Марина Леванова
Давным-давно…2 Ходящая в тени

Пролог

Ещё одно сказание о далёких предках…

Давным‐давно, до начала времён, когда все земли были Едиными, жил на земле очень древний народ, называвший себя Первородными. И обладал он величайшими дарами. Одним из них была способность иметь две сущности и с лёгкостью превращаться по собственному желанию в любую из них; другим – свобода выбора: пойти дорогой света или тьмы. Но, уверовав в своё величие, древний народ поддался гордыни, и случилась Великая Битва, и наступило время печали, серединного периода, откуда враз ушли Свет и Тьма, а стена поделила землю на две половины, на белое и чёрное – Тёмную и Светлую империи. И продолжалось так несколько веков.

Надо помнить, что в ответ на плохое всегда найдётся что‐то хорошее, то самое «но», которое однажды непременно позволит разрушить злой рок или снять вековое проклятие. Из Тьмы родится Свет, у потомков Первородных снова будет свобода выбора. И вернутся на землю Другие Боги, и начнётся новая эпоха Созидания, а Свет и Тьма станут как две стороны одного целого, ибо нельзя делить неделимое.

*Книга Теней*. Пророчество Бессмертных. Глава 3.

Глава 1

Выпускники Рутонской академии. Бал

Рутонская академия со всеми своими многочисленными корпусами и зданиями располагалась внутри города Рутона. Она уже больше полувека исправно выполняла свой долг перед жителями города, отправляя лучших своих студиозов в обязательное патрулирование близлежащих территорий для защиты от нежелательных элементов и зачистки от всякой нежити и нечисти в нежилых районах. Ночные патрули состояли из адептов последних курсов – выпускников факультета боевой магии. Таким образом академия вносила посильную лепту и оправдывала своё существование на средства, поступающие от покровителей, попутно оттачивая навыки и мастерство своих учеников в условиях, максимально приближенных к боевым. Учеба в ней всегда считалась престижной, а получение диплома – верхом мечтаний. И Джим была студиозом Рутонской академии. Мало того, выпускницей этого года.

«Однажды я потерялась. Нет, не так… Девятнадцать лет тому назад меня украли, лишив дома, семьи, имени. Своё детство я провела в приюте, – Джим грустно вздохнула. – Сейчас у меня есть семья, друзья, имя, дом. Я знаю, когда родилась, и каждый год в этот день получаю замечательные подарки. А ещё я выпускница Рутонской академии, у меня есть магический посох‐жезл. И однажды я всё узнаю».

Джим стояла возле открытого окна в самой высокой башне корпуса «Б», с интересом наблюдая за юношами‐первокурсниками, устроившими поединок на деревянных мечах прямо на поляне напротив. Двоих она узнала: отогорские оборотни, они приехали вместе с Джим и их приняли в академию. Она улыбнулась: «Я с большим удовольствием сейчас оказалась бы там, чем здесь». В этом году за особые заслуги академии перед городом градоправитель выделил средства на проведение грандиозного мероприятия – бала выпускников.

В этот момент юноши исчезли из поля её зрения. Джим подалась вперёд и по пояс высунулась из окна. Ветер тут же растрепал причёску, и непослушные локоны закрыли обзор. «Вот досада!» Она втянула себя обратно и обеими руками быстро завела выбившиеся пряди за уши. «Только бы Лис не заметила». Подруга просидела над её причёской целый час, создавая шедевр из волос Джим. Она бросила осторожный взгляд себе за спину. По комнате беззаботно кружила Алисия и что‐то напевала себе под нос.

«Какая же она красивая!» – Джим невольно залюбовалась подругой. За прошедшие четыре года девушка выросла и, как говорится, расцвела, стала настоящей красавицей. «Не то, что я», – она хмыкнула, оглядывая свою фигуру в светло‐голубом платье; Джим так и осталась невысокой. Возможно, она всё же за эти годы тоже немного подросла, однако на фоне Алисии смотрелась маленькой и излишне хрупкой, но это было лишь видимостью. Фигура Джим относилась, скорее, к спортивному типу телосложения. Как однажды сказал Диирде'Грамм: «М-да. Ежедневные физические тренировки наложили на твою фигуру определённый отпечаток. Пацанка – одним словом! – И так довольно‐довольно прищурившись, добавил: – Зато быстрая и ловкая пацанка!» И где такое слово нашёл?

Джим решительным шагом прошла к зеркалу и придирчиво ещё раз осмотрела себя с головы до ног. Ухватилась двумя руками за верхний край лифа и с силой дёрнула вверх, чтобы хоть немного прикрыть приподнятые тугим корсетом платья округлости в декольте. Недовольно скривилась, прикидывая, чем бы прикрыть вырез, чтобы не так сильно бросалось в глаза это безобразие. В комнате стало подозрительно тихо. Джим посмотрела на Алисию, та перестала напевать и внимательно наблюдала за её действиями. «Плохая идея. Наверняка не позволит».

– Что теперь не так? – Алисия, подбоченившись, осуждающе разглядывала Джим.

– Лис, умоляю, верни мои штаны, – Джим скромно поводила носком своей туфельки, стараясь не встречаться с подругой взглядами. – Мне неудобно, и я чувствую себя голой.

– Я же тебе специально подобрала к платью прекрасные голубые панталоны, все сплошь в рюшах, – Алисия округлила глаза. Догадка пришла внезапно. Она подлетела к Джим, ухватилась за край её платья и потянула вверх. – Ты их что, не надела? – в ужасе спросила она, пытаясь хоть чуть‐чуть приподнять подол.

– Ты что делаешь? – Джим, наоборот, вцепилась в подол своего платья и тянула вниз. – Лис, прекрати. Я надела их. Мне просто в них некомфортно.

– Дай сама посмотрю, – настаивала девушка, упорно дёргая ткань. – Покажи хоть краешек.

– Алисия, – голосила Джим, – верни штаны! Шагу не сделаю из этой комнаты. Я ведь простужусь.

– Кхм, – раздалось вежливое покашливание от двери.

Девушки одновременно повернули головы на звук.

На пороге комнаты стояли Виттор и Алиар, а за их спинами, в коридоре, маячили все родственники Алисии.

– Мы постучались, – быстро проговорил Виттор, указывая пальцем на открытую дверь позади себя.

– Алисия, а что ты делаешь? – Алиар не отводил глаз от слегка приподнятого края платья Джим, откуда выглядывала нижняя юбка.

Лис тут же отскочила от девушки, даже завела руки себе за спину, смущённо глянула на подругу и вспыхнула как маков цвет.

– Ничего, – Алисия строго посмотрела на Алиара. – Стучаться надо, между прочим.

– Так стучались ведь, сказали же! – И прищурил один глаз: – Не, правда, а чего ты там…

– Не начинай! – строго оборвала его подруга и принялась снова собирать вещи по комнате, чтобы как‐то скрыть смущение. – Чего хотели?

– Так там всё уже начинается: вручение, поздравление, зачтение. Конечно, это формальности, ведь каждый уже знает, где будет проходить практику. Но Цитариус Инарион настаивал на том, что явка всех строго обязательна!

– Шагу не сделаю, пока штаны не отдашь, – Джим сложила руки на груди и для демонстрации серьёзности своих намерений сдвинула брови.

– Да на… возьми свои штаны! – Алисия извлекла из‐под матраца требуемый предмет, возмущённо сунула его в руки Джим. – Надевай, и пошли уже! – Посмотрела на непрошеных гостей: – А вас попрошу…

Закрыв за юношами дверь, Лис обернулась и обомлела. Джим натягивала сапог на правую ногу, левый был уже надет. Признаться, она выглядела жутко довольной.

– Тогда ещё не забудь куда‐нибудь жезл пристроить, – съязвила Алисия и вдруг осеклась, потому что Джим подняла на неё благодарный взгляд.

– Точно! – Девушка подбежала к своей кровати и вытащила из кожаных заспинных полуножен магический посох‐жезл1. – Что бы я без тебя делала! – воскликнула она и принялась лихорадочно выбирать, куда его лучше пристроить: «В сапог не пойдёт – буду прихрамывать. В штаны за пояс – вывалится. – С грустью посмотрела на заплеч2, лежащий на кровати: – Ну не надевать же его поверх платья». Усмехнулась, хотела спросить совета у Алисии… И испугалась выражения её лица. – Ну ладно, не буду, – и с сожалением вернула жезл в ножны.

– Послушай, а если тебе придётся сегодня танцевать? – Лис в точности повторила недавний жест Джим, с той лишь разницей, что вздёрнула голову и строго посмотрела на неё. – А там такая срамота, – кивком головы указала на подол платья.

– Это вряд ли. – Джим засмеялась, подошла к Алисии, расцепила её руки. – Не сердись! Зато я не стала снимать, – задумалась, – ну, эти… с кружавчиками. Так что всё в порядке. Ну подумаешь, сапоги, – она приподняла край платья и выставила ногу, – о них знаешь только ты.

Алисия улыбнулась, смирившись, взяла подругу за руку, и они помчались в главную залу. В длинном коридоре была слышна музыка, везде сновали студиозы. Джим чувствовала себя неуютно в платье и старалась держаться преимущественно в тени. Правда, по дороге всё же довелось услышать вдогонку: «Малыш, ты прекрасна!» И не один раз.

Возле входа Джим остановилась и неуверенно посмотрела на Алисию, но в этот момент смолкла музыка. Прозвучали первые приветственные слова Цитариуса Инариона, ректора Рутонской академии. Алисия не стала церемониться и чуть ли не втолкнула Джим в помещение. Войдя внутрь, они в немом изумлении замерли, рассматривая праздничное убранство. Бальная зала была ярко освещена и празднично украшена – заслуга первых курсов. Глава города расстарался: вдоль стен стояли зеркала в полный рост, а в огромных вазах тут и там, распространяя едва уловимый нежный аромат, красовались бесчисленные букеты цветов.

– Ну, чего встали? – Диирде'Грамм в нетерпении даже слегка подтолкнул вперёд замерших в восхищении девушек. Он хотел было протиснуться мимо, но вдруг запнулся, рассматривая девушку в светло‐голубом платье. – Джим, ты ли это?

– Нет, не я, – Джим серьёзно посмотрела на своего учителя. – Джим осталась в комнате.

Диирде'Грамм понимающе хмыкнул и быстрым шагом прошёл мимо, направляясь к небольшой сцене.

Джим потащила Алисию к окну, пробираясь за рядами студиозов и в изумлении разглядывая таких знакомых и в то же время незнакомых однокурсников. Взгляд выхватил из толпы высокую фигуру Дорианы. Девушка была одета в красное платье. Джим вытянула шею, пытаясь разглядеть Ранара. «Так и есть. Стоит за спиной у неё». Джим улыбнулась. Последние два года вся академия с интересом наблюдала за их бурно развивающимся романом. Признаться, очень бурным – с драками и выяснением отношений. Джим споткнулась, и была подхвачена Виттором.

– На что засмотрелась? – Проследил за ей взглядом. – Понятно, – ухмыльнулся юноша.

Кто‐то недовольно шикнул на них.

Джим поначалу ещё пыталась прислушиваться к тому, что говорил ректор академии, потом пустилась в размышления, как они вместе с Алисией и Виттором будут проходить практику. «Это такая удача, что мы будем втроём». С грустью посмотрела на Алиара. Юноша отправлялся домой, он должен был продолжить дело семьи: стать хранителем одной из семи печатей, периодически обновлять заклинание на ней и беречь как зеницу ока.

Её растолкали и отправили получать свитки. Их было два: один об окончании академии, другой со сведениями о том, где будет проходить практика.

Под конец Цитариус всем пожелал хорошо провести время в кругу своих семей и предупредил, что к концу лета всем необходимо явиться обратно для отправки по местам прохождения практики.

Как только сцена опустела, зазвучала музыка и Алисию тут же пригласили на танец. Потом снова пригласили. И снова. Джим переместилась к окну и забралась на подоконник. Мимо двигались танцующие пары, иногда обзор закрывали другие девушки. «Ну да, откуда им знать, что у меня тут наблюдательный пункт». Джим с любопытством проследила за барышнями, проплывшими мимо. У каждой в руке был странный предмет, которым они усиленно обмахивались. Возмущённо хмыкнула: «Какой кошмар! Побегали бы они с моё! Сейчас бы даже не вспотели».

Вернулась Алисия.

– Скучаешь? – сочувственно поинтересовалась она, пристраиваясь рядом на подоконник.

– Ну что ты! – Джим тихо засмеялась. – Напротив, мне очень весело. – Кивнула головой в сторону раскрасневшихся девушек и серьёзно посмотрела на подругу: – Представила себя с такой штукой.

Тут уже не сдержалась Алисия, громко рассмеялась.

Девушки недовольно посмотрели на них. Джим, виновато пожала плечами, хотя и сама была не прочь присоединиться к подруге.

В этот момент музыканты вдруг сбились с такта, а через мгновение в зале наступила тишина.

– Определённо, там что‐то происходит, – Алисия сорвалась с места. – Пошли! Наверняка ещё один сюрприз.

Джим без особого энтузиазма поплелась следом. Остановилась и тихо спросила:

– Что там?

Активно работая локтями, Лис немного протиснулась вперёд. Все смотрели на вход в бальную залу. Девушка растерянно замерла.

– Глазам своим не верю, – потрясённо произнесла она, бросая быстрый взгляд на Джим.

От входа величественно двигался Арникус, следом за ним выстроились десять воинов.

Алисия не отводила от него взгляда.

– Ты не поверишь… – Она осеклась, потому что Арникус остановился в центре зала и повернул голову в их сторону. – Ко‐го я ви‐жу, – по слогам договорила девушка, встретившись с ним взглядом.

– Ну и кого же? – чтобы привлечь к себе внимание, Джим даже подёргала её за рукав платья.

Арникус улыбнулся и решительным шагом направился в их сторону, жестом приказывая своим воинам расположиться невдалеке, возле соседнего окна.

Снова зазвучала музыка.

– Сама сейчас увидишь, – хихикнула Алисия, улыбаясь ему в ответ.

Нет, так больше продолжаться не могло. Джим потянулась на носках, чтобы самой всё увидеть, и была приятно удивлена, когда стоящие перед ней девушки вдруг расступились. Она выглянула из‐за плеча Алисии… и тут же спряталась обратно. «Арни! Здесь?» Сцепила вместе руки. Расцепила. Зачем‐то попыталась пригладить волосы на голове. Вспомнила, что в платье, и пришла в ужас. И тут она услышала такой до боли знакомый голос:

– Ну наконец‐то хоть одно знакомое лицо. Алисия, я так рад тебя видеть!

– Здравствуй, – ответила Лис, пытаясь рукой нашарить у себя за спиной Джим, чтобы выудить её оттуда.

– Поздравляю с окончанием академии, – Арникус улыбнулся ещё шире, потом ещё раз пробежался глазами по рядам выпускников. – Послушай, не подскажешь, где мне найти Джим Ветерн? Ума не приложу, куда мог запропаститься этот мальчишка.

