# Твой черёд. Авель

Lilly Milligan

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Я стала разменной монетой в глупой игре. Меня продавали, меня покупали, меня унижали и я сделаю всё, чтобы ты пожалел об этом… Авель!Книга содержит нецензурную брань.

© Lilly Milligan, 2024


ISBN 978-5-0064-7892-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Пролог


## Итан Анджело

– Ты совсем прихуел, Авель?! Не смей мне угрожать!

Брат молча крутил бокал в руке, не обращая внимание на орущего Бастиана, и смотрел на стол из красного дерева. Я подскочил с места, опираясь руками на столешницу, и испепелял Бастиана взглядом.

– А иначе что? Что ты сделаешь? Ты крыса, которая бегает из угла в угол, не зная, куда приткнуться.

Бастиан совершил самую большую ошибку в своей жизни. Эта мразь не должна была переходить нам дорогу. Я уже прекрасно понимал, чем закончится этот вечер.

– Захлопни свой хавальник, ублюдок, и не смей обвинять меня без доказательств в том, в чём я не виноват, – рыкнул Бастиан.

Он посмел назвать меня ублюдком?! Рванув вперёд и схватив эту суку за шею, я сжал пальцы, перекрывая доступ кислорода в его прокуренные лёгкие.

– Как ты меня назвал? Я что-то не расслышал, повтори-ка!

Рядом со мной упала увесистая папка, видимо, кто-то из парней кинул на стол.

Я уже продолжительное время испытываю ненависть к бывшему лучшему другу, а если быть точнее – с того самого момента, как мне принесли видеозапись, где Бастиан передаёт документы в руки одного из людей Шейлона.

Оттолкнув его, Бастиан упал на диван и с ненавистью смотрел в мои глаза, понимая, что сколько бы он не угрожал, сделать ничего не сможет.

Косясь на брата, я был немного удивлён, что Авель совершенно не реагировал на происходящее, и зарычал на Бастиана за нас двоих:

– Надеюсь, это подходящие доказательства твоего предательства, сучоныш?!

Бастиан, сдерживая гнев, совершил героический поступок, промолчав. Это было действительно значимым, зная, что у него такой же, как и у нас с Авелем, вспыльчивый характер. Парень листал бумаги, а ехидная усмешка расплывалась на его лице. От её вида мне хотелось подскочить на ноги и подправить ножом его улыбку.

– Что за херню вы мне подсунули? Где ваши хвалёные доказательства? Отец вас и слушать не станет, увидев это. Анджело, вы возомнили себя королями, а по факту – два дебила, которые не могут отличить правду от фейка! И на основании этого вы пытаетесь мне что-то предъявить? Чёртовы психи! Как бы вы ни пытались запятнать имя моего отца этой хернёй, вам ничего не удастся сделать. Я не позволю вам добраться до моей семьи!

Движение справа заставило меня повернуть голову. Авель был вне себя от гнева. Он вскочил на ноги, скрежеща зубами.

– Хочешь, я докажу тебе, что заберу у тебя самое дорогое, не моргнув и глазом? Хочешь?! – Авель сверкал глазами.

Я уже знал, что у него есть какой-то план, и ухмыльнулся на уверенность брата.

– Захлебнись своей желчью, Авель. Тебе всё равно не добраться до меня этими липовыми бумажками!

Бастиан пытался защититься, хотя я уже не видел в этом смысла. Если Авель что-то решил, то его уже невозможно было отговорить. После смерти Лианеля он стал абсолютно непредсказуем, и я даже не мог предположить, что брат задумал на этот раз.

– Хорошо, мой старый друг! Потерпи пару дней, и ты заберёшь свои слова обратно! Я отниму у тебя то, чем ты так гордишься! То, что ты любишь больше себя самого! Всего лишь через несколько дней я уничтожу тебя, Бастиан Вердет!


Бастиан Вердет

## Глава 1

### Селена Вердет

– Какая же ты красивая, дочка! Надеюсь, что ты будешь у меня самой счастливой, моя дорогая.

– Конечно, мам, – я выдавила из себя улыбку, кружась перед зеркалом в пышном свадебном платье на потеху матери. Я не подавала виду, что чертовски нервничаю перед встречей с будущим мужем. Я не видела Авеля много лет и смутно помню озорного мальчишку из детских воспоминаний. Трудно было представить, каким он вырос, но я была действительно рада стать именно его женой.

Мне, наверное, единственной из всех моих подруг посчастливилось выйти замуж за человека, который был старше меня всего на семь лет, и которого я знала до свадьбы, хоть и очень недолго. Я пыталась видеть в этом лишь плюсы, ведь Молли, моей однокласснице, повезло гораздо меньше. Из всех кандидатов в мужья её отец выбрал для неё мужчину старше на тридцать два года, с обвисшим пузом, седыми редкими волосками на голове и неимоверно воняющий потом.

Было не так сложно понять, почему её семья сделала выбор в его пользу, причина как всегда была слишком банальна – деньги. Семья Молли давно болталась на грани бедности, и союз с Пауло, обещал им безбедное существование до конца жизни.

В нашем обществе девочек быстро выдавали замуж после совершеннолетия, а некоторые браки по договорённости были заключены, ещё когда девочка только достигла полового созревания. Если она была образована и в чём-то уникальна, то родители пытались «продать» её подороже, чтобы хоть как-то отбить траты на обучение, кружки, частных преподавателей и дополнительные уроки. Именно по этой причине отец и не стал заключать брак по договорённости, боясь, что к моему совершеннолетию семья жениха может обанкротиться, а договор он нарушить уже не сможет.

Я была сильно удивлена, когда семья Анджело пришла свататься неделю назад. Я не видела ни братьев, ни их отца, сидя в своей комнате. Меня не впустили в кабинет, где отец обсуждал с будущими родственниками нашу свадьбу, но я абсолютно уверена, что отец продал меня по самой высокой цене. Фамилия Анджело много лет была у всех на слуху. Её боялись, уважали, кто-то даже боготворил. Их состояние не поместилось бы на табло калькулятора, и не я одна знала, каким именно способом они этого добились.

Я с детства понимала, что именно такой и будет моя судьба. Что отцу будет всё равно, кто станет моим мужем, лишь бы только он смог поднять авторитет нашей семьи и, в частности, свой. Ещё в таком союзе была немаловажная деталь – этой свадьбой отец приблизит себя к верхушке, если можно так выразиться, к элите мафиозного мира.

Авель и Итан Анджело хоть и были молоды, но, сместив с поста главы своего отца, держали в страхе всю (на минуточку) страну! Их имена не знал, пожалуй, только слепой, глухой и немой калека. Перейти этим двоим дорогу – то же самое, что навлечь проклятье на весь свой род.

Почему выбор Авеля пал именно на меня, я до сих пор не могла понять. Да, мы были знакомы когда-то давно и даже играли пару раз вместе в детстве, но это не объясняло, почему он решил взять меня в жёны.

По слухам, натуре Авеля всегда и всё требовалось исключительное и эксклюзивное, а я в полной мере была этим эксклюзивом. Один только цвет моих серебряных волос заставлял людей на улице оборачиваться.

Взгляд зацепился за платье, которое стоило баснословной суммы, и выбрано было лично Авелем. Честно, я никогда не понимала такой траты денег. Какая разница сколько стоят, например, твои часы, ведь что за несколько тысяч, что за несколько миллионов, они всё равно будут показывать одно и то же время. Но для семьи Анджело это было важно.


* * *


Дверь распахнулась, и на пороге на несколько мгновений застыл отец, разглядывая меня с ног до головы. Встретившись со мной глазами в зеркале, он поправил бабочку на шее.

– Пойдём, Селена, неприлично заставлять гостей ждать. Церемония уже началась.

Папа, как всегда, не изменял себе. Он был настолько скуп на комплименты и тёплые слова, что, если мне не изменяет память, он ни разу не сказал что-то приятное в мой адрес.

Улыбнувшись напоследок матери и взяв его под руку, стараясь не нервничать, я шла с отцом в ногу, выходя на улицу.

Сотни гостей вставали один за другим, завидев нас, и отец гордо выпятил грудь, расправив плечи, медленно вышагивая к алтарю.

Я не встретила ни одного знакомого мне человека, почти все гости были со стороны семьи Анджело. Я старалась не смотреть ни на кого, сосредоточившись на широкой спине. Авель знатно вымахал и поздоровел. Лишь когда мы почти подошли к алтарю, я медленно выдохнула, расслабившись и встречаясь взглядом со старшим братом, что сидел в первом ряду. Бастиан был неотразим в своём бордовом костюме и чёрной рубашке. Густые чёрные волосы были идеально зачёсаны назад, а вот бордовая бабочка, обвивающая его шею, смотрелась на нём нелепо, и я ещё не раз припомню ему об этом, скорее всего, это мама заставила парня надеть её. Он улыбнулся, но от меня не утаился его грустный виноватый взгляд, и я непременно спрошу его об этом.

Передав мою руку будущему мужу, отец исчез из поля зрения. Сквозь фату я видела, как Авель повернулся ко мне и, подняв её, я наконец-то увидела его спустя столько лет. Он был гораздо выше, даже учитывая то, что я стояла на шестнадцатисантиметровых шпильках. Я не могла не отметить, что парень был очень хорош собой.

Точёные черты лица, нос с небольшой горбинкой, широкие плечи, на которых идеально сидел тёмно-серый строгий костюм. Густые брови, длинные чёрные ресницы, а глаза…

Глаза были столь завораживающими, что мне с трудом удалось отвести от них взгляд и вернуться в реальный мир, повернувшись к священнику, прежде чем утонуть в этой синеве.


* * *


После того, как на моём безымянном пальце появилось кольцо, а гости стали свидетелями наших клятв любви и верности, время понеслось галопом.

Десятки рукопожатий и пожеланий счастья молодым. Всё время, что мы принимали поздравления, я украдкой смотрела на Авеля. От этого мужчины просто невозможно было оторвать взгляд, особенно от его сдержанной улыбки.

Замысловатые татуировки на крепкой шее скрывались за воротом пиджака, и мысль о том, что уже через несколько часов я своими глазами смогу увидеть картинку полностью, заставляла нервишки шалить.

Я прекрасно понимала, как именно закончится этот день, и морально готовилась к нему с того самого момента, как отец объявил о моей свадьбе.

Не скажу, что мне было до жути страшно лишаться девственности, но коленки всё-таки подрагивали.

Многие мои подруги боялись своего первого раза, но благодаря моему придурочному и любимому старшему братцу я знала о сексе всё уже с шестнадцати лет. Бастиан иногда расписывал всё в таких красках, что волосы на затылке вставали дыбом. На тот момент я затыкала уши или убегала из комнаты, лишь бы не слышать его похабных словечек, но сейчас понимала, для чего он это делал, для чего рассказывал мне, и в большей степени я была ему благодарна, ведь я уже знала, к чему мне нужно быть готовой.


* * *


Авель за весь вечер лишь пару раз удостоил меня своим взглядом, и то, когда это было действительно необходимо.

Наблюдая за ним, пока гости веселились, я не могла не заметить, что и на церемонии, и на праздновании Авель был в коротких тёмно-серых перчатках, скрывающих лишь часть ладони и пальцы. Я несколько раз хотела поинтересоваться, почему он их не снимает, но каждый раз одёргивала себя. Всё могло быть гораздо сложней, чем казалось на первый взгляд. Что-то мне подсказывало, что перчатки служили не просто аксессуаром к его костюму, а чем-то большим, о чём он точно не расскажет в присутствии такого количества гостей.

Стараясь не выдать сверхзаинтересованности моим новоиспечённым мужем, зная, что у меня впереди ещё вся жизнь, чтобы досконально изучить каждую его родинку и шрам, я поглядывала на родителей, которые радовались этой свадьбе гораздо больше, чем я сама.

А вот стоило встретиться взглядом с отцом Авеля, как меня пробирал озноб. Он пугал меня до чёртиков своим суровым видом и тёмными глазами.


Весь праздник я вела себя, как и положено жене влиятельного мафиози, а если конкретней, то тупо молчала и улыбалась нашим гостям. Под конец праздника моя челюсть нещадно болела от этой уже ненавистной улыбки, что, скорее всего, со стороны была больше похожа на гримасу.


* * *


К концу празднования, когда наше пребывание было уже не нужно. Проводив до машин и благословив эту ночь, чтобы она подарила Авелю наследника, нас отправили в наш новый дом.

Меня немного удивило, что муж сел не со мной, а в переднюю машину, но это было даже к лучшему. Я откинулась на спинку и бездумно вглядывалась в пейзаж по дороге; мне нужно было немного времени, чтобы побыть наедине с собой и подготовиться к тому, что будет сегодняшней ночью.

Ворота огромного освящённого тысячами огней особняка открылись до того, как мы подъехали, что позволило нам беспрепятственно попасть внутрь. Я потеряла дар речи, увидев двухэтажный дом на берегу залива почти в центре города. Дом был настолько роскошен, что я не знала, на чём именно сначала заострить внимание. Огромные окна первого и второго этажа были занавешены плотной тканью, не позволяя посмотреть на убранство внутри. Широкие каменистые дорожки по обе стороны вели на задний двор к небольшой набережной, с которой открывался бесподобный вид на огни противоположного берега. А в воде отражались фонари самого большого в городе подвесного моста, что соединял две из трёх частей города.

Как только кортеж остановился, мне сразу открыли дверь. Выйдя на прохладный морской воздух, я поёжилась, плотнее кутаясь в шаль.

Авель, не дожидаясь меня, большими шагами направился к дому. Кивнув охраннику в благодарность за помощь, я поспешила за своим мужем, который уже включил свет на первом этаже.

Когда я зашла в дверь с правого угла дома, у меня чуть челюсть не отвисла от красоты, но держалась молодцом, никак не выдавая своё восхищение. Первым, что бросалось в глаза при входе, была огромная гостиная по дальней стене дома. Справа проход в столовую, а за ним – лестница на второй этаж, утопающая в одной из стен. По левую руку вдоль всей стены шёл бар, а за ним находился бильярдный стол. Это было больше похоже на дорогой ночной клуб, чем на постоянное место проживания.

– Не стой здесь, Селена, поднимайся на второй этаж, в спальню.

