Медина Мирай
Альтернат

© Мирай М., 2024

© Darri, иллюстрации, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Глава 1

Если бы у меня была возможность забыть об этом, я бы непременно ею воспользовался. Но люди или, скорее, нелюди, которые могли мне в этом помочь, наотрез отказались – видимо, чтобы я еще больше возненавидел их. Или себя. Да, пожалуй, больше их всех я ненавидел лишь себя.

Все началось в день смерти Аластора – старейшего члена нашей семьи. Я бы с удовольствием забыл и о нем, и не я один. Тот день мы все мысленно внесли в короткий список праздничных.

Никто в доме не обращался к Аластору как к отцу или дедушке, кроме него. У него одного хватало искренней, необъяснимой, непонятно откуда взявшейся, просто абсурдной любви к этому монстру. Мы все дали ему прозвище Янтарная Тень. Нет, не потому что его тень действительно была янтарной – он ее вообще не отбрасывал, – а потому, что сам он выглядел как тень, и только расшитые золотом и серебром костюмы позволяли чужакам понять, что он не плод их воспаленного воображения. Тьма, покрывавшая его тело с рождения, не давала увидеть ни лица, ни даже просто цвета кожи.

Было у него и имя, но мы так редко обращались к нему, что отвыкли, и все называли его «сынок», «брат», «Ваше Высочество» или же по прозвищу, которое для простых работяг было все равно что титул.

При чем же здесь янтарь?

Части его тела буквально обретали янтарные очертания, когда соприкасались. Если он скрещивал руки, можно было четко увидеть тоненькие рваные линии вокруг них, но стоило рукам опуститься – линии исчезали. Казалось, кто-то выделял контуром его губы, пальцы, ногти, пряди волос, нос под определенными углами, каждый волосок в бровях. Мы называли эти конуры трещинками, представляя, что окутывающая его тьма – лишь плотная оболочка, сквозь которую отчаянно старается прорваться свет. Тьма эта не была однотонной, так что его нельзя было сравнить с полноценной тенью.

Первое время всех нас сводило с ума и кое-что еще – янтарное сияние, заполнявшее его глаза в кайме густых ресниц. Забавно, но хотя нам и не удавалось рассмотреть ни его зрачки, ни даже очертания радужек, которых, кажется, попросту не было, мы всегда легко понимали его эмоции благодаря бровям, прищуру и полоске губ.

И была у него еще особенность: он мог с легкостью обратить вас в пыль, коснувшись на эмоциях. Неважно, загрустит он, разозлится, испытает отвращение к кому-либо или вы просто рассмешите его. Так что ему с детства пришлось учиться себя контролировать. К счастью для некоторых, этот эффект распространялся лишь на смертных и предметы, которые частенько становились жертвами его эмоций.

Однажды к нему на руку села птица, и Тень так обрадовался ее доверию, что случайно испепелил. Ох и много же слез он тогда пролил, повторяя: «Мне не нужно было радоваться».

Так вот, день смерти Аластора.

Нам всем, начиная с прислуги и заканчивая членами семьи, с трудом удавалось изображать боль скорой потери. Аластор чувствовал это и всю пробудившуюся любовь вымещал на Тени, своем любимце, сидевшем у постели. Аластор любил его больше сына, его жены, своей жены и второго внука, и эта любовь была полностью взаимна. Тень то ли не видел, то ли не придавал значения тому, к какому монстру решил проявить милосердие. Порой казалось, что Тень в принципе неспособен увидеть что-то плохое в других.

Аластор вцепился в него морщинистой сухой рукой. В глазах застыли его первые в жизни старческие слезы, которых было недостаточно, чтобы хоть одна скатилась по белому лицу. Он искал кого-то, не решаясь спросить об этом ни меня, ни Тень.

Аластор растворился перед ним, распавшись на миллиарды поблескивающих частиц. Позже, когда о его смерти узнали во всем замке, Тень подошел ко мне и наивно, ссутулив узкие детские плечи, тоненьким голоском протянул:

– Что с ним случилось?

Немыслимо, какой властью, какой необузданной разрушительной силой обладал этот мальчик. Ему стоило лишь пожелать всевозможных благ и даров, как они тут же перешли бы в его владение. А он даже не понимал, что такое смерть. Я не подумал, что он впервые увидел, как умирают долгожители, и посмотрел на него как на идиота, заставив растеряться.

– Аластор умер.

Тень стоял в ожидании, но я не захотел раскрывать детали, и последовало ожидаемое:

– Как это?

– Это когда ты перестаешь существовать.

– Не понимаю.

– Когда душа покидает простого смертного, его тело хоронят в земле. Позже на том месте прорастет трава и в свою очередь послужит пропитанием для животных. Так простые смертные становятся частью мира. Это называется круговоротом жизни. Когда же умираем мы, наше тело растворяется. Мы не становимся чьей-то едой, частью земли или ветра. Мы сливаемся с миром иначе, на другом уровне.

– Ничего не понимаю.

Я тяжело вздохнул.

– Неудивительно. Рассказать об этом подробно никому еще не удавалось.

– Почему?

– Потому что мертвые не разговаривают.

Тень прислонился к стене и задумчиво потер подбородок.

– А какую пользу мы тогда несем? Смертные превращаются в траву, а та служит чьей-то едой. А мы? Какая польза от нас?

– Никакая. Мы умираем так, словно никогда не жили.

– Грустно все это звучит.

– Всего лишь правда жизни.

Его такой ответ явно не устроил, но возразить ему было нечего.

– Получается, Аластора больше не будет. – Он сполз по стене на пол и поджал колени. Голос его становился все тише. – А где он сейчас?

– Не знаю, Тень! – взорвался я. – Отстань от меня со своими расспросами. Я не знаю все на свете.

Но именно так обо мне думал Тень с первого дня, как научился понимать, кто из окружающих умнее него, а кто нет. Достаточно было знать на пару вещей больше, чем Тень, чтобы он потянулся за тобой. Всего пара вещей – и вот он уже рассказывает тебе обо всем, что с ним происходит, в надежде, что ты поделишься мнением. Невероятные упорство и дружелюбие, граничащие с назойливостью.

Интересно мне было, какой король из него вырастет. Никто не сомневался в том, что правление Темным измерением перейдет к нему. Мы лишь опасались, что он превратит его в розовую долину с пони, карамельной радугой и пряничными домиками, покрытыми глазурью. Уверен, если бы он тогда знал, что все это такое, или хотя бы мог представить, обязательно бы так и поступил, ну а пока черные грозовые тучи, вулканический пепел, носимый холодным ветром, серые неприступные горы, похожие на вздыбленную шерсть, холмы в ядовитом клубящемся тумане, иссохшие пустыри с россыпью трещин и реки с лавой его не особо волновали.

Никто никогда не видел здесь солнца, но простой народ любил фантазировать, как оно могло бы выглядеть. Тень тоже фантазировал и даже делал зарисовки, которые были так похожи на правду, что позже их приходилось прятать, чтобы прислуга или стража ненароком не наткнулась на них и не рассказала другим людям. Никто не должен был знать, какая жизнь за пределами измерения. Даже члены королевской семьи. Их удел – сидеть в замке и править маленькими народцами, раскиданными великой войной по всему измерению. Так продолжалось столетиями, пока не появилась одна деревенская глухонемая девушка, которая ненароком разрушила весь многовековой королевский строй, а заодно и пару жизней, включая мою.

И нет, это не история о любви. По крайней мере не о той, о которой принято думать.

Глава 2

Вот уже неделю полиция и мирные жители то там, то тут находили разорванные тела мужчин. Убивали их под покровом ночи, в темных безлюдных закоулках. Было у них кое-что общее: все до единого хоть раз совершали преступление. Когда об этом стало известно, ньюйоркцы выдохнули: теперь они знали, что им нечего бояться. Появились и охотники за таинственным «героем», избавлявшим их от угрозы, и некоторые смогли что-то увидеть. А один из них – даже снять.

Так сегодня, 21 апреля 2021 года, на полочки всех киосков попала газета, первая полоса которой заставляла каждого третьего прохожего остановиться и всмотреться в заголовок и фото, занимавшее всю страницу.

Одним из таких прохожих стал Тень.

Огромными черными очками и черной маской с кошачьей мордочкой на все лицо никого было не удивить, учитывая, что на другом конце квартала разгуливала целая толпа в расписанных граффити скафандрах. Чудаковатостью таких людей Тень каждый раз и пользовался, стараясь казаться хотя бы чуточку обычнее, чем они. Его радовало, что в современном мире можно выглядеть как угодно и не вызывать подозрения. Главное – все тело, и особенно руки, прятать под специальной обработанной одеждой, способной выдержать эмоции Тени. На всякий случай он накидывал на голову капюшон.

Он схватил газету со стола киоска, не заметив, что буквально выдернул ее из рук какой-то девушки, тоже потянувшейся за ней, и пробежался по первым строкам.

– Так я и думал!

– Что, сэр? – спросил продавец.

– Э-э-э, ничего, простите. – Он вытащил из кармана желтой толстовки купюру в десять долларов. – Сдачи не надо.

Обратно он возвращался на метро. Его не остановили ни жара, ни перспектива около часа трястись в переполненном грязном вагоне, вдыхая тошнотворный аромат сырости, немытых потных тел и алкоголя, которым разило от пьяного мужчины в старом рваном пальто. Тень даже терпеливо высидел, когда тот вздремнул, положив ему голову на плечо.

Несмотря на все минусы, его очаровывала эта людская суета. Он находил в ней что-то завораживающее, милое и жизнеутверждающее. Да, люди были чудесны даже со всеми своими пороками.

Выйдя на конечной станции, он принюхался к своему рукаву и сжал кулак от отвращения. Запах метро, как и ожидалось, впитался в одежду.

В ста метрах от него за полосой из близко посаженных деревьев виднелась крыша футуристичного научного центра «Альтернат», рядом с которым любили фотографироваться туристы. Здание напоминало три неровно поставленные друг на друга белые книги. Пару лет назад к первому этажу на заднем дворе пристроили три новых ромбовидных блока, в которые перенесли спортзал, библиотеку с архивом, кафе и актовый зал, чтобы освободить помещения для новых лабораторий и мастерской.

Пробежав по тропинке вдоль двух клумб, Тень зашел в здание, перепрыгнул через турникет, поднялся на третий этаж и влетел в комнату под номером три. Та, кого он искал, – девушка на вид лет семнадцати – сидела за столом у холодильника и сосредоточенно зашивала лапку живого плюшевого зайки ярко-желтого цвета.

– Айрис, ты ничего мне не хочешь сказать? – спросил Тень сразу на входе.

– Что, ты опять вместо того, чтобы, как все нормальные люди, вызвать такси, втиснулся в душное тесное метро и поэтому сильно вспотел? – спросила она как ни в чем не бывало, не отрывая взгляд от своего любимца.

С легким шлепком Тень опустил перед ней газету.

– О! – воскликнула Айрис восхищенно, отложив иглу и хлопнув в ладоши. – Мама, я в телевизоре!

– Айрис, это совсем не смешно. И гордиться тут нечем. Они сняли на камеру твою бродящую по улицам города статую. Где ты ее взяла? И почему она так похожа на статую со здания верховного суда?

– Потому что это она и есть! – затараторила Айрис. – Но не волнуйся, она уже вернулась на место! В любом случае не переживай так. Людям пофиг на существование инопланетян, которое официально подтверждено. Вот и живые статуи их не впечатляют настолько, что фото утекло в газеты. – Она вернулась к зашиванию лапки зайки. – Если даже ЦРУ плевать, то зачем паниковать? И что за смельчак это снял? Я всегда перед нападе… обезвреживанием преступников отключаю камеры…

– То есть ломаешь их? Ты же понимаешь, что наносишь городу ущерб?

Она поджала подкрашенные зеленой помадой губы так, что уголки рта приподнялись в вымученной улыбке. В зеленых глазах сверкнул ехидный блеск.

– Ну, может, я и сломала парочку…

– Сколько именно?

– …Десятков.

Тень закатил глаза и закрыл лицо руками.

– Ты сейчас закатил глаза?

– Да.

– Просто хрен поймешь.

Он уперся руками в стол и низко опустил голову.

– Самое ужасное здесь то, что ты убила людей, Айрис. Снова.

– Они были преступниками. Некоторые из них – действующими. Кто-то даже нападал на женщин.

– Для того чтобы судить их, есть закон.

– Который отправит их в тюрьму на пару лет, а потом выпустит? Вот помнишь, как было раньше? Каких-то двести лет назад. Кто-то совершил преступление, ты тихонько его прикончил – и все, никаких проблем.

– В те времена тоже судили.

– Только если были свидетели или очевидные доказательства, – возразила Айрис. – Но правда в том, что, если тебя изобьют до полусмерти, ты должен с пеной у рта доказывать это, чтобы получить компенсацию или чтобы твоего обидчика посадили. Зачем так убиваться, если можно разом решить проблему? И потом, ты дальше третьего предложения эту статью читал? Тут пишут, что люди даже рады. Они знают, что с ними ничего не будет. Бояться следует преступникам, а значит, и преступлений теперь будет меньше.

Тень покачал головой. Закончив с восстановлением шва, Айрис воткнула иголку в подушечку, усадила зайку на колени и повернулась к Тени.

– Дружище, я знаю, что ты тот еще гуманист. Ты и каннибала предпочел бы судить по справедливости. Но правда в том, что порой справедливость заключается в ответном насилии. Не в том, которое откладывают на полгода в лучшем случае, пока жертва живет в страхе, что ее обидчика могут оправдать, с ощущением, что с ней могут поступить несправедливо. А в том, которое происходит сразу. И потом, разве тюрьма – достаточное наказание, скажем, за надругательство? Треть этих мужчин обвинялись в этом. Они были потенциально опасны для окружающих. Я всего лишь устранила угрозу.

Тень хотел возразить, но передумал. Спор с Айрис обычно растягивался на часы, и ты мог хоть сто тысяч раз быть прав, но все равно выйти из него проигравшим.

Пятнадцать трупов за две недели. Всего три тела полностью целы. Остальных пришлось собирать по частям.

Порой Тени не верилось, что эта миловидная улыбчивая девушка со звонким голоском способна кого-то убить с такой жесткостью, пусть даже не собственными руками. Нет, убийства руками статуй, в которые она вдыхала жизнь, – проявление милосердия с ее стороны. Тень неоднократно видел, во что она превращала преступников. Точнее, что она от них оставляла. И всякий раз надеялся, что этот последний.

Самый страшный случай был летом 1855 года на Юге. Еще пару лет после эти картины оживали у него перед глазами.

– Неужели ты хочешь, чтобы я занималась чисткой города сама? – спросила она безмятежным тоном, никак не вязавшимся со смыслом слов.

– Я хочу, чтобы тебе больше никогда не пришлось пачкать руки, Айрис, – прошептал он заботливо, опускаясь перед ней на колени. – Ведь каждое такое убийство…

«Разрушает тебя».

– Ведь…

«Я давно не узнаю тебя. А может, бессмысленно было надеяться, что ты могла остаться в своем уме после всего, что пережила».

– Все, перестань драматизировать! – Она вскочила с места так резко, что едва не заехала ему в лицо коленом. Хорошенько потянувшись, издала удовлетворенный писк и уперла руки в боки. – Как думаешь, скоро к нам из ЦРУ с жалобой заявятся?

– Удивлен, что еще не пришли, – Тень выдавил из себя слабую улыбку.

– Ставлю половинку недоеденного торта на то, что придут к вечеру!

– Зная Марту, к нам должны пожаловать через час-другой, если не раньше. – Он плюхнулся на диванчик у входа, закинул руки на спинку и поднял голову, уставившись в потолок. – Если честно, я уже не знаю, как оправдываться. Все возможные комбинации и варианты «простите» и «больше такого не повторится» я исчерпал.

– А может, на фиг их послать? – Айрис плюхнулась с ним рядом, усевшись в позе лотоса. Зайка запрыгнул ей на плечо.

– Не думаю, что это выход.

– Ну а что они нам сделают? Сами в нас нуждаются.

– Я почти уверен, что если в ком-то из нас увидят угрозу, то попытаются как минимум отстранить от дел.

– А как максимум?

Он мог и промолчать – ответ был слишком очевиден. С ними поступят не лучше, чем Айрис поступает с «угрозами» на улице.

Телефон в кармане завибрировал от звонка.

– Слушаю.

– Пришла Марта Пристли, – сообщила секретарь. – Требует вас обоих. Ждет в кабинете директора.

– Мы сейчас подойдем, – Тень едва сдержал улыбку от вида надувшихся щек подруги.

– Блин! – воскликнула Айрис. – Мой торт!

– Оставь себе. Если бы я забирал у тебя что-то каждый раз, когда ты проигрываешь в споре, ты бы осталась ни с чем.

– Ну спасибо тебе за щедрость, – съязвила Айрис.

– Есть еще кое-что, – послышалось на другом конце телефона. – Это от вашего отца.

Сердце Тени сжалось в комок от одного упоминания.

– И что же это?

– Из главного архива Темного измерения украдены засекреченные файлы.

– Что? – Тень оттолкнулся от спинки дивана. – Когда?

– Сегодня утром. Ваш отец просил передавать ему любую информацию об этом.

– Откуда я могу ее взять?

– Он полагает, что это сделал кто-то с Земли.

– Попасть в Темное измерение людям с Земли практически невозможно, если только не при помощи космической жидкости, но Самния вряд ли раздает ее направо и налево.

– Быть может, кто-то воссоздал ее? В любом случае вам лучше уточнить у нее. Но это позже. Пока вы нужны Марте.

Звонок сбросили. Еще несколько секунд потребовалось Тени, чтобы все осознать.

– Зачем кому-то эти старые бумажки? – недоумевала Айрис. – Боже, Темное измерение. Сколько лет прошло с тех пор, как мы оттуда сбежали? Триста? Три тысячи?

– Смотря по каким меркам. – Тень покачал головой и упер локти в колени, печально улыбнулся. – В каком же ты отчаянии, если нуждаешься во мне, отец?

Глава 3

Ветки хлестали ее по рукам и ногам, гудевшим от боли. Сердце отчаянно билось о грудную клетку, словно вот-вот выпрыгнет. Она видела перед собой лишь грязно-голубые очертания деревьев, не знала, куда бежит, но точно понимала, что нельзя останавливаться. Позади мелькал свет фонариков. Ей что-то кричали вслед, но в голове шумело так, что не получалось расслышать ни слова. Пару раз она едва не поскользнулась на гниющих осенних листьях и мокрых корнях.

Чувствуя, что вот-вот упадет без сил, она спряталась за деревом и попыталась перевести дыхание. Если ее и найдут, то только из-за того, как громко она дышит. Хотелось лечь на землю, но она знала, что если хотя бы согнет колени, то уже не заставит себя двигаться дальше.

– Иван! – Впервые за эти сумасшедшие минуты она услышала что-то различимое. – Не бойся меня! Я тебя не обижу, ведь ты…

Она рванула прочь, не дав этому парню закончить. Бежала до тех пор, пока земля не ушла из-под ног и она кубарем не покатилась по обрыву.

Очнулась Иван от шума холодного дождя. Резкий запах земли и травы заполнил легкие. Вся одежда – свободные джинсы и бежевая толстовка с кедами – промокла насквозь и пропиталась грязью. Она приподнялась и оглянулась. Кругом высокие деревья. Она села и достала из мокрого рюкзачка влажные салфетки, чтобы оттереть землю с правой щеки, на которую приземлилась. Полностью закрытая одежда защитила ее от ссадин, но в кудрявых волосах, собранных в два высоких хвоста, напоминавших одуванчики, застряло немало веток.

Детские наручные часы показывали восемь утра. Не похоже было, что дождь скоро прекратится. Иван понимала: нужно искать убежище.

Едва ступив в сторону дерева, она услышала отдаленный грохот, точно что-то тяжелое рухнуло на землю. Вороны взметнулись в небо, грозным криком предупреждая об опасности.

И снова грохот. В этот раз громче.

Иван не решалась сдвинуться с места. Страх горячим свинцом заполнил тело так, что она едва дышала. Что же могло так испугать птиц и заставить дрожать землю?

Рядом с треском обвалилось дерево. Затем еще одно, и еще. За пеленой дождя показался огромный мрачный силуэт. Тяжелая черная лапа ступила на упавшее дерево, разломив его пополам. Один только крючковатый коготь был в высоту с Иван.

В этот момент она поняла, что не сбежит.

То, что предстало перед ней, казалось, сошло со страниц детских книг, только выглядело куда страшнее. Чудовище взмахнуло черными крыльями, которые были вдвое больше его самого, и разрубило ими с десяток деревьев рядом. Вытянув длинную чешуйчатую шею, оно выпрямилось. Три рога на лбу напоминали корону, сверкали янтарные глаза. Чудовище раскрыло пасть, обнажая клыки и выпуская горячий пар.

В жизни малышка Иван не испытывала такого страха. Ее трясло от ужаса. Уши заполнил нарастающий оглушительный рев, и она бессильно завизжала.

– Проснись! Это просто сон. – Этот приятный голос ее успокоил.

«Сон? Снова?»

Иван открыла глаза.

– Что такое? – спросила она сонно.

Рядом на стул сел Эймери, как всегда спокойный. Нечасто этого парня можно было увидеть по-настоящему напуганным. Или особенно радостным. Или печальным до слез. Продолжать можно долго.

– Ты кричала во сне, как ненормальная.

– А. – Она схватилась за голову и села. Железная кровать противно скрипнула. – Мне снова снился тот сон.

– Я так и подумал. Что-то новое в этот раз было? Ты раньше никогда так не кричала.

Она протерла глаза и подняла лямку майки на плечо.

– Да, в этот раз было кое-что странное. Огромный черный дракон.

Что-то в его голубых глазах дрогнуло.

– Дракон?

– Как бред звучит, правда? – она усмехнулась. – Я помнила его, но мне казалось это выдумкой, плодом фантазии. Но больно реалистично все было.

– Может, твой мозг просто решил над тобой поиздеваться, вытащив из закромов памяти мысли о драконе?

– Другого объяснения я от тебя и не ждала, Эймери. – Она встала с постели и потянулась. – Что на завтрак?

– Ну, – он растрепал свои светло-русые волосы. – То, что ты сможешь нам раздобыть.

Все запасы закончились еще вчера вечером. Обычно поиском занималась Иван, выстаивая огромные очереди у траков и палаток с бесплатной едой. Эймери отвечал за чистоту и порядок в их убежище в заброшенном, огороженном железной сеткой здании у парка. В свободное время он читал заумные книги из библиотек, а что не мог найти в них – искал в интернете, к которому подключался за стеной ближайшего кафе, где однажды купил кофе ради пароля от Wi-Fi. Собственный интернет был для них слишком дорогим удовольствием, как и покупка телефонов. Свои они нашли на барахолках: Эймери купил на накопленные деньги старенький Самсунг, сносный для статей, которые он писал на заказ; Иван же просто стащила какую-то рухлядь со стола одного противного мужчины.

– Ты слышал? Наше убежище хотят снести, – обратилась к другу Иван, уже в третий раз осматривавшая полочки крошечного кухонного шкафа, который они нашли у мусорного бака. Не хотелось тащиться в такую жару к станции метро, у которой в это время дежурил грузовичок с едой для бездомных. – Меня уже доконали переезды.

– Я говорил, что заселяться в эту заброшку не стоит, еще и на чердаке. Она в хорошем районе. Конечно же, кто-то положил на нее глаз, чтобы построить очередной торговый центр, – ответил Эймери привычным монотонным голосом, не отрывая глаз от телефона, в котором бодро строчил новую статью. Ему было тяжело работать за столом, и он предпочитал делать это на кресле-мешке у низкого окна.

– Мне так лень выходить на улицу. – Иван расстегнула джинсовую укороченную куртку, завязала в высокий хвост свои афрокосы и растянула резиновый пояс джинсов, вздохнув от облегчения. – И джинсы мне уже маленькие. И помыться не помешало бы. Когда жарко, приходится тратить в два раза больше денег на мотели, чтобы просто принять душ. Это больно бьет по бюджету.

– Ну, ты давно ничего не воровала. Может, стащишь кошелек-другой у какого-нибудь прохожего?

Повисло недолгое молчание.

– Что, правда можно? – спросила она живо. – Разрешаешь?

– Конечно же, нет. Это подло. А еще тебя могут посадить.

Она хлопнула себя по бокам и с недовольным воем запрокинула голову к потолку.

– По крайней мере я смогу регулярно спокойно мыться и не заботиться о еде.

– Тюрьма тебе не отель, Иван…

– Да, я в курсе! – Она сложила руки на груди. – Вот бы у меня нашелся какой-нибудь богатый родственник, который переписал бы на меня все свое наследство.

– Так только в кино и книгах бывает.

– Откуда тебе знать? Кино мы не часто смотрим, книги ты только научные читаешь. – Она взяла очередной томик со стола и пролистнула. – Что в них такого интересного, что ты с детства ими увлекся? Ну, знаешь, обычно мальчики такие: «Книги? Не, пойду лучше в машинки или с друзьями на улице поиграю». А ты такой: «Что? Термоядерная физика? То что нужно для десятилетнего мальчика»!

Эймери закончил статью и положил телефон рядом.

– Я очень хочу попасть на летнюю программу по обучению в «Альтернат».

– В ту странную компанию, которая, как они сами заявляют, занимается какими-то типа научными вещами, но никто не знает, какими именно? – Она кинула книгу на стол. – У них не здание, а настоящий кошмар архитектора. Я читала в интернете, что только с начала этого года наше щедрое правительство выделило им пять миллиардов долларов. Лучше бы решили проблему с бездомными. В Нью-Йорке целая куча палаточных городов, которые разбирают каждый раз, когда приезжают лидеры других стран.

– Чем именно они занимаются в «Альтернате» – узнаешь, если я туда попаду.

– И как ты планируешь это сделать? Летняя программа, наверное, стоит как боинг.

Он едва заметно улыбнулся, подошел к шкафчику у окна и достал из него конверт.

– Они разыгрывают пять бюджетных мест. У них на сайте есть генератор случайных бланков с вопросами, тестами и задачами по физике, химии, робототехнике и другим естественным и техническим наукам. Нужно заполнить такой бланк и указать почту. Если все ответы окажутся верными, то тебя пригласят на дополнительный экзамен, по результатам которого будут определены пять счастливчиков.

– Так ведь ответы наверняка есть в интернете, – фыркнула Иван.

– Все это придумано специально для испытания, так что списать из интернета не выйдет. К тому же впереди экзамен. На нем незнающий точно провалится.

– И ты намерен попробовать?

– Уже! – Он вытащил бумаги из конверта, и Иван увидела до отказа заполненные текстом страницы. – Нужно будет предоставить ответы и черновики с решениями на их ресепшн до шести. Прием заявок до завтра. Сможешь им занести сегодня?

Он заклеил конверт и протянул Иван.

– Не боишься, что у тебя все украдут? – с тревогой уточнила она, убирая его в рюкзак.

– На этот случай у меня есть копии черновиков и фото готовых листов с датой. Если попаду в поток и как-то выделюсь, то смогу получить оплачиваемую стажировку.

– Кстати, насчет денег… – Она чуть втянула голову в плечи. В последнее время было неловко говорить о них: почти все зарабатывал Эймери честным трудом. Иван же труд никогда не приветствовала и вот уже три месяца по настоянию друга воздерживалась от краж. – Как там у нас с бюджетом?

– Посмотрим… – Эймери зашел в мобильный банк и вытащил из кармана серой толстовки несколько свернутых купюр. – Учитывая наличку и то, что на счете, у нас где-то сорок три доллара. Но как только сдам статью, получу еще парочку.

Иван кивнула, пряча стыдливый взгляд. Эймери хорошо знал, к чему она клонит, достал банковскую карточку и, уставившись в телефон, протянул ей.

– Вот, держи. Возьми себе джинсы и мне какую-нибудь однотонную футболку оверсайз.

– Это все потянет долларов на одиннадцать.

– Ничего. Мы давно не обновляли гардероб. – Он обвел взглядом небольшую напольную вешалку с их вещами.

– О, Эймери! – Иван набросилась на него с объятиями и потрепала по веснушчатой щеке. – Ты же наш кормилец. Тогда сначала зайду в секонд, потом за едой, занесу твои задания и обратно.

– Прошу, только не потеряй конверт, а иначе мне придется решать новые задания.

– Да не волнуйся ты! – Она накинула на плечи рюкзак и встала у спуска с чердака. – Донесу все в целости и сохранности. Что такого может случиться?

Глава 4

Эти походы Тень всегда воспринимал как каторгу. Хотя нет, на каторгу он отправился бы с большим удовольствием. Лучше, чем отчитываться перед представителями ЦРУ, придумывать убедительные оправдания для Айрис, и все это под недовольными взглядами директора.

«Ну, Айрис, еще одна выходка – и нас точно изолируют!»

Марта Пристли, аналитик из ЦРУ, ждала их у круглого директорского стола из белого стекла. Из-за черного классического костюма и черных как смоль волос до пояса она почти сливалась с окружением. На ее фоне директор в мешковатом платье до колен, с обесцвеченными волосами, уложенными в шлемообразную прическу, смотрелась как сплошное белое пятно.

– Добрый день! – неловко поприветствовал их Тень у входа.

– Здрасьте. – Айрис даже не взглянула на них. Ей лишь хотелось поскорее отсюда убраться, чтобы не тратить время зря.

– Присаживайтесь. – Директор мягко указала на два повисших в воздухе кресла-чаши с обратной стороны ее стола.

Когда они сели, она перевела многозначительный взгляд на Марту, и та, тяжело вздохнув в преддверии очередной выволочки, устало заговорила:

– Мне следует объяснять, что именно привело меня сюда в мой выходной?

– Ох, мисс Пристли, я глубоко сожалею. – Тень сгорбился, неосознанно стиснув в кулаках ткань джинсов, и повернулся в сторону подруги. – Уверен, Айрис тоже все осознала, когда увидела обезображенные тела. Верно?

Айрис задумчиво смотрела в потолок, пока Тень не ткнул ее локтем в бок.

– А? Что? Д-да, мне тоже так жаль… Что я прикончила тех потенциально опасных для мирных людей преступников.

– Так, все! – Марта взмахнула рукой, обрывая ее. – Обойдусь без этого. Я уже давно поняла, что вам, Айрис, закон не писан. Но вынуждена предупредить, что еще одно несанкционированное убийство – и нам придется принять меры.

– Какие например? – спросила Айрис без малейшего интереса.

– Мы конфискуем ваше оружие. Если и это не сработает, то ограничим передвижение по городу.

Светлые густые брови Айрис сошлись на переносице. Она сложила руки на груди, закинула одну ногу на другую и воскликнула:

– Хорошо! Тогда на устранении аномалий меня не ждите.

– Ваш друг прекрасно справится и один.

– А если аномалий будет много? Он же не может разорваться.

– Тогда подключим особый отряд, – ощутив вкус победы, Марта язвительно улыбнулась. – Не пропадем, не волнуйтесь.

Недовольная Айрис резко откинулась назад, позабыв, что у кресла нет спинки, и едва не рухнула на пол.

– Что-нибудь еще, мисс Пристли? – поинтересовалась директор.

– Айрис свободна. А вот вы, Тень, останьтесь.

Друзья обменялись вопросительными взглядами, но в конечном счете Айрис повиновалась. Когда она покинула кабинет, лицо Марты стало проще. Она подошла к Тени поближе и заговорила на тон ниже:

– Айрис полезна, но очень опасна. Она практически не поддается контролю, и только вы можете ее остановить. Пожалуйста, поговорите с ней. Мне не хочется запирать ее в какой-нибудь камере, особенно учитывая, что это может ее только разозлить и мы потеряем ее доверие.

– У нее искаженное понимание справедливости, – подхватила директор. – Я слышала, она не всегда была такой и что-то к этому привело, но мы не можем оправдывать ее действия какой-то травмой тысячелетней давности.

– Буквально тысячелетней, – отметила Марта.

– В этом отчасти моя вина, – отвечал Тень, поникнув. – Я вас понял. Сделаю все, что в моих силах.

– Можете начать сегодня же.

– Сегодня? – Он поднял голову.

– Не думаю, что мои угрозы на нее повлияют. Она может незаметно уйти, так что ночью вы выходите патрулировать город. Постарайтесь не допустить новые смерти. Если наткнетесь на грабителей, то предоставьте их полиции, а Айрис обезвредьте и доставьте нам.

– Н-но…

– Не переживайте. Мы не обидим ее. Но и вы нас поймите. Мы не можем позволить ей делать все что вздумается. Такое поведение могло остаться безнаказанным двести и даже сто лет назад, но сейчас она работает под эгидой ЦРУ. Если не пресечем такие выходки сейчас, то что же будет дальше? Это сейчас она действует постепенно и под покровом ночи, а потом что, резню прямо на глазах у мирного населения устроит? Ее нужно приструнить, пока не поздно.

– Я вас понял, мисс Пристли. И все же прошу быть с ней мягче. Если будете давить, то сделаете только хуже.

Она понимающе кивнула. Ветвь разговора перехватила директор Кларк:

– Как ваш брат? Мы давно не получали от него вестей.

Тень почувствовал привычную печаль.

– Я уже два месяца ничего не слышал от Азаруэля. Он ведет отшельнический образ жизни и не отвечает на звонки. Я даже не знаю, в какой части света он сейчас находится.

– Чем бы он сейчас ни занимался и где был ни был, боюсь, его придется потревожить. – Марта, подбоченившись, принялась обходить стол директора и кресло Тени. – Этих тварей становится все больше. Говорят, среди них даже есть драконы. В прошлом веке нам было проще контролировать ситуацию: ни телефонов, ни интернета, а телевидение и газеты – под контролем правительства. Сейчас же то и дело в сеть утекают снимки и даже видео с монстрами. Спасибо людям за их скептицизм и веру, будто все это монтаж и графика. Благо в большие города эти твари не суются. Вот тут оставить в тайне то, что мир столетиями подвергается атакам монстров, которые берутся неизвестно откуда, было бы практически невозможно.

– Их пугают радиация и шум городов, – пояснил Тень, – поэтому они предпочитают тихие места.

– На наше счастье. – Марта опустилась в кресло, которое занимала Айрис, и сцепила руки в замок на коленях. – Вчера в лесах Небраски мы потеряли двух бойцов. Выжившие из того отряда говорят, что им пришлось иметь дело с существом, похожим на дракона, но гораздо уродливее.

– Василиск?

– Этого мы уже не узнаем. Бойца, который снимал его, оно проглотило целиком. Остальным пришлось спасаться бегством. Людей в ближайших населенных пунктах эвакуировали под предлогом того, что неподалеку начался пожар.

– Откуда берутся эти твари, Тень, есть догадки? – спросила директор.

– Никаких.

– Так что на фоне участившихся нападений мы на самом деле остро нуждаемся в сверхлюдях вроде вас. И в вашем брате. – Марта встала и похлопала Тень по плечу. – Может, есть кто-то еще на примете?

Тень сглотнул.

– Разве что Калипсо…

– Нет, – тут же отрезала Марта. – С ведьмами мы дела не имеем. Достаточно вспомнить историю Мелани.

– Калипсо не зло, – вступился за нее Тень, впервые заговорив тверже.

– Сила, которой она обладает, создана злом. Это проклятая сила. И сама она проклята. Вы сами видели, на что она способна.

– Но ведь мне вы доверяете, а я…

«Гораздо сильнее».

Он осекся. Не стоит напоминать им ни о его силе, ни об опасности, которую она несет для всего человечества. Но Тень поняли и без лишних слов. Марта подошла к нему сзади и положила руки на плечи.

– Вы оплот безопасности на этой земле. Добрый, могущественный и, что важнее всего, благоразумный. И мы благодарны вам за это. Мне не положено говорить о таком, но без вас мы как без рук. – Она отступила и встала рядом с директором. – Но Калипсо, а также Айрис и даже ваш брат без должного контроля способны на ужасные вещи. В случае с Калипсо мы так и вовсе не до конца понимаем, с чем имеем дело.

– Азаруэль совершенно безобиден без своей скрипки.

– О! Уверена, не будь эта скрипка и другие артефакты заперты в хранилище, его бы и след с этой скрипкой простыл. Нельзя, чтобы она вновь попала к нему в руки. Нам на земле не нужен геноцид. И своих сумасбродов с бомбами хватает.

– Он изменился.

– Мы не сомневаемся в том, что состояние временной смерти его отрезвило. Но опасность не исключаем.

– Чего бояться, если скрипка под охраной, через которую даже нам не пройти? – выпрямилась директор. – И это скорее плохо, чем хорошо. Артефакты помогли бы вам, Марта, быстренько пополнить ряды бойцов из спецотрядов, а не ждать каждый год выпуска студентов колледжа элементов имени Мелани.

– И кому вы предложили бы вверить артефакты?

– Военным. Они уже обучены и достаточно выносливы.

– Ох! – Марта засмеялась. – Наши вооруженные силы и даже ЦРУ были бы счастливы иметь хотя бы парочку людей, владеющих артефактами. Они и так постоянно пытаются перекупить наших бойцов, вербуют их еще в колледже.

– Но в итоге никто их не получит, – улыбнулась ей директор. – Спасибо покойному основателю за его осторожность.

– Неужели нет способов вскрыть хранилище безопасным путем? – спросил Тень.

– Все комбинации кодов мы исчерпали. Бункер устроен так, что любое вмешательство извне активирует систему защиты, которая уничтожит все содержимое, а просто отпечаток пальца основателя не работает. Нужен или он сам, живой и невредимый, или его прямой наследник, который, судя по всему, мертв. Иначе бы мы его давно нашли.

– Так что у нас только два пути, и оба нам нужны, – продолжила Марта. – Ждать студентов колледжа элементов и искать сверхлюдей, которым можно доверять и которые будут хоть немного дисциплинированы.

– Я вас понял, – Тень встал с кресла. – Постараюсь найти брата и поговорить с ним. А пока мне пора.

– Да, конечно, – кивнула ему Марта. – Спасибо, что уделили нам время.

Стоило ему выйти из кабинета, как между женщинами повисло напряженное молчание. Марта устало потерла переносицу и плюхнулась в кресло.

– Я думала, что вы его предупредите.

– Пока рано, – заверила ее директор. – Угрозы нет.

– Будете ждать, когда они столкнутся лицом к лицу?

Высоко подняв голову, директор смерила ее оценивающим взглядом и сдержанно улыбнулась.

– Ни о чем не беспокойтесь, мисс Пристли. Всему свое время.

Глава 5

После покупки вещей в секондхенде Иван пришлось отстоять десятиминутную очередь за бесплатной едой, которую раздавали бездомным в траке у метро. В этот раз она справилась быстрее, чем думала, и все же успела трижды пожалеть, что не надела кепку.

– Как обычно на двоих? – спросила девушка в траке, наполняя контейнер из пенопласта.

– Да, как обычно, – улыбнулась ей Иван.

Даже не заглядывая в трак, по вкусным ароматам она могла понять, что сегодня на обед: рис, курица в сливочном соусе, маринованный салат. Да еще и яблочный сок в маленькой бутылке. Поставив контейнеры друг на друга на дно рюкзака, Иван вдруг поняла, что за едой следовало бы зайти после Альтерната. Теперь ей предстояло добраться до другого конца города, нося рюкзак ровно, чтобы не пролился соус и не запачкались бумаги в соседнем отделе и новая одежда.

Станция метро находилась через дорогу, в десяти метрах от полицейского участка. Иван уже спустилась к вагонам метро, заняла место, опустила руку в карман джинсов и замерла. Холодные мурашки окатили все ее тело.

«Где телефон?»

Она выскочила из вагона за секунду до того, как закрылись двери, молниеносно поднялась по ступенькам и выбежала на улицу. Она точно помнила, как проверяла время на скамейке у трака, когда загрузила еду. Но там телефона не оказалось.

Трижды пройдя свой маршрут от трака до метро и обратно, она наконец нашла пропажу на газоне у полицейского участка и едва не прослезилась от счастья.

– О, какое облегчение! – упав на колени прямо в траву, Иван проверила телефон и затолкала его в карман узких джинсов так глубоко, что его с трудом можно было достать.

– Мисс? – послышалось за спиной.

Иван обернулась. Двое грозных полицейских напугали ее, но вида она не подала.

– Да, офицеры?

– Что вы делаете в траве, мисс?

– Я уронила свой телефон! – Иван похлопала по карману. – Так испугалась. Хорошо, что никто его к рукам не прибрал. Что-то не так? – Она поднялась с колен.

– Пройдемте с нами.

– А что, собственно, случилось?

Полицейский, выглядевший моложе, низко опустил черные очки и вскинул брови.

– Да бросьте! – Иван развела руками и хлопнула себя по бокам. – Кто прячет наркотики в траве перед полицейским участком?

– О, поверьте, и не такое бывало, – усмехнулся мужчина. – Наркотики прячут и в более экстремальных местах.

– С чего вы взяли, что я наркоманка?

– Ну что вы, необязательно, – продолжал полицейский с нахальной улыбкой. – Ведь не все дилеры принимают свой товар.

– Просто посмотрите по камерам.

– Мы уже посмотрели. И там не видно, что ваш телефон падает в траву, как и то, что вы его подбираете.

Иван в бешенстве сжала кулаки, чувствуя, как у нее дергается нижнее веко.

– Вы решили, что я распространяю наркотики, потому что я черная? Да? Вы просто ненавидите черных, как тот белый полицейский, задушивший Джорджа Флойда?

Мужчины растерянно переглянулись. Тот, что выглядел старше, с седой бородкой, тяжело откашлялся в кулак и продолжил снисходительным тоном:

– Раз вам нечего скрывать, мисс, вы не против быстренько пройти процедуры? Простите, но таков закон. Как только закончим, мы сразу вас отпустим, обещаем.

Иван склонила голову на грудь и недовольно замычала, осознав, что ей не отвратиться.

– Как ваша фамилия? – спросила полицейская на стойке, заполнявшая карточку.

– Не знаю.

– У всех есть фамилия.

– Разумеется. Но я свою не помню. Я бездомная.

Девушка смерила ее недоверчивым взглядом.

– Ваш паспорт.

– У меня его нет. Слишком дорогая пошлина, а польза от паспорта для меня небольшая.

– Вы живете в приюте?

– Нет, предпочитаю своими силами.

«Быстренько пройти процедуры» никому из тех, кто стоял и сидел в очередях, не удалось. Еще никогда Иван не видела в одном месте такую концентрацию неприятных, неухоженных и просто опасных людей. В коридорах воняло спиртом и потом. Все просьбы открыть окно встречались злобными усмешками.

Один парень положил Иван руку на колено.

– Какой у тебя милый рюкзачок…

Она машинально влепила ему такую смачную пощечину, что он тотчас вскрикнул и упал на колени, держась за горящую щеку и завывая от боли. Мужчина в капюшоне, сидевший с другой стороны, отодвинулся от нее подальше.

– Рука у меня тяжелая, – процедила Иван сквозь зубы. – Еще раз тронешь – челюсть сломаю. Понял, обдолбыш?

Тот лишь агрессивно закивал и на корточках забился в угол, не смея даже смотреть ей в глаза. Может, еще и потому, что цветом они напоминали грозовые тучи.

Наконец все процедуры остались позади. Иван, одну из немногих, отпустили.

К вечеру знойный воздух охладел, и свежий ветерок приятно трепал ей косички. Иван заглянула в телефон.

– Что?! – Свободной рукой она схватилась за голову. – «Быстренько пройдете процедуры». Уроды, уже почти шесть часов!

А точнее 17:52. За восемь минут Иван никак не смогла бы доехать до другого конца города. От злости она была готова разбить телефон об асфальт.

– Так, ладно! – Она положила телефон в карман, закрыла глаза, глубоко вздохнула и в успокаивающем жесте поднесла руки к лицу. – Значит, нужно домой. Завтра отнесу эти бумаги. Все хорошо, ничего страшного не случилось.

И она решительно зашагала в сторону дома. Путь лежал через уже закрытый трак, людную узкую улицу, по которой работники офисов спешили в метро, и кафе, откуда Эймери через Wi-Fi отправлял статьи.

Протискиваясь через людей, краем глаза Иван заметила девочку, сидевшую с мамой на картонке. Толпа обходила их стороной, так что сразу стало ясно, зачем они тут сидят. Одежда на девочке была не первой свежести, на щеках темнели заметные разводы грязи, а две растрепанные русые косички давно потеряли форму.

Иван не заметила, как остановилась возле них. Девочка подняла на нее большие серые глаза.

– Давно вы так? – спросила Иван мягко.

– Полгода, – ответила ей женщина с улыбкой. – Мы не смогли выплатить кредит за дом, так что его конфисковали.

Иван стиснула зубы, и сердце ее облилось кровью. Многие в Штатах потеряли дома из-за неподъемных условий по выплате долгов и жестких мер при просрочке. Половина лишилась своего уголка еще в 2008-м после мирового кризиса.

«Мне больно оттого, что у меня нет своего дома, хотя я его даже не помню. Каково же тем, кто знает и помнит, что и почему потерял?»

– Знаете что? – приободрилась Иван, поставив на землю рюкзак и сев на корточки. – У меня самой с деньгами не очень, но если голодны, то у меня есть пара контейнеров с едой из трака у метро. Правда, все уже остыло.

– О! – Глаза девочки загорелись и она потянулась вперед. – Спасибо большое.

– Я бы отговорила вас, если бы была такая возможность, – начала женщина, принимая контейнеры. – Но, увы. Спасибо большое.

– Да не переживайте, все в порядке.

– У вас такие красивые волосы, – мечтательно протянула девочка. – И сама вы очень красивая.

Иван растаяла. Нечасто она слышала комплименты. Впрочем, нечасто она и разговаривала с кем-то дольше одной минуты.

– Да, я такая, – она гордо провела по своим косам. – Мои волосы – величайшая для меня ценность после моего друга.

– Меня зовут Дженнифер. А маму зовут Линдси.

– Я Иван. Рада знакомству, – Иван пожала девочке руку и кивнула женщине.

– Иван? Русское имя?

– Нет, с ударением на «и». – Иван поднялась на ноги, закинула рюкзак на плечо и оттряхнула колени. – Думаю, мне пора. Приятного аппетита.

– Пока!

– Еще раз спасибо, – поблагодарила ее Линдси.

Как приятно было творить добро, размышляла Иван, не в силах скрыть улыбку, но как тяжело порой оно дается. В животе полдня крутило от голода, и все это время она мечтала о моменте, когда сможет спокойно поесть. Несмотря на смрад, которым она надышалась, в носу все еще стоял нежный аромат сливочного соуса и жареных кусочков курицы. От одной мысли рот заполнился слюной, которую она тут же жадно проглотила.

«Ладно, со мной все не страшно. Но что я скажу Эймери?» У нее не было сомнений, что друг поймет ее добрый поступок, но все же оставить его голодным она боялась больше, чем себя. Нет, не могли они сегодня обойтись без еды. В голове промелькнула шальная мысль – стащить у кого-нибудь пару купюр.

Она зашла в ближайший магазинчик и присмотрелась к посетителям.

Вот старушка, покупающая кофе. Двое подростков, захвативших пару банок энергетиков. Женщина, придерживающая одной рукой ребенка, второй – сумку с едой. За то время, что Иван обходила витрины и полки, она почти передумала, а когда в магазин ввалилась очередная группа подростков, она совсем потеряла желание красть. Краем глаза она заметила знакомые упаковки с готовыми хот-догами. Полтора доллара каждый. Чтобы Эймери заработать эти деньги, он должен около часа писать статью на несколько страниц.

«Прости меня, друг». Она уже потянулась за хот-догами, когда услышала:

– Ты что, не понял меня? Продай мне пиво.

Иван выглянула из-за шкафа. У кассы, скрестив руки на груди, стоял невысокий парень в черной куртке. Кассир, старичок на вид шестидесяти лет, вежливо отвечал:

– Простите, несовершеннолетним не положено.

Мгновение – и парень, схватив старичка за ворот, рявкнул ему прямо в лицо:

– Говорю тебе: я забыл паспорт. Мне есть двадцать один! – свободной рукой он вытащил из кармана куртки несколько скомканных купюр и бросил на стол. – Так что возьми деньги и продай мне уже пиво.

– Эй, ты! – Иван вышла из-за шкафа. – Я сейчас вызову полицию.

– А за что меня брать? – Парень отпустил кассира и развел руками. – Я же никого не ударил, ничего не сломал. Ну, повысил голос. Имею право, клиент всегда прав.

– Когда не ведет себя как идиот и не грубит пожилым, – отрезала Иван. – Нет паспорта – нет пива. Так что вали.

Парень провел по носу, шмыгнул им, засунул руки в карманы и поплелся к выходу.

– Приду в следующий раз, – напоследок бросил он.

– Ага, паспорт только не забудь. Если он у тебя, конечно, есть.

Дверь лязгнула, и кассир наконец-то вздохнул с облегчением.

– Спасибо, мисс, вы меня выручили.

– Мда, сегодня у меня какой-то день добра.

С этими словами Иван вышла из магазинчика. Перейдя дорогу быстрым шагом, она вытащила из рукава забытые тем грубияном двадцать долларов, которые ловко стянула со стола кассира, и с довольной ухмылочкой осмотрела со всех сторон, уже представляя, на какие вкусности может их потратить.

– Держите ее! – закричали вдалеке за спиной. – Она воровка! Эта черная девка с афрокосами украла у меня деньги! Вызовите полицию!

Сразу узнав голос ограбленного парня, Иван бросилась бежать. Никто не пытался ее остановить – только провожали удивленными взглядами и возмущались, если она ухитрялась кого-то задеть. Пробегая мимо кафе, она заметила на скамейке Эймери. И он, к несчастью, заметил ее тоже.

– Иван? – Закинув телефон в карман, он ринулся вслед за ней.

«О, только этого не хватало! – Иван была готова взвыть от досады. – Ну что за день сумасшедший!»

Они быстро затерялись в толпе и шмыгнули за угол на узкую безлюдную улицу, а оттуда – в темный проулок между двух многоэтажек. В нос ударил запах мусора из стоявших тут больших контейнеров.

– И когда успело так быстро стемнеть, да? – тяжело выдохнула Иван.

– Не пытайся увильнуть, – даже сейчас, явно догадываясь о произошедшем, Эймери умудрялся говорить ровно и сохранять спокойствие. – Что ты опять натворила?

– Ну, возможно, случилось кое-что непредвиденное. Забудь.

Медленным шагом они направились вперед.

– Где ты была все это время?

– О, это очень долгая история. – Иван махнула на него рукой. – Сегодня был какой-то ужас, а не день. Я удивлюсь, если мы благополучно доберемся до дома.

Уголки губ Эймери поднялись в незаметной улыбке.

– «Что такого может случиться?» – сказала она перед выходом из дома.

– Ой, да иди ты!

Стук. Стук. Стук.

Эхо пронесло стуки по проулку.

– Это ты? – спросила Иван.

– Что?

– Кажется, словно кто-то вдалеке молотком по земле стучит.

– Думаешь, я могу издавать такие звуки?

– А кто тебя знает?

Иван обернулась и замерла. Посреди проулка в десяти шагах от них сидел большой каменный зверь – кажется, пантера, покачивающая длинным хвостом.

– Что это, статуя? – недоумевал Эймери. – Разве она стояла тут?

– Стояла? – Иван прошиб холод, и ноги подкосились от страха. – А хвост тебя не смущает? Если мне не изменяет память, то статуи не двигаются.

– Как видишь, эта двигается.

– А это нормально, что мы так просто сейчас это обсуждаем? – Иван перешла на шепот.

– Предлагаешь бежать? – Эймери попятился. – Кинется ведь.

Иван заметила, что, за исключением хвоста, статуя больше не подает никаких признаков жизни.

– Может, мы просто надышались парами от мусора и у нас теперь общая галлюцинация?

– Не бывает такого.

– А каменные живые статуи посреди проулка, значит, бывают?

Статуя встала на четыре лапы и издала нечто похожее на тихое рычание. А может, это было трение камня, когда она раскрыла пасть и чуть наклонила голову, не сводя со своей добычи невидящих глаз.

– Приготовься бежать, – прошептал Эймери.

Но Иван не могла. Все ее естество дрожало от страха перед необъяснимым. Оно парализовало мозг и сковало ноги, не позволяя сдвинуться с места.

«Я умру здесь?.. Это же статуя. Она тяжелая. Она ведь не сможет бежать быстрее нас?»

Только она подумала об этом, как пантера бросилась вперед.

– Бежим! – крикнул Эймери, хватая Иван за руку.

Спустя долю секунды она очнулась и прибавила скорости. Вот только завернули они куда-то не туда, и впереди показался сетчатый забор. Снизу зияла небольшая дыра, но пролезть в нее бы никак не вышло. Придется забираться наверх.

– Нужно выиграть время! – крикнул Эймери. – Я кину в нее рюкзак, а ты лезь на забор!

– Но… – Здесь было так много «но», Иван даже удивилась тому, что могла думать о них сейчас.

Эймери на бегу сдернул с нее рюкзак и швырнул в пантеру. Это дало им пару секунд преимущества, за которые Иван залезла наверх. Она сидела на тонком железном пруте в ожидании, когда Эймери догонит ее, но он не успел: вскрикнул, едва вцепившись в сетку. Иван с ужасом увидела, что пантера вгрызлась ему в лодыжку.

Иван не раздумывая бросилась вниз, прямо твари на спину. Обхватила шею, что есть сил сжала туловище ногами и попыталась оттащить. Эймери освободился, но о том, чтобы забраться по сетке, можно было забыть: он заметно хромал и, наступая на раненую ногу, жмурился от боли.

Пантера брыкалась, металась по кругу, словно бык на родео, и вертела головой – пыталась скинуть Иван или задеть ее лицо клыками. В конце концов тварь впилась ей в волосы и больно дернула. Иван закричала, но руки не разжала: стоит ей оказаться на земле, как им с Эймери конец. Но боль, раздирающая голову, заставила ее ослабить хватку, и когда пантера вновь подпрыгнула, Иван не удержалась. Пантера откинула ее на три метра, и она рухнула рядом с Эймери, сильно ушибив левую руку.

– Зря ты побежал за мной. – Иван уткнулась другу в плечо, не сводя глаз с пантеры, готовящейся к новому прыжку.

– По крайней мере умрем вместе.

– Ты можешь хотя бы сейчас быть поэмоциональнее?!

– Очевидно, что нет.

Иван понимала, что это конец. Последние секунды перед тем, как эта непонятная тварь разорвет её.

«Если бы я не стащила те деньги… Если бы не стащила, его бы не было сейчас рядом со мной! И я, быть может, тоже была бы жива».

Вина сдавила горло. Как бездарно и бессмысленно она прожила жизнь, думала Иван. Еще и Эймери теперь погибнет вместе с ней.

Она в последний раз взглянула ему в лицо и закрыла глаза. Хотелось, чтобы последним, что она увидит, была не страшная статуя с разинутой пастью, а ее дорогой друг. Человек, которого она любила как родного брата. Она положила голову на плечо Эймери и прошептала с измученной улыбкой:

– Странный сегодня был день.

Глава 6

Оглушительный грохот заставил ее распахнуть глаза.

На том месте, где к прыжку готовилась пантера, теперь спиной к ним на корточках сидел человек. Вокруг него клубилась пыль. Он отнял руку от земли, встал в полный рост и похлопал в ладоши, словно отряхивая ее.

– Давно я не пользовался этой техникой. – Он натянул перчатку и вооружился телефоном. – Интересно, сколько стоит такая статуя и какой ущерб городу нанесен в этот раз?

Пыль рассеялась окончательно, и перед Иван и Эймери предстал высокий, хорошо сложенный парень в кедах песочного цвета, узких темных джинсах и свободной толстовке янтарного оттенка. Голову скрывал капюшон.

– Он вообще к нам лицом повернется? – шепнула Иван.

– Мне кажется, он о нас забыл.

– Двадцать пять тысяч долларов?! – вскрикнул незнакомец и хлопнул себя по лбу. – Ладно, как-нибудь выкрутимся. Не впервые такое.

Наконец он снял капюшон и встал к Иван и Эймери полубоком, но вместо лица они увидели белую маску котика.

– О, простите. Вы в порядке? – Он подошел к ним и присел на одно колено. – А вы не похожи на обычных грабителей, за которыми охотятся эти статуи.

– Грабителей? – переспросил Эймери.

– Вы не видели новости? Или, может, газеты?

– Не приходилось, – пробормотала Иван. – Есть некоторые сложности.

– В общем, эти статуи охотятся по вечерам и ночам за преступниками. Убийцами, насильниками, грабителями…

– Грабителями, вы сказали? – Эймери перевел на Иван угрожающий взгляд, и она тут же стыдливо уставилась в пол. – Как интересно.

– Что бы вы ни украли, вам лучше это вернуть. – Он встал и оглянулся. – О, это вы уронили?

Рюкзак, которым Эймери пытался отвлечь пантеру, валялся в десяти метрах от них.

– Д-да, это наше, – протянула Иван, чувствуя щекотание в носу от пыли.

– Тогда сейчас подам…

Иван чихнула, и незнакомец дернулся от неожиданности. Разлепив глаза, она подняла на него взгляд, и по телу пробежали мурашки. Его маска куда-то пропала, а лицо…

– Ой, простите! – Он повернулся спиной, но Иван успела его рассмотреть.

Она просто не могла поверить в то, что увидела. Черная кожа и янтарные светящиеся глаза.

«Не человек, – повторяла она мысленно, не в силах произнести ни слова. – Не человек, не человек, не человек!»

– Ладно, неловко получилось, но вы меня не бойтесь. – С этими словами юноша отошел от них. – Сейчас дам вам рюкзак.

Иван почувствовала, как Эймери сжимает ее руку. Кажется, крайне необычную внешность их спасителя заметил и он.

– Бежим, – шепнул Эймери.

Они тихонько пролезли через дыру в сетке, оставленную пантерой, когда та пыталась скинуть с себя Иван, и дали деру.

* * *

Они метнулись вверх по темной лестнице так быстро, насколько позволяли ноющая лодыжка и побаливающий бок. Иван помогла Эймери сесть в кресло-мешок, задвинула пожелтевшие шторы, закрыла дверь на самодельную задвижку и согнулась пополам, сжимая колени и пытаясь восстановить дыхание. С минуту они молчали, затем Иван выпрямилась, хлопнула себя по бокам и поплелась к другу.

– Что это было вообще?! – воскликнула она хрипло. – Ты видел, у него глаза светились! И кожа была черная. То есть совсем черная! А эта каменная пантера? Что вообще происходит?

– Меня больше волнует другое. – Эймери потер посиневшую лодыжку. – Что эта статуя едва не растерзала нас из-за того, что ты взялась за старое.

– Я просто хотела…

– Иван! – Он оттолкнулся от кресла. – Ты подвергла нас обоих опасности.

– Я не думала, что все придет к этому.

Эймери плюхнулся обратно на мешок и отвернулся к окну. Напуганная его непривычной отстраненностью, Иван опустила виноватый взгляд, села перед ним на колени, ослабила шнурки его кед и мягко ощупала лодыжку.

– Сильно болит? – спросила она извиняющимся тоном.

– Вроде, все цело. Думал, будет серьезнее, но ощущается как ушиб.

Она кивнула, встала, взяла стакан воды с крошечного кухонного стола и протянула. Эймери его не принял.

– Я сделала это, потому что хотела добыть денег на еду. – Она сглотнула ком в горле. – Наборы из фургончика я потеряла, а тот человек был плохим. Его даже не жалко было грабить, и это была всего лишь двадцатка…

Эймери бессильно вздохнул и покачал головой.

– Как ты не понимаешь, что дело не только в других людях, но и в тебе. Подобные преступления в первую очередь влияют на тебя как человека. Ты рождена для чего-то большего, чем грабить ради еды. Ты такая способная девушка, но сама же хоронишь свой потенциал. Ни к чему не стремишься…

– А к чему мне стремиться, Эймери? – забыв о стакане, она развела руками и выплеснула чуть-чуть воды на пол. – У меня ни связей, ни возможностей. И мозгов как у тебя нет. Говоришь, у меня есть потенциал? Какой? Это у тебя большие цели, а моя единственная мотивация вставать каждый день – это голод. Пока ты стремишься учиться в «Альтернате», чтобы стать большим человеком, я цепляюсь за маленькие радости, чтобы придать жизни хоть какой-то смысл. Я просто стараюсь выжить, потому что тупая как пробка и у меня нет другого выбора.

Иван резко отвернулась, пряча выступившие горькие слезы, и вытерла их, не дав скатиться по щекам. Как же она ненавидела такие моменты. Эймери хранил подозрительное молчание.

– На ужин у нас ничего нет, – твердо произнесла она. – Я могу сбегать в магазин.

– Нет, не стоит. Купи что-нибудь себе.

– А ты? – Иван повернулась к Эймери боком в надежде, что он взглянет на нее. Это было невыносимо – когда, огорчаясь, он не мог на нее даже посмотреть.

– Я воздержусь.

Она закусила губу, предвкушая, что этой ночью и сама уснет голодной.

– Прости меня, – начала она сдавленно. – Сегодня был просто ужасный день. Я не успела занести твои бумаги и… Они были в том рюкзаке, который подобрал черный человек. И наши вещи тоже. Прости меня, пожалуйста.

Она не знала, чего ждать. Боялась даже голову поднять.

– Ничего, – в его голосе засквозили теплые нотки. – Заполню новый бланк.

Благодарность сдавила Иван горло, и слезы с новой силой стали жечь глаза.

– Но ведь сдача уже завтра.

– У меня впереди целая ночь. Правда, мне нужно, чтобы ты помогла мне.

– Все что угодно.

Он протянул ей телефон и долларовую купюру.

– Сходи в то кафе, скачай на сайте новые задания и распечатай в магазинчике рядом.

– Я знаю, где это. Я мигом!

К тому моменту, когда она пришла к кофейне, до закрытия оставалось полчаса. Скачивание новых заданий и распечатка рядом заняли всего пять минут. Проходя мимо кофейни по дороге домой, Иван стойко боролась с обострившимся из-за вкусных запахов голодом. В конечном счете она сдалась и зашла внутрь. Посетителей было немного, а обреченных на выбрасывание пирожных и выпечки хватило бы на десятерых.

«И ведь специально выкидывают так, что потом не съесть».

Иван подошла к витрине и уставилась на чизкейки, тарталетки с ягодами и круассаны с различными начинками. В кармане джинсов своего часа ждала двадцатка. На долю секунды захотелось дать слабину и воспользоваться ею. Но нет.

«Эймери отказался есть на эти деньги не потому, что они ворованные. Не из-за каких-то моральных установок, а ради меня. Так разве я не могу отказаться ради него и потерпеть до завтра, когда откроется фургончик?»

Она до боли сжала кулаки.

– Вы что-нибудь хотели, мисс? – спросила ее кассирша почтенного возраста.

– А? Н-нет, простите. Я п-просто… Извините, а вы выбросите эти пирожные?

– Если их никто не купит до закрытия, то придется. Мы не продаем несвежую продукцию.

Иван втянула голову в плечи. Никогда еще ей не было так неловко, но доброе лицо женщины за витриной внушило доверие, и она робко спросила:

– А м-могу я что-нибудь сделать, чтобы забрать парочку?

Женщина вытянула лицо и смущенно улыбнулась.

– Ну, у нас хватает работников.

– Вот как. Хорошо, извините.

Иван вышла из кофейни, сжимая файлик с бумагами. Пройдя несколько шагов, она остановилась посреди дороги и запрокинула голову к темному небу. Всего пара блеклых огоньков-звезд пробивались сквозь облака. Горло вновь сдавила обида, и она опустила голову.

«Сегодня я выжила, но… Что дальше? Неужели всю жизнь я проживу так? Ради чего я живу? Зачем все это? Зачем я здесь? В чем смысл?»

Она обернулась на кофейню в последней надежде, что у нее хватит наглости воспользоваться ворованными деньгами.

«Эймери тоже не ел весь день. Так что и я не буду».

Губы задрожали. Слеза скатилась по щеке. Нет, нет. Хватит рыдать!

– Дурацкая совесть! – воскликнула она и помчалась домой.

Глава 7

На старенькой газовой плите вот уже минуту назойливо свистел чайник. В светлом деревянном домике в скандинавском стиле выключить его было некому. Лениво трещали щепки в угловой печи, за покрытым ледяной коркой окном ветер нес снег.

За дверью послышались тяжелые шаги. Щелкнув замком, в дом зашел парень. Он закрыл за собой дверь, стряхнул снег на пороге; сняв длинную черную куртку, кинул ее в плетеное кресло рядом, прошел к плите и наконец покончил со свистом чайника. Взгляд янтарных глаз зацепился за длинные пальцы. Все еще непривычно было видеть свою серую кожу порозовевшей от холода. Он взъерошил пряди на макушке и принялся готовить травяной чай.

– Смотрю, не совсем еще одичал? – послышался голос со стороны камина.

Он даже не вздрогнул. Налив себе кипятка, размешал чай ложкой, дождался, когда вода обретет желтоватый цвет, и развернулся.

Да, так он и думал. У камина в плетеном кресле, закинув ногу на ногу и накручивая на палец седую прядь, сидела женщина в темно-сером узком пальто с меховым капюшоном.

– Не скажу, что рад тебя видеть. – Парень сел напротив и поставил кружку на круглый деревянный столик.

– Я переживаю, – в ее голосе он услышал непривычную горечь, в серых глазах увидел сожаление. – Ты стал таким отстраненным. Совсем перестал жизни радоваться.

– О да. – Он пожал плечами, изобразив вымученную улыбку. – Ведь в моей жизни так много вещей, от которых нужно к потолку от радости подпрыгивать.

– Как минимум ты должен порадоваться тому, что жив, Азаруэль.

– Я бы предпочел оставаться мертвым.

Она состроила кислое лицо, поджала подкрашенные красным губы и, потирая руки в кожаных перчатках, покачала головой. Затем подалась вперед, уперлась локтями в колени и поднесла кулаки ко рту.

– Долго собираешься торчать в этой безлюдной деревушке и заниматься самобичеванием? Что с тобой вообще происходит?

– Из интереса спрашиваешь или в рамках формальностей, прежде чем расскажешь, что на самом деле привело тебя в эту «безлюдную деревушку»?

– Я просто переживаю за своего ребенка.

– Хм, как странно. А вот нам с Арианом и сестрами всегда казалось, что единственный, кто тебя интересует, – это твой распрекрасный «янтарный сын», способный одним своим касанием испепелить все живое. Самый сильный, самый любимый, самый красивый…

– Неправда, – она нахмурила бледные брови. – Ты красивее.

– О, только вот это не моя заслуга.

– Ты говоришь так, словно я чудовище какое-то. – Она развела руками.

– Ну да, – он развел руками, – ты ведь всего лишь оставила дочерей, потому что не считала их достаточно сильными, самого младшего среди нас вообще хотела убить, а из нас двоих с Тенью выбрала его, потому что он самый перспективный. Идеальный сыночек.

– Да ладно. Он ведь все равно тебе дорог.

– Разве?.. – он вытянул лицо и поднял бровь.

– Достаточно дорог, чтобы ты вернулся к нему и помог. Монстров становится больше, он не успевает всех спасти и расстраивается.

– М-м-м, – Азаруэль вскинул брови, допил чай с осадком и поставил кружку так, что едва не разбил ее о стол. – И ты, беспокоясь о любимом сыне, решила найти ему подмогу!

– Все, хватит. – Она отмахнулась от него, словно от мухи. – Я же знаю, что в итоге ты поедешь. Ты не можешь его бросить, если он нуждается в тебе.

Азаруэль прикусил серую губу, в глазах его засверкали молнии.

– В общем, – она вытащила из внутреннего кармана пальто конверт и положила на стол, – билет я тебе взяла. Пожитков у тебя немного, так что дело за малым. Возвращайся к работе, сынок. Будь полезен обществу. Может, ты когда-то и совершил «целую гору преступлений», – она многозначительно ухмыльнулась, – и даже в глаза своей бывшей не можешь смотреть, но пора жить дальше.

– Она не моя бывшая. Мы даже слов любви друг другу не говорили.

– Но симпатия у вас была. И ты подпустил ее к себе достаточно близко, чтобы она смогла тебя убить.

Мать встала.

– Вот удивительная девчушка. Забрала у меня одного сына и искалечила жизнь другому. Не будь она под опекой, клянусь, я бы ее уже на куски разорвала.

– Я сам виноват в своих бедах, – процедил Азаруэль сквозь зубы. – А на нее не смей даже смотреть.

Мать смерила его таким взглядом, словно размышляла, отнестись к его словам с усмешкой или же воспринять их всерьез.

– Он тебя ждет, так что поторапливайся. – Она развернулась и направилась к выходу, но вдруг застыла у дверей. – Еще кое-что. Будь осторожнее. Без скрипки будет тяжко, а во второй раз смерть будет не «клиническая», а настоящая и безвозвратная.

Глава 8

Закинув на плечо рюкзак, Тень прошел через стеклянные входные двери и поскакал вверх по парадной лестнице «Альтерната».

– Сейчас только девять утра, а вы уже побывали на задании? – окликнул его охранник с белозубой улыбкой.

– Я еще не ложился, сэр!

Это был тот редкий случай, когда он направлялся к директору добровольно. Пусть он и прожил на планете тысячелетия и повстречал сотни тысяч людей, понять ее нрав или предсказать, что она выкинет в следующую секунду, получалось далеко не всегда. В любом случае он должен был отчитаться о ночной вылазке.

– Мисс Кларк, – постучавшись и зайдя в кабинет, он кивнул ей в знак приветствия. – Есть новости.

Она стояла у высокого окна, что-то внимательно высматривая, а может, просто любуясь видом на площадь. Там безмятежно гуляли пары и подростки, не задумываясь, в каком опасном мире они живут и кто хранит их покой.

– Говори. – Она повернулась к нему лицом и заложила руки за спину.

– Я патрулировал город всю ночь. Жертв среди гражданских нет. Айрис вернулась в пять утра и тут же завалилась спать.

– Совсем без происшествий?

Тень поставил рюкзак на кресло, спинкой к директору.

– Было кое-что. На двух подростков напала очередная статуя. Мне пришлось ее уничтожить, а потом… – он опустил голову. – Они увидели мое лицо. Я надел необработанную маску, и в какой-то момент она растворилась.

– Думаю, ничего страшного, – успокоила его Кларк. – Главное, что никто не снял это на видео.

– Они получили легкие ранения, – Тень метнул взгляд на переднюю сторонку рюкзака, – и удрали, не успел я им их рюкзак верну…

Он замер с раскрытым ртом. Как он раньше этого не заметил?

– Что такое?

– Мисс Кларк, это…

Она подошла к нему сама, не успел он договорить. И кажется, от увиденного у нее тоже сперло дыхание.

Находка Тени мало чем выбивалась из тысяч других детских цветастых рюкзачков с единорогами. Так подумал бы любой, кто не знал некоторых важных деталей. Но мисс Кларк их, разумеется, знала.

– Боже! – Она выхватила рюкзак и принялась крутить, рассматривая со всех сторон. – Где? Где ты его нашел?

– В проулке возле станции Краун-Хайтс.

Мисс Кларк прижала рюкзак к груди и тяжело вздохнула.

– Дочь основателя любила красивые яркие рюкзачки, но ей никогда не покупали то, что есть у всех. Все шили на заказ. У нее была целая коллекция подобных рюкзачков, и вместе с ней пропал именно этот, с белым единорогом. – Сверху у резиновой ручки она нашла бирку, истертое изображение круга с лепестками внутри. – Это логотип фирмы, которая шила ей рюкзаки и одежду на заказ. Тень! – Мисс Кларк вцепилась в него таким взглядом, что он испугался. – Те подростки. Кто они? Как они выглядели?

– Может, этот рюкзак вообще краденный. Не зря пантера преследовала их, та девушка наверняка промышляла мелким воро… – Тень широко распахнул глаза. Детали всплывали в голове одна за другой. – Эта девушка. Она вполне подходит под описания…

– Краун-Хайтс… – Мисс Кларк открыла карту метро на телефоне. – Это другой конец города. И не факт, что они живут на этой станции.

– Но это зацепка.

Директор открыла рюкзак и вынула какой-то увесистый конверт. Не церемонясь, вскрыла и некоторое время изучала бумаги.

– Хм. Бланки с заданиями с нашего сайта. Похоже, кто-то из них хочет попробовать забрать грант на летнее обучение.

– Эймери… – вычитал Тень его имя с верхней строки. – Тот парень. По всей видимости, они хотели принести заявку сюда, но…

– Ты им помешал.

– Что же теперь делать? Прием заявок закрывается сегодня в два часа и сразу через час тест.

Мисс Кларк опустилась в кресло рядом и снова уткнулась в листы. Бегло изучив каждый из пяти, она сложила их в стопку на коленях и удовлетворенно улыбнулась.

– Если этот Эймери действительно сильно хочет у нас обучаться, то заполнит новый бланк и успеет принести бумаги как раз к началу теста. Но даже не будь он связан с дочерью основателя, было бы обидно, если бы он не пришел.

– Почему?

Она не глядя ткнула Тени в грудь бумаги.

– Потому что с таким уровнем интеллекта и знаний одно из пяти бюджетных мест уже принадлежит ему.

Она встала и, цокая каблуками белых лоферов, прошла к своему месту.

– Есть идеи, мой друг?

– Вы спрашиваете меня?

– А кого же еще? Только мы с тобой в целом свете знаем, что дочь основателя жива, а ее друг хочет попасть к нам.

Тень опешил от такого доверия и застенчиво улыбнулся. Директор улыбнулась в ответ.

– Мы точно не знаем, придет Эймери сам или вместе с дочерью основателя, однако, учитывая, что готовые задания лежали в ее рюкзаке, вполне возможно, что их должны были принести или они вдвоем, или она сама. К тому же я видел их в момент опасности. Почему-то я подумал, что они очень дороги друг другу, и если Эймери успеет все решить к сроку, то я ставлю на то, что они придут вдвоем. У меня два плана: на случай, если Эймери придет один, и на случай, если они будут вместе. Если второй вариант, то есть только один способ без лишних подозрений проверить, она это или нет.

Кларк поставила локти на стол и переплела пальцы у рта.

– Я тебя внимательно слушаю.

Глава 9

Иван и Эймери заняли очередь в фургончик за полчаса до открытия, быстренько на скамейке расправились с яичницей, парой сосисок и тостами, завершили долгожданную трапезу стаканчиком сока, спустились в метро и запрыгнули в вагон за секунду до того, как захлопнулись двери. Прелесть жизни на конечной заключалась в том, что можно было легко найти в метро свободные места. Чем дальше вглубь города продвигался поезд, тем больше людей заполняли пространство, вдыхая драгоценный свежий воздух.

И вот наконец она – Вудлон-Хайтс.

На часах было десять утра, и вдохновленные тем, что до сдачи еще четыре часа, друзья выпорхнули из вагона прямо на солнечную чистую станцию и неспешно направились к главному зданию «Альтерната» по тротуару вдоль парка, огороженного стеной деревьев.

Они завернули на тропку, которая вывела их в сердце парка – на большую обложенную серой плиткой площадь с цветочными клумбами и вычурными композициями из кустов. Никому из ребят еще не доводилось здесь бывать, так что, едва завидев тот самый знаменитый «Альтернат» – недалеко, на небольшой возвышенности, – они в нетерпении, позабыв, что в спешке нет нужды, забрались наверх по ступенькам.

У входа не нашлось ни одного сотрудника. Территория казалась такой покинутой, что Эймери даже подумал, вдруг сегодня закрыто. Но нет. «Альтернат» никогда не спал. Держа это в голове, он еще раз взглянул на черную перекидную сумку, из которой выглядывали исписанные ночью бумаги, – не самое надежное хранилище для важных документов, но какой выбор? – и, подавив зевоту, неуверенно, прихрамывая, зашагал ко входу.

– Все нормально. – Мимо Иван не прошла резкая смена настроения друга, и она догнала его. – Ты столько работал. Они будут сумасшедшими, если не возьмут тебя.

– Неважно, как долго я к этому стремился, скольким пожертвовал и о чем мечтаю. – Он стиснул в кулаке лямку сумки. – Значение имеет лишь результат.

Они пересекли порог «Альтерната». Никого. Пустая просторная парадная, от серых стен которой эхом возвращаются дыхание и шаги по обложенному серой матовой плиткой полу. Здесь было заметно прохладнее, чем на улице. Пахло металлом и свежим ремонтом – Эймери знал этот запах из детства, о котором хотел бы забыть. Такие высокие потолки – метров семь, не меньше – он видел только в торговых центрах. Его удивила центральная лестница: от самого ее основания, по перилам и дальше к стенам, словно зигзаги молний, раскидывались витиеватые интерьерные балки из… железа? Для такого дизайнерского решения они были тяжеловаты, и Эймери решил, что это какой-то более легкий сплав. Удивил Эймери и яркий, но не слепящий свет белых неоновых лент, пробегающих по потолку подобно венам.

Справа от них, из окошка небольшой охранной будки, которую они сразу не заметили, выглянул мужчина лет пятидесяти и учтиво спросил:

– Чем я могу вам помочь?

– Здрасьте, – к Иван голос вернулся быстрее. – У вас тут, вроде, прием заявок на летнюю программу. Кому нам отдать задания?

– О, так вам нужно спуститься. – Он указал на белую лестницу в центре парадной. – Затем повернете направо, еще направо, потом налево – и увидите нужную дверь в конце короткого коридора. Там и оставите.

Поблагодарив охранника, они двинулись в указанном направлении. Казалось, шли они в точности так, как он велел, но внизу, на втором повороте, Эймери, осматривая голые низкие потолки, неуютные стены и железные двери, задумался:

– Тебе не кажется странным, что заявки принимают, в сущности, в подвале?

– Ну почему сразу подвал? – Иван указала в первый попавшийся на глаза угол. – Вон, камеры висят. Просто новый необжитый этаж. Может, у них ремо…

Свернув на последнем повороте, она остановилась. В конце короткого узкого коридора их встретила массивная железная дверь с сенсорной панелью слева.

– Да, действительно, странное место для приемной. – Иван уперла руки в бока. А затем подошла к двери и дернула ручку, похожую на руль корабля размером с футбольный мяч.

– Тебе ничем это не напоминает сейф? – поинтересовался Эймери.

– Ну, может, немного. – Она что есть силы потянула ручку на себя, но та не поддалась, и Иван принялась стучать в дверь. – Эй, тут есть кто? Мы заявку принесли! – Ищущий взгляд скользнул к панели. – О, может, сюда сказать надо?

– Иван, нам лучше вернуться наверх и переспросить. Может, он ошибся?

– Тогда он хреновый охранник. – Она потыкала на панель, и высветилось указание. – «Положите ладонь на устройство».

– Видишь? В приемных такого не бывает.

– Может быть, это архив какой-то, куда они все складывают? – Она подняла ладонь над панелью.

– Стой! – остановил ее Эймери. – Вдруг сирена сработает? Вряд ли каждый прохожий может открыть эту дверь.

– Ой, Эймери! – Она устало всплеснула руками и запрокинула голову. – Ну сработает сирена! За нами все равно по камерам наблюдают. Если бы мы делали что-то неправильное, то нас бы уже давно отсюда выгнали.

Он крепко задумался и быстро признал, что в ее словах есть доля правды. Но все же обстановка его напрягала. Ну не могла приемная располагаться за такой подозрительной дверью. Он убеждал себя – или успокаивал? – что вряд ли дверь откроется от того, что девушка, не имеющая никакого отношения к «Альтернату», положит ладонь на панель. И вот Иван положила. По форме ее пальцев зеленым неоновым светом прочертилась линия. Раздался щелчок. На панели высветилось окошко – «открыто».

Иван присвистнула.

– Какая беспонтовая у них защита! Любой рандомный чувак с улицы может в кабинеты заходить! – Она прокрутила колесо-ручку, и дверь с тяжелым противным трением проглотила стена.

– Ее словно не открывали годами. – Для Эймери это был очередной звоночек, чтобы развернуться и уйти.

Но после серии бесплодных попыток найти выключатель Иван шагнула внутрь и посветила фонариком на телефоне. Первое, что Эймери увидел, – ряд маленьких тумб с вдавленными в подушки предметами. Тут были ожерелья, кинжал, переплетенные браслеты. Словом, безделушки, которые обычные люди точно не стали бы хранить в подвале за подозрительной дверью.

– Кажется, это все-таки не приемная. И даже не архив.

– Да что ты? – подколол ее Эймери, стараясь как всегда говорить спокойно. – Что тебе подсказало? Железная неприступная дверь с панелью или темная комната с непонятными вещами за ней?

Она направила свет фонарика в середину помещения, на две большие резные тумбы друг напротив друга.

– Не понимаю. Это что, музей? – Иван встала между тумб и стала светить то на одну, то на другую. – Тут скрипочки стоят: белая и черная.

– Нам лучше вернуться обратно и найти приемную.

– Да ладно тебе.

– Тебе что, не хватило вчерашних приключений?..

По спине вдруг пробежал холод. Безусловно, здесь было заметно прохладнее, чем снаружи, но уже через секунду Эймери понял, что, несмотря на физический озноб, по-настоящему замерзло вовсе не тело. Не к нему прикоснулись холодные руки, они потянулись словно к его… душе? Нежный бессвязный шепот, подобный песне, разлился в голове. И в то же время казалось, он повсюду.

– Ты слышала это?

– Что? Кого?

– Кто-то что-то говорит. – Он огляделся. Да кто же его звал? – Девушка.

– Чего-чего? – Иван обвела помещение светом фонарика. – Тут только мы с тобой.

– Да, но…

Внимание Эймери привлекла белая скрипка в метре от него. Взглянув на нее лишь раз, он уже не мог отвести глаз. Что-то толкало подойти к ней. Коснуться верхней деки. Подушечками пальцев прочувствовать резной рисунок, рассказывающий ему историю.

Девушка в длинном платье играет на скрипке.

Рядом, довольные, стоят ее родители.

Парень в черном берет ее за руку и ведет куда-то за собой.

Перед ними обрыв.

Под ним течет река.

Парень обнимает девушку.

Затем бросает ее в реку.

Она уходит под воду сразу.

Захлебывается.

Эймери не понял, как взял скрипку и водрузил на плечо. Это случилось так внезапно, так неосознанно, что еще минуту под неумолчный шепот он завороженно смотрел на ее поблескивающие в свете фонарика струны, тень резьбы, которая, казалось, рассказывала новую историю. Сквозь пелену этого непонятного очарования к нему никак не мог пробиться голос Иван. Наконец она схватила его за плечо и развернула к себе. Шепот оборвался. Эймери опустил скрипку.

– Ты чего, совсем? – чуть ли не кричала она. – Пойдем отсюда! Не то, смотрю, у тебя уже крыша едет, даже мне жутко стало!

Эймери кивнул, все еще ощущая какое-то странное оцепенение.

Они развернулись – и резко замерли при виде темной фигуры в дверях.

– Вы кто такие? – раздался грозный мужской голос. – Как вы сюда попали?

– Э-э, м-мы… – Иван взяла себя в руки первой. – Нам сказали сюда пройти, чтобы оставить…

Но незнакомец с удивительно серой кожей ее уже не слушал. Интерес к ответу на собственный вопрос он потерял в то мгновение, когда его испытующий взгляд – глаза светились янтарем! – упал на белую скрипку в руке Эймери.

– Ты, – он процедил это так, что дрожь пробрала. – Ты взял эту скрипку?

Эймери и Иван переглянулись.

– Как видишь, – подытожила она. – Извините, он как раз собирался вернуть ее на место! – Она ткнула Эймери локтем в бок и процедила сквозь зубы: – Верни сейчас же на место.

Ничего сделать Эймери не успел: тремя резкими шагами незнакомец приблизился к нему.

– Ты тоже это слышишь? – голос его заметно потеплел, при этом не теряя ноток беспокойства, взгляд по-прежнему был прикован к скрипке. – Ее голос. Слышишь его?

Эймери лишь кивнул.

– Чего? – недоумевала Иван. – У меня одной крыша на месте? Что вообще тут происходит?

В этот момент к хранилищу подбежал кто-то еще и воскликнул:

– Простите, я немного опоздал!

Иван и Эймери вздрогнули. Этот голос. Они уже слышали его, не так давно.

– Ты! – Иван уставилась на парня, раскрыв рот. – Да, это реально ты!

– Я? – указал на себя незнакомец, вчера спасший их от пантеры.

– Ты тот черный тип! То есть совсем черный!

Парень явно собрался что-то сказать, как вдруг отвлекся, растерянно посмотрел на недавнего собеседника Эймери и окликнул:

– Азаруэль? Ты уже вернулся?

В ответ тот, кого он назвал Азаруэлем, закатил глаза и скрестил руки на груди.

– Тут поговорим или все-таки у директора, а, брат?

– Не надо к директору! – замотала головой Иван. – Мы ничего плохого не делали. Нам сказали сюда прийти, чтобы заявку оставить! Мы не знали, что тут музей!

– Да, это я попросил охранника вас сюда направить, – улыбнулся ей тот незнакомец, чьего имени Эймери пока не знал. Он никак не мог найти объяснение его странной внешности, особенно янтарному росчерку улыбки и линиям носа, которые то появлялись, то исчезали в зависимости от того, под каким углом смотреть на лицо.

– Но зачем? Чтобы наказать за воровство? – Она вытащила из кармана скомканную купюру. – Вот, забирайте! Мне больше не нужна эта двадцатка! Только отпустите нас!

– Вам не о чем беспокоиться, ребята, – парень выставил перед собой руки.

– Тогда зачем вы нас сюда заманили?

Парень упер руки в бока и пожал плечами. Говорил он мягко и мирно:

– Даже не знаю, с чего начать. Иван, верно?

– Да. Откуда вам известно? – напряглась она.

– А вы сами знаете, кто вы?

Она покрутила ладонью, символизируя знак «50/50».

Парень вдруг усмехнулся.

– Мы не могли открыть это хранилище со дня смерти основателя. Столько лет прошло. Так долго вас искали. – Он перевел дух. – Вы Иван Харвил. Дочь покойного основателя «Альтерната» и его единственная наследница. Добро пожаловать домой.

Глава 10

Все это какая-то шутка, убеждала себя Иван. Просто розыгрыш. Плохой социальный эксперимент. Только вот Эймери, судя по его молчанию и мрачному растерянному лицу, что было редким явлением, думал иначе.

В сопровождении угрюмого Азаруэля и черного парня, который так и не представился, они прошли в кабинет директора. Эта женщина словно заранее принарядилась к их приходу: на ней были белое платье свободного кроя и черный пиджак. Перед столом ждали два кресла и – внезапно – тележка с закусками и напитками. Видимо, в понимании этой особы все должно было быть идеально к приходу долгожданных гостей.

При виде разинувшей рот Иван женщина встала, широко улыбнулась и почтительно произнесла:

– Рада вас приветствовать, Иван, Эймери. Прошу, присаживайтесь. Вы голодны? Мы приготовили для вас небольшой перекус перед обедом.

Завтрак успел перевариться. Не стой между двумя креслами тележка с соблазнительно яркими тарталетками с икрой, творожным сыром, завернутым в ветчину, фаршированными шампиньонами, рулетиками из омлета и красной рыбы и фруктами, Иван предпочла бы начать с ответов на целую кучу вопросов, которые у нее возникли.

Но сначала халявный перекус.

Присутствие странных типов за спиной ее поначалу напрягало и моментами даже тревожило. Уж очень пристально они смотрели на нее. Но всего пара кусочков творожного сыра, завернутых в ветчину на шпажке, усыпили ее бдительность. И вот она уже увлеченно поглощала закуски. Она изо всех сил старалась быть приличной, сдержанной, не накидываться на еду, которую даже в мечтах боялась себе позволить, но резкость движений и горящие глаза явно разоблачали ее голод и забавную ненасытность.

Эймери вел себя куда скромнее – видимо, все еще не отошел от того, что увидел, услышал и испытал в непонятном «музее». Белую скрипку он на место так и не положил, сжимал в руке. Азаруэль по-прежнему с враждебностью смотрел на него.

– Так, – хозяйка кабинета хлопнула в ладони. – Полагаю, мне нужно представиться. Я Аманда Кларк. Директор научного центра «Альтернат».

– Приятно познакомиться, – промямлила Иван, судорожно проглотив виноградину.

– Что вы о себе знаете? – сразу перешла к делу женщина, закинув ногу на ногу, и обратила на ребят пытливый взгляд.

– Меня зовут Иван, мне шестнадцать лет. – Она откинулась на спинку кресла и облегченно вздохнула. Какое же это счастье – чувствовать сытость.

– А что ты помнишь о себе? – вперед вышел черный парень. – Ох, прости. Я не представился. Меня зовут Янтарная Тень, а позади Эймери мой брат Азаруэль.

– Как-как еще раз? – Не будь живот Иван набит, она бы разразилась смехом. Сил хватило лишь на хихиканье. – Янтарная Тень? Сразу понятно, кого в семье больше любили.

– Вот тут ты ошибаешься, – прервал ее Азаруэль. – К тому же Янтарная Тень – это прозвище.

– А по-нормальному к нему обращаться нельзя? – продолжала веселиться Иван.

– Я, сказать по правде, за тысячелетия отвык от своего настоящего имени…

– Тысячелетия? – Иван придвинулась ближе к столу. – Мне послышалось?

– А сколько, по-твоему, должен жить парень со светящимися янтарными глазами? – Этот Азаруэль явно не упускал возможности кому-нибудь нагрубить.

– Ну не знаю. Я вообще ничего не понимаю. Можете нормально объяснить, что происходит?

Перепалку оборвала мисс Кларк:

– Я, конечно, директор, но не владелица «Альтерната». Им являлся ваш отец, Джон Харвил.

– Здесь какая-то ошибка. Я не знаю никаких Харвилов. В жизни о них не слыхала.

В кабинет вошел мужчина в зеленом свитере и очках. Он протянул мисс Кларк планшет и тут же удалился. Пару секунд она что-то смахивала и рассматривала на экране, затем брови ее дернулись, и она отложила планшет.

– Ошибки нет. Вы Иван Харвил. Это подтвердил отпечаток вашей ладони. То хранилище могли открыть или основатель, или его кровные дети, чьи данные есть в базе. А еще… – она достала из-под стола рюкзак. – Узнаете?

– Мой рюкзачок, – удивилась Иван. – Да, это мой. Он со мной, сколько себя помню.

– Именно такой рюкзачок был у дочери основателя. И пропал вместе с ней самой.

– Но ведь…

– Он сшит на заказ по вашим детским рисункам, так что спутать с чьим-то невозможно.

– Все равно я ничего не понимаю.

Мисс Кларк развернула перед ней включенный телефон.

– Взгляните внимательно. Это Джон Харвил. Ваш отец. А девочка, сидящая рядом, – это вы. Это одно из последних фото.

Иван уставилась в экран. В груди у нее кольнуло.

Не может этого быть.

Мужчину в сером костюме она не узнавала, хоть убей. Но себя маленькую, с ямочками на щеках, горящими глазками и двумя хвостиками-одуванчиками, хорошо помнила.

– А где мама? – спросила она, подозревая, что может услышать.

Тень сжал губы, и ей все стало ясно.

– Ее не стало в тот день, когда ты пропала, – глухо ответил он. – Ее смерть – загадка для нас. Мы надеялись, что ты сможешь ее прояснить.

Иван хлопнула себя по бедрам и ссутулила плечи.

– Хорошо, я, быть может, дочь основателя, но я ничего не помню ни о семье, ни о своем прошлом. Моя жизнь началась в тот момент, когда я… Когда я… – она уставилась на свои колени. – Когда я убегала в лесу.

Мисс Кларк, Тень и Азаруэль переглянулись. Можно было подумать, они и без лишних слов понимали, о чем речь.

– Я не помню, почему убегала. Просто чувствовала опасность. Кто-то звал меня. Какой-то парень. Он говорил, что не причинит мне вреда, но я не верила и просто бежала в ночи куда глаза глядят. Потом скатилась в овраг, потеряла сознание. Проснулась в дождь. Услышала грохот, словно вся земля встала на дыбы. Огромное чудище, похожее на дракона, но страшнее, выглянуло из-за деревьев. Я закричала, а потом, кажется, от страха вырубилась. Следующее воспоминание в городе. Я была грязной, замерзшей и очень голодной. Увидела кошелек, торчащий у прохожего из кармана, и украла… Он побежал за мной. Я пробивалась сквозь толпу и случайно снесла Эймери, – Иван грустно, тепло улыбнулась ему. – Он почему-то увязался за мной. Мы спрятались в мусорном баке. Так и познакомились. С этого момента провалов в памяти не было.

От слез защипало глаза. Уже второй раз за сутки.

– Иван, а ты помнишь, кто тебя звал? – осторожно спросил Тень.

Иван, сгорбившись и уставившись себе в ноги, замотала головой и всхлипнула.

– Вы правда думаете, что я могу быть дочкой этого вашего основателя? – Она все-таки подняла глаза и попыталась улыбнуться. Каждое слово отдавалось болью в горле, сжатом горечью. – Я, которая всю осознанную жизнь прожила побираясь? Еще вчера я сходила с ума от голода, а сегодня вы даете мне целую тележку с едой и говорите, что я наследница «Альтерната»? Все это шутка, правда? Я ни за что не поверю, что я какая-то наследница. Я просто…

«Боюсь даже мечтать об этом».

Тень тут же оказался рядом с ней, присел на корточки. Да, по его глазам сложно было понять, что он испытывает на самом деле или старается донести. Но брови его, кажется, жалобно вскинулись, а уголки губ поджались.

– Я понимаю, каково это, когда жизнь переворачивается с ног на голову…

Азаруэль ухмыльнулся, поворачиваясь в его сторону.

– … но тебе просто нужно это принять. Ты наконец-то нашлась. Ты больше ни в чем не нуждаешься. Ты наследница и даже представить не можешь, какой империи.

– Империи?

В дверь постучали. После «Войдите», брошенного мисс Кларк, в кабинет прошла невысокая женщина пятидесяти лет на вид с черной папкой, прижатой к груди.

– Давайте немного обсудим дела приземленные. Юридические. – Директор жестом попросила женщину приблизиться.

– Что ж, мисс Харвил, – сухим официальным тоном начала та, поправляя очки и раскрывая папку. – Как единственной законной наследнице мистера Харвила вам во владение помимо компании «Альтернат» переходят активы на сумму сто пятнадцать миллионов долларов, пять банковских счетов с общей суммой три миллиарда восемьсот три миллиона долларов.

Иван казалось, что ее чем-то огрели по голове.

– Что? – спросила она шепотом.

– Вы унаследовали все состояние мистера Харвила. Но прежде чем вы подпишете бумаги, я должна зачитать вам его условие. – Женщина перевернула страницу и набрала больше воздуха в легкие. – Последней волей вашего отца было, чтобы вы стали полноценной хозяйкой «Альтерната» и вели в нем все дела. Однако, в силу вашей юности, принять бразды правления компанией вы сможете только по достижении восемнадцати лет, после окончания школы и прохождения всей необходимой подготовки у доверенного лица, нанятого вашим отцом. Именно тогда вы и получите в полное распоряжение все состояние мистера Харвила. Вы готовы подписать?

– Стойте, стойте! – Иван вскочила с места. – Какие еще миллионы? Какие еще миллиарды? Да вы издеваетесь! Это не может быть правдой!

– Можете взглянуть. – Женщина протянула ей папку.

Едва ли Иван что-то понимала в подобного рода документах. Ей достаточно было увидеть цифры, чтобы покрыться мурашками.

– Эймери, пожалуйста, взгляни. Мне это мерещится? – растерянно спросила она, протягивая ему папку.

Минуту он изучал бумаги, а затем вручил ее обратно.

– Похоже на правду.

Даже услышав заключение друга, Иван продолжала сомневаться.

«Нет, все слишком легко. Как такое вообще возможно?!»

– Так, стойте. – Иван хлопнула себя по коленям, чувствуя, как на лбу выступает холодный пот. – Это какая-то ошибка. Я точно не похожа на человека, который может владеть и тем более управлять всем этим! – Она обвела руками кабинет.

– Слушайте, я уже не могу, – прогнусавил Азаруэль. – Мы ее еще уговаривать должны, чтобы она приняла все эти богатства?

– Азаруэль, спокойнее, – обратилась к нему Кларк и тут же перевела внимание на смущенную Иван. – Доказательства неопровержимые. Вы совершенно точно дочь мистера Харвила и его законная наследница.

Иван замотала головой. Наследница одного из богатейших людей в США. Слишком красиво это звучало для девушки с улицы, привыкшей видеть во всем подвох. И все же она решила узнать больше:

– Ладно, допустим, все это правда. Значит, деньги я получу через несколько лет, и то при условии, что закончу школу и пройду всякое там другое обучение?

Женщина с черной папкой, сообщившая ей о баснословном наследстве, перевернула страницу.

– Да, но на случай, если вы найдетесь в слишком юном возрасте, чтобы управлять такими большими деньгами, мистер Харвил создал для вас отдельный счет для ваших личных расходов. Вы уже сейчас можете ими распоряжаться. Но сумма небольшая. Всего двести пятьдесят тысяч долларов.

– Всего?! – вскрикнула она. – У меня нет подписи. И паспорта тоже.

– Что ж, тогда с подписанием повременим. – Директор Кларк обратилась к юристу. – А чтобы личными деньгами пользоваться, ей нужна подпись?

– Нет, согласно завещанию, деньги мисс Харвил должны передать незамедлительно сразу после ее объявления.

– То есть я уже сейчас могу эти деньги забрать? – Она выставила перед собой дрожащие руки. – Так, нет, стоп! Я не поверю во все это, пока не увижу деньги, не пойду в самый дорогой торговый центр в городе и не потрачу хотя бы тысячу!

– Без проблем. – Мисс Кларк взяла стационарный телефон. – Добрый день. Зайди ко мне. Отвези мисс Харвил и ее друга туда, куда они пожелают, и сопровождай весь путь туда и обратно. – Она положила телефон. – Через десять минут сюда поднимется мой водитель. Вы поедете в банк вместе с юристом, получите карточку, привязанную к вашему счету, и потратите деньги где пожелаете и сколько пожелаете.

Не успела Иван вскрикнуть, как мисс Кларк продолжила:

– А пока есть время, перейдем к вам, Эймери, и к тому, что вы совершили.

– Вы об этом? – Он приподнял скрипку.

– И не только. Если бы не ваши задания в рюкзаке, эта встреча могла не произойти.

– К слову, я хотел бы сдать на проверку…

– Вы уже прошли ее. Мы проверили ваши бумаги. Вы блистательно со всем справились, предложили свежие и нестандартные решения для многих наших задач, продемонстрировали отличную эрудицию, и поэтому мы решили не проводить для вас тест. Бюджетное место на летнее обучение уже ваше.

Его вздох был похож на приглушенный крик.

– Спасибо большое…

– Насчет скрипки, – в нетерпении прервал его Азаруэль и наконец тоже приблизился. – Как так вышло, что ты ее взял?

– А в чем проблема? – растерялся Эймери. Иван насторожилась.

Словно предчувствуя, что разговор легко может перетечь в перепалку, Тень вмешался и пояснил:

– Ни один простой смертный за десятки тысяч лет по человеческим меркам не смог взять ее в руки. Даже я и другие подобные мне могут держать ее не дольше минуты. Затем она словно ударяет током.

– Даже ты? Какие еще десятки тысяч лет? И что значит «простые смертные»? – зацепилась Иван, не переставая поражаться тому, что слышала. – А ты вообще что такое? – Она указала на Азаруэля. – Вы с ним типа сводные братья?

– На сто процентов родные, – неохотно признался Азаруэль.

– Так вы… Вы типа не люди? Эймери! – Иван ткнула его в плечо. – Ты слышал?

– Меня уже ничего не удивляет.

– Ну да, после женского шепота в голове, который слышали ты и он, сложно тебя чем-то впечатлить.

– О чем она говорила? – обратился к Эймери Азаруэль.

– Я не смог разобрать, – он легонько коснулся струн скрипки. – Но в какой-то момент эта скрипка словно сама повлекла меня к себе. Я даже не заметил, как взял ее.

– О да, он как одержимый выглядел, – кивнула в подтверждение Иван.

Азаруэль качнулся назад.

– Значит, она выбрала тебя.

– Кто – она?! – взорвалась Иван. – И кто вы?! И что за цацки в том хранилище? И что это за скрипки были? И почему именно Эймери смог ее взять, если эта Белая скрипка вся такая необычная?

Но тут явился водитель. Мисс Кларк поднялась, показывая, что разговор окончен.

– Что ж, отдыхайте. – Она проводила Эймери и Иван к выходу из кабинета. – Обо всем остальном узнаете позже. С вас пока достаточно, иначе голова лопнет.

– Я, пока все это слушала, снова проголодалась, – пожаловалась Иван.

– Вот и прекрасно. Съездите в ресторан…

– Стойте! – Тут в кабинет залетела еще какая-то девчонка, блондинка, ровно наполовину, как Круэлла, крашенная в зеленый. – Кто-то сейчас собрался в город ехать? Я с вами, мне нужно на митинг!

– А она из ваших? – шепнула Иван Тени. Тот кивнул.

– Ты слишком близко к нему не подходи, – вдруг едко предупредил Азаруэль.

– Это еще почему?

– Он может тебя случайно убить.

– Чего?.. – Иван машинально попятилась в сторону.

– Все, на выход! – объявила мисс Кларк. – Мэтью, довези Айрис. Она ведь сегодня ночью вела себя как хорошая девочка, верно?

Девчонка перевела ехидный взгляд на нее и потерла плечо.

– Как-то двусмысленно прозвучало, – заметила Иван.

– Привет! – Девчонка уже протянула ей руку. – Я Айрис, а ты та самая Иван, дочка основателя? О, знала бы ты, как мы тебя искали! Прости, я проспала знакомство.

Иван неуверенно ответила на пожатие. От этой девушки так и веяло избыточной энергией.

– Приятно познакомиться. Я так рада, что теперь будет кто-то среди девушек, с кем можно поговорить…

Но тут Айрис заметила Азаруэля за спиной Иван и осеклась. Взгляд ее стал холодным, и больше она ничего не сказала.

Вскоре Иван, Эймери и Айрис покинули «Альтернат», оставив братьев наедине.

– Что ж, полагаю, вам есть о чем поговорить, – с этими словами мисс Кларк закрыла двери своего кабинета прямо перед ними.

Тень перекатился с носков на пятки, засунул руки в карманы желтой толстовки и тихонько произнес:

– Может, по чашечке кофе?

Глава 11

Пряный латте с корицей и тонким слоем пенки. Побольше молока. Капелька карамели. Сладкий, но в меру, чтобы можно было съесть чизкейк и не получить сахарный удар.

Таков был любимый горячий напиток Янтарной Тени.

– Тебе американо, как обычно? – поинтересовался он у брата.

Тот лишь молча развернулся и занял место в темном уголке маленькой кофейни для персонала в «Альтернате». Тень счел это за положительный ответ и спустя пару минут сел напротив с двумя стаканами кофе.

– Я беспокоился. – Он придвинул к нему стакан осторожно, не столько из страха пролить напиток, сколько из нежелания давать Азаруэлю повод скорчить недовольное лицо. – Уже думал отправиться тебя искать. Рад, что ты приехал.

– Я здесь, скорее, по велению матери. Она захотела тебе подмогу в моем лице отправить. Говорят, у вас хлопот хоть отбавляй. Приехал и думал, что ты будешь на задании, но вместо этого в кофейне прохлаждаешься.

Сердце Тени прошил болезненный холод.

– Сегодня я тут из-за Иван, но позже меня отправляют в Небраску. – Он посмотрел брату в глаза с улыбкой, но не нашел в них ни капли добродушия – только презрение и накатившую усталость. От разговора с ним? Это заставило Тень растеряться еще больше. – Я рад, что застал тебя перед поездкой…

– Кто тот парень? – оборвал брат. – Эймери, кажется?

– Мы пока мало знаем о нем. Лишь то, что он друг Иван и прошел на летнее обучение… – Тень отставил почти полный стакан и принялся ковырять вилкой чизкейк. – Как думаешь, почему Адель выбрала именно его в качестве хозяина ее скрипки?

Азаруэль вздрогнул с поднесенным ко рту кофе. С усилием сглотнув, он облизнул губы и резко поставил стакан.

– Мы точно не знаем, выбрала она или нет. Меня больше волнует, кто он такой, что спокойно может держать одну из скрипок Конгломерата. Я прошел десятки испытаний, чтобы к своей хотя бы подойти.

– Я, конечно, забегаю вперед, – осторожно начал Тень, – но, думаю, раз Эймери взял артефакт без вреда для здоровья, он мог бы стать одним из нас и помогать нам…

– Ни за что, – снова перебил Азаруэль. – Я не позволю какому-то парню с улицы пользоваться скрипкой Адель.

– Она лежала без хозяина десятки тысяч лет. Она сама выбрала Эймери.

– Да с какой стати? – Азаруэль повысил голос. – Еще пару часов назад я понятия не имел, кто такой Эймери! Ни истории, ни фамилии! Мы ничего о нем не знаем, а ты уже предлагаешь доверить ему одно из самых могущественных оружий в мире? Хотя нет. Дело даже не в этом. Я не доверю ему скрипку своей…

Кажется, к его горлу подступил ком. Азаруэль отвернулся, пряча взгляд под ладонью, как под козырьком.

– Рано или поздно это случилось бы, брат. – Тень старался говорить мягко в слепой надежде, что это поможет разрядить обстановку. – Ты должен принять исход и то, что ты уже не вернешь Аде…

Он заткнулся, но слишком поздно. Азаруэль подскочил так резко, что затрясся стол. И ринулся прочь.

– Прости! – крикнул Тень ему вслед.

Он не рассчитывал на прощение. Просто не мог иначе.

Азаруэль нырнул в двери, оставив его наедине с мыслями.

* * *

«Пока есть время, нужно выяснить, кто проник в архив и украл документы», – так решил Тень, чтобы хоть немного отвлечься. А для этого нужно было обратиться к Самнии – королеве снов. Или, скорее, проводнику между ними.

Самния жила в собственном звездном измерении, в полном одиночестве. Отсюда она наблюдала за тем, что происходило в мирах. В ее обязанности входил контроль снов простых смертных: как только человек засыпал, она перемещала его душу в параллельный мир, где он по-настоящему проживал события, в которых оказывался. Если он попадал в смертельную ситуацию и Самния не успевала вернуть его в родное тело, то человек умирал. Сны были ее владениями.

Чтобы погостить у Самнии, достаточно было выпить специальной космической жидкости, прилечь на кровать и уснуть с намерением увидеть ее. Так Тень и поступил.

Он стал забывать этот слепящий холодный свет. Из него и состояло все звездное измерение. Тень перевернулся на спину и всмотрелся в небо, искрящееся мириадами огоньков. Они напоминали сверкающие самоцветы в синем песке. Достаточно было встать на ноги и поднять руку, чтобы схватить их. Буквально

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.