Алисия от удивления округлила глаза и даже перестала шарить у себя за спиной.

– Арни, ты ведь прекрасно знаешь, что Джим вовсе не мальчишка. – Она подозрительно и даже несколько укоризненно посмотрела на него: – К чему этот спектакль?

За её спиной шумно вздохнула Джим.

– Знаю, конечно! – Он бросил быстрый взгляд на Алисию, глаза лукаво прищурены, на лице озорная мальчишеская улыбка. – Но я всё равно не могу её нигде найти.

– Она стоит у меня за спиной, – Алисия качнула головой и тихо засмеялась, получив ощутимый тычок в спину.

Арникус подошёл ближе и решительно заглянул за спину Алисии. Мгновение – и вот они уже смотрят друг другу в глаза. Смотрят жадно, пытаясь обнаружить все изменения, произошедшие за годы разлуки. Джим робко улыбнулась ему, но Арникус внезапно выпрямился и вновь обратился к Алисии.

– Лис, – он выглядел растерянным, – за твоей спиной стоит юная прелестница в голубом платье, но я, к сожалению, её не знаю.

– Это я, – Джим не выдержала такого нахальства и вышла из‐за спины Лис, смело глядя на друга.

А он не отводил взгляда от её лица. Нельзя было понять, какие Арни испытывает эмоции, просто смотрел, ничего не говоря. И тут до Джим наконец дошло: он волнуется, и сильно. Решение было принято мгновенно.

– Здравствуй, Арни! – тихо сказала Джим, уверенно делая ещё шаг ему навстречу. – Я так рада тебя видеть! – она смущённо улыбнулась.

– Понятно, – юноша нахмурился. – Я так понимаю, обниматься не будем?

Девушки удивлённо переглянулись и от нелепости происходящего прыснули от смеха.

– Не будем. – Джим покачала головой, а потом тихо, так, чтобы только он услышал, добавила: – Не здесь…

Отзвучала музыка, и юноши увели своих партнёрш по танцу из центра зала, открывая вид на манящий паркет.

– Джим Деф'Олдман, могу я вас пригласить на следующий танец? – Арникус протянул правую руку девушке, другую спрятав за спину, и слегка наклонил голову.

– Да, – только и сказала Джим, вкладывая руку в его раскрытую ладонь.

Арникус дождался, чтобы девушка подошла ближе, развернулся и повел её к кругу готовящихся к танцу пар. Наклонился, заглядывая в глаза подруги.

– А ну, быстро признавайся, тебя танцевать научили? – Вампир едва сдержался, чтобы не рассмеяться, какое выражение лица стало у Джим. – Опозоримся ведь!

Девушка кивнула, при этом её плечи подозрительно подрагивали.

Они вышли в центр зала, остановились и повернулись лицом друг к другу. Арникус подошёл ближе и, едва касаясь, положил руку на талию Джим, другой взял её кисть в свою ладонь, слегка сжал, как бы успокаивая, и отпустил.

Девушка подняла руку и положила на его плечо. Передвинула выше. Опустила ниже. Неуверенно заглянула юноше в глаза, усиленно вспоминая, что там вдалбливал каждое лето её учитель танцев. «Руки должны быть легкие, полусогнутые, не напряженные». Нет, это говорил Диирде'Грамм – учитель по самообороне. «Обязательно держите спину прямо, улыбайтесь и порхайте. Порхайте и улыбайтесь!» Джим кое‐как растянула губы в улыбку, заметила строгий взгляд Арникуса и окончательно растерялась: «И в каком месте должна быть рука?»

– Эта рука на месте, – тихо объяснил он, – а вот… Разве другой рукой ты не должна немного приподнять подол своего платья? – юноша вопрошающе приподнял одну бровь.

– Нет. – Джим зачем‐то огляделась и шёпотом добавила: – У меня там сапоги.

Арникус громко засмеялся, привлекая всеобщее внимание, но смех быстро оборвался.

– Почему‐то меня это не сильно удивило.

Музыканты взяли первые аккорды мелодии, и юноша уже начал двигаться, но Джим остановила его:

– Подожди! – она беспокойно вглядывалась в его лицо. – Послушай, а правой ногой вперёд или всё же левой?

Арникус подтянул её к себе ещё ближе и, удивлённый таким растерянным и невинным взглядом из‐под пушистых светлых ресниц, неловко усмехнулся:

– Всё равно.

Чуть приподнял девушку, заставив её привстать на носки, и уверенно закружил в танце.

Джим от неожиданности на мгновение зажмурилась, но, осознав, что они не упали, не запнулись и никого не сбили, распахнула глаза и облегчённо вздохнула. Однако так и не смогла решиться поднять взгляд. Поэтому уставилась на подбородок Арникуса, боковым зрением отмечая проносившиеся мимо танцующие пары. «Или это мы на такой скорости несёмся?»

Арникус не отводил изумлённого взгляда от лица Джим. Ведь он знал каждую её чёрточку, ему было знакомо любое её выражение. Как же случилось, что столь дорогие черты сейчас выглядели иначе? Его взгляд переместился с макушки на щёку, горевшую румянцем, на губы, открытые в полуулыбке, на шею, где от волнения трепетала жилка, ещё ниже… Арникус резко вскинул голову, его брови сошлись на переносице. Почему‐то ему нестерпимо захотелось потрогать собственную шею, и он ещё сильнее нахмурился.

Джим надоело изучать подбородок юноши, и она подняла голову, вопросительно взглянув ему в глаза.

Арни, как будто только этого и ждал, тут же тихо заговорил, избегая, однако, смотреть в эти светло‐зелёные очи:

– Каждый раз, когда приходило письмо от Адагелия с очередным отчётом о всякого рода деятельности, связанной с моим наследием, в конце всегда хоть немного, но было написано о тебе. Ты даже представить себе не можешь, как я был благодарен за эти три‐четыре строчки… о твоей жизни.

Под конец юноша всё‐таки не выдержал, решился посмотреть в глаза подруги. И утонул.

– Значит, ты знал, – Джим не спрашивала. Он едва заметно повёл плечами. Девушка кивнула каким‐то своим мыслям и улыбнулась: – Я так и подумала: ты меня назвал Джим Деф'Олдман. – Тут она укоризненно свела вместе брови и покачала головой в раздражении: – Но подожди, раз была возможность, почему ты не писал мне?

– Не хотел тревожить. – Арникус грустно вздохнул и очень тихо добавил: – Да и не знал я, о чём писать тебе. – Слегка наклонив голову, он с нескрываемой теплотой произнес: – Малыш, я так горд твоими победами в поединках на ежегодных турнирах в академии.

– Попробовала бы я проиграть, – серьёзно сказала Джим и испуганным взглядом обвела зал в поисках учителя. – Диирде'Грамм мне такого наобещал!

Смолкла музыка, пары остановились. Арникус и Джим так и стояли в центре зала. Девушка первая отступила на шаг.

– Джим, ты не будешь против, если я заберу тебя с бала? – вампир заметно волновался. – Завтра рано утром для нас откроют портал, мне нужно срочно отбыть на родину. – Он обернулся и зачем‐то посмотрел на своих воинов. – У нас всего несколько часов, а мне так много надо успеть тебе рассказать.

– С удовольствием! – не дала ему договорить Джим, уверенно взяв его за руку, как раньше. Быстрый взгляд в сторону Алисии – девушка поняла всё без слов, лишь кивнула и улыбнулась. – Давай не будем терять время, – Джим тоже улыбнулась, и сама потянула друга к выходу.

Арникус справился с удивлением и ладонью накрыл её руку, предложив согнутый локоть, за который она поспешила ухватиться. Взгляд через плечо, едва заметный жест – и воины двинулись следом, а сотни любопытных глаз провожали их, пока они не скрылись из виду. На улице воины перестроились.

Джим, наблюдая за их перемещениями, снова пожалела, что не взяла свой магический посох, с которым в последнее время не расставалась. Отметила сосредоточенное выражение лица Арникуса и тревожно спросила:

– Всё в порядке?

Юноша лишь кивнул, ускоряя шаг.

Через какое‐то время они стояли возле небольшого особняка и терпеливо ожидали, пока их впустят. Ворота медленно приоткрылись, и они прошли внутрь. Во дворе находилось ещё два десятка вооружённых воинов. Как только небольшая процессия очутилась внутри, Арникус жестом отпустил бойцов. Оказавшись в относительной безопасности, суровые воины, сопровождавшие своего владыку и незнакомую девушку на улицах города, расслабились и с любопытством, совсем не стесняясь, начали рассматривать Джим.

– Ого! – Джим с интересом посмотрела на Арникуса. – Ты на войну собрался?

– Можно и так сказать, – юноша скривил рот в подобии улыбки и повёл Джим к дому. – Всё потом, – строго добавил он, заметив её порыв расспросить его тут же. Распахнул перед ней дверь и пригласил войти. – Присаживайся, – усадил девушку за стол, а сам вышел из комнаты.

Джим с любопытством осмотрелась, поднялась со стула и подошла к открытому секретеру, где в беспорядке были навалены документы. Выудила из кучи первый попавшийся свиток, оказавшийся старой картой, удивилась и внимательно всмотрелась в неё.

– Северный Атлекхорн, – прочитала она вслух.

Поискала взглядом место, где ей предстояло проходить практику. Но в руках широкий свиток держать было неудобно, и Джим, подойдя столу, разложила карту на нём. Отыскав нужный регион, пальцем провела вдоль стены до места назначения.

– Дальние рубежи стены, – внимательно всмотрелась. – Да ещё и север её границы, – Джим нахмурилась. – Там заканчиваются земли Светлой империи! Дальше лишь пустота.

В комнату вернулся Арникус с полным подносом в руках.

Джим ещё на расстоянии почувствовала аромат свежей выпечки, потому аккуратно свернула свиток и отнесла его обратно. Вернувшись к столу, она с удовольствием оглядела угощение.

– А молоко? – обиженно протянула она, исподлобья глядя на друга.

– Да здесь твоё молоко, здесь. Строго‐настрого приказал, чтобы к моему возвращению купили. – Арни прошёл к распахнутому окну, взял с подоконника закрытую крынку и усмехнулся, вспоминая выражение лица одного из своих воинов, когда он отдавал приказ.

Вампир поставил перед Джим крынку, а сам обошёл стол и сел напротив. Расслабленно облокотился на спинку стула, сложил руки на груди и принялся молча наблюдать, как подруга наливает молоко в стакан. Вот она доела очередную булочку, допила молоко, тыльной стороной ладони вытерла губы. Подняла голову.

– Спасибо, – смущённо взглянула на него. – А ты не будешь?

– Нет, – Арникус потянулся к кринке и заботливо налил ей ещё. – А ты угощайся, я пока буду рассказывать, – улыбнулся, увидев, как жадно она припала к стакану. – Но сначала самое важное: я рад, что у тебя есть семья и ты теперь не одна. Ты не поверишь, в каком кошмаре я жил целый месяц, пока не пришло первое письмо от Адагелия, где он вкратце писал, что ты уехала со своей вновь обретённой семьёй в Отогорию. От такой новости у меня просто камень с души свалился! До того момента каких только ужасов я не представлял, тем более, помня твою способность находить неприятности там, где их никто в принципе не ожидал, – он усмехнулся. – Хотя бы вспомнить те соревнования.

– Арни, – она отложила булочку, которую только взяла, обратно на поднос и тревожно посмотрела на друга. – Как бы мне ни хотелось думать иначе, но ты ведь здесь не из‐за меня?

– Ну почему никто не верит в мои добрые намерения? – он приподнял одну бровь и грустно улыбнулся.

– Я верю, – Джим стала серьёзной и твёрдо посмотрела ему в лицо. – Всегда верила, но сейчас не тот случай, – она нахмурилась. Заметив его испытующий взгляд, пожала плечами и добавила: – Воины, что прибыли с тобой на бал, вели себя так, будто ожидали в любую минуту нападения, а во дворе целый вооружённый отряд. – Она замолчала, с интересом разглядывая удивлённое лицо Арникуса. – Что‐то ведь случилось, да? Чего опасаются твои воины?

– А ты изменилась, – Арникус пристально посмотрел на неё. Потом резко поднялся со стула и подошёл к открытому окну, выглянул наружу, отметил расставленных по всему двору бойцов. – Я прибыл в Светлую империю просить о помощи, одному мне не справиться, но не смог пробиться дальше Совета. Все эти советники, приближённые и не очень приближённые. Меня просто не допустили к Императору. Уж и не знаю, что ими двигало, но они остались глухи к проблемам Севера. Мало того, соизволили ещё и обидеться на принца‐выскочку, который принёс такие новости. – Он порывисто обернулся. – Джим, они не поверили ни одному моему слову! Попросили не распространять беспочвенные слухи. Советники ни за что и никогда не сознаются, что недоглядели, чего‐то не учли. Угрожали. И мы решили отбыть обратно на родину как можно быстрее, но не нашли мага, который открыл бы для нас портал, – Арникус тяжело вздохнул. – Я бы тебя сегодня даже не увидел.

– Какие новости ты принёс? – осторожно спросила Джим, поднимаясь из‐за стола и направляясь к юноше. Остановилась рядом и тревожно заглянула ему в глаза. – Арни, что случилось?

– Джим, это политика, – он слабо улыбнулся, беря её холодные руки в свои. – Как объяснить юной девушке все эти тонкости и хитрости? Как рассказать о том, во что мне самому сложно поверить?

– А ты всё же попробуй, – она ободряюще улыбнулась.

– Кстати, куда ты попала на практику? – поинтересовался вампир, разворачивая её к открытому окну и отвлекая от неприятной темы.

– Дальние рубежи стены. – Джим удивлённо охнула, почувствовав, как больно сдавили пальцы Арникуса её плечи. Принялась разглядывать суетящихся во дворе воинов, которых оказалось намного больше, чем она думала. Тихо, словно нехотя, добавила: – Север страны. Третий пост от земель, о которых говорят: «Дальше ничего нет, только пустота». – Удивлённо посмотрела через плечо и осеклась, увидев, какое встревоженное у него лицо. – Что?

– Как же тебя угораздило туда попасть? – его голос звучал тихо и спокойно.

– Сама попросилась, – сообщила Джим. В этот момент она выглядела очень счастливой. – Виттор всегда хотел попасть в зелёные патрули, где служат два его старших брата, а мы с Лис решили отправиться вместе с ним. Поначалу он ужасно сопротивлялся, но потом решил, что за нами всё же нужно приглядывать, и сам поспособствовал тому, чтобы мы были вместе.

– Лучше бы не способствовал, – Арникус внезапно разозлился. – Север сейчас не самое спокойное место для двух юных девушек. А может, ещё можно всё изменить, поменять место прохождения практики? – с верой в лучшее посмотрел он на Джим.

– Нельзя, – разбила она его надежды, покачав головой. – Уже отослали документы, прислали подтверждение. – Упрямо вскинула подбородок: – Арни, нас ждут там, и отступать недостойно. Завтра, крайний срок послезавтра, мы разъезжаемся по домам, а к концу лета должны прибыть обратно для отправки по местам назначения. – Довольно улыбаясь, продолжила: – Я впервые увижу, как выглядит стена, Тёмная империя со своим вечным серым сумраком и, если повезёт, хоть одним глазком взгляну на земли, дальше которых лишь пустота.

