Анита Харт
Неотступный. Цена Любви

Глава 1

Элисон

За четыре года работы пришлось повидать многое, но не могу назвать рядовым вторником день, когда меня пытаются облапать, позвякивая рождественскими бубенчиками. В такие моменты, к своему ужасу, я забываю, почему вообще решила стать фотографом.

Пулей вылетев из студии в крошечную приемную, направляюсь прямиком к нашему администратору.

– Дэниел! Немедленно иди к этим пьяным болванам и скажи, что фотограф не входит в стоимость проведения съемки! – агрессивно шепчу я, стараясь держать себя в руках.

Худощавый блондин неспешно переводит на меня затуманенный взгляд из-за регистрационной стойки.

– Действительно, такой позиции нет в нашем прайс-листе, – медленно гнусавит он и снова утыкается в свой компьютер.

– Это не смешно, черт возьми! Я много раз говорила, что эта акция с костюмами привлекает каких-то ненормальных, от которых одни проблемы. Как прикажешь мне с ними сейчас работать?

– Успокойся, выйди подышать воздухом и возвращайся к работе. Ничего страшного не произошло, а мы не можем позволить себе разбрасываться клиентами. Если перестанешь раздувать из мухи слона и будешь вести себя немного лояльнее, – он бросает мне многозначительный взгляд – то, возможно, они тебя отблагодарят.

Ушам своим не верю! Он что, действительно предлагает дать себя потискать за какие-то чаевые?! Я понимаю, что наша фотостудия далека от премиум-класса, да что там, ее с трудом можно назвать “середнячком”, но такого уж точно не ожидала.

За полгода работы в “ФотоВиста” я привыкла и к двум тесным помещениям с дешевенькими декорациями, и к Дэну с его пофигизмом, и, естественно, к клиентам с их вечными причудами. Но сейчас я четко осознаю: это место – дыра, и дальше так продолжаться не может.

Нацепив каменное выражение лица, выхожу из ступора.

– Рассчитайся со мной за вчерашний день и утреннюю съемку. С этого момента я тут больше не работаю.

Администратор наконец-то полностью фокусирует свое внимание на мне и медленно качает головой.

– Ты не можешь уволиться из-за этой ерунды, сейчас… – его прерывают громкие звуки из помещения, в котором я оставила этих пьяных недо-эльфов. Судя по всему, кто-то уронил часть освещения.

Дэниел глубоко вздыхает и продолжает:

– Мистер Николсон не отпустит тебя до тех пор, пока не найдет замену. По договору, ты обязана уведомить его об уходе не менее, чем за 15 дней.

– А он по договору обязан предоставить подобающие условия работы, не подвергающие меня опасности, – парирую я.

– Элисон, я не собираюсь выслушивать твои пререкания, – строго произносит он. – Сейчас ты вернешься к клиентам, а все остальное мы обсудим в конце дня, – с этими словами он возвращается к делам, тем самым демонстрируя, что разговор окончен.

Я иду обратно в студию и когда замечаю, что львиная доля декораций разбросана по всему полу, еле сдерживаюсь, чтобы не накричать на этих идиотов.

Парочку взрослых пьяных мужчин нисколько не смущает мое присутствие, и они весело гогочут в своих нелепых зеленых костюмах эльфов. Кто вообще устраивает рождественскую фотосессию в сентябре?!

Когда тот урод, что десять минут назад хватал меня за задницу потными ручонками, снова начинает бросать на меня сальные взгляды, я разворачиваюсь, хватаю свои вещи и выскакиваю из помещения. Пробегая через приемную, я даже не поворачиваюсь к Дэниелу. К черту его, мистера Николсона и эту контору. Пусть сами развлекаются с этими двумя клоунами и всеми последующими.

Плохо, что сгорит оплата за начало этой недели. Как назло, в пятницу нужно платить за жилье. К тому же я и так уже залезла в деньги, отложенные на конкурс. Если срочно не восполнить их, то могу попрощаться с единственным стоящим шансом за последние четыре года.

Оказавшись на оживленной улице Нью-Йорка, двигаюсь в сторону метро, попутно размышляя, что делать дальше. Спустя два квартала понимаю, что, имея за плечами к двадцати одному году только старенькую камеру, небольшую арендованную комнату и скопившиеся долги, вариантов у меня не много.

Вздохнув, достаю телефон и набираю номер своей соседки по квартире. Спустя несколько гудков на том конце линии раздается оживленный голос.

– У тебя что-то срочное? – тараторит она. – На работе сейчас завал. У меня буквально минута,

– Привет, Мона, я быстро. Твое предложение еще в силе? Вам еще требуется кто-нибудь из персонала?

– Что случилось? Хотя не отвечай, я все равно не успею все выслушать! У нас сегодня второй день собеседований. Если успеешь сюда за час, то я постараюсь тебя пропихнуть к нашему управляющему. Устроит?

– Да, конечно. Я твоя должница! – отвечаю я, бросая взгляд на часы.

– Пустяки. Адрес сброшу в смс, – не дожидаясь ответа, она вешает трубку.

Девушка очень кстати ворвалась в мою жизнь рыжим пламенем чуть больше года назад. Арендуя соседнюю комнату, помимо громкой музыки и заразительного смеха, она привнесла еще кое-что, в чем я нуждалась, но даже не подозревала об этом. Простая девчачья дружба.

Для меня было в новинку устраивать ночные посиделки с мороженым за просмотром нелепого шоу, ходить вместе обедать или утешать подругу после неудачного свидания.

Погрузившись в собственные мысли, я чуть не проехала свою станцию. Спустя сорок минут, выбравшись из забитого вагона метро, я спешу по указанному адресу. Когда нахожу нужное место, то сильно удивляюсь. Я знала, что Мона уже несколько месяцев работает в дорогом ресторане почти в самом центре города, но к настолько пафосному на вид заведению оказалась не готова.

Сейчас затея с работой выглядит не самой продуманной, учитывая мой внешний вид. Поношенные темные джинсы и белый кардиган смотрятся слишком просто для заведения подобного уровня.

Мои мысли подтверждает выходящая из ресторана пара. Когда женщина мельком окидывает меня взглядом, а после слегка морщится и что-то шепчет своему спутнику.

Класс! Я здесь еще даже не работаю, а меня уже воспринимают как третьесортную. Это точно будет долгий день.

Колтон

Эти долбанные пробки когда-нибудь сведут меня с ума. Если это, конечно, раньше не сделает мой папаша, совет директоров или “прекрасная” невеста. Список причин для моей будущей путевки в психушку становится все больше, а нервов с каждой секундой все меньше.

Только я решаю наплевать на обед и сказать водителю, чтобы он на первом же повороте развернулся обратно в офис, как справа от меня подает голос Джейсон.

– Если ты не выпьешь в ближайшие полчаса, мне вместе с Грегом придется потратить вечер на то, чтобы спрятать чей-то труп где-нибудь в лесополосе.

Я перевожу хмурый взгляд со своего друга на водителя и замечаю, как тот опасливо поглядывает в мою сторону.

– В любой другой день я бы уже начищал свою парадную лопату, но сегодня у меня планы. Так что будь хорошим боссом, дай Грегори отвезти нас на обед, – все не унимается Джейс.

– Я охренительный босс, если ты это вдруг забыл, пока две недели болтался по средиземноморскому побережью, вместо того, чтобы готовить рекламную кампанию к открытию нового ресторана, – сухо напоминаю ему. – К тому же, прятать трупы и подчищать мою репутацию также входит в твои обязанности.

Он разражается хохотом, и у меня не получается удержаться от небольшой ухмылки. Царившее в машине напряжение немного ослабевает, и это одна из причин, почему пиар-менеджер по совместительству еще и мой лучший друг.

По дороге в ресторан я вновь погружаюсь в мысли о том, как решить маячащую на горизонте проблему.

– По твоему лицу можно предположить, что ты думаешь либо о нашествии саранчи, либо о своей обожаемой невесте, – медленно произносит Джейс, поправляя волосы. – Хотя, на мой взгляд, они не сильно отличаются, когда речь заходит об их неуемном аппетите.

– Если ты хоть на пять минут перестанешь сыпать свои искрометные шутки, может быть, меня посетит какая-нибудь дельная мысль, – огрызаюсь я.

– Разумеется, именно в эти пять минут ты, наконец, придумаешь, как отделаться от нее и при этом остаться со своим бизнесом? Спустя столько лет все еще не могу поверить, что ты согласился на такие дерьмовые условия в договоре.

Я не могу сказать ему ничего нового, поэтому оставляю реплику друга без ответа. Он прекрасно знает причины моего решения, хоть и придерживается другого мнения относительно того, как мне следовало поступить.

Оставшийся путь проходит в мрачном молчании. Когда мы, наконец, подъезжаем к “Франческо”, все, чего я хочу – это выпить виски, сидя за своим любимым столом, и получить несколько минут спокойствия.

Странное предчувствие подсказывает мне, что этому желанию не суждено сбыться.

Глава 2

Элисон

Набравшись смелости, толкаю дверь и захожу внутрь ресторана. “Франческо” с первых секунд производит впечатление. Меня сразу же встречают витающие в воздухе тонкие ароматы специй. Оглядываюсь по сторонам и вижу просторный зал, выдержанный в темных тонах.

Большая часть столиков занята, а между ними то и дело снуют вышколенные официанты. За стойкой гостей встречает белокурая хостес, которая смотрит на меня с сомнением, всем своим видом намекая, что я заблудилась.

– Добро пожаловать в “Франческо”. На чье имя бронировали стол? – тянет она, ожидая, когда я представлюсь

– Меня зовут Элисон. Пришла насчет работы. Мона должна была кого-то здесь предупредить, – тараторю я.

Мисс Вежливость еще раз окидывает меня взглядом и нехотя, кивком показывает следовать за ней. На каблуках она идет быстрее, чем я в своих ботинках. Интересно, они у нее приклеенные, что ли? Я бы вывихнула себе что-нибудь, только пока надевала бы что-то подобное.

Навстречу из-за угла как раз поворачивает Мона, на ходу поправляя свои медные локоны и фартук официантки.

– А вот и ты! Пошевеливай попкой! У нас мало времени, чтобы привести тебя в порядок, – командует она. – И нечего так смотреть на нас, Каролина, – добавляет она моей сопровождающей.

Та только закатывает глаза и также быстро возвращается на прежнее место.

– Вау, а я думала, как стервы здесь себя ведут только клиентки, – бурчу я.

– Если бы у нас бы “стервометр”, он бы лопнул еще у входа в ресторан. Часть персонала ведет себя так, будто как минимум половина этого места принадлежит им, – недовольно фыркает она.

Спустя несколько поворотов мы оказываемся в узком коридоре около туалета для персонала.

– Выглядишь так, словно весь день отбивалась от зомби, – подруга морщит нос, стоя рядом.

– От эльфов, – вяло протестую.

– Нашего управляющего это вряд ли впечатлит. Но ставлю бутылку вина, что он сделает поблажку, если ты покажешь ему сиськи, – она резво заталкивает меня в туалет.

Качаю головой и поворачиваюсь к единственному зеркалу в одноместной уборной. Зрелище в отражении не вызывает во мне позитивных эмоций. Темно-русые волосы выбились из тугого хвостика и растрепались, а покрасневшие от волнения щеки выдают мою нервозность.

Косметики у меня с собой нет, поэтому умываюсь холодной водой, чтобы сбить румянец. Вытерев лицо салфетками, наспех причесываюсь и решаю оставить волосы свободно ниспадать до середины спины.

Поразмыслив, что могу сделать с одеждой и следуя совету подруги, я расстегиваю несколько пуговиц кардигана, обнажая обтянутое голубым топом декольте. На мгновение накрывают неприятные воспоминания. В ушах начинает шуметь, а перед глазами плывут пятна.

«Ты выглядишь как шлюха, совсем как она».

Громкий крик. Хлопок двери. Порванная блузка. В воздухе витает удушливый запах одеколона вперемешку с разбившимися надеждами.

Встряхиваю головой. Нет, такой способ прохождения собеседований не для меня. Так что возвращаю все пуговицы на место и покидаю тесное помещение. Мона ждет, опершись бедром о стену.

– А я надеялась, что сегодня мы все-таки увидим твоих подружек, – разочарованно кивает она на мою грудь.

– Я не стриптизершей пришла устраиваться. Кстати, а кем я пришла устраиваться?

– Вчера у тебя был бы шанс получить место помощницы на кухне, но ты проворонила момент, и остается только вариант с официанткой.

– Как же иначе! Вселенная схлопнется, если мне хоть раз повезет, – ворчу я.

Понимая, что работа с таким количеством людей будет для меня стрессом. Подруга с сочувствием смотрит своими карими глазами.

– Не кисни, я подстрахую. Сейчас главное выбить тебе место. Сегодня уже приходили несколько девчонок, но, на мой взгляд, из них у тебя только одна конкурентка, – она кивает в сторону высокой темноволосой девушки, которая стоит в конце коридора, куда мы, судя по всему, направляемся. – Мистер Эмброуз, наш управляющий, сразу ее приметил и отправил на пробный заход в зал. Правда, ее единственное преимущество перед тобой заключается в том, что она без зазрения совести умеет крутить своими прелестями рядом с богатыми папиками, – докладывает Мона.

– Ты оставишь в покое мою грудь? Или мне сразу топлес идти?

– Чаевые определенно были бы больше, – подмигивает она. – Мне пора бежать обратно в зал, – как-то взволнованно бросает она. – Впечатли его, конфетка!

С этими словами она быстро ретируется, оставляя меня одну возле кабинета управляющего.

Набравшись смелости, стучу в дверь и после тихого “входите” переступаю порог. В небольшом, но хорошо обставленном помещении за рабочим столом сидит мужчина в стильных очках. Он окидывает меня цепким взглядом и интересуется:

– Здравствуйте, по какому вопросу?

– Я Элисон Ховард. Пришла на собеседование на должность официантки. Мона вас не предупредила?

– Ах да, я вас ждал. Ну что же, мисс Ховард, присаживайтесь. Меня зовут Райан Эмброуз, я управляющий рестораном “Франческо”. Должен отметить, что весьма впечатлен вашей характеристикой, – произносит он с ноткой явного удивления в голосе.

Опустившись в предложенное кресло, недоуменно на него смотрю и переспрашиваю:

– Характеристика?

– Ну да, Моника упоминала, что вы два года работали в ресторане при отеле “Хилтон”. В такие места кого попало не берут. Так что меня заинтересовала ваша кандидатура, – как ни в чем не бывало говорит он.

Уходит пара секунд, чтобы переварить то, что я только что услышала. Она рассказала ему что? Я много где работала, когда не удавалось зарабатывать деньги съемкам, но вся моя карьера в ресторанном бизнесе сводится к полугоду беготни между столиками в небольшой забегаловке у дома.

Так вот почему Мона так быстро ушла! Боялась, что он может это сказать при ней. Ох, ну и отхватит она у меня.

– Что-то не так? – нарушает затянувшуюся паузу мистер Эмброуз.

– Нет-нет! Просто не привыкла, чтобы меня хвалили заочно. Что вас интересует? – на ходу сочиняю я.

