Виталий Свадьбин
Тёмный егерь 3. Пленный лекарь

От автора.

К вниманию читателей третья книга из серии «Тёмный егерь». История главного героя продолжается. В данном произведении все события полностью вымышлены автором. Автор заранее благодарит всех любителей фантастики в жанре фэнтези, желающих прочесть эту книгу. Совпадения с историческими личностями не имеют ничего общего с исторической действительностью.

Предисловие.

Уральский Разлом. Окрестности крепости Карлштадт¹.

Он сидел на поваленном бревне возле костра, где на огне жарился кусок мяса сумеречного зубра. Возле его ног лежал вожак псовой стаи и грыз лопатку от туши зубра. Сейчас он размышлял о своей судьбе. Судьбе кого? Воина или стража? Когда-то он был воином, но сейчас он скорее Страж. Страж чего? На этот вопрос он может ответить. Страж прохода из одного мира в другой. Ведь Разломы² – это не что иное, как канал, по которому в мир Земли поступает энергия тьмы. Он не просился быть Стражем, но так сложилась его судьба, выбор пал на него. Знания, недоступные даже старейшинам его рода, и ответственность за сохранение равновесия сделали его одиноким. Нет, не сказать, что он один среди зверей, поражённых тёмной энергией, которых люди называют «монстрами» или «тварями». У него есть слуги, рабы и помощники. Вот только одиночество давит. И свои, и чужие называют его «Пастух», хотя у него есть имя от рождения – это Савитур³. Однако за несколько веков он привык к тому, что он именно «Пастух» и в прямом, и в переносном смысле. Родился он в Трёхморье⁴, а сейчас обречён находится между мирами. «Пастух» перевёл свой взгляд на пса, лежащего возле его ног, который старательно обгрызал лопатку зубра. «Пёс ада»⁵ почувствовал взгляд своего хозяина и оторвался от своего лакомства, внимательно посмотрел на Савитура. Пастух услышал о чём думает вожак «сумеречных гончих».

– «Хозяин, ты грустишь?» – пронеслось в голове у Савитура.

– «Иногда знания Вселенной наводят на меня тоску и одиночество, от этого хочется завыть или кого-нибудь убить», – ответил мысленно Савитур, используя телепатию⁶.

– «Может устроим охоту, чтобы отвлечь тебя от мрачных мыслей?» – прозвучало в голове «Пастуха» предложение.

– «Нет, сейчас подкрепимся и отправимся к проходу возле Селябэ⁷. Где твои псы стаи, чем заняты?» – отправил мысленный вопрос Савитур вожаку.

– «Ушли на север, я разрешил одной из самок вести стаю, пусть развлекаются охотой», – пёс, обхватил лапами свой лакомый кусок, который когда-то был частью зубра, и приступил к продолжению трапезы.

Савитур ещё раз проверил прожарку своего куска, с ароматным запахом специй и лесных трав, от аромата мяса появился аппетит. «Пастух» тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли, а вместе с этим хандру⁸ в своём настроении. В конце концов он дэвин⁹ из касты воинов, а такому не пристало обращать внимания на эмоции.

Глава 1.

Июнь 2002 год. Окрестности крепости Побоище. Егор Соколов.

Вот уже десять дней мы сидим в развалинах крепости Побоище. Такому затворничеству для нас есть причина. Началось всё в тот день, когда мы приближались к развалинам крепости Побоище. Вышли мы два дня назад из развалин крепости Мраково, где хорошо затарились органами сумеречных медведей и огненных гиен. По пути ничего особенного не встретили, если не считать пятёрку сумеречных лосей, с которыми справились достаточно быстро. У нас семнадцать луков-артефактов, а это не шутки. При этом все без исключения достаточно хорошие стрелки. Попадались мелкие монстры, на них мы тоже охотились, но в случае, если эти мелкие твари пытались на нас напасть. И вот вышли к окрестностям крепости Побоище, осталось пройти меньше километра. Издали на меня развалины впечатление не произвели. Видны две уцелевшие башни, которые соединены крепостной стеной. Внутри два здания. Одно с обвалившейся крышей, а второе вообще развалилось чуть ли не до основания. В этот момент, пока я рассматривал развалины, в моей голове зазвучал тревожный голос «Хана».

– «Хозяин! Хозяин, быстрей бежим к развалинам, нам нужно срочно спрятаться», – голос моего питомца был близок к истерике.

Шерсть на загривке моего питомца встала дыбом, он явно чего-то опасался. «Хан» то отбегал вперёд, вновь возвращался, делал круг возле моей тушки и постоянно истерил.

– «Да что случилось, ты чего так истеришь?» – спросил я мысленно, удивляясь такому поведению своего питомца.

Грешным делом подумал, что к нам приближаются какие-нибудь опасные монстры, от которых нам не отбиться. Мне даже его беспокойство передаваться начало.

– «Волна, хозяин. Большая волна, нам нужно срочно прятаться», – продолжал паниковать «Хан».

Такое поведение зверька заметили все, кто находился поблизости от меня.

– Егор Тимофеевич, что-то случилось? Чего так твой питомец беспокоится, что-то чувствует поблизости? – задал мне вопрос Фатей Сазонов.

– Не пойму я толком, сообщает о какой-то волне, – коротко ответил я.

– Волна?! Да это же Прилив¹, чтоб чертям тошно стало, – выругался Фатей.

Сазонов выхватил какую-то свистульку и очень громко стал подавать сигналы боковым дозорам нашего отряда. Когда объявились разведчики, Фатей Сазонов тоном раненного зубра стал выкрикивать приказы, которые давали всем понять, что нам как можно быстрее следует спрятаться в развалинах крепости. И мы побежали, надо сказать быстро побежали. Я не стал пользоваться своей способностью ускоряться, тем более отклонил предложение «Хана», когда он сказал, что может перенести меня и себя прямо под стены крепости. Мы единый отряд, так что следует находиться рядом со своими товарищами. А сейчас, в этом рейде, егеря мне именно товарищи, по-другому я и думать не хочу. Егеря бежали на пределе возможностей, я же сильного напряжения в теле не чувствовал, не зря я жрал всякие зелья для усиления тела, мышц и сухожилий, да и кости скорей всего укрепились.

До развалин мы добежали, до того, как сильная энергия сумрака накрыла эту территорию. Моему питомцу надо будет скормить что-нибудь вкусненькое в благодарность. Как только заскочили в двухэтажное здание, командир отряда начал резко раздавать приказы.

– Понамарев и Макаров, устанавливаете «запоры» на всех дырах и дверях первого этажа. Дуров, берёшь пятерых, зачистить второй этаж, поставить запор на разрушенный выход на чердак. Трофимов, бери пять бойцов, проверить и зачистить подвал. Прежде чем врываться в помещения подвала используй магические мины. Если есть тварь, то убить может и не убьёшь, но точно деморализуешь, – Сазонов не паниковал, я это чувствовал по его тону.

В очередной раз проникся уважением к старшему егерю. Молодец какой, даже магические мины прихватил с собой. Грамотная подготовка к рейду, часть успеха похода в сумрак. Не зря в казачьих станицах говорят, что у Сазонова в отряде очень редко погибают егеря. На первом этаже остались мы вчетвером. Я, Фатей, Лин и Бриз. Снизу, из подвала, послышалось несколько глухих хлопков, так взрываются оглушающие мины-артефакты. Надо будет позже попросить одну у Сазонова для исследования. Мой питомец сидел возле меня, он больше не истерил, но и ничего мне не пытался сообщать. Вскоре вернулись бойцы с Олегом Дуровым, они тащили крупного зверя, размером чуть больше собаки и четыре тушки, той же породы, видимо детёныши данного монстра.

– Сумеречный барсук в подвале гнездо устроил, пришлось использовать мины, – доложил Дуров Сазонову.

Со второго этажа спустилась команда с Трофимовым, трофеев у них не имелось.

– Выход на разрушенный чердак заблокировали, я бы бойницы² и окна второго этажа тоже заблокировал, мало ли какие прыгучие твари появятся, – доложил о выполненном задании Трофимов.

По просьбе Фатея Сазонова мы выложили все запасы артефактов «запор», в том числе Лин и Бриз. Понамарев и Макаров забрали артефакты, а через десять минут мы уже сидели в полностью защищённых от проникновения развалинах. Часть бойцов расположились на первом этаже, а часть на втором. Потянулись минуты ожидания. Давление тёмной энергии началось неожиданно. Замечу, что ни я, ни Бриз, ни Лин не ощущали какого-либо дискомфорта. Как и некоторые из егерей. Тем не менее Фатей велел приготовить зелье «сумрачное масло», которое защищает того, у кого начнутся головные боли от воздействия тёмной энергии. Я, Бриз и Лин расположились у одного из окон, из которого можно было наблюдать за улицей, хотя бы частично. Метрах в трёх от нас сели Фатей Сазонов и Савелий Трофимов, они достали стрелы, выбирая из зачарованных самые эффективные, на случай проникновения монстров в наше убежище. «Хан» запрыгнул к Бриз на колени и фыркая потребовал, чтобы она чесала ему брюшко, девушка не отказала, вскоре мой питомец довольно замурлыкал. Для меня находится, пусть не эпицентре Разлома, но очень близко к этому, было практически впервые. Так что я не воздержался от вопросов.

– Не пойму, почему на некоторых тёмная энергия во время Прилива совсем не действует, – я обратился ко всем, может кто-то знает.

– Этого никто не знает, есть только гипотезы учёных, не более, – ответила Бриз.

– Как часто такие Приливы происходят? И что является причиной такому явлению, есть объяснение? – задал я следующий вопрос.

– Определённого графика или чего-то подобного нет, как правило всегда происходит неожиданно. В чём причина? Тоже никто не знает, почему Приливы появляются. Но во время приливов идёт большой гон монстров, которые долгое время находятся на этой территории, иначе их бы всех перебили охотники и егеря. Старейшины считают, что этим процессом кто-то управляет. Но так это или нет, для нас пока загадка, – ответил на мой вопрос Лин, как самый опытный в нахождении на территориях сумрака.

– А когда начнётся Отлив³, сколько нам здесь сидеть? – вновь спросил я.

– Одинаковых случаев не было, как минимум я о таком не слышал. Может длиться от нескольких дней до двух-трёх недель, старики говорят, что в давние времена бывали месячные Приливы, но я таковых не застал, – ответил Фатей Сазонов.

– С какого направления идёт Прилив? Интересно бы побывать в самом эпицентре. Лин, ты бывал там? – обратился я к соратнику Бриз.

– В отношении нашего места, направление от северо-востока. Я слышал, что один из Разломов, находится в районе бывшей крепости Селябэ, ведь наши предки попали сюда через Разломы, но сам никогда там не бывал, очень опасно. Как правило такие места охраняют «псы ада», даже наш народ не заходит в те места, – ответил Лин.

Я заметил, что Лин стал отвечать, когда Бриз кивнула ему головой. Дроу явно знают больше, но не думаю, что станут рассказывать об этом.

– Не такие уж они опасные, эти сумеречные гончие, мы с нашими егерями сорок голов укокошили в Порыве у Боголюбово, – вспомнил я нашу охоту зимой.

– В Прорыве? Явно молодые особи заскочили в аномалию, с ними не было вожака или самки вожака. Иначе вам бы не уйти живыми от взрослых особей, при чём вожак как правило всегда разумный, имеет способности, как твой питомец, – задумчиво ответил Лин.

Почему-то я сразу поверил Лину, Бриз мне уже шепнула, что в их клане Лин самый опытный полевой страж. Делаем вывод, что нам тогда в Прорыве просто повезло, что были молодые особи «псов ада». Я задумался над аномалиями Разлома. Это что же получается? Какой-то монстр получает способности открытия портала, ну или уже имеет такую способность. Из аномалии раскрывает портал и сам проходит туда, оставляя таким образом проход для других монстров. Ведь мы уже закрывали Прорыв, сразу после того, как убили основного монстра. Интересно про эти выводы знают учёные империи? Чтобы удостовериться в своих выводах спросил об этом Лина, он мне подтвердил, что такое вполне возможно. Сами клановые дроу точного происхождения Прорывов не знают, но гипотезы есть. Считают, что Разломы появились от того, что их открыли белые эльфы. А закрыть проходы никто не позаботился. Пока длился разговор начался поток разных монстров. Они явно нас не чувствовали, бежали мимо, куда-то в западном направлении. Место для наблюдения у нас неудачное, обзор частично закрывала стена развалин крепости. Тем не менее я успел рассмотреть несколько незнакомых мне чудовищ. От шока даже не успел спросить, что за монстры такие, просто наблюдал. Так начались дни нашего затворничества. Ни о какой охоте на монстров даже речи не вели. Лин и Фатей заявили, что нам надо обязательно дождаться Отлива, иначе живыми мы отсюда не уйдём.

