Георгий Лопатин
Дальше действовать будем мы[1]

© Георгий Лопатин, 2024

Пролог

– Горько! – встав из-за стола, воскликнул на весь ресторанный зал Николай Городин.

– Горько! Горько! – с готовностью поддержали остальные гости и многочисленные родственники жениха и невесты.

Жениху и невесте, а именно Анатолию и Вере не осталось ничего другого как в очередной раз встать и поцеловаться.

– Да-а-а!!! – с восторгом завопили сидящие за столами и захлопали.

А количество приглашенных было велико – больше сотни человек. Понятно, что большая часть гостей состояла из бывших сослуживцев Анатолия Киборгина с их вторыми половинками – у кого имелись. В основном те, кто стал его соратником, кто поверил сделанным им прогнозам относительно судьбы СССР и не пожелавших остаться в столь сложные времена у разбитого корыта, а подготовиться к ним подстелив не просто соломки, а навалить хороший стог сена…

Примером такого подхода служил Сергей Спицын, жителя Свердловска и пошедшего работать в милицию. Сейчас он заочно учился в школе милиции, чтобы стать офицером и получить соответствующую должность, через что обрести расширенные возможности.

Его примеру последовали многие прочие жившие в других городах.

Фактически это было внедрение в систему МВД со всеми вытекающими. То есть через таких людей можно понять кто есть кто в милиции, а так же уже через них узнать обо всей подноготной ситуации в криминальном мире, чтобы как только появится возможность и необходимость, нанести точечные и при этом смертельные удары.

Кто-то пошел учиться на специалистов необходимые в народном хозяйстве, от агрономов до инженеров, другие – работать, но неизменно организовывали вокруг себя молодежные движения, сиречь группировки, чтобы когда они подрастут, появилась сила для действия.

Свою свадьбу Киборгин использовал еще и для того, чтобы собрать всех своих сторонников и узнав о последних успехах, дать актуальные распоряжения и при необходимости помочь финасово…

Шел март 1984-го года.

Вот уже как два месяца Анатолий Киборгин уволен в запас в звании подполковника.

Андропов не простил ему самоуправства в освобождении пленных (хотя всех участников операции щедро наградили и повысили в званиях, была шумиха в прессе в том числе иностранной), а главное то, что потом пришлось плясать под его дудку дабы не потерять последний авторитет на международной арене. А «сплясали» знатно, что называется от души да с огоньком, так что весь мир вздрогнул и с опаской смотрел в сторону Москвы, дескать допрыгались – разбудили спящего медведя.

Спустя неделю после нашумевшего рейда «гиен» в Пакистан, в Афганистан влетела настоящая авиационная армада из десятков бомбардировщиков различного класса и самолетов прикрытия. «Стратеги» провели массированную бомбардировку всех выявленных баз на территории ДРА в том числе строящихся вроде все той же Кокари-Шаршари, кидая сверхмощные бомбы весом в три и пять тонн в фугасном и термобарическом исполнении от взрыва которых в небо стали подниматься грибовидные столбы дыма и пыли. В первый момент чудом выжившие душманы подумали, что шурави использовали тактические ядерные заряды…

Одновременно с этим фронтовые бомбардировщики под прикрытием истребителей, что так же несли под крыльями бомбы помимо ракет класса «воздух-воздух», провели бомбардировку своих целей, отработав по приграничным лагерям подготовки боевиков на территории Пакистана и Ирана.

Потери противника исчислялись десятками тысяч, чуть ли не под ноль были выбиты все подготовленные отряды моджахедов, ибо по лагерям использовали в основном кассетные боеприпасы, а капитальных строений там почти не имелось, все «курсанты» обитали в палатках.

Но и это еще не все – вдруг взорвалось несколько нефтяных вышек в Саудовской Аравии и еще нескольких странах Персидского залива, кои активно помогали афганским мятежникам. Видимо были нанесены ракетные удары с подводных лодок или ракетами среднего радиуса действия.

И вот тут мир реально струхнул. Даже по американцам ударило из-за случившегося на этом фоне резкого скачка цен на нефть – на мировых биржах царила настоящая паника, дескать вывели из спячки русского медведя и теперь полетят клочки по закоулочкам…

Европейские и американские СМИ конечно вопили о беспрецедентной коммунистической агрессии, уничтоженных лагерях беженцев с многочисленными жертвами среди мирных людей, печатались огромные фотографии жертв, выли о том, что нужно немедленно покарать русских за свершенное варварское преступление и так далее и тому подобное. Но эта демонстрация силы, а также высказанные в кулуарах угрозы начать поставку оружия «борцам за свободу», сделали свое дело – противники СССР пошли на реальные мирные переговоры.

В начале октября 1983-го года в Женеве состоялась итоговая конференция, на которой все заинтересованные стороны подписали мирный договор. А в конце декабря начался поэтапный вывод войск из Афганистана.

Понятно, что останутся инструктора и даже части спецназа, а так же авиация для противодействия непримиримым бандам вроде того же Хекматияра, но основная нагрузка по проведению боевых действий против противников «народно-демократической власти» теперь лежала на подразделениях «царандоя» и армии ДРА, точнее ее спецподразделениях вроде 666-го полка «командос» прозванных еще смертниками.

Чуть ли не первым подразделением выведенным из ДРА почему-то оказался 263-й дисциплинарный батальон. Хотя Киборгин был готов к тому, что их выведут в числе последних, как раз процесс должен был завершиться к смерти Черненко, а там Горбачев со своей Перестройкой, что было бы даже и неплохо, хотя и рисков хватало, причем даже не пулю или осколок выхватить во время очередной боевой операции, а банально заболеть тифом или гепатитом.

Дисбат разместили в прежнем месте дислокации, а именно под Красноводском. Анатолий даже подумал, что его хотят унизить, сделав обычным командиром дисбата, это его, боевого офицера, Героя СССР и кавалера высших орденов.

Пожалуй, это было бы еще хуже, чем увольнение, кое ему обещали сразу после «выполнения секретного задания командования, партии и правительства по вызволению советских военнослужащих из пакистанского плена». Дескать посидишь в должности еще полгода и как все успокоится будешь уволен на гражданку по состоянию здоровья. В случае несогласия на такой исход, угрожали засунуть в заполярье белых медведей пасти.

Те, кто ему это обещал-угрожал, думали, что для него увольнение окажется сильным психологическим и жизненным ударом, поломает все планы. Со стороны именно так все и выглядело, да и сам Анатолий сделал все, чтобы все так и думали. Ведь карьера прет словно на сверхзвуке, подполковник в двадцать девять лет (!), куча наград в том числе высшая, это же такие перспективы в плане должностей и следующих званий! Маршалом в пятьдесят лет можно стать и занять кресло министра обороны! И тут такой облом.

Киборгин же лишь посмеивался про себя, вспоминая мультик по братца-кролика, что просил поймавшего его Лиса: «Только не бросай меня в терновый куст!», а тот его как раз туда кинул, что стало для кролика спасением. Вот и для Анатолия увольнение из армии являлось желанным, потому как уволиться из армии по собственному хотению было ну очень сложным делом. На какие только ухищрения ни шли не желающие больше служить офицеры, чтобы их уволили! Особенно сложно было молодым офицерам попавших в военные части и резко осознавших, что совершили ошибку пойдя по армейской стезе…

Но нет, запущенная однажды махина военной бюрократии, неторопливо, но неуклонно отработав распоряжение вышестоящего начальства в конце января 1984-го года выдала ему приказ об увольнении в запас. Бойцов «дизеля» так же спровадили на гражданку.

Итог собственных действий очень радовал Киборгина. Он ведь затевая все мероприятия не ожидал такого изменения истории. Шутка ли, сократить более чем вдвое время боевых действий в ДРА! А сколько это спасенных жизней, не искалеченных физически и психологически людей! Он оценивал только выживших в десять тысяч человек.

А девятого февраля, как и «в тот раз» умер Андропов.

Анатолий, конечно, не помнил точных дат вступления в должность нового генсека Черненко, но ему показалось, что в этот раз процесс несколько затянулся. Вот уже двадцатое число, а решения все нет и нет.

Периодом неопределенности и междувластия попытались воспользоваться враги. В середине февраля в Афганистане активизировались душманы, но министр обороны маршал Соколов жевать сопли не стал, он фронтовик, повторил авианалет «стратегов» и «фронтовиков» устроив ковровые бомбардировки базовых районов мятежников, а в Индийском океане демонстративно провели учения корабли МВФ с боевыми стрельбами в том числе пусками ракет из подводных лодок в сторону Персидского залива и снова все стихло.

Но вот двадцать первого числа вся страна узнала имя нового руководителя СССР.

– …Генеральным секретарем Центрального комитета коммунистической партии Советского союза выбран… Горбачев, Михаил Сергеевич…

– Кхе-кхе… – поперхнулся воздухом Киборгин. – Вот те раз…

– Ты говорил, что следующим станет Черненко, – сказала Вера.

– Ага… должен был быть он… но видимо изменения пошли словно круги на воде… другой министр обороны, немного иной состав ЦК… и вот… с опережением графика на сцену выходит Меченый.

– И что теперь?

– Да ничего… – после короткой паузы пожав плечами произнес Анатолий. – Будет все тоже самое только чуть раньше по датам. Может оно и к лучшему… по крайней меры не придется терять полтора года.

1

После увольнения из армии перед Анатолием встал вопрос о трудоустройстве. Законы СССР не позволяли гражданам оставаться долго безработным и пинать балду, жить непонятно на какие средства. Сейчас не получится, будучи безработным гонять на «бентли», как в будущем, быстро навешают статью «тунеядство». Будь твои родители хоть трижды миллионерами, ты должен быть официально трудоустроен. И в этом заключалась большая проблема.

Конечно, прожигатели жизни не ударившие палец о палец имелись и в эти времена, что имели запись о трудоустройстве в трудовой книжке, но ничего в реальности не делавшие, то есть просто где-то числились монтерами, электриками, сантехниками, а их зарплату получал кто-то другой, как правило тот, кто эту аферу у себя на предприятии провернул. Но Анатолию такой вариант не совсем подходил. Точнее совсем не подходил.

– Если устроиться дворником или там кочегаром, то особо по стране не поездишь, – сказал он о своих затруднениях жене. – А помотаться мне в ближайшие годы придется изрядно, чем обязательно привлеку к себе внимание и меня смогут прихватить за причинные места, начав разматывать.

– А кто у нас может мотаться по стране по долгу службы?

– Журналисты… но это нужно иметь соответствующее образование. Можно конечно фальшивые корочки сделать, но на каждую поездку журналистам вроде выдают задания и стоит только меня прихватить кому-то с фальшивкой… нет, палиться на такой мелочи просто глупо. Это уже реально подсудное дело.

– А если курьером? – предложила Вера.

– Хороший вариант, – кивнул Анатолий, невольно вспомнив одноименный фильм. – Тут, наверное, тоже нужны какие-то бумажки на поездку в тот или иной город… но в принципе можно договориться с кем-нибудь за недорого. По крайней мере образование специальное не требуется…

Но по некоторому размышлению Киборгин решил оставить такой вариант на крайний случай.

– В идеале надо получить что-то реальное, причем что могло бы помочь в наших делах, и можно было бы в темную задействовать местные органы власти.

Вера засмеялась.

– А ты не обнаглел?!

– Не… ну разве что совсем чуть-чуть, – тоже чуть хохотнул он. – Но, с другой стороны, почему бы и нет, если такая возможность есть? Осталось только ее найти…

– А как ты планировал поступить изначально?