– Ваши внешние данные нас устраивают, речь четкая и вежливая. В остальном, если все касаемо опыта, соответствует действительности, мне бы хотелось посмотреть на вас в работе. Как вы понимаете, практика и умение держать себя среди гостей намного показательнее любых слов, – пристально глядя на меня, заключает он.

– Конечно… это разумный подход. Когда?

– Сейчас.

Заметив мое замешательство, управляющий слегка улыбается в попытке приободрить.

– Но разве могу я выйти в зал, не зная меню? И хотелось бы узнать об условиях работы подробнее… – тараторю я, пытаясь отвертеться.

– Все условия мы обсудим после пробного выхода в зал, если сочту, что вы нам подходите. Что касается меню, то даю вам час на ознакомление с ним и прочими деталями. От вас не требуется уровень штатных сотрудников, но я должен увидеть, что вы быстро осваиваетесь и умеете работать в стрессовых условиях без ущерба для ресторана, – он тянется через стол, передавая мне меню в темном кожаном переплете. – Будете разносить готовые блюда и принимать дополнительные заказы у ваших столиков. Большинство из тех, кого вам необходимо обслуживать – это наши постоянные гости. Они хорошо знают, что им нужно. С учетом вашего опыта, думаю, проблем не возникнет.

“Знал бы ты, как прошло мое утро, вряд ли бы так думал” – мелькает у меня в голове. Осторожно киваю в знак согласия. Выбора у меня нет. Здесь определенно хорошая зарплата, а я не смогу устроиться в другое место в короткие сроки, чтобы покрыть все свои расходы и долги.

– Хорошо, тогда можете идти переодеваться. Думаю, ваша подруга поможет вам сориентироваться, – произносит он, после чего я удаляюсь из его кабинета.

Когда нахожу Мону в раздевалке, она сразу прячется за дверцей шкафчика и округляет глаза.

– Если бы у меня было время, я бы тебя прибила и спрятала тело в ближайшем морозильнике! – шиплю, целясь в нее сумкой.

– У нас на днях проверка, меня бы быстро нашли, а ты слишком плохо врешь, чтобы придумать себе алиби!

– На кой черт ты ему наплела про меня?! Он выглядел так, словно выиграл лотерею! Я же облажаюсь, как последняя идиотка!

– Извини! Он сказал, что кандидатов и так слишком много! Вот я и ляпнула, что у тебя много опыта, а все остальное как-то само набрехалось, – она жалостливо смотрит на меня своими глазами, и я не могу этому долго сопротивляться.

– Само набрехалось, тьфу, – ворчу я. – Ладно, с тобой позже разберусь. У нас меньше часа, чтобы вбить в мой мозг хоть какую-то информацию.

***

Спустя час я стою возле бара и наблюдаю за своими столиками. Выданная униформа выглядит неплохо, но руки постоянно так и тянутся поправить юбку, а каблуки, хоть и не очень высокие, доставляют дискомфорт.

Единственным комичным в этой ситуации мне кажется мой бейджик. Управляющий не позволил выйти в зал без опознавательных знаков, но все что смог предложить – это два чужих бейджа. По очевидным причинам я не могла быть Робертом, так что пришлось остановиться на Стелле.

Все оказалось легче, чем я думала, но от волнения все равно немного трясутся руки. Слава богу, никто из гостей не устраивал допрос по меню и по большей части игнорировали мое существование. Отдав несколько заказов и записав пару дополнительных блюд, я ожидаю, когда снова кому-то понадобится моя помощь.

В какой-то момент ко мне подбегает другая официантка, миниатюрная брюнетка. Ее бейджик прикрывает меню, которое та прижимает к себе.

– Алисия, да?! Срочно! Ты должна мне помочь! – тараторит она.

– Элисон, – поправляю ее я. – Что случилось?

– Мне очень нужно отлучиться, а сейчас приедет важный гость. Возьми мой столик, тот угловой.

Она указывает себе за спину и я вижу пустой стол в дальнем углу зала.

– Я бы с радостью, но я здесь почти ничего не знаю, и мне сказали не обслуживать прибывающих гостей, – пытаюсь вежливо уклониться. – Вряд ли тебе нужны проблемы, если я накосячу.

– Чепуха! Нужно просто накрыть стол, принести воду со льдом и принять заказ. Он не будет выделываться и, скорее всего, возьмет то же, что и всегда.

– Ты уверена? Может, лучше попросить кого-то другого, если это действительно важный гость?

– Все остальные заняты. К тому же тебе надо налаживать отношения с будущим коллективом, – произносит она, продолжая приторно улыбаться. – Мы здесь всегда прикрываем друг друга.

Сдавшись, неуверенно киваю, и она сразу же исчезает. Беру все необходимое и отправляюсь к столу. Когда я заканчиваю с сервировкой, то поворачиваю голову ко входу в тот самый момент, когда заходит он.

На секунду мои легкие забывают, что после вдоха идет выдох. Высокий, широкоплечий, с четкой линией подбородка и небольшой щетиной. Темные и слегка растрепанные волосы добавляют ему немного непринужденности, но это лишь до того момента, пока не посмотришь на его лицо.

Даже со своего места я вижу серьезный и настороженный взгляд, которым он сканирует помещение. После того как он входит в зал, я замечаю, что он прибыл не один и за ним следует еще один молодой человек. Когда до меня доходит, что в этой части зала только один свободный стол, я начинаю паниковать.

Он приближается, и я чувствую исходящий от него потрясающий запах, в котором улавливаются нотки бергамота. На автопилоте я хочу пропустить их к столу, и в этот момент он задевает ладонью мою поясницу. Низко. Слишком низко.

Это было такое легкое прикосновение, что я решила, будто мне почудилось. Но когда я поднимаю голову выше, то вижу, как взгляд изумрудных глаз сосредоточен на мне. Все еще завороженная, я пытаюсь заставить свой мозг выйти из комы и прекратить пялиться на него, как олениха в свете фар.

При виде такой реакции он решает добить меня и вкрадчивым шепотом произносит:

– Если ты так сильно хочешь присоединиться, то, думаю, я смогу найти для тебя немного времени позже.

***

Низкий голос достигает ушей на секунду раньше, чем смысл его слов. На меня словно выливается ушат ледяной воды. Видимо, шок отражается на моем лице, поскольку уголок его рта ползет вверх в самодовольной ухмылке.

Вот засранец! Кем он себя возомнил?! Пока я решаю, как реагировать на подобную дерзость, он, как ни в чем не бывало, усаживается за стол. Взяв себя в руки, я жду, когда они сделают заказ. Пользуюсь шансом внимательнее разглядеть наглого придурка.

Его явно дорогой черный костюм так и кричит, что он приехал прямиком после совещания с какими-нибудь важными шишками. Из-за того, как он в нем держится, можно с уверенностью понять, кто именно командует теми самыми шишками.

Расстегнутый пиджак дает небольшой обзор на его крепкое и подтянутое тело, скрытое под рубашкой. Она слишком тесно прилегает к его мышцам груди и торса. Интересно, он везде такой…подтянутый?

Чувствую, как неожиданная волна тепла поднимается по всему телу, а затем и выше, прямо к щекам. О боже! Надеюсь, этого никто не заметит. И вообще, какого черта я думаю о нем в таком ключе посреди ресторана? Я же вижу его впервые. Соберись, Элисон! Не позорься!

Мое движение привлекает внимание мужчин, и я, стараясь не встречаться с ним взглядом, поворачиваюсь к его собеседнику.

– Вы уже определились с выбором? – спокойно, насколько могу, уточняю я у молодого человека с медовым оттенком волос. Он окидывает меня любопытным взглядом и спустя мгновение широко улыбается.

– Мне внезапно захотелось чего-нибудь новенького. Думаю, мой друг тоже не откажет себе в удовольствии попробовать что-то необычное.

Он быстро переводит взгляд на так называемого друга, прежде чем снова сосредоточить свое внимание на мне.

– Что бы ты сегодня нам предложила?

Волнение усиливается еще больше из-за того, что почти все те немногочисленные блюда из меню, что были в моей голове, внезапно испарились. Против воли начинаю мусолить край своей юбки, что не остается незамеченным. Губы мужчины дергаются в попытке сдержать усмешку.

– Я…наверное…то есть я бы..хотела предло…

В момент, когда я пытаюсь выдавить из себя членораздельные звуки, меня прерывает резкий голос справа:

– С каких пор Эмброуз берет на работу школьниц, которые и трех слов связать не могут? Видимо, я был в заблуждении, считая, что в ресторане такого уровня персонал должен быть соответствующий. Джейсон, напомни мне обсудить этот недочет с ним.

Хочется провалиться под землю от стыда из-за того, что он прав. Но еще больше мне хочется приложить его головой об стол, чтобы на безупречном лице остался красный след, а в мозгу мысль: “Нельзя быть таким мудаком!”

Да кто он такой, чтобы отчитывать меня в подобной форме?! Видимо, очередной папенькин сынок, у которого есть связи в подобных заведениях.

Поворачиваясь к нему, медленно вдыхаю и снова обретаю дар речи:

– Прошу прощения, я сегодня первый день стажируюсь, и некоторые вещи выбили меня из колеи. Могу порекомендовать фирменное блюдо от шеф-повара, но если вам требуется что-то особенное, то я приглашу к вам более опытного официанта, – произношу максимально ровным тоном, не отрывая взгляда от наблюдающих за мной хмурых глаз.

Спустя несколько секунд напряженной тишины за столом он отворачивается от меня и безразлично произносит:

– Двойной виски. Со льдом. Стейк из телятины и овощи на гриле.

По всей видимости, я перестаю для него существовать, поэтому снова перевожу свое внимание на второго гостя.

– Мне все то же самое и салат капрезе, – кивает тот мне.

После того как я передаю заказ на кухню, решаю найти кого-нибудь, кто вместо меня возьмет этот столик и нервный срыв, идущий к нему в качестве чаевых. Перед тем, как повернуть за угол коридора, я слышу знакомый голос и замираю на месте.

– Говорю тебе, она здесь и дня не продержится. Думаешь, он оставит ее здесь после того, как она его обслужит? Да она ведет себя так, будто только сегодня узнала, чем отличается “Мерло” и “Шардоне” и что такое каблуки.

Осторожно выглядываю из своего укрытия. Сразу узнаю в одной из девушек ту самую темноволосую официантку, которая подсунула мне злосчастный столик.

Слышу заливистый смех девушки, после которого раздается нерешительный ответ ее собеседницы:

– Ты уверена? Я слышала от Эмброуза, что у нее большой опыт работы. Да и мордашка у нее такая, что на каблуки никто и не посмотрит.

– Ой, знаю я этот опыт работы. По-любому, она просто пару раз залезла под стол к кому-нибудь из начальства, да сиськами своими потрясла и вуаля! Вот тебе и все заслуги.

Вот сучка!

– Крис, а ты не боишься, что она и к Колтону под стол может забраться?

– Не неси чушь, Мия, – фыркает Крис. – Ты думаешь, я бы позволила ей к нему приблизиться, если бы хоть на секунду считала, что она мне конкурентка?

Теперь обе подруги смеются, а я тихо возвращаюсь к кухне. Им надо было назвать этот ресторан “Змеиное гнездо”. Куда не ткни, все так и плюются ядом. Как-бы не утонуть.

Я не понимаю причин враждебности Крис, и мне это не нравится. Мы перебросились от силы двумя десятками слов. Какая ей разница, получу ли я это место или нет? О каком Колтоне они говорили? И что самое главное: как мне здесь продержаться достаточно долго, чтобы накопить денег? Под эти размышления иду к бару за напитками для Мистера “Заноза В Заднице” и его друга.

Приближаясь к столику, в последний момент замечаю, как брюнет отрывает взгляд от моих ног и быстро переводит его на своего собеседника.

На меня снова нападает нервозность от его близости. Скажет ли он и теперь какую-то гадость? Способно ли хоть что-то нормальное слетать с его языка? Делаю медленный вздох и ставлю стаканы перед мужчинами.

– Спасибо, красавица – благодарит меня, видимо, единственный сносный человек в этом месте.

– Могу ли я предложить вам что-то еще?

На мгновенье мне кажется, что я смогу спокойно уйти, но тут лицо зеленоглазого озаряет вспышка раздражения, когда он смотрит в свой стакан.

– Что непонятного в словосочетании “двойной виски”? Может быть, я сейчас переверну твой мир, но “двойной” означает “две порции”, – холодно чеканит он.

– Я знаю, что это значит.

– Тогда какого дьявола в стакане всего одна порция?

Тут раздается голос слева:

– Кол, не горячись, девушка же первый день работает.

– Не вмешивайся! – рявкает ему в ответ уже заведенный брюнет.

Понимая, что в этот момент лучше не нарываться на скандал и не привлекать всеобщее внимание, я пытаюсь сгладить ситуацию.

– Извините, сейчас принесу вам новый напиток.

В тот момент, когда я тянусь за стаканом, мужчина резко вскакивает из-за стола. Инстинктивно отшатываюсь от него, пытаюсь избежать столкновения, но чувствую, как каблук подворачивается и отводит ногу в сторону.

Словно в замедленной съемке, я вижу, как моя рука успевает схватиться за ближайший предмет в попытке удержаться, но несчастный стакан не может мне в этом помочь. Я лечу вперед, но спустя пару секунд понимаю, что никакой боли не последовало.

Вместо жесткого пола я прижимаюсь к чему-то не менее твердому, но при этом очень теплому. Распахнув глаза, я вижу перед собой обтянутое рубашкой плечо. Определенно мужское. Мертвой хваткой на моей талии крепко сжимается рука, а под собственной ладонью я чувствую влагу, проникающую сквозь ткань.

О нет, нет, нет.

Ну, пожалуйста. Только не это.

Глава 3

Колтон

Красивая.

Охренительно красивая.

Такую было невозможно не заметить. Стоило ей попасть в мое поле зрения, как мозг сконцентрировался на стройных ножках и потрясающей заднице, обтянутой юбкой. Но теперь, стоя рядом с ней, могу разглядеть и лицо. Таких серых глаз я за все двадцать девять лет жизни не видел. Будто грозовые облака затянули небо, готовые в любое мгновение обрушиться штормом.

Пока она приходит в себя, мы с Джейсоном занимаем свои места за столом. Он закатывает глаза и медленно качает головой:

– Ты в своем репертуаре, – едва заметно кивает в сторону девушки. – Может, сегодня ради эксперимента не будешь себя вести, как… ну, ты знаешь, – шепотом добавляет он.

– Понятия не имею, о чем ты говоришь, – пожимаю плечами я.

Сероглазка пытается принять заказ у флиртующего с ней Джейса, а я снова ее разглядываю и успеваю подметить имя на бейдже. Значит Стелла. На мой взгляд ей совершенно не подходит это имя, но я быстро отвлекаюсь на другие вещи.

Как назло, она стоит вполоборота, и мне со всей ясностью открывается вид на ее изгибы. Как она может выглядеть так сексуально и нежно одновременно? Сколько ей вообще лет? Выглядит совсем юной, словно только окончила школу.

Челюсти сжимаются, когда я думаю о том, что Райан решил нарушить правило и снова взять на работу девушку моложе двадцати одного. Если это правда, то в этот раз он так легко не отделается. Не хватало опять разгребать за ним дерьмо.