Десять дней это немало. Особенно, когда ты заперт в одном здании. Благо у нас с продуктами полный порядок. Тем не менее требуется какое-то занятие. Лично я занялся тем, что зачаровывал стрелы, наносил символы рун на наконечники стрел, Бриз помогала наполнять наконечники магической энергии, даже Лин подключился, правда только через три дня. А вот егеря реально мучились от безделия. Примерно через неделю я спросил у Лина, как определить, что начался Отлив.

– Ну для начала у тебя есть питомец, который точно такое явление определяет. Но мы обычно наблюдаем за монстрами, самые опасные начнут возвращаться ближе к эпицентру, – ответил Лин на мой вопрос.

И действительно, примерно на девятый день монстры начали возвращаться, я наблюдал в такие моменты в окно, артефакт «запор» позволяет видеть с внутренней стороны всё то, что происходит снаружи. Когда замечал особенно непонятного монстра, пытался сравнивать с классификатором, но некоторые монстры не были внесены в этот список. Сидевшие рядом Лин и Бриз не смогли сделать мою любознательность понятной, так как тоже не видели таких чудовищ. На десятый день я решил обратиться к своему надёжному источнику, то есть к моему питомцу.

– «Ты ведь чувствуешь волну и то, как она откатывается назад?» – спросил я у «Хана».

– «Конечно, хозяин. Отлив уже начался, можем хоть завтра в путь отправляться», – ответил «Хан».

Я сразу сообщил об этом всей нашей компании, затворников поневоле. Старший егерь Фатей был такого же мнения, так что мы начали готовиться, чтобы с рассветом выйти в обратную дорогу. Утром встал вопрос, кого поставить в боевое охранение. Если не ставить никого, то может произойти внезапное нападение монстров, а мы можем не успеть поставить походный купол и спрятаться под ним. С другой стороны, егеря, поставленные в боевое охранение, могут не успеть добежать до купола. Выручила Бриз, она подошла ко мне и сделала предложение.

– Егор, у меня и Лина есть амулеты невидимости, мы под их покрытием часто ходим в сумраке. Можем помочь, вы двигайтесь всем отрядом, а мы присмотрим за правым и левым флангами. Если что, то мы затаимся, – Бриз говорил так, чтобы остальные не услышали, ей совсем не хотелось давать понять егерям, что они могут быть невидимками.

Я объяснил Сазонову, что боевое охранение обеспечат дроу.

– А как они сами, вдруг не успеют до купола добраться? – удивился Фатей.

– У них свои способы маскировки, разберутся, если потребуется, – ответил я.

Отряд встал в походное положение, и мы двинулись в направлении развалин Мраково. Не спешили, двигаясь осторожно, доберёмся за дневной переход, уже хорошо. Сейчас спешить, только монстров рассмешить. Меня решили поставить в середину отряда, я не стал возражать.

Двигались не спеша, точнее шли маршем, чуть выше среднего, но постоянно случались остановки. Количество монстров действительно увеличилось. Первыми нам попались лоси, немного, всего-то шесть особей. С ними расправились быстро, хотя купол установили, так, на всякий случай. Как говорится бережёного бог бережёт. Дружно разделали туши, я тоже участвовал. Потом часа три шагали достаточно бодро. Бриз сообщила, что слева по ходу движения большое стадо зубров, километра три до них. Фатей принял решение не отвлекаться. А ещё через три часа ходьбы получили предупреждение от напарника Бриз. Он даже до отряда добежал.

– Справа в вашем направлении двигаются «крикуны»⁴, голов двадцать, плюс или минус, я точно их посчитать не успел, – я заметил, что Лин слегка возбуждён.

Кто такие «крикуны», я понятия не имею, в классификаторе о них ничего нет, но Фатей проявил осведомлённость. Сазонов начал раздавать команды, егеря засуетились. Быстро поставили купол, в него вставили артефакты «запор». Мне стало понятно, что старший егерь планирует этих «крикунов» добавить в трофеи. Лин вернулся в боковое охранение, наверняка активирует амулет невидимости. Так как напарник Бриз убежал быстро, то я решил узнать о «крикунах» у Фатея.

– Старшой, может пояснишь, что за «крикуны» и с чем их едят? – направил я свой вопрос Сазонову.

– Да хрен их маму знает. Даже не знаю с чем сравнить. Прозвище своё получили от того, что дикий визг поднимают, когда увидят жертву. Такой, что уши закладывает, а как выглядят, сейчас сам увидишь, – торопливо ответил Фатей.

Позицию занять мы успели, точнее, когда под купол заскакивали последние бойцы нашего отряда, «крикуны» нас увидели и прибавили скорости. Ранее я таких не встречал ни в этой, ни в прошлой жизни. Похож на какого-то древнего динозавра, только вот названия вспомнить не могу. Передвигается на задних лапах, достаточно быстро, имеет хвост с шипом. Пасть такая, что мою голову смог бы откусить, как я кусок от пирога. Передние лапы немного короче задних. Я стоял возле прохода, закрытого «запором», потому смог внимательно их рассмотреть. Рядом со мной встали Фатей и Савелий.

– Сам с этими гадами я не встречался, но слышал о них от стариков, когда сам был ещё мальчишкой. Бить их надо в глаз или в пасть. При этом использовать только зачарованные стрелы, простой стрелой точно не взять, – объяснил для меня Сазонов.

– Трофеев богато будет, если всех уложим. У взрослых особей по пять жемчужин должно быть, заберём всё, кроме мяса, которое вполне съедобно, хотя я не пробовал, – добавил Савелий Трофимов.

– Мясо тоже заберём, если оно по вкусу приятное, как рассказывали старые казаки. Что сами не съедим, то неплохо продать сможем. Эта тварь достаточно редкая, от опытных егерей и охотников моего возраста даже не слышал, чтобы встречали их в сумраке, – практически приказным тоном констатировал наш командир отряда.

Чтобы не толкаться мы встали по двое возле каждого выхода из-под купола. Третий человек в нужный момент будет деактивировать артефакт, чтобы мы могли сделать удачный выстрел. Не знаю, имеют разум эти твари или нет, но они окружили купол, даже попробовали тыкаться в него своей мордой, ну и когтями проверили на прочность. Скажу, что я в этот момент испытал страх. Да что там страх? Моя задняя точка сжималась конкретно. В нужный момент мы делали выстрел, как только твари подставлялись. Вроде понимаешь, что под куполом безопасно, но душа в пятки проваливается. Я искоса наблюдал за егерями, видно, что тоже боятся, но преодолевают свой страх. На «крикунов» мы потратили два часа, вертлявые оказались твари, всё башку свою отворачивать пытались. В процессе от Сазонова я узнал, что «крикун» имеет шестой класс опасности. Для меня это просто подарок какой-то, точно должны пригодиться.

– На разделку тратим минимальное время, мясо с костей не обдираем, так упаковываем. Все меня услышали? – прозвучал голос Сазонова.

Это Фатей раздаёт команды, как только мы укокошили последнего «крикуна». Я тоже включился в работу. Надо будет покопаться в книгах, что получил от Бриз, наверняка там есть занятные рецепты с использованием таких редких тварей. Как не спешили, но до темноты не успели управиться. В нашу тару все трофеи не входили, пришлось использовать наши рюкзаки, которые тоже имели теневой карман, только объём меньше. Заночевали под куполом, в том числе Лин и Бриз. На рассвете следующего дня выдвинулись в путь. К обеду добрались до развалин крепости Мраково, там приготовили обед из мяса «крикунов». Ну что сказать? Вне сомнений мясо очень нежное и вкусное, я бы сравнил его с мясом крупных рыб, что-то вроде мяса тунца, насколько полезное судить не берусь, так как не знаю. Дальнейший путь до стены прошёл без охоты и приключений, если не считать то, что мелких тварей мы всё же били, печень съедал мой питомец, как и жемчужины. Хотя несколько десятков я у него отобрал, мне самому они нужны для экспериментов и прокачки дара. «Хан» всё сожрёт, сколько не давай. За пару километров до стены границы мы расстались с дроу. Егеря так и не спрашивают меня, откуда такие знакомые. Статус наследника рода играет свою роль, вассалы не лезут к тебе со своими расспросами. В крепости на нас смотрели как на приведения. Оно и понятно, прошёл Прилив, в котором редко выживают, если оказались вне крепости. Здесь, в крепости Кумертау, мы задержались на три дня, дожидались почтового дирижабля, на нём вылетели в Оренбург. Уже находясь в дирижабле, я понял, что устал совершенно конкретно. А ещё порадовался, что мой дар «сила духа» чуть-чуть подрос. Скоро будем в Уральске, там и отдохнём как следует.

Июнь 2002 год. Евразийская империя. Николай Соколов. Эпизоды.

Глава рода Соколовых, Николай Петрович, развил бурную деятельность. Испытания беспилотников показали себя наилучшим образом. Да что там говорить? Новый вид вооружения, которые быстро поменяет расклады в ведении войны. Николай Петрович ещё раз посетил инженерную школу в Москве, потом съездил в Новгород, где договорился с ректорами школ о выборе наиболее успешных студентов в обучении. В Москве правда получилось не так, как хотел старший Соколов, ректор пообещал подумать над данным предложением. Скорей всего постарается выжать из Соколовых какую-либо финансовую помощь. А вот в Новгороде не отказали, хотя о деньгах тоже намекнули. Николай Петрович, собственно, не возражает, деньги есть, дела рода поправились и постоянно двигаются в гору. Выбрал в Новгороде пятерых выпускников этого года, для Юматова будут отличными помощниками. Глава рода Соколовых радовался, что внук обладает интуицией при выборе нужных людей. Илья Юматов оказался самым настоящим самородком по инженерной части, особенно в направлении электронных технологий. Надо было расширять мастерскую, а ещё лучше начать строительство фабрики. Сделать партию беспилотников для войсковых испытаний, где будет наглядно видно, как поражают электронные аппараты войсковые соединения противника. Пока крутился весь в заботах и хлопотах, не заметил, как подошёл конец мая. В эти дни Николая Петровича вызвали в Кремль. В имперской канцелярии не пояснили причину, но велели быть при парадном мундире. Старший Соколов надеялся, что наградят землями, ведь ругать его не за что. Но то, что произошло далее, превысило все его ожидания. Принял император Николая Соколова в малом тронном зале. Не было никакой особой помпезности5, охрана у дверей в малый тронный зал, а в самом зале император, его вечный спутник шут Дурин и глава имперской канцелярии барон Эрик фон Краак. Николай Петрович немного удивился такому малому количеству, но ничего не сказал. Войдя в малый тронный зал, остановился в трёх метрах от императора, который восседал на троне. Глава канцелярии зачитал указ, который гласил о том, что барон Соколов за достижения в пользу империи награждается потомственным титулом князя Евразийской империи.

– Надеюсь вы, князь, и далее будете служить империи и трону так же с честью, как это делали всегда, – произнёс Адольф Первый.

Император встал с трона подошёл к Соколову и вручил ему свидетельство на титул князя, при этом крепко пожал руку. Адольф вернулся к трону, сел на него и кивнул барону фон Краак, чтобы тот продолжил. Глава канцелярии начал перечислять какие земли попадают в собственность рода Соколовых, а именно деревни в Калужской губернии, лес в Тульской губернии, деревни в Тульской губернии, а главное завод по производству электроники в городе Алексин, Тульская губерния. Завод был действительно своевременным подарком, останется только провести модернизацию и установить нужное оборудование. Коллектив завода автоматически попадает под руководство рода Соколовых, предстоит принимать клятву от тех сотрудников, которые останутся на заводе. Что интересно добавлен лесной массив, что расположен по соседству с лесом на юго-востоке Калужской губернии, а именно большая территория леса в Тульской губернии. Николай Петрович прекрасно знал кому ранее принадлежал этот лес, роду Медведевых. Того самого графа, которого по судебному решению лишили графского титула. Соколов даже не пытался сейчас запоминать названия деревень, которые попадают под юрисдикцию княжества. Когда глава канцелярии закончил читать списки пожалованных земель императором, Николай Петрович сделал полупоклон, выражая благодарность своему монарху, и заверил Адольфа Первого, что он приложит все усилия к тому, чтобы его род не посрамил честь княжеского достоинства. Император встал с трона, давая понять, что процедура награждения закончена.

Покинув территорию кремля, старший Соколов прямо из машины связался с главным юристом рода Виктором Юрьевичем Яровским.

– «Виктор Юрьевич, для тебя образовалось много работы. Ты сейчас, где, в Калуге или в Москве?» – спросил глава Рода Соколовых

– «В Москве, Николай Петрович. Сейчас в своём офисе, уже несколько дней оформляю в имперской канцелярии контракты по восстановлению конечностей инвалидам, которые будут введены в строй по службе. Что-то случилось, требуется моё участие?» – забеспокоился юрист.

– «Сейчас заеду к тебе. Меня наградили княжеским титулом, с правом наследования для моих потомков. В том числе пожалованы земли и прочая недвижимость, много недвижимости. Тебе придётся переделывать массу документов, чтобы привести все наши дела в надлежащий вид, так что готовься потрудиться, Виктор», – сообщил важную новость в этот день Соколов.