– Изначально я хотел уволиться в 86-м году. Тогда это сделать было несколько легче чем сейчас… особенно если заплатить кому надо по медицинской части, сделав себе нужный диагноз, а потом организовать свое общество взаимопомощи ветеранов-афганцев. Как раз в это время появились первые подобные организации на волне Перестройки и гласности. И под этой ширмой уже действовать.

– Если ты уверен, что все пойдет так же, как и тогда, но чуть раньше, то может стоит просто подождать, когда все начнется?

– Нет. Это потеря темпа… На тот момент война еще шла и шел поток отвоевавших, злых и готовых на все. А создать ветеранскую организацию сейчас будет сложно, все-таки условия несколько не те. Идет активный вывод войск и контингент сильно ограничен. Людей же нужно собирать уже сейчас под каким-то другим предлогом, пока они не «потерялись» во всех смыслах этого слова.

– То есть?

– Пока не спились, не снаркоманились, не попали за решетку и не оказались в составе преступных группировок.

– Поняла…

– Опять же слава имеет свойство протухать. Через год меня вспомнят уже с трудом, точнее не будет того восторженного шлейфа, эмоции притухнут, а пока я на слуху, пока мой образ ярок в их сознании, нужно действовать. Кроме того, могут появиться конкуренты, что тоже захотят создать подобное общества и бодаться с ними мне бы не хотелось. Лучше сразу монополизировать этот сегмент чтобы не допустить разброда и шатания, тем более противостояния. Я конкурентов конечно прижму, но останется осадок, так что надо первым зажечь этот огонек, чтобы ветераны-афганцы сами как мотыльки летели ко мне.

– Главное, чтобы не сгорели как эти мотыльки… – чуть нахмурилась Вера.

– Вот чтобы тупо не сгорели в бандитских разборках да не сели по глупости, и надо их взять под свое крыло.

– Тогда может через какие-то партийные структуры попробовать? Через комсомол?

– Не… в это болото, особенно по идеологической части я не полезу, – скривился Киборгин. – Там меня скуют по рукам и ногам, шаг влево, шаг вправо… поставят надсмотрщиков… нужно что-то другое…

– Тогда остается только ДОСААФ, но там тоже уже наверняка все занято…

– А вот это мысль! Спасибо дорогая!

Анатолий крепко обнял и поцеловал жену.

– Не за что. Теперь хотелось бы узнать, что ты придумал. Потому как я сама не вижу варианта, как ты сможешь там развернуться. Ведь тоже скуют по рукам и ногам…

– Это если лезть в уже существующие структуры. А вот если создать новую и возглавить ее…

– Думаешь дадут тебе такую возможность? Ты хоть и Герой… даже дважды, если учитывать афганскую Золотую Звезду, но…

– А это смотря на каком уровне действовать. Если на городском и даже региональном, то проблем будет много, даже если заинтересуются, то на согласования уйдет просто прорва времени, многие месяцы если не годы, а вот если сразу на всесоюзном…

– То там тем более найдутся «более достойные» на такую синекуру, всякие генералы и адмиралы, у коих Золотых Звезд побольше твоего, – поморщившись, сказала Вера. – Скажут спасибо за идею, похлопают по плечу и пошлют… куда-нибудь.

– Верно, – хохотнул Анатолий. – Но это если действовать по инстанциям, что называется атаковать в лоб. Мы же пойдем, как завещал дедушка Ленин, другим путем. Я сразу попробую обратиться к высшему руководству. Надеюсь, выслушает и поможет по старой памяти… и по армейской традиции реализовывать инициативу поставят инициатора.

– Это ты о ком?

– О министре обороны маршале Соколове. У меня есть прямой номер. Пойду позвоню, договорюсь о встрече… Будем надеяться, что у него в моем отношении сыграет еще и фактор чувства вины.

– Удачи.

– Спасибо. Она мне понадобится.

2

– Добрый вечер, Сергей Леонидович…

Маршал Соколов не стал «морозиться» и принял Анатолия у себя дома, не став откладывать встречу в долгий ящик ссылаясь на большой объем работы. Хотя мог ограничиться и чисто деловой встречей в своем рабочем кабинете.

– Добрый-добрый… – вполне радушно встретил министр обороны гостя. – Давай поужинаем, да потом поговорим о делах…

По несколько осунувшемуся виду маршала было видно, что человек реально замотался, но оно и понятно, обстановка в ДРА и мире оставалась сложной, так что приходилось крутиться.

– Ох и зол же на тебя был Юрий Владимирович… ты бы только видел его в тот момент, когда я ему доложил о твоих подвигах, – добродушно усмехнулся Соколов. – Сейчас думаю, что не скончайся Андропов, он бы устроил тебе веселую жизнь… а то и вовсе ее конец…

Анатолий понятливо кивнул. Несчастный случай и все дела. Андропов был довольно мстительной личностью.

– Так что повезло тебе как утопленнику. Рисковый ты все же человек.

– Удача любит рисковых, Сергей Леонидович. Зато каков результат?!

– Тоже верно… не будь твоего пакистанского рейда и даже боюсь представить, что в Афганистане бы творилось вскоре… увязли там как в болоте и чуть не утонули…

Министр обороны достал бутылку коньяка, пару стаканов и налив на два пальца опрокинул в себя содержимое. Ну и Анатолий выпил.

– Так что хотел Толя? Вернуться на службу? Могу устроить…

– Нет, товарищ маршал.

Соколов явно удивился.

– Вот как? А то я могу тебя восстановить… Сразу на полк поставлю. Такие как ты армии нужны ежели на свое место поставить. Сейчас по опыту Афганистана стало ясно что нужны специальные части, вроде спецназа КГБ, десант увы не тянет в полной мере. Ты как командир одного из таких подразделений выглядел бы идеально.

– Мне очень лестно слышать такие слова от вас, да и перспективы отличные, но не нужно, Сергей Леонидович. Как говорится: умерла, значит умерла.

– Почему?

– Я вижу свое дальнейшее предназначение в ином, в чем и требуется ваша помощь, чтобы сделано все было быстро и как надо, а не как обычно, формально и тяп-ляп, но с громкими словами.

– Хм-м… А именно? Признаться ты меня сильно заинтриговал.

– Я хочу помочь тем, кто прошел через афганскую войну, товарищ маршал.

– О чем ты? – нахмурился Соколов.

– Давайте говорить прямо, Сергей Леонидович, как коммунист с коммунистом. Государство, использовав солдат, просто выбросило их, как использованный… в общем попользовалось и выбросило. Они это чувствуют, многие озлобляются на государство и партию. Но это люди, совсем молодые пацаны с неокрепшей психикой и у многих она надломилась, что приводит к печальным последствиям. У вас есть статистика по совершенным преступлениям бывшими солдатами ОКСВА?

– Нет…

– В общем, товарищ маршал, у нас наблюдается аналог того, что в США назвали Вьетнамским синдромом. У нас развивается Афганский. Я это по себе знаю, товарищ маршал, – пристально взглянув в глаза собеседнику, сказал Киборгин. – Кошмары… они очень психологически выматывают… снится, что падает граната под ноги, а ты словно оцепенел, ни отпрыгнуть в сторону, ни пнуть ее… или в критический момент не стреляет автомат… и просыпаешься с криком. После таких снов очень тяжело… все валится из рук… ни работать толком не получается, ни учиться… хочется заглушить эти неприятные воспоминания и люди знают только один способ как это сделать, – кивнул он на бутылку коньяка. – Растет агрессия… Но я знаю как с этим бороться, особенно повезло с женой, что мне сильно помогает. А сколько тех, кто не знает и их некому поддержать? Разрушаются семьи. Понимаете, чем для них подобное эхо войны закончится?

– Понимаю, – хмуро сказал Соколов.

– Да… алкоголизм, наркомания… и в конце концов самоубийства. И никто этим людям не помогает, а ведь не так-то много надо сделать, чтобы сгладить этот пик. Это не по-советски, товарищ маршал. Более того, в этом я вижу большую угрозу для партии и правительства.

– Какую?

– Все тайное рано или поздно становится явным. Уверен, что рано или поздно люди узнают, что у капиталистов есть центры по психологической реабилитации ветеранов, той же вьетнамской и корейской войны, где с людьми работают психологи. Догадываетесь что они скажут?

– Да уж… тут много ума не надо, чтобы понять, – глухо пробормотал, нахмурившийся маршал Соколов. – Дескать антинародные правительства на загнивающем Западе тратятся на помощь ветеранам, а народное – своих ветеранов бросило.

– Верно, Сергей Леонидович. Совсем плохо будет, если на эту тему обратят внимание наши враги и начнут вещать Голоса. А они обратят, ведь они пользуются любой промашкой нашего руководства, чтобы облить нас грязью. Это ударит по репутации партии и всего государства на международной арене. Скажу честно, я не понимаю, чем занимается наш политический отдел если они упускают такие животрепещущие темы.

Маршал скривился как от кислого.

– Херней они там страдают, всяких диссидентов щемят…

Анатолий понятливо кивнул, вспомнив так же, что когда все-таки речь зашла о психологической помощи ветеранам, те ответили в том смысле, что дескать у советских солдат не может быть никаких посттравматических синдромов ибо они сражались за правое дело, а не творили зло как капиталисты-империалисты. Вот такой вот маразм.

– Ну а последствия такого невнимания – разрушенные судьбы, распавшиеся семьи, когда жены не выдерживают и уходят, что только еще больше озлобляет парней, и погружая их еще глубже в депрессивное состояние, – продолжил Киборгин. – И ладно если они сопьются и сторчатся, так нет… они могут убить собутыльника, просто прохожего, чтобы взять денег на новую порцию дури, ведь не секрет, что многие в Афгане подсели на наркоту, ведь жизнь для них теперь не стоит ничего. Так что пойдет вал бытовых преступлений с их стороны. И никто из них не обратится за профессиональной помощью ибо стыдно и никто не хочет стать в глазах окружающих психом. Ну вы понимаете все эти психологические заморочки…

Соколов понятливо кивнул.

– Еще плохо то, что многие, не найдя себе места в жизни, пойдут по-простому и легкому пути, то есть в криминал. Через войну успело пройти около пятисот-шестисот тысяч человек и сколько среди них жестко страдают от Афганского синдрома сейчас остается только гадать. Представляете сколько это потенциальных нарушителей закона?

Вместо ответа министр обороны с хмурым видом набулькал в стаканы еще коньяка. Выпив и закусив, он все-таки произнес:

– Картину ты обрисовал весьма неприглядную… признаюсь, я тоже упустил этот момент… но я верю тебе, ты всегда говорил дельные вещи пусть и неприятные, но правильные и не просто говорил, но предлагал решение…

– Так точно, товарищ маршал, и я пришел к вам с таким решением.

– Хм-м… Так что конкретно ты хочешь сделать, чтобы помочь ребятам?

– Для начала нужно выявить проблемных парней и тут нужна ваша помощь, как министра обороны, Сергей Леонидович, чтобы военкоматы дали адреса всех служивших в ДРА, дабы можно было написать им письма, причем не только им, но и их родителям и женам…

– Понятно, сами-то они могут и не ответить, – кивнул Соколов.

– Именно, а вот родные могут поспособствовать и даже если ветеран жестко пойдет в отказ, написать нам об этом, и мы отработаем таких упертых уже точечно. Если надо, то я лично буду к таким ездить и уговаривать. Думаю, меня они все же послушают.

– Хм-м… И в какой структуре ты это все планируешь делать?

