Роби Ашаров
Людские тропы: сборник рассказов

– УКОР -

Он проверял у него паспорт. Перелистывая, внимательно рассматривал молодого парня. -А где диплом об окончании училища? И где работал, трудовая мне нужна. Молодой человек подал диплом, затем трудовую книжку. -Значит работал на Аму -Дарье? Это хорошо. У меня почти все землесощики с твоих краёв. Неплохо работают…Я тебя беру только с командой отремонтируешь сам буксировочный катер и на нем будешь работать. Лады? Пока у меня нет ремонтной бригады. В дальнейшем все наладится и всё будет. Ну устраивайся, пошевеливайся, а то дело уже к концу рабочего дня. -Хорошо, только с регистрацией я не знаю, как мне быть? -Значить так, пойдёшь в поселок, найдёшь коменданта, дашь ему паспорт. Устроит тебя в общежитие, зарегистрирует, завтра на работу. Общежитие брандвахта, двухэтажное плавучее судно, было пришвартовано недалеко от погрузочного причала. Две другие брандвахты стояли пришвартованные в ковше затона у ремонтных стапелей. На брандвахте было шумно, где то играла музыка, работал телевизор. Кто то играл на гитаре, он походил на улей. Ему было не впервой жить в такой обстановки. И он быстро вошёл в колею рабочей жизни так как он к этому привык. Да и контингент жильцов был разнообразный, в основном все приезжие, которые приняли Российское гражданство. И которые были когда то гастарбайтерами. Многие остались, обзавелись семьями, живут в поселке. Некоторые в этом плавучем общежитии живут несколько лет. Как бы то не было, он нашёл тот свой мир в котором ему приходилось быть. Дали ему каюту возле лестнице. Где слышались шаги каждого жильца поднимающего на второй этаж. Но это его не смущало. Быстро познакомился с жильцами, нашёл друзей. Таких буксирных катеров было три. Они перетаскивали земснаряды на другие участки речного плёса. Чтобы углубить форватет реки. Через неделю он с мотористом перебрал 150 сильный двигатель. Заменили всю поршневую дизеля, отрегулировали зазоры клапанов и подачу топлива. Покрасили и привели в порядок судно. Провели ходовые испытания в затоне. Получив план приказ, вышли в первый рейс. Так начались рабочие его дни и будни. Работа для него была привычной.

команды земснарядов и катеров, для него была той родной средой. И он после буксировки земснаряда, не очень торопился идти в затон. В посёлок он старался не ходить, из-за боязни встречи с полицией. Хотя документы, регистрация и разрешение на работу были у него в порядке. Но инстинкт страха, у него сохранялся перед право хранительными органами. Посёлок был современного стиля, с четырех этажными домами и котэджами. Магазины и быт комбинат функционировали на среднем уровне нашей бытовой, привычной жизни. Рядом с путейским управлением бассейна реки, стоял огромный дворец культуры. Который мог позавидовать любой город. Это была гордость посёлка, который тянулся на целый километр до самого затона. Недалеко от пристани ближе к бродвахте, стояли вагончики, находились: деспечерская, склады, узел связи и ремонтные цеха. Деспечерская и узел связи работали круглосуточно. Среди всех работающих на узле связи, женского персонала, выделялась девушка. Она своей внешностью покорила многие мужские сердца. Не было ни одного дня, что бы она не слышало в свой адрес комплементы. Мужской пол, завидев её не скупился на красноречия. И девичье сердце прыгало от счастья. И от поклонников у неё не было отбоя. Но ей они были безразличны. Кроме новенького, молодого капитана. Он был всегда опрятно одет, весёлый и жизнерадостный. Она иногда украдкой смотрела на него с окна вагончика, где был коммутаторный узел связи. Когда приходил его буксировочный катер под № 225. Как молоденький капитан, слегка наклонному трапу спускался на пирс отбивая чечётку. Он широко улыбался глядя на своего моториста. В деспечерской он отчитывался, затем шёл в общежитие. Там он чувствовал себя в своей тарелке. Эта была его жизнь, простые люди, с которыми можно: поговорить, посмеяться, пошутить. Порой, можно было устроить, какую ни будь вечеринку. И очень редко он ходил на дискотеку, в дворец культуры. Только однажды в один из знаменательных дней. Молодого капитана- механика торжественно наградили почётной грамотой и денежной премией в один из августовских дней. И он остался после концерта на дискотеке. Стоял со своими товарищами возле буфетной стойки танцевального зала. Объявили дамский танец. Капитан не заметил как к нему подошла красивая связистка, о которой он наслышался от своих друзей. Взяла его за руку и без церемонно повела в середку зала к танцующим. Выбор пал на него и весь вечер танцевала с ним. Она не могла представить и даже была удивлена его познанием танцев. Все танцы, она отказывала своим поклониками и они отходили удручённые и оконфуженные. Всем стало ясно, кому должно принадлежать её сердце. Этот вечер и все последующие дни им было хорошо вдвоём. Он провожал её до квартиры, где жила с мамой и бабушкой. Лишнего она не позволяла ему, просто говорили о чём угодно, и им было весело. Однажды она спросила у него.– А что ты такое совершил, что тебе дали премию и почётную грамоту? Но молодой человек был скромным, возможно в человеке это самое прекрасное качество. – Наверное за неплохую работу. И капитан буксировщика не рассказал, как сорвало с якорей земснаряд и несло его к гидросооружениям. Где мог разбиться и наделать столько бед, что обошлось в сотни миллионов рублей. Он не раздумывая, на своём буксире с трудом нагнал земснаряд. И уже в несколько десятков метров от гидроузла, взял на буксир земснаряд и притащил его в затон. Об этом он никогда никому не говорил. Только команда земснарядов о нём говорили, как о спасителе. Её чувства к нему проявлялись всё больше и больше. Она с нетерпением ждала его с рейса. А он уже старался быстрее выполнить план приказ. И прибыть на пристань вовремя. Они теперь подолгу стояли возле её дома под деревьями и целовались. И для них как у всех молодых быстро приходило утро. Не спешил идти на брандвахту, не хотелось разлучаться. Подруги ей говорили о других парнях, и предлагали лучшие кандидатуры. -Клава ты только посмотри, сколько богатых холостых парней, а ты избрала какого то гастарбайтера. -Нет, нет отвечала она. Вам всем подавайте миллионера. А вы разве заметили его когда ни будь выпившим? И сама же ответила. -Нет. Вот, то, то и оно. С ним интересно, даже просто так поговорить. А во вторых, какое ваше дело? Может мне хочется, что бы он бегал за мной как преданная собачка. Все ваши парни знают как бы залить своё горло. Я бы с ними закрутила бы какой ни будь роман. Но они легко укрощаются. А вот попробуйте укротить южанина! Да с его темпераментом, вы девчата, получите такое наслаждение и власть над мужиком. Что впору вей с него веревки. Он у вас будет ручным и делайте, ну что угодно. А у нашей молодёжи нет никакой перспективности. Все вы останетесь, до глубокой старости в этом посёлке. А мне не интересно, мне хочется большого простора города, развлечений, и веселья. -Значит ты с ними играешься, как с мальчишками, сказала её подруга Люся. -Надо же иметь кого та до удобного случая. А там глядишь какой ни будь аллегарх подвернется. Послышалось, -Ну ты Клавка и даёшь, девичий смех стоял в вагончике какое то время. Затем снова голос Люси. -Клава и не жалко тебе бросать его будет? -А что ты и правда думала, что у нас с ним всё серьёзна? Да? Ты кнопка будешь гнить в этом посёлке всю жизнь. И куковать до тех пор, пока какой ни будь строитель или вот такой гастарбайтер-капитан не обратит на тебя внимания. И снова смех, теперь уже смеялись над Люсей. Капитан-мехагик продолжал встречаться с Клавой, старался быть перед ней чист в любви. Он иногда исполнял её маленькие прихоти. Старался прибыть с рейса во время, что бы не опоздать на свидание и встретится с ней. Порой оправдывался перед ней если вовремя не придёт на встречу. Но вот в конце сентября с города прибыл молодой экономист. Клава сразу узнала о нём и подметила его. Она не могла упускать такого случая. Это был её шанс. Девушка стала встречаться с двумя молодыми людьми. В этом она была настолько изворотлива,. что ей могли позавидовать многие девчата посёлка. Молодые люди не о чём не догадывались. Капитан буксировщика № 225,не замечал никаких перемен девушке к нему. Но встречи стали реже. Порой он встречал на дежурстве Люсю. Девушку с двумя косичками и лицо в веснушках. И когда капитан спрашивал у неё о Клаве, она скромно отвечала, -Я её подменяю. -И что то ты часто её подменяешь! Ну забегу по позже после рейса. В конце октября все земснаряды снимались с фарватера, где они углубляли русло реки. Их ставили в затон на зимний отстой. Проводили капитальные ремонты всех механизмов, на следующую навигации. Работы было много, порой приходилось буксировать земснаряд по несколько дней. И связь была только по рации. Однажды прибыв с рейса, капитан снова не застал на работе Клаву. Его встретила Люся с теплой дружеской улыбкой. Распущенные рыжие волосы предавали ей ту женскую привлекательность, что капитан буксира обомлел, нерешительно спросил. Клава…опять отдыхает и ты…как всегда за неё? -Нет…,девушка какое то время молчала, затем тяжело вздохнула и серьёзна ответила -Улетела Клавка. Она больше не могла врать этому парню. -Как улетела, куда улетела? удивлённо спрашивал он. -Так взяла и улетела. Люся была честной девушкой, любила свою подругу. И глядя на черноволосого молодого человека, которого стало жалко, ответила. -Хотела тебе раньше сказать, но никак не могла осмелится. На лице молодого человека отразилась печаль, но он старался не подать вида. И что бы она не заметила, спросил как бы между прочим. -Придёшь сегодня на дискотеку? -Я не могу танцевать. Стеснительно ответила она. -Вообще не можешь? -Ну как вообще, современные не могу. -А я то думал…,а какие можешь? -Могу вальс, могу танго, румба. -О…о, это редко кто может. Время быстро летит, особенно когда есть перемены в жизни. Клава нашла свою нишу. Так устроен человек, чем выше ступень социального развития, тем больше общечеловеческих этических норм и требований. Клаве быстро надоела городская суета. И они с мужем прилетели в посёлок. Она хотела увидеть подруг и хоть на время окунуться в поселковый коловорот жизни. Ей хотелось видеть своих родных и близких, и простых тружеников которых ей не хватало. В этот праздничный весенний день, она с мужем пришли во дворец культуры на дискотеку. На Клаву никто не обратил внимания. Все взоры были прикованы к танцующей паре, которых она сразу узнала. Глядя на плавно вращающую пару, у неё в груди что то сжалось и эта терзающая душу тоска не отпускала её. Под великолепную музыку вальса, пара вальсировала так красиво и монолитно, что никто из молодёжи не посмел войти и танцевать рядом с ними. Все зачарованно смотрели на капитана буксира № 225 и девушку с распущенными рыжими волосами. Скромному, розовому платью придавал ей блеск её пленительная улыбка. А веснушки дополняли Люсе, шик женской особенности. Они кружились, то в одну сторону, то в другую. Движения их были плавными, свободными. В эту минуту все в душе завидовали и были влюблены в эту пару, смотрели не отрываясь на них. Пара на секунду приостановилась, отойдя друг от друга под музыку такту вальса, ритмично стали отбивать чечётку. Движения их были синхронными, чередуя ударами каблуков. Пластика их движений у них так были отшлифованы, что каждого в зале охватывал фонтан фантазий. Они находились в мыслях с танцующей парой. И мысли зависти не покидали находящих в зале. Да это был такой танец, что многие были загипнотизированы дробью чередующими стуками каблуков. Уже кончилась музыка, а пара всё выбивала чечётку, разносящее по всему залу. Даже бармен за своей стойкой, которого, ни чем нельзя было удивить, встал на стул, смотрел заворожено. Сблизившись друг, к другу, танцующие отбивая удары, ритмично шли к двери. И только у входа они в такт ритма остановились, тяжело дыша. Они не слышали, как им хлопают и кричат. Ещё, ещё, молодцы. Люся, увидела Клаву, красивая улыбка не сходила с её лица. Капитан –гастарбатер тоже увидел, но не был удивлён и на лице не было никакой реакции. Возможно он делал вид, но возможно он смерился с её обманом. А может нашёл свою настоящую любовь, чистую и честную. -Привет радостно крикнула Люся, с приездом, возвратилась, и радостно бросилась к ней. Подруги обнялись, расцеловались. В ответ Клава вторила, отвечая ей. -Да, да привет, ой… вот познакомься, это мой муж. И она показала на долговязого молодого человека. Ну а вы как тут живете? -Неплохо ответила Люся улыбаясь уже окончательно отдышавшись. Зимой, а может быть и раньше свадьбу с ним сыграем. Выхожу за него замуж и она показала рукой на капитана буксира, которого Клава хорошо знала. Приезжай. Она пригласил так искренно, как может пригласить только в душе чистая и влюблённая девушка. Лицо Клавы мгновенно изменилось. Она какое то время смотрела своими большими глазами, то на Люсю, то на капитана Во взгляде её стояла серьёзная печаль и боль, а может вопрос. Но Люся и капитан не придали этому значения. Клава стояла, затем повернулась и выбежала на улицу. Люся посмотрела на двух молодых парней и следом выбежала за ней. Она нашла Клаву за углом здании дворца. Люся подходя к ней определила по её вздрагивающим плечам, что она плачет. Девушка стала успокаивать. -Не надо, ну перестань Клава, ведь ты умеешь взять себя в руки. Конечно, Люся догадалась, почему она плачет, только она знала, свою любовь она никогда не предаст. Вдали слышалась песня, как молоды мы были, как. -Ой Люська, какая я дура, через каждый всхлип говорила Клава, вытирая платочком слёзы, ,размазывая туш и макияж. Какая я дура. Ох не прощу себя и она прильнула и обняла Люсю. -Я завидую тебе Люська, ой не могу. И у неё снова стали вздрагивать плечи.

