# Развод под Новый год

Виктория Радецкая

Так получилось, что у Насти на тридцать первое декабря запланирована встреча с адвокатом по поводу развода с мужем. Не самое лучшее время, но пара решила "закрыть гештальт", а раз не получилось раньше, то почему бы и не оформить нужные бумаги прямо перед Новым годом. Мерцающие гирлянды, праздничное настроение проходящих мимо людей – всё это лишь напоминает Насте о том, что она осталась одна. Что могут изменить пробки на дорогах, заглохшая машина и оставленная на даче коробка с ёлочными украшениями? Прочитайте эту новогоднюю историю и вы увидите – чудеса случаются, даже когда кажется, что всё потеряно!

## 31 декабря, полдень

– Вы решили развестись?! – подруга смотрела на Настю в ужасе. – У вас же всё было так замечательно! Мы вас друг другу ставили в пример!

Настя взяла бокал с шампанским и сделала большой глоток. Она пока никому не говорила о предстоящем разводе именно поэтому – все считали их с Мишкой идеальной парой. Первой Настя призналась лучшей подруге, с которой они традиционно встретились тридцать первого днем. Так уж повелось у них с первого курса. Кто в баню, как в известном фильме, а они – в ресторанчик. Посидеть, поболтать, обменяться подарками. А потом каждая отправлялась в свою компанию.

Рассказывать о причинах развода оказалось очень трудно! Слова застряли в горле и отказывались выходить наружу. Даже слезы на глаза навернулись.

– Что случилось, Настенька? – Лена заметила её состояние и участливо похлопала Настю по руке. – Что этот подлец сотворил?

Дружба между двумя женщинами подразумевает именно такую реакцию: безоговорочную поддержку. Виноватым может быть только мужик. Говорят, в любой ссоре виноваты оба? Нет, этот постулат отвергается на корню. А иначе зачем нужны подружки?

Настя вздохнула, отпила еще шампанского и начала исповедоваться, по-прежнему стараясь не смотреть в глаза Ленке:

– Понимаешь, все началось с ЭКО. Да-да, Леночка, у меня неутешительный диагноз. Мы поженились с Мишкой, когда мне было двадцать. Сейчас мне двадцать пять. Все эти пять лет мы не предохранялись. Зачем, если оба считали, что полноценная семья без ребенка не возможна. Но время шло. Я закончила универ, пошла работать. Думала, что забеременев, спокойно уйду в декрет. Но вот карьера двигалась, а дело с ребенком нет.

– Ой, а все думали, что вы для себя пожить хотите, – встряла Лена, – карьеру сделать, денег заработать. Мишке двадцать девять, а он уже вице-президент. Ты за три года после окончания универа поднялась до помощника директора. Стремительный взлет! Да и женщина в наши дни вполне может до тридцати не париться.

– Ты знаешь, мы вроде и не парились. Но пять лет – это срок. Я пошла по врачам. Мишке ничего не говорила, пока мне не поставили окончательный диагноз. Сказали, что только ЭКО. Успокаивали: мол, сейчас это вообще не проблема. А я очень расстроилась. У нас на работе две женщины воспользовались искусственным оплодотворением, и я видела, что это совсем не просто! Требует от пары большого терпения. Но я понимала, что раз выхода другого нет, надо всё обсудить с Мишей. Ну и была уверена в его поддержке. Сказала ему в октябре. Летом я прошла обследование, в сентябре мы съездили на море…

– Да, я помню. Вы в Геленджик поехали. Все еще смеялись: «Замечательный мужик меня вывез в Геленджик», – Лена заулыбалась, но мгновенно улыбка сползла с её лица. Больно несчастной выглядела подруга.