Мое скверное настроение усугубляется, и я срываюсь на неопытную официантку. На секунду мне кажется, что она расплачется и убежит в какую-нибудь подсобку, но я ошибаюсь.

После принятого у нас заказа она удаляется в сторону кухни, и я не могу не проводить взглядом ее покачивающиеся бедра. Мысли уносятся куда-то прочь, где эти самые бедра прижимаются к моему члену. Как ее ноги скользят вдоль моих, пока я вхожу в нее резкими толчками. Вбиваясь до тех пор, пока не услышу протяжные стоны и не почувствую, как она сжимается вокруг меня. А ее руки…

– О нет, узнаю этот взгляд, – раздаются откуда-то слова, возвращая меня в реальность.

– Какой взгляд?

Джейсон закатывает глаза и откидывается на спинку дивана.

– Да ты уже трижды мысленно залез к ней в трусики с того момента, как мы вошли сюда. Так что не строй из себя идиота, – он скрещивает руки на груди. – Она, конечно, хорошенькая, но сейчас последнее, что нам нужно, так это огласка в прессе твоих шашней с официантками. А они будут, уж поверь. Рано или поздно кто-то из обиженных девчуль побежит плакаться второсортному журналу.

– Я с ними не сплю, – сухо отвечаю я.

Он издает нервный смешок.

– Да? Тогда напомни об этом той губастой брюнеточке, с которой ты пару недель назад зажигал в кабинете.

От событий того вечера меня передергивает, и я непроизвольно морщусь.

– До сих пор не понимаю, зачем я тебе об этом рассказал.

Море алкоголя и провал французской комиссии сделали меня слегка…необузданным. Я отошел от своих привычных строгих правил и затащил к себе в кабинет первую попавшуюся девчонку, крутящуюся неподалеку. Я ничуть не удивился тому, что ей оказалась та, которая всегда задевала меня грудью, когда приносила мой заказ. Как же ее звали? Кира? Катерина?

Сейчас, вспоминая яростный секс на столе, я почему-то мысленно представляю длинные растрепанные волосы вместо темного каре. И томно смотрят на меня через плечо совсем не карие глаза. Вместо них я вижу грозовые облака.

Твою ж мать! Да возьми себя в руки! С каких пор я веду себя как подросток с недотрахом?!

Джейс прав. В первую очередь, как мой пиар менеджер. Я не могу сейчас рисковать репутацией, причем не только своей. Если вдруг в СМИ начнут полоскать мое грязное белье, это коснется всех: отца, компании и… Виктории.

Именно по этой причине я не завожу интрижек с кем-то, кто ниже меня по статусу и тем более работает на меня. Не хватало только обвинений в домогательствах от сотрудниц, после того, как они поймут, что ничего серьезного я не ищу.

Наконец принимаю решение держать себя в руках, а свой член в штанах. Я без проблем найду кого-то, с кем смогу расслабиться. Но вот от сероглазки надо держаться подальше. Мысль о том, что я теперь не смогу оказаться с ней, зажатый где-нибудь в укромном месте, сводит с ума еще больше. Ненавижу запреты.

Спустя какое-то время объект моих фантазий возвращается с напитками и ставит их на стол. Когда замечаю, что виски сделан не так, как нужно, все раздражение, накопившееся за этот долгий день, берет надо мной верх.

Девушка выслушивает мои упреки с каменным выражением лица, что злит меня еще сильнее. Понимая, что больше не могу с ней разговаривать, да еще и на трезвую голову, я резко встаю со своего места как раз в тот момент, когда она тянется за моим стаканом.

Следующие мгновения пролетают слишком быстро, и я успеваю заметить только то, что официантка спотыкается и летит на пол прямиком навстречу ринопластике в обозримом будущем.

Действую инстинктивно и подхватываю ее, а после притягиваю к себе. Мы вдвоем замираем. Чувствую, как она крепко сжимает мое плечо, и ладонь на ее талии автоматически сжимается в ответ. Стоп. Когда я успел прижать ее к себе второй рукой?

Серые глаза распахиваются, и я замечаю плещущееся в них удивление. Она думала, что я позволю ей упасть и покалечиться? Неужели я настолько хреново выгляжу в ее глазах?

Тут обращаю внимание на выражение ужаса на лице девушки и одновременно с этим ощущаю прикосновение теплой ладони сквозь мокрую ткань моей рубашки.

Твою мать.

Только не это.

Элисон

Едва дыша, перевожу взгляд ниже, туда, где мы слишком тесно прижимаемся друг к другу. Моя ладонь лежит прямо на его торсе. Выплеснутый в полете виски уже впитался в рубашку, которая липнет к телу, позволяя моим пальцам чувствовать его тепло. Боже. Краем глаза замечаю на полу осколки. Судя по всему, это все, что осталось от стакана. Странно, но я даже не помню звук бьющегося стекла.

Опомнившись, я медленнее, чем следовало бы, отстраняюсь от мужчины и с ужасом замечаю, что в зале ресторана стало намного тише, и большая часть гостей обратили свои взгляды в нашу сторону.

Я едва не подпрыгиваю, когда над моим ухом раздается убийственно спокойный голос:

– Приношу свои извинения за этот небольшой инцидент и за то, что мы отвлекли вас от обеда. Пожалуйста, позвольте угостить вас комплиментом от нашего шеф-повара.

Волоски на моей шее встают дыбом. Да вы издеваетесь! Неужели он имеет отношение к руководству этого заведения?

Люди одобрительно кивают в ответ и возвращаются к своим делам. В конце зала я замечаю Мону, находящуюся на грани обморока и стоящую неподалеку Крис. Ее глаза метают молнии в мою сторону. В голове всплывают обрывки недавнего разговора, которому я стала свидетельницей. Вспоминаю, как светловолосый парень обращался к тому, чьи руки обвивали меня всего несколько секунд назад.

“Кол”.

Готова поспорить на свою почку, что именно о нем сплетничала Кристина со своей подругой. Я вновь перевожу взгляд на суровое лицо и готова начать рассыпаться в извинениях, но меня обрывают на полувздохе:

– Иди за мной и будь добра при этом не убиться, – он разворачивается и шагает в дальнюю часть ресторана. – Нахрена обувать каблуки, если не можешь пройтись на них, не покалечившись, – бормочет мужчина так тихо, что я едва разбираю слова.

Выбора у меня нет, и я молча следую за ним. Оказавшись возле раздевалки, мой надзиратель нелестно выражается в адрес запертого замка и отправляется дальше по коридору, пока не останавливается возле самой дальней двери.

Когда я не двигаюсь с места, он раздраженно выдыхает:

– Требуется особое приглашение? Насколько помню, одно тебе сегодня от меня уже поступило, так что лимит исчерпан.

Вот козел!

Я подхожу ближе, и меня прошибает холодный пот, стоит заметить на открытой двери табличку: “Колтон Джей Браун”.

Папенькин сынок со связями? Ага, конечно. Ну вот и все! Мне можно попрощаться с работой. Я захожу внутрь, и звук захлопнувшейся за спиной двери отдается в ушах похоронным маршем.

Браун кивком указывает мне на стоящее перед массивным столом кресло, а сам направляется к шкафу, идущему вдоль всей левой стены. Опустившись на предложенное место, я быстро оглядываю помещение.

Не очень большой, но со вкусом обставленный кабинет. Темное дерево, кожа и минимум декора. Мое внимание привлекает черный диван, стоящий в углу, недалеко от входа. Интересно, он часто разбирает там бумаги? Или он предпочитает вздремнуть на нем после какого-нибудь совещания? А может, он использует его вовсе не для отдыха, а …

– Сколько тебе лет? – разрезает тишину властный голос.

Я разворачиваюсь к его обладателю и на секунду забываю вопрос. Он достает новую рубашку и вешает ее на дверцу шкафа. Он что, собрался переодеваться прямо тут?! Не знаю, что поражает меня больше: его наглость или овладевшее мной предвкушение.

– Двадцать один, – отвечаю после небольшой паузы.

Почему из всех вопросов именно этот?

– Уверена? Выглядишь моложе. В твоих же интересах мне не врать.

– Какой смысл? Я же не в подпольное казино пришла устраиваться. Здесь в любом случае проверят меня и мои документы от и до. Не удивлюсь, если захотят узнать даже фирму моего нижнего белья, – язвлю я. Осознав сказанное, быстро прикусываю язык, но конец фразы все равно повисает в воздухе.

Он тихо хмыкает, расстегивая запонки на манжетах. О господи, он действительно раздевается!

– Почему ты решила устроиться именно сюда? Нет, не так. Очевидно, деньги, – исправляется он. – Почему ты замахнулась на такой уровень без малейшего опыта работы?

Я бы возмутилась его слишком уверенному заявлению, если бы не его правдивость. Видимо, заикание и битье посуды не являются лучшими навыками в арсенале хорошего официанта. Тем не менее, что-то во мне противится тому, чтобы покорно согласится с ним.

– С чего вы взяли, что у меня нет опыта? – произношу я, вздергивая подбородок.

Ответом мне служит многозначительный взгляд зеленых глаз.

– Давай заключим сделку: если принесешь мне характеристику с … Где, ты говоришь, работала?

Глубоко вздыхаю и принимаю решение. Если уж надумала играть, то придется идти до конца.

– Хилтон. Ресторан при отеле “Хилтон”.

– Даже так. Ну что же, думаю, тогда тебе не составит труда принести оттуда характеристику, чтобы я мог по достоинству оценить все твои таланты. В качестве премии получишь тройную ставку к месячному окладу, – насмешливо тянет этот сноб.

У меня чуть не отвисает челюсть. Усилием воли держу ее при себе. Это же куча денег для меня. Видно, в ресторане дела идут хорошо, если владелец может платить такие суммы налево и направо.

Это потрясающий шанс. Вот только есть одна проблема.

Я не работала в этом треклятом отеле. Я даже не знаю, где он находится, не говоря о том, как достать оттуда характеристику. Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. Надо сделать все, чтобы зацепиться хотя бы за обычную ставку и не вылететь отсюда.

– Понимаю, что произвела не лучшее впечатление, но неудачные дни бывают у всех. К тому же вы… – моя фраза обрывается на полуслове из-за разворачивающейся картины перед глазами.

Внимательно слушая, мой собеседник, как ни в чем не бывало, расстегивает пуговицы на мокрой рубашке. Сидя всего в двух метрах от него, я вижу участок голой кожи, тянущийся к краю брюк.

Резко отвернувшись, упираюсь взглядом исключительно прямо и сосредотачиваюсь на деталях его стола. Это что, такой тест на стрессоустойчивость у сотрудников?! Тогда я близка к тому, чтобы завалить его к чертовой матери, и сильно сомневаюсь, что мне разрешат пересдать.

– К тому же я – что? – вкрадчиво переспрашивает Браун.

Краем зрения замечаю движение в мою сторону.

– Вы повели себя неуместно при встрече, и это сбило меня с толку, – выдавливаю из себя. – На моем прошлом месте работы у гостей манеры были куда лучше. Они не позволяли себе вольностей в адрес персонала.

Господи, что я несу?! И это после утренних пьяных эльфов?!

– Прошу прощения – раздается прямо над моим ухом.

Когда он успел так близко подойти?

– Ты назвала меня невоспитанным?

Не отвечай. Не отвечай.

Не. Отвечай.

Я вскакиваю с места и оказываюсь в нескольких сантиметрах от своего потенциального начальника. Почти раздетого начальника. Хотя, кого я обманываю? Я могу отрастить себе еще пару конечностей, и все равно меня не возьмут таскать здесь тарелки после всего случившегося. Надо уходить отсюда, пока снова что-нибудь не ляпнула. Не хватало еще доставить неприятности Моне.

– Я не это имела в виду… Знаете, наверное, мне пора, – пытаюсь протиснуться мимо него, но вдруг крепкая хватка на моей руке вынуждает замереть на месте.

Медленно поднимаю на него взгляд. С его ростом мне приходится запрокинуть голову.

– Ты не ответила на мой вопрос.

– Думаю, он был риторическим, – слегка прищуриваюсь я.

Он молчит несколько долгих мгновений, в то время как его глаза изучают мое лицо. Запах бергамота, исходящий от кожи, доносится отчетливее сквозь расстегнутую рубашку, и я непроизвольно вдыхаю чуть глубже обычного. Вдруг он делает шаг в мою сторону.

– Запомни вот что: если я спрашиваю, то всегда получаю ответ, – осторожно отступаю назад, стараясь не споткнуться о кресло. Браун следит за моими движениями и, словно хищник, следует по пятам. – Я жду.

– Вы… дотронулись до меня, – еле слышно шепчу я, чувствуя, как уперлась спиной в прохладную стену кабинета.

Отступать больше некуда. Сбоку я окружена мебелью, а спереди мне преграждает путь высокий мужчина, который явно не намерен выпускать меня из виду. Подобные факты должны вызывать во мне панику и страх, но я чувствую только замешательство и … влечение? Он приближается вплотную, и между нами почти не остается свободного места.

Мне на талию плавно опускается ладонь, и пальцы слегка поглаживают ее сквозь блузку.

– Вот так?

– Да, – едва не задыхаюсь я.

– Это был невинный жест, разве нет? Только поэтому ты назвала меня невоспитанным? – лениво тянет он, переводя взгляд ниже.

– Вы накричали на меня…

– Это мой ресторан. Могу кричать на кого вздумается. Что еще?

– Вы предложили мне… нам…

Напряжение между нами можно почувствовать физически. Не могу думать ни о чем кроме его касаний.

– Что? Уединиться? Не вижу с этим проблем, – он наклоняется ближе, и я ощущаю теплое дыхание на своих губах. Это немыслимо! Он не может поцеловать меня, а мне нельзя этого хотеть.

– Мы едва знакомы, – все, что могу прошептать в попытке его остановить.

Это не срабатывает.

– Формальности переоценены, – бросает он и лишает меня воздуха, обрушившись голодным поцелуем.

Его губы требовательно продираются сквозь последние заслоны моего сопротивления. Это наваждение, мираж, словно оазис посреди жаркой пустыни. До этого мгновенья я и не подозревала, что умираю от жажды. Почему нельзя испить хоть глоток? Всего один поцелуй, и я обязательно вспомню, что могу себя контролировать.

Сдаюсь под его напором и открываюсь навстречу. Тело пронзает дрожь, когда зубами он прикусывает краешек моей нижней губы. Уже обеими руками он сжимает мою талию, страстно опускаясь ладонями к бедрам. Его рот отрывается лишь на секунду, но только чтобы прижаться ниже, к чувствительному местечку на шее.

Из меня вырывается слабый полустон, и пальцы сами тянутся к его рубашке, чтобы убрать мешающую ткань. Нужно больше кожи, больше прикосновений. Движения Брауна становятся все более жадными и интенсивными. Он проводит ладонью по обтянутому юбкой бедру, подбираясь ближе к краю, и хрипло выдыхает мне в губы:

– Закинь на меня ногу, Стелла.

Звон в ушах.

Нет.

Грохот.