– ЗАБЫТОЕ НАКАЗАНИЕ -

Он не знал сколько времени прошло, но чувствовал. что день был в разгаре. Губы потрескались и опухли, тело сжимало высыхающая шкура, в которую он был завернут. От температуры уменьшалась , слышалось её легкое потрескивание. Медленное сжимание тело становилось всё сильнее и сильнее. Трудно было дышать, невозможно было сделать полный вздох. Лежачий человек завернутый в шкуру, перевязанный веревкой до самых ушей, был заткнутый в рот кляпом, Боль пронзило всё его тело даже почувствовал всю острату боли по всему позвоночнику. Сильно зажмури л глаза, он чувствовал что ворона продолжает клевать глаз. Собрал все свои силы. которые возможно ещё у него сохранились, рванул всем своим телом. Получилось только слабое шевеление, от которого только птици отпрыгнули в сторону. Он был связан на совесть и положен так на землю,что не мог даже перекатится. Сидевшая на голове птица только подпрыгнула и снова стала топтаться. Смотрела на своих сородичей, которые побеспокоенные издавали своё карканье. Лежачий издал мычание от новой боли, которая утухла. И отдавалась где то там в глубине всего организма. А острая боль вонзилась в него. Она снова напомнила о себе только ещё сильнее. Казалось, от удара клюва птици отлетают части лица и головы. Ворона клевала и отрывала от глазнице красноватые кусочки которых она вытаскивала и перебирая клювом. Лежачий не чувствовал на её топтание по ему лицу. Даже не обращал внимания когда птица вонзала свои когти в его лицо. Вдруг птици разом взлетели, послышался топот кпыт. Обречённый не стал открывать глаза.Прискакавший подошёл к нему так близко, что лежачий чувствовал, что он рассматривает его. –Так…,сказал прискакав один из братьев, одного уже нет, эх зря ворон спугнул. Так бы и второго не было , что сегодня орлов нет, не пойму почему, и именно сегодня их нет, вслух расуждал прискакавший. Ну ничего, вечером посмотрим. Шаги удалились и стала удаляться дробь лошадиных копыт. Птици только и ждали когда никого не будет. Как по команде снова слетелись и приступили снова к своему пиршеству. И опять, возможно та самая ворона снова села опять ему на голову. И возможно она настраивалась на второй глаз. Он зажмурил глаз ожидая удара клювом. Уловил где то далеко, далеко плачь и лай шакал . Ему стало страшно ещё сильнее. Теперь понял смертник в каком положении он оказался и какая страшная участь его ожидает. Какой страшный этот старинный метод. Он находился в состоянии на невозможное спасение. Если не от птиц, то от зверей. Возможно прадеды степняки такими методом отучивали конокрадов. В мыслях он прощался с жизнью. И мысли быстро бежали в его памяти. Он не ставил в сравнении тот случай, когда зимой украл коней, плутал по степи двое суток. Отморозил уши, от которых остались одни огрызки. От чего и прозвали его карнаухим. Теперь ему пришлось удивляться со страху, наглости и смелости птиц. Они стали отклёвывать остатку мясо от шкуры. Одна даже села ему на голову он не в состоянии был её отогнать. Он был беспомощен,, так как был завернут и завязан в шкуру как кокон. Высыхающая шкура сжимала все тело и не давала ему даже шевельнуться. Был как в гипсе. Птица топталась на его голове. Мысли быстро бежали в его памяти, как бы раскаиваясь перед всевышним и перед смертью. В своём расскаивании он всё вспомнил до мелочей.

-Эй…, Коарнаух, ты что здесь делаешь, опять коня приглядел? Обратился один из наездников к чёрновомосовому мужику -Нет, просто люблю скачки, ведь они бывают один раз в год, ответил Карнаух.-Так я тебе и поверил, зря не придешь на наши скачки. Поди старая привычка не даёт покоя. Аль жеребца породистого высматриваешь. Ведь трудно тебе верить.-Ты что, я люблю честно покупать и продавать. А от породистого коня кто откажется. О…о...смотри вот эта лошадь. Этому коню нет цены, поверь мне сказал он и не обращая на знакомого внимания с блеском в глазах ,устремился к всаднику. Весь вид его говорил, что конь ему по нраву. И что он не остановится не перед чем, лишь бы потрогать коня и если можно сторговаться. И денег на эту лошадь он не пожалеет. Корнаух стал пробираться к ней, которая не стояла на месте. Прикусив узду лошадь слегка ржала, топчась на месте, показывая ещё молодые зубы. Повернув в его сторону голову, изогнув красивую шею, она приближалась к нему. Карнаух шел к лошади никого не замечал Схватил за стремя и жаром торопливо спросил у хозяина лошади.-Вася, сколько хочешь, а сколько продашь – Я тебе не Вася, а Гриша и не продаётся она. Отпусти узду Карнаух, старт скоро дадут.– Гриня, ты меня знаешь, я на твоего коня глаз положил. Купить хочу, уж больно он мне по нраву – В том то и дело ,что я тебя хорошо знаю; сказал хозяин лошади. Сказал тебе, не продаётся конь, и баста! И ты меня тоже знаешь, и меня, не стращай. Как бы тебе самому плохо не было. За старые грешки, напомню тебе старым методом . И узнаешь как отучают таких как ты! -Ты что шуток не понимаешь? сказал Карнаух и затаённой, и мстительной завистью посмотрел вслед удаляющему всаднику. Карнаух ел и всё удивлялся, почему, когда его поймали на месте преступления, его не били? Двое, здоровенных мужиков, когда выводил из конюшни коня. Того самого, на которого на скачках поло- жил глаз. Его силком скрутили и затащили в дом. Посадили за стол, где посередине лежал поднос с горой мясо, ещё тёплый. Карнаух услышал знакомый голос Гриши. –Ни как в гости к нам заглянул? Вот и хорошо. Сейчас тебя будем потчевать. Если не будешь есть, то придется силком вталкивать. Пришлось, есть мясо, которое было нежное и мягкое. Не знал он что годовалый бычок был зарезан и сваре до его прихода. Возможно, ждали его. И знали по всей округе, если пришёл Карнаух на скачки, то приглянувший конь будет похищен. И сегодня предчувствие Гриши не обмануло. Ели долго, не спеша, тарелка конокрада не пустовало. Ему часто подкладывали жирные куски мяса. От которого сильно хотелось пить. Он не отрываясь смотрел на касушки, что стояли рядом у трёх братьев. Его мучала жажда и любопытство, что с ним дальше будут делать. -Ты Карнаух ешь, ешь, ещё неизвестно когда тебе придется поесть такой свеженины, да так вдоволь. Конокрад с трудом проглатывал уже, казавшийся ему сухое мясо. И пережёвывая долго не мог проглотить. Мелькнула мысль, хотят, что бы обожрался и извела жажда. Да… сейчас бы пиалку чая, хоть один глаток. Хотя бы шурпы, которым отпиваются братья. Но они не замечали или делали вид что Карнаух хочет пить. Они все разом встали как по команде -Вставай Карнаух, пора и честь знать и так засиделись до первых петухов. Его вывели во двор. Светало. Петухи надрывно перекрикивались, оповещая о наступления утра. Карнаух услышал знакомое ржание своего коня. Не успел конокрад осмотреться, как его свалили на постеленную шкуру бычка и закатали до самых ушей Заткнули в рот кляп, шкуру перевязали. Получился как рулон похожий на кокон, только было открыто часть лица. От свежей разделанной шкуры исходил запах. На это он не обращал внимания. Его подняли сильные руки и положили на дно телеги. Которая быстро почти без шума покатила по дороге. Ехали долго. Уже различал спины братьев. Первые лучи солнца, ласкали степь. Телега остановилась, Гриша слез с неё и пошёл, куда то в сторону. Затем возвратился, у телеги исправил по маленькому нужду, сказал. – Нашёл место, куда его надо нести. Оно укрыто от постороних глаз, да и ложбинка есть, думаю не перекатится. Опять двое подхватили шкурный кокон и понесли через кусты и положили аккуратно завёрнутого конокрада на землю. Гриша проверил крепость перевязанных верёвок, сказал.-Вот Карнаух, так тебе будет спокойно, мы не берём грех на душу, только людям сделаем добро. И что бы такие как ты перевелись и не было повадно другим. Так наши деды и прадеды отучали цыган и других конокрадов воровать. Полежи здесь молчком, кричи, не кричи, никто тебя не услышат. Карнаух уже осознал на какую кару он подвергается. Кричать и орать он не в силе, только открывал и закрывал глаза, как бы прося моля смотрел на Гришу. Хорошо смазанная телега бесшумно укатила, оставив ему степную тишину начинающего дня.

