Сергей Баунт
Крайняя война

Часть первая

Цессия. Земля

Глава 1

Сергей шёл по лесной тропе, вдыхал сырой после дождя воздух и никак не мог надышаться. «Неужели я здесь? Наконец-то!» Ему до сих пор не верилось, что он вернулся туда, куда так рвался все эти годы. Земля! В его сознании это слово означало не маленькую голубую планету, затерянную на границе Цивилизованных миров, а именно то, что он сейчас видел.

Тропа причудливо изгибалась среди черно-серых стволов лиственниц. В это время, в июне, деревья уже отрастили себе мягкие зелёные шубки. Среди стволов с засохшими нижними ветками торчали тонкие причудливые кусты багульника. Сейчас кустарник выглядел невзрачным – серенькие тонкие ветки и твердые темно-зеленые листья, но Кротов знал, что месяц назад здесь лежало пухлое розовое облако: багульник цветет первым, еще не выпустив листья, едва дождавшись, когда сойдет снег, он весь окутывается розовой пеной своих цветов.

По тропе давно не ходили, и она спряталась под жухлыми прошлогодними листьями и хвоей. Сергей с сомнением посмотрел на свои роскошные туфли – обувь явно не для тайги. Черные блестящие носки туфель то и дело цепляли истлевшую лесную подстилку, но ни одна хвоинка не пристала к щегольским башмакам. Он прекрасно знал, что ничего к ним так и не пристанет: даже если пройти по луже, так и будут поблескивать чистые и сухие – технология Цивилизованных Миров.

Кротов оглянулся – оба охранника были одеты так же, как и он: черные костюмы, белоснежные рубашки, темно-синие галстуки в мелкую полоску, те же блестящие черные туфли и, как апофеоз, черные очки. Сергей представил, как они выглядят со стороны и чуть не расхохотался. Где-нибудь в большом городе, в какой-нибудь серьезной конторе они бы еще смотрелись, а тут, в километре от приискового поселка, посреди мокрого леса, они выглядели дико. «Не дай бог попадется кто-нибудь раньше, чем выйдем к поселку, подумают, что привидения или шпионы», – заулыбался он.

Но он сам выбрал такой наряд. Во время перелета к Земле долго решал, в каком виде предстать перед родными. Никогда не мучившийся подобными вопросами, исповедовавший принцип, что главное в одежде – удобство, в этот раз он почему-то решил, что то, как он будет выглядеть – очень важно. Идти в бронике, как настаивала охрана, он не хотел: родные сразу с ума сойдут, увидев существо, затянутое в броню, в черном шлеме. Тем более не хотелось ему идти в цветастых одеяниях Цессии, к которым сам почти привык, но родные явно покрутят у виска. Сначала он остановился на форме солдата СА, но после изучения роликов о нынешнем положении дел на Земле отказался и от этого, ведь за время его отсутствия произошли такие перемены, в которые никак не хотелось верить. Даже самой Советской Армии больше не было. В масштабах проблем, в которые он был сейчас вовлечен, все происходящее на его родине, да и вообще на Земле, было мизерным и не заслуживающим внимания. Но так устроен человек: свое, родное, пусть мелкое и незаметное для других, ему гораздо важнее, чем процессы, могущие погубить всю жизнь в обитаемых галактиках.

Поэтому после просмотра тех же роликов он и выбрал такую одежду – и серьезно, и официально, и сразу придаст вес его словам. «Думаю, деревня не изменилась, к людям в таких костюмах будет и отношение соответствующее, зауважают».

Идти к родным он хотел один, но в этот раз служба охраны была непробиваема.

– У нас четкий приказ – вы, Сергей, бесценны, и мы должны оберегать вас, как какого-нибудь принца! – полковник Греми был неумолим. – Тем более вы идете на Землю! На Землю, капитан! Без охраны я вас просто не выпущу.

Поняв, что переборщил, полковник поправился:

– Задержать вас я права не имею, но тогда пошлю пару флаеров с десантниками, которые будут на бреющем прикрывать вас сверху.

Представив это, Кротов согласился на телохранителей.

На планету они десантировались в ротной десантной капсуле и здесь тоже чувствовалась рука службы охраны. Для спуска на Землю лучше всего подходили индивидуальные десантные капсулы, на армейском сленге – «яйца», но при приземлении у них возможен разброс и Кротов мог оказаться далеко от своей охраны. Поэтому до поверхности их «довезли» как VIP-персон на десантном планетном транспорте. После высадки капсула сразу ушла на орбиту. На этом Кротов настоял: он не хотел, чтобы кто-то раньше времени узнал о появлении Имперцев на Земле. Охрана тоже поддержала его в этом – маскировать корабль в космосе гораздо легче. Космические средства наблюдения у землян слабые и легко обманываются.

Высадились на знакомой с детства плоской вершине горы под говорящим названием «лысая» в полутора километрах от поселка. Когда-то в детстве Кротов летел с этой вершинки на лыжах почти до самого дома. Как раз по этой тропе, где зимой проходила лыжня, они и шли сейчас. Ближе к поселку тропа переходила в лесную дорогу. «Скоро придем», – Сергей с удивлением отметил, что он волнуется. Он уже так привык к экстремальным ситуациям, что, казалось, ничто уже не сможет выбить его из колеи. Он честно признался себе: «А я ведь побаиваюсь». Это, действительно, было так. Но вот чего именно он боится, Кротов разобраться не успел: навстречу им шел мужичок, и Сергей узнал его.

Глава 2

Полет на Цессию Кротов посчитал бы обычным, если бы не отношение всех находившихся на корабле. Впервые он был окружен таким вниманием. Началось это еще на Баррахе, сразу после появления Имперцев на планете, и продолжалось до сих пор. Чем это вызвано Кротов точно не знал, но примерно догадывался: «Что-то накопали о моих способностях, пока я был на Баррахе, а потом, наверное, и шарик от мертвого нифлянца что-нибудь добавил. Хотя, может быть и проще – все из-за того, что меня пригласил Император».

После того как Сергей вернулся от Черного Корабля к капсуле с охраной, больше он уже не оставался один. Даже во время прощания с Шевезой спецназовцы оцепили дом Леалы и не подпускали никого. Кротов не выдержал и обматерил потом командира десантников за такое тупое исполнение служебных обязанностей.

– Капитан, Баррах – это пока еще не Империя. Это там к вашему присутствию отнесутся с пониманием, а здесь люди проще и ты их обидел. Только спровоцируй мне тут конфликт и расстанешься на хрен с капитанским знаком.

Сергей уже почувствовал, что его побаиваются, и иногда пользовался этим. Хотя ругался он не только из-за злости на охрану. Гораздо больше его выбило из колеи решение Шевизы.

Впервые он услышал о том, что невеста не полетит с ним на Цессию не от самой Шевезы. В день, когда он вернулся в поселение грегов после прощания с Черным Кораблем, об этом осторожно заговорила Леала. Кротов сначала не понял, о чем речь – подобное ему и в голову не приходило. Во время их похода на Астару и после Шевиза всегда была рядом, словно боясь даже на минуту оставить Сергея одного. Он не то что бы влюбился, но привык к этому и свыкся с мыслью, что теперь они навсегда вместе. Когда до него дошло то, что пыталась донести Леала, он только и смог спросить:

– Почему?

Предводительница грегов не стала отвечать на этот вопрос.

– Пусть Шевиза сама расскажет.

Она загадочно улыбнулась и ушла. В полном недоумении Сергей пошел в дом, где хозяйничала невеста. Шевиза, как обычно, подбежала к нему и прижалась к груди. Кротов не стал тянуть, он взял девушку за плечи, отодвинул и взглянул в глаза:

– Это правда? То, что сказала мне мать?

Она сначала не поняла, о чем речь, лишь удивленно смотрела на него, испуганная его тоном.

– То, что ты не летишь со мной?

Шевиза ничего не ответила, только быстро закивала головой, пряча глаза. Сергей перехватил её голову – в уголках глаз блестели слезинки.

– Ну-ка, рассказывай! – потребовал он.

Шевиза всхлипнула, но потом справилась с собой, вытерла мокрые глаза и улыбнулась:

– Сначала я скажу тебе о хорошем, – она потянула его за рукав. – Иди сядь, а то упадешь.

Заинтригованный Кротов послушно сел.

– У тебя будет сын! – краснея, выпалила Шевиза.

Некоторое время он не осознавал смысл этих слов.

– Какой сын? – глупо переспросил он.

– Я беременна, – почти шепотом ответила девушка.

«Хорошо, что усадила, а то точно бы упал!» В своих мыслях о будущем он никогда не доходил до подобной темы. «Черт, я еще сам как ребенок, – отстраненно подумал он, но потом его мысли рванули в другом направлении. – У меня сын! Мой сын!»

– Откуда ты знаешь? – наконец, смог разговаривать он.

– То, что я забеременела, я знала сама, а то, что будет сын, подсказали твои соплеменники, когда проверяли меня в той штуке, которая называется медмашина.

– Они не мои соплеменники…

Сергей вскочил, обнял девушку и, зарывшись лицом в её волосы, прошептал:

– Счастье моё, я так рад… И из-за этого ты не хочешь лететь?

– Да. Люди со звезд рассказали, что если я буду с тобой, нашему ребенку всегда будет грозить опасность. Поэтому они будут вынуждены забрать его у нас и воспитывать в безопасном месте.

– Охренеть! Они заберут моего ребенка! – сначала возмутился он. – А вот хрен им!

Но уже через минуту понял, что имперцы правы. Явно, что его удел – мотаться по войнам Империи. Да и Шевиза прошла через такое, что войны для неё не страшны. Но маленький человечек – он-то за что должен переносить все это? «Черт! Они правы!»

И только сейчас, улетев уже на миллионы парсеков от Барраха, Кротов понял скрытый смысл вмешательства Имперцев в его личные отношения. Здесь ко всему относились терпимо – хочешь ты таскать своего ребенка за собой по всем клоакам Империи – пожалуйста, свобода личности – прежде всего. Но это был его сын, сын самого Сергея Кротова, непонятного существа, то ли человека, то ли нет. Необъятное поле деятельности для исследований: можно наблюдать за объектом с самого рождения и даже до этого. Спецслужбы Империи просто таким способом оторвали Сергея от его сына, понимая, что он не даст проводить исследования на ребенке. «Какой же я идиот, – запоздало ругал себя он. – Вроде бы пожалел Шевезу и ребенка, но, похоже, сделал только хуже». Единственное, чем он себя успокаивал, была мысль о том, что исследователи побоятся проводить рискованные эксперименты, помня о том, что может натворить при неудачном исходе отец ребенка.

Кротов впервые летел на таком корабле: это был не военный транспортник, а настоящий гражданский звездолет, причем не обычный, а приписанный к личному флоту Императора. Привыкший уже к вечной нехватке пространства на военных кораблях, Кротов сначала терялся в широких с высокими дверями переходов коридорах. Лишь со временем он разобрался, что красивые, расписанные сложными орнаментами двери и стены не утратили своей главной задачи – перекрывать проходы при боевом столкновении и надежно отделять поврежденный отсек от остального пространства. Двери, как и переборки, были полуметровой толщины. «Словно в орбитальной крепости», – Кротов вспомнил ролик об этих исполинах, дежуривших в космосе на границах Империи.

Все помещения на этом корабле казались огромными и были заполнены совершенно не нужными в космосе вещами: картинами, среди которых были даже настоящие, такие как на Земле, написанные рукой человека; скульптурами, правда, про некоторые произведения Сергей лишь по подсказке стюарда понял, что это скульптуры; столиками и креслами, стоявшими в каждом углу коридора. Одно то, что утром на первый завтрак его осторожно разбудил стюард и вполголоса спросил, пойдет ли он завтракать в общий зал или завтрак подать в каюту, – одно это выбило его из колеи на полдня.

Ему, за последние годы привыкшему к тому, что прием пищи – это всегда массовое мероприятие, есть одному показалось каким-то анахронизмом и он бодро направился в общий зал. Однако на корабле больше никто так не думал – в кают-компании маялись бездельем только несколько официантов и распорядитель – ни один пассажир на завтрак не пришел. После этого Кротов по утрам тоже стал есть в каюте, лишь на обед выходя в общий зал.

Больше всего его поразило то, что делать было абсолютно нечего. Впервые с тех самых пор, как он пришил на гимнастерку погоны с большими буквами СА, у него появилось столько свободного времени. Пару дней Сергей просто отсыпался: вставал, ел и опять валился на кровать. В каюте была настоящая кровать, а не раскладная шконка, убирающаяся в стену. Еще пару дней он поубивал время, путешествуя по кораблю. Знакомых в этом летающем дворце у него не было. Глемас исчез в недрах медицинского флаера, и больше Сергей его не видел. По скудной информации, которую он смог выудить из сети корабля, гронца отправили на реабилитацию. «Похоже, серьезно он пострадал».  Надежду познакомиться с кем-нибудь на этом корабле он оставил сразу – пассажиры все как один были высокого ранга и к ним Кротов даже не подходил, а люди из обслуживающего персонала были очень вежливы, но подчеркнуто отстранены. «Выдрессированы, – вздыхал Сергей. – Личный Императорский Флот».

На пятый день землянин решил, что больше так продолжаться не может и напросился на встречу с принцессой. Пару раз до этого он видел её в кают-компании на обеде, она лишь коротко кивала ему, но так и не сказала ни слова. Кротов не обижался, понимая, что одно дело, когда ты на войне и речь идет о жизни и смерти и совсем другое здесь, когда надо соблюдать тысячи условностей, навязанных этикетом. Знал бы землянин, что эти короткие кивки поднимали его в глазах окружающих на недосягаемую высоту: не каждый удостоится неформального приветствия от самой родственницы Императора.

Не зная, как нужно просить аудиенции, он просто сказал стюарду, расставлявшему на столе завтрак:

– Мне надо срочно увидеть принцессу Алгалу.

Стюард кинул на него быстрый взгляд, в котором мелькнуло удивление, и ответил:

– Хорошо. Хоть это вопрос и не ко мне, но я передам.

Оперативность, с какой была организована встреча, Кротова приятно удивила. «Похоже, обо мне все-таки не забыли».

У покоев принцессы Кротов увидел знакомые мундиры. С гренадерами на корабле он совсем не пересекался, они обедали где-то в другом месте. Алгатцы остановили его, и старший потянулся к затылку проверить идентификацию. Кротов отвел руку охранника и хмуро буркнул:

– Бесполезно, у меня нет чипа.

При этих словах глаза охранников удивленно расширились. Щитки на масках были подняты, и он уже разглядел, что среди них нет его знакомых. Но, похоже, они слышали о нем. Узнав, что он не имеет электроники в голове, старший спросил:

– Так это ты тот землянин?

Потом набрал код на наручном коммуникаторе.

– Все верно, – через несколько секунд подтвердил он. – Сергей Кротов, вас ждут. Проходите.

Когда Сергей уже хотел идти, старший вдруг опять остановил его.

– Спасибо за наших ребят, – негромко сказал он и, не дожидаясь ответа, показал на открывшиеся двери: – Иди.

Сопровождавший офицер провел Кротова через две богато убранных каюты и остановился у следующих дверей. Оглядываясь, Сергей еще раз отметил для себя, что места и денег на этом корабле не жалеют. В это время двери открылись и офицер легонько подтолкнул землянина вперед. Он шагнул в каюту и застыл пораженный: у стола, перебирая пластиковые листы с гербами Империи, стояла Алгала. Кротов узнавал и не узнавал её – настолько по неземному красивое создание, стоявшее у стола, отличалось от той девушки в бронежилете, какой он увидел её когда-то. Даже во время представления на транспортнике, следующем на Баррах, когда она была в платье, Алгала не выглядела такой как сейчас. Сначала Сергей ни о чем не думал и только молча разглядывал это небесное существо. Он даже забыл поприветствовать принцессу. Та, выждав секунд тридцать, и, видимо, решив, что Кротов в полной мере оценил её вид, повернулась и первая приветствовала его:

– Здравствуй, Сергей! Рада тебя видеть.

Это нарушало весь этикет, и землянин встряхнулся, сбрасывая с себя чары, наведенные видом принцессы.

– Приветствую вас, принцесса Алгала! Вы сегодня просто прекрасны!

Кротов запнулся: «Что я несу!» – но было уже поздно, язык, как всегда, сработал вперед головы. Он приготовился к отповеди, но вернувшаяся после спасения Глемаса способность чувствовать эмоции окружающих подсказала ему, что принцесса не только не разозлилась, наоборот – обрадовалась этим словам. «Так ты обычная женщина, – мелькнуло у него в голове. – Расцвела от комплимента». Это открытие заставило посмотреть на принцессу другими глазами. «Вот же достанется кому-то в жены такая красавица!» Впервые он думал об Алгале не как о принцессе великой Империи. Мысли были пустыми – понятно, что это те проблемы, которые Кротову никогда не придется решать, и он прогнал их.

– Извините, принцесса Алгала, я напросился на прием, чтобы…

Алгала жестом остановила его.

– И за что же ты просишь извинения? За то, что похвалил мой вид? То есть я совсем не прекрасна?

В её голосе слышалось веселье. Кротов растерялся, получилось и правда как-то двусмысленно. «Черт! Вечно у меня с бабами так. Что ни скажу, все не к месту. Надо выкручиваться».

– Что вы, принцесса, конечно вы прекрасны!

– И ты напросился на прием, чтобы сказать мне об этом?

Она откровенно смеялась над ним, и Сергей совсем смешался. «Надо заминать эту скользкую тему», – решил он и пошел напролом.

– Принцесса Алгала, я пришел к Вам по делу. Вы знаете, что я человек по вашим меркам отсталый, простой солдат с запретной планеты, и вдруг попаду на прием к Императору Звездной Империи. Понятно, что абсолютно все мне будет там незнакомо, и дел я могу натворить всяких. Поэтому прошу разрешения открыть мне информацию об Императорском Доме, конечно, ту, что не секретна. В корабельной сети я нашел только общие сведения.

– Что же, разумное решение. Конечно, тебе надо узнать о Цессии немного больше, чем есть в информатории.

Она прошла к креслу во главе большого стола.

– Садись.

Принцесса указала на кресло напротив.

– Сейчас я сама расскажу тебе кое-что, что, на мой взгляд, необходимо знать новичку при знакомстве с императорским двором.

Глава 3

Сергей проснулся, но глаз не открыл, продолжая дышать так же ровно, как во сне. Выждав, когда рука коснулась плеча, он поймал ладонь, прижал её к плечу и, закручиваясь, потянул на себя. В одно мгновение он завалил незнакомца на кровать и оседлал его. Еще через одно мгновение он вскочил и, прикрывшись одеялом, забормотал:

– Простите, проклятые рефлексы…

Широко раскрыв глаза, с кровати на него смотрела девушка в форме слуги Дома Императора. В глазах были одновременно и испуг, и удивление, и смех. Наконец, она не выдержала и расхохоталась:

– Значит, права была моя сестрица – с тобой надо быть очень осторожной.

Сергей ничего не понимал, да и не старался понять. На Цессии постоянно возникали такие ситуации, когда он не знал, как реагировать, не понимая смысл происходящего. По опыту он уже знал, что лучше не предпринимать никаких действий, а просто подождать – все решится само собой.

Девушка вскочила и подошла к нему.

– Что, так и будешь прятаться?

Она взяла невесомую накидку, которой Кротов укрывался во время сна, и которая заменяла здесь одеяло, и потянула на себя. Сергей выпустил свой край и остался перед наглой служанкой в чем мать родила. Та уселась на кровать и заулыбалась, разглядывая его.

Сначала, когда помывшись первый раз в роскошном банном отделении своего номера, он не нашел чистых трусов (они появились только утром) и спать пришлось голым, он чувствовал себя не в своей тарелке. Но такое повторялось каждый день, и он привык.

Однако, поведение горничной было как-то уж слишком смелым: обычно прислуга здесь была почти невидима. Стараясь скрыть смущение, Кротов грубо спросил:

– Ну, что? Налюбовалась? Может, займешься теперь своим делом?

"Не рассматривать же меня она сюда пришла". Та весело ответила:

– Конечно, я бы занялась сейчас с тобой этим делом! Я его очень люблю. Но надо идти, я обещала вернуть форму через пять минут.

Она встала, подошла к нему и провела рукой по плечу. Кротову, наконец, все это надоело, он убрал руку с плеча, взял девушку за плечи и повел через комнаты к двери в коридор.

– Придешь, когда я уйду!

Потом открыл двери и подтолкнул горничную к выходу. При этом не удержался и легонько хлопнул девушку по заду, соблазнительно обтянутому короткими белыми шортами. Та стрельнула на него глазами, загадочно улыбнулась и попрощалась:

– Пока, герой! Мы еще встретимся.

Вернувшись в спальню, Сергей посмотрел на коммуникатор – почти пора вставать. Он не стал расправлять накидку на монументальной кровати, в которой можно было спать всем взводом – вчера ему захотелось поспать именно в такой – все равно, как только он выйдет отсюда, все опять вернется к исходному виду – скромные полупустые комнаты без мебели – проверено на опыте. Вместо этого он направился в бассейн. Сделав зарядку и завершив её своими неизменными пятьюдесятью отжиманиями, он отрегулировал температуру воды в бассейне – сделал холоднее, удлинил плавательную дорожку, хотел поставить вышку для прыжков, но передумал и с разбегу бросился в воду.

Физические упражнения и холодная вода сделали своё дело: он перестал гадать, кто это был в столь ранний час. Наверное, какая-то сумасшедшая подружка здешней служанки, пожелавшая посмотреть на необычного инопланетника. Сергей плыл и плыл, сейчас он превратил бассейн в лесное озеро и пытался достичь противоположного берега. Он знал, что это не удастся, берег так и останется на том же расстоянии, но приятно было обманывать себя, представляя, что это не иллюзия, и он действительно сможет сейчас выйти на лесную поляну, открывавшуюся на той стороне.

На сегодня Кротов наметил себе прокатиться по очередному маршруту для знакомства с Цессией. До приема оставалось два дня, все инструктажи и обучение он прошел, так что времени было достаточно.

За завтраком, который он выбрал еще вечером, Сергей включил голограмму новостей. Тотчас половина столовой превратилась в тысячи маленьких миров, где что-то взрывалось, строилось, пело, неслось на флаере над морем… Сначала он выбрал все, что ответило на слово – Баррах. Посланий от Шевизы не было – Имперцы объясняли это большим расстоянием – поэтому он хотел узнать хотя бы об общем состоянии дел на планете. Но в Имперских новостях о планете, на которой решалась, возможно, судьба всех остальных планет, сообщений было совсем мало. Лишь победные реляции о том, как Империя налаживает цивилизованную жизнь и как рады этому баррахцы. Ни слова о том, что там происходило до этого.

Просмотрев несколько сюжетов, Кротов снял запрос по Барраху и набрал другой. Его интересовало, что происходит сейчас с теми планетами, которые, подобно Барраху, оказались изолированы от общения с Империей. Но и здесь его ждало разочарование – как всегда, об этом ничего не сообщал ни один из тысяч каналов. Информацию о Земле Сергей даже запрашивать не стал – пробовал уже много раз – нет такой планеты для головидения Империи. Переключил на новости Цессии – вот тут каналы разошлись – новостей о жизни столичной планеты было столько же, сколько о жизни остальной Империи.

Когда он уже допивал сок, бросая рассеянные взгляды на происходящее в комнате, его внимание привлек один ролик. Кротов быстро вывел его на просмотр и чуть не захлебнулся – по комнате, превратившейся в дорожку экзотического сада, шагала его утренняя гостья.

Во время полета на столичную планету Кротов попытался как можно больше узнать о Цессии, справедливо полагая, что информации много не бывает. Данные о планете-городе были в свободном доступе в сети, о нравах же людей, проживающих здесь, можно было легко узнать из новостных каналов. Они были полны сообщений о поведении и нарядах знати или о выходках студентов престижнейшей школы Управления Императора – единственного учебного заведения на планете. Но о настоящей жизни и о подводных течениях, бушующих в глубинах приближенного к Императору общества, он знал очень мало. Во время нескольких бесед, которые принцесса Алгала провела с ним на борту корабля, она лишь приоткрыла ему краешек завесы, скрывающей подлинную жизнь верхушки этого гигантского человеческого муравейника, жизнь о которой он никогда не узнает.

Когда Сергей услышал, что на планете проживает около тридцати миллиардов, он сначала не поверил: "Одной еды сколько надо! А отходы?" На родной Земле, когда он окончил школу, было около четырех миллиардов и то в некоторых странах кричали о перенаселении и голоде. Однако и тогда, в полете, разглядывая новостные ролики, и сейчас, выходя в город, он не видел ни одного хмурого лица, словно это была планета вечного праздника. Местные беззаботные жители удивленно оглядывались на него, несущего на своем лице печать серьезности и отстраненности. Что поделаешь, он привык, что к новым незнакомым местам надо относиться с осторожностью, и всегда невольно ждал подвоха.

Вчера вечером он просматривал разные районы Цессии и выбрал на этот раз маршрут на море. На родной планете он никогда не видел моря, зато за время жизни в космосе это ему удалось не раз, но всегда это были обычные необжитые берега. Здесь же все побережье было одним огромным пляжем, всегда заполненным людьми. "Как же я потом буду рассказывать о местном Сочи, если не увижу и сам не окунусь?"

После того как их корабль пришвартовался к одному из искусственных спутников – на Цессию можно было попасть только специальными шаттлами "орбита-планета", здесь заботились о чистоте атмосферы, последний космодром для больших кораблей был закрыт в незапамятные времена – и они пересели на атмосферник, про Кротова словно забыли. За время, прошедшее после последнего боя на Баррахе, Сергей привык к постоянному, часто даже назойливому, вниманию к своей персоне, хотя ругался и постоянно хотел вырваться из-под опеки. Однако, как ни странно, сейчас он почувствовал себя брошенным. Принцессу встретила целая делегация и сразу окружила, скрыв от Кротова последний островок знакомой жизни.

Его встречали лишь двое – мужчина и женщина, оба в одинаковой белой форме. Глядя на их лица, Кротов никак не мог определить сколько им лет. Землянин впервые встретился с таким обращением: эти двое были сама предупредительность, улыбки не сходили с их лиц, а выражение постоянного внимания к нему через некоторое время стало даже раздражать. Они провели его на пункт досмотра, хотя на спутнике-крепости их уже проверяли. "Похоже, у местных властей фишка на безопасности, хотя понятно – столичная планета, резиденция Императора". Здесь его пропустили даже через медмашину, при этом все обставили так вежливо и корректно, что Кротов не обиделся и не рассердился. "Это не армия, – констатировал он. – Сейчас бы с выпученными глазами бегом бегал от стойки к стойке, не понимая, зачем все это".

После часового, почти приятного, досмотра сопровождавшие вежливо поинтересовались, что он хочет в первую очередь – пообедать или сразу отправиться в свои апартаменты. Кротов от еды отказался.

– Давайте сначала устроюсь, осмотрюсь и потом обед.

Как оказалось, его дом находился в тысячах километрах от космопорта, на другой стороне планеты – десять минут на флаере, в салоне которого Кротов не отказался бы жить, настолько там было удобно и красиво. Через пару дней Сергей понял, что это главный девиз этой жизни – удобно и красиво. Вся планета была очень удобной для проживания, потому что она все делала так, как ты этого хотел. Впервые он убедился в этом, обживая дом. Когда они вышли из лифта на краю красивой ровной поляны, Кротов увидел, что на середине поляны, покрытой густым ковром зеленой травы, возвышается простой белый куб. Со стороны это даже не было похоже на здание.

– Каким вы хотели бы видеть свой номер, свое жилище? Я имею в виду снаружи.

Женщина-девушка – Сергей так и не определился с её возрастом – была вся внимание. Кротов в ответ пожал плечами – он, действительно, не представлял, каким бы он хотел видеть свой дом. Видя его затруднение, девушка решила помочь:

– Я сейчас изменю его, может быть вам понравится.

Белый куб за секунды превратился в зеркальную, блистающую сферу, потом переплавился в башню со смотровой площадкой наверху.

– Не надо, – взмолился землянин. – Пусть остается таким, каким был вначале.

"Чет боязно жить в доме, который в любой момент может превратиться черт знает во что". Сопровождавшие сделали вид, что не заметили замешательства Сергея.

– Хорошо. Тогда пройдемте в дом.

Внутри оказалось также аскетично: белые стены, белый потолок, белый пол. Стерильная чистота.

– Обстановку в доме на свой вкус, я думаю, вы выберете позже, – девушка усвоила урок, полученный на улице. – Пока давайте сделаем стандартный набор.

Комнаты начали стремительно меняться: появились столы, стулья, кресла – все того же ослепительно белого цвета.

– Нормально, – Сергею хотелось побыстрей остаться одному, чтобы привести в порядок свои мысли. – Пусть все так и будет. Только раскрасьте все, пожалуйста, а то такая расцветка напоминает мне больницу.

Имперцы, конечно, ничего не знали про земные больницы, но не проявили никаких эмоций. В мгновение цвета поменялись – просьба Кротова была понята слишком буквально – вся мебель, стены и пол стали разноцветными. "Ладно, уйдут, сам перекрашу, – решил Сергей. – Разберусь, наверное". И действительно, после того как гиды исчезли, объяснив ему, как командовать домом при помощи коммуникатора и про прочие прелести жизни в цивилизованном обществе, землянин за полчаса разобрался со всеми основными функциями управления. Так что через час все внутреннее убранство дома приняло привычные земному глазу формы и окраску. Снаружи он ничего менять не стал, чтобы не выделяться. Вокруг, насколько хватало глаз, на холмах и в долине стояли такие же белые кубы зданий – поселок для высоких гостей Цессии.

 Первый день пролетел быстро. Сергей обживался, знакомился с жизнью на Цессии, запуская в головизоре одну программу за другой. Разобрался с доставкой еды – это был, по его меркам, вообще, ритуал. Он ожидал, что доставка еды будет автоматической, но нет – здесь, как в каком-нибудь дорогом заведении, обслуживал официант. Через минуту после того, как Сергей набрал на комме значок со знаком пищи, в дверях появился официант, как и встречавшие, в белоснежной форме. Он развернул голограмму с картинками блюд и напитков. Изображение уходило в стену и терялось где-то в дали. "Не хрена себе выбор, – подумал Кротов. – Если все смотреть, я за неделю не выберу".

– Слушай, я простой солдат, я не только никогда не пробовал большинство из того, что ты мне показываешь, но даже никогда не видел. Так что принеси мне обычный обед – ничего экзотического, но чтобы было можно наесться. Я проголодался.

Хотя Кротов почувствовал, что упал в его глазах, на лице официанта не дрогнул ни один мускул. Он увеличил изображение нескольких блюд и рассказал что это – мясо, рыба, овощи, злаки. Кротов кивнул головой, соглашаясь, и через десять минут другой официант вкатил тележку с обедом. "Блин, обслуживать меня за обедом вдвоем – это явный перебор!" Сергею было неловко, и он попросил: «Ребята, можно я поем один. За мной не надо ухаживать. Вы можете идти». – Чем окончательно уронил себя в глазах прислуги.

Из всего этого Кротов сделал вывод, что те, кто живут тут, в этом городке, никуда не торопятся: доставка еды официантом, выбор блюд и прочее… это, наверняка, затягивает обед на часы. После армейского приема пищи столько времени тратить на то, чтобы поесть, Кротов посчитал излишней роскошью. "Еще привыкну, – улыбнулся он. – Буду потом везде официанта требовать". Он представил, что ему в ответ сказал бы взводный в Академии. "Да, наслушался бы…"

Второй день тоже был занят: сразу после завтрака появились те двое, что встретили и привезли его сюда. Они объяснили распорядок сегодняшнего дня. Его опять свозили на медмашину, в этот раз это было что-то огромное и блестящее, одним видом вызывающее трепет и уважение к медицине Империи. После медмашины, когда он в сопровождении неизменной парочки вернулся домой, нагрянули люди из охраны и службы церемониала двора. Почему они вместе, Сергей понял уже во время затянувшегося инструктажа. Как он и думал, прием у Императора был полон правил и ограничений, что требовало координации действий обеих служб. Инструктаж длился больше двух часов. Лишь убедившись, что Кротов усвоил то, что они пытались до него донести, охрана и церемониймейстеры покинули его гостиную. Тотчас появились его ангелы-хранители в белом с неизменной вежливой улыбкой на лицах.

– Теперь можно отдыхать, – разрешили они. – День приема пока не известен, но несколько дней у вас точно есть. Мы хотим предложить вам несколько экскурсий для знакомства с Цессией. Вы хотите?

– Конечно! – не выдержал Сергей. – Побывать в столице и ничего не увидеть?! Я как потом людям в глаза смотреть буду?

Глава 4

Сергей вышел из кабинки лифта на границе пляжа и вдруг отпрянул, стараясь скрыться в предбаннике-раздевалке: навстречу ему шла пара – и мужчина, и женщина были абсолютно голыми. "Черт! – выругался про себя Кротов. – Ты прекрасно знал про это, теперь иди!" – Подгонял он себя. Он, действительно, еще когда изучал маршруты для знакомства с Цессией, заметил, что большинство купаются и загорают в чем мать родила. Но одно дело – увидеть в головизоре, и другое – встретиться глазами с людьми, совершенно не замечающими ни своей, ни чужой наготы. "По моей морде видно, наверное, какой я дикий". Сергей пару раз глубоко вздохнул, как перед боем, и шагнул в овал двери, снять шорты он так и не решился.

"Белая планета, так надо было назвать Цессию, – думал Сергей, шагая по горячему белому песку к свободному месту. – Все люди в белом и даже песок белый. Рио-де-Жанейро какое-то". Расположившись в кресле, мягко принявшем его в свою прохладу, он быстро переделал место отдыха на свой вкус. Повинуясь командам, над ним появился полупрозрачный тент – солнце жарило слишком сильно для сибиряка, – понизил температуру вокруг кресла и столика, создав комфортный микроклимат. Глянув на коммуникатор, Кротов привычно перевел данные в градусы – двадцать шесть тепла. Отлично, можно купаться.

Океан, отливавший небесной синевой, катил мелкую волну на песок, зазывая окунуться в свою прохладу. Тысячи искр вспыхивали и гасли – солнце играло даже в условиях мертвого штиля. Отмахнувшись от повисшей перед ним голограммы с красивой девушкой в минимуме одежды, предлагавшей прохладительные и горячие напитки, он побежал к воде.

Вздымая тучу брызг, он пробежал по мелководью и вдруг провалился по пояс – дно резко начало понижаться и через секунду ноги уже не доставали до дна. Сергей взмахнул руками, вырываясь из объятий океана, и тут же рыбкой мягко нырнул. Он открыл глаза и, делая широкие гребки, стал уходить вниз, вслед за опускавшимся дном. Проплыв метров семь среди появившихся на глубине, мерно покачивавшихся водорослей, он решил, что хватит – не рекорды устанавливать прилетел, а отдыхать – и, загребая, свечкой пошел вверх. Вынырнув, выплюнул попавшую воду, отметил про себя, что соленая, как на Земле, фыркнул и размашистым кролем поплыл в океан, прочь от толпы купающихся на мелководье.

Почувствовав, что начал уставать, он перешел на брасс, стараясь делать гребки медленно, лишь для того чтобы не провалиться под воду. Мелкая волна почти не мешала, и плыть было в удовольствие. "Еще бы вода была чуть прохладнее" – посетовал он. Иногда он опускал голову под воду и смотрел, что там. Синева сгустилась, в самом низу переходя в черноту, и дна уже было не разглядеть. Иногда там мелькали быстрые тени каких-то рыб, но Сергей специально просмотрел ролик о местных обитателях и не переживал – ничего опасного в океане не проживало. Планета была комфортна во всех отношениях.

Перевернувшись на спину, он глянул назад. "Ничего я отмахал, – удивился он, до берега было уже метров сто. – Пожалуй, надо возвращаться". Он не боялся утонуть, да и, наверняка, этого ему сделать не дадут. Хотя спасателей или чего-нибудь подобного Сергей не видел, но не сомневался, что за пляжем следят и спасут мгновенно. Он просто не хотел уставать, решив вечером все-таки исполнить давнишнее желание – напиться и потанцевать, даже приглядел для этого огромный открытый ресторан в горах над водопадом. Там всегда было множество народу, так что тайная мысль – познакомиться на ночь с какой-нибудь подругой – была, похоже, легко исполнима.

Он развернулся к берегу и опять опустил голову под воду. "Что за хрень?" Кротову показалось, что кусок дна стал подниматься прямо к нему. Еще не почувствовав опасности, он автоматически попытался ускориться, чтобы скорее отплыть от этого места. Темный клок начал принимать определенную форму: что-то похожее на черное гигантское одеяло с развивающимися краями быстро всплывало, явно двигаясь в его сторону. "Черт! Это уже не шутки!" Вдруг от твари отделилось и понеслось к землянину темное облако. На ходу оно распадалось на множество змеящихся рыб, которые начали расходиться в стороны, образуя воронку, в центр которой должен был попасть Сергей.

Солнце, пробивающееся сквозь толщу воды, осветило сюрреалистическую картину: сотни существ, похожих то ли на змей, то ли на рыб с раскрытыми ртами, где светились белые острые зубы, образовали одну гигантскую пасть, вся внутренняя часть которой щерилась сплошными зубами. «Не уйти», – понял Кротов – слишком быстро двигались эти извивающиеся рыбы.

Он поднял голову: солнечный свет вдруг стал белым, вода потеряла всю свою сине-зеленость и стала серой, в глубине переходя в темноту, звуки исчезли. "Началось", – отстранено констатировал Сергей. Вместо того чтобы спасаться бегством, он вдруг сделал такой мощный гребок руками, что почти вылетел из воды, в полете изогнулся, плавно, без брызг, вошел обратно в воду и сразу заработал ногами с такой скоростью, что вода забурлила. Он выставил вперед руки и, чувствуя, как режется встречный напор, помчался навстречу сборной пасти, прямо в её центр. Зубастики не успели среагировать – он с ходу прорвался сквозь живую стену и через несколько секунд оказался над чудовищем. "Метров десять на двадцать", – оценил Кротов размеры животного. Мысли, как всегда в таком состоянии, были не свои, будто кто-то смотрел со стороны и оценивал, как он действует.

Несмотря на огромную площадь тела, темная тварь очень быстро преодолевала сопротивление воды – двигающиеся двухметровыми волнами края тела несли её вверх. Оказавшись ближе, Сергей разглядел то, чего не видно было на глубине: по всей поверхности тела, кроме выроста в самом центре, раскрывались и закрывались такие же острозубые рты, как и у "рыб", через стену которых он только что прорвался.

Кротов, не раздумывая, направил движение к выросту в центре, он всем телом чувствовал в этой "голове" наибольшую микроэлектрическую активность. "Надо уничтожить этот нервный центр". Он с ходу врезался в тело животного. "Шкура, как броня", – пронеслось в голове. Пальцы скользили по шершавому панцирю твари, не находя за что зацепиться. Тогда Кротов приподнялся, отвел руку назад и, размахнувшись, со всей силы ударил в нарост. Удар был такой силы, что кулак прорвал трехсантиметровую шкуру и вошел в тело. За мгновение до входа в плоть руку, а за ней и всего Сергея, окутало легкое зеленое свечение – пробежало и исчезло.

Без всяких эмоций, словно робот, землянин рвал тело неведомого подводного зверя, углубляясь в эту гору мяса. Тот извивался, из его спины начали вырываться еще "рыбы" и с остервенением бросаться на Кротова. Однако он не обращал внимания на эту суету, что-то произошло с его телом и острые зубы местных пираний никак не могли прорвать кожу. Вдруг он почувствовал под рукой то, что искал – нервное волокно в руку толщиной. Сергей обхватил его обеими руками и вырвал из плоти. Разорвав волокно, он едва удержался на поверхности тела: страшные конвульсии начали бить животное, оно уже не думало о нападении и пыталось уйти вниз, в глубину.

У Кротова не было злости на эту тварь, и он не собирался добивать её. Оттолкнувшись от черной спины, землянин пошел вверх, расталкивая извивающихся в агонии рыб-змей. "Похоже, они одно целое с этой тварью, она помирает и им конец". По мере того как он подымался к поверхности, начали проявляться краски, вода опять заиграла растворенным в ней солнцем. В тот же момент он почувствовал, что ему не хватает воздуха. "Черт! Я ведь не дышал эти последние минуты!" – запоздало понял он. От этого он испугался и еще быстрей задвигал руками и ногами.

Когда до поверхности оставалось уже совсем немного, огромная тень закрыла солнце и тотчас же, разрывая стеклянную перегородку между водой и воздухом, в ореоле воздушных пузырей появились люди в бронекостюмах. "Спрыгнули с флаера", – понял Сергей. Двое сразу направились к нему, остальные, оставляя пузырящийся след, рванули вниз – туда, где опускалось на дно живое «одеяло».

Спасатели не успели: Кротов вырвался из воды почти по грудь и сразу вдохнул столько воздуха, сколько вместили легкие. Неба не было – метрах в двух над водой висел атмосферник, закрывая своим корпусом солнце. Вокруг Сергея было уже не два, а несколько десантников: как только он вынырнул, в открытый люк, прыгнули еще люди, так что в воде даже образовалась небольшая каша.

Двое подхватили его под руки и приподняли над водой. Флаер в это время опустился еще ниже, и Кротов оказался внутри катера. Стоявшие у люка спасатели подхватили его и втащили на палубу.

– Жив?!

Офицер с опущенной маской шлема крутил землянина, разглядывая со всех сторон. В глазах и голосе спасателя звучало такое удивление этим фактом, что Сергей даже обиделся.

– А что, по-вашему, должен быть мертв?

Тот согласно закивал головой.

– После встречи с гираной еще никто не выживал!

И тут же поправился.

– Я имею ввиду, при встрече вот так как ты, без защиты и без оружия.

Их прервали – в люк начали запрыгивать десантники. Судя по количеству, появились и те, что ныряли к твари с совсем нестрашным названием «гирана».

– Командир! – голос десантника звенел. – Он убил гирану!

– Голыми руками? – недоверчиво переспросил офицер.

– Да! Просто изорвал её. Видимо загубил нервные центры – она до сих пор в агонии, но скоро умрет.

– Ну, ты даешь, парень! Убить такую тварь без всякого оружия – это нечеловеческое дело.

Повернувшись к своим, старший задумчиво спросил:

– Кто-нибудь понимает, откуда она взялась? Ведь считается, что они все вымерли?

Вопрос был явно риторическим. Никто не ответил.

Кротова, несмотря на его возражения, положили в саркофаг мини-медмашины, находившейся в соседнем кубрике. После десятиминутного обследования, результаты которого оказались для экипажа неожиданными – Сергей не получил ни одной травмы и был абсолютно здоров – его доставили на берег. Спасатели предлагали доставить его домой, но землянин отказался.

Зрители, собравшиеся на берегу, увидев Кротова живым и здоровым, недовольно расходились. «Похоже, я не оправдал их ожидания, – подумал Сергей. – Взял и остался жив, и даже цел».  Купаться расхотелось. Еще раз отказавшись от провожатого и попрощавшись со спасателями, он присел в свое кресло – надо привести мысли в порядок. Взяв заказанный сок, он медленными глотками отпивал кисло-сладкую жидкость. Над всей акваторией пляжа, насколько хватал глаз, зависли флаеры, с них иногда сыпались в воду десантники. «Проверяют, – понял Кротов. – А людям ничего не сказали, все продолжают купаться. Ну и правильно, не хрена на курорте панику разводить». Мысль о том, что атака гираны была нацелена именно на него, мелькнувшая вначале и показавшаяся абсурдной, постепенно набирала вес. «Пляж был многолюден и до меня, а если эта штука хотела есть, вряд ли она предпочитает мясо землян».

Вернувшись домой, он сразу заказал информацию о гиране. Все оказалось действительно так, как говорили спасатели: последнюю уничтожили много десятилетий назад. «Значит информаторий врет, я видел зверюгу своими глазами. Даже в этом мы похожи: что у нас на Земле, что в Империи – нигде людям не говорят всей правды». То, о чем Сергей подумал еще там, под водой, оказалось правдой – «рыбы», пытавшиеся порвать его, были частью тела гираны. Найдя жертву, а раньше в океане Цессии водились весьма крупные животные, гораздо крупнее самой гираны, она выпускала свои мобильные «зубы», которые начинали рвать жертву. Основное тело в это время находилось в безопасности, жертвуя лишь частями, которых у неё было в избытке. Когда жертва изнемогала в борьбе со стаей безмозглых «зубов», в дело вступала основная часть – она укутывала собой обессиленное животное и рты, открывающиеся прямо в теле, завершали начатое.

Пообедав, Сергей успокоился: хорошая еда и приветливая красивая официантка отогнали тревожные мысли. «Надо сегодня все-таки напиться и поплясать, – решил он. – Дни идут, скоро прием. После этого меня, наверняка, не станут задерживать. И вряд ли я еще попаду сюда. Так что надо успевать». Он еще раз посмотрел ролик о ресторанах и подтвердил свой выбор – ресторан в горах нравился ему. «Посмотрим, как он будет выглядеть на самом деле».

Появившиеся после обеда два его гида уже знали о случившемся. Они наперебой принялись извиняться, объясняя, что пляжи Цессии абсолютно безопасны и это просто чудо какое-то, что гирана вдруг оказалась там. Такой опасности никто не предусмотрел, ведь официально считается, что гирана, как вид, исчезла с Цессии. Кротов успокоил их и спросил о выбранном ресторане. Они одобрили выбор, но предупредили, что ресторан очень дорогой – там бывают даже представители Семьи.

Сергей достал свой «кошелек» и, сжав пальцами, показал пластинку девушке.

– Этого хватит?

– Да, – девушка удивленно вскинула ресницы, но быстро справилась с собой. – С такой суммой вы можете хорошо отдохнуть не только в столице, но даже на планетах развлечений

Они посоветовали ему, какие блюда и напитки выбрать, и распрощались, предупредив, что сегодня вечером будет известна точная дата приема. «Знаю я ваше вино, – усмехнулся Сергей, вспоминая советы о выборе напитков. – Хрен напьешься».

Часа через два после этого произошло событие, по-настоящему обрадовавшее землянина: на руке завибрировал сигнал вызова и после разрешения в комнате возник Глемас Гронберг собственной персоной. Голограммы на Цессии были особенно реалистичны, и на какой-то миг Кротову показалось, что его гронец действительно здесь. Сергей быстро отогнал наваждение, но для смеха подбежал к улыбающемуся МРОБовцу и попытался обнять призрачную фигуру.

– Здорово, шпион! – закричал Кротов, комично размахивая руками в воздухе. – Как-то ты исхудал, я даже обнять тебя не могу.

Улыбка Глемаса стала еще шире.

– Привет, Сергей! Ты, как всегда, в своем репертуаре.

Кротов вернулся в кресло.

– Рассказывай! Как ты? Где ты сейчас? Мне сообщили только, что с тобой все в порядке.

Фигура напротив тоже присела в появившееся призрачное кресло.

– Я очень рад видеть тебя, Сергей!

Землянин энергично закивал в ответ.

– Я тоже! Даже заскучал без тебя!

– Вот в это я не поверю. Говорят, приключений у тебя хватает.

– Так ты уже знаешь? – Кротов сник. «Так вот почему появился гронец – за мной нужен присмотр». Подтверждая это, Глемас сообщил, что он уже завтра будет на Цессии.

– А где Чекра?

– Чекра со мной, надо же новому подданному Империи увидеть столицу.

Хотя Глемас отвечал так же как всегда, ровно и спокойно, при упоминании имени девушки Сергей расслышал в голосе гронца скрытую радость. «Да тут, похоже, настоящая любовь» – усмехнулся землянин.

– Рассказывай – где был, что делал?

– Сергей, давай отложим это на завтра, я думаю, вечером мы встретимся.

– Хорошо, поговорим завтра.

– Я прошу тебя, будь осторожен, – вдруг заявил Гронберг, в его голосе чувствовалась настоящая тревога.