После разговора с юристом, Николай Петрович пробовал дозвониться до внука, но связи не было. Позже глава рода Соколовых делал несколько попыток связаться с внуком, но безуспешно. Тогда он набрал окружной госпиталь в Уральске, где ему сообщили, что Егор Соколов вышел в рейд, в качестве лекаря отряда, но пока не возвращался. О том, что внук будет первое время ходить с новыми егерями рода в сумрак Соколов знал, потому особо не проявил какого-либо беспокойства. А через десять дней внук сам позвонил. Егор сообщил, что он в Уральске и ждёт от деда команду, которая будет проводить войсковые испытания беспилотников. Николай Петрович порадовал внука, что теперь он княжич. В связи с этим следует сделать соответствующие пометки во всех документах. А с Императорской академией Николай Петрович свяжется сам. Оставалось ускориться, чтобы быстрее отправить испытателей беспилотников на границу, а сам Николай Петрович собирался заняться модернизацией завода в Алексине.

Июнь 2002 год. Город-крепость Уральск. Егор Соколов.

В город-крепость Уральск мы вернулись в первой декаде⁶ июня. Нас конечно же потеряли, тем более было известно, что из сумрака прошёл Прилив. Особенно беспокоились мои лекари, новые помощники Иван Журбин и Луиза Зенгер. Им здесь наговорили страстей о том, что егеря часто гибнут во время Прилива, запугали новичков, так как ни Иван, ни Луиза на границе ранее не бывали. Они в процессе учёбы проходили практику в больницах, да несколько раз бывали в Прорывах. В общем ничего серьёзного, чтобы узнать опасна граница или нет. А тут такое дело. Ингредиентов мы привезли достаточно, чтобы полностью организоваться по восстановлению конечностей инвалидам. Первые на очереди встанут стражники и казаки, которые смогут вернуться на службу. Государственный контракт не шутка, но и жирный плюс есть, в том, что гарантирована оплата за лечение. При этом замечу, оплата ой какая немаленькая. По сути, сам процесс несложный. Изготовление состава, из которого формируется будущая конечность. Ну без магии здесь не обойтись. Состав готовится с применением заклинания и наполнение магической энергией. У Ивана и Луизы уровни магии невысокие, всего лишь второй уровень. Главное, что этого достаточно в таком лечении. К тому же ребята активно употребляют зелье и жемчужины для прокачки своего дара, морщатся, но глотают. Ибо понимают, что это делается в первую очередь для них. Следующий этап в лечении – использование артефакта, который крепится к восстанавливаемой конечности и планомерно подаёт энергию в область лечения. Артефакт я изготавливаю сам. У моих помощников пока не хватает уровня магии, здесь требуется уровень не ниже третьего. А далее в процессе лечения остаётся только следить за пациентами, да вовремя менять артефакт с истраченным запасом энергии на свежий. Конечно же заряжать использованный артефакт для дальнейшего применения. Так что я смогу со спокойной совестью свалить на помощников процессы лечения, а сам займусь новыми разработками. Теперь ингредиентов для создания зелья, которое сможет зарождать дар, вполне достаточно. Осталось начать и закончить. Но заняться сразу интересными исследованиями у меня не получилось. Имелась в крепости очень симпатичная причина, в виде правнучки императора Моники. Эта красивая бестия, как только узнала о том, что я в крепости, сразу затащила меня к себе. И плевать ей на то, что могут потянуться слухи о наших интимных взаимоотношениях. В общем в любовный плен меня взяли на третий день, после моего возвращения в крепость. В первый же вечер мы обедали в доме, который арендовала Моника, вчетвером. Моника, я, барон Вальтер и Юрген. То, что мой друг Юрген в отряде принцессы, я обрадовался, до конца практики сможем видеться всякий раз, как только отряд быстрого реагирования будет возвращаться в крепость на отдых. Хотя отдых странный, как мне пояснили, от караулов магов никто не освобождает. Даже на отдыхе раз в трое суток они несут дежурство на стенах крепости. Познакомился с бароном Вальтером, он заместитель Моники. Но на мой взгляд он маг опытный, а Моника командир отряда только номинально, хотя я могу и ошибаться, зная характер принцессы. Из дальнейшей беседы за столом, я понял, что Вальтер скорее поставлен для того, чтобы Моника набиралась опыта в такой службе. Естественно, в беседе делились новостями о себе за последнее время.

– Расскажи, как вам удалось пережить Прилив, где он вас прихватил? – спросил Юрген.

– Заскочили в развалины крепости Побоище, запечатали там все дыры и проходы артефактами, а потом тупо ждали, когда начнётся Отлив, – коротко ответил я.

– Ну и как оно, ощущение Прилива? – тут же поспешила с вопросом Моника.

– Я лично ничего не почувствовал. Скучно было сидеть в ожидании. А спас нас мой питомец, он заранее почувствовал приближение Прилива, так что мы успели добежать до развалин, хотя на крайний случай у нас имелся артефакт «малый купол», – ответил я.

– Питомец? Что за питомец, если не секрет? – заинтересовался барон Вальтер.

У меня сложилось впечатление, что барон меня слегка ревнует к Монике. Не удивляюсь такому, у принцессы полно всяких воздыхателей, которые мечтают вступить с ней в брак. Ну и барон Вальтер, наверное, не исключение. А вопрос он задал, потому что ничего не знает о моём ханурике⁷. Пришлось барону рассказать, что на Кавказе я подобрал зверька, точнее спас его от сумеречных шакалов.

– Я слышал о таком зверьке, его ещё бывает называют «прыгуном», – сообразил барон.

– Так и есть, в пограничных территориях его так и называют, – согласился я.

– Очень редкий случай, а главное этот зверёк некая загадка для наших учёных, – удивился барон.

– Ну хватит о всяких питомцах. Егор, лучше расскажи каких монстров видел, – недовольно сменила тему Моника.

– Да практически всех, которые указаны в классификаторе. Но мы могли только наблюдать, как толпы монстров мимо нас двигаются к границе, а потом обратно. На обратном пути немного поохотились на зубров и лосей. Ну ещё огненных гиен прихватили. В общем ничего особо примечательного, обычная рутина егерей, – ответил я.

Про «крикунов» я рассказывать не стал. Надо для начала самому разобраться, что за ящерица такая. Хотя «крикун» больше тянет на динозавра по-своему размеру. Чтобы сменить тему я сам стал расспрашивать собеседников об их приключениях в патрулировании. Юрген толком не успел поучаствовать, надеется наверстать в следующих выходах в патруль. А вот Моника рассказала, как они уничтожали отряды ортаров⁸, когда те встречались им в степи. Принцесса смогла хорошо попрактиковаться в заклинании «огненный вал», которое я подарил ей перед её назначением на границу.

– Ты не поверишь, Егор. Использование заклинания на полигоне в академии и в бою, совершенно разные понятия. От запаха сгоревших врагов и лошадей меня тошнило несколько дней, жуть какая вонь, а потом свыклась, – рассказывала Моника, при этом смешно морщила носик.

Я наблюдал за рассказывающей принцессой и ловил себя на мысли, что я тоже соскучился по этой взбалмошной девчонке. Замечу, что она совсем другая наедине в постели, нежели в своём постоянном обличие. Ужин состоялся вполне неплох, после распития хорошего вина, которое принцессе поставляли сюда с почтовым дирижаблем, а также приятной беседы Юрген и барон покинули нас. А мы с Моникой остались наедине. Естественно, смогли придаться любовным и страстным утехам. Принцесса не давала мне заснуть почти до утра, вновь и вновь вовлекая меня в омут наслаждений. Утром я в госпиталь не пошёл, позвонил своим помощникам, чтобы они продолжали действовать по плану. Сам же остался у Моники. Ещё с вечера Юргену и Монике я сообщил о том, что мой дед получил княжеский титул, а сейчас я ожидаю документы, которые подтвердят мой статус наследника княжеского рода. Вот и сейчас, сразу после завтрака Моника завела об этом разговор.

– Егор, тебе обязательно надо сообщить о новом статусе княжича в комендатуру и в госпиталь. Тебя теперь должны величать «Ваше Сиятельство», а иначе может случится урон чести. Об этом нельзя забывать, таков порядок в среде аристократии, – тоном школьного учителя поучала меня принцесса.

Я наблюдал за Моникой и не спорил, просто наслаждался. А ведь она мне нравится. Когда мы с ней наедине, принцесса становится настоящей без напускного слоя высшей аристократки. Я что начинаю испытывать влюблённость? И Бриз мне нравится, правда до интима у нас пока не дошло. Принимать решение мне пока не надо, кого же из девушек я предпочту видеть своей женой. Мне только осенью исполнится семнадцать лет, о женитьбе думать пока рано. У Моники выходные, ей на смену, дежурить на стене только через два дня. Вот эти самые два дня мы практически не вылезали из постели. Прерывались только на приём пищи, ну ещё ужины с Юргеном и бароном Вальтер имели место быть. Когда Моника собралась в караул, я отправился в госпиталь. Расслабился и хватит, пора заниматься служебными делами.

Журбин и Зенгер отлично справлялись с изготовлением смеси для составления модели рук или ног. Те палаты, что выделили под операции, заполнили пациентами достаточно быстро. В данный момент на восстановлении конечностей находилось тридцать человек. Те, кто потерял кисть руки или стопу ноги, излечатся достаточно быстро. Восстановление конечностей у больных происходит планомерно, без каких-либо отклонений. Я планировал, что в середине июня выпишутся пять человек, трое из казаков, а двое из стражников. Все они получили ранения при нападении орков. Более тяжёлые случаи потребуют длительного времени. Я стал размышлять, как мне ускорить процесс восстановления конечностей у пациентов. Сам сел за изготовление состава, но использовать решил измельчённые кости «крикунов». Поступили новых пять человек без кистей рук, четверо воинов потеряли их в схватках с орками, а один был из егерей, ему откусил кисть руки монстр, сумеречный волк. Новый состав смеси я решил испробовать именно на этих пациентах. Посмотрим, получится или нет сократить время восстановления. Кроме этого, я изготовил состав зелья для восстановления дара, ну или зарождения у простолюдинов. О своём новом зелье пока никому и ничего не говорил. Сначала проведу опыт, посмотрю, что из этого получится. В середине месяца прибыли двое юношей, они выпускники инженерного училища в Новгороде, Владимир Афанасьев и Якоб Озола. Дед уже принял ребят в род, вместе с их родственниками. Илья Юматов достаточно быстро обучил этих молодых парней навыкам оператора беспилотника, теперь появилась новая профессия. Я поговорил с ребятами, они постарше меня на пару лет. Если бы дед их не выбрал, они бы могли попасть на какой-либо завод в империи по изготовлению электроники. Но шанс учувствовать в новой технологии не пропустили. Для жилья новым операторам пришлось снять комнаты в одном из домов города.

– Сейчас мы беспилотники называем по маркировке «БПЛА⁹», так решил Илья Юматов, – об этом мне сообщил Владимир Афанасьев.

– Перед нами поставлена задача провести войсковые испытания, глава рода поставил задачу в десять дней. Егор Тимофеевич, организация испытаний на вас, – добавил Якоб Озола.

Я задумался. Сейчас нет прямых нападений на крепость. На мой взгляд есть два способа для испытаний. Первый, отправить ребят в северные крепости, там они смогут испытать БПЛА на монстрах. В сопровождение с ними отправить егерей, для охраны. Второй способ, прикрепить оператора к отряду Моники, она через неделю выезжает на патрулирование, наверняка найдут в степи кочевников, на которых провести испытание не составит труда. Я озвучил свои мысли операторам.

– Мы можем разделиться, я поеду испытывать аппараты в условиях сумрака, а Якоб проведёт испытание здесь, в местных условиях, – предложил Афанасьев.

– Сколько аппаратов вы привезли с собой? – спросил я у ребят.

– Два десятка, четыре с камерами наблюдения, дальность пока что на пять километров. Но дальность зависит от батареи артефакта, которая питает движки. Шесть штук для доставки мин, которые будут сбрасываться на объекты уничтожения. А оставшийся десяток будут выполнять роль брандера¹⁰, как камикадзе¹¹, – дал объяснение Якоб.

– Так и сделаем, я приму решение в ближайшие пару дней. Мины с собой привезли, или мне здесь на месте надо изготовить? – спросил я.

– Привезли, для испытаний будет достаточно. Ещё надо бы привлечь кого-то из командования, от них потребуется отчёт на наши изделия для имперской канцелярии, тогда можно будет запускать серийное производство, – пояснил Владимир.

В этот же вечер я решил поговорить с Моникой, чтобы она поучаствовала от имени командования, никто не откажет принцессе в такой малости. Тем более она просила у меня какое-либо заклинание, что-то новенькое, чтобы ни у кого не было такого. Я нашёл несколько заклинаний в книге «Знания и опыт Великих», как раз для Моники подойдёт. Я к принцессе с ночёвкой приходил через день, на каждый день моих сил не хватает, работать и отдыхать тоже иногда надо.

