Ник Винсент
Ведьмины рассказы

«Ведьмины рассказы»

– это сборник мрачных, тревожных историй, впитавших дух старинных деревенских суеверий. Эти истории рождены в глубине лесов, на берегах чёрных болот, в заброшенных домах и забытых церквях. Они пришли из давних времён, когда мир казался проще, а опасности – ближе, когда в каждой тени и за каждым деревом можно было увидеть взгляд неведомого существа. Это сборник о тех, кто всегда был рядом, но о ком старались молчать. Ведьма, чьё имя скрыто в названии, словно сама рассказывает эти истории. Она – не просто персонаж, а символ тайного знания, древнего как сама земля, мост между нашим миром и миром, где обитают чудовища и духи.

Эти истории – не просто страшилки, а отголоски мира, в котором когда-то жили наши предки. Они полны древних существ – леших и гномов, оборотней и перевёртышей, ждущих нас за кромкой тьмы. Каждый рассказ – словно шёпот, нашёптанный ведьмой у ночного костра, и предупреждает: там, за пределами света, что-то есть. Чудовища не исчезли, они просто научились быть тише. Они притаились у болотной кромки, между деревьев, в заброшенных домах – там, куда никто не осмеливается заглянуть.

Эти истории не выбирают героев или злодеев. У тьмы нет мотива – она просто существует. Ведьма лишь рассказывает то, что видела за века. Она знает, что иногда вглядываться в тьму слишком долго опасно, ведь тьма тоже начинает смотреть на нас. И тем, кто откроет этот сборник, не избежать встречи с её миром.

Русалка.

Вера приходила к реке каждый вечер, как заворожённая. Здесь, у самых берегов, утонула её привечная жизнь. С тех пор как Иван исчез, она не находила покоя: его тело так и не нашли, и единственным кто знал ответ, что же случилось с её мужем оставалась холодная, безмолвная вода. Сначала она пыталась верить, что всё случившееся – кошмар, что он просто выйдет из-за поворота и обнимет её, как раньше. Но с каждым днём реальность становилась всё более жестокой. Иван не возвращался.

Вера видела, как люди начинали сторониться её: знакомые и родные поглядывали исподтишка, молчали, когда она проходила мимо. Они считали её потерянной для жизни и общества. Её угасание казалось им печальной, но неизбежной платой за слишком крепкую любовь к Ивану. И никто не понимал, как тяжело это – любить человека, которого больше нет.

Однажды, в один из холодных вечеров, когда вода в реке казалась особенно чёрной и неподвижной, Вера увидела её. На сером камне, торчащем из воды, сидела женщина, точнее – нечто, похожее на женщину. Длинные, светлые волосы касались воды, кожа была серовато-бледной, а глаза – тёмными и бездонными. В их глубине было что-то болезненно знакомое, как будто это нечто понимало её до самого основания.

– Ты ищешь его? – спросила женщина, не шевелясь.

Вера вздрогнула. Голос прозвучал тихо, почти как шелест, но в нём было что-то древнее и пугающее. Страх пронзил её, но ещё сильнее был зов, незримая тяга, которая шла от этой странной фигуры. Она медленно подошла ближе.

– Кто ты? – прошептала Вера.

– Я та, кто может вернуть его, – ответила женщина с холодной улыбкой. – Я могу привести его назад.

Сердце Веры сжалось, и боль, что была с ней долгие месяцы, неожиданно обрела вкус надежды.

– Ты… вернёшь мне Ивана? – выдохнула она, боясь спугнуть ответ.

– Да. Но есть одно условие, тебе придётся отдать мне свою душу, – сказала женщина, словно объясняя нечто совершенно обыденное.

– Душу? – Вера с трудом понимала, что именно хочет услышать.

– Это закон моего мира, – продолжила женщина, – без этой жертвы я не могу тебе помочь. Он вернётся, но не будет прежним. Его душа останется в реке, а вместе с ней – всё, что делало его твоим. Он станет другим: пустым, холодным, словно воды этой реки.

Вера почувствовала, как страх пронзает её, но мысли о том, что Иван может быть с ней, пересилили это чувство. Разум и предчувствия казались чем-то далеким, несущественным. Словно охваченная лихорадкой, она согласилась, даже не успев обдумать, что это значит.

Она вернулась домой на ватных ногах. Сама не понимая как, уснула и проснулась на следующее утро с тревожным ощущением, будто что-то изменилось. Но ещё сильнее был странный, почти болезненный порыв: она знала, что он вернётся, и ждала его, будто этот день был обещан ей самой судьбой.

Вечером, когда сумерки поглотили её дом, Вера вдруг услышала шорох за дверью. С замиранием сердца она подошла к порогу и… увидела его. Иван стоял в дверях, как прежде. В первые секунды её охватила радость, она кинулась к нему, и её руки ощутили привычное прикосновение. Но уже в следующее мгновение она почувствовала, что что-то не так.

Его тело было холодным, как лёд. Иван смотрел на неё, но его глаза были пустыми, в них не было того огня, который она знала. Казалось, что он видит её, но не осознаёт. Он молчал, будто забыл, как говорить, и не отвечал на её вопросы. Вера пыталась убедить себя, что это временное, что он просто ещё не оправился… Но с каждым днём её вера таяла, как снег под весенним солнцем.