На минуту за столом установилась тишина – официант принес десерт. Тирамису в новогоднем исполнении выглядели шикарно: оба куска подругам положили на тарелки с изображенными на них гирляндами, а сам десерт был посыпан белой пудрой в виде ёлочки. Настя положила в рот тающий, нежнейший кусочек и на мгновение к ней вернулось отличное настроение, которое не покидало её на море. Тогда ей казалось, что всё сложится. Они всё преодолеют…

– В общем, реакция мужа меня просто поразила, – Настя положила десертную вилочку на тарелку: из-за горьких воспоминаний даже любимый тирамису потерял свою притягательность. – Мишка сказал, что стоит еще попробовать… ну, естественным путем. Типа, я молодая, время есть. А ЭКО бьет по организму женщины. И не сразу получается. Короче, наговорил всякого. С одной стороны, я понимала, что для него это шок. С другой, ждала совсем иной реакции. Думала, он обнимет меня, тут же согласится на все процедуры.

– Настюш, ну мужики… они такие. Потом он бы привык к этой мысли. Уверена, что Мишка в итоге тебя бы поддержал. И он прав: время-то есть.

– Согласна, – Настя кивнула. – И я также подумала. Сначала мне было сложно смириться с его позицией. А потом примерно как ты решила: не буду его прессинговать, давить. Подожду. Правда, мне показалось, что он как-то отдалился после того разговора. Мы много работали. Приходили поздно. Толком даже выходные не могли провести: завал на работе, уставали безумно. Иногда даже в субботу приходилось что-то делать. Я дома на компе доделывала отчеты. А Мишке ездить приходилось. В итоге мы так уставали, что проводили немногое оставшееся время, тупо глядя в экран – смотрели какие-то лёгкие фильмы. Или спали. Или ели заказанную еду. Сил не было даже до ресторана дойти.

– Я помню, как вы вымотались. К Олежке на день рождения не доехали, – встряла Лена. – Он тогда обиделся. Все ему втолковывали, что у вас страшный завал. Но это же не причина для развода.

– Нет, не причина, – Настя в очередной раз вздохнула и сама плеснула себе в бокал остатки игристого. – Причина куда более серьезная. И это объяснило мне нежелание мужа делать ЭКО.

– Что случилось-то? – Лена внимательно посмотрела на подругу.

– У него была другая женщина. Он мне изменял.

– Как так?! – валившаяся на Лену информация стала подобна снежному кому. Нет, даже не кому – лавине в горах, от которой некуда сбежать.

– А вот так, – дрожащим голосом ответила Настя. – Узнала я совершенно случайно. Хорошо вместе их не застукала. И на том спасибо. Короче, полезла к Мишке в телефон. На свою голову. Вообще-то, я не параноик. Не имею такой привычки. Но в тот раз он забыл телефон дома. Выскочил на улицу отдать документы. То ли какую-то доверенность, то ли еще чего. Я особо не вникала. Мобильник зазвонил, и я автоматически пошла его искать. Нашла, поняла, что Мишка его оставил впопыхах. И на этом все бы закончилось. Но на экране «висели» всплывающие сообщения. Я непроизвольно прочитала. Странные они были. Я в каком-то странном состоянии нажала на одно из них. И тут на меня повалилась их переписка в чате.

– Неужели всё было так откровенно? – изумилась Лена.

– О, да! Конечно, наизусть я не запомнила. Но примерно такие фразы от нее: «Как я по тебе скучала!», «Жду не дождусь нашей встречи!». От него, например: «Скоро увидимся», «Я тоже рад, что мы наконец нашли друг друга». Понимаешь? От нее сплошные сердечки. От Мишки, правда, не было. Но мужики, сама знаешь, не сильно любят ими заваливать. По крайней мере, Мишка не особо.

– Но ты у него спросила, что это значит?

– Сначала мне было неловко. Представляешь? Мне! Ну я же к нему в телефон залезла. Некрасиво. Я себя изгрызла. Начала пристальнее за Мишкой следить дома. Вижу, пишет сообщения. Читает присланные. Улыбается. Короче, через пару дней высказала ему. И про его переписку, и про ЭКО…

– А он чего?

– А ничего, Лен. Представляешь, молча пошел в комнату. Накидал в рюкзак вещей и ушел. Напоследок, уже в дверях, обернулся и сказал: «Всё не так, как тебе кажется. Но мне очень неприятно, что ты роешься в моем телефоне. И по врачам тайно ходила. Поставила меня перед фактом. Слишком много секретов. Тебе в шпионы надо идти». Понимаешь? И просто ушел!