Я вздрогнула от его голоса, Авель первый раз за весь день обратился ко мне, да ещё и по имени. Меня немного выбила из колеи его грубость. Я, конечно, и не надеялась, что за стенами дома он станет слюнявым романтиком, но всё же мог быть хоть немного помягче. Не проронив ни слова, я прошла мимо него, послушно исполняя приказ и, приподняв юбку платья, стала аккуратно подниматься по лестнице. Авель практически дышал мне в затылок, а у меня чуть не начали дрожать руки.

Как всё-таки это будет? Что мне нужно делать с ним, а что нет? Вдруг я что-нибудь испорчу? Хотя почему меня должно это заботить? Это ведь мой первый раз, и я могу не знать всех тонкостей, так что буду просто следить за ситуацией.

На втором этаже Авель обогнал меня, и уже я пошла за ним, минуя с левой стороны одну из приоткрытых дверей, в тусклом свете заметив огромные стеллажи с книгами.

Руки всё же задрожали, когда муж открыл самую дальнюю дверь на этаже, проходя внутрь. В глаза сразу бросилась королевских размеров кровать, что занимала большую часть спальни.

На ватных ногах я подошла ближе к постели, но резко остановилась, когда Авель дёрнул меня за шнуровку на корсете.

– Стой и не шевелись.

Я всё же дёрнулась, ощутив на спине холодное прикосновение, но моментально замерла, поняв, что это был лезвие, царапнувшее кожу.

Я не слышала ничего, кроме громко стучавшего сердца, пока Авель разрезал шнуровку на платье и, когда он дошёл до поясницы, я сразу услышала металлический лязг холодного оружия о мраморный пол.

Он неожиданно рванул платье в стороны, до ушей сразу донёсся треск ткани по швам. Моё свадебное платье, упавшее к ногам, было бесповоротно испорчено, но я разумно промолчала по этому поводу, хотя дикость Авеля начинала немного пугать.

Грубый толчок в спину повалил меня на кровать. Авель, схватив за ноги, тут же перевернул меня к себе лицом. Даже в приглушённом свете спальни, я видела горящие глаза монстра, что пристально следил за каждым моим движением.

Признаться честно, меня начало трясти от страха. Я уже не надеялась, что всё пройдёт так гладко, как я на это рассчитывала.

– Авель, не мог бы ты перестать смотреть на меня так, будто это последняя ночь в моей жизни?..

Он опустился коленями на край постели, не снимая с себя ни одной вещи, и наклонился вперёд, опираясь на мощные руки, мышцы которых были заметны даже через толстый слой ткани дорогого пиджака. Нависая надо мной, он не отрывал взгляда от моих глаз.

– Ты не в том положении, чтобы что-то требовать от меня, Селена.

Резко отстранившись, он вцепился пальцами в мои колени и развёл их в стороны.

Мужчина медленно скользил взглядом по моей коже, которая начала покрываться мурашками.

– Ты ведь ещё девственница, Селена? – фыркнул он и поднялся на ноги, оставляя меня в полном недоумении. Будто не знал этого факта, когда брал в жёны.

– Не переживай, мой брат позаботится об этом недоразумении.

Я захлопала ресницами. Он же шутит, верно? Авель же не может отдать меня другому мужчине? Он же мой муж! И в каком тогда смысле брат об этом позаботится?..

– Итан!

Авель повернулся к двери, и я последовала его примеру, сразу заметив в дверном проёме парня, что, не сводя с меня глаз, хищно облизнулся. Я машинально прикрыла грудь ладонью, привстав на одном локте, пока Итан подходил ближе.

– Я буду внизу. Спускайся, когда закончишь, отметим мой новый статус мужа.

Авель начал уходить, когда Итан остановился возле изножья кровати, стягивая галстук, расстёгивая наручные часы и свою рубашку. Парень сверкал глазами. Я попыталась отползи от него, но он дёрнул меня обратно за лодыжки к себе и, встав на колени, стащил с плеч бретельки бюстгальтера. Я попыталась поднять ногу, чтобы ударить его, но он быстро среагировал, навалившись на меня торсом. Мозг отключился, и я полоснула ногтями по его груди, но, казалось, Итан и не почувствовал боли. Когда он вытащил из кармана брюк нож, я замерла, задыхаясь от страха. Неужели они даже спят в обнимку с холодным оружием?! Парень скользил от ямочки на мой шее ниже между грудей к животу. Вернувшись выше и просунув лезвие под лиф, он одним резким движением разрезал его, оголяя мою грудь.

– Нет-нет-нет! Итан, пожалуйста, не надо! Отпусти меня! Ты же не такой! – он лишь ухмыльнулся, глядя на меня сверху.

– Я не могу ослушаться приказа старшего, да и мы слишком давно перестали общаться, ты не можешь знать, какой я теперь. А вот ты, Сэлли, стала очень даже привлекательной.

Поймав мои запястья, он завёл их за мою голову, удерживая одной рукой. Его голодный взгляд сверкал даже в полумраке спальни. Ощутив холодное прикосновение костяшек к низу моего живота, я опустила глаза. Итан расстёгивал свои брюки, и вот теперь мне было поистине страшно. Откинув голову, я заверещала во всё горло, упираясь грудью в грудную клетку Итана, пока он стаскивал с меня кружевные стринги:

– Авель! Я умоляю тебя! Пожалуйста! Авель! Прошу тебя! Не поступай так со мной! – я кричала, надеясь, что муж вернётся, и всё это окажется их жестокой тупой шуткой.

Внезапно Итан затолкал мне в рот какую-то тряпку, пропитавшуюся его парфюмом. Нагло ухмыляясь и скользнув свободной рукой на мою талию, он смотрел мне прямо в глаза.

– Не стоит тревожить моего брата. Не переживай, Сэлли, тебе понравится. Я ведь никогда тебя не обижал, будет чуточку больно, но ты быстро привыкнешь.

Сердце колотилось, отдаваясь буханьем в ушах. Я не успела осознать его слова, когда он дёрнул бёдрами и резко вошёл. Глаза моментально распахнулись от острой боли. Выгибаясь ему навстречу и крепко сжимая зубами ткань, я пыталась хоть как-то отстраниться от него. Парень наблюдал, как я дёргала руками, извивалась под ним, пока он с усмешкой смотрел на моё лицо и лишь сильнее сдавливал запястья, доказывая, что как бы я ни старалась, не освобожусь до тех пор, пока он этого не позволит.

– Ты закончила свою бессмысленную возню?

Мне хотелось плюнуть ему в лицо, но импровизированный кляп поставил крест на моих планах, и всё, что я могла сделать, – со жгучей ненавистью впиться в его глаза.

– Я обожаю, когда ты злишься, Селена. Твой затравленный взгляд становится таким диким и пронзительным. Просто красавица.

Итан возобновил толчки. Он наслаждался своей властью надо мной и упивался этим. Он хотел чувствовать себя вершителем судеб, чтобы все ему поклонялись. Эгоистичный больной ублюдок.

Не сбавляя оборотов, он продолжал трахать меня, тем самым доставляя ещё больше боли. Я бессильно мычала, пытаясь вытолкать изо рта тряпку, извивалась, желая как можно скорее избавиться от пронизывающей боли. Но Итан лишь положил свободную руку на мой живот, припечатав меня к постели и ещё крепче сжав мои запястья, оставляя на них синяки.

– Расслабься, Сэлли, ты такая узкая, что долго это не продлится…

Его дыхание сбилось. Плечи и руки были напряжены. С губ парня сорвался стон, больше похожий на рык.

Его слова никоим образом меня не обнадеживали и не успокаивали. Между ног болело так сильно, что мне хотелось свести их вместе, но я могла лишь сжимать коленями его талию.

Ещё несколько толчков, и я почувствовала, как Итан быстро вышел из меня, изливаясь мне на живот. Глаза застилало пеленой слёз, но ни один из этих мразей не заслуживает их увидеть, и я зажмурилась.

Тяжёлое и горячее дыхание возле моего уха заставило меня вздрогнуть.

– Советую тебе привыкать ко мне, канарейка, мы ещё не раз это повторим, ведь теперь ты – моя игрушка. Мой брат никогда не будет спать с той, кого уже опробовал я.

Он не случайно назвал меня канарейкой – птичкой, которая легко приручается и быстро привыкает к своему хозяину. Только вот Итан никогда не дождется этого от меня, пусть и дальше пребывает в своих розовых мечтах.

## Глава 2

### Селена Анджело

После того, как Итан вышел из спальни, на первом этаже громко заиграла музыка. Он веселился после того, как надругался надо мной. Хотя я уверена, что ему было абсолютно всё равно, это ведь не его опозорили, унизили и использовали. Я ещё долго лежала, глядя в потолок. Нужно было взять себя в руки, но в данный момент хотелось просто раствориться в этом полумраке. Музыка гремела, пока я пыталась до конца осознать произошедшее. Это какой же нужно быть мразью, чтобы положить свою жену под собственного брата в первую брачную ночь? Хотя этот вопрос скорее был риторическим, я уже знала ответ. Нужно было родиться и вырасти Авелем Анджело.

Видимо, у меня был такой шок, что сковало всё тело. Глаза были сухими, в истерике не было никакого смысла. Я плакала очень редко, вот и сейчас не ощущала ком в горле. В душе меня переполняли обида, гнев и ярость, а вот разум был на удивление чист, как переливающийся кристалл.

Краем глаза уловив движение в дверном проёме, я медленно повернула голову. Авель, прислонившись к косяку со скрещенными руками на груди, без каких-либо эмоций рассматривал моё голое использованное его братом тело. Если он думал, что я сгорю со стыда и отвернусь, то сильно ошибался; я запоминала каждую черту его бесстрастного лица, чтобы в будущем увидеть, как оно исказится, когда я заставлю его ответить за то, что он вынудил меня пережить.

У меня не укладывалось в голове только одно: что это за человек сейчас и где тот Авель, которого я знала когда-то давно? Раз даже такой мой вид не вызвал у него никаких эмоций, и он так спокойно смотрел на меня, значит, слухи, что я слышала про него, оказались чистой правдой. Он действительно стал тем самым бесчувственным и страшным монстром, о котором так много говорят.

Мне было жаль того человека, которого я знала когда-то, но вот ЭТО я точно никогда жалеть не стану. Прикрыв глаза, я повернула голову обратно к потолку; бессмысленно продолжать эти гляделки.

Если каждый день моего пребывания здесь теперь будет таким, сколько я смогу вытерпеть до тех пор, пока не сломаюсь?

Я лежала неподвижно, не обращая внимания на присутствие Авеля, пока он также внезапно не исчез.

Думаю, эти звери будут делать всё, чтобы добиться от меня покорности, и не остановятся, пока не будут уверены, что сокрушили меня. Я ничего не смогу с этим поделать, но что могу, так это пообещать самой себе, что они никогда не увидят моих слёз, я не доставлю им такого удовольствия.

Первой мыслью, конечно, было позвонить и рассказать всё отцу, но что мне это даст?! О, мой папочка не станет рисковать своей репутацией ради меня. Если, не дай бог, кто-нибудь узнает, что его дочка спала не со своим мужем, а с чужим мужчиной, то он быстрее откажется от меня, чем встанет на мою защиту. Как бы ни была велика горечь от обиды, что расползалась по языку, я не стану подвергать свою семью такому позору: ни мама, ни брат не заслужили быть изгоями, и чтобы в них тыкали пальцами из-за того, что их дочка побежала жаловаться на такого ублюдка, как мой муж.

В комнате отголоском витал аромат парфюма Итана, я чувствовала его у себя на губах; как и предполагала, он засунул мне в рот свой галстук, который я выплюнула, как только он вышел из спальни. Я ощущала его на своём теле, казалось, что даже волосы впитали в себя этот древесно-цитрусовый аромат с нотками чёрного перца, розмарина и сандала.

Медленно сев, я расстегнула пряжки туфель, скинула их с кровати, отпихнув ногой и тут же замерев от пронзительной боли.

Не время вести себя как размазня, Селена, нужно избавиться от этого противного запаха. Не стесняясь своей наготы, поднявшись на ноги, я подошла к одному из окон и настежь распахнула его, впуская прохладный морской воздух, чтобы проветрить спальню. Покрутив головой в темноте и обнаружив дверь ванной, не раздумывая, шагнула вперёд.

Я орудовала мочалкой до тех пор, пока кожа не покраснела и не начала гореть даже от прохладной воды. Не пропуская ни единого участка, я избавлялась от запаха Итана, смывала с себя фальшивые клятвы Авеля, что он произносил всего несколько часов назад, и топила в сливе душевой вместе с пеной от шампуня надежды на счастливый брак.

Выбравшись из душа и обернувшись полотенцем, в одном из узких шкафов я нашла футболку и была искренне рада, что от неё пахло лишь кондиционером для белья.

Я несколько минут смотрела на своё отражение в зеркале, пока расчесывала влажные серебристые волосы. С виду была всё такой же, а вот внутри будто что-то погасло. Эффект казался таким же, как если бы кистью чёрного цвета задели не до конца высохший ярко-красный участок. Я почти физически ощущала, как эта тьма начала медленно расползаться по моему сердцу, оскверняя и душу.

Отбросив расчёску, я вышла в спальню, сразу замечая подсвеченное лунным светом тёмное пятно на светлом покрывале. Будто всё кричало о том, что как бы я ни хотела похоронить воспоминания, они всё равно будут пятнами всплывать в моей жизни.

С кипящей яростью в венах подлетела к постели, сдирая покрывало и отбрасывая его на пол в самый дальний угол, после чего забралась на кровать, роняя голову на подушку, утопая в каком-то электро-хаосе, доносившемся снизу.


* * *


Проснулась я от холода, забыв закрыть перед сном окно. В доме была тишина, видимо, дикие пляски Итана наконец-то закончились. Полная луна стояла высоко в тёмном небе. Желудок скрутило, за весь вчерашний день мне так и не удалось проглотить ни одного кусочка, мои внутренности бунтовали. Превозмогая боль между ног и внизу живота, я поднялась с постели, беззвучными шагами вышла из спальни и ступила к лестнице на первый этаж.

Держась за перила, я медленно и бесшумно спускалась по лестнице, чтобы найти кухню, где смогу напиться холодной воды и закинуть хоть что-нибудь в пустой желудок. Где-то на середине мне показалось, что с первого этажа доносится какая-то возня. Коснувшись последней ступени, я повернула голову в сторону гостиной и замерла на месте, заметив в полумраке голую девушку, которая прыгала как профессиональная наездница, и её неожиданно громкий стон заложил мне уши. Я была настолько шокирована, что по инерции попятилась, прижимаясь спиной к стене, попутно задевая пяткой ножку небольшого столика, роняя с него стакан, который разбился об мраморный пол. Вскинув глаза в сторону девушки, я встретилась взглядом с Авелем, который и трахал эту брюнетку в гостиной первого этажа нашего с ним дома. Я продолжала стоять и не верила в то, что отчётливо видели мои глаза.