Боль снова пронзила все тело. Птица вновь выклюнула из глазного углубления, кусочек. Через боль Карнаух чувствовал, как клюв вороны касается краёв глазниц и трёт лицевую кость. Как птица подчищает углубление и выпивает оставшуюся темноватую жидкость и сукровицу из уже зияющей глазнице. Ему казалось, что он проваливается в какую ту бездну от боли. Но эту страшную боль конокрад ощущал всем своим нутром и всем телом. Но не смотря на такое терпение он услышал топот копыт. Птици все разом вспорхнули и с карканьем улетели. Только остались мухи, которых было видимо, не видимо. Они облепили глазницу настолько, что глазного углубления нельзя было увидеть. Это чёрное пятно мух жужала и было всё в движении. Оно шевелилось, выпивая и подчищая глазницу. Слышал, как шаги остановились рядом с ним. Эти шаги не были похожи на того раньше прискакавшего. И уже не боясь открыл глаз. Перед ним стоял человек, возможно перегонщик скота. Он вытащил кляп изо рта обречённого. –Давно лежишь? спросил он, и немного подумав опять обратился к конокраду, когда они уехали? Конокрад стал облизывать губы ,которые были потресканы и опухшими. Он понял, что человек знает эти методы. Карнаух глубоко вздохнул и быстро ему ответил. Лишь бы этот человек не ускакал и не бросил его на гибель. И в этой ситуации если ему не помогут то он обречён на гибель и она в данный момент близка. – Лежу с самого утра, только один недавно проведал меня и ускакал. Не успел всё сказать, как человек вытащил нож, перерезал все верёвки, стал с трудом раскручивать слипшуюся от температуры сохшую шкуру. Приложил немало усилий, чтобы раскрутить этот рулон. Шкурный кокон так плохо подавался что страдаюший, оказывался лицом в земле. Травы втыкались в незащищённую пустую глазницу и причиняли ему такую боль, что он порой отключался. Особенно, когда в пустой глаз воткнулся сухой твердый стебель. Спаситель тяжело дышал, но продолжал раскручивать. Он торопился, ведь в любую минуту они могут прискакать. Этот рулон тяжело подавался и вот наконец последний слой. Спаситель тяжело дышит, спасенный лежит от онемения всего организма. Карнаух чувствует, как его поднял, и человек помог сделать несколько шагов. Быстро сел на лошадь, сказал -Если сможешь, исчезни из этого места, торопливо ускакал. Он обвел единственным глазом безлюдную степь и вдруг там далеко увидел силуэт лошади. Он пошел к ней затем все быстрее и быстрее и вот уже бежит. Лошадь тоже бежит к нему на встречу. Эта была его лошадь, Карнаух узнал её. Он приехал на ней красть у Гриши коня. Возможно она шла по следу своего хозяина и тоже увидела его. Счастье и радости не было придела для обоих. Карнаух радостно кричал её имя, слёзы радости текли ручьём, оставляя кроваво грязный след. Встретившись, лошадь стала обнюхивать косаясь губами его лица. Она как бы по свойски целовала и по лошадиному ласкалась. А конокрад плача гладил, прижимал, целовал голову. Слезы счастья все текли и текли на лошадиную голову. Возможно, в эти слезах отражалась вся прелесть жизни, которую он сегодня оценил. Но возможно это были слезы роскаивания. Через какое то время лошадь несла его с этого рокового для него места.

Много дней искали конокрада, что бы привести забытый приговор дедов в исполнение. Но поседевший одноглазый отлежался у своих родных и только через три года появился на горизонте трудовых деяний. Говорят, что он стал фермером и у него табун лошадей. Поставляет больницам и детским домам лечебный кумыс. Карнаух расскаившись встал на истинный путь, построил мечеть, разводит породистых скакунов. В родном селе о нем говорят, уважительно и каждую пятницу отмаливает свои грехи. Селяне за глаза теперь называют не Карнаух,а кто как. Кто адмирал Нэльсон,а кто Кутузов. А для него лучшего друга как его спаситель и конь нет . Пасутся в степи его кони они сытые и ухоженные. Много в степи хороших табунов и много в степи не разгаданных тайн, но степь всегда молчит. Только ковыль волнами ходит от маленького дуновения.

ТОСКА

Кобылица черная в белых пятнах, через несколько дней должна рожать. Она была спокойной и ласковой. Узнавало своих и чужих детей. Дети бегали игрались прятались за ней. Лошадь не реагировала на их визг и их бег вокруг неё. Только водила ушами уткнувшись в кормушку. Знала, эти маленькие человечки приносят ей хлеба и кусочки сахара. Она нежно брала с их рук и съев, тянула морду к ребенку который дал. Дети смеялись и любили когда волосяные лошадиные губы касались их щёк. От её шекотания они визжали улыбаясь поглаживали ручонками её губы и чёрно белую голову. Но если чужой ребенок прятался за ней. Она отпрянув голову от кормушки беспокойно топталась на месте. Смотрела на него своими большими глазами. Быстро привыкала к детям и уже через некоторое время не обращала на чужих никакого внимания. Дети осторожно пролазили под её большим животом. Кобылица только переставляла ноги, что бы не наступить на какого ни будь ребенка. Даже не поднимая голову из кормушки. Только слышно её гром- кое хрумконье сухого сена. Проснулись дети от топанья. Выбежав во двор увидели жеребенка. Он был весь чёрный, только на лбу было белое пятно. Его сразу назвали Звездочкой. Жеребёнок на своих тоненких ножках подбежал к кобылице и она глухо заржала. Дети знали что она приветствует их. Радости у детей не было предела. Они старались дотянуться и погладить новорождённого. Кобылица обнюхивала детей и с хрустом ела сахар. Поворачивала голову на жеребёнка, который тыкался к соскам. Погладив лошадь дети отходили в сторону. Они каким то детским чутьём понимали, что в это время не надо беспокоить ни её ни новорождённого. Было начало осени, но ещё стояли жаркие дни. Отец ходил и улыбался, и не строго торопил их в школу. Дети с неохотой собирались и выходили из дома в школу. Жеребёнок познавал мир, бегал по двору на своих тонких и длинных ножках. Ему было интересно всё, даже шуршание листьев. Привлекало внимание: ветер, шум на дороге, стук доносивший. Рассматривал вес двор и часто подбегал к матери. Дверь калитки со скрипом отворилась и жеребёнок стремглав побежал к матери. Это дети запыхавшись прибежали из школы. Им не терпелось увидеть новорождённого. Дети несли кобылице яблоки. Она громко хрумкала и тихо ржала может в знак благодарности, а может в знак приветствия. Через несколько дней жеребёнок игриво носился по двору с ребятишками. А ещё, через какое то время он ел с их рук всякие вкусные лакомства. Жеребёнок теперь с нетерпением встречал детей со школы. Он подходил каждому из них и как бы обнюхивал, тонка заржав, подпрыгивал бежал к кобылице. Потыкав мордочкой в соски своей матери, отрывался и снова бежал к детям. Кождое утро будил ударами по деревянной ступени своими маленькими копытами. Дети выбегали, прихватив что ни будь съедобное, угощали и обнимали его. Кобылице давали вынесенное из дома. Она обнюхивала их, ни пахли не так как хозяин дома. В них был тот запах, который сохранялся у детей несовершеннолетнего возраста. Животный мир лучше воспринимает запахи и намного острее у них обоняние. Кобылица порой лизала своим шершавым языком их. Они не обращали на это внимания, только вытирали рукавом то место. Тянулась волосяными губами к их протянутым ручонкам. Жеребёнок, когда долго не было детей, тонко ржал, как бы звал их. Не дождавшись ложился долго смотрел на калитку. Лишь только заслышав голоса детей, он тот час вскакивал весело заржав бежал к калитке. Уже с рук детей, как его мать получал вкусное. Зимой, как и дети радовался первому снегу. Носился по двору вмести с ними. Дети порой прятали свой хлеб и относили в конюшню. Жеребёнок рос на глазах, он уже был на голову старшего из детей. На юге зимы короткие, но когда стояли морозы, то дверь закрывали подпирая палкой. Утром жеребёнок нетерпеливо бил копытом в дверь до тех пор пока не откроют. Он стремглав несся к ним, что бы кого ни будь увидеть. Зима на юге быстро кончается и наступает стремительная весна. Она быстро бурлит и идет теплыми шагами по всему югу. Начинает первый цвести миндаль. Затем цветут другие плодовые деревья. Дети несли свежие, зелёные травы. Теперь кобылица стояла под навесом как обычно и жеребёнок теперь пасся в саду, но не мог быть без ребят. Если во дворе не будет детей, то он искал их. Увидев кого то, он тонко ржал. К лету жеребёнок подрос, было видно как вырисовывается красивая форма лошади. Красавец конь был как с картинки. Было видно, что это был породистый скакун. Изогнув красивую голову, он давал детям погладить голову и шею. Получив недозревшее яблоко с рук, отходил к матери, аппетитно хрумкал. Кобылица уже перестала кормить его. но он по привычке тыкался мордой в соски. Но мать не давала, поднимала ногу отгоняя его от сосков. Утром теперь, удары копыт жеребёнка были сильными и громкими. Он не убегал к матери когда отец детей оседлав кобылицу уезжал куда ни будь. Оставался дома с детьми, да и кобылица уже не ржала подзывая его к себе. Она была спокойна за него. Только по прибытию домой она глухо ржала подзывая его к себе. Обнюхав полизав его круп и живот, опускала голову в кормушку, где лежали для неё яблоки и всякие лакомства. Однажды отец семейства пришёл темнее тучи. Он даже не знал как сказать жене, что должен большую сумму. И в замен у него потребовали коня. Жена то поймет, а вот как дети, как им объяснить. Ходил два дня, всё думал, плохо спал. Плохо ел, не было аппетита. Наконец набравшись духом, признался жене. Рассказал жене, если долг не отдаст, то он увеличится в два раза да ещё с накрученными процентами. А если адаст жеребенка, то долг будет прощён. Задолжал алегарху соседу, живущий напротив его. Он давно приглядел молодого коня красавца. Отцу было жалко молодого жеребенка, но делать было нечего. Только так он сможет рассчитаться с долгами. Жена понимала его и объясняла детям как могла. Что долг большой и у них не столько денег и если не отдать то он увеличится на много. Для них был такой удар, что нельзя было передать. Младший на следующий день слёг. Поднялась температура, а двое не пошли в школу. Четвертый целый день гдето пропадал, только пришёл лишь вечером. На следу- щий день жеребёнка отец отвел к алигарху. Дети со слезами на глазах провожали его до дома соседа алигарха. Жеребёнок тонко ржал, повернув голову к детям. Это жалкое ржание слышала мать-кобылица. Дети долго стояли у ворот дома алигарха они молча плакали. Кобылица тоже ржала в ответ, услышав своего жеребенка. Так до самого вечера они перекрикивались друг, с другом ржанием. Жеребёнок не притронулся к пахучему сену. Не испил на новом месте воду. Печаль и тоска охватила молодую лошадку. Она все ждала появлению детей. Ему этот запах был чужд, не чувствовал детского запаха, не слышал их голосов. Дети видели как у кобылицы текут слезы. Они гладили её, сами молча плакали с ней и успокаивали. Она плохо ела, даже отказывалась от лакомств, которое ей предлагали они. Она их обнюхивала и слегка касалась своими волосяными губами их лица. Дети отстранялись от её касания,не смеялись.не брала ничего с их рук. Услышав голос жеребёнка, она глухо ржала и смотрела в сторон дома алегарха. Жеребёнок не ел уже вторые сутки. Дети шли в школу, но на уроках были отвлечены своими мыслями. Младший лежал в постели с температурой. Иногда в забытьи звал жеребёнка по имени "Звёздочка", звёздочка. Молодая лошадка была привязана в стойле к кормушке. Жеребёнок не ел и не пил,тоскуя издавала тонкое жалобное ржание. Она как бы звала к себе детей и свою мать-кобылицу. Но детей алегарх не пускал сразу же с первого дня. В доме и во дворе не слышно было не смеха ни визга детей. На третий день кобылица стала немного есть. Но продолжала отвечать на ржание жеребёнка. Издаваемый звук его становился все тише и тише. Жеребёнок не евший, стоял на дрожащих своих тонких ногах шатался. Алегарх был в надежде, что от голода лошадка начнет есть. А она все плакала и от бессилия лёг возле кормушки и лежал целый день. Больной младший сын,как бы в забытьи тихо спросил еле слышно у матери. -Мама наша Звездочка ещё жива? -Да, -да сынок жив наш жеребёночек, и как бы взбадривая его, продолжало говорить. Он уже гуляет, не болеет и главное хорошо ест. Выздоравливай скорее сынок. -Мам как хочется увидеть напоследок нашу Звездочку. -Я попрошу нового хозяина что бы ты увидел её и погладил. На пятый день Звёздочка лежала вытянув морду вперед возле кормушки недвижимая и холодная. Жеребёнок умер не притронулся к пахучему клеверу и свежему сену. И не увидел своих друзей и свою мать-кобылицу. Широкий след от слез идущие к губам были ещё мокрыми. И в то же утро бездыханное тело мальчика оплакивала мать и его трое братьев. Мальчик так и не увидел любимую лошадку. Тоска забрала обоих в иной мир, в царство Аида.

ИСКУШЕННЫЙ Он приставил к стене правило, которая была ещё грубо отштукатурен, но не той стороной. Стал показывать рабочим пропуская сто рублёвку между правилой и стеной. Кое как просунул купюру, стал кричать с пеной во рту на стоящих в комнате рабочих. -Это что, хотите сказать, что эта работа? Да за эту работу я не собираюсь вам платить, пока вы все не переделаете. Конечно, он прекрасно понимал, что стена идеально ровная. Но причина всегда найдется, что бы не платить. Рабочие были в грязных робах, но удивительно лица их были чистыми и выбритые. Это были люди азиатского происхождения говорящие по фарси. В основном все рабочие приехали из Таджикистана. Хозяин дома не унимался. -Я вам Джамшуды думает е заплачу за эту халтуру. А ху, ху вы не хотите? Послышался голос с акцентом. -Хозаин, а хозаин ти не волновайся ми издэлаем, как тэбэ нрависа. -Да на хрена вы мне здесь нужны. Лучше нанял бы своих руссаков, хоть толк был бы от них. Завтра, если я приеду с города, и не будет исправлено, то пеняйте на себя не потерплю эту туфту. Великолепный, красивым фасадом, с старинной архитектурой, размером 20 на 15 метров трех этажный дом. Пустует вот уже три года. Хозяин старается часто не приезжать. Лишь приходится бывать в нем, когда приезжал с покупателем. Войдя в дом, покупатель закрыв рот рукой, вопросительно смотрел на хозяина дома. что невозможно было сделать. Поворачивался и уходил прочь от этого дома. Так за три года желающие приобрести недвижимость не входя в дом, уходили. В доме невозможно было находится ни одной минуты. В нем стоял такой запах и вонь, что казалась обыкновенная помойка, была свежим морем, чистой хвоей тайги. Вонь в доме стояла такая, что невозможно было сделать и шага на второй этаж. Тухлость сластила горло, нельзя было сделать полный вздох, не хватало воздуха. Глаза даже слезились, слышался какой то гул ветра. Страх охватывал до той минуты, пока не выскакивали из дому на улицу. И этот гул и вой преследовал какое то время каждого покупателя Этот дождливый вечер запомнился гастробайтерам навсегда. Хозяин приехал поздно вечером. Рабочие предполагали что произойдет, т.к. ещё раньше узнавали о хозяине дома, у таких же строителей как и они, только молдаван. Что этот человек способен на подлые выходки. Знали что до них, которые рыли котлован и заливали фундамент, хозяин дома не заплатил ни копейки. Вызвал ОМОн и эмиграционную службу. Естественно суд решил в пользу хозяина. А десять человек гастробайтеров были виновны. И участь их была решена. Выдворение их из России. Бригадир знал, что если ставят правилой неправильно к стене ,то этот человек далёк от тонких строительных вещей и что хозяин делает это всё понаслышке. Бригадир предчувствовал, какая участь их ожидает. До приезда хозяина всю ночь бригада из восьми человек занималась своей работой по строительству. Они привкушали свою месть. Но ничто не вечно под луной. Всему приходит время. Хозяин знал, когда надо приехать. Даже сильно идущий дождь, в течении пяти часов, для него не было помехой. Его это не остановило. Он с порога входной двери стал кричать, даже не заглядывая в ту комнату где ставил неправильно правило к стене. -Ну что готовы оставить насиженное место, да ещё тепленькое? Или вас вышвырнут от сюда. -Хозаин, а хозаин ми издэлали всо што ти нам сказал. Иды смотры. -Мне не надо смотреть, Я сказал вам, что буду с вами говорить на букве закона.Так что давайте собирайте монатки и вымётывайтесь от сюда. Зная крутой характер хозяина, рабочие молча стали собираться. Бригадир на своём языке сказал, что побольше надо взять целофан. Кто то, спросил у хозяина деньги. Послышался саркастический смех. -Я тебе сейчас такое дам, что ты у себя на родине, каждый день будешь вспоминать меня. -Нэт, нэт хозаин, нам хлеб надо, два дэн не кушл хлэб. -Где два дня, там и неделю можно не кушать. Смех стоял жуткий, да ещё с завыванием и эхо несло по всем комнатам. Они не стали спорить и умолять чтобы хотя бы остаться до утра. Знали дальнейшие последствия, в дождь вышла вся бригада. Этот дом они по своему проклинали и в душе смеялись. Смеялись за свои деяния и мщение. Во всех комнатах, в подвале, в туалете, в ваннах были вмурованные яйца. Но предварительно их протыкали иголкой. В венцеляцонных отверстиях были вставлены пустые бутылки так, что их нельзя было увидеть. А жуткий гул ветра придавали подвешанные в венцеляционной трубе на крыше гусинные и петушинные перья. Этот свист бутылок и вой подвешенных перьев придавали и воспринималось магическим страхом. После двух месяцев, когда дом был сделан под ключ и очередная бригада гастробайтеров, отделочников были так же выгнаны. Стали происходить странные вещи. Хозяин приходил в дом, стал замечать, что его преследует странный вой и звук. В солнечные дни в доме становилось жутко. Он переходил в страх, который гнал его быстро из дому на улицу. А вонь, стал ощущать по всему дому. Сначала купленные ароматезаторы перебивали вонь, Однажды он приехал с женой и дочкой. И в первое посещение своего нового дома они почувствовали ужас происходящее в доме. Женщины по природе более чувствительны к осезаниям. Они в несколько раз чувствительны мужчин. Исходящие звуки запечатлелся в их памяти. За время нахождения в доме они перенесли такой страх, что он преследовал их везде. Этот вой, гул гнал их на улицу, да ещё этот запах, который пробивался сквозь обильно опрысканный освежителями весь дом. Запах, смешанный с освежителями долго оставался в памяти и он уже не забывался. Страх вкрался в их души, что они от каждого скрипа двери, резко поворачивали головы на каждый скрип и посторонний звук. Жена и дочь даже не осмотрев третий этаж, не сговариваясь меж собой как по какой то команде, катились со второго этажа. Им мог позавидовать хороший спортсмен. Выскочив на улицу, они стремглав бросились к машине. Это было их первое и последнее посещение своего нового дома. Соседи которых он приглашал, старались не входить в дом. Их так же держал страх и запах. Яйца, вмурованные в стены и за щтукатуренные, стали делать свое дело. Яйца разлагались так, что вонь проникала сквозь толстую штукатурку и тяжело выветривалась. Он как трупный яд, запах надолго оседал в закрытом пространстве. Страх хозяина настигал везде в доме. Он старался входя в дом, зажечь везде свет. Освещение было сделано по последнему слову европейского стандарта. Даже в некоторых комнатах было сделано умное освещение. Но удивительно, что при полном освещении дома, свет потухал и отключался. Казалось кто то специально подшучивает, выключает и влючает и будто бы в доме кто то находится. По началу становилось странно, но затем через какое то время его охватывал страх. Хозяин быстро направляется к распределительному щиту освещения. Свист и вытьё в вентиляциях и в трубах настолько влияли на хозяина, что в порядке вещей не мог даже обесточить весь дом. Он выскакивал во двор и переводя духи, и отдышавшись, оставив дверь открытой. Он снова входит в дом захватив большую порцию котлов отопления, быстро выскакивает с дома. Так продолжалось каждую зиму. Но ему по необходимости приходилось приезжать через три дня. Порой приходилось быть в доме и через неделю, а то и другую. Ему посоветовали, продать участок с домом. Желающих было предостаточно, но всё было напрасно. Но приходили и уходили. В доме из-за маленьких пустячков происходили скандалы. Возможно ему не было прощения этот ужас, которое они пережили. Возможно у женского пола были свои претензии. Но он в доме старался не говорить на эту тему. Он стал раздражительным, замучила его безсоница. Он иногда ловил себя, что засыпает за рулем. И это случалось все чаще и чаще. Жена посоветовала что бы он сходил к бабке, чтобы отчитала. Или сходил бы в церковь. что бы батюшка отмолил бы грехи. Посоветывали даже какому экстрасенсу сходить. Пришёл к ней с женой и дочкой. Женщины тоже хотели очистится. Экстрасенс была Бальзаковского возраста, странно раскрашена и ухожена. На столе шар, возле него была тарелка со всякими амулетами и крестиками. В стеклянном квадратном сосуде была вода. На столе все предметы были расставлены так, то всё это бросалось глазам. Женщина экстрасенс, попросила двум женщинам выйти, сказала -Я понимаю вас и ваше беспокойствия, но мне надо поговорить с ним наедине. Он волнуясь сел, руки его дрожали. Монотонный её голос заставил его прислушаться к ней. -Ты большой человек в городе и большой грех, который не дает тебе быть счастливым. Друзья тебя боятся и не долюбливают из-за твоей нечестности. Экстрасенс не боялась говорить ему, может быть она знала исходный итог этого человека. Ей он был безразличен,так как был тем как и все ,обыкновенным клиентом которые приходят к ней. Она продолжала,-Ты несешь очень большой грех. Все они можно сказать пострадавшие, как у нас принято называть, гастробайтары. Все они с юга и у них не как у нас по одному или по два ребенка, а поболее. И их надо кормить, а если десять ртов порой и больше как быть? И этот грех придется нести одному. Пока ты не отдашь им свой долг, тебе придется замаливать свои грехи. Бог прощает раскаивших. -И что мне делать? Первое, наперво надо расплатится с обманутыми. -А как я расплачусь, если не знаю где их искать? Но ты же знал как их обмануть, да ещё обвинил их в обмане. Ты должен их найти, времени осталось у тебя очень мало. Иначе грех твой падет на твоих родных. Спеши. Все они твои рабочие находятся в твоем дачном поселке. И если ты захочешь, то найдешь их. На все воля божья. Судьбой нельзя играть. Он вышел из хозяйственного магазина с нагруженными: сумками с обоями, ведрами с красками, шпаклёвками и всё это он грузил в салон машины. На крыше багажника старенькой семёрки лежали бруски. И тяжесть их ощущалась, по низкой посадки машины. Хозяин неудачного дома сразу узнал бригадира. Быстро подошёл к нему и протянул руку.– Здорова Хусеин, бригадир сразу узнал хозяина. И по восточному воспитанию, уважительно поздоровался. Слегка пригнувшись наклонился, приложив правую руку к сердцу. Пожал руку хозяина, хитро улыбнулся и с азиатским акцентом -А издрастэ Антон Николаиш. Здорова, здорова Хусеин. Как дела у тебя? -А нэ плоха, работаем, хозяин хороший шеловек, дэнги даёт постоянно. Когда работу издэлаем. Я вот что хотел тебе сказать и поговорить с тобой, сказал озабоченно хозяин. И он сделал такое жалостливое лицо, бригадир не мог обратить на это внимание. Антон Николаиш ти подожды, я сейчас поставлу вот это на салон. Он быстро разложил покупной материал в салоне. Захлопнул дверку машины и обратился к нему. А што случился Антон Николаиш? Што надо издэлат? -Понимаешь,я скажу тебе честно, хочу продать свой дом. Но надо там кое чего сделать, хорошо заплачу. У Хусейна отлегло с души и он по- нял что хозяин даже не догадывается, что его бригада виновата в бедах его дома. Бригадир посмотрел на него вопросительно и спросил как бы с любопытством. -Сколко ти даш за работу? Твой дом готов, зачем продаёшь? Ну ты сразу всё хочешь узнать. Давай поразмыслим. Вот смотри за всю работу заплачу 10 тысяч зелёными Думаю это будет нормально. -Хорошо я тоже думаю нормально. Толко ви Антон Никонаиш нэ заплатыл за наш работу. -Заплачу, заплачу как только сделаешь эту работу. -Нэ Антон Никонаиш ти сначала дай нам за работу которое ми издэлали.А потом эту мелаш ми издэлаем. -Ты знаешь Хусеин, у меня пока столько нет, а как сделаешь так всё вместе получеш. Бригадир подумал и хитро улыбнулся, сказал по восточному красноречиво, стараясь жестами обьяснять ему. -Ти знаешь, мне отэс всегда говорил, когда тулпан, это свиток такой ест, когда он умирает болше нэ разсвэтает. И быстро сел в машину громко хлопнув дверьцой и подав сразу газу рванул с места. Хозяин великолепного, вонючего и страшного дома хотел что то ему сказать, но передумал. Он долго ещё стоял и смотрел вслед удаляющей машины. Может быть он думал о своей подлой думке которая на этот раз не удалась. И теперь придётся ему нести свой крест. И ему надо решать, что делать и почему все эти несчастия сыпятся на его голову. Его мысли отвлёк звон церковного колокола. Возможно он говорил ему о заповеди, не искушайся. А может он говорил ему, по вере вашей да будет вам

ВЕСЕНИИ ГРЁЗЫ Она как и все, приходила на работу в одно и тоже время. Приходила можно сказать, пунктуально, минута в минуту. И не могла обратить на него внимания. Привлекательная внешность, средний рост, выделяло его из всего обслуживающего персонала, большого ресторана. Даже в костюме, которые носили охранники, видно было его спортивное телосложение. Он старался быть молчаливым и вежливым. Знал, что его могут оскорбить в любую минуту. Не должен подаваться на провокации как ему объясняли по инструкции. Даже когда ему выдавали форму охранника. Старший технический работник спросил у него. –Какой размер носишь? –Вроде бы пятьдесят четвертый. –Я спрашиваю в европейском измерении. Болван, чурка долбанный. Вот чайник, и наберут, таких. В душе у него рождалась на этого технического работника злоба. Но он заглушил её, и честно признался. –Не знаю, я эти измерения. Вспомнил, как приехал в Москву. Ехал с друзьями в метро до места работы, куда его пригласили. В ожидании электрички молодые парни вспоминали дом, Олимпиаду Азии. Им было весело. К ним со всех сторон подошли, бритоголовые. Их было так много, что казалось кроме них, никого из пассажиров не было. Окружив тёмноволосых. Они стали оскорблять, сужая кольцо, даже не боялись ни полицию, ни работников метро. Это были года начало двадцатьпервого века. Когда зарождение скинхедов было в пике их него взлёта. Но на удивление скинхедов чорноголовые не испугались и приняли их вызов. И многие бритоголовые в дальнейшем были удивлены, спортивной подготовкой семерых молодых людей Эта семерка встав в свой круг, отражали все нападения. Они не предпринимали ни каких агрессивных действий.

Люди проходили мимо и не обращали на них внимание. Будто бы им, было безразлично, милиция не вмешивалась. Возможно из-за не приязни к националам, Зная, что чёрные это гастробайтары, а возможно из-за боязни скинхедов. Но, так или иначе, семерка почувствовала безразличие окружающих к ним. Один из семерки крикнул «ОЛГА» на своём языке, «ВПЕРД». И сразу круг стал расширятся. Вся семерка делает рывок, и вот первая жертва лежит на полу. Затем падает второй, Третий весь в крови, шатаясь отходит в сторону. Мелькают во все стороны ноги семёрок. Круг чёрноголовых расширился, скинхеды дрогнули и стали пятится. Семёрка почувствовала слабый натиск негодяев, и с новой энергией, стала наносить жестокие удары. Уже лежат несколько бритоголовых, кто то из них прячется за опорами метро. Некоторые, шатаясь, бегут к лестнице. Видя, как живой кулак, энергично отражает и разбивает кольцо. И вот один край скинхедов дрогнул, оказалась большая брешь. Люди смотрели на это побоище, как на какой ни будь спортивный ринг. Никто не заступился, да и как за чёрных, если они являются гастрабайтарами. Они последний сорт, низшая ступень людского сословия. И не исключено у многих была в мыслях, пусть бьют этих черножопых, не жалко их, понаехали сюда. О…о! А ведь не русские себя отстояли. И сколько бритых бегут. Вот это, да, так им надо этим фашистам. Смотри, а главное, куда подевалась милиция? Прослужив в спец войсках, он многому научился. Да и воспитываясь в детском доме, он в драках, не давал себя обижать. Повзрослев он был, лучшем драчуном. Ногами владел, как руками, а если у него в руках была палка. То это была страшное оружие. Сейчас он обходился без неё, надо было защищаться и бить этого бритоголового наверняка. И вот, нога, одетая в чёрные ботинки нависла над ним. Пригнувшись, нога проносится над его головой. Удар в бок, туловище бритоголового сникает и падает. Другого, в прыжке ногой бьёт в челюсть. Слышится, хруст челюстей Он не смотрит, как падает. Руки мелькают, крутятся, отражая удары. Вспомнил, как дрался с японцем на АЗИАТСКОЙ Олимпиаде. Он чувствовал, что соперника сломит, но по времени они не успевал. По очкам японец, опередил его на одно очко. И сейчас он должен вертеться как юла, наносить, опережая удары. Иначе он будет битым в назидании всем, и его друзья, земляки, будут растоптаны вот такими скинхедами. Мысли крутятся быстрее своих рук. И вот разрыв кольца, Теперь стало свободно. Вспомнил, да…да КУН-ФУ, стойка, мысли, охват ситуации. Мысли, бегут быстрее реакции, но охват взглядом контролирует всю обстановку. Теперь он, вопреки, всем правилам, быстро наносит удары. Лежат многие, перепрыгивая через многих лежачих, лысых парней, он как кошка в прыжке, догоняет свою жертву. Видит их бегство. Многие скинхеды, бегут в разные стороны, к выходу метро, к подошедшим электричкам. Мечтал в детстве быть лётчиком, но потом, хотелось стать врачом. Потому что его друзья болели. А ещё он мечтал, что бы у него нашлась хотя бы мама. И он очень завидовал тем, которых усыновляли и удочеряли. В его детской души стояла обида. Жил в надежде, что, когда ни будь, у него найдётся мама. И даже когда удочерив его подругу детства. Дети стояли и смотрели тоскливыми детскими глазами. В этот момент он понял, как привык к ней, что то отрывают у него в душе. Смотрел с тоской на неё, на весёлую, счастливую, но с грустным взглядом. Он не мог рыдать и плакать, но слёзы сами текли, оставляя след и солёный привкус. Грусть цепко держала этот тоскливый ком. И когда она ушла, с приемными родителями, заметил, что не только он вытирает кулаком слёзы. Почти все кто её провожал, не знали, что мир полон страданиями. И жизненный ритм детства также отстукивает свои: дни, месяца и годы. В играх всё забывается, и печаль вспоминается не с такой болью. Да и кружки, и спортивные секции, давали детям отвлечься. Все это объединяло их и сплачивало, и рождалась храбрость и человеческое достоинство. В котором рождались моральные и человеческие принципы Самое ответственное место в ресторане, это, фойе, –лицо ресторана. Здесь надо быть всегда начеку и быть бдительным и вежливым. Дежурство его было ответственным и натянутым, через двое суток. Не каждый шёл на эту работу. Он должен снова заступать на дежурство и пока у него шло гладко. В этот день она спускалась с широкой лестнице, ладонью касаясь перил. Он обратил как обычно на нее свое внимание. Их взгляды встретились. Светлые локоны, причёски вечернего варианта, свисали до самых плеч. Она смотрела на него, не отводя своего взгляда. Он растерянно , осматривая себя, был в недоумении. Она прошла мимо, слегка улыбнулась, обдав его тонкими духами запаха « Шанэля». Он привык к этим суматошным вечерам. И этот вечер был не впервой для него. Он не видел, что творилось в банкетном зале, но фойе было заполнено приглашонниыми. Находящие о чем то беседовали, смеялись. Но он был отвлечон от их торжественных дел. Должен исполнять свою работу. Что бы был порядок. Не слышал, как всех пригласили в зал, стало безлюдно. Только запоздавшие гости проходили мимо него которых пропускал швейцар у двери. Слышалась музыка, звон грохот и визг. Затем четверо разъерошенных и возбужденных мужчин, выходят из зала, быстро спускаются по лестнице. Один из них подходит к зеркалу стал поправлять свою прическу, которая ершом торчала на голове. Услышал голос одного из четверых. –А ты что здесь делаешь черножопый? Здесь не место тебе, ты что не слышишь? Грубо схватил за руку и притянул к себе. Я тебя спрашиваю, что ты здесь делаешь. Почувствовал запах алкоголя. Стараясь без резких движений, освободил свою руку. Вспомнил ежедневный инструктаж старшего по смене охранника. « До последней минуты ведите себя вежливо, не вступайте в конфликт» – Прошу вас ведите себя прилично. Второй охранник успокаивал двоих и рукой показывал на дверь. –Так ты что здесь охранник, не успокаивался болтун, как в душе его прозвал. Болтун усмехнулся. Поди же, уже наших охранников выживают эти гастробайтеры. А сейчас мы посмотрим, на что ты способен. И он крикнул, -Эй Славик, вот тебе и груша. Здоровенный Славик в росте два метра раскачиваясь морской походкой подошёл к подзывающему. –Я вас попрошу, выйти на свежий воздух, успокойтесь, а затем трезво решите свои дела. И повернулся от них, направился к двери. Увидел лежачего напарника и в этот момент на своём плече почувствовал, как тяжелая рука тянет его к себе назад. В голове проносятся мысли и теперь ему принимать свое решение видя агрессию мужчин. Отклонившись назад к руке, бьет ногой в лицо здоровяку. Трое мгновенно отреагировали на это. Двух метровый закрыл лицо руками и тряс головой. Один из троих принял боксёрскую стойку. Двое приняли стойку КУН-ФУ и медленно стали приближать к нему. Теперь он знал, что надо бить наверняка. А там будь, что будет. Слышит снова. –Ну что чурка, давай, давай, начинай. Сейчас посмотрим, на что ты способен. И болтун пошёл на него, размахивая руками и ногами. Отмахиваясь от него, краем глаза, наблюдал, как двое заходят его сзади. И вот болтун делает ошибку. Удар ногой, промахнувшись, разворачивается и бьёт другой ногой. Охранник успевает пригнуться, бьёт болтуну в пах. Приподнявшись, наносит удар ногой ершистому. Третий видит падающего ершистого, бежит к двери. Очухавшийся здоровяк был в ярости и злобно шёл на него. Но теперь он ему был не страшен, знал, как с ним поступить. Глядя ему в лицо, резко ударил его в пах. Здоровяк согнулся и двумя руками коснулся своих штанин паха, выл от боли. Подойдя к нему, резко и с силой ударил ладонями по его ушам. Двух метровый Славик заревел от новой боли. Воющего здоровяка схватил одной рукой за воротник рубашки, а другой за пояс ремня. Волоча его к двери, говорил ему, -Я, с детства любил с такими как ты драться. Тебе просто повезло, двое твоих друзей помешали мне с тобой расправиться. Толкнул его в открытую дверь на улицу. Он не смотрел, как тот падает, кувыркаясь по ступенькам. Лежачего, с ершистыми волосами. Схватил за шиворот и потащил к выходу. Болтуна выволакивали двое охранников зала. Не видел, когда входил в фойе у зеркала стал поправлять костюм, за ним наблюдали. Она сверху смотрела за этим инцентдентом, с самого начало. Это по её команде пришли другие охранники. Посмотрела на него, когда он осматривал себя в зеркало, улыбнулась и пошла в зал. Через два дня, когда он заступил на смену, прохаживаясь по фойе, к нему подошёл официант и позвал его к директору. Войдя в кабинет увидел седоволосого мужчину, который вышел из-за стола и направился к нему. -Слыхал, слыхал, отличился… молодец, не испугался. Вот такие охранники нам нужны. Но…, он протянул конверт, -Вот тебе твой расчёт, и… Директор многозначительно посмотрел на него. Охрани к не мог понять и задал вопрос директору. –Если нужны, так зачем мне рас….-Вы меня правильно поймите. Во первых, вы не Россиянин, а во вторых, все пострадавшие, как мне сказали находятся в больнице. Так что, вы меня извините. -Но они не настолько были избитыми. –У меня пока только такая информация. Охранник был в недоумении, взял конверт, вышел из кабинета. Сдав костюм, вышел из здания, перекинув сумку через плечо, слышал, как за ним захлопнулась массивная дверь. Опустив голову, задумчиво стал спускаться по ступенькам вниз. Мысли неслись всякие, но он не мог зацепить ни одну. Не заметил, как медленно шёл по тротуару, а рядом ближе к обочине, также медленно ехала красивая, красная машина. Услышал женский голос. –Эй, эй…,что задумался? Он поднял голову и увидел её. –Не ожидал, садись, подвезу. Смотрел на неё и красную феррари, как, загипнотизированный. Девушка смотрелась в этой машине, как на обложке элюстрированных мод машин. Да садись, что случилось, и что взгрустнул. Да так, просто после случая в фойе, меня уволили. Теперь думаю куда податься, ведь у меня не плохие руки. Не плохо, могу класть кафель и плитку. Только надо с начало найти друзей. А куда податься сам не знаю. А куда сам не знаешь? Слушай, пойдёшь ко мне работать? Я с папкой договорилась, и мой ресторан будет лучше его. Такими охранниками не росбрасываються. Или я не права? И она вопросительно, с улыбкой посмотрела на него. Он удивлённо спросил, округлив большие глаза. –Так директор, это твой отец? –Да, ты что не знал? –Нет не знал. А…,Я… -Хочешь быть моим охранником ? –Хочется быть для тебя всем, смело и радостно ответил он. –О…О… А я думала, ты ко мне безразличен, вот и помог мне случай и ты… Она смотрела на него, как тогда, когда их взгляды в фойе встретились. Молодость имеет свой разговор взглядами. Любовные чувства передаются без слов. Взгляды их были обворожительными и сердца их были наполнены счастьем. Музыка любви несла двоих влюблённых, куда то, в райские небеса. Она коснулась его руки, он мгновенно среагировал. Молодые не видели, как сверху за ними наблюдает седой мужчина. И глядя на них, он улыбался, вспоминая свой первый поцелуй. А дочка, всё таки, добилась своего.

РАЗНИЦА

Ну что напарник приступай к самостоятельной работе, сказал старший по званию. Сидящий в машине ДПС. Вон видишь, неправильно перешли дорогу чурки. Как неправильно? Вот так, не по зебре… Понятно? Да, и по виду не русские. Нагони на него страха и возьми что ни будь. А то в полицию таких, не допустят, ты меня понял и хитро усмехнулся, дополнил, глядя на него. Во всех структурах свои секреты. Перед двумя молодыми парнями как из под земли вырос полицейский. Дал честь и представился. –Сержант Гусько, попрошу предъявить документы. Темноволосые парни, как то засуетились и с готовностью подали свои документы. –Так, значит с Таджикистана, ты с Молдавии, спрашивал при рассмотрении документов. Так, регистрация есть. А куда направляемся? –Как куда, на работу, ответил молдаванин. А разрешение есть на работу? –Нэт, ми ишем работу. Ответил парень с Таджикистана. Младший сержант был в замешательстве. Он держал два паспорта и хлопал ими по ладони. Подумав, сказал –Ну ка пройдемте к машине. –Э…э нашалнык, у нас висо в порадке. –Садитесь, садитесь, и он открыл им дверь машины. На заднем сиденье двое молодых парней недоумевали и были в страхе. Младший передал паспорта старшему. Тот рассматривая документы сказал. -У вас всё в порядке, но для выяснения придется проехать в отделение. –Э, слюшай камандыр, ти прамо можеш от суда из машины узнат. Позвони, попроси, тама на кампьютер набэрут. –Что грамотный? –Нэт,нэт камандыр, мэна много на Москва задэржал, там всегда так изделают. –А у нас рация сломалась, сказал младший, и строго посмотрел на задержанных. Старший патрульный поддакнул ему. –Правильно, так что…и он завел машину. –Э…э, слюшай вот у нас всо, што осталось. Сегодна даже покушат нэт. Толка на сэгодна осталось и он протянул пятисот рублёвую кипюру. –Нет, сказал у нас , это не устраивает, да и что на них купишь. -Э, камандыр, у нас болшэ нэт. Если тэбэ нэ надо,то повэзи на отделение. –Положи между сиденьем и идите куда шли. –Двоим гастробайтерам не надо было второй раз говорить. Они быстрым шагом пошли по своим делам. – Не плохо справился, молодец, с рацией сообразил быстро. Ну этого на сегодня мало, поехали ближе к электричке или к рынку. Там всегда бывают чёрножопые. А двое парней гастробайтеры шли на работу и спорили так громко, что на них нельзя было обратить внимания. Правда в это время на улице было безлюдно. И молодые парни давали свободу своим эмоциям. –Васа, я тэбэ говорыл, пойдём мэжду домом, а ти, нэт пойдём на тратуар. Тэпэр видеш што получилса. –А кто знал, что они появятся здесь. –Кито, кито, оны Васа могут бит вэздэ. Я их хорошо знаю. А ви всэ молдаванин дажэ нэ правилно лампочка крутэтэ. – Как не правильно, а как надо? –А, вот так, ти Васа поднымай руки. Вася поднял руки вверх. Таджик поднял его и вмести с ним стал крутиться на одном месте. Потом опустил его и оба рассмеялись.-Вот так ви крутэтэ лампочка. –А у вас зато, лепёшки ваши жёны, делают на ляшках, прямо возле… -Э…э слюшай, какой лапошка ,какой лашка? Ти знаешь Васа сэйчас такой лапошка прамо из тандыра на один минутка. Ешо сузма, это у нас густой, кислий молоко, зэлэн, мэлэн и всякий кушат, мушат. Мнэ Васа болшэ ничево нэ надо. И он мечтательно поднял голову, закрыл глаза. Вах,вах,вах. –А у нас сейчас давят вино, пробуем молодое вино. Оно такое нежное вкусное, как молоко. –Э, Васа ти говориш, вино- мино, а ви лампочка крутэтэ пилохо из-за вино. И снова они начали смеяться. Нэй эй вино, нэ пэй…там та,та там, и таджик стал двигать плечами и крутиться. Вася смеялся, глядя на танцующего. Повернувшийся к нему таджик, улыбнулся, щёлкнул пальцами и вдруг уставился в сторону улици. Вёл взглядом на остановившую машину. Это была, опять полицейская машина Д.П.С. С машины вышел полицейский и направился к ним. Улыбка у обоих мигом сошла. –Васа, нам опат нэ вэзот. –Так… предъявляем документы. Он не представился. Живее,живее, взял у них паспорта, стал рассматривать. –Камандыр, а камандыр, у нас сэйчас смотрэл пировэрал один сэржанть. У нас документ порадке. –Я вижу что в порядке. Только, что это вы здесь растанцевались. –Э камандыр, я ему показал, как у них там на Молдавии лампочка крутат. –Ну и как? Спросил не отрываясь от документов спросил полицейский. –А вот так и таджик опять приподнял Васю, стол с ним крутится. Полицейский стал громко смеяться, протянул им паспорта. Он шёл к машине, уже не скрывал свою професионнальную серьёзность, открыто смеялся, сел в машину. Машина уехала и они не сговариваясь, быстро пошли к месту своей работы к частному лицу. –Я просто удивлён, почему он не придрался ? Хорошие наверно менты. –Э, Васа навэрно им нэ до нас. Мэнэ отэс рассказал. Ранше било, мало плохой мэнт. –А хороших и плохих ментов не бывает. Все они одним миром мазаны. –Нэт Васа, на полисия очен много шайтан остался. –Слушай, вот я удивляюсь и ты это тоже знаешь, что белая собака, что чёрная собака. Всё равно собака. –Молодэс Васа, толко ти не понымаешь. Там навэрху им полисэйским говорат. Ти должен принэсти или отдать дэнги. Еслы ти денги нэ принэсош, то на полисии не работаешь. –А этот мент, почему не взял с нас? –Э, Васа, я ешо раз скажу тэбэ. Есть хороший собака, есть плохой собака. Я тэбэ ешо раз потом объясняю. Сегодня у них был завершающий этап работы. Они проделали очень большую работу в этом частном доме. В доме делали потолочные работы. С начало крепили к потолку направляющие жестяные швелера, для потолочного перекрытия. Затем к ним крепили листы гипсокартона. Потом шпаклевали потолок. После высыхания его шлифовали наждачной бумагой для покраски. Процесс был трудоёмким, особенно когда шла шлифовка потолка. Пыль сыпалась сверху и ведалась в тело вызывало зуд если не вымоешься. А вдыхая вызывал кашель, глаза краснели и слезились. Мало кто из рабочих надевали распиратор и очки. И это всё сказывалось на их здоровье. Многие вместо распиратора, делали многослойную повязку из марли Которая была ни чем не хуже и легче дышалось. Выходи ли из положения как могли. Работу уже завершили, когда к вечеру пришёл хозяин дома. Голод давал о себе знать. Ведь эти пятьсот рублей для них был ужином и скромной закупочной корзинной. –Хозяин ми вот уже изделалы. Тепер принэмай. Хозяин среднего роста мужчина не славянской внешности посмотрел на него, ухмыльнувшись спросил. –И сколько вы за эту работу, хотите получить? –Сколко, сколко, ми с вами договорылыс. –Нет, парни столько я вам не смогу дать. Во первых, как мы с вами договорились, вы не уложились в срок. –Как не уложились? Спросил Вася. –А вот так, вы должны были закончить вчера, а закончили только сегодня. –Так завезли вы материал только вчера. У нас в запасе ещё один день. –Какой день, а стены ещё не побелены. –На стена ми нэ делал договор. Ми делал договор на пят комнат. Болше ничево ми не договаривалыс. –В общем так, я вам скажу милые мои гасробайторы. Если будете шуметь, а ты неруссь и он строго посмотрел на таджика. Будешь возмущаться, вызову палицию. Пусть они с вами разбираются. Да ещё скажу, что вы хотите меня избить и отнять деньги. Вот вам пятьсот рублей, собирайте свой инструмент и улепётывайтесь от сюда. Двое парней были в недоумении, переваривали сказанное хозяином дома. Слово полиция на них действовало магически и наводил на них страх. Молча собрали свой инструмент и вышли из дома. Возмущение и обида не отпускало их. В душе рождалась злость, но боязнь перед полицией тушил их пыл. Всю дорогу шли на квартиру, которую они снимали, не сказали друг другу слова. Каждый был занят своими мыслями. Каждый познавал общечеловеческие эгоистические, подлые, не честные привычки и действия по своему. Но самое главное в их душе родилось то, которое обострило их совесть. И они не перешли ту грань, что бы потерять себя как человека. И это заставило их призадуматься над многими вещами, с которыми они никогда не сталкивались. Сегодня им не везло, а может быть, был не их день! Но моральный принцип человеческого облика они сохранили. И не потеряли человеческие достоинства. А ведь сколько таких как они делаются негодяями. И где та черта, которую надо переступить, что бы, не потерять себя как человека. Двое парней гастробайторов не стали на тот путь. Они были воспитаны этическими нормами цивилизованного, человеческого общества. Но после ночи приходит утро и оно у каждого начинается по разному. Кому то надо думать о хлебе насущном, что полицейскому, что гасробайтору. А иным оно с утра шепчет, в обмане и в подлости рождается другая жизнь.

ОДНОРАЗОВЫЕ Согласитесь со мной Семен Михайлович, что этих денег на 35 человек не хватает. Седой, лет за пятьдесят мужчина, к которому обратился бригадир, был прорабом участка. Он посмотрел на него, спросил. –Ну что ты предлагаешь? –Я, Семен Михайлович хочу, что бы мы нормально питались. Хотя бы один раз в месяц почувствовать, вкус мясо. Макароны эти стоят уже вот где, и он ладонью коснулся горла. Хорошо, что повар восточный человек. Знает толк в еде, делает чудеса с этими макаронами. Да и работа не легкая и требует определённых физических затрат. А как говорят не поло- поешь и не потопаешь. –Сколько я тебя знаю, вот уже восемь месяцев, вс егда ты чем то не довольный. Терпи Жора, вот на этих днях, будет сдача нашего объекта. А там и расчёт, и новый объект. –А расчёт когда? Прораб подошёл к нему, положил свою руку ему на плечо. –Жора ты думаешь я этого не понимаю? Сколько я за вас скандалю, ты думаешь я получаю зарплату? Да мне стыдно появляться дома. Жена моя, перестала у меня спрашивать деньги. Приеду домой, а она только на меня смотрит. Нет, я понимаю её взгляд, отвечаю ей Пока не сдали объект, и денег нет! –А как вы живёте Семён Михайлович? –Как, как, хорошо хоть хорошие соседи, понимают меня. Знают я когда займу у них, то всегда вовремя или раньше отдаю. Понимают моё положение. –Может вам Семён Михайлович, немного продуктов дать. Ну чем богаты тем и рады. Сейчас я Ибрагиму скажу, он всё организует. В эту минуту у Жоры появилась та жалость, где часто встречается это черта у русских людей. Где в православии блюстит запо- ведь, «Помоги ближнему». –Нет, нет Жора, спасибо, пока до конца месяца есть чем поживиться. А там, даст бог, будет чем поживиться. Не сегодня, так завтра доделаем свои упушенные недоделки. Получим свои деньжата. Отдохну я Жора, устал от этой работы. Да и почему то нехорошо на душе. –Да Семён Михайлович, большую работу мы проделали. Такой цех-завод сделали за восемь месяцев и дать продукцию. Не- плохо, да? Ты Жора давай дуй в цех, закрепи получше пресс. Фундамент надёжный, пройдись леркой анкерные болты и если надо, то законтрогай. А я пойду в подвал. Там есть кто крепит кабеля? –Так, там ещё вчера, всё закрепили. –Ну и добро, только с прессом сегодня заканчивайте. Надо уже рапортовать. Этот цех делала фирма « Сдвиг тех». Бригада работала с утра, до самого темна. Жили в вагончиках, которые аккуратно стояли вдоль подъездной дороги. На другой стороне дороги, стояли частные жилые дома. Первое время помимо своей работы, кто то из бригады работал у какого ни будь частника. Бригадир строго следил, что бы заработанный рубль шёл в общий котел бригады. Ни один год, Жора бригадир работает с людьми этой бригады. Много было объектов с многими фирмами. Но с такой фирмой он работает впервой. Жадность к наживе стояла в первую очередь. Обворовывая какой ни будь объект в деньгах. У этой фирмы стояла в первую очередь экономика. Которая за счет дешевезны выходила из положения. Закупала дешовые материалы, и технические узлы. Которых приходилось переделывать. Скупой платил дважды. Но у неё было несколько участков, с которых перекидывались деньги, на другие объекты. Экономили даже на питании, редко было когда бригада ела досыта. Приходилось думать самим о еде. О зарплате и нечего было думать, единственное была надежда на окончания объекта. Да и кто на зиму возмёт такую бригаду на баланс. Так как эта бригада была комплекс -ной и ей требовалось большой объект в строительстве. Жора, при заключении договора, допустил ошибку. Вот и приходит – ся страдать, хорошо что бригада верит ему. А ему перед ними не удобно. Он в ответе за них, за их состояние, за их благо. Сам из деревни Тульской губернии. Знает как надо работать на хлеб насущный. Понимал каждого из членов бригады. Комплексная бригада состояла из профессиональных монтажников, сварщиков, электриков и даже были наладчики импортного оборудования. В бригаде работало несколько национальностей из бывших республик. Но никогда в бригаде не было инцендентов на национальной почве. Бригадир Жора принимал всех, но не все выдерживали этого темпа работы. Особенно в такое время когда идёт сдача объекта. Работы идут по 12- 14 часов, порой до самой пол ночи. А ут ром снова на работу доделывать и переделывать из-за дешевизны ответственных узлов, которых покупала фирма. Следил за питанием, оно должно быть калорийным и питательным. Придерживался правилам, -голодный рабочий –это не работник. Даже можно сказать шёл на преступление. Когда директор небольшого молочного завода не заплатил за проделанную работу. Территория цеха, ещё не была огорожена и коровы директора паслись недалеко от вагончиков. При кормили корову и доили её днём. Корову перестали выгонять на выпас. Ходили телята и быки, возможно директор догадался, что её доят. Никто не знал, кроме бригадира в конце осени, когда уже во всю шли снега. И когда фирма стала экономить даже на питании. То двое гастрабайторов киргиз и молдаван, зарезали двухгодовалого бычка, в лесочке, возле озера, не далеко от дома директора молокозавода. Узнав о пропаже, директор пустил собаку по следу. Собака пришла к озеру, но следы и место разделки бычка было занесено снегом. Но она шла дальше. Пришла к цеху, где велись работы. Собака дошла до пожарной лестнице, остановилась и стала наверх. Один из следопытов полез на крышу по пожарной лестнице. Но на крыше он ничего не увидел. Снег на крыше был вычищен до самого рубероида. Снова собака обежала цех и с лаем побежала к вагончикам. Она стала лаять на вагончик, который являлся столовой, вышел повар узбек и спросил –Кито вам надо? –Кто живёт в этом вагончике? спросил директор. –Здэс никто нэт, это столовой. На ужен висэ пиридут. Хочешь подожды. Собака обнюхала все вагончики и снова побежала к своему дому. Она оббежала весь дом, стала бегать вокруг бани и сарая. Всё было безрезультатно. К вечеру вся бригада уже знала, что произошло. Вагончик не вмещал сразу 35 человек и ели в две смены. Большая часть ела в первую смену. Послы – шался лай собаки. Находившиеся в вагончике слышали, как Жора разговаривает с хозяином бычка на повышенных тонах. Открылась дверь и в вагончик вбежала собака и стала обнюхивать все и всё. Снова всё было безрезультатно. Директор молокозавода, даже приподнял, будто бы в невзначай крышку кастрюли. Но увидел бледный гороховый суп без мясо, пожал плечами. –Ни чего, не пойму, и что вы едите только гороховый суп? А где первое с мясом? –А ты нам дал, когда у тебя работали? Ответил ему Жора –бригадир. Ведь мы у тебя отработали не на один килограмм, а на несколько сот. Ты даже не предложил нам молочка. Ладно, ладно Жора мы свои как ни будь разберёмся. –Ты разбирался, когда ОМОН вызвал? Мы тебе разве, что ни будь, плохое сделали? Даже подключили доильные аппараты к компьютерам. Если всё это делала бы какая ни будь фирма, то с тебя столько сняла бы. Мама не горюй. –Ладно, ладно я понял. До свидание мужики, спокойной ночи. Бригадир в след. –Слышишь, Андреич, ты бы дал нам хоть на мясо. Директор уходил и будто не слышал. Ох и задушет тебя когда ни будь жаба. Через неделю после этого шума. Бригада до отвала на ужен ела мясо. Никто кроме Жоры не знал от куда берётся мясо? И где оно находится? И где шкура бычка? Собака правильно шла по следу. Только в доме почему то, на удивление, не могли найти. Возможно из-за снега, а возможно собаку спровоцировал идущий из коровника скотный запах. Бригадир и двое быкокрады, ходили и посмеивались над хозяином. Шкура быка лежала у него на крыше бани. А мясо висело в вентиляционных трубах цеха. Так и ела бригада до самой сдачи цеха, в надежде не сегодня, так завтра получат расчёт. После обеда на своём «ФОЛЬЦВАГИНЕ» приехал генеральный директор. Он нашёл седого прораба в цехе. Цех уже выпускал пробную продукцию. Пресс которого закрепили работал на всю мощь. Седого прораба он увидел из далека. Не успел генеральный директор подойти к нему, как Жора вырос перед ним. –Здравствуйте Пётр Николаевич, чем нас сегодня обрадуете? –Как чем, тем что едем через два дня на другой объект. –А как насчёт расчёта? Все ждут. –Жора сколько ждали, что не могут два дня потерпеть? Мы здесь все взрослые, и я смотрю на вещи очень трезво. Сам подумай, твоя бригада, лучшая, которую я видел за всё время на стройке. -Да я и сам и знаю, сказал бригадир. Но надо платить за хороший товар Пётр Николаевич. И мне странно думать, как вы рассуждаете. Мы мясо не видим месяцами, на человека приходится по десять рублей. Где это видано, что бы рабочий так питался. Давайте на вашу семью выделим такую сумму? И хотелось посмотреть, как выживите? –Но, вас вон сколько. Если всё сложить, сколько будет? Я думаю будет приличная сумма. Можно жить. –Пётр Николаевич, не хочется мне с вами ругаться и бригадир махнул рукой, ушёл. В этот момент подошёл прораб. –Что за шум, а драки нет? Здорово Николаи- вич. –Здорово, здорово Михайлович, ну что устранил не доделки? –Обижаешь Николаич, уже выдаём пробную продукцию. –На тебе чек. Сумма устраивает? Прораб посмотрел на чек, кивнул головой, -Пойдет. –Теперь надо решать с бригадой Надо сделать как всегда. Дашь им деньги, что бы напились, ну выпили в честь окончания работы. Скажешь на новом объек- те получите расчёт. С миграционнкой и с ОМОНом я договорился, всё уже оплачено. Подойдут двое орлов с канистрами. Покажешь какие надо поджечь вагончики. Понял? –Понял, понял, только деньги нужны на всё это . –Ах да, чуть не забыл и директор протянул пачку красных купюр. На удивление Жора- бригадир не разрешил увлекаться водкой, просто побаловались пивом. Уснули уставшие рабочие. Ночью произошёл пожар, где стояли вагончики строителей. Бригадир. Проснулся от дыма, в темноте подошёл к двери, но он понял, что она припёрта с улице. Сообразил мгновенно. Поднял всех, кто жил в вагончике. В потьмах, разобрали кровать и лежанкой выбили филёнчатую дверь. Они кашляя все выскочили, ложась на снег. Жора побежал к рядом стоящему вагончику, которого уже охватывали языки пламени. Он выбил припёртое бревно к двери вагончика. Открыл дверь и крикнул, « Пожар, пожар». Дымом был уже заполнен весь вагончик. Вбежал в вагончик и по расположению стоящих кроватей, стал стаскивать спящих и тащить к двери на улицу, подальше от вагончика. Помогали ему уже все, которые спаслись от пожара. Когда последнего вытащили, то вагончик горел уже полностью. Из 35 рабочих гастрбайтеров спаслись 12 человек. В этот момент подъехал ОМОН, с миграционой службой. Всех раздетых рабочих, в одних трико и футболках и нижнем белье, затолкали в маши – ну и повезли в ближайшее отделение. Дальше с ними будут разбираться другие. Возможно они совершили умышленный поджог. Конечно телевиденье не будет в стороне, да и пожарники, как обычно свалят на устаревшую проводку. Но, как бы то не было, следственные органы найдут виновных гасробайтеров, которые совершили это деяние по пьянке. Ведь документов у них нет, сгорели по пьянке, они все преступники. И должны нести, наказание. А у фирмы « СД.В.И.Г. ТЕХ» с правой стороны двери офиса висит объявление. ПРОИЗВОДИТСЯ НАБОР РАБОЧИХ ВСЕХ СПЕЦИАЛЬНОСТЕЙ. Делается регистрация и разрешение на работу. Заключаются договора. Фирма готовится к очередному спектаклю одноразового набора рабочих. А сколько этих одноразовых бригад и рабочих. Ой…,Ой…,Ой.