Сегодня у Моники был отсыпной после суточного караула, так что к вечеру я думаю она уже выспалась. Закончив свои дела в госпитале, я отправился к принцессе.

– Сегодня мы ужинаем с тобой вдвоём, Юрген и Вальтер на сутках, – сразу сообщила Моника, как только я переступил порог её дома.

– Прекрасно, у меня к тебе есть предложение, – не стал я откладывать надолго разговор об испытаниях.

Объяснил девушке, что потребуется от неё в данном случае. Она неподдельно загорелась энтузиазмом.

– Пообещай мне, что мой отряд получит такие аппараты в числе первых. И кстати, ты не забыл о заклинаниях? – тут же напомнила Моника о своём шкурном интересе.

– Мне сейчас было обидно. Разве я мог забыть то, что обещал? – сделал я вид, будто обижаюсь.

– Я просто напомнила, не сердись, Егор, – тут же прикинулась «ангелом» девушка.

Мы оба засмеялись. В этот раз я решил подкинуть Монике два заклинания, но не знал, есть ли такие в магии у людей в империи.

– Тебе что-то говорит о применении заклинаний «огненная плеть» и «огненный туман», встречала такие? – спросил я у девушки.

– «Огненная плеть» мне известна, у нас в роду таким пользуются. А вот про «огненный туман» даже не слышала. Может что-то ещё, ты обещал два заклинания?

Как хорошо, что я подстраховался и вычитал несколько заклинаний.

– Есть ещё кое-что. Например, из магии воды, «ледяная стужа», – тут же предложил я.

О таком Моника не слышала, я написал на бумаге текст заклинаний и символы рун. Пришлось объяснить, какой эффект от таких заклинаний.

– «Ледяная стужа» заморозит и превратит в лёд всё, что находится в радиусе двести метров. Живые организмы не убьёт, так что таких противников можно брать в плен, ну или расколоть лёд, от чего они точно сдохнут. «Огненный туман» накрывает область в гектар¹². Внутри такой области создаётся высокая температура окружающей среды, обгорит всё, кроме железа. Оба заклинания энергоёмкие, применять с запасом энергии, – подробно объяснил девушке, как пользоваться заклинаниями.

– Какой уровень у заклинаний? – спросила принцесса.

– Четвёртый, но при повышении твоего уровня, площадь поражения будет увеличиваться, пользуйся, мне не жалко.

– Егор, где ты берёшь эти заклинания? – решила спросить Моника.

– Милая, ты же знаешь ответ – секрет рода, – засмеялся я.

Принцесса нисколько не обиделась. К секретам родов в этом мире относятся очень серьёзно.

– Теперь давай более подробно о том, что мне нужно сделать, чтобы твои парни провели испытания успешно, – перешла Моника на деловой тон.

– Ты когда будешь на стене в карауле?

– Послезавтра заступаю с утра, завтра у меня выходной, – ответила Моника.

– Замечательно. Послезавтра я утром подойду на твой участок стены, оператор проведёт процесс слежения с помощью беспилотника, – предложил я, принцесса согласно кивнула.

Ну а далее у нас был ужин с хорошим вином, а потом жаркая ночь в объятиях друг друга.

Июнь 2002 год Уральская граница. Операторы БПЛА. Эпизоды.

Владимир Афанасьев и Якоб Озола не только с одного училища, они с одного курса, обучались в одной группе. Оба будущих инженера мечтали попасть на работу в предприятия рода Вульф, где выпускали компьютерную технику, развивались электронные технологии. Но предложение рода Соколовых участвовать в разработках военных аппаратов понравилась больше. За время стажировки под руководством Ильи Юматова, изобретателя беспилотников, ребята ещё больше сдружились. И вот, Владимир и Якоб на границе. Здесь им предстоит провести войсковые испытания новейшего аппарата БПЛА. Наследник рода ребятам понравился, он не пытался показывать своё превосходство, вёл себя доброжелательно. Взгляд наследника изучающий, будто он пытается рассмотреть то, что не могут видеть другие. Хотя по возрасту княжич был явно моложе самих парней, но при разговоре казалось, что он старше.

– Якоб, что можешь сказать о наследнике рода, в который нас приняли? – спросил Владимир после того, как они познакомились с Егором.

– С первых минут сложно делать какие-то выводы. Но я заметил, что он хорошо тренирован. Видел, как плавно он двигается, даже через одежду заметны мышцы. Но больше всего меня поразил его взгляд, такое ощущение будто разговариваешь со взрослым и опытным человеком, а в остальном он мне понравился. По сути, он княжич из древнего рода, но не выделяет себя при разговоре с нами, ведёт беседу будто мы его друзья, – ответил Якоб.

На местожительства их определили в дом, в котором проживали два мага-лекаря, парень и девушка. Молодые люди между собой познакомились в первый же вечер, но расспрашивать лекарей о наследнике ни Якоб, ни Владимир не стали. На следующий день после первого знакомства с наследником, Егор Соколов пришёл в арендованный дом, где проживали инженеры и лекари в районе обеда. В это время Владимир и Якоб распаковывали коробки с беспилотниками, чтобы проверить комплектность аппаратов в очередной раз.

– Друзья, кто из вас лучше готов к верховой езде? – спросил Егор, как только вошёл во двор.

Владимир и Якоб сразу обратили внимание на обращение к себе. Манера разговора наследника бесспорно располагала к нему в положительном смысле. Первым на вопрос отреагировал Якоб.

– Я ещё в школе увлекался верховой ездой, крутым наследником не стал, но с лошадью управляюсь неплохо, – ответил Якоб, пока, не понимая к чему такой вопрос.

– В училище давали несколько часов верховой езды, но я не думал, что мне такое может пригодиться в жизни, ответил Владимир, тоже удивлённый вопросом наследника.

– Всё просто. Один из вас будет проводить испытания с отрядом быстрого реагирования, скорей всего придётся выехать в степь. Здесь, к сожалению, нет дорог, на которых можно было бы использовать «автомаги¹³», так что самое эффективное средство передвижения – это лошадь.

– В таком случае Якоб будет лучшей кандидатурой, чем я, – произнёс Владимир.

– Замечательно. Тогда ты, Владимир, поедешь испытывать беспилотники в сопровождении наших егерей, я тебя познакомлю со старшим егерем. Твоя задача показать, что с помощью беспилотника можно проводить разведку местности прямо со стены. Ну и проверить насколько эффективно уничтожать монстров с помощью этих замечательных «птичек». Во время испытаний обязательно следует привлекать на просмотр кого-то из командования крепости, чтобы они могли отразить своё мнение в рапорте. Глава рода мне сказал, что такие рапорты необходимо сдать в имперскую канцелярию, – приоткрыл планы дальнейших действий при испытании БПЛА наследник.

– А я поеду с отрядом быстрого реагирования? – задал вопрос Якоб.

– Для начала проведёшь показательные испытание здесь, прямо со стены крепости. Ну а потом, выедешь в составе отряда Моники Вульф в степь, – пояснил задачу испытаний для Якоба наследник.

Якобу и Владимиру дали два дня на подготовку. Нужно было привести в рабочее состояние беспилотники, запастись кристаллами, которые играют роль аккумулятора магической энергии. А вот мины для магических взрывов наследник взялся осматривать сам. Через два дня Егор Соколов отозвал Владимира и Якоба для приватного разговора. Он достал из своей сумки четыре коробочки, две были окрашены в чёрный цвет, а две имели окрас красного цвета.

– Здесь в коробках зелья, там же лежит инструкция по применению этих самых зелий. У вас возникает вопрос для чего вам это надо. Поясняю. В красной коробке зелье по укреплению вашего тела. Надеюсь, вы с физкультурой дружите?

Оба молодых инженера покивали головами, давая понять, что с физзарядкой они дружат. О следующей коробке я решил правду не говорить, пусть будет сюрпризом, если получится открыть дар ребятам.

– Хорошо. В чёрной коробке находится зелье для укрепления вашего организма в целом, принимать зелье в строго указанных дозировках. Надеюсь, вы мои слова не проигнорируете. Далее, Владимир, ты выезжаешь с егерями завтра. Фатей Сазонов на время вашей командировки для тебя отец-командир, всё, что касается поведения в условиях сумрака должно выполняться без лишних разговоров. Ты, Якоб, завтра начинаешь проводить испытания на стене крепости здесь, в городе. Далее тебя проинформирует Моника Вульф или её заместитель барон Вальтер. После окончания испытаний, вы забираете все свои вещи, отчёты и рапорты об испытаниях, отправляетесь обратно, в Москву. Если меня не будет на месте, мало ли куда я отлучусь, то вас проводит Фатей Сазонов. Вопросы ко мне? – Егор внимательно посмотрел на операторов.

Вопросов к наследнику не было. На следующий день операторы БПЛА приступили к выполнению поставленной перед ними задачи.

Старший егерь Фатей Сазонов проинструктировал своего подопечного оператора Афанасьева, как вести себя в составе отряда. Фетей принял решение лететь в город-крепость Ашкадар¹⁴, что находится южнее Уфы на сто двадцать километров. Пока летели в дирижабле, Фатей провёл предварительную беседу с Афанасьевым.

– Володя, по прилёту в Ашкадар, ты готовишь ваши аппараты для разведки, я же встречусь с комендантом крепости и постараюсь организовать комиссию наблюдения. Два три дня показываем, как можно осматривать местность в сумраке. Хотя я честно сомневаюсь в вашей затее, не обижайся на меня за такие слова, – говорил Фатей.

– Почему сомневаешься, Фатей? – удивился Владимир.

– Артефакты связи «мобила» на территории сумрака не работают, нет сигнала, – ответил егерь.

– При разработке наших аппаратов такой вопрос возникал, мы специально выезжали под купол Прорыва, чтобы понять будут наши аппараты ловить сигнал или нет. Практика показала, что проблем не возникло, видимо энергия сумрака не влияет на сигналы аппарата и блока управления, удалось найти нужную частоту передачи сигнала, – возразил Владимир и привёл аргументы своего возражения.

– Хорошо, если так, да помогут нам боги, – произнёс Фатей, но его выражение лица оставалось недоверчивым.

Владимир спорить не стал, он вспомнил, как был поражён сам, когда увидел картинку на планшете с передающего беспилотника. Нет, он и ранее видел, и знал, как работают видеокамеры наблюдения, но беспилотник двигался, передавая картинку местности в реальном времени. Оператор даже улыбнулся, заранее представляя удивление всех, кто будет присутствовать на показе возможностей аппарата. За размышлениями Владимир вспомнил о зелье, которое дал наследник рода, решив осторожно выспросить об Егоре у старшего егеря.

– Фатей, правда, что Егор Тимофеевич хороший лекарь? – спросил Владимир.

– Говорят, что очень хороший. Он ещё молодой, а уже четвёртый уровень дара. Вот сам и решай, хороший лекарь наследник или плохой? К тому же придумал способ, как отращивать конечности инвалидам, а такого в империи никто не делает, – степенно ответил командир отряда егерей.

– Он мне дал зелье, которое улучшает тело, точнее укрепляет. А я сомневаюсь пить это зелье или нет, потому и спрашиваю, – объяснил причину своих вопросов Владимир.

– Нам тоже такое зелье дал Егор Тимофеевич, мы принимаем дозами, как он нам расписал, пока никто не умер, эффект не сразу произойдёт, – ответил Сазонов.

Владимир больше расспрашивать о зелье не стал, решил, что раз наследник велел, значит надо принимать эту микстуру. По прибытию в крепость Фатей Сазонов отправился к коменданту, решать вопрос, кто будет присутствовать на показе. Остальные егеря занялись устройством на жительство, сняли номера в местной таверне. Владимир же занялся сборкой аппарата, который завтра будет показывать возможности беспилотников в разведке. Сазонов вернулся через час.

– Завтра будем демонстрировать показ, так что будь готов, Владимир, – заявил Сазонов.

На следующий день в десять часов утра собрались на восточной стене крепости Ашкадар. Здесь же присутствовал комендант крепости барон Ахматов Михаил Васильевич, четверо магов, несколько сержантов от стражи, ну и егеря рода Соколовых. Владимир запустил беспилотник и начал управлять полётом через блок управления. Видеокамера беспилотника транслировала картинку на планшет. Все, кто сейчас присутствовал на стене были поражены картинке в реальном времени, которая отражалась на планшете. Чтобы усилить впечатление, Владимир несколько раз направил беспилотник прямо над ними. Наблюдатели имели возможность увидеть сами себя. Послышались восклицания восторга, а кто-то из сержантов выругался матом, не сдержавшись от нахлынувшего впечатления и удивления.

– Как далеко можно вашим аппаратом залететь вглубь территории, сколько времени он продержится в воздухе, – задал совершенно профессиональные вопросы комендант крепости.