– Да в том же ДОСААФе, товарищ маршал. Добавим к нему временно дополнительный отдел, привлечем психологов, изучим мировой опыт работы реабилитации участников боевых действий, а как работа будет закончена – закроем.

– А чего не при медиках? Это все-таки больше медицинская тема.

– Можно конечно и так, но это лишний раз будет напоминать людям, что они больные… ущербные, что станет негативно сказываться на их психологическом состоянии. Опять же структура ДОСАФ больше подходит для проведения всяческих массовых мероприятий.

– Ладно, я понял. Согласен… И сколько, по-твоему, потребуется времени на это?

– Я рассчитываю управиться года за три-четыре. Стабилизируем состояние большей части ребят, ну а что касается совсем тяжелых случаев… там уже отдельно надо думать. Финансирование только нужно будет добавить… Американцы в год около четырех миллиардов долларов тратят на реабилитацию своих ветеранов.

– Кхе!

– Нам потребуется в разы меньше, – поспешил заверить маршала Анатолий. – У американцев ведь не только «вьетнамцев» лечат, но и «корейцев», а это сотни тысяч человек. Нам, я так думаю, активно заниматься придется с двадцатью-тридцатью тысячами человек. Нужно будет сделать несколько центров и обеспечить проезд парней к ним. Деньги для государства не такие уж и большие, а вот если не потратиться проблемы могут вылезть как раз-таки очень весомые, как внутренние, так и внешние в плане падения авторитета и от такого пятна уже будет не отмыться.

– Что ж, ты прав… потратиться придется. Можно зарезервировать под такое нужное дело несколько санаториев… – задумчиво кивнул Соколов, уже просчитывая варианты.

– Главное, товарищ маршал, на руководство не поставить формалистов-партийцев, что только и могут лозунгами трещать, это только усугубить проблему может.

– Тут ты прав. Но тебя и поставим руководить этим делом, раз пришел к ним ко мне, раз ты единственный кто вообще озаботился об этом всем.

– Не подведу, Сергей Леонидович.

– Не сомневаюсь в этом…

Маршал, полистав книжечку с телефонами лежащую у него на столе, поднял трубку и крутанул несколько раз диск, набирая номер.

– Здравствуй Георгий Михайлович, министр обороны тебя беспокоит… Как у тебя с графиком работы? Найдется завтра часок времени принять одного посетителя от меня?.. Еще лучше если после работы его примешь. Разговор предстоит большой и обстоятельный, и очень важный, государственного значения… Вот и отлично. До встречи.

Соколов положил трубку телефона.

– Звонил адмиралу флота Егорову, он сейчас возглавляет ДОСААФ. Как ты уже понял, назначил тебе с ним встречу на завтра в семь часов. Вот с ним все конкретно обсуди и уже с готовым планом приходите ко мне, будем принимать окончательное решение и выделять финансирование.

– Благодарю, товарищ маршал.

– Это тебе спасибо Толя… ты настоящий коммунист, увидел проблему с людьми, что вообще-то государство должно было с самого начала решать… – вздохнул министр обороны. – Давай еще по одной, да хватит на сегодня…

3

За один вечер, конечно, такую большую и сложную задачу решить не получилось, наметили только лишь пути движения. И только после недели активной работы, когда Егоров подтянул своих заместителей, пригласили специалистов со стороны военных медиков из числа психологов и психиатров, появился нормальный проект со всеми обоснованиями по финансам с которым можно было идти к министру обороны за утверждением, что тот и сделал, поставив свою подпись.

Генералы от военной медицины, почувствовав запах денег, причем больших денег, а так же различных новых должностей и связанных с ними очередных званий, а так же наград и прочих плюшек, попытались отжать тему себе, напирая на то что это больше их компетенция лечить посттравматические синдромы, но жестко обломались.

Маршал Соколов, принявший проблему близко к сердцу, сам воевал и видимо тоже успел хлебнуть психологических проблем после окончания боев на озере Хасан, где будучи лишь командиром танковой роты получил медаль «За Отвагу», взбесился, покрыл всех многоярусным матом, спрашивая, почему если это их компетенция, то они ничего до сих пор не сделали, а с проблемой и ее решением к нему пришел левый человек? В общем кресло под главным военным медиком закачалось и, он благоразумно решил отступиться, так что тема осталась за ДОСААФ и ею в качестве зама Егорова стал заниматься Анатолий Киборгин.

Когда выбирали, где разместить «головной офис» реабилитационного центра, Анатолий с дальним прицелом выбрал город-спутник столицы – Люберцы.

Выделили так же транспорт, аж две машины. ДОСААФ для своих целей получал в основном списанные армейские «уазы», кои армия начала активно сбрасывать после выхода из Афганистана, порядком раздолбанные, а кое-где и с наспех заштукатуренными пулевыми отметинами… Большую часть такого автопарка выкупали прапорщики и офицеры, а потом продавали на вторичном рынке. С рук Анатолий решил приобрести еще пару тройку машин, благо знал одного майора, механика от бога коего все-таки уволили из армии на пенсию по состоянию здоровья.

Киборгин отслеживал дела в сводном батальоне морской пехоты из которого он перевелся, когда стал командиром дисциплинарного батальона. Не помогла Новицкому ему регулярная и обильная внутренняя дезинфекция, все-таки заболел тифом. Болезнь перенес довольно тяжело, тут и возраст, ну и здоровье не лучшее, но оставалось радоваться, что не гепатит подцепил, как подавляющее большинство морпехов, иначе с его пропитой печенью это точно стоило бы ему жизни, от него и так остался скелет обтянутый кожей. Вот он и создал Анатолию настоящую ремонтную мастерскую, достав все необходимые станки по своим связям, благо с финансированием проблем не имелось, плюс рукастых механиков подтянул.

Помимо создания организации реабилитации ветеранов имелось у Анатолия в Москве и еще одно дело, которое следовало решить, не затягивая и не вводя тем самым во искушение своего «партнера по бизнесу».

Забрав жену из очередной московской клиники, Киборгин заехал к своим людям поселившихся в съемной квартире. Сама Вера моталась по лучшим московским больницам получая за «денюжку малую» самые подробные консультации по своему вопросу от самых лучших специалистов. А то медицина может и бесплатная, но не зря ведь родился такой анекдот: «Здравствуйте бесплатный доктор! Прощайте неизлечимый больной!»

– Как поживает объект?

– Цветет и пахнет, – усмехнулся Митрохин.

– Я думаю, что любовницу себе завел, – добавил Городин. – Ездил в спальный район, там в одном из домов пробыл пару часов.

– Но вы ее не видели?

– Нет… Но зачем еще и что он так долго делал?

– Логично, – хмыкнул Анатолий.

Пока Анатолий работал по своему вопросу, его соратники следили за Громовым, а так же разведали ближайшие окрестности. Следить было несложно, тот особо никуда лишний раз не ездил, из дома на работу, да с работы домой. Ну и вот, еще вроде бы любовницу выявили.

Киборгин давно решил все денежные дела с генералом, по итогу в его кубышке скопилось почти три миллиона долларов, плюс больше ста кило золота, ну и камешки всякие. Плохо то, что генерал знал, что у Анатолия есть эти деньги и в какой-то момент мог решить их прибрать себе провернув какую-нибудь схему от угрозы, до чистого криминала с похищением родных. Так что требовалось прикрыть себя с этой стороны ударив на опережение. Собственно, Киборгин не понимал, почему Громов до сих пор этого не сделал. Сантиментами генерал особо не страдал.

«Людей верных нет? – подумал он. – В этой категории я у него до сих пор числился».

Но в принципе набрать людей для генерала не проблема. Анатолий на его месте уже давно завербовал бы несколько человек из тех, кому грозят большие срока за неуставняк и прочие косяки, так что глупо думать, что и Громов этим не озаботился или не озаботится в ближайшее время.

– Скрытой охраны так и не засекли?

– Нет, – мотнул головой Митрохин. – Ездит с одним водителем.

– Ну что же, нам же проще.

– Где будем брать? У любовницы? – спросил Городин.

– Это был бы идеальный вариант, если бы мы только знали как часто он к ней ездит…

– Ну, раз в неделю – наверняка, – засмеялся Николай.

– Можем последить подольше, – сказал Митрохин, пожав плечами. – Или у нас горит?

– Не горит, хотя и затягивать тоже не стоит. Он же проверяющий, так что в любой момент может снова укатить на неопределенный срок разбираться с новыми случаями неуставняков.

– Ну да…

Дедовщину и землячество за последний год в армии сильно прижали, новый министр обороны не хотел, чтобы его имя было связано с данными порочными явлениями, наоборот, желал прослыть борцом, тех же уголовников стали отправлять в особые части, почти дисбаты со строительным уклоном не доверяя оружие, так что Громов мотался по стране, что твой челнок в ткацком станке.

«Может потому и не наехал на меня до сих пор, что просто возможности не было из-за постоянных командировок», – снова подумал Киборгин.

– Тогда завтра утром идем на дело.

Сподручные кивнули. В том числе Карский, как всегда, не проронивший ни одного слова.

Операция по захвату генерал-майора прошла без сучка и задоринки.

– Объект сел в машину, – прозвучал по рации «моторола» голос Митрохина.

– Принял… – ответил Анатолий и кивнул сидящему за рулем белой «волги» Городину: – Погнали Коля.

– Ага…

Сам Киборгин сидел на заднем сидении.

Белая «волга» с шашечками, отжатая у таксиста приехавшего на вызов рано утром, загудев движком выехала из соседнего двора. Машине на всякий случай поменяли номера.

Бам!

Звук прозвучал бут-то друг о друга со всей дури стукнули двумя железными тазиками. Это произошло столкновение машин.

– Охренел, дятел! – заорал водитель Громова и выскочил из машины.

– Ой, простите-простите! – причитая выбрался из-за водительского места Митрохин и двинулся к водителю Громова на подгибающихся ногах, схватившись за голову. – Сам не понимаю, как так получилось… мне же теперь…

Что ему теперь грозило, никто так и не узнал, потому как Митрохин резко пробил водителю в челюсть и тот опал как подкошенный.

Одновременно с этим со своего пассажирского места выскочил Анатолий и врезал в челюсть начавшему выбираться со своего места генерал-майору, так же вырубив его и затолкнув обратно в салон и забрался туда сам.

Митрохин сел за руль черной генеральской «волги» и резко стартанул с места.

Свидетели если и были, то мало что поняли.

Пропетляв по улицам, заехали на задний двор какого-то кафе, где быстро перегрузили генерала из его «волги» в подъехавший неприметный синий «москвич», что угнали на другом конце города, за рулем которого сидел Карский. Пока катались Анатолий связал Громову руки и вставил кляп, а так же обыскал, забрав себе все ключи.

Тот мычал, брыкался, но получив под дых, обмяк.

Еще полчаса езды и вот они вкатили во двор старого двухэтажного дома подготовленного под снос.

Митрохин быстро проверил место, выскочив из машины и скрывшись внутри. А то мало ли, вдруг какие-нибудь бомжи заселились или дети, как раз ведь каникулы начались. Но все оказалось без неожиданностей.

– Чисто.

Еще раз осмотревшись и порадовавшись, что двор зарос тополями и какими-то кустарниками, кои похоже никогда не обрезали или делали это очень и очень давно, Громова быстро уволокли в дом и потом в неожиданно большой подвал.

Генерал бешено вращал глазами, снова начал возмущенно мычать. Анатолий отвесил ему не сильную пощечину, сказав:

– Успокойся иначе зубы выбью…

Громов затих.

