 школьных киноустановок, то уже к 1929 году (фактически к началу индустриализации) их число достигает 800, а спустя пятилетку (в разгар индустриализации) их число приблизится к 15 тысячам.

Параллельно с этим развивается и детская художественная кинематография, когда в год уже снимается порядка 6–8 детских фильмов. Естественно, их надо было где-то показывать, поэтому в двух крупных городах (Москва, Ленинград) в 1926 году открываются первые в стране детские кинотеатры (с 1933 года их начнут открывать во всех крупных городах СССР).

Основу сюжетов для тогдашних детских фильмов составляли либо современные реалии (например, деятельность пионерских организаций), либо недавнее царское прошлое, которое рисовалось отнюдь не в розовом свете. Причем «рисунок» этот нес в себе такую «жесть», какую не увидишь даже в сегодняшних фильмах. Например, в финале некоторых тогдашних кинолент была показана гибель ребенка. Но, учитывая менталитет тогдашних россиян, только-только переживших братоубийственную гражданскую войну, подобная «жесть» воспринималась как вполне естественная (либеральная пропаганда сегодня это начисто игнорирует, пытаясь судить о том времени с сегодняшней «колокольни»).

Еще один известный юный актер того периода – Юра Зимин. Причем известность ему принесло отнюдь не большое количество ролей (их у него всего четыре в период с 1924 по 1926 год), а главная роль в фильме, где его герой как раз погибал. При этом время на дворе было показано не советское, а старорежимное, царское, что в какой-то мере оправдывало показанную трагедию. Речь идет о фильме Ольги Преображенской (одна из ведущих актрис еще дореволюционного кинематографа, потом ставшая режиссером) «Федькина правда» (1925). По сюжету, главными героями в нем были два паренька – один из рабочей семьи (Федька), другой из богатой (Толик). Они хоть и были друзьями, однако Толик дружил своеобразно: все свои проказы он предпочитал сваливать на Федьку. А тот по доброте душевной все ему прощал. И вот однажды все закончилось трагедией.

Толик подбил приятеля на опасную авантюру – «обрезать нос пароходу». Однако в самый ответственный момент лодку мальчишек перевернула волна, и приятели оказались в воде. Более ловкий Федька сумел спасти как себя, так и своего друга. Однако в этой борьбе сильно пострадал и в итоге умер, а перед смертью вспомнил почти всю свою жизнь – такую короткую и наполненную многочисленными обидами и притеснениями. Именно эти финальные кадры потрясли всех зрителей, хотя сентиментальность в ту пору и считалась пережитком царского прошлого.

На волне от успеха этого фильма в 1927 году на экраны страны выйдет еще одна детская картина о дореволюционных временах, где погибал главный герой – маленький мальчик-беспризорник. Речь идет о фильме «Кафе «Фанкони» режиссера М. Капчинского, который до этого работал директором легендарного фильма «Броненосец «Потемкин». Как и сотни его сверстников, таких же беспризорников, главный герой фильма работал в портовом доке. А эксплуатация там в царские времена была чудовищная: детей заставляли работать по 12 часов в сутки за миску похлебки и выполнять работу, непосильную даже для многих взрослых мужчин – перетаскивать огромные тюки и чистить до блеска пароходные котлы, пробираясь по узким пароходным трубам. Вот юный герой фильма и не выдерживал этого каторжного труда: во время чистки котла, он, находясь в трубе, терял сознание и задыхался от недостатка воздуха. Его тело находили только спустя несколько суток, когда пароход возвратился из рейса.

Юра Зимин

Отметим, что все детские роли в этом фильме исполняли не профессиональные актеры, а любители – недавние дети-беспризорники, которых Советская власть вытащила с улицы и, обув-одев, определила в детские дома. Так большевистская власть искупала свою вину за Гражданскую войну, которая, собственно, и породила в стране невиданное беспризорничество, когда миллионы детей скитались по улицам, жили на чердаках и даже… в строительных котлах. Скажем прямо, вина была искуплена в кратчайшие сроки – уже к концу 20-х годов беспризорничество было практически ликвидировано, хотя оно составляло внушительную цифру – 7 миллионов беспризорников. Очень многие из них потом выбьются в люди: станут известными учеными, актерами, спортсменами, писателями. Например, знаменитый актер Петр Алейников, ставший «лицом» советского кинематографа в 30-е годы. Однако вернемся на десятилетие назад.