За окном летели снежинки. Люди торопились купить последние подарки и вкусненького к столу. У всех было отличное, праздничное настроение. Или так казалось Насте. Она от этого Нового года не ждала ничего хорошего.

– Но вы потом общались? – осторожно спросила Лена.

– Общались. По телефону и сообщениями перекинулись несколько раз. Ничего не вышло. Он продолжал меня обвинять в шпионстве. В том, что я от него скрывала походы к врачам. Я его в измене. На это он отвечал только одно: «Ты ничего не знаешь и не понимаешь». Хуже всего было то, что в последнем квартале на нас продолжала валиться работа. Нас просто разрывало на части! – в глазах у Насти снова появились слезы.

– А где Мишка живет? Куда он поехал?

– Вот! Самое главное! Он живет у нее, как я поняла. Ты же помнишь, у его отца вторая жена. С матерью Мишки он расстался очень давно, чуть ни сразу после его рождения. Я сначала подумала, что муж поехал к отцу или к кому-то из друзей. А потом снял квартиру. Но отец его мне звонил, спрашивал контакт нашего подрядчика. И я поняла, что он не в курсе. Мишки у него нет. А потом спросила напрямую, где он живет. Мишка так ехидно ответил: «У любовницы».

– М-да, – покачала головой Лена, – вряд ли он врал. Если бы жил у друга, мы бы узнали. Так или иначе просочилось бы.

– Вот именно. Снять квартиру несложно. Но ведь мгновенно это не сделаешь. Значит, в любом случае он сразу к кому-то поехал. Значит, к ней… В общем, Леночка, сегодня у нас встреча с адвокатом.

– Сегодня?! Вы другой день найти не смогли, да?

– Лен, хотим закрыть гештальт, – грустно усмехнулась Настя. – В середине декабря точно решили разводиться. Мишкин адвокат был в отпуске. Предложил нам встретиться в новом году, после каникул. А Мишка говорит: чего ждать. Типа, вернется адвокат до праздников, и сразу можем все оформить. Доверенность, там, материальные претензии… Точнее, их отсутствие… Оказалось, адвокат может только сегодня – полная запись до этого. Сегодня, в пять. Вот такие дела.

– Может, вам все-таки подумать надо? Попробовать обсудить.

– А чего уже обсуждать? Тут всё понятно. Если бы он хотел, то вполне было достаточно времени для встреч и обсуждений. Знаешь, я теперь думаю, что отсутствие детей – это знак. Нам не судьба остаться вместе. Без ребенка семья всё равно не будет полноценной. А раз он не хотел ЭКО… Хотя он не хотел именно потому, что у него уже была другая. Зачем со мной заморачиваться. И раз так быстро принял решение о разводе, значит, подумывал уйти. Может, и ездил по субботам не на работу, а к ней.

– Так ты на Новый год где будешь? – спохватилась подруга. – Поехали к нам!

– Нет, Леночка, спасибо. Не хочу вам портить настроение своей кислой физиономией. Сейчас вызову такси. Хочу съездить на дачу, забрать коробку с игрушками. Мы же там каждый год праздновали. Даже нарядить елку в городе нечем. Работала до последнего. Никак выбраться не могла загород. Хорошо, тридцать первое на выходной попало, – Настя вымучила улыбку. – Спасибо, дорогая, за подарок! Вызову машину, а то потом совсем будет аншлаг.

Лене оставалось только кивнуть в ответ и чмокнуть подружку в щеку.

## 31 декабря. Час дня

Вскоре в ресторане за столиком Настя осталась одна. Лена убежала готовиться к Новому году, а такси никак не хотело приезжать. Настя уже успела пожалеть о том, что не поехала на своей машине. Хотела выпить с подругой шампанского за светлое будущее, но вполне можно было бы и соком обойтись. Зато без проблем сейчас села бы за руль и поехала на дачу…

Мысленно Настя продолжала разговор с подругой. Причины для развода становились всё более важными и раздувались до вселенского масштаба. Ей казалось, посетители на неё пялятся. Конечно, сидит тут с кислым лицом. В полном одиночестве. За несколько лет семейной жизни Настя успела от этого отвыкнуть – почти всегда они с Мишкой ходили по гостям и ресторанам вместе. Разлучала их только работа. Правда, как недавно выяснилось, разлучницей стала вовсе не она.