– Кричать не советую. Прежняя угроза остается в силе и, я успею врезать еще до того, как ты откроешь рот.

Киборгин вытащил изо рта пленника кляп.

– Ты что творишь?! Ты хоть понимаешь, что с тобой…

– Заткнись. Ты уже мертв. Но перед тем, как ты отправишься в лучший из миров, мне нужно знать, где ты заныкал деньги. Скажи и умрешь легко.

Громов лишь успел набрать в легкие воздуха, как снова получил в «солнышко», а потом Киборгин исполнил свою угрозу сильно ударив пленника по зубам, так что генерал выплюнул несколько из них.

– Я предупреждал. У тебя последний шанс уйти легко. Потом я начну тебя резать на ремни. Ты знаешь, что не выдержишь экспрессдопроса, и я знаю, что не ты не выдержишь.

Анатолий достал нож.

– Что ж…

– Нет… не надо… я скажу…

Генерал назвал адрес.

– Там его любовница живет, – сказал Городин.

– Кто там живет? Действительно любовница?

– Нет… у меня нет любовницы… Это просто квартира…

– Отлично. Ключ от этой квартиры среди них есть?

Анатолий позвенел связкой ключей.

– Нет…

– Где?

– На чердаке… с левой стороны у крайней левой вытяжки.

– Где собственно деньги лежат?

– В сейфе…

– Ключа от него я так понимаю тут тоже нет.

– Нет… там же… вместе с ключами от квартиры…

– Сейф большой?

– Полметра в основании квадратом, и полтора в высоту…

– Ловушка?

– Нет.

– Гена, Федя, посторожите его, а я с Коляном сгоняем на квартиру и проверим, что там да как с сейфом.

Пришлось снова помотаться по городу и вот нужный дом.

– Я бы ловушку все-таки бы сделал, – сказал Городин.

– Я тоже… так что будем аккуратны.

Но по крайней мере с ключами никаких сюрпризов не имелось вроде растяжки или еще какой хитрости. А вот в саму квартиру входили со всей возможной осторожностью.

Входить было стремно. Наступишь еще не на ту досочку, а под ней противотанковая мина. Тем более линолеум лежит…

«Однако же какая у меня лютая паранойя…» – мысленно чуть нервно усмехнулся Анатолий.

И все-так прошел по самому неудобному маршруту.

Сзади хмыкнул Городин, поняв опаску Киборгина, но внутрь зашел след в след за командиром.

Сейф стоял в чуланчике и его тщательно осмотрели перед тем, как вставить ключ, на предмет, нет ли проводков. Вскрыли тоже с осторожностью и снова осмотрели, а то вдруг есть цепь на разрыв запускающая таймер, но нет, снова ничего.

– М-мать… – выдохнул Николай, увидев, что почти весь сейф оказался забит пачками с деньгами. – Сколько же тут?

Городин протянул руку за пачками денег.

– Не торопись… Может на то и расчет…

– Ч-черт… точно… начнет кто-то жадно хватать, а там…

– Вот именно.

Пачки денег стали разбирать аккуратно сбоку, готовые в любой момент броситься прочь при любом подозрительном звуке.

– Шалунишка… – выдохнул Анатолий, увидев зажатую среди пачек долларов гранату.

Кольцо при этом лежало рядом. Киборгин вставил чеку обратно и загнул усики.

Но несмотря на то, что гранату деактивировали продолжили все равно с осторожностью и это оказалось не напрасно – нашли вторую гранату.

– Гандон… – проворчал Городин.

Наконец все деньги из сейфа были извлечены и посчитаны.

– Семь лямов зелени и полтора ляма рублей. Последнее наверное взятки с отмазанных командиров частей, – предположил Киборгин.

– А откуда столько зелени?!

– Ага-хана Четвертого развел.

– Что за хан Ага, да еще Четвертый?

– Потом расскажу.

Деньги вынесли в паре чемоданах, что нашлись тут же в квартире, видимо лежали на случай быстрой эвакуации.

Несмотря на две ловушки в сейфе, Анатолий предъявлять претензии не стал и как-то мстить. Чего над мертвецом измываться? Просто свернул генералу голову.

– Уходим.

4

– Это конечно круто, столько бабла, да еще в долларах, но что мы теперь с этой зеленью делать будем? – спросил Митрохин.

– Полежит до лучших времен, хотя для государства это будет наихудший период, – сказал Киборгин. – Доллары понадобятся просто в огромных количествах. Хотя в ближайшее время придется провести закупки всякого разного, начиная от спортивного питания и заканчивая движками к машинам.

– Ну ладно…

А вообще Анатолий хотел профинансировать одного программиста, создателя очень популярной, даже легендарной игры, над которой оказалось не властно время, под названием «тетрис». Как раз вроде он сейчас занимается ее созданием, на примитивных, еще перфокартных компах.

Конечно, талантливых программистов в СССР хватает, но Анатолий запомнил только Алексея Пажитного, единственного кто преуспел на Западе, по крайней мере оказавшегося на слуху, став мультимиллионером. Не только и не столько потому, что талантливый программист, а являлся жестким дельцом, желавшего делать игры и зарабатывать на этом.

Человек в общем-то с гнильцой – выгнал всех соавторов, а потом еще и выступил против СВО (по собственной воле он это сделал или самые свободные и демократические власти США его это вынудили сделать уже неважно), но как говорится, деньги не пахнут, а заработать он может очень много, на порядки больше, если в него сразу вложиться и подкинуть несколько идей про те же поисковые ресурсы, социальные сети и так далее. Собственно, тут Киборгина интересовала не только и не столько отдача в виде прибыли, сколько контроль общественного мнения, через все эти соцсети.

«Хотя лучше будет дифференцировать вложения, а не класть все яйца в оду корзину, потому стоит поискать еще специалистов в этом деле», – подумал Анатолий.

Но это все еще не скоро.

А вот простые советские деньги надо было начинать зарабатывать уже сейчас. И Киборгин решил начать с рэкета рынков и возможно мелких цеховиков. Опять же, чтобы начать действовать в широких масштабах, требовалось провести, так сказать, разведку боем и просто обкатать технологию. А для этого требуются бойцы.

Собственных людей у Анатолия было немного, всего около полусотни из числа «гиен» и он собирался использовать их как ударный отряд, а вот обычную пехоту он собирался найти на месте и начать решил со знаменитой банды люберецких качков, что начала формироваться уже сейчас.

Свел с лидерами люберецких качков Ярослав Звенигородский, сам из люберецких.

Анатолий подкатил на «уазике» к одному из пляжей «люберецкие карьеры». В начале лета тут отдыхающих еще нет, так что можно было свободно провести «стрелку».

Со стороны качков присутствовало двадцать человек ну и сам Ярослав, что явно приподнялся в иерархии спортсменов-любителей после службы, когда вернулся с несколькими высокими наградами, ну и Анатолий как и обещал, деньгами его не обидел.

Спортсмены явно выделывались, пытаясь подавить мощью своей мускулатуры, для чего носили специальные майки. Но на Анатолия конечно эти ребята двадцати лет, плюс-минус, особого впечатления не произвели. Киборгин только усмехнулся и скинул свою ветровку, оставшись в майке-тельняшке.

– Здорово пацаны.

– Здаров, коли не шутишь, – оскалился один из качков, по имени Сергей Зайцев.

Ярослав показывал фотографии и Анатолий знал как зовут часть лидеров.

– Чего хотел, Киборг?

– Для начала хочу спросить: вам не надоело херней страдать? Шествия в день рождения Гитлера устраивать и кричать нацистские лозунги, а потом всяких неформалов в Москве избивать толпой? Меня вообще удивляет, как в вас сочетается вот эти марши и поддержка социалистического строя с отрицанием западных ценностей.

– Хотим и страдаем. Твое какое дело?

– Как раз предложить вам реальное дело, что сделает вас достаточно состоятельными и уважаемыми людьми.

Качки переглянулись.

– И что конкретно ты предлагаешь?

– Для начала взять под контроль местные рынки, отжав их у блатных. Догоняете какие там деньги крутятся?

– Мы сами с усами. Зачем нам ты?

– С усами-то вы с усами, но без меня вас постреляют, как куропаток и всех делов. Если напоретесь на кавказцев, то они с вами драться точно не станут и оружие у них есть, и в ход они его пустят легко и непринужденно. Вы, конечно, накачанные, но пулю ваша мускулатура не остановит, чай не терминаторы… Как говорится, против лома нет приема. А у меня эти ломики есть.

По кивку Анатолия из машины Городин достал из багажника автомат. Передернул затвор и выпустил короткую очередь в песчаную стенку карьерного обрыва.

– Вот такие вот ломики.

Качки снова переглянулись. Спесь и излишнюю бесшабашность с них эта показавшаяся оглушительной автоматная очередь немного сбила, но они все же продолжили держать фасон крутых парней.

– И ты дашь нам оружие?

– Нет ребята, пулемет я вам не дам, – усмехнулся Киборгин. – А то вдруг еще поломаете или вовсе потеряете. Но я пришлю своих людей для силовой поддержки в случае надобности.

Лица ребят поскучнели.

– Можете, конечно, послать меня на три буквы, и попробовать сами, может даже несколько охотничьих ружей найдете или еще чего сварганите, но тогда мне не останется ничего другого как обратиться к другим группировкам. К тем же долгопрудненским или раменским.

Качки скривились, когда назвали их конкурентов с коими они не раз и не два дрались.

– Они точно не откажутся от огневой поддержки. И в конце концов подомнут вас под себя. К вам же я обратился в первую очередь потому как вы мне симпатичны тем, что не курите, не пьете и наркотиками не балуетесь, эти ваши ценности я целиком и полностью разделяю, – продолжил Анатолий.

«А еще потому, что отморозки каких поискать, – подумал он. – Ведь именно вы начали развлекаться с паяльниками и утюгами… Осталось только вашу отмороженность пустить в нужное русло».

– Спортом опять же занимаетесь усердно и как вы видите, я тоже весьма уважаю тяжелую атлетику. Так что я предлагаю вам дружбу, предлагаю пойти ко мне на правах гвардейцев.

– Как «шакалы» у тебя в батальоне? – снова оскалился Зайцев. – Ярослав нам рассказал, как служил под твоим началом… девок там чпокал. Правду он сказал, или гонит? А то мне до сих пор как-то не верится, чтобы в дисбате да девок давали.

– Правду.

– Нам тоже бордель устроишь?

– Нет. Бордель я вам устраивать не стану. Денег у вас будет столько, что девки сами на вас гроздьями виснуть станут, так что погребут под собой, еще замаетесь от них отбиваться гантелями… станете запираться в своих подвальных качалках подпирая двери штангами, садясь в глухую оборону, только чтобы они вас не порвали на клочки в попытке поделить между собой.

Качки заржали представив себе такую ситуацию.

– Смешно… – кисло улыбнулся Зайцев. – Вот только во что нам встанет твоя помощь? Как говорится, дружба дружбой, а табачок врозь.

– Поначалу, десять процентов от собранного, ну а когда подомнем под себя цеховиков, станете отдавать четверть. Остальные сразу станут платить треть.

– А не многовато?

– Это еще мало. Вы ведь не собираетесь замыкаться только на Люберцах? Сначала возьмете под свою руку города-спутники столицы, набрав там личный состав, а потом саму Москву окучите и всю область. Как вам такая перспектива?