– Пустота, говоришь? – Арникус обречённо вздохнул. – Мы тоже когда‐то так думали, что дальше этих земель нет ничего, но оказалось иначе.

Он, задумавшись, словно глядя далеко‐далеко, рассеянно погладил плечи Джим пальцами, как бы извиняясь, что невольно причинил ей боль, но отпускать не собирался, даже не подумал об этом.

– О чём ты? – девушка посмотрела на него, слегка поёжившись от его мрачного вида. – Я не понимаю.

– Моя родина, Северный Атлекхорн, находится на границе с этой самой землёй. По сути, это хребет, отделяющий наши земли от тех пустошей, что испокон веков считались необитаемыми. В последнее время участились нападения на мои земли. Мы проследили, куда уводят следы, оказалось, за хребет. Получается, с той стороны хребта перебираются отряды и бесчинствуют в моих владениях. Они как тени приходят в ночи и с рассветом исчезают, оставляя после себя смерть. Никого не жалеют. Но однажды нам всё же довелось их увидеть, мы приняли бой, стараясь отбить небольшое поселение. – Он посмотрел на Джим. – И были очень удивлены, когда поняли, на кого они похожи.

– Арни, да кто они такие? – широко распахнув глаза, Джим выслушивала страшные новости.

– Эльфы, – Арникус скривился, из‐под верхней губы вдруг показались клыки. – Самые настоящие эльфы.

– Как – эльфы? – Джим забыла, как дышать. – Светлый Лес находится на юге страны.

– Знаю, – вампир снисходительно посмотрел на неё. – Я в первую очередь отправился туда. Именно в Светлом Лесу меня просветили, что мой неведомый враг – это эльфы, которых без остатка поглотила Тьма, лишив всего светлого и живого. Их магия – магия смерти и разрушения, их качества – ненависть, беспощадность и кровожадность. Вот только много веков подряд ушастые светлости считали, что их собратья не смогли выжить на той стороне. Они ошибались!

– Не знаю, что сказать, – Джим беспокойно вглядывалась в лицо друга. – В это и правда сложно поверить. Ведь всегда считалось иначе.

– Не надо, Джим, – перебил её Арникус. – Я знаю, что написано в книгах. Не переживай! Не всё так плохо, – он искренне улыбнулся, взял её за руку. – Я просто очень дальновидный «принц‐выскочка», поэтому решил подстраховаться заранее, отправил в два соседних великих ковена письма с предложением объединиться под моим началом, как когда‐то было при моём отце. Но подозреваю, что они, скорее, объединятся против меня, хоть и враждуют уже много веков подряд, – юноша горько усмехнулся. – Так же я лично нанёс визит в Светлый Лес и Светлую империю. В первом месте мне посоветовали справляться со своими проблемами самостоятельно, а во втором не захотели даже выслушать.

– А с вопросами наследия внутри ковена тебе получилось разобраться? – поинтересовалась Джим, зябко ёжась возле открытого окна.

– Да, получилось. – Арникус подошёл к кровати, взял куртку и вернулся обратно к окну. – В первый же год. И я нашёл тех, кто был виновен в смерти моей семьи. – Он не стал вдаваться в подробности. Не захотел.

Джим стояла к нему вполоборота. Он долго рассматривал её профиль, потом будто очнулся, подошёл и накинул куртку на её плечи. Отошёл в сторону.

Джим просунула руки в рукава и благодарно посмотрела на Арникуса.

– Знаешь, а ведь ты будешь проходить практику почти рядом со моей вотчиной, – он встретился с ней взглядом. – Между нами будет всего‐то ничего: один портал и несколько часов езды на лошади. Может, получится ко мне в гости приехать?

– Вряд ли, – смущённо ответила Джим, отворачиваясь к открытому окну. – Я буду находиться на службе.

– Глупости, – юноша серьёзно посмотрел на неё. – И на службе бывают выходные дни. Тебе хватило бы трёх дней, чтобы навестить меня.

– Думаю, это не очень удобно.

Джим стыдно было смотреть ему в глаза: в памяти стояла сцена, как она догоняла Арникуса в тот день, когда он уходил из академии.

– А когда‐то ты сама хотела приехать ко мне, – напомнил юноша. – Обещала приехать и всех победить, – он грустно улыбался, наблюдая, как Джим краснеет и сильнее кутается в куртку.

– Сложно было тебе со мной? – тихо спросила она.

– Нет, – только и ответил Арникус, слегка приобняв девушку за плечи. – Я был счастлив. – Он повернул её к себе лицом. – Хочу дать тебе одну вещь, – снял с шеи медальон. – Это портал. На моих землях из любого портала можно выйти только на окраине моих владений, этот же приведёт тебя прямо к моему замку и послужит пропуском. – Арни поднял украшение на уровень глаз девушки. – Вот смотри, внутрь вставлен чёрный камень, – перевернул тыльной стороной, – а здесь углубление. Чтобы заставить его работать, нужно всего лишь вот так надавить на камень и сдвинуть его в сторону, – камень оказался на ладони у юноши. – А потом вставить плоской стороной сюда, – он показал, не притрагиваясь к вещице. Вернул камень на прежнее место и вложил медальон в руки Джим.

– Я не могу его принять, – Джим попыталась вернуть вещицу обратно.

– Пожалуйста, – Арникус накрыл своей рукой её ладонь с медальоном. – Позволь, пусть он будет у тебя.

Джим какое-то время ещё помедлила, а потом быстро надела украшение себе на шею.

– Теперь твоя очередь рассказывать, – юноша довольно улыбался. – Хочу знать всё.

Они проговорили до самого утра. Джим рассказала о своей жизни за последние четыре года, описала чуть ли не каждого родственника своей семьи и даже подробно поведала о самом раннем детстве. Рассказала о том, как была украдена в младенчестве, о заброшенном замке, о «добром путешественнике», о приюте, о страшных снах, после которых она всегда просыпалась со стойким чувством, что должна что‐то вспомнить, но не могла. Под конец она призналась, что «добрым путешественником» был Кассиан, сказала также, что так и не смогла ему открыться. Отчего Арникус жутко разволновался. Долго возмущённо повторял: «Ну как он мог тебя не узнать? Как?» А потом, успокоившись, радовался: «Это хорошо, что не узнал!»

Когда начало светать, Арникус со своими воинами проводил Джим до академии. Они попрощались возле ворот, и девушка вошла во двор. Проходя мимо охраны, заметила их осуждающие взгляды. Её так и подмывало сделать что‐нибудь эдакое, но Джим сдержалась.

Она была уже на полпути к жилым корпусам, когда решилась. Бегом вернулась к воротам, перепугав до демонов полусонную охрану, и выглянула наружу.

По пустынной дороге в свете занимающейся зари Арникус, как когда‐то давно, двигался в окружении своих воинов. Вот он остановился и резко обернулся.

Джим едва успела спрятаться. Больше она выглядывать не рискнула, а бросилась бегом к себе в комнату. Там она нашла на своей кровати спящую Алисию. «Видно, пришла поболтать и не дождалась меня». Устало присела на стул, вытянула из выреза платья медальон и внимательно рассмотрела его. Овальной формы, внутри чёрный камень, по кругу выгравированы непонятные символы. Перевернула обратной стороной, всмотрелась в пустое место для камня и гладкое, без украшений, возвышение вокруг него. Спрятала медальон и тут только заметила, что на ней до сих пор надета куртка Арникуса. Аккуратно сняла, бережно сложила и оставила на стуле, потом и сама переоделась в длинную ночную рубаху и нырнула под бок к Алисии, выдернув из‐под неё одеяло. «Обязательно верну куртку при встрече», – улыбаясь, подумала Джим, а через какое‐то время уже сладко посапывала.

***

1. Магический посох‐жезл – в закрытом состоянии небольшого размера в виде жезла. С одной стороны навершие, с другой – тупой конец. В открытом состоянии – в виде посоха‐шеста. С одной стороны также остаётся навершие, а вот с другой – острый край в виде лезвия, или острый конец, или то и другое. Бывает заточен с одной стороны или с двух. Может наносить как рубящие, так и колющие удары.

2. Заспинные полуножны – состоят из кожаной основы, скрепленной кожаным шнуром. Крепятся на груди и за одно плечо ремнями с пряжкой; по‐простому – заплеч.

Глава 2

Начало практики. Прибытие на место

Конец лета. Раннее утро. Солнце ещё не взошло, но ночной сумрак уже развеялся без следа, оставляя мглу лишь в чаще леса. Природа будто замерла в ожидании восхода светила – ни ветра, ни звуков. И вот далеко на востоке небо посветлело, лёгкие облака окрасились в нежно‐розовый цвет, первые солнечные лучи коснулись макушек деревьев. Как по волшебству, тут же проснулись птицы, наполняя лесную тишину переливчатыми трелями и птичьим гомоном.

Тёплые лучи, проникая сквозь деревья, осветили лесную поляну, на окраине которой медленно догорал одинокий костёр. Вокруг не было видно ни души. Только куча седельных сумок, беспорядочно сваленных возле костра, показывала, что данное место не пустовало. В этот момент из темноты леса на поляну под солнечные лучи медленно, по одному начали выходить звери. Неспешно направляясь к костру, они по‐хозяйски рассаживались вокруг и долго всматривались в умирающий огонь. Вот хрустнула ветка. Все разом обернулись на звук.

Со стороны, противоположной той, откуда они сами недавно пришли, появилась Джим, ведя на цепи Ки‐ису, следом за ней послушно ступали отогорские лошади. Вдруг зверь увидел на поляне ненавистных врагов и рванул вперёд. Джим натянула цепь и неодобрительно прикрикнула на свою питомицу. Гросса так и не смогла привыкнуть к оборотням, в каком бы обличье они не были. Как кошка на собак бросалась, лишь завидев их.

– Не нужно! – девушка ласково потрепала гроссу по холке. – Ты же воспитанная девочка.

Тут Джим перевела взгляд на родственников, сидевших кружком возле потухшего костра, и, начала специально обходить их стороной, недовольно сказала:

– Что‐то вы сегодня припозднились. Как бы не опоздать. Помню, наши маги умудрялись ещё до обеда отправить всех по местам назначения.

Она почти дошла до огромного дерева, таща за собой гроссу, подозрительно косившуюся на восседавших кружком оборотней, когда огромный чёрный волк оскалил клыки. Ки‐иса тут же бросилась в его сторону, волоча за собой Джим.

– Изар! Ну зачем? – она укоризненно посмотрела в сторону друга, потянула на себя гроссу и снова с усилием потащила её по направлению к дереву. Мимоходом бросила через плечо: – Я отнесла ваши вещи к речке. Приведите себя в порядок. Нам надо бы уже отправляться.

Крепко удерживая своего питомца, Джим обернулась и проводила взглядом неспешно удаляющихся огромных волков. Девушку так и подмывало их поторопить. «Там, наверное, Алисия вся уже извелась, выглядывая меня».

Джим откопала из общей кучи свою сумку, вытащила чистые вещи и переоделась. Девушка решила не мудрить, потому выбрала привычную одежду: сорочку свободного покроя и широкие штаны, подвязанные снизу. Для удобства подпоясалась красивым расшитым поясом, подаренным бабушкой и так полюбившимся ей, а сверху накинула кожаный жилет. Обувь менять не стала – оставила симпатичные чёрные сапожки, которые были такими мягкими, что совершенно не чувствовались на ногах. Подумав, она также переплела волосы, а затем полезла проверить свой магический посох‐жезл. Мелькнула мысль: «А не надеть ли его?» Но Джим быстро поняла, что это будет лишним. Вместо этого она достала огромное яблоко и сочную морковку. Долго выбирала между ними, выбор пал на яблоко.

В этот момент на поляну вернулись мужчины и принялись тут же седлать лошадей и приторачивать свои седельные сумки. Вскоре Илиодор угрюмо сказал:

– Мы готовы.

Джим отвязала гроссу, подошла к своей лошади. Взобравшись в седло и подтянув Ки‐ису, ожидающе посмотрела на дядю.

– Здесь осталось несколько часов езды, – он недовольно хмурился, ему не нравилась эта спешка. – Мы успеваем в срок, не волнуйся. – Подъехал к племяннице с противоположной стороны, чтобы не нервировать гроссу, и тихо спросил: – А ты надела эту приспособу на себя? – быстро и с намёком провёл рукой вдоль груди.

– Надела, – ответила Джим, жутко краснея и оглядываясь, не услышал ли кто их разговор.

То, о чём спрашивал Илиодор, и правда, иначе, чем «приспособа», назвать было трудно. Эта вещь надевалась на голое тело, выглядела, как укороченная, плотно облегающая рубашка с застёжкой по переду и с коротким рукавом, выполненная из дорогого необычного материала – лёгкого и плотного, но при этом очень прочного. Область плеч и груди вдобавок были защищены хитиновыми пластинками, которые позволяли легко двигаться, не сковывая движений.

– Не смущайся, милая, не надо. – Илиодор заметил её неловкость и понизил голос до шёпота: – Она и для удобства нужна, и жизнь тебе спасёт, если что, недаром ведь лучшие мастера трудились над этой штукой целый месяц. – Снова тот же жест: – Я ведь, как увидел, чем ты себя обматываешь… – теперь пришло время смущённо отвести взгляд ему, дядька даже закашлялся, – …на озере, когда учил тебя плавать. Ну да ладно. – Тут он обратил внимание на её причёску и забыл, что хотел ещё сказать. – Слушай, а ты зачем так заплела косу? Как будто на войну собралась!

– Правда? Я даже не заметила, – несколько виновато сказала Джим, удивлённо трогая волосы. – Не знаю, о чём думала, – пожала плечами. – Видно, волнуюсь.

Хмуря брови, Илиодор ещё раз осмотрел её с ног до головы, но, похоже, решил, что не очень‐то девушка волновалась. Больше не сказав ни слова, он сдавил коленями бока лошади и медленно тронулся с места, за ним – воины, а следом – Джим с гроссой.

Через какое‐то время постепенно перешли с лёгкого аллюра на галоп, а через час уже подъезжали к академии. Джим ещё на расстоянии увидела Алисию, которая беспокойно вышагивала возле ворот. При взгляде на подругу у девушки всегда становилось тепло на душе. В этот момент Лис что‐то почувствовала, остановилась, повернула голову в сторону дороги, увидела их отряд и заулыбалась.

Джим, не доезжая до Алисии, спрыгнула с лошади, закинула за спину дорожный мешок, ранее прикреплённый к седлу. Подтянула к себе гроссу, укоротив цепь, и спешно пошла к воротам.

– Всё в порядке? – спросила Джим, останавливаясь напротив Алисии и разглядывая её встревоженное лицо.