– Я всегда осторожен.

Глемас не стал развивать тему и начал прощаться. Еще раз напомнив, чтобы Сергей ждал его завтра, он исчез. После этого разговора Кротов испытывал двойственное чувство: с одной стороны, он был безусловно рад видеть друга, но радость немного омрачило то, что МРОБовец явно летит на Цессию не по своей воле, а по приказу. И еще это странное предупреждение. Какие опасности могут грозить ему на столичной планете, где за всем присматривают тысячи глаз, ну а за ним особенно. Вон как мгновенно примчались, когда он схватился с гираной. При воспоминании об утреннем происшествии, у Сергея опять проснулись подозрения, что атака морской твари была не случайной. «К черту! – остановил он себя. – Совсем параноиком становлюсь. Ясно, что этот зверь прятался где-то в глубинах и вылез сюда случайно. Хорошо, что он сразу попал на меня. Было бы страшно, если бы он добрался до мелководья, где куча народу».

Полет над ночной планетой сам по себе был развлечением. Только сейчас Кротов действительно понял, что Цессия, действительно, планета-город: настоящее море огней бушевало внизу. «Наверное, из космоса она сейчас светится как звезда, – Сергей пожалел, что проспал посадку. – Буду улетать, надо не упустить – полюбоваться».

Флаер-автомат мягко опустился на площадку. Неизменные ремни скользнули в подлокотники, и Сергей направился к выходу. У трапа его уже ждала красивая девушка-администратор в открытом платье. При взгляде на едва прикрытую грудь Кротов ухмыльнулся: «Эх, оторвусь я сегодня по полной!» При этой мысли его кольнуло воспоминание о ждущей на Баррахе Шевизе. «Черт, вот я идиот, на хрена запудрил девке мозги? Но, что поделаешь, натворил – отвечай». Он вздохнул и, прогнав все мысли, с улыбкой выслушал приветствие.

– Я тоже очень рад, что я здесь…

Спросив, как можно его называть, девушка представилась сама – Изон. «Какое-то мужское имя по-нашему», – отметил Сергей и направился вслед за красавицей к дверям прямо в скале под стилизованной каменной аркой. Внутри оказался огромный лифт с удобными мягкими креслами и зеркальными стенами. Кротов не удержался и скосился на зеркало – как выгляжу? Костюм ему посоветовали его гиды: темные брюки, сапоги и свободная светлая рубашка, подпоясанная тонким ремешком. Сергей опять чуть не засмеялся – очень уж этот наряд напоминал ему детство – сапоги тогда были неизменным атрибутом одежды всех мужчин в поселке, да и большинства женщин. Через минуту они вышли на площадку, откуда уходила вверх лестница, вырубленная прямо в скале. Поднявшись по ней, Сергей и его провожатая, наконец, вышли на площадку ресторана.

Кротов ахнул: столы висели в воздухе над пропастью, сквозь прозрачный пол было видно, что скала, к которой прилепилось заведение, обрывами уходит вниз и там, в царстве вечной тени, отливала серебром река. Еще вчера, выбирая это заведение, Сергей обратил внимание на то, что пол прозрачный, но голограмма не передавала всей настоящей красоты. Сейчас была абсолютная иллюзия того, что столы парят в воздухе. Однако многочисленные гости не обращали на это внимания – ресторан был почти полон.

Девушка с улыбкой наблюдала, как Кротов делает первые осторожные шаги. Заметив это, Сергей попытался сделать вид, что ничего особенного не происходит и для него абсолютно нормально разгуливать по небу. Однако, когда Изон отвернулась, он пару раз притопнул, испытывая прозрачный пол. Ощущение монолита. Землянин попытался выкинуть все из головы и переключиться на предстоящий ужин, но тут он увидел танцующих!

Если территория ресторана была огорожена видимым каменным барьером, то танцевальная площадка находилась еще дальше над пропастью и ничем не была обозначена. Кротов понимал, что защитный барьер есть и просто невидим, но люди, отплясывающие в воздухе, производили неизгладимое впечатление.

Расслабившись в кресле, Сергей внимательно осмотрел зал, но высматривал он сейчас не потенциально опасных людей, а девушку, с которой можно было бы познакомиться. Несколько дней, проведенных на Цессии, совершенно расслабили его, казалось, никакая опасность не может угрожать человеку на этой планете и даже утреннее происшествие не изменило это мнение – исключения лишь подчеркивают правило. Эта мысль – закадрить кого-нибудь на сегодняшний вечер – присутствовала с самого начала, но только сейчас, после того как Кротов выпил уже пару бокалов самого крепкого местного вина, овладела им окончательно.

Он уже наметил себе нескольких кандидаток, которые, как и он, сидели за столиками в одиночестве, а также нескольких девушек из компаний, которые время от времени бросали на него любопытные взгляды.

«Хватит тянуть», – подогретый спиртным, он решительно встал и направился к столику, где сидела одинокая девушка, но на полпути его перехватили. Через арку входа на прозрачный пол вывалила толпа разгоряченных молодых людей. Они громко смеялись, приплясывали, кто-то пытался петь – было видно, что компания на взводе. Из толпы вдруг вырвалась девушка в ярком одеянии и закричала:

– Так вот ты где! Ну теперь ты от меня не уйдешь!

Поняв, что девушка обращается именно к нему, Кротов остановился и удивленно вгляделся. «Черт! Опять она!» Сомнений не было – это утренняя знакомая, которая так неожиданно возникла у него в спальне и которую он видел потом на голограмме из парка. «Блин, она ведь тоже какая-то знаменитость!» Он никак не мог вспомнить, кем её называли тогда. Это был явный перебор – нельзя знакомиться со столь известными особами – это он понимал, но разгоряченный окружающей обстановкой и, хоть и небольшой по земным меркам, дозой выпитого, он не стал думать о соблюдении приличий. В душе разгорался знакомый с юности кураж – казалось весь мир у его ног.

Веселая красавица в развевающемся легком то ли платьице, то ли просто платке с дырой посредине, подбежала к нему и схватила за руку.

– Эй, – закричала она, повернувшись к своей компании. – Все сюда!

Веселая стайка сразу откликнулась на её зов: молодые люди в самых разных нарядах, один парень был просто в шортах и сапогах, остальные не лучше. Ощущение было такое, что компания веселилась где-то в узком кругу, а потом, не одеваясь, сорвалась и примчалась сюда.

– Смотрите все, – голос выдавал девушку, она была изрядно выпившей. – Это тот человек, с которым я хочу провести сегодняшний вечер!

– А как же я? – красавчик с накачанной фигурой и ухоженным лицом, которое портили только брезгливо поджатые губы, с ненавистью взглянул на Сергея. «Чего это он? – удивился Кротов. – Я-то в чем виноват?» Он был не прочь провести вечер с этой наглой гостьей – Сергей, наконец, вспомнил её имя, услышанное в новостях – Гела, но он не хотел конфликтовать с местной знатью.

– Гела, – Кротов мягко убрал руку девушки со своего плеча. – Ваш ухажер против.

– Да пошел он, – беспечно ответила та, опять бесцеремонно хватая его ладонь. – Подождет! Он всегда на Цессии, а ты скоро улетишь. Это ведь так? – она заглянула ему в лицо. Сергей кивнул.

– Все, хватит болтать, будем веселиться! – она потащила Кротова на танцевальную площадку. – Пойдем, покажешь мне, как пляшут инопланетники, а то сестра говорила, что ты только воевать умеешь. Вот я сегодня проверю, – пьяно хихикнула она.

Сергей подчинился, и они во главе компании пошли туда, где в воздухе уже наплясывали несколько групп отдыхающих. На ходу Гела крикнула, ни к кому не обращаясь:

– Стол нам! Такой как всегда!

Из этих слов Сергей сделал вывод, что девушку тут знают, похоже, она постоянно бывает здесь. «Хотя, вполне возможно, что её знают во всех развлекательных заведениях, судя по её поведению». Он опять поймал злой взгляд качка и примирительно развел руки, мол, я тут ни при чем, она сама выбрала. Тот быстро отвел взгляд, но Кротов все равно отметил, что, похоже, ни с того ни с сего нажил себе врага. «Черт с ним, Гела права – еще несколько дней и я свалю отсюда. Пусть хоть просверлит меня глазами».

Вечер разгорался, их компания веселилась вовсю. Сергей заметил, что отношение к ним особое, Гелу, действительно, тут знали. Для них появился большой отдельный стол в лучшем углу зала. Гела называла распорядителя по имени и то и дело вызывала его к столу. Компания вела себя шумно, не обращая внимания на других посетителей. Когда после первого выхода на площадку танцев они вернулись в зал, Гела усадила Кротова рядом с собой, потом подозвала одного из парней из их компании.

– Дай мне это! – приказала она и протянула руку.

Парень услужливо протянул маленькую прозрачную коробочку и заулыбался понимающей скабрезной улыбкой. Похоже, он один из компании не был пьян, хотя и старался сделать вид, что ничем не отличается от остальных. Сергею сразу не понравились его глаза – он ни разу не смог поймать взгляд парня. Гела протянула коробочку Кротову – внутри, красиво поблескивая, лежали разноцветные мелкие кристаллы. Сначала он даже подумал, что это какие-то бриллианты, но быстро сообразил, в чем дело.

– Будешь? – Гела нажала на контейнер, и на пальце оказался фиолетовый кристаллик.

– А что это?

Девушка захихикала.

– Да, ты настоящий инопланетник! Девственник!

Парень поддержал Гелу противным смешком.

– Это веселье! Весь вечер будет праздником. Попробуй, не пожалеешь.

«Наркотик» – понял Сергей.

– Нет. Не употребляю. Я лучше выпью.

– Да прекрати, – с пьяной настойчивостью продолжала она. – Попробуй!

– Нет, – Кротов решительно отодвинул протянутую руку.

– Ну как хочешь, – обиделась Гела. – А я съем.

Она лизнула палец и кристалл исчез.

Сергей взял банку с золотистым вином и налил себе до краев высокий фигурный стакан, местные пили из них сок. Геле он налил в обычную золотую кружечку. Та отодвинула кружку и взяла стакан Сергея.

– Смотрите все! – она подняла стакан над головой. – Вот как пьют настоящие мужчины!

Потом отдала стакан Кротову.

– Ну-ка, покажи, пусть все посмотрят.

Землянин уже привык, что всех удивляет, как он пьет. «Вроде бы все мы такие же люди, но, оказывается, есть разница». Еще в самый первый раз, на Зорне, когда он попробовал местный алкоголь, он понял, что это не для русских: самое крепкое вино было всего лишь обычным вином, о водке здесь и не слышали. «Надо как-то научить их гнать самогон, – частенько думал Сергей. – И перегонять всю их бормотуху в нормальное пойло».

Кротов взял стакан и в несколько глотков выпил терпкую жидкость. Компания взорвалась восторженными криками. Все происходило точно так же, как это было в гулянках на далекой Земле: общий разговор развалился на отдельные разговоры, на танцевальную площадку ходили кто хотел, кто-то вообще исчез из-за стола.

Гела оказывала все больше знаков внимания Кротову: глаза её блестели, она поминутно смеялась любым, даже самым плоским, шуткам и уже несколько раз вытаскивала Сергея на площадку. Энергия кипела в ней, Кротов сообразил, что это действие тех цветных кристаллов, поскольку даже он, тренированный солдат, стал уставать. Во время танца девушка прижималась к нему и несколько раз начинала целовать у всех на виду. Слегка захмелевший Сергей отвечал ей тем же. Все должно было закончиться так, как и планировал Кротов. Он уже прикидывал, как увести Гелу с этого банкета и затащить её к себе. Какие бы переделки не прошел Кротов, по сути, он оставался все тем же здоровым двадцатидвухлетним парнем с организмом, требующим земных утех. Все его скрытые способности спали, дожидаясь своего времени.

Однако не только он рассчитывал на благосклонность Гелы. Сергей несколько раз ловил злой взгляд накачанного красавчика. «Да хоть лопни от злости, – веселился Кротов. – На сегодня красотка моя». Кроме понятного интереса в плотском плане, ему хотелось узнать, кем является Гела на самом деле. Еще утром, увидев её в головизоре, он понял, что никакая она не горничная и не сестра горничной – было ясно, что она родственница кого-то из высокопоставленных или просто очень богатых особ. Еще Кротову очень хотелось узнать, каким образом она, вдруг, воспылала к нему интересом, но он честно признался себе, что все эти вопросы, возникшие утром и вновь ожившие, когда он увидел Гелу с компанией, сейчас отошли на второй план. Гораздо больше ему хотелось просто оторваться напоследок по полной: он прекрасно понимал, что после обещанного приема ему не дадут долго засиживаться на Цессии.

Гела опять захотела танцевать, она вскочила и потащила Сергея за собой. Кротов уже наплясался, но не мог отказать девушке.

– Иди, – он торопливо допивал сок. – Я сейчас подойду.

Однако сделать это не удалось. На площадке зазвучал очередной зажигательный мотив и Гела, не выдержав, вприпрыжку умчалась туда. Как только она исчезла, чья-то рука ударила по стакану и Сергей чуть не выбил стеклом зубы. Он никак не ожидал такого – Цессия все-таки расслабила его.

– Убирайся отсюда, пока Гела ушла. Эта девушка не для таких выродков как ты.

Стараясь казаться спокойным, землянин опустил стакан на стол и повернулся к обидчику. Красавчик – конечно, это был он – стоял, напрягшись, и брезгливо кривил губы. Сергей собрался: «Вот же достал, падла», – кинул быстрый взгляд на двоих застывших за плечами красавчика крепких парней с равнодушными лицами, – «А эти откуда здесь взялись?» – и процедил в лицо надоевшему ревнивцу:

– Пошел ты в жопу!

Потом так же спокойно развернулся и направился на площадку. Качок сделал то, что Кротов и ожидал – Сергей перехватил летящий в лицо кулак, тело сработало будто на тренировке по рукопашному бою в спецназовской Академии: закрутив одним движением руку противника себе под мышку, он заломил красавчику кисть и, вдобавок, уже чисто из злости, лягнул его в коленку. Качок упал на колени и заорал от боли. Сергей толкнул его в руку, еще сильнее заламывая кисть, и отпустил. Враг завалился на бок и, схватившись за парализованную руку, застонал. Кротов в это время уже начал дуэль с обоими телохранителями, бросившимися на помощь боссу.

Противники оказались серьезными бойцами, они сразу напомнили ему охранника из «Навигационных систем», с которым ему пришлось схватиться в подземельях Зорна. Тогда Кротова спасла только вовремя подоспевшая Джерези. Сейчас Сергей с ходу пропустил удар такой силы, что упал и прокатился по прозрачному полу. «Черт! Они ускоренные!» Телохранители явно работали с использованием боевых имплантатов, хотя в мирной жизни это было запрещено, особенно за этим следили во время дуэлей.

«Они сейчас порвут меня», – Кротов заметил ботинок, зависший над лицом и все: звуки пропали, краски тоже. Даже ускоренный действием чипов человек был слишком медлителен для землянина: дар предтеч превосходил технологии Цивилизованных Миров. Ботинок медленно опускался на лицо Сергея, так медленно, что он успел разглядеть рисунок подошвы. Кротов, просчитывая все ходы, без всяких эмоций выскользнул из-под сапога охранника. Поднимаясь, поймал занесенную ногу и, резко распрямившись, вздернул её над головой. Телохранитель взлетел в воздух, не успев ничего противопоставить действиям землянина. Сергей крутанул над собой тело бойца, словно это была кукла, и, как дубиной, нанес им удар по изготовившемуся к прыжку второму бойцу. Удар был так силен, что сплетенные тела укатились метров на десять.

Вновь проявились краски: фантастический зал ресторана опять стал разноцветным. Но звуки почему-то не возвращались – вокруг царила полная тишина. Кротов огляделся и вдруг понял, что это не та полная тишина, когда весь мир проваливается в безмолвие – нет, просто все вокруг замерли, со страхом глядя на него.

– Твою медь! – выругался Сергей, а про себя подумал: – «Козлы! Испортили вечер!»

Он шагнул к затихшему, забывшему про свою боль парню, из-за которого все и началось. Тот, с ужасом глядя на Кротова, попытался отползти и заорал:

– Он не человек! Чужой!

Кротов остановился. «Надо уходить пока не появились менты». Он посмотрел на телохранителей: те стонали, но шевелились. «Сеанс в медмашине и оживут», – успокоился Сергей и крикнул в зал, зная, что его обязательно услышат те, кому это было адресовано:

– Возьмете оплату за вечер с этого человека! – Кротов показал пальцем на красавчика и, развернувшись, пошел к выходу. Сзади зацокали каблучки, и его за руку схватила раскрасневшаяся Гела.

– Во ты даешь! Молодец! Я давно хотела, чтобы кто-нибудь поставил на место Гигрея.

Она потянула Сергея за рукав.

– Быстрей, уезжаем отсюда, сейчас поналетят родственнички и охрана. Надо спрятаться.

Сергей не совсем понял про родственников, а в остальном их желания совпадали. Когда они уже подбегали к арке выхода, сзади донесся крик:

– Я найду тебя! И ты пожалеешь, что связался со мной!

Они скатились вниз по лестнице и заскочили в лифт, плита закрыла проем, и они остались одни. Гела словно только того и ждала, прильнула к Сергею и обхватила руками его шею. Их губы слились. Он хотел отодвинуть девушку, но вместо этого, вдруг, тоже обнял её и ответил на поцелуй. Они поползли по стене, Кротов запнулся, и они завалились на мягкий диван.

– Ты что творишь? – зашептал Сергей на ухо девушке, чувствуя, что её руки расстегивают его штаны. – Сейчас дверь откроется.

Та на секунду оторвалась, быстро прошептала: «Я остановила кабину», – и вновь впилась в его губы.

«К черту все!» – решил Кротов, задрал платье-платок и начал искать, что там еще на ней одето. Зеркальные стены и потолок многократно отразили сцену страсти, а толстые стены заглушили крики.

Сергей проснулся и попробовал поднять свинцовую голову. Еле приподнявшись над волнами воздушного белоснежного одеяла, разлепил глаза. Никого. Он с трудом припоминал завершение вчерашнего вечера, но был точно уверен, что засыпал он вместе с Гелой. «Блин, приснилось что ли?» Вчера, после неожиданного секса в лифте, они отправились еще в один ресторан, потом еще в один, и еще… Кротов уже не мог припомнить все места, где они побывали. Похоже, это были не только рестораны, вроде бы они пару раз попадали в компании, находившиеся дома. Везде, где они были, Гела заставляла его демонстрировать, как он пьет, и рассказывала, как он избил сегодня принца Стванса и его телохранителей.

Сергей застонал: «Черт, принца! Что я натворил?» Вчера ему было на все наплевать, принц так принц, какая разница кого бить. Тем более все радовались произошедшему и хвалили Кротова. Он со стыдом вспоминал, как Гела отбивала его у девушек, желавших немедленно отблагодарить его за такой поступок..

В комнату вдруг вошла Гела – Сергей удивленно раскрыл глаза – на лице девушки не было ни следа от бурно проведенной ночи. Она скинула наброшенный на голое тело халат и запрыгнула на кровать, быстро подползла на коленках к Сергею и толкнула его, опрокидывая на кровать.

Кротов отодвинулся и через силу прохрипел:

– Гела, не надо… я умер…

– Фу, какой ты нехороший сегодня, – надула она губки. – Иди в медмашину, я уже прошла сеанс.

«Точно, – проползла по черепной коробке корявая мысль. – Медмашина – вот спасение». Под смех Гелы он кое-как выбрался из-под пышного одеяла и сполз на пол. Увидев его голым, девушка заулыбалась и зацокала языком. Кротов хотел чем-нибудь прикрыться, покрутил головой – одежда валялась на полу, надо нагибаться – махнул рукой и направился в комнату с медмашиной.

Через полчаса Кротов чистенький и абсолютно здоровый сидел за столом, заставленным разнообразной едой – организм, очистившийся от дряни, требовал восстановить запасы. Гела пододвинула кресло впритык к креслу Сергея и хотела кормить его из своих рук, но Кротов отказался – в его планы совсем не входило завязывать длинное знакомство – вчера он хотел лишь развлечься, что и получилось по полной.

– Гела, ты прости меня за вчерашнее, похоже, пить я не умею. Наклюкался, как какой-нибудь синюк.

Та вскинула на него удивленные глаза.

– Ты что говоришь? Да если любой из моих друзей-хвастунов выпил столько, сколько ты, мы бы даже до медмашины его донести не успели, умер бы раньше. Ты герой! Не зря я хотела с тобой  встретиться. Вчера все красотки мне завидовали. Надо же, поставил на место самого Гигрея Стванса!

– Кстати, об этом я хотел с тобой поговорить. Он что, правда родственник Императора?

– Правда. Ну и что? Тут, на Цессии, шагу нельзя ступить, чтобы не наступить на ногу человеку из семьи.

– Возможно это и так, я не знаю, но меня интересует, могут ли у меня появиться проблемы из-за вчерашнего?

Сергей отложил бутерброд из хлебцев, переложенных мясом, и отхлебнул фиолетового сока с мякотью.

– Слушай, а ты сама кто на самом деле? Ты ведь мне так и не сказала…

В ответ она сладко потянулась, взяла маленький продолговатый фрукт и надкусила сочную мякоть.

– Я тоже…

Что «тоже», она досказать не успела – её речь перебил сигнал вызова и перед столом возникла фигура. Сергей, снова хлебнувший понравившийся напиток, чуть не поперхнулся.

– Ты?! Ты уже здесь?

Голограмма почтительно склонила голову в сторону девушки и голосом Глемаса Гронберга сказала:

– Доброе утро, принцесса Гелия! Доброе утро, Сергей!

Кротов хотел выругаться, но сдержался: он ожидал, что Гела окажется не простой девушкой, но никак не ожидал, что она из Императорской родни. Он вскочил и тоже склонил голову.

– Простите, принцесса!

Не зная, что сказать дальше, он растерянно смотрел на девушку, в одно мгновение ставшую такой далекой. Та засмеялась.

– Расслабься. Лучше ответь человеку.

Она кивнула на голограмму. Глемас, заметив, что на него обратили внимание, быстро сказал.

– Простите еще раз, принцесса. Похоже, я не вовремя, – он повернулся к Сергею. – Я свяжусь позже. Или лучше ты вызови меня. Нам надо срочно встретиться.

Слово срочно Гронберг выделил. «Похоже, опять что-то серьезное, а я тут впутался в дела Семьи. Надо быстренько завязывать с этим делом». Сергей только кивнул в ответ, и фигура растаяла. Гела почувствовала растерянность Кротова и повторила:

– Успокойся. То, что я с тобой, ничем тебе не грозит. Вся родня давно смотрит на меня как на сумасшедшую. Я ведь не лезу в политику и не езжу по войнам, как моя сестричка Алгала. Так что меня терпят, но всерьез не принимают.

В голосе девушки слышалась обида. Вдруг она встряхнулась и заулыбалась.

– Мне это нравится – я могу делать все, что захочу!

Она вскочила, обняла Сергея и прошептала ему на ухо:

– Пойдем в спальню, ты мне очень понравился вчера, особенно в лифте.

Но у Кротова не шел из головы новый статус его подруги, и он никак не мог заставить себя обнять принцессу в ответ.

– Гела, простите, Гелия…

Та оттолкнула его.

– Все! Я обиделась! – она картинно надула губки. – Сама принцесса из рода Великого Императора тянет его в постель, а он не соглашается. Я прикажу, чтобы тебя расстреляли.

Она не выдержала и рассмеялась.

– Ну и глупое было у тебя лицо, когда этот твой друг назвал меня принцессой. Ладно, давай приходи в себя, встретимся позже. Я ухожу.

Она взяла руку Кротова и быстро настучала номер на экране коммуникатора.

– Это код моего секретаря. Наберешь, и она всегда найдет способ связаться со мной.

– Хорошо.

Сергей, вдруг, неожиданно даже для себя, обнял девушку и поцеловал в губы. «А какого черта! Вряд ли я еще хоть раз в жизни смогу поцеловать принцессу». Та тоже прильнула, коротко ответила на поцелуй и оттолкнула Кротова.

– Все, все. У тебя был шанс, теперь нет, я уже ушла.

Она, действительно, встала и как была в накидке, так и вышла из столовой. Сергей кинулся следом – провожать. Уже уходя, у самой двери девушка на секунду задержалась.

– Все-таки я бы тебе посоветовала быть осторожнее: Гигрей Стванс – это такая сволочь.

Глава 5

– Сергей, моя жизнь была бы намного скучнее без тебя, – Глемас сидел на том же самом кресле, в котором каких-то полчаса назад располагалась Гелия. – Ты умудряешься находить приключения даже на самой безопасной из планет.

– Ты прав. Хотя, если честно, это они меня находят.

Глемас появился почти сразу после ухода принцессы, из чего следовало, что он уже давно был где-то рядом и только ждал, когда гостья покинет дом.

– Я понимаю, что ты появился, в первую очередь, по работе, но все-таки расскажи мне сначала, куда ты пропал? Где был?

– Подожди, Сергей, – Кротов удивился, Глемас казался взволнованным и даже, похоже, нервничал. Сергей впервые видел его таким, даже в бою гронец был внешне всегда спокоен. – Мне надо сказать тебе пару слов о другом.

Землянин внимательно посмотрел на него, всем видом показывая, что он весь внимание.

– Я про Баррах.

Он опять замялся и вдруг шагнул к Сергею, порывисто обнял его, потом отпрянул и выпалил:

– Я твой вечный должник! Спасибо тебе!

Теперь пришла очередь смутиться Кротову – ему всегда было неловко, когда его благодарили или хвалили в лицо.

– Прекрати, – постарался он остановить Глемаса. – Ты бы тоже так поступил. Я же помню Тарн, никто не гнал тебя под лед, ты сам пошел. Давай лучше рассказывай о себе.

– Хорошо, но только коротко, – Гронберг снова был спокоен и деловит. – Нам надо срочно обсудить несколько вопросов.

– Обсудим, – засмеялся Кротов. – Ты когда-нибудь забываешь о работе?

– Бывает, – слегка улыбнулся в ответ гронец. – Но она обо мне не забывает.

Рассказ, действительно, получился короткий: сразу после медмашины на транспортнике его хотели отправить отдохнуть на одну из планет-курортов, но он уговорил начальство позволить ему провести это время на Гроне. Отдохнул несколько дней, и опять вызвали на работу.

Сергей хмыкнул.

– Вот это ты подробно все описал, я даже заслушался. Умеешь. Вроде и все рассказал и ничего не сказал. Учат вас этому в министерстве что ли? Где Чекра?

Глемас на секунду замялся – говорить о личном с посторонними у гронцев не принято, все могут знать только члены семьи – и также коротко ответил:

– Она со мной.

– Здесь, на Цессии?!

Глемас кивнул.

– Значит, все серьезно? Познакомил с родителями? И как они?

Серые глаза гронца потеплели, на лице появилась неловкая улыбка.

– Все хорошо, Сергей. Действительно, все серьезно.

– Я рад! – Кротов искренне радовался за друга. – А как Снежа? Она где?

– Снежа учится в Академии на Тарантосе, – голос Гронберга стал грустным. – Ты же знаешь, в нашей семейке если кто что решил, то его не свернуть. Но хватит, обо мне еще поговорим. Сейчас меня интересует твоя жизнь, начиная с отлета с Барраха. Ты рассказывай, а я, если чего-то не пойму переспрошу.

– Что не так в моей жизни? У МРОБ опять паранойя?

Глемас не собирался отвечать на такие вопросы.

– Рассказывай, – сухо повторил он. – Это для твоей же безопасности. Ты знаешь, в таких случаях лучше паранойя. Дело в том, что Цессия – это совсем другой мир и здесь совсем другие опасности, не такие, к каким ты привык на войне.

– Ладно-ладно, не ворчи. Сейчас все, что вспомню, расскажу.

Кротов выложил все, что произошло с ним за время, прошедшее после расставания на Баррахе.

– Как видишь, ничего серьезного, кроме нападения гираны, со мной не случилось. Ну а с этой тварью как-то так получилось, что выкрутился.

– Я же говорю, что ты ничего не знаешь про столицу. Так вот, принц Гигрей Стванс – это намного страшней гираны. Я не буду тебе рассказывать обо всем, что происходит на этой прекрасной планете, скажу лишь, что здесь идут невидимые войны, похлеще, чем в космосе. На Цессии нет простых людей в том смысле, как мы с тобой это понимаем. Весь обслуживающий персонал не местный – это люди с других планет и по окончании контракта они обязаны покинуть Цессию. Все постоянные жители – или знать, или чиновники самого высокого ранга.

– Почему я про это не знаю? – Сергей искренне удивился. – Нигде ни встречал такой информации.

– И не встретишь. Она не засекречена, но её как бы нет. Никто не будет рассказывать об этом: нельзя портить имидж самой счастливой планеты Цивилизованных Миров.

– Ну, а мне ты зачем рассказал? Я же вообще инопланетник – мне тем более не надо про это знать.

– Вот именно потому и рассказываю, чтобы ты понял, что ты теперь не посторонний и ты очень важен для Империи.

– Может и важен, но где-нибудь там, в космосе. Здесь большого интереса к себе я не увидел.

– Я же говорю, это столица, она живет своей жизнью и у неё свои герои и приоритеты. Но главным даже в этом безумном мегаполисе является Император, а он, как это ни странно, по-настоящему печется о делах Империи, а не только Цессии. Ты приглашен на прием, будь уверен, Император будет знать о тебе все! К нему нельзя попасть случайному человеку, если ты приглашен, значит, ты уже попал в список фигур, разыгрываемых в очередной партии. То есть ты выходишь на самый верх и через тебя можно приблизиться к Императору и решать свои дела. Так что схватка за влияние на тебя уже началась. Поэтому я здесь, слишком ты не опытен в дворцовых делах, а это не та война, где все можно решить силой.

– Черт! А я думал, постою в строю, послушаю речь, но, может, наградят чем-то и обратно в космос.

– Со стороны оно примерно так все и будет. Теперь ты предупрежден и будь всегда наготове: для любой из сторон, если она увидит, что ты склонился на другую, лучше, когда тебя нет, ты не существуешь.

– Так что, гирана не случайна?

– Быстро до тебя доходит. Девяносто девять процентов, что это спланированная акция. Для всего мира гираны вымерли, но в секретных лабораториях военного ведомства на островах они есть. Так что думай сам. Не ясно одно, хотели тебя убить или только проверить. Мы склоняемся ко второй версии: все уже наслышаны о тебе и, видимо, решили проверить, справедливы ли эти слухи.

– Кто это «мы»? Ты тоже примкнул к какой-то стороне?

– Нет, конечно, мы – МРОБ – остаемся над схваткой, мы профессионалы. Если еще и ведомства вроде нашего или Хозяйственного Управления втянутся в эту игру, я не дам за существование Империи даже рваного носка, тем более перед лицом нынешней угрозы.

– Хорошо. Я все понял. Тогда расскажи мне сначала о Геле, в смысле, о принцессе Гелии, – поправился Сергей. – А потом об этом принце, с которым я схватился вчера.

– Правильно. Надо знать с кем связался. Но я бы сначала спросил о Ствансе, а потом о Гелии. Хорошо, слушай. Самое основное, что тебе следует знать: принц Гигрей Стванс – сын одного из самых влиятельных политиков Империи. Кроме этого, он баснословно богат. И еще одно тебе на заметку – он владелец небезызвестной фирмы «Навигационные Системы», помнишь бронезмейку в атаке?

И Глемас рассказал биографию Гигрея.

Сергей очень хорошо помнил эту эмблему и совсем недавно – в драке с охранниками Стванса – вспоминал про неё. Из рассказа гронца Кротов понял, что принц – это, действительно, будет геморрой. Отец боготворит своего единственного сынка, и тот пользуется этим вовсю. Министерству известны темные случаи из жизни молодого повесы, вплоть до убийства, но доказательств нет. Влияние папаши огромно, даже МРОБ не рискует копать под него.

– Сенер Драйзер, отец Гигрея, в последнее время одержим идеей породниться с домом Императора, он желает видеть своих внуков настоящими принцами, поскольку и сам он, и его сын не наследные родственники, а назначенные – есть такая категории в Императорском табели о рангах, – Гронберг сделал паузу. – Теперь догадайся, на ком он остановил свой выбор?

– Что тут непонятного, – проворчал Сергей, он очень хорошо помнил взгляды Стванса, когда Гела целовала его. – Они обхаживают Гелию.

– Правильно, – улыбнулся Глемас. – И, как обычно, ты, кроме всего прочего, о чем я уже сказал, еще и в этом случае перешел дорогу замыслам влиятельнейших лиц. У тебя просто талант.

– Кстати, она, можно сказать, меня сама выбрала. Ты знаешь, что еще утром она уже была у меня под видом служанки.

Быстрый удивленный взгляд гронца выдал его.

– Что, прокололось МРОБ? Не заметили подмены? Еще скажи мне, что вы не следили за мной.

– Сергей, ты прав, здесь что-то не то, не могла служба охраны проглядеть такое. И это меня очень беспокоит.

– Ладно, разберетесь. Ты мне лучше расскажи про Гелию, кто она, откуда узнала про меня и зачем я ей нужен?

После рассказов Глемаса Сергей во всем начал видеть скрытый смысл.

– С этой девушкой до твоего сообщения было все просто, теперь я уже в этом сомневаюсь, – Глемас на минуту задумался. – Хотя есть, вроде бы, и простое объяснение её интереса к тебе. Ладно, будем разбираться.

Больше не отвлекаясь, он рассказал о принцессе. Ничего нового, кроме того, что она также оказалась отпрыском богатейшего семейства и состояла в кровном родстве с Императором. Однако эта семья, наоборот, ни в какую политику не лезла, жила спокойно на своей родной планете-океане Борриару. Родители отвязной красавицы были на удивление старомодны и консервативны, Гронберг даже сравнил их со своими родителями. Даже в отношении продолжения рода они придерживались устаревших взглядов – у Гелии было еще две сестры и пять братьев. Все они были уже взрослыми, прошли свое боевое крещение на какой-нибудь малой войне и служили в разных ведомствах.

Гелу ожидала та же обычная судьба, для решения о направлении на войну она и была отправлена в столицу. Однако тут все переменилось: принцесса не торопилась отправляться в Пограничные Миры, как было предписано, а начала вести разгульную жизнь на Цессии. Она была последней в семье и любимицей родителей, так что в средствах отказа не имела. Не пройдя инициацию в бою, она так и считалась несовершеннолетней, хотя её это нисколько не беспокоило. Но, как и вся остальная семья, в политику она замешана не была. В последнее время в её веселой компании появился Гигрей Стванс и столица наполнилась слухами о скорой свадьбе.

Как она могла узнать о существовании Сергея Кротова, вплоть до того, что захотела с ним увидеться таким экстравагантным способом, было два варианта: либо она узнала все от своей бывшей подруги, в свое время Гелия и Алгала Блиц Голиеконе были очень дружны, но, после прохождения Алгатской принцессой инициации, пути подруг разошлись; либо это было чьим-то заданием.

– Будем надеяться, что это Алгала нарассказывала Гелии героических историй о тебе, чем самым так заинтересовала её, но и второй вариант сбрасывать со счетов не будем.

– Принцессе Алгале только и дело до простого солдата, – недоверчиво проворчал Кротов. – Ей сейчас, наверное, и поесть некогда.

Кротов даже себе не признавался, что его мучает детская обида из-за того, что по прибытии на Цессию принцесса ни разу не напомнила о себе. В глубине души он понимал, что это глупость, но поделать с собой ничего не мог.

– Наверное, ты прав, но это не отменяет возможность встречи давних подруг.

Кротов во время перелета на Цессию почувствовал, что его статус резко вырос и начал привыкать к тому, что он персона не рядовая. Однако на Цессии все было по-другому, никакой ценности для окружающих он не представлял и, если бы не аудиенция у Императора, вряд ли на него вообще обратили бы внимание. При этом желание принцессы встретиться с рядовым жителем Империи, выглядело, конечно же, более чем странно. «Жаль, Глемас спугнул её, – подумал Сергей. – Может, она сама что-нибудь бы рассказала».

– Слушай, Глемас, а зачем ты мне все это рассказал? Если о скрытой жизни столицы рядовые поданные не знают, почему я должен знать все это? Неужели МРОБ так доверяет мне?

– Сергей, это я настоял, что ты должен знать если не все, то очень многое. И не только потому, что ты мой друг. Хотя я не думаю, что тебя смогут здесь убить – ты выкарабкался почти из эпицентра ядерного взрыва – но ты простодушен, и здешние искушенные в деле оболванивания политики могут замутить тебе голову. И самое худшее – ты мог примкнуть к одной из сторон. Слишком мощное ты оружие, чтобы разрешить сумасшедшим любителям власти использовать тебя в своей игре. Теперь, после того, что я тебе рассказал, надеюсь, ты будешь более трезво относиться ко всем, желающим привлечь тебя на свою сторону.

«Так вот вы чего боитесь, – усмехнулся про себя Кротов. – А совсем не того, что меня убьют». Общаясь с Гронбергом, он всегда испытывал двойственные чувства – с одной стороны, он считал его своим другом и не сомневался, что так же считает и гронец, с другой стороны, МРОБовец даже дружбу использовал в интересах своей работы. Землянин давно привык к этому и старался принимать Глемаса таким, какой он есть. Во всяком случае, сегодняшний его рассказ явно был полезен – он сам никогда бы не додумался до того, что кто-то на этой безмятежной планете хочет его завербовать. «Действительно, теперь знакомство с принцессой Гелией выглядит очень подозрительно, – решил Сергей и тут же укорил себя. – Блин, так я всех начну подозревать. МРОБовцем становлюсь, общение с гронцем не прошло даром».

Потом Глемас дал Кротову подробную инструкцию, как действовать в экстренных ситуациях, применительно к тому, что он находится на мирной планете и на применение силы могут смотреть косо.

– Почему же по случаю вчерашней драки с Гигреем Ствансом никаких претензий?

– Вот именно потому, что со Ствансом. Это ведь надо привлекать всех, а сотни людей видели, кто был зачинщик.

– Понятно. Глемас, ты за каких-то полчаса заставил меня разочароваться в вашем обществе. Словно на какой-то дикой планете.

– Перестань! Я думаю, ты и до этого прекрасно знал, что люди везде одинаковы – что на Цессии, что на Зорне, что на Земле.

Кротов вынужден был согласиться.

– Тут ты прав. Так что мне делать, если принц захочет отомстить? Я ведь не могу дать гарантии, что опять не разобью ему нос.

– Я знаю, – опять улыбнулся гронец. – Мы будем присматривать и постараемся нейтрализовать угрозу. Ну а лично встретиться точно не дадим – разведем вас.

– Успокоил, – тоже усмехнулся Сергей. – Ты мне Чекру-то хоть покажешь? Как она приняла новый мир?

– Конечно вы встретитесь, поговорите – после приема, наверняка, будет еще время. Думаю, несколько дней тебе еще дадут отдохнуть. Она на удивление быстро вписалась в новые для неё условия, словно всю жизнь жила в технологическом мире.

– Не сомневаюсь, еще на Баррахе было ясно, что мозги у неё острые, а воля железная. И последний вопрос, я никогда не спрашивал, а вы никогда на эту тему не говорите – ты сам видел Императора? Как он выглядит? И почему его никогда не показывают по головизору?

– Нет, я всего лишь простой полковник и даже служу в поле, а не в столице. И, лучше, не надо задавать такие вопросы. Император – не тема для разговоров.

Уходя, Глемас повторил действие Гелии, он сам настучал на комме Сергея набор знаков.

– Это код тревожной группы – любой сигнал и они прикроют тебя. Мой код ты знаешь.

– Шпионская операция на чужой планете, – пробурчал Кротов.

– Не расслабляйся, – серьезно посоветовал Гронберг и ушел.

Флаер вынырнул из облаков, и Кротов чуть не открыл рот. Удержался он, лишь заметив взгляд девушки-сопровождающей – та быстро опустила глаза, – слишком явно в них сквозило снисходительное ожидание изумления Кротова. Она ждала именно такой реакции – удивления и непонимания. «Похоже, привыкли, что люди ахают и глаза выпучивают при виде этого». Но глянул на девушку он только на секунду, затем снова стал разглядывать появившуюся внизу землю, переводя взгляд то на обзорный экран, то на иллюминатор.

Сказать, что Кротов был удивлен, значит, ничего не сказать, он был изумлен, растерян и не верил своим глазам. Флаер завис на минуту и Сергей смог во всей красе разглядеть Остров Императора: высокие пики голых горных вершин окружали прекрасную долину с расположенным посередине маленьким белым домиком. «Твою медь! – выдал он про себя. К этому он никак не был готов. – Это резиденция Императора Звездной Империи? Не зря никто ничего не рассказывает об этом». Ни дворца, ни многочисленной охраны, ни придворных – лишь почти правильная круглая долина, покрытая яркой зеленой травой. От домика к проходу в скалах шла желтая дорожка, у самых скал она проходила через рощу пышно цветущих деревьев. «Зачем меня два часа готовили и осматривали форму, чтобы все было согласно уставу и рангу? Похоже, Император сейчас выйдет в пижаме».

Сергей не удержался и глупо спросил:

– Это все?

– Да. Ни о чем не спрашивайте, вы все увидите сами. Вам на выход.

Кротов опять удивленно уставился на девушку – флаер лишь немного снизился и сейчас висел на уровне скалистых вершин.

– Выходим в небо? – попытался пошутить он.

Вместо ответа девушка показала на отошедшую в сторону плиту главного выхода. «Ну что ж, по воздуху так по воздуху, – Сергей встал и шагнул к открытому проему. – Хотите увидеть, что я боюсь? Не дождетесь!» Но вся его смелость, хотя и построенная на уверенности, что дар Предтеч не даст ему погибнуть, оказалась напрасной – напротив, прямо в голой отвесной скале, открылся проход, и от него к атмосфернику стала быстро расти ажурная лестница. Кротов повернулся к сопровождавшей и укоризненно покачал головой.

– А я ведь хотел по воздуху…

– Ну, это как-нибудь в другой раз, – улыбнулась девушка и помахала рукой на прощание. – Удачи вам!

Площадка необычного приемного трапа уже застыла в сантиметре от флаера, Кротов шагнул на хлипкое на вид сооружение и внутренне собрался, ожидая, что мостик сейчас просядет под ним. Но напрасно – под ногами чувствовалась твердь, словно он стоял на скале. Сергей оглянулся и рефлекторно схватился за тонкие фигурные перила – катер бесшумно уходил вверх, сзади ничего не было, он стоял на самом краю пятидесятиметрового моста. Он быстро сделал несколько шагов вперед, чтобы скорее отойти от края, но, заметив в проеме скалы белоснежную фигуру, выровнялся, сделал серьезное выражение лица и застыл. Нереальный мостик стал втягиваться в скалу – секунды, и Кротов оказался рядом с высоким офицером в парадном белом мундире. Тот бросил кулак к груди и доложил:

– Полковник Фром Кари, служба Охраны.

«Ну, наконец-то, хоть что-то родное», – подумал Сергей, услышав привычные фразы. С самого начала, как только флаер пробил облака, скрывавшие остров, и он увидел хижину вместо ожидаемого комплекса дворца, Кротов чувствовал себя не в своей тарелке.

– Сергей Кротов, Спецназ Империи, рядовой, – бодро отрапортовал землянин.

«Не думаю, что на прием к Императору часто попадают рядовые, – Сергей внимательно смотрел в лицо офицера. – Посмотрим, как он это воспримет». Однако полковник ничем не проявил своего отношения к этому, лицо хранило то же доброжелательно-внимательное выражение.

– Сергей, я предупрежден о вас. Пройдемте в лифт, время у нас расписано по минутам.

– Идем, – согласился Кротов и шагнул вслед за полковником. «Чем же вы меня еще удивите?» Лифт, больше похожий на зал средней по размерам гостиницы, выглядел несколько аскетично: стеклянно поблескивавшие светлые стены были абсолютно чистыми, без всяких украшений. Если бы не изящные белые диваны и кресла в разных углах помещения, и не красивый резной стол с фруктами посредине комнаты, то лифт вряд ли отличался бы от подобного, где-нибудь в большом офисном здании.

Через мгновение закрывшиеся двери снова открылись – офицер показал рукой на выход.

– Проходите, Сергей. Вас ждут.

Кротов шагнул прямо на ярко-зеленую траву лужайки. Офицер остался в лифте. Сзади щелкнуло, и вместо раскрытых дверей лифта опять оказалась девственная скала. Сергей оглянулся и, решив больше ничему не удивляться, махнул рукой и повернулся к долине. Воздух, в котором запах моря сливался с ароматом цветущих деревьев, заполнил легкие Кротова. «Черт! Какая красота!» Сергей крутился, разглядывая окружавший ландшафт: небольшая, не больше пятисот метров в самом широком месте, долина со всех сторон была окружена голыми скалами. Сейчас, утром, солнце еще не добралось до низу и лишь наполовину освещало скалы в противоположной стороне. Справа скалы рассекал неширокий – метров шесть – проход, ведущий на залитый солнцем пляж. Тропинка, бегущая от порога игрушечного домика, пробегала через рощу невысоких с густыми шарообразными кронами деревьев. Бело-фиолетовые крупные цветы облаком осыпали рощу. Это их аромат заполнял все вокруг. Легкий ветерок врывался иногда в проход между скалами и шевелил цветущие кроны.

– Блин, я тоже хочу здесь жить… – прошептал Сергей.

– Молодой человек, для этого надо стать Императором.

Кротов резко повернулся – за спиной, совсем рядом, стоял крепкий загорелый старик в белых свободных штанах и такой же рубашке, напомнившей Сергею нижнее армейское белье, только на груди у него не было пуговиц. Кротов опустил глаза, старик был босиком. «Садовник или уборщик», – сообразил Сергей, а вслух спросил:

– Неужели здесь живет Император?

Из головы никак не уходил образ грандиозного дворца.

– Иногда живет. Хотел бы поселиться здесь навсегда, но дела не дают.

Старик хитро прищурился и спросил:

– Так ты и есть тот землянин? Хотя, что спрашивать, я и так чувствую…

Неожиданно Кротов тоже уловил то, что не появлялось уже давно: в подсознании, на самом краешке, забрезжило чувство узнавания – слабое-слабое, но оно было. У Кротова расширились глаза – какой-то слуга на императорском острове, какое он может иметь отношение к предтечам? Однако спросить он ничего не успел, старик показал пальцем за спину Сергея.

– Тебе пора, люди ждут…

Кротов обернулся – точно, опять открылся проем в скале и знакомый полковник позвал его:

– Сергей Кротов, быстро сюда! Опоздаете на церемонию!

Землянин напоследок бросил быстрый взгляд на странного старика и чуть не утонул в его черных, совсем не стариковских глазах. Казалось, они заглянули прямо в душу. «Фу, черт, мистика какая-то».

– До свидания! – крикнул он на бегу и, не дожидаясь ответа, впрыгнул в лифт.

– Присаживайтесь, рядовой, – предложил Кари. – Путешествие займет несколько минут.

«Куда это мы еще?» – удивился Сергей. Он сел на краешек дивана и вдруг вздрогнул: зал залило голубым светом, лифт погрузился в толщу Океана. Стены оказались прозрачными и мимо проносились удивленные морские обитатели – стайки рыб и странные полупрозрачные создания, похожие на мешки со множеством щупалец, торчавших в разные стороны. Кротов полюбовался на играющие солнечные лучи, проникавшие до самого дна неглубокой лагуны, и повернулся к креслу полковника.

– Зачем я выходил? И кто этот странный старик?

– Таков план твоего посещения, не я их разрабатываю, и я не знаю о ком ты.

Они уже ушли в глубину и набрали такую скорость, что за стеклом все слилось. Еще через пару минут лифт плавно сбросил скорость и, наконец, остановился. Полковник поднялся, быстро осмотрел себя, поправил воображаемую складочку на брюках и оглядел вставшего рядом Сергея.

– Нормально, – подвел он итог. – Идем к людям. Еще раз напоминаю, если вдруг Император заговорит с вами – никаких вопросов, только отвечать. Вперед!

Кротов кивнул головой, подумав: «Сколько можно повторять это, на каждом инструктаже одно и то же». Широкие двери лифта разошлись, и в помещение хлынул яркий свет. Кротов невольно подтянулся и шагнул вслед за полковником.

– Ого, – невольно вырвалось у Сергея. Он замер, пораженный увиденным: зал был огромен, Кротов даже не нашелся, с чем сравнить – ни на Земле, ни на других планетах ничего подобного он не видел. Даже огромный дворец секты на Зорне не шел ни в какое сравнение с этим величественным помещением. «Твою медь! Парады можно проводить!» Однако главное, что сразу привлекло его внимание, было в противоположном конце бесконечного зала – величественный черный пьедестал, поднимавшийся под самый купол. Кротов с трудом отвел от него глаза и огляделся вокруг: уходившие в небо колонны, про которые Кротов сначала решил, что они поддерживают свод, при ближайшем рассмотрении оказались всего лишь пьедесталами, с которых вниз на людское море смотрели живыми глазами разнообразные гигантские лица. Кротов передернулся, эффект был таким сильным, что хотелось спрятаться от этого взгляда. Пересилив себя, Сергей нарочито смело взглянул в глаза смотревшему прямо на него серебряному лику, тот в ответ также замер, глядя в глаза землянина.

Заметив, что Кротов разглядывает барельефы, Кари пояснил:

– Символ того, что Великий Император видит каждого из своих подданных и всегда думает о них.

Кротов ничего не ответил, только кивнул – мол, понятно – ему было не до этого, догадка забрезжила в его в голове, но полковник прервал его мысль.

– Идем в строй, нас ждут. Время.

Еще до этого Кротова предупредили, что он будет в строю граждан, которых наградит сам Император. Шагая через толпу расступавшихся перед ними людей – Сергей заметил, что перед офицерами Охраны тут расступались мгновенно – он только успевал крутить головой, удивляясь роскоши нарядов и красоте женщин вокруг. Мужчины выглядели побледнее – почти все в форме, подтянутые и с дежурной улыбкой на лицах. Кротов опять понял, что не может определить, сколько лет людям, на которых он смотрел – было понятно, что они немолоды, но и о том, что они стары, никак нельзя было сказать.

Сначала никто не обращал на них внимания, но чем дальше шли они через зал, тем больше голов поворачивалось в их сторону. Они шли и шли, все ближе подходя к огромному пьедесталу, на самом верху которого серебрилось что-то вроде цветка или короны. Под самый купол, имитирующий звездное небо, усеянное мириадами звезд, вздымалась черная полусфера, похожая на яйцо, вросшее тупым концом в пол. Еще на входе Сергея кольнула мысль, на что это похоже – подходя ближе, он все больше убеждался, что это оно и есть – корабль-тело Предтечи. Только подойдя еще ближе, Сергей понял, что именно находится на самой вершине яйца – матово отсвечивая сталью, вершину черной сферы завершал гигантский, явно не для человека, трон.

– Трон целиком отлит из Империума, – торжественно пояснил Кари.

Кротову это ни о чем не говорило, но по тону полковника он понял, что это очень дорогая вещь. «Понятно, здесь, как и везде, Император может себе ни в чем не отказывать, у правителей на Земле тоже бывали золотые троны». Сергей сделал восхищенное лицо, подыгрывая Кари, на самом же деле его гораздо больше заинтересовал импровизированный пьедестал – действительно ли это настоящий корабль предтеч или только имитация? Как он не старался, он ничего не почувствовал, поэтому решил, что скорей всего это искусная подделка, но это тут же опроверг его сопровождающий.

– Трон Императора стоит на настоящем корабле Предтеч, – так же торжественно продолжил полковник.

Кротов вглядывался в черноту круглых боков артефакта, но нет – корабль был просто черным, без той космической глубины, какой отличались живые корабли. «Мертв, – констатировал землянин. – Интересно, его нашли мертвым или он умер здесь?» Сергей хотел спросить об этом полковника, но тот не дал ему заговорить.

– Идем быстрей, надо успеть в строй. Скоро начнется.

Что начнется и какой строй, Кротов не понял, но подчинился и ускорил шаг, стараясь не отстать от полковника. Ближе к пьедесталу, метров за двести до корабля, праздных людей не было. Лишь человек тридцать военных в самой разной форме застыли в четком прямоугольнике строя. Полковник подвел Кротова к стоявшим и показал на крайнее место в первом ряду.

– Стой здесь. Не забывай отвечать, как учили.

Сергей встал и замер, но ничего не происходило. Полковник быстрым шагом уходил на другую половину к толпе, и Кротов стал осторожно разглядывать стоявших рядом военных: большинство было в форме Космической Пехоты – самого большого по численности рода войск Империи, остальные – представители различных воинских специальностей. Кротов с гордостью отметил, что спецназовцы вторые по численности, хотя в количественном составе армии их вряд ли наберется пять процентов. Он поймал укоризненный взгляд стоявшего сзади пехотного офицера и, быстро отвернувшись, тоже замер. Еще он заметил, что все остальные стоявшие в строю – офицеры. «Я один здесь рядовой, могли бы поставить в задний ряд». Ему было непривычно стоять в одной шеренге с полковниками и капитанами.

В это время раздались первые звуки гимна и военные в строю превратились в «каменных истуканов». Сергей привычно напрягся, вскинул подбородок и тоже застыл. С двух сторон мертвого корабля выбежали рослые солдаты в форме Охраны Императора и быстро заняли свои места вокруг постамента. Уперев кулаки в пояс, они тоже застыли как изваяния. «Где их набирают таких?» Каждый офицер в оцеплении был на голову выше Сергея и гораздо шире в плечах. Тем временем музыка звучала все громче, подходя к моменту, когда по ритуалу все должны были прокричать положенные слова!

Сергей набрал воздуха в легкие и так же как остальные проорал:

– Слава Империи!

Получилось очень громко и слаженно, приветствие громом раскатилось по циклопическому залу, Кротов даже не ожидал такого. «Фонограмма, – понял он. – Нас одних тут даже бы не услышали».

Тотчас же что-то произошло на самом верху – там, где находился огромный трон появилась черная туча и на мгновение окутала вершину яйца. Когда прозвучала вторая половина приветствия – Слава Императору! – туча мгновенно рассеялась, вспыхнуло золотистое пламя и окружило трон сияющим ореолом. Кротов с трудом удержался от удивленного возгласа, на троне сидел человек – огромный человек на огромном троне! Только через секунду до землянина дошло, что это голограмма – очень реалистичная, но голограмма – про пятиметровых людей в Империи он никогда не слышал.

Император приветственно взмахнул рукой, и над залом прогремело:

– Приветствую вас, граждане Великой Империи!

Это прозвучало ничуть не слабее, чем приветствие снизу. Кротов пытался настроить себя на иронию, мол, такой показухой и театральностью нас не пробьешь, но разворачивающееся действо помимо воли захватило его – в «театре» были очень профессиональные режиссеры. Он помнил, что сначала Император должен произнести речь и только потом начнется награждение. Никто никогда не рассказывал, как выглядит Император, поэтому Кротов во все глаза разглядывал сидевшего на троне: «Надо запомнить, больше, явно, никогда не увижу».

С начала своей жизни в Империи Сергей удивлялся, что у Императора нет имени, нигде нет ни одного его изображения, и о нем вообще стараются не говорить – он просто есть. Даже те, кто видел его, никогда не могли описать – обычный человек и все. Сейчас он смотрел на этого человека и понимал, почему так происходит: голограмма хоть и была четкой, но на таком расстоянии и за мерцающей дымкой ореола какой-либо отличительной особенности не увидишь, если он так и просидит весь прием, то не увидишь его и в движении. «Так что и я не смогу рассказать, как он выглядит».

Но Император словно услышал его и поднялся, отливавшая то серо-стальным, то красно-золотым, длинная прямая туника отыграла волной жидкого металла. Все стихло. Тишина была такая, что Кротов слышал свое дыхание. Император, как хороший актер, выдержал паузу и лишь когда все уже были готовы опять взорваться в приветствии, вдруг заговорил. Его голос гремел под куполом гигантского зала, но совсем не бил по ушам – тембр играл так, что Кротову казалось, что владыка обращается прямо к нему. Даже всегдашняя ирония землянина по отношению к массовым мероприятиям, заразившая его еще на праздничных демонстрациях дома, в Советском Союзе, тут не сработала – голос проникал прямо в душу.

Сергей на секунду опустил глаза, а когда поднял, то вздрогнул – Император смотрел прямо на него – и землянину казалось, что эти глаза он видел. Обдумать это не удалось – Император закончил речь – сейчас должно было начаться награждение. Потом, после церемонии, Сергей пытался вспомнить слова из императорской речи, но бесполезно: в памяти сохранился лишь общий смысл – о величии Империи – и торжественный настрой выступления, а вот слов, как ни старался, так и не вспомнил. Ничего не было сказано и о том, чего ждал Сергей – об угрозе, нависшей над Империей.

Началась церемония награждения. Император назвал полное имя первого, и полковник Космической Пехоты с правого фланга, чеканя шаг, вышел из строя. Впереди, перед оцеплением черного пьедестала, исчез квадрат пола, превратившись в шахту, из которой поднялась платформа с застывшими людьми в форме службы церемониала. Над залом полетела негромкая мелодия, но по мере того, как ожившие церемониймейстеры медленно приближались к полковнику, музыка становилась все громче, органично вплетаясь в речь Императора, лично перечислявшего заслуги пехотинца. Когда остановившиеся перед офицером церемониймейстеры вручили ему награду – орден Имперской доблести первой степени – высшая воинская награда, – музыка достигла своего апогея, но как только орден надели на шею награжденного, она смолкла. В неожиданно наступившей звенящей тишине слова полковника прозвучали почти так же громко, как и слова Императора:

– Слава Империи!

Зал взорвался. Кротов в едином порыве со всем залом прокричал:

– Слава Императору!!!

Полковник вернулся в строй, а Император назвал новое имя. Музыка опять начала набирать силу и все повторилось. Кротов не успел удивиться, откуда взялось у него такое воодушевление, как снова кричал вместе со всем залом ритуальные фразы. Все награжденные получали только самые высшие награды, что было ожидаемо – Император не станет размениваться на другое. Удивляло иное – все это происходило сейчас, когда официально нет ни одной большой войны, только локальные. Что же творится, когда начинается настоящая война?

Офицеры выходили и возвращались со своими наградами, число ожидавших награждения стремительно сокращалось, а имя Кротова так и не прозвучало. Помимо воли Сергей начал волноваться – не забыли ли про него? Он даже себе не хотел сознаться, что ждет награды, неистребимый человеческий инстинкт – выделиться среди остальных – не обошел и его. Наконец ненагражденным остался он один. Снова смолкла музыка, и Кротов напрягся – зазвучит опять или нет?

Пауза затянулась. Офицеры, получившие свои награды, с недоумением и любопытством взглядывали на него. Наконец, музыка снова зазвучала и Император заговорил. В этот раз речь его была совсем короткой, но эффект имела гораздо больший, чем при награждении остальных. Сначала, как только громовой голос сверху известил всех, что награждается инопланетник, не только стоявшие рядом офицеры, но и охрана, стоявшая у подножия яйца-пьедестала, удивленно уставилась на него. Кто-то сзади не сдержался и удивленно хмыкнул:

– Инопланетник?

«Похоже, нечасто тут награждают инопланетников, – констатировал Сергей. – И, кстати, на приеме не видно ни одного зеленокожего». Он ожидал, что нифлянцы здесь обязательно будут.

Еще большее удивление присутствующих вызвало то, что не было сказано ни слова о том, за что Кротов удостоен такой почести – быть награжденным самим Императором. Лишь краткое упоминание о неких секретных операциях в космосе, имеющих очень важное значение для Империи. «Конечно очень важных, – усмехнулся Кротов. – Особенно Зорн – получись все у Маттиаса, называли бы сейчас Императора Маттиас».

Но то, что награждать землянина будут всего лишь Пехотной Звездой, явно всех успокоило и развеселило. Кротов заметил во взглядах окружающих снисхождение, он и сам, почему-то, ждал гораздо большего, особенно после того, как ему когда-то обещали даже награду по выбору. «Зато, можно сказать, из рук самого императора», – успокоил себя Сергей и замер, ожидая, когда церемониймейстеры прикрепят ему на мундир стальную многолучевую звезду.

Однако Кротова наградили, а музыка так и продолжала звучать. Император опять заговорил, и Сергей понял, что это еще не все. Этой наградой он был награжден по представлению Космической Пехоты. «Эти-то за что меня? Я, вроде, в пехоте не служил?» Но тут до него дошло – генерал Гворинс, так звали командира учебного транспортника на Зорне, вроде он клялся добиться его награждения именно Пехотной Звездой.

Преподнесшие ему первую награду представители службы церемониала четко повернулись и отошли в стороны. От площадки шли еще двое – в этот раз они несли нечто, похожее на длинное блюдо, накрытое темно-красной тканью. Музыка начала набирать силу и торжественность, вместе с ней снова загремел голос Монарха:

– Инопланетник Сергей Кротов заслужил особой награды – за его заслуги не только перед Империей, но и перед всеми Цивилизованными Мирами, я награждаю его Звездным Мечом!

Музыка, наполнившая зал до краев и взлетевшая до самой высшей точки, оборвалась с последними словами Императора. Сергей ожидал, что зал опять разразится привычным ответом, но все молчали. И лишь когда в полнейшей тишине один из церемониймейстеров сдернул ткань, а второй встал на колено и протянул меч землянину, зал взорвался. Кротов взял протянутое оружие и, не зная, как поступить дальше – в инструктажах никто даже не намекнул о возможном награждении оружием, – просто держал его перед собой. Потом глянул вокруг – все взоры были устремлены на него – окружавшие явно чего-то ждали. Тогда Сергей, повинуясь наитию и вспомнив виденную в каком-то кино сцену, прижал клинок к губам, а потом перехватил его за простую черную рукоять и вскинул меч вверх.

«Что это?!» Оружие словно приросло к руке, стало частью Сергея, он почувствовал, что знает этот меч, когда-то он уже держал его в своих руках. Мышцы налились силой, хотелось немедленно броситься в бой и крушить все подряд! Кротов не выдержал и выдал то, что сейчас распирало его грудь:

– Ура-а-а!

И вдруг, произошло то, чего он никак не ожидал – сверху вдруг тоже раздалось громовое раскатистое «ура»! Зал поддержал Императора и тысячами глоток прокричал русский боевой клич. Казалось, это именно то, что сейчас было нужно. Сергей с трудом пересилил себя и опустил меч, взяв у застывшего перед ним церемониймейстера серебристые легкие ножны, он вложил его туда и вставил в зажим на поясе. Все словно очнулись, с лиц сходило только что владевшее людьми воодушевление. «Твою медь! Что это было? – думал Кротов. – Ведь если бы я сейчас крикнул «за мной!» – все бросились бы без раздумий. Неужели это все меч? Вряд ли, скорее, на церемонии людьми как-то манипулируют».

Сергей глянул вверх и вздрогнул – Император смотрел прямо на него. «Черт! Словно совсем не голограмма”, – мелькнуло в голове, огромный человек казался совершенно реальным. Но Кротов не успел додумать эту мысль – ему показалось, что стоявший наверху величественный человек едва заметно улыбнулся ему. Неожиданно опять появилось черное облако с золотистым свечением внутри, и он исчез. «Все-таки голограмма», – успокоил себя Сергей и, наконец, расслабился. Для него, неизбалованного награждениями, эта церемония была первой в жизни. Он посчитал, что эта награда соответствует его статусу, но, оглядевшись вокруг, понял, что это не так – если до этого любопытные взгляды были направлены на него, то теперь глаза окружавших его офицеров были прикованы к его оружию. Кротов тоже покосился на висевший сбоку меч – он отличался от обычных офицерских мечей: короткий широкий клинок и простая черная рукоять. Что-то подобное Сергей видел на рисунке в школьном учебнике истории, там, где на арене Рима гибнут на потеху толпе гладиаторы.

Церемониймейстеры вернулись на платформу, и та ушла вниз, мозаичные плиты пола мгновенно вернулись на место. Окружавшие Черный Корабль гвардейцы построились и быстрым шагом покинули зал. Сергей понял, что официальная часть закончилась, однако, офицерский строй, хоть и расслабился, но не расходился. «Армейская привычка, ждем команды». Действительно, как только появившийся откуда-то суровый генерал в мундире Охраны Императора скомандовал «разойдись!», строй мгновенно распался и к награжденным тотчас хлынула толпа из другой половины зала. Сергей решил, что это те, кто спешит поздравить офицеров с наградой, но произошло то, чего он никак не ожидал – офицеры, забыв о своих наградах, окружили его плотным кольцом. Люди, спешившие сюда из гражданской половины зала, тоже рвались к Сергею.

Кротов растерялся. «Что они хотят от меня?» – он крутил головой, высматривая полковника, что привел его сюда, но никто не торопился на помощь.

– Покажи! – наконец, не выдержал один из офицеров и на недоуменный взгляд Кротова повторил: – Покажи Звездный Меч!

Тут до Кротова стало доходить, что Меч – это не совсем обычная награда: все, получившие высшие ордена и звания, почему-то хотели увидеть именно его. Все мысли о том, что люди удивлены тем, что он инопланетник и хотят посмотреть именно на него, развеялись – все глаза были устремлены на старинное оружие.

Кротов взялся за рукоять и уже хотел выдернуть клинок из ножен, как чья-то рука сзади перехватила его запястье. Сергей резко оглянулся, желая дать немедленную отповедь наглецу, но увидев, кто перед ним, заулыбался и расслабился. Сзади стоял тот, кого землянин желал увидеть сейчас больше всего – Глемас Гронберг.

– Глемас! Ты, как всегда, вовремя! Черт, как я рад!

В глазах гронца, обычно всегда непроницаемых, Сергей прочитал, что тот тоже рад. Он подтвердил это, протянув руку в земном приветствии и, крепко сжав протянутую ладонь, другой рукой обнял землянина за плечи.

– Как ты там говоришь? Твою медь! Я вот так рад!

Кротов засмеялся, услышав родное ругательство – Гронберг выдал его на чистом русском. Оно было хоть и не к месту, но передавало то, что чувствовал гронец.

– Не вытаскивай меч, – тихо предупредил он и, обнимая его за плечо, повел сквозь разочарованную толпу. Окружавшие недовольно загудели, однако, никто не стал возражать полковнику в форме всесильного министерства.

Как только они выбрались из толпы, Кротов полюбопытствовал:

– Почему ты меня остановил? Почему нельзя вытаскивать меч? Ты же видел, что все хотят посмотреть на него.

– Полковник Гронберг прав, – раздалось сзади. Лавируя между людьми, их догонял Фром Кари. Он холодно поприветствовал МРОБовца и получил столь же холодный ответ.

– Вы знакомы? – удивился Сергей.

– Конечно нет, – усмехнулся гронец. – Слишком редко я бываю на Цессии. Просто увидев меня, полковник запросил информаторий Охраны и теперь все обо мне знает.

– Не смешите меня, полковник, в нашем информатории сведений о вас столько же, сколько вот об этом столпе, – Кари показал на колонну, у которой они остановились. – Ваше министерство умеет хранить свои тайны.

– Как и ваше, полковник Кари, – парировал МРОБовец. – Я тоже нашел о вас только то, что вы полковник и служите в Охране Императора.

Сергей ждал, пока офицеры обменивались «любезностями», армия приучила к тому, что старших по званию прерывать нельзя. Наконец, Кари повернулся к землянину.

– В связи с тем, что вы, Сергей, получили очень дорогой артефакт, вас с этого момента всегда будет сопровождать охрана.

Он показал на застывших за спиной четверых рослых офицеров Охраны Императора, все в чине капитана. «Блин, расту на глазах! На Баррахе охраняли простые спецназовцы, а тут охрана самого Императора». Сергей посмотрел на Глемаса – что скажет на это он. Тот не показал вида, но в его словах Кротов почувствовал раздражение.

– Полковник Кари, инопланетник Сергей Кротов сам может справиться с любой опасностью, – Гронберг выделил слово «инопланетник». – Надеюсь, Охране Императора известно, за какие заслуги он получил этот меч? И, кроме того, с ним теперь всегда буду я.

– На счет вас у меня четкий приказ не ограничивать ваше общение, – Фром Кари был сама вежливость. – Но и не менее четкий приказ обеспечить с этой минуты Сергею Кротову надежную охрану. Я, в свою очередь, надеюсь, вы уже слышали о сегодняшнем утреннем происшествии?

– Сдаюсь, полковник, – Глемас примирительно улыбнулся. – И вы, и я люди подневольные. У вас есть какая-то программа для Сергея дальше?

Кротов напрягся, хотя ему очень хотелось поговорить обо всем, что произошло сегодня, но также хотелось посмотреть дворец – явно он здесь в первый и последний раз – да и вообще, не может же прием быть ограничен только вот этим награждением, должно же быть что-то еще. Так и оказалось – Кари тоже посчитал пикировку законченной и обратился к Кротову:

– У вас, Сергей, по программе сначала деловая часть и лишь потом экскурсия по дворцовому комплексу, а вечером вы приглашены на прием к принцессе Алгале Блиц Голиеконе.

Услышав про экскурсию, Кротов обрадовался, значит будет, о чем вспомнить, кроме самого награждения. По поводу вечернего приема он больше запереживал, чем обрадовался. «Алгала будет блистать здесь в своем кругу, а я? Что я буду делать среди местной знати?» Но спросил он совсем другое:

– А что за деловая часть?

Ответ огорошил его.

– Вы получили офицерское звание и остальные привилегии, надо срочно оформить все это.

Сергей вопросительно посмотрел на Глемаса.

– Это правда? Ты в курсе?

Тот утвердительно кивнул.

– Правда. Награждение самим Императором подразумевает, что теперь ты избранный и должен обязательно иметь офицерское звание.

К счастью, деловая часть оказалась короткой. Кротов, Глемас и Фром Кари прошли сквозь толпу, во все глаза разглядывавшую землянина и его награду, и завернули за борт черного яйца. Сразу за ним сплошная сверкающая стена раскрылась, и они вошли в кабинет. Сергей уже не удивлялся гигантизму местных помещений. Кабинет был чуть больше, чем спортзал в их школе. В центре, за циклопическим столом сидели несколько человек: суровый генерал, командующий охраной; генерал космической пехоты; еще один генерал в такой же форме, но Кротову показалось, что этот совсем не из пехоты, слишком по-граждански он выглядел: «Наверное, Хозяйственное Управление», – дальше сидел генерал МРОБ в черной парадной форме, что вообще было редкостью, МРОБовцы почти не носили форму; завершали ансамбль три человека в форме церемониала. Один из них встал и, дождавшись, когда Кротов застыл в парадной стойке, зачитал приказ. Из услышанного выходило, что за заслуги перед Императором и Империей и в связи с награждением ему присваивается звание капитана Войск Специального Назначения.

Поднялся генерал-спецназовец, подошел к Сергею и молча прикрепил знак капитана на парадный китель землянина.

– Будь достоин, сынок! – буркнул он и вернулся на свое место.

– Слава Империи! – проорал в ответ Кротов и все, вскочив, ответили:

– Слава Императору!

На этом церемония закончилась. Выходя из огромного кабинета, Кротов скосил глаз – на груди, рядом со стальной звездой, поблескивал новенький капитанский знак. «Вот я и догнал тебя, Джерези, – грустно подумал Сергей, – теперь мы были бы на равных».

Кротов никогда не стремился к власти, которую давали погоны, но сейчас, поглядывая на знак, звезду и особенно на меч, он вдруг почувствовал, что ему приятно. Что именно приятно и из-за чего он пока разобраться не мог. Кроме того, когда все замирали, пропуская их троицу и переводя изумленный взгляд с меча на Сергея и обратно, гордость накатывала на землянина. «Блин, да что это я? – злился Сергей. – Ну, наградили и наградили, а у меня улыбка, наверное, до ушей. Надо быть серьезнее».

Зал кипел. Кротов, по привычке оценивать силы, сконцентрированные в одном месте, прикинул, сколько здесь людей – выходило тысяч двадцать пять. «Три пехотных дивизии, можно начинать войну, – улыбнулся он, – тем более вон сколько военных». В толпе тут и там мелькали парадные мундиры.

– Сергей, что бы вы хотели сначала посмотреть, – полковник Кари покосился на шагающих с боков и сзади охранников. – К сожалению, времени у нас оказывается не так уж и много, через час прием у принцессы Алгалы. Можем успеть обойти несколько залов. В общем, вы сегодня главный – выбирайте.

«К черту, все залы все равно не обойдешь. Главный я видел, рассказов на всю жизнь хватит». Кротов решился:

– Я бы хотел побывать внутри корабля предтеч! Это возможно?

Полковник и Глемас удивленно смотрели на него. Даже у невозмутимых охранников расширились глаза. Фром Кари помедлил и ответил:

– Впервые такая просьба. Сейчас я свяжусь с начальством, такой вопрос сам я решить не могу.

Он на минуту застыл, даже закрыл глаза. Очнувшись, он по-новому взглянул на землянина, как не пытался полковник оставаться бесстрастным, было видно, что он удивлен.

– Вашу просьбу предвидели. Вам разрешено посетить корабль одному, без сопровождения. Но одно условие – на это время вы должны сдать меч мне.

Глемас дернулся:

– Вы прекрасно знаете, что Звездный Меч всегда должен быть с хозяином!

– Полковник Гронберг, – холодно ответил Кари. – Я прекрасно знаю все правила! Но в данном случае есть специальное решение оттуда, – он показал пальцем наверх, – не знаю почему, но с Мечом войти в корабль нельзя, так что давайте не будем обсуждать. Сергей, вы можете отказаться, если не хотите отдавать Меч.

Кротов не понимал, что они все так трясутся над этим Мечом: «Наградное оружие, понятно; почти из рук Императора, понятно; но почему они думают, что я не захочу сдать им Меч – непонятно».

Он отстегнул ножны и протянул полковнику Кари. Коснувшись рукояти, опять почувствовал легкое покалывание: «Электрический он какой-то».

– Мне обязательно надо попасть на Черный Корабль, – словно извиняясь, сказал он. – Обязательно.

Полковник ничего не ответил, осторожно принял Меч и аккуратно, как ребенка, передал его подбежавшему охраннику. Откуда-то появился церемониймейстер и мгновенно накрыл темно-красной тканью Меч в руках охранника. Люди, оказавшиеся свидетелями данного действа, застыли с открытыми ртами. «Блин, только доберусь до информатория, все прочитаю про эту штуку. Почему такое внимание к этой награде?»

Вся компания во главе с полковником Кари, направилась к кораблю. Охранник так и держал Меч, спрятанный от глаз тканью, в обеих руках перед собой. «Словно младенца», – подумал Сергей. Едва они дошли до вросшего в пол яйца, как играющая звездочками плита отъехала. Появилась платформа. Все вошли на неё, и она медленно ушла вниз. Спуск был коротким, через минуту они сошли в подземном этаже. Кротов огляделся – Черный Корабль опирался на металлическую плиту толщиной в несколько метров. «Понятно, такой вес даже камень бы проломил». Коридор, больше похожий на тоннель метро, шел вокруг всего металлического цоколя.

– Нам туда, – показал вправо один из церемониймейстеров и обратился к Сергею. – Пойдете только вы. Полковник Кари, вы знаете где нас подождать.

Дождавшись, пока группа с мечом исчезла за возникшими в стене дверями, он шагнул вперед.

– Не отставайте!

– Я и не отстаю, – Сергей хотел ответить резче, чтобы осадить высокомерного старика, но сдержался: «Черт с ним, главное в корабль попасть!»

Что-то гнало его туда, хотя в свое время Черный Корабль чуть не убил его. «Или, может, наоборот – спас?» Они прошли метров тридцать вокруг металлического основания, прежде чем подошли к шлюзу. «Зачем шлюз, – удивился Сергей. – Там что? Другое давление?»

Никакой охраны у входа не было. «Понятно, что пробраться сюда трудновато, но все равно возможно – почему охраны нет? Или там уже давно все разграблено и нечего охранять?» Спрашивать у высокомерного старика не хотелось. Они остановились у дверей шлюза, плита медленно пошла вверх, открылась первая камера.

– Идите, – старик показал рукой на камеру.

– А вы?

Церемониймейстер отрицательно покачал головой.

– Только инопланетник Сергей Кротов.

«Ну, Кротов так Кротов!» Сергей молча шагнул вперед, и плита за ним сразу поехала вниз. Включилось внутреннее освещение, но характерного свиста откачиваемого воздуха он не услышал. «Или здесь идеальная техника, или это не шлюз». Так же беззвучно пошла вверх внутренняя плита. Кротов напрягся, ожидая увидеть вход в корабль. В прошлый раз, на Тарне, никакого входа не было, стена просто раскрылась, как лопается кожа живого существа, а потом заросла обратно.

– Твою медь! Я так и знал!

Никакой двери не было! Шлюз плотно прилегал к абсолютно гладкой черной стене. «Просто черная, – отметил Сергей. – Корабль давно мертв». Хотя в душе он уже давно знал это. Он знал, что будь в Предтече хоть искорка жизни – электронной или настоящей, живой, он бы почувствовал это еще при входе в зал. «Ну и что делать? Постоять и уйти?» Теперь ему стало ясно, почему ему разрешили посетить корабль и даже убрали всех посторонних – они никогда не входили в Предтечу. «Понадеялись, что корабль откроется мне. Наверное, там уже наготове толпа спецназа, чтобы блокировать двери. Идиоты! Корабль мертв и он не сможет узнать меня. Ладно, ухожу». Он протянул руку, чтобы погладить на прощание мертвого брата и чуть не упал: рука вошла в черноту стены, словно там ничего не было. Корабль пропускал его! Не успев даже испугаться, Кротов шагнул вперед. Перед глазами мелькнула темнота, и он оказался в золотистом сумраке. От неожиданности Сергей сел прямо на пол, не оборачиваясь, толкнул руку назад, и она наткнулась на сплошную стену. Он нисколько не сомневался, что все будет именно так.

«Но почему? Ведь я ясно чувствую, что Предтеча мертв и электронная составляющая тоже! Почему он сработал?» Он опустил руку, ощупывая пол – тот не был холодным. Знакомое еще с Тарна ощущение – ни холодный, ни теплый, ни твердый, ни мягкий. Кротов еще минут десять посидел, обдумывая, что делать дальше. «Представляю, что сейчас творится в тоннеле за бортом, – усмехнулся он. – Все икру мечут».

Он поднялся – куда идти? В прошлый раз корабль был хоть и болен, но жив и сам гнал Кротова туда, куда ему надо. Сергей вспомнил бесконечный поход через лабиринт черно-золотистых ячеек, как постепенно он терял себя. Тогда ему помогли песни. «Да, вовремя я сообразил петь». Сейчас он понимал, что больной предтеча изучал его, гоняя через бесконечные ячейки, но при этом чуть не растворил сознание Кротова в своем.

В этот раз тех бархатистых ячеек Сергей не было, вправо и влево уходил обычный коридор, может, чуть выше и шире, чем на Имперских кораблях. По всей длине, через каждые пару метров, открывался проход внутрь к центру корабля. Землянин постоял, прислушиваясь к себе – должна же та часть его, что досталась от предтеч, что-нибудь вспомнить. Однако, в душе ничего не проснулось. Единственное, что он почувствовал, это то, что зрение его изменилось: когда он вошел сюда, его взгляд с трудом пробивался сквозь золотистый сумрак и он почти ничего не видел; сейчас же он прекрасно видел все, как будто включилось освещение. Однако он понимал, что это сработали приобретенные способности – все было резким и черно-белым. «Если еще оглохну, значит, опасность, – усмехнулся он. – Вот я привык к этому. А если когда-нибудь эта штука не сработает, значит так и помру, считая, что все вокруг спокойно». В душе он не верил этому – еще ни разу при настоящей угрозе дар предтеч не отказал. Даже на Баррахе, когда он посчитал, что все потеряно, он сам подсознательно блокировал свои способности.

«Что ж, будем действовать по земному». Сергей развернулся и решительно зашагал вправо, на ходу заглядывая во все проемы. Коридоры, ведущие к центру, были пусты и заканчивались новыми дверями. Это было совсем не то, что было на Тарне, да и на Баррахе он мысленно видел Черный Корабль как живое существо. Тут же корабль был похож на то, на чем он летает сейчас – металлическая коробка для перевозки живых существ. «Неужели это то, чем раньше были Черные Корабли?» Кротов остановился у очередного прохода, надо заходить. Он уже прошел большую часть кругового коридора, но везде было одно и то же.

Постояв секунду и оглядев десятиметровый проход, он шагнул внутрь. Хотя он и был готов ко всяким неожиданностям, но то, что произошло, все равно ударило по нервам: как только он оказался во внутреннем коридоре, прятавшийся в стене плита мгновенно перекрыла вход. Кротов оказался заперт в десятиметровом проходе.

– Твою медь! – выдал Сергей свое любимое и поискал глазами какой-нибудь выключатель с обеих сторон от двери. Бесполезно – переборки были девственно чисты. Махнув рукой, – раз зашел, значит, и выйду –  он направился к следующей двери, ведущей внутрь. Это была именно дверь, даже ручка наличествовала, правда гораздо выше, чем это было удобно человеку – примерно на уровне глаз. «Высоковаты были местные обитатели». Кротов обеими руками схватился за мощную скобу и попробовал потянуть на себя, но ничего не произошло. Он потянул изо всех сил – дверь не шелохнулась. «Черт! Мне это не нравится, – мрачно подумал он. – И что дальше?» Он еще подергал скобу, уже чисто автоматически, ни на что не надеясь.

– Сраная дверь! – выругался он и со злостью ударил кулаком по скобе. Та легко, с коротким щелчком, сложилась и утонула в полотне двери.

– Это еще что за хрень?!

Кротов удивленно глядел на дверь – теперь и схватиться было не за что. Но в это время плита двери плавно поехала в стену и через секунду исчезла, оставив после себя проем, точно такой же, в какой он сюда вошел. «Значит, так вы открываетесь – ручку вниз и все. Надо запомнить». Он сунул голову в открывшийся проем и застыл – в большом по меркам космического корабля помещении в несколько рядов стояли гробы! Во всяком случае, это была его первая мысль – слишком уж продолговатые запыленные ящики со стеклянными крышками напоминали те, в которых Имперцы хоронили в космосе солдат, погибших в бою.

Сергей пересилил себя и шагнул вперед. Подойдя к ближайшему «гробу», сквозь пыль он разглядел, что крышка прозрачна. Наклонился и протер стекло.

– Твою медь! – опять в голос выругался он. Сложив громадные руки с черными (Сергей помнил, что на самом деле они фиолетовые) когтями в ящике лежал рахофтар. Кротов достал из заднего кармана таблетку дезинфекционной салфетки, сжал её, активируя, и, после того как она набухла и увеличилась, начал стирать пыль со всей крышки «гроба».

«Йети» был в форме. Какого она цвета, Кротов сейчас сказать не мог, темная и все. Множество карманов, застежек и ремни, пересекающие грудь, наводили на мысль, что зверь относился к военным. Волосатое лицо было спокойно, глаза закрыты. Абсолютно никаких повреждений. С первого взгляда было полное ощущение, что рахофтар спит.

Кротов бросился к другим ящикам, быстро протирая кусочек бронестекла в голове «гроба», он заглядывал внутрь. Во всех двенадцати ящиках повторилось то же самое – навечно застывшие мохнатые лица «снежных людей». Ни у одного не было никаких повреждений, все словно спали. Даже после беглого осмотра устройства, Сергей не сомневался, что «гробы» – это терминалы для гибернации. «Куда-то их перевозили, – подумал он. – Но теперь они навечно здесь, под задницей Императора. Что же это за корабль такой? Снаружи вид самого настоящего Предтечи. Ладно, надо идти смотреть дальше, может, что-то найду». Кротов совсем забыл, как он здесь оказался, и о том, что сейчас происходит там, за бортом черного яйца.

Едва он вышел в овальный проем, появившийся на месте двери, трюк повторился – дверь выскользнула из стены и запечатала вход. «Черт! Откуда идет энергия? Какая-то электроника все еще живет в этом склепе. Почему я её не чувствую?» Сергей опять оказался в знакомом коридорчике и теперь он не сомневался, что это шлюз дезинфекционной обработки. «В свое время тут, наверняка, обмывали какой-нибудь вонючей жидкостью и обсвечивали разными лучами».

Он подошел к выходу и ничуть не удивился, когда двери мягко пошли в переборку. «Они что, боялись, что я уйду, не полюбовавшись на «йети»?» Кто эти «они» Кротов придумать так и не мог. Он двинулся дальше по коридору с твердым намерением зайти еще в несколько приглашающе открытых дверей. Пропустив две, он установился у третьей. Наконец, он вспомнил о приеме, словно для того, чтобы убедиться, что это действительно было, кинул быстрый взгляд на грудь – пехотная звезда и капитанский знак были на месте. «Подождут, – решил землянин. – Они ведь специально разрешили мне войти сюда, значит, сами за века так и не смогли сюда попасть. Поэтому будут ждать хоть неделю. Зайду еще в одну каюту на этом ярусе, в две на втором и в две на третьем, если, конечно, он там будут».

Он давно заметил, что коридор поднимается. «Похоже, так змейкой и крутится вокруг всего «яйца» до самого верха». Приняв решение, Сергей успокоился и шагнул в проем, у которого стоял. Все повторилось – дверь за спиной выехала из стены и перекрыла выход. В этот раз Кротов даже не оглянулся, он быстро подошел к следующей двери и кулаком ударил по скобе, пытаясь уронить её. Здесь все произошло еще легче: как только кулак коснулся скобы, она легко упала и утонула в полотне двери; плита плавно отъехала и спряталась внутри переборки.

– Твою медь! – вслух выругался Сергей. – Опять кладбище!

Весь пол большой каюты был уставлен «гробами». Их было гораздо больше, чем в предыдущей, но форма у них была другая – шире и короче. Кротов автоматически пересчитал – пятьдесят шесть – затем направился к ближайшему, на ходу доставая еще таблетку салфетки. Вот этого он никак не ожидал: когда протер пыль на стекле первого ящика и взглянул внутрь, то даже отшатнулся от неожиданности – в «гробу» лежал ящер. Похожих Сергей видел однажды на родной планете Глемаса – Гроне. Но рептилия в терминале была в форме! Правда, без сапог, но все остальное присутствовало, даже точно такие же, как у рахофтара, ремни крест-накрест. «Наверное, на них носили оружие». Зверь за стеклом выглядел, как и «йети», абсолютно целым. «А вдруг они и правда спят?» Впервые закралась в голову шальная мысль – ведь двери-то срабатывают, значит, энергия в корабле есть?

В этот раз он лишь выборочно прошелся по ящикам, проверил по два в каждом ряду. Везде одно и то же – боевые драконы. «Куда же везли этот «спецназ» и почему не довезли? Ладно, надо смотреть дальше». Он прошел еще выше по спиральному коридору и, пропустив десяток открытых проходов, вошел в следующий. Выполнив знакомую процедуру и заглянув в открывшийся проем, он горько засмеялся – корабль-кладбище! Но смех вдруг застрял у него в горле – «гробы» слишком уж напоминали настоящие гробы! Их было много, Кротов даже пересчитывать не стал – явно больше ста. Осторожно, боясь даже думать о том, что сейчас увидит, он подошел к ближайшему ящику и протер стекло – ноги, человеческие ноги в сапогах. Сергей быстро перешел к другому концу терминала и начал лихорадочно стирать пыль (единственная вещь, которую не могут победить никакие технологии). Остановившись, вгляделся внутрь ящика. Он даже не вздрогнул, подсознательно уже был готов к этому – перетянутый ремнями крест-накрест в «гробу» лежал человек в форме.

Кротов долго вглядывался, пытаясь понять, кто это? Прошел еще десяток ящиков, рассматривая лежавших. Потом разогнулся, с тоской посмотрел вокруг и грустно длинно выругался. Почему-то неожиданно стало очень одиноко. Он понимал, что за броней Черного Корабля суетятся сейчас тысячи Имперцев и корабль наверняка отпустит его так же, как и впустил, но те, что лежали здесь, были его земляки – земляне!

Даже не зная этого наверняка, он не сомневался в своих выводах. Во всех терминалах люди были разных рас – белые, желтые (их было больше всех), красные и черные. Кротов выкинул забившуюся салфетку, достал новую и опять пошел по рядам «гробов». Теперь он не пропускал ни одного – протирал и долго вглядывался в лежащих за бронестеклом. Все были разного роста: попадались гиганты, особенно среди негров, но были и совсем как дети, похожие то ли на китайцев, то ли на монголов. Почти треть были женщины. Ему страшно захотелось, чтобы люди вдруг ожили. Пусть древние, пусть не знают, что такое Советский Союз, но они свои, они оттуда. «Блин, в этот раз я точно полечу на Землю!»

Сергей решил рассмотреть один терминал подробнее. Очень загорелая женщина, довольно красивая, похоже, откуда-то с востока – нос горбинкой – совсем не походила на мертвую. Кротов постарался перестать думать о том, живы они или нет – пока не вскроешь терминал, все равно не узнаешь. «Все-таки это не технологии Империи», – Кротов внимательно, миллиметр за миллиметром, оглядел поверхность и внутреннее пространство ящика. Ничего – ни кнопки, ни экрана, никаких шлангов или проводов внутри. В тех терминалах, которые он видел на кораблях Империи, была целая куча шлангов и прочего оборудования.

«Бесполезно! – со злостью подумал он. – И ничего из памяти предтеч не всплывает. Надо идти дальше». Повторив все, что делал в других проходах, Сергей вышел в основной коридор и пошел по нему вверх. Дверей больше не было. Через некоторое время он определился, что находится примерно в середине яйца. Тут был новый проход, но в этот раз двери были закрыты, никакой ручки-скобы не было. Кротов в недоумении застыл перед ними: что сделать, чтобы открыть двери в этот раз, было совершенно непонятно. Он попытался надавить на дверь обеими руками, но бронеплита никак не среагировала. «Черт с ней! Пойду еще выше». Он уже шагнул дальше по коридору, как полотно двери вдруг ожило.

Двери были гораздо шире, чем те, в которые он входил до этого, они разделились на две половины и ушли в переборку. Сразу за открывшимися дверями оказались еще одни. Кротов, не раздумывая, приложил руки на плиту и надавил. Затем шагнул назад. Все оказалось правильно, через несколько секунд появилась щель, и плиты разошлись. Но в этот раз двери разделились на уровне груди землянина и ушли вверх-вниз. Но ничего нового это не принесло – появилась лишь очередная плита. «Похоже, центр управления кораблем или какое-нибудь оружейное хранилище». Сергей, уже не сомневаясь – два раза сработало, значит, сработает и в третий, – приложил руки к двери и отошел. Выдержав паузу, плита ушла в пол, в этот раз она была цельной.

Кротов шагнул в открывшийся проем и замер – вот оно! Он слышал, что сзади одна за другой закрылись все двери, но даже не оглянулся. В сгустившемся золотистом сумраке Сергей увидел то, что ожидал увидеть с самого начала: помещение полностью было забито черным с золотистым отливом веществом, изрезанным бесчисленными проходами, хаотично пересекавшими черную массу.

Сергей стоял и смотрел на то, что когда-то изменило не только его жизнь, но и его сущность. Теперь он уже не сомневался, как раньше – человек ли он? Конечно, человек, но и не только. Он принял это – как называл нифлянец – дар предтеч. Он прислушался к себе, что с ним сейчас произойдет, свяжется ли брат с ним, однако его чувства молчали. Машинально он протянул руку и коснулся черной массы: ему, вдруг, опять захотелось почувствовать какая она на ощупь. Сергей до сих пор помнил ощущение сразу и твердости, и мягкости. Но нет – в этот раз черное тело оказалось совершенно твердым и холодным, никакого ощущения бархатистости. «Мертв, – почему-то от этой мысли стало очень горько. – Слишком долго он ждал меня». Сергей даже не заметил, как связал себя с Предтечей.

В это время он, наконец, что-то почувствовал. Сначала физические ощущения – руку, приложенную к стене, начало покалывать, как бывает, когда в передавленную конечность начинает поступать кровь. «Что это? – Кротов хотел отдернуть руку, но остановился. Совершенно ясно он понял, что надо поделиться энергией. – Значит, все-таки жив!» Ему стало так радостно и хорошо, что, кажется, даже кожу на затылке стянуло от удовольствия. Но чем дольше он стоял, тем большее разочарование наполняло его: руку перестало покалывать, и стена, которая начала казаться теплой, вновь остыла. «Почему? – чуть не закричал он. – Я же тут, на, бери!» Землянин прижал и вторую руку к черной стене. Постояв еще пару минут, он опустил руки – бесполезно, контакт исчез и больше не появлялся.

Сергей пригнулся и прошел в один из многочисленных ходов, дырявивших черное тело. В этот раз никто не гнал его насильно из прохода в проход, он мог идти куда хотел, но, вдруг, сразу же, как только шагнул внутрь тела, понял – не туда! Теперь уже собственный мозг подсказывал ему, куда надо идти. «Не зря нифлянец тогда, в тюрьме, предсказывал, что я еще многое вспомню, многое всплывет». Хотя всего лишь несколько минут назад он злился как раз на то, что ничего не может вспомнить.

Он постоял, пытаясь разобраться, в какой проход надо войти, но определить не смог. «Будем методом тыка, по земному». Кротов шагнул в следующий ход справа – опять не то. Почувствовал, что он там, где надо, только с четвертой попытки. Сделав пару шагов, он понял, как надо двигаться – теперь он безошибочно выбирал направление и шагал в нужные ходы. По мере того, как он пробирался через овальные проходы, в нем просыпались все новые и новые знания. Теперь он уже знал, что даже в мертвом корабле правильно выбранный путь через тело-мозг позволит узнать информацию, которую умиравший Предтеча пожелал оставить.

Он шагал то совсем медленно, прикрыв глаза словно сомнамбула – в этих проходах было больше информации, то чуть ускорялся и открывал глаза. Сергей вновь потерял счет времени, но ясно чувствовал, что он – это он, землянин Сергей Кротов. В этот раз никто не пытался поглотить его «я». Неожиданно лабиринт кончился, Кротов открыл глаза и огляделся – он стоял на том же месте, откуда начал свое путешествие.

Теперь он все, или почти все, знал про этот корабль, и это его шокировало.

Мозг, умерший здесь, был не настоящим предтечей. Это был всего лишь донорский кусочек тела настоящего Предтечи, сращенный с электроникой транспортного корабля. Он прибыл туда, куда надо, на Цессию, сотни веков назад и терпеливо ждал своего часа. Что именно он ждал, Кротов не совсем понял. Однако слишком много времени прошло, и ему пришлось пожертвовать собой ради груза. Только этот груз мог защитить эту планету. Тысячи других черных кораблей-транспортников развезли по тем планетам, которые обязательно надо защитить, огромное количество такого груза. Предтеча отдал всю энергию, она сейчас распределена индивидуально – каждый механизм сможет отработать несколько раз на запасенной в мертвом аккумуляторе энергии.

И еще одно крайне важное сообщение, – представитель новой жизни, направленный на эту планету, оказался слаб – он всего лишь один раз смог зайти в корабль, но главный ключ у него.

«Он же не предтеча, – подумал Кротов уже своим, человеческим, мозгом. – Уже, наверное, и косточки рассыпались в прах. Но и где искать теперь этот ключ? Найду! Вспомню еще что-нибудь и найду. Надо оживлять этих ребят, но, похоже, без ключа это невозможно». Зачем это надо сделать он не думал, надо поднять и все. При этом, говоря «ребят», он думал только о людях – и рахофтары, и драконы словно вылетели у него из головы.

Однако никакой информации о том, как это сделать, у Кротова так и не появилось. «Ладно, пусть еще поспят ребятки. Надо выходить, внизу, наверное, тихая паника. Интересно, как это они предвидели, что я попрошусь внутрь Черного Корабля и кто это разрешил? Похоже, сам Император».

Как Сергей и ожидал, все двери раскрылись, только теперь в обратном порядке, и он вышел в основной коридор, быстрым шагом двинувшись вниз, на ходу обдумывая то, что он здесь увидел. Ведь он ожидал встретиться с мертвым Предтечей, но теперь главным выходило то, что находится внутри грузовых отсеков. Если он правильно разобрал узоры в проходах тела Предтечи, спящие являются грозной силой, способной защитить целую планету. Правда, об их оружии он ничего так и не узнал, и не вспомнил. Но Сергей не сомневался, что если это будет нужно, он все вспомнит и все найдет. Еще этот таинственный представитель Предтеч – кто это еще и зачем он забрал главный ключ с корабля? По современным армейским меркам это было явное нарушение устава. Ведь ты можешь погибнуть, как скорей всего и случилось, и целый боеспособный отряд оказался выведен из строя.

«Надо просмотреть в информатории все, что смогу найти о древних артефактах, имеющихся на Цессии, – на ходу решал Кротов. – Глемаса тоже надо подключить, у МРОБ возможностей куда больше, чем у меня». О том, зачем ему надо разбудить людей, проспавших столько веков, он так и не дал себе внятного ответа. Надо и все!

Спустившись в нижний ярус, Сергей не смог найти место, где он вошел в корабль. Хотя на тонком слое пыли были видны его следы, но он топтался туда-сюда, прежде чем выбрал куда идти, и теперь точное место входа определить было нельзя – только примерно. Стена коридора была абсолютно гладкой, как Кротов не вглядывался, никаких примет того, что здесь есть вход, он не находил. «Почему так, ведь из коридора в каюты вели обычные двери, которыми может легко может пользоваться и человек, и даже рахофтар, – он усмехнулся. – Договаривай, и дракон тоже. И только Предтечам эти двери совсем не нужны».

Он походил, вспоминая размеры шлюза с той стороны – никак не хотелось, чтобы, когда стена раскроется, шагнуть и попасть лбом в стену шлюза. «Нет, – решил он, – лучше я отойду подальше и выйду на свободное пространство». Кротов отошел метров на шесть в сторону от натоптанного места и застыл, глядя на стену перед собой.

Глава 6

Глемас бросился на крик. Удивленные возгласы раздавались от шлюза: кричали офицеры Императорской Охраны, второй день никого, кроме членов комиссии, не подпускавшие к бортам Черного Корабля. После того, как прошли первые пять часов, а о Кротове ничего не было слышно, была создана комиссия по решению этого вопроса. Гронберга, как человека, проведшего с землянином больше всего времени, тоже включили в этот штаб. Первым решением и было установить охрану. Только одно это решение и оказалось выполнимым. Про технические способы вскрыть Черное Яйцо не стали даже упоминать. Глемас сам помнил, как они бесполезно пытались сделать это на Тарне.

Гронберг настоял на том, чтобы внизу, вокруг всего корпуса, натянули сетку из паутины. Он помнил, что Кротов тогда выпал прямо из середины корабля, а совсем не оттуда, где заходил. Вдруг и сейчас выйдет где-нибудь сверху.

Уже у самого шлюза его обогнал полковник Фром Кари, он тоже был членом штаба, так что, когда Глемас оказался у места, где что-то происходило, он просто пристроился за широкоплечим полковником, который, покрикивая, раздвигал офицеров охраны. Пробившись в первый ряд, Глемас выглянул из-за плеча Кари и облегченно вздохнул: «Этот землянин будет жить вечно!» Как он и предвидел, Сергей, действительно, вышел не через шлюз, а просто вывалился из стены.

Кротов, словно ничего не произошло и отсутствовал он каких-нибудь полчаса, со спокойной улыбкой приветствовал обоих полковников. Гронец протянул руку, теперь он всегда так делал при встрече с землянином, Сергею это очень нравилось.

– Что? Заждались? – спросил Кротов, крепко пожимая протянутую руку.

Полковник Кари, глядя на них и что-то сообразив, тоже протянул руку. Землянин кинул быстрый удивленный взгляд на него, но протянутую руку пожал.

– Конечно заждались! Правда, в этот раз ты быстро, всего два дня.

– Два дня?! – недоверчиво переспросил Сергей. По его лицу было видно, что он искренне удивлен. – Час максимум. Наверное, время в Черных Кораблях идет по-другому.

– Возможно, – согласился Глемас. – Пойдем к начальству, сейчас начнется…

Что начнется, он договаривать не стал, и так было ясно – допросы, обследования, медмашина и т.д.

– Пойдем, – вздохнул Кротов. Еще в корабле он решил, что ничего не расскажет о живом грузе, лежавшем в своих «гробах». Вокруг уже чувствовалось приближение «начальства» – офицеры охраны замолчали и начали расступаться, повинуясь повелительным командам приближавшихся людей. «Ну все, – подумал Кротов. – Попал Сережа, сейчас заберут медики, неизвестно когда увижу свет». Наверное, Гронберг подумал о том же – на его лице появилось кислое выражение.

Но все получилось не так, как предполагал гронец. Среди появившихся был только один генерал из службы Охраны Императора и несколько человек из службы Церемониала. Шедший в середине группы рослый офицер осторожно нес прикрытый тканью Звездный Меч. Генерал молча махнул рукой и все расступились, открывая проход к землянину. Офицер с мечом подошел к Сергею и протянул оружие. Появившийся из-за его спины церемониймейстер аккуратно снял ткань, и Кротов забрал свою награду.

 «Черт, что, он так и будет меня током бить?» – чертыхнулся Сергей, пристегивая ножны в зажим на поясе. Взявшись за рукоятку, он почувствовал электрическое покалывание, и опять появилось желание выдернуть меч. Кротов, помня слова Глемаса о том, что нельзя доставать меч из ножен, едва сдержался. «Награда опять нашла героя», – закрепив меч, попробовал пошутить он про себя, но все вокруг были так серьезны, что сразу стало не до шуток.

– Капитан, сейчас вы и полковник Кари отправитесь в небольшое путешествие, – суровый генерал был немногословен и объяснять цель путешествия не стал. – Отправляйтесь!

Фром Кари, похоже, получил указания через чип, потому что ничего не спросил, а сразу обратился к Сергею:

– Идем, задерживаться нельзя!

Он бросил быстрый взгляд на генерала:

– Мы воспользуемся станцией охраны, она ближе.

Генерал согласно кивнул головой.

– Генерал, а я разве не пойду с ними, – прозвучал вкрадчивый голос Глемаса. – А как же договоренности с Министерством?

– На этот случай все договоренности отменяются! Никто, кроме полковника Кари, не пойдет с капитаном Кротовым. Даже охрана Меча!

Дослушать, чем кончились эти переговоры, Сергею не дали. Фром Кари показал на бронированные двери в дальнем углу подземелья и легонько подтолкнул Кротова в спину. Обогнав Сергея, он быстрым шагом пошел впереди. Плита бесшумно сдвинулась, и землянин увидел уже знакомую комнату-лифт, на котором попал сюда в дворцовый комплекс.

«Похоже, все – отправляют с Цессии, – Сергей вздохнул. – Жаль, так почти ничего и не увидел». Он, вдруг, вспомнил о приеме у Алгалы и, присаживаясь в знакомое кресло, неожиданно для себя спросил:

– Полковник, вы не в курсе, как прошел прием у принцессы Алгалы?

– Принцесса отменила прием, – сухо ответил Кари. – Ваше долгое отсутствие многих заставило изменить свои планы.

«Во как! Выходит, из-за меня? Блин, я становлюсь значительной персоной». Прозрачный лифт тронулся, и через секунду они уже мчались в океане. В этот раз в темной воде не было видно ни рыб, ни других тварей. Кротов не ожидал, что сейчас ночь, и с удивлением смотрел на звездное небо, искаженное границей воды и воздуха. «Да, в корабле Предтеч время течет незаметно. Прямо как в сказке».

Он ожидал, что все пойдет в обратной последовательности – море, лифт в скале, лестница, флаер и, наконец, его дом. Так и произошло, но последовательность сохранилась полностью – покинув море, лифт остановился, и Кари показал на раскрывшиеся двери:

– Выходи. Тебя ждут.

В лицо пахнуло нежным ароматом цветущих деревьев и запахом моря. Сергей сразу понял, где он. Хотя в этот раз Кротов не ожидал остановки на райском острове. Плита, замаскированная под скалу, закрыла выход, и свет, падающий из лифта, исчез. Землянин постоял, привыкая к темноте, все освещали только яркие мерцающие звезды, да вдалеке, за рощей, чуть светилось окно. «И что дальше? – Сергей покрутился, разглядывая окрестности – в этот раз никого, никакого слуги. – Наверное, надо идти в дом». Глаза уже привыкли к полумраку, и он уверенно зашагал по песчаной дорожке, выделявшейся светлым полотенцем среди темной травы.

«А ведь я иду к Императору! – вдруг пришло ему в голову. Он даже остановился. – Если тот старик не наврал и это не какой-нибудь огромный дезинфектор». Когда он вошел в рощу, то разглядел, что среди цветов копошатся маленькие насекомые, светящиеся ярким зеленым светом. «Блин, совсем сказка!» До пряничного домика Кротов дошел быстрее, чем ожидал. Остановившись шагах в десяти от высокого крылечка, он стал высматривать, не мелькнет ли кто в окне. Сергей проанализировал свои чувства – никакого трепета в душе не было, он совершенно не волновался. «Может и, правда, не живет здесь никакой Звездный Император… Но тогда кто и зачем? Ладно, надо заходить. Пока не зайду, ничего не узнаю».

Вдруг, с темной веранды раздался голос:

– Что стоишь, заходи!

Сергей вздрогнул, он никого не видел. Быстро взяв себя в руки, землянин взбежал на крыльцо. Если бы оно еще заскрипело, то он точно поверил бы в сказку или сон.

В темноте, разгоняемой лишь роем светлячков, круживших у букета на столе, в кресле сидел человек. Он смотрел на хорошо видимый отсюда проход в скалах – там отражениями звезд играло море. Не поворачиваясь к Сергею, сидевший предложил:

– Присаживайся, там кресло.

Кротов нашел у стола предложенное кресло и сел. «Это же тот старик, который был утром, – дошло, наконец, до землянина. Он не узнал его сразу, потому что голос был совсем не старческим. – Значит, Императора нет и придется ждать».

– Нет, – старик вздохнул. – Я и есть Император Звездной Империи…

«Да, ну на… какая ерунда, – пронеслось сначала в голове у Сергея. – Блин! Он мысли читает, что-ли?» Тело в это время уже действовало. Кротов вскочил, вытянулся по стойке смирно, и гаркнул:

– Слава Императору!

– Слава Империи, – усмехнувшись, негромко ответил тот. – Садись, я тебя сюда притащил не для того, чтобы ты мне все тут испортил. Напугал всех.

Действительно, светлячки от приветствия Сергея взмыли вверх и засуетились в воздухе. Обескураженный Кротов вернулся в кресло. Он никак не мог заставить себя сесть нормально. Примостившись на краешке, он напрягся, готовый в любой момент вскочить и доложить, если будет вопрос.

– Расслабься и сядь нормально, – старик, наконец, повернулся к Сергею. – Разговор будет долгим, цени это – мое время для моих подданных на вес империума. Хотя для меня время никакой цены не имеет…

Во второй части фразы землянин почувствовал такую тоску, что у него самого зубы свело. Неожиданно Император спросил:

– Меч при тебе?

Кротов хотел вскочить и доложить, как положено, он уже схватился за упиравшиеся в пол ножны, чтобы показать оружие, но вовремя понял, что делать этого не следует, и негромко ответил:

– Так точно, при мне.

– Береги, это не только оружие, когда-нибудь он тебе пригодится.

Следующий вопрос был еще неожиданней и поверг Сергея в шок.

– Ну, что видел, кто спит в Черном Корабле?

«Твою медь! Он все знает!»

– Так точно, видел!

– Хватит, – поморщился собеседник. – Не на плацу, отвечай нормально.

– Да, видел, – уже не повышая голоса повторил Сергей.

– Узнал кого-нибудь?

Сергей не понял вопроса и осторожно переспросил:

– В каком смысле узнал?

– В смысле – встречался? – в голосе старика прорезались недовольные нотки.

– Да, я раньше видел всех представителей этих видов, – быстро ответил Кротов. – А люди, я думаю, это жители моей планеты.

– Правильно думаешь, – усмехнулся Император. – Вояки еще те. Эх, земляне, земляне…

Что он хотел сказать этим, Кротов не понял. Он хотел переспросить, но вспомнил, как минуту назад Император разозлился на встречный вопрос, да и на инструктаже все время предупреждали – никаких вопросов – поэтому промолчал.

– А ты знаешь, что вы все почти родственники? Все, кто лежит там.

– И драконы? – Кротов поперхнулся.

В этот раз Император не разозлился, а даже наоборот, издал короткий смешок.

– Да, и драконы. Скажи спасибо Предтечам.

Спасибо Предтечи заслуживали. «Если бы не они и их дар, я уже сто раз бы умер, но «спасибо» за то, что у меня в родственниках снежный человек и рептилия? – тут еще надо бы разобраться».

Император опять услышал его мысли.

– Только они и земляне не подвержены заражению. Даже сами Предтечи не смогли справиться с заразой, а вот вам это привить смогли.

В голосе правителя прозвучала горечь.

– А вы ведь ничем не отличаетесь от нас…

Сергей сразу понял, о какой заразе он говорит. «Земляне могут не бояться «жизни»? Вот это да!» – Кротов даже забыл на мгновение, что он сидит рядом с Императором. «То есть, если что, мы одни в обозримой вселенной останемся нормальными. – Но тут же вернулся в реальность. – Нет, тогда нас просто уничтожат – тот же Космический Флот Империи, мозги-то у всех будут переделаны».

Сергей очнулся, оказывается Император уже начал что-то говорить.

–…поэтому ты наберешь на Земле команду. Вам не победить всю армаду зараженных, слишком много там войск, но вы должны провести разведку и не умереть. Понял?! Ты мне еще нужен. Мою команду брать не будешь, пусть останутся в качестве последнего резерва. Если у вас ничего не получится, я хочу умереть в битве! Разбужу их только в этом случае.

До Кротова, вдруг, дошло, кто был представителем Предтеч на этом корабле. Не зря при первой встрече тем утром он почувствовал узнавание, как при встрече с драконами и рахофтаром. «Твою медь! Но ведь в таком случае он прожил хренову тучу лет?! Нет, не может быть, он же человек». Сергей насмелился и уже раскрыл рот, чтобы задать свой вопрос, но Император опередил его:

– Сколько тысячелетий прошло с тех пор, как я шагнул на эту землю. Я ведь не всегда был Императором, и Звездной Империи тогда не было. Это я её построил…

В голосе старика не было никакой гордости, только вселенская усталость.

– Я уже совсем не помню всех своих жен и детей – только самых первых…, – вдруг совсем тихо сказал он.

Сергея пронзило: «Черт! На хрен такая жизнь! Даже не помнить своих детей. Я бы не выдержал».

– Ладно, что-то я отвлекся, – снова бодро заговорил Император. – Все остальное обсудишь с военными и разведкой. Приказ они уже получили, и, думаю, сейчас все ведомства готовят твою операцию, – он на секунду замолчал, подставил руку кружившему вокруг него светлячку, и тот, словно только этого и ждал, с готовностью сел на ладонь. – Хоть мы стоим на пороге самого главного испытания, которое не смогли пройти даже предтечи, но все равно не будем забывать о политике – вдруг мы выживем? Я хочу, чтобы моя Империя процветала и дальше. Поэтому номинально командовать операцией будет принц, точнее принцесса. Есть тут одно молодое дарование, которое очень не нравится столичному двору, но нравится мне – она достойна подняться на самый верх. Да и прапрабабушка её очень любила меня.

У Кротова при упоминании о принцессе забилось сердце, по описанию вроде все сходилось.

– Кстати, ты с ней уже не раз работал вместе.

– Принцесса Алгала? – вырвалось у Сергея.

Император отвлекся от созерцания ползавшего по ладони светлячка и повернул голову к землянину.

– Что-то много эмоций. Да, это она.

Он подбросил светлячка вверх, тот вынырнул из-под крыши веранды и направился в сторону рощи. Старик и землянин молча проводили его взглядами.

– Вот, в общем, и все, для чего я хотел тебя увидеть. Запомни еще одно, – голос опять набрал властность. – Ты никогда не встречал Императора Звездной Империи. Меня нет! Люди, увы, не могут жить так долго. Уже многие годы все, кто, конечно, вообще задумывается об этом, считают, что Империей правит небольшой кружок военных и политиков. А Император – это так, традиция, но и для торжественности.

«Так вот почему голограмма, огромный рост и невозможность разглядеть детали».

– Самое смешное, что так считают и те, кто входит в этот круг. Я для них умер давным-давно. Но и мне так легче – дергаешь их за ниточки, а они считают, что решают сами.

Кротов все-таки не выдержал и спросил:

– А что они думают об этом острове, о вас?

– Что я им внушил, то они и думают, – старик довольно хохотнул. – Иногда они привозят сюда самых важных гостей, чтобы и те думали, что Император действительно существует, и у него даже есть прекрасный остров с домиком для одного. Ну а здесь их встречает единственный старый слуга, который, конечно, умрет в свое время и его заменит другой. Ну и думаю, не надо говорить, что сюда попадают только те, кого я сам хочу увидеть и почувствовать рядом, с глазу на глаз.

Император вдруг оборвал речь, встал и подошел к Сергею. Тот вскочил, придерживая рукой меч, и вытянулся.

– Все! Тебе пора! Мы и так засиделись. Я тебе уже говорил и повторяю вновь, – голос его уже гремел. – Ты не должен умереть! Ты нужен мне здесь и ты вернешься!

Сергей застыл, не зная, что ответить, но, похоже, Император и не ждал ответа. Он положил руку Кротову на плечо и немного сжал. Сергей почувствовал то, что всегда чувствовал при встрече со всеми, хоть чем-то связанными с Предтечами – пронзительное родство.

– Понял?

Сергей энергично закивал.

– Да!

Он сообразил, что вопрос относится не к тому, что говорил император до этого, а именно к этому чувству, что он сейчас испытывал.

– Только мы можем спасти жизнь в привычном нам виде. Если победят они, то тоже будет жизнь и, может быть, более счастливая, чем сейчас, но это будет уже не наша, не человеческая жизнь. Поэтому не доверяй никаким инопланетникам, особенно нифлянцам.

Потом Император чуть толкнул землянина и сухо сказал:

– Иди!

– Есть!

Сергей четко развернулся (служба была уже у него в крови) и спустился по крылечку на песчаную дорожку.

– Если сможешь, не дай умереть Алгале, – услышал он в спину. – Она тебе еще пригодится…

Глава 7

Кротов почти дошел до рощи и оглянулся. «Стоит». Фигура Императора привидением белела на высоком крылечке. Сергей отвернулся и прибавил шаг. Эта встреча перевернула все внутри него. Теперь ему казалось мелким и не заслуживающим внимания все то, что он делал до этого. Даже то, что он скоро окажется на Земле, куда так долго рвался, было теперь не таким важным. Не столько словами, сколько духом сегодняшнего общения Император переложил часть своих вселенских забот на плечи землянина. «Ты ведь знал, что за дар Предтеч все равно придется расплачиваться, так не ной, – Сергей расправил плечи и улыбнулся. – А, черт! Где наша не пропадала! Надо спасти мир – так давай спасем мир!»

В дворцовый комплекс Кротов уже не вернулся. В этот раз лифт вынес его и полковника Кари наверх, где повторилось приключение с лестницей. В этот раз Сергею было не до любования красотой ночного острова, он быстро пробежал по ажурному виадуку и вскочил в ярко светящийся проем дверей флаера. Он обернулся. Полковник, стоявший на освещенной площадке на другом краю лестницы-трапа, махнул ему, прощаясь, Сергей махнул в ответ. Бронеплита отрезала ночное небо от яркого света внутри атмосферника и он прошел в каюту.

В этот раз, вместо миловидной девушки, его встретили мужики с серьезными лицами – в центральной каюте сидели шесть человек: незнакомый человек в штатском, четверо офицеров охраны и, конечно же, улыбающийся Глемас. Сергей усилием воли переключился на общение с обычными людьми и поприветствовал всех. Гронберг показал на кресло рядом с собой, когда Сергей подошел, он протянул руку, землянин улыбнулся и пожал. Не обращая внимания на остальных, Кротов подколол Глемаса:

– Тебя Чекра еще не забыла? Ты больше времени со мной проводишь, чем с ней.

– Она знала, за кого выходила, – парировал МРОБовец.

Человек в штатском костюме оказался с генеральскими замашками, он прервал разговор друзей и сделал выговор Сергею.

– Капитан Кротов, вам следует быть серьезнее. Через несколько дней начало операции, а вы совсем не готовы.

Землянин вопросительно посмотрел на Глемаса, тот догадался и представил незнакомца.

– Начальник отдела планирования Хозяйственного Управления генерал Уйзи Лигар. А сейчас мы летим в наше Министерство, – он развел руками. – Ничего не поделаешь, с самого верха поступил приказ срочно готовить операцию по…

– Полковник, не надо ничего рассказывать здесь, – нудный генерал из управления-конкурента МРОБ пытался взять командование на себя. Сергей разозлился, он помнил работу этого управления еще по Барраху – аналитики они хорошие, но оперативно-тактическую работу им доверять нельзя.

– Генерал Лигар, – Кротов встал и вытянулся, нарочито показательно поправив меч. – Я вам официально заявляю, флаер сейчас летит к моему дому, где я ужинаю и ложусь спать. И только утром мы все встречаемся в назначенном вами месте и начинаем прорабатывать операцию.

Лигар потерял дар речи, Глемас отвернулся, чтобы спрятать улыбку, а удивленные охранники во все глаза разглядывали наглого капитана.

– И еще – я хочу, чтобы на встрече были все заинтересованные лица: МРОБ, Армейцы, Спецназ, Флот и вы, конечно. Если вы сами не можете решить этот вопрос, я прошу вас связаться с вашим вышестоящим руководством.

Сергей замолчал и сел, спокойно глядя в глаза разозлившемуся генералу. Теперь, после разговора с Императором, когда тот в нескольких словах объяснил механизм принятия решений на Цессии, он не сомневался, что все будет так, как он сказал.

Уйзи Лигар хотел выдать что-то командирское и даже набрал воздух в легкие, но его остановил Гронберг.

– Генерал Лигар, я вам советую все-таки поговорить с Лордом-директором Управления.

Видимо, что-то поняв, генерал встал и вышел.

– Ну ты даешь, – рассмеялся Глемас, – Но все правильно, ты ведь носитель Звездного Меча, а не он.

Ответить Сергей не успел, вернулся Уйзи Лигар, с трудом скрывавший раздражение. «Сразу видно, что он никогда не занимался оперативной работой, все эмоции на лице написаны». Генерал сел и, не глядя на остальных, произнес:

– Ваш план принят, капитан. Встреча завтра в штабе армейцев, время вам сообщат чуть позже, – и, пытаясь сохранить лицо, строго напомнил: – Не вздумайте опоздать, капитан.

Сергей вскочил и с серьезной миной отрапортовал:

– Я буду точно в указанный срок!

Через несколько минут Кротов и Глемас шли к гостевому дому Сергея. Охрана тоже хотела устроиться в его доме, но Кротов решительно отказался. Однако у офицеров был свой приказ, и, чтобы разрешить конфликт, гронцу еще в катере пришлось связываться со своим начальством. Генерал Лигар сделал вид, что его больше ничего не касается и сидел молча, прикрыв глаза. МРОБ, похоже, смогло переубедить службу Охраны и, поэтому, сейчас с Кротовым остался только Гронберг.

Почти перед самым входом Сергей и Глемас одновременно остановились и переглянулись.

– Что? – прошептал одними губами гронец.

– Не знаю, – так же шепотом ответил землянин. – Но, мне кажется, в доме кто-то есть…

– Уходим, я вызываю группу прикрытия.

– Не надо никого вызывать, – раздался спокойный негромкий голос. – Дом под «колпаком», так что все наблюдающие видят только то, что даем им мы, и вызвать никого не удастся. Еще раз прошу, заходите Сергей. Вы, Глемас, если хотите, можете постоять на улице.

Кротов разозлился: «Кто это еще? Еще какая-то служба? Охренели совсем!» Он решительно шагнул в двери, Глемас вошел следом.

– Проходите в зал, – прозвучал тот же голос. – Я жду.

Сергей коснулся рукояти меча – другого оружия при нем не было – если что, придется использовать награду по прямому назначению. Он взглянул на идущего рядом МРОБовца. Тот шел, казалось бы, также спокойно, как и до этого, но Кротов чувствовал, что это совсем другой человек, сейчас он был как взведенная пружина.

В зале, за массивным вычурным столом на мощных гнутых ножках, в кресле, по величине чуть меньше стола и такого же стиля, сидел высокий худой старик в официальном темном костюме. Холодные стальные глаза равнодушно пробежали по Гронбергу и застыли на Сергее. У Кротова появилось чувство, что посетитель, словно на аукционе, оценивает его. Несмотря на то, что он был в комнате совершенно один – Сергей это явно почувствовал – и ничто не смогло бы помешать ни землянину, ни гронцу за несколько секунд расправиться с ним, незваный гость был спокоен.

– Какие люди посещают дома простых военных, – голос Гронберга был полон язвительности. – Сергей, познакомься – это сам Сенер Драйзер, глава корпорации «Навигационные Системы». Кстати, отец Гигрея Стванса.

– Не ерничайте, полковник, – спокойно парировал тот. – Лучше присаживайтесь и послушайте наш разговор с Сергеем. В конце я озвучу предложение и вам.

Кротов, начавший злиться еще на улице, сейчас уже кипел.

– А не могли бы вы, Сенер Драйзер – глава корпорации «Навигационные Системы», убраться отсюда к чертям собачьим! – тщательно выговаривая слова, выдал он. – Я не очень люблю ночных гостей.

Старик резко вскинул голову, холодные глаза на секунду вспыхнули, похоже, Драйзер никогда не встречался с человеком, который решился бы разговаривать с ним в таком тоне. Однако он сдержался и лишь коротко рассмеялся дребезжащим старческим смешком.

– Молодой человек, я прощаю вам вашу выходку, поскольку вы просто не понимаете, что несете и с кем имеете дело. Но если вы будете продолжать в том же духе, я, действительно, могу обидеться…

Сергей, который на самом деле уже успокоился, продолжал обострять обстановку, пытаясь раскачать крепкого старика. Он уселся в кресло, вальяжно раскинулся и, показав Глемасу, чтобы тот тоже садился, продолжал высказываться в том же духе.

– Вы обидитесь? Да мне плевать на ваши обиды! Это мой дом и я не хочу видеть здесь тех, кого я не ждал!

Кротов таки добился своего – из дверей, ведущих в столовую и в спортзал, выскочили шесть человек в брониках индивидуального исполнения и направили игольники на землянина и гронца. Следом появился еще один человек в штатском. Этот выглядел чуть моложе и напоминал отставника. Сенер Драйзер поднялся, поправил воротничок и скомандовал ему:

– Кразим, забирайте этих идиотов, придется разговаривать на нашей территории.

– Подождите, подождите, – отставник быстро прошел вперед. – Вы, Сенер, так и не поняли, хотя я вам долго объяснял: Кротов – не человек, и мы не сможем справиться с ним и, наверное, не сможем даже просто убить. Ну а пропажа такого человека, как полковник Гронберг, может вызвать такие трения с Министерством, что нам придется потратить на их нейтрализацию не один год и массу ресурсов.

– И что? – раздраженно спросил в ответ Драйзер. – Я должен выслушивать оскорбления от мальчишки?

– Садитесь, сейчас я все улажу.

Сенер недовольно сел. «Похоже, я ему очень нужен, – Сергей внутренне ухмыльнулся. – Сдержался, проглотил такое оскорбление. Что же, давай послушаем». Сергей глянул на гронца, тот сидел спокойно, но жесткая складка возле губ говорила о том, что тот на взводе. В ответном взгляде Кротов прочитал: «Зря ты так, это очень серьезные люди».

– Ты кто такой? – продолжая делать вид крайне раздраженного человека, обратился к новоприбывшему землянин. – И запомни, я – человек!

– Я еще раз прошу всех успокоиться, – вошедший махнул рукой телохранителям – уйдите – и сел в свободное кресло.

– Это Кразим Нейк, – молчавший Глемас снова очнулся. – Глава силового отделения корпорации и второй человек в «Навигационных Системах». Кстати, это он спланировал операцию по захвату Черного Корабля на Тарне.

– Это наветы конкурентов, – быстро ответил Кразим. – Мы законопослушная фирма и действуем всегда во благо Империи и Императора.

«Интересно, а Император уже знает, о том, что происходит?» После посещения острова у Сергея сложилось впечатление, что Правитель Империи следит за всем, что может покачнуть Империю.

– Итак, Сергей, вы успокоились? Вы простите, что мы нагло проникли в ваш дом, но просто по-другому встретиться с вами никак не удается. Вы очень заняты, постоянно участвуете в каких-либо мероприятиях, и мы просто не успеваем за вами. А нам очень важно переговорить с вами именно один на один. У нас очень, очень интересное предложение. Я думаю, оно вас заинтересует.

– Что вы можете мне предложить, чего не может предложить Империя? – Делая вид, что заинтересовался, но еще недоволен, спросил Кротов.

– Вот, это деловой подход к вопросу, – обрадовался Кразим Нейк. – Вы даже не представляете наших возможностей, и в некоторых случаях мы, действительно, можем предложить гораздо больше, чем Империя. Но я повторю, нам бы хотелось поговорить с вами с глазу на глаз.

Он выразительно глянул на Гронберга. Сергей сначала хотел оставить гронца назло наглым гостям, но потом передумал – пусть почувствуют себя свободней и выскажутся.

– Глемас, выйди, пожалуйста. Иди в столовую, закажи пока что-нибудь на ужин. Я не долго.

Гронец не стал возражать, встал и вышел. Как только МРОБовец исчез из комнаты, Кразим Нейк подвинул свое кресло ближе к столу, глянул на Драйзера, словно получая разрешение, и начал:

– Мы, действительно, не задержим вас надолго. Для первого знакомства много времени не надо. Сейчас нам важно лишь принципиальное ваше согласие даже не работать на «Навигационные Системы», хотя это очень выгодно, ценным специалистам мы платим очень щедро, он опять оглянулся на президента компании, тот кивнул.

– Мне не нужны деньги, – Сергей усмехнулся. – Я не знаю, куда их тратить, мне не нужно положение в обществе, я вряд ли вновь попаду на Цессию. Что такое интересное вы можете предложить за мое согласие?

– Вы счастливый человек, – вздохнул Нейк. – Не нужны деньги… Тогда что вы скажете о небольшой красивой планете в собственности, где вас будут всегда ждать ваши жена и сын?

«Ах ты, сука! Намекаешь, что все про меня знаешь».

– Заманчиво, – Сергей сделал вид, что задумался. – Так, что я должен буду сделать? Кого-то убить?

– Что вы! – заулыбался Нейк, показывая, что понял шутку. – Нет, для этого у нас есть своя армия. Кстати такая, что в силах уничтожить даже целую планету, скажем, такую как Земля.

– Если вы хотите меня припугнуть, вы можете получить противоположную реакцию, – Кротов разозлился. – Вы правильно предположили, что не сможете меня убить, а я вот могу прямо сейчас убить вас обоих и всех ваших людей и я не боюсь политических последствий этого, я инопланетник.

– Нет-нет, что вы Сергей? Я вовсе не хотел вас чем-то пугать, это я так, для примера. А делать вам надо будет совсем немного – вы теперь фигура самого высокого полета, в нужное время просто поддержите решение вопроса в нужном ключе, в каком – мы вам подскажем. Но и прочие мелкие услуги, которые очень хорошо оплачиваются. И главное – информация. При этом мы можем платить не вам, раз вам это не нужно, а, скажем, вашей семье на Земле и вашей семье на Баррахе.

– Вы знаете, чем можно меня подкупить, – констатировал Кротов. – Похоже, вы действительно, все обо мне знаете.

– Что вы, какой подкуп? Просто благодарность, – Кразим сделал честное лицо. – И да, мы многое знаем о вас, мы всегда очень тщательно готовимся к разговору с человеком.

– Хорошо, считайте, я согласился, но только это, ничего во вред Империи я делать не буду.

– Об этом никогда и речи не возникнет, – быстро согласился Нейк. – В таком случае, мы достигли того, что хотели при первой встрече и покидаем вас. Хорошего отдыха, а то в будущей экспедиции отдохнуть вряд ли удастся.

«Сука! Они, действительно, все знают».

В это время поднявшийся со своего кресла Сенер Драйзер, не глядя на Сергея, буркнул, обращаясь к своему помощнику:

– Скажи ему, пусть больше не перебегает дорогу моему сыну и забудет о принцессе Гелии.

– Успокойся, Драйзер, – Кразим не стал ничего говорить Сергею. – Вопрос уже решен, до отлета они нигде не смогут встретиться.

Когда они уже выходили, Сергей напомнил:

– Не забудьте забрать всю охрану, даже ту, что сейчас невидима, – он уже давно определил, что по углам в комнате находятся еще двое бойцов в бронекостюмах типа спецназовского «призрака». – Кразим, вы же знаете, что «призрак» невидим только для человека.

И Драйзер, и Нейк резко повернулись к нему:

– Значит, это все-таки правда, и вы человек только наполовину… – покачал головой Сенер Драйзер. – Что ж, вы тем более ценный союзник.

Гости ушли, тотчас появился Глемас:

– Ну что, теперь видишь, что на Цессии ничуть не легче, чем на войне.

– Вижу…, – задумчиво ответил Сергей. Он так и сидел в кресле, обдумывая все, что сейчас произошло. – Как ты думаешь, что им на самом деле нужно? Только то, о чем они сказали? Ты ведь, конечно, слышал все, что они говорили?

– К сожалению, нет. Внутренние домашние сети они тоже заблокировали.

Кротов вкратце пересказал, что ему предложил хозяин «Навигационных Систем».

– Я думаю, это только начало. В финале, думаю, они захотят, чтобы ты им принадлежал.

– Похоже так. Может, действительно, надо было убить их?

Глемас вскинул взгляд на Сергея, тот был серьезен.

– Нет, на их место пришли бы другие. Думаешь, здесь только «Навигационные Системы» хотят урвать свой кусок пирога? Нет, просто эти пока самые могущественные и потому самые наглые. Так что лучше продолжать игру с известным противником.

– Ладно! – Сергей махнул рукой. – Разберемся. Пошли лучше ужинать.

Когда они сидели за столом, пришло два сообщения: в первом было время утренней встречи в штабе; во втором – приглашение на вечерний прием у принцессы Алгалы.

– Мне пришли такие же, – Глемас от ужина отказался и сейчас сидел просто за компанию. – На прием пойдешь?

– А как же? – заулыбался Сергей. – Я же не могу отказать будущему командиру экспедиции. А ты пойдешь?

– А я всего лишь полковник МРОБ, – Глемас притворно вздохнул. – И не смею отказаться от предложения самой принцессы. Мы будем с Чекрой.

Потом он поднялся и сообщил:

– Я не буду сегодня ночевать у тебя. Я передумал, полечу к молодой жене. Охрану твоего дома полностью сменили. Не знаю, какие силы тут включились, но охранять тебя теперь будет служба Охраны Императора.

– Надеюсь, теперь я тоже смогу поспать спокойно.

Глава 8

Кротова ждали. Как только флаер опустился на крышу восьмиконечной башни Армейского Штаба, к Сергею подбежал щеголеватый подтянутый лейтенант.

– Капитан Сергей Кротов?

Сергей не по уставу просто кивнул в ответ. Лейтенант представился и повел землянина к одному из входов. Спускались долго, почти минуту, из этого Кротов вывел, что сейчас они уже глубоко под землей. Еще через минуту, миновав короткий коридор, они оказались в большом «предбаннике», где за несколькими столами сидели офицеры Космической Пехоты самых разных званий. Майор, сидевший у следующих дверей, поднялся и показал рукой за спину.

– Поторопитесь, вас ждут. Все уже в сборе.

Сергей поправил меч: «Блин, не думал, что его, действительно, придется везде таскать с собой, лучше бы еще медаль дали». Но с удовольствием отметил, как вспыхнули глаза у всех присутствующих при взгляде на оружие и шагнул в раскрывшиеся двери.

«Ничего себе, компания! В глазах рябит», – Кротов, сидя между Гронбергом и незнакомым полковником в форме Имперского Спецназа, разглядывал сидевших за круглым столом высших офицеров самых разных родов войск. Он узнал только вчерашнего генерала Лигара из Хозяйственного Управления. Ждали кого-то еще, все тихо переговаривались, не начиная совещания.

– Кого ждем? – Сергей повернулся к гронцу. Тот лишь пожал плечами, но ответил:

– Начальство, кого больше?

В стене справа отошла бронеплита, и в кабинет вошла еще одна небольшая компания. Все сидевшие за столами вскочили и замерли в торжественной стойке, поедая глазами принцессу Алгалу Аллювиель Блиц Голиеконе. Она была в полевой форме Алгатского полка, что подчеркивало рабочий характер заседания. Следом шли генералы и один человек в гражданской одежде. Некоторых – начальника Хозяйственного Управления, Главу МРОБ и еще пару высших генералов – Кротов знал, некоторых видел вживую, а других – изучая командный состав Империи в Академии на Тарантосе.

Но на них он взглянул лишь мельком, во все глаза разглядывая принцессу. «Что с ней стало? Неужели на Цессии ей хуже, чем на войне?» Возможно, для тех, кто не встречал её раньше и не работал рядом, она выглядела неплохо, но Сергей сразу почувствовал, как она устала, даже в приветствии, которое она выдала четко и громко, он уловил нотку неуверенности. Он оглянулся – не заметил ли это кто-то еще? Но нет, на лицах у всех была только радостная верноподданническая улыбка, лишь на физиономии Гронберга промелькнула тень. «Похоже, чертов шпион тоже заметил». Но Алгала изменилась не только внутренне, но и внешне: её роскошные каштановые волосы исчезли, вместо них появилась короткая прическа, как у большинства женщин в Армии.

После того как все расселись по своим креслам – получилось так, что все вновь прибывшие уселись на противоположной от Сергея стороне – он оказался прямо напротив Алгалы. Принцесса приказала начальнику штаба:

– Ведите заседание и не обращайте внимания на меня, когда будет нужно, я сама все спрошу.

После этого она устало прикрыла глаза и с полминуты сидела так, казалось, совсем не слушая, что говорит генерал. Но потом словно очнулась, обвела внимательным ожившим взглядом всех сидевших. Встретив взгляд Кротова, едва заметно улыбнулась ему и повернулась к докладчику, всем своим видом демонстрируя внимание.

Сергей сидел среди военной верхушки Звездной Империи и совсем не чувствовал себя лишним в этой компании. «Твою медь! Что со мной происходит? Я уже не Серега Кротов? Какого черта я так переживаю о судьбах мира, вместо того, чтобы думать о встрече с родными на Земле?» Он не представлял, зачем его пригласили на эту встречу и чем он может быть полезным. Но вслушиваясь в доклад генерала, он вдруг незаметно для себя заинтересовался и оказалось, что он легко ориентируется в общей картине начавшегося на окраине Империи апокалипсиса.

После того как первая червоточина открылась совсем рядом с колонией Империи, все ведомства только и делали, что планировали дивиденды, которые сулило использование этого межзвездного тоннеля, и боролись за наибольшее влияние при распределении квот. Червоточины никогда не появлялись в обозримом периоде существования Цивилизованных Миров. Все те, что были известны – четыре в Звездной Империи и по одной в Кармадонском Союзе и Вольных Мирах – были открыты столетия назад и давно были загружены на полную мощность.

Поэтому, когда вслед за первой червоточиной открылись еще несколько, в Империи посчитали, что это просто дар богов. Сколько их теперь на самом деле, уже не знал никто. Сначала замолчала колония у входа в появившуюся первой червоточину, а затем и весь тот район космоса исчез из информационного пространства Империи. Исчезла не только любая связь с колониями, но и корабли, посланные на разведку, тоже исчезли один за другим.

По отработанной схеме район объявили зоной карантина, запретив любые полеты как правительственных, так и частных звездолетов. Анализируя сложившуюся ситуацию, в Империи вспомнили о почти забытой подобной истории, случившейся на планете Баррах. Там произошло то же самое, но в гораздо меньших масштабах – была потеряна всего одна колония.

Теперь, после возвращения экспедиции с Барраха и изучения данных, полученных там, и сравнения развития ситуации, все главные аналитические конторы – и МРОБ, и Хозяйственное Управление – на девяносто процентов были уверены, что это звенья одной цепи. В обоих случаях прослеживалась явная враждебная деятельность разумных.

– Это подтвердил и последний случай с захватом орбитальной крепости на границе карантина…

Сергей напрягся, стараясь не упустить ни слова, ведь ни о каком захвате он еще не слышал.

Глава 9

Командир «Тора», рукотворной малой планеты, до отказа набитой оружием и войсками, полковник Шрейк Ругер был не в духе. «Надо что-то делать, – думал он, глядя с высоты мостика на застывших внизу у своих голограмм членов штаба орбитальной крепости. – Безделье, приправленное постоянным ожиданием неведомой опасности, хуже осады – экипаж и приданные войска постепенно деградируют».

– Начальника штаба и полковника Рейла ко мне! – скомандовал он и пошел в командирскую каюту.

Прервав доклад прибывших, он показал им на кресла у оперативного стола. Полковник Шан Гренбер – заместитель командира по боевой подготовке личного состава – мощный мужик с широченными плечами, больше похожий на спецназовца, с трудом забрался в стандартное армейское кресло.

– Догадываетесь, зачем позвал?

– Нет, – дружно ответили офицеры.

– Хотя, раз я, – добавил Гренбер, – значит, какие-то учения?

– Ты прав, Шан, – Ругер включил голограмму с обзором кают и боевых частей орбитальной крепости. – Будут учения и много.

Он поставил голограмму в режим обзора, и изображения стали автоматически меняться каждые пять секунд. Через некоторое время он остановил просмотр.

– Ну, что скажете?

– Плохо, – начальник штаба полковник Берили был опытным офицером и сразу понял, о чем спрашивает командир. Шан Гренбер недоуменно посмотрел на него и переспросил:

– Что плохо? Все на своих местах несут вахту как положено, все боевые части готовы к бою.

«Молод еще, – подумал Шрейк Ругер. – Не видит очевидного». Сам он уже некоторое время с тревогой наблюдал, как экипаж и особенно приданная для возможного десанта пехота «теряют стержень». Это было его собственное выражение, он обозначал этим все: и усталость от долгой боевой вахты; и потерю интереса к службе; и наплевательское отношение к внешнему виду; и многое другое.

– Шан, – если рядом не было младших подчиненных, Ругер всегда старался общаться с замами и старшими офицерами по-простому, не по уставу. Он уже не первый срок отслужил на орбитальных крепостях и знал, как важно здесь создать и сохранить атмосферу семьи, атмосферу какого-никакого, но дома. – Ты видишь, что все выполняют свои обязанности. Так и должно быть, если вдруг кто-то откажется – это саботаж, суд, а как сейчас, в военное время, и расстрел. Об этом речи нет, но присмотрись – люди выполняют свою работу без огонька, лишь бы отстоять вахту. У тебя первый контракт в крепости, поэтому ты еще не все замечаешь. В Космической Пехоте, где ты был до этого, все по-другому, там все в движении. Я скажу тебе, что вот это – потеря интереса к службе, который уже не подогревает высокая зарплата и ожидаемая пенсия – это происходит всегда и всюду в закрытых гарнизонах, вроде нашего. Кроме того, постоянное ожидание неведомой опасности ускорило этот процесс уставания. Знай мы, кто нас может атаковать, все воспринималось бы легче. По моему прошлому опыту я знаю, что от всего этого есть только одно лечение – надо сделать так, чтобы солдату некогда было задумываться, чтобы он приходил в каюту и сразу валился спать от усталости.

Начальник штаба кивнул:

– Поддерживаю! Людей надо встряхнуть.

– Я понял, – сообразил Гренбер. – Усиливаем боевую подготовку?

– Правильно понял. Готовимся и проводим боевые стрельбы и учебную высадку десанта. Только делаем все так, словно инспектировать нас будет сам Император!

Командир «Тора» повернулся к начальнику штаба.

– Собирай своих и командиров десантников через час. Я сам проведу оперативку, и чтобы у всех были начальные планы на предстоящие учения. Успеешь?

– Конечно, – улыбнулся начштаба. – У меня есть заготовки на все случаи жизни.

– А ты? – обратился Ругер к Гренберу.

– Тоже успею, – ответил тот. – Но только без полной привязки к совместным действиям с Космической Пехотой.

– Хорошо, – подвел итог Шрейк Ругер. Глядя на оживших подчиненных, он и сам почувствовал прилив сил. – Жду через час!

Глава 10

Десантный транспортник выполнил свою задачу по легенде учений – подъем по тревоге и выход в космос для десантирования на заданный объект. Но так как поблизости не было ни одного космического тела подходящего для высадки десанта, учения на этом были завершены. Корабль завис в космосе, ожидая команды на возвращение на базу, в крепость. Корабли прикрытия, участвующие в операции, уже получили такой приказ и исчезли.

Командир транспортника, полковник Фегон Норд, расслабился в своем кресле в центральной рубке управления. Последняя неделя заставила его напрячься, подготовка к боевому вылету была такой напряженной, что он посчитал, что они, действительно, уйдут на настоящее боевое задание. До последнего их, командиров полевого уровня, держали в неведении, настоящая это операция или нет. И лишь когда крейсерам и тяжелым катерам прикрытия был отдан приказ на уничтожение целей, Норд понял, что это все-таки учения – система распознавания транспортника классифицировала цели для атаки, как специальные учебные ракеты-мишени. Тогда он понял, что и ухода в подпространство ждать не стоит. Он полюбовался на виртуозную работу средств поддержки – ни одна ракета-мишень, хотя и применила весь арсенал защитных средств, не уцелела.

«Ругер правильно сделал, организовав эти учения, – думал Норд, наблюдая голограмму, висящую над тактическим столом. Космос был пустынен. – А то все уже совсем расслабились. Так хоть неделя пролетела совсем незаметно». Как всегда, его мысли перешли в привычную колею. «Появится ли кто-нибудь из карантинной части космоса и что за тварь это будет?» Как военный он понимал, сколько ресурсов необходимо затратить, чтобы оторвать от Империи такой кусок космоса, тем более в пограничных мирах, где концентрация военных гораздо выше, чем в обжитых. Значит, враг, действительно, серьезный и операцией усмирения тут не отделаешься.

Его мысли прервал доклад из рубки дальней разведки.

– Кэп, обнаружил еще цель, – голос лейтенанта Грана, командира боевой части слежения, был сначала спокоен. – Передаю данные артиллеристам.

– Данные получил…, – вступил в разговор командир бортового комплекса прикрытия. – Жду приказ на поражение цели.

Вдруг голос Грана сорвался.

– Не стрелять! Командир, не стрелять! Это не ракета-мишень, это гражданское судно! Идет со стороны карантина!

По инструкции, специально переделанной под текущую ситуацию, никто не должен вступать в контакт с появившимися со стороны карантинной зоны любыми космическими кораблями. Все они должны быть остановлены в зоне карантина, если же попытаются прорваться, то уничтожены. Но Фегон Норд смотрел сейчас на голограмму-сообщение, пришедшее с появившегося судна, и понимал, что сегодня он впервые за службу нарушит инструкцию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.