Ярик, или «Ваш редкий шанс»
Ирина Июльская

© Ирина Июльская, 2024

ISBN 978-5-0064-9241-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Эпилог

Ираида Михайловна Стержнева решила сама всерьез заняться обустройством личной жизни своего единственного сына Ярослава или, как она называла его с рождения, – Ярика. Достигнув пенсионного возраста, она, наконец, оставила свою руководящую должность и вышла на пенсию. С тех пор ее не покидает чувство, будто она заснула еще в далекой юности, да так и проспала долгим сном длинною в жизнь, а когда внезапно проснулась, то обнаружила, что жизнь, увы, уже позади. Нет, она работала, добивалась показателей, выполняла план выпуска нужной для промышленности продукции. Но вдруг поняла, что годы ушли, как вода в песок, а куча появившегося, ничем незаполненного свободного времени, вместо радости породила печальные мысли о бренности бытия и бессмысленно прожитых годах. Но больше всего ее расстраивало, что сын Ярик, недавно отметивший свое 30-летие по-прежнему одинок. Нет у него девушки, на которой он хотел бы жениться, создать семью, завести детей и сделать свою мать бабушкой.

К ней и раньше приходили мысли познакомить сына с кем-то из родственников или знакомых своих подруг: звала потенциальных невест в гости, покупала билеты в театр, чтобы он кого-то пригласил, но все напрасно. Устав от бесплодных попыток, махнула на эту затею рукой и, лишь выйдя на пенсию, вновь задумала возобновить действия по устройству личной жизни сына. На этот раз, учитывая свои прошлые ошибки и промахи, решила довериться помощи профессионалов. Все расходы за их услуги она возьмет на себя, что даст ей возможность контролировать процесс и участвовать в выборе претенденток для Ярика, пусть и закулисно. Тут, главное, не спугнуть великовозрастного сынка, чтобы он не почувствовал подвоха, не заартачился и пошел по нужному пути с одобренной матерью невестой, в ЗАГС. И при этом был абсолютно уверен в самостоятельном выборе избранницы. Ираида Михайловна, опираясь на свой жизненный опыт, в успехе не сомневалась. Однако, как потом убедилась мать, своего сына она не знала и явно недооценила, а свои хитроумные ходы, увы, не просчитала до конца.

Глава 1 Встреча спустя сорок лет…

А подтолкнула Ираиду Михайловну обратиться в брачную контору встреча со своей приятельницей еще по школе Галкой Огурцовой. Конечно, спустя почти сорок лет после окончания школы она, уже разменявшая шестой десяток, давно не Галка, а Галина Викторовна, сменившая фамилию с Огурцовой на Свинаренко, затем на Гулину и вот, после третьей регистрации брака, ставшая Сперанской. Но на школьных друзей это правило не распространяется: все они, как были со своими кличками и девичьими фамилиями, так навсегда и остались в памяти одноклассников.

Теперь Ираида и сама не помнит почему возобновила давно утерянную связь со школьной подругой. Наверное, это произошло благодаря случайно обнаруженной старой записной книжке, в которой она нашла номер телефона Галки. Нахлынули воспоминания и рука сама потянулась к телефону. Шансов, что подруга по-прежнему проживает все в той же квартире было немного, но других вариантов соединиться с ней не было.

К удивлению Ираиды, трубку сняла Галка, ее голос почти не изменился, такой же призывно-звонкий. Не зря в школе Огурцовой всегда поручали читать стихи советских поэтов, что было тогда очень востребовано и являлось обязательной частью выступлений на празднованиях дат, обозначенных в календарях красным цветом. Идеология была железобетонной и отлажено работала. Дети с младших групп детского сада свято верили, что у них самое счастливое детство, ибо им повезло родиться в СССР. Все пути-дороги для них будут открыты. С годами эта святая вера блекла, теряя свою позолоту, а после окончания школы у многих, не поступивших в институт, а пошедших работать кто куда и вовсе исчезла. Взрослым, вроде как, и ни к чему, а новоявленные детсадовцы и пионеры-школьники, по-прежнему, звонко и бодро чеканили стихи на утренниках и верили, что в жизни их ждет только счастье.

У Ираиды или в ту пору просто Иры, с поступлением в институт произошла осечка, подготовка оказалась слабенькая, а на занятия с репетиторами денег не было. Мать Иры, теперь покойная Клавдия Ивановна, отвела дочку за руку в цех завода «Борец», где сама работала нормировщицей. Завод находился недалеко от дома, в шаговой доступности, что особенно важно для режимного предприятия с проходной системой. Опаздывать категорически нельзя. Именно на этот «Борец» водил своих учеников Петр Сергеевич – учитель физики, дабы наглядно продемонстрировать школьникам, что ожидает ребят, не захотевших учиться. Было у него такое условно-показательное местечко на задворках цеха, где подростки без специальности красили металлические детали какой-то особо вонючей, бьющей в нос краской. Зрелище не для слабонервных: ребята, почти дети, все перепачканные, с глазами затравленных щенят, надолго оставались в памяти. После таких экскурсий Петр Сергеевич любил вспоминать этот эпизод в классе по поводу и без, особенно, когда впаривал очередной кол (двойки он не ставил) нерадивому и тупому, с его точки зрения, ученику, дословно комментируя: «Пойдешь на завод колеса красить!» Прошедший большую жизненную школу от матроса, кочегара и других разных рабочих специальностей, в возрасте за сорок, наконец, был принят учителем в школу на окраине Москвы, где учились, в основном, дети лимитчиков, таких же, как в недавнем прошлом сам Петр Сергеевич – кочегаров-плотников, строителей и заводчан. Учить физике он не умел совсем, тип был, мягко выражаясь, неуравновешенный, эмоционально неустойчивый и даже шизоидный, зато щедро сыпал колами почти всем подряд, за исключением нескольких любимцев, нещадно зубривших. Складывалось впечатление, что благодаря зубрежке, эта пара-тройка учеников знала побольше самого учителя. Галя Огурцова и Ира Редькина в их число не входили. Они иногда подшучивали над своими «овощными» фамилиями, что из редьки с огурцами благородный салат не сделать.

Сказать, что Галка очень удивилась, когда Ираида представилась по телефону Ирой Редькиной, было бы не совсем так. Не удивилась, будто и не прошло почти сорок лет. Своим, почти прежним юным голоском, она обрадованно защебетал:

– Ирка, с ума сойти! Ты где столько лет пропадала?!

– Да, нигде… всю жизнь в Москве. Вот недавно вышла на пенсию, бездельничаю.

– С ума сойти… А, как твоя мама? Помню ее строгая такая…

– Мама уже покоится на вечном пристанище. На Николо-Архангельском.

– Моя тоже на Митинском. Сироты мы с тобой! Раньше были полусиротами-безотцовщинами, а теперь круглые.

– Что не так уж и страшно в нашем возрасте.

– Кто у тебя из близких рядом?

– Сын Ярослав, Ярик. Тридцатилетний обалдуй-девственник. Пригрелся около матери и ничего не хочет.

– Ой, как ты жестоко о сыне… А, у меня кроме третьего мужа Сперанского – никого! Есть племянница, она мне почти, как дочь. Она меня и замуж выдала. Так, что после Огурцовой, я побывала и Свинаренко, и Гулиной, но все как-то недолго, и вот, наконец, обрела благородную фамилию с корнями рода Сперанских. Да, тех самых.

Племянница тебя замуж выдала? Каким образом?

– Так она владелица брачного агентства. Тебе замуж не надо? Она поможет.

Ираида Михайловна, немного помявшись, ответила:

– Спасибо. Мне вначале сына надо женить.

– Что ж, тогда ты позвонила по адресу. Пусть приезжает в брачную контору Надюши и ему обязательно помогут.

– А могу я вначале туда подъехать, познакомиться с твоей племянницей-хозяйкой, поговорить о сыне?

– Да, конечно. Но услуги бюро платные. В них входят консультации психолога, визажиста и даже сексолога, если в этом возникнет необходимость. Скажу одно: мужчины по-прежнему в дефиците. Я поговорю с племянницей и перезвоню тебе с ответом. Жди. – и Галка положила трубку.

Глава 2 Встреча с хозяйкой брачного агентства

Галина перезвонила на следующий день и сообщила, что племянница Наденька или Надежда Константиновна Тягачева пригласила к себе на прием, для предварительного собеседования.

В назначенный день и час Ираида Михайловна открыла дверь кабинета хозяйки свадебного агентства Надежды Тягачевой. За столом сидела женщина лет около сорока, немного склонная к полноте, одетая в трикотажное платье, подчеркивающее эту предрасположенность. Светлые волосы до плеч, очки… не сказать, чтобы дурнушка, но и красавицей тоже не назовешь.

Окинув внимательным взглядом вошедшую в кабинет Стержневу, Надежда Константиновна предложила гостье присесть напротив нее.

– И, так, Ираида Михайловна, рассказывайте, что привело вас в наше агентство.

Стрежнева, немного поерзав на стуле, решила говорить честно и без утайки:

– Сыну пошел четвертый десяток, а он и не собирается жениться. У него и нет никого.

– Вы в этом уверены? Может он просто скрывает?

– Да нет же! Ничего он не скрывает. В выходные и праздники дома торчит. У него из интересов только книги и марки. Остальное его не волнует.

Тягачева немного помолчав, произнесла:

– По статистике, каждый десятый мужчина – холостяк. Возможно ваш сын из их числа. Может и не нужно его насильно женить? В конце концов, это его выбор.

Тут в Ираиде Стержневой взыграл руководитель среднего звена, пусть и бывший:

– Странно слышать такое от хозяйки брачного агентства! В стране демографическая яма. Она нуждается в повышении рождаемости… Да и мне будет спокойнее на старости лет знать, что сын пристроен и в надежных женских руках!

Надежда Константиновна смягчила тон и повернула разговор в другое русло:

– Ну, вам до старости еще далеко. Уж поверьте мне, как профессионалу, у вас самой есть шансы устроить свою личную жизнь. Было бы желание. А, там, глядишь, и сын в след за вами подтянется.

Ираида, брезгливо поморщилась.

– Что вы! Привыкать к чужому человеку, подстраиваться под его привычки, ладить с его взрослыми детьми и внуками… Нет, это не для меня. Сначала сына женить надо.