Внезапно выныриваю из охватившего меня безумия и отталкиваю от себя мужчину со всей силы. Это едва ли помогло, но, пользуясь секундным замешательством недо-босса, пулей протискиваюсь мимо него и бегу к двери.

Дура!

Дура! Дура! дура!

Да что на меня нашло? Как я могла позволить этому самоуверенному козлу целовать себя?! Господи, мы же знакомы от силы час! Позволила зажимать себя в углу, как пьяную студентку на вечеринке! Он ведь даже имени моего не знает! Не оборачиваясь на зов позади, вылетаю из кабинета.

Мне никогда не были свойственны случайные связи. Молчу уже о том, что ни разу в жизни не целовалась в первый же день знакомства. Да и в первый месяц, раз на то пошло. Откровенно говоря, целовалась я вообще всего с одним представителями сильного пола. Поправочка – теперь с двумя.

Только не уверена, что Колтона можно отнести к обычным мужчинам. Либо он змей-искуситель, либо по утрам купается в чане с афродизиаком. Другого объяснения случившемуся у меня нет.

Молнией несусь к раздевалке, но вспоминаю, что та заперта. Черт! На адреналине мозг экстренно пытается придумать выход из ситуации. Вижу свое отражение в глянцевой поверхности стеклянной двери чужого кабинета. Волосы взъерошены, юбка с одной стороны помята, руки дрожат. Красноту лица мне не видно, но по жару в щеках и так все понятно.

Через главный вход никак не уйти. Нельзя в таком состоянии появиться в зале. Гости решат, что перед ними или проститутка, или сумасшедшая. Истерично смеюсь. Не могу сказать, к чему сама склоняюсь больше.

Быстро двигаюсь дальше по коридору к развилке. Если моя логика верна, где-то здесь обязательно должен быть…

Бинго!

Сворачиваю налево и вижу в паре метров от себя большую дверь с горящей сверху надписью “Запасной выход”. Подбегаю к ней и толкаю со всей силы. Открыто. Спасибо, Господи, хотя бы за это!

Оказываюсь на парковке для персонала и медленно выдыхаю.

Домой. Мне срочно нужно попасть домой, спрятаться в своей комнате с банкой шоколадного мороженого и решить, что делать дальше. Хотя нет, мороженого явно будет мало.

Что ж, на такой случай у меня припрятана бутылка виски.

Глава 4

Колтон

– Твою мать! – рычу я, ударяя кулаком по стене, к которой еще пару минут назад страстно прижимал стройное тело.

Кровь вновь вскипает, стоит в мыслях возникнуть ее образу: пухлые губы, полуприкрытые серые глаза, руки, отчаянно цепляющиеся за мою шею, вынуждая меня придвинуться ближе.

В воздухе до сих пор улавливаются едва ощутимые нотки ее аромата. Что-то цветочное, но не удается определить, что именно. Я злюсь еще больше, потому что эта девушка оставила после себя столько вопросов , среди которых главный: Какого черта только что произошло?

Еще ни разу в жизни от меня не сбегали во время ласк. И мне это определенно не понравилось. Но еще больше не нравится, что я вообще позволил себе потерять контроль. Тем более на рабочем месте.

Одним из главных принципов моего отца всегда была мысль: “Сначала ты работаешь на репутацию, а потом репутация на тебя”. Это был один из редчайших случаев, когда мы сходились во мнениях. Поэтому я всегда придерживаюсь правила не смешивать работу и личные отношения.

Когда владеешь крупным бизнесом, всегда оказываешься под пристальным наблюдением общества и партнеров. Никто не станет тебя уважать, если твое грязное белье будут полоскать в желтой прессе из-за неумения держать член в штанах.

Наконец я беру себя в руки и успокаиваюсь мыслью, что мой срыв никак не связан конкретно с этой девушкой. Всего лишь накопленный стресс и отсутствие секса на протяжении нескольких дней сделали свое дело. Сероглазка просто попалась под руку. Ни больше, ни меньше.

Единственное, что отличает произошедшее здесь от случайного секса с Карен-или-как-там–ее, так это знание того, что та брюнетка не станет трепаться о связи со мной. Она слишком хочет продолжения, чтобы вызывать мой гнев. Остальные же люди предпочитают не злить меня, ведомые страхом за собственную шкуру. Вот только моя беглянка, видимо, и не подозревает, с кем связалась.

Нужно увидеть ее еще один раз, чтобы убедиться в двух вещах:

Первая – она не станет болтать и создавать мне проблем.

Вторая – в ней нет ничего особенного и я забуду о ней уже через неделю.

Элисон

Сидя на полу своей арендованной комнатки, я откидываю голову на стоявший позади небольшой раскладной диван. Серая обивка порядком протерлась, да и пружины местами выпирают. Нет никакого желания сейчас ютиться на нем вдвоем с Моной, поэтому мы устроились на полу, прихватив наши запасы сладостей и остатки алкоголя.

Вернувшись вечером после рабочей смены, соседка обнаружила меня пьющей на кухне самодельный коктейль. Нечасто я прибегала к крепким напиткам, так что, быстро оценив ситуацию, Мона перебазировала нас в мою комнату.

Большую ее часть занимает многострадальный диван и маленький комод для одежды, служащий также и моим рабочим столом. На нем бесформенной кучей валяется одежда, выданная в ресторане. Нет смысла аккуратно ее складывать, если все равно больше туда не вернусь.

– Ау, земля вызывает Элис! Прием! Как слышно? – щелкает Мона пальцами перед моим лицом.

– Мм?

– Не подумай, что я сильно возражаю сидеть с тобой и потихоньку напиваться, но меня беспокоит твое молчание. Ты толком ничего не рассказала, так что еще чуть-чуть, и я включу режим истеричной мамочки. Не заставляй меня идти на отчаянные меры.

Я не знаю, что ей рассказать, поэтому лишь пожимаю плечами и снова тянусь к изрядно опустевшей бутылке “Джек Дэниелс”.

– Понятия не имею, что делать дальше, – произношу я после очередного глотка. – Из студии пришлось уйти. Деньги за начало недели мне не светят. На днях платить за жилье. Через неделю оплата кредита за ноутбук. К тому же я должна тебе, Мэтту и даже своему бывшему администратору, – загибаю пальцы, мысленно подсчитывая нужную сумму.

– Ну, я и Мэтт точно последние из твоих проблем. Сама же знаешь.

Я знаю, что друзья всегда поддержат меня, но отказываюсь паразитировать за их счет, поэтому всегда возвращаю им долги наравне с другими.

Подозреваю, они и так делят аренду трехкомнатной квартиры со мной только по доброте душевной. Мона уже достаточно неплохо зарабатывает во “Франческо”, чтобы съехать и снимать отдельную квартиру с лучшими условиями, чем тут.

Мэтью же вообще никогда особо не нуждался в деньгах. Я до сих пор не до конца понимаю, почему он решил разделить с нами аренду захолустной квартиры, когда предыдущая наша соседка съехала. Сделала она это, между прочим, без предупреждения. Так что, если бы не мой верный друг, нам бы в тот месяц не хватило денег оплатить жилье.

Время от времени мне везло на хорошие подработки и с ним я познакомилась два года назад во время съемок крупной вечеринки. Мэтт был кузеном виновника торжества, и скучал большую часть вечера. Как-то незаметно мы с ним разговорились и оказалось, что он окончил университет, в котором я когда-то должна была учиться.

Он вызвался проводить меня поздней ночью, но я побоялась идти с малознакомым парнем до дома. Тогда он вызвал мне такси и заставил пообещать разговаривать с ним по телефону всю дорогу. К моему удивлению, проговорили мы до самого утра. Не знаю, было ли это связано с тем, что он тот человек, с которым всегда легко или же сказалось мое одиночество. К тому времени я уже больше года жила в чужом городе без единого близкого человека рядом.

После того ночного разговора, Мэтт очень быстро и прочно обосновался в моей жизни, став неизменным источником поддержки и заботы.

Теплые воспоминания омрачились неприятным чувством. С Мэтом тогда значит идти отказалась, зато с едва знакомым боссом с удовольствием целовалась в его кабинете. Я стону вслух от отчаяния.

Мона вопросительно поднимает изящную бровку. Не знаю почему, но не могу рассказать ей о случившемся. К тому же, если она об этом проболтается на работе, у нее самой же могут быть проблемы.

– Что случилось, когда Браун утащил тебя к себе в логово? – допытывается рыжая бестия.

– В общем-то, ничего сверхъестественного, полагаю. Поорал, отчитал меня, как школьницу, потребовал доказательства с предыдущего места работы и…сказал, что мне не место в его ресторане.

– Вот же козел! Он, конечно, как любой босс, устраивает выволочки персоналу, но не слышала, чтобы кричал. Обычно все ходят на цыпочках от одного его замечания.

Да уж, врать я так и не научилась. Единственный раз, когда мне достаточно долго удавалось скрывать правду, закончился для меня больничной койкой. Видимо, мозг после этого на инстинктивном уровне отказывается врать. Или же это следствие полученных травм.

– Уверена, что не получится вернуться? Так не хочется в этом змеином логове оставаться одной, – с легким раздражением фыркает Мона.

Отрицательно киваю, поджав губы.

– У меня идея! Попробуем зайти через Эмброуза. Он, может и дотошный в работе, но с ним можно договориться. К тому же он душка с…

– Кто душка? – раздается неожиданно знакомый голос.

Мы с подругой одновременно переводим взгляд в сторону двери, из-за которой выглядывает светловолосая голова Мэтта. Он иронично улыбается оглядывая наши посиделки.

– Я, разумеется, – невозмутимо и без тени смущения отвечает Мона.

– Ага, тогда я балерина.

С улыбкой слушаю их привычный обмен любезностями. Они хорошо ладят. Время от времени. С Моной мы живем вместе около года и немногим меньше соседствуем с Мэттом. За это время мы все научились уживаться друг с другом, но у моих друзей все еще остро стоит вопрос совместного пользования ванной. Парень каким–то образом постоянно умудряется там застрять именно в то время, когда подруга куда-нибудь собирается.

– По какому поводу праздник?

– Устраиваем поминки по моей работе, – салютую ему бутылкой.

Улыбка парня гаснет.

– Что случилось?

– Ну, какой-то урод облапал меня на фотосессии, потом я успела поработать в очень дорогом ресторане и с треском оттуда же вылететь. Сейчас не поздний вечер, так что вполне могу выкинуть что-то еще, спроси меня через пару часов.

– Что за урод? Когда? – его привычно непринужденное выражение лица пропадает, уступая место суровому виду.

Я мысленно себя проклинаю. Видимо, хватит с меня алкоголя. В трезвом уме ни за что бы не сказала этого Мэтту. Он становится слишком опекающим, когда дело касается меня. Обычно это греет душу ввиду отсутствия заботы со стороны семьи, но он действительно умеет быть угрожающим. Мне уже надоело обрабатывать его руки после того, как он в очередной раз полезет в драку из-за подкатов в мой адрес где-нибудь в баре.

– Все нормально, Мэтти, не о чем переживать, – отмахиваюсь я. – Меня больше взбесило равнодушное отношение Дэна к происходящему.

Он нехотя кивает, но не сводит с меня пронзительный взгляд своих голубых глаз.

– Я заехал за кое-какими документами по работе. Вернусь через час или два, и ты все подробно мне расскажешь. Идет?

Одобрительно киваю, после чего он окидывает меня еще одним внимательным взглядом и спешно скрывается за дверью. Мона, наблюдавшая все это время за нашим разговором, странно поглядывает в мою сторону.

– Даже не начинай, Моника, – строго произношу я, прищурившись. У этой девушки было определенное мнение касаемо меня и Мэтта, в котором мне никак не удается ее переубедить. Не помогает и периодические “шутки” вышеупомянутого друга. Та лишь задумчиво пожимает плечами и как ни в чем не бывало, продолжает описывать планы по моему возвращению в ресторан.

От ее щебетания меня отвлекает уведомление на телефоне. Увидев на экране начало письма с электронной почты, тут же снимаю блокировку и внимательно вчитываюсь.

Если этот день и мог стать хуже, то теперь уже нет. Неверяще пробегаюсь по тексту еще раз, но это не помогает. Как и следующие 4 раза. Заметив мой ступор, Мона придвигается ближе.

– Что там у тебя?

– Пришло уведомление от организаторов конкурса. Из-за большого наплыва участников редакция журнала решила ужесточить отбор. Помимо трех дополнительных проектов к портфолио, они увеличили вступительный взнос вдвое. Вдвое! – восклицаю я. – Ты представляешь? Я с горем пополам наскребла прошлую сумму, а они решили задрать ее еще выше.

Мой голос приобретает яростные нотки, отчего подруга начинает успокаивающе поглаживать меня по спине.

– Мы что-нибудь обязательно придумаем. Но, на мой взгляд, это просто абсурд. Нормальные люди выигрывают что-то в конкурсах, а не отдают ради них последнее, – с сомнением произносит девушка.

– Ты не понимаешь. Если удастся выиграть, это даст мне возможность не только компенсировать все расходы, но и изменить свою жизнь на сто восемьдесят градусов.

Мона кивает, слушая мою очередную тираду. Два месяца назад я узнала, что один из крупнейших журналов страны проводит конкурс на лучший фотосюжет. Высококлассные фотографы будут отправлять свои работы в надежде получить не только крупный денежный приз, который смог бы обеспечить меня на полгода вперед.

Куда ценнее стажировка с возможностью последующего трудоустройства в один из филиалов, которые расположены в разных штатах и даже в Европе. Попытать удачу может каждый профессионал в любом направлении.

Неважно, будь то съемка людей, природы, еды или даже животных. В их команде лучшие фотографы с разным профилем работы. Значение имеет лишь уникальный взгляд на вещи и умение преподнести любую историю так, чтобы читатель запомнил это надолго.

Все мое опьянение как рукой снимает. Мозг принимается лихорадочно продумывать варианты дальнейших действий. Дополнительные работы отснять я успею. Надеюсь. Куда большей проблемой является финансовая составляющая. На ум приходит лишь одна действительно стоящая идея.

Рискованная авантюра, но и цель в данном случае оправдывает средства. Бросаю взгляд в сторону валяющегося рядом телефона. Беру его в руки, набираю короткое сообщение.

Что ж, Колтон Браун, ты, кажется, хотел рекомендацию?

Ты ее получишь.

***

На следующее утро оказываюсь у знакомой двери из темного дерева, несмотря на вчерашние клятвы самой себе не приближаться к этому месту ближе, чем на километр.

Увидев меня, мистер Эмброуз явно удивляется, но быстро скрывает эмоции за обольстительной улыбкой. Его интересует, куда я вчера пропала после разговора с владельцем ресторана и почему не зашла к нему.

Браун не посвятил его в детали и это несколько сбивает меня с толку. Не то чтобы я ожидала, что распечатку с моим лицом вывесят прямо перед входом в ресторан с надписью “Вход воспрещен”, но думала, что вопрос моего трудоустройства уже закрыт.

Воспользовавшись неведением управляющего, уточняю у него, когда я могу поговорить с мистером Брауном касаемо интересующих того документов. Эмброуз сообщает, что начальник у себя в кабинете, но обычно не решает дела связанные с наймом сотрудников. Информировать его о том, насколько мой случай выбивается из понятия “обычно”, я не стала и быстрым шагом отправляюсь к нужному кабинету.