– Конкретно эта модель – БПЛА(Р), что значит беспилотный летающий аппарат-разведчик. Он рассчитан на удаление в пять километров от блока управления, в воздухе может находится в течении четырёх часов. Сейчас конструктором ведётся разработка, чтобы увеличить отдаление от блока управления и время нахождения в полёте, – ответил Владимир коменданту барону Ахматову.

– Впечатляет, значит такие аппараты будут выпускать на фабрике Соколовых? А есть функции боевого применения, в смысле уничтожения противника? – спросил барон Михаил Васильевич Ахматов.

– После обеда я подготовлю другие аппараты и магические мины, завтра сможем провести демонстрацию, но нужны объекты, которые можно атаковать, – пояснил Владимир.

– Здесь в паре километров от стены есть старый заброшенный сарай, можно на нём попробовать. А вот монстров требуется караулить. Недавно был Прилив, здесь тварей хватало, в том числе они пробовали преодолеть стену, но мы отбились, – сообщил комендант.

– Вы сможете дать нам наблюдателей, чтобы мы зашли вглубь сумрака. Надо не только опробовать боевую часть на монстрах, но и понять, будет работать сигнал в условиях более глубокого сумрака, – выдвинул предложение оператор Афанасьев.

– Думаю проблем в этом не будет. Продемонстрируйте завтра, как работает боевая часть на сарае, а на следующий день я дам вам двух магов и моего заместителя, они потом подпишутся в рапорте о результатах ваших испытаний, – произнёс комендант Ахматов.

На следующий день провели испытания боевой части беспилотника, решив взорвать сарай. Барон Ахматов отправил группу наблюдателей ближе к сараю, чтобы они могли оценить мощность разрушения от взрыва вблизи. Действительность превзошла все ожидания у комиссии наблюдателей. От взрыва магической мины обломки сарая разлетелись на пятьдесят метров в радиусе от эпицентра взрыва. Были впечатлены все, в том числе егеря рода Соколовых. А на третий день в сумрак вышла группа в двадцать человек, пятнадцать егерей от рода Соколовых, четыре представителя крепости и сам Владимир. На испытания потратили два дня. Беспилотники успешно уничтожали монстров любого класса опасности. Недовольным были только егеря, о чём на привале Сазонов сообщил Афанасьеву.

– Только для убийства ваши «птички», после того как ты взорвал двух лосей, мы два часа собирали куски туши по лесополосе, ядро только одно нашли, а всё остальное негодно, разве что кости можно собрать. Нет, для охоты такое не годится, – расстроено произнёс Фатей.

– Вернусь в мастерские, поговорю с нашим конструктором, передам ему пожелание от егерей, может он и для вас что-то придумает, хотя здесь больше артефакторы нужны. Вернёмся в Уральск, надо будет поговорить с Егором Тимофеевичем на эту тему, – сделал вывод Владимир.

Вернувшись в крепость, команда егерей и оператор через пять дней вылетели в обратный путь, как только появился ближайший рейс почтового дирижабля.

Конец июня. Крепость Уральск. Егор Соколов.

Зелья для пробуждения дара я всё же сварил. Но из-за своей паранойи никому об этом говорить не спешил. Решил опробовать на наших егерях отряда Сазонова и на операторах БПЛА. Ничего им естественно не сказал, просто раздал микстуры, дал инструкции по применению. Сказал, что для укрепления тела. Хотя для укрепления тела тоже дал зелий, так члены нашего рода морщатся, но стоически принимают внутрь себя микстуры. Вот удивятся, если зелье на зарождение дара сработает. Но есть вероятность, что ничего не получится. В прошлой моей жизни маг Фридрих, который таким зельем сделал меня магом-универсалом, говорил, что не на всех людей действует. Вообще-то Фридрих много чего тогда говорил, но я, к сожалению, не всё запомнил из его слов. Ведь я тогда был в восторге от свершившегося факта со мной. Посмотрим, как получится здесь, как минимум я надеюсь на положительный результат. Команда Сазонова и оператор Владимир Афанасьев улетели испытывать БПЛА в условиях сумрака, точно не знаю в какой крепости остановятся, приедут доложат. Здесь же над показом работает оператор Якоб Озола. Хорошо этих парней обучил Илья Юматов, дед звонил мне, сказал, что Юматова поставил на должность главного конструктора будущей фабрики. Эту самую фабрику скоро запустят, проводят модернизацию завода электроники в городе Алексин, Тульской губернии. Но вернусь к испытаниям. Я ведь сам тоже не видел, как работает беспилотник. Нет, вру, видел один раз, когда впервые повстречал Юматова. Правда тогда там не было видеокамер и всяких приблуд¹⁵, вроде магических мин. Испытание проводили на стене крепости собралось прилично народу. Комендант граф Самуил Карлович Грейг тоже на просмотре присутствовал. Естественно, были Моника, барон Вальтер, Юрген и с десяток разных магов со способностями боевой магии. Якоб красиво провёл демонстрацию БПЛА, в качестве разведчика. Да что там, красиво? Профессионально и технично. Впечатлил всех, даже я был приятно удивлён, хотя знал, чего ожидать. В этот же день применили БПЛА с креплением магических мин. Якоб направил на несколько строений, за рекой. Стоял там какой-то брошенный дом с сараями. Сбросил мину, которую я сам лично собирал на максимальное воздействие разрушающего взрыва. Бабахнуло так, что мы все присели на стене. Я явно переборщил с символами на мине, да ещё потратил достаточно ёмкий кристалл. Обломки от дома и сараев долетели до стены. Несколько минут наблюдатели стояли, разинув рты. Как ни странно, выругался интеллигентный Юрген, хотя я за ним сквернословия не замечал.

– Кхм, занятная штучка, я вам доложу, – выразил свою мысль комендант граф Грейг.

– Ну а дальше, что, какие испытания впереди? – спросила Моника.

– Надо бы опробовать на живой силе противника, только противника рядом нет, – скромно произнёс Якоб.

– Пора нам выехать в рейд, в степи или в лесостепи наверняка найдём кого-то из кочевников, на них и опробуем, – решительно заявила Моника.

– Не раньше, чем через неделю, смените казаков, там и проводите испытания, – заявил комендант тоном, не терпящим возражений.

Так бы и случилось, но Моника не имела бы репутацию девочки, которая всегда добивается того, чтобы всё делалось по её капризам. В общем принцесса два дня ходила за комендантом. Не знаю ныла она, может просила, то нам не известно. Но на третий день отряд Моники выехал за ворота крепости, Якоб отправился с ними. Моя любовница, накануне ночью пообещала мне, что как только проведут испытания, она вернётся поближе к Уральску и доставит мне Якоба в целости и сохранности.

После выхода батальона быстрого реагирования на патрулирование, я обнаружил, что у меня появилось свободное время. Сразу вспомнил, что я собирался провести учебные бои с орками. Жуть как интересно смогу я справится с ними или нет. Договорённость с главным лекарем госпиталя Энгельман у меня уже ималась. Так что я направился прямиком к братьям оркам. Жили они в небольшом здании при госпитале. Меня орки уже видели, да и наверняка что-то обо мне знали. Я без стеснений направился к ним. Днём оба брата были в своём домике. Я вошёл и поздоровался, на их вопросительный взгляд, объяснил, что мне от них требуется, а также сообщил, что разрешение от Энгельмана имеется.

– А если мы тебя зашибём? Жалко будет хорошего лекаря, про тебя говорят, что ты хороший лекарь, – заявил младший брат из орков Балвег, тот, что со шрамом на его морде.

– Я же предлагаю учебный бой, а не бой на смерть? – парировал я.

– Дак мы тебя можем и в учебном бою зашибить, очень даже возможно, – высказался старший брат Бордог.

Я видел, что орки не горят желанием вступать со мной в учебный поединок. Смотрят на меня так, будто я дурачок, сказанул какую-то глупость. А мне надо их как-то уговорить, ну или спровоцировать.

– Я так и знал, что вы боитесь, – решил я испробовать надавить на их самолюбие.

– Точно, боимся, что зашибём тебя, а наш хозяин расстроится, – ответил спокойно Бордог.

– Зашибёте? Да вы же неповоротливые, словно увальни¹⁶, даже не знаю с кем сравнить. Пока вы поворачиваетесь, я успею пару пинков вам под зад выписать. Потому что я быстрый и ловкий, будь это в бою, я бы вам яйца срезал, пока вы своей толстой задницей ворочаете, – я решил немного применить грубости.

Честно сказать, я несколько раз скрытно наблюдал за тренировками орков. Бойцы они мощные, а главное быстрые. От такого шустрика если прилетит, то можно спокойно заказывать панихиду¹⁷. Тем не менее своими словами я всё же задел орков. Они оба ухмыльнулись.

– Балвег, поиграй с ним, только возьми палку, чтобы не убить эту блоху, – велел старший брат своему младшему брату.

Балвег сморщился, выражая свою неохоту, но перечить старшему брату не стал. Это гигант, Балвег был чуть меньше брата, подошёл к забору и выбрал там палку. В его понимании это мелкая палочка, а вот в моём – самая настоящая дубина. Поединок решили провести прямо возле домика, где жили орки. Я из солидарности с орками тоже мечи доставать не стал. Снял куртку, подошёл к забору и выбрал две палки, размерами примерно с мои мечи. Ну что же пора опробовать свои способности быстрого движения тела. К этому времени я уже научился достаточно быстро разгонять свою способность ускоряться. Мы встали друг напротив друга, Болдог жестом руки показал, чтобы я нападал. Ну что же, он сам напросился. Я резко ускорился и постарался нанести один колющий, второй рубящий удары. Однако Болдог меня удивил, он сместился очень быстро, может чуть медленней чем я. А дальше началась атака в мою сторону. Болдог мгновенно делал выпады, рубил, двигался. Всё, на что меня любимого хватало, только уворачиваться от его атак. Как ураган, ну или как два урагана, мы двигались пару минут. Я совсем не заметил, чтобы Болдог начал уставать. И вот в одной своей атаке он показал, что нанесёт выпад своей палкой, я моментально среагировал, начиная уклоняться. Но Болдог перекинул палку в другую руку, а свободной встретил меня кулаком в голову. Получилось красиво. Бац! В мой голове загорелись лампочки или звёздочки. Я пролетел от удара метра четыре, кувыркаясь, как колобок. Встать сразу не получилось, перед глазами всё поплыло. Вашу маму, у меня реальное сотрясение мозга. Я кое-как сел прямо в пыли, использовал заклинание на малое лечение головы. Немного полегчало, я смог сфокусировать свой взгляд на младшем орке.

– Болдог, я же велел тебе осторожно, – рассердился старший брат.

– Да я тихонечко, вполсилы, – начал оправдываться Болдог.

– Пожалуй на сегодня хватит тренировок, под зад я вам в другой раз на пинаю, – произнёс я, вставая как старый дед.

Моя последняя фраза вызвала смех у орков. Смеялись они гулко и со вкусом, минуты три остановиться не могли. Но потом они пригласили меня в дом, где начали угощать бараньим шашлыком, а я подумал, что мог бы с ними подружиться. А ещё я чётко понял, что в реальном бою Болдог меня бы убил, пусть не сразу, но точно пришиб бы, как блоху. И насколько я понял, старший брат скорей всего более опытный воин нежели младший братик. Шашлык оказался вкусный, а потом мы пили брагу, которую орки варят сами. Я не опьянел, хотя мог бы, забористая бражка у братьев. Но я лекарь, простенькое заклинание и хмель из головы вышел. Вечером мне пришлось ещё пару раз применять лёгкое лечение головы, чтобы избавиться от сотрясения мозга. Запуская заклинание, я сделал вывод, что в рукопашной схватке с орками чистой крови лучше не встречаться, чревато для собственного здоровья. Силища у орков действительно огромная, а главное имеется скорость движений. Не помешает свойство зелья по улучшению скорости тела сделать эффективней. Для этого придётся немного, скорее конкретно поэкспериментировать с разными ингредиентами и добавками в зелье. На следующий день меня вызвал наш мастер-лекарь Энгельман в свой кабинет.

– Егор Тимофеевич, у меня просьба поработать тебе на выезде. Завтра надо съездить в станицу Кушум, провести лечение местных казаков и их семей. А оттуда проехать в станицу Самал, там подозрение на массовое отравление. Я поговорил с комендантом он даст пару десятков конных стражников в сопровождение, – мастер-лекарь ждал моей реакции на его просьбу.

– Разве с этим не могут справиться ваши лекари из госпиталя? – спросил я.

– Ты это сделаешь быстрее, ну и тебе нужно нарабатывать опыт лекаря, – аргументировал Энгельман.

А почему бы и нет? Я согласился. Чтобы Бриз не таскалась за мной, в приказном тоне велел ей заниматься прокачкой дара и зарядкой артефактов и кристаллов. Оказывается действует. Нет, она пыталась сопротивляться, но я настоял на своём, заявив ей.

– Не будешь меня слушаться, прогоню тебя и плевать мне, как ты собираешься выполнять свой долг жизни или обет.