Она поправила прядку волос, и немного помедлив, произнесла:

– Может потом. Если, что-то стоящее попадется.

Тягачева усмехнулась в душе:

– Какая самонадеянность! Впрочем, она в чем-то права.

И с решительным тоном обратилась к посетительнице:

– Хорошо. Но необходимо прежде всего желание вашего сына. Как с этим?

– С этим основная трудность. Вот поэтому я и обратилась в ваше агентство. Вы профессионалы, вам и карты в руки. Придумайте что-нибудь, уговорите, заинтересуйте. Я знаю, что ваши услуги платные и готова профинансировать их. Но держите меня в курсе дела. Я должна все знать.

Тягачева поднялась из-за стола, давая понять, что разговор окончен.

– Хорошо. Я поняла вас. Будем на связи, Ираида Михайловна. Всего хорошего и до свидания.

Посетительница поднялась со стула и, попрощавшись, вышла из хозяйского кабинета.

Когда за ней закрылась дверь, Тягачева вызвала к себе Веру Чернышеву, принятую с испытательным сроком стажером на должность свахи.

То, что Стержнева школьная подруга тетки и пришла в их агентство именно по ее рекомендации, накладывало на Надежду особые обязательства; привлечение клиентов – одна из главных задач успешного бизнеса. Интернет уже вовсю шагает по планете, однако сарафанное радио никто не отменял. Сложность этого дела состояло в том, что хозяйка агентства не знала с какого боку подойти к потенциальному жениху, который, как она поняла из разговора с его матерью, ни сном, ни духом не в курсе планов мамаши, касаемых его женитьбы.

– Дело деликатное, скользкое. Конечно, можно его доверить более опытным свахам, уже зарекомендовавшим себя и не первый год в агентстве на хорошем счету, – размышляла Надежда Константиновна, – но у Лены Семеновой сейчас мама болеет и не хочется ее нагружать, у Виктории Викторовны – климакс, давление скачет… Самое подходящее свалить все на стажерку, принятую по объявлению. Тут, как получится: провалит дело, значит попрощаемся и расстанемся с ней. А кадровые сотрудники: они – ревнивые, обидчивые, лучше их и не трогать. У Лены муж компьютерщик, – их «скорая помощь», а у Виктории сын со связями в СМИ, где умело выбивает агентству скидки для рекламных объявлений… Стажеры в делах, когда не на кого повесить «всех собак», незаменимы.

Дверь открылась и в кабинет вошла новенькая стажерка Вера Чернышева, двадцатитрехлетняя выпускница психфака.

Хозяйка, она же руководитель агентства «Ваш редкий шанс», Надежда Константиновна Тягачева с серьезным видом, соответствующим ее должности, произнесла:

– Ну, Вера поручаю вам первое персональное дело. Скажу сразу, – не из простых, но вы в заявлении о приеме на работу отметили, что хотите раскрыть свой потенциал дипломированного психолога и подкрепить его опытом на практике. Сразу предупрежу, что лично буду помогать вам, можно сказать, это будет одно дело на двоих. Тут не столько финансовая заинтересованность, сколько престижность фирмы имеет значение. Сами понимаете, вы стажер и от итогов работы зависит и ваше принятие в штат сотрудников.

Вера внимательно слушала, затем подняла глаза на хозяйку и спросила:

– Хорошо. Понимаю. А где дело? Анкета есть?

– Пока нет. У меня было предварительное собеседование с матерью нашего потенциального клиента-жениха. Инициатива исходит именно от нее. Ваша задача придумать каким образом связаться с ее сыном и убедить, что наше агентство и в самом деле для него является редким шансом изменить жизнь и вступить в брак с достойной претенденткой. Разумеется, об усилиях со стороны матери не должно быть и намеков.

Даю вам время на обдумывание любых вариантов. Набросайте предварительные планы действий и жду вас у себя. Одного дня хватит?

Вера нерешительно кивнула.

– Ну, и отлично. Можете идти, работать. – подвела итог разговору Тягачева.

Глава 3 Я всего лишь помогаю…

Весь оставшийся рабочий день Вера Чернышова обдумывала поставленную перед ней непростую задачу. С этими же мыслями она ехала в транспорте, возвращаясь с работы. Не покинули они ее и дома.

– Да, пожалуй, решить такой ребус мне одной не под силу. Нужен собеседник с контраргументами. – Вера вспомнила о приятельнице по университету и одногруппнице Лене Ивашовой. Набрала ее домашний номер, но мама подруги сообщила, что дочка уехала отдыхать по горящей путевке в Грецию и приедет не раньше, чем дней через десять.

– Что ж, придется самой. А подойдет-не подойдет, все равно будет решать хозяйка агентства лично.

Вдруг в голову Веры пришла вполне резонная мысль: из слов директрисы следовало, что потенциальный жених увлечен марками и буквально все имеющиеся у него деньги тратит на них. Значит, в средствах стеснен и может отозваться на какую-нибудь акцию с призом от их агентства. Стоит попробовать. Ну, а дальше, как получится.

Уже на следующий день Вера предложила Надежде Константиновне свой вариант.

– Хорошо, можно попробовать. Но обязательно согласуй с его матерью. Тем более она спонсирует эту затею. Лучше звонить с утра или днем, когда сын на работе.

Выйдя от хозяйки, Вера набрала номер Ираиды Михайловны. Поздоровавшись и представившись сотрудницей «Вашего редкого шанса», стажерка, поборов природную стеснительность, вкратце изложила свое видение, как заинтересовать сына Стержневой обратиться в агентство в качестве жениха.

– Скажите, есть ли у вашего сына какая-то мечта материального плана?

Ираида Михайловна немного задумалась, потом произнесла:

– Ему нужен компьютер. Он копит на него.

– Что ж, сейчас это все больше становится насущной необходимостью. Подойдет в качестве приза, как вы думаете? А в нашем общем деле намного облегчит связь с вашим сыном. Можно обмениваться письмами, фотографиями. Очень важная и порой незаменимая вещь.

– Я в компьютерах не разбираюсь, но готова профинансировать его покупку от имени вашего агентства. Но, что вы думаете предпринять? Ведь не с неба ему приз упадет?

– Я что-нибудь придумаю… Сейчас столько акций разного рода. Интернет пестрит от предложений.

– Хорошо, действуйте.

На этом разговор закончился и попрощавшись, они положили трубки.

В ту пору, в первое десятилетие нулевых, мобильные телефоны, пусть еще и кнопочные, в России уже появились. Был он и у сына Ираиды Михайловны. Прежде чем попрощаться с Верой, мать продиктовала номер Ярика. На всякий случай, сопроводив словами:

– Вы, уж меня не выдавайте. Иначе замкнется в своей раковине и его оттуда уже не вытащить!

А в голове стажерки началась складываться конструкция по привлечению в агентство Ярика Стержнева. Складывался по пунктам план действий. Вера почувствовала внутри себя азарт охотника, ей ужасно захотелось достичь успеха операции.

– В конце концов, я дипломированный специалист, отучилась пять лет на психфаке, перечитала тонну тематической литературы. Пора на практике доказать, что даже и в таких непростых случаях можно добиться успеха если за дело берется профессионал! – подбадривала себя Вера Чернышова. Хотя, в ее душе все протестовало против действий матери предполагаемого жениха, ибо нельзя сделать человека счастливым против его воли! Однако маленькая брешь в этом убеждении все же была: – Я всего лишь помогаю. Моя задача помочь, не применяя никакого насилия. – и Вера с облегчением вздохнула.

Глава 4 Кто вы, Фредди Крюгер?!

Первый шаг, – он самый трудный. Вера набрала номер Ярика. Когда тот снял трубку, она, стараясь говорить, как можно увереннее, произнесла:

– Наше агентство «Ваш редкий шанс» предлагает принять участие в розыгрыше приза – персонального компьютера. Однако есть ряд условий:

Вы должны быть холостым, до 35 лет, с московской пропиской.

На другом конце, после небольшого замешательства, парень, придя наконец в себя, подал голос:

– Я холост, мне 30 лет и я москвич с пропиской.

– Тогда от вас анкета с фотографией. Приезжайте в агентство. – Вера продиктовала адрес и свой номер телефона. Затем попрощалась и положила трубку, оставив Стержнева в полном замешательстве.

Придя в себя, Ярослав набрал номер своего дружка по истфаку, красавчику и признанному дегустатору женских сердец Гришане Яхонту. Эта редкая фамилия, как нельзя лучше, соответствовала Гришане. Однако, так называли его исключительно близкие люди, в число которых входил Ярик Стержнев. Для всех остальных были другие вариации: Грег, Грегори, реже Григорий. Называть себя Гришей Яхонт не разрешал никому, помятуя соседа-пропойцу по коммуналке, дядю Гришу, известного всей округе в прошлом часовых дел и других ремесел мастера, после ухода жены окончательно спившегося. Старожилы их московского двора жалели пьяницу, а у Яхонта он вызывал к себе стойкое отвращение. Особенно, когда кричал еще маленькому Грише:

– Привет, тезка! Эй, Гришан, чего смотришь исподлобья?

Потом пришли другие времена, их коммуналку в центре Москвы успешно расселили по отдельным квартирам на окраинах города, Яхонту досталась однушка, взамен комнаты, а след соседа-алкоголика затерялся где-то в отдаленной от столицы деревне. Впрочем, его судьба, к тому времени, мало кого интересовала.

Поведав другу детства Яхонту о загадочном звонке из агентства «Ваш редкий шанс», Ярик спросил:

– Как думаешь, что это было?

Яхонт, счастливый обладатель персонального компьютера, по тем временам еще достаточной редкостью, произнес:

– Щас узнаем.

Он набрал в «поиске» и через минуту ответил:

– Брачное агентство.

– Что-то мне сдается, не обошлось здесь без матери. Она, как-то однажды закидывала удочку… Ее проделка, наверняка. – озвучил свою догадку Ярик.

– Раз так, то комп тебе обеспечен, приятель! – отозвался из недр интернета Яхонт. – Подай анкету, трудно что ль. Насильно в ЗАГС тебя никто не поволокет!

Поразмыслив, Ярик Стержнев решил послушаться дружка. Но не хотелось, вот так просто сдаться, за пусть и дорогую по тем временам вещь.

– Надо придумать что-то такое, чтобы никто на меня не позарился.