Наконец приехало такси.

– С наступающим! – поприветствовал водитель.

– И вас, – ответила вежливо Настя, постаравшись взять себя в руки.

– Сплошные пробки. Надеюсь, прорвемся. – Водитель включил навигатор и забил в него адрес. – Решили загородом встретить? Это правильно. Снежок, свежий воздух, натуральные ёлки. Здесь в городе такого нет. Вон, слякоть сплошная. Всё растаяло, не успев толком выпасть. А я вот работаю. Самые деньги сегодня. Ну ничего, с женой развелся, а с друзьями и завтра выпить можно.

«Еще один одинокий человек. Сколько нас таких бродит сейчас по городу, – подумала Настя. – Это кажется, что я уникальный случай. На самом деле, не такой уж уникальный».

Она вспомнила, как в предыдущие годы также мчалась на дачу. А чаще они с Мишкой брали тридцать первого отгул и уезжали накануне. В школе Настя всегда отмечала Новый год со своей семьей – с родителями, бабушками и дедушками. В универе появилась компания. Их группа была очень дружной, и до знакомства с Мишей она отмечала с одногруппниками. Но Мишка был старше – ему тогда исполнилось двадцать четыре. И праздновать со студентами он не хотел. После свадьбы они купили дачу и начали отмечать Новый год там. Вдвоем.

Теперь она едет туда забрать коробку с игрушками. Зачем они ей сдались? Все равно будет сидеть одна дома. Родителей под Новый год Настя волновать не хотела и решила к ним не ехать. Начнутся ненужные вопросы. Придется всё рассказать. А она пока не готова.

– …Москва уже стоит, – ворвался в ее сознание голос водителя: оказывается, он всё это время не переставал говорить. – Нет, чтобы дома сидеть. Салаты нарезать, бутерброды икрой намазывать. Едут куда-то.

– Сегодня ж еще и выходной, – поддержала разговор Настя. – Ехать особо и некуда. В гости еще рановато.

– Вот именно! – водитель умело маневрировал, стараясь хоть как-то двигаться вперед в сплошном потоке машин.

Наконец, он выехал на выделенную полосу, но теперь перед ним ехало сразу несколько автобусов, и они опять еле ползли в сторону области. Настя снова подумала, что чёрт её дернул ехать на дачу. Вот ведь приспичило! А еще ведь обратно добираться. Жесть какая-то.

На телефоне тренькнуло сообщение. Настя посмотрела на экран:

«Не забудь, сегодня в 17.00 адвокат. А то я его выдернул тридцать первого. Неудобно будет. Кругом сплошные пробки».

М-да, на душе кошки заскребли с новой силой. Настя не стала писать в ответ, что едет загород, только поставила смайл «окей».

«Может, я действительно скрытная, – подумала она, – не договариваю, не пишу правды. Всё в себе держу. Даже про развод никому не сказала. Интересно, Мишка проговорился? Отец не в курсе, друзья, видимо, тоже. Раз никто не знает, кажется, что и проблемы не существует».

За окном закружили снежинки, а небо заволокло тучами.

– Ох, снег намечается, – прокомментировал водитель. – Заметёт.

«Блин, какая я дура! – отругала себя Настя. – На даче снег не убирали. Мы же никого не просили в этот раз подготовить участок. Как я там до дома дойду…». Настроение, которое и так было хуже некуда, стало совсем поганым. «Со дна постучали», – мелькнуло в голове. А на улице погода словно сошла с ума: начался сильный ветер – голые ветки деревьев клонило к земле; завывала вьюга, которую было слышно даже за закрытым окном автомобиля.

Такси совсем замедлило ход. Дворники, как сумасшедшие, бегали по стеклу туда-сюда. Настя с ужасом представила себя на дачном участке, куда явно не сможет въехать машина. Ворота бы открыть!