Весь вечер Бриз ворчала, но послушалась. В этот вечер я кое-что узнал о «теневой пустоте»¹⁸ от своего питомца «Хана». Правда мой зверёк объяснял немного коряво, тем не менее я составил некоторое представление об этом. То есть существует некая пограничная зона между миром живых и миром мёртвых. Там и тусуется «Хан», так как имеет к этому способности, а ещё в «теневой пустоте» живут духи. Чтобы управлять духами, мне следует развить свой дар «сила духа». В очередной раз убеждаюсь, что мне нужны знания в этом направлении, но где их взять пока не представляю. Записок с книги, что добыла Бриз становится маловато. На следующий день я выехал в сопровождении двух десятков конных стражников в станицу Кушум.

Глава 2.

Интерлюдия. Южнее крепости Уральск. Купец Мусса.

Мусса Адиба потомственный купец, его отец был купцом, как дед и прадед. По своей натуре Мусса был изворотливым и хитрым, что не раз помогало ему выкрутиться из щекотливых или опасных ситуаций. Служба у хана Углака хитрому ортарину досталась от отца. Ещё его отец собирал информацию о людях и докладывал хану, за что их семья имела пожизненную гарантию безопасности от разорения орками семейной собственности. Среди семейных реликвий имелась серебряная пайцза¹, которая действовала как пропуск даже в земли олголов. Хотя самому Муссе предъявлять пайцзу не было надобности, его знали не только орки, но и ортары и орголы. Пока хан Углак в силе, Муссу никто не посмеет обидеть. Ещё отец Муссы выяснил, что наиболее выгодная торговля именно с людьми. Здесь можно продавать не только овец, но и органы монстров, которые можно скупать у эльфов или тех же орков. Скупил за одну цену, а продал по тройной цене. Разве незаманчивая прибыль? От хана Углака Мусса получил задание выяснить возможность похищения лекаря у людей. Парень молодой, мальчишка совсем, но считается сильным целителем. К тому же обладает знаниями, как отращивать конечности у инвалидов. Занимаясь своими шпионскими делами, Мусса давно обзавёлся надёжными помощниками. Кое-кого выкупил из долговой ямы, кому-то ссудил в голодный год зерна, но такое проходит среди ортар или орголов. А вот у людей всё по-другому. Но есть способ – это вовремя заплатить. Много среди людей тех, кто за золотые монеты будет делиться информацией, а другого Мусса и не просит. Собрав подробные сведения о лекаре Егоре Соколове, Мусса понял, что мальчишка из древнего аристократического рода. Эх за такого бы выкуп попросить, можно до конца жизни озолотиться. Но у хана Углака свои планы, а против его воли Мусса не рискнёт пойти. Так что надо сделать то, что поручили. Из крепости выкрасть лекаря практически невыполнимо. Но Мусса узнал, что молодой Соколов время от времени выезжает на охоту в сумрак, вот там и можно провести захват. Даже пятнадцать егерей не станут большой помехой. Когда Мусса ездил в орду и получил такое задание, Углак-хан вызвал своего внука Орбал-хана. Мусса должен был именно молодому урак-хай передать сведения, где можно будет произвести захват нужного человека.

– Мои воины будут ждать от тебя вестей в заброшенном посёлке Кемер, отправишь своего человека туда, как только у тебя всё будет готово. Старшим у них Абузар, он всё устроит. Но смотри Мусса подведёшь меня, что вызовет недовольство деда, я тебя в масле сварю и отдам на съедение своему скакуну, – пригрозил молодой Орбал-хан.

Мусса знал, что если он провалит дело, то за него не заступится Углак-хан, просто найдут другого купца, который займёт его место.

Шло время, а подгадать с похищением никак не получалось. К тому же следовало устроить всё так, чтобы Муссу не заподозрили в причастности. Комендант крепости решительный командир, за причастность к похищению мага Муссу просто вывесят на стене, исключительно за шею. Муссу даже передёрнуло от таких мыслей. Однако удача улыбнулась ортарскому купцу. Буквально вчера он узнал от одного служителя госпиталя, что лекарю Соколову дали задание выезжать в станицы, для лечения местных казаков и их семей. Охрана небольшая всего-то два десятка конных стражников. Правда неподалёку патрулирует границу отряд Моники Вульф, но если делать всё аккуратно и скрытно, то вполне может получится выполнить похищение. Мусса отправил своего человека к сотнику Абузару с сообщением, что в ближайшие дни лекарь выедет в сторону станицы Кушум, а потом двинется к станице Самал. Но брать лекаря лучше возле Кушума, пока его не встретил отряд быстрого реагирования. Когда посыльный вернулся и рассказал Муссе, что всё передал Абузару, в том числе то, что у лекаря есть питомец, которого правда никто не видел. Но слухи в госпитале ходят, что питомец этот никто иной, как «прыгун». Зверёк маленький, но всё равно опасный. После доклада своего человека, Мусса расслабился, он свою часть поручения выполнил, а если кто-то не сможет пленить лекаря, то это будут их проблемы. Довольный такой мыслью Мусса отправился в бордель, сегодня он расслабится в объятиях крестьянской девки.

Июнь-июль 2002 год. Приграничная лесостепь. Егор Соколов.

До станицы Кушум я добрался, в сопровождении двух десятков конных стражников, всего лишь за полдня. По степи километров пятьдесят примерно, так что, выехав утром в обед мы почти были на месте. Как нам сказали на границе сейчас спокойно, наши патрули отгоняют мелкие отряды кочевников. Особо нападения я не опасался. По этой причине единственный раз нарушил свои правила, не взял с собой свой рюкзак, где у меня хранятся всякие нужные вещи, рассчитанные на все случаи жизни. Единственное, что с собой взял это короткие мечи. У моего лука разрядились кристаллы, обнаружил я это только утром. Оставил лук Бриз, с просьбой зарядить кристаллы. Сам же взял неплохой лук в арсенале крепости. Да и вообще, в это утро и накануне у меня буквально всё не ладилось. Поселилось какое-то непонятное беспокойство, а в чём дело, я разобраться не могу. Вот и дёргаюсь. В поездку со мной отправился «Хан». Хотя о чём это я? Он постоянно со мной или где-то рядом. Когда ехали по степи я предложил «Хану» поохотиться, вдруг какая крыса забралась в эти места, река-то рядом. Может и не монстр, но печень-то есть и у водяных крыс. «Хан» довольно пискнул и растворился в прыжке. Честно сказать, я уже не скрываю от людей, что у меня есть питомец, информация просочилась в народ. Хотя мой зверёк незнакомым людям на глаза не показывается. Когда мы проезжали лесополосу, что тянулась километров на десять, я вновь почувствовал уколы беспокойства. Это что? Моя интуиция меня о чём-то предупреждает? Я повернулся к десятнику стражников, который ехал рядом со мной, задав ему вопрос.

– Мирон, здесь места спокойные? Что-то мне неспокойно на душе, будто беду какую чувствую. Здесь бывают нападения кочевников?

– Откуда, Егор Тимофеевич. Разве что на саму станицу Кушум нападут, но тогда они от реки пойдут, мы сразу заметим что-нибудь, что укажет на набег, – ответил десятник.

– Разве кочевники не устраивают засады, например на проезжающих купцов или путников?

– Ортарам нет смысла сидеть в засаде, вдруг кто-то случайно заметит. Нет, у них тактика быстро напасть, пограбить и удрать в степь, – постарался успокоить меня Мирон.

Я знал этого десятника, он у меня лечил свою простуду, тогда в госпитале и познакомились. Я огляделся вокруг, слева от меня лесополоса, за ней в нескольких километрах река Урал, справа холмы. При желании здесь вполне можно устроить засаду. Нет, что-то здесь не так. Моя паранойя никогда меня не подводила, если я прислушивался к своим чувствам. Я попробовал сменить тему в разговоре с десятником.

– Мирон, ты ведь давно на границе?

– Родился здесь в одной из станиц, так что можно сказать, всю жизнь я на границе, – Мирон даже заулыбался от моего вопроса.

– Скажи, почему орки не используют магию? – сам не знаю почему мне такой вопрос на ум пришёл.

– Не то, чтобы не используют. Шаманы у них колдуют, но колдовство связано с духами. Та же магия, только в другом формате. А вот ту магию, что пользуют люди, эльфы и ещё некоторые народы, они всё же используют. Могут ставить ловушки на магических минах, а мины покупают у эльфов. Наши им такие артефакты не продают, запрет императора под страхом смертной казни, – ответил десятник стражников.

Вот оно! Именно ловушки и мины меня беспокоили. Не успел я об этом подумать, как раздался звук «бам-м-м». Где-то на задворках моего сознания пролетела мысль, что так звучит взрыв воздушной мины. Но в это же мгновение меня вместе с лошадью подбросило вверх. Мелькнула вторая мысль, а ведь я активировал свой амулет «шит». Однако удар воздушной волны был настолько силён, что меня закрутило в воздухе, перед глазами всё поплыло и мир вокруг начал окрашиваться в красный цвет. Последнее, что я услышал звуки «ш-ш-ш-их», кто-то стреляет из лука подумалось мне, так как сам стрелок из лука, я прекрасно знал звук летящей стрелы. А далее очень похоже, что я потерял сознание…

Мой мозг начал работать, появились мысли в голове. Что произошло? Кажется, я подорвался на магической мине, при чём очень мощной. А это говорит о том, что мину готовил очень сильный маг. Смог бы я собрать такой артефакт сам? Даже не знаю. Стоп! Меня что, в очередной раз грохнули²? Вот же засада, я только начал раскручиваться, как лекарь, имеющий все шансы стать целителем. И что теперь? Снова реинкарнация? Но пока я ловил короткие мысли в моей голове, начал появляться слух. Я слышал какие-то звуки. Что за звуки? Вроде кто-то разговаривает, правда слышимость такая, будто я в трубе и звуки имеют некоторую приглушённость.

– Мне кажется мы чуть-чуть переборщили с зарядом, надо было ставить тот, что даст меньший эффект, – произнёс один голос, принадлежащий явно мужчине.

Стоп! А ведь этот голос говорит на орочьем языке. Так и есть, язык орков. Хорошо, что Бриз учила меня языку кочевников, вот и пригодилось.

– Сам понимаешь, с «ушастыми³» не так просто договариваться. Уже хорошо, что нам вообще взрывные артефакты продают, – пояснил второй голос.

– Не совсем продают, а обменивают на пленных. Хотя сейчас это неважно, доставай ошейник и цепляй ему на шею, пока он не очнулся, – произнёс первый голос.

– Он же лекарь, а не боевой маг, чего нам его бояться? – удивился второй голос.

– Напомню об «ушастых», именно лекари у них колдуют, как некроманты, – пояснил первый.

Ага, говорят о лекарях и магах. Может я ещё не покинул мир, в котором живу, как Егор Соколов? Я почувствовал, как кто-то дотрагивается до моей шеи, прозвучал щелчок, будто застегнули замок или застёжку.

– Порядок, ошейник активирован. Что дальше, раненых добиваем? – спросил второй говоривший.

– Сдурел? У нас лекарь в ошейнике, на привале заставим его полечить тех, кто не сдохнет до привала. Да, здесь возле лекаря поставьте охрану, собираем трофеи, грузим на лошадей и уходим, надо поторопиться, из станицы могут появиться казаки, – распорядился первый голос.