– Теперь да, – коротко ответила девушка, порывисто притянув подругу к себе. – Маги, не покладая рук и сил, уже целый час отправляют славных выпускников Рутонской академии по местам их назначения, – быстро зашептала Алисия. – А тебя всё нет и нет. Стало вдруг тревожно, – она заглянула в лицо Джим. – Чего так задержались? Все уже давно здесь, – кивнула головой в сторону двора академии.

– Мы не задержались, – вместо Джим ответил Илиодор, подходя к девушкам и удивлённо разглядывая кучу народа во дворе академии. Строго посмотрел на племянницу: – Вот видишь, а ты говорила, что никто не приедет провожать своих отпрысков! Всю дорогу на нас ворчала. Поторапливала. А эти здесь уже давно, потому что наверняка прибыли своими портами, – усмехнулся, намеренно произнеся это слово неправильно. – А мы вот своими лап… ногами пришагали.

– Это точно, что пришагали, – Джим закусила губу, чтобы не засмеяться, и посмотрела на Алисию. – Одну минутку – и пойдём. А пока подержи, пожалуйста, – сунула ей в руки цепь. – Гросса с тобой и то лучше себя ведёт, чем с ними.

Джим быстрым шагом вернулась к сопровождавшим её воинам, и тепло попрощалась с каждым. Старкада нежно обняла, по‐дружески пожала руку Изару. Каждому сказала несколько ласковых слов. Она долго не могла отпустить дядю, который окончательно расстроился и едва мог говорить. Попросила не ходить за ней, пообещала скоро вернуться. Суровые мужчины не находили слов, просто осторожно хлопали её по плечу и тихо желали удачи.

Джим чуть ли не бегом подлетела к Алисии, перехватила у неё гроссу и потащила их обеих к воротам академии.

Окончательно растерявшись, оборотни не могли ни на что решиться – ни уйти, ни остаться. Молча переглянулись между собой и, не сговариваясь, двинулись к воротам и прошли во двор. Остановившись на некотором расстоянии от площадки, откуда шла отправка выпускников, принялись внимательно наблюдать за происходящим.

Девушки быстро нашли Виттора, который тоже заметно нервничал. Только заприметив спешивших к нему девушек, он расслабился, поднял свой мешок и пошёл к ним навстречу.

– Рад тебя видеть, – поприветствовал он Джим и неодобрительно покосился на Ки‐ису. – Зачем ты тащишь её с собой?

– Я не могла оставить её дома, – девушка виновато посмотрела на друга. – Никто так и не смог с ней подружиться. И здесь не могу оставить: она никого, кроме меня, не слушается.

– Это у неё такой возраст, – многозначительно выдала Алисия, разглядывая гроссу. Та спокойно стояла рядом с Виттором и оглядывала окрестности. – Странно, а почему же она тогда не бросается на Виттора?

– Так она меня с детства знает, – ответил Виттор, тоже внимательно посмотрев на Ки‐ису. – Видно, привыкла к моему запаху. Как, в принципе, и к твоему, – сказал он, обращаясь к Алисии. – Джим постоянно с нами, да и в зверинец мы с ней не раз ходили.

Друзья ненадолго замолчали. Одна только Джим задумчиво переводила взгляд с гроссы на Алисию и обратно. Она же нарушила тишину:

– Лис, я не поняла, что значит это твоё «у неё такой возраст»? – девушка вопрошающе посмотрела на подругу.

– Что, что? – Алисия покраснела. – Жених ей нужен, вот что!

– Так где же взять этих женихов? – тихо проговорила Джим, удивлённо рассматривая свою питомицу. – Вот никогда бы не подумала.

Виттор подозрительно закашлялся, быстро отвернулся и усиленно стал перепроверять содержимое своего дорожного мешка.

Зачитали список, следующими шли они.

– Джим, ты ведь впервые будешь через портал идти? – забеспокоилась вдруг Алисия, не отводя тревожного взгляда от незнакомого мага, который готовился открыть для них переход.

– Да, – ответила Джим, машинально подтягивая к себе гроссу и тоже переводя взгляд на мага. – А что‐то не так?

– Слушай, когда мы войдём, задержи дыхание! Поняла? – приказала Алисия. – В первый раз всегда не очень хорошие ощущения. – И уже мягче, словно извиняясь: – Понимаешь, в тебе совсем нет магии, ты не сможешь защититься.

– А как же тогда они? – обеспокоенно спросила Джим, кивая головой в сторону Виттора и гроссы.

– Не знаю. На слишком большое расстояние пойдём, – Алисия нахмурилась.

Прийти к какому‐то решению девушки не успели: наступил их черёд переправляться через портал.

– Так, встали сюда, – прозвучал приказ. – По команде сделаете шаг вперёд.

Друзья переглянулись между собой, подошли к указанному месту, а когда перед ними занялось мерцание, Джим резко обернулась. Встретилась глазами с дядей, обвела всех знакомых взглядом, улыбнулась и решительно ступила в мерцающее облако.

Первым, что Джим почувствовала, было очень неприятное ощущение – будто из неё разом вышибли весь воздух. Рядом рычала Ки‐иса. Алисия что‐то кричала, но девушка, как ни старалась, не могла разобрать ни слова. С каждым мгновением грудную клетку сдавливало всё сильнее и сильнее, грозя сломать рёбра и лишить оставшегося воздуха. Джим казалось, что она умирает, она хотела закричать, но вдруг всё прекратилось. Перед глазами рассеялось марево. Девушка сделала полной грудью вдох, и вдруг…

Гросса с воплем «ва‐у» рванула на встречавших их незнакомцев. За ней потянуло ослабевшую, но крепко держащуюся за цепь Джим. Помянув всех богов, Виттор в последний момент ухватился за цепь, пытаясь остановить взбесившееся животное, и по инерции проехал следом за ними, а за Виттором – Алисия, которая повисла на его талии.

– Мать вашу, – орал беловолосый незнакомец с короткой стрижкой, ловко уворачиваясь от когтей гроссы. Он стоял ближе всех к порталу.

– Это что же делается? – чуть громче шёпота звучал голос другого. Мужчина с длинными пепельными волосами настороженно наблюдал за происходящим, но вмешиваться не спешил.

– Прекратить немедленно! – скомандовал третий, одетый в серую мантию с капюшоном, накинутым на голову.

Друзьям кое‐как удалось оттянуть гроссу назад. Виттор внимательно присмотрелся к незнакомцам. Двое – метаморфы, а третий…

– Томан Алсон, маг. Послан встретить вас, чтобы сопроводить в крепость Нордфорд, – строгим голосом начал мужчина в серой мантии, убедившись, что все успокоились. Он откинул назад капюшон и посмотрел в растерянные лица прибывших, ожидая, когда всё внимание будет обращено к нему. После заметной паузы продолжил: – Это мои сопровождающие: Алдор, – представил возмущенного стычкой с Ки‐исой блондина, – и Эвар, – кивнул головой на другого мужчину, стоявшего слева от него. Тут он достал из кармана мантии свиток и внимательно в него всмотрелся. – Три боевые единицы, – хмуро сказал маг, чему‐то кивая, оценивающим взглядом осматривая прибывших новобранцев.

И в этот момент Джим вырвало.

– Ничего, ничего, – Алисия заботливо приобняла её за плечи, – сейчас отпустит. Это с непривычки. Потом будет легче. – Занятая Джим, она не обратила внимания на пристальный взгляд мужчины с пепельными волосами. Он как‐то по‐звериному раздул ноздри и, втянув воздух, довольно улыбнулся.

– Я бы сказал, две полноценные боевые единицы, – тихо прошелестел его голос. Эвар отвлёкся, разглядывая мальчишку, едва державшегося на ногах.

– Имя, – потребовал маг, обращаясь к Виттору, и снова уставился в свиток.

– Виттор Деф'Олдман, – отрапортовал юноша, тревожно поглядывая в сторону Джим. Девушка была очень бледной.

– Какое отношение имеешь к Харону и Гарону Деф'Олдманам? – спросил Алдор, недобро щурясь.

– Старшие братья, – Виттор отметил про себя этот взгляд и тот тон, каким были произнесены имена его братьев.

Маг тем временем перевёл взгляд на красноволосую девушку:

– Имя.

– Алисия Адрагон, – быстро представилась она и дёрнула Джим за руку, привлекая её внимание к происходящему.

– Джим Деф'Олдман, – тихо произнесла Джим.

– Ещё один братец? – поинтересовался стриженый блондин, в изумлении приподнимая брови.

Виттор отрицательно покачал головой, Алисия, наоборот, кивнула, а Джим в ужасе округлила глаза, понимая, что её снова ошибочно приняли за мальчишку.

– Так «да» или «нет»? – становясь всё угрюмее, поинтересовался Эвар. Почему‐то ему совсем не нравилось, как нежно красноволосая красавица обнимает хилого мальчишку.

– Мы носим одну и ту же фамилию, но не родственники, – ответил Виттор, подходя к девушкам и поддерживая Джим с другой стороны.

– В седле держаться умеете? – спросил маг, откровенно разглядывая мальчишку и гроссу возле его ног. – А он точно выпускник Рутонской академии? – в растерянности поинтересовался он, ещё раз вглядываясь в свиток. – Ну да, есть такой Джим Деф'Олдман. – Снова посмотрел на мальчишку: – Слышь, пацан, в седле держаться‐то сможешь?

Джим кивнула и уверенно направилась к осёдланным, но стреноженным лошадям, стоявшим невдалеке. За ней следом, переглянувшись, двинулись её друзья.

– Всё в порядке, – тихо сказала она Алисии, забираясь с помощью Виттора в седло и подтягивая к себе гроссу, чтобы та не волновала животных и их наездников. – Я справлюсь.

Лис только хмуро покачала головой. Джим проследила, как Виттор ловко распутал ноги у лошади, и вздохнула: тяжело ей дался переход. Юноша выпрямился, ободряюще похлопал подругу по колену. Она благодарно улыбнулась.

Как только все уселись в сёдла, прозвучала команда трогаться. Джим терпеливо подождала, пока все всадники проедут вперёд, только потом двинулась следом, обеспокоенно контролируя свою питомицу.

Большую часть пути их небольшой отряд проделал по густо заросшему лесу, пока впереди не показалась стена. Здесь они круто взяли вправо, дальше поехали по относительно открытому пространству. Так и не проронив ни слова, через какое‐то время друзья и их сопровождающие выехали на наезженную дорогу, которая прямиком вела к открытым воротам величественной крепости, пристроенной к стене. Форт поражал своей неприступной красотой и словно осязаемым могуществом – даже гросса вдруг притихла и стала вести себя спокойно.

Джим привстала в стременах, с любопытством всматриваясь вперёд.

– Третий пост, – пояснил маг, обернувшись к практикантам. – Третий, если считать от земель, дальше которых ничего нет.

Джим очень серьёзно посмотрела на мужчину: «Знал бы он, как там дальше «ничего нет» на самом деле!»

Томан Алсон усмехнулся и серьёзно добавил:

– Испокон веков здесь располагался основной гарнизон «зелёных патрулей». Дальше вдоль всей стены расположены лишь небольшие заставы. Ну, и не забудем про пикеты, поставленные на некотором расстоянии от стены со стороны Тёмной империи.

– А зачем пикеты поставлены на расстоянии от стены, да ещё на той стороне? – поинтересовался Виттор.

– А затем, – вмешался в разговор стриженый блондин, – что совсем плохо стало на той стороне. Гибнут там люди и нелюди, – в его словах прозвучало столько боли, что Джим невольно оторвала восхищённый взгляд от стены и посмотрела на него. Заметив, что привлёк к себе всеобщее внимание, он быстро добавил: – А пикеты эти появились сразу после подписания соглашения с Тёмной империей. Они расставлены немного на удалении от стены и на определённом расстоянии друг от друга. Каждый контролируется своей заставой, защищён магией. В них есть тёплые вещи и еда. Те, кто смог туда добраться до темноты и продержаться до утра, – он замолчал и тяжело вздохнул, – будут жить.

– Вот новость! – Алисия осуждающе посмотрела на всадников, сопровождавших их. – Зачем же заставлять беглецов ждать до утра?

Джим и Виттор тут же поддержали подругу, кивая в знак согласия.

– Никто не может нарушить приказ Хранителей. Никто! Приступая к службе, каждый принимает присягу и даёт клятву. Врата ночью остаются закрытыми и запечатанными. Так было испокон веков. Так будет вечно. За нарушение приказа, в лучшем случае, бесчестие. В худшем, если всё же произойдёт прорыв, смерть. И это будет милосерднее для виновника, чем то, что сотворят с ним его же товарищи, – вмешался в разговор маг, сурово отчитывая новичков.

– Не тебе судить! Ты не видела, как рискуют наши патрульные, спасая чужие жизни, – с Алисией поравнялся Эвар. – Вон, один Ветер чего стоит! О нём уже начали складывать легенды – что с этой стороны, что с той. Он выводил беженцев оттуда, откуда, казалось бы, невозможно это сделать в принципе. Он пробирался туда, куда отказывались идти другие, считая безнадёжным делом.

Алисия, жутко покраснев, потупила глаза. Джим лишь сдвинула брови, а Виттор поинтересовался:

– Сколько раз за световой день проверяются пикеты?

– Постоянно, – ответил маг.

– Приехали, – прервал их разговор блондин, придержав свою лошадь и пропустив новобранцев во главе с магом вперёд.

Друзья медленно въехали в крепость. Во дворе стало тихо: каждый оставил своё дело и с любопытством рассматривал прибывших новичков, а потом все начали удивлённо переговариваться между собой.

– Что‐то в последнее время совсем обмельчала Рутонская академия, – сказал мужчина, идя навстречу Томану и не отводя пристального взора от Алисии. – Ух, какая красавица, – тихо восхитился он, забирая повод у мага, но девушка всё же услышала и вновь покраснела.

Друзья спешились и сбились вместе, смущаясь от всеобщего внимания. Джим подтянула гроссу к себе поближе, предупреждающе шикнула на неё. Девушка почувствовала, как Алисия взяла её за руку. Виттор ободряюще похлопал обеих по плечам, снял их седельные сумки и по‐хозяйски закинул себе за спину.

Со стороны главного здания неспешно приближались двое мужчин. Они остановились напротив, какое-то время оценивающе рассматривая новичков, которые уже выстроились в ряд, как полагалось по регламенту. Лишь потом один из пришедших соизволил заговорить.

– Прибыли? – сказал полноватый мужчина низенького роста, обращаясь больше к магу, но не отводя заинтересованного взгляда от Алисии. – Комендант крепости Малиган Седон, а это мой помощник Маер, – быстро представился он, мельком указав на мужчину рядом. – Готовьтесь, на ближайшие годы я для вас и папа, и мама. – Тут его внимание привлекла гросса. Он перевёл суровый взгляд на Джим и строго спросил: – Ты зачем притащил с собой гроссу? У меня половина гарнизона – метаморфы, – комендант мотнул головой себе за спину. Окружающие согласно зашушукались. – В таком возрасте эти животные делаются совершенно неуправляемыми.

«И этот туда же. – Джим с любопытством посмотрела на свою любимицу. – Вот интересно, что они видят такого, чего не вижу я?»