Не стоит думать, что юных звезд советского кинематографа «ковали» только столичные киностудии в Москве и Ленинграде. Так, звезда юного актера Васи Людвинского зажглась на Украине – на Одесской киностудии. Причем руку к этому приложил выдающийся режиссер Александр Довженко.

Людвинский начал сниматься в кино в 1922 году, дебютировав в эпизодической роли в фильме с характерным для того времени названием «От мрака к свету». А три года спустя Вася получил уже свою первую большую роль: в фильме «Марийка» он сыграл пионера Тишку. А в 1926 году он снялся сразу в шести фильмах: «Бухта смерти» (роль – Павлик), «Вася-реформатор» (главная роль – пионер Вася), «В когтях советской власти» (Вася), «П.К.П.» (крестьянский мальчик), «Спартак» (брат Спартака), «Тарас Шевченко» (Тарас в детстве). Затем были роли в фильмах: «Черевички» (1927; мальчишка), «Беспризорные» (Вася), «За стеной» (1928; мальчик-лифтер), «Мальчик из табора» (1930; Сашко), «Волчий хутор» (1931; мальчик-партизан).

Великий А. Довженко снял Людвинского в одном из самых его известных фильмов – «Вася-реформатор» (1926). Вот как описывает сюжет этой ленты киновед Н. Милосердова:

«Это сатирическая авантюрная комедия, герой которой – сын фабричной работницы Вася, предоставленный самому себе и потому рано привыкший к самостоятельности, – отправляется искать приключения на улицах города. Советская действительность времен НЭПа ему такие возможности предоставляет в изобилии. Вася, например, попадает в церковь, где разоблачает «поповские чудеса». Церковь тут же превращают в кинотеатр, а поп становится киномехаником…».

Кстати, сам Вася Людвинский в кинематографе не остался. Закончив школу, он потом снялся еще в одном фильме – «Морской пост» (1938), где сыграл роль краснофлотца Бочкарева. После чего его кинокарьера закончилась. Вполне вероятно, что в этом была виновата начавшаяся вскоре война. Было много примеров, когда недавние юные звезды кино уходили на фронт и погибали там смертью храбрых. Впрочем, об этом мы еще поговорим чуть ниже, а пока вернемся в 20-е годы и вспомним еще несколько имен юных звезд того времени.

В союзных республиках юных звезд в те годы практически не было по причинам вполне объективным. Если взять, к примеру, Среднюю Азию (Узбекистан, Казахстан, Туркмению, Таджикистан и Киргизию), то там сниматься в кино вообще считалось грехом по мусульманским законам. А уж о съемках детей и вовсе говорить не приходилось. Поэтому, даже учитывая то, что в Средней Азии в 20-е годы уже появился свой кинематограф, местных актеров там еще не было, поэтому обходились услугами пришлых. В итоге в известном блокбастере тех лет под названием «Минарет смерти» (Пленница гарема) (это была драма по мотивам бухарской легенды XVI века, которую снял режиссер Вячеслав Висковский на базе двух киностудий – «Бухкино» и «Севзапкино») практически все взрослые роли исполняли русские актеры. А в единственной детской роли (самая юная жена в гареме) снялась опять же не местная девочка – 15-летняя Зана Занони, которая впоследствии станет достаточно известной актрисой.