– Соблазнительно… Но все равно…

– Без меня вы никто и звать вас никак, пацаны, – жестко обрезал Киборгин. – Усвойте эту простую истину, как и то, что обманывать меня это очень плохая идея грозящая смертельным исходом, Святослав не даст соврать, что я свои угрозы воплощаю в жизнь не дрогнувшей рукой. А с теми деньгами, что станете получать, вы сами не будете знать, что делать. Ведь деньги надо еще суметь потратить с умом.

– А ты, стало быть, знаешь?

– Знаю. И вам подскажу. Или вы так и собираетесь по подвалам всю жизнь ныкаться? Или у вас по жизни есть еще какие-то интересы?

– О чем ты?

– Например о том, что может конкретно ты хочешь стать мэром… то есть председателем горсовета Москвы? Или даже главой Московской области?

– Э-э…

Зайцева такой заход явно выбил из колеи.

Качки в очередной раз переглянулись, но на этот раз озадаченно, даже растерянно. Такое предложение для них оказалось неожиданным, а мысль – свежей.

– Бэ. В области полно городов, что каждый из вас, может возглавить понравившийся.

– Так нам и дадут…

– Давать вам будут девки, много и охотно, так что задолбаетесь перфоратором работать, а власть нужно брать самим, для чего нужны деньги и хоть немного мозгов, чтобы суметь распорядиться этой властью, понять, как все работает, так что качайте не только мышцы, но и извилины.

– Гы-гы!

Анатолий увидел, что настроение качков по отношению к нему за несколько мгновений изменилось на строго противоположное. Если раньше его воспринимали агрессивно, то вот после того, как он предложил им масштабную цель, которая их всех в один момент захватила своей аппетитностью, и просто перспективой стать людьми с большой буквы, он стал для них лидером.

Ведь настоящим лидером становится тот, кто предлагает перспективную и многообещающую идею с чем до сих пор обстояло не очень, не хватало им хоть какой-то внятной цели. А это была всем идеям идея. Ведь в чем раньше заключался их предел мечтаний? Хорошо одеться, стильно обставить квартиру, всякую электронику приобрести: магнитофон, видеомагнитофон и телевизор цветной, шикануть с девками в ресторане, подъехав к нему на собственной крутой в их понимании тачке. А тут… им предлагают то, о чем они и мечтать-то не смели! Что называется голова кругом!

– Хм-м… если ты нам предлагаешь стать мэрами, то кем хочешь стать сам ты?

– К чему эти глупые вопросы?..

– Ну да…

– Скажу лишь только, что я знаю, что делаю. И кто пойдет со мной, не прогадает. Не обещаю, что все дойдут до конца, потери на этом пути неизбежны, ведь за место под солнцем придется драться и враги наши совсем не беззубы. Кто-то сам скурвится и его придется зачистить. Но знайте, я не бросаю своих, главное не подставляйтесь сами и держите себя в руках. Власть и деньги развращают, потерявших берега я сам завалю, ибо такие – слабое звено, что становятся предателями. Но я уверен, что большинство из вас не скурвятся, вы правильные пацаны, раз смогли выстоять и пойти против общего тренда связанного с куревом и бухлом, ну а остальное зависит от удачи. Ну что же пацаны, я сказал вам все что хотел. Обсудите все между собой и дайте мне ответ, со мной вы или против меня. В любом случае, до встречи.

5

– Как там твои кореша? – спросил Киборгин поутру у сонного Ярослава.

Звенигородский на это только криво усмехнулся.

Видно было, что ночь у него прошла без сна и тяжело, причем говорить приходилось много. Оно и понятно, после такого заявления на главенство со стороны Анатолия, единственный доступный источник информации о претенденте на общего лидера всех московских группировок допрашивали со всеми подробностями. И теперь снова говорить.

– Они в прострации. Слишком большой кусок в перспективе предложен… это как голодному посулить целый стол из изысканных блюд, но при этом сесть за него и начать есть прямо сейчас нельзя… дескать нужно дождаться времени ужина, а пока вот вам сухарик пожевать да пресной водичкой запить… Одних это воодушевило, других – обозлило…

– Давай-ка поподробнее о тех, кого обозлило и кого воодушевило. В частности, как повел себя Заяц? Мне показалось, что он авторитете у остальных.

– Он как раз из тех немногих, кто явно не определился. Он ведь сам в лидеры метил, а тут придется уступить тебе главенство… это мало кому понравится… но и против ничего не говорил. Не дурак, понял, что без твоей поддержки высоко не поднимется, а теперь и эта перспектива ему обрезана.

– Если понял, что выбора нет, что чего кочевряжится? – удивился Городин.

– Масть держит, – сказал на это Митрохин. – Дескать не сразу лег, а лишь под давлением обстоятельств непреодолимой силы.

– Верно, – кивнул Анатолий. – Продолжай Ярый. Кто как Заяц держал паузу, кто сразу согласился, а кто быковать начал.

Звенигородский сделал полный расклад по настроениям среди главарей люберецких качков, понимая, что активно проявившим недовольство скорее всего в будущем фатально не повезет, может даже что и смертельно. Стукачеством он это не считал, так как давно являлся частью команды Киборга.

– Чем сильно недовольны были? Я про эту твою сентенцию о сухарике запитого пресной водой.

– С рынков много не получить, тем более с наших, даже если подмять не только люберецкие, но и соседних пригородов. Там ведь в основном колхозники овощами торгуют… ну и мясом еще иногда в закрытом отделе для своих.

«Это да, рынки нынче не те, какими они станут через несколько лет с началом Перестройки и много с них не поиметь, – согласился Анатолий. – Большие деньги сейчас в другой сфере крутятся – легкой промышленности…»

– К деньгам нужно привыкать постепенно, а то большие бабки быстро могут снести крышу любому. Это как заворот кишок получить, пользуясь твоей аналогией про еду. Даже с тех, что получат, многие начнут чудить не по-детски. Так что я таким образом хочу выявить и избавиться от откровенного морально неустойчивого шлака, что сорвутся с нарезки даже с мелочи. А вот те, кто выдержит первое испытание малыми деньгами, пойдут на следующий этап закалки. В будущем мне нужны именно соратники, а не просто сподручные, что продадут за тридцать серебряников. Но это им говорить не стоит.

Ярослав понятливо кивнул.

– Кстати, сам не хочешь главой какого-нибудь городка стать?

– Не… мне это не интересно. Мне что попроще и понятней, – усмехнулся снайпер.

Сразу после дембеля он получил внушительное вознаграждение за свою услугу, а потом Анатолий просто предложил и дальше работать по специальности, получая за каждую цель по пять тысяч рублей и Звенигородский согласился, уже исполнив пару объектов, пока мало кому известных Березовского и Гусинского. Следующие на очереди стояли Чубайс с Гайдаром.

Ответ качки дали через три дня. Определились с линией поведения раньше, но решили немного потянуть время для солидности, хотя претензии предъявили ожидаемые по поводу низкой отдачи с рынков.

– …В общем сомневаемся мы, что овчинка стоит выделки, Киборг, – вещал Сергей Зайцев. – Денег получим хрен да маленько, а с синими придется рубиться всерьез. Они ведь могут нас начать выбивать поодиночке…

– Менты опять же, – взял слово цыганистого вида качок. – Присесть на нары рискуя из-за такой мелочи, как-то…

– Испугались синих и ментов? Кто засцал, можете сразу валить, такие мне не нужны, можете дальше в подвалах торчать. Никто не обещал, что будет легко и весело. Детство кончилось, мальчики. Во взрослом мире больших денег все через кровь и дерьмо, либо свое, либо чужое. Больше по этой теме я ничего вам говорить не стану. Что до малого числа бабок… А вы действительно думали, что я вам сразу сделаю так, что ваши карманы станут лопаться от «котлет»? Нет ребята, все большие дела начинаются с малого. Сначала наберитесь опыта на кошках, чтобы не облажаться на реально серьезных делах. Вам как спортсменам это должно быть хорошо понятно, ибо сначала тренируются мышцы малым весом, а то если попробовать поднять сразу центнер, то пупок развяжется. Тут все то же самое. Может еще передумаете узнав, что по чем. И я на этом этапе дам вам возможность без проблем отойти от дела до того, как все начнется всерьез. Там уже соскочить не получится. Вашей задачей на первом этапе будет даже не только и не столько взять под контроль рынки, сколько нарастить численность собственных бригад. Сколько сейчас под каждым из вас? Человек двадцать-тридцать? Так вот, вы должны через год каждый держать свой город и под рукой каждого, должно быть не меньше сотни бойцов, а лучше больше, все-таки мы в конечном итоге будем брать Москву. Готовы вы сейчас к этому?

Анатолий пристально посмотрел на качков и прежде чем кто-то успел открыть рот для ответа, жестко сказал:

– Нет, не готовы, что бы вы сейчас о себе ни думали и какие бы банки вы не накачали. Уж поверьте мне как подполковнику и командиру батальона, что повидал сотни подобных вам салабонов под своим командованием. Но как из тех салабонов я делал солдат, что били духов в хвост и гриву, так и из вас я сделаю бойцов, что станут класть пачками всяких синих и прочих, кто встанет на нашем пути. Так что даю вам еще один день, чтобы вы окончательно решили, кто идет со мной, а кто соскакивает с этого поезда. С теми, кто со мной буду планировать захват территории.

– Слушай командир… – с задумчивым видом начал свою речь Митрохин, после того как они вернулись. – А ты не думал, что о твои планах очень быстро узнают как синие, так и менты? А то и КГБ? Наверняка ведь среди этой шпаны есть осведомители всех структур.

– Я бы сильно удивился, если бы их там не было, – хмыкнул Киборгин.

– Тогда зачем так подставляешься?

– Пока что официальным властям мне нечего предъявить. Это раз. А два – по сути я подобным открытым заходом сам приглашаю их на разговор. Я имею ввиду ментов или КГБ. Хотя и с блатными могу поговорить, но с ними точно не договоримся.

– Э-э… не понял.

– Эх Федя… все сгнило. В ментуре и комитете тоже люди работают и они тоже хотят хорошо жить, вкусно есть и сладко пить. И я могу им эту хорошую жизнь обеспечить в обмен на прикрытие с их стороны по линии своих ведомств.

– Рискованно, – заметил Городин. – Могут попасться идейные.

– Рискованно. Могут. Но как я уже сказал, мне пока нечего предъявить. По крайней мере официально. Осталось дождаться реакции и понять с кем мы будем иметь дело. Вопрос в том, кто курирует качков. Либо это будут те, что уже получает свою мзду с блатных, либо молодой и голодный коему спихнули проблемную публику, но что хочет получать подобную мзду. Либо идейный. И тут договориться будет как бы даже не проще чем с первыми двумя вариантами. Ведь мы выступим против врагов общества – воров.

– А чем мы для них лучше этих воров? – усмехнулся Митрохин.

– Ну, хотя бы тем, что не станем именно воровать и грабить на улицах добропорядочных граждан, заниматься мошенничествами и прочим дерьмом? Как результат снизится общая криминогенность.

– Хм-м…

– А если все-таки…

– Не хотелось бы решать в этом случае радикально, но он будет решен. Впрочем, уверен, что на подобном уровне не осталось идейных. Низовое и среднее звено может быть, а высшее – сильно сомнительно. Все исключения, кои могут иметь место быть, лишь подтверждают правило.

– Почему?

– Иначе просто не было такого понятия как «блатной» или «вор в законе». Все их места дислокации ментам и комитетчикам хорошо известны. Достаточно одного приказа, чтобы их всех замести. Олимпиада тому свидетельство.

– При чем тут олимпиада?