– Приезжай к нам в театр МГУ. Покажу тебя гримеру Пете. Он из тебя сделает похлеще Фредди Крюгера!

Несколько слов о самом студенческом театре МГУ, сейчас носящем название МОСТ. Не буду вдаваться в его отдаленное историческое прошлое, обо всем этом можно прочесть в Википедии. Из его стен или, точнее сказать, с его подмостков сошли: Ролан Быков, Марк Розовский, Роман Виктюк, Ия Савина, конечно, Марк Захаров и многие другие, впоследствии громкие имена. Гришаня Яхонт, однажды, почти случайно попав туда, неожиданно заболел театральным делом. Ему нравилась сама атмосфера лицедейства и преображения. Вечный праздник, позволявший забыться и пережить трудности студенчества, выпавшие на лихие 90-е. Но больше всего Яхонта привлекала возможность накоротке, без лишних затрат и хлопот, заводить знакомства с красивыми девушками. Он приглашал их на спектакли, забалтывал, поил кофе… Это срабатывало на все сто. Впрочем, для этого Яхонту не нужно было особенно напрягаться, так как в обаянии или харизме ему мало кто мог составить конкуренцию. А рядом с таким гадким утенком, как Ярик, огранка Яхонта сверкала еще ярче.

Петр Смолкин – театральный гример, художник и эстет, окинув взглядом Ярика, вопросительно посмотрел на приятеля:

– Грег, и что ты от меня хочешь?! По-моему, здесь сама природа постаралась как нельзя лучше. Типаж обыкновенного тихони-неудачника, мамкиного сынка и будущего подкаблучника.

Яхонт в раздумии потер свой безупречный подбородок с особо сексуальной ямочкой, приводившей девушек в восторг:

– Заметь, ключевое слово – «обыкновенный»! А надо, чтобы он, Ярик, был необыкновенным! Типа Фредди Крюгера.

– Ты серьезно! Фредди Крюгер – ходячий секс! А у девушек-готтов, на коих сейчас повальная мода, будет иметь колоссальный успех. Отбоя не будет. Зло притягивает гораздо сильнее. Самый беспроигрышный вариант – Лузер. От такого будут шарахаться все, включая маму родную, поверь уж мне. Я, пожалуй, лишь подчеркну то, чем природа так щедро наделила парня!

Гример обошел Ярика со всех сторон, затем скомандовал ему:

– Садись!

Тот послушно сел в кресло перед ярко освещенным зеркалом. Весь процесс занял несколько минут: Петр или, как его называл Яхонт, – Петруччо, взлохматил жидкие прядки блеклых, словно пакля, волос Ярика, нахлобучил ему на голову нелепую кепку, кем-то давным-давно забытую в гримерке, и еще раз внимательно всмотревшись в лицо Стержнева, самым серьезным голосом произнес:

– Улыбнись! Да не так! С зубами во всю ширь!

Ярик повиновался.

– Отличная улыбка! Хоть зубы у тебя и здоровые, зато щель между передними как нельзя лучше дополняет образ идиота первой стадии! Впрочем, еще одна необходимая деталь… – гример ненадолго скрылся в подсобке и принес оттуда очки с каким-то невероятным количеством диоптрий на толстых стеклах в немыслимой оправе.

– На, примерь!

Ярик надел это безумие со стеклами, сделавшего из него неизвестный вид обитателя морских глубин, нечто среднее из Ихтиандра в очках для подводного плавания и жабы обыкновенной. А гример Петруччо довольный, выполненной им работой, с гордостью обратился к Яхонту:

– Нет, ну, как он отвратителен! До тошноты! Был парень, как парень, обычная серость придорожная, пройдешь мимо, не заметишь… И вдруг засверкал! Не забудь мне пару фоток для моей профессиональной коллекции. – напомнил гример.

– Да, конечно! Сейчас сфоткаемся. Как будут снимки готовы, принесу.

Прежде чем попрощаться с Яриком, немного смущенный гример, сказал:

– Надеюсь, ты не обиделся? У нас так принято, в нашем театральном цехе! Зря ты не актерствуешь. Такой колоритный типаж! Красоты вокруг много, а вот такого, как ты, редко встретишь! Удачи тебе, парниша! Ты станешь звездой моей коллекции!

Ярик с пониманием кивнул. Затем отважился и спросил у Петруччо:

– Скажи, а что такое улыбка идиота первой стадии?

– Это почти норма. Вторая – это когда улыбка со слюнями… другая степень.

Осветитель, он же фотограф, – Кирилл Степанович, мужчина лет пятидесяти, профессионально быстро сделал свою работу и сразу напечатал фотографии, предусмотрительно оставив у себя негатив. А, вдруг перед ним будущая звезда экрана?! Этим можно и разжиться со временем. Впрочем, с быстро развивающимся научно-техническим прогрессом и компьютерной съемкой, эта деталь устарела и отмерла. Мир перешел на цифру.

Отдав обещанные снимки гримеру, приятели поехали на квартиру к Яхонту, где был установлен его величество компьютер, будущий вершитель судеб людей по всему земному шару.

Глава 5 Завершив дело…

Яхонт жил в однушке рядом с метро Медведково. Район на севере Москвы ничем особенно непримечательный, в былые советские времена -промышленный, что отразилось на составе его жителей: в основном заводчан, фабричных рабочих, водителей и персонал, обслуживающий крупный таксопарк. Яхонт почти до тридцати проживший в центре столицы, не желал привыкать и родниться с новым местом жительства. Он приезжал в свою однушку на окраине, чтобы переночевать, а утром уезжал на работу.

– Пока нет возможности купить квартиру в центре, то хоть работать буду исключительно в районе Садового кольца. – успокаивал себя Грег. Он снисходительно, с долей превосходства поглядывал на соседей по лестничной площадке, не желая ни с кем знакомиться, в душе презирая за их лимитческое прошлое.

Закончив истфак вместе с Яриком, Яхонту с получением диплома удалось устроиться редактором в одно новое издательство, успешно отпочковавшееся от могучего ствола отечественного книгопечатания, еще дореволюционного, выдержавшего и октябрьский переворот, и десятилетия советской власти, и лихолетье 90-х.

Юность и первая молодость Яхонта совпали с «Перестройкой» и «Гласностью», а вслед за ними не заставила себя ждать и развратная девка дикого капитализма – сексуальная революция. Грянула во всю мощь, одномоментно сокрушая с цезурой все нравы и устои «устаревшей» общественной морали СССР. Почти в каждом подвале жилого дома открывались видеосалоны с фильмами «для взрослых», на книжные прилавки хлынули потоки порнографии, псевдо-литературы и прочих поделок-однодневок, бодро раскупаемых читателями, (в основном читательницами) за чтением убивавшими время в электричках из пригорода на работу в Москву и обратно. Старые, зарекомендовавшие себя издательства, поначалу стеснялись выпускать подобное чтиво, опасаясь потерять репутацию, а с ними и читателей, ценящих хорошее содержание и настоящий литературный слог. Вот, для этого и годились их новые коммерческие дочки, прибыль которых превосходила все мыслимые показатели по отрасли.

Яхонт, конечно, и до реформ в стране не слыл пуританином. Был он парнем продвинутым, у него и видик давно имелся. Поэтому, редактируя самые разнузданные по содержанию тексты, отнюдь не краснел и не корил себя за пошлятину, коей ему пришлось заниматься. А, так, как все эти тексты были написаны словно под копирку, то вскоре и вовсе бросил прочитывать их, а лишь пробегал взглядом по страницам и отдавал в печать. Впрочем, правильно делал; берег глаза и свое личное время. Почти не скрываясь от начальства, Грег начал подрабатывать подобным, выдавая под разными именами свои творения. Но, надо отдать ему должное, умел Яхонт вложить и в самые незамысловатые сюжеты свою изюминку: из-под его пера действия происходили в старинных замках, заброшенных лесных сторожках, – это для всякого рода Белоснежек, Красных шапочек и Серых волков с Охотниками. Была у него и серия космических порно историй с инопланетянами, землянами и прочими пришельцами из других миров. Однако, цикл приключений пионеров и вожатых в летнем лагере позднего СССР – побил все продажи. После такого грандиозного успеха Яхонт официально обрел статус писателя вместо скромной должности редактора с маленьким окладом.

О том, что пишет порнуху, Яхонт скрывал ото всех, даже самых близких друзей. Не потому, что стыдился, просто не хотел и считал это делом временным.

Подготовившись к приезду Ярика Стержнева, Яхонт заранее запрятал поглубже все свои сомнительные файлы и картинки к ним, чтобы случаем они не попались приятелю на глаза.

– Так, давай заполняй анкету, вместе с фото отошлем в агентство и считай, что компьютер у тебя в руках, – по-деловому распорядился Грег.

Анкета состояла из опросника, где Ярик «честно» написал:

Возраст: – 30 лет, но на деле инфантильный, капризный тип, больше соответствующий подростку с неустойчивой психикой.

Образование: – Высшее-никчемное

Заработок: – Нищенский, все деньги трачу на марки.

Члены семьи: – Проживаю с мамой, обладательницей скверного характера.

Характерные личные черты: – Ленив, не приспособлен к быту, все валится из рук.

Внешность: – Хмырь обыкновенный, к тому же импотент конченный.

Зато требования к избраннице были:

Бездетная, не состоявшая ранее в браке, одухотворенная интеллектуалка с высшим образованием, без материальных проблем, желательно с отдельной квартирой в столице, лучше в ЦАО. Стройная, красивая шатенка без назойливой яркой косметики и следов пластической хирургии. Возраст до 25 лет, асексуалка. Молчаливая и послушная, признающая в семье первенство мужа. Наличие многочисленных родственников, – не приветствуется, лучше круглая сирота.

Заполненная анкета с фотографией от гримера-стилиста Петруччо, благополучно была отослана в агентство «Ваш редкий шанс». После чего приятели решили попить пивка с воблой и завершить дело таким образом.

Глава 6 Игра стоит свеч

Стоило только письму Ярика Стержнева засветиться в электронной почте Веры Чернышевой, как она тут же поспешила открыть его! Лицо стажерки просияло, сердце радостно забилось, анкета у нее в руках! Результат налицо, есть с чем явиться к хозяйке!

