Наталья Мартынова
Мой ангел

1

Агидель пробиралась сквозь буреломы и терновник, бормоча заклинания, периодически останавливалась и смотрела на звезды. «Да, – думала она, – руны не ошиблись, ночь выбрана благоприятная, тихая, и речное течение не должно быть сильным». Лунный свет мягко стелился по земле освещая все вокруг, факела она не зажигала, чтобы он не мешал ей читать путь по звездам. Лиственный лес сменился на хвойный, гигантские ели и пихты с необъятными стволами, казалось упирались своими макушками в небо, смыкались, закрывая небосвод. Стало темно. Агидель зажгла факел, звезды ей больше не нужны, она знала, что она на верном пути. Этот путь она проделывала не впервые, но ей не разу не удавалось приблизиться к намеченной цели. Бурное течение реки, находящейся за высокими деревьями не давало ей переплыть на другую сторону и приблизиться к заветным каменным горам, за пределами которых происходило что-то таинственное и непостижимое.

Агидель была главной жрицей и имела большую власть над людьми своего племени. Она очень боялась стать бессильной и потерять эту власть, поэтому ей нужны новые артефакты, чтобы творить заклинания и держать в своих руках не только простой народ, но и остальных жриц, которые ждали ее старости, или магического бессилия, чтобы самим диктовать законы и менять порядки в своем племени. «Уж они натворят делов…, дай им только волю», – думала она.

Агидель уже несколько лет расшифровывала язык древней книги, которая ей досталась от ее предков. В книге она прочла об этом месте. Там за высокими скалами находится «Лунная долина», куда прилетают крылатые небесные люди. «А может быть это не люди, а боги», – думала Агидель. Для каких целей они прилетают ей неведомо, но наверняка они оставили после себя что-то ценное, что пригодится ей в ее магических обрядах и в очередной раз утвердит ее могущество в глазах других жриц. Она подошла к реке и вытащила из кустов спрятанную, сделанную собственноручно лодку. Течение было спокойное и тихое. Она переплыла на другой берег и приблизилась к каменным утесам. Утесы состояли из высоких каменных глыб и камней, вздымающихся высоко ввысь, образующие где-то далеко за пределами человеческого глаза кольцо, внутри которого находится таинственная долина. Простому человеку нет возможности преодолеть их, чтобы перебраться на другую сторону, но древние оставили знаки, указывающие на тайный вход, туннель ведущий сквозь каменные глыбы. Агидель зажгла факел и стала медленно двигаться вдоль каменных стен, вглядываясь в темные камни.

Вдруг резко похолодало, подул ветер, могучие деревья зашумели, заскрипели своими стволами и ветками на другом берегу реки. «Надо уходить», – подумала жрица. Агидель не боялась диких огромных хищных зверей обитающих в этих местах, способных завалить жертву в два раза больше по размеру и разорвать ее в клочья, не боялась ночных птиц, которые имели когти подобные кинжалам – от них она знала заклинания. Но вот холода она боялась. Холод в этих местах накатывал внезапно и быстро, замораживая все живое, да и река сейчас взбудоражится и понесется так, что лодку унесет в неведанные края. Раздраженная Агидель быстро направилась к лодке – опять она ничего не нашла! Вдруг она обо что-то споткнулась и чуть не упала. Жрица нагнулась и в свете факела всмотрелась. У ее ног лежала серая бесформенная масса, смутно напоминающее чего-то когда-то живое. Конечности были съедены, над лицом поработали хищные птицы так, что оно превратилось в сплошное месиво. Жрица несколько секунд всматривалась, потом прикоснулась к останкам рукой, шепча заклинания. По ее телу пробежала дрожь страха, но тем не менее она сняла плащ, завернула находку и взвалив на плечи зашагала к лодке.

2

Агидель вернулась домой только к вечеру следующего дня. Она зашла в пещеру, где совершались жертвоприношения. У разведенного костра сидело несколько жриц, поджидающих ее прихода.

– Зачем ты принесла к нам труп? – недоуменно спросили они, когда она развернула свою находку.

– В нем что-то есть, живое. Я извлеку это из тела, посмотрим.