Занони родилась 5 ноября 1910 года в Екатеринославле, который теперь носит название Днепропетровска. С детства увлекалась танцами, поэтому в 14-летнем возрасте поступила в 1-й Государственный хореографический техникум в Ленинграде. Именно там ее и приметили ассистенты режиссера из «Минарета смерти» (как уже говорилось, фильм снимался на «Севзапкино», который потом станет «Ленфильмом»). Так Зана сыграла свою первую роль в кино и с этого момента стала штатной актрисой «Севзапкино». Вплоть до окончания техникума в 1928 году она параллельно учебе работала и как киноактриса, снявшись еще в двух фильмах: «Соперники» (1926; рыбачка Зада), «Северная любовь» (1927; Пелька). После чего переключилась непосредственно на кинематограф. В итоге за последующие десять лет она снялась еще в восьми лентах, из которых назовем лишь некоторые: «Соперницы» (1929; главная роль – дочь кулака Италмас), «Айна» (1930; главная роль – Айна), «Золотые руки» (1932; Фатьма), «Девушка с Камчатки» (1936; Наташа).

В 1939 году Занони вошла в состав труппы московского театра имени Ермоловой и с кино на время распрощалась. В том же году она поступила в Театральную студию под руководством Н. П. Хмелёва. Короче, отныне для нее главным делом стал театр.

В 1945 году Занони перешла в труппу Театра-студии киноактера и вернулась в большой кинематограф. В 1947 году она сыграла эпизодическую роль пассажирки поезда в фильме «Поезд идет на Восток». Затем роли пошли одна за другой: Рультына в «Алитет уходит в горы» (1950), Огюль-Гирек в «Свадебном подарке» (1951), горничная-негритянка Мэри в «Серебристой пыли» (1953), мать Риверы в «Мексиканце» (1955) и др.

Как видим, Занони в основном исполняла роли женщин разных национальностей – это был ее «конек» (хотя в некоторых лентах она исполняла и русских героинь: «Следы на снегу», 1955 – Зинаида Замятина; «Я вам пишу», 1959 – Римма Васильевна, и т. д.). И все же чаще всего актриса играла либо иностранок (индианок, кубинок, негритянок, американок) или цыганок. Вот лишь несколько таких примеров: «713-й просит посадку» (1962; индианка), «Цыган» (1967; старая цыганка), «Крах» (1969; цыганка в хоре), «Черное солнце» (1970; негритянка), «Корона Российской Империи, или Снова неуловимые» (1971; индианка), «Если хочешь быть счастливым» (1974; индианка).

Даже в последнем своем фильме – «Плата за истину» (1979) – Занони сыграла иностранку: жену Пастера.

Скончалась З. Занони 22 июля 1983 года в Москве.

Но вернемся в 20-е годы.

В советском кинематографе той поры не было идеи «делать» малолетних звезд, как это было, например, в Голливуде. Поэтому очень часто детские роли исполняли профессиональные актеры, кто по своим внешним данным походил на подростков (как это было в случае с Яниной Жеймо). Однако так поступали не все режиссеры. Были и такие, кто не боялся снимать именно детей в возрасте 14‒17 лет, а не профессиональных актеров. Среди последних назовем нескольких:

Ирина Инсарова снялась в пяти фильмах, но прославилась главной ролью в фильме «Марийка» (1925), снятом в Одессе (ВУКФУ) режиссером Акселем Лундиным (в этом фильме, как мы помним, снялся и Вася Людвинский). Речь в фильме шла о судьбе крестьянской девочки-сироты;

Нонна Тимченко снялась в двух фильмах и прославилась главной ролью в картине «Аня» (1927), снятом на «Совкино» (1-я фабрика), где речь опять же шла о судьбе девочки-сироты, которая становится героем Гражданской войны, сражаясь на стороне Красной армии;

Володя Нольман прославился главной ролью в фильме «Ванька и «Мститель» (1928), снятом на Украине, в Киеве (ВУКФУ), все тем же Акселем Лундиным, снявшим «Марийку». Сюжет нового фильма разворачивается в годы все той же Гражданской войны. Пастушонок-сирота Ванька Огнев спасает от преследования белых двух красных разведчиков, после чего зачисляется в их отряд. Ванька совершает несколько подвигов, после которых его представляют к награде.