Побежав глазами по пунктам, заполненным Стержневым, радость сменилась недоумением, а фото жениха после искусных рук Петруччо, так и вовсе охладило пыл недавней выпускницы МГУ. Впрочем, и без диплома психфака было ясно, что парень откровенно издевается и вовсе не заинтересован найти себе спутницу жизни. Но отступать стажерке было некуда, надо идти отчитываться перед хозяйкой агентства.

Вера, прежде чем войти в кабинет Надежды Константиновны, предупредительно постучала в дверь, так с самого детства приучил ее папа. Привычка со временем сменилась на звонок с мобильного, однако, тогда она еще крепко сидела в сознании людей, выросших без высоких технологий в быту и повседневной жизни.

Тягачева, оторвавшись от бумаг, (она тоже с трудом переходила на цифру) подала голос:

– Входите.

– Здравствуйте, Надежда Константиновна!

– Доброе утро, Вера!

– Вот, получила анкету от Стержнева.

Вера, слегка покраснев, положила перед хозяйкой распечатанное сообщение от Ярика.

Тягачева, взяв его в руки, начала читать. Ее брови то поднимались, то опускались, сходясь у переносицы, когда глаза пробегали по пунктам анкеты. Наконец, придя в себя, она спросила:

– А фото выслал? Хотелось бы взглянуть на такого требовательного жениха.

Вера протянула фотографию Ярика после его «обработки» Петруччо.

Хозяйка посмотрела, затем сказала:

– Именно таким я его и представляла. Можете идти, Вера.

Стажерка поднялась со стула, но прежде чем уйти, немного задержалась у директорского стола:

– И, все же он ответил, анкета и заявка получены.

Тягачева, оторвалась от бумаг и вздохнув, спросила:

– И, что прикажете теперь с этим делать? Кто позарится на такого «красавца»? Да, он попросту издевается, прислав такую анкету.

– И, все же, я думаю, что с ним стоит заняться. Я насчитала у него, как минимум три положительные черты…

Тягачева, заинтересованно посмотрела на стажерку.

– Да? И, какие, позволю спросить?

– Ну, у него присутствует чувство юмора, а это часто гарантирует и наличие ума. Он честен, не рисуется.

– И, в чем же, он честен?

Тягачевой стал интересен ход мыслей стажерки, она даже отложила бумаги в сторону, уставившись на Веру.

– Про зарплату, про увлечение марками, про маму, наконец! Многие женихи в анкетах приукрашивают себя и привирают.

– А его фотография? А требования к невестам?!

Аргументы хозяйки были железобетонные, но Вера, все же отпарировала:

– Это вызов. Крик души! А человек он не такой уж и упертый, склонный к компромиссу, что уже обнадеживает. Он употребляет почти по каждому пункту: «желательно», «возможно», – слова говорят за себя. Вы же сами утверждаете, что надо работать с тем, что есть. А мужчин, увы, мало. Не зря мы предоставляем им скидки за обслуживание, в отличии от женщин, если только это не обладательницы модельной внешности с квартирой и иномаркой. В агентство обращаются и самовлюбленные типы, желающие поднять самооценку за счет ничего не подозревающих девушек и женщин, надеющихся устроить свою личную жизнь.

Тягачева не имела высшего психологического образования, каким обладала Вера Чернышева. В ее арсенале было заочное отделение Института советской торговли, но природный ум и личный опыт с лихвой покрывали недостаток профильного образования. К своим почти сорока, Надежда многое и сама пережила, и почерпнула у подруг и знакомых.

– Хорошо, работайте, Вера. Глядишь, что-то у вас и получится. Мне даже интересно стало. Можете идти.

Когда дверь за стажеркой закрылась, хозяйка брачного агентства усмехнулась ей в след:

– Посмотрим, что из этого выйдет. Впрочем, девушку надо принять в штат. Работает с огоньком, прилежная, воспитанная, симпатичная… и тоже незамужняя. И куда только мужики смотрят! Не зря одна из клиенток, школьная учительница, как-то в сердцах сказала:

– Замуж надо еще в школе выходить!

Она тогда в шутку спросила:

– И за кого же? За одноклассника, соседа по парте?

Учительница ответила с серьезным выражением лица:

– Возможно и такое. Если родители договорятся их содержать. Сейчас медицина и контрацепция на высоте, а дети акселераты. Расписывать девочек с 16-ти, а мальчиков по достижении 17-ти лет. Года два-три поживут, если не разойдутся, то брак уже будет вполне осознанным. Только так мы демографию и поднимем, а первая любовь она особенная, на всю жизнь запоминающаяся…

– Им в школе виднее… Мальчиков рождается по статистике больше. Может и есть в этом какое-то рациональное зерно. А мне надо готовиться к поездке в Ивановскую область. Предстоит встретить десант из потенциальных женихов во главе с мэром их маленького городка на юге Италии. Визы, организация поездки… Приобретаю опыт международного общения. Воют итальянские мужики: не хотят итальянки жить в деревне, пусть и на берегу моря под оливами-апельсинами. А мне работа прибавилась. Но игра стоит свеч.

Глава 7 «У вас товар, у нас купец!»

Уже из дома Надежда позвонила приятельнице и коллеге, такой же, как и она, хозяйке брачного агентства Екатерине Стрелкиной. Они сдружились еще во время учебы в заочном в институте советской торговли, с тех пор несколько раз менявшим название. Катя Стрелкина и подкинула подруге Наде идею с брачными агентствами, к тому времени она уже успела немного поработать на стороне свахой, до этого товароведом, а еще раньше – продавцом. Женщина она расчетливая, предприимчивая, с активной жизненной позицией. И, хоть, клиентов: невест и женихов нельзя прировнять к товару, однако, есть все же в брачном бизнесе что-то от рынка… Не зря в старину сваты с порога так и заявляли:

– У вас товар, у нас купец!

И никто на это не обижался, принимали, как должное. А народные традиции, – они крепки!

Катя сама и разработала схему-тандем совместно с Надеждой, довольно логично и убедительно аргументировав:

– В этом деле необходимо работать на пару.

На вопросительный взгляд Надежды, пояснила:

– У каждого свои запросы. Так легче перекидывать друг другу клиентов. С общей базой гораздо эффективнее работать и потом… – она понизила голос, – мы пока обе не замужем. Заводить отношения со своими же клиентами, совсем не комильфо… Тоже и тебе. А так удобно и ничто не выдаст эти не совсем служебные отношения. Все шито-крыто и прозрачно. А, главное, вполне прилично.

Надежда выслушала и согласилась. Удивительно, но дела в их агентствах пошли настолько хорошо, что не прошло и трех лет, как они обе решили свои жилищные вопросы и переехали из коммуналок в отдельные квартиры.

С тех пор прошло уже десять лет, Катя успела дважды побывать замужем, а недавно и дочку выдала замуж:

– Я, например, пусть и после двух браков, но все же не хочу ставить на себе крест в 38 лет. Дочка замужем, пора заняться и своей судьбой вплотную. Да и тебе, Надюша не мешало бы устроить личную жизнь.

У Надежды появилась иномарка, пусть и купленная в кредит. Она стала завсегдатайкой косметологического салона, начала заниматься фитнесом с личным тренером. Своим материальным благополучием Тягачева была во многом обязана опять-таки Катюше Стрелкиной, ее неугомонному нраву и вечному поиску новых форм работы. Сказалось торговое прошлое подруги. Именно ей пришло в голову устраивать вечеринки в кафе и ресторанах, где клиенты могли воочию познакомиться друг с другом в непринужденной обстановке. Большим спросом пользовались поездки на выходные по Подмосковью, с привлечением экскурсоводов. Объединив общие усилия, удавалось набирать группы желающих, да и самим, таким образом, приятно проводить время, без материальных затрат. Работая с турагентствами на постоянной основе, предпринимательницы получали скидки, пополнявшие их карманы. Так, постепенно и обросли связями, а взаимовыгодные отношения с бизнес-партнерами, в свою очередь, образовывали новые притоки клиентов. У каждого родственники, друзья, знакомые. Доводилось бывать свахам и в качестве почетных гостей на свадьбах, что помимо материального и морального удовлетворения, улучшало статистику и имидж брачных контор. Свадебные фотографии пар, нашедших свою вторую половинку, пополняли альбомы профессиональной гордости обоих агентств.

Что касается Кати Стрелкиной, то ее последнее замужество с крутым бизнесменом из Сибири, состоялся по наводке Надежды. Брак оказался недолгим, но весьма выгодным. Молодой муж успел купить двухуровневую квартиру в московской высотке с видом на Москва-реку, роскошный автомобиль, а потом бесследно исчез где-то в сибирской тайге и лишь спустя год его тело обнаружили на берегу таежной речки. Дело было темное, до конца не расследованное. Однако, Катерина успешно вошла в права наследования и квартиры, и автомобиля. О покойном молодом муже долго не горевала и вновь принялась строить планы по устройству личной жизни, своей, в первую очередь. А подруга Надя осталась ни с чем. Она в то время увлеклась Аркадием, но он на поверку оказался всего лишь альфонсом, ищущим от брака с бизнес-леди Надеждой избавления от материальных проблем и легкой жизни, опираясь на плечо жены.

Поэтому подруга Катя и подкинула подруге Наде выгодный проект с прибытием десанта иностранных женихов. Она чувствовала себя перед ней обязанной, да и не хотелось ехать не известно с кем, в какую-то русскую глубинку, потому, что главным требованием потенциальных женихов было, чтобы невесты проживали непременно в деревне, в самой глуши.

Глава 8 Как только, так сразу!

А у стажерки Веры с клиентом Стержневым все только начиналось. «Выигранный» компьютер благополучно доставили ему на дом курьерской службой. Приезжать в агентство за получением главного приза Ярик категорически отказался. Он сразу договорился с Верой, что связь между ними будет исключительно посредством того же компьютера, счастливым обладателем которого он стал. Стажерка Вера Чернышева согласилась и с тех пор ее общение с клиентом установилось именно таким образом.

– Наверное, стесняется своей неказистой внешности. – догадалась Вера. Она даже хотела попросить у Ярика другое фото, но вовремя остановилась.

– Для той, кто не испугается его фотографии и захочет завести с ним знакомство, будет приятной неожиданностью при личной встрече убедиться, что в жизни он не настолько отвратителен, как на снимке. – улыбнулась своей догадке стажерка. Но она ума не могла приложить, что ей делать дальше. К ужасной фотографии еще как-то можно отнестись с юмором, но анкетные данные парня, а особенно его нереальные требования к будущей избраннице, ломали все.