Джим потянула за повод, пытаясь задвинуть гроссу себе за спину, чтобы спрятать от осуждающих глаз коменданта. Ки‐иса прятаться совсем не собиралась – с силой дёрнула головой и решила, уже не скрываясь, выразить свой протест. Она попыталась достать лапой чужака, причём произошло это настолько стремительно, что Джим не успела среагировать. Комендант смачно выругался и отступил назад, но только на один шаг. Другой же мужчина резво отбежал на некоторое расстояние и подозрительно покосился на Джим.

– Как зовут? – спросил комендант, хмурясь всё сильнее.

– Ки‐иса, – быстро ответила Джим.

Малиган округлил глаза и даже закашлялся, пытаясь спросить что-то ещё, затем тихо засмеялся, за ним – его помощник, а через мгновение смеялись уже все, кто был свидетелем этого разговора. Кто‐то даже тихо спрашивал: «Так я не понял, это имя пацана или же он так умудрился назвать гроссу?»

Теперь пришло время краснеть Джим: она поняла, что спрашивали её имя, а не животного. «Ну, просто замечательно!»

Девушка шумно выдохнула. По давней привычке пригладила руками волосы. Они уже давно отросли, но руки сами по себе так и тянулись проделать это каждый раз, когда она испытывала неловкость или нервничала. Гордо подняла голову и громко представилась:

– Джим Деф'Олдман. – А потом, понизив голос, обратилась к коменданту: – Можно мне с вами поговорить?

Смех оборвался, комендант более внимательно посмотрел на неё.

– Родственник Харону Деф'Олдману?

– Однофамилец, – быстро ответила Джим, пытаясь утихомирить Ки‐ису. Та всё порывалась лично познакомиться с мужчинами. А ещё животное чувствовало, что хозяйка нервничает, и от этого беспокоилось ещё больше. – Так можно?

– Нет, – резко ответил Малиган, но потом мягче добавил: – Сегодня не получится: отправляем обоз с продовольствием на второй пост. Подойдёшь завтра утром. – Он перевёл взгляд на гроссу. – Ты лучше мне скажи, кто за ней будет смотреть?

– Я буду, – твёрдо ответила Джим.

– Конечно будешь! – мужчина от удивления приподнял брови, увидев, как гросса, ласкаясь, потёрлась о ногу мальчонки. – И не только за ней будешь ухаживать. Весь зверинец отныне числится за тобой. – Не оборачиваясь, отдал приказ помощнику: – Покажи им, где что у нас находится, но сначала отведи в столовую: время обеда, пусть с дороги заправятся. – Комендант ещё раз внимательно осмотрел новобранцев, покачал головой, повернулся и быстро пошёл прочь.

Джим от одной мысли о столовой снова сделалось плохо. Она уже хотела было отказаться, но помощник предложил первым делом пройти к зверинцу и оставить там питомца.

Зверинец был в ужасном состоянии. Ещё на подходе они почувствовали характерный запах. Девушки сразу зажали носы. Алисия сочувственно посмотрела на подругу, Виттор тоже молчал, пребывая в шоке от увиденного. Гросса – так вообще наотрез отказалась входить! Джим разглядывала вольеры и тихо впадала в панику.

«На них бы нашего орка из академии! – подумала она мрачно, жалея бедных животных, выглядывающих из вольеров. – Он бы их самих заставил день‐другой пожить в таких условиях».

С горем пополам Джим всё же затащила гроссу внутрь, нашла более‐менее чистый уголок и оставила её там, клятвенно заверив, что в ближайшее время наведёт порядок.

От зверинца помощник коменданта повёл их в столовую и оставил возле входа, пообещав вернуться сразу, как только закончится обед.

Друзья долго не решались зайти в помещение, откуда доносились пряные запахи различных специй, которыми щедро были приправлены подаваемые блюда. Однако стоять на пороге ещё дольше было бы глупо, поэтому Виттор толкнул дверь и терпеливо дождался, пока девушки пройдут внутрь.

Как по волшебству, звуки сразу смолкли. Перед Алисией вырос стриженый блондин Алдор, их недавний знакомец.

– Прошу к нашему столу.

Он предложил Алисии локоть, чтобы лично сопроводить её, но девушка повернула руку ладонью вверх и небрежно покрутила пальцами, будто катала шарик. В её ладошке тут же занялся огненный сгусток, который она продолжала ласково перекатывать одними пальцами, при этом ни на мгновение не отводя взгляда от лица Алдора.

– Всё. Понял, – блондин изумлённо рассматривал огненные сполохи в глазах красноволосой красавицы. – Так бы сразу и сказала, что стол не подходит. – Отвернулся и быстро удалился.

По столовой прокатился смех, а Алисия лишь тихо сказала: «Задрало всё… и все».

Эти «все» как раз с огромным интересом поглядывали на прибывших. Особенно их заинтересовала девушка, которая с такой лёгкостью управляла огнём.

Друзья направились к раздаточному столу. Джим немного замешкалась, столкнувшись с огромным детиной, который, ничего не замечая, двигался к выходу и чуть не сбил её с ног. Как будто почувствовав на себе чужой взгляд, воин остановился, резко обернулся. Джим нервно сглотнула, встретившись с ледяным взглядом незнакомца, но не смогла заставить себя отвести взор от сурового, испещрённого шрамами лица мужчины. Приветственно кивнула головой, на что он презрительно осмотрел её с ног до головы, тихо выругался и продолжил свой путь. Девушка пожала плечами и пустилась вдогонку за друзьями, которые к этому моменту взяли для себя еду и шли к столику неподалёку. Джим не смогла себя заставить поесть. Она уныло ждала, пока насытятся друзья, чтобы наконец отправиться в комнату, где можно будет немного отдохнуть.

Через какое‐то время в столовую заглянул помощник Малигана Седона и пригласил их за собой, а ещё через какое‐то время Джим, срываясь чуть ли не на крик, требовала, чтобы её срочно проводили к коменданту крепости. На что в ответ получила категоричное: «Нет».

– Велено ждать до утра, значит, жди до утра. И что, в принципе, может тебя не устраивать? – осуждающе спросил помощник, заглядывая внутрь просторной комнаты. – Стандартная комната, в которой вполне свободно располагаются шесть мужчин.

Виттор осторожно тронул её за руку, привлекая к себе внимание, тихо сказал:

– Ничего, сегодня как‐нибудь переночуем, а с утра пойдёшь и поговоришь с комендантом, – он понимающе похлопал подругу по плечу, не зная, как ей помочь. – Главное – мы вместе. Не переживай! Всё будет хорошо.

Джим кивнула и зашла в комнату, с неподдельным беспокойством разглядывая четыре аккуратно заправленные кровати. Друзья заняли свободные места, Джим скинула сапоги и упала на койку, устало сказав: «Я на чуть‐чуть. Разбуди к ужину». Дождавшись кивка Виттора, девушка закрыла глаза и провалилась в долгожданный сон. Но проснулась она глубокой ночью от странного звука: то ли зверь рычал, то ли умирающий хрипел, то ли что‐то рушилось. Она в ужасе села и долго вглядывалась в темноту, пока не поняла, на что это похоже. Все соседние кровати были заняты. На них спали мужчины, о чём свидетельствовал их храп.

– Какой кошмар! – тихо пробубнила Джим и сунула голову под подушку. – Быстрее бы утро!

Глава 3

Первые неприятности. Встреча

Раннее утро. На тренировочную площадку Виттор пришёл, как обычно, одетый по минимуму: штаны и заспинные кожаные ножны, из которых выглядывали мечи. Босиком. На голове узкая повязка сложного плетения из кожаных тонких ремешков. Виттор однажды обмолвился, что такие украшения делала их мать, создавая для каждого из сыновей собственную неповторимую вязь. Женщина скончалась вскоре после родов, но успела создать особенный узор для самого младшего из своих сыновей. Отрешившись от всего окружающего, юноша немного размялся, побегал и затем приступил к своему завораживающему танцу с мечами. Через некоторое время к нему на площадке присоединилась Алисия. А чуть позже девушка со всех ног уже неслась по коридорам к комнате Джим, не замечая ничего вокруг, то и дело с кем‐нибудь сталкиваясь.

Джим собиралась проснуться пораньше, ведь легла она очень рано, едва не падая от усталости из‐за сложного перехода. Но, на удивление, девушка даже не услышала, как мужчины покинули комнату. Поэтому, когда к ней ворвалась Алисия, Джим жутко перепугалась. С силой распахнутая массивная деревянная дверь ударилась о стену, распространяя гулкое эхо по пустому коридору и сбивая старую краску с поверхности крепкого, но старинного кирпича. Едва переведя дыхание, Лис тут же с порога запричитала:

– Там Виттор! Один. Четверо. Все оборотни. Повязали сетью! – И даже не удосужившись убедиться, что Джим её поняла и следует за ней, скрылась за дверью. Джим в недоумении обвела комнату взглядом. Всё вспомнила, нахмурилась. И тут до неё наконец дошёл смысл сказанного.

– Тьма! – выдала Джим, резко соскочила с кровати и тут же грохнулась со всего маха на пол. Сообразив, в чём дело, она раздражённо выпуталась из пледа и припустила за подругой, но, почувствовав холод камня голыми стопами, вернулась и надела сапоги. Подхватила с прикроватного столика ремень с ножнами, нацепила его на пояс, застегивая на ходу.

Джим догнала Алисию лишь возле площадки. Девушка остановилась и в отчаянии заламывала руки. Не оборачиваясь, тихо попросила:

– Прошу тебя, сделай что‐нибудь!

Джим обошла её и попыталась оценить обстановку. «Да уж, народу собралось много». Недалеко от них по всему двору плотным кольцом стояли едва ли не все жители крепости, поэтому трудно было что‐либо рассмотреть. Девушка оттолкнула одного, протиснулась мимо другого, подлезла, обошла и чуть не вывалилась в круг, где шёл ожесточённый бой. Если, конечно, можно было назвать боем то, что сейчас происходило на её глазах.

В центре круга, держась на равном расстоянии от Виттора, метались огромные звери. Джим удивлённо присвистнула. Шея и спина друга были оплетены тонкими серебристыми нитями, от которых ему никак не удавалось освободиться. Необычная ловчая сеть для нелюдей блестела и переливалась на солнце искусной сложной вязью.

– Что происходит? – спросила Джим, обращаясь к молодому воину, стоявшему рядом с ней.

Девушка обвела возмущённым взглядом выходящие на площадку окна, забитые любопытствующими зрителями, для которых не нашлось места на площади. Она не смогла сдержать возглас удивления, когда в одном из проёмов заметила того самого детину, с которым ей не повезло накануне столкнуться в столовой. Он спокойно наблюдал за происходящим внизу и совершенно не собирался вмешиваться. Вот он посмотрел куда‐то вправо и едва заметно кивнул головой, подавая кому‐то условный знак.

– Что за?.. – тихо, уже для себя, проговорила Джим, переводя взгляд на площадку.

Пока оборотни отвлекали внимание Виттора на себя, к нему со спины начали подкрадываться ещё два воина с верёвками в руках. Одним из них был Алдор, другого Джим раньше не видела. Она быстро осмотрелась. Её взгляд зацепился за старые шесты на противоположной стороне круга, судя по внешнему виду, ими здесь никто не пользовался. Уверенным шагом она направилась за шестом, а для этого нужно было пройти через весь двор, где сейчас происходила вся заварушка. Вокруг загалдели, засмеялись: появление тощего мальчишки сильно позабавило местное общество. Джим сильнее нахмурилась, но даже не посмотрела в их сторону. «Всё, как всегда. Ничего не меняется!» Воины и двое из волков тут же отреагировали на появление нового лица на площадке и бросились на перехват. Джим улыбнулась и побежала им навстречу. Никто не понял, как мальчишка смог избежать столкновения со зверями; воины же двигались размеренно, не торопясь. Но вот пацан ещё в середине площадки – и вот уже возле стены. Он ловким движением сорвал шест и развернулся лицом к преследующим его оборотням. Те тут же остановились, оценивающе уставившись на оружие в руках противника. Работая лишь кистью, Джим правой рукой раскрутила шест, прикинула его вес и удовлетворённо хмыкнула. Потом переместила оружие в левую и тоже проделала несколько вращений, примеряясь. Вернула обратно в ведущую руку и привычно подхватила в правую подмышку, упираясь кистью в середину шеста базовым захватом. Сделав два шага вперёд, девушка слегка присела на левой ноге, отводя правую вбок. Пальцами свободной руки поманила противников к себе. И всё это заняло буквально несколько секунд.

Как же Алисия любила этот момент, когда Джим вооружалась шестом и начинала двигаться! Вокруг сразу смолкали все смешки и язвительные высказывания, потешники моментально превращались во внимательных зрителей. Вот и сейчас многие с неподдельным интересом уставились на Джим, в нетерпении ожидая продолжения. От волнения на ладонях Алисии сам по себе вспыхнул огонь. Девушка усилием воли потушила его и продолжила следить за полем битвы.

– Слышь, пацан, шёл бы ты лучше на брёвнышке посидел, – откровенно потешаясь над всеми этими действиями, сказал Алдор. – Видишь, здесь большие дяди разбираются, – он щурился и всё никак не мог понять, что там затеял мальчишка.

Раздался дружный смех.

Ох, не смешно было Джим, совсем не смешно. При выходе из порта стошнило, за мальчишку приняли, сама себя назвала Ки‐исой, да ещё поселили в комнату к мужчинам. Последнее скрашивало только соседство Виттора, с которым было спокойнее.

«Он что, думает, я устала?»

Она даже огляделась вокруг в поисках этого самого брёвнышка. Так и не произнеся ни слова, девушка пожала плечами, тряхнула головой, мысленно приказывая себе сосредоточиться, снова поманила мужчин рукой.

– Ну смотри, – Алдор усмехнулся, недобро прищурившись, – ты сам напросился. – Быстро что‐то сказал на неизвестном девушке языке, и тут же в сторону Джим бросились оба волка.

Девушка оценила расстояние между собой и нападавшими, поменяла положение тела, раскрутила в руках шест, изящно перемещая его по кругу, исключив тем самым малейший шанс того, что волки смогут приблизиться к ней. И в этот момент один из зверей прыгнул. Движения Джим были неуловимыми для человеческого глаза, но вот «другие» вполне могли заметить, как она быстро сделала шаг правой ногой вперёд и вбок, позволяя телу соперника по инерции пронестись мимо, и нанесла быстрый точный удар концом шеста в его левый висок. Животное взвыло от боли, тряся головой и отбегая в сторону. Это послужило сигналом второму волку, он тут же бросился на Джим с другой стороны, видимо, надеясь, что она, отвлеченная его собратом, не заметит нападения. Джим переместила центр тяжести с одной ноги на другую и обводящим движением шеста сначала отвела от себя неминуемое столкновение, а затем нанесла удар сверху по голове зверя. Тот рухнул как подкошенный возле ног Джим, не издав ни звука. Не испытывая каких‐либо эмоций, она спокойно, без демонстративного превосходства осмотрелась вокруг.