Она повертела головой, чтобы определить, где они сейчас едут. Как ни странно, умудрились выехать в Подмосковье. Пробка меньше не стала – наоборот, как водится, когда погода портится, она стала еще больше. Тем более, что выделенная полоса на шоссе закончилась, и такси встало в общий поток. Видимо, многие ехали отмечать Новый год в загородные дома. И чем дальше, тем машин только будет прибавляться.

– Навигатор показывает, что нам ехать минимум часа два, – сообщил водитель. – Честно, вам быстрее будет на электричке, если там идти недалеко.

Настя задумалась. Если ехать два часа, то обратно на встречу к адвокату она точно не успеет. На электричке всего полчаса езды. Плюс там пройти. Вызвать обратно такси. В сторону Москвы доедет быстро – судя по картине за окном, народ в город особо не рвался. Конечно, можно вернуться. Сесть на поезд в обратную сторону. Но потратив столько времени на медленное продвижение к даче, Насте принципиально не захотелось бросать свою затею на полпути.

– Давайте, и правда, подъедем к станции, – решилась она, посмотрев расписание в мобильнике и на красно-бордовый цвет, в который был выкрашен весь путь до дачи.

Водитель поморгал поворотником, перестроился в крайний ряд. До станции пришлось помыкаться, но в итоге они выехали почти к самой платформе. Настя быстро побежала к походившему поезду и успела в него запрыгнуть, не успев толком посмотреть, в какую сторону едет электричка.

Судьба сама решила за Настю – поезд ехал в сторону области.

## 31 декабря. Два часа дня

Вокруг все словно сговорились – смеялись, шутили. И даже те, кто ехал без компании, постоянно смотрели в телефоны и с кем-то переписывались. Насте никому не хотелось писать. Вечером закидают поздравлениями и придется вежливо отвечать. А пока можно прикидываться невидимкой.

Электричка шла быстро, пропуская некоторые станции. Настроение понемногу улучшалось – был шанс успеть к адвокату. Настя про себя поблагодарила водителя за совет выйти и ехать на поезде. Она представляла себе, как быстро дойдёт до дома, заберет коробку и спокойно поедет обратно.

– Девушка, с вами можно познакомиться, простите за наглость? – молодой человек, скорее всего её ровесник, присел рядом с Настей.

Она помотала головой. Не говорить же незнакомому человеку о грядущем разводе. Парень, не дождавшись ответа, продолжил:

– А меня девушка бросила, представляете? Прямо накануне Нового года.

– Почему? – Настя удивленно посмотрела на своего соседа. Везет же ей сегодня на одиноких людей.

– Говорит, другого встретила. Мы, говорит, молодые, еще не определились, с кем быть. Надо, говорит, не бояться начинать новые отношения. Я её спрашиваю: как же я? Меня-то никто не спросил, хочу ли я с ней расставаться. Да и нет у меня никого другого.

– А куда вы едете? В гости? – Насте стало жаль беднягу. Но не приглашать же его к себе. Нельзя знакомиться из жалости и только чтобы не оставаться в новогоднюю ночь одной.

– Еду домой, – вздохнул парень. – У меня сменная работа. Только освободился. А дома пусто. Вот, думаю, сидит симпатичная девушка. Вдруг она не против познакомиться. Не, я понимаю, у вас точно есть мужчина. Такие не бывают одинокими. – Его взгляд скользнул вниз, к Настиной руке. На пальце до сих пор красовалось обручальное кольцо. Никаких сил не хватало наконец его снять. – О, я прав. Вы замужем.

Настя могла бы сказать, что разводится и просто пока не сняла кольцо. Но язык не поворачивался.

– Да, замужем, – кивнула она, проклиная себя за ложь. – У нас с мужем принято отмечать Новый год на даче. Простите, – совсем тихо прошептала Настя.

– Что вы! Это вы меня простите. С чего я решил, что вы одинока… На самом деле, вы такая грустная сидели… Простите, – снова извинился парень.

– Ничего страшного, правда, не извиняйтесь.

Неожиданно Настя увидела себя со стороны. Её приняли в клуб – такие же брошенные, одинокие люди видят в ней свое отражение. Не успела она развестись, а выглядит для них своей. Впрочем, расстались они с Мишкой не вчера. Было время превратиться в разведёнку.