Постепенно тьма, скрытая в его взгляде, начала пронизывать и её. Она больше не чувствовала себя живой: её руки остывали, кожа бледнела, а зеркало отражало её лицо с чужим, отрешённым выражением. Она замечала, что стала молчаливее, холоднее. Когда они сидели рядом, молчание становилось мёртвым, словно каждый звук мог разбудить что-то зловещее, глубоко затаившееся в том что прикидывалось Иваном.

Прошло несколько недель. Однажды, проснувшись ночью от странного ощущения, Вера увидела, как Иван стоит у окна, глядя в пустоту. Она позвала его, но он не отреагировал, словно не слышал её. И только сейчас Вера осознала: перед ней стоял не её Иван. Перед ней было лишь тело, лишённое души, которое оживила река, оставив ему лишь пустую оболочку.

В тот момент отчаяние переполнило её. Она поняла, что потеряла всё: и Ивана, и себя. Вся её душа, все её эмоции и воспоминания постепенно исчезали, будто их уносил поток холодной, речной темной воды.

Последние силы покидали её, когда она в последний раз вернулась к реке, надеясь найти ту женщину, что подарила ей эту страшную судьбу. Вера не помнила, как добралась до воды – всё было как в тумане. И вот, у камня на берегу, она увидела её, точно такой же, как в ту ночь. Русалка сидела, её серебристые волосы снова спускались до воды, и тёмные глаза смотрели на Веру, не выражая ничего.

– Ты обманула меня, – прошептала Вера, чувствуя, как её голос исчезает вместе с последними остатками жизни.

Русалка посмотрела на неё, и в её взгляде мелькнула холодная усмешка.

– Я ничего не обещала тебе сверх того того, о чём предупредила, – сказала она, голосом, в котором звенела вечная, равнодушная печаль. – Ты хотела вернуть его, и он вернулся. Но он не принадлежит тебе.

Вера почувствовала, как её тело ослабевает. Словно тень, она опустилась на колени у воды, видя своё бледное, почти прозрачное отражение. Она видела, как её глаза, когда-то живые, наполнились тем же пустым, ледяным мраком, что и глаза Ивана.

И в последний момент, перед тем как её тело исчезло в холодных объятиях реки, она поняла, что теперь они оба стали частью этой безмолвной, чёрной воды – навечно, без возможности вернуть себе ни душу, ни жизнь.

Домовой.

После смерти бабушки Егор получил в наследство её старый, тёмный дом на окраине поселка. Он помнил это место смутно: летом в детстве они приезжали сюда всей семьёй, и Егор проводил свои детские, счастливые дни где-то между ветхими стенами и заросшими тропинками. Тогда ему дом казался тёплым, наполненным бабушкиной заботой. Но теперь всё это казалось далёким и чужим.

Сразу после переезда в доме начала ощущаться какая-то необъяснимая тяжесть. Словно само пространство вокруг было пропитано гнетущей, липкой темнотой. Стены будто впитали в себя время и сотни воспоминаний. За окнами не смолкал лес, но его звуки уже не казались безопасными как в детстве. Вокруг было что-то безразличное и равнодушное.

С первых дней Егор заметил странности: он забывал мелочи. Казалось, в доме всё куда-то пропадало само по себе. То ключи исчезали, то документы. Он уставал искать их и в конце концов находил на самых видных местах, куда, казалось, заглядывал первым делом. Сначала это раздражало, но он списывал всё на усталость. Однако вскоре забытые мелочи становились значительнее: он мог забыть, почему зашёл в комнату, или даже забыть, что делал вчера.

Через месяц Егор понял, что теряет гораздо больше. Он не помнил, почему переехал сюда, что держало его в этом доме. Ночами он просыпался в ужасе, не понимая, где находится. А утром не мог вспомнить своих ночных страхов, чувствуя только гнетущую пустоту. В памяти появились провалы – бесконечные, как пустые осенние поля после сбора урожая.

Однажды ночью, выйдя в коридор за водой, он почувствовал, что не один. Тихий, хриплый шорох донёсся из угла комнаты, и в тусклом свете ночника он заметил что-то – тёмную, перекошенную тень, похожую на маленького человека с чёрными, безжизненными глазами. На долю секунды их взгляды встретились. И в этот миг Егор почувствовал, как что-то холодное, липкое потянулось к его сознанию. Казалось, чья-то незримая рука зашарила в его мыслях, словно обшаривая самые глубокие, скрытые уголки его сознания.

Наутро он почти ничего не помнил. Он едва мог собрать мысли, не мог вспомнить лица своей семьи, дни и события смешались и утонули в тумане. Егор пытался вспомнить хоть что-то – где он родился, что любил делать в детстве, – но его прошлое словно растворилось.

Прошли ещё недели, и состояние Егора ухудшалось. Однажды, обнаружив старый бабушкин сундук, он нашёл её дневник. Она писала о доме, о его странностях и о домовом, который, по её словам, был добрым духом. Но с годами домовой менялся, словно ему было нужно что-то от людей, живущих здесь. Ему нужна была память, чтобы поддерживать своё существование. Она описала, как домовой стал неуловимым тёмным силуэтом, маленькой фигурой в тени, – в один из моментов она даже подумала, что он исчез, – но потом поняла, что это только начало.

Сжав тетрадь в руках, Егор почувствовал, что у него осталось совем мало времени, – в голове царил бесконечный, ледяной мрак. Он не знал, кто он и зачем здесь находится. В последний раз выйдя на улицу, он понял, что уже не вспомнит ни своего имени, ни кто он такой. Прошлое выскользнуло из него, растворилось, оставив лишь холодную, пустую оболочку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.