Стойко выдержала восхищённый взгляд Алисии. У подруги снова занялись руки пламенем, и она как бы спрашивала, нужна ли ей помощь, но Джим покачала головой, заставив Лис оставаться на месте. Перевела спокойный взгляд на Виттора, ободряюще ему улыбнулась и лёгкой походкой направилась в его сторону, игнорируя оставшегося за спиной дезориентированного зверя и двух мужчин, стоявших с открытыми ртами.

– Джим, нет, – зарычал Виттор, вновь предпринимая безуспешную попытку освободиться от связывающих его пут.

За этим развлечением никто не заметил, как через ворота прошёл отряд, вернувшийся с задания. Уставшие воины вели на поводу своих лошадей и с интересом поглядывали на тренировочную площадку, пытаясь определить, что там происходит. Их никто не встречал: все были заняты зрелищем более интересным.

– Видно, Кетхар натравил своих псов на новобранцев, – тихо засмеялся один из прибывших, своим хрупким телосложением больше смахивавший на ребёнка. Но такое впечатление создавалось лишь до тех пор, пока не видели его лица, испещрённого морщинами. В глазах мужчины было столько мудрости и печали, что собеседники обычно невольно отводили свой взгляд. – Давир, пошли быстрее, я хочу на это посмотреть.

– Эльхан, ты прав, там явно что‐то происходит, – пророкотал огромный косматый мужчина. Он тянул шею и пытался хоть что‐то разглядеть впереди. – Я вот чего подумал: новобранцы эти к нам ведь в отряд пойдут. Только у нас не хватает бойцов, у Кетхара отряд полный. – В этот момент зрители одобрительно зашумели и расступились. Стало видно, что происходит на площадке. – Ветер, ты только погляди, и правда новичков на блохастость проверяют, – мужчина громко засмеялся, от него в испуге шарахнулись в сторону лошади.

– Эх ты, дырявая твоя голова, – пожурил его Эльхан. – Давир, сколько можно повторять? Не на блохастость, а на вшивость! Или как там правильно? – в некотором замешательстве почесал затылок, но вдруг посерьёзнел и взглянул на мужчину, которого раньше назвали Ветром: – Слушай, а действительно, зачем это всё?

– Да кто его знает, – ответил Ветер, внимательно вглядываясь в происходящее на площадке. – Видно, любопытство. Посмотреть, оценить, кто на что годен и чем владеет. – Он вдруг прищурился и даже приостановился. – Бог ты мой, а вот это уже интересно, – и быстро пошёл к площадке.

– Что интересно? Ты кого там заприметил? – едва поспевая за ним, поинтересовался Эльхан.

– Ветер, да скажи ты! – потребовал ответа и Давир.

– Не знаю, – с сомнением проговорил Ветер, – нужно подобраться ближе.

Они остановились чуть поодаль от толпы и с интересом осматривали площадку.

– Ветер, погляди на ту красавицу, – Эльхан пристально разглядывал девушку с красными волосами. Она стояла к нему спиной, но он прекрасно видел её руки и не отводил от них взгляда. – На её руки смотри. Ох, хороша огневичка. Пальцами не крутит, такое ощущение, будто огонь рождается внутри неё. – Он с беспокойством посмотрел на командира: – Слышь, может, подойти подстраховать ребят, а то ненароком кому‐нибудь из кетхаровской братвы хвост подпалит.

– Не нужно, – тихо сказал Ветер. Он улыбался, разглядывая не девушку с огнём в руках, а мальчишку с шестом на площадке. – Хорошие ребята.

– Вот оборотняка и правда хорош, – пророкотал Давир, пытаясь протиснуться мимо друзей и встать ближе, – а мальчонка маловат будет. И что это за хреновина у него в руках, разве с таким в бой пойдёшь? – На девушку он вообще не обратил внимания, сдвинул кустистые брови и присвистнул от удивления: – Ветер, да ты только погляди, что он вытворяет этой штукой!

Но Ветер, зная Кетхара, внимательно осматривал ряды, ожидая ещё какого‐то подвоха.

В этот самый момент, оставаясь на втором этаже, Кетхар весь подался вперёд, чуть ли не до половины свесившись из окна. Он прекрасно видел, как мальчишка с помощью старого шеста с лёгкостью уложил двух метаморфов из его отряда. «Немудрено, подобной техникой немногие сейчас владеют. Наверняка посох имеет, раз так лихо управляется с шестом. Интересно, а где он тогда его оставил? Если бы я на него хоть одним глазком взглянул, то по клейму и мастера вычислил бы, тогда смог бы узнать, кто обучал». Кетхар махнул кому-то рукой. От толпы отделились ещё двое и двинулись по направлению к Виттору. У одного из них была в руках верёвка, смотанная в виде петли для захвата.

Алдор с напарником подняли головы и ожидающе посмотрели на своего командира. Тот лишь кивнул им, и двое мужчин бросились к Джим.

Она тенью мелькнула мимо них, подсекла шестом незнакомца, а когда тот упал, она легко, но довольно ощутимо ударила его, резко переместилась влево, уходя от замаха мечом, развернулась и вступила в схватку с Алдором.

Тот мастерски наносил прямые удары, стараясь не покалечить мальчонку, а перерубить шест в его руках. Он теснил его обратно к стене, где тот недавно вооружился. Мелькнула мысль, что стоит узнать, каким же тогда оружием владеет новобранец, если так управляется с обычным старым шестом. Но в этот момент мальчишка улыбнулся. Искренне, открыто, как будто что‐то знал, известное только ему одному, и сам пошёл в наступление. Алдор едва успевал уворачиваться от мельтешащего перед глазами шеста, но всё же пропустил, недоглядел, получил ощутимый удар, который выбил весь воздух из его лёгких. Затем последовала подсечка, и мужчина в ужасе понял, что лежит на земле, а шест упирается ему в шею.

– Лежи! – беззлобно велела Джим и ринулась догонять двух других, у которых была верёвка.

Тенью возникла рядом с ними, с лёгкостью уложила обоих на землю, при этом было понятно, что приложила знатно: оба оказались без сознания. Отбила нападение ещё одного оборотня, подсекла шестом в прыжке другого. Метнулась за спину Виттора, выхватила из ножен киджар Аякара, подаренный самим Адагелием Оторонталием, и на глазах у изумлённый публики с лёгкостью совершила невозможное: раскромсала на маленькие кусочки бесценную ловчую сеть, которую считалось невозможным разрезать ни одним существующим оружием. Как только Виттор освободился, ему понадобилось лишь мгновение, чтобы полностью обратиться. Однажды Арникус рассказывал ей, что так умеют только первородные. Зверь отряхнулся, задрал голову и торжествующе завыл. Джим похлопала его по голове, на что зверь возмущённо фыркнул и начал медленно обходить оставшихся воинов. Алисия, не раздумывая больше ни минуты, смело вышла на площадку и встала рядом с Джим. Они плечом к плечу готовы были отстаивать своё звание лучших учеников Рутонской Академии.

– Довольно, – прозвучала вдруг строгая команда коменданта крепости, невесть откуда взявшегося на площадке. Многие могли поклясться, что не видели его там раньше, но кто же в пылу разыгрывающегося на их глазах действа будет смотреть по сторонам! – Что за представление вы тут устроили? – Малиган Седон осуждающе осмотрел всех присутствующих, поднял голову и встретился взглядом с мужчиной в окне, едва заметно кивнул ему, а потом перевёл взгляд на покорно стоящих перед ним новичков.

Джим опустила шест и внимательно присмотрелась к лицу коменданта. Она сразу, по одному только его взгляду вверх поняла: комендант всё прекрасно знал. Он всё это время был здесь и молча наблюдал. Она с силой воткнула шест в мелкий щебень под ногами и оперлась на него, с любопытством разглядывая юношей, с которыми ей только что довелось помериться силами. Ей было неприятно осознавать, что Селдон был причастен к нападению на её друга, поэтому она не вслушивалась в его слова.

Но в этот самый момент кто‐то прокричал: «Ветер вернулся!»

Все встрепенулись. Много раз прозвучало странное приветствие: «Все на месте», на которое тут же отвечали: «Все на месте».

Джим повернула голову и вздрогнула. Возле входа на площадку в окружении воинов стоял Кассиан. Он не отводил взгляда от Джим и улыбался.

Виттор повернул голову и тоже увидел Кассиана, издал странный звук и бросился к ближайшим постройкам. Одно дело – перевоплотиться в зверя, разрывая на себе в клочья одежду, и совсем другое – обратно в человека. Ведь тогда пришлось бы щеголять на глазах изумлённой публики голыми телесами, а так, если повезёт, могут подвернуться чьи‐нибудь штаны.

– Глазам своим не верю, – произнесла Алисия, разглядывая почти не изменившегося за время их разлуки Кассиана, потом быстро посмотрела на Джим. – Нужно срочно вспомнить: он знает, что ты девушка?

– Нет, – тихо произнесла Джим, пытаясь хоть как‐то утихомирить выпрыгивающее из груди сердце. – Лис, что теперь делать?

– Ничего не делать, – твёрдо произнёс успевший вернуться Виттор. – Пусть всё идёт своим чередом. Само со временем образуется.

Девушки одновременно посмотрели на него, понимающе переглянулись и перевели взгляды на Кассиана, который уверенным шагом уже направлялся в их сторону. Он не дошёл всего пару шагов, остановился и весело сказал:

– Вот это, я понимаю, сюрприз! Ну, здравствуйте, рад видеть вас! – И перевёл восхищённый взгляд на Алисию: – Ох и красавицей же ты стала!

Девушка, смущённо потупив глаза, тут же вспыхнула как маков цвет.

Виттор сделал шаг навстречу и протянул руку Кассиану:

– Для нас – сюрприз не меньше, – он улыбался.

– Да брось ты! – Кассиан возмущённо посмотрел на протянутую руку, быстро преодолел разделяющее их расстояние и заключил юношу в объятия. – Разве так должны приветствовать друзья друг друга после долгой разлуки? – Он похлопал Виттора по спине. – Слушай, не знал бы, где три дня тому назад оставил Харона, точно бы спутал. Очень похожи. – Внезапно Кассиан отстранился и ещё раз внимательно вгляделся в лицо Виттора, хитро прищурившись. – Да только ты посимпатичнее будешь.

И тут он перевёл взгляд на Джим.

Она смотрела во все глаза и, как только увидела, что Кассиан обнял друга, жутко испугалась: «А вдруг и ко мне обниматься полезет?» Но додумать эту мысль до конца ей не пришлось.

– Малыш, я думал, ты хоть немного подрастёшь за эти годы, – улыбка Кассиана пропала, он смотрел серьёзно. – Я тут немного понаблюдал за тобой. Ты просто потрясающе двигаешься! – И протянул руку: – Рад видеть тебя.

Теперь пришла очередь краснеть Джим. Она почувствовала, как её лицо запылало: «Только этого не хватало, краснею, как девица». В ужасе округлила глаза: «Так я и есть девица». Она решительно схватила протянутую руку, по‐мужски пару раз тряхнула и резко отпустила, пряча зачем‐то ладони за спину.

– Не нужно смущаться, – расценил по‐своему Кассиан такое состояние стоявшего перед ним юноши. – Говорю, как есть. – Оглянувшись, он обратился к воинам, всё это время скромно стоявшим за его спиной и с интересом наблюдавшим за происходящим. – Познакомьтесь.

Первым вперёд вышел Эльхан.

– Я смотрю, вы давно знакомы, – он несколько неловко потер шею, словно в недоумении, и быстро всем представился. Замешкался лишь возле Джим, когда пришлось пожать её ладошку. Он долго не отпускал руку девушки и пристально вглядывался в её лицо.

Выручил Давир, своим видом больше напоминающий косматого великана, чем обычного человека; он оттеснил Эльхана в сторону и громко проговорил:

– Эльхан, ну хватит уже, дай и мне с мальцами познакомиться, – при такой могучей комплекции его взгляд был по‐детски наивен, мужчина смотрел открыто и доброжелательно. – Давиром меня величают. Тебя, слышал, Джимом звать, – он наклонил голову набок, свёл вместе кустистые брови. – Эх, кроха, как же тебя угораздило‐то сюда попасть?

Джим улыбнулась в ответ, робко протягивая ему руку. При этом, чтобы разглядеть его лицо, ей пришлось откинуть голову назад. Ей с первого взгляда понравился этот несуразный с виду великан.

– Ты кого это называешь «крохой»? – возмутился Эльхан. Он стоял рядом с Джим и был с ней одного роста.

Давир растерялся:

– Его, – он по‐свойски указал пальцем на девушку. – И ничего не значит то, что ваши макушки вровень; ты уже успел и клинок свой в боях отточить, и жизни изведать, а вот им ещё жить да жить. В общем так, держись всегда рядом со мной, – обратился он к Джим, неловко мнущейся на одном месте, и вдруг пригладил волосы точь‐в‐точь, как это делала она сама. – Я тебя в обиду не дам. А там, глядишь, практика к концу подойдёт.

– Хорошо, – покорно кивнула Джим, искренне улыбаясь этому здоровяку в ответ. – Буду рядом.

– Вот это, я понимаю, по‐нашему. – Давир распахнул объятия и пошёл на Джим: – Дай‐ка я тебя приобниму!

Это было неожиданно. Глаза Джим сделались огромными, у неё даже мелькнула мысль: «А не сбежать ли?» Но Давир уже обхватил её плечи руками и притянул к себе, довольно урча.

Джим едва успела выставить руки перед собой, поминая добрым словом Диирде'Грамма и его занятия, иначе ей неминуемо грозило быть расплющенной о грудь великана и, как следствие, разоблачённой. При тесном соприкосновении свободная одежда уже не спасла бы. И с какой силой он старался притянуть девушку к себе в порыве самого искреннего расположения (а надо признать, что делал‐то он это лишь вполсилы), с такой Джим, пыхтя и краснея, упиралась своими ладонями ему в грудь, опасаясь при этом показаться невежливой. Не хватало ещё обидеть здоровяка.

– Да-а-а, думаю, тебя беречь надо! – здоровяк чуть отстранился от Джим, но и не думал её отпускать – Если ты такое палочкой вытворяешь, что же тогда мечом делаешь? – Задумчиво сдвинул брови, любопытно поинтересовался: – Он у тебя, наверное, тоже крошечный, под стать тебе?

Но ответить Джим не успела, вмешался Кассиан:

– Давир, вот же удивительно дело, – он пожал плечами, – никогда тебя таким раньше не видел. Может, ты его всё же отпустишь? – попросил он, то и дело поглядывая на раскрасневшееся лицо Джим.

Давир растерялся, отпустил мальчишку и смущённо сделал несколько шагов назад. Джим всё ещё продолжала на него смотреть. Он задорно подмигнул ей и пошёл знакомиться с остальными.

В этот момент к ним подошёл Малиган.

– Все на месте, – начал он с общепринятого приветствия и протянул руку Кассиану. – Рад, что обошлось без происшествий.