Я услышал удаляющиеся звуки шагов. Похоже не ошибаюсь, мне в этот раз повезло выжить. Сознание постепенно возвращалось. Стало проявляться зрение, я поморгал глазами, вижу будто в тумане. Попробовал сесть на задницу. Пока принял сидячее положение, кряхтел, как старый дед. Итак, что мы имеем? Рядом со мной взорвалась магическая мина, имеющая очень мощный заряд воздушной магии. Я жив. Наверняка благодаря тому, что на мне активирован амулет защиты. Я тут же прикоснулся рукой к груди, нащупывая амулет «щит», как только к нему прикоснулся амулет рассыпался словно песок. Понятно, при сильном срабатывании защиты случается такое, что амулет разрушается. Жалко, ведь это подарок от Робера. Я осмотрелся по сторонам. Зрение вроде улучшается. Неслабо так меня тряхнуло. Я сижу рядом с половинкой лошади. Значит мою коняшку разорвало пополам. Недалеко от меня валяются кишки и фрагменты лошади. Ага, вот вижу голову десятника Мирона, его похоже порвало на мелкие части тела. Вполне возможно, если у него не было амулета защиты. Повернув голову дальше, я увидел, что в трёх метрах от меня стоит… Это кто такие? Кочевники? Размеры стоящего рядом, по всей видимости, охранника не больше человека. Ну или около того. Рожа правда мерзкая, почти как у орка, только глаза раскосые, да ещё цвет кожи жёлто-коричневый. Так выглядят ортары или олголы⁴? Я ни тех, ни других пока не встречал. Хотя нет, ошибаюсь. На базаре в Уральске видел торговцев, они точно из народа ортар и цвет кожи у них жёлто-коричневый. Я вполне могу предположить, что на нас напали ортары. Более внимательно рассматриваю кочевника, что поставлен меня охранять. На голове шапка из кожи, к шапке привязан хвост какого-то животного, то ли лисий, то ли волчий, пока не разберу. Рубаха и штаны из кожи, а сверху одет халат. Как же он называется, я же слышал на базаре? Вспомнил. Халат называют «дээл». Название я случайно услышал в толпе на базаре, но запомнил. Халат подпоясан поясом, какого-то ядовито-оранжевого цвета. На ногах сапоги, на груди висят несколько амулетов. Что за амулеты пока не знаю. Сбоку сабля, за спиной виден лук и колчан со стрелами. Ортарин смотрит на меня, но время от времени отвлекается на то, как его приятели собирают трофеи. Я перевёл взгляд дальше. Раненых и живых казаков уже связали, обдирают с них одежду, оружие видимо уже собрали. Часть ортар отлавливают наших лошадей, которые разбежались в степи. Зрение улучшилось, туман в глазах пропал. А вот и командир этих кочевников, отличается от всех остальных. Одет дорого-богато, халат явно из дорогой ткани, ножны сабли украшены кристаллами, вон как блестят на солнце. К тому же машет руками и распоряжается своими бойцами. Что говорит я отсюда не слышу. Пора и себя осмотреть, пока есть время. От поясной сумки меня освободили, как и от оружия. Хорошо, что я забыл рюкзак дома, а то бы и он достался кочевникам. Попробовал осмотреть себя внутренним зрением. С первых двух попыток не получилось, но третья попытка дала результат. Я цел, никоих ранений нет, кроме сотрясения мозга. А вот жемчужины одарённости мне не понравились, их будто обволокло туманной плёнкой, ну или чем-то матовым покрылись. Я забеспокоился, но сразу вспомнил, что на меня одели ошейник. Потрогал его рукой, вроде кожаный, но с кристаллами. Я даже выдохнул с облегчением от того, что понял вид моих жемчужин невзрачный от действия ошейника, который имеет антимагическое действие. Ортары закончили со сбором трофеев, казаков связали надёжно. Сейчас к ним подводят лошадей и укладывают поперёк седла по два человека на лошадь. Стражников осталось пятнадцать бойцов, значит пятеро погибли. Вскоре и до меня дошла очередь. Мне спутали руки и ноги, связали крепко, закинули поперёк седла. Вскоре ортары тронулись к реке. В голове промелькнула мысль, здравствуй плен, а возможно и рабство. Чувствовать себя мешком с поклажей неудобно, сразу начала затекать спина. Видеть теперь я мог только землю внизу и бок лошади. Правда можно повернуть голову влево или вправо. Что я и сделал, пытаясь понять сколько ортар в общем количестве. Однако посчитать в точности не получилось, наверняка не меньше полусотни. В душе злобой разливалась досада, что нас, как несмышлёнышей подловили кочевники. Очень грамотную засаду устроили. Что мне стоило проверять на сканирование местность? Наверняка бы обнаружил опасность. Расслабился и допустил ошибки, а сейчас остаётся только выжидать, что будет дальше. Хотя я не тот человек, который падает духом. Буду высматривать возможность побега, надеюсь моя удача вновь вернётся ко мне. А ещё хотелось бы понять, куда делся мой питомец.

Июль 2002 год. Дикая степь. Пленный лекарь.

Переправившись через реку, ортары направлялись исключительно на восток, мне удалось всё же определить направление. Моё тело занемело от неудобного положения поперёк седла. Я не смог бы сказать сколько времени двигались средним темпом, но думаю, что часов пять, не меньше. Рельеф был по-прежнему холмистый. С каждым часом движения, я всё больше осознавал, что выручить нас никто не сможет, даже если казаки организовались в станице Кушум, то шансы на спасение уже стремятся к нулю. Пока болтался поперёк седла, смог рассмотреть путы на руках. Связали очень технично, кровообращение на руках не перетянули, но в то же время развязаться самому – даже не стоит и мечтать. Удивило то, что верёвка волосяная. На дворе 21-ый век, используется пластик, синтетические материалы, а кочевники всё ещё плетут верёвки из волос. Попробовал осмотреть себя истинным зрением, вновь получилось, но не с первого раза. Мои жемчужины по-прежнему покрыты матовой завесой. А это значит, что ошейник на мне технично перекрывает мои магические способности. Наконец-то главному кочевнику приглянулось место для привала. Со всех сторон холмы, пока не подъедешь на полкилометра, отряд даже не увидишь. В разговорах между горожанами Уральска не раз слышал, что кочевники могут находиться в седле сутками, даже спать прямо в седле на ходу. Остановку сделали по какой-то причине. Уж точно не для отдыха пленников. Кочевники спешились, меня сбросили с лошади. Двое ортар остались охранять меня. Я с кряхтением принял сидячее положение, огляделся. Всех казаков, что пленили, тоже скидывали на землю, только в одном месте. Ко мне подъехал тот, что был одет дорого-богато, в общем главный среди кочевников. Как ни странно, заговорил он на человеческом языке, акцент имелся, но небольшой, говорит почти чисто.

– Лекарь, тебе надо подлечить своих соплеменников, иначе они сдохнут в дороге, – заявил главный кочевник.

Он даже не слезал с лошади, просто нагнулся в мою сторону. Я поднял руку и прикоснулся к ошейнику.

– Пока на мне эта штука, я не смогу лечить никого, – коротко ответил я.

Старший кочевник выпрямился в седле и задумался. Молчание затягивалось, ему явно не хотелось снимать с меня ошейник. Может он чего-то опасается? Но я же не боевой маг, точно не смогу их разметать по степи своими способностями. Может он этого не знает? Кстати, об ошейнике, ранее я даже не слышал, что такие приспособления используются. Понятно почему, ведь мне раньше не довелось сталкиваться с работорговлей. Старший кочевник показал охранникам на меня и велел тащить меня к казакам.

– Снимите с него ошейник, но сабли держите наготове. Убивать его не надо, можно просто подрезать сухожилия, – приказал своим подчинённым главарь, говорил он на орочьем языке, но я прекрасно понял, что этот главарь сказал, не показал вида, что понимаю язык орков.

К двоим охранникам присоединилась ещё парочка, они обнажили свои клинки. Один из этих бусурман достал нож, срезал мне путы на руках и ногах, потом что-то сделал с ошейником и снял его. Я потёр руки, потом шею, быстро настроился и осмотрел себя истинным зрением, получилось с первого раза. Жемчужины дара выглядели вполне обычно, туманной оболочки не было, а сами жемчужины пульсировали. В этот момент я пожалел, что у меня не дар универсала, сейчас бы разметал этих желторотиков, и сабли им бы не помогли. Но увы, дар у меня лекаря, как им пользоваться в боевых условиях я не знаю, хотя в книге «Знания и опыт Великих» что-то такое есть. А даром «сила духа» не могу воспользоваться, по той же причине, нет знаний. Кочевники явно меня опасались, двое с обнажёнными клинками, а двое достали луки и наложили стрелы на тетиву, приготовились к выстрелу. Ладно, сейчас у меня другая задача, надо осмотреть раненых казаков. Осмотр показал, что из пятнадцати человек, тяжёлые раны у пятерых, шестеро получили контузию, у остальных переломы костей. Я прикинул сколько времени мне понадобиться, чтобы вылечить всех парней. Получалось, что на первичное лечение потребуется не меньше часа. Я посмотрел на кочевников, что меня сторожили.

– Мне нужны артефакты и кристаллы из той сумки, что вы забрали, – произнёс я, но использовал язык людей.

Ортары некоторое время тупо смотрели на меня, потом заговорили между собой. Понятно, что разговаривали на орочьем языке.

– Не пойму, что говорить этот лекарь, – произнёс тот, что с луком и посмотрел на товарищей.

– Надо сказать Абузару, пусть сам разбирается, – предложил тот, что стоял с обнажённым клинком.

Четвёрка ортар были согласны, один из них побежал к тому месту, где находился главарь. Через пару минут вместе с бегающим к главарю кочевником подошли двое. Один из них тот, что одет богаче всех, кто второй я не понял. Зато теперь я знал, что главаря зовут Абузар.

– Чего ты хотел, лекарь? – спросил Абузар у меня на человеческом языке.

– Мне нужна моя поясная сумка, там зелья и приспособления для лечения. Ещё мне нужны несколько палок, чтобы закрепить сломанные кости, – пояснил я.

Абузар сморщился, будто съел лимон, он повернулся к тому кочевнику, которого привёл с собой и заговорил с ним на орочьем языке.

– Гараф, дайте ему то, что он просит, а сам останься здесь, ты понимаешь язык людей, так что разберёшься, – приказал Абузар и развернувшись ушёл.

Мне отдали мою поясную сумку, там у меня было всё, что нужно для любого лечения, в том числе хирургический нож, а также иглы для стягивания кожи на ране. Можно, конечно, рану залечить быстро, но для этого придётся потратить большое количество энергии, в том числе жизненной, что сильно ослабит меня самого. Поражаюсь терпеливости казаков, раны очень болезненные, но они стойко переносят боль, разве что морщатся, но не стонут. Тратить свою жизненную энергию я не собирался, насколько понял ортары не станут препятствовать лечению казаков, так что за пару-тройку дней я всех подниму на ноги. К контуженным применил среднее заклинание нужного лечения, завтра парни будут уже в порядке. С закрытыми переломами тоже не сложно. Совместил кости, из палок сделал шины⁵, прочитал заклинание и бинтами закрепил палки, ещё пару раз повторить лечение, кости срастутся. У пятерых казаков открытые переломы, здесь немного сложней. Хирургическим ножом подрезал мышцы и совместил кости, убрав из ран мелкие костные осколки. Кость будет заживать и срастётся со временем. Наложил шины, стянул края ран, применил сильные заклинания, пришлось даже зачерпнуть энергии из кристалла, моей собственной не хватало, слишком затратные заклинания. Пока обхаживал казаков, краем уха прислушивался к разговору ортар, говорили они на орочьем языке.

– Гараф, чем так ценен этот лекарь, раз мы так долго охотились за ним? – спросил мечник.

– Твоё какое дело, болван? Не распускай язык, а то Абузар тебе его укоротит, – резко ответил Гараф.

– Лекарей всегда берём в плен, лекарь очень ценный раб. А про этого говорят, что он сильный лекарь, не зря Великий хан приказал его похитить, – пояснил лучник своему собрату.

– Я кому сказал закрыть свои глотки? Может мне прямо сейчас отрезать вам языки, тупые черви? – разозлился Гараф, его подчинённые тут же замолчали.

Когда я закончил с первичным лечением казаков, ортары позвали Абузара. Он подъехал верхом на коне, посмотрел на нас и велел всем собираться в дальнейший путь, но перед этим велел нас напоить водой. Казаков вновь закрепили поперёк седла, а вот меня не стали. Правда ошейник надеть не забыли, после привала я ехал в седле, что здорово облегчило моё состояние, поясную сумку также оставили. Казаков с ранениями также посадили в сёдла, но привязали к этим сёдлам, а руки стянули верёвками назад. Мы вновь двинулись в восточном направлении. Сидя в седле, я размышлял о том, что подумают в Уральске, когда обнаружат моё исчезновение. А главное, куда делся «Хан»? Неужели он погиб при активации магической мины? Что в принципе, вполне возможно, если он находился рядом.

Как только солнце начало клониться к закату, мы успели добраться до пастухов ортар. Я издали приметил табуны лошадей и отары овец. Похоже ночевать мы будем здесь. Во рту вновь всё пересохло от жажды. В этот раз мы ехали восемь часов. Остановились недалеко от небольшой реки, которая больше походила на ручей, но тем не менее это вода, а вода в степи имеет большое значение. Ортары между собой болтали, так что я смог понять, что примерно в пяти километрах от стоянки пастухов село Узунколь, где живут семьи пастухов, которые тоже из ортар. Мне дали возможность вновь осмотреть раненых, подлечить и перевязать раны. Воды нам тоже предоставили достаточно прямо из реки, но умыться не получилось. Ортары взяли у пастухов несколько баранов, которых быстро освежевали, забросили в котлы мясо, а из села привезли свежие лепёшки. Надеюсь, что нас тоже покормят.

Пленных действительно покормили, не только водой с лепёшками, досталось достаточно варёного бараньего мяса. На круглую лепёшку выложили большие куски баранина на косточке. Что сказать? Вкусно. Не знаю какие они специи используют, но я набросился на еду с жадностью молодого организма, тем более мне следует восстанавливаться после процедур лечения. Пока я насыщал свой молодой желудок, присматривался к ортарам. Странно выглядит то, что в империи совсем другая жизнь, технологии, транспорт, уровень жизни людей. А здесь неприкрытый феодальный строй. Правда сейчас я вижу низшую ступеньку социального сословия, но всё же. Ни разу не заметил, чтобы командир отряда Абузар пользовался связью в виде артефактов «мобила». А ведь он выполняет специальную задачу своего хана, а значит должен докладывать о своих действиях. Я уже понял, что целью похищения был именно я. А ещё я обратил внимание, что ортары обвешаны амулетами, таким образом подтверждается, что среди орков и их метисов одарённость слишком редкий фактор. Любопытно бы посмотреть на их шаманов. За размышлениями не заметил, как ко мне подошёл, со спины, ортарин Гараф.

– Лекарь, в селении наших родичей есть больные. Абузар велел свозить тебя туда, если поможешь, то мы весь путь будем хорошо кормить твоих соплеменников, – произнёс Гараф на языке людей.

Я уже доел свою порцию, потому решил, что моя помощь даст возможность не голодать пленникам, если нас, конечно, не обманут.

– Хорошо, когда выдвигаемся? – спросил я кочевника.

Гараф молча указал в сторону лошадей. Через пять минут мы ехали к селу. Село Узунул расположено на берегу реки. Обычных в моём понимании домов я не увидел, это были юрты. Достаточно капитальные и приличных размеров. Между юрт сновали собаки и дети, такая картина мне вновь напомнила о феодальном строе. Меня завели в юрту, охрана у меня была, всё те же кочевники, только в этот раз они оружие не готовили, но явно находились настороже. В юрте меня поджидали три человека, видимо это и есть больные. Осмотр показал, что у этих людей за гноение бытовых ран. Лечение заняло не больше часа, я почистил раны, применил средние заклинания и наложил свежие повязки.

– Если будут менять повязки, скажи им, что следует использовать чистую ткань. Раны загноились от грязи, пусть соблюдают гигиену, – дал я совет Гарафу и вышел из юрты.

Сам Гараф о чём-то говорил с хозяевами юрты или с больными, я не слышал, но вышел он через десять минут, и мы вернулись в лагерь, где расположилась сотня кочевников, которые провели наш захват. По приезду я сразу завалился спать, по примеру кочевников улёгся на кошму, а под голову подставил седло. На рассвете кочевники выдвинулись в дорогу. В это раз всех казаков посадили нормально на лошадей, только руки оставили связанными. Вскоре я понял почему, скорость движения увеличилась. Абузар подгонял своих воинов, он куда-то торопился.

Июль 2002 год. Крепость Уральск. Бриз Сол. Эпизоды.

Бриз Сол злилась из-за того, что Егор не захотел брать её с собой в поездку по оказанию помощи больным в станицах. Она бы может поехала за ним тайно, но в какой-то момент Егор произнёс, что ей следует заниматься прокачкой дара. При чём сделал это в приказном тоне. Обет на год по долгу жизни не допускает ослушаться приказа того, кому ты отдаёшь долг жизни. Таковы правила традиций дроу. Хорошо, что Егор об этом не знает, но в этот раз он произнёс своё пожелание в приказном тоне, может быть сам не осознавая этого. Бриз подчинилась. Как назло, Лин Рал отлучился пару дней назад.

– Бриз, я получил поручение от нашего клана, мне надо отлучиться на несколько дней. Я так понимаю, вы некоторое время будете находиться в крепости? – сообщил Лин новость в день своего ухода.

– Егор говорил, что он будет заниматься опытами в лаборатории, а мне придётся сидеть в доме. Я его спрашивала, когда он планирует пойти в рейд. Он мне ответил, что в ближайшее будущее точно не пойдёт, у него какие-то новые наработки по зельям. Сколько ты будешь отсутствовать, Лин? – спросила Бриз, ей хотелось понять, насколько дней уедет её напарник.

– Минимум неделя, максимум десять дней, – ответил Лин.

Лин отправился по делам клана, а через два дня Егор заявил, что его отправляют в станицы, чтобы он лечил казаков на выезде. Первые два дня, после отъезда Егора, Бриз не беспокоилась. На третий день она обнаружила, что Егор забыл не только свой рюкзак, но и артефакт связи. Поступил звонок от деда Егора, Бриз взяла «мобилу»⁶ и сообщила деду Егора, что младший Соколов выехал на лечение больных в станицу, но дома он забыл артефакт связи.

– «Как вернётся, пусть меня наберёт», – велел старший Соколов и отключился.

Бриз продолжала выполнять поручение Егора, заряженные артефакты она уносила в госпиталь, там брала несколько штук для подзарядки, глотала зелье и жемчужины мелких монстров и приступала к работе. На четвёртый день объявился питомец Егора, он выскочил будто из пустоты. «Хан» был тяжело ранен, его бок разорван. Зверёк еле двигался. Бриз сначала хотела позвать лекарей, но передумала. Ведь «Хан» не подпускал к себе никого, кроме Бриз. Небольшие знания лекарского искусства у Бриз имелись, плюс у неё были лечебные артефакты. Девушка почистила рану зверька, стянула иглой и нитью шкуру, после этого использовала артефакт лечения. Запасы печени монстров имелись в доме, в шкафу с артефактом холода. Егор держал эти запасы специально для питомца. Во время лечения питомец вроде как отключился. Но на второй день очнулся, начал фыркать и рычать. Бриз ничего не могла понять. Девушка знала, что Егор разговаривает с питомцем, но мысленно. Точнее питомец отвечает через телепатию.

– «Хан», ты можешь рассказать, что произошло? – произнесла вслух девушка, надеясь, что зверёк заговорит с ней, точнее передаст свои мысли.

Увы этого не произошло. «Хан» продолжал фыркать, рычать, только не скакал по комнате, так как у него от ранения совсем не было сил. А главное никакой передачи мыслей не происходило. Бриз откровенно растерялась. На следующий день Бриз в образе Марка Логинова пошла в госпиталь сдавать заряженные артефакты. Она с почтением обратилась к лекарям рода Соколовых, которые работали в отделении реабилитации и отращивания конечностей. Разговор состоялся с Луизой Зенгер.

– А, Марк, там у входа приготовлены для тебя пустые артефакты, – встретила Луиза слугу Соколова, когда он вошёл в ординаторскую.

– Добрый день, Луиза. От моего господина никаких вестей не было, а то он артефакт связи забыл дома? – спросила Бриз.

– У него там забот хватает, в двух станицах эпидемия отравления, так что не меньше двух недель провозится, – ответила Луиза.

Бриз не знала, как себя вести, но она чувствовала беспокойство. Пока Луиза принимала заряженные артефакты от слуги Соколова, появился второй лекарь Иван Журбин. Лекарь вошёл в ординаторскую с обеспокоенным видом.

– Что-то случилось, у тебя вид растерянный? – обратилась Луиза к Журбину, правильно расценив его беспокойство.

Бриз продолжала стоять возле стола, где лежали пустые артефакты, собираясь сложить их в сумку, когда вошёл Журбин. Иван посмотрел на слугу Соколова, кивнул приветственно.

– Сейчас был у мастера-лекаря, сдавал ему списки пациентов, которых мы сможем принять на этой неделе, в том числе список, у которых кисти рук восстановлены. Энгельман подписал мне акт, надо будет отправить с почтой главе рода Николаю Петровичу, чтобы тот выставил счёт имперской канцелярии, – Журбин говорил как-то отстранённо.

– И что, тебя это напугало или обеспокоило? – удивилась Луиза Зенгер.

– Из станицы Кушум приехали казаки, просят направить к ним лекаря, – ответил Журбин.

В этот момент у Бриз тревожно забилось сердце, но она продолжала складывать пустые артефакты в свою сумку.

– Ну? Что дальше? – поторопила Луиза Ивана.

– А дальше то, что Егор Тимофеевич туда уехал неделю назад, но в станице он не появлялся. В общем станичники случайно обнаружили в овраге, что в лесополосе, трупы лошадей и пятерых стражников. Сообразили, что было нападение со стороны кочевников. Собрали казачки свою команду и бросились по следам, переправились через реку Урал, а на той стороне смогли пройти только с десяток километров. Наткнулись на небольшой отряд ортар, которые патрулируют свою сторону, вернулись. Станичный атаман догадался отправить посыльного в отряд Моники Вульф, а сам к нам поехал. Получается, что Егор Тимофеевич пропал без вести, надо связаться с главой нашего клана, сообщить Николаю Петровичу о случившемся, – сделал вывод Иван Журбин.

Бриз не стала больше дослушивать чем закончится рассказ Журбина, она выскочила за дверь и побежала в дом, который арендовал Егор после того, как они съехали из гостиницы. Мысли девушки метались. Мало того, что она плохо выполняет свой долг жизни, главное то, что она влюбилась в Егора. Что делать? Куда бежать? Бриз попробовала спрашивать питомца Егора, но тот вновь фыркал и рычал, к тому же был слаб, не оправился после ранения. На её счастье, на следующий день появился Лин Рал.

Полевой страж клана «Ллос» внимательно выслушал Бриз, но пороть горячку не стал.

– Бриз, успокойся. В гневе и панике ты не найдёшь правильного решения. По следам идти нет смысла. Там не один раз прошли отряды ортар, а может и табуны лошадей прогоняли, ну или стадо крупного рогатого скота. Я не сомневаюсь, что следы затоптаны, – начал рассуждать Лин.

– Ты предлагаешь сидеть на попе ровно, ничего не делать? – возмутилась девушка.

– Сейчас мы точно не найдём следов, тем более территория Дикой степи хорошо взята под контроль орками. Как ты себе представляешь? Мы с тобой объявимся в ауле у ортар, спросим не проходили здесь пленные? – строго произнёс Лин.

После этих слов он посмотрел на питомца Егора, который лежал на кресле и явно слушал разговор двух дроу. Лин отвёл взгляд от «Хана», посмотрев на Бриз.

– Бриз, ты пробовала спрашивать о случившемся у зверька? – спросил Лин.

– Сотню раз, он только фыркает и рычит, – недовольно ответил Бриз.

После её слов зверёк опять зафыркал и зарычал.

– А как ты хотела? У него нет связи с тобой, потому ты его не понимаешь, но я уверен, что он понимает прекрасно нас, – произнёс Лин, внимательно разглядывая «Хана».

При этих словах «Хан» привстал и что-то прорычал, глядя на дроу, но сделал это как-то спокойно.

– Я думаю, если кто и сможет разыскать Егора Соколова, то это будет его питомец. Сейчас он слаб, но как только оправится от раны, то пустится на поиски, – задумчиво сказал Лин.

«Хан» на слова дроу замурлыкал, изменение настроения зверька не укрылось от девушки и стража.

– А нам ты сообщить сможешь, когда найдёшь своего хозяина? – спросил Лин зверька.

«Хан» вновь спокойно замурлыкал. Лин посмотрел на Бриз, как бы давая понять, что способ найден.

– Мы будем тебя ждать в этом доме, хорошо? – вновь обратился Лин к зверьку.

«Хан» резко рыкнул, давая понять, что так и будет. Бриз и Лин переглянулись. Питомец Егора исчез на второй день после этого разговора, а для Бриз потянулись дни ожидания.

Июль 2002 год. Дикая степь. Плен и дорога в степи.

После того, как я вылечил родичей в ауле ортар, кочевники перестали меня опасаться. Рук мне никто не связывал, но ошейник по-прежнему красовался на моей шее. Меня и казаков разделили. Моё лечение помогло раненым казакам, даже открытие переломы почти зажили. Мы продолжали двигаться в юго-восточном направлении. Из разговоров ортар между собой, я понял, что заказал меня Углак-хан, при чём хан вполне влиятельный, он контролирует северную часть Дикой степи, вплоть до границы с эльфами. Южную часть Дикой степи контролирует другой властитель Шарат-хан, а под ним все орголы. Восточная часть Дикой степи, начиная от озера Байкал, под контролем различных более мелких племён орков. Этих бусурман я пока не видел, но какие мои годы, успею, наверное, в плену на многих насмотреться. Также из разговоров стало понятно, что орки, ортары и орголы состоят из множество разных племён. У каждого племени свой хан. А Углак-хан что-то вроде верховного правителя над определённой территорией. Над всем кочевниками стоит Великий хан Шарык, который где-то расположился в землях Монголии и Манчжурии. Народ орголы произошли от барков орков и монгол, остальной монгольский народ попал в рабство, как и татары. Об этом часто между собой разговаривали Абузар и Гараф. Оба эти оратрина относятся к племени, у которого свой хан чистокровный орк Орбал-хан. А он в свою очередь один из многочисленных внуков Углак-хана. Орбал-хан может даже претендовать на право стать наследником своего деда. Я ехал рядом с Абузаром, потому и слышал разговоры, хотя делал вид дурачка, которые совсем не понимает орочий язык. Абузару понравилось, что я лечу в аулах больных, ортары платят за мои услуги. Я пока не раб, а только пленный, но Абузар не стесняется складывать серебро в свои карманы. Хотя гневить богов не стану, кормят нас хорошо. Мясные бульоны, мясо и ржаные лепёшки получаем в полной мере, как и воду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.