– И, что мне с таким «завидным» женихом делать? – озадаченно размышляла Вера. – Впрочем, запущу дело в производство, а там по ходу, что-то, да нарисуется. Для ознакомления кандидатуры жениха Ярика Стержнева с женской аудиторией было решено использовать бесплатный канал связи. Обычно это происходило в редких случаях, так как доступ к базе женихов был платным.

К удивлению Веры, запросы на Ярика стали поступать. Ему писали девушки и женщины из бывших республик почившего СССР. Нетрудно было догадаться, что сам жених их мало интересовал. Цель была, заключив брак, обосноваться в столице, получить российское гражданство, а с ним и государственные льготы и пособия.

Стажерка, вздохнув, оставила подобные предложения без ответа. И не потому, что Ярик не принял бы их. Вера была на сто процентов убеждена, что невесты из Средней Азии не найдут одобрения у мамы жениха. А от красивых, стройных шатенок до 25 лет, без материальных проблем и детей, – предложений не поступало. Даже за бесплатно.

Вера посмотрела на календарь и вспомнила, что наверняка ее подруга Лена Ивашова уже вернулась из отпуска.

– Надо посоветоваться с Леной. Может ей придет в голову какая-нибудь оригинальная мысль… – и Вера набрала номер телефона подруги.

Лена выслушала кратко изложенную историю Ярика Стержнева, затем задала Вере вполне резонный вопрос:

– Скажи, тебе-то зачем это надо? Судя по всему, парень вовсе не намерен серьезно подыскивать себе пару.

– Понимаешь, мне нужна эта работа. И, потом, случай необычный, похоже на игру. Мне даже интересно стало.

– Ну, тогда и пиши ему сама письма.

От подобного предложения Вера даже слегка растерялась, затем сказала:

– Это нечестно и не по правилам. Не мне тебе говорить о профессиональной этике, Лена!

– Ничего смертельного в этом не вижу. Сама же говоришь: необычный случай, похожий на игру. Вот и играй, вернее, подыгрывай ему. Надеюсь, у него хватит ума и юмора принять это. Как-никак, выпускник нашей родной Альма-матер.

Они распрощались и положили трубки. Писать письма Стержневу от лица несуществующей кандидатки, желающей познакомиться с ним, претило Вере Чернышевой и всем ее принципам:

– Во-первых, это нечестно, во-вторых непрофессионально, а в-третьих… – на третьем пункте Вера запнулась и все никак не могла подобрать подходящий аргумент. Она, уж было, совсем выбросила из головы, предложенную подругой сомнительную затею, как вдруг неожиданно получила от клиента Стержнева письмо на свой электронный адрес:

– Добрый день! Интересуюсь: есть ли запросы на мою анкету?

Вера сходу чуть не ответила, что непросто найти подходящую кандидатуру в соответствии с его требованиями. Однако, профессионализм взял верх над природными прямодушием и честностью девушки и она набрала на клавиатуре:

– Добрый! Запросы были и есть, однако ни один из них не соответствует вашим пожеланиям. Поэтому я и не отсылала вам копии. Это в установленных агентством правилах.

Через короткую паузу последовал ответ:

– Отчего же… Я бы с удовольствием почитал.

Вера прекрасно уже догадалась, что парня данная ситуация забавляет и ему интересно, что за аудитория «клюнула» на него. Это внесло столь необходимый ей азарт и авантюрность:

– Ах, так! Тогда и я вступаю в игру. Нельзя забивать мячи только в одни ворота!

И она, как можно спокойнее, ответила:

– Хорошо, я учту вашу просьбу на будущее. Как только появится что-то, то обещаю сразу переслать вам.

В тот же день Вера принялась писать письмо от имени вымышленной ею кандидатки на знакомство с Яриком Стержневым. Но прежде чем вступить в переписку с клиентом их агентства, стажерке и выпускнице психфака МГУ нужно было определиться с фундаментом их отношений. Ясно, что от фотографии и анкеты парня вряд ли можно воспылать хоть какой-то к нему симпатией. И Вера вспомнила об увлечении Ярослава марками. Сама она в них не разбирается совсем, но ее папа Василий Павлович – заядлый любитель-коллекционер, он даже состоит в клубе филателистов Москвы. И Веру осенило:

– Вот, основываясь на этом, мы и законтактируем! Надо будет почитать специализированную литературу, а за консультациями обращаться к папе.

Глава 9 Если себя не любишь, никто тебя не полюбит!

А хозяйка агентства «Ваш редкий шанс» Надежда Тягачева усердно готовилась ко встрече с иностранными женихами во главе с мэром их маленького городка синьором Алесандро Моретти. По счастью, он хорошо владел русским языком, серьезно увлекался Достоевским, в былые годы даже преподавал русскую литературу в одном из университетов Италии, но получив в наследство виноградники вместе с заводом по производству вин, переехал с севера Италии на юг страны, чтобы продолжить дело своих предков. Вино Моретти всегда прекрасного качества и с его реализацией в страны Европы и Америки проблем не возникало. В городке с небольшим населением, занятым в основном сельско-хозяйственным производством, Синьор Алесандро Моретти был избран мэром и с тех пор неоднократно успешно переизбирался на этот пост. Жители уважают и любят своего мэра, заботящегося о них. Поэтому никого не удивило, когда озадаченный значительным преобладанием в городе холостых мужчин молодого возраста, синьор Моретти задумал лично заняться этой демографической проблемой. Крепкие семьи с детьми – основа здорового общества, в чем мэр был уверен и как должностное лицо, и как мужчина с твердыми убеждениями.

Надо сказать, что решение личной жизни через посредников не считается в Европе, преимущественно в ее южной части, чем-то предосудительным. Помимо колонок брачных объявлений в газетах, были когда-то и «пароходы невест», особенно после тяжелых войн с многочисленными потерями мужского населения. Но и в мирное время бедняки-родители не чурались за выкуп, а то и бесплатно отправлять дочерей-бесприданниц в далекие страны: Австралию, Новую Зеландию, Америку. Для несогласных уезжать часто был только один выход – монастырь и постриг в монахини. Так и решалась проблема народонаселения Нового Света, отдаленных от Европы территорий с преобладанием мужчин, в основном, сосланных туда нарушителей закона. Труд и открывающиеся возможности на новых, еще неосвоенных землях делали из них вполне исправившихся и жизнеспособных граждан, но отсутствие женщин стояло остро: мужики начинали беситься, драться и немеряно употреблять алкоголь. Вот тогда и стали прибывать из Европы «корабли невест», коих сразу по прибытию в гавань тут же и разбирали, едва им стоило сойти на берег. Разбирали всех: даже с небольшими физическими недостатками, немолодых и вдов с детьми. И берег вновь пустел. Священники, во избежание греха, старались тут же и обвенчать с прибывшими. Кому не хватило невест, оставалось дожидаться следующей партии. Таким образом решался вопрос создания наций Нового Света. На эту тему есть масса фильмов, например, «Джеймстаун» 2017года, а также «Пианино», собравший кучу призов и премий.

Но, как показывает жизнь, это актуально и до сих пор, а с развитием всемирной паутины, проблема легко решаема в мировом масштабе. Во многих странах можно встретить семьи, где жена имеет русские корни. Таким образом, учитывая новые возможности, предоставляемые интернетом, международные браки стали явлением нередким.

Воспользовался IT технологиями и синьор Моретти, именно он вышел на брачное агентство Кати Стрелкиной, а та, в свою очередь, порекомендовала ему «Ваш редкий шанс» Надежды Тягачевой. Возникла переписка. Наведя необходимые справки и убедившись в серьезности партнера, Надежда дала добро на сделку. Трудностей в нехватке невест агентство не испытывало, среди них были очень привлекательные леди с высшим, а то и с двумя высшими образованиями, но почти все они были горожанками. А, главное, вовсе не горели желанием уехать в деревню, пусть и итальянскую, пусть и на берегу моря. Напротив, клиентки агентства, особенно из российской глубинки, мечтали поселиться в столице и навсегда порвать с сельским прошлым.

Надежда Тягачева прекрасно понимала этих девушек и женщин. Она сама родилась и выросла в деревне и на себе испытала раннюю трудовую жизнь:

работу на колхозных полях, в основном по прополке. Сорняки были колючие и больно ранили руки, а перчаток им не выдавали. Осенью: сбор картошки, моркови, свеклы. А еще и свой огород имелся, где тоже надо работать. Едва окончив 9-й класс, по совету подруги уехала в город, поступила в сельско-хозяйственный техникум, и там проходила трудовую практику на полях и фермах. А тут и новые времена с приходом Горбачева наступили. После окончания техникума Надя в родной колхоз уже не вернулась и уехала в Москву. Вскоре отменили прописку и в столицу стали съезжаться все, у кого были деньги и те, у кого их не было, но очень хотелось заработать.

Надя относилась к последним. Просидев год продавцом в палатке одного мелкого предпринимателя, торгующего, в основном, продуктами питания: консервами, хлебобулочными изделиями и кондитеркой, Надежда с подружкой на двоих решили открыть подобную торговую точку. О создании первоначального капитала ей вспоминать до сих пор тяжело; где они только не работали в поисках денег. Хватались за все. Исключением было только оказание интимных услуг. На это бывшие пионерки-комсомолки решиться не могли, сказалось советское воспитание и деревенское прошлое.

Разочарование, постигшее их в неудавшемся бизнесе, разрушило все надежды на быстрый финансовый успех и устойчивое материальное благополучие. Палатки с аналогичным ассортиментом росли повсюду, как опята после дождя, а всяческие поборы с мелких предпринимателей окончательно подорвали бизнес подруг. Один из знакомых торговцев так и сказал:

– Это рынок. Надо было посоветоваться с опытными людьми. Одна палатка на двоих, – это ничто, только затраты покрыть. Конечно, многое зависит от места, но там все схвачено. Надо, как минимум, две-три торговые точки.

– Так, что же нам делать?! – в расстроенных чувствах спросили девушки.

Мужик пожал плечами и произнес:

– Домой возвращаться к своим огородам или, – он присмотрелся к Надиной подружке Тане, – или замуж выйти.

– За кого? – простодушно спросила Таня.

