Голоса Океана – 2
Новые угрозы
Инга Риис

© Инга Риис, 2024

ISBN 978-5-0064-9322-3 (т. 2)

ISBN 978-5-0064-9323-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Голоса Океана

Книга 2. Новые угрозы

Глава 1. Лика, дочь Адама

– Ну, как же хорошо оказаться дома! – удовлетворенно вздохнула Райя, погружаясь в прохладную воду бассейна, находящегося в Парадных Покоях Королевы.

Именно Крепость Драконов она теперь считала своим домом, несмотря на то, что родилась женщина в Цитадели Ордена Крылатых Братьев, находящейся на самом северном полуострове Северного же континента планеты Океан, который иногда называли Большим. Ей было всего пятнадцать, когда Орден был вынужден покинуть свою Цитадель и даже взорвать её, переселяясь на Кольцо, огромный архипелаг, образовавшийся на останках кратера подводного супервулкана.

И даже несмотря на то, что в настоящее время Орден снова восстанавливал Цитадель, при помощи обитателей Северного континента, решивших вместе с Крылатыми Братьями заняться разработкой находящихся в тех местах подводных месторождений универсального энергоносителя, Райя продолжала считать Кольцо своим настоящим домом. Здесь жили её друзья и родственники, здесь она родила две пары детей, здесь они теперь постигали нелёгкую науку Ордена Крылатых.

Нынешний приезд на Кольцо был вызван тем, что подошло время для младших близнецов, которым недавно исполнилось тринадцать, принять решение о частичном слиянии с симбионтом. Это было значимое событие для любого члена Ордена, а также требовало одобрения родителей, если они являлись членами Ордена и имели право принятия решений. Её муж, Стриж, ещё не сумел вырваться со строительства подводного города, уникального совместного проекта жителей обоих материков, обещая прибыть несколькими днями позже, поэтому сегодняшний вечер Райя собиралась провести в одиночестве и немного расслабиться после очередного изнурительного турне по городам Северного континента. Должность Координатора, связующего звена между правящей верхушкой Ордена, Кольца и правителями Северного Континента была очень уважаемой, но и утомительной. И что самое печальное, заменить её на этом посту смогла бы разве что Кассандра, но её новое обличье зеленой драконессы несколько нервировало обитателей серединной части Большого материка, поэтому такое позволялось только в самых крайних случаях. А другого столь сильного телепата, умеющего общаться с самыми различными видами разумных существ, на планете Океан пока еще не появилось.

Райя блаженно потянулась, устраиваясь на лепестке каменного цветка и подставляя голову под струи воды, брызгавшей из стилизованной головы дракона, обещавшей долгожданную прохладу после длинного и жаркого дня на южном континенте. И тут кто-то постучал в большие металлические двери, украшенные фигурами драконов, ведущие в её апартаменты. Женщина застонала от обиды и разочарования, готовая резко выпроводить посетителя, но взволнованный голос, раздавшийся из-за двери, заставил Райю переменить решение.

– Не будет ли Мастер Ласточка так добра, чтобы принять Адама Уокера и Лику Кали? – в голосе её старого друга прозвучало нечто такое, что заставило женщину открыть глаза и предложить войти.

Вошедший мужчина выглядел лет на двадцать пять-двадцать восемь, тёмные курчавые волосы и серые глаза очень напоминали внешность отца Райи до того, как он принял полное слияние с симбионтом, после чего кожа его приняла пепельный оттенок, а глаза и волосы – цвет расплавленного серебра. И лицо посетителя выглядело чрезвычайно взволнованным. Следом за ним вошла высокая стройная девушка, чьи светло-русые волосы были очень коротко острижены, а тело покрывал искусственный облеган, полагавшийся по правилам Ученикам Ордена Крылатых Братьев, которые ещё не прошли частичного слияния с симбионтом, после чего субстанция шейного обруча начинала вырабатывать особую пленку, покрывавшую, и защищавшую, тело человека. А позднее создававшая те самые крылья, давшие название ордену. На руках же девушки при этом красовались белые браслеты Воина, означавшие высокую степень боевой подготовки и владения искусственными крыльями.

Один взгляд на её рассерженное лицо дал понять Райе, о чем, скорее всего, пойдет речь. Двадцать восемь лет она дружила с Адамом Уокером, а его воспитанницу, Лику, знала с самого рождения и внимательно отслеживала все этапы её жизненного пути, оказывая всемерную поддержку. Женщина тяжело вздохнула, выбралась из воды, накинула короткую шёлковую тунику и указала гостям на ближайшую резную кушетку. Адам присел, но девушка осталась стоять, давая понять, что желает говорить официально, как с членом Ордена. Райя недовольно дёрнула бровью, присела на соседнюю кушетку, налила вина себе и Адаму, после чего строго взглянула на его подопечную:

– Когда Мастер предлагает Воину сесть, то правила вежливости предписывают принять предложение, если только Воин не собирается бросить вызов на Поединок!

Металл, прозвучавший в голосе Координатора, входившей в силу своей ступени Мастера в высший руководящий орган Ордена, Совет Мастеров, заставил щёки девушки вспыхнуть, она села подле Адама, но не отводила горевшего решимостью взгляда от лица Райи:

– Я не хотела оскорбить уважаемого Мастера, но готова даже на Поединок, ради того, чтобы к моим словам прислушались!

Брови Райи сдвинулись ещё сильнее, но уловив умоляющий взгляд Адама, женщина подавила раздражение и промолвила:

– Я выслушаю тебя, хотя не понимаю, почему ты не обратилась сначала к Начальнику Школы Крылатых или Магистру, если твоя проблема настолько серьезна? Ведь, как я понимаю, речь идет о присоединении симбионта?

– Да! – почти выкрикнула Лика. – И они уже дали отрицательный ответ!

Райя тяжело вздохнула и попыталась говорить спокойно:

– Я вполне понимаю твоё состояние, так как в твоём возрасте меня обуревали похожие чувства! Я безумно хотела летать на собственных крыльях, но моя мать, будучи на тот момент Магистром, запретила Целителям проводить операцию присоединения симбионта. Тогда я была вне себя от гнева, но как поняла позднее, именно такое решение дало мне возможности, которых могло бы не случиться при ином повороте судьбы. Например, я родила двоих детей, причем без особых осложнений, выполнив, таким образом, свой долг по расширению племени Крылатых. Как я понимаю, тебе это только ещё предстоит. Или ты уже подобрала человека, с которым хотела бы связать свою жизнь или, хотя бы, ответственность за судьбу общих детей?

– Нет! – сердито буркнула Лика. – Но я не хочу из-за этого застрять на достигнутом уровне! Если Ордену так необходима моя ДНК, то они могли бы изъять часть яичника с яйцеклетками, я узнавала у Целителей, на Большом континенте имеется подобная практика. Я согласна на такой подход, но мне всё равно отказывают!

Лицо Райи помрачнело, она впилась взглядом в горящие глаза девушки:

– И тебя это задевает настолько, что ты готова бросить вызов на Поединок? А ты хорошо осознаешь тот факт, что в соответствии с Кодексом Чести Ордена поединок с Магистром, по инициативе его противника, может быть только Смертельным Поединком? И если ты вдруг победишь Магистра Барракуду, в чём я лично сомневаюсь, учитывая её богатое боевое прошлое, то тебе предстоит принять Вызов ото всех членов Совета Мастеров, которые посчитают твою победу оскорблением для себя? Тебе стоило бы, для начала, расспросить Хранителя архива Ордена Кракена об имевшихся исторических прецедентах подобного рода. Сам, он выжил только чудом, когда оказался в похожей ситуации. Моя мать, почётный Магистр Кошка, сумела выстоять в битве против Совета Мастеров, благодаря помощи Хранителя и Кондора, но едва не лишилась рассудка, страдая от чувства вины за содеянное. Согласна ли ты жить с таким бременем на душе? Или ты настолько нас, всех, ненавидишь?

Губы у Лики задрожали, на глаза навернулись слёзы:

– Я не хочу никого убивать! Но и не могу больше ощущать себя изгоем! Мой уровень мастерства значительно выше, чем у большинства сверстников. Я согласна на любой вариант по продолжению моей генетической линии, но мне даже не говорят, когда я могу надеяться на слияние! И что хуже всего, я чувствую, что от меня что-то скрывают! И Кондор, и Ханна, и даже Адам! Неужели я недостойна того, чтобы знать правду, какой бы горькой она не была?

Райя бросила взгляд на совершенно несчастное лицо Адама, тяжело вздохнула и промолвила:

– Теперь я понимаю, что этот разговор был твоей последней попыткой, друг мой, но должна констатировать, что она не удалась! Нам придется рассказать всю правду, потому что, если это сделает кто-то другой, и ты знаешь, на кого я намекаю, то последствия будут катастрофическими!

Мужчина прикрыл глаза и со страдальческим видом кивнул головой:

– Было бы слишком невежливо, просить тебя, рассказать эту историю вместо меня?

Райя поёжилась, прикоснувшись к той буре эмоций, которая бушевала у него в душе, и обречённо кивнула головой. Сложно рассказывать о том, что перевернет представления девушки об окружающем ее мире с ног на голову. Хотя, Райя на своем примере убедилась, что люди до последнего оттягивают такие объяснения.

Переведя взгляд на Лику, женщина увидела на её лице такую смесь любопытства и страха, что невольно улыбнулась и произнесла:

– Не пугайся так, девочка! В этой тайне нет ничего постыдного для тебя!

Лика вернула ей робкую улыбку и промолвила:

– Неужели, я – ваша дочь?

Райя покачала головой:

– Я – не твоя мать, а Адам тебе не отец, как ты могла бы подумать, глядя на его заботы о тебе. Твоей матерью была давно умершая женщина, возглавившая человечество после Второй Войны с киборгами. А твоим номинальным отцом является адмирал Пол Уокер, в его человеческой ипостаси. Своим же появлением на свет ты обязана давнему генетическому эксперименту, который провела Клеопатра, заморозив и сохранив искусственно оплодотворённую яйцеклетку.

– Тот чёрный дракон? – невольно воскликнула девушка, жадно впитывавшая каждое слово.

Райя криво улыбнулась, вспомнив все россказни, что ходили про великого генетика, которая в настоящий момент в теле чёрного дракона бродила по подземным коридорам и лабораториям Крепости Драконов. И её зловещая репутация была во многом оправданной. А к изменению телесного облика Клеопатры, Райя и Адам имели непосредственное отношение.

– В те времена она ещё не была драконом! – невольно поморщившись, вставил свое слово Адам. – Но душа её уже в те времена была чернее некуда!

– Но тогда, что уж тут скрывать? – Лика недоумённо пожала плечами. – О том, что подобные вещи имели место даже на начальном этапе заселения нашей планеты нам ещё в ранних классах школы рассказывали. Орден пожелал возродить какую-то личность, это – его право! Зачем из этого делать тайну? И причем тут отказ в присоединении симбионта? Или Адам хотел что-то выгадать для себя, оттягивая этот процесс?

Щеки мужчины вспыхнули гневным румянцем, он скрипнул зубами, но сдержал резкую реплику. А вот, Райя осуждающе покачала головой и промолвила:

– Не стоит поспешно судить о людях! Именно Адаму ты обязана тем, что получила возможность прожить жизнь, как нормальный человек, а не клон. И его запрет на присоединение симбионта вызван, прежде всего, заботой о тебе! Приняв симбионта, ты вполне могла распрощаться с жизнью!

Лика с сомнением покачала головой:

– Насколько я знаю, при нынешнем развитии медицины никто не умирает из-за такой процедуры, в худшем случае, гибнет симбионт.

Райя вновь нахмурилась:

– Ты снова торопишься в суждениях! Телу твоему ничего не угрожает, но исчезновение личности означает для тебя не менее реальную смерть!

И с удовольствием посмотрев на ошарашенную физиономию девушки, продолжила:

– Всё дело в том, что уже существовала одна Лика, Дочь Кали! Та самая, что была первым Магистром Ордена Крылатых. Она трагически погибла, но мы предполагали возможность того, что её личность могла сохраниться в поле разума Голосов Океана. И что воссоздав это тело, мы вернем в него её душу. Но насколько я понимаю, этого не произошло, ты развивалась как обычный ребенок. Поэтому было принято решение, не раскрывать твоего происхождения и судьбы первой Лики. Однако позднее Целители начали высказывать предположение, что соединения личности с телом не произошло потому, что уходила Лика из взрослого тела, принявшего полное слияние с симбионтом. И если таковое присоединение провести, даже частично, то прежняя личность вернётся и попытается вытеснить новую, то есть тебя. В лучшем случае, это привело бы к душевной болезни, а в худшем – к полному вытеснению твоей личности. А чтобы ты окончательно перестала обвинять Адама в своих несчастьях, хочу добавить, что Лика, Дочь Кали, была его женой, они любили друг друга, имели совместных детей. И если уж кто больше всех желал бы её возвращения, то это – он! Этой мечтой Адам жил полтысячи лет, но решил пожертвовать ею, чтобы у тебя могло быть своё собственное будущее! И ты знаешь, что я полностью отвечаю за правдивость всего здесь сказанного!

Прикоснувшись к разуму Лики, Райя погрузилась в кипящий водоворот самых различных чувств. О том, что её опекун, Адам Уокер – самое необычное разумное существо на планете Океан девушка, конечно, знала. Ученые обоих континентов до сих пор спорили, кем же его правильнее считать: сверхмощным биокибернетическим организмом или усовершенствованным человеком? Его тело генетически полностью совпадало с телом первого сына адмирала Пола Уокера, погибшего в войне с Искусственным Разумом, неосмотрительно созданным человеческой цивилизацией. Память хранила все воспоминания этого человека, но введенные в его организм мельчайшие интеллектуальные механизмы, «наниты», невероятным образом расширяли возможности его тела, а мозг был, и вовсе, уникальным биологическим компьютером. Адам был создан на планете, заселенной киборгами, для внедрения в человеческое общество, с целью ускорить победу Искусственного Разума в затянувшейся войне с людьми. Он, и сам, не осознавал своей истинной сущности, пока уже на планете Океан, усилиями Клеопатры, не активировал спящую программу, пробудившую «наниты». Неизвестно было, существовало ли во Вселенной ещё хоть одно такое существо. И самое странное, что столетия жизни в человеческом обществе привели Адама к решению, принять в конфликте сторону живого разума. Немалую роль в том сыграла и его любовь к сводной сестре, Лике, ставшей впоследствии его женой и матерью его детей. Но эту часть его истории знали очень немногие.

Для юной Лики же, Адам всегда был заботливым и любящим отцом, возможно, несколько чрезмерно опекавшим свою воспитанницу. И до недавнего времени их взаимоотношения и были тем, что принято между отцом и дочерью.

Райя сочувственно улыбнулась девушке и посоветовала:

– Я понимаю твоё состояние! Уверена, что тебе стоит серьёзно подумать обо всем услышанном. Ты права в том, что по законам Ордена Крылатых Братьев уже достигла возраста принятия самостоятельных решений. И Магистр Барракуда поступала так, как поступала, исключительно по нашей с Адамом просьбе. Принимая во внимание то, что теперь ты обладаешь полной информацией о своём прошлом и возможном будущем, никто больше не станет препятствовать тебе. А теперь возвращайся в казармы Школы, завтра сообщишь нам с Адамом своё решение.

Лика вскочила на ноги, быстро склонилась в ритуальном поклоне перед Мастером, а затем повернулась к Адаму:

– Если сможешь, прости мою несдержанность и глупость, отец! Я обвиняла тебя, ничего не зная о той жертве, которую ты принес ради меня! Больше всего на свете, я бы хотела, чтобы всё стало как прежде!

Мужчина поднялся ей на встречу, девушка порывисто обняла Адама и выбежала из комнаты.

– Ничего уже не будет как прежде! – срывающимся голосом пробормотал Адам, проводив Лику печальным взглядом.

– Ты считаешь, что она не передумает? – поинтересовалась Райя, вновь наполняя вином оба бокала.

Тот сокрушённо покачал головой, отхлебнул из бокала щедрый глоток и промолвил:

– Насколько я успел узнать обе ипостаси этой личности, то не в её правилах отступать от задуманного! Из всех путей Лика, Дочь Кали, выбирала самый трудный, из всех противников – самых беспощадных! Узнав, насколько велика опасность, она непременно решит её преодолеть.

Райя задумчиво нахмурилась и покрутила в тонких пальцах изящный бокал:

– Не сказать, чтобы я не была готова к такому повороту истории! Мы с Ханной много раз прокручивали различные варианты развития событий, но ни один не казался идеальным. Можно было бы попытаться отобрать клеточный материал и вырастить клон этой девушки, но я не уверена, что Голоса Океана сумеют перебросить туда её сознание, если ситуация станет критической. Ведь, до сих пор я так и не смогла обнаружить в ней достаточно серьёзных телепатических способностей, только эмпатию. И это странно, учитывая то, что ты рассказывал о первой Лике.

– Возможно, Клеопатра проводила с ней какие-то опыты на ранней стадии развития, до сути которых мы так и не сумели докопаться, а сейчас мы имеем дело с исходным вариантом, – мрачно предположил Адам. – Ведь, как ты помнишь, образец не был генетическим материалом самой Лики, а оплодотворенной яйцеклеткой её матери моим отцом.

– Тогда, возможно, нам и не следует особенно беспокоиться по поводу предстоящего присоединения симбионта, – не очень уверенно промолвила Райя. – Тем не менее, я всё-таки предложила бы присоединять Лике не стандартный обруч Ордена Крылатых, а Королевский обруч с несколькими живыми камнями. Тогда в случае обнаружения исходной личности твоей жены, и последующей борьбы двух личностей в одном теле, для одной из них будет существовать промежуточное вместилище.

– А это уже план! – с воодушевлением воскликнул Адам.

– Только ты должен мне ещё раз рассказать всё, что ты знаешь о Лике, Дочери Кали! Причём в мельчайших подробностях, чтобы я могла вовремя распознать изменившуюся ситуацию, – решительно потребовала Райя.

Глава 2. Изменившийся расклад сил

Райя медленно взбиралась по винтовой лестнице, проложенной внутри Королевской Башни, рассеянно отвечая на приветствия королевских гвардейцев, стоявших на каждой площадке. Женщина могла бы избежать большей части этих бесконечных поворотов, спрыгнув со стены, ограждающей Крепость Драконов от безумной ярости штормов бескрайнего Океана, и поймав восходящий поток крыльями своей живой мантии, который вынес бы её на верхнюю террасу башни. Именно так она, в основном, и поступала после того, как ей присоединили шейный обруч с живыми камнями, вырабатывающий серую субстанцию, которая могла покрывать тело тонкой пленкой облегана. Второй, более крупный по размеру, обруч содержал в себе значительно большее количество той же субстанции, которая могла принимать вид свободно висящей мантии, а в случае необходимости прикреплялась к браслетам, на запястьях и щиколотках, и образовывала те самые крылья.

Но в этот раз Райя специально выбрала медленный путь, чтобы сосредоточиться перед беседой с Королем-Драконом. Прошла уже неделя со столь памятного разговора между ней, Ликой и Адамом, а она все никак не могла определиться с правильной последовательностью действий. Как и предсказывал Адам, его воспитанница выказала желание, принять частичное слияние с симбионтом, несмотря на все возможные осложнения. И Магистр Барракуда отдала указание Целителям, начать подбор живых камней и подготовку девушки к слиянию.

А у Райи душа была не на месте! И в первую очередь из-за Клеопатры. Её тело чёрной драконессы, чешуя которого походила на черные бриллианты, было создано таким образом, чтобы полностью экранировать излучение мозга Клео и сопряжённого с ним живого камня, спрятанного в глубине тела. Здесь проект Адама превзошел все самые смелые ожидания, Клеопатру не слышали ни Райя, ни Кассандра, ни другие драконы. Но из-за этого же, никто не мог знать, какие планы вынашивает эта талантливая и честолюбивая женщина. На первый взгляд, она была полностью увлечена выращиванием новых драконьих тел и сопряжением их с живыми камнями, поэтому по Крепости Драконов уже летало и бегало довольно много мелких драконят, для которых вынуждены были создать специальное отделение при объединенной Школе Легионов и Ордена Крылатых. Возглавлявшие его Армина и Аргус обучали малышей вместе со своими детьми, а также детьми Кассандры и Пола Уокера, перебравшихся в Цитадель Ордена, где в данный момент шло бурное строительство.

Аргус утверждал, что при раннем начале обучения, вырастали вполне разумные особи, по своим способностям мало отличавшиеся от среднего человека и имеющие при этом устойчивую связь со всей сетью Голосов Океана. Но вот способность читать мысли человека проявлялась пока только у старших драконов, созданных Клеопатрой вскоре после переселения на Океан, и их потомков. И это очень беспокоило Райю, которая не понимала причины таких различий, если только тут не было какого-то скрытого умысла Клеопатры.

Да, и вообще, зная историю заселения людьми планеты Океан, Райя не могла понять, почему столь крупная диаспора телепатов практически исчезла и никак не желала возрождаться. Конечно, дар эмпатии был широко распространен на Кольце и среди членов Ордена Крылатых Братьев, облегчая им связь с Голосами Океана. Все дети Райи прекрасно осознавали простые желания и ощущения друг друга, что походило на частичный обмен мыслями, точно так же вели себя дети Королей-Драконов, и младшие дети Кошки, вне зависимости от цвета их кожи. Но этот дар ограничивался членами семьи, детьми и родителями. И не был всеобъемлющим. В то время, как сама Райя могла успешно связываться с любым человеком или драконом, как и Кассандра.

Вообще-то, идея Аргуса, на счёт создания сложной коллективной семьи, объединяющей людей, принявших полное слияние с симбионтом, носителей «крови дракона» и обычных представителей рода человеческого, оказалась очень удачной и плодотворной. Теперь в семье правящих Королей—Драконов имелось пятеро детей, а Кошка оказалась матерью, аж, семерых, считая Морского Змея, Райю и Итилля, первого человека, крылатого от рождения. У самой Райи, в союзе со Стрижом, Язоном и Линдой, тоже родилось две двойни. Причем, у одного из пары всегда наблюдалось полное слияние с симбионтом, выражавшееся в сером цвете кожи и наличии валика мантии на плечах.

Ребятишки прекрасно общались между собою без слов, и также легко связывались с Голосами Океана. Матери пришлось приложить значительные усилия, чтобы приучить их пользоваться нормальной речью, но Кассандра разъяснила, что подобная проблема существовала и у неё на родине. Малышам было гораздо проще донести до матери свои простейшие потребности, транслируя в её мозг свои ощущения, но без словесной и письменной речи их мозг не достигал нужного уровня развития. По словам Кассандры, воспитание полноценного телепата всегда было долгим и кропотливым процессом, которым занимались специально обученные люди. И Райя начинала думать, что она, по своей неопытности, что-то упускает. Но оторвать Кассандру от её работы, где она в данный момент осуществляла связь между теми, кто восстанавливал Цитадель и тамошние рудники, теми, кто строил подводный город и самим Кольцом, Райя не могла.

Эти процессы начались практически сразу после того, как с помощью подводных крейсеров, «Ковчега Драконов» и «Арго», были устранены последствия большого цунами, вызванного попыткой предотвратить очередное извержение супервулкана, на останках выступавшего над водой конуса которого и развивалась цивилизация Голосов Океана, а позднее и высадившихся там космических скитальцев. Жители Северного материка, скрепя сердце, признали военное превосходство обитателей Кольца, которое давал им союз с Орденом Крылатых и доступ к орбитальным кораблям вернувшихся к жизни обитателей «Ковчега Драконов», и заключили мирное соглашение о сотрудничестве. А затем попытались извлечь выгоду из такого союза.

Они предложили ресурсы своих промышленных предприятий и небольшого воздушного флота, чтобы начать серьёзно разрабатывать подводные залежи энергоносителя, расположенные в приполярной зоне материка. В этом веществе отчаянно нуждались все человеческие диаспоры. Месторождение располагалось в очень суровых краях, но совсем недалеко от берега, так что люди могли отдыхать в восстанавливаемых помещениях Цитадели и её окрестностях. Такое смешение континентального населения и членов Ордена Крылатых служило возникновению взаимопонимания, но без трений не обходилось. И только постоянное присутствие Магистра Кошки, а также адмирала-дракона и его жены, Кассандры, с их умением вовремя распознать и погасить зарождающийся конфликт, поддерживало там шаткое равновесие.

А затем возникла идея подводного города, расположенного неподалеку от южной оконечности Большого материка. Уже во время первичного заселения планеты Океан, там было обнаружено ещё одно, весьма существенное, месторождение энергоносителя, однако оно располагалось от суши существенно дальше и глубже, чем первое. Поэтому, чтобы его эффективно разрабатывать, необходимо было создавать подводное сооружение, обеспечивающее отдых для людей и возможность для обслуживания и ремонта оборудования.

Морской Змей и Стриж с восторгом ухватились за эту идею, видя в ней возможность для дальнейшего развития технологии и объединения населения планеты. Кошка тоже её поддерживала, понимая, что людям гораздо приятнее нырять в теплых водах экваториальной части планеты, и стремление получше освоиться в этой стихии привёдет континентальное население к мысли о том, что слияние с симбионтом, дающее новые возможности для организма, имеет свои преимущества. Именно поэтому, возглавлявшие проект, со стороны Ордена Крылатых, Барс, Стриж и бывший Магистр Сфинкс, практически постоянно находились в районе этого строительства, демонстрируя указанные преимущества. Временами к ним наведывались и Кондор с Хранителем.

Да, и сама Кошка уже подумывала о том, чтобы пройти путь своего мужа, так как возраст её приближался к сотне лет, да и детей она иметь больше не собиралась. Не в последнюю очередь и из-за этих мыслей, Магистр Кошка некоторое время назад, по согласованию с Советом Мастеров и общим собранием Ордена Крылатых, передала своё место в ордене Мастеру Барракуде. Хотя, официальной причиной послужило то, что Кошка большую часть времени проводила на восстановлении Цитадели и не успевала следить за текущими делами на Кольце, а также воспитанием подрастающего поколения. На самом же деле, Кошка не хотела бередить воспоминание о бунте против бессмертных правителей Ордена Крылатых Братьев, имевшем место во времена Магистра Лики.

Мастер Барракуда же оказалась очень неплохим Магистром, её боевое прошлое вызывало уважение у старых членов Ордена, гибкость ума давала возможность находить компромиссы с обитателями Кольца, сила духа позволяла держать в узде разномастное подрастающее поколение, включая и наследников Королей-Драконов, которые, все как один, пожелали пройти обучение в Школе Крылатых Братьев. Вот только, в проблемах биологии она слабо разбиралась, да, и способностей к телепатии у неё практически не было. И Голоса Океана женщина не слышала, потому и приходилось ей в вопросах взаимодействия двух разумных сообществ полностью полагаться на мнение Целителей и Клеопатры.

А Райя слишком много времени проводила на другом континенте в бесконечных переговорах, чтобы уследить за тем, чем занимается Клеопатра в своих подземных лабораториях. А в том, что эта особа не удовлетворилась бы вечной рутинной работой, Райя не сомневалась, как, впрочем, и Адам. Эта женщина всю жизнь мечтала о бессмертии своего сознания и безграничной власти над разумной Вселенной, а оказалась запертой в теле дракона, без возможности влияния на окружающий мир.

Райя до сих пор удивлялась, что их с Адамом план удался. Конечно, это была не мгновенная победа, быстрым оказалось только переселение сознания Клео из медузоподобной субстанции, тысячу лет обитавшей в трюме «Ковчега Драконов», в живой камень, но после того, как к Ханне и Целителям Кольца присоединились пробужденные биологи с «Ковчега Драконов», схематичный замысел обрёл практические очертания. К тому же, память Адама оказалась универсальным справочником, хранившим множество сведений о работе Клеопатры, как по клонированию человеческих существ, так и по созданию принципиально иных биологических организмов. Когда же Райя поинтересовалась, почему он, сам, раньше не занимался этими вопросами, тот ответил, что разобрался во всём, только когда начал работать под руководством специалистов, а до того эти сведения находились в его мозгу в виде не очень связанных между собой фрагментов воспоминаний.

Иногда Адам, и в самом деле, казался женщине похожим на компьютер, полнота ответа которого зависела от корректности заданного вопроса. С другой стороны, человеческий мозг тоже имел свойство, выдавать нужные сведения, если получал для этого серьёзный внешний толчок, а до того момента они спокойно лежали среди множества других воспоминаний. Просто, воспоминания Адама могли храниться в мозгу без малейших изменений в течение практически неограниченного периода времени, как в электронной библиотеке. Вот только, хранилище это было гораздо менее надежным, чем тот компьютер «Звездного Ковчега», который находился на орбите планеты. Впрочем, сам Адам прекрасно это осознавал, и предложил Целителям оформить их общие достижения в виде учебников и инструкций. И привлечь к их работе побольше молодежи, создавая преемственность поколений.

Общими усилиями, используя лаборатории «Ковчега Драконов» и подземные бассейны Крепости Драконов, удалось восстановить процесс выращивания драконьего тела вокруг отдельного живого камня. Изначально, Адам планировал, ввести в организм нового дракона готовые черные кристаллы, но затем он вспомнил процесс модификации шкуры морского ящера в чешую дракона, способную поглощать солнечный свет и преобразовывать его в энергию, необходимую для существования живого организма, который проводила Клеопатра в начальный период заселения Кольца. После чего и разработал ту самую, изолирующую, чёрную чешую, которая теперь и покрывала тело Клеопатры, а черепная коробка её представляла собой гигантский чёрный кристалл, скрывающий внутри себя и мозг, и живой камень.

С воспроизведением тела Лики оказалось ещё проще, так как на «Ковчеге Драконов» сохранился инкубатор, в котором из оплодотворенной яйцеклетки успешно вырастили человеческого младенца. По уверениям Адама, он столь же успешно мог бы теперь собрать устройство, для воспроизведения сразу взрослого человеческого тела, вот только, с переносом туда сознания человека, минуя живой камень, никто ещё не экспериментировал. Выращивались, обычно, необходимые для замены органы и части тела конкретного человека.

Но Райя уже задумывалась о том, что стоило бы попробовать вырастить ребёнка, который повторил бы генные сочетания дочери Лики и Адама, Элии. Эта женщина была телепатом, по силе своего дара не уступающим Кассандре, которая сумела связаться с Голосами Океана через бескрайние просторы космоса. Элия же оказалась одной из немногих, кто сумел преодолеть катастрофические последствия аварии на «Ковчеге Драконов», когда большинство телепатов на Кольце сошло с ума или погибло, и стала основателем династии Королей-Драконов. Оставалось только разобраться с этической стороной проблемы, так как на свет должна была появиться девочка, фактически, являющаяся дочерью Адама и Лики, что ещё усложнило бы их отношения.

Глава 3. Новое поколение

Увидев перед глазами металлические двери, украшенные фигурами драконов, Райя потрясла головой, отгоняя навязчивые мысли. Раздался удар гонга, сопровождаемый громким голосом легионера, объявившего имя гостя, после чего двери отворились, и женщина шагнула внутрь королевских покоев.

Большой холл, предназначенный для приёма визитеров, не имеющих близких отношений с королевской семьей, ещё во времена операции по спасению «Ковчега Драконов» был переоборудован в пункт дальней связи, связывающий между собой все острова Кольца, большие субмарины и орбитальные космические корабли. В настоящий момент рядом с Кольцом находился только «Дефендер» Адама Уокера, который в очередной раз отправился к новому вулкану, образовавшемуся на том месте, где был пробит стык литосферных плит, когда обезвреживали супервулкан, служивший основанием Кольца.

И именно с рубкой этого корабля установил связь король Язон, сидевший рядом с самым большим экраном связи. Райя до сих пор помнила своё удивление, которое испытала, когда поняла, что в теле десятилетнего мальчика, который встречал их при первой высадке Ордена Крылатых на Кольцо, на самом деле обитает разум короля со столетним опытом управления государством. Но мальчик постепенно вырос и сейчас представлял собой прекрасный пример представителя Королей-Драконов.

Несмотря на то, что реальный возраст его нового тела приближался к сорока годам, Язон выглядел не более, чем на тридцать. Это был высокий, гармонично сложенный мужчина, чуть более ширококостный, чем его сын, Катан, в настоящий момент управлявший государством. Но его длинные прямые чёрные волосы, светло-серые глаза и перламутрово-бледная кожа вполне укладывались в классические каноны этой династии. Симбиоз с живыми камнями, сиявшими в его шейном обруче, и серой субстанцией Голосов Океана позволял поддерживать здоровье тела на оптимальном уровне долгие годы. А жизненный опыт приносил неоценимую пользу в управлении жизнедеятельностью государства Кольца. Помимо всего этого, Язон был хорошо образованным и тонко чувствующим человеком, что делало его очень приятным партнером в их комплексной семье.

На самом деле, первоначально женой Язона стала Линда, дочь женщины, выкормившей тело ущербного мальчика, родившегося у дочери короля Язона, Кармины. Линда провела рядом с молочным братом свои детские годы, умея устанавливать контакт с ребенком, которого сложно было назвать разумным существом. После переселения в то тело разума старого короля, они продолжали поддерживать дружеские отношения, которые, со временем, переросли в более пылкое чувство.

Но так как детей в семье, поначалу, не появлялось, то, следуя советам жреца Аргуса, семья Язона объединилась с семьёй Райи и Стрижа, столкнувшейся с теми же проблемами, что привело к появлению у обеих женщин двойняшек, один из которых был наделён от рождения симбиозом с Голосами Океана, а другой был больше похож на обычного человека. Линда была счастлива, Язон – тоже. И они бы очень хотели продолжить увеличение своего семейства, но Райя со Стрижом слишком редко в последнее время посещали Кольцо.

Поэтому Линда, после того, как её дети начали обучение в Школе Ордена Крылатых Братьев, решила освоить управление субмариной и заняться исследованиями бескрайнего Океана. В данный момент она с увлечением рассказывала о том, как идет процесс увеличения подводного хребта, обещавшего через некоторое время стать новым архипелагом. Язон внимательно слушал её рассказ, вставляя одобрительные замечания. Увидев вошедшую Райю, мужчина пожелал жене успехов и выразил надежду на скорую встречу, после чего прервал контакт.

– Никак не ожидал, что ты решишь снова пересчитывать эти бесконечные ступеньки, и был уверен, что ты появишься со стороны террасы вместе с Катаном и Карминой! – с добродушной улыбкой промолвил Язон. – Но раз уж так получилось, то давай я налью тебе вина и пойду, позову их сюда.

– Я, вообще-то, предупреждала Катана о своем визите! – слегка удивлённо промолвила женщина.

– Ну, ты же знаешь моих детей! – снисходительно усмехнувшись, напомнил Язон. – Катан недавно вернулся домой, после инспекционной поездки к Пылающим Скалам, где Гильдия Кузнецов вводит в строй новую плавильную печь, и они с женой немедленно решили это отметить.

Райя с улыбкой покачала головой, признавая его правоту, в отношении этой супружеской пары. Правящая чета Королей-Драконов пылко любила друг друга с ранней юности, а те испытания, которые они перенесли, прежде чем сумели окончательно соединить свои жизни, заставляли их ценить каждый день, проведённый вместе. Если позволяли дела государства, то эти двое предпочитали не расставаться, но княжество Пылающих Скал вызывало в Кармине слишком тяжёлые воспоминания о тех годах, которые она провела в плену у жесткосердного князя. Потому-то и предоставляла мужу право, посещать те места без неё.

Король Язон сопроводил Райю в соседнюю комнату, освободил часть большого каменного стола от лежащих на нём документов, выставил туда красивые металлические кубки и запыленную бутыль выдержанного вина, после чего подошел к высокому арочному окну и окликнул своих детей, резвившихся в каменном бассейне с морской водой, расположенном на террасе, под шёлковым балдахином, сообщив им о приходе гостьи.

Не успел он закончить разливать по кубкам вино, как в окно запрыгнули смеющиеся Кармина и Катан, чьи короткие шёлковые туники прилипли к ещё влажным после купания телам. Райя невольно залюбовалась этой парой, буквально сиявшей от счастья. Катан был удивительно похож на отца, волосами, кожей и цветом глаз. Возможно, он был чуть легче в кости, но десятилетия, в течение которых мужчина совершенствовал свое владение разнообразным холодным оружием, сделали его фигуру весьма внушительной. Однако и ему никто не дал бы больше тридцати лет, несмотря на то, что реальный возраст его был в два раза больше. Симбионт Голосов Океана бережно заботился о своем компаньоне. Кармина же казалась негативом фотографии своего супруга. Кожа её напоминала пепел прогоревшего костра, а волосы, как и глаза, были цвета начищенного серебра. Полное слияние с симбионтом произошло у королевы после того, как её живой камень повлиял на ребёнка, которого она носила, сделав его крылатым от рождения, а позднее восстанавливал организм самой королевы после тяжелой беременности.

Катан и Кармина были первой парой, преодолевшей так называемое «проклятие Королей-Драконов». Многие поколения женщины умирали, пытаясь дать жизнь отпрыскам королевской крови. И происходило это потому, что забылись условия, в которых создавалась раса людей, пригодная для симбиоза с Голосами Океана и их живыми камнями. И только воссоединение знаний разобщённого человечества, и возвращение к жизни творцов этого чуда позволило сделать процесс продолжения рода более безопасным. А многосоставные семьи – более плодовитыми. Королеве-Дракону больше не было нужды опасаться, что рождение ребёнка отнимет у неё жизнь, поэтому они с королем жили полноценной жизнью, пытаясь восполнить годы страданий.

– Как мы рады, что ты снова с нами, Райя! – весело приветствовал женщину Король-Дракон, одаривая вполне братским поцелуем, и Кармина немедленно к нему присоединилась.

Райя не менее тепло ответила на их приветствия, очередной раз, испытывая глубокое удовлетворение от того, что наличие у них, с Катаном, общего ребёнка, благодаря усилиям Аргуса, не разрушила её дружбы с королевской семьей. Клеон был точной копией своего отца, в отличие от их с Карминой первенца, дочери Мириэль, во всём похожей на сегодняшнюю ипостась своей матери. Язон называл рождение Клеона большой удачей, так как впоследствии, в союзе с матерью и отцом Райи, в королевской семье появились два крылатых мальчика и две девочки, похожие на Катана. Брат-близнец Клеона, Курт родился крылатым, а следующей парой у Райи родились девочки, обычная и крылатая, как, впрочем, и у Линды. Такой причудливый расклад вызывал у многих недоумение, а старый король считал, что, несмотря на все преобразования в общественной жизни Кольца, имевшие место в последнее время, наличие в новом поколении правящей семьи типичного представителя Королей-Драконов, послужит сплочению общества и усмирит амбиции противников королевской власти.

И в самом деле, первенец правящей четы, Мириэль, была слишком необычна для народов Кольца, чтобы безоговорочно наследовать трон, к тому же, воспитываясь вместе с братом Райи, крылатым же Итиллем, она довольно рано заявила, что видит своим мужем только его. Именно так и произошло, вскоре после их совершеннолетия. Их дочь, Тинтэль, тоже родилась крылатой, и теперь проходила курс обучения в Школе Ордена, а её родители увлеклись строительством подводного города и довольно редко бывали на Кольце. Появившийся годом позже Мириэль, Клеон прошёл подобное же обучение, получил обруч с семью живыми камнями и, в качестве примера для подражания, выбрал отца и своего родственника Маркуса, который тоже принимал участие в обучении королевских потомков и других учеников Школы Крылатых и Легионеров военному искусству, следуя правилу: «Хочешь жить в мире – готовься к войне!»

Начальнику легиона королевской стражи выпала на долю очень непростая судьба, но Маркус сумел-таки обрести своё семейное счастье, хотя, и произошло это в самый трудный для государства период. Но затем у них с Целительницей Маар, вскоре после извержения искусственного вулкана и большого цунами, родилась дочь. Следующие десять лет были слишком сложными для государства, чтобы Маар могла уделять много времени семье, но затем у них с Маркусом стали, с завидной регулярностью, появляться дети, и все девочки. Маркус только недоумённо пожимал могучими плечами в ответ на добродушные шуточки своих родственников, заявляя, что лучше так, чем столетие вообще без детей. А Маар высказывала достаточно обоснованные предположения, что природа пытается, как можно быстрее, нарастить род «крылатых», и матери тут нужнее, чем отцы.

Клеон же только легкомысленно усмехался, когда ему указывали на тот факт, что в Замке Драконов обосновался целый выводок подходящих ему по крови невест, и с выбором подруги жизни не торопился. Хотя, по примеру других легионеров, с которыми он участвовал в походах по Кольцу, не обделял вниманием ни одну хорошенькую женщину, продолжая традицию «рассеивания крови дракона». В свои двадцать семь лет он был одним из самых завидных женихов на Кольце, и весьма многие девицы охотно прыгали в его постель, пытаясь, если не женить его на себе, так хоть понести от него дитя, памятуя о причитающихся за это привилегиях. Но пока что, ни одной из них воспользоваться таким правом не удалось.

Глава 4. Необычная просьба

– Как долго мы желали воссоединения разбросанных по планете людей, а теперь я искренне жалею об этом, так как новые заботы оставляют нам так мало времени для приятного общения! Ты и твои родители бываете на Кольце короткими набегами, чтобы собрать всех вместе необходимо какое-то неординарное событие, – поддержала своего мужа Кармина. – Как я понимаю, тебя привело сюда то, что у твоих дочерей подошло «время принятия решения», и необходимо согласие родителей, членов Совета Мастеров Ордена? А твой муж собирается присоединиться, он, ведь, тоже Мастер?

При этих словах королева кинула лукавый взгляд в сторону своего отца, заставив того укоризненно покачать головой. Язон посчитал некорректным, напоминать о желании своей жены, иметь ещё малышей, и переводить разговор в личную плоскость, предчувствуя серьёзность проблемы, которой решила поделиться с ними Райя.

– Вообще-то говоря, принятие решения в тринадцать лет теперь, скорее, дань традиции, – пояснила женщина. – После того, как расширились наши знания о симбиозе с Голосами Океана, решено было отодвинуть возраст присоединения симбионта для девочек до пятнадцати и выше, чтобы дать им возможность создать семью и иметь детей, расширяя количество генных вариаций. На самом деле, новейшая медицинская аппаратура позволяет провести безопасное слияние практически в любом возрасте, а иногда позднее принятие симбионта разумнее, так как уменьшает вероятность его отторжения. И Ханна -яркий тому пример.

Речь шла о Главе Целителей Ордена Крылатых, и, по совместительству, жене её старшего брата, Джоэля, носившего в Ордене имя Морского Змея. Ей в юные годы, не единожды, пытались провести присоединение симбионта, но тот неизменно погибал. Из-за этого женщина отказывалась создавать семью и иметь детей, не желая, чтобы в Ордене Крылатых Братьев появлялись новые «бескрылые» дети. Но после несчастливой попытки Морского Змея, создать семью с женщиной из серединной части Северного континента, Ханна напомнила мужчине об их юношеской любви, и у них родился мальчик, способный принять симбиоз с Голосами Океана. Окрылённая этим обстоятельством и уговорами своего деда, Хранителя архива Ордена Кракена, Целительница решилась на попытку присоединения симбионта, которая оказалась нелёгкой, но удачной. И теперь женщина с удовольствием парила над океанскими волнами на собственных крыльях, осуществив свою заветную мечту.

– Поэтому из реального принятия решения сделали красивую церемонию, обозначающую подтверждение молодым человеком преданность выбранному пути, – продолжала рассказывать Райя. – Магистр и Совет Мастеров принимают от Учеников заявления о желании иметь живые крылья и подтверждают своё согласие с их решениями. А уж потом Целители выбирают наилучшее время для проведения слияния. Мои девочки с пониманием отнеслись к перспективе, подождать своих крыльев до появления у них первенцев, исторические экскурсы Аргуса и обоих Хранителей Архива очень тому способствовали.

Тут женщина помрачнела, отпила из бокала щедрый глоток вина и продолжила:

– Но существуют и более сложные случаи!

– Так ты пришла поговорить о дочери Адама? – первой догадалась Кармина.

Королева живо интересовалась судьбой этой необычной семьи, и не только по просьбе Райи, регулярно рассказывала ей о жизни воспитанницы Адама. Вообще-то, Королеву-Дракона интересовали все смешанные семьи и их потомство, она вместе с Хранителями составляла генеалогическое древо каждой такой семьи, куда заносились подробные описания родителей и потомков. А потом Целители пытались понять направление эволюции современного человечества, и то, насколько на неё влияют Голоса Океана. А то, что они на неё влияют, сомнений ни у кого не вызывало.

– Я хотела попросить вас одобрить решение, чтобы Лике провели присоединение «королевского» обруча с живыми камнями. И с особой тщательностью проконтролировать прохождение процесса, – нервно вертя в руках кубок и глядя на Язона, промолвила Райя. – Вы же помните, с чем именно было связано появление на свет этой девочки! Клеопатра обещала Адаму, что в это тело вернется личность его погибшей жены, первого Магистра Ордена Крылатых Братьев. Но после перемещения личности самой Клео в тело чёрного дракона, ученая упорно уклоняется от разговоров о прогнозах на воскрешение Дочери Кали в этом теле. В то же время, нельзя отрицать и того, что слияние с симбионтом коренным образом изменит ситуацию. Только у вас существует некоторый опыт в этой области, позволивший бы, на ранней стадии, заметить появление в теле второй личности. Я очень волнуюсь за то, как нынешняя Лика переживёт такое вторжение, а также непредсказуемой реакции Адама. Мне бы стоило самой остаться рядом на весь срок присоединения симбионта, но меня волнуют некоторые процессы, которые начали происходить на Северном материке. Там определённо назревают какие-то перемены. Поэтому я пробуду тут ещё несколько дней, а затем вернусь на север. И очень бы хотела передать процесс в надёжные руки!

По мере того, как она говорила, лицо Язона становилось всё более обеспокоенным, но старый король крепко сжал руку Райи и сказал:

– Мы сделаем всё, что в наших силах! Но должен признаться, что мой опыт не так уж и богат, однако я попробую выспросить всё, что возможно у Армины. Именно моей матери удалось долгие годы существовать вторичной личностью в моём обруче, да так, что я почти не осознавал её присутствия. Уверен, что она не откажет нам в помощи!

Райя сжала пальцы своего друга, заставила себя улыбнуться:

– Благодарю вас, друзья мои! Уверена, что всем вместе нам по плечу любая проблема!

Глава 5. Принц и Воин

– Ух, ты! Смотри, кто к нам пожаловал!

– Наверное, специально на церемонию своих сестричек прибыл. А то, в последнее время, увидеть Клеона в Крепости Драконов можно только на Празднике Конца Лета!

– И не удивительно, учитывая то, что тут ему приходится непрерывно отбиваться от предложений жениться! Такое ощущение, что все женщины в Королевской Гавани с ума посходили, так и прыгают ему на шею!

– А то ты бы, сама, не прыгнула! Постоянно вспоминаешь тот единственный раз, когда танцевала с ним на Празднике Конца Лета!

– А ты тоже постоянно на него глазеешь, исподтишка!

Бурный обмен мнениями соседок по комнате заставил Лику отложить старинную версию Кодекса Чести Ордена Крылатых, которую она читала, забравшись на верхний ярус кровати, и посмотреть в окно. Вечернее солнце умерило свой пыл и расчертило длинными тенями просторный двор Крепости Драконов. Обычно этот час здесь не был многолюдным, но сегодня гудел приветственными выкриками. С высоты третьего этажа, где располагалось девичье общежитие Школы Крылатых и Легионеров, было хорошо видно, как из всех дверей выбегают люди и устремляются к главным воротам, неподалеку от которых виднелись две внушительные фигуры в военном обмундировании. Одна принадлежала легату Маркусу, начальнику королевской стражи, а другая, и в самом деле, принцу Клеону.

Начальник королевской стражи, в силу своего родства с правящей династией Кольца, генетически был предрасположен к долголетию, но, даже учитывая эти условия, удивлял окружающих несокрушимым здоровьем и бодростью духа, несмотря на то, что возраст его превышал полторы сотни лет. С молодости выбравший военную стезю, Маркус преуспел на этом поприще настолько, что довольно быстро занял пост главного стража Королей-Драконов. Но и на этом высоком посту мужчина непрерывно совершенствовал владение различным оружием и передавал свои знания молодым поколениям. А потому мог в любой момент померяться силой и реакцией с самым искушенным противником. И не раз лично возглавлял военные операции против отрядов бандитов и отщепенцев, временами беспокоивших торговые караваны. Последней же серьёзной военной операцией на Кольце было подавление бунта горных княжеств, случившееся тридцать лет назад, в начале царствования короля Катана. Эффективное усмирение бунтарей, и последовавшие за тем события, связанные с пробуждающимся вулканом и переселением на Кольцо Ордена Крылатых Братьев, сделали жизнь государства более мирной, но тем не менее, легат считал необходимым растить достойную смену ветеранам. И лично водил новых легионеров в тренировочные походы по архипелагу, натаскивая новичков и одновременно демонстрируя гражданам военную мощь государства. Именно из такого похода они с Клеоном сегодня и возвратились.

Принц Клеон сопровождал своего Наставника уже не в качестве ученика, а в качестве заместителя короля по военной части. Ему с детских лет нравилось общество легионеров, их простые взаимоотношения Клеон предпочитал, как интригам королевского двора, так и политическим дрязгам Северного континента. В этом он пошел в своего отца, Катана, вынужденного в настоящий момент повесить свой меч на стену и с головой окунуться в бурлящее море политических страстей и экономических махинаций. Конечно, будучи членом правящей семьи, Клеон несколько раз посещал политические мероприятия, объединяющие все ветви власти планеты, но каждый раз стремился, как можно быстрее, вернуться к привычному образу жизни.

Посмотрев на его довольное лицо и изящные, свободные движения, которые ничуть не стесняли надетые поверх облегана и легкой туники кожаные доспехи, обшитые металлическими пластинами, Лика вспомнила скучающую гримасу, неизменно украшавшую лицо Клеона во время официальных политических мероприятий. Сейчас принц был в своей стихии, ему нравилось общаться с окружающими его простыми людьми. И те отвечали Клеону искренним уважением и привязанностью.

А в поведении женского населения Крепости Драконов ощущалось ещё больше энтузиазма. Кухарки и горничные выбегали из всех дверей, и скоро вокруг принца образовалась приличная толпа, сквозь которую с трудом удалось пробиться его единоутробным сестричкам, Эллине и Эльзе. Дочери Райи с радостным визгом повисли на плечах у старшего брата, он же подхватил их и закружил вокруг себя, разгоняя образовавшуюся толпу. Лика вдруг осознала, что искренне завидует их радости и счастью, которую ощущала, как вполне осязаемую волну. То ли чувства этой троицы оказались очень сильны, то ли способность ощущать эмоции у девушки обострилась после начала приёма препаратов, подготавливающих её к слиянию с симбионтом, но Лика оказалась так захвачена эмоциями Клеона и сестёр, что спрыгнула с кровати и подбежала к подоконнику, заглядывая поверх голов соседок, наполовину высунувшихся из окна. Её глаза впились в веселящуюся троицу, кровь стучала в ушах, обдавая тело непонятным жаром. Неожиданно её взор встретился с сияющими глазами Клеона, принц широко улыбнулся и подмигнул ей.

– Он улыбнулся нам! – завопили Ликины соседки по комнате и замахали руками.

А Лика залилась румянцем и отшатнулась в глубину комнаты. Она знала, что Клеон улыбнулся ей потому, что почувствовал обмен эмоциями.

– Бежим во двор, пока принц не ушёл! – крикнула одна из девчонок, хватая Лику за руку.

Та отшатнулась и прикусила губу, не зная как поступить. Общаться с Клеоном сейчас Лика была не готова, а если откажется пойти с подругами, то девчонки решат, что она влюбилась, и задразнят до полусмерти. На её счастье, раздался шорох крыльев, и в центр двора спланировала мать Клеона, Райя, а за ней и чета Королей – Драконов. Все, они по очереди обняли принца и вместе удалились в сторону королевского крыла дворца.

Соседки Лики по комнате проводили компанию вздохами глубокого сожаления и принялись обсуждать увиденное, а также перспективы встретить Клеона во время утренней церемонии. Сама Лика снова забралась на кровать и взяла в руки Кодекс, но буквы никак не хотели складываться в слова, на странице постоянно проступало смеющееся лицо принца.

Глава 6. Испытание

И вот, она уже стоит посредине обширного двора Крепости Драконов, в шеренге Учеников, на церемонии Принятия Решения, изо всех сил стараясь сохранить на лице маску спокойствия и уверенности. И не сомнения в положительном исходе события были тому причиной. После памятного разговора с Мастером Ласточкой, все запреты были сняты, и Целители Ордена уже вплотную занимались подготовкой девушки к операции по слиянию с симбионтом и живыми камнями, которая должна была начаться сразу после церемонии. И не вопросы уважаемых членов Совета Мастеров, присутствовавших на церемонии, Кодекс Чести Лика знала наизусть, от современной версии до самого древнего первоисточника.

Девушку немного смущали предстоящие показательные выступления, но не потому, что она сомневалась в своем мастерстве, а потому, что все остальные испытуемые были младше её по возрасту и ниже рангом. Лика была единственным Воином среди тех, кто сегодня приносил присягу на верность Ордену Крылатых Братьев. Все остальные были младше неё и носили голубые браслеты Учеников, тогда как её запястья и щиколотки украшали браслеты из белого металла, свидетельствующие о более высоком уровне подготовки.

Конечно, большая часть Учеников знала, что положение Лики было вызвано особой позицией Совета Мастеров, год за годом отодвигавших присоединение симбионта, хотя, в тонкости проблемы их и не посвящали. И сейчас друзья искренне радовались за неё. Как и большинство Наставников. Только на лицах Адама и Райи, при желании, можно было обнаружить тень сомнений. Но не это было главным.

Главной причиной было то, что Лика не могла взглянуть в смеющиеся глаза Клеона. Принц стоял практически напротив неё, рядом со своей матерью, среди других Мастеров, так как недавно был заслуженно удостоен этого высокого звания. А Лика оказалась в шеренге рядом с сёстрами Клеона, белокурой Эльзой и крылатой от рождения Эллиной. Последней не было нужды в соединении с симбионтом, но от принятия присяги её никто не освобождал. Неудивительно, что принц наблюдал за сёстрами, но довольно часто его взгляд скользил и по лицу их соседки. И девушка готова была поклясться, что Клеон вспомнил вчерашнее происшествие. Лике было жутко неудобно осознавать, что принц должен был решить, что она, подобно своим подругам, жаждет внимания предмета всеобщего обожания.

С другой стороны, исподтишка разглядывая Клеона, впервые оказавшегося так близко от неё, девушка не могла не признать, что сей образчик мужской породы определённо того стоил. Ростом принц почти не уступал Главному Наставнику Крылатых Братьев Кондору, стоявшему рядом с легатом Маркусом, на которого он походил, как ростом, так и телосложением. Они оба посвятили себя воспитанию молодежи, выбравшей путь полётов и военной подготовки. Однако Клеон гораздо больше подходил к определению «крылатых», чем эти два прославленных воина. Широкий разворот плеч только подчеркивал тонкую талию и стройные длинные ноги, особенно заметные сейчас, в отсутствие воинских доспехов. Полы живой мантии были отброшены на спину, серебристый облеган подчеркивал каждую мышцу скульптурно – атлетической фигуры, ярко- алые живые камни сияли в шейном и налобном обручах. Легкий ветерок слегка шевелил длинные прямые, цвета воронова крыла, волосы, оттеняя перламутровую бледность его лица.

Невольно вспомнились слова его матери, Райи о том, что Лике стоило бы уже выбрать себе мужчину, способного стать отцом для её детей. Девушка скрипнула зубами. Те юноши, которые добивались внимания Лики, не вызывали у неё интереса настолько, что захотелось бы более близкого знакомства, чем совместные занятия в школе. Девушку интересовали сильные сложившиеся личности, доказавшие свою состоятельность какими-то значительными свершениями. Но и тут, Лике хотелось, чтобы её оценили не за хорошенькое лицо и ладную подтянутую фигурку, а за живой ум, накопленные знания и военные навыки. И впервые захотелось произвести впечатление на конкретного человека.

Такие мысли бродили в голове девушки, пока она рассеянно следила за тем, как Наставники представляли Учеников с другого конца шеренги, а Мастера расспрашивали об их достижениях в науках, военном искусстве и владении крыльями.

Когда же очередь дошла и до её соседок, то Лика почти запаниковала, и чтобы успокоиться, перевела взгляд на Адама, стоявшего среди зрителей, и потому едва не подпрыгнула, услышав голос Клеона, который определённо обращался к ней:

– А какой твой любимый вид воинских упражнений, юный Воин?

Собрав всё мужество в кулак, Лика вздернула подбородок, твёрдо взглянула принцу в глаза и громко заявила:

– Упражнения с алебардой!

Наградой ей были удивлённо взлетевшие брови Клеона, но в глазах мужчины промелькнуло сомнение, а по губам скользнула слегка насмешливая улыбка. Принц бросил быстрый взгляд в сторону Кондора, который невозмутимо заявил:

– Лика получила звание Воина за несомненные успехи в овладении этим видом оружия, её мастерство может подтвердить Королева-Дракон, которая и вела эту дисциплину!

Теперь насмешливая улыбка появилась на губах у девушки, Кармина проходила в Школе Крылатых курс обучения полетам, и в качестве благодарности, предложила провести занятия по овладению приёмами с алебардой, которые они разработали вместе с Катаном. Этот вид боя был особенно полезен девушкам и невысоким воинам, оказывавшимся в невыгодном положении в противостоянии мужчинам-мечникам. Новые технологии, которые принесли на Кольцо переселенцы с севера, сделали этот вид оружия ещё более легким, а потому удобным для женщин. И Лика доказала это своим примером, не только сравнявшись в мастерстве с Королевой-Драконом, но и разработав несколько новых приёмов.

Принц слегка нахмурился и прикусил губу, услышав такое заявление. Королевская чета, прославившаяся своими воинскими подвигами, всегда была ему примером для подражания.

И не стоило удивляться тому, что, когда пришла пора показать своё умение в деле, напротив Лики оказался Клеон, державший в руках две алебарды.

– Как они похожи на нас с тобой в ранние годы! – прошептала Королева-Дракон своему королю, сидевшему рядом с ней на помосте для почётных гостей. – В их столкновении чувствуется настоящая страсть!

Две стройные фигуры в центре площади, казалось, исполняли стремительный замысловатый танец. Их металлические алебарды со звоном сталкивались, но чаще скользили друг по другу в легком касании, когда одному из противников удавалось удачно завершить приём.

– Пусть, лучше это будет игра ущемлённых самолюбий! – негромко пробормотал Король-Дракон. – Мы с тобой были одной крови, и предназначены друг другу самой судьбой, но несмотря на это, страсть едва не свела нас в могилу!

– Всё в руках провидения, если только ещё и Голоса Океана не решат вмешаться! – покачала головой королева.

– Мне кажется, я могу гордиться своей ученицей! – прогудел Главный Наставник, касаясь могучего плеча легата. – И Королева-Дракон тоже!

– Согласен, мастерство Клеона велико, но не стоило недооценивать противника, у девушки определённо было несколько козырей в рукаве! – криво усмехнулся Маркус, внимательно следя за боем.

И в самом деле, насмешливая улыбка, сиявшая на губах принца в начале поединка, успела изрядно потускнеть. Лика сумела показать, что прекрасно умеет пользоваться преимуществами своего оружия, а некоторые её выпады ставили Клеона в весьма затруднительное положение, что вызывало вспышки гнева в глазах принца, давно не встречавшего столь умелого противника. Конечно, алебарда не была его любимым оружием, но он сам её выбрал и вызвал девушку на бой. А это не самым лестным образом характеризовало его, как военного стратега, что только подогревало яростное желание Клеона победить соперницу. И их бой, поначалу имевший демонстративный характер, быстро превращался в довольно опасное состязание, в котором никто не хотел уступать. Но чем больше злился принц, тем более хладнокровной становилась его противница.

И наконец, это привело—таки к тому, что попытавшись отразить показавшийся вначале довольно ординарным удар, Клеон потерял равновесие, оступился и рухнул навзничь. А острие алебарды оказалось в опасной близости от его горла. Во взоре Лики мелькнуло торжество, и она на мгновение расслабилась, сдерживая удар. Однако глаза принца вспыхнули алым пламенем, он невероятным образом изогнулся и, выскользнув из-под лезвия, подсёк ноги девушки рукоятью алебарды. А в следующее мгновение уже сам стоял над ней, прижимая лезвие к её горлу. Волна гнева и возмущения взметнулась в душе у Лики, её благородный порыв был встречен вероломством! Девушка рванулась вверх, на коже проступили капли крови.

– Брейк! – раздался властный голос Магистра Барракуды. – Испытание завершено вничью!

– Пару секунд назад победа была бы моей! – прошипела Лика, яростно сверкая глазами в сторону принца.

– Когда ты начнешь понимать истинную цену времени и жизни, ты станешь Мастером, а может быть и Магистром! – негромко ответил Клеон, а затем громко продолжил, протягивая ей руку. – Для меня было честью сражаться со столь достойным противником!

Глава 7. Пробуждение

– Очнись, Лика! Просыпайся, девочка! Ты мне нужна, немедленно!

Настойчивый голос приёмного отца разогнал яркие картины подводной жизни Океана, пробился к затуманенному сознанию девушки, вызвав глубокое удивление. Насколько ей объясняли, прерывать сон, в который погружался человек, когда шло слияние с симбионтом, позволялось только в самых крайних случаях. Например, если процесс становился опасным для жизни.

– Неужели, процесс слияния всё-таки оказался невозможным, и я останусь бескрылой! – промелькнувшая мысль была столь горькой, что Лика невольно застонала.

– Тебе плохо, доченька? – в голосе Адама прорезался испуг, а затем в руку у локтя вонзилась игла.

– Процесс почти закончен, просто, сознанию человека сложно покинуть паутину снов, навеянных Голосами Океана, – девушка узнала голос Целительницы Маар и удивилась ещё больше.

Маленькая Целительница очень ответственно подходила к процессу слияния, и должно было случиться что-то неординарное, чтобы заставить её отступить от протокола.

– Настой «гнева дракона» подстегнёт обмен веществ девочки и утихомирит «живые камни», – с этими словами Маар вынула иглу и приложила к месту укола влажную салфетку. – Но за полное отсутствие негативных последствий я не ручаюсь! И мы не успели провести те тесты, о которых говорили Райя и Армина с Язоном.

«Живые камни»! Затуманенное сознание девушки всё-таки сумело вычленить главное из разговора. Лика подняла непослушную руку и потрогала шею. Пальцы наткнулись сначала на холодный металл, а затем ощупали тёплую поверхность живого камня. Второго, третьего.

– Получилось! – с громким воплем девушка подскочила на кровати и распахнула веки.

Первым, что ей бросилось в глаза, было лицо приёмного отца, Адама, на котором тревога смешивалась с облегчением.

– Получилось! – радостно выдохнул он и прижал дочь к груди.

– Сколько их? – поинтересовалась Лика, глянув поверх отцовского плеча на Целительницу.

– Мы успели присоединить только три живых камня, но я уверена, что будь у нас побольше времени, возможно было бы и больше, – взволнованный голос Маар встревожил девушку не меньше, чем слова.

– Так что же всё-таки случилось? – спросила она, высвобождаясь из объятий отца, чтобы заглянуть ему в лицо.

– Что-то случилось с Райей! – слова были произнесены столь мрачным тоном, что Лика невольно поёжилась. – Я услышал короткий призыв о помощи, а затем она пропала, и её больше не слышу ни я, ни Кассандра, ни Голоса Океана.

– Она погибла? – голос девушки непроизвольно дрогнул.

– Скорее нет, чем да. Я помню предсмертный всплеск эмоций моей жены, это послание не было на него похожим, – голос Адама был угрюмым, но полным сознания собственной правоты.

– Так что же произошло? – Лика почувствовала, как внутри неё поднимается горячая волна гнева, направленная на врагов, посмевших навредить человеку, более всех заботившемуся о мире на планете Океан.

– Это мы и должны выяснить! – мрачно ответил Адам, помогая ей спуститься с больничной постели и подавая тунику и шаровары.

– Но я могу натянуть живой облеган! – недовольно нахмурившись, промолвила девушка, ей не терпелось опробовать возможности симбионта.

– В первый раз быстро у тебя это не получится, поэтому одевай, что дают, потренируешься на субмарине! – одернула её Маар.

Лика захлопнула рот, проглотила возражения и, быстро натянув одежду, последовала за отцом.

Подземные коридоры Крепости Драконов Лика знала хорошо, и поняла, что они следуют в подводную гавань самым коротким путем. Однако брови её удивленно взлетели, когда девушка поняла, что идут они не к громаде «Дефендера», а к стоянке малых субмарин.

– А почему… – Лика дернула Адама за рукав, указывая на подводный крейсер.

– Потому что не хотим сразу развязывать войну! – сердито буркнул мужчина, пробираясь в дальний конец дока. – Если северяне решили подтолкнуть нас к войне, значит, они к этому готовы! Ну, или они так думают. Но в любом случае, если подключать к конфликту тяжёлое вооружение наших крейсеров и космических кораблей, то вероятность получить обратно Райю живой сводится почти к нулю. Для начала, мы решили послать на Северный континент малую группу разведчиков и попытаться выяснить, кто за этим стоит. Противник может ещё не предполагать, что нам известно об исчезновении Райи. Она ведь уехала в очередное большое турне по внутренней части континента, где со связью всегда большие проблемы. Но не для телепата!

За разговором отец с дочерью подошли к доку, в котором стоял «Летучий Голландец». Лика вспомнила, что этот старый корабль, принадлежавший Ордену с незапамятных времен, совсем недавно оснастили каким-то опытным двигателем.

– На данный момент, это – самый скоростной подводный корабль. А ещё мы пытались создать уменьшенную копию двигателей, позволивших бы ему взлетать прямо из-под воды. Правда, испытания ещё не закончены и величина перегрузок тоже неизвестна, – сообщил Адам, открывая входной люк. – Но эта малышка позволит быстро преодолеть подводный лабиринт и выбраться одним из малых выходов совсем неподалёку от столицы континента, возле одной из заброшенных баз Ордена.

– А почему ты решил взять меня? – поинтересовалась Лика, спускаясь вслед за ним по узкой железной лестнице.

– Руководить операцией доверили мне, так как я лучше всех знаю Северный Континент. И Контору, которая, как мне кажется, и стоит за этой диверсией. А мне нужны лучшие люди, умеющие и воевать, и слышать Голоса.

Девушка открыла было рот, чтобы поблагодарить за доверие, но захлопнула, увидев, кто находится в рубке управления кораблём. Такое доверие нелегко будет оправдать! В кресле перед пультом располагался король Язон, отец правящей четы Королей-Драконов, рядом с ним серебрилась чешуёй высокая фигура его брата Януса, которого на Кольце чаще всего называли Дважды Рождённым, в центре оставалось пустое кресло, судя по всему, для Адама, а во втором ряду сидели дракон-жрец Аргус и принц Клеон.

Адам протиснулся в первый ряд, затем обернулся к Лике и предложил:

– Твоё место во втором ряду, но пока можешь войти в оружейный отсек и натянуть облеган. Для тебя там хватит свободного места.

Девушка кивнула и кинулась через маленькую дверцу в смежное помещение. Предназначенное для запасных боекомплектов и наземного вооружения помещение было забито почти под завязку, отовсюду выпирали металлические части, оставляя небольшой узкий проход. Сбросив шаровары и тунику, надрезав мочку уха и смочив кровью ладони, Лика принялась водить руками по телу, прокладывая путь симбионту, находившемуся в данный момент в шейном обруче и одновременно прислушиваясь к нарастающему рокоту двигателей. В тот момент, когда раздался громкий щелчок, обозначающий отсоединение субмарины от парковочных захватов, Лике послышалось, будто в шлюзовой камере что-то лязгнуло. Но тут двигатели рванули на полной мощности, уводя субмарину в глубину, и на девушку навалилась перегрузка. В голове у неё помутилось, Лика пошатнулась, ударилась головой о какую-то железяку и сползла на пол. Некоторое время девушка лежала, пытаясь преодолеть дурноту, а потом…

Холод железного пола внезапно сменился ощущением адского пламени, пожирающего тело, в то время, как она упорно пытается удержаться за крохотные трещины в пышущей жаром стене. Но вот, сверху на неё скатывается ещё одно тело, Лика понимает, что это – её сын. Успевает уловить картину того, как тело дорогого ей существа исчезает в клокочущей лаве и разжимает почерневшие обуглившиеся пальцы, которыми цеплялась за стену вертикального тоннеля, ведущего к Огнедышащей Печи.

– Отомсти за нас, Адам! – полный отчаяния и боли крик рвется из её души, перед тем, как сознание тонет в волне всепоглощающей боли.

Глава 8. В подводном лабиринте

– Ты слышишь меня, Лика, что с тобой стряслось? – знакомый голос звенит от беспокойства, и прохладная ладонь скользит по полыхающему лицу.

Девушка с трудом размыкает запёкшиеся губы, судорожный вдох наполняет лёгкие воздухом, который к её великому удивлению не обжигает их. Осторожно приоткрыв глаза, Лика не сразу осознает, где именно она оказалась. Узкий темный коридор, в конце которого пятно яркого света. Затем её приподнимают чьи-то руки, и в поле зрения появляется бледное лицо с полыхающими алыми глазами.

– И надо же было тебе сюда забиваться, вполне могла бы не страдать от излишней скромности и натянуть облеган прямо в рубке! Там и места больше, и железяки из стен не торчат! К какой же из них ты так приложилась? – рука говорящего скользит на затылок, и Лика невольно вскрикивает от боли, похоже, что там вспухает здоровенная шишка.

– Хорошо хоть, облеган успела натянуть на голову! А то, могла бы и череп раскроить, а кожу на голове – так уж точно! Что ты последнее помнишь? Ответь хоть что-нибудь! – продолжает выговаривать мужчина, прислоняя её спиной к холодной металлической поверхности.

– Не помню ничего, – слова с трудом вырываются из пересохшего горла.

На самом деле, она не помнит ни лица говорящего, ни как очутилась здесь, ни как натянула облеган. В мозгу всё ещё мелькают отсветы адского пламени и непереносимая боль, физическая и душевная.

– Дьявольщина! Говорил же я Адаму, что это – плохая идея, будить тебя раньше времени! – в голосе мужчины появляются отчётливые нотки гнева и страха. – И если уж не было выбора, то хотя бы, надо было спящей перенести тебя в субмарину, а будить уже по прибытии на место! Я – Клеон, ты находишься на «Летучем Голландце», и нам стоит занять свои кресла, так как корабль, вот-вот, войдет в пещеру с водоворотом, а там тряска будет не чета прежней!

Сильные руки подхватывают девушку, прижимают к широкой груди и несут к свету.

Яркий голубоватый свет слепит глаза, а когда зрение проясняется, то осознание окружающего мира, с почти осязаемым щелчком, встает на свои места. Она находится в рубке управления субмарины «Летучий Голландец», которая мчится по узкому, заполненному водой, тоннелю, пролегающему под основным дном океана. На экранах, расположенных над панелью управления, проносятся неровные стены, усеянные алыми точками живых камней.

Клеон осторожно опускает девушку в расположенное во втором ряду кресло, пристегивает её ремнями и усаживается в соседнее. Лика откидывает голову на спинку кресла и пытается разобраться в той каше, которая царит у неё в голове. Ситуация, вроде бы, знакомая, и в тоже время что-то кажется странным.

– Держитесь, выходим в пещеру с водоворотом! – раздается голос мужчины, склонившегося над центром панели управления. – Попробуем проскочить её по прямой, на форсажных двигателях.

Девушку вдавливает в кресло, экраны разом темнеют, удары сердца отдаются во всём теле, но заглушая его стук в ушах, наплывает странная музыка, соединяющая в себе рёв океана, шорох ветра и звон стеклянных колокольчиков. А потом перед глазами появляется сверкающий узор алой паутины.

– Потрясающая картина! – слышит она шёпот своего соседа, а затем её ладонь сжимают сильные пальцы.

Пожатие служит очередным толчком, вгоняющем в мозг Лики эмоции собеседника. Восхищение красотой зрелища, преклонение перед буйством стихии, и на самом краю сознания – трепетное беспокойство за её самочувствие. А в следующее мгновение на девушку обрушивается целый водопад эмоций. Удивление, любопытство, радость, боль, утрата. И все они взаимосвязаны, переплетены и пульсируют в такт той странной музыки, которая продолжает звучать на краю сознания. От неожиданности Лика вздрагивает всем телом, но очередное сильное пожатие возвращает её к реальности.

– Держись, не теряй себя! – шепчет Клеон. – Здесь Голоса Океана особенно сильны. Постарайся сосредоточиться на ближней реальности, отделить свои ощущения от чужих!

Девушка с трудом кивает головой и переводит взгляд от экранов к лицу своего соседа, на котором читается искренняя обеспокоенность. Понимание, сочувствие. Эти чувства так определённы, что кажутся её собственными.

– В первый раз мне тут было ужасно жутко! – продолжает он, ободряюще улыбнувшись. – Не представляю себе, что бы мы делали без Адама! Даже Янус с Язоном, с трудом, сохраняют контроль над сознанием.

Проследив за взглядом собеседника, Лика увидела, что две крайние фигуры откинулись в своих креслах, в то время, как руки центральной продолжают порхать над пультом, преодолевая всё возрастающую перегрузку.

– Продержитесь ещё чуть-чуть, мы почти преодолели водоворот! – слышится напряжённый голос мужчины.

– Держись, моя девочка! – Лика не сразу понимает, чьи эти слова, окрашенные любовью и заботой, прозвучали у неё в голове.

И только удивление в глазах Клеона, встретивших её сердитый взгляд, поставило всё на свои места. Лика услышала мысли своего отца так же ясно, как если бы он прокричал их вслух. А вот, слова, «самоуверенная, но смелая девчонка», определёно принадлежали принцу. Так же как, отчаянные призывы к Голосам Океана, уменьшить интенсивность общения – Язону и Янусу.

– Я слышу всех вас! – девушке показалось, что она кричит, но с губ слетел тихий шепот.

И сосредоточив свой взгляд на склонившемся к ней Клеоне, добавила:

– И не называй меня самоуверенной девчонкой! Дело тут не в безрассудной смелости, а в том, что голова всё ещё гудит от удара.

С трудом преодолевая перегрузку, Лика дотянулась до затылка и принялась массировать распухшую шишку, попутно восстанавливая в памяти то, что чувствовала перед тем, как потерять сознание. Быстрый бег по подземным коридорам, узкий люк субмарины, люди в рубке управления, попытки натянуть облеган, скорчившись в забитой оружейной. Толчок на старте. И тут в голове всплыло ещё одно воспоминание, наконец, оформившееся в конкретную мысль. Девушка попыталась вскочить с кресла, ремни врезались в тело. Глядя в обеспокоенные глаза принца, Лика воскликнула:

– Перед самым стартом что-то скатилось по лестнице во входном отсеке!

Клеон с сомнением покачал головой:

– Входной люк герметизируют ещё до запуска двигателей, а загрузку мы закончили ещё до вашего с Адамом прихода. Если бы люк по какой-то причине не был плотно закрыт, то мы бы давно это почувствовали! Как и любую другую неисправность!

Девушка упрямо нахмурилась:

– А вдруг, там что-то оторвалось и колотит по стенам? При таких нагрузках любой удар может оказаться роковым! Я пойду, проверю! Тем более, что из водоворота мы, кажется, выбрались.

Клеон с сомнением покачал головой, он сам заканчивал погрузку вооружения, но только раздражённо пожал плечами, когда увидел, как Лика выпутывается из ремней. Мужчина попытался сосредоточиться на экранах, которые показывали значительное сужение подводного тоннеля, но затем вздохнул и тоже стал отстегивать ремни. Маловероятно, но если в шлюзе что-то развалилось, то девчонке одной не справиться.

Принц еще только поворачивался лицом к переходному люку, возле которого стояла Лика, когда заметил её стремительный бросок в сторону, словно девушка уходила от столкновения. В следующее мгновение Клеон влетел в шлюз, где каталась Лика, ноги которой были согнуты так, словно она сжимает нечто невидимое. А руками что-то отталкивает от своего лица. Принц оторопел, не понимая, что происходит, и чем именно он может помочь девушке. Была ли угроза реальной, или у Лики случился припадок, как следствие удара по голове?

Однако борьба выглядела слишком реалистичной, и Клеон решил уже попытаться схватить невидимое нечто, как сзади раздался звенящий от напряжения голос Адама:

– Сдавайся, Клео, или я распылю тебя на атомы, даже если придется утопить этот корабль!

Оглянувшись, принц увидел стоящего за спиной Адама с лазерным резаком в руках.

– Скажи своей девчонке, чтобы отпустила мое горло и перестала драть мой чудесный костюмчик! – шипящий голос, определенно, принадлежал дракону. – Не стоит убивать ценного союзника в тот момент, когда вся ваша затея снова висит на волоске!

Лика же вместо того, чтобы прислушаться к просьбе, высвободила правую кисть и полоснула перед собой выдвинутыми металлическими когтями, крепившимися на тыльной стороне ладони. Неожиданно, рядом с ней проступили полосы, в которых виднелась черная драконья чешуя.

– Паршивка! – прозвучал шипящий выдох, и девушка отлетела в сторону.

– Назови хоть одну причину, способную помешать мне, вернуться и выкинуть тебя через торпедный отсек в водоворот! – прорычал Адам.

– Для начала, желание получить моего нового симбионта! – прозвучало в ответ, и в воздухе начала проявляться голова чёрной драконессы.

– Ничтожная плата за удовольствие никогда больше не думать о том, какую ещё гадость ты надумаешь выкинуть! – рявкнул Адам, поворачивая предохранитель на лазере. – Если бы не Лика, тебе почти удалось сбежать от нас к врагам!

– Тогда подумай о том, что только у меня существует черепная коробка, абсолютно непроницаемая для любых излучений. Ведь, именно над управлением сознанием человека ты работал перед тем, как перебраться на Кольцо. А твои последователи могли и довести проект до практического воплощения! – Клеону показалось, что уверенности в голосе Клеопатры поубавилось.

– А где гарантия, что содержащиеся в ней мозги будут работать за нас, а не против? – в голосе Адама было море сарказма, а палец лег на спусковой крючок. – Кстати, это – усовершенствованная модель, я могу поджарить тебя внутри твоей собственной чешуи, не повредив обшивки. Особенно теперь, когда вы больше не обнимаетесь с Ликой.

– Да потому, что я не хочу поменять одну тюрьму на другую. И вряд ли, лучшую! – в отчаянии выкрикнула Клео. – И я хотела не сбежать, а помочь, но вы бы не согласились взять меня с собой! Я слышала, что вы говорили об исчезновении Райи, и решила, что вам одним не справиться. А если сумею помочь, то обеспечу себе улучшение условий жизни и новые возможности для исследований.

– По-моему, она хитрит, но предложенная помощь нам бы очень пригодилась! – тихо пробормотал Клеон, встретившись взглядом с Адамом.

– Знать бы ещё, как обеспечить её лояльность и удержать от побега! – так же тихо ответил ему мужчина, продолжая сжимать в руках оружие.

– Посадить её на «невидимый поводок»! Укрепить в основании уха серьгу с взрывчаткой, связанную с управляющим браслетом. И при удалении от конвоира более, чем на три метра, голову Клеопатры разнесет на мелкие кусочки. Такие комплекты для перевозки пленных входили в стандартный НЗ Звездного Флота. И Орден Кали их тоже активно использовал. К тому же, один такой ящик лежит в оружейной комнате, справа от входа, – Клеон удивлённо повернулся и посмотрел на Лику, его поразил холодный прагматизм, звучавший в её голосе.

А вот, Адама удивило нечто другое:

– Откуда ты знаешь о «невидимом поводке»?

– Ну, по моему, ты мне однажды рассказывал, – на этот раз голос девушки прозвучал не настолько уверенно.

– А почему ты уверена, что он лежит в оружейной, в том самом ящике? – продолжал настаивать Адам.

– Мне кажется, я узнала ящик с «Ковчега Драконов», – в голосе Лики прорезалось удивление и тревога.

– А в чем, собственно говоря, дело? – поинтересовался Клеон, встревожено переводя взгляд с отца на дочь.

– Позже объясню, – отрезал Адам и продолжил, – а сейчас принеси из оружейной небольшой плоский ящик, лежащий на нижней полке, справа от двери. Нам надо сковать эту хитрюгу, как можно быстрее, скоро мы подойдем к месту выхода из лабиринта, там вести субмарину придется именно мне.

Принц обнаружил в указанном месте неприметный плоский металлический ящик и отдал его Адаму. Мужчина приложил ладонь к квадратному выступу на крышке, она откинулась, открыв внутреннее пространство, заполненное небольшими вещицами непонятного назначения. Адам вытащил небольшую, но довольно толстую скобку с круглым утолщением в середине, и в самом деле, напоминающем серьгу. Подойдя к Клеопатре, он приложил эту штуковину к нижней части ушной раковины, раздался негромкий щелчок, и драконесса зашипела от боли. Не обращая на это внимания, Адам подергал новоявленную «серьгу» и, убедившись, что та крепко сидит на своем месте, вернулся к ящику. Оттуда он вынул две металлические полоски, состоящие из квадратных сегментов, одну укрепил у себя, чуть выше локтя, сжал с боков один из сегментов, внутри которого начало мигать неяркое красное пятнышко. Другую же полоску, предварительно подогнав по размеру, укрепил на руке у Лики.

– Пока я активировал только один, свой, браслет. Но если твоя помощь понадобится Лике, то мы перезакрепим «поводок», – мрачно взглянув на Клео, сказал Адам. – И ты знаешь, что серьга взорвется не только при попытке побега, но и при гибели носителя браслета, так что в твоих интересах, защищать наши жизни так же, как свою собственную. А теперь заходи в рубку и убери с тела симбионта. Через полчаса мы прибудем на место, там нас уже должны встречать.

С этими словами мужчина вернулся в рубку и занял свое место возле пульта управления, которое освободил Язон, управлявший кораблем во время этой стычки. Клеон посмотрел на скорчившуюся в углу входного отсека драконессу и указал ей рукой на рубку. Та шустро юркнула в проход и забилась в дальний угол, за пустым сиденьем. Лика последовала за ней, а садясь в кресло, поймала взгляд Клео и тихо сказала:

– Мне кажется, что на ближайшее время и второй поводок тебе не помешает!

С этими словами, девушка тоже сжала один из сегментов, а затем спокойно повернулась в сторону экранов. Принц же ещё некоторое время переводил взгляд с одной на другую, размышляя, почему же он не знал о таком замечательном устройстве, и о чём ещё умолчал отец Лики. Но тут раздался голос Адама:

– Всплываем!

И Клеон переключил свое внимание на экраны, где чернота подземелий сменялась на глубокую синеву надземной части океана.

Глава 9. Под маяком

«Летучий Голландец» осторожно выбрался из узкого отверстия в пористом рифе и начал неспешное всплытие, постоянно сканируя окружающее пространство. Рассматривая экран с электронной картой и проложенным на ней маршрутом, Лика осознала, в каком именно месте происходил выход из подводного лабиринта. Совсем неподалеку находится удобная бухта, где располагается крупный порт, связанный скоростным шоссе со столицей материка. Но в этом конкретном месте подступы к берегу перегораживают многочисленные ряды острых скалистых выходов, образованных в результате древней вулканической деятельности. А о том, что в их глубине существуют подводные коридоры, по которым могли пробраться небольшие субмарины, было известно только Ордену. И как оказалось Адаму.

Тем временем, «Летучий Голландец» подобрался к поверхности достаточно близко, чтобы выпустить перископ. И на одном из экранов появился вид скалистого островка, на вершине которого, подобно обломанному зубу, торчали остатки маяка. То было следствие большого цунами, произошедшего после чрезвычайных мер, предпринятых по борьбе с супервулканом. За прошедшее после этих событий время было проведено много дискуссий о том, можно ли было минимизировать ущерб для побережья Северного материка. Отец же Лики всегда отвечал своим оппонентам, что такое было бы возможно только в том случае, если бы человечество на планете Океан продолжало развиваться как единое целое. И четко выполняло план, намеченный учеными в первые годы после высадки на планету. И хотя, Адам не отрицал своей роли в углублении противоречий между, так называемыми, «чистыми» людьми и теми, кто следовал путем поддержания контактов с коренной разумной расой планеты, он постоянно подчеркивал тот факт, что первоначальные противоречия возникли ещё в древние времена, в период переселения части людей на Северный континент, с целью создания там промышленной базы. Как раз таки, чтобы предотвратить разрушительное извержение, грозившее уничтожить не только Голоса Океана, но и человеческие поселения. Именно тогда ксенофобия взяла верх над разумом и инстинктом самосохранения.

Лике же иногда приходила мысль, что может быть, переселенцы Севера предполагали отсидеться в глубине континента, наплевав, или даже приветствуя, уничтожение тех, кто оставался на архипелаге Кольца. И это несмотря на то, что без помощи Голосов Океана и подружившейся с ними Кассандры, отыскать эту, затерянную в космосе, планету у людей бы не получилось. Если смотреть с этой точки зрения, то и люди Кольца были вправе, наплевать на своих завистливых соплеменников. Однако они приложили массу усилий, чтобы оповестить жителей прибрежной зоны, а также, чтобы предотвратить извержение ещё одного вулкана в приполярной зоне Северного материка, грозившее расколоть полуостров, где находилась Цитадель Ордена Крылатых Братьев. А это привело бы к затоплению наиболее развитых, в промышленном отношении, частей Северного континента. И куда более многочисленным человеческим жертвам.

Но об этом знали не так уж многие. По большей части, это были обитатели прибрежных районов, контактировавшие с членами Ордена и представителями цивилизации Кольца. Жители же серединной части континента, в силу того, что постоянные электромагнитные бури затрудняли радио- и телевещание, довольствовались сплетнями и явной дезинформацией, намеренно распространявшейся частью правящей верхушки, не желавшей мириться с появлением новой силы, с которой в настоящее время им приходилось считаться.

Такие мысли бродили в голове у девушки, пока она рассматривала на экранах прибрежную полосу. Прямо напротив полуразрушенного, и определенно заброшенного, маяка в море резко выдавался высокий крупный утес, служивший своеобразным волноломом. Немного правее виднелся узкий «серпантин», взбиравшийся на скалистое плато, которое венчала массивная каменная изгородь. Судя по тому, что тут и там в ней виднелись проломы, усадьба изрядно пострадала от давнего цунами и была заброшена.

Довольно резко виды побережья на экране сменились на синеву океанских вод, субмарина снова уходила в глубину. А через несколько минут оказалась в подводной пещере под островом с маяком, вход в которую находился гораздо глубже, чем мог донырнуть обычный человек. И был достаточно маленьким, чтобы на него обратили внимание крупные субмарины местных жителей, изредка проплывавшие вдоль побережья. Свет внешнего прожектора «Летучего Голландца» выхватил из темноты ещё одну минисубмарину, пристыковавшуюся к небольшому выступу на стене пещеры.

– «Светлячок» уже здесь, – облегченно вздохнув, промолвил Адам. – Выбирайтесь наружу, мы с Ликой пойдем последними, присмотрим за Клеопатрой.

Исходя из его указаний, Лика выбралась из люка последней, следом за Клео. Её товарищи уже беседовали с новоприбывшими, среди которых в глаза бросались очень маленькая женщина и весьма крупный мужчина. Присмотревшись внимательней, девушка поняла, кто та, коротко стриженная, сухощавая женщина в серых облегане и мантии, струившихся по телу от стандартного металлического обруча, принятого в Ордене, и украшенного маленьким живым камнем, свисавшем с обруча в шелковой сетке. Это была легендарная Кошка, почётный Магистр Ордена Крылатых Братьев. Мать пропавшей Райи. Лика всего лишь несколько раз видела её вблизи, так как женщина большую часть времени проводила на восстановлении Цитадели, разрушенной во время переселения Ордена Крылатых с Северного материка на архипелаг Кольца, но легенды об её подвигах знали все члены Ордена. По сравнению с её маленькой фигуркой, темноволосый мужчина в облегане выглядел настоящим великаном, а в чертах его лица столь явно прослеживались родственные с Кошкой черты, что девушка поняла, это – не менее известный Морской Змей, её старший сын, координатор строительства подводного города. Третьим был тоже мужчина, чьё серое тело и серебристые волосы явно свидетельствовали о полном слиянии с симбионтом. При взгляде на его лицо, в глубине души у Лики шевельнулось какое-то странное чувство, смесь горя и радости. И в то же время она понимала, что видит перед собой Мастера Барса, мужа Кошки и отца Райи. А также побратима Короля-Дракона Катана. Рядом с ним нервно прохаживался ещё один мужчина, полностью принявший симбионта. Одного взгляда на его невысокую поджарую фигуру для Лики оказалось достаточным, чтобы опознать в нём Стрижа, мужа Райи.

При появлении их троицы на поверхности, Кошка прервала разговор и окинула строгим взглядом чёрную драконессу.

– Не ожидала увидеть вас в таком составе! – заявила она, переведя на Адама взгляд своих пронзительных зеленых глаз. – Ситуация и так слишком сложная, чтобы вносить в неё дополнительную нестабильность!

– Я и не собирался специально усложнять нам жизнь, но Клеопатра изобрела нового симбионта, обеспечивавшего ей невидимость, и под его прикрытием проникла на корабль. И если бы не счастливое стечение обстоятельств и дотошность Лики, вскрывшей её присутствие на корабле, то Клео удалось бы перебраться на другой континент незаметно, – немного сконфуженно промолвил Адам, бросив сердитый взгляд на съёжившуюся у стены драконессу. – Но сейчас она на «невидимом поводке» и поневоле будет вынуждена помогать нам, иначе погибнет сама.

– Я искренне хочу помочь вам, уверена, что особенности строения моего тела могут оказаться очень полезны! – пробормотала Клео, всем своим видом выражая покорность судьбе.

Тело чёрной драконессы, и так, получилось небольшим, даже по сравнению с человеком, а уж рядом с настоящим драконом, вроде Аргуса, она смотрелась, как детёныш. Сложенные и плотно прижатые к спине крылья выглядели словно горб, делая её фигуру ещё более несуразной. Однако Кошка задумчиво покачала головой, разделяя общую неуверенность в безопасности такого партнерства.

Затем взгляд Магистра переместился на Лику, оценивающе скользнул по её фигурке:

– Поначалу, я не очень хорошо понимала твое желание привлечь к операции именно Лику, но теперь выбор кажется мне удачным. Юный возраст не мешает ей проявлять качества настоящего Воина, тогда как местные будут воспринимать её, как неопытную девчонку. И всё же было рискованно бросать девочку в путешествие по подводному лабиринту, едва только она закончила с присоединением симбионта!

– Я понадеялся на то, что подобная встряска пробудит её скрытые способности. И в самом деле, в настоящий момент Лика слышит не только Голоса Океана, но эмоции и мысли окружающих людей, – уверенно парировал Адам, и чуть тише добавил, – но возможно я получил больше, чем ожидал.

Все, включая Лику удивлённо воззрились на него, ожидая дальнейших разъяснений. Но тут из субмарины Магистра вынырнула ещё одна серая фигура, державшая в руках небольшой металлический чемоданчик. Клеон радостно вскрикнул и бросился обнимать того, в ком узнал Курта, своего брата-близнеца. В отличие от Клеона, обосновавшегося на Кольце, Курт, после окончания обучения в Школе Крылатых Братьев, присоединился к строителям подводного города, так что виделись братья не часто.

– Нам повезло, что Курт и Стриж приплыли вместе с Джоэлем на «Арго», который доставил в Цитадель очередную партию металлоконструкций, – сообщила Кошка. – Мы решили, что необходимо создать комбинацию, в которой две группы могли бы общаться без помощи искусственных средств связи. В нашей группе останется Янус, тогда как Аргус отправится с Клеоном в столицу. Дважды Рождённые сумеют услышать друг друга в любом месте планеты. Насколько я знаю, и у Курта с Клеоном существует не менее тесная связь. А если Лика сумеет услышать не только своих друзей, но и местных жителей, то у их миссии существуют достаточно серьёзные шансы на успех. В мою группу, помимо Януса, войдут Барс, Стриж, Адам и Клео. И рассчитывать нам придется на мою устойчивую связь с Кассандрой.

– А почему она не приехала с вами? – поинтересовалась Лика, удивлённая отсутствием самого сильного телепата планеты.

Кошка внимательно посмотрела на неё, словно взвешивая меру необходимой информации, а затем разъяснила:

– Касси находится на «Ковчеге Драконов», где попросила создать условия для того, чтобы она могла постоянно находиться в состоянии транса, подобного тому, в котором пребывала до переселения в тело дракона. Только так у неё получается, одновременно сканировать общее поле Голосов Океана и человеческого населения планеты. Бедняжка винит именно себя в том, что произошло с Райей, считает, что слишком увлеклась семейной жизнью, в то время, как Райя оказалась не совсем готова, заменить её на планете. Но мне сложно укорять ту, кто, раз за разом, жертвовала личной жизнью во благо общечеловеческих интересов. Хотя, мне всё чаще кажется, что человечество, как вид, не стоит таких жертв. Уж слишком велико его желание уничтожать себе подобных во имя самых низменных страстей. Стремление властвовать над сородичами мешает разглядеть очередную пропасть, в которую они толкают общество.

– Вот, тут ты совершенно права! – воскликнула Лика, сама удивляясь силе чувств, которые всколыхнули эти слова, как будто она, сама, однажды уже говорила нечто подобное.

Заметив удивление на лице Магистра, девушка смущённо обернулась к отцу и поразилась мрачному выражению его лица. Она уже было собралась задать ему вопрос, давно вертевшийся на краю сознания, но Адам отрицательно покачал головой и обратился к Кошке:

– Значит, Кассандра поддерживает моё мнение о том, что стоит поискать следы Райи в Конторе?

Магистр нахмурилась, встряхнула головой и сказала:

– Она считает, что моя дочь не зря в последний момент обратилась именно к тебе! Призывая тебя на помощь, Райя пыталась дать понять, чья помощь будет наиболее эффективной. Не Кассандра, не Орден, а именно ты можешь раскрыть загадку её исчезновения.

– Ну, я же говорила, что Контора должна была продолжить твои разработки по контролю сознания! – все удивленно обернулись к чёрной драконессе. – А что же ещё жители этого материка могли противопоставить телепатам и космическому оружию?

– Я полагал, что все сведения об этих разработках были хорошо засекречены, и без меня их не смогли бы продолжить, тем более, что большую часть экспериментального оборудования Кошка уничтожила, когда вызволяла Кейна из больницы! – смущённо развел руками Адам.

– Так я, всё-таки, был прав на счёт того, что в той психушке ставят опыты над людьми! – гневно вскричал Барс, разом припомнив все свои злоключения в упомянутой психиатрической лечебнице, куда его поместили после гибели отца.

– Кассандра считает, что именно в том районе наблюдаются сейчас странные флуктуации, мощные, и притом разноплановые, вспышки консолидированной ментальной активности, характерные, например, для восторженной толпы болельщиков футбольных матчей. А в следующий момент это могут быть эмоции толпы, идущей громить инородцев. Согласитесь, не самая привычная комбинация? – хмуро улыбнувшись, сообщила Магистр. – Придется моей группе наведаться в то чудное местечко ещё раз. А для начала посетить ближайшую виллу – «Утёс», некогда принадлежавшую семье моего первого мужа. А Морскому Змею в это время – организовать отвлекающий манёвр, который создавал бы впечатление, что мы собираемся работать с представителями официальной власти. Так что, не будем терять времени, Курт передаст вам кое-что из моих запасов, а Джоэль разъяснит структуру власти на континенте, как официальной, так и подковёрной. «Арго» будет вашей официальной базой, хотя, он и не обладает новейшим вооружением. Но я предлагаю скрытно переместить «Дефендер» в район подводного города, для более надёжного прикрытия. «Летучий Голландец» же придаст мобильности нашей группе, неизвестно, в какой момент, и откуда, придется уносить ноги… Так что забирайте «Светлячок» – и вперед, к «Арго»! И пусть удача будет на нашей стороне!

Магистр сжала руку сына и побежала в сторону «Летучего Голландца». Аргус обнял Януса, и Лика с удивлением поняла, что чувствует не только сильную тревогу отца, вынужденного расставаться с сыном в таком опасном предприятии, но и схожие чувства у невозмутимой с виду Кошки. Язон тоже обнял своего дядю, затем они с Аргусом подхватили пару больших металлических контейнеров и двинулись к входному люку «Светлячка», куда уже спускались Курт с Клеоном, тоже нагруженные оборудованием. Лика, совсем было, уже решила последовать за ними, но Адам удержал её за руку и отвел подальше от остальных. Девушка нахмурилась, приготовившись выслушать стандартное напутствие, которыми родители обычно пичкали детей, отправляя их в первую самостоятельную экспедицию.

Но Адам взял её за подбородок, некоторое время внимательно вглядывался в глаза, а затем произнес совершенно неожиданные слова:

– Лика, Дочь Кали! Я не совсем уверен, что ты вернулась к нам, но во имя всего того, что я совершил ради твоего возвращения, обещай, что попытаешься не только выжить сама, но и сохранить жизнь личности этой девочки! И не повторять ошибок, стоивших жизни нашему сыну. Обещаю, что сумею развязать и этот узел, если мы, все, останемся в живых. А может быть, даже вернуть к жизни Элию и Авеля.

Первой реакцией на эти слова у Лики было безграничное удивление, но потом губы девушки, против её воли, шевельнулись и произнесли:

– Обещаю!

Глава 10. Невеста принца

– Какой парик мне лучше надеть, этот, светлый, или предыдущий? – спросила Лика, нервно вглядываясь в небольшое зеркало, укреплённое на стене выделенной ей на «Арго» каюты.

Девушку выводила из равновесия не только необходимость, коренным образом поменять свой внешний облик, но и то, что экспертом в этом деле выступал именно Клеон. И не имел значения тот факт, что остальные её знакомые были заняты в управлении кораблём или связью с другими группами, задействованными в операции. Принц постарался сдержать улыбку, не желая ещё более раздражать девушку, и преувеличенно спокойно ответил:

– Для северян, образ Королей-Драконов ассоциируется с моим типом внешности, поэтому логично, что невеста наследного принца будет на него похожей. О нашем обычае, жениться на родственницах, здесь тоже наслышаны. Именно это дает тебе возможность, открыто носить обруч и облеган, и не вызывать подозрений, что ты – воин Ордена Крылатых. Именно из тех же соображений необходимо прикрыть париком твои слишком короткие волосы. Хорошо, что Магистр Кошка напомнила нам об этом аспекте проблемы и привезла с собой парики, а то мы-то прихватили для тебя только платья!

Лика издала шипящий звук, попытавшись сдержать рвущиеся с языка колкости и одновременно сделать глубокий вдох и успокоиться. Платья не были её любимым видом одежды, девушку безмерно злило, когда Адам и Райя заставляли её одеваться подобным образом на праздниках. Многочисленные полупрозрачные юбки из паутинного шелка не вызывали в Лике ничего, кроме раздражения, так как мешали привычной свободе движений. И только требование Наставников Школы Крылатых, овладеть всеми видами маскировки, заставило Лику освоить и этот вид одежды. К тому же, справедливость замечания Клеона о том, что под такой юбкой можно спрятать уйму оружия, сложно было отрицать. Сам Клеон был одет в парадные воинские доспехи, сверкающие начищенным металлом, но из оружия у него имелся только длинный кинжал на поясе и складные когти, закрепленные на кисти правой руки, и имевшие вид замысловатого украшения, в пару к массивным браслетам червонного золота, служивших для крепления крыльев «живой мантии».

Заметив оценивающий взгляд девушки, принц криво усмехнулся и промолвил:

– Никогда не думал, будто буду радоваться тому, что северяне почитают нас за варваров, помешанных на древних обычаях! Зато, исходя из этого, они думают, что все эти обручи и браслеты – украшения, а не средства для обеспечения выживания. Райя всегда говорила, что верхушка здешнего общества не считает нужным заниматься совершенствованием своего тела и военной подготовкой. В особенности, это касается местных женщин. Поэтому-то у тебя будет гораздо больше свободы действия, чем у меня. Следить за тобой будут не так пристально. В этой миссии ты – главное действующее лицо. А я, Морской Змей, Язон и Янус будем создавать для тебя «дымовую завесу».

Лика невольно расплылась в улыбке, даже понимая, что это – неприкрытая лесть, было приятно слышать подобные слова.

Ободрённый переменой в её настроении, Клеон взял со столика чёрный длинноволосый парик и продолжил:

– Исходя из всего сказанного, лучше остановиться на этом парике, и можно укоротить его длину до плеч, чтобы ты чувствовала себя естественнее. Хотя, тот, что на тебе сейчас, на мой взгляд, подходит тебе гораздо больше.

Девушка со вздохом кивнула и взяла из рук принца другой парик. Но им пришлось вдвоём изрядно повозиться, чтобы хорошо укрепить его на голове и сформировать приличную прическу на укороченной длине. Когда же, наконец, они закончили возню с кистями, клеем и ножницами, то из зеркала на Лику взглянула бледная черноволосая девушка с пронзительным взглядом серо-стальных глаз, похожая на портреты многочисленных Королев-Драконов, висевших в Большом Зале дворца. Клеон, последний раз, пригладил щёткой густые черные волосы, едва касающиеся плеч, обтянутых серебристым облеганом, поправил на лбу у девушки обруч с живым камнем, а затем развернул лицом к себе и неожиданно прильнул к её губам.

Оторопь, охватившая Лику, длилась не более двух ударов сердца. И ещё не до конца осознав свои действия, девушка отшатнулась и отвесила принцу полновесную оплеуху. Но на лице Клеона, вопреки её ожиданиям, расплылась довольная улыбка:

– А вот, это ты зря делаешь! Поскольку нам придется изображать влюблённых, совершающих предсвадебное путешествие, то придется прилюдно расточать друг другу нежности! Поэтому – привыкай, пока есть время!

И хитро улыбнувшись, принц снова притянул девушку к себе.

Внутри у Лики бушевала целая буря противоречивых чувств. С одной стороны, девушка понимала, что упрек Клеона справедлив, играть свою роль необходимо было максимально достоверно. С другой стороны, он должен был бы сначала предупредить её. Или не должен, а она, просто, выставила себя неопытной девчонкой? Лика в смятении уставилась на принца, а тот спокойно смотрел в её глаза и ждал, пока девушка успокоится. Затем с лёгкой улыбкой промолвил:

– Так ты не будешь больше драться?

Судорожно сглотнув, девушка покачала головой. Клеон мягко привлек Лику к себе и коснулся губ лёгким поцелуем.

– Не так всё это и страшно! – прошептал он, а затем снова прильнул к её губам.

Этот поцелуй был совсем другим, более настойчивым и властным, и что-то в глубине существа Лики откликнулось на него, заставило прильнуть поближе к сильному телу принца.

– Не зря, девчонки в Школе Крылатых говорили об особом магнетизме рода Королей —Драконов! – вихрем пронеслось у неё в голове.

Но тут же, откуда-то всплыла холодно-насмешливая мысль:

– Не увлекайся! Тебе нужно полностью сосредоточиться на поиске Райи, а не размышлять о достоинствах прекрасного принца! Излишняя чувствительность помешает твоим действиям в самый неподходящий момент.

Мысль была столь же чужеродной в коктейле её взбудораженных чувств и ощущений, как свинцовая дробина в миске распаренного гороха. И тут же вспомнились последние слова приемного отца, сказанные при расставании. И то, о чем её предупреждала Райя. Где-то там, глубоко внутри её сознания, притаилась другая Лика, Дочь Кали. Ужас холодной волной прокатился по её телу, заставил задрожать руки и губы. Клеон, судя по всему, тоже почувствовал изменение состояния девушки, потому что отпрянул и обеспокоенно заглянул в её глаза. Но готовый сорваться с его губ вопрос был прерван стуком в дверь и голосом Язона:

– Заканчивайте с подготовкой, «Арго» подошёл к входу в бухту, субмарина останется на рейде, а дальше нас повезёт «Светлячок».

Лика до боли сжала пальцы в кулаки, пытаясь восстановить душевное равновесие и осознать, что теперь делать и ставить ли других в известность о своем открытии.

– А какой в этом смысл? – пришла очередная мысль, окрашенная лёгкой тенью насмешки. – Изменить ситуацию никому не по силам, откладывать намеченную операцию не только глупо, но и опасно. Так ты только внесёшь путаницу в имеющиеся планы и подставишь под удар другую группу, и, как результат, сведёшь на нет все шансы на освобождение своего друга. Нам надо, просто, действовать сообща, доверься мне, боевого опыта у меня значительно больше. И к тому же, сейчас мы делим одно тело, а я не желаю ещё раз ощутить умирание. Ты должна была осознать, насколько это неприятно!

Лику, аж, передернуло, когда внутри вновь полыхнуло пламя вулкана, где погибла её компаньонка.

Клеон же воспринял это непроизвольное движение, как нервную дрожь, приобнял девушку за плечи и прошептал:

– Держись, малышка! Важен именно первый шаг, вместе мы всё преодолеем!

– Не трусь! Мы ещё покажем этому задаваке, на что способны! – это Дочь Кали внесла свою лепту.

В памяти дочери Адама невольно всплыло выражение лица Клеона, каким оно было в момент её победы в поединке на секирах, в ответ же раздалось одобрительное хихиканье Дочери Кали.

Глава 11. Двухуровневый разговор

– Давайте, вкратце, пробежимся по опорным пунктам нашей части операции, чтобы ввести и Лику в курс дела, – предложил Морской Змей, как только Лика, Клеон и Язон появились в рубке «Арго»

– Очень полезно! – прозвучало в голове у дочери Адама. – На самом деле, я несколько оторвалась от современной жизни. И у нас с тобой было слишком мало совместно проведённого времени, чтобы я сумела обратиться к твоей глубинной памяти, приходится довольствоваться тем, что поступает в оперативном режиме. И я боюсь промахнуться в оценке какой-то неожиданной ситуации.

Лика, дочь Адама кивнула, соглашаясь одновременно с Морским Змеем и своей внутренней компаньонкой, и опустилась в кресло напротив одного из экранов.

– Начнём с того, что Мастер Ласточка покинула Кольцо вскоре после того, как убедилась, что присоединение живых камней идет у тебя вполне успешно, – продолжил Джоэль, бросив на Лику внимательный взгляд. – Я лично не встречался с сестрой в ближайшем месяце, но на последнем сеансе связи из Королевской Башни понял, что Райя серьёзно обеспокоена негативной волной, захлестнувшей средства массовой информации Северного континента. И это при том, что официальные лица, в том числе руководители Торгово-Промышленной Палаты, неустанно заверяют нас об абсолютной лояльности и искренней заинтересованности в совместных проектах.

Со своей стороны я не заметил какого-либо противодействия в осуществлении утвержденного плана строительства подводного города. Однако, и первоначального энтузиазма уже не ощущалось. Райя же утверждала, что чувствует откровенно негативный эмоциональный фон, доминирующий в чувствах городского населения, поэтому и хотела проехаться по материку, поговорить с простыми людьми. Как обычно, Координатора должны были сопровождать четверо Воинов Ордена, поэтому от случайного нападения экстремистов она была застрахована. И, тем не менее, чуть больше суток назад, Адам получил от Райи послание: «Опасность! Без помощи не справиться!» А после этого ни он, ни один из драконов, и даже сама Кассандра, не сумели больше выйти с ней на связь.

На официальный запрос в местные органы власти, о местонахождении Координатора, был получен ответ, что её серия визитов проходит по утверждённому плану, на данный момент времени Райя находится в середине материка, где связь затруднена. И это – либо откровенная ложь, либо центральные власти сами не в курсе сложившейся ситуации. Поэтому, было принято решение, чтобы наша группа прибыла в столицу континента и в непосредственном общении попробовала прояснить истинные намерения наших партнёров.

– Для меня создавшаяся ситуация кажется тем более странной, что я не вижу, зачем было бы идти на обострение отношений именно сейчас, – угрюмо нахмурив серебристые брови, промолвил Янус. – Подводный город потребляет огромное количество рабочих рук и обеспечивает заказами всё большее число предприятий материка, снижая социальную напряжённость. Добыча энергоносителя в районе Цитадели идет всё нарастающими темпами. Там даже восстанавливаются условия для выращивания симбионта и живых камней, симбиозом с которыми очень заинтересовались элиты материка, осознавшие их положительное воздействие на продолжительность жизни человека. И ведь, им даже не обязательно проводить столь радикальные преобразования, как у меня или драконов. Используя смешанные технологии, вполне возможно остановиться на уровне Королей-Драконов, а что ещё нужно человеку для счастья?

– Власть! – мрачно обронил король Язон, вероятно, вспомнив нелёгкие годы своего долгого правления. – Возможно, здешних власть имущих, как раз таки, и не устраивает, что у простых людей появилась возможность выбора! Очень просто править людьми, когда они загнаны в отработанную веками схему, и не видят иного выхода, кроме как подчиниться диктату правящего класса или умереть с голода. Сейчас я начинаю думать, что мы поторопились раскрывать перспективы того, что с наращиванием числа инкубаторов сумеем значительно увеличить число тех, кто сможет жить на границе суши и моря. И свободно существовать в водной стихии. Кем будут управлять бессмертные правители, если их электорат сможет в любой момент уплыть от них в океан?

– А ещё и питаться не только рыбой, но и солнечным светом! – хмуро добавил его брат. – Похоже, что мы были слишком наивны в оценке того, что может сделать счастливыми всех людей на планете, одновременно!

– Но какую именно пользу могли недовольные властители поиметь от похищения Райи? – прозвучало в сознании Лики, и девушка поспешила озвучить вопрос, показавшийся ей вполне резонным.

Во взгляде, которым её одарил Клеон, сквозило удивленное уважение. И не только у него.

– Возможно, обменять Координатора на право доступа к орбитальным кораблям, чтобы овладеть самым сильным оружием этой планеты? – не очень уверенно промолвил Морской Змей.

– Но тогда, почему ещё не было выдвинуто это требование? – девушка озвучила следующий вопрос Дочери Кали.

– Вопрос, достойный зрелого политика! – уважительно кивнув головой, отметил Язон. – И тогда стоит принять за основу предположение, что выгодно было именно убрать с арены Райю, как наиболее сильного телепата.

– И она может быть уже мертва! – гневно воскликнул Клеон, кипевший от ярости, представляя, что могло произойти с его матерью.

– Но Адам утверждал, что контакт с Райей не был предсмертным, – покачала головой Лика, вспомнив твёрдую уверенность приёмного отца в правоте своих слов. – Если Координатора хотели просто устранить, зачем было сначала брать в плен?

Внутри её головы, Дочь Кали согласилась с мнением младшей компаньонки, опираясь на свой опыт взаимодействия с политиками.

– Мы возвращаемся к тому, с чего начали, – недовольно нахмурившись, промолвил Морской Змей. – Нам остается только высадиться на берег и попытаться разузнать что-нибудь при личных контактах.

– Но должен же быть у вас какой-то план действий, хотя бы, легенда нашего появления? – Лика почувствовала, что говорит излишне резко, озвучивая мысли соседки по черепной коробке, но оспорить её правоту было довольно сложно.

– Ну, мы с тобой приехали, чтобы осмотреть достопримечательности, поскольку ты ещё не видела этого материка, – несколько удивлённо посмотрев на девушку, промолвил Клеон. – И будет вполне естественно, что мы захотим встретиться с моей матерью, находящейся где-то в этих краях.

– А поскольку заявлен официальный визит наследного принца, то он предполагает контакты с наиболее значимыми лицами, управляющими этой территорией, – добавил Язон.

– Которые будут юлить и лебезить, стараясь не сказать ничего конкретного, – мысль Дочери Кали прозвучала с изрядной долей издевки.

– Но я могу попытаться выяснить, что у них на уме! – парировала дочь Адама, вспомнив близкие контакты с соседями по субмарине.

– А я бы не была так уверена, тебе ещё, явно, недостает опыта в телепатическом общении! – заявила её собеседница. – Однако никто не отрицает и таких методов, как подслушивание и кража документов. А потому надо изображать полнейшую беспечность и расширять возможное число контактов. И как вы будете держать связь с другой группой?

– Я так поняла, что нам с Клеоном предстоит обширная культурная программа и официальные визиты, в то время как Морской Змей и Язон будут изображать деловую активность, – Лика попыталась изложить причёсанный вариант мыслей своей компаньонки. – А как будем держать связь с Магистром Кошкой и её соратниками, чтобы не привлечь к ним внимания?

– Янус останется на «Арго», находясь в трансе и поддерживая постоянную связь с Аргусом, – сообщил Язон. – Мы же с ним связаны не менее тесно, чем он с Аргусом, брат сумеет оперативно оповестить нас, в случае необходимости.

– А с Кольцом?

– А там нас с помощью «Вуали Драконьих Слёз» слушает Кармина, – промолвил Янус. – Это же устройство помогает ей держать связь с Кассандрой, находящейся в районе Цитадели, и с Мастером Сфинксом в подводном городе. И не надо забывать, что в случае острой необходимости, Касси сумеет обратиться к любому из нас.

– Ну, это – уже какой-никакой, а план! – неслышно для основной массы собеседников, пробурчала Дочь Кали. – Распределение ролей, диспозиция и способ связи мне понятны. Но у меня возникает ощущение, что миссия вполне может провалиться из-за несоответствия поставленных задач и качества исполнителей!

Эту фразу первого Магистра Ордена Крылатых Братьев Лика предпочла не озвучивать, но мысленно горячо возразила:

– Не представляю, почему ты так решила! Здесь собрались самые умелые и благородные воины Кольца!

Ответ прозвучал окрашенным в эквивалент насмешливой улыбки:

– Вот, и я про то же! Благородные воины пытаются играть в игры, привычные для грязных политиков! Опираясь на личный опыт, могу сообщить, что вероятность выиграть – один к ста, а то и меньше.

– И что же нам делать? – дочери Адама показалось, что даже внутренний голос дрогнул.

– НАМ, – дочь Ордена Кали намеренно подчеркнула объединяющее их местоимение, – пытаться работать сообща, используя мой опыт и твоё, пусть и ограниченное, знание современной обстановки. А также не обращать внимания на авторитеты и нежные чувства!

Лика почувствовала, что и в реальности у неё щёки заливает румянец, поймала недоумённый взгляд Клеона и сделала вид, что поправляет спрятанные под юбкой ножны с метательными ножами.

– Не сердись, девочка! – примирительно промолвила та, что некогда была Магистром и не только им. – Но именно мы с тобой сейчас являемся гарантами их безопасности. Мне бы очень хотелось, чтобы у нас оказалось чуть больше времени для обмена опытом. А у меня его около пяти столетий, однако, я всё ещё помню те роковые ошибки, которые совершила примерно в твоём возрасте. И чтобы ты мне поверила, давай договоримся, что как только появится свободные, хотя бы, четверть часа, то ты сделаешь вид, что спишь, а я раскрою тебе свою память, насколько успею.

– Договорились! – прошептала Лика и приняла протянутую руку Клеона, который предлагал ей последовать за остальными членами команды, двинувшимися в сторону отсека с малыми субмаринами.

Глава 12. Судьбоносная встреча

Оказавшись на борту «Светлячка», Лика, дочь Адама, устроилась в привычном ей кресле второго ряда и прикрыла глаза. Мужчины продолжали оживленно обсуждать предстоящую встречу с северянами, потому временно оставили девушку в покое, списав её состояние на вполне понятное волнение и попытку унять разгулявшиеся нервы. Пару минут Лика прислушивалась к разговору, но затем голоса начали удаляться, пока совсем не исчезли, а перед глазами возникла необычная картина.

Она перемещалась по суше в каком-то закрытом механическом устройстве, чем-то похожем на очень маленькую субмарину, разглядывая проплывающий за окном молочно-белый пейзаж. Земля, горы и даже ветви деревьев были покрыты каким-то белым пухом, его мелкие частички мелькали и бились о стекло, словно мошкара, слетевшаяся на огонь. Лика, Дочь Кали, пояснила, что это не пух, а замерзшие частички воды, называемые снегом. А затем дочь Адама полностью погрузилась в воспоминания своей вынужденной соседки по черепной коробке.

– В такую погоду машина в эту гору не заберется! Придется возвращаться в город у подножья! – решительно заявил крепкий мужчина, сидевший за рулем автомобиля, и бросил угрюмый взгляд в сторону того, кто сидел в соседнем кресле.

Его компаньона можно было принять за подростка любого из полов, свободная куртка скрадывала очертания фигуры так же успешно, как её капюшон прятал черты лица. Голос, прозвучавший в ответ на это заявление, также мог принадлежать как девушке, так и юноше-подростку, и только пронзительно-острый взгляд показывал, что его владелец старше, чем кажется на первый взгляд:

– Нам было приказано прибыть в то заведение именно сегодня вечером! И если машина не в состоянии справиться с подъёмом, то мы пойдем пешком!

Мужчина ещё только открыл рот, собираясь выдать очередную гневную тираду, как его спутник отпер дверь автомобиля и выскользнул наружу. Ветер немедленно сорвал с головы неосторожного путешественника капюшон, взъерошил короткие светлые волосы и бросил в лицо пригоршню колючих снежинок. А тот, вместо того, чтобы попытаться укрыться от непогоды, радостно улыбнулся и глубоко вдохнул морозный воздух.

– Ну, как же мне надоели эти жаркие и душные города на побережье, – пробормотала Лика Дочь Кали, а это была именно она. – А здесь почти так же, как вокруг Цитадели Ордена Кали!

Краем глаза она заметила, что её спутник тоже выбрался из машины и, злобно бормоча что-то себе под нос, устремился в её сторону.

– Я не собираюсь месить снег ногами, ежеминутно рискуя сорваться в пропасть! И ты будешь делать то, что я тебе прикажу, дрянная девчонка! – прорычал он, обходя машину.

Лика бросила в его сторону презрительный взгляд:

– Слышало бы тебя твое начальство! Если ты слаб для того, чтобы завершить миссию, то можешь отдать мне сопровождающие документы и отправляться назад!

– Мы придем туда вместе и тогда, когда я скажу! – взревел мужчина и попытался ухватить ее за плечо.

Но она неуловимо быстрым движением уклонилась от рук нападающего и оказалась у него за спиной. Мужчина ещё только разворачивался, когда Лика коснулась его шеи, после чего незадачливый нападавший кулем рухнул к её ногам.

Девушка презрительно сморщила носик и пробормотала:

– Мне кажется, Наставники переоценивали служак из Конторы!

Затем она пошарила в карманах лежащего у её ног, вытащила связку ключей и двинулась к багажнику машины. Отперев его одним из ключей, Лика вынула небольшой рюкзак, достала из его кармана фонарик и всмотрелась в глубину багажника. Круг бледного света высветил дверцу металлического сейфа. Маленькая металлическая пластинка помогла отпереть первую из дверей, а чтобы вскрыть основную, девчонке пришлось подтащить поближе своего сопровождающего и прижать его палец к углублению в двери. Дверь бесшумно отъехала в сторону, Лика вытащила изнутри плоскую металлическую коробочку, осветила её фонарем и, удовлетворенно кивнув, сунула в рюкзак. После чего заперла сейф и багажник, приладила поудобнее лямки рюкзака и бросила пристальный взгляд в сторону ответвления дороги, круто уходившего вверх по склону.

Узкий горный серпантин вилял меж осыпей и корявых деревьев, направляясь в сторону небольшого плато, на котором острое зрение Лики, даже сквозь метель, различало высокую стену, огораживающую группу строений. Слабое мерцание над стеной, отражавшееся в падающих снежинках, указывало на активную защиту. Дочь Кали удовлетворенно кивнула, затем присела и пощупала пульс на шее поверженного противника. Уловив слабое биение, она на мгновение задумалась.

Лика понимала, что своими действиями оскорбила и унизила сопровождающего, и, таким образом, превратила его во врага, которого, согласно Принципам Выживания, необходимо устранить, во избежание дальнейших осложнений, способных помешать выполнению её миссии. Однако инструкции Наставников призывали видеть в служащих «Конторы по контролю за чистотой человеческой расы» прежде всего соратников в достижении высшей цели – служении человечеству. Дочь Кали недовольно нахмурилась, ей отчаянно не хватало опыта реальной работы, того самого года во внешнем мире, под руководством Наставника, которого её лишили по требованию патрона-заказчика, финансировавшего обучение. Лика ещё раз недовольно встряхнула головой, вспоминая, как срочно ей пришлось покинуть Цитадель и Мастера-Наставника. Но затем поднялась, отряхнула с комбинезона налипший снег, накинула на голову капюшон и быстро пошагала вверх по дороге.

Несмотря на то, что высокие шнурованные ботинки полностью утопали в свежевыпавшем снегу, дыхание Лики, когда она приблизилась к своей цели, оставалось таким же ровным, как и у подножия горы. Дочь Кали совершала и более сложные восхождения, однако здесь она вынуждена была остановиться в нескольких шагах от места назначения. Высокая бетонная стена не содержала каких-либо проемов, что не остановило бы Лику, привыкшую преодолевать гораздо более сложные препятствия, если бы не уверенность в том, что танцующие снежинки не зря облетают стороной пространство внутри ограждения.

Девушка ещё раз внимательно оглядела тот участок стены, к которому привела её заснеженная дорога, затем скатала в ладонях снежок и кинула его, целясь в верхнюю границу стены. Снежный комок долетел до края ограды и внезапно превратился в облачко пара, а по контуру стены пробежала радужная рябь.

– Ну, хватит играть! Я же знаю, что вы меня видите! – крикнула Лика, перекрывая вой ветра. – Впускайте меня или я уйду обратно, а вам потом придется объясняться с теми, кто меня сюда послал! И я не собираюсь здесь мерзнуть более пяти минут!

На самом деле, Дочь Кали была в состоянии пережить метель и дождаться утра, вырыв в снегу укрытие и введя себя в состояние транса, но не считала необходимым раньше времени раскрывать свои возможности. « Легенда» предписывала ей изображать обычного подростка из обеспеченной семьи, а вовсе не эксклюзивно подготовленного телохранителя, которыми славился Орден Кали. Поэтому она сунула руки под мышки и начала демонстративно прыгать с ноги на ногу, отсчитывая про себя время. И Лика уже поворачивалась, чтобы уйти, поскольку объявленные пять минут ожидания истекли, как в стене проявилась дверь. И, тем не менее, девушка сделала вид, что не заметила её, решительно двинувшись вниз по склону.

– Если ты – Лика Ганди, то заходи! – крикнул мужчина, появившийся в дверном проёме.

Дочь Кали медленно развернулась и подошла к говорившему:

– Вы плохо охраняете периметр или таким образом указываете на свое особое положение, заставляя прибывающих топтаться у входа? – ядовито ухмыльнувшись, поинтересовалась она, протискиваясь в приоткрытую дверь.

– Твой сопровождающий должен был связаться с нами и сообщить о прибытии, а патрулировать внутри защитного купола нет необходимости, – парировал встречающий, оглядывая окрестности с наружной стороны стены. – А где же, и в самом деле, твой сопровождающий?

– Он решил, что взбираться сюда в такой снегопад – выше его сил, а потому прилёг отдохнуть возле машины! – с дерзкой ухмылкой сообщила строптивая девчонка. – Но сопроводительные документы у меня с собой!

Мужчина окинул её внимательным взглядом серых глаз и поинтересовался:

– Он там лежит живой или мертвый?

Лика недовольно поморщилась:

– Пока – живой, но если его не растормошат до утра, то может и замерзнуть. Так что, кому-то придется спуститься с горы, но это буду не я!

– Не очень хорошая идея! – недовольно пробормотал собеседник, бросая взгляд на заснеженную дорогу.

– Я тоже так думаю, – ответила Лика. – Нас учили не оставлять в тылу живых врагов!

Мужчина строго посмотрел на девушку и тихо промолвил:

– Я знаю, кто ты такая, Дочь Кали! А вот, всем остальным здесь знать этого не обязательно! О своём происхождении и месте предыдущего обучения ты будешь рассказывать только тогда, когда я тебе разрешу!

– И почему я должна тебе подчиняться? – Лика сопроводила свои слова насмешливой улыбкой.

– Я – твой здешний куратор, – ответил встречающий, и, заметив презрительную гримаску, добавил, – я тот, кого Орден и Контора выбрали для совместного осуществления твоей миссии.

И он незаметно скрестил пальцы правой руки особым образом, известным лишь посвящённым. Улыбка мгновенно слетела с лица девушки, она быстрым и цепким взглядом окинула своего нового знакомого. Несмотря на гражданскую одежду, подтянутая фигура и точно выверенные движения выдавали в нём военного. А очень короткая стрижка указывала на привычку носить плотный шлем, что было принято у пилотов в космических войсках. Но в той миссии, что предстояла Лике, физическая подготовка была важнее, чем умение пилотировать космический корабль.

– С признательностью последую совету знающего! – ответила она, слегка склонив голову.

Мужчина слегка поморщился, этой фразой Дочь Кали показала, что относится к нему, не как к Наставнику, а как к равному. Привычным жестом погладив жёсткий ёршик тёмных курчавых волос, он неожиданно улыбнулся, так как понял ход мыслей своей подопечной.

– Я уже достаточно давно не носил шлем, но не смог отказаться от привычной стрижки! – промолвил он. – А живой разум нуждается в защите не только в космосе, но и на поверхности планеты!

– Ты участвовал в Войне за Жизнь? – недоверчиво поинтересовалась девушка, вновь возвращая взгляд к лицу мужчины, которому можно было дать лет двадцать пять – двадцать семь, от силы. – Если я правильно умею считать, то Война закончилась ещё до моего рождения, а ты не выглядишь втрое меня старше!

Собеседник вернул ей насмешливую ухмылку:

– Не всегда стоит верить своим глазам! В тебе тоже далеко не все признают Воина Ордена Кали!

С этими словами он развернулся и пошагал прочь от стены. Лика поневоле вынуждена была двинуться следом, пристально изучая окружающую обстановку. Стена огораживала обширный парк, деревья и почва под ними были обильно припорошены снегом, хотя, метели тут не было, что указывало на то, что защитное поле не было замкнутым куполом. Возможно, обитатели этого укромного местечка не боялись атаки с высоты, а всего лишь ограждали себя от ненужного любопытства.

За причудливо изогнутыми стволами деревьев проглядывали приземистые корпуса зданий, прилепившиеся к телу скалы, почти отвесно уходившей в черноту ночного неба. Лишь кое-где светились огоньки окон, бросая отсветы на парк и порождая причудливые тени.

– Для начала тебе необходимо посетить кабинет врача, потом покажу твою комнату, – промолвил мужчина, нарушив затянувшееся молчание.

По лицу девушки пробежала судорожная гримаса, в которой смешались отвращение и боль:

– Меня готовили защищать живой разум и уничтожать его врагов, и я никогда не соглашусь на роль подопытного кролика! Моё происхождение – не повод отказывать мне в праве, быть полноценной и самостоятельной личностью!

– Как ни странно, но я вполне могу понять и разделить твои чувства! – Лике показалось, что слова собеседника прозвучали вполне искренне, в его голосе почудилась затаённая боль. – Хотя, большинство здешних обитателей смотрят на этот вопрос по-другому. Как ты, наверное, уже знаешь, воспитанники интерната – так называемые «спецы», то есть, появились в результате специальных генетических экспериментов, направленных на улучшение человеческой породы. И они этим гордятся! И тебя скорее примут в это закрытое сообщество, если не будешь скрывать своего происхождения. Но о том, что детство и юность ты провела в Ордене Кали, воспитанникам лучше не разъяснять. Полной информацией о тебе обладаем я и главный врач интерната. Директору школы известно только о том, каким образом ты появилась на свет, и кто твоя мать. И это делает твоё появление в школе вполне логичным, поскольку многие из здешних учеников – «усовершенствованные» дети, созданные по заказу известных родителей. Эксклюзивным детям положено соответствующее образование и хорошая защита от любопытных. Кстати, меня зовут Адам!

– Просто – Адам? Как легендарный прародитель человечества? – ехидно поинтересовалась девушка, пытаясь замаскировать своё смущение.

Мужчина заметно помрачнел, но ответил преувеличенно спокойно:

– Если полностью, то Адам Уокер! И я тоже не люблю рассуждать о своём происхождении!

Оказалось, что за разговором молодые люди незаметно преодолели пустой заснеженный парк и очутились у входа в низенький флигель, расположившийся несколько в стороне от основного здания. С последними словами, Адам приложил ладонь к металлической пластине в центре двери, которая медленно отъехала в сторону. За ней открылся ярко освещённый коридор, в который выходили двери, запертые подобными же замками.

– У меня персональный доступ во все помещения интерната, ученикам доступны личные спальни и учебные кабинеты, – пояснил Адам, подводя девушку к одной из дверей. – Но все двери оснащены и видеосвязью, так что, если понадобится, подойдешь к двери, прикоснешься к пластине и назовешь своё имя.

– Не думаю, что приду сюда по своей воле! – пробурчала Лика, Дочь Кали, одновременно прикидывая, насколько сложно будет проникнуть сюда без разрешения.

В этот момент очередная дверь отъехала в сторону, и перед девушкой открылось ярко освещённое пространство, заполненное блестящими стеклянными и металлическими предметами самых различных форм и размеров. Часть из них представляла собой сосуды, заполненные жидкостью разной степени прозрачности, внутри которых просматривались весьма причудливые объекты. В душе у Лики всколыхнулась волна неприязни, она подумала о том, что нечто подобное могло быть и местом её рождения.

– Ты совершенно права, я имею прямое отношение к твоему появлению на свет! – Лика вздрогнула и произнесла беззвучное проклятие, увлекшись созерцанием лаборатории, она пропустила появление её обитательницы.

Овладев собой, девушка медленно обернулась и преувеличенно спокойно взглянула в глаза приближавшейся невысокой женщине с коротко остриженными чёрными волосами.

– Даже если и так, то всё равно это не дает вам права, копаться в моей голове без разрешения! – отчеканила Дочь Кали, параллельно начиная мысленно напевать мантру, призванную защитить сознание от чуждого проникновения,

Орден Кали достаточно хорошо изучил возможности телепатов и сумел создать защитные методики, Лику же в Ордене считали одной из самых способных к подобному противостоянию.

Судя по тому, что женщина недовольно нахмурилась, защита сработала.

– Должен напомнить, что Лика Ганди прибыла сюда для выполнения серьёзной миссии, разработанной совместно Конторой и Орденом Кали, и её роль ученицы – всего лишь прикрытие! – голос Адама прозвучал достаточно жёстко. – И она вправе требовать к себе соответствующего уважения, Клеопатра!

Женщина небрежно пожала плечами:

– Никогда не видела смысла в особых церемониях, тем более, что все мы служим одной общей цели. И если что-то может дать новые возможности, так надо этим пользоваться, а не тешить больное самолюбие! Мой опыт показал, что у девушки есть латентные способности, которые стоило бы развивать. Но для этого необходимо её добровольное сотрудничество. У Лики ещё будет время, чтобы обдумать моё предложение, а пока я хотела бы, всего лишь, получить образец её крови. И ты знаешь, что это – обязательная процедура, Адам!

Мужчина нехотя кивнул и повернулся к Лике:

– Тебе должно быть известно, что входит в стандартный перечень для допуска к работе по проектам Конторы, Дочь Кали!

– Знаю! – сквозь зубы пробурчала строптивая девчонка. – Не понимаю, для чего тогда было заранее составлять моё подробное досье и изготавливать чип доступа!

С этими словами она достала из рюкзака металлический контейнер, который забрала из сейфа автомобиля, а затем выудила из-под одежды небольшой медальон на цепочке, в центре которого поблёскивал перламутровый кристалл. Девушка поместила медальон в специальную выемку на крышке контейнера, затем она уколола палец об острый выступ оправы кристалла, подарив ему капельку крови. Кристалл вспыхнул, и над ним появился голографический портрет Лики. А затем раздался негромкий щелчок, и крышка контейнера слегка приоткрылась, открывая доступ к его содержимому.

Адам удовлетворенно кивнул, но Клеопатра вновь нахмурилась и заявила:

– А я предпочитаю настоять на своём требовании! Ваша миссия слишком важна, да, и в сложившейся обстановке дополнительные предосторожности не помешают!

Мужчина недовольно поморщился:

– Война давно окончена, Клео! И смею надеяться, что мои соратники по Конторе уже полностью вычистили человеческие миры от скрытых агентов Искусственного Разума!

Клео сердито поджала губы и пробурчала:

– Во-первых, я не была бы на сто процентов уверена, ни в первом, ни во втором заявлении! Поскольку подтвердить их не представляется возможным. А во-вторых, мы обсуждали с тобой и другие причины здешних неприятностей! В любом случае, если девушке нечего скрывать, то незачем и попусту упрямиться. А в опасной ситуации дополнительные знания о её организме могут спасти жизнь!

Лика невольно прикусила губу, врач поймала её в ловушку, отказываться было уже неразумно и подозрительно, хотя, девушка и подозревала, что истинные намерения Клео не столь чисты, как она представляет. Скорчив недовольную гримаску, Дочь Кали закатала рукав комбинезона и протянула руку врачу.

Глава 13. Со своим уставом в чужой монастырь

– Ты что, и в самом деле уснула? – удивлённый голос Клеона, вкупе с прикосновением к руке, вернул дочь Адама в реальный мир.

– Нет, я просто задумалась! – смущённо пробормотала Лика, усиленно моргая глазами и пытаясь осознать, что означают столь тёмные экраны над приборной панелью субмарины.

– Не переживай! – принц успокаивающе похлопал её по руке, – на первых порах от тебя не потребуется ничего особенного, и все промахи можно будет списать на волнение, поскольку ты первый раз выбралась так далеко от дома!

– Задавака! – пробурчала внутри неё Дочь Кали.

Дочь Адама была с ней полностью согласна, но решила не озвучивать этого заявления, а всего лишь напомнила:

– А я, и в самом деле, впервые на Северном континенте! Да, и Кольцо-то ещё ни разу не покидала!

– И это на самом деле – большая удача! – вступил в разговор король Язон. – Поскольку все твои реакции будут совершенно естественными, а нам и нужно, чтобы тебя воспринимали как неопытную девочку. Так тебе будет проще вести наблюдение.

Лика с благодарностью глянула в сторону деда Клеона, который ухитрился, не покривив душой, успокоить её уязвленное самолюбие.

Вслед за этим девушка почувствовала легкий толчок и поняла, что их маленькая субмарина пристыковалась к пирсу подводного дока. Язон первым пошел к выходу, Клеон последовал за ним, удерживая ладонь Лики в своей. Морской Змей замыкал процессию.

Выбравшись из верхнего люка, гости с Кольца очутились в довольно просторном помещении, освещённом редкими искусственными светильниками. Тяжёлый влажный воздух указывал на то, что находились они всё ещё под водой. Встречал их единственный офицер, который отдал честь и указал в сторону открытой кабины ближайшего лифта. Лика поняла, что встречающая делегация ждет их на свежем воздухе.

Лифт оказался гораздо более быстроходным, чем те немногие из подобных устройств, которые имелись на Кольце. Буквально через минуту дверь снова распахнулась, и жители далекого южного архипелага вдохнули прохладный воздух иного континента.

И он Лике не понравился! Солоноватый аромат океана перебивался отчётливым запахом перегретого металла и смазочных материалов, а долетевший с суши порыв ветра принес запах пыли и гниющих отходов. Девушка невольно нахмурилась, жители Кольца с гораздо большим вниманием относились к своей окружающей среде.

– Постарайся, хотя бы внешне, скрывать свои негативные эмоции! – прошептал Клеон, сжав её ладонь. – Мне тоже не по нутру вонь их мегаполисов, но официальные лица вынуждены мириться с подобными неудобствами, чтобы не оскорбить чувства местных жителей! Ты ещё удивишься, насколько различаются наши подходы к комфортному существованию. Это место совсем иное, чем наше Кольцо!

Дочь Адама кивнула, соглашаясь с последним заявлением. Внешняя Гавань родного архипелага была столь рационально выстроена, что гармонировала с общим видом прибрежной зоны. А отлаженная работа береговых служб не причиняла особых неудобств прибывающим.

Здесь же её окружали оглушительный шум и беспорядочная суета одновременной разгрузки нескольких надводных и подводных судов. Лика даже не сразу определила, кто именно из мельтешащей перед глазами толпы прибыл встречать их делегацию. А те, то ли не торопились навстречу гостям, то ли не могли пробиться сквозь плотный поток грузчиков и пассажиров. Эта невольная заминка дала ей возможность немного осмотреться.

Окинув взглядом окрестности, девушка подумала, что принц был несомненно прав в оценке различий Северного континента и Кольца. Родной архипелаг дочери Адама представлял собой останки подводного супервулкана. Самая высокая часть гигантского кратера огораживала внутреннее пространство архипелага от буйной водной стихии, резко вздымаясь из невероятной глубины с наружной стороны и плавно понижаясь внутри Кольца. Здесь тоже прибрежная часть была несколько выше срединной части континента, поэтому позволяла увидеть за портовыми строениями убегающую вдаль автостраду, обсаженную редкими кучками деревьев. Однако пейзаж довольно быстро тонул в тучах рыжеватой пыли, которую взбивал беспокойный ветер, постоянно меняющий направление. Лика подумала, что только крайняя необходимость смогла бы заставить её, поменять зелёные острова родного архипелага на пыльные равнины этого континента.

– Мы рады приветствовать высокородных гостей на берегах нашего чудесного материка! – пронзительный голос, полный поддельного энтузиазма, отвлек девушку от созерцания безрадостного пейзажа.

К ним приближалась кучка пёстро разодетых людей, выглядевших столь странно, что не представлялось возможным отличить женщин от мужчин. Конечно, Клеон с Язоном, по древней традиции Королей-Драконов, не стригли своих чёрных волос, но их тяжёлые длинные пряди были аккуратно стянуты сзади пружинными кольцами, чтобы не мешали во время воинских упражнений и другой активной деятельности. Зато головы местных жителей, все как одна, были украшены замысловатой копной длинных кудрей, что вряд ли было практичным решением в столь ветреном климате. То же самое касалось и просторных многослойных нарядов. И по тому, как неловко люди пытались обуздать свои непослушные прически и одежды, становилось понятно, что находиться на свежем воздухе им приходилось нечасто. И подтверждая её догадку, приветствовавшая их особь немедленно пригласила гостей проследовать до лимузина, который и должен отвезти их в отведённую резиденцию, неподалеку от столицы.

– Мы решили, что наземный транспорт позволит вам лучше насладиться красотами нашего континента! – весьма высокопарно заявил обладатель визгливого фальцета, усаживаясь рядом с водителем довольно длинного автомобиля, тогда как Морской Змей и Язон заняли два следующих сидения, а Клеон и Лика – два последних.

Дочь Адама невольно дернула бровью, едва сдержав довольно резкую оценку столь неадекватного заявления. Если портовые сооружения кипели деловой активностью, то следом за складами начинались заброшенные кварталы высотных зданий.

– Здесь раньше был довольно крупный деловой центр, – прошептал, склонившись к её уху, Клеон. – Но большое цунами, вызванное мероприятиями по борьбе с угрозой извержения супервулкана, хорошо прошлось по этим берегам. И как наши ученые ни старались объяснить, что подобное явление вряд ли повторится, большинство состоятельных жителей перебралось вглубь континента. Теперь здесь живут только портовые рабочие, и власти не видят необходимости заботиться об инфраструктуре. По большому счёту, до самой столицы тут не будет ничего интересного. Но придется сидеть и слушать этого болтуна, чтобы не нарушать этикета.

Лика кивнула и обречённо уставилась в окно, где сквозь рыжую дымку проступали однообразно-унылые силуэты бетонных коробок. Монотонный голос экскурсовода навевал скуку, и девушка погрузилась в состояние лёгкой дремы, сквозь которое начали проступать образы из воспоминаний той, с кем она теперь делила своё тело.

– Клеопатра никогда не отличалась вежливостью, но не стоит думать, будто она намеренно пытается тебя оскорбить! – промолвил Адам, когда они с Ликой, наконец-то, покинули лабораторию. – Клео, и в самом деле, наплевать на всё, кроме её научных изысканий. Но именно подобный подход дает ей возможность решать поставленную задачу в кратчайшие сроки. И роль этой учёной дамы в победе над Искусственным Разумом столь велика, что на всё остальное закрывают глаза. Кстати, я вполне поддерживаю мнение Клео о том, что возможная выгода перевешивает сиюминутные неудобства!

Лика только фыркнула и молча последовала за своим провожатым, который быстро шагал в противоположный от входной двери конец коридора. Там он отпер ещё одну дверь, за которой обнаружилась узкая лестница.

– Здесь начинается учебная часть корпуса, – рассказывал Адам, бодро взбираясь по ступеням. – Комнаты для занятий находятся на первом этаже, второй занимают воспитанники, а третий – преподаватели и обслуживающий персонал. Для начала, мы зайдем в мою резиденцию и побеседуем, а потом я покажу твою спальню.

Его апартаменты располагались в дальнем конце коридора и оказались довольно маленькой комнатой, в которой умещалась только узкая кровать, письменный стол с двумя стульями и встроенный шкаф. Указав Лике на один из стульев, Адам устроился на втором и принялся просматривать находившиеся в привезённом ею контейнере информационные чипы. Через несколько минут он погасил считывающее устройство и, задумчиво потирая подбородок, посмотрел на Лику:

– Я не совсем понимаю, зачем понадобилось прерывать твоё обучение и спешно направлять сюда! Мне было бы удобнее работать с более опытным Воином!

Лика обиженно нахмурилась:

– Я уже освоила все положенные дисциплины! Мне оставался последний год практики во внешнем мире, под руководством Наставника, но президент затребовала меня немедленно, и совет Мастеров-Наставников решил, что я способна на самостоятельную работу. А если ты во мне сомневаешься, то всегда можно выяснить отношения в Поединке Чести!

Адам успокаивающе похлопал девушку по руке:

– Я верю, что ты запросто уложишь меня на лопатки! Посещение Ордена Кали дало мне ясное представление о возможностях его Дочерей. В данном случае я говорю не о боевом мастерстве, а о нехватке опыта работы в реальном мире.

– Если я не покидала Цитадель, то это не значит, что я ничего о нём не знаю! – вспылила Лика. – В Ордене достаточно обучающих записей!

– Знать и понимать – далеко не одно и то же! – со вздохом ответил Адам. – И более всего меня беспокоит отсутствие у тебя опыта общения с обычными людьми. Мне известны постулаты Кодекса Чести, по которому живут в Ордене, но во внешнем мире люди чаще лгут, чем говорят правду. А убивают ударом в спину гораздо чаще, чем в честном Поединке!

– Ложь я сумею распознать, быть может, даже лучше тебя! Мой Наставник говорил, что у меня особые к тому способности. А решивший подобраться ко мне со спины сильно об этом пожалеет, в определенных условиях Принципы Выживания Орден ставит куда выше Кодекса Чести! – недобро усмехнувшись, парировала Лика.

Её собеседник снова покачал головой и промолвил:

– Очень надеюсь на то, что полученные навыки сохранят твою жизнь! Однако, постарайся, без нужды, не отбирать чужие! Даже, если отвлечься от того, что каждый из здешних воспитанников – настоящее чудо генетики, а вдобавок – дитя весьма влиятельных родителей, то не стоит забывать, что они – всего лишь подростки. А не враги рода человеческого!

Теперь пришла пора уже для Лики с сомнением покачать головой:

– И, тем не менее, кто-то из них оказался убийцей! Да ещё столь умелым, что сотрудникам Конторы не удалось до сих пор поймать его!

Адам невольно поморщился, услышав вполне справедливую критику:

– Тут ты права! Но мы не сидели без дела! Был, самым тщательным образом, проверен весь персонал интерната, всех, кого можно, заменили после первого убийства, жертвой которого оказалась дочка весьма влиятельного сенатора. И несмотря на принятые меры, две недели назад смерть настигла сына крупного промышленного магната! Проведённое расследование позволяет сделать вывод, что к этому может быть причастен лишь кто-то из учеников. Именно поэтому Контора попросила помощи Ордена, ведь, только у вас имеются столь юные воины! Я очень надеюсь, что тебе удастся влиться в коллектив и посмотреть на ситуацию изнутри!

Лика серьёзно встретила его взволнованный взгляд и медленно кивнула головой:

– Я сделаю всё от меня зависящее! Хотя и не уверена, что местные старожилы будут откровенничать с новичком. Однако меня учили внимательно слушать и подмечать те мелочи, на которые обычный человек не обращает внимание. А для телохранителя могут иметь архиважное значение.

Адам также кивнул и добавил, потирая нахмуренный лоб:

– Я тоже сомневаюсь в том, что большая часть тебя примет с распростертыми объятиями, однако постарался подобрать в соседки по комнате ту, у которой отношения с коллективом не складываются. Персефона – добрая и умная девочка, но ей недостает силы духа, чтобы отстоять свою позицию, а моральные принципы не позволяют подстраиваться под лидирующую верхушку, измывающуюся над остальными учениками.

– Да как же Наставники позволяют подобные отношения в коллективе? – искренне возмутилась Дочь Кали, жизнь в Ордене приучила её к другим взаимоотношениям, основанным на уважении и взаимопомощи.

Её собеседник слегка пожал плечами:

– Воспитательная деятельность – не моя прерогатива! Тон задает директор учреждения, а она полагает, что подобным образом вырабатывает у воспитанников лидерские качества.

– Скорее уж – людоедские! – угрюмо пробурчала Лика.

– Как бы там ни было, но сложившаяся ситуация сыграет тебе на руку! – парировал Адам. – И нам стоит поторопиться, поскольку вечерние занятия скоро заканчиваются. А тебе лучше сначала переговорить с Персефоной, перед тем, как предстать перед остальным коллективом.

С этими словами он запер контейнер с документами в сейф и указал Лике на дверь.

Глава 14. Разговоры при луне

Предназначенная ей спальня располагалась на втором этаже, в дальнем от лестницы конце коридора. Адам приложил руку к контрольной панели и велел девушке последовать его примеру.

– Лика Ганди, ученица, доступ разрешён, – промолвил мужчина, и дверь отъехала в сторону.

Затем он посмотрел на Лику и добавил:

– Располагайся, соседка скоро появится, постарайся её разговорить! Увидимся завтра утром, на занятиях. И постарайся, без нужды, не лезть на рожон!

Дочь Кали слегка пожала плечами и шагнула внутрь тёмной комнаты, после чего дверь заняла прежнее положение.

Небольшое помещение, в котором она оказалась, освещалось только призрачным светом луны, периодически проглядывавшей в разрывы снежных туч и слабыми отсветами из других окон корпуса, но Дочери Кали вполне хватало и этого. Впрочем, особо-то и рассматривать было нечего. Две узкие кровати, два встроенных шкафчика, два небольших письменных стола возле окна, на одном из которых были небрежно разложены листы бумаги и различные носители информации.

Окинув быстрым взглядом скудную обстановку, Лика подошла к той кровати, что находилась возле пустого письменного стола, открыла дверцу платяного шкафа. Внутри висели клетчатая юбка в складку, тёмный жакет и белая блузка. Недовольно поморщившись, поскольку юбка не принадлежала к любимым предметам гардероба, девушка начала разоблачаться из удобной походной одежды.

Первым делом, она извлекла из высоких ботинок две небольшие замысловатые конструкции, выполненные из тонких металлических пластин, и пристроила их под основанием шкафа. Затем сбросила мокрую обувь и вылезла из комбинезона. Проникший в окно луч лунного света окатил тоненькую фигурку и заиграл перламутром на тонкой ткани, обтягивающей Дочь Кали, наподобие второй кожи. Это был тот самый «облеган», что защищал её от всех капризов погоды ничуть не хуже скафандра. Именно он был самой привычной одеждой для членов Ордена Кали.

Лика ещё только раздумывала, стоит ли ей надевать полный комплект одежды или ограничиться только рубашкой, как её обостренный слух уловил доносящиеся из коридора звуки, которые весьма быстро приближались к входу в комнату. Вслед за тем, в мозгу у Дочери Кали возник образ жертвы, преследуемой хищником. Быстро скользнув в сторону двери, девушка встала таким образом, чтобы не сразу попасть на глаза входящему. И почти в ту же секунду дверь отъехала, а в неё влетела невысокая полненькая девочка и бросилась к кровати. Упав на неё и зарывшись лицом в подушку, бедняжка громко заплакала.

Дочь Кали невольно нахмурилось, подобное поведение вызывало у неё в душе странную смесь брезгливости и жалости. Воинов Кали учили стойко преодолевать невзгоды и держать эмоции в узде. Пытаясь одолеть внезапную неприязнь и найти подходящие слова для знакомства, Лика вдруг услышала, как девочка громко шмыгнула носом и пробормотала:

– И всё равно, ты не заставишь меня лизать твои пятки!

Подобный подход понравился Лике несравненно больше, и она уже решила подойти и потрепать соседку по плечу, как вдруг та неожиданно села на постели, уставилась широко раскрытыми глазами в темноту и пробормотала дрожащим голосом:

– Кто ты? Я знаю, здесь кто-то есть!

– Пугаться всего, что даже не успел ещё разглядеть – заведомо ставить себя в положение жертвы и провоцировать нападение! – недовольно нахмурившись, промолвила Лика, выходя на пятно лунного света, падавшего из окна.

Её соседка немного расслабилась, каким-то птичьим движением склонила голову набок и пробормотала:

– Ты – новенькая, Лика Ганди! Прости, я не сразу тебя заметила! Но у нас тут такое последнее время творится, что своей тени начнёшь пугаться!

Лика нахмурилась ещё сильнее:

– Не знала, что здесь так хорошо осведомлены о моём прибытии!

– Не сердись! – умоляющим тоном промолвила Персефона. – Мне о тебе рассказал куратор и просил не сообщать пока остальным, только я со всеми этими неприятностями забыла о твоём приезде! Ничего не могу с собой поделать, после двух убийств везде мерещатся хищные твари.

– Я – не убийца! – промолвила Дочь Кали, постаравшись, чтобы это двусмысленное утверждение прозвучало как можно достовернее. – И ты очень меня обяжешь, если быстренько введешь в курс дела, тогда нам будет проще защищаться. И как мне тебя называть?

– Перси! – ответила девочка, склонив украшенную тёмными кудряшками головку к другому плечу. – У тебя странное произношение, но я уверена, что где-то уже слышала твой голос!

– Вот уж вряд ли! – покачала головой Лика. – Я впервые не только в этом заведении, но и в его окрестностях-то никогда не бывала!

– И, тем не менее, есть в нём нечто знакомое, – задумчиво пробормотала Перси. – Слух меня не обманывает, ведь именно фонетика – моя специализация!

– Что ты имеешь в виду? – переспросила Дочь Кали.

– Ну, ты уже, наверное, в курсе, что все здешние воспитанники – усовершенствованные люди, созданные для выполнения какой-то определенной задачи, где их способности будут иметь решающее значение. Меня создавали для контактов с «изменёнными», чья речь сильно отличается от нашей. Преобразованию подвергался не только голосовой аппарат, но и у слуха особые возможности, – печально вздохнув, разъяснила девочка. – Правда, последнее время у меня появляются сомнения в собственной полезности! И остальные тоже постоянно об этом напоминают!

Тут она зашмыгала носом и отвернулась, пытаясь скрыть набежавшие слёзы.

– И кто же это такие, чьё мнение так на тебя влияет? – ядовитым тоном поинтересовалась Лика, не одобрявшая столь уничижительного отношения к своей особе.

Перси снова вздохнула:

– Большая часть учащихся – отпрыски влиятельных политиков или крупных магнатов, только им под силу оплатить создание потомства с заданными характеристиками. И только несколько человек, подобно мне, являются «общественными проектами». За нами нет реальной силы, а если правительство теряет интерес к проекту, для которого мы созданы, то участь наша незавидна!

Дочь Кали укоризненно покачала головой:

– Вот, это и есть пресловутый комплекс жертвы! Ты должна гордиться тем, что судьба одарила тебя особыми возможностями, и только от тебя зависит, как ты ими воспользуешься! Как предметом стыда или преимуществом в борьбе за выживание. Именно так меня учили Наставники! И если ты мне всё-таки расскажешь о последних событиях, то мы найдем способы, как противостоять не только завистникам, но и убийцам.

С этими словами Лика присела на кровать соседки по комнате.

Персефона кивнула и, повозившись, уселась на постели, поджав ноги:

– Я-то живу здесь с рождения, как и ещё несколько «общественных» детей. Другие приходят и уходят, закончив предписанный курс обучения, с ними я старалась не вступать в противоречия. И мне это вполне удавалось, пока не появилась Медея. Эта сивая бестия – дочь губернатора какой-то крупной колонии. Появилась у нас пару месяцев назад и сразу стала наводить свои порядки. Её соседка по комнате просто дрожала от страха. А потом, где-то через месяц, Лючию нашли мёртвой в душе. Поначалу решили, что виной всему – внезапная остановка сердца, но главный врач заявила, что девочка умерла от отсутствия доступа воздуха, хотя, на теле не обнаружили ни одного синяка или ссадины.

Шуму было много, а толку – никакого. Медея же воспользовалась этим и подгребла комнату полностью под себя, желающих противоречить ей не нашлось. После этого Медея совсем распоясалась, помыкает всеми девчонками, будто они её прислуга. Парнями вертит, как хочет, у них от одного её вида слюнки текут! Только Артуру удается не попасть под её влияние, наверное, любимая математика помогает! Он, вообще-то, не от мира сего, хотя и редкостный красавчик! Медея, в отместку, закрутила роман с его соседом по комнате, а потом и его нашли задушенным в парке! И как тут не дрожать от страха!

Лика успокаивающе потрепала девчонку по плечу:

– В дрожании нет абсолютно никакого смысла! Давай, я покажу тебе дыхательные упражнения, которые помогут расслабиться и уснуть, а утром рассмотрим ситуацию поподробнее!

Глава 15. Новая ученица

Несмотря на то, что предложенные Ликой упражнения оказались весьма эффективны и усыпили её соседку за пару минут, придя утром на завтрак, Персефона снова ощущала себя не в своей тарелке.

Девочке удалось уговорить новую соседку пойти в столовую пораньше, а поскольку Лика встала с рассветом и уже успела выполнить все предписанные Кодексом Ордена упражнения, то и не видела причин отказываться.

К её удивлению, это место разительно отличалось, как от места приема пищи в Ордене, так и от тех мест, которые она видела на записях о домах людей из внешнего мира. Вместо длинных столов со скамьями, расположенных рядом с прилавком раздачи еды, где каждый член Ордена Кали сразу получал единый для всех комплект, небольшую светлую комнату заполняли круглые столики, окружённые удобными креслами. В дальнем углу располагались вращающиеся подставки, заполненные разнообразными овощами и фруктами, молочными продуктами и выпечкой. Поблизости от них находились и устройства, выдающие порции кофе, какао и соков.

Персефона выудила из ящика возле стеллажей с едой подносик с углублениями и начала сооружать на нем горки из ломтиков овощей и фруктов, одновременно раздумывая над приготовлением салата и появлением столь странной соседки. И так увлеклась, что появление Медеи заметила только тогда, когда услышала над ухом её противный голос:

– Поглядите-ка! Замухрышка не только выбралась из своей комнаты, но и решила заняться архитектурой!

Краем глаза Перси заметила, что девица определённо вознамерилась выбить поднос из её рук, но горестный вопль застыл на губах девочки, так как Медея неожиданно поскользнулась и шлёпнулась на пол, а сверху на неё упал подносик Персефоны. И плач переродился в истерический хохот, поддержанный окружающими, который, впрочем, довольно быстро смолк. Ребята осознали, чем чреват гнев Медеи, и начали потихоньку отодвигаться в стороны. А Перси застыла, как приклеенная, глядя в полыхающие злобой зелёные глаза роскошной блондинки, усыпанной её несостоявшимся салатом.

– Иногда не вредно и под ноги смотреть! – Персефона вновь вздрогнула, услышав совсем рядом голос Лики, девочка была готова поклясться, что секунду назад её соседки рядом не было.

И почему-то возникло ощущение, что именно Лика – виновница произошедшего, хотя, на лицах окружающих написано было не меньшее удивление.

– И убери то, что рассыпала с подноса Персефоны! – тут в голосе Дочери Кали отчётливо зазвенел металл.

– Да, кто ты такая? – прорычала Медея, глядя снизу вверх блистающими яростью глазами.

– А это на что-то повлияет? – в голосе Лики прорезалась издёвка.

Медея упругим движением вскочила, разбрасывая вокруг остатки незадавшегося завтрака, Лика слегка переменила позу, готовясь отразить атаку, но тут Персефона радостно воскликнула:

– Она – Лика Ганди, дочь президента Лиги Разумных Рас! Я, наконец, вспомнила, на кого похож твой голос!

– Да, мне плевать, я её на клочки порву! – рявкнула обезумевшая от злости Медея, запуская в Лику подвернувшимся подносом, от которого та, впрочем, довольно легко увернулась.

– Не думаю, что тебе стоит нарушать 135 статью Конституции, там ясно сказано, чем грозит покушение на президента или его семью, – удивительно спокойным голосом промолвил светловолосый высокий юноша, сидевший за одним из столиков, вспомнив рассказы Персефоны, Лика решила, что это и есть Артур.

– Что-то я не припомню, чтобы Лорен Ганди где-то упоминала о наличии этого ублюдка, а значит, не очень-то она им дорожит! – прошипела в ответ Медея, отряхивая крошки с длинных золотистых кудрей.

– А вот, это – статья 137, оскорбление действующего президента, – раздавшийся из дверей голос принадлежал Адаму. – И думаю, что на данном этапе стоит прекратить конфликт. Медея, ты запустишь робота-уборщика, а остальные продолжат завтрак, поскольку через десять минут я жду вас в кабинете истории.

С этими словами мужчина обвел всех строгим взглядом и вышел из столовой.

Медея скрипнула зубами, но проследовала за ним в комнату уборщицы. А Лика ухватила с подноса пару булок, одну из которых сунула Персефоне, после чего предложила ей направиться в указанный куратором кабинет. С чем перепуганная девочка сразу согласилась.

Кабинет истории настолько же отличался от привычных Лике учебных помещений, как и местная столовая. Комната была обставлена рассчитанными на одного столиками, поверхность которых занимало сверхсовременное устройство ввода информации, прикреплённые к ним экраны имели причудливо изогнутые, плавные линии, указывая на возможность создания объёмных изображений. Одну стену полностью занимало окно, забранное крепкой решёткой, а остальные походили на огромные потухшие экраны. И даже потолок был экраном. Похоже, здесь всё было приспособлено к воссозданию изображений, максимально приближенных к реальности.

– Где ты обычно сидишь? – спросила Лика, втаскивая за собой Персефону, и не дожидаясь ответа, пошла в направлении приглянувшегося ей столика, расположенного между тыльной стеной и окном.

– Здесь обычно Медея сидит! – промямлила Перси, обречённо следуя в кильватере соседки по комнате. – Или на соседнем, когда солнце светит.

– Неплохой выбор! – заявила Дочь Кали, плюхаясь в кресло и указывая Персефоне на соседнее. – Мы уже и так противопоставили себя ей, дальше некуда, так что будем продолжать в том же духе.

И посмотрев на перепуганное личико Перси, снисходительно добавила:

– И не принимай всерьёз её угрозы! Теперь есть, кому тебя защитить!

Девочка с сомнением покачала головой, но решила, что в сложившихся обстоятельствах ей лучше быть поближе к этой решительной особе, и опустилась на соседнее кресло.

Вскоре после этого комната начала заполняться учениками, которые опасливо поглядывали в сторону Лики и занимали отдалённые от неё места. Только вошедший одним из последних Артур занял столик в углу, неподалеку от Персефоны. И даже ободряюще улыбнулся, поймав её затравленный взгляд. После чего активировал свой экран и углубился в созерцание бегущих по нему формул. Лика же принялась его разглядывать с неприкрытым интересом. Помимо впечатляюще привлекательной внешности, этот юноша поразил её абсолютным спокойствием, что резко контрастировало с взбудораженными аурами остальных учеников. Было во всём этом нечто странное и непривычное.

А вот, поток ненависти, сопровождавший появление в дверях Медеи и её спутника, высокого крепкого парня с невыразительным лицом, вполне укладывался в ожидаемые рамки. Девица сердито встряхнула копной белокурых волос и двинулась прямо к Персефоне. Но не сумела подойти к перепуганной девочке, поскольку наткнулась на вскинутую Ликой ногу, преграждавшую путь к намеченной жертве. Движение было столь быстрым, что Медея оторопело отшатнулась и зашипела от ярости.

– Ты что, не видишь, что тут все места заняты? – нарочито спокойно промолвила Дочь Кали. – А поскольку я не заметила на столиках имён, то и занимают их те, кто пришёл первым. Выбери себе среди свободных, и не приставай больше к моей соседке!

– И я бы последовал её совету, поскольку мне кажется, что у Ганди-младшей есть, чем себя защитить, помимо статуса её прародительницы! – ехидно заметил невысокий черноволосый юноша, сидевший рядом с Артуром, который казался полностью погружённым в свои вычисления.

Медея стремительным движением просочилась между столиков и оказалась перед ним, в ярости сжимая и разжимая кулаки.

– Ты у меня ответишь за свое нахальство! – прошипела она.

– А можешь повторить сказанное мне и увидишь, чем это закончится! – прогудел спутник Медеи, дотопавший до своей оскорблённой подруги и поднявший впечатляющих размеров кулак.

– А я бы оставил выяснение отношений до спортивного зала, поскольку это помещение предназначено для иных занятий! – прозвучавший из дверей, звенящий от едва сдерживаемого негодования, голос Адама не оставлял возможности для возражений.

Медея сверкнула в его сторону глазами и плюхнулась на ближайшее свободное кресло, её почитатель приземлился поблизости и вместе с остальными учениками изумлённо уставился на куратора.

Вошедший в кабинет Адам был облачён в форменный китель офицера космических войск. Тёмно-синий цвет вызывал в памяти ночное небо, на левой стороне груди красовалось изображение стремительного силуэта истребителя, пронзившего корону звездного пламени. Правая сторона была украшена не менее впечатляющей коллекцией орденских планок, среди которых натренированный взгляд Дочери Кали вычленил несколько высших наград. Пронесшийся по аудитории шёпоток, подсказал Лике, что и остальные удивлены не менее, чем она.

– Мне довелось жить в период второй Войны за Жизнь, и как её непосредственному участнику было бы любопытно узнать, насколько хорошо вы понимаете причину, по которой мы проиграли в этой войне! – промолвил Адам, непринуждённо усаживаясь на подоконник.

– Но проиграли-то мы в первой войне, а вторую выиграли! – подала голос Медея. – Иначе мы бы здесь не сидели!

– Нет, этот факт говорит только о том, что человечеству удалось выжить в том конфликте, – парировал Адам. – Но мне сложно считать выигрышем сокращение человеческой популяции на 99 процентов, поставившей наш вид на грань выживания!

Он повел ладонью, и на потолке появилась картина звёздного неба, изображающая ранее заселенную людьми Галактику. Яркие, поначалу, планетные системы начали окрашиваться в тёмно-багровый цвет, показывая потерянные миры.

– Ну, официальная статистика говорит о потере 95 процентов населения «чистых» рас, колонии «изменённых» сохранились гораздо лучше, и им удалось довольно быстро восстановить численность на своих планетах, – сверкнув голубыми глазами, подал голос светловолосый Артур.

– Однако были потеряны практически все планеты, колонизированные «чистыми расами», война сделала их абсолютно непригодными для проживания, – возразил Адам, – а на планетах «изменённых» обычным людям существовать крайне затруднительно.

– А может быть, война была предназначена Судьбой для того, чтобы Живой Разум вышел на другой виток развития, – задумчиво промолвил темноволосый узкоглазый юноша, осмеливавшийся возражать Медее. – Не зря же, именно мы сидим здесь в настоящий момент времени!

– Отрадно, что тебе пришла на ум эта мысль, Ли Лао! Но хотел бы я верить, что человечество осознало необходимость перемен! – довольно мрачно заметил Адам. – И наблюдения за вами не добавляют мне в том уверенности! Поскольку причиной того, что людей едва не истребили под корень, стал именно тот факт, что они не смогли объединиться даже перед смертельной угрозой! Да, и сама война началась из-за того, что люди сначала создали Искусственный Разум, а затем послали его представителей истреблять своих изменённых сородичей, создав, таким образом, опасный прецедент. Работая в Конторе, я повидал немало разнообразных представителей нашего противника, но все они осознавали свое единство в противостоянии с Живым Разумом. А здесь даже вы непримиримо конфликтуете между собой, хотя, в силу заложенных неординарных умственных способностей, должны бы понимать, что находящиеся в этой комнате гораздо ближе друг к другу, чем к остальному человечеству!

Глава 16. Разобщённое человечество

Эти нелестные слова Адама в адрес всего человечеств и его конкретных представителей, высказанные в аудитории одарённых «усовершенствованных детей», пришли на ум его приёмной дочери, во время торжественного приёма, устроенного в честь высоких гостей с Кольца членами Торгово-Промышленной Палаты Северного Континента. Почти тридцать лет прошло с того дня, когда к берегам этого материка пришло большое цунами, а вслед за ним и летающие корабли жителей южного архипелага и их великих предков, предложивших свою помощь. А отношения между двумя ветвями человечества практически не изменились.

Принц отвлёк Лику от созерцания воспоминаний её соседки по черепной коробки, как раз в тот момент, когда их «механическая повозка» взобралась на холм, с которого открывался прекрасный вид на столицу. Тесно стоящие высотные здания не вызвали в девушке особого восторга, поскольку жители Кольца предпочитали селиться гораздо просторнее. И даже Королевская Гавань, где обитала правящая династия Королей-Драконов, была не слишком велика. А влиятельные люди архипелага собирались в неё разве что на Большой Королевский Совет, в котором должны были участвовать Главы Гильдий и члены Совета Горных Княжеств, в остальное время предпочитавшие находиться на островах соответствующих специализаций и в горных резиденциях.

Континентальные жители же, по словам экскурсовода, всеми силами стремились приобрести жильё в непосредственной близи от правительственных зданий, что усугубляло не слишком приятный климат этих мест. Неистовый ветер, разогнавшийся на просторах бескрайнего Океана, запутывался среди каменных башен и не мог развеять спёртый воздух запертого в камень мегаполиса. А если ветер дул со стороны суши, то только добавлял в него мелкую рыжую взвесь, подобранную среди сухих степей. И тем не менее, наиболее обеспеченные люди предпочитали селиться здесь, тогда как простой народ пытался рассредоточиться по побережью или перебраться в район строительства Подводного Города или на Полуостров Крылатых, где находилась Цитадель Ордена и подводные шахты.

И тем удивительней для дочери Адама казался мощный фон негативных эмоций, струящийся от местных жителей. Поначалу Лика даже испугалась этого давления на свою психику, предположив, что именно их приезд вызвал прилив ненависти. И порадовалась, что под роскошным многослойным шёлковым платьем у неё, помимо облегана, был скрыт защитный панцирь из специально модифицированной паутины, способный остановить не только нож или стрелу, но и пулю. Однако вскоре девушка поняла, что к их компании местные жители испытывали скорее любопытство, как к диковинным зверям, тогда как негативные эмоции испытывали в отношении своих соседей по мероприятию. Потому-то ей стоило большого труда сохранять на губах любезную улыбку. И дочь Адама продолжала думать о справедливости тех давних слов приёмного отца.

Здешние люди не хотели дружить не только с теми, кто спас большую часть из жителей Северного Континента от опасности извержения супервулкана и его последствий, но и к соседям по материку не испытывали тёплых чувств. Конечно, и её соотечественники не были идеальны, уроки истории Кольца в Школе Крылатых Братьев рассказывали о длительном периоде междоусобиц и внутренних распрей непосредственно перед переселением на архипелаг Ордена Крылатых. Да, и история самого Ордена не всегда была мирной. Но испытания в процессе борьбы с супервулканом дали людям наглядный урок того, сколь беспомощны они перед стихиями. И что выжить можно только объединив усилия. А глядя на здешнее общество, девушка начинала думать, что возможно и не стоило прилагать столько усилий по защите этого континента от последствий разгула стихии.

Изнеженные особи обоих полов, разукрашенные пёстрыми нарядами и замысловатыми причёсками, толпились вокруг гостей, засыпая их льстивыми комплиментами. Но за фасадом внешней любезности Лика ясно чувствовала зависть, пренебрежение и алчный расчёт. И эта гнетущую атмосферу не могли сгладить ни аромат цветочных гирлянд, ни изысканные вина.

– Вполне с тобой согласна, далеко не всем по нраву подобные мероприятия, – сочувствуя, подала голос Дочь Кали. – А тем, кто обладает эмпатической восприимчивостью, на них вдвойне тяжелее!

– И мне даже не удаётся выудить что-либо стоящее из их суетных мыслей! – безмолвно пожаловалась ей дочь Адама.

– А это и не удивительно! – ответила её компаньонка по черепной коробке. – Эмпатическая восприимчивость присуща нашим телам от рождения, это – такое же чувство, как зрение, слух, обоняние. У кого-то они развиты лучше, у кого-то хуже. А вот, чтобы стать квалифицированным телепатом, умеющим проникать в глубокие слои сознания, необходимо пройти специальное обучение. И не только ты его не получила, но и я в твои годы оказалась слишком самолюбива, чтобы принять помощь от Клеопатры. Мне кажется, что подходит время официальных речей, так что ты можешь присесть в кресло и снова нырнуть в мои воспоминания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.