– О, Сэлли, неужели тебя заводит, как твой муж трахает другую женщину? Ты так трясёшься, будто безумно хочешь к ним присоединиться!

Я резко повернула голову на голос Итана, который вальяжно спускался с верхних ступенек. Он подсушивал влажные тёмно-русые волосы висевшим на шее полотенцем. По голой груди и рельефному торсу скатывались капли воды, впитываясь в пояс светло-серых спортивных брюк. Сердце громко стучало, отдаваясь в висках. Сорвавшись с места, я быстро побежала наверх, забыв о голоде, желая лишь спрятаться в своей спальне. Только вот Итан решил вмешаться в мои планы и, дождавшись, пока я с ним поравняюсь, схватив за предплечье, толкнул к стене, тут же ставя обе руки по сторонам от моего лица и преграждая все пути к отступлению.

Прикрыв глаза, из-под полуопущенных ресниц, с усмешкой на лице, он томно поглядывал на меня, как хищник, склоняя голову набок и облизывая губы, в то время как стоны девушки становились всё громче. Аромат его геля для душа и шампуня тут же попали в нос. Я подняла руки, закрывая ладонями уши, чтобы не слышать происходящего в гостиной, и чтобы картинки прошлой ночи перестали проноситься у меня перед глазами.

Облегчение было недолгим, Итан почти сразу убрал мои руки, прижимая их к стене, переплетая наши пальцы, и, усмехнувшись, прильнул к моей шее, проводя по ней влажным языком. Я вздрогнула, попытавшись освободиться, он же лишь поднял голову на это. Его дерзкий взгляд не предвещал ничего хорошего. Итан придвинулся ближе, впечатывая меня в стену всем телом и скользя губами от подбородка к виску.

– И куда же собралась моя маленькая канарейка? Уже забыла, что я тебе говорил? – он прервал свой шёпот всего на мгновение, чтобы посмотреть в мои глаза. – Ты теперь мой трофей, Селена!

Я пыталась убедить себя в том, что я просто ещё не проснулась, но жаркое дыхание Итана было столь ощутимо на коже, что все попытки самовнушения сразу разбились об ужасающую реальность.

– Тебя же заводят её стоны, не так ли, пташка? Ты же хочешь посмотреть ещё?!

Вопрос был риторическим, и поняла я это, когда парень, схватив меня за талию, потащил вниз по лестнице и, сам прислонившись к стене, спиной прижал меня к своей груди. Вцепившись железной хваткой в мой подбородок, он не позволял мне отвернуть голову от гостиной, а спустя несколько секунд прижался губами к моему уху.

– Смотри, Сэлли, как она прыгает на твоём муже. Слушай, как стонет на его члене. Запоминай, как нужно ублажать братьев Анджело.

Самое противное не то, что Итан заставлял меня смотреть на это, а что Авель без тени смущения вглядывался в мои глаза, сдвинувшись немного в сторону.

– Я научу тебя всему, птичка. Сделаю тебя ненасытней любой продажной шлюхи. Ты будешь умолять на коленях, чтобы хоть один из нас взял тебя. Я вытрахаю из тебя всю твою наивность и скромность, ты станешь зависимой от наших тел.

Его пальцы вцепились в футболку на моём животе. Он провёл языком по мочке уха, а я задрожала. Как бы ни пыталась отвести глаза, эти двое, что без стеснения продолжали сношаться при зрителях, всё равно попадали в поле моего зрения. Рука Итана заскользила выше, и он болезненно сжал мне грудь. Не хватало ещё, если в его прогнивший мозг проскользнёт мысль, что будет здорово присоединиться к ним, такого унижения я точно не переживу.

Не знаю, сколько времени продолжалось это представление, пока Итан лапал меня, а Авель наблюдал за этим, но когда девка заверещала, будто ей засунули иглы под ногти, а Авель прикрыл глаза, кончая в эту наездницу, Итан тут же отпустил руки, и я рванула от него, как от блохастого кабеля, выбегая из дома.


* * *


Я металась из стороны в сторону, желая хоть где-то спрятаться. У ворот стояли несколько охранников, и ноги понесли меня подальше от них к набережной. Я бежала, не обращая внимания на пронзительный ветер, что трепал не до конца просохшие волосы, и твёрдый неровный камень, острыми краями впивающийся в мои ступни.

Я остановились лишь, когда бежать было уже некуда, только если прыгать в тёмную воду, сразу попрощавшись с жизнью; к сожалению, к восемнадцати годам я так и не научилась плавать и всегда камнем шла ко дну. Обернувшись на дом, я просто рухнула на край бетонной плиты и опустила голову, зарываясь пальцами в волосы и царапая кожу головы.

Это же какой-то бесконечный кошмар! Я здесь меньше суток, а мне уже хочется сбежать и никогда в жизни сюда не возвращаться.

Взгляд Авеля стоял у меня перед глазами. При виде всего этого безобразия, как только я заметила их в гостиной, внутренности сжались. Первой мыслью было подойти к ним и, намотав её жиденькие волосёнки на свою руку, стащить эту потаскуху со своего мужа, вытереть её лицом пол и выбросить в чём мать родила на развлечение охране, чтобы она запомнила, что не нужно лезть к женатым мужчинам. И я уже готова была сделать этот шаг, но вспомнила, как именно Авель обошёлся со мной. А Итан появился как раз вовремя, ещё больше отрезвив.

За мыслями я не заметила, как ко мне кто-то подошёл, и что-то тёплое коснулось моей спины. Сдирая с плеч ткань, желая бросить её в лицо скорее всего Итана, потому что Авель не пошёл бы за мной, я вскинула голову и оторопела. Передо мной стоял двухметровый шкаф. Не человек, а просто гора мышц в костюме, мне кажется, если ему что-то не понравится, он сможет прихлопнуть меня одной рукой. Отпустив тревогу и присмотревшись, я узнала в нём того самого охранника, что вчера открывал мне дверь автомобиля.

Я не представляла, зачем он отдал мне свой пиджак, и что мужчина ждёт от меня в ответ.

– Вы простудитесь, госпожа, – неожиданно мягко произнёс громила, его лицо оставалось спокойным.

– А тебе не всё ли равно? – бросила я и отвернулась в другую сторону, но крепко цепляясь пальцами за желанное тепло.

– Госпожа, мне поручили заботиться о вас и оберегать. Так что мне не всё равно, заболеете вы или нет.

– Пусть оба эти мудака засунут свою заботу себе в задницу! – прорычала я и только через секунду поняла, что именно сказала и кому, резко поднимая на него глаза. Охранник внезапно улыбнулся. Я даже растерялась от такой реакции, по классике жанра он должен был защищать честь того, на кого работает, но мужчина лишь неторопливо присел рядом со мной и, наклонившись вперёд, свесил руки между ног.

– Это распоряжение Анджело старшего, вашего свёкра.

Мои брови поползли на лоб. Вот это было весьма неожиданно.

– А ему это зачем?

– Не могу знать, госпожа. Это моя работа, и я не задаю лишних вопросов.

Он говорил довольно искренне, и у меня не возникло мысли сомневаться в его словах.

– Госпожа, я, конечно, не смогу защитить вас от того, что происходит в доме… но за его пределами всегда буду поблизости.

Этот человек знал, что происходит за красивыми высокими стенами особняка, и я опустила взгляд от стыда.

Краем глаза я уловила, что он расстегнул жилетку от костюма, оставшись лишь в рубашке. Сложил её пополам, наклонился и аккуратно поднял мои ноги, а положив жилетку на землю, поставил их обратно на тёплую ткань.

Я наблюдала за ним, пока мужчина не вернулся на место и не посмотрел на меня.

– Я же её испорчу.

– Не волнуйтесь, госпожа, это мелочи.

Он был слишком милым, и это настораживало.

– Как тебя зовут?

– Марко, госпожа.

– Пожалуйста, называй меня просто Селена, не нужно этих «госпожей». Догадываюсь, что в этом доме, куда ни плюнь, постоянно полуголые госпожи.

– Хорошо, Селена. С завтрашнего дня, куда бы вы ни пошли, я буду с вами. И постарайтесь не покидать особняк без моего сопровождения.

– Это почему?

Он так монотонно это сказал, что я не смогла уловить, был ли это приказ или заботливая просьба.

– Вы теперь – прекрасная добыча и лакомый кусочек.

Я выгнула бровь, не совсем понимая, что он имеет ввиду.

– Вы – жена самого Авеля Анджело, на вас начнут охоту, чтобы добраться до него, – пояснил Марко, и мне стало жутко.

Из-за него меня ещё и убить ведь могут, а он абсолютно ко мне равнодушен, хотя, думаю, он и не расстроится, если меня грохнут, только вот я, в отличие от него, дорожу моей жизнью.

– Пожалуй, я оставлю вас, Селена. Авелю не понравится, что я так долго беседую с вами наедине.

Я фыркнула и засмеялась, – видимо, уже на нервной почве, – но быстро взяла себя в руки.

– Он и не узнает.

– Поверьте, у него везде есть глаза и уши, и он уже минут десять наблюдает за нами из кабинета.

Я резко посмотрела на особняк и в правой части заметила силуэт, что прожигал меня взглядом.

## Глава 3

### Селена Анджело

Я проснулась от музыки на первом этаже; видимо, Итан жить без неё не может. Единственное, что меня слегка удивило – сегодня музыка была красивая, плавная, на арабский мотив, не думала, что он слушает и такое. Я была благодарна судьбе, случаю, вселенной – всем им сразу за то, что, во-первых, никто не приполз в мою постель среди ночи и, во-вторых, когда я вернулась ночью в дом, в гостиной уже никого не было – ни Итана, ни Авеля, ни этой бесстыдной наездницы.

Потерев глаза и привстав, я прижалась спиной к изголовью кровати, пытаясь окончательно проснуться. Внезапно дверь в спальню распахнулась, и, увидев меня, на пороге застыла миловидная молоденькая девчушка в фартуке.

– Ой, ради бога, простите, госпожа, я думала, вы в хозяйской спальне… Пожалуйста, простите, я не хотела вас разбудить! И за музыку простите, из другой спальни её совершенно не слышно и…

– Перестань извиняться, ничего не случилось, я уже не спала, так что не переживай так сильно.

Она закивала, но её щёки моментально покрылись румянцем.

– Вам можно подавать завтрак?

Желудок моментально заурчал, мне ведь так и не удалось ничего поесть вчера.

– Завтрак был бы очень кстати, безумно голодна, – я улыбнулась, чтобы хоть как-то успокоить девушку, и та перестала трястись в дверях.

– Что бы вы хотели, госпожа?

Откинув одеяла, я села на край постели.

– Всё равно, лишь бы это было съедобно и, ну, хоть немного вкусно.

Девочка быстро закивала.

– Я вас поняла, госпожа, сейчас же передам, чтобы вам приготовили завтрак.

Она моментально исчезла в коридоре, и я улыбнулась. Какая стеснительная или же просто боится, что я своим появлением испорчу их размеренную жизнь постоянными капризами?

Умывшись, спустившись на первый этаж и зайдя в столовую, я заметила, как девчушка понесла поднос с едой на огромный обеденный стол.

– Прости, а можно…

Она обернулась, и я качнула головой в сторону кухни. Мне очень не хотелось завтракать в одиночестве, я не привыкла к этому. До свадьбы это был самый главный приём пищи в родительском доме, и каждый день хоть кто-то был рядом, хотя почти всегда этим кем-то был Бастиан. Сердце заныло; как же я уже соскучилась по старшему брату, вот бы хоть на несколько часов встретиться с ним и рассказать всё, что со мной сделали эти мрази, он точно смог бы что-нибудь придумать…

– Вы хотите поесть на кухне? – удивлённо вскинула бровки девушка, возвращая меня в настоящее.

Какая маленькая, лет пятнадцать ещё, как её вообще допустили к работе, и как не стыдно этим говнюкам исполнять все эти непотребства, зная, что всё это может увидеть ребёнок? Они даже хуже, чем я себе представляла…

– Простите, конечно, госпожа. Это же ваш дом, вы можете завтракать где захотите. Пойдёмте.

Я ступала за ней и, пройдя на кухню, заметила женщину средних лет, стоявшую у плиты, что-то тщательно перемешивая в кастрюле.

– Мам, госпожа захотела поесть здесь с нами.

Мама? Так значит, они работают вместе!

– Доброе утро, – улыбнулась я повернувшейся и, видимо, растерявшейся женщине. Она осмотрела меня с ног до головы и глаза её мгновенно расширились, видимо, поняла, как долго не отвечает.

– Д-доброе утро, госпожа.

Её так запугали эти двое, что она заикается при виде незнакомцев?!

Девочка составила всё с подноса на столешницу.

– Пожалуйста, зовите меня просто Селена, вы ведь гораздо старше меня, и мне неловко, когда вы так ко мне обращаетесь.

Женщина ещё несколько мгновений пыталась осознать мои слова и, наконец, заулыбалась.

– А как я могу к вам обращаться?

– Я – Зехра, а дочку зовут Айше, – быстро ответила женщина.

Я присела за кухонный островок возле тарелки, и желудок сразу заурчал, как только в нос попал аромат яичницы с беконом и великолепный запах свежесваренного кофе.

– Как же вкусно пахнет!

У меня уже не было сил ждать и, схватив вилку, я отправила первую порцию в рот, тщательно жуя, прикрыв глаза. Дверь за спиной распахнулась.

– Зехра, обязательно покормите госп…

Я повернулась к Марко с вилкой во рту и улыбнулась.

– А, вы уже завтракаете, – улыбнулся он в ответ, я лишь кивнула и повернулась к хозяйке кухни.

– Зехра, это что-то великолепное, у тебя золотые руки, как же вкусно!

Я с остервенением отрывала куски и запихивала в рот, довольно мыча. Женщина засмеялась, но её щёки покраснели от комплимента.

– Марко, может, кофе? – робко спросила Айше.

Я подняла на него голову и закивала, постучав по соседнему стулу

– От кофе не откажусь, – он повернулся ко мне, кладя между нами какую-то коробку

– Итан просил вам передать, чтобы вы всегда были на связи.

– Он и так постоянно где-то рядом, – буркнула я, но положила вилку и, достав телефон, покрутила его в руке. Нажала на разблокировку, на экране тут же высветилось входящее смс.

«Я уже скучаю по тебе, канарейка. Оставил тебе ещё один подарок, Марко передаст. Купи себе самое сексуальное бельё, чтобы порадовать мои глаза по приезду».

Я вскинула голову на Марко, не веря своему счастью.

– Итан куда-то уехал?!

– Да, они выехали рано утром и приедут только к концу следующей недели. Итан установил приложение, чтобы отслеживать ваше местоположение, так что, пожалуйста, держите телефон постоянно при себе.

– Для чего за мной следить? Я же заперта в этом доме…

Айше поставила перед мужчиной дымящуюся чашку.

– Вы вольны поехать куда угодно, Селена. Просто нужно соблюдать осторожность.

– Ты уверен в этом, Марко? – переспросила я, сомневаясь в том, что эти двое могли поступить так глупо, давая мне столько свободы, уезжая куда-то почти на неделю.

– Конечно, это распоряжение Авеля, только с одним условием – не отпускать вас одну.

Хм, интересно. Решив пока не планировать никакие поездки, а просто насладиться едой, я повернулась к Зехре.

– Давно вы здесь работаете?

– Уже около пяти лет, гос… Селена. Оба господина очень помогли нам с дочкой, и мы благодарны им от всего сердца, что они дали нам работу и крышу над головой, которую они оплачивают.

Мои брови сдвинулись к переносице – мы точно говорим про одних и тех же людей? Они разве умеют кому-то помогать? Или это только на мою долю выпало счастье лицезреть все их самые худшие стороны?!

– Во сколько вы обычно уходите? – поинтересовалась я, отправив последний кусочек бекона в рот.

– Обычно до того, как приезжают господа. Мы стараемся успеть всё сделать к их приезду и уходим домой.

– Зехра, если хотите, то эту неделю вы можете с дочкой отдохнуть. Вряд ли у вас бывают отпуска с такой работой, я могу самостоятельно готовить себе, так что с голоду не умру.

– Да что вы, Селена, так нельзя, а как же полы и пыль? – встрепенулась женщина, роняя из рук кухонное полотенце.

– Что нельзя, отдыхать? Я сомневаюсь, что за несколько дней зарасту здесь клубами пыли, – я повернулась к соседу по кофепитию. – Марко, когда они возвращаются?

– В субботу в середине дня.

Я вновь повернулась к Зехре

– Сегодня – воскресенье, вы можете отдохнуть до пятницы. Думаю, дня вам хватит, чтобы привести дом в порядок к их приезду. Хотя я тоже не привыкла сидеть без дела, так что горы посуды вы точно здесь не найдёте.

– Но как же… мы ведь и персонал кормим!

Я вновь повернулась к Марко.

– Твои бойцы проживут четыре дня на пицце и гамбургерах?

– Они и сами могут о себе позаботиться, не переживайте, – отозвался тот.

Зехра загорелась моим предложением, я видела это по её глазам.

– Селена, это очень заманчиво, но…

– Вот и прекрасно! – перебила я женщину. – Как только доделаете свои дела, можете идти домой.

В её глазах стояли слёзы, она быстро промокнула глаза полотенцем, которое секунду назад подняла с пола.

– Спасибо, госпожа! Мы давно хотели с дочкой съездить к бабушке…

– И наконец-то съездите, – улыбнулась я, радуясь, что даже в этих четырёх стенах смогла сделать кому-то приятно… не считая Итана.

Скользнув взглядом по охраннику, я заметила, как пристально он на меня смотрит.

– Я могу и тебя отпустить, но вряд ли ты согласишься, Марко.

Мужчина отпил из кружки, и уголки его губ поползли вверх.

– Вы очень заботливы, Селена, но, поверьте, после того, как я работал, с вами даже сейчас я уже словно в отпуске… А, и ещё – Итан передал вам карту на тот случай, если вы захотите что-нибудь купить.

Достав из кармана пластиковую карточку, он положил её рядом с моей тарелкой, но я лишь отодвинулась, не желая к ней даже прикасаться.

– Вот, значит, о чём он писал?!

– Селена?

Я посмотрела на Марко

– А какой лимит у этой карты?

– У братьев Анджело не бывает лимитов, Селена, так же, как и на этой карте.

План созрел почти моментально. Подняв глаза на Марко и ещё раз прокрутив в голове идею, я всё же решилась.

– Марко, мне будет нужна твоя помощь.


* * *


День за днём мне становилось легче. Я не против, если они всегда будут в командировках, оставив меня здесь одну.

Я не выезжала за пределы особняка, отдыхая душой и телом, греясь на шезлонге возле бассейна или зависая в библиотеке, где облюбовала бирюзовый велюровый двухместный диванчик.

Я старалась не вспоминать о первом дне моего пребывания здесь, эти воспоминания лишь вгонят меня в депрессию. Я уже не смогу предотвратить, что произошло, но могу просто смириться и подготовиться, если это случится ещё раз.


* * *


Дни моей свободы неумолимо заканчивались, их омрачали лишь пошлые смс-сообщения Итана, на которые я ни разу не ответила, хотя он писал несколько раз в день, но, слава богу, не звонил.

– Вы уверены Селена? Итан так просто это не оставит, как бы он не сделал что-нибудь с вами, – Марко действительно переживал за меня, и это грело моё сердце. Я была рада, что хоть кому-то небезразлична в этом доме. Сделав последние движения пальцами и стянув с запястья резинку, завязала косу и откинула её на спину, поворачиваясь к Марко лицом.

– Максимум, что он сделает, это ещё раз возьмёт меня силой, а это мы уже проходили, – я улыбнулась охраннику, пытаясь сделать вид, что эти слова никак меня не задели, и что я отпустила ситуацию, хотя на самом деле сердце заколотилось, как только в мыслях появилась ехидная ухмылка Итана.

– Если вы уверены, то всё готово. Машина ждёт.

Ещё раз бросив взгляд на своё отражение и поправив воротник блузки, я заправила за ухо выбившуюся из косы прядь и, сама себе пожелав удачи, направилась к выходу из дома.

### Итан Анджело

Самолёт уже ждал нас, всего несколько часов, и мы наконец-то будем дома. Я отпивал из кружки кофе, когда на телефон пришло смс уведомление из банка. Открыв сообщение, мотнул головой; видимо, я слишком много выпил вчера, до сих пор цифры перед глазами двоятся. Сделав ещё один бодрящий глоток, вновь взглянул на сумму и, убедившись, что мне не показалось, захлебнулся напитком, выплёскивая кофе изо рта на барную стойку, пачкая свою руку и рукав Авеля, который тут же подскочил на ноги.

– Ты совсем идиот? Ты испачкал мою рубашку!

До конца осознав, что произошло, я моментально сложился пополам от смеха. Я ржал, как конь, пока из глаз не потекли слёзы.

– Я отвезу тебя в больничку, видимо, алкоголь вместо печени начал добивать твой мозг, – забурчал Авель, пытаясь промокнуть рукав салфеткой, – чего ржёшь, придурок?

Я еле успокоился и вновь залился смехом, видя выражение лица Авеля. Он начал злиться от того, что не понимает, что происходит, и, глубоко вздохнув, вытирая слёзы, я повернул телефон экраном в его сторону.

– Твоя киска просто нечто, Авель. Она только что оплатила покупку на четыре с половиной миллиона долларов моей картой.

Его глаза расширились, и, выхватив телефон из моей руки, он вглядывался в цифры, а я вновь заржал.

– Зачем ты оставил ей карту? – еле сдерживая смех, спросил Авель.

– Я попросил её купить что-то сексуальное к моему приезду, видимо, она купила почти все стриптиз-клубы города, лишь бы избавиться от меня, – я не мог успокоиться, почти задыхаясь от смеха.

– Она оказалась умнее тебя, Итан. Советую тебе забрать у неё карту, потому что я думаю, это лишь малая расплата за секс с ней.

– О нет, дорогой братец! – подмигнул я. – Поверь, она стоит намного дороже этой суммы и, будь моя воля, она стала бы моей женой, а не твоей, и ты это знаешь.

Авель сверкнул взглядом, но ничего не сказал. Отбросив телефон на столешницу, он удалился из столовой. Я смотрел ему в спину с ухмылкой на лице. Он ещё горько пожалеет, что отдал её мне. Мой дорогой братец так смотрит на неё, что это уже мало похоже на игру, которую он затеял ради того, чтобы отомстить Бастиану. Хотя, учитывая, как сильно Авель ненавидит женщин, он будет до последнего отрицать, что Сэлли ему небезразлична, а мне это только на руку.

Подняв телефон и отыскав в контактах знакомый номер, я тут же нажал на вызов. После продолжительных гудков трубку наконец-то подняли.

– Вот ты скотина, Итан, сейчас три часа утра, нахрена ты мне звонишь?!

– И тебе привет, Кил. Раз у тебя три утра, я смею предположить, что ты уже вернулся?

– Несколько часов назад и уже видел прекрасный сон с сисястыми кисками, пока ты не разбудил, паршивец. Чего тебе нужно?

– Вечером состоится вечеринка в нашем доме, и ты обязан на ней быть

– А тёлочки будут? – голос звучал уже бодрей

– А когда их не было? – усмехнулся я

– Ок, я в деле. Приеду к восьми.

Я скинул вызов, и улыбка расплылась на моём лице.

– Раз ты включилась в игру, канарейка, следующий шаг будет за мной.

## Глава 4

### Селена Анджело

Когда я оставила свою подпись внизу документа, мне стало и легко, потому что чувство независимости бодрило сознание, и в то же время страх начал увеличивать своё влияние на меня. О, ни Авель, ни Итан не оставят мою выходку безнаказанной, но я надеялась, что оно того стоит. В моём поступке не было преступления, не считая хищения денежных средств с карты Итана Анджело, но он ведь не оговорил, какую именно сумму я должна потратить, поэтому я и воспользовалась шансом.

Выйдя на свежий воздух и скользя глазами по огромной шумной парковке, я захотела закурить, чтобы снять стресс, хотя никогда даже не пробовала. Обернувшись ещё раз и задрав голову к небу, только так я смогла рассмотреть стену огромного четырёхэтажного торгового центра, который несколько минут назад стал моим.

Идея финансовой независимости от семьи Анджело пришла спонтанно, но грела мою душу. Я не знаю, как обойдётся со мной судьба через год или пять лет, но теперь я смогу обеспечить себя сама, если эти ублюдки выкинут меня на улицу, наигравшись. Чувство вины, что куплено это на деньги Итана, вообще никак не проявило себя ни в момент сделки, ни сейчас, это лишь небольшая расплата за то, что он сделал со мной.

– Селена? Не хотите пообедать? Вы с утра ничего не ели, – послышался рядом голос Марко.

Опустив голову и взглянув на его спокойное лицо, я выдохнула. Что бы ни случилось дальше, хуже уже вряд ли будет. Хоть предложение Марко и было очень заманчивым, но мне кусок в горло не влезет, пока я не узнаю, как решит поступить со мной Итан. Это тревожное ожидание хуже, любой другой эмоции, потому что ты не можешь подготовить себя к тому, чего не знаешь.

– Что-то не хочется, Марко, – слабо улыбнулась я, вновь поднимая голову, – но вот от кофе точно не откажусь.

Сжав в руке папку с документами и скользнув взглядом по вывескам, я выдохнула. «Если проблему можно решить, то не стоит о ней беспокоиться. А если проблема неразрешима, беспокоиться о ней просто бессмысленно». Вместо того, чтобы накручивать себя сейчас лучше хоть немного порадоваться небольшому успеху.

Я широко улыбнулась, делая несколько шагов к Марко и, подхватывая его под руку, заглянула ему в глаза.

– А вот тебе точно не мешало бы подкрепиться! – подмигнув, я потащила его внутрь здания.

Мы бродили ещё около часа по этажам, заглядывая в магазинчики, пока добрались до ресторана на третьем этаже, присаживаясь за столиком у окна. Вид был просто сумасшедший! Город во всей своей красе предстал перед моими глазами, мне не составило труда представить, как красиво здесь ужинать в более позднее время, когда огни города будут сверкать, как маленькие светлячки в открытом поле.

– Добрый день. Нам два американо, – послышался голос Марко, и я сразу отвернулась от окна, встречаясь глазами с молоденьким официантом.

– Простите… – взглянув на его бейджик, я широко улыбнулась, – Пауло. Помимо кофе принесите, пожалуйста, ещё самое вкусное рыбное блюдо, которое готовит ваш повар, для моего спутника.

– Селе… – я знала, что Марко чувствовал себя неловко. Ему не положено даже сидеть со мной за столиком, не говоря уж о том, чтобы обедать, пока я пью только кофе.

– Ещё для меня самый вкусный десерт на ваш выбор и два бокала шампанского, – добавила я.

– Простите, мисс, шампанское у нас только в бутылках, – смущённо ответил молодой человек.

– Ничего страшного, несите бутылку, – подмигнула я, смещая взгляд на растерянного Марко.

Как только молодой человек ушёл, приняв заказ, Марко тут же открыл рот, но я его перебила:

– Никаких возражений, считай, что это просто моя тебе благодарность и даже не спорь, Марко. Если бы не ты, я бы никогда не добилась этой сделки. Кстати, как тебе удалось это провернуть? – с любопытством спросила я.

Мне показалось, или его щёки покраснели?!

– Это просто связи, гос… Селена.

– И только? – ухмыльнулась я, зная, что он огласил далеко не весь список того, что именно помогло ему добиться продажи одного из самых больших торговых центров в городе, да ещё и в такие сжатые сроки.

– Я действовал не один, – смущенно произнёс Марко, видимо не хотел мне об этом рассказывать.

– Надеюсь братья Анджело здесь ни при чём? – уточила я, хотя была уверена, что Марко не поступил бы так со мной, и мужчина поджал губы.

– Братья – нет… – наконец, ответил он, и я заволновалась.

– А кто тогда?

– Фабьен.

Я откинулась на спинку кресла, судорожно вздыхая. Мой свёкор всё больше меня удивлял. Когда-то давно он даже играл со мной и улыбался, но, когда я увидела его на свадьбе, мне показалось, что это совершенно другой человек, так не похожий на прошлого Анджело старшего.

– Почему он помогает мне, Марко? – прищурилась я.

– Он любит вас, Селена. Он считает вас своей дочерью уже много лет.

– С чего это вдруг? – не скрывая удивления, я следила за тем, как Марко крутил в руках зубочистку, явно нервничая.

– Не знаю, имею ли я право рассказывать вам об этом… Но ваша свадьба была спланирована ещё несколько лет назад.

Я не успела ничего ответить, перед нами возник официант, расставляя напитки. Стоило парню отойти на несколько шагов, я поставила локти на столик, придвигаясь к Марко.

– Если ты говоришь правду, и свадьба была давно спланирована, тогда зачем они вновь приходили свататься?

Что-то здесь не сходилось. Я старалась не выдать, что уже в шоке от того, что мой отец договорился о браке с семьёй Анджело без моего ведома, чтобы не спугнуть Марко.

– Вашим мужем изначально должен был стать Итан, и ваша помолвка была запланирована на следующий год, когда вам исполнится девятнадцать. Две недели назад что-то произошло, Авель заявил, что вы выйдете замуж только за него, и пошёл просить вашей руки.

Сказать, что я опешила, будет преуменьшением. Если посмотреть с такой стороны, то Итан исполняет роль мужа, и лишь на бумажке моим суженым является Авель.

– Я совсем запуталась…

– Я не смогу помочь вам разобраться, Селена. Не могу ответить, почему Авель так поступил. Не смогу объяснить, почему они так ведут себя с вами сейчас. Я мог бы это списать на смерть Лианеля, но ведь прошло…

Я поперхнулась кофе, распахивая глаза.

– Лианель умер?! Когда?! Что произошло?! Почему я не знала об этом?! – с каждым вопросом мой голос повышался. Я хлопала глазами, пытаясь уложить в голове услышанное.

– Почти никто не знает, кроме семьи Анджело, а так как вы уже являетесь её частью, я не нарушу договор, если расскажу вам.

– Когда он умер? Что произошло?

– Почти два года назад. Жена перерезала ему горло… во сне, – тихо ответил Марко.

Жена? Лианель был женат?

– Какой кошмар! – я зажала рот ладонями, рассматривая нахмуренного собеседника. В глазах защипало. Лианель – старший брат этих двоих – был замечательным человеком. Статный, красивый мужчина, уравновешанный, добрый, а его улыбка была ярче полуденного солнца, он никогда не вписывался в мир, в котором жил, но идеально управлял им.

– Лианель пошёл против семьи. Он влюбился в эту девушку, как юный мальчишка, и никого не слушал, – продолжил Марко. – Они поженились без благословения отца, но брак не продлился и месяца. Оказалось, что эта тварь была заслана другим кланом, чтобы убрать старшего из братьев Анджело, – Марко сделал глоток кофе, чтобы прочистить горло, ему было тяжело рассказывать о случившемся даже спустя два года. – После того, как Лианеля похоронили, Авель стал другим, он ещё больше возненавидел женщин, очерствел и замкнулся в себе, не подпуская даже близких. Авель… он потерял себя, Селена. Старший брат был для него подобен свету и спасательному кругу после того, как их бросила мать, сбежав с одним из подручных Фабьена.

– Я видела, как он «ненавидит» женщин… – вырвалось у меня.

– Он лишь использует их и не более того.

Между нами повисла тишина, в которую ловко просочился официант, сервируя стол. В голове не укладывалось, что Лианеля больше нет. Таких светлых, как он, людей почти не существовало, мужчина старался всегда придерживаться мира и избегать кровопролития и конфликтов, даже учитывая то, кем он являлся, и ему это с легкостью удавалось. Лианеля уважали больше, чем боялись, и это была только его заслуга.

Отвернувшись к окну, я прижала чашку к губам, вдохнув ароматный кофе и наблюдая, как на парковке улыбчивый папа двух мальчишек пытался запихнуть несколько пакетов с покупками в багажник старенького седана.

– Тогда зачем он женился? – прервала я молчание, пытаясь понять поступок Авеля.

– На этот вопрос я не смогу вам ответить… Селена?

Я повернулась к Марко, он был напряжён и серьёзен.

– Могу я вас попросить, чтобы весь наш разговор остался между нами? Фабьен не хотел, чтобы вы знали, что он помогает. Он переживает за вас, но, увы, ничего не может поделать с сыновьями. Он может управлять ими в бизнесе, и они будут послушней комнатных собачек, но личная жизнь и отношения с женщинами – на это Фабьен не может повлиять.

– Конечно, Марко, – без сомнений ответила я.


* * *


Стрелки часов будто нарочно спешили вперёд. За окном становилось темней, крайний спокойный день сменялся на непредсказуемый вечер. Что они сделают? Что скажут? Я задумалась, пока грелся чайник. Любая адекватная девушка, наверное, спряталась бы в своей спальне, да и я сначала хотела так сделать, но что мне это даст? Что помешает им подняться, выбить дверь и вытащить меня обратно? Просто сидя там в ожидании я ещё больше буду нервничать. Свет фар отразился в шейкере для коктейлей, на подъездной дорожке припарковался автомобиль Авеля. Сердце ухнуло в пятки от страха. Заставляя лёгкие дышать равномерно, дрожащей рукой поставив чашку на барную стойку, я схватилась за чайник, когда входная дверь открылась.

– Ты видел его рожу? Он наложил в штаны, когда ты пообещал отрезать ему член! – хохотал Итан.

То, что он был в приподнятом настроении, было уже хорошим знаком, может, будет не всё так плохо, как я себя накрутила?!

– О, птичка моя, как же я соскучился по тебе! – наигранно воскликнул Итан.

Я не поднимала головы от чашки, заливая кипятком гранулированный кофе, пока на барный стул не села широкоплечая фигура.

– Плесни мне тоже, пожалуйста, – попросил Итан, присаживаясь возле брата.

– Только если яду… – тихо сказала я, поднимая глаза и натыкаясь на Авеля, который пристально следил за моими руками, пока я размешивала сахар.

Братья сверлили меня взглядом, когда, вытащив чайную ложку, я наклонилась к нижней столешнице, споласкивая столовый предмет и убирая его на место.

– Да ладно! Почему ты мне не рассказал, Итан? – воскликнул незнакомый голос, и я перевела взгляд на высокого парня, который обходил барную стойку. Он пристально рассматривал моё лицо и остановился в проходе, загораживая собой выход. – Ну привет, Селена. Сколько же лет мы не виделись? Семь или восемь?

Всматриваясь в его лицо, лишь по зелёным глазам я узнала старого знакомого.

– Киллиан?.. – улыбнулась, удивленная, что они до сих пор дружат. – Наверное, восемь.

– Не знал, что ты стала женой Авеля, этот проныра ничего не сказал.

– Видимо, всё ещё не может поверить в то, какое счастье ему досталось, – ляпнула я, краем глаза, заметив усмешку Авеля и то, как он, забрав мою кружку, сделал глоток кофе.

– Как поживает твой братишка, Селена?

– Насколько я знаю, неплохо. А твой? – я прислонилась бедром к столешнице, скрестив руки на груди и рассматривая Киллиана.

– О-о-о, Таддео сам себе на уме. Ты же знаешь, что у него шило в заднице, как раньше, так и сейчас, – звонкий смех заставил и меня немного расслабиться.


Киллиан Моос


Я улыбнулась, вспоминая непоседливого мальчишку немного старше меня, который на ровном месте мог напороться на неприятности.

Понимая, что мой кофе уже перестал быть моим, я вновь прошла в конец двухуровневой барной стойки из роскошного мрамора Nero Portoro с характерным цветом золотых и белых прожилок, красиво контрастирующих на гладком чёрном фоне камня, и взяла ещё одну чашку, насыпая обычный гранулированный кофе, не желая возиться с кофемашиной.

– Передавай ему от меня привет, – дружелюбно ответила я, наливая напиток и поворачиваясь обратно к Киллиану.

– Я ведь совсем забыл поздравить тебя с покупкой, птичка, – ехидно произнёс Итан, и у меня перехватило дыхание, – очень неплохое вложение МОИХ денег, пташка.

Видимо, ему уже донесли, что именно я приобрела. Подняла на него взгляд; Итан смотрел на меня исподлобья дикими глазами, от которых даже волосы на затылке зашевелились.

– Спасибо, мне тоже очень понравилось моё приобретение.

Повисла странная гнетущая тишина, стук чашки о столешницу заставил меня вздрогнуть, я дёрнула головой в сторону Авеля, который двигал чашку к краю столешницы. Я быстро забрала её и поставила в мойку, меня не отпускало ощущение, будто что-то не так, и на этом Итан не успокоится. Пора делать ноги, пока он что-нибудь не придумал. Забрав свою кружку, я попыталась выйти из-за бара, но Киллиан не двигался, преграждая мне путь.

– Пропусти, пожалуйста.

– А куда это ты собралась, Селена? – усмехнулся Итан, и я уставилась на него. – Мы ведь даже ещё не отметили твою покупку! Подай, пожалуйста, бутылочку шампанского из холодильника и четыре фужера.

Я вернула взгляд на Киллиана, он подмигнул, глядя на меня сверху, и качнул головой в сторону стойки с бокалами. Поставив свою чашку, я попятилась и не ожидала, что Киллиан двинется вместе со мной. Дрожащими пальцами открыла мини-холодильник и достала шампанское, ставя его на барную стойку, чувствуя позади себя движение. Киллиан припечатал меня к нижней столешнице, тазовыми костями я больно упиралась в твёрдый край, но старалась не шевелиться, чувствуя задницей его пах.

– Неужели ты, моя маленькая птичка, думала, что тебе всё сойдет с рук? – склонив голову, спросил Итан, и вот теперь до меня начало доходить, для чего здесь Киллиан на самом деле.

– Не-е-ет!.. – зашептала я, пытаясь разглядеть в глазах Итана хоть искорку надежды на то, что он не способен на такую подлость.

– Понимаешь, Селена, – задумчиво сказал Итан, – твой поступок за моей спиной был весьма неприятен. Вот если бы ты мне сказала, что хочешь заняться бизнесом, то я без проблем помог бы тебе и даже, возможно, нашёл бы что-то получше, но своим поступком ты доказала, что к тебе нет доверия.

– О каком доверии ты говоришь? Ты изнасиловал меня! – вспыхнула я, первый раз произнеся это вслух.

– О, не путай, малышка, я с самого начала был честен с тобой. Предупреждал тебя, что ты моя, предупреждал, что могу с тобой сделать, но ты решила пренебречь моими словами. А за такое неуважение в дверь всегда стучится расплата.

Он не отступится от своей затеи и не передумает. Я рванула в сторону, но сильные руки лишь схватили меня за талию и удерживали, пока ногами я пыталась оттолкнуться от барной стойки и вырваться. Киллиан с лёгкостью повернул меня и усадил задницей на столешницу, захватывая мои запястья. Он припечатал их к верхней столешнице, выгибая дугой моё тело. Угол больно упирался в мою спину, а от холодного камня по коже побежали мурашки. Я отпинывалась от парня, пока запястья не перехватил кто-то из братьев. Киллиан тут же раздвинул мои бёдра и встал между моих ног.

– Отпустите меня, ублюдки! – заверещала я, чувствуя через его джинсы затвердевший член, прижимающийся к моей промежности.

С трудом вырвав одну ладонь, я ударила Киллиана по лицу, оставляя неглубокие царапины на щеке. Его взгляд говорил сам за себя. Он мёртвой хваткой вцепился в мои бёдра, а мои руки снова завели над головой.

– Дикая стерва! – с усмешкой прорычал Киллиан.

– Это мы сейчас исправим, – послышалось позади.

Почти всё, что я могла видеть – это высокий потолок, а странные звуки за спиной пугали, пока в поле зрения не появился Итан. Он до боли сжал мои щеки, заставляя меня раздвинуть губы, и шипящая жидкость начала заполняла мой рот. Я захлёбывалась, брыкалась, кашляла и выплёвывала алкоголь обратно, но основная часть всё равно попадала внутрь. Попыталась вертеть головой, но шампанское лишь попало мне в глаза, и их тут же защипало. Я зажмурилась, делая большой глоток, чтобы не задохнуться. По вискам стекали слёзы, смешавшиеся с алкоголем, запястья и бёдра ныли от крепкой хватки. Когда мне вновь удалось открыть глаза, я заметила, как Итан положил мне в рот что-то маленькое оливково-зелёного цвета и снова залил это шампанским, сводя мои челюсти и зажав нос, чтобы я не смогла выплюнуть. Воздуха не хватало, я задыхалась и всё же проглотила содержимое. Я была вся сырая, к лицу и шее начали прилипать волосы, а футболка неприятно облепляла грудь. Когда Итан наконец отпустил лицо, мои запястья перехватили и сжали крепче.

– Отпустите меня, сволочи! – я не переставала брыкаться. – Авель! За что ты так со мной? Авель! Ответь мне! – кричала, пытаясь добиться от него ответа, но он молчал, а может, его и вовсе уже здесь не было. – Авель! Ответь мне, что я сделала?!

– Угомонись, пташка, его здесь нет, и не надрывай горло, оно тебе ещё пригодится! – донёсся голос Итана.

– Я ненавижу вас! Отпустите меня! Отпус… тите…

Я несколько раз пыталась сфокусировать взгляд на выключенной люстре, но та двоилась перед глазами. Что происходит? Все мышцы начали расслабляться, напряжение покидало каждую клеточку, и я обмякала на столешнице.

Вокруг звучали голоса, но я никак не могла сосредоточиться на них, чтобы понять, что именно они говорят. До моих ушей долетел звук расстёгиваемой молнии и буквально через несколько минут кто-то оказался внутри меня. Тело бросало то в жар, то в холод, ни руки, ни ноги не слушались, а давление между ног лишь нарастало с каждым толчком. Где-то на подсознании я понимала, что сейчас со мной делают, но как безвольная кукла не могла пошевелиться. Цепкие пальцы на талии удерживали, и кто-то из парней всё быстрей и жёстче трахал меня. Тяжёлое дыхание возле уха позволило мне понять, что из полу-горизонтального положения, меня подняли на руки, впиваясь пальцами в задницу, и куда-то понесли, я же бессознательно обнимала чью-то крепкую шею, чтобы не упасть назад.

Коленями коснувшись чего-то мягкого, я ещё глубже ощутила член внутри себя. Толчки были довольно сильными, но остатки сознания подсказывали, что это всё же был не Итан, тот был гораздо грубее в наш первый раз. Кожу покалывало везде, где к ней прикасались тёплые большие ладони. Я хотела вскрикнуть, когда Киллиан сжал между зубами мой сосок, но получилось лишь какое-то бессвязное мычание.

– Какая же ты… очаровательная, Сэлли, и… и чертовски узкая… – долетел до моих ушей тихий и хриплый голос Киллиана.

Приоткрыв глаза, взглядом я уперлась в накачанные мышцы и цепочку на шее. Его грудь блестела от пота, рваные стоны – всё, что я могла различить, пока мне помогали быстро подниматься и опускаться. Его горячее дыхание скользило по моей шее, соски тёрлись о его грудь, а внизу живота всё горело от нестерпимой боли и предвкушения сладостного наслаждения.

– Ки-и-л…

Пусть он отпустит меня. Пусть кто-нибудь снимет меня с него.

– Кончай, детка, – прорычал он.

Я потерялась в пространстве, потерялась во времени, чувствуя лишь прикосновения и усиливающиеся толчки внутри. Волна оргазма прошла по всему телу, и я не понимала, как мне нужно реагировать на то, что моё тело сейчас с такой страстью принимало его в отличие от сердца и разума, которые выли от неправильности происходящего. Внезапно ощутив кожей пустоту и прохладу, уже было обрадовалась, что всё закончилось, но меня сместили в сторону, и я упала грудью на мягкую спинку дивана. Я успела лишь вздохнуть, когда толчки возобновились гораздо сильнее, чем раньше. Тело начало нещадно ныть, а в губы уперлось что-то твёрдое, и вновь эта боль на щеках, заставляющая меня открыть рот.

Меня чуть не стошнило, когда в горло уперлось что-то, похожее на длинную палку. Краем сознания я понимала, что именно сейчас находится у меня во рту, но как бы ни отстранялась, удерживая за волосы меня резким движением возвращали обратно, и член упирался в заднюю стенку моего горла.

Как же сильно я ошибалась, когда думала, что после первого раза хуже уже быть не может. Сознание начало отключаться, но тяжёлый и внезапный шлепок по заднице вернул меня в подобие реальности. С трудом открыв глаза, я упёрлась взглядом в пах. Удерживая меня за затылок, от всего этого безобразия или от той несчастной оливково-зелёной дряни рот наполнялся слюной. Ноги и руки дрожали, но от постоянных интенсивных толчков тело несколько раз сковывало судорогой. Я уже ничего не чувствовала между ног, будто кожа стёрлась, а челюсть болела и ныла, находясь так долго открытой. Ещё один мощный толчок в горле, и я почувствовала неприятный вкус, от которого меня начало тошнить. Желание выплюнуть всё это не совпадало с тем, что происходило вокруг. Мёртвой хваткой меня схватили за волосы и дёрнули назад, задирая голову и зажимая нос. Мне не оставалось ничего другого, кроме как проглотить содержимое, и ещё один шлепок пришёлся по моей заднице, а толчки начали замедляться…

### Марко Романо

Итан и Киллиан в приподнятом настроении покидали особняк, но я не слышал громкой музыки в доме, не заметил от них сильного запаха алкоголя, когда открывал им двери автомобиля. Я переживал за госпожу, но не мог просто так заявиться в дом, чтобы узнать, всё ли у неё хорошо. Как только ворота за ними закрылись, ко мне сразу подошёл молодой парнишка, который работает всего несколько месяцев под мои руководством.

– Марко, могу я уйти? Я всего лишь на несколько часов и обязательно приду, когда братья вернуться, – канючил он. Скорее всего, вновь поругался со своей девушкой из-за какой-нибудь ерунды и сейчас побежит вымаливать у неё прощение.

Я замер на мгновение и обвёл взглядом территорию, нахмурившись и поворачиваясь к нему.

– Авель разве тоже уехал?

Как я мог пропустить его? И когда он покинул особняк?

– Ой, прости, я забыл тебе сказать, он уехал ещё час назад, пока ты разговаривал по телефону, – виновато ответил Питер, и я выругался про себя, быстро зашагав в сторону дома.

– Марко, ну так…

– Оставайся на месте пока я не вернусь! – прорычал я, ускоряя шаг и переходя на бег.

Войдя в дом в приглушенном свете гостиной, я сразу заметил серебристые волосы, свисающие с дивана. Я остолбенел, когда сделав ещё несколько шагов полностью увидел распластавшуюся на диване голую Селену. У меня ком застрял в горле. Мне было так жаль эту девчушку, она ведь в дочери мне годилась, и, если бы такое сделали с моим ребёнком, я бы не успокоился до тех пор, пока не сжёг бы заживо ублюдков, что посмели сотворить с ней такое. На ходу скидывая пиджак, я подошёл ближе, и волна страха пробежала по моей коже. Селена была в сознании и смотрела в потолок, медленно моргая. Дьявол! Лучше бы она отключилась, чтобы не чувствовать, не слышать и не видеть, что они с ней делали. Накинув на неё пиджак, я, не спрашивая разрешения, поднял девушку на руки, после чего постарался идти как можно аккуратней, чтобы не потревожить её. Поднявшись на второй этаж и зайдя в спальню Селены, я тут же прошёл в ванную комнату и осторожно усадил её на пластиковый табурет в душевой, прислоняя спиной к стене.

Включив душ и проверив температуру воды, я скинул с девушки пиджак и поливал её голову, убирая прилипшие волосы с щеки и шеи. Она смотрела на меня пустым взглядом, будто и вовсе была не здесь. Переключив воду на кран и выдавив на мочалку немного ароматного геля, я оттирал кожу девушки, стараясь не задумываться, что именно на ней было. Аккуратно коснувшись лица и перейдя к шее, я заметил покрасневшие отпечатки пальцев. Спускаясь по плечу и ключице, на запястье начали проявляться синяки. Пройдясь мочалкой по второй руке, немного отодвинув Селену и помыв её спину, я опустил голову и протянул мочалку девушке.

– Госпожа, дальше вы сами.

Как бы я ни должен был заботиться о ней, думаю, она не особо оценит, если я буду прикасаться к интимным частям её тела. Она не сопротивлялась и, медленно забрав мочалку, бессознательно елозила ею по груди, оставляя на коже кровоподтёки.

– Селена…

Она будто и не слышала меня вовсе, продолжая спускаться мочалкой к животу. Я отвернулся, поднявшись на ноги и сделав несколько шагов назад.

Что ж вы делаете, мрази?! Я буду молиться, чтобы бог наказал вас, чтобы вы ещё тысячу раз пожалели о том, что натворили…

– Марко… – слабый голос заставил меня повернуться.

Селена всё также сидела и смотрела куда-то в пространство, протягивая мне мочалку, на которой я сразу заметил розовую пену, но так как при осмотре девушки не было заметно никаких открытых ран, не сложно было догадаться откуда взялась эта кровь. Забрав мочалку, я ополоснул девушку от пены и выключил воду. На поиски халата у меня ушло несколько минут, накинув его на хрупкие плечи и подвязав поясом, я снова поднял девушку на руки и вынес в спальню, укладывая на постель, а сам присел рядом на кресло, не обращая никакого внимания на промокшие брюки и рубашку. Она всё продолжала смотреть в потолок, и я решил нарушить молчание.

– Селена, как вы? Что-то болит? Принести обезболивающее?

Она покачала головой из стороны в сторону.

– Селена, я не должен вам такое говорить, но вам нужно научиться стоять за себя, а лучше вообще бежать из этого дома. Никто не сможет вас защитить от них, кроме вас самой. Если вы решитесь, я готов помочь вам это сделать.

Селена медленно наклонила голову в мою сторону, глядя мне в глаза затуманенным взглядом, а по её щеке стекала скупая слеза.

– Ты откроешь для меня ворота, Марко?

Я пересел на колени, беря в руки её маленькую ладошку.

– Я открою ворота и отвезу вас. Я найду вам квартиру на пару дней и позже куплю билет в любую страну, в какую захотите, госпожа. Вам нельзя здесь оставаться. Я клянусь вам, что сделаю всё, чтобы вы стали свободны.

Она снова повернулась к потолку.

– Чтобы никто ничего не заподозрил, я могу вывести вас завтра после того, как вы вернётесь с семейного ужина, или можем подождать ещё несколько дней, как только вы восстановите силы.

Через несколько минут обдумывания моих слов, девушка вновь повернулась ко мне.

– Завтра. Я буду готова.

## Глава 5

### Селена Анджело

Я с трудом открыла опухшие после бессонной ночи глаза, услышав знакомый голос. Не знаю, во сколько именно организм взял своё, и меня отрубило, но помню, что застала первые лучи рассвета, озаряющие мою спальню. Сейчас ясный день пробивался сквозь неплотно зашторенные окна; скорее всего, кто-то прикрыл их, давая мне поспать подольше. Когда я упёрлась взглядом в мужское колено под дорогими серыми брюками, мне захотелось как в детстве спрятаться под одеяло, как я пряталась от Бастиана, и избавиться от всех трудностей и проблем, но, как бы мне ни хотелось это сделать, я не могла поступить настолько глупо.

Приподнявшись на локте, я стала медленно подниматься взглядом выше. Бёдра, торс и широкая грудь под чёрной атласной рубашкой без ворота. Крепкая шея, волевой подбородок, и лишь после я увидела тёмно-синие глаза Авеля. Он не спешил начинать разговор, а мне и вовсе нечего было ему сказать, особенно после того, что случилось прошлым вечером. Я всю ночь пребывала в состоянии гнева, злости и ярости, и сейчас эти чувства начали меня утомлять, просто хотелось, чтобы он ушёл, пока я не приду в себя и не приведу в порядок свои мысли.

– Твои родители будут у моего отца через пару часов, – слишком тихо произнёс мужчина, лишь на бумаге являющийся моим мужем.

Я ничего не ответила, опуская голову и потирая пальцами глаза. У меня не было сил ни подняться, ни уж тем более весь день сидеть и улыбаться родным, пытаясь казаться счастливой женой. Возможно с мамой и папой это ещё прокатит, но только не с Бастианом. Мне придётся очень постараться, чтобы скрыть от брата моё отчаяние и безвыходное положение. Видимо, это какое-то наказание, что я не отключилась вчера и помню всё, что происходило. Помню каждое прикосновение рук Киллиана и Итана, помню их тяжёлое рваное дыхание, помню этот дикий страх, когда не владеешь собой и своим телом. Я зажмурилась, прижавшись лбом к раскрытой ладони, пытаясь остановить поток картинок и образов, что стояли перед моими глазами.

Прохладное прикосновение пальцев к моей ладони заставило меня открыть глаза и поднять голову. Авель аккуратно перевернул моё запястье и еле касался синяков на коже. Он не смотрел мне в глаза, но я видела, как дрожали его пальцы, когда, осторожно протянув ладонь и не касаясь моей кожи, он отодвинул занавес моих волос и рассматривал мою наверняка покрасневшую шею. Мужчина не изменился в лице, да я и не надеялась, что в этот момент он испытывает хоть что-то кроме досады, ведь его красивую игрушку слегка «испачкали» и оставили на ней следы.

Авель убрал руку, поднимаясь с кресла, где прошлой ночью сидел Марко.

– В шкафу есть чёрное платье, надень его. Я жду тебя внизу через сорок минут.

Он не обернулся, выходя из моей спальни. Я просто смотрела ему в спину, даже не зная, что именно испытываю к нему сейчас. Сказать, что он окончательно упал в моих глазах, наверно, будет недостаточно. Даже сейчас он просто любовался последствиями, которые создал его брат. Я никогда не смогу понять, что происходит в их головах. Единственное, что ещё держало меня на плаву сейчас и не позволяло окончательно сдаться – это мой грандиозный побег, который, я надеюсь, останется незамеченным хотя бы до завтрашнего утра.

Мне хватило и двадцати минут, чтобы всевозможными мотивирующими и заумными фразочками заставить своё тело подняться. Заставить руки слушаться, причёсывая волосы. Всего после каких-то двух недель я уже не узнавала своё отражение в зеркале. Бледная, как свежевыпавший снег, кожа, впалые щёки и потухший пустой взгляд, который изменил лазурный цвет моих глаз на безжизненный и невзрачный серый. Я не стала даже заморачиваться с причёской, вот уж о ней сейчас вообще не думала и лишь расчесала от природы прямые, как струна, пряди.

Я также не стала возвращаться к зеркалу, натянув на тело найденное в шкафу платье. Сейчас мне больше всего хотелось засунуть ноги в удобные кеды и… застыв на пару минут возле обуви, я всё же нехотя достала чёрные лодочки на неприлично высоком каблуке.


* * *


Покинув спальню, я аккуратно спустилась по лестнице в гостиную, держась за перила. На барном стуле меня уже ждал Марко. Он тут же поднялся на ноги, заметив меня и, нервно одёргивая свой пиджак, забегал глазами по моему лицу.

– Селена, добрый день. Как вы?

Я открыла рот, но не успела ничего ответить, отвлекшись на пробегающего мимо злого Итана. Будто подгоняемый голодными собаками, он пронёсся к входной двери и вылетел из особняка. От меня не утаилась его разбитая губа и, надеюсь, ему хорошенько досталось вчера, где бы он ни был. Я бы с радостью поблагодарила и пожала руку тому смельчаку, который посмел поднять руку на Анджело младшего.

Вернув взгляд на охранника, попыталась улыбнуться.

– Всё нормально Марко, не волнуйся. Нам пора выезжать.

Марко подхватил меня под руку, когда я подошла ближе, и медленно повёл к выходу.

– Марко, подожди нас на улице – послышался голос за спиной. Отпустив руку охранника, я повернулась к Авелю, который застыл между гостиной и баром, пристально осматривая меня с ног до головы.

Я действительно надела то платье, про которое он сказал, но не из-за его прихоти, а потому что оно закрывало моё покрасневшее горло, а длинные рукава прятали синие «оковы» на запястьях. Я выглядела почти как монашка, не считая длинного разреза на бедре.

– Марко я не буду повторять дважды, – пригрозил Авель.

Повернувшись к охраннику, я кивнула, мне не хотелось, чтобы из-за меня у Марко появились проблемы, особенно сегодня. Оставшись одна в спальне, я успела закинуть несколько необходимых вещей в рюкзак, пока сохли волосы, и спрятала его в шкаф, чтобы не тратить время на сборы вечером, рассматривая вариант, что наш ужин может затянутся.

Марко незаметно для Авеля сжал мой локоть в знак поддержки и молча направился к выходу, прикрывая за собой входную дверь.

– Ты что-то хотел… дорогой муж? – на последних двух словах я сделала особый акцент.

Авель сократил дистанцию между нами, остановившись на расстоянии вытянутой руки.

– Селена… – он смотрел в мои глаза, но взгляд был непривычно тусклым, – я не знал о том, что произошло вчера… – его глаза говорили громче, чем он сам. – Клянусь тебе! – добавил Авель.

– Чего ты не знал, муженёк? – я прищурилась, наклоняя голову на бок, не разрывая зрительный контакт. – Не знал, что Киллиан трахнет меня? – Авель резко и глубоко вдохнул, будто сдерживая сам себя. – Но ты ведь сам пустил его в НАШ дом, – он не сводил с меня глаз, и я продолжила: – Или, может, ты не знал, что Итан так поступит? Но и тут тоже преуспел именно ты, когда отдал меня своему брату в день нашей свадьбы.

Я развернулась, чтобы уйти, Авель дёрнул меня за локоть, поворачивая обратно к себе, но оставляя расстояние между нами.

– Что ещё, Авель? Не хватило вчерашнего представления? Не насмотрелся? Ах да, прости, ты ведь ушёл и пропустил всё веселье, когда я в очередной раз пыталась добиться от тебя ответа, почему ты так поступаешь со мной.

– Сэлли…

Было ощущение, что мои тормоза отказывают, будто слили тормозную жидкость.

– Замолчи! И не смей меня так называть! Сэлли я была для непоседливого подростка, который неумеючи лепил подорожник на мой разбитый локоть! А ублюдок, которым ты стал, не смеет осквернять своим ртом моё имя!

Его зрачки расширились, внутри я уже подготовила себя к тому, что за такое оскорбление он ударит меня по лицу, но Авель всё ещё смирно стоял на месте.

– Прости, – неожиданно произнёс он, и это слово разорвало внутреннюю бомбу. Я сократила расстояние, задирая голову и заглядывая ему в глаза.

– Прости? Мне не послышалось? Ты серьёзно это сказал? Прости? – я усмехнулась, делая шаг назад. – О, Авель, мне заметно полегчало после этого слова. Это же так просто – разломать чью-то жизнь на части, а потом попытаться склеить всё малюсеньким пластырем в виде «прости». Хотя, знаешь, мне даже интересно. За что именно ты извиняешься, Авель? – скрестив руки под грудью, я старалась сдержать подступивший к горлу ком и уверенно расправить плечи. – Прости за первую брачную ночь, Селена? Или, может, прости за вчерашний вечер, Селена? Или за то, что ты не рассказал про Лианеля? Или за то, что взял меня в жёны, ненавидя женщин? Какой ответ правильный, Авель? За что ты извиняешься?

Его грудь часто поднималась и опускалась, но выражение лица так и оставалось холодной маской.

– За то, что я когда-то появился в твоей жизни.

Качнув головой и обойдя меня, Авель быстрыми шагами прошёл к двери и покинул дом, оставляя меня в середине гостиной наедине с его словами.

За то, что когда-то появился в моей жизни? Он не смеет перечёркивать те светлые воспоминания, что ещё остались у меня о нём. Тогда был другой Авель. Это был МОЙ Авель. Добрый, открытый, яркий, как его старший брат, справедливый и отважный. Авель, закрывающий меня своей спиной от ругани отца за порванное платье. Авель, забирающий на себя мою вину за сорванные с клумбы редкие ярко-красные цветы.

Ты не смеешь просто взять и отобрать у меня эти воспоминания. Ты не имеешь на них никакого права, ведь они – часть меня самой, лучший фрагмент моей жизни, когда я по-настоящему была счастлива.

Глубоко вздохнув и обуздав свой гнев, я вышла из дома.

Авель сидел на пассажирском сиденье машины, оперевшись лбом на ладонь. Мне даже не хотелось дышать с ним одним воздухом в салоне автомобиля. Если Итан виноват в том, что делал, то он виноват в том, что позволял это делать!

Отведя взгляд, я проследовала к следующему авто и аккуратно села на заднее сиденье. Марко сразу закрыл за мной дверь и прыгнул за руль.

Стоило нам выехать за ворота, и мы ровным строем погнали в противоположную часть города, на семейную встречу. Ощущая на себе пристальный взгляд, я подняла глаза к зеркалу заднего вида.

– Селена, как вы себя чувствуете?

– Спасибо, Марко. Я в порядке.

Не стоит ему знать, как длинные рукава натирают запястья, доставляя мне дискомфорт, не стоит знать и того, что мне трудно держать сомкнутыми бёдра, и прямо сейчас они дрожат от напряжения.

– Вы не передумали, Селена?

Я отвернулась к окну, в котором мелькали балки подвесного моста.

– Не передумала.

– Я уже нашёл вам квартиру, она не такая роскошная, как особн…

– Мне всё равно на роскошь, лишь бы там меня никто не нашёл.

– Не переживайте, об этом месте знаю только я. Сегодня в полночь я буду ждать вас у ворот и сдержу своё обещание.

Я всё же подняла глаза на Марко, встречаясь с ним взглядами.

– А как же ты? Тебя же поймают!

– Обо мне не беспокойтесь, госпожа, главное, чтобы вы были в безопасности.


* * *


Дом Фабьена Анджело не уступал особняку, в котором я существовала, ни в размерах, ни в роскоши.

Как только мы остановились на подъездной дорожке, у Авеля сразу активировался режим заботливого мужа и, покинув своё авто, он открыл для меня дверцу, протягивая большую ладонь и помогая мне выбраться из машины.

Мы подходили к его отцу, и Анджело старший расплылся в улыбке.

– Добро пожаловать, дети!

Фабьен крепко обнял меня, будто это была не первая наша неофициальная встреча, а мы виделись уже как минимум десятки раз.

– Селена, твои родные ещё не приехали, поэтому ты не хотела бы пока прогуляться со стариком? Я покажу тебе тот самый сад, в котором ты играла в детстве, он немного изменился с твоего последнего визита.

Он так искренне улыбался, что даже если бы я и хотела отказаться по причине того, что тяжело передвигала ногами, то не смогла бы разбить иллюзию идеальной семьи. Одарив его слабым подобием его же улыбки, я слегка наклонила голову.

– Конечно, мистер Анджело.

Мужчина слегка покраснел и заволновался.

– Полно тебе, милая, называй меня папа, мы ведь уже семья.

Он закрыл меня от Авеля и Итана, положив ладонь на мою спину, и повёл внутрь дома.

Интерьер совсем не изменился за столько лет. Я могла точно сказать, на какой из стен висела картина Дали, а в каком углу стоял мольберт Фабьена Анджело. Не знаю, рисует ли он в свободное время, как раньше, но у него определённо был талант в изображении натюрмортов.

Когда мы прошли дом насквозь и вышли в сад, тёплые лучи стали согревать кожу на моём лице. Здесь было спокойно и тихо, в отличие от шумного прибоя в особняке Авеля. Фабьен подвёл меня к одной из скамеек и присел рядом, рассматривая мой профиль, пока я любовалась изменениями и новыми постройками на заднем дворе.

– Селена, милая, как у тебя дела? Уже обжилась в новом доме? Эти два оболтуса тебя не обижают?

Я повернулась в его сторону. Фабьен смотрел на меня виноватыми глазами, хотя ни в чем не был виноват передо мной. Видимо, Марко ему ничего не рассказывал, но старший Анджело был далеко не глупым мужчиной и скорее всего догадывался, что на самом деле происходит за высокими стенами особняка. Мне хотелось рассказать ему всё, что творят его дети, что я пережила за последние несколько дней по их вине, и я уже открыла рот, чтобы это сделать, но, взглянув на его усталый вид, морщинку на лбу и начавшие седеть на висках тёмные волосы, лишь тяжело выдохнула. Он ничего не сможет сделать с ними, не сможет обуздать, а для меня это может обернуться ещё худшим кошмаром, если я нажалуюсь, и Фабьен выскажет всё своим сыновьям. Он ничего не сможет изменить, но как отец будет ещё больше нервничать за детей, а ещё и за меня, особенно после потери Лианеля. Мне не хотелось, чтобы у него остановилось сердце после того, как он узнает, чем именно занимаются его сыновья, и на что способны их извращённые мозги. Мне будет абсолютно не жаль Итана и Авеля, если Фабьен умрёт, я даже злорадно усмехнусь и буду наслаждаться их болью. Но мне было жаль самого Фабьена, ведь он – хороший человек, с такой же милой улыбкой, которая была у Лианеля. Я сама разберусь с ними, не впутывая наших родителей в этот кошмар.

– Всё хорошо, папа, – Фабьен засмущался, когда я так назвала его, тем самым немного усыпив его бдительность. – Были парочка разногласий, но это семейные проблемы, и мы с ними разберёмся, не переживайте. Брак – весьма сложная штука, и у нас много времени, чтобы притереться друг к другу.

Даже его глаза улыбались, не подозревая меня во лжи.

– Как же мне повезло с такой невесткой, как ты, Селена. Я, конечно, знаю, что с Авелем бывает непросто, а точнее сказать – очень даже тяжело, но он не плохой человек, поверь мне.

Скорее всего любой родитель будет защищать своего ребёнка, какой бы мразью этот ребёнок не вырос.

– Он очень недоверчив, Селена, и зачастую проверяет людей на прочность, чтобы притереться к ним, но если он тебе доверится и откроет своё пылкое сердце, то ради тебя перевернёт весь мир несколько раз, лишь бы ты была счастлива. Авель, к сожалению, не знает полумер. Он либо люто ненавидит и творит то, от чего застывает в жилах кровь, либо любит так, что ты захлебнёшься в его любви. Для него не существует отговорок в виде непогоды или проблем со здоровьем, если ему нужно, то он обязательно будет рядом, даже если к его голове приставят дуло пистолета.

Возможно, Фабьен всё ещё живёт в прошлом или старается просто не замечать, что человек, которого он описывает, давно вырос и уже не знает, что означают такие слова как милосердие, сострадание и любовь.

– Папа, перестаньте его так сильно рекламировать, я ведь уже вышла за него замуж, это ни к чему!

Фабьен тихо рассмеялся, и я рада, что мне удалось успокоить Анджело старшего.

– Пап, родители Селены приехали, – послышался за спиной голос Итана, и я сцепила ладони в замок, сжимая их так сильно, что пальцы побелели.


* * *


Родители были весьма холодны, будто я лишь вчера покинула дом, и они ещё не успели по мне соскучиться. Я старалась не выдать своего разочарования, когда не обнаружила за их спинами Бастиана. Они как-то быстро отделались от моего вопроса, почему брат не приехал с ними, но так и не дали конкретного ответа.


Наши отцы, что-то бурно обсуждали, но я совершенно не вслушивалась в их разговор. Разнообразные блюда на столе пахли слишком вкусно, одновременно вызывая и тошноту, и желание попробовать всё и сразу.

Я не притронулась ни к кусочку на своей тарелке, боясь, что вся еда полезет обратно.

Не прошло и получаса, как в глазах вдруг всё начало двоиться. Улыбка мамы то увеличивалась в размерах, то, наоборот, уменьшалась. Я старалась не подавать виду, что со мной что-то не так, но и терпеть уже не было сил.

– Селена?

Шёпот Авеля, звучал будто издалека, хотя он наклонился ко мне, и мы ещё никогда не находились настолько близко друг к другу. Уши заложило, в глазах начало темнеть, а к горлу подступала тошнота.

– Простите нас, – послышалось со стороны.

Авель аккуратно за руку поднял меня со стула и вывел из столовой. Я сдерживала рвотные позывы уже через силу, но, когда он открыл передо мной дверь ванной комнаты, я влетела внутрь. Не успела добежать до туалета, как содержимое моего желудка оказалось в раковине, а конкретней – его пустота.

Гул в ушах не давал понять, что происходит вокруг. Сердце бешено стучало. Я различила шум воды, так необходимая прохлада почти мгновенно окропила моё лицо.

Трясущимися руками попытавшись собрать волосы, чтобы не намочить их, я поняла, что Авель уже держал их, собрав в хвост, он же и умывал моё лицо второй рукой, не брезгуя запачкаться.

Голова кружилась, но я всё же стоически выпрямилась, отстраняясь от его ладони, и открыла глаза, глядя на белый мрамор и цепляясь за край раковины.

– Не трогай меня! Я сама!

Подняв голову, в зеркале я увидела его взгляд, горящий как тысячи свечей, и волосы тут же рассыпались по моей спине. Наше противостояние длилось всего несколько секунд, и, отведя взгляд первым, Авель внезапно дёрнул молнию на моём платье.

– Что ты делаешь? Не трогай меня! Не вздумай прикасаться ко мне, особенно в доме твоего отца!

Я испугалась, не зная, что он может сотворить. Может, он ещё хуже Итана, и сейчас возьмёт меня, несмотря на моё состояние и на наших родителей, сидящих через несколько стен. Авель был абсолютно спокоен и ничего не ответил стянув с вешалки полотенце и быстро проведя им под струёй воды, он приложил его к моей спине.

Шок начал отступать, и я прикрыла глаза, наслаждаясь приятной прохладой. Распахнула их вновь, когда Авель неожиданно развернул меня к себе и, совсем не напрягаясь, поднял и усадил на умывальник, как плюшевую игрушку. Адреналин вновь начал подскакивать. Он же не посмеет воспользоваться мной, не посмеет меня тронуть, он…

Авель присел на корточки и аккуратно скользнул полотенцем по моей лодыжке. Поднимаясь по икре выше к колену и вдоль разреза платья по бедру, он не сводил с меня глаз.

Мой названный муж пожирал меня глазами и не скрывал своего дикого взгляда. Убрав полотенце с моей ноги и положив его возле меня, Авель наклонился ближе, стаскивая с моих плеч платье. Я задергалась, но он лишь завернул его до края лифа, обнажая шею, ключицы и верхнюю часть бюста.

Сполоснув полотенце и выжав его одним движением почти до сухого состояния, он вернулся ко мне и скользнул тканью по пылавшей коже вдоль декольте. Мужчина не сводил взгляда с моей груди, и его вопрос застал меня врасплох.

– Когда ты ела в последний раз?

Мне было очень трудно смотреть на него и вспоминать, о чём он спрашивает. Меня чертовски пугала реакция тела на его нежные прикосновения, на аромат его парфюма, смешанного с запахом его кожи, на присутствие рядом со мной. Как бы мне ни было страшно вчера с Итаном, с Киллианом, но даже в том почти бессознательном состоянии тело знало, что такое возбуждение и оргазм, и сейчас оно вновь давало о себе знать. Я уже начинала бояться саму себя, будто возбуждаюсь от страха.

– Тебе-то какое до этого дело?

Он продолжал охлаждать кожу, не отвечая на мой вопрос, видимо, посчитав его риторическим и не требующим ответа.

– В день нашей свадьбы… Итан был с тобой в «защите»?

Я замерла, остановив взгляд на его длинных чёрных ресницах. Он же не случайно это спросил. Неужели, волновался, что я могу забеременеть? А чего он в принципе ждал? Если его так сильно интересуется этот вопрос пусть он задаст его другому человеку, потому что от меня Авель не добьется ни одного ответа.

– Спроси у своего брата.

Мужчина оцепенел, но, спустя мгновенье, опустил руку и, не встречаясь со мной глазами, почти выбежал из ванной комнаты, в очередной раз сбежав от разговора.


* * *


Буквально час спустя мы покинули особняк Фабьена.

Вернувшись домой, я сразу поднялась к себе и скинула платье, запрыгнув в джинсы и толстовку. До полуночи ещё было несколько часов и, примостившись на кровати, я прикрыла глаза, пытаясь немного вздремнуть, не зная, когда в следующий раз мне удастся это сделать.

Я была очень удивлена, что Итан был сегодня довольно молчалив, и – хвала всем богам, если они есть – вообще не обращал на меня внимания, словно его увлечение мною в момент закончилось.

Открыв глаза примерно за тридцать минут до полуночи, как показывали настенные часы, я прислушалась к атмосфере в особняке, но в доме царила полнейшая тишина. Вытащив из шкафа рюкзак, я ни на секунду не пожалела, что уже совсем скоро покину это место.

Выйдя из спальни и медленно спускаясь по лестнице, боясь что-нибудь задеть, я выскользнула из дома на улицу, и лямка рюкзака тут же выпала из моей руки.

Авель и Итан стояли в нескольких метрах впереди и закрывали что-то от моих глаз.

– Что происходит? – не сдержалась я.

Итан моментально развернулся.

– О, а вот и наша канарейка, во всей красе!

Он двинулся в мою сторону, я не успела увернуться, схватив, он потащил меня ближе к Авелю. Лишь в нескольких шагах от него, наклонив в сторону голову, я увидела то, что было от меня скрыто, и моё сердце замерло. На коленях перед Авелем с улыбкой на лице стоял Марко. Я задёргалась в руках Итана, пытаясь высвободиться, но он лишь крепче сжал мои рёбра.

– Что ты делаешь, Авель? Не трогай его! – я в панике переводила взгляд с одного мужчины на другого.

– Ты думала, человек, который спланировал твой побег, будет спокойно жить дальше, птичка? – как дьявол шептал мне на ухо Итан, впечатывая меня в своё тело.

Нет! Авель же не будет убивать Марко из-за такого?! Он может отослать его или наказать, но убивать-то зачем, ещё ведь ничего не произошло, и я всё ещё в особняке!

– Авель, не надо. Прошу тебя, не делай этого. Не трогай Марко! Он ни в чём не виноват, Авель! Пожалуйста!

Мужчина не обращал на мои крики никакого внимания.

– Ты предал меня, Марко, – его голос звучал будто с того света.

Охранник перевёл на меня взгляд и улыбнулся шире, а затем прозвучал громкий выстрел. Я завизжала, когда Марко упал замертво, а его кровь начала растекаться по каменистой дорожке к моим ногам. Авель даже не дрогнул, убив человека.

– Так будет с каждым, Селена, – шептал мне на ухо Итан, – с каждым, кто посмеет встать у нас на пути и попытается помочь тебе. Запомни это на всю свою жизнь!

Убрав пистолет, Авель развернулся и, даже не взглянув на меня, удалился в дом, пока я сходила с ума, глядя в мёртвые глаза единственного в доме человека, кому доверяла и была не безразлична.

## Глава 6

### Селена Анджело

Я свернулась калачиком, в голове была абсолютная пустота, как в безветренной засушливой и душой пустыне. Даже в такой момент глаза оставались сухими, хотя смерть Марко и подкосила меня морально. Мы были знакомы всего пару недель, но я успела прикипеть к нему душой, он единственный относился ко мне по-человечески. А мысль о том, что Авель убил его из-за меня, как зудящая и свербящая зубная боль отдавалась в груди. Я знала, что за попытку побега эти двое до меня ещё доберутся, и мне не поздоровится, но старалась отогнать от себя эти мысли и не думать, что сделает Итан на этот раз.

Меня больше волновало другое. Что теперь делать дальше? Если Авель так хладнокровно застрелил человека, который давно на него работал, он даже и раздумывать не будет на мой счёт. Хотя, если бы он хотел избавиться от меня, то уже сделал бы это вслед за Марко. Нет, скорее всего он придумает что-то, после чего я сама буду молить его о смерти, а он будет смотреть и радоваться моему унижению. Возможно, уже завтра это и случится, возможно, я уже никогда не увижу Бастиана и так и не смогу поговорить с ним напоследок.

Если это – моя последняя ночь, то нужно успеть сделать хоть что-то хорошее и немного облегчить свою совесть. Хотя кого обманываю? Теперь я стала причиной убийства невинного, за это невозможно расплатиться ничем.

Поднявшись с постели и накинув на плечи олимпийку, я вышла из спальни и спустилась на первый этаж. Обняв себя за плечи, вышла из дома, направляясь в сторону ворот. Кровавое пятно на асфальте моментально заставило меня зажмуриться, когда я проходила мимо. По голым ногам побежали мурашки от холодного ветра, но я уже не могла повернуть назад. Молодой охранник сразу вышел ко мне навстречу из своей будки с ещё одним мужчиной средних лет. Может, они думали, что я хочу сбежать, но по всем законам природы эта была бы самая наиглупейшая мысль.

– Доброй ночи, госпожа.

Хоть охранник и не был груб, я видела ненависть в его глазах и даже немного оправдывала его, ведь я действительно была виновата в смерти, возможно, его очень близкого друга.

– Здравствуйте. Пожалуйста, скажи мне, у… Марко была семья? – мне с трудом далось его имя, но я лишь сжала пальцы на предплечьях. Охранник окинул меня взглядом и почти выплюнул в ответ:

– Не могу знать, госпожа.

Всё он знал, говнюк, но таким образом специально решил помучить меня и по-своему отомстить, раз не может поднять на меня руку. Уверена, что благодаря ему уже на утро меня будет презирать вся прислуга, с которой я только наладила отношения.

– Спасибо.

Сжав пальцы, я хотела развернуться и вернуться в дом, когда из-за поворота вылетел чёрный внедорожник. Виляя по дороге, он чуть не столкнулся с фонарным столбом и резко затормозил возле кованых ворот. Водитель возился за рулём, а затем из авто вывалился… Киллиан.

– Э-эй, Питр, откры-ывай и по-озови И-ик-тана!

Кил шатался из стороны в сторону, а затем, схватившись за решетку, почти повис на ней. Если сейчас он разбудит Итана, то добром это не кончится, по крайней мере для меня – точно, нужно его как-то спровадить, хотя мне даже говорить с этим человеком было страшно, не то что уж подойти, не зная, что он может вытворить на этот раз.

– Открой, пожалуйста, но Итана не будите, – тихо произнесла я.

Мальчишка ускакал в будку, и ворота начали медленно открываться. Киллиан нетрезвой походкой зашагал внутрь, только сейчас заметив меня в стороне, и скривился в пьяной улыбке.

– О, эта ночь стала намного прекрасней. Ты встречаешь меня прямо возле дверей, любовь моя.

Его улыбка стала ещё шире, пугая. Он шёл мне навстречу и по тому, как охранники отвернулись, я поняла, что рассчитывать могу только на себя.

– Киллиан, что ты здесь делаешь среди ночи? – я старалась, чтобы мой голос звучал уверенно и не дрожал. Остановившись возле меня, мужчина коснулся пальцами моего подбородка, поднимая голову, и будто потерялся, глядя мне в глаза.

– Я ехал к тебе, малышка.

Киллиан покачнулся. Как он вообще в таком состоянии доехал сюда на машине? Я по инерции подхватила его, поздно поняв, что это фатальная ошибка – он именно этого и добивался, крепко сжав меня в руках. По уверенным действиям Киллиан уже не казался таким опьянённым.

– Отпусти меня, иначе я закричу!

Он лишь крепче сжал мою талию и склонил голову. Его горячее дыхание ощущалось на шее, а затем я почувствовала и его губы. Вздрогнув от этого прикосновения, попыталась сделать хоть один шаг назад и отпихнуть его от себя.

– Сэлли, детка, ты была так хороша… – послышался его шёпот, и сердце забилось быстрей от испуга.

Киллиан внезапно поднял голову, но я успела отвернуться от его поцелуя, подставляя щёку, он заскользил губами выше, прислоняясь к моему уху.

– Я ещё никогда так не кайфовал от секса, детка. Ты такая чувственная горячая и страстная, что у меня сегодня весь день встаёт, как только я вспоминаю вчерашний вечер.

Он прикусил шею под ухом. Мне было противно от того, что я слышала, противно чувствовать его на своей коже, я попыталась оттолкнуть мужчину, но это возымело лишь обратный эффект.

– Я так хочу тебя, Сэлли… Хочу снова оказаться в тебе… прямо сейчас…

Киллиан железной хваткой прижал меня ближе и обхватил второй рукой мою грудь, впиваясь в шею и медленно уводя нас к стене подальше от ворот.

Я с надеждой смотрела на молодого охранника, но он делал вид, что ничего не замечает, повернувшись ко мне спиной.

– Киллиан, отпусти меня, тебе нужно проспаться.

Он кусал мою шею. Я хотела кричать, но понимала, что теперь уже мне точно никто не поможет, а один из хозяев дома и вовсе может присоединиться к Киллиану.

– Я не хочу спать. Ты нужна мне… прямо сейчас. Я хочу ни с кем не делить тебя…

Мужчина прижал меня к стене, и поверх его плеча над головой показался свет фар. Я слышала визг тормозов и как громко хлопнула дверь авто, а спустя несколько мгновений Киллиана резко оттащили от меня, толкая в сторону.

– Эй, мудила, я что, по всему городу должен за тобой гоняться, мать твою?

Парень с силой толкнул Киллиана в грудь, и тот начал отступать в сторону ворот.

– Что ты делаешь, говнюк?!

– Блядь, не беси меня. Сядь в тачку и захлопнись!

– Ты обламываешь мне секс!

– Мне похуй на твой секс! Я устал с дороги, а ты мне аттракционы устраиваешь. Не капай мне на нервы, мудак, иначе на ближайший месяц поселишься в стоматологической клинике.

Я оцепенела, пока не понимая, радоваться мне или нет, и что последует за этой перепалкой, но была уже счастлива, что Киллиан не лапает меня.

– Заткнись, Таддео, и не вставай у меня на пути…

– Я уже здесь, дальше что? Вали в тачку! У тебя даже хер не встанет, алкаш гребаный, не позорься перед девчонкой.

Таддео? Неужели это он? Я распахнула глаза, быстро осмотрев незнакомца. Где тот пухлый темноволосый мальчишка, и кто этот высокий крашенный качок?!

– Таддео?..

Его имя сорвалось с губ до того, как я успела обуздать шок. Парень сразу обернулся и с улыбкой на лице подмигнул мне. Точно Таддео, я смотрела в ЕГО тёмно-серые с зеленцой глаза.

– Привет, Сэлли. Давно не виделись.

Шустро развернувшись и подхватив матерящегося Кила под руку, он потащил его к своей машине. Затолкав брата на пассажирское сиденье и закрыв дверь, он вытащил ключи из авто Киллиана и вернулся обратно, протягивая брелок охраннику.

– Питер, загони тачку, пусть у вас постоит, я заберу её завтра утром.

– Конечно, господин Моос.

Таддео повернул ко мне голову и вновь улыбнулся.

– Жаль, что спустя столько лет мы увиделись именно так, но завтра я забегу на кофе, и мы с тобой поболтаем. Так что до завтра, милаха Ли.

Моё детское прозвище сейчас во взрослой жизни звучало очень нелепо, но я хотела надеяться, что, может быть, Таддео не стал таким же, как его брат.

Питер косился на меня. Этот маленький говнюк затаил обиду, и мне стоит опасаться, как бы он не натворил чего, чтобы отомстить мне за смерть Марко. От воспоминаний о Марко сердце защемило, но гордо вскинув подбородок, я развернулась к дому.


* * *


Настойчивый стук в дверь разбудил меня, и я привстала на локте.

– Войдите.

В дверях застыла Айше, не глядя в мою сторону.

– Госпожа, к вам гость. Он ждёт в гостиной. Оба господина уже уехали, так что завтрак будет готов для вас через двадцать минут.

– Хорошо. Спасибо.

Девушка моментально закрыла за собой дверь, пока я пересаживалась на край кровати. Сколько я спала? Часа четыре? Сдёрнув резинку с кончика косы, я расплетала волосы, пытаясь проснуться. Интересно, что это за гость? С чего бы вдруг? И почему девчушка снова перешла на «госпожу»? Видимо, тот охранник натравил Айше и её маму против меня. Как предсказуемо! Они пытаются меня сломить? Я доберусь до этого Питера, дайте мне только немного времени, и вышвырну его отсюда, как щенка.


* * *


Быстро умывшись, натянув шорты и футболку, я спустилась вниз. Прислонившись спиной к бару, прямо напротив лестницы меня ждал Таддео, сидя на стуле, и с широкой улыбкой на лице рассматривал меня с ног до головы.

– Доброе утро.

– Привет, милаха Ли. Я вчера обещал заскочить на кофе, так что надеюсь, ты составишь мне компанию?

Я скользнула взглядом вправо, осмотрев гостиную. В чём подвох? Неужели он и правда приехал один, без старшего братца?

– Конечно. Пойдём в столовую или останемся здесь? – дружелюбно спросила я, и Тад сверкнул глазами.