– Да, хоть за меня. – ответил ей хозяин торговых палаток.

Так, как Таня приехала из далекого сибирского городка, возвращаться назад ей не хотелось, да и на билет денег не было. Через месяц она вышла замуж за хозяина пяти торговых палаток. Но жизнь ее мало изменилась, – как работала продавцом в палатке, так и после свадьбы продолжила там же работать.

Через несколько лет они случайно встретились. Таня в роскошной шубе, красивая и ухоженная, выходя из новой иномарки, буквально в лоб столкнулась с Надей. Она куда-то опаздывала и второпях перекинулась с бывшей компаньонкой несколькими фразами:

– Как дела? Как поживаешь?

От себя ответила:

– Дурочки мы были. Надо знать себе цену. Если себя не любишь, – никто тебя не полюбит. Запомни это, Надюша!

Глава 10 Поворотный момент

Надя, хорошенько впитав слова бывшей напарницы-компаньонки Тани, послушно поверила ей и начала «любить себя». Она порвала все связи с деревенской родней и все, что зарабатывала стала тратить на себя любимую: сладко ела, вкусно пила, много спала, по возможности. Она искренне тогда считала, что это и есть то самое, что имела ввиду успешная, холеная, так неузнаваемо преобразившаяся, роскошная Таня. Однако, кроме прибавки веса ей это счастья не принесло. Наде уже перевалило за двадцать, а она была по-прежнему одинока. Летом по воскресеньям начала ходить в парк на танцы, но часто там одиноко стояла в сторонке. Приглашали редко, а провожать вечером с танцплощадки желающих не находилось. Поэтому она перестала туда ходить, чтобы окончательно не портить себе настроение.

И только, повстречавшаяся ей на жизненном пути Катя Стрелкина, быстро разобралась в чем проблема:

– Ты, Надюша девушка красивая, но уж очень гордая и неприступная с виду. Парни таких побаиваются. У тебя всегда грустное выражение лица. Если хочешь кому-то понравиться, улыбайся почаще, а еще лучше смейся, как я!

Надя тогда ухмыльнулась, вспомнив известное:

«Смех без причины – признак дурачины!»

Однако, по примеру Кати, поступила вместе с ней на заочное отделение торгового института, учиться на товароведа. Она многое почерпнула от нее. Катя – человек действий, старше Нади всего на неполных два года, но успела побывать замужем за москвичом, родить дочь и развестись перед расселением дома под снос. Таким образом она получила свое первое жилье в Москве. Пусть это и была комната в двухкомнатной коммуналке. Бывший муж предлагал вновь сойтись и съехаться в отдельную квартиру, но Катя отказалась. Он, недолго думая, завербовался куда-то на Север заработать денег. А Катя дочку Наташу отдала на пятидневку в ясли, потом в детский сад, так незаметно ребенок и подрос до полной самостоятельности. Впрочем, надо отдать должное, бывший муж от алиментов не бегал и деньги на дочь высылал приличные. Катя на них наряжалась и жила припеваючи, ни в чем себе не отказывая. Работала она в торговле и имела доступ к дефициту. Поклонники у нее были всегда, но вновь выйти замуж Катерина не торопилась:

– Теперь только за стоящего. Пока не подыщется подходящая кандидатура для брака, я больше ни ногой! А для здоровья всегда найдется!

Надежду этот ее оптимизм и высокая самооценка удивляли:

– Такая же, как и я из глубинки, да и с характерным говорком… Да, еще с ребенком, а как уверенно шагает по жизни! Никаких комплексов не испытывает.

В то время Надя снимала угол за занавеской в ближайшем Подмосковье, ездила на работу в переполненной электричке, приходилось вставать рано. Но и здесь Катя проявила свою предприимчивость. Она уговорила соседку по коммуналке сдать свою комнату Наде, обосновывая свое предложение:

– Марь Петровна, вы все равно почти все время в деревне живете, так зачем вам еще и за коммуналку платить?! Надя – девушка порядочная, ответственная, я за нее ручаюсь. Сдайте ей комнату, она и будет оплачивать квартплату. И вам хорошо, и ей хорошо.

Марь Петровна подумала-подумала, да и согласилась сдать Надежде свою комнату, предварительно предупредив:

– Если придет участковый, скажи, что ты моя родственница. Плати за комнату вовремя. Ничего не трогай, телевизор не включай, посудой из серванта не пользуйся. А так, живи пока.

И соседка уехала в свою подмосковную деревню, где на пару с приятельницей, как и она пенсионеркой, занялись пчеловодством и продажей меда.

Так, постепенно, налаживался совместный быт молодых женщин. Надя помогала первокласснице Наташе делать домашние задания, выполняла она и другие поручения подруги. Питаться решили вскладчину. Готовили по очереди, убирались тоже. А, когда к Кате наведывался кто-то из любовников, она отсылала дочь ночевать к подруге. Так, что и самой Катюше Стрелкиной от их союза с Надей Тягачевой была кругом одна выгода. Однако, Катя не была бы Катей, если бы так и довольствовалась тем, что есть.

Как-то пришла она домой в особо приподнятом настроении и загадочно взглянув на Надю, произнесла:

– Пора нам, подруга менять свои жизни. Тебе двадцать четыре, да и мне скоро двадцать шесть. «Нечего ждать милости от природы», – как говорил, кажется, ботаник Тимирязев.

На самом деле эти слова принадлежат Мичурину, известному ученому-селекционеру, однако, этот факт мало чего значил в задуманном Катей деле.

Отправив Наташу спать, Катя достала бутылку шампанского и торжественно поставив ее на стол, скомандовала:

– Тащи, Надюха бокалы! Есть идея открыть нам с тобой по брачному агентству! Будем вершить судьбы не только чужие, но, главное, – свои, на научной основе, используя современные методы работы. Я тут кое-что на стороне накопала, потихоньку базу создала. Будет от чего оттолкнуться. Начнем вместе, а потом разъединимся. Дело тебе говорю. Совместим приятное с полезным. Сливки – себе и привилегированным клиентам, остальное кому, что останется. Денег заработаем нормально. Люди на этом бизнесе квартирами в Москве обзавелись.

Надежда криво улыбнулась:

– Не верю я в это. Да где мы столько женихов наберем, да и еще чтобы за это деньги платили?! Если с невестами полегче, то с мужчинами туго.

– Ошибаешься, Надя. Не забывай где мы живем. В столице нашей Родины Москве! Сюда всю жизнь народ мечтал приехать жить. Вон, стройка какая повсюду! Спрос на недвижимость огромный! Кто сюда едет из регионов? Люди с деньгами, бизнесмены всякие.

– Так у них свои девушки есть. Семейные тоже есть люди. В конце концов, можно самому себе пару легко найти. При деньгах-то…

– Где? В метро они не ездят, по улицам не ходят. Богатые в иномарках разъезжают.

– Ну, не знаю. В рестораны они ходят, в разные клубы…

– Там другой ассортимент. У нас будет брачное агентство. Для серьезных намерений. Богатым и состоятельным тоже надо жениться и детьми обзаводиться.

Надежда покачала головой:

– Я бы сама побоялась с неизвестно с кем на свидание пойти.

– Вот, маньяки точно не наши клиенты: фотографии, проверка по базе. Ну, а что до возникновения близких добрачных отношений… Это уж по взаимной договоренности, мы принимаем клиентов совершеннолетних. Свечу держать не будем. Впрочем, риски всегда есть в таком деле. Однако, прежде чем клиентов познакомить лично, будет проведена очная встреча в агентстве с участием менеджера или проще, свахи. Все законно и прозрачно. Я у конкурентов и анкету скопировала, где все расписано по пунктам. Осталось только зарегистрироваться и название придумать. Сейчас основная задача – подходящее помещение подыскать: за недорого и желательно в центре. Это я беру на себя. Уже почти договорилась на субаренду на пару часов в неделю. Нужно-то всего небольшой кабинет с офисной мебелью, компьютер купить и можно работать. Вся необходимая база у меня на диске.

– И, как тебе все это удалось? – спросила, потрясенная деловой хваткой подруги, Надежда.

– Обаяла начальника охраны, Николая Петровича. Хороший дяденька. Скоро я тебя с ним познакомлю. Он к нам в гости придет. Свой тайный агент будет. Без этого нельзя. Так все друг у друга клиентуру тырят…

– А, какое название для агентства придумала? – поинтересовалась Надежда.

– «Новый свет». Думаю, подойдет. – отозвалась подруга, – давай, шампанское открывай. За удачу! – предложила тост Катя Стрелкина.

Глава 11 У родного порога

С тех пор много воды утекло. Катерина побывала замужем за богатым сибиряком, неожиданно оставившем ей немалое наследство. Подросла и быстро выскочила замуж дочка Кати Наташа. С женихом познакомились самостоятельно, не прибегая к помощи агентств. Просто, однажды зацепились взглядами в толпе, так и познакомились. Любовь с первого взгляда существует, особенно, когда тебе восемнадцать, а ему двадцать четыре. Катерина жениха дочери одобрила и благословила на свадьбу. Рано еще говорить, так, как прожили они пока немного, но дай им Бог счастья!

А, вот, Наде, к ее тридцати шести годам, так и не удалось ни разу вступить в официальный брак. Романы с отношениями у нее были, но до ЗАГСа дело так и не дошло. В юности, когда была бедная, приезжая из деревни, комплексовала, что такая никому не нужна. А, когда в Москве деньжат подзаработала: купила отдельную квартиру, машину, сама оделась-обулась, с фитнес-тренером согнала 15 кг лишнего веса, то появилось опасение, что мужчин только ее материальное благополучие и привлекает. Тем более, что молодость уже на закате. Впрочем, не беспочвенно: сама натыкалась на альфонсов, да и на чужих примерах убеждалась не раз. Была и есть у нее постоянная клиентка, дама богатая, ухоженная, но в возрасте. Так ее, именно такие типы не только не отталкивают, напротив, привлекают.

– А, что ты хочешь, дорогая? Они мне молодость, красоту и энергию, а я им подарки, путешествия и деньги! Все свои лучшие годы я потратила на обретение материальных благ исключительно собственными усилиями и вот этой головой, – как бы в доказательство своих слов, дама постучала пальцем с большим бриллиантовым кольцом себе по лбу.