Сделав глубокий вздох, настойчиво стучусь в дверь, не давая себе возможности передумать. Задерживаю дыхание. Жду.

И ничего.

Может быть, его все таки нет на месте?

Эта мысль быстро опровергается звуками шагов за стеной. Невольно хмурюсь. Он что, просто игнорирует людей, которые к нему приходят? Тоже мне начальник! А если у человека что-то срочное, пока он там… Мысль, пришедшая на ум, заставляет смутиться и одновременно выйти из себя.

Кто сказал, что я первая из сотрудниц, с которыми он зажимался? Вчера он вел себя очень уверенно, и, судя по всему, женщины ему отказывают редко.

Топчусь на месте, не зная, как поступить. С одной стороны, мысль о том, что дверь сейчас откроется и передо мной предстанет пикантная сцена, заставляет задуматься о побеге. С другой стороны, я не могу просто уйти и смыть в унитаз шанс получить хорошо оплачиваемую работу.

Приняв решение, стучусь вновь, но уже гораздо громче и напористее. Какая-то крошечная часть меня злорадствует от мысли, что даже если это не сработает, то как минимум, кто-то очень сильно обломится на самом интересном месте. Быстрее, чем я рассчитывала, дверь со всей силы распахивается, и прямо перед моим носом оказывается чей-то галстук.

– Я же сказал, меня не бес…, – обрывается голос Брауна на полуслове. – Ты?

Он явно не ожидал меня увидеть, но маска безразличия плотно приклеилась к его лицу.

– Здравствуйте, мистер Браун, – надо же, мой голос даже не дрожит.

Мужчина окидывает меня взглядом и кивает, будто что-то для себя решил, после чего отходит в сторону, жестом приглашая в кабинет. Проходя мимо него, улавливаю знакомый запах, и воспоминания о событиях, произошедших здесь вчера, снова всплывают в моем сознании.

Главное не краснеть. Этого еще не хватало!

Естественно, это не помогает, и, усаживаясь в предложенное кивком кресло, чувствую, как жар медленно окрашивает щеки.

– Признаться, не до конца понимаю, зачем вы здесь, но так даже лучше, – начинает Браун, устраиваясь за столом напротив меня. – В первую очередь хочу извиниться за вчерашний… инцидент. Я был несдержан и перешел черту, что мне не свойственно.

Моя челюсть готова упасть на пол, но остатки воспитания заставляют меня ее удержать. Надо же, кто бы мог подумать, что он так прямо об этом заговорит. Я надеялась, что мы просто будем делать вид, что ничего не было.

Сложно не обратить внимание на резкий переход в обращении ко мне. Где же, интересно, та часть личности, что вчера отчитывала меня и язвила? Не уверена, что хочу снова с ней столкнуться. Я не знаю, что ответить на его извинения, поэтому осторожно киваю.

– Очень надеюсь, что произошедшее не сказалось негативно на вашем психологическом состоянии и мнении о моем ресторане. Харассмент не входит в список тех вещей, чем он славится. Его репутация, как и моя, никогда не были замешаны в подобных скандалах. Надеюсь, вы не станете способствовать тому, чтобы это изменилось. Очень не хотелось бы, чтобы ваша жизнь усложнилась из-за лишнего внимания, – холодно чеканит он.

На первый взгляд в этой вежливой фразе нет ничего из ряда вон выходящего, но только идиот не расслышит в ней плохо завуалированную угрозу. Могу сделать вывод, что трепаться обо всем произошедшем мне не стоит. Что ж, тем лучше для меня. Если правильно воспользоваться ситуацией, может, удасться избежать задуманной мною авантюры.

– Я бы не хотела доставлять никому неудобств, так что предпочла бы скорее забыть об этом недоразумении, – Браун слегка хмурится от моих слов, но ничего не говорит. – Надеюсь, мы, как взрослые, люди сможем сгладить эту ситуацию. Понимаю, что вчера в зале была не на высоте, но я хороший сотрудник. Вы в этом убедитесь в ближайшее время, – произношу я.

Одна бровь мужчины приподнимается в легком недоумении.

– Рад, что мы поняли друг друга, но боюсь, что вы находитесь в заблуждении. Мои извинения не являются предложением о работе. Я по прежнему считаю, что вы не соответствуете уровню нашего заведения.

Во мне кипит едва сдерживаемое возмущение. Да как же он меня бесит! Слегка прищуриваюсь и со всеми крохами спокойствия в голосе отвечаю:

– Могу я надеяться на то, что вы человек слова?

– Разумеется, мисс …?

– Ховард.

– Мисс Ховард, я всегда держу свое слово, – серьезно произносит он, не отрывая от меня взгляда.

– Чудесно. Тогда вас не затруднит ознакомиться с этим, – отвечаю я, вытаскивая из своей сумки аккуратно сложенный лист бумаги.

Он глядит на него и протягивает руку, чтобы забрать документ. Я задерживаю дыхание в те секунды, что он бегает взглядом по строчкам с похвалами в мой адрес. Почему-то у меня такое ощущение, будто я дергаю тигра за усы.

Откидываясь на стуле, Браун с интересом смотрит на меня так, словно впервые видит по-настоящему. Неужто его так впечатлило написанное? Сомневаюсь.

– Почему же вы не отдали мне характеристику еще вчера?

– Я торопилась на собеседование с другой работы и не успела заехать домой за всеми необходимыми бумагами.

Он неоднозначно хмыкает и берет со стола свой телефон.

– Не возражаете, если я позвоню при вас?

– Что вы, это же ваш кабинет, – дарю ему я свою самую приторную улыбку.

Он быстро набирает номер на экране смартфона и прикладывает его к уху. Спустя пару секунд слышу едва различимый голос.

– Здравствуйте, Митчелл. У вас найдется для меня свободная минута? – судя по виду Брауна, его не сильно волнует наличие свободного времени у собеседника. Меня несколько тревожит то, что он даже не представился, но я отмахиваюсь от этой мысли.

– Хотел бы узнать насчет некой мисс Ховард, которая работала у вас в ресторане официанткой. Да. Хорошо, – он сделал небольшую паузу. – Вы в этом уверены? Характеристика довольно впечатляющая. Согласен, это интересно. Понял. Спасибо.

Он сбрасывает звонок и некоторое время молчит. Затем впервые за весь разговор на его лице возникает намек на легкую ухмылку. Это движение губ заставляет меня вспоминать, насколько мягкими и одновременно требовательными они могут быть. Мои руки невольно сжимают край сумки.

– Видимо, я ошибался. Меня заверили в ваших навыках и отзывались о вашей работе только с положительной стороны. Я сдержу свое слово. Вы приняты на работу. Испытательный срок месяц, как и у всех. Все рабочие моменты согласуете с Райаном, – он начинает перебирать бумаги, лежащие на столе перед ним, и, кажется, больше не испытывает интереса к диалогу со мной.

Неужели действительно сработало? Поднимаюсь со своего кресла, поправляю блузку, и не зная, что сказать, просто благодарю его. Разворачиваюсь и тихо направляюсь в сторону выхода. У самой двери слышу низкий голос за своей спиной.

– Бухгалтерию я уведомлю насчет вашей повышенной ставки на этот месяц, – внутренне ликую и на мгновение позволяю себе расслабиться. – Имейте в виду, что если персонал узнает, то вам придется объясняться самой, Стелла.

И вот опять, какого черта он решил, что меня… Бейджик! Ну конечно! Было бы забавно держать его в неведении какое-то время, но мне почему-то отчаянно хочется, чтобы Колтон от меня узнал моё реальное имя.

Слегка повернув голову в его сторону, негромко произношу:

– Элисон. Меня зовут Элисон Грей Ховард.

Не дожидаясь ответа, осторожно выскальзываю из кабинета. Впервые за утро могу вздохнуть с облегчением. Самое сложное позади. Осталось не опозориться снова и продержаться здесь хотя бы месяц.

Снова стучусь к мистеру Эмброузу, чтобы сообщить ему последние новости. Он выглядит заинтересованным тем, что генеральный лично занялся моим трудоустройством. Весь час, что мы проводим за оформлением договора и решением мелких организационных вопросов, мой непосредственный начальник очень дружелюбен со мной. Начинаю понимать, почему Мона считает его душкой. С ним достаточно легко, несмотря на должностную иерархию.

Узнав всю необходимую информацию, я прощаюсь с ним и отправляюсь домой. По графику на смену мне выходить только завтра, так что впервые за долгое время у меня выдается почти полноценный выходной.

***

Переодевшись дома в любимые темные джинсы и мешковатую черную толстовку, отправляюсь в небольшой парк недалеко от дома, чтобы сделать несколько новых снимков для портфолио.

Брожу между высоких деревьев, которые уже начали менять окраску на желтоватые оттенки. В воздухе приятно пахнет легкой сыростью после ночного дождя. В поисках объекта для съемок высматриваю что-нибудь интересное, пока мое внимание не привлекает одно происшествие.

В метрах десяти от меня, девчушка лет пяти несется на роликах, весело хохоча. Две короткие светлые косички смешно подпрыгивают сзади, а яркое желтое платьице развивается вокруг торопливых ног.

“Странный выбор наряда для катания” – успеваю подумать я, но в этот момент малышка отвлекается на лай собаки неподалеку и теряет равновесие. Она падает на асфальт, сдирая ладошки о жесткую поверхность, и в кровь разбивает колени. Я уже делаю несколько поспешных шагов в ее сторону, чтобы помочь, как перед ребенком оказывается молодая женщина со строгим пучком на голове.

Опустившись на колени, она бросает рядом папку с документами. Не обращая внимания на свою деловую одежду и не удобную юбку, она прижимает плачущую малышку к себе. Вокруг них разбросаны бумаги, валяется сумка, а ногам женщины явно неудобно из-за высоких каблуков. Но ее, казалось бы, ничего из этого не волнует, пока она утешает своего ребенка.

Меня так трогает эта картина, что я невольно тянусь к фотоаппарату и делаю несколько снимков. Вот она, безусловная материнская любовь. Чтобы не происходило с тобой, все отходит на второй план, когда твоему ребенку больно. Мои мысли утекают в печальное русло, пока я осторожно направляюсь к ним, чтобы показать фотографии и попросить разрешения оставить их.

Мне не знакомо чувство, что испытывает сейчас девочка. Нет, не физическая боль С ней то мы старые подруги, но я совсем не знаю, что значит быть любимой родной матерью. Каково это, когда ты являешься самым главным человеком в жизни тех, кто подарил тебе твою собственную?

За этими невеселыми размышлениями проходит моя дорога домой. Оказавшись в квартире, понимаю, что Мэтт тоже вернулся. Судя по звукам, доносящимся из ванной, парень осваивает новый репертуар. Сегодня в программе песни Тейлор Свифт. На мой взгляд, он чуть фальшивит, но голос все равно приятный.

Сдерживая легкую улыбку, скидываю обувь и отправляюсь в его комнату. Здесь я провела едва ли не больше времени, чем в собственной, так что Мэтт не удивится моему появлению. По-турецки усевшись на большой кровати, собираю волосы в пучок и жду, когда он, наконец, наплескается вдоволь.

Комната немногим больше моей, и помимо кровати, здесь в углу стоит небольшой шкаф, прикроватная тумба и старенькая гитара, подаренная мной на прошлый день рождения.

Оглянувшись, замечаю кучу валяющейся на полу одежды и решаю ее убрать. Большая загруженность в юридической фирме отнимает много сил, так что я иногда беру на себя роль маленькой феи чистоты и помогаю парню с уборкой. Убедившись в пригодности одежды, развешиваю ее в шкафу.

Закончив, я поворачиваюсь и оказываюсь почти нос к носу со своим другом.

– О господи! – визжу я. – Мэтт, ты чуть меня на тот свет не отправил! Сколько раз просила не подкрадываться ко мне! Видит Бог, однажды я сломаю тебе нос за эти выкрутасы и не буду ручаться, что это выйдет случайно!

На его губах растягивается ленивая ухмылка.

– Вообще-то я в своей комнате, конфетка, так что могу ходить, как мне вздумается.

Я закатываю глаза и обращаю внимание, что на парне только серое полотенце, обвязанное вокруг бедер. Невольно начинаю краснеть. Я бесчисленное количество раз видела его без футболки и периодически в этом же полотенце, но всегда быстро отворачивалась и уходила к себе.

Сейчас же он впервые стоит так близко, что я ощущаю исходящее от него тепло после ванной и улавливаю легкий цветочный аромат. Погодите-ка…

– Ты что, снова мылся моим гелем?! – восклицаю я.

Он громко стонет.

– Ну вот, я стою тут весь такой пышущий сексуальностью, а тебя волнует чертов гель, – он наигранно хмурится, но не отодвигается. – Еще чуть-чуть и мое эго будет втоптано в грязь. Я впаду в депрессию и умру от одиночества. Ты этого хочешь?

– Поверь, в случае чего я приставлю к тебе Мону и смерть от одиночества тебе точно не грозит.

Он усмехается. Мы оба знаем, что наша подруга никогда не скрывала свои намерения относительно времяпрепровождения в его компании. Он игнорирует ее намеки с самого первого дня, что удивительно, так как от сексуального воздержания Мэтт точно никогда не страдал. Тем не менее Мона не оставляет попыток все это время, хотя почему-то утверждает, что ей в любом случае ничего с ним не светит.

Мэттью медленно разглядывает мое лицо, и в его глазах отражается странная эмоция, от которой мне становится неуютно. Он вдруг поднимает руку и тянется ко мне. Когда она оказывается в сантиметре от моей головы, я невольно задерживаю дыхание и… он достает футболку с полочки позади меня.

Засранец самодовольно улыбается. Он заметил мою реакцию и решил вогнать меня в краску! Из груди вырывается нервный смешок, после чего я щиплю парня за голый бок и протискиваюсь в сторону кровати. Вдруг Мэтт хватает дотронувшуюся до него руку и внимательно смотрит на нее. Задумчиво поглаживает запястье подушечкой большого пальца. Я не шевелюсь.

Неожиданно он слегка мотает головой, после чего отпускает меня и отходит на шаг назад. На губах воцаряется привычная ухмылка.

– Так и будешь стоять? Или ты хочешь увидеть стриптиз наоборот в моем исполнении? – он весело поигрывает бровями, и меня сразу немного отпускает. Вот он, мой беззаботный Мэтти со своими вечными шутками.

Я цокаю и устраиваюсь на кровати, закрыв лицо подушкой. Слышу звук упавшего полотенца и шорох одежды, после чего рядом со мной плюхается груда мышц.

– Рассказывай, как прошло?

– Сработало. Меня взяли. На испытательный срок, но это не имеет значения. Денег должно с лихвой хватить на конкурс и все долги, даже кредиты смогу неплохо погасить.

– Я же говорил тебе, что сработает. Правда, все равно не понимаю, зачем так изворачиваться и рисковать. Ты же знаешь, я бы с удовольствием помог тебе с оплатой…

Закрываю его рот ладонью.

– Даже не продолжай. Мы обсуждали это тысячу раз. Я не хочу чувствовать себя обязанной тебе или кому-то еще.

– Для того и нужны друзья, Элли, – хмуро произносит он, убирая мою руку, но больше не спорит. Знает, что это бесполезно.

– Кстати, передай огромное спасибо от меня своему дяде. До сих пор не знаю, как его отблагодарить.

Когда прошлым вечером я отправила смску Мэтту, то рассчитывала на его помощь в качестве юриста, или точнее, как на человека, у которого хорошо подвешен язык. Я хотела, чтобы он помог написать мне липовую характеристику и в случае чего ответил на звонок от имени бывшего работодателя.

Мои планы рассыпались пеплом, когда друг сказал, что на таких документах обычно ставится печать и подпись организации. И вот тут он, как юрист, очень не советовал мне что-либо придумывать. Я уже попрощалась с работой, как внезапно он предложил мне другой вариант решения. Тоже не самый честный, тем не менее более распространенный в нашем мире.

Он поведал, что его дядя работает в крупной аудиторской компании и однажды хвастался, как проводил проверку в отеле, где я “работала”. Якобы, все перед ним так лебезили, что теперь он всегда может рассчитывать минимум на номер-люкс.

В общем-то, дальше никакой магии не последовало. Всего лишь связи. Мэтт позвонил дяде и попросил того связаться с кем-то из управляющего звена отеля и оказать одну небольшой услугу.

Не знаю, каким образом, но утром на моем комоде уже лежала подписанная характеристика с контактами “бывшего” руководства.

– Хорошо бы и мистера Митчелла как-то отблагодарить, – поразмыслив, предлагаю я Мэтту.

Тот немного странно на меня смотрит и спрашивает:

– Что за мистер Митчелл?

– Ну тот управляющий или кто он там. Он подписал характеристику и разговаривал сегодня с моим придурком-боссом.

– Элли, не знаю, о ком ты говоришь и с кем он там общался, но я лично привез тебе утром эту бумагу и точно помню, что подпись принадлежала некому Альберту Болману.

Глава 5

Элисон

Первые рабочие дни в ресторане пролетают незаметно. Все мое внимание сосредоточено на том, чтобы досконально изучить меню. Гости в большинстве своем ведут себя так, будто персонала не существует. И меня более чем устраивает такое положение вещей.

К тому же они считают обязательным оставлять чаевые, дабы подкрепить свой статус в глазах партнеров. В первые дни только благодаря чаевым мне удается заработать больше, чем за неделю в фотостудии.

Персонал достаточно приветлив, но мы все слишком заняты, чтобы уделять много времени общению на нерабочие темы. По крайней мере, я так думала, пока не стала натыкаться на Кристину с ее подружкой. Они вечно перешептываются и в эти моменты, не стесняясь, прожигают меня взглядом. Крис подчеркнуто меня игнорирует и, подозреваю, агитирует на это других девушек.

Сдается мне, причиной тому один не безызвестный босс с изумрудными глазами. К сожалению или к счастью, с ним я практически не пересекаюсь. Лишь иногда вижу его перемещающимся по ресторану.

За исключением одного странного случая у барной стойки. Я тогда не сразу его увидела, но ощущение, будто кто-то непрерывно смотрит на меня, вынудило обернуться. Браун как-то медленно и отрешенно рассматривал меня, но, заметив встречный взгляд, поспешно отвернулся и ушел к себе в кабинет.

К концу первой рабочей недели я начинаю ловить все больше и больше косых взглядов в свою сторону. Стоит мне появиться в раздевалке, как почти все находящиеся там умолкают или покидают помещение. Это задевает в достаточной мере, чтобы обращать внимание, но не до такой степени, чтобы устраивать допросы с пристрастием.

Если люди по какой-то причине решили объявить бойкот, даже не познакомившись со мной, то это говорит о них все, что мне необходимо знать.

Через Монику до меня дошли слухи о том, что якобы в свой самый первый день после того, как Браун устроил мне выволочку, я побежала плакаться Эмброузу. Тот замолвил за меня словечко перед начальником. Естественно, не просто так. И теперь в качестве благодарности я должна регулярно оказывать ему услуги некого характера. Судя по подробностям, в основном оральные.

К моему несчастью, все сказанное подкрепляется тем, что кто-то из бухгалтерии проболтался о повышенном окладе. Это все так мерзко, что мне противно даже слушать. Если им всем так хочется вариться в этом чане с дер… сплетнями, то ради Бога.

Первый выходной я трачу на поистине долгий сон и поход с друзьями в бар. Мы отлично проводим время, не считая момента, когда Мэтт получает салфетку с номером от одной пышногрудой брюнетки за соседним столиком.

Я бы посмеялась над таким недвусмысленным намеком, если бы мой друг не переписал номер в свой телефон, нахально улыбаясь девушке. Не знаю почему, но что-то во мне неприятно отозвалось на этот обмен любезностями. Раньше такого никогда происходило, и интрижки Мэтта мало меня волновали.

В основном я просто подкалывала его насчет чрезмерной любвеобильности. Но в этот раз шутить почему-то не хотелось. Он никогда не приводил подружек домой, хотя имел на это полное право. За эту деликатность я ему очень благодарна. Ума не приложу, как бы отреагировала, столкнувшись с этой девицей утром на нашей кухне.

Утром понедельника на выходе из раздевалки я в спешке налетаю на Эмброуза. Слишком торопилась проверить готовность столиков в зале. Мужчина останавливает поток моих извинений легким взмахом руки.

– Где пожар? – шутливо интересуется он.

– Надеюсь, что нигде. Иначе, все подумают на меня, – пытаюсь пошутить в ответ я.

– Ты преувеличиваешь. Я наблюдал за тобой и вижу, что ты очень хорошо справляешься с работой.

– Спасибо, мистер Эмброуз. Мне приятно, что вы так считаете.

Он кривовато усмехается и неловко поправляет галстук.

– Полагаю, учитывая наши с вами… неформальные отношения, мы можем перейти на ты.

– Не совсем понимаю, о чем вы, – недоуменно смотрю на него.

– Ну, знаете, до меня доходили некоторые слухи… Надеюсь, вы не слишком сильно придаете этому значение.

О. Господи. Боже.

Еще не хватало, чтобы мой начальник знал о том, как нам перемывают кости, да еще и в таком ключе! Должно быть, все эмоции написаны на моем лице, потому что тот тихо посмеивается и устало вздыхает.

– Не бери в голову, Элисон. Могу я так тебя звать?

Осторожно киваю в ответ.

– Такое, к сожалению, часто случается в преимущественно женском коллективе. Главное, не позволяй этому сказываться на твоих реальных рабочих отношениях, – Эмброуз делает маленький шаг в мою сторону. – Знаешь, ты далеко не первая, кого подозревают в… гхм, контакте со мной. Пусть и самая красивая, что не может не льстить, конечно, – слегка улыбается он мне.

Чего? Надеюсь, он не флиртует со мной. Иначе мне можно прямо сейчас писать заявление. Еще одного “казуса” со своим руководством моя психика не выдержит.

Не обращая внимания на мое замешательство, управляющий продолжает свою речь:

– В общем, если тебе вдруг что-то понадобится или захочется с кем-то поговорить, я всегда к твоим услугам. Знаю, какого может быть, когда чувствуешь себя лишним в коллективе.

Мужчина переминается с ноги на ногу, поправляя уложенные гелем волосы.

– Не буду тебя отвлекать от работы, – он слегка сжимает мое плечо в знак поддержки и уходит в свой кабинет.

Ладно, это было… странно.

Не думаю, что мне хотелось бы когда-то повторить с ним подобный разговор. Нервно потираю плечо в попытке избавиться от чужого прикосновения.

***

Спустя несколько часов активной беготни между залом и кухней, я замечаю знакомое лицо на пути к угловому столику. Нервно озираясь по сторонам, с облегчением понимаю, что Джейсон прибыл один. Мона поведала мне, кем является этот молодой человек и почему так часто здесь бывает.

Он замечает меня как раз в тот момент, когда я собираюсь ретироваться от греха подальше. Приветственно кивнув, он жестом подзывает подойти поближе. Как назло, Кристины нигде нет. Где ее носит, когда она в кои-то веки нужна? Уверена, она теперь на мне оторвется за то, что я подрезаю ее гостей. С вымученной улыбкой подхожу к Джейсону.

– Добро пожаловать в “Франческо”, могу я вам предложить меню или желаете сразу сделать заказ? – говорю я, зазубренный текст.

– Привет-привет, – озорно улыбается тот. – Вот мы и встретились вновь. Я знал, что Браун возьмет тебя на работу, несмотря ни на что. Ну? Как успехи?

– Все отлично, мне здесь очень нравится. Спасибо, что поинтересовались, – вежливо отвечаю я, как будто могу сказать что-то другое человеку, приближенному к руководству.

– Понял. Спрошу еще раз через неделю. Может, тогда расскажешь правду, – заговорщически подмигивает он и переводит свой взгляд в меню.

После нескольких минут раздумий мужчина озвучивает заказ.

– Я буду салат Нисуаз и цыпленка в винном соусе, из напитков только воду. И проследи, пожалуйста, чтобы не добавляли тимьян.

Передав все пожелания кухне, я быстро проверяю своих гостей и рассчитываю один из столиков, после чего возвращаюсь за заказом пиар-менеджера. Расставив на столе все блюда, молча ожидаю, когда меня отпустят. Джейсон берется за приборы и уже планирует отправить в рот крайне аппетитный кусок цыпленка, как вдруг прищуривается и внимательно осматривает тарелку.

– Элисон, я же просил никакого тимьяна, – устало вздыхает он. – У меня на него аллергия, и очень не хотелось бы ближайшие два дня мелькать на работе с покрывшимся пятнами лицом.

– Извините, мистер Кеннет, ума не приложу, как он здесь очутился! Я передала ваше пожелание…

Мое лепетание останавливают жестом руки.

– Верю, но это не снимает с тебя ответственности. Будь это не я, а кто-то из особо дотошных гостей, нам бы устроили скандал. Это я молчу о том, что последствия аллергии или других непереносимостей бывают гораздо хуже сыпи. Делала когда-нибудь сердечно-легочную реанимацию? Поверь мне, не самое веселое мероприятие.

С моего лица сходят все краски. Черт, он ведь прав. Неужели теперь уволят?

– Твоя задача заключается не только в том, чтобы транспортировать еду из точки А в точку Б. Ты должна удостовериться, что она полностью соответствует запросу гостя. Черт возьми, разве Эмброуз не проводит с вами обучающих тренингов и прочей чуши? – спрашивает он скорее сам себя.

Джейсон какое-то время просто смотрит на меня, после чего откидывается на спинку стула.

– Садись, – кивает он на место, расположенное по другую сторону стола.

– Нам нельзя сидеть с гостями, – широко распахиваю глаза я. – Не думаю, что это хорошая идея.

– Са-дись, – чеканит по слогам мужчина. – Пожалуйста.

Сдавшись, осторожно пристраиваюсь на край стула и с ожиданием смотрю на своего собеседника.

– Чем ты занимаешься?

Он, должно быть, шутит. Разве по мне незаметно, чем я занимаюсь? Или это такой устаревший способ флирта? Боже, надеюсь, что нет. Хотя за все время нашего общения он и намека не подал, что я его интересую в этом плане. Да, он постоянно улыбается и даже иногда заигрывает, но… такое впечатление, что это скорее его манера общения, нежели реальные намерения.

Сдается мне, что ведет он себя так со всеми. Не удивлюсь, если и нашему общему боссу Кеннет тоже временами глазки строит. Наружу рвется нервное хихиканье, и мне не удается его удержать.

– Я спросил что-то смешное? – одна бровь Джейсона невозмутимо ползет вверх.

– Нет, извините! – меня снова начинает распирать от смеха, и ситуация грозит вылиться в истерику. – Я просто…кое-что вспомнила.

Наконец я беру себя в руки и успокаиваюсь. После минуты неловкого молчания до меня доходит, что я так и не ответила на вопрос.

– Простите, не совсем поняла вас.

– Чем ты занимаешься по жизни? Почему ты здесь? Не пойми меня неправильно, но только слепой не заметит, что ты сюда не вписываешься, – заметив мой вопросительный взгляд, он спешит объясниться. – Я не про внешность или прочую чепуху, а про твою… не знаю, отвлеченность? Ты словно здесь и в то же время нет. Постоянно осматриваешься, отвлекаешься на людей, вид из окна. Точнее, ты не отвлекаешься, а… разглядываешь все. Словно под микроскопом.

Я настолько не ожидала услышать чего-то подобного, что просто молчу, уставившись на него.

– Бегаешь туда-сюда между столами, но единственное, что я вижу – птичку в клетке. Ее посадили туда, чтобы она пела на радость остальным, а взамен ей иногда разрешают полетать. Так вот, мне интересно, ради чего поешь ты? – заканчивает негромко он.

В горле встает ком. В голове не укладывается, как человек после нескольких разговоров и недолгих наблюдений смог разглядеть. Неужели я действительно выгляжу… загнанной?

– Я фотограф, – так же тихо отвечаю я. – Много лет стремлюсь к тому, чтобы меня заметили, но в нынешние дни таких мечтателей тысячи. Но я не сдаюсь. Однажды мои труды оправдают себя, и тогда все станет иначе. А пока надо же мне как-то обеспечивать себя, верно? – аккуратно улыбаюсь ему.

Мистер Кеннет молчит и о чем-то размышляет, оглядывая зал. Интересно, о чем он думает? Почему вообще спросил? Какое ему до меня дело? Я не рассчитывала откровенничать с кем-то малознакомым, но что-то в добрых глазах заставило меня поддаться порыву и открыться. Наконец блондин фокусирует взгляд на мне и улыбается одним уголком губ.

– Ты напомнила мне одного человека. Тоже мечтателя, но уже, к сожалению, в прошлом. Видишь ли, иногда наступает момент, когда чертовски нужно, чтобы тебя кто-то поддержал в твоих стремлениях. С ним, увы, такого не произошло, что меня очень огорчает. Я пообещал себе, что если представится возможность, то сам стану тем человеком, который сможет помочь другому, – Джейсон придвигается ближе к столу и кладет на него руки. – Элисон, у меня к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

На обаятельном лице расцветает улыбка, которой позавидовал бы сам дьявол.

***

– Что? – растерянно переспрашиваю я. Либо это очень своеобразный юмор, либо можно бежать за лотерейным билетом. Мало ли где еще мне сегодня повезет?

– А что тебя так удивляет? Я вполне серьезно. Отправь мне свои работы, и если они окажутся стоящими, то не вижу причин, чтобы не взять тебя к себе в отдел продвижения.

Он так легко пожимает плечами, словно только что не предложил высококлассную работу едва знакомой девушке.

Выслушав его идею, я узнала кое-какую новую информацию о нашем ресторане, что явно разочаровало Джейсона. Чутье мне подсказывает, что одному управляющему сегодня точно выскажут за не самый ответственный подход к обучению персонала.

К моему удивлению, наше заведение является частью сети из восьми ресторанов класса «Люкс» на восточном и западном побережьях штатов. Их объединяет только название. В остальном же концепция каждого ресторана была индивидуальна, начиная от интерьера и заканчивая кухней.

Управлять таким количеством филиалов из одного ресторана невозможно, поэтому руководящий состав и другие сотрудники, не относящиеся к заведению напрямую, работают в головном офисе компании. Именно туда в качестве фотографа меня и пригласил мистер Джейсон Кеннет, глава отдела маркетинга и связей с общественностью.

Все еще пребывая в шоке, расправляю плечи и со всей уверенностью, которая во мне есть, смотрю в глаза своего собеседника.

– Не знаю, почему вы решили предложить мне такую возможность, но будьте уверены, что я сделаю все от меня зависящее, чтобы не упустить ее.

Кажется, Джейсон доволен моими словами, потому что с улыбкой протягивает руку, и я, недолго думая, пожимаю ее в ответ.

– Тогда жду от тебя портфолио и, надеюсь, после приступим к обсуждению деталей, – говорит он и протягивает мне свою визитку.

Взяв карточку, я поднимаюсь со своего места и забираю испорченные блюда, чтобы отнести их на кухню. Не знаю, кричать ли на поваров или благодарить их за такую оплошность.

Остаток смены проходит на автопилоте, пока все мои мысли крутятся вокруг новой возможности. Это отличный шанс пополнить портфолио, набраться опыта коммерческой съемки и познакомиться с людьми, которые в дальнейшем могут мной заинтересоваться. Не говоря уже о том, что мне явно не придется волноваться о финансах.

Я отпрашиваюсь у Эмброуза на час раньше и тороплюсь в раздевалку. Мужчина сочувственно мне улыбался и слишком драматично вздыхал, пока я изображала плохое самочувствие. Наверняка, он решил, что меня доконали коллеги, и я пытаюсь смыться от них подальше.

Мне крайне неловко пользоваться его расположением, но я слишком боялась, что Джейсон может передумать. К тому же я обещала приехать завтра пораньше и помочь с открытием.

Можно было бы отправить портфолио Джейсону по телефону, но мой сотовый еле дышит. Отправку большого объема фотографий он точно не осилит.

Громко хлопнув входной дверью квартиры, скидываю кроссовки и тороплюсь в свою комнату. Старенький ноутбук включается слишком долго для моего нетерпеливого состояния и под конец вообще зависает. Чертыхаясь, я марширую к комнате Мэтта, расположенной слева от моей. Он явно дома, судя по громко орущей музыке из его спальни.

– Мэтти! Мне срочно нужен твой ноут! Вопрос жизни и смерти! Обещаю, что больше не буду устанавливать тебе дурацкие обои! – перекрикиваю шум я и тарабаню в дверь.

Зная, как друг устает на работе, я не удивлюсь, если он мог вырубиться даже под эту какофонию звуков. Терпеть не могу вторгаться в личное пространство, но Мэтт сам говорил, что я в любое время могу заходить к нему и не важно, спит он, работает или что-либо еще. Осторожно поворачиваю металлическую ручку и толкаю дверь.

– Очень надеюсь, что ты спишь, а не …, – бормочу я себе под нос, пока прохожу в комнату, но обрывок фразы застревает в горле.

Передо мной разворачивается картина, в которой Мэтт спешно натягивает брюки и пытается застегнуть молнию. Но не это действие привлекает мое внимание. И даже обнаженный торс парня отходит на второй план.

Посреди комнаты, стоит полуголая девушка. Нагнувшись, она активно ищет что-то на полу среди кучи разбросанной одежды.

О, Боже мой! Только не это!

Я медленно перевожу ошарашенный взгляд обратно на своего друга, на лице которого читается паника. Он делает торопливый шаг в мою сторону, едва не толкнув незнакомку бедром, и это выводит меня из ступора.

Резко развернувшись, я начинаю тараторить:

– Господи, Мэтт, извини, пожалуйста! Я не знала, что ты не один…Клянусь, я не хотела вламываться, просто мне очень нужен был твой…думала, ты спал… в общем, уже ухожу, – делаю шаг к выходу, и тут парень резко хватает меня за руку.

– Черт возьми, Элли, мне очень жаль! Я не собирался никого приводить. Ты же меня знаешь! Просто…так совпало и я думал, что ты будешь позже.

– Тебе не за что извиняться, Мэтт. Это и твой дом тоже. Ты можешь делать, все что угодно. Мне не стоило заходить без предупреждения и… давай поговорим позже, когда ты…закончишь со своей гостьей.

Я пытаюсь высвободить свою руку, но безуспешно.

– Нам не нужно ничего откладывать. Скарлетт уже уходит, – говорит он, не сводя с меня взгляда.

Слава богу, друг перекрывает собой большую часть обзора на обнаженное тело девушки, но замечаю ее яростное выражение лица. Она выглядит смутно знакомой.

– Мы вообще-то планировали с тобой поужинать, – недовольно произносит она, натягивая одежду. – И что происходит? Ты сказал, что подружки у тебя нет, а сейчас стоишь и оправдываешься будто школьник перед…

– Я сказал: Скарлетт уже уходит, – теперь громче и намного холоднее повторяет Мэтт сквозь зубы.

Скарлетт поджимает губы, и схватив свою сумочку, протискивается мимо нас. Тут я понимаю, что это та самая девушка с салфеткой из бара. В коридоре захлопывается дверь, заглушая брошенное гостьей “Козлина”.

Отступив на несколько шагов ближе к своей комнате, я снова перевожу взгляд на Мэтта.

– Знаешь, а она ведь права. Ты поступил с ней как кретин, – замечаю я.

– Ты в своем репертуаре, – он невесело смеется. – Заступаешься за барышню, которая сейчас с удовольствием выцарапала бы тебе глаза.

– Ну, я могу ее понять. В момент, когда ты с парнем…, – я смущенно покашливаю. – Наедине. К вам вдруг вламывается незнакомая девушка, а тебя выставляют за дверь.

Мэтт пожимает плечами.

– Может, и не очень красиво, но она прекрасно знала, что кольца от меня после этого ждать не стоит.

Я закатываю глаза и скрещиваю руки на груди.

– О чем я и говорю. Козлина.

Друг улыбается и качает головой.

– Так в чем дело? Ты говорила, что тебе что-то нужно.

– Точно! Мне нужен твой ноутбук. Надо как можно скорее отправить кое-кому снимки, – вспоминаю я.

– Конечно, он в твоем распоряжении.

– Можно я возьму его к себе? Здесь сейчас немного… – я слегка морщусь, намекая на обстановку, царящую в его спальне. – Душновато.

Мэтт неловко потирает шею и кивает.

– Разумеется, конфетка. Ты занимайся делами, а я схожу в душ и потом присоединюсь к тебе.

С этими словами он берет необходимые принадлежности и отправляется в ванную. Проходя мимо Мэтт останавливается и нежно целует меня в макушку. Что-то внутри надрывается в этот момент и я невольно начинаю грустить.

Забравшись к себе на диван с ноутбуком, отбираю подходящие, на мой взгляд, снимки. Но мыслями я далека от реальности.

Неожиданная сцена дома задела меня куда больше, чем хотелось признаваться. И дело далеко не в неловкости. Меня начинают пугать тонкие отголоски странных чувств к Мэтту, появившиеся в последнее время.

Я не идиотка и прекрасно понимаю, почему мне может быть неприятно видеть его в компании девушек. Вот только я не понимаю другого: почему сейчас? Почему за все годы дружбы я не испытала этого раньше?

После того поцелуя с Брауном во мне как будто пробудились чувства, что были спрятаны очень глубоко. Но как возможно такое, что это случилось благодаря незнакомцу, а не другу, который был со мной рядом столько лет?

Что в Колтоне Брауне такого особенного?

Вряд ли мне доведется это узнать, ведь мы с ним больше не …

Я стремительно подрываюсь на месте.

Как это раньше не пришло мне в голову? Если я буду работать в офисе, то однозначно придется пересекаться с ним чаще, чем сейчас. В ресторане он появляется не каждый день, но даже в таком случае редко проводит там больше нескольких часов. Значит, большую часть времени он либо в разъездах, либо в офисе.

Проблема состоит в том, что, осознай я это раньше, все равно не смогла бы отказаться от предложения Джейсона.

Пытаясь смириться с новыми обстоятельствами моей потенциальной работы, нажимаю кнопку “Отправить”, и папка с лучшими снимками улетает на почту к пиар-менеджеру.

Раздается стук в дверь, и на пороге возникает переодевшийся Мэтт, вытирающий мокрые волосы. Кивком указываю ему на диван, и он, пристроившись, аккуратно кладет мои ноги к себе на колени.

Мне хочется их одернуть, но тогда я привлеку его внимание. Он делал так бесчисленное количество раз, и никогда прежде я не возражала. Теперь каждое наше прикосновение вынуждает меня воспринимать все иначе.

Кратко пересказав другу последние новости, я наблюдаю за его реакцией.

– Это здорово, конфетка, – кажется, искренне радуется он.

– Но?

– Просто меня немного насторожило, как неожиданно проявил к тебе внимание этот тип. Будь с ним осторожна, ладно? Если вдруг что-то пойдет не так, обязательно скажи мне.

Не могу сдержать легкой улыбки. Всегда такой чересчур переживающий. Остаток вечера мы болтаем в моей комнате и Мэтт делится последними новостями с работы.

Ближе к полуночи, как раз когда мы заканчиваем с ужином, Мона присылает сообщение о том, что останется с ночевкой у своего нового парня. Я мало что знаю о нем, кроме имени, но уверена, что подруга сама скоро все мне расскажет.

Когда я уже лежу в кровати, мне на почту приходит письмо со знакомого адреса. Торопливо открываю его и, прочитав содержимое, не могу сдержать улыбки.

“Ты в деле, Ховард. Жду тебя завтра в офисе. Не забудь камеру и любимую кружку. Уверен, ты у нас задержишься.”

Глава 6

Элисон

Утром просыпаюсь раньше обычного. В офис нужно приехать к десяти часам, но мне еще придется заехать в ресторан, чтобы забрать кое-какие вещи и поговорить с мистером Эмброузом об уходе. Или правильнее сказать переводе? Джейсон вчера также писал, что все уладит и мне не придется отрабатывать оставшиеся смены. Но я все равно считаю, что уйти не попрощавшись будет некрасиво с моей стороны.

Наспех надеваю черные брюки, топ того же цвета и любимый кремовый кардиган. Вполне стильно и при этом достаточно вписывается в офисный дресс-код. По крайней мере, я на это надеюсь или же придется в срочном порядке устроить набег на ближайший торговый центр дабы пополнить гардероб.

Пребывая в хорошем настроении, решаю оставить волосы распущенными и те свободным каскадом рассыпаются по спине. На бегу доедаю сэндвич и хватаю сумку с камерой и объективами. Понятия не имею, придется ли сегодня снимать, но нужно быть готовой ко всему.

Оказавшись в ресторане, я уже подхожу к раздевалке, как вдруг слышу раздающиеся оттуда голоса Кристины и других официанток.

– … будьте уверены, еще чуть-чуть и она вылетит отсюда со свистом, – самодовольно говорит Крис.

– Мне кажется, что подсыпать тимьян Кеннету было слишком рискованно…Тебя могли поймать или ему могло стать плохо, – с беспокойством отвечает ей одна из девушек.

– Тише ты, идиотка! – шипит Кристина. – Ты еще пойди в зал и расскажи об этом всем стоя на барной стойке!

А вот это уже интересно. Значит, ни моей вины, ни вины кухни во вчерашнем не было. Хорошо хоть я не стала устраивать скандал с поварами, а то выставила бы себя дурой.

Я вновь прислушиваюсь к разговору, осторожно скрываясь за приоткрытой дверью.

– У Кеннета отличный нюх, он уже не раз отправлял блюда на переделку, так что ничего бы с ним не случилось. Зато видели бы вы лицо этой шлюшки, – ехидно смеется Кристина. – Когда она сидела с ним, то видок был, как будто прямо сейчас расплачется. Спорим, поэтому мы и не наблюдаем ее сегодня утром.

Раздается всеобщий смех и я сжимаю кулаки, с трудом сдерживая гнев. Надо войти туда и поставить их на место, но вместо этого я прохожу мимо и шагаю к кабинету Эмброуза. Чувствую себя отвратительно за эту трусость, но обещаю себе, что однажды я наберусь смелости и дам отпор всем своим обидчикам.

“Ты ни черта из себя не представляешь, поэтому будешь делать то, что сказано. Кто еще кроме меня, станет возиться с такой неудачницей?”

Болезненное воспоминание мелькает в голове слишком назойливо и мне с трудом удается отодвинуть его на задний план. Робко стучусь в дверь и вхожу после разрешения Эмброуза. При виде меня мужчина поднимается и поправляет уже без того уложенные волосы. Ужасная привычка.

– Элисон! Как хорошо, что ты зашла. Садись, пожалуйста, – приглашает меня он и обходит стол, чтобы опереться на него с моей стороны.

– Здравствуйте, мистер Эмброуз, я хотела поговорить с вами о…

– Знаю, о своем уходе, – прерывает меня управляющий. – И я же просил, зови меня Райан. Не такой уж я и старый, мне всего тридцать три, – усмехается он.

У меня бы язык не повернулся назвать его старым. Впрочем, точно так же как и Райаном. Он очень мил на первый взгляд, но есть в нем что-то такое, что с каждым разом заставляет меня чувствовать себя неуютно рядом с ним все больше и больше.

Натянуто улыбаюсь ему в ответ и перехожу к делу.

– В общем-то, я не отниму у вас много времени, хотела лишь извиниться за столь внезапный уход. Я честно этого не планировала и надеюсь, что это не доставит вам лишних хлопот.

– Ты очень любезна. Это, конечно, неожиданно и мне…точнее, нам будет не хватать такого сотрудника как ты, но я понимаю, что у такой молодой и красивой девушки есть амбиции намного выше, чем быть официанткой.

Слегка ерзаю на сидении, в надежде на то, что он скоро закончит с этим обменом любезностями.

– Я отпущу тебя без дополнительных отработок при одном условии, – загадочно говорит Эмброуз.

– И каком же?

– Ты запишешь мой личный номер телефона и пообещаешь, что в случае если тебе что-то понадобится, то обратишься ко мне.

Этого еще не хватало. Он последний человек, к которому бы я обратилась за помощью, как минимум потому, что мы едва знакомы. Как можно более вежливо пытаюсь отказаться и поднимаюсь со своего места.

– Это правда очень мило с вашей стороны, но я не хочу доставлять вам хлопоты.

– Я настаиваю. Так мне будет спокойнее отпускать тебя в мир акул большого бизнеса, – смеется он. – К тому же, если быть совсем откровенным, я надеялся, что мы могли бы пообедать где-нибудь на выходных, или поужинать.

Мужчина смотрит на меня с неприкрытым интересом. А вот это уже и впрямь нехорошо. Надо потихоньку делать ноги.

– Мистер Эмброуз…Райан, – выдавливаю из себя я. – Мне очень льстит ваше предложение, но боюсь вы заблуждаетесь в отношении меня и очень скоро вы бы в этом убедились. Не думаю, что стоит тратить на меня свое время.

– Ты себя недооцениваешь, – говорит он и делает шаг вперед с явным намерением коснуться моей руки.

Спешно я пячусь назад и, нащупав ручку двери, прощаюсь с ним.

– Извините, но меня правда уже заждались в офисе, всего вам доброго.

После этого открываю дверь и мигом несусь в раздевалку, которая, к счастью, уже пустует. Открываю кодовый замок на дверце шкафчика и судорожно запихиваю сменную одежду и прочие мелочи в сумку.

Очень надеюсь, что ему не взбредет в голову тащиться за мной сюда. Это надо же придумать! На свидание он со мной собрался! Кто бы подумать, что ему наплевать на этический запрет касающийся отношений между сотрудниками. Формально, конечно, я больше не его подчиненная, но сдается мне, что в обозримом будущем это не стало бы для него препятствием.

Покончив со сборами, покидаю ресторан и отправляюсь по указанному Джейсоном адресу. Благодаря пробкам, добираюсь до нужного мне бизнес-центра, когда остается меньше пяти минут до назначенного времени. Высокоэтажное здание со стильным остеклением выглядит впечатляющим, но слишком уж большим на мой взгляд, даже для головного офиса сети ресторанов.

Чудом удается убедить охранника в том, что я пришла на собеседование и быстро запрыгнуть в уходящий лифт вместе с другими сотрудниками. Люди немного странно на меня косятся. Видимо, здесь не принято суетиться. Что ж, боюсь им придется привыкнуть, если я здесь останусь.

Новый босс писал, что отдел продвижения находится на двадцать третьем этаже. Судя по панели с кнопками, в здании их всего двадцать пять. Я очень надеюсь, что здесь нет перебоев с электричеством и мне никогда не придется тащиться туда пешком. Нетерпеливо поглядываю на время в телефоне, пока лифт останавливается на других этажах. Наконец двери открываются и я оказываюсь в просторной светлой приемной, прямо перед стойкой секретаря. По бокам от нее расположены два коридора, в которых виднеются офисные двери. После того как женщина проверяет что-то в компьютере, она приглашает меня в кабинет дальше по левому коридору.

Я осторожно стучусь в стеклянную матовую дверь и вхожу, услышав знакомый голос Джейсона.

– А вот и мой новый любимый фотограф, – ослепительно улыбается мне молодой человек, сидящий за большим столом. – Ай-ай-ай, нехорошо опаздывать, но на первый раз прощу тебе эти три минуты.

– Здравствуйте, мистер Кеннет.

– Садись и давай скорее приступим к обсуждению деталей, у нас сегодня много работы.

Он мельком просматривает какие-то бумаги и вновь фокусируется на мне.

– Снимаешь ты и правда здорово, так что будешь работать непосредственно в штате. Мы сотрудничаем с множеством фотографов, но большинство из них привлекается проектно. Ты же будешь работать непосредственно со мной и пресс-службой. Сразу говорю – будет много выездной работы. Сама понимаешь, в офисе снимать особо нечего. Мы будем освещать всевозможные светские события, происходящие в наших ресторанах, проводить рекламные съемки и все в таком духе, – Джейсон протягивает мне стопку листов. – Это твой контракт, здесь указаны все интересующие тебя детали.

Я беру документ и мельком пробегаюсь по нему глазами.

– У тебя будет время ознакомиться с ним позже, поэтому очень прошу отложить его на потом. Через 15 минут мы выезжаем на встречу с партнерами и мне нужно, чтобы ты там была. Готова?

– Готова, – уверенно киваю я.

– Отлично, тогда попроси Кэтрин проводить тебя в отдел технического снабжения. Там можешь выбрать одну из камер и все для нее необходимое.

– Но у меня есть фотоаппарат, я уже привыкла работать с ним.

В качестве демонстрации, достаю из сумки свой агрегат. Джейсон скептически его осматривает.

– Это очень мило, но боюсь, что он слегка устарел, – делает он акцент на слове “слегка”. – Нам нужно высококачественные снимки, так что будь другом и сделай мне одолжение – используй рабочую технику.

Я закатываю глаза, но решаю не лезть в спор в первый же рабочий день. Кивнув, иду на выход и открыв дверь внезапно оказываюсь под прицелом уже знакомых зеленых глаз. В них я успеваю заметить изумление, быстро сменившееся гневом, когда взгляд Колтона Брауна начинает метаться между мной и мистером Кеннетом.

– Какого черта здесь происходит? – звучит ледяной голос.

Глава 7

Колтон

Я вновь вижу грозовые облака. Вот только не могу понять, какого черта они забыли в кабинете у моего пиар-менеджера.

Элисон смотрит на меня широко распахнутыми глазами и не двигается. Неужели боится? Впрочем, если она здесь по той причине, о которой я думаю, то ей и правда стоит быть осторожной, а на месте Джейсона я был бы в ужасе.

– Мисс Ховард, – первым заговаривает он. – Вы можете идти. После того, как закончите, ждите в холле на первом этаже.

Я не успеваю ничего сказать, и девушка юрко протискивается мимо, окутывая меня легким шлейфом своего цветочного аромата. Дьявол. Не должно от женщин так пахнуть. Это может довести до беды.

Громко захлопнув за собой дверь, я гневно смотрю на своего так называемого друга.

– Что она здесь делает, Кеннет? Ты что, совсем из ума выжил крутить с моей…нашей же сотрудницей прямо в офисе?!

Он самодовольно ухмыляется и откидывается в кресле.

– Не понимаю, о чем ты. Мы просто мило беседовали, как коллеги. Разве это запрещено?

– Я что-то не заметил здесь поднос с едой. Так что деловые отношения между вами исключены, – пытаюсь совладать с раздражением я.

Сам не понимаю, почему так взъелся на него, но ничего не могу поделать. От мысли, чем они могли тут заниматься, меня охватывает необъяснимая злость.

– Почему же это? – наигранно удивляется Джейсон. – Я вполне могу обсуждать рабочие моменты со своим новым фотографом. Кстати, ты готов? Нам уже нужно выезжать на встречу.

Мои брови ползут вверх.

– С твоим новым…кем?

– Как выяснилось – Элисон замечательный фотограф. Я бы даже сказал, художник. Мы с ней разговорились вчера за обедом, и мне довелось узнать об этом интересном факте, – он непринужденно убирает невидимые пылинки с рукава пиджака. – Разве мог я оставить прозябать такой талант в качестве официантки? Поэтому предложил ей место в нашей команде.

С чего вдруг он называет ее по имени? И что значит “за обедом”?

– Такие вещи ты должен согласовывать со мной, – отчеканиваю я.

Теперь настала пора удивляться пиарщику.

– С каких пор? Не припомню, чтобы до этого тебя интересовали кадровые вопросы в моем отделе. Да и в компании в целом. Если это, конечно, не касается руководящего состава, – он делает вид, будто что-то вспоминает. – Ах да! Точно! Как я мог забыть?! Ведь совсем недавно ты занимался вопросом трудоустройства одной очень милой официантки. Как же ее звали? Эмили? Нет, Эверли. Или…

– Джейсон! – рявкаю я на весь кабинет. – Прекрати вести себя как идиот! Не знаю, какую игру ты затеял, но предупреждаю тебя – лучше не стоит. Займись своей работой, а девушку отправь обратно, чтобы ее тут больше не было, – я уже развернулся чтобы уйти, но в спину прилетает вопрос, который очень четко попадает в цель.

– Почему это? С каких пор мы разбрасываемся хорошим специалистами без причины? Что особенного в этой девушке, из-за чего она не может тут работать ?

Хотел бы я, черт возьми, знать ответ на этот вопрос. Джейсон загнал меня в ловушку. Если настоять на своем, то докажу его правоту и признаю, что нечто в этой сероглазке меня волнует. Медленно выдыхаю и произношу не оборачиваясь.

– Пусть не путается под ногами.

Элисон

Отдел снабжения находится на этаж ниже, и по пути к нему Кэтрин устраивает небольшую экскурсию. Она оказывается довольно милой девушкой невысокого роста, лет тридцати на вид. С аккуратным светлым хвостиком и в очках, она больше напоминает мне учительницу начальных классов, нежели секретаря.

Она рассказывает, что бизнес-центр делится между двумя компаниями. Одна часть принадлежит Брауну, а вторая – фармацевтическому холдингу, которым владеет…Браун. Заметив мое недоумение, девушка хихикает и поясняет, что большая часть здания находится во владении Брауна-старшего, отца Колтона, и наш офис занимает половину этажей в верхней части. Меня слегка забавляет столь интересное расположение, и я ставлю себе мысленную пометку позже расспросить об этом Джейсона. Ну или Кэтрин. Она вроде вполне не против поболтать.

Оказавшись в нужном отделе, худощавый мужчина проводит нас в один из кабинетов и предлагает мне на выбор несколько новеньких камер. Времени разбираться во всех нет, так что я выбираю ту, на которую когда-то видела обзор в интернете. Попрощавшись с Кэтрин, отправляюсь к лифту и позволяю себе задуматься о столкновении в кабинете Джейсона.

Браун явно не ожидал меня увидеть, и, судя по всему, взбесился из-за моего присутствия. Это говорит лишь об одном. Кеннет не просто не согласовал мое трудоустройство, но даже не поставил босса в известность. Боже, наверняка он подумал, что я его преследую.

С грустью разглядывая новую камеру, нажимаю кнопку вызова лифта. Я то уже обрадовалась новому месту работы, а теперь не факт, что на меня сейчас не кинется охранник в попытке отобрать имущество компании.

Я захожу в открывшиеся двери лифта и наталкиваюсь на одну очень крепкую мужскую грудь.

– Может, прекратишь уже? – раздается над ухом голос Брауна.

– Ч-что? – пищу я.

– Налетать на меня. Такими темпами я встречу свое тридцатилетие либо седым, либо в травмпункте, – мужчина окидывает меня взглядом. – А может и все сразу.

– Извините.

Не зная, что еще сказать, аккуратно отодвигаюсь в противоположный угол стеклянной кабины. Сразу же меня охватывает нервозность. В первый раз, когда мы остались наедине, все закончилось обжигающими поцелуями. Нашла, что вспомнить! Щеки предательски краснеют.

Несмотря на попытки мужчины контролировать эмоции, я замечаю сквозящее в нем раздражение. Вполне вероятно, что причина этого сейчас стоит в метре от него. Я тоже начинаю злиться. Да что с ним такое? Неужели я настолько ему противна? Почему он не может вести себя, как и полагается начальнику? Скупая вежливость меня бы вполне устроила. Не выдержав повисшей тишины, я подаю голос:

– У вас все подчиненные вызывают такое отторжение? Или только я?

Браун медленно оборачивается.

– С чего вы это взяли?

– Вы ведете себя так, словно я тяжкий груз, повисший на шее вашей компании. Но знаете что? – с вызовом спрашиваю я. – Меня пригласил на эту должность один из ваших руководителей, а значит, во мне есть что-то стоящее. Иначе вам придется признать, что ваши люди плохо разбираются в своей работе, – гордо вскидываю подбородок. – И если вы не считаете меня подходящей на эту должность, то будьте добры сказать мне об этом в лицо, а не стоять и недовольно…

Тирада затихает сама собой, потому что мой оппонент глядит на меня с едва сдерживаемой ухмылкой.

– Почему… вы что, смеетесь надо мной?!

Он качает головой, но я вижу веселье в его глазах. Боже, у него в мозгу стоит какой-то переключатель эмоций, за которым я не успеваю.

– Потому что ты…вы с таким пылом пытаетесь отвоевать место, которое и так уже ваше.

Я с сомнением смотрю на него.

– Вы серьезно?

– Вполне. Вы правы. Я доверяю своим людям, поэтому, если вы здесь, на то есть причина, – уже спокойнее говорит Браун.

У меня не получается сдержать широкую улыбку из-за почти-комплимента от этого сноба и осознания, что работа теперь целиком и полностью моя.

Он как-то странно смотрит на меня и делает крошечный шаг в мою сторону.

– И раз уж нам придется постоянно работать вместе, мне бы не хотелось, чтобы вы думали, будто являетесь обузой. Не стоит принимать все мои эмоции на свой счет.

Это что… извинение?! Не успеваю я ответить, как раздается сигнал о прибытии на первый этаж и двери открываются. Мужчина выходит первым и едва тихо произносит.

– Тебе стоит улыбаться чаще.

***

Спустя двадцать минут немного натянутой атмосферы в салоне дорогого автомобиля, я начинаю ерзать на своем кожаном сидении. Справа от меня сидит Джейсон и что-то активно печатает в своем смартфоне. Напротив устроился Браун с папкой каких-то документов. Обратив внимание на звуки, сопровождающие мои движения, он протяжно вздыхает и переводит на меня взгляд.

– Что-то не так, мисс Ховард?

– Нет, все в порядке.

– Я же вижу, вас что-то беспокоит.

Джейсон отвлекается от телефона и смотрит на него с интересом, но ничего не говорит.

– Немного переживаю о том, как пройдет первая съемка. Стоит ли мне что-то знать об этой встрече?

– Это наши партнеры из Англии. Они часто устраивают светские приемы для крупных организаций во всех наших ресторанах. Около десяти процентов ежегодной выручки приходится на их долю, – объясняет мне босс. – Как вы понимаете, это люди с большими деньгами.

Я закатываю глаза. Как-будто могло быть иначе. Браун игнорирует мои эмоции и продолжает речь.

– Я намерен привлечь их в качестве инвесторов в мой новый проект.

– Какой?

– Мы планируем выйти на Европейский рынок. Это сложно, учитывая конкуренцию в ресторанном бизнесе в таких странах, как, например, Франция или Италия. Однако мы хорошо себя зарекомендовали среди… – он слегка ухмыляется. – Скажем так, англичане более консервативны, чем мы, а добиться признания у аристократов дорогого стоит. С их поддержкой мы откроем первый ресторан в Лондоне и после будем плавно открываться по всей Европе.

Я восхищенно слушаю стратегию, которую мужчина рассказывает так уверенно, будто эти люди только и ждут как-бы поскорее отдать ему свои деньги.

– От тебя потребуется ненавязчиво снимать процесс переговоров, а также сделать несколько памятных снимков в конце, – вклинивается Джейсон.

– Без проблем, – отзываюсь я.

– Мисс Ховард, а где ваша запасная одежда? – неожиданно спрашивает Браун.

Я хмурю брови. Какая еще запасная одежда?

– Только не говорите, что будете в ресторане в этом наряде.

– А что с ним не так?

– О, с ним все в порядке. Он отлично подходит, – делает паузу мужчина. – Для съемок на школьный альбом.

Я возмущенно выдыхаю. Ну, началось! А я то уже начала переживать, не заболел ли мой босс и куда подевалась его сволочная натура. Прищурившись, я уже готова вступить в перепалку, как Джейсон решает помешать грядущему кровопролитию.

– Элисон, мистер Браун немного погорячился, – с укором он смотрит на этого хама. – Но в его словах есть смысл. Мы слишком отвлеклись на текущие дела, и я совсем забыл о подобных нюансах, – добавляет он уже извиняющимся тоном. – Подобные встречи обязывают соблюдать деловой этикет и своеобразный дресс-код.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.