– При том, что из Москвы всех этих типов просто взяли и в течение месяца на время сего международного мероприятия выпнули за сто первый километр. Договорились с авторитетами и те обеспечили ментам спокойствие. Преступность в столице резко упала. Потом они вернулись и все пошло по накатанной. Такие дела братва.

– Хм-м… А что по блатным? Они могут сразу начать действовать, без разговоров, – сказал Городин.

– Нет. Так резко реагировать не в их привычках. Они станут действовать по давно отработанному в их среде алгоритму – вызовут на толковище, чтобы просто понять, кто за нами стоит дабы все вопросы тихо-мирно решить на более высоком уровне.

6

Люберецкие качки все же решили пойти под Киборгина. Отказавшихся не было. Если кто и хотел соскочить, то мог сделать это лишь в одиночку потеряв статус лидера, ведь далеко не факт, что за ним пойдут рядовые бойцы, узнав от чего отказался их главарь. А один в поле – не воин, вот и не стали плевать против ветра.

– Ваша задача, на этих выходных перевернуть весь рынок верх дном. Товар людям портить не надо, как и оборудование, тем более не стоит бить и калечить людей, но бедлам нужно устроить эпический. Пронеситесь по рядам как бурный водный поток из прорвавшейся плотины сметающий все на своем пути. Лица лучше скройте за масками, а лучше платками. Конечно, все поймут кто нахулиганил, но точно опознать никого не получится.

– А что потом? – спросил Зайцев.

– А потом ты придешь к директору рынка и поставишь ультиматум, что если они не хотят, чтобы подобные безобразия случались на регулярной основе и торговцы не разбежались кто куда, то надо заплатить. Ничего сложного на данном этапе. Синие либо попытаются вас придавить по одиночке напав на ваши качалки, но в этом случае я вас подстрахую послав по паре человек с оружием, либо вызовут на разборки и тут вас тоже прикроют мои люди. Дальше развиваете успех на другие города используя захват рынка в Люберцах в качестве образцового примера для подражания. Дескать у себя смогли и у вас можем, за счет чего и вербуете аборигенов в свои отряды. Распределите между собой, кто какой город себе берет, хоть жребий кидайте.

– Ясно.

Сложностей и правда не возникло. Больше сотни крепких ребят скопившись на входах-выходах к часу «Ч» по взлету сигнальной ракеты ворвались на рынок ордой диких варваров и пронеслись вдоль рядов как селевый поток под вопли торговок и покупателей смахивая со столов товар.

Пара милицейских патрулей конечно ничего не могла сделать с молодчиками, никого собственно не поймав, да не особо и старались. Ну и сами качки не нарывались.

Сергей Зайцев со своими ближниками пробыл в кабинете директора недолго, ровно столько, чтобы объявить ультиматум.

– Теперь ждем ответной реакции.

Анатолий решил подождать в качалке Зайцева вместе с Городиным, заодно потягать штангу. Митрохин засел на крыше в качестве наблюдателя, ну и прикроет из снайперки в случае чего.

Качки притихли увидев все шрамы на его теле.

– А если менты нагрянут? – поинтересовался Зайцев.

– Не должны. На каком собственно основании? Лица у всех были закрыты, опознания не провести, а основание из серии: «я знаю, что это вы», даже самый никчемный адвокат разобьет. К тому же менты получают деньги за невмешательство и чтобы они зашевелились, надо заплатить дополнительно и очень много. Синие зажмутся и решат решить проблему своими силами.

– Вопрос в том сколько у них сил?..

– Человек двадцать максимум. Но могут подтянуть пехоту с других направлений. Но это потеря авторитета в их среде, придется стать должным многим другим блатным, чего никто не хочет. Просить поддержи у крупного авторитета еще опаснее, тот может решить, что проситель не справился, упустил ситуацию и заменить его на другого, желающих вагон и маленькая тележка. Там еще те волчьи законы, слабого свои порвут. А значит попробуют решить дело миром, точнее взять нас на понт, станут стращать нас громкими именами воров в законе, дескать они впишутся и нам хана. Так что если не получится нас запугать, как я уже сказал, все равно будут на первых порах действовать собственными силами.

– Только мы не станем страдать всей этой ерундой, а сразу всем покажем кто новый хозяин города.

Анатолий кивнул. План был именно таким. Простым как лом.

Снаружи со скрипом тормозов остановилась машина.

– Черная «жига», трое, – доложился один из самых молодых парней, что еще не успел нарастить мышцы и стоявший на стреме.

Городин встал у входа, достав пистолет.

В подвал с наглым видом спустились лишь двое в темных ветровках, мода на кожаные куртки пока еще не возникло.

Киборгин взял рацию.

– Третий, вырубай водителя.

– Принял…

В этот момент Карский стронувшись, подъехал на своем «уазике» к «жигулям» и надо же как неудачно, что поцарапал машину.

– Эй! Охренел?! Глаза разуй! – с возмущенным воплем выскочил браток и тут же получил в торец, так что осел.

Пара качков, что чуть пригнувшись сидели в «уазике» тут же затащили братка в «УАЗ», один остался с пленным, начав его вязать, а второй, сев в «жигули» поехал прочь.

Братки зашедшие в качалку попытались было выскочить наружу, поняв что все пошло не по плану, но кто же их отпустит? Их быстренько свалили на пол и немного попинав, связали.

– Эй! Вы чего беспределите?! Вы хоть понимаете, что с вами сделают после такого?!

Одного из пленников посадили на стул.

– Ну что же ребята, смотрите и учитесь, сейчас я вам дам урок экспресс допроса, – сказал Анатолий, достав из кармана обычный нож-выкидушку. – Впечатлительных просим удалиться, ну или на худой конец принять сидячее положение, чтобы обошлось без травм при падении в обморок, а так же запастись пакетами, ну или на худой конец принести ведро, чтобы весь пол не заблевать, ибо зрелище не для слабонервных, самим ведь потом мыть придется.

Качки заржали, но так, с нервной ноткой. Они еще не те, что совали раскаленные паяльники своим жертвам в жопы и «разглаживали» животы утюгами. Анатолий даже подумал привнести этот опыт будущего, но потом решил обойтись классикой без авангардизма.

– Э-э… мужик… Че за дела?!

Бандит задергался.

– Так дела не делаются!

– Теперь делаются. Мы решили сразу перейти к этапу прямого конфликта, скорее даже к его финальной стадии, опустив прелюдию со «стрелками», взаимными нападениями из-за угла, избиениями, угрозами здоровью и жизни родных… это долго, утомительно и чревато ненужными потерями, что я особенно не люблю.

Пленник оказался совсем не героем и стоило только начать резать его штаны, как он поплыл, а на самих штанах появилось мокрое пятно.

Браток рассказал все что знал. Собственно, от него и требовалось узнать, кому они подчиняются и где он их будет ждать с отчетом.

– Увы ребят, урок придется перенести на следующий раз, когда попадутся более крепкие клиенты. А сейчас нам надо поспешить поймать рыбку, пока не почувствовав опасности не махнула серебристым хвостом и не залегла на дно в какой-нибудь тайной дыре.

– А с этими что? – спросил Зайцев.

– Ночью вывезите в лес и прикопайте, машину дам. Лопату сами найдете.

Анатолий свернул шею своему клиенту, а Городин прикончил второго.

Обмякшие тела упали на пол. Почувствовался запах дерьма. А еще через несколько секунд двух ребят вырвало. Остальные тоже оцепенели и побледнели.

Один лишь Ярослав, привычный к смертям, стоял с ухмылкой.

– Ничего-ничего, так тоже бывает, не переживайте, – похлопал по спине одного из ребят Анатолий.

Киборгин специально устроил такую расправу на виду у всех, чтобы до всех окончательно и бесповоротно дошло, что игры кончились и чуть что не так, их самих ждет подобная судьба.

Вышли на улицу и Анатолий по рации вызвал машины.

– Погнали.

Авторитет по кличке Граненый, державший Люберцы, как и сказывали пленные дожидался отчета своих людей на своей «малине» устроенной в подвале одного из магазинов торгующего промтоварами, быттехникой, бытовой химией, там же имелась комиссионка и что-то еще вроде парикмахерской и ремонт обуви. Подвал конечно здорово переделали, превратив его в сауну. Парилка, мойка, бассейн пять на пять метров, несколько залов отдыха с бильярдом и игровым покерным столом, ну и конечно есть отдельные комнатки для приватного отдыха с девицами облегченного поведения. В общем все соответствовало фразе: «блэкджек со шлюхами».

Забавно было то, что все его люди оказались оформлены грузчиками, сторожами и прочими работниками этого магазина. Вот и сейчас они его сторожили и проводили прочие работы.

Так же из допросов стало ясно, что в сауну любило заглядывать городское руководство, а так же партийные функционеры. Ну и руководители заводов и фабрик тут тоже любили отдыхать. Это же все так походило на красивую западную жизнь! А им деньги от махинаций девать некуда. Миллионы держали под паркетом.

«Интересно, эти идиоты хоть понимают, что на них изготовили тонны фото- и видеокомпромата? – задался вопросом Анатолий. – Потом начнут всплывать видео «с человеком похожего на….» нужное имя и должность вставить».

Но сейчас их там быть не должно.

– Заходим и всех валим наглухол. Кроме самого Граненого.

Пара бойцов стояло у входа и смолили сигаретки, один из них даже приветливо махнул рукой подкатившей машине, а потом очень удивились, когда из машины выскочили совсем не те, кого они ожидали и это было последнее чувство что они испытали в своей жизни.

Хлопнуло два выстрела и бойцы осели на асфальт.

Следом за черными «жигули» на задний двор заехало два «уазика» из которых вывалила штурмовая группа из «гиен» и качков и все они ломанулись внутрь подвальной сауны.

В общем взять штурмом это помещение разврата и порока не составило ни малейшего труда. Никто просто по определению не был готов ни к чему подобному. Времена нынче совсем не те. Да и количество защитников оказалось всего восемь человек. Нынешние банды еще крайне малочисленны.

Сам Граненый в момент штурма развлекался с тремя девицами в бассейне.

– Вылазь.

Самих девок, числящихся продавщицами, давно вытащили и заперли в одной из комнат.

– Ты кто?!

– Для тебя это уже не важно.

– Ты ответишь за это!

– Отвечу… может быть. Ну а пока ты будешь отвечать на мои вопросы.

И ответил, деваться ему было некуда. И где деньги лежат и где компромат хранится. Увы, на милицейское и тем более кагэбешное руководство Люберец не имелось, но вот на все городское и партийное руководство было.

«Пожалуй пора вызывать Кристину и пусть берет этот бордель под свое управление», – подумал Киборгин.

Кристина что фактически управляла солдатским борделем дисбата сейчас сидела без дела и приглядывала за дюжиной дравидок, коих пришлось вывезти в Союз потому как в Афганистане им ничего не светило, ну и они были банально куплены в своих племенах. Они хоть и страшненькие, но если подштукатурить, выстроить свет, то вполне пойдут за экзотику с повышенным спросом.

7

На следующий день Анатолий собрал качков в их центральной «качалке».

– Поздравляю друзья, мы взяли под контроль не только сраный рынок, но и весь город целиком и вот наша добыча!

С этими словами Киборгин подняв с пола полиэтиленовый пакет, взялся за дно, перевернул и высыпал его содержимое. На пол посыпались пачки денег. Качки замерли глядя на «котлеты» с разноцветными купюрами.

– С-сколько тут? – спросил севшим голосом один из лидеров.

– Чуть больше полумиллиона.