Вспомнив пожилую клиентку, ищущую молодых альфонсов и успешно их находившую, при помощи агентства, Надежда грустила:

– Мне тридцать шесть, я гораздо моложе той дамы, но неужели и меня ожидает подобная участь? И это при том, что по сравнению с ней, я вовсе не богата. Катя как-то сказала, что я «сапожник без сапог» и мне не хватает здорового авантюризма, присущего ей. В чем-то она и права… Заковырялась я в клиентской базе: тот – не тот и этот – не такой! Видно, судьба мне такая уготована. Тетку двоюродную, уже за пятьдесят, почти перед пенсией замуж выдала! И она, по-моему, довольна. А, ведь, жених ее, – Сперанский и ко мне подкатывал, но… ему 60! А квартира у меня и своя есть! Самый неудачный возраст от 30 до 40! Тут или много моложе встречаются, или, наоборот, старики, овдовевшие.

Надежда, тяжело вздохнув, поднялась из-за своего директорского стола, подошла к зеркалу и хорошенько осмотрев себя в нем, слегка успокоилась:

– Нет, жизнь еще не закончилась в тридцать шесть лет! Отражение убеждает меня, что выгляжу я вполне достойно и моложе лет на… пять, – приободрила себя Тягачева. – А мне надо подумать где отыскать деревенских невест, для итальянских женихов. Чтобы из одной местности и всех вместе отправить в городок под управлением мэра синьора Моретти. Им так легче будет адаптироваться в чужой среде, да и мне как-то спокойнее будет. Ведь, что ни говори, а я несу какую-то долю ответственности за их судьбы.

Она открыла компьютер и увидела, что на ее электронную почту поступило письмо от Моретти.

– Легок на помине, – улыбнулась Надежда.

Из письма мэра она узнала, что набралась группа человек под двадцать и всем им не терпится приехать за русскими невестами. Там же, в письме были приложены фотографии итальянских женихов с указанием имен, фамилий, возраста и профессий.

– Молодец, все четко и конкретно. Вот, что значит образованный человек и грамотный руководитель! – одобрительно отметила про себя хозяйка агентства.

Там же, в конце списка с фотографиями потенциальных женихов, Надежда увидела фотографии и самого Алесандро Моретти. Приятный мужчина: на вид от сорока с небольшим до пятидесяти. Одно фото в полный рост на фоне мэрии, второе, лицо крупным планом.

– Надо сегодня же решить вопрос с невестами. Позвоню на свою малую родину, в свой бывший колхоз, где из родственников остались только овдовевшая мачеха и сводная сестра Маша. Мать Нади рано умерла от болезни. Отец после отъезда дочери на учебу в городской техникум, повторно женился на разведенной женщине с ребенком, а несколько лет назад и сам отошел в мир иной. Так, что из кровных родственников по прямой, у Надежды никого не осталось. Только тетка, – двоюродная сестра матери, с которой она при жизни не поддерживала отношения. Почти случайно Надя нашла ее, прожив в Москве, к тому времени, уже больше десяти лет.

С трудом и не без помощи все того же интернета, Тягачевой удалось разыскать контактный телефон конторы ликвидированного колхоза «Светлый путь», в котором родилась и выросла, жили, работали и умерли ее родители. Через подошедшую к телефону женщину, она попросила записать и передать свой номер сестре или бывшей мачехе.

В тот же день ей перезвонила, сводная сестра Маша, с которой они не виделись после похорон отца. Да и до этого встречались нечасто. По мнению Нади, Маше уже исполнилось слегка за двадцать, о старшей сводной сестре та знала, в основном, со слов отчима и матери, ненадолго пережившей его. Поговорив немного о том и сем, Надя выразила желание приехать на несколько дней, чтобы посетить могилы родителей. Договорились, что она будет в ближайшие выходные.

Ехать от Москвы по прямой километров пятисот. Надежда, сев за руль «Хонды», успешно добралась до родной деревни часов за шесть с половиной.

Дом Тягачевых, давно не крашенный, имел запущенный вид, словно бедный родственник, в потертой одежонке. Отец перед кончиной стал быстро сдавать, не хватало у него сил на ремонт. Хорошо, что ходил до последнего на своих ногах.

Калитка оказалась не заперта. Отвыкшая от деревенской жизни Надя, осторожно ступала по ведущей к дому тропинке, между разросшимися кустами с цеплявшими за одежду ветками, мокрыми от недавнего дождя.

Старый пес Пират, звякнув цепью, вышел из будки, хотел было залаять для порядка, но подслеповато посмотрев на Надежду, передумал. Признав в ней дочь своего покойного хозяина, виновато завилял хвостом.

– Пиратка, узнал меня! – Надежда ласково потрепала пса, – сейчас угощу тебя вкусненьким. Я и тебе гостинец привезла. Дождался меня, старичок ты мой!

Надежда поставила на траву сумку и достала из нее несъеденные в дороге бутерброды. Зная, что деревенские собаки ненабалованные, дала псу сначала куски хлеба, пропахшие колбасой, он тут же проглотил их, а только после угостила лакомством – розовыми кружками докторской.

– Совсем ослеп и нюх потерял, – раздался голос Маши из открытого окошка терраски. Привет, Надя! Заходи. Мокро нынче после дождей. Самовар я поставила, не остыл еще.

Надежда подняла с травы сумки и направилась к крыльцу.

Глава 12 В родных стенах

Внутренняя обстановка в родительском доме за почти двадцать лет после отъезда Нади Тягачевой в Москву мало чем изменилась: все та же мебель, все те же коврики… обычная деревенская рухлядь, которую и выбросить жалко, и смотреть на нее грустно. Впрочем, позади годы нелегкие, – тяжелое лихолетье 90-х. Не до интерьера тогда было. Выжить бы…

К вечеру быстро похолодало, август напоминал, что лето скоро попрощается и уйдет. Дожди, дожди и ранние сумерки.

В доме было тепло и сухо, от растопленной печи. Большой абажур с его желтым освещением создавал уютную атмосферу деревенского быта. Посреди комнаты на круглом столе, покрытом скатертью стоял самовар. Маша достала из буфета банку с вареньем и хлеб кирпичной формы, с детства любимый Надей: пышный, серовато-ноздреватый с корочкой, какой всегда пекли и привозили в их местный магазинчик сельпо.

Надежда поспешила достать из сумки, привезенные ею из Москвы продукты: часть выложила на стол, остальное убрала в старый холодильник, который помнила со своего раннего детства. Шумел он, как трактор, но все эти годы работал исправно. В СССР подобная бытовая техника служила десятилетиями. Впрочем, бережливые родители давали ему зимой отдохнуть и отключали до наступления тепла. У деревенских жителей свой безотказный холодильник – погреб или ледник.

Попили они чай с гостинцами из Москвы: маслом, сыром, ветчиной из консервной банки. Наевшись, Маша поднялась из-за стола и подойдя к окошку, глянула за занавеску.

– Похоже, завтра дождя не будет. Прямо с утра на кладбище и отправимся. Каша там, конечно, под ногами, та еще… Я тебе сапоги дам.

– Телевизор, «Поле чудес» смотреть будешь? – зевнув, спросила она Надю.

– Да, нет… я лучше почитаю.

– Пойдем, я тебе постелила. Да, не в гостях ты… Знаешь, где-что.

Надя кивнула ей в ответ, но в душе чувствовала себя гостьей в родном доме. Отвыкла она. В Москве, в своей квартире, с ванной, горячей водой, она больше дома, чем здесь.

Немного почитав, захваченную с собой в дорогу книгу, Надя погасила ночник и заснула на мягкой перине из куриных перьев. Куры в деревне первое дело: яйца, мясо, перо, удобрения на огородные грядки… Мать их держала, отец держал, а потом и новая его жена. Подушек-перин всегда в избытке было. Тепло от них знатное, как говаривал отец Константин Иванович Тягачев, бывший тракторист их колхоза «Светлый путь».

Утром и впрямь дожди прекратились и на небе появилось солнце. Заметно потеплело. Надя в спортивном костюме «Адидас» красного цвета, по совету сводной сестры не стала надевать белые кроссовки той же фирмы, а послушно сунула ноги в резиновые сапоги, доходящие ей до колен, еще отцовские. В таком виде и отправились они с Машей на местное кладбище, не забыв сорвать у забора две большие мальвы: алую – для матери, желтую – для отца.

Возвращаясь с кладбища, Надя увидела, что у некоторых домов высокая, давно некошеная трава, по ней нетрудно определить, что хозяева в отъезде и в домах давно никто не бывал.

Маша, кивнув в сторону одного из них, сказала:

– Уезжают кто куда… Кто в райцентр, кто, как ты в Москву. Молодежи мало, одни бабы с детьми или, как я перестарки одинокие.

– Ну, какая ты перестарка… – попыталась ей возразить Надя.

– Да, вот такая. Мне уж двадцать пятый год пошел. Для таких, шансов нет.

– А чего ты не уехала?

– А куда и к кому? В райцентре своих незамужних девок полно.

– А где ты работаешь? – поинтересовалась Надя.

– Почтальоном на почте. Больше работы нет. Умирает потихоньку деревня наша…

– Да. А, ведь двадцать лет назад, когда был колхоз, большая деревня была. – со вздохом согласилась Надежда.

Уже дома, после обеда, Маша спросила у Нади, глядя ей прямо в лицо:

– Скажи честно, зачем приехала?

– Отвыкшая от такого обращения Надежда, смутилась:

– Посетить могилки, вспомнить детство, юность…

– Только за этим? Вижу, что темнишь ты…

Отпираться было уже бесполезно, деревенские зрят в корень.

– Не только. Я в Москве свадебным агентством заведую. Вот и размышляю, как нам покончить с женским одиночеством, как выдать замуж наших женщин.

У Маши лицо вытянулось от неожиданности.

Опомнившись от сказанного Надеждой, она произнесла:

– Так у нас, считай, все незамужние, за исключением Люськи Бабарыкиной, она замужем за милиционером Василием Степановичем, трое детей у них. И учительницы Валентины Петровны с педагогом Афанасием Дмитриевичем, они уже в годах, а их дети в город уехали.

– Так, где же ваши мужики?

– Видела на кладбище сколько молодых мужиков похоронено… Почти все там. Кто от водки, кто от войны в Чечне погиб.