Наташа Михайлова сыграла главную детскую роль в фильме «Приемыш» (1929) Василия Журавлева (еще один будущий активный пропагандист детского кинематографа в СССР), где речь шла о том, как девочку-сироту, живущую в детдоме, берет к себе на воспитание некая семья, но девочка никак не может привыкнуть к новым родителям.

Как видим, сюжеты многих фильмов активно агитировали за Советскую власть. Однако, несмотря на это, ситуация в области идеологии в те годы не была столь однозначной. Более того, она была далека от идеальной. В те годы в СССР проводилась в жизнь Новая экономическая политика (НЭП), во время которой большой упор в экономике страны делался на частнопредпринимательскую деятельность. Под ее влиянием формируется нэпманская среда, которая раскалывает население страны на две неравномерные половины: зажиточное население (10‒15 %) и все остальное (85–90 %). Причем это расслоение порождает у большинства людей вполне справедливый вопрос: «За что боролись?». Не избежала этого раскола и подростковая среда, где стремительно распространялись установки нэпманской среды, вроде «деньги решают все» и «каждый выживает в одиночку». Когда в 1929 году социологи провели опросы в молодежной среде, то они выявили удручающую, с точки зрения идеологии, картину: всего 0,6 % юношей и 1,5 % девушек мечтали подражать героям революции, поскольку НЭП по сути перечеркивал их героические деяния. Многие подростки мечтали стать кем угодно – учителем (10,4 %), конторщиком (8,9 %), инженером (5,6 %), а также княгиней, дворянкой, богачом и даже священником, но только не коммунистом (2,2 %), политическим деятелем (1,1 %) или комиссаром (0,3 %). Еще меньше людей хотели стать военными, милиционерами. На основе этих данных тогдашняя власть пришла к выводу, что вся идеологическая система нуждается в кардинальных изменениях. Под эти изменения, естественно, подпадало и «важнейшее из искусств» – кинематограф.

Надо отдать должное тогдашним политтехнологам – буквально за короткие сроки (каких-нибудь 5‒6 лет) они сумели изменить ситуацию таким образом, что молодежь резко сменила свои недавние ориентиры. Окончательный перелом случится в 1934 году, когда на экраны страны выйдет фильм «Чапаев», который буквально «перепахает» сознание миллионов советских мальчишек и девчонок. Отныне быть героем революции и комиссаром вновь станет престижным и модным в подростковой среде. Впрочем, это случится чуть позже, а пока вернемся к ситуации конца 20-х, когда в СМИ была развернута дискуссия о путях развития советского кинематографа, в том числе и детского.

Таня Мухина. «Приключения Болвашки» (1927)

Дискуссия получилась весьма оживленной. Известный режиссер Павел Петров-Бытов (его последний фильм «Водоворот» о советской деревне имел большой успех у рядовой публики) в статье «У нас нет советского кинематографа» («Жизнь искусства», 1929, № 17) заявил, что фильмы Эйзенштейна, Козинцева и Трауберга (в том числе их последняя лента «Новый Вавилон» о Парижской коммуне 1871 года) непонятны рабоче-крестьянским массам. А в качестве положительного примера Петров-Бытов привел детский фильм «Танька-трактирщица» Бориса Светозарова, который по своей кассовости сравнялся с другим блокбастером – первыми «Красными дьяволятами». По сути это был феноменальный случай, чтобы бытовая драма сравнялась по популярности с приключенческим фильмом, насыщенным погонями и стрельбой. Но факт оставался фактом: «Танька-трактирщица» была очень популярна в те годы.

В фильме речь шла о дочери трактирщика (ее роль исполняла юная актриса Таня Мухина), которая мечтает вступить в пионерский отряд, но ее отец всячески этому противится. Когда ситуация достигает критической точки, трактирщик решается на преступление: подговаривает хулигана расправиться с руководителем пионерско-комсомольского драмкружка. Но все, естественно, заканчивается хеппи-эндом: руководителя спасают, Таньку принимают в пионерский отряд, ее отца сажают в тюрьму, а в трактире открывают общественную чайную.

Участники дискуссии, поддерживавшие «Таньку…», пытались доказать, что подобное непритязательное кино, содержащее в себе немалый заряд идеологической пропаганды, гораздо полезнее, чем десятки таких же пропагандистских фильмов, но снятых в сложной манере интеллектуального кинематографа и плохо «доходящих» до массового зрителя. Их оппоненты утверждали обратное: дескать, только серьезное искусство может воспитывать массы и поднять их интеллектуальный уровень на еще большую высоту. Не случайно эта дискуссия в киношной среде получила название «Броненосец «Потемкин» или «Танька-трактирщица»?». Как напишет чуть позже киновед Н. Нусинова:

«Новый Вавилон» (а также «Броненосец «Потемкин») и «Танька-трактирщица» предлагали два пути развития советского кино в 30-е годы, на рубеже которых они были сделаны: фильм Козинцева и Трауберга, снятый под влиянием статьи Эйзенштейна об интеллектуальном монтаже – «Четвертое измерение в кино», суперсложно смонтированный, тонкий, с атональной музыкой Шостаковича, предлагал двигаться дальше по пути киноавангарда; фильм Светозарова, ясный, нерративный, с увлекательным, по сути дела, детективным сюжетом, с простыми и понятными героями – указал ту дорогу, по которой советское кино и пошло…».

Заметим, что Таня Мухина в те годы считалась одной из самых снимаемых юных актрис советского кино времен НЭПа – на ее счету за шесть лет работы (1925‒1930) было 14 фильмов. Причем в ряде из них она играла мужские роли. Назовем эти фильмы: 1925 год – «Дитя госцирка» (роль – беспризорник), «Дорога к счастью» (Таня), «Его призыв» (девочка), «Золотой запас» (Танька Чугунова), «Черное сердце» (эпизод); 1926 год – «Мисс Менд» (беспризорник Колька), «Случай на мельнице» (Федька); 1927 год – «Жена» (эпизод), «Победа женщины» (эпизод), «Приключения Болвашки» (Таня), «Чужая» (эпизод); 1928 год – «Заводной жук» (пионерка), «Танька-трактирщица» (Танька); 1930 год – «Право на женщину» (эпизод).

Несмотря на такое обилие киноролей, юная звезда экрана времен НЭПа Таня Мухина в итоге так и не стала актрисой, видимо, не сумев вписаться в звуковой кинематограф, который начался в СССР в самом начале 30-х. Первым звуковым советским фильмом стала «Путевка в жизнь» (1931) Николая Экка – кино про то, как советская власть весьма эффективно боролась с беспризоностью. В этом фильме практически все роли детей-беспризорников исполнили взрослые актеры – молодые люди 18–20 лет. Впрочем, было и исключение. Так, роль Кольки по кличке «Свист» исполнил 17-летний школьник Михаил Джагофаров (родился в 1913 году). Эта роль станет для него трамплином в мир искусства – Михаил станет актером, и закончит театральное училище. В 1939 году снимется еще в одном фильме: «Воздушная почта» (роль – радист). А в следующем году поступит в труппу Душанбинского русского театра. Однако через год грянет война и молодой актер отправится на фронт. Где сложит голову, как и многие его ровесники, 22 февраля 1944 года.

Но вернемся на некоторое время назад.

В те годы в детском кинематографе работали многие известные советские литераторы, которых партия специально отрядила туда с целью способствовать поднятию уровня детского кино. Сценарии к детским фильма писали Владимир Маяковский, Агния Барто, Николай Асеев, Евгений Замятин, Виктор Шкловский, Аркадий Гайдар и многие другие. Особенно востребованным окажется Гайдар, хотя интерес к его прозе будет в кино неравномерным: в 20-30-е он будет в фаворе, в 40-е про него забудут, чтобы в 50-е снова вспомнить и экранизировать его книги на протяжении двух последующих десятилетий.