Объявили следующую станцию – Настину.

– Мне выходить, – она встала и вымученно улыбнулась попутчику. – Желаю, чтобы в новом году у вас всё устаканилось, всё было хорошо.

– Спасибо! И вам всего самого наилучшего!

Настя кивнула ему напоследок и пошла к выходу. В сердце не хотел таять маленький кусочек льда, который там поселился после ссоры с Мишкой. Стало больно и захотелось плакать. «Расставанье – маленькая смерть», – вспомнила Настя фразу, когда-то казавшуюся ей ужасно избитой и банальной. Теперь-то она прекрасно понимала её суть…

Двери открылись. Настя вышла на платформу и впервые за день осознала, насколько непродуманно собралась загород. На ней были высокие замшевые сапоги песочного оттенка, эффектная, темно-коричневая юбка ниже колена, тонкий светлый свитер – толку от которого только если в высокой горловине. Сверху – утепленная куртка, едва прикрывавшая попу, и лихо намотанный на шею шарф в клетку. Весь наряд был выдержан в светло- и темно-коричневых тонах. Здорово – куплено в дорогом магазине, подобрано со вкусом.

Проблема заключалась в одном-единственном нюансе: Настя наряжалась утром для встречи с подругой, а вовсе не для поездки на дачу. Она привыкла туда ездить на машине, и мысль о том, что она будет вынуждена пересесть из такси в электричку, даже не закрадывалась.

Настя натянула на руки перчатки и осторожно пошла по скользкой, не ведавшей уборки платформе к улице. Она надеялась увидеть возле станции таксистов и бомбил, которые всегда тут толкались в поисках клиентов. Но ни одной машины не было, куда ни кинь взгляд. Неудивительно: с электрички сошла только она. Видимо, таксисты знали, что в это время ждать некого.

Ветер за городом дул куда сильнее. Чуть не сбивал с ног. Снег пытался залезть в глаза, рот, уши, за шиворот. Кое-как нахлобучив капюшон на голову, Настя замотала шарф посильнее и пошла к тротуару. Ловить попутку было страшновато и опасно – для этого пришлось бы идти по обочине дороги, а при такой погоде её попросту могли не заметить. В голову лезли всякие ужасные картины: маньяки-водители, машины, которые заносило на полной скорости, и они сбивали Настю…

## 31 декабря. Два часа дня. Продолжение

Очень хотелось вернуться на платформу и поехать в Москву. Настя посмотрела расписание, встав спиной к ветру, и увидела, что впереди большой перерыв.

– Ага, уехала! – произнесла она вслух. Звук собственного голоса придал смелости. – Ладно, дура, раз зачем-то тебя сюда принесло, иди уже.

Подчинившись собственному приказу, Настя пошла вперед. Ноги проваливались в снег, и тротуаром можно было назвать то, по чему она шла, с большой натяжкой. Загородные дома тянулись вдоль улицы, но, как принято, их от Насти отделяли высоченные заборы. За некоторыми из них надрывно лаяли собаки, почуявшие постороннего. Дорожки к воротам, видимо, чистили, но сегодняшний снег успел занести всё вокруг. Скорее всего, за городом он с ночи и не прекращался.

На другой стороне дороги всеми огнями сверкал наряженный магазин. А в домах за заборами уже горел свет. Внутри виднелись высокие, облаченные в новогоднее убранство ёлки. Насте казалось, что она попала в сказку. Только в этой сказке у нее незавидная участь – той девочки, которую мачеха выгнала на мороз за подснежниками. Не к месту вспомнилась и другая сказка – про девочку, которая торговала спичками и заглядывала в окна домов, где уютно потрескивали дрова в камине, а люди собрались за большим столом отпраздновать Новый год. Или это было Рождество?

– Эх, без разницы, – снова сказала Настя вслух. – Не замерзнуть бы, как в той сказке. Двенадцать месяцев точно меня тут не ждут.

Ноги подмерзали, да и рукам в тонких, кожаных перчатках было не лучше.