Сам он в этот момент с неподдельным интересом рассматривал тощего мальчишку возле старого, никому не нужного шеста, потом быстро перевёл взгляд на юношу‐оборотня, которого недавно его бывалые воины повязали ловчей сетью. Как же сильно хотелось Малигану взглянуть на оружие, которое смогло с лёгкостью разрезать самую крепкую сеть из нитей паутины запредельного монстра! Но мальчишка ещё во время боя проворно спрятал нож себе за пояс, под свободную сорочку, и увидеть его не представлялось никакой возможности. «Видно, непростой ножичек‐то у этого сопляка, ой какой непростой». Комендант разозлился: «Знал бы он, во сколько мне эта ловчая сеть обошлась, тысячу раз подумал бы, прежде чем резать!» На его скулах заиграли желваки. Он не отводил сурового взгляда от мальчишки, но тот смотрел в ответ спокойно и даже как‐то ожидающе. Комендант хмыкнул, оценив его смелость, но внезапно его посетила мысль: «А может, это дурость?»

– Вот, – Малиган махнул рукой в сторону друзей, – принимай в свой отряд молодых хулиганов, – сказал он, довольно улыбнувшись, когда все трое возмущённо вскинули головы. Комендант снова вспомнил о ловчей, уже разрезанной сети. – Кстати, – строгий взгляд на Джим, – а почему мой зверинец до сих пор воняет хуже отхожего места?

Джим кивнула. Ей не нужно было повторять дважды, она прекрасно знала, чего от неё ждут, потому подхватила шест и переглянулась с Алисией. У них была договорённость, что Лис к ней присоединится, и девушка уже двинулась следом за Джим, но услышала строгое:

– Стоять! – Малиган заметил её недовольство, но только ухмыльнулся. – Тебя наш маг ждёт, ему с тобой потолковать нужно. А ты пойдёшь со мной, – обратился он уже к Виттору. – Тебя ждёт долгий разговор об утреннем происшествии. – Комендант нахмурился: – Я так просто это не оставлю, – развернулся и направился к основным постройкам крепости. Виттор обречённо поплёлся следом.

– За что его наказали? – задумчиво глядя вслед Джим, спросил Кассиан у Алисии.

Но девушка не успела ответить, вмешался комендант. Он не успел далеко отойти и поэтому слышал вопрос Кассиана.

– Почему это сразу «наказали»? – Малиган, остановившись, возмущённо посмотрел в их сторону. – Ему доверили важное дело! – Кассиан хотел было ещё что‐то спросить, но комендант прищурился и резко сказал: – Не обсуждается!

Не дожидаясь реакции на свои слова, он отвернулся и зашагал к зданию. Виттор пожал плечами, ободряюще улыбнулся грустной подруге и помчался догонять «главного».

Джим остановилась, не доходя до зверинца. Долго не решалась войти: она хорошо помнила, в каком состоянии помещение было вчера, и сомневалась, что за ночь что‐то изменилось в лучшую сторону. Но услышав, как ворчит её питомица, больше не стала колебаться. Стараясь не заглядывать в соседние отделения, чтобы не расстраиваться заранее, девушка прошла к вольеру, где вчера оставила гроссу, надела на Ки‐ису ошейник и вывела наружу.

– Пошли, моя красавица, посидишь на солнышке, пока я тут порядок буду наводить. На полянке всё лучше, чем здесь, – она ласково потрепала животное по холке. – Твой буду убирать первым. Имею полное право. Кто хозяин в доме? Правильно! Я! – и тихо засмеялась.

«Ничего, справлюсь!» – думала Джим по дороге. Рядом со зверинцем росло огромное дерево, вокруг которого она и обмотала цепь. Проследила, как гросса улеглась, с удовольствием вытянувшись в полный рост, и улыбнулась:

– Веди себя смирно, не шали. Потом побегаем с тобой.

Вздохнула полной грудью и решительно направилась внутрь. В помещении после недолгого осмотра обнаружилась неприметная постороннему глазу дверь. За ней‐то Джим и нашла всё необходимое для уборки. Больше всего её порадовали огромного размера сапоги, которые девушка свободно надела поверх своих сапожек. Ещё немного пошарив в кладовке, Джим обнаружила длинный кожаный передник, неведомо как затесавшийся между вил и грабель, висевший на торчавшем из стены гвоздике. Джим невольно задумалась, кто же был её предшественником: передник оказался… ну, мягко говоря, великоват, девушка без труда смогла дважды обвернуть находку вокруг тела. Закатала рукава по локоть, оценивающе осмотрела себя с ног до головы и тихо рассмеялась: «Видели бы сейчас меня дедушка или дядя!» И поперхнулась, представив лицо бабушки. Тут Джим даже тряхнула головой, отгоняя прочь ненужные мысли. Подошла к беспорядочно сваленному в углу инвентарю, с трудом вытянула оттуда лопату и вилы. Закинула всё это в тачку, глубоко выдохнула. Снова оглядев кладовую, девушка приободрилась, ухватилась за ручки тачки и покатила её наружу. Довольно ржавая конструкция издавала жуткие, пронзительные звуки, беспокоя животных и действуя на нервы Джим. «Только этого мне не хватало!» Ещё и эхо старательно разносило ужасный скрип по помещению.

Вот уже несколько часов жалобный скрежет старой тележки возвещал на всю округу, что Джим трудится не покладая рук.

Трое юношей сидели на скамейке возле здания, которое использовалось для временного хранения продуктов. Именно здесь укомплектовывали телеги перед отправкой обоза с продовольствием по местам назначения.

– Всё равно непонятно, – сказал темноволосый юноша, явно нервничая, – вроде бы все баламутили на тренировочной площадке, а пацан дерьмо один гребёт.

В этот момент Джим вывернула из‐за угла с очередной заполненной тачкой. Жуткий скрип действовал на нервы, заставлял многих хмуриться и невольно провожать взглядом виновника такого неудобства.

– Это просто невыносимо! – в сердцах подхватил второй – со сложной причёской воинов‐горцев, провожая мальчишку взглядом и передёргивая плечами.

– Что‐то я со счёта сбился, какую он тачку укатил, – думая о чём‐то своём, сказал Алдор. Он уже второй час наблюдал за тем, как работает новобранец, хотя поначалу шёл сюда совсем по другой причине: уж больно ему не понравилось, как его уронили. Хотелось потолковать с глазу на глаз. А следом за ним, по‐видимому, тоже с вопросами, подтянулись метаморфы Нор и Крейн, которых пацан уложил отдыхать в самом начале заварушки.

В этот момент мальчишка появился из‐за поворота и, толкая пустую тачку перед собой, чуть ли не бегом припустил к зверинцу. Звук стал интенсивнее. И если раньше он звучал жалобно, как плач, то сейчас разносился жутким смехом.

– Нет, с этим срочно нужно что‐то делать, – Нор как ужаленный подскочил со скамейки. Его чуткий слух был не лучше, чем у других, но нервы оказались намного слабее. – Не могу больше! Пойду в столовую схожу. Может, найду что‐нибудь, чем можно смазать колёса.

– Нор, – остановил его Крейн, – спроси обычного жира. Должно помочь.

Через какое‐то время они втроём решительно вошли в помещение зверинца. Остановились и удивлённо присвистнули. Алдор прислушивался к звукам, пытаясь на слух определить, где может находиться Джим; Крейн из любопытства помчался к стойлу своей лошади и долго что‐то бурчал себе под нос; а Нор тем временем, довольно улыбаясь, смазывал колёса тачки.

– Слышь, парень, – позвал Алдор, вглядываясь в дальний вольер с правой стороны. Мгновение назад оттуда сначала раздался грохот, а потом прозвучало ругательство, при этом на двух разных языках. – А ну‐ка, выйди к нам сюда.

Джим удивлённо выглянула из‐за дверцы. Нахмурилась, рассматривая непрошеных гостей. Вышла из вольера, смешно переступая ногами в огромных сапогах. Воткнула вилы рядом с собой и грозно спросила:

– Чего надо? – Она хотела подбочениться, как обычно это делал Урсух (личный конюх её семьи и друг Джим), когда бывал недоволен, но вовремя увидела свои руки и, ужаснувшись, спрятала их за спину.

Парни как‐то сразу подрастеряли свой запал, словно враз забыли, зачем пришли. Они смущённо переглядывались между собой, решая, кому начать первым.

– Ты почто мне на голове шишку набил? – неожиданно спросил Нор и сам удивился своему вопросу.

– Как только закончу здесь, – Джим обвела взглядом помещение, – принесу тебе целебную мазь от Шельги Араи, – улыбнулась искренне и открыто. – Она вылечит твою шишку.

Нор издал странный звук и тихо сказал:

– У меня уже через мгновение и следа не осталось от той шишки, – и смущённо улыбнулся, отводя глаза в сторону. – Просто я запомнил. Обидно ведь.

– Ну, не обессудь! – Джим забылась и развела руками. – Никто такого не планировал.

– Спасибо тебе за Пёстрого, – проскрипел голос Крейна. Он кивнул на вольер, где стояла его лошадь.

– Да не за что, – сказала Джим, улыбаясь и ему. Что‐что, а зверей она искренне любила и не понимала, зачем их так мучают – они ведь отнюдь не глупые, им тоже хорошие условия нужны. И девушке понравилось, что метаморф заботится о своём коне, хотя и не ждала слов благодарности. Пожала плечами и перевела взгляд на остальных: – Если у вас всё, я тогда пойду? Дел ещё целая куча, боюсь, не успею управиться за сегодня.

И тут случилось невероятное! Юноши сначала заговорили одновременно, так же разом замолчали, удивлённо переглянулись, поражаясь такому небывалому ранее единодушию. Алдор кивнул Нору, предлагая ему говорить за всех. Тот неловко прокашлялся.

– Может, какая помощь нужна? – спросил он, смущённо топчась на месте.

Джим переводила недоверчивый взгляд с одного лица на другое, соображая, в чём подвох.

Но потом всё же решилась и попросила их перенести поближе к зверинцу стог соломы, который она обнаружила за рекой на небольшом лугу, когда выходила наружу из крепости через маленькую дверь. Кстати, очень непонятная дверь: с той стороны, чтобы подойти к стене, нужно было преодолеть речку и заводь, которая разливалась чуть ли не до самой крепости. «Видно, бобры плотину поставили?» – подумала ещё тогда Джим. А вот для чего тогда дверь с этой стороны, было непонятно.

Парни охотно согласились ей помочь. Пока Джим продолжала чистить вольеры, организовали несколько телег и через основные ворота перевезли стог соломы. Джим успела расспросить их о непонятной двери и узнала, что ворота в крепости закрывались в обе стороны, но магические печати накладывались только со стороны Тёмной империи. Про небольшую дверь со стороны Светлой империи было известно только одно: ключи от неё имелись лишь у коменданта крепости, и никто не знал, когда и для чего он её открывал.

Время подходило к обеду. Джим поблагодарила мужчин за помощь и отпустила их. Они, правда, выказали желание ещё что‐нибудь сделать, но она настояла, чтобы они шли на обед. Сама же принялась забрасывать чистой соломой ранее вычищенные вольеры. Именно в этот момент к ней пришли Алисия и Виттор. Они остановились, с удивлением разглядывая взявшийся невесть откуда стог сена перед входом, в смятении переглянулись, решив, что Джим перетаскала его одна, и помчались внутрь помещения, обеспокоенные состоянием подруги.

– Джим! – тревожно закричала Алисия, останавливаясь и прищуриваясь после яркого полуденного солнца, выискивая глазами подругу. Её за плечо тронул Виттор, кивая головой в сторону открытого вольера.

Именно оттуда к ним и вышла Джим. Алисия непроизвольно открыла рот.

– Тьма, – тихо проговорил Виттор, наблюдая, как Джим неуклюже подволакивает ноги, передвигаясь в огромных сапогах.

– Освободились наконец‐то? – с улыбкой спросила Джим. Она была довольна проделанной работой и чувствовала себя счастливой.

– Джим, – Алисия растерянно обвела взглядом зверинец, – говори, что нужно делать, мы тебе поможем. – Неуверенно посмотрела на подругу: – Правда, я понятия не имею, что в таких случаях обычно делается, но под твоим чутким руководством, думаю, вполне справлюсь. – И виновато пожала плечами: – Я просто никогда прежде не интересовалась этой стороной жизни. Да и животные в моём присутствии начинают беспокоиться. Видно, чувствуют во мне ещё большее животное, – грустно улыбаясь, неловко пошутила она.

– Не выдумывай! – Джим даже передёрнуло: она на мгновение представила Алисию в загонах с вилами в руках. – Я сама всё сделаю. – Она хотела почесать нос, но передумала, глядя на свою руку. – Мне это вполне по силам, – заверила друзей. Заметив их скептицизм, придирчиво осмотрела каждого и спросила: – А что от вас хотели?

Виттор с охотой поведал, о чём говорил с комендантом. Малиган долго рассказывал о братьях- оборотнях, об их уникальном искусстве владения мечом. А потом столь же длительное время расспрашивал Виттора о нём самом и о его планах на будущее. Алисия же, наоборот, не смогла ничего вразумительного рассказать о разговоре с магом. Сказала лишь в сердцах: «Представляете, нажрался, как свинья. И это посреди дня!» Все понимающе переглянулись, а потом Джим выдала:

– Я, наверное, не пойду на обед, – она критически осмотрела себя. – Не могу в таком виде заявиться в столовую. Вы возьмите для меня чего‐нибудь, я здесь перекушу, – махнула рукой в сторону старой скамейки. Алисия с сомнением, но всё же кивнула, и Джим быстро добавила: – Постараюсь до завтра закончить здесь с делами. Потом будет намного легче. А вы приходили, чтобы на обед позвать? – поинтересовалась Джим, устало присаживаясь на скамейку.

– Да, и за этим тоже, но вообще‐то, пришли обсудить вопросы дня: «Что делать и как дальше жить?» – ответил Виттор, присаживаясь рядом с ней. Заботливо спросил: – Устала?

– Да не так, чтобы сильно, но есть немного. – Джим задорно посмотрела на юношу: – И это целых два вопроса. – Она вдруг встрепенулась: – Неужто имеются дельные предложения?

– Да, – ответила Алисия и тут же нахмурилась, – то есть нет. – Заметив усмешку Джим, улыбнулась в ответ и добавила: – Но мы обязательно что‐нибудь придумаем! – Лис с надеждой посмотрела на Виттора, ища в его лице поддержку.

– Что тут думать? Надо поговорить с Кассианом, а потом идти к Малигану. – Виттор серьёзно обвел взглядом подруг. – И нечего тянуть! – он хлопнул руками по коленям, решительно поднимаясь со скамейки, как если бы речь шла о том, что нужно немедля отправляться выполнять его план.

При одном имени Кассиана Джим резво вскочила со скамейки и испуганно произнесла:

– Ни за что! – и куда сразу девались усталость со спокойствием? Но, видя изумлённые взгляды друзей, виновато добавила: – Я не готова, – плюхнулась обратно, недовольно сложив руки на колени. От волнения она даже перестала обращать внимание на то, в каком они состоянии.