Жрица бросила в кипящую воду только ей самой ведомые компоненты, по пещере разнесся одурманивающий запах, вводящий всех в транс. Взяв нож, жрица извлекла из тела живое существо мужского пола. Все замерли от ужаса. Кожа у существа, как и у человека, может быть чуть светлее и с розоватым оттенком. На голове уже обозначились кучерявые волосы, – но о ужас! на голове виднелись маленькие рожки, – а ноги…! Ноги были не человеческие, их можно сравнить с передними ногами копытных животных, а на его спине жрицы разглядели зачатки крыльев.

– Его надо немедленно уничтожить – это демон, – вскричали жрицы.

– Нет, – заявила Агидель, – это ангел. Я его буду растить и воспитывать. Он будет сильным и крепким. Это наш защитник, имя ему Велибор! – в экстазе закричала главная жрица.

По своему статусу жрицы были главными в своем племени. Остальные жители селения, проживающие чуть обособленно от жилищ жриц, подчинялись всем правилам и законам продиктованными жрицами. Жители были уверенны, что их благополучие зависит только от заклинаний, которыми владели жрицы. Они занимались различной работой, чтобы прокормить свою семью, но главная их задача состояла в защите жриц от врагов – охотников. Охотники за жрицами, так называли жителей проживающих на другом берегу реки, протекающей недалеко от селения. Для жриц и особенно для их дочерей берег реки и его окрестности были запретным местом. Были случаи, когда охотники, почувствовав, что здоровых и молодых мужчин в племени жриц оставалось немного, прокрадывались на территорию жриц и похищали их в собственных жилищах. Для чего им нужны были жрицы, что с ними потом происходило, было неведомо никому. Когда наступали такие времена, когда защитников оставалось недостаточно, жрицы прибегали к кровавому ритуалу – приносили в жертву одну из своих дочерей. Для жриц совершить такой ритуал было настоящей трагедией. Они все любили своих дочерей и долго потом их оплакивали, но что делать, ритуал всегда срабатывал, и охотники несколько лет не тревожили их. Жрицы за это время молились, чтобы в их племени семейные пары нарожали побольше сыновей – будущих защитников. Жрицы не вступали в брак. Их дочери появлялись на свет благодаря мужчинам племени, которые не знали своих дочерей, а дочери не знали своих отцов. Об этом знала только главная жрица, которая сама выбирала ночного гостя для своих жриц. Она приводила селянина с завязанными глазами и при полной темноте он становился продолжателем рода жриц, у которых, как правило рождались только девочки – будущие жрицы. Редко бывало, что какая-нибудь жрица разрешалась мальчиком, но тогда его относили в семью отца, где он рос и воспитывался воином-защитником.

– Боги нам послали великий дар! Я чувствую его силу! Теперь наши враги не посмеют к нам приблизиться! – торжественно провозгласила жрица и приготовилась совершить благодарственный обряд своим богам.

3

Небесный ребенок, посланный богами, очень быстро рос и развивался, но не ласк, не любви он не чувствовал, хотя очень в них нуждался. Жрицам он был неприятен, все относились к нему с презрением. Когда он попытался первый раз встать неуклюже на свои ноги, то не услышал ни слов поддержки, ни слов одобрения. Только главная жрица кое-как к нему обращалась, воспитывала. У него прорезались зубы, кривые, острые как кинжалы клыки. Он радостно улыбнулся жрице, думая, что и она разделит с ним его радость, но жрица резко одернула его и запретила ему открывать рот. Крылья ему тоже не разрешают показывать, они связаны у него за спиной, их скрывает одежда, так как, объяснили ему – это уродство, как и его ноги. Ему сшили специальные сапоги, которые он имел право снимать только ночью, а на голове всегда должен днем носить шапку. Ему приказано никогда не показывать свою истинную внешность, а в одежде он выглядел как обычный мужчина племени, хотя выглядел мешковатым и неуклюжим. Он оправдал надежды жрицы – рос сильным и крепким воином. В его обязанности входило следовать по всюду за жрицей и выполнять всякую тяжелую работу, которую она ему поручала, а также обучаться владению оружием. Постепенно он превратился в покорное и молчаливое существо, таково его предназначение: охранять и выполнять приказы жриц, каждый раз внушала ему Агидель. Когда Велибор достиг половой зрелости, жрица научила его угождать ей в постели, теперь еще и эта обязанность появилась, которую он выполнял с особой покорностью. «Мой хранитель», – называла она его, когда говорила о нем с кем-нибудь.

Агидель была горда и довольна собой. Она вырастила сильного воина-защитника. Не один мужчина в племени не мог сравниться с ним силою, а чужаки, узнав про хранителя, теперь боятся приближаться близко к племени. У жриц и у всего народа племени наступили тихие и спокойные времена.

4

Жрица состарилась. Ей надоел, да и не нужен был хранитель. Она чувствовала, что смерть пока издалека, но подкрадывается к ней. Она почувствовала смерть, так как стала безразлична к власти и другим житейским делам. Жрица удалилась в пещеру и погрузилась в старые книги, полные магией, ища на их страницах ведомое что-то только ей одной.

После того как Агидель удалилась в уединение, старшие жрицы на совете решили не назначать больше главную жрицу. Всех их объединяли родственные связи – между собой они являлись сестрами. Так пусть же правит на равных правах сначала старшее поколение, а потом их дочери. Велибора же решили передавать по очереди, на несколько лет, в услужение каждой жрице по старшинству их дочерей.

У Велибора теперь новая молодая жрица. Он покорно следует за ней и выполняет все ее требования. У них рождается ребенок. Он родился еще большим уродцем чем Велибор. Вместо крыльев у него на спине кривые человеческие конечности, не к чему не приспособленные. Жрицы с омерзением посмотрели на него, но убивать не стали – авось на что-нибудь да сгодиться. Мать даже не притронулась к нему, не приложила к своей груди. Его отдали Велибору – пусть развлекается как с домашним питомцем.

Велибор полюбил своего сына. Он кормил его козьим молоком, учил ходить и разговаривать. Теперь у него есть существо, которому можно подарить свою любовь. С ним теперь, когда рядом нет посторонних глаз, можно открывать рот и говорить по душам.

Когда ребенок окреп и немного подрос, жрицы решили отрезать ему болтающие уродливые руки. Операцию малыш не перенес – умер. Велибор почувствовал огромное опустошение и совсем замкнулся. Он чувствовал, что у него отняли его сердце, душу. Он безропотно и покорно, и с еще большим безразличием продолжил выполнять свои обязанности у жриц.

Прошло три года. Он порядком опротивел своей молодой жрице, его присутствие ей было невыносимо, и она ели дождалась, когда по сложившейся традиции его передадут в другой дом.

У Демиры было две дочери. Со старшей, Даной, решили провести церемонию передачи хранителя. Демира считала, что она плохо воспитала свою старшую дочь. Дана росла непослушным и строптивым ребенком, позволяла себе спорить и огрызаться с матерью. Дана с каким-то пренебрежением относилась к обучению жреческой науки, предпочитая заниматься простой домашней работой.

– Тебе бы не жрицей родиться, а смердом, – злилась на нее мать.

Когда мать сообщила дочери какая «честь» ее ожидает, что у нее будет собственный хранитель, Дана воспротивилась.

– Не хочу! Мама, он мне не нужен, он мне не приятен. Меня стошнит, если он будет находиться рядом со мной.

– Послушай меня дочка. Ты что не понимаешь какая перспектива нас ждет. Он будет охранять тебя, твою сестру, наш дом! Ты будешь поручать ему работу по дому, которой ты так себя нагружаешь. И к тому же ты достигла зрелости и тебе пора познать мужчину.

– Да он же не мужчина, – в ужасе вскричала Дана. – Он урод, мерзкое и омерзительное существо!

– Поверь мне у него все как у обычного мужчины, а его уродство ночью не будет заметно.

– Так возьми же его себе и пользуйся им.

– Как ты смеешь так непочтительно со мной разговаривать, – в гневе крикнула мать.

Дана швырнула веник, который она держала в руках, далеко в сторону и убежала в лесную рощу успокаиваться.

5

Ритуал передачи Велибора другой жрице, напоминал свадебный обряд. По-прежнему сопротивляющуюся Дану, нарядили в новое красивое платье, повесили украшения и повели на церемонию. Жрицы сидели за столом с различным угощением и крепкими напитками. Мать с силой усадила надутую и взбешенную дочь рядом с Велибором.

– Велибор, возьми ее руку, теперь ты принадлежишь ей, – приказали жрицы. – Привыкайте к друг другу.

Велибор с покорностью взял руку Даны. Она тут же резко выдернула ее, смерив всех присутствующих испепеляющим взглядом. «Так бы и поубивала вас всех», – читалось в ее глазах.

– Ох, и строптивая у тебя дочь, Демира. Уж не от Благояра ли ты ее родила? – посмеивались уже немного захмелевшие жрицы.

Благояр был кузнечных дел мастером и отличался своенравным нравом. Он позволял себе вольности в разговорах со жрицами, спорил и особо не церемонился с ними. Один раз даже вылил помои прямо им под ноги, когда они в очередной раз пришли его угомонить и вразумить. От его буйного нрава страдала его жена, которая часто обращалась к жрицам за советом и брала у них заговоренные, успокоительные травы. Травы ненадолго успокаивали Благояра и он снова поколачивал свою жену. Благояр был одним из сильных мужчин племени и жрицы не решались прибегать к серьезному наказанию, поэтому терпели его выходки.

Дану попросили станцевать обрядовый танец. Она тут-же с легкостью вскочила и начала кривляться перед жрицами и с яростью стучать в бубен прямо над их головами. В конце концов они рассвирепели, выгнали Дану и продолжили пировать сами.

– Точно в ней течет кровь Благояра, – рассуждали жрицы.

– Ничего она смириться, привыкнет, – отвечала им Демира.

Велибор впервые с удивлением посмотрел на свою новую жрицу. «Странная девушка», – пронеслось у него в голове. Наверное, много испытаний и унижений ждут его впереди. Но это его судьба, и он все стерпит; ему все равно, и он снова продолжил сидеть за столом с безразличным, отрешенным видом. Когда Дана убежала, он вспомнил, что теперь должен следовать всюду за ней. Когда он вышел на улицу, Даны уже нигде не было видно. Он тщетно поискал ее, надеясь, что с ней ничего не произойдёт и он не будет наказан. Как только она появится он постарается больше не упускать ее из виду.

6

Наступили неприятные для них обоих дни. Велибор следовал за девушкой, пытался уловить ее приказы. Дана ничего ему не приказывала, только злилась и раздражалась. Она брала в руки лопату и начинала вскапывать землю, когда он подходил к ней, она бросала лопату и начинала уборку в хлеву. Велибор быстро справившийся с задачей тут же приходил к ней и брал из ее рук вилы или метлу. Раздосадованная Дана уходила в дом и садилась за вышивание – в этом деле он точно ей не помощник. «Почему ей навязали это неприятное существо, домашнее животное, которое все время молчит», –думала она. Дана решила, что он вообще тупой и не может разговаривать. «Дурацкий обычай придумали противные жрицы передавать его из рук в руки своим дочерям», – досадовала Дана. При этом ей не было чуждо сострадание. Еще недавно она наблюдала с болью в сердце как он играл и возился со своим несчастным ребенком, но эта жалость была не более как к какому-нибудь животному – не человеку. Один раз Велибор, по наущению Демиры, пришел ночью в ее опочивальню. Дана подняла такой крик, что разбудила уже глубоко спящих мать и сестру. Она швыряла в него всем, что попадало ей в руки, произнося оскорбительные слова. Велибор ушел и для себя решил что-такое больше не повториться.

Ее младшая сестра, Бажена, видя страдания Даны подтрунивала над ней. Но один раз видя совсем плачевное состояние сестры, чтобы поддержать ее, предложила пойти вместе с ней ночью к реке. Это было то самое запретное место, куда молодым жрицам недозволенно было ходить. Девушки конечно слышали истории исчезновения жриц от своих матерей. Но это было так давно, что казалось им выдумкой. Вот уже некоторое время Бажена тайно встречалась с мужчиной из другого племени, проживающим на другом берегу реки. Сестра поделилась с ней тайною, и Дана ее поддержала, все время покрывала ее отсутствие перед матерью, если она иногда просыпалась и замечала отсутствие дочери. «Вот ведь повезло Бажене встретить хорошего настоящего мужчину, может быть и ей повезет», – подумала Дана и согласилась пойти с сестрой.

Велибор подслушал разговор сестер и заволновался. Он подошел к Дане и рискнул заговорить.

– Не ходи, – тихо произнес он.

– Ох, ты все-таки можешь говорить, – удивилась она. – Не бойся, ничего плохого не случится. Не вздумай ходить за мной, оставайся дома. Это приказ, слышишь?

Он немного подождал, пока девушки скрылись в лесной чаще, потом тихо пошел за ними следом. Велибор пришел в след за девушками к реке, сел в кустах и стал наблюдать.

Парень не ожидал, что Бажена приведет с собой сестру, но как всегда был любезным и обходительным. Они стали мило беседовать и веселится втроем. Девушки не подозревали, что в лодке сидит еще один мужчина-охотник.

Приятель Бажены предложил девушкам зайти в лодку и немного покататься. Бажена была готова уже согласиться, но Дана вдруг схватила ее за руку и сказала: «Нет мы не пойдем, нам пора уходить». На Дану вдруг нахлынула волна тревоги, поэтому она быстро потянула сестру назад домой. Такой поворот событий не устраивал мужчину, уж очень долго он старался, чтобы усыпить бдительность и заманить девушку в ловушку. «Как некстати она притащила с собой сестру, но в конце концов, что они, не справятся вдвоем с девушками?» Он схватил в охапку Бажену и потащил ее к лодке. Дана с криком бросилась на него, пытаясь спасти сестру. Тут из лодки выскочил второй человек и набросился на Дану. Дана изо всех сил сопротивлялась, брыкалась и кусалась, но руки охотника были крепкими. Вдруг она почувствовала, что какая-то сила оторвала охотника от нее и бросило на землю, тоже самое повторилось и с другим охотником. Они оба лежали на земле, потерявшие от удара сознание. Велибор нагнулся над одним из них. Сжав руку в кулак, он готовился одним ударом размозжить охотнику голову. Дана наконец-то осознав, что происходит подбежала к Велибору. Перехватив его руку, она сказала: «Не надо, пойдем отсюда, пусть лежат». Ей почему-то не захотелось, чтобы он совершил убийство.

Дана обняла дрожащую сестру и в сопровождении хранителя они отправились к дому. Дана вдруг подумала, что должна отблагодарить Велибора, сказать ему что-то доброе и вежливое: «Он вот спас их, а она с ним так грубо обращалась».

– Ты иди домой, Бажена, я еще посижу здесь, на своей любимой поляне.

Бажена ушла, и они остались вдвоем. Дана тоже сильно дрожала от перенесенных событий. Она села на траву, обхватив колени руками. Велибор тоже сел недалеко от нее.

– Не надо говорить об происшествии никому, – обратилась к нему Дана.

Он недоуменно пожал плечами, мол, я и не собирался. Дана вдруг подсела близко к нему и взяла его за руку. Он вздрогнул от неожиданности и посмотрел на девушку с сочувствием. «Как же она напугана, вся дрожит, хорошо, что я оказался рядом», – подумал он. Дана внезапно ощутила тепло и доброту исходящее от хранителя. Она вдруг успокоилась, нервная дрожь прекратилась, она почувствовала, что не хочет отпускать его руку, и ее пальцы еще сильнее сжались вокруг его кисти. Когда она окончательно успокоилась, задала ему вопрос:

– Почему ты всегда молчишь?

– Мне не с кем разговаривать, кто меня будет слушать.

– Я видела, ты говорил со своим ребенком, поверь, мне очень жаль, что с ним произошло несчастье.

Тело его содрогнулось, на глазах блеснули слезы. «Какой он несчастный», – подумала Дана.

– Скажи мне, ты задумывался откуда ты появился. Где твой народ, родина?

– Нет, я никогда не думал об этом. Я знаю, что я должен быть здесь и охранять вас. Агидель всегда говорила, что я послан богами и мое предназначение служить вам – жрицам.

В его словах звучала какое-то бессилие, безысходность. У Даны внутри все перевернулось. Ей так захотелось сказать что-то приятное, подбодрить его:

– Надо найти выход, ты должен вернуться к себе подобным, найти свой дом, я хочу помочь тебе. Про себя же подумала: «Надо узнать все у старой жрицы, она должна что-то знать». Велибор грустно посмотрел на нее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.