– Хорошо, колготки сорок ден, – продолжала рассуждать Настя. Изо рта валил пар, ноздри, казалось, вот-вот слепятся друг с другом от холода. – Лучше, понятно, все сто. Но дурища хотя бы двадцатку не догадалась надеть, – продолжала она ругать себя. – И на том спасибо.

Вскоре показался поворот к их дачному поселку. Дорога сузилась, зато по ней стало куда легче идти: она была раскатана проезжавшими машинами. У них многие отмечали Новый год на даче, поэтому Настя надеялась, что возле ворот будет расчищено, а там уж она быстро проскачет к крыльцу.

Ни к месту вспомнилось, как они добирались сюда с мужем. У него-то, сколько они были знакомы, всегда была машина – здоровенный джип. Мишка заранее звонил мужику из поселка, который подрабатывал, оказывая всякие-разные услуги. Тот чистил и подъездную дорожку, и на участке. В доме включал отопление. Ему никто не боялся давать ключи – мужик надежный, свой. Он вообще из поселка не уезжал. Сейчас Настя вспомнила, что и этот мужчина одинокий. Что ж такое-то! А раньше мир казался светлым, радостным, все в нем были счастливы…

Показались общие ворота поселка. Надо было на телефоне нажать номер, чтобы они открылись. С трудом стянув перчатку, Настя еле гнувшимися пальцами нашла нужный контакт. Опять пришла непрошенная мысль – раньше ворота открывал со своего мобильника муж.

– Сиди уж, – махал он Насте рукой с доброй улыбкой. – Справлюсь.

Да, он был за рулем, он пахал на работе, но всегда о ней заботился, даже в таких мелочах. Слеза все-таки выкатилась и, прокатившись по щеке, застыла льдинкой.

Ворота медленно поползли в сторону. Прямо за ними стояла ёлка, которую традиционно наряжали жители. Она вся сверкала, обмотанная гирляндами. Дети играли в снежки, хохоча, падая в снег, веселясь от всей души.

Настя аккуратно обошла ёлку, но всё равно получила снежком в спину. Обернувшись, она обнаружила детвору, хором кричащую ей:

– Извините, тётя!

Вторая слеза покатилась по щеке – Настя подумала о своем желании иметь детей, и о Мишкином нежелании делать ЭКО.

– Все равно заведу себе ребёночка, – проворчала она. – С моей зарплатой вполне потяну почетное звание матери-одиночки. Няню найму. И мама поможет.

Бормоча себе под нос эти слова, Настя наконец подошла к даче. Перед воротами, действительно, были расчищено, и она довольно легко открыла калитку. Внутри Настю спасло то, что видимо, ветер дул в одном направлении, и дорожка к дому оказалась относительно чистой. Иначе бы она провалилась в снег по колено – такие высились вокруг сугробы.

Возле входной двери пришлось опять затормозить: с непривычки, да и на холоде, Настя никак не могла попасть ключом в замки.

– Так, и этим тоже всегда занимался Мишка. Нелегка доля женщины, оставшейся без мужа. К тому же, без мужа, который всё брал на себя. М-да, не замечала раньше…

Замки наконец поддались. Настя вошла в промерзший холл. Где включается свет она примерно помнила. Обойтись без освещения явно не получится – за окном сгущалась темнота быстрее обычного из-за чёрных туч. Посветив себе телефоном, Настя справилась и со светом. Дом выглядел непривычно. В последний раз они сюда приезжали еще вместе. До отъезда на море. Всё убрали, остатки еды вывезли и заперли дом до Нового года.

– Вот только приехала я сюда не совсем, как планировалось.

Настя проклинала себя за плаксивость и за совершенно ненужное желание забрать игрушки. В этот момент она вернулась мыслями к разводу – к пяти ей надо успеть доехать до адвоката.

## 31 декабря. Три часа дня

Чтобы не наследить, Настя сняла сапоги, и тут же почувствовала, какой холодный пол. Быстро пошуровав в шкафу, она достала смешные, мохнатые тапки, которые хранились именно для новогоднего приезда. Куртку снимать не стала и пошла на второй этаж, в кладовку.

Там в углу стояла ёлка, закрытая чехлом – Мишка так делал, чтобы потом её заново не собирать. Они наряжали две: одну в доме, а вторую на улице. Поэтому и коробок с украшениями тоже было две. Каждую муж подписал, и Настя легко нашла нужную.

Но вот о чем она не догадалась так это о том, что коробка довольно объемная и не перевязана. Везти, даже на такси, будет её неудобно. Настя обхватила свой ценный груз и понесла вниз в надежде найти какую-нибудь веревку или скотч. О, Мишка бы тут же всё сделал – опять пришла мысль. И Настя почувствовала себя полной неумёхой.

На кухне она заглянула во все шкафы, потом посмотрела в ящиках в комнате.

– Зря спускалась! Наверное, надо искать в кладовке.

Успев порядком замерзнуть, Настя опять пошла наверх. В кладовке на одной из полок обнаружился моток верёвки. Она посмотрела на часы – следовало бы поторопиться. Почти бегом Настя спустилась, краем глаза обнаружив, что с сапог натекла порядочная лужа.

– Бог с ней! К лету растает. – И Настя начала обматывать коробку.

Получалось довольно неловко.

– Ладно, хоть как-нибудь. Главное, донести до машины и до квартиры. Сойдёт.

На Настю такое было непохоже. Она всегда старалась всё делать аккуратно. Но одной крутить-вертеть коробку с игрушками оказалось нелегко. Пришлось смириться с тем, как в итоге получилось её обвязать.

– Итак, такси, – Настя села на краешек дивана и открыла мобильник.

Сверху, в куртке и шарфе со всей этой беготнёй вверх-вниз ей даже стало жарко. А вот ноги мёрзли всё сильнее. Настя быстро нажала на кнопку вызова, не глядя на стоимость – не до цен. Мишка её убьет, если она опоздает. На экране появилась надпись: «Ищем для вас ближайшую машину». И Настя, положив телефон на столик, окинула комнату печальным взглядом. Муж сказал, что всё оставляет ей. Но дачу нужно делить. А по большому счету и квартиру. Иначе, нечестно получается. Тем более, что основные финансы вкладывал именно он.

Вокруг всё было так знакомо и незнакомо одновременно – словно даже мебель грустила и мгновенно стала чужой. Вот большой кухонный отсек, стол, за которым они провели столько времени с вкусной едой, болтая. Гостиная, в которой сейчас сидела Настя, – с огромным экраном во всю стену. А диван сколько они выбирали! В итоге, вот он – идеальный. Только зачем ей теперь идеальный диван? Почему Мишка ей изменил – важнее это. Почему её предал? И опять перед глазами всплыли те сообщения, полные нежности и любви. Что она сделала не так? Или Мишка оказался обычным бабником, как большинство мужчин? Не может быть моногамным?

Настя опомнилась и посмотрела на экран мобильника – что-то не подтверждают такси. Она «разбудила» экран. Там, по-прежнему, висело: «Ищем для вас ближайшую машину». Ближайших явно не было заметно. Настя расширила карту, чтобы увидеть, где ближайшие такси. Но к её ужасу ближайшие машинки бегали очень далеко – ближе к Москве.

– Я вляпалась, – сказала Настя и посмотрела на машины высокого класса. Однако они вообще были некликабельны, словно все вдруг сговорились и решили шикануть.

Набрав телефон поддержки, Настя приготовилась ждать человеческий голос. Наконец, ей соизволил ответить оператор.

– Чем могу вам помочь? – его голос звучал устало, несмотря на попытку бодриться и отвечать вежливо.

– Мне нужна машина. Я застряла загородом. Но мне обязательно надо попасть в Москву! – жалостливо промямлила Настя, проклиная себя за неспособность держать нервы в кулаке.

– Сейчас машин нет, извините. Мы постараемся что-то найти. Не волнуйтесь, в течение часа, уверен, вас вывезем.

Перед ней опять извинялись. А толку-то! Какое через час!

– Раньше никак не получится?

– Нет. Мы к вам можем отправить такси только из другого района Подмосковья, а оттуда он добираться будет не меньше часа, а то и больше, – оператор помолчал несколько секунд и бодро продолжил: – На Новый год успеете! Заказ оставляем?