– Видела. Надо нам собраться и все обсудить. Тем более ты почтальон, по домам ходишь и все тебе известно из первых уст.

– Нет, уж уволь, сама звать, ходить по домам не стану. Ты уедешь, а все вопросы ко мне. Мне тут жить…

– Может лучше объявление повесить, что собираемся в клубе на лекцию «Как обрести женское счастье» или типа этого.

Маша одобрительно кивнула:

– Подойдет. Хорошее название. Вот на завтра в воскресенье и назначай, а я повешу у сельпо.

Глава 13 В сельском клубе

Надежда попросила у Маши лист бумаги, чтобы написать объявление. Сестра скрылась в соседней комнате и вскоре вернулась с альбомом для рисования и пачкой фломастеров.

– Подружка с дочкой приходила, оставили у меня. Она, когда в гости приходит, дочке рисовать дает, чтобы не скучала, пока мы болтаем.

– Прекрасно. То, что надо!

Надя аккуратно вырвала из альбома чистый лист и подумав, написала синим фломастером:

«Завтра, в воскресенье 10 августа в клубе состоится лекция на тему:

– Женское счастье и возможность самой его построить —

Вход свободный. Приглашаем женщин, желательно одиноких.

Начало в 16—00»

Надежда украсила объявление цветными фломастерами: нарисовала на нем цветочки, сердечки, старательно обвела буквы, пожирнее выделив текст, чтобы он стал ярче, заметнее.

– Готово. Как тебе?

Она протянула объявление Маше, но вдруг отдернула руку с альбомным листом назад.

– Что такое? – спросила ее Мария.

– Самое главное забыла. Ведь надо ключи от клуба попросить. Договориться…

Маша махнула рукой:

– С этим проблем не будет. Завклубом моя подруга. Тоже одинокая, тридцатилетняя мать-одиночка. Это их альбом с фломастерами.

Надежда выдохнула, протянув сестре объявление:

– Тогда иди, вешай! Скотч есть?

– Найдется.

– Подожди, вместе пойдем. Вдруг встречу кого-то из знакомых. Может вопросы возникнут.

Маша, отыскав на полке скотч, усмехнулась:

– Вопросов будет полно, только отвечай!

В каждой деревне, где еще остались проживать жители, есть особые места притяжения, куда стекаются местные обменяться новостями. Одним из них и, пожалуй, самым главным является деревенский магазин. Там, не отходя от прилавка, вместе с покупками еще и мешком со слухами разживешься по полной. Никакого радио не надо, а про интернет здесь разве, что школьная молодежь слышала, но не видела пока. Нет его в деревне, а город далеко. В самой Москве только недавно проклюнулся, но следует признать, что довольно быстро начал осваиваться среди москвичей: курсы пооткрывались, сетевые магазины компьютеры в кредит дают. А в Надиной родной Ильичевке все по-старому: радио с телевизором в «красном углу» под иконами, доставшимися от предков, да газеты с журналами не первой свежести в клубной библиотеке.

Маша объявление приладила скотчем у самого входа в магазинчик, торгующим всем подряд: от продуктов, до канцтоваров с игрушками, а также бытовой химией. Надежда стояла чуть поодаль и наблюдала, как к объявлению стали подходить люди. Вдруг в голову бывшей односельчанки Наде Тягачевой пришла правильная мысль:

– Надо обязательно после лекции устроить чаепитие. Возможно, придет кто-то из ее знакомых, да и, вообще, так гораздо приятнее общаться.

Отстояв небольшую очередь из неторопливых покупателей, для большинства которых, поход в местный магазинчик, что-то вроде выхода в свет, Надя купила килограмм шоколадных конфет, кило карамели и большой пакет печенья, а также пачку чая и растворимый кофе «Нескафе». Поблагодарив продавщицу, симпатичную молоденькую девушку, лет восемнадцати, направилась к выходу.

Едва она переступила порог сельпо, как оказалась в самом эпицентре обсуждения по поводу вывешенного объявления. Несколько женщин окружили Машу и пытались добиться от нее: что за лекция, кто лектор; мужчина или женщина и будет ли после кино?

Передав в руки сводной сестры пакеты с угощениями, Надежда перевела стрелки на себя:

– Лектор – это я, о чем лекция узнаете если придете в клуб в указанное время. Кино после не будет, а будет чаепитие. На всякий случай захватите из дома чашки.

Одна из женщин спросила, можно ли прийти с детьми. Надежда немного замялась, потом сказала:

– Если есть с кем, то лучше оставить дома. Особенно малышей.

На следующий день к назначенному времени в клуб дружно потянулся деревенский люд. Зал, где всегда проводят собрания и крутят кино, быстро заполнялся пришедшими на лекцию. Среди них обозначился милицейской формой участковый Бабарыкин с женой и школьный учитель Афанасий Дмитриевич с супругой, тоже учительницей Валентиной Петровной. Пришла пара-тройка совсем древних дедов во главе со сторожем Игнатьичем, местным старожилом. Такого Надежда не ожидала; в объявлении четко было написано, что лекция для женщин и желательно незамужних, а пришли все: от мала до велика.

– Колхоз, хоть и ликвидирован, он и есть – колхоз. Вывески везде поснимали, печать с документами сдали, правление закрыли, а люди-то остались все те же.

Надежда старалась выглядеть как можно увереннее и спокойнее, хотя знала; будет нелегко одной выдержать на себе весь зал.

На сцене стояла трибуна с еще советских времен, стол, покрытый все так же, как и раньше красным кумачом. Только бюст Ленина, окрашенный белой краской, убрали с глаз подальше; задвинули в угол за занавес «лицом» к стене. Видимо, тяжелый и некому было перенести его куда-то в другое укромное место. А, может, и специально оставили недалеко от трибуны… Как знать, компартию никто не отменял. Может, еще и вернется бюст Ильича на свое место, не зря деревня их Ильичевкой зовется.

Когда все окончательно расселись по местам, Надежда, сделала знак заведующей клубом Тамаре Ивановне, молодой женщине лет тридцати, которая, как и обещала Маша, любезно предоставила помещение для культурно-просветительской работы, т.е. для прочтения лекции на тему семьи и брака.

Тамара Ивановна подошла к краю сцены, чтобы сидящие в зале могли ее получше видеть и слышать. Она представила лектора из Москвы Надежду Константиновну Тягачеву. В зале наступила тишина. Вдруг раздался голос Игнатьича:

– Уж, не покойного ли Тягачева дочка?

Завклубом ответила:

– Да, Надежда Константиновна родом из нашего села, а родители ее работали в колхозе «Светлый путь».

Надежда поднялась со своего места и направилась к трибуне, на которой, как и положено, стоял графин с водой и пустой стакан.

Мобилизовав все свои внутренние силы, Надежда приготовилась к лекции экспромтом, собрав в памяти все прочитанное когда-то на тему семьи и брака. Умом она прекрасно понимала, что при таком стечении народа агитировать незамужних селянок на брак с иностранцами, да и, вообще, поднимать эту тему, – верх глупости. Ее тут же, в лучшем случае, осмеют. Провал будет неизбежен.

Каким-то образом ей удалось удержать внимание зала минут на пятнадцать-двадцать, она говорила о кризисе семьи, о большом проценте разводов в стране, о современных методах изучения психологической совместимости партнеров и использовании компьютеров для подбора наиболее подходящих пар. Не углубляясь и не вдаваясь в подробности, она косвенно коснулась и деятельности брачных агентств. Короче, «толкла воду в ступе», с единственной мыслью, побыстрее закруглиться с лекцией и распустить зал, оставив только незамужних женщин, заинтересованных в устройстве личной жизни.

Когда Надежда закончила говорить, в зале вновь раздался голос Игнатьича. Дед, кашлянув в кулак, спросил:

– А сама-то, ты замужняя?!

Вопрос сразил Надежду Тягачеву наповал. Она даже слегка растерялась. Завклубом Тамара Ивановна со своего места из-за стола, покрытого кумачом, приструнила гиперактивного деда:

– Василий Игнатьевич, задавать лектору подобные вопросы личного характера некорректно.

В зале зашикали на Игнатьича, но дед был не лыком шит и не пальцем делан, поэтому продолжил интересоваться:

– А, вот, скажи мне, – обратился он к Надежде, – может твой компьютер и мне невесту подобрать?

В зале грохнул раскат смеха.

Надежда вовремя догадалась повернуть разговор в сторону легкого юмора:

– Почему бы нет… Было бы желание и возможности.

Дед подхватил:

– Желание, оно-то есть, а, вот, возможности…

Кто-то неробкого десятка, вспомнив известную цитату из «Кавказской пленницы», выкрикнул:

– Пусть желания совпадают с возможностями, дед! А мы тебя в деревне и без компьютера женим!

В зале все буквально повалились от смеха и Надежда поняла: самое время заканчивать. Худо-бедно, но мероприятие не провалилось с треском и этот смех не в ее адрес, чего она больше всего боялась. Она посмотрела на завклубом и та обратилась к залу:

– Давайте поблагодарим Надежду Константиновну за нужную и полезную лекцию. Просьба женщин, кому интересно продолжение разговора на эту тему остаться, а мужчин покинуть зал. В ответ на ее слова раздались аплодисменты и народ потянулся к выходу. В зале осталось около тридцати женщин самого разного возраста.

Глава 14 Чаепитие невест

После ухода малочисленной мужской части, в основном состоящей из стариков деревни Ильичевка, Надежда попросила всех оставшихся женщин сесть поближе к сцене для более доверительного разговора. Таким образом она приступила к главному: рассказать о цели своего визита на малую родину, – помимо посещения могил предков на деревенском погосте.

Решила больше «воды» не лить, а говорить с женщинами открыто, как есть:

– Я директор свадебного агентства в Москве, работаю достаточно давно на этом поприще. Не буду повторять, о чем говорила на лекции, скажу, что в наше время есть все возможности женщинам самим вершить свои судьбы, а не пассивно сидеть в ожидании принца, жениха, мужа и так далее.

– Это каким образом? – послышался голос из зала, – у нас в глуши компьютеров нет… Может ты свой привезла?!

Надежда, отвыкшая с годами от деревенского «тыкания», ответила:

Я бы не стала смеяться над научно-техническим прогрессом. Он в самом деле помогает во многом. На электронный адрес моего агентства пришла коллективная заявка на русских невест от итальянских женихов.