Один из первых фильмов по прозе Гайдара появился на свет в 1930 году и назывался «Будьте такими». Это была вольная экранизация рассказа «Р.В.С.», осуществленная молодым режиссером Арташесом Ай-Артяном на «Мосфильме». Причем Гайдару это кино не понравилось, о чем он не применул сообщить своему приятелю, журналисту Василию Данникову, в одном из писем. Выглядело это так:

«…Но если тебе случится встретить афишу, приглашающую тебя в кино на фильм «Будьте такими», то плюнь и пройди мимо, ибо фильм этот не что иное, как обезображенный режиссером мой рассказ «Р.В.С.», за право испохабить который я получил от «Совкино» энное количество неполноценных, увы, динаров…».

Кстати, Ай-Артян чуть позже снимет еще один фильм по прозе Гайдара, причем перенесет его сюжет на… армянскую почву. Речь идет о фильме «Каро», в основу которого была положена повесть «Школа». Речь в фильме шла о мальчике по имени Каро, который боролся за установление Советской власти в Армении. Главную роль исполнил юный армянский актер 15 лет от роду Моко Акопян (родился 12 ноября 1922 года). Он, кстати, потом пойдет по режиссерской стезе: в 1949 году поступит на режиссерский факультет Ереванского театрального института, а потом переведется из Еревана в Москву – на режиссерский факультет ВГИКа (мастерская Г. Александрова). Однако Акопян успеет снять всего два фильма (к/ф «Золотой бычок», 1955; «Воды поднимаются», 1962), после чего внезапно скончается у себя дома в возрасте 44 лет (1966).

Но вернемся в первую половину 30-х.

Тот же Ай-Артян в 1932 году снимет еще одну детскую картину – «Я не маленький», в основу которого будет положен популярный рассказ С. Розанова «Приключения Травки». Роль Травки в фильме исполнил 4-летний Толя Полунин.

А вот еще два детских фильма того же 1932 года выпуска: «Поздравляю с переходом» и «Сенька с «Мимозы». Оба были сняты на «Украифильме» (Одесский филиал), но разными режиссерами: первый Евгением Григоровичем, второй – Алексеем Маслюковым.

В «Поздравляю с переходом» речь шла о том, что в одной из школ резко упала успеваемость, а когда стали выяснять из-за чего, выяснилось, что все дело – в чрезмерной загруженности детей общественными работами. В главных ролях там были задействованы юные актеры в лице: Сережи Пельтика (Ванька), Т. Зайченко (Алеша), В. Яворской (Катя).

В «Сеньке с «Мимозы» сюжет строился вокруг следующей коллизии. Школьники строили модель паровоза для выставки. Главный герой фильма – Сенька (актер Витя Фридрих), под влиянием своего отца, уходил из кружка, чтобы построить ту же модель самостоятельно. Однаков в итоге он порывал со своим родителем и возвращался в родной коллектив, чтобы с успехом достроить модель паровоза и победить с ней на выставке. Это было типичное кино с магистральной линией того времени: индивидуализм – на обочину, коллективизму – зеленая улица.

Еще в самом конце 20-х, когда в «верхах» уже определились с тем, что НЭП с его ярко выраженным индивидуалистическим уклоном должен быть свернут, в советских СМИ разгорелась еще одна дискуссия – о вреде приключенческого жанра как яркого агитатора за этот самый индивидуализм. Так, в пятом номере журнала «Молодая гвардия» была помещена статья критика Я. Рыкачева под названием «Наши Майн Риды и Жюль Верны», где автор требовал безоговорочного отказа от традиций классического романа приключений, мотивируя это тем, что они пропагандируют «лихую индивидуальную предприимчивость», изображают «вульгарную романтику игры со смертью и с многочисленными препятствиями».

Автор категорически возражал против «индивидуальных героев», являвшихся якобы «выпячиванием личного начала» в то время как в советских людях должен воспитываться прежде всего коллективизм. На этой основе Рыкачев требовал запретить издавать в Советском Союзе все приключенческие романы с героями-индивидуалистами, а конкретно книги П. Бляхина, А. Беляева, В. Каверина и др. Вместо приключенческой литературы Рыкачев предлагал в изобилии выпускать биографические и автобиографические книги, посвященные жизни революционеров, при этом делая оговорку, что в них не должно быть места занимательным происшествиям.

Эта статья была воспринята как руководство к действию – начался мощный накат не только на приключенческую литературу, но и на кинематограф, разрабатывающий эту тему. В номерах 2–3 журнала «Пролетарское кино» за 1931 год кинокритик Ю. Менжинская публикует статью, где пишет о вредном влиянии на детей фильмов «Красные дьяволята», «Ванька и Мститель» (еще один истерн конца 20-х годов, снятый на Украине) и других приключенческих картин. Автор заявляла: «Ясно, что разработка материала, в основе которого лежит культ героя и апофеоз случая, противоречит основным принципам советской педагогики».

В результате этой кампании, которая приняла всесоюзные масштабы, в кинематографе начал сворачиваться выпуск приключенческих фильмов с индивидуалистическим уклоном и начали появляться ленты, пропагандирующие коллективистскую идею. Чтобы читателю стало понятно, о чем шла речь в подобных фильмах, вкратце расскажу сюжеты трех подобных картин: «Сам себе Робинзон» (1930), «Настоящие охотники» (1930) и «Полесские Робинзоны» (1934).

В первой картине речь шла о том, как советский школьник Вася, начитавшись книг Фенимора Купера про индейцев, бросает семью, школу, друзей и отправляется на поиски приключений в лес. Но этот поход для подростка едва не завершается плачевно: он заблудился в чащобе. Однако фильм завершается благополучно: Васю находят его школьные товарищи, убеждают вернуться домой и заменить приключения научными экскурсиями.

В «Сам себе Робинзон» главные детские роли исполнили: Боря Богдановский (Вася-Робинзон), Лена Кривинская (девочка) и Коля Копелян (мальчик-скептик).

В «Настоящих охотниках» двое подростков, начитавшись книг про туземцев, принимают советских смолокуров… за людоедов. Но их правильные друзья вновь помогают им найти верную дорогу в жизни, записав их в туристическую секцию. В главных ролях там снялись Коля Гольдберг и Жорж Богданов.

В «Полесских Робинзонах» сюжет таков: двое школьников, опять же, начитавшись приключенческих книг, уходят в лес, но вскоре сильно жалеют об этом. На каждом шагу им начинают мерещиться опасности, которые едва не сводят героев с ума. Спасают ребят от помешательства их же товарищи, которые доходчиво объясняют «заблудшим», что все, что им до этого мерещилось, имеет свое естественное, а отнюдь не мистическое происхождение. Мораль фильма: приключений на свете вообще не бывает.

Главные детские роли в фильме исполнили: Слесаренко и Кучаев.

Тем временем в СССР вступала в свои права эпоха звукового кинематографа. Впрочем, ее наступление растянулось на несколько лет, а пока почти всю первую половину 30-х наряду со звуковыми фильмами появлялись и немые, в том числе и в жанре детского кино. Так, в 1932 году режиссер-дебютант Николай Лебедев (он потом превратится в одного из самых активных детских кинорежиссеров) снял фильм «Товарный N717», где главную роль сыграл уже известный нам по фильму «Настоящие охотники» Жорж Богданов.

А последний советский немой фильм был снят в 1935 году, причем это было не взрослое кино, а именно детское. И снимут его не в центре, а на периферии – в солнечном Узбекистане, на киностудии «Узбекгоскино» (режиссер Юлдаш Агзамов). Речь идет о фильме «Клыч» (Хочу быть машинистом), где в центре сюжета была история мальчика по имени Клыч, сына бригадира-хлопковода, который захотел увидеть паровоз и без разрешения отправился в одиночку на станцию. Там он познакомился и подружился со сверстницей – дочерью машиниста Лолой. В детских ролях в фильме снялись Д. Ассадуллаев и М. Умарова. В последующем никто не из них не пойдет по актерской стезе, тоже не вписавшись в звуковой кинематограф, который к середине 30-х уже вовсю набирал обороты. Какие детские фильмы выходили тогда на экраны страны?

В картине «Лятиф» (1931), снятом на «АзГоскино» (Азербайджан) Микаилом Микайловым, речь шла о подвиге семилетнего мальчика Лятифа в одной из деревень, во времена создания первых колхозов. В роли юного героя снялся Лятиф Башир оглы Сафаров (1920), который потом станет весьма известным кинематографистом. Правда, судьба у него сложится трагически.

Для Сафарова это была уже третья роль в кино: до этого он снялся в небольших ролях в фильмах «Дочь Гиляна» (1928) и «Севиль» (1929). В 30-е годы талантливый мальчик снимется еще в ряде фильмов: «Дорога на восток» (1930), «Золотой куст» (1931).

В 1931 году Сафаров поступил в Гянджинский педагогический техникум. После окончания, вернулся в Баку, работал в отделе дубляжа актером, а затем ассистентом режиссера, озвучивал на азербайджанский язык такие известные фильмы, как «Чапаев», «Ленин в октябре», «Мы из Кронштадта». А в 1940 году он поступил во ВГИК, на режиссерский курс Г. Козинцева.

С 1955 по 1961 год Сафаров снял три фильма: «Любимая песня» (1955; с певцом Рашидом Бейбутовым в главной роли), «Под знойным небом» (1957), «Сказание о любви» (1961). Снять больше Сафаров не смог, поскольку все его силы забирала общественная деятельность: в 1958 году его избрали первым секретарем Союза Кинематографистов Азербайджанской ССР. Однако эта должность его и погубила. 12 декабря 1963 года Лятиф Сафаров покончил жизнь самоубийством. Ему едва исполнилось 43 года (в сентябре).

Назову еще два детско-юношеских фильма, снятых в те годы на «АзГоскино»: «Два товарища» и «Друзья» («Мухтар»). Первый фильм снял Александр Маковский. В нем речь шла о приключениях двух детей-бакинцев, оставшихся без надзора – Петьки и Артюши. В этих ролях снялись В. Мордовцев (Петька) и Богдан Бабаян (Артюша). В остальных детских ролях были заняты: З. Корчагина (Зоя), В. Корецкий (Вовка, друг Зои).

Фильм «Друзья» («Мухтар») снял дебютант Ага-Рза Кулиев. Главным героем в нем был деревенский мальчик Мухтар, который вместе с друзьями предотвращал поломку единственного в деревне трактора. В роли Мухтара снялся Алекпер Алиев.

В фильме «Красный платочек» (1934), снятом на «Украинфильме» Лазарем Френкелем, речь шла о бесстрашной девочке Оксане (Света Лысенко), которая в годы Гражданской войны активно помогала партизанам.

Спустя год тот же Л. Френкель снял еще один фильм, но уже на современную тему – «Дивный сад» (1935). В нем речь шла о дружбе двух мальчишек – Юры и Лени. Последний был подающим надежды скрипачом, который мечтал играть на скрипке Страдивари. И таковая была у деда Юры – мастера скрипичных дел. В итоге внук похищает скрипку ради друга. Когда же эта кража вскрылась, на Леньку обращает внимание известный профессор музыки, который начинает давать ему индивидуальные уроки, пытаясь сделать из него настоящего скрипача. В роли Лени снялся Шура Корнет, в роли Юры – Сережа Лапоногов.

А вот еще один детский фильм той поры – «Буденыши» (1935), снятый, уже знакомым нам Е. Григоровичем. В нем снималась большая группа детсадовцев, поскольку сюжет ленты развивался в детском саду. А главная коллизия заключалась в том, что некоему детскому саду повезло: первомайский парад в нем должен был принимать сам дядя Семен Михайлович Буденный – легендарный красный конник, герой Гражданской войны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.