Совсем пацаны завороженно смотрели на кучу денег словно бандерлоги на Каа.

– Это месячный доход местного вора в законе.

– И это они с рынка столько гребли?

– Нет конечно. Доходы от рынка синим чисто на семечки хватало, – усмехнулся Анатолий. – Как вы в курсе Граненый был смотрящим за Люберцами и греб деньги со всего города.

– Да откуда тут еще грести?

– Ткацкие и швейные фабрики, парни. Только их в городе больше десятка.

– И как они с этих фабрик деньги получали? Ткань воровали?

«Мн-да, с интеллектом у парнишек не очень», – с сожалением подумал Киборгин.

– Ткань воруют несуны, много не украдешь и не заработаешь, к тому же так спалиться недолго. Все гораздо проще и надежнее. Официальные директора предприятий со своими клевретами являются так называемыми подпольными цеховиками. Слышали про таких?

Качки закивали.

– Так они что, прямо на своих фабриках левак гонят?

– В точку. Иногда работники даже не подозревают, что во время своей работы или на сверхурочке гонят этот левак.

– Суки… значит моя мать там шьет за гроши паленку? – глухо пробормотал один из парней.

– Вполне возможно. Но некоторые работницы могут и знать, если производимая ими продукция явно выбивается из номенклатуры, вроде заграничных джинцев и того подобного. Такие работницы могут получать до тысячи рублей в месяц.

– Вот блин!

– Точняк… Я еще удивлялся, чего это Светка такая вся прикинутая, хотя ее мать тоже на швейной фабрике простой швеей работает, а отец – обычный водятел… наверняка левак шьет.

– Но как?! Ведь все же учтено!

– Схем хватает. Те же излишки. А оные образуются путём завышения потребности в сырье, приписок, более рационального расходования сырья в процессе производства основных объёмов продукции, списания и формального уничтожения качественного сырья как бракованного, мыши там поели, сгнило, еще что-то… и вот появилась неучтенная ткань и другие материалы из которой теперь можно гнать востребованный левак…

По мере разговора вспыхнувший в глазах парней при виде кучи денег блеск алчности постепенно затухал. Киборгин при этом специально вывалил пачки на пол – чистая психология, ведь подсознательно мы воспринимаем валяющееся на полу как мусор. Не со всеми срабатывает, и от количества зависит, но кинуться на пол встав на колени, чтобы начать брать деньги – значит опуститься и это тоже срабатывало как сдерживающий фактор.

– У этих гадов наверняка куча бабла по ухоронкам заныкано…

– Точняк…

– Может наведаться к ним, Командир? Пощупаем за мягкое место?

– Не нужно пацаны. Зачем палиться? Сами придут и сами дадут. Не стоит рубить куриц, несущих золотые яйца…

– Ха-ха-ха! А я бы пнул им разок ботинком по золотым яйцам!

Тут уже грохнули смехом все, поняв о чем сказал их товарищ.

– Нам сейчас о другом думать нужно, – продолжил Киборгин когда все отсмеялись над тупой шуткой. – Смекаете, о чем я?

Качки перестали улыбаться.

– О том, что такой доход нам никто так просто не отдаст, – сказал Сергей Зайцев.

– Верно. Рано или поздно, но блатные постараются вернуть типа свое и мы должны быть к этому готовы. Конечно, как показала практика, ко всему быть готовым невозможно, но некоторые двери и окна мы должны закрыть.

– И что нужно сделать?

– Разведка прежде всего. В первую очередь требуется покрыть город сетью осведомителей. Кто мне скажет, кто лучше всего знает, что происходит во дворе?

– Бабки! Они все обо всех знают, даже то, что они сами о себе не знают!

Качки снова заржали.

– Верно, – тоже улыбнулся Анатолий. – Было бы идеально вовлечь их в нашу сеть, но контингент это сложный и будет слишком много информационного мусора. Но если кому-то удастся, то я такому вербовщику специальную премию дам, а в качестве дополнительного бонуса – пострелять из пулемета разрешу.

– Гы-гы!

– Но вообще я предлагаю вам воспользоваться опытом книжного героя по имени Шерлок Холмс и задействовать малолеток. Обойдется это недорого, много ли нужно таким пацанятам? На мороженое да в киношку сбегать, зато появятся глаза и уши в каждом дворе. В итоге ни один чужак не останется не замеченным. Особое внимание на наших синих к кому могут заявиться кореша. Потому я предлагаю вам потратить часть денег на вербовку агентуры.

– Здорово придумано…

Качки оживились. Ну да, у самих еще детство в жопе играет, а тут реальные шпионские страсти!

На самом деле от ответного массированного удара такая сеть не спасет, если блатные заявятся из Москвы толпой на нескольких машинах и атакуют подвальные качалки сходу, но Анатолий раскидывал эту сеть совсем на другую рыбу – киллеров-одиночек, что могут прийти по его душу.

Плотность сети еще придется проконтролировать, а то ребятки могут тупо зажать бабки и отчитаться, что в каждом дворе завербовано по три-четыре пацана, а на деле полный голяк и часть территории окажется без присмотра.

Дальше деньги подняли с пола и Киборгин раздал их из своих рук. Тоже психология, приучал к мысли, кто является подателем благ.

– И еще ребят, вопрос не по теме… Думаю, что почти у всех у вас есть девчонки…

– А то!

– Ну дык…

– Это я к тому, что им тоже не мешало бы поддерживать физическую форму. Понятно, что не накачивать мышцу… а то сисек не будет… хотя тоже по-разному, некоторым не мешало бы и уменьшить размер…

– Га-га-га!

Пацаны стали толкать локтями одного из своих товарищей.

– Твоей Ксюхе точно надо, гы-гы!

Чуть покрасневший пацан демонстративно резко отбивался. Но возня быстро прекратилась.

– В общем у кого серьезно, любовь-морковь и все дела, смотрите на их матерей и думайте, хотите, чтобы к тридцати-сорока годам они стали такими же или с помощью легкой атлетики – фитнеса, строят свое тело, чтобы и в пятьдесят они выглядели как модели. Я для такого дела даже куплю видеокассеты на которых записаны тренировочные комплексы специально для женщин, есть у меня возможности. Пусть подруг приводят…

Когда все дела с качками были закончены Митрохин поинтересовался:

– Командир, а зачем ты вообще эту тему про девок поднял?

– Причин много. Деньги развращают… и парни, они слишком молодые и их может понести вразнос, а девушки, как мне кажется, могут этот процесс стабилизировать, при них они не пойдут на крайности. Да, спорное утверждение… Нужно еще посмотреть на самих девушек, а то может там еще те шалавы да хабалки, и если там есть такие, то аккуратно их убрать. Но этим вопросом чуть позже займется моя жена… или специалиста из психиатров найдем. А вообще если в глобальном плане, то хочу развить эту уникальную люберецкую субкультуру, ведь все остальные молодежные группировки здоровым образом жизни похвастаться не могут…

– Скорее уж наоборот, – хмыкнул Городин.

– Именно. Там круто курить и бухать. Так вот, я хочу, чтобы стало модно быть сильным и здоровым, выглядеть как они, не пить и не курить, чтобы девушки выглядели подтянутыми, чтобы получив доступ к деньгам не начали обжираться превращаясь в бесформенное нечто, не трясли целлюлитным холодцом в тридцать лет, при этом из-за курева и бухла выглядя на все пятьдесят и потом не вопили, что мужья их бросили ради молодых и красивых, а они дескать потратили лучшие годы на них.

Митрохин понятливо хмыкнул.

– Не пейте и не курите, будете выглядеть молодыми и красивыми… Ну и вот, если эти парни в итоге возьмут под свой контроль Москву, то если сами не скурвятся, чего я постараюсь не допустить, то навяжут свой здоровый образ жизни москвичам, молодому поколению. Ведь чтобы войти в их… стаю, нужно самим быть как они. Чтобы выглядеть хиляком или жирным было западло. Начнут заниматься, от курева и бухла сами откажутся, ибо это сильно мешает прогрессу. А Москва всегда являлась примером для подражания, за ней потянутся остальные, как итог мода на здоровый образ жизни распространится на всю Россию. Ну вот, как-то так, в идеале.

Митрохин и Городин выглядели, мягко говоря, удивленными.

– Ну ты командир голова… – потрясенно выдохнул Митрохин.

А Анатолий невольно вспоминал все эти рекламы в девяностые, что продвигали курево и бухло, а там и наркота. Собственно, и сейчас много молодежи курит и бухает, но в девяностые это выйдет на новый уровень, курить станут уже не скрываясь даже в школах. Ладно, сраные капиталисты продававшие бухло и курево направо и налево, им лишь бы бабки заработать, но почему народная власть с такими явлениями активно не борется? Тоже плевать на здоровье подрастающего поколения?

«И вот так везде, в какую область деятельности ни ткни, везде у коммунистов провал, тьфу», – раздраженно сплюнул Киборгин.

8

Как известно, всякое действие рождает противодействие, как при выстреле в плечо бьет отдача. Так и атака на рынок с последующей зачисткой Граненого и его сподручных, не могла остаться без последствий. Образно выражаясь Киборгин с качками вломился словно слон в посудную лавку и перебил все чашки. Без ответного удара дело обойтись не могло. Киборгин его ждал и дождался.

– Менты пацанов похватали… – сказал нервничающий Сергей Зайцев. – Чуть ли не половину закрыли.

– Ясно. Не дергайся, я все урегулирую.

По сути, захват рядовых бойцов ментами являлся ответным приглашением на разговор и Анатолий отправился в городское УВД.

– Мне нужно к полковнику Потапову.

– По какому вопросу гражданин?

– Скажи, что к нему на прием желает попасть Анатолий Леонидович Киборгин. Остальное не твое дело. Уверен, он меня будет рад видеть вне очереди если таковая имеется.

Дежурный позвонил по внутренней сети и положив трубку, сказал:

– Товарищ полковник ожидает вас.

В приемной в кабинет полковника сидела секретарша в звании старшего лейтенанта. Народу не было и Анатолий сразу прошел к главному городскому милиционеру. Выглядел люберецкий главмент вполне пристойно, не жирный хряк, как подсознательно ожидалось, лет пятидесяти, моложавый, явно следил за собой.

– Добрый день гражданин. Какой у вас ко мне вопрос?

– Простой. Сколько ты хочешь сверх того, что получал от Граненого?

Играть в возмущенного незнайку тот не стал. Пристально посмотрев на посетителя усевшегося в кресло, Потапов спросил:

– Скажи, зачем ты влез в это дело, Толя? Да еще вот так, можно сказать с разбегу прыгнул в лужу дерьма, так что брызги зловонные во все стороны полетели и волна пошла, что грозит смыть многих.

– Деньги нужны и много, – сказал чистую правду Анатолий.

– И зачем же тебе такие деньги? Это ведь сотни тысяч и миллионы в перспективе.

– Это к делу не относится. Так что просто назови свою сумму и если она разумная, то ты ее получишь. Для тебя ничего не изменится. Был один сборщик, стал другой.

– Не все так просто в этом подлунном мире… Ты мне симпатичен Киборгин. Герой, парней из плена вытащил и мне непонятно зачем ты влез в это дерьмо обеими ногами, учитывая, что специально под тебя в системе ДОСААФ создали целый отдел. Это отличная должность, хорошая зарплата, всякие прочие плюшки доступные лишь избранным, шикарные перспективы, все у тебя было бы отлично, но нет, ты решил все это похерить. Мой тебе совет, вылезь из этого дерьма, пока еще можешь и тебя не затянула в него с головой. Вылезь, и все будет отлично, словно ничего не случилось.

– Уже не получится.

– Получится. Я все утрясу. Просто верни, что взял. И к тебе даже никаких вопросов ни от кого не будет. Никому проблемы не нужны. Что до Граненого и его людей, то сам виноват, потерял бдительность, расслабился, за что и поплатился…

– Не получится, – со вздохом повторил Анатолий.

– Почему?

Киборгин пристально взглянул на полковника и сказал:

– Хорошо, я тебе кое-что постараюсь пояснить, чтобы ты понял всю серьезность ситуации. Ты ведь посчитал, что я действую самостоятельно, так? Подумал, что я много о себе возомнивший хрен, решил собрать банду из местных, подержав ее несколькими своими бывшими подчиненными, ставших простыми подельникам.

Полковник кивнул.

– Так вот, это не так.

– А как?

– Все значительно сложнее. Как ты правильно заметил лично у меня все было бы отлично. Отличная должность, перспективы и никакого ненужного риска учитывая, что я только что женился. Спрашивается, каким идиотом надо быть, чтобы все это поставить на карту?

Полковник нахмурился.

– Но можешь быть уверен, я не идиот. Ты вообще задумался над тем почему я вдруг оказался на гражданке, раз сумел собрать обо мне столько информации? Ведь в армии у меня были еще более шикарные перспективы с моими наградами и званием подполковника в двадцать девять.

– Ну, прошел слушок, что твоя операция с вызволением пленных из Пакистана была твоей инициативой. Все сделали хорошую мину при плохой игре, а потом тебя все же в качестве наказания выпнули из армии.

– А теперь давай предположим, что все было несколько не так и операция на самом деле была санкционирована именно с таким вот результатом, что меня увольняют, но я остаюсь в сознании солдат несправедливо наказанным.

– Зачем это?

– Об этом чуть позже, просто держи этот момент в уме.

Полковник кивнул.

– Как ты понимаешь, через Афган прошло очень много людей, почти половина приобрели боевой опыт, но главное произошел психологический слом, люди привыкли убивать, жизнь для них перестала иметь какую-либо ценность. И тем более для них не будет иметь ценность жизнь каких-то урок, как и тех… кто имеет с ними дело.

Тут полковник еще сильнее насупился приняв на свой счет.

– Так всегда было и будет… и кое-кто, не стану называть имен, но как ты понимаешь, на их погонах большие звезды, решил, что эти люди отличный ресурс. Ты представляешь сколько это вообще народу?

Полковник мотнул головой.

– Сотни тысяч людей. Оценил потенциал?

– Но не все же они…

– Не все. Но несколько десятков тысяч человек легко поднимутся, стоит только их позвать и дать им простую понятную цель. Они ведь не могут обратно встроиться в привычную жизнь ибо стали другими. Это целая армия. Армия не нашедших себе места людей… надо только дать ей командира, которого они все примут.

– Тебя…

– Меня. И я сейчас под эгидой центра реабилитации при ДОСААФ буду собирать эту армию.

– То есть вы решили отжать у блатных источники дохода?

– Верно.

– Не сходится…

– Что именно?

– Если все так как ты говоришь и, армия не собрана, то ты выступил слишком рано. Все выглядит как фальстарт. Выступают обычно, когда все силы в сборе.

На это Киборгин только улыбнулся.

– Это армия и у нас несколько иные критерии действия. Мы рассматриваем все как вторжение на вражескую территорию. А что происходит, когда нужно выяснить потенциал неизвестного противника?

– Э-э… провести разведку.

– Верно. Вот я и провожу эту самую разведку. Только есть еще такое понятие как разведка боем. Вот все что произошло, это оно и есть. Я нанес удар одновременно пытаясь захватить плацдарм, что проделал успешно. И сейчас будем смотреть, как и чем ответит противник.

– И все равно не бьется…

– Что же?

– Не слишком ли рано? Ведь ты сам сказал, что армия еще не собрана…

– Ну да. Только и ситуация нестандартная и одним действием приходится решать сразу несколько задач, как тактических, так и стратегических. Чтобы собрать эту армию под знамена, нужно это знамя поднять и показать его, а главное нужно показать результат.

– И ты это знамя…

– В точку. Причем не какой-то там хрен непонятный, а всем хорошо известный. Несправедливо уволенный решивший в итоге взять свое у урок. Этакий Робин Гуд…

– И бывшие солдаты легко поднимутся… ведь они не против общества, а у бандитов будут отнимать… – прошептал полковник.

– Ага, все по Марксу – грабь награбленное!

– Это же война…

– Ну да, – пожал плечами Анатолий Киборгин. – Привычное и понятное для них состояние, где ясно, кто враг, а кто друг и при этом еще платят хорошо. И как ты понимаешь, недостатка в вооружении мы иметь не будем и как только армия будет собрана, вынесем блатных на раз.

Анатолий с удовлетворением наблюдал, как на его блеф реагировал полковник, каких эмоций тут только не было, но последней, что отразилась отчетливо – паника и Киборгин решил его «добить».

– Да, еще один момент…

– Какой?

– Поскольку ты отказался просто взять деньги и постоять в сторонке, то сейчас узнав почти все, такого простого варианта у тебя теперь нет. Ты же понимаешь, что узнал слишком много… и так просто теперь тебя не отпустить. Так что у тебя только два варианта. Первый, ты опять-таки берешь деньги и даже сверх того в умеренном количестве, но уже с отработкой их по своему профилю.

– То есть?..

– То есть теперь ты работаешь на нас и сообщаешь интересующую нас информацию. У твоих ребят «на земле» должны быть «барабаны» среди уголовной и приблатненной среды и теперь любое поползновение в нашу сторону со стороны этого контингента ты должен выявлять и сообщать…

– Я не могу… меня же убьют…

Анатолий достал из портфеля бинокль и протянул его полковнику.

– Держи. Посмотри в окошко на крышу вон того здания.

Открыли окно, а то стекла были такого паршивого качества, что даже невооруженным взглядом были видны искажения.

И пока полковник подносил бинокль к глазам, Киборгин достал рацию и произнес:

– «Дым», это «Огонь», прием.

– «Огонь», это «Дым», на связи.

– Покажись «Дым».

Полковник невольно отвлекся на Киборгина.

– Ты в окно смотри. Что видишь?

– Человека… с винтовкой… с оптическим прицелом… кхе-кхе!

Полковник Потапов явно побледнел и у него перехватило дыхание.

– Все «Дым», можешь уходить.

– Понял «Огонь».

– Как видишь полковник, урки тебя убьют или может еще нет, что неизвестно, по крайней мере точно не в ближайшее время, а вот мои люди тебя завалят однозначно. И это второй вариант от меня, если откажешься от первого. А чтобы тебя урки не завалили, ни сейчас, ни позже, придется встать в наши стройные ряды и общими с нами усилиями помножить их всех на ноль, в итоге устранив угрозу для жизни с той стороны.

– Вы не оставляете мне выбора…

– Такова жизнь, – снова пожал плечами Анатолий. – Взяв однажды деньги от блатных…

– Я не мог не взять… тогда бы они или меня убили, или моих родных… Слишком большие деньги тут крутятся. Это в каком-нибудь Мухосранске, где ничего нет можно оставаться независимым и принципиальным, и то не факт.

– Понимаю. Ну вот, теперь у тебя есть возможность отомстить за свою поруганную честь.

– Меня быстро снимут с должности… ведь деньги идут дальше.

– Ну, какое-то время ты еще посидишь в этом кресле, а дальше уже сам думай, как быть, либо увольняться и куда-то бежать, забившись в глухомань, либо остаться с нами и выполнять свою работу уже в нашей структуре.

– Э-э… то есть?

– Люди всегда остаются людьми со своими страстями и пороками. Кто-то обязательно начнет подворовывать, совершать иные преступления, сила кружит голову, появляется чувство вседозволенности, все эти моменты следует купировать. Нам не нужны бешеные псы.

– Хм-м…

– Только учти одну вещь полковник…

– Какую?

– На двух стульях усидеть не получится – жопа порвется. Если ты решишь встать в наши ряды, то чтобы гарантировать твою лояльность, ты будешь регулярно проходить проверки на детекторе лжи. Ну и сам должен понимать, что произойдет с тобой в случае предательства, – кивнул в сторону окна Анатолий.

Полковник поджал губы.

– А теперь думай с кем ты и против кого. Вспомни, зачем ты пошел работать в милицию, если тебя конечно не в добровольно-принудительном порядке рекрутировали и нравится ли тебе все усиливающаяся власть урок. Как надумаешь, приходи ко мне. И выпусти парней.

9

Человек из КГБ пришел к Анатолию сам, прямо в офис Центра реабилитации. Пришел понятное дело в штатском, но если верить «корочкам», то имел звание майора. Понятно, что это лишь посредник с четким заданием и инструкциями без права принятия решений.

С этой структурой договориться удалось на удивление легко, может потому, что действовали либо умнее – просчитали все возможные варианты в том числе и тот, что задвигал Киборгин полковнику Потапову, может даже прослушивали его и «знали» кто стоит за Анатолием. Собственно, когда он задвигал свой блеф люберецкому главменту, рассчитывал именно на то обстоятельство, что комитетчики его слушают с тех самых времен как между двумя этими ведомствами началось противостояние. А каким бы Комитет ни был сильным, он все же не всемогущ, начинать прямое противостояние с Армией им не с руки и потому лучше разойтись краями.

«А то ведь вполне менты могли на сторону армейцев перекинуться и отомстить гэбистам за все хорошее», – размышлял Киборгин.

Либо, если прослушки нет, то просто комитетские были осторожнее и на рожон не полезли, решив, по крайней мере на данный момент, сохранить нейтралитет и посмотреть, как дальше дело обернется. Ведь они из-за профессиональной деформации мышления привыкли видеть за простым действием второе и третье дно, то есть чью-то операцию. Вот и сейчас наверняка начали копать, чтобы понять, кто стоит за Героем. Цели и задачи теневых руководителей. Не подстава ли это коллег по Конторе из других отделов, или даже собственного, решивших отжать лакомый кусок подставив и подсидев конкурента?

В КГБ ведь тоже не все просто, там свои группировки и кланы, за которыми стоят политические и региональные группировки, что жестко бодаются между собой и такая борьба обостряется после каждой смены руководства. А не так давно, как раз произошла очередная смена и кресло главы потеснив Федорчука занял представитель окраинского клана Чебриков. Вслед за новым председателем меняются главы ключевых отделов и подразделений на лояльных новому начальству. Ну и потом еще некоторое время идет бурление на низовых уровнях.

В таких непростых условиях, постоянных кадровых перетасовок на все эти проверки уйдет очень много времени, а там уже, как рассчитывал Анатолий, что называется поезд уйдет и его уже будет не так-то просто взять за жабры.

Так что открытый визит майора это как бросок камешка в воду, чтобы можно было посмотреть, кто зашевелится, когда пойдут круги по воде. А если реакции не возникнет, то призадумаются еще сильнее и попробуют кинуть камешек побольше. Но это будет потом.

Речугу майор задвинул витиеватую, но если отжать воду, то звучала она примерно так: «Взял власть в городе? Честь тебе и хвала, но положенную долю с дани, собираемую с территории, отдай кому надо в полном объеме».

– Я и больше готов отдать в разумных пределах, конечно если окажете оперативное сопровождение и содействие, – сделал Анатолий провокационное предложение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Книга названа по одноименной песни Виктора Цоя.

Вернуться