– Так, успокойся! – потребовала Алисия. – Никто тебя не заставляет идти прямо сейчас. Думаю, это недоразумение само по себе разрешится. Ведь, глядя на тебя, можно сразу понять, что ты девушка, – она широко улыбнулась, разглядывая недоверчивое выражение, появившееся на лице Джим.

– Ага, – Виттор скривил губы в усмешке, поспешив спустить Лис с небес на землю, – что‐то они не особо заметили, когда мы вышли из порта, что она девушка.

– Ну да, не заметили, – Алисия лихорадочно пыталась объяснить это явление. Недолго думая, выпалила: – А потому и не заметили, что она в тот момент совсем не походила на девушку! Вот сам посуди: открывается портал, оттуда выпрыгивает Ки‐иса, за ней Джим, ухватившись за цепь… – Лис задумчиво посмотрела на подругу, вспоминая события вчерашнего дня. – Ну разве вяжется образ девушки с простой домотканой сорочкой, широкими штанами, с этой мужской причёской?

Виттор наклонил голову набок и стал внимательно изучать Джим. Не такую, какую знал, а словно вот только сейчас увидел. И действительно, в этом переднике, в огромных сапогах, с испачканным лицом и грязными руками, трудно было понять, кто перед ним – мальчик или девочка. О запахе же, который шёл сейчас от девушки, вообще не стоило говорить: ни одна особа женского пола никогда не позволила бы себе так «благоухать».

– А знаешь, твоя правда, – согласился он. – Понятно, почему так вышло. Но надо же теперь решить, что делать! Как быть! – Он серьёзно посмотрел на Лис, в голову вдруг пришла гениальная, как ему показалось, идея: – Слушай, если дело всего лишь в одежде, давай тогда её переоденем?

– Во что переоденем? – не понимая, о чём идёт речь, подозрительно спросила красноволосая красавица. Джим подобралась в предчувствии, что ничего хорошего ей сейчас не скажут.

– Ну‐у‐у, – задумчиво протянул Виттор, – в платье там, в банты… Пусть на ужин придёт одетая, как девочка. И все дела!

Джим снова вскочила с воплем:

– Да ни за что! – Она представила себя входящей в столовую в платье и почему‐то в тех жутко неудобных штуках в кружавчиках.

– Нет, не пойдет, – проговорила Алисия, округлив глаза. Видно, она тоже представила такую картину, и ей это категорически не понравилось. – Думаю, нужно это сделать всё же как‐то постепенно, а то утром с шестом мужиков гоняла по площадке, а вечером в платье заявилась, – она усмехнулась. – Это, знаешь ли, на разные тревожные мысли наведёт.

– Но тогда как? – Виттор не отводил обеспокоенного взгляда от расстроенного лица Джим. – Она чистит вольеры, живёт в одной комнате с мужчинами. И ладно бы это был только я, но вот остальные.

На последнем слове Джим вспомнила прошедшую ночь и завопила:

– Лис, я не могу спать в одной комнате с мужчинами! Они храпят! – Тут она обвинительно выставила палец в сторону Виттора и укоризненно воскликнула: – Даже он!

Алисия осуждающе посмотрела на юношу.

– Ну как ты можешь? Ей и так сейчас не сладко.

Виттор виновато переводил взгляд с одного осуждающего лица на другое. Можно подумать, не храпи он, что‐нибудь поменялось бы. Юноша зачем‐то почесал себе затылок и скромно сказал:

– Не знаю, я за собой не замечал.

– В общем, надо всё хорошо обдумать, – вернулась Алисия к обсуждению основной проблемы. – Джим, ты готова поговорить с Кассианом?

С ужасом на лице Джим упала обратно на скамейку и едва ли не по слогам, громко выговорила:

– Нет, не готова!

– Ты меня оглушила, – Алисия сунула тонкий пальчик в ухо и потрясла. – Нет так нет. Зачем же орать? Всё. Решено. Ждём подходящего времени.

Вот только, как понять, когда наступит это самое «подходящее время»? Джим, немного успокоившись, посматривала на друзей и тяжело вздыхала.

Глава 4

Неожиданный улов Малигана Седона

Поздно ночью, с одной лишь мыслью «никого не повстречать на своём пути», Джим тенью кралась по тёмным коридорам. Странное дело, но именно ночью оказалось сложнее всего оставаться для всех незамеченной. Создавалось ощущение, что вся служба с приходом темноты только начиналась, потому что днём столько народу, сколько сновало сейчас по двору и на стене, она не видела.

С того момента, как Джим, не покладая рук и не разгибая спины, начала приводить в должный вид местный зверинец, пошли вторые сутки. Она ни разу не была в столовой, ни разу не искупалась, чувствовала себя жутко грязной, уставшей и, кажется, уже была готова объясниться хоть с самим чёртом. Сейчас она мечтала лишь об одном: хорошенько вымыться. А так как пробраться на женскую половину, где жила Алисия, не представлялось никакой возможности (это выглядело бы довольно подозрительно и неправильно), она кралась в общественную душевую, которую заприметила ещё по прибытии. На такое действо Джим подвигло обещание проснувшихся поутру соседей совместными усилиями прилюдно искупать её в бочке с подозрительного вида водой.

Накануне Джим вернулась в комнату очень поздно, когда все уже спали, чтобы немного отдохнуть на застеленной старым покрывалом кровати, и уснула, не донеся голову до подушки. Но утром даже Виттор, проходя мимо, заткнул нос и проворчал: «Джим, это невыносимо». Так что выхода у девушки было два: провести вторую ночь в вольере у Ки-исы, натаскав в него соломы, или найти, где помыться.

Девушка остановилась и внимательно осмотрелась. Перед ней было два коридора. Решила разведывать их по очереди. Зашла в первый и резко остановилась, почувствовав дуновение ветра. «Ага. Значит, этот ведёт к выходу», – и припустила обратно. Бегом влетела во второй коридор, убедилась, что он пуст, и со всех ног помчалась к заветной цели.

Джим снова услышала впереди разговоры и увидела приближающийся яркий свет от факела – кто‐то шёл ей навстречу. Оглянулась по сторонам, с надеждой посмотрела на коридор позади себя. «Нет, обратно уже не успею. Заметят». Нырнула в тёмную нишу и со всего маху врезалась в кадку с кривой корягой, которая неминуемо упала бы, не подхвати девушка её носком ноги практически возле самого пола. Выдохнув, она наклонилась и аккуратно поставила жуткое «творение» на место, с неподдельным интересом уставившись на брата‐близнеца тех корявых штук, что были рассажены по таким же кадкам в академии. Кстати, там они тоже стояли в качестве украшений по тёмным углам и нишам. «Ну, здравствуй, друг. Видно, доля у нас такая, встречаться в подобных местах», – грустно прошептала Джим, затаившись в ожидании.

Мимо прошли трое мужчин. Они увлеченно о чём‐то спорили. Девушке показалось, что она уже слышала один из голосов, но ей было не до того, чтобы прислушиваться, да и незачем. Её сейчас волновало совсем другое. Как только они свернули в соседний коридор, Джим бегом припустила к душевой, до которой оставалось каких‐то двадцать метров. «Вода. Горячая вода. Мно‐о‐ого воды», – повторяла и повторяла про себя Джим.

Она потихоньку приоткрыла дверь, в помещении горел свет. Джим прислушалась. На первый взгляд создавалось впечатление, что там никого нет, о чём свидетельствовала и полнейшая тишина. Девушка, помня об осторожности, поверхностным взглядом не удовлетворилась, потихоньку прошла вглубь и заглянула в саму душевую. Это была огромная комната с душевыми кабинами, разделёнными перегородками. Там тоже никого не было.

Джим пошла по двойным рядам из подписанных шкафчиков, выискивая свободный. В первом ряду ей не удалось обнаружить ничего подходящего, во втором – тоже. Зато она заметила ящик, на дверце которого было написано: «Касс». Ящик был закрыт, но на скамейке рядом лежали в беспорядке чьи‐то вещи. Девушка усмехнулась и шкодливо прищурилась: «Нет, точно не его. Не может Кассиан быть настолько неряхой».

Джим заметила чуть поодаль ещё три шкафчика, стоявшие отдельно, в углу рядом с входом в душевую. Возле разместилась длинная широкая лавочка, на которой лежало всё необходимое для стирки вещей и купания. На полу высились шаткие конструкции из тазов и ковшиков, и было совершенно непонятно, как они умудрялись не разваливаться.

Девушка быстро подошла и приоткрыла дверцу крайнего шкафчика. Удовлетворённо улыбнулась: «Так, действуем быстро», – и принялась раздеваться. А через мгновение шлёпала босыми ногами в сторону душевой. Как только она вошла, в третьем отделении от входа потекла вода. Джим от неожиданности вздрогнула. Лишь спустя мгновение до её перепуганного сознания дошло, что там кто‐то находится. И этот «кто‐то» только что открыл воду. В голове проносились мысли одна страшнее другой. Ну сколько она искала для себя шкафчик и раздевалась? Едва ли несколько минут! Значит, получается, что кто‐то зашёл в душевую за мгновение до неё. «Я вполне могла столкнуться с ним нос к носу, – девушка нахмурилась. – Да кому же по ночам‐то не спится?»

Джим покрылась холодным потом, сердце грозило выскочить из груди. Медленно попятилась назад. Шаг. Другой. Развернулась и нечаянно задела ногой одну из конструкций с тазиками. От грохота заложило уши. В панике Джим бросилась к шкафу и принялась лихорадочно одеваться: штаны, сорочка – всё на голое тело, поверх свободный жилет. И уже наклонилась, чтобы подхватить сапоги и мешок с чистыми вещами, когда боковым зрением увидела, как из‐за угла кто‐то вывернул. Чьи‐то голые ноги остановились рядом.

– А, малыш, это ты! – голос Кассиана звучал удивлённо. – А я‐то думаю, что случилось. – Он внимательно присмотрелся: – Да ты никак купаться пришёл? – И тут же изумлённо спросил: – Неужели только сейчас закончил работать? – его голос звучал сочувственно.

Джим мгновение ещё изучала голые стопы перед собой, затем тщательно зажмурилась и как была, не разгибаясь, повернулась к шкафчику, распахнула прикрытую дверцу и чуть ли не вся всунулась внутрь, делая вид, что что‐то ищет.

– Это хорошо, – продолжал Кассиан, делая шаг следом за Джим, он стоял прямо за дверцей шкафчика. – А то мы с ребятами уже и не знали, что думать, – усмехнулся. – В столовую не являешься, в душ не ходишь, а тут, оказывается, тебя так припахали, что время помыться остаётся только ночью. – Кассиан потянул на себя дверцу, но она не поддавалась, тогда он заглянул через верх. – Эй! Ну ты где там? Чего молчишь?

Джим смертельной хваткой вцепилась в дверцу шкафчика. «Голый. Совсем голый. Жу‐у‐уть, какой голый! И нас разделяет лишь дверца шкафчика».

– Д-да здесь я, здесь, – немного заикаясь, ответила она.

– Ты чего? – Кассиан отпустил дверцу, озадаченный странным поведением мальчишки.

– Ищу я… там… здесь…

«Тьма! Что я несу?» – Джим в ужасе округлила глаза.

– Потом найдёшь, пошли искупаемся. Ещё ведь нужно немного отдохнуть: скоро уже утро, а сегодня выходим за стену, – Кассиан с усилием снова потянул дверцу на себя.

– Нет! – завопила Джим, как только услышала его «пошли искупаемся». Она так ошарашила Кассиана, что он от неожиданности выпустил ручку дверцы из рук, и девушка, всё это время тянувшая её на себя, едва не упала, перестав чувствовать сопротивление с той стороны. – Мне важно, – прокряхтела она, выпрямляясь. – Очень нужно найти прямо сейчас.

– Да что хоть потерял? – голос Кассиана прозвучал прямо над ней.

Очень медленно, как бывает только во сне, девушка подняла голову и встретилась с ним взглядом. Они удивлённо вглядывались друг в друга и потрясённо молчали, разделённые между собой лишь дверцей шкафчика.

– Грязные вещи, – едва дыша произнесла Джим, не в силах отвести взгляда от синих глаз юноши. В качестве доказательства подняла руку с мешком.

– Что? – переспросил Кассиан, нехотя переводя взгляд на мешок, которым трясли перед его лицом.

– То есть, наоборот, чистые, – глаза девушки сделались огромными. Она вдруг прекрасно поняла, насколько нелепо прозвучало то, что она сказала, но вернуть слова назад была неспособна, потому только шумно вздохнула и отвела взор.

– Ничего не понимаю, – безнадёжно сказал Кассиан. – Ты стираться, что ли, пришёл?

– Да! – радостно ответила Джим. – То есть нет, – смятенно добавила она, наблюдая, как с каждым сказанным ей словом всё больше и больше хмурится юноша. – Я уже.

– Что «уже»? – поинтересовался Кассиан. Пожалуй, за то время, что девушке доводилось общаться с ним, она ни разу не видела такого потрясённого выражения на его лице.

– Постирал. Искупался. Ухожу! – выпалила Джим на одном дыхании, толкая дверцу от себя и заставляя Кассиана отступить. – И сейчас иду спать.

– Подожди! – Кассиан пребывал в недоумении. – Да когда же ты успел?

– Устал, – демонстративно зевнула Джим, прикрывая ладошкой рот. – Пойду я. Нужно ведь поспать немного, – она повторила его слова, снова толкая его от себя дверцей. – А ты там пойди потрись. Помойся хорошенько, эм‐м‐м…

Запнувшись на полуслове, она спохватилась и рванула, как была, босая и растрёпанная, в сторону выхода.

– Джим! – требовательно окликнул её Кассиан.

Но Джим и след простыл.

Кассиан со злостью хлопнул дверцей, за которую зачем‐то до сих пор продолжал держаться, сдёрнул с себя полотенце и запустил им во вторую конструкцию из тазиков, которые с оглушительным грохотом свалились на груду своих собратьев. «А чего они будут стоять?» Удовлетворённо хмыкнул, развернулся и отправился мыться, твердо решив, что завтра, точнее, уже сегодня, непременно выяснит причину такого странного поведения мальчонки, к которому по непонятным причинам его так тянуло.

Джим, не чувствуя ногами холода, промчалась по коридору. Остановилась лишь за поворотом, безвольно выронила из рук мешок и сапоги. Приложила обе ладошки к груди, пытаясь таким образом унять сердцебиение, потрогала лоб и щёки. Она чувствовала себя больной. «Ну почему, почему из всех мужчин, находящихся в крепости, мне посчастливилось встретиться именно с Кассианом? Да ещё где?! В душевой!!!» – Джим подняла сапоги и надела их. Немного постояла, обдумывая, что делать дальше, подхватила мешок с вещами и решительно зашагала по коридору. Она знала, куда надо идти. Джим направилась в сторону зверинца к маленькой двери в стене. «Даже если мне придётся перелезть через стену, я сегодня обязательно искупаюсь! Но лучше пусть будет открыта дверь».

Стена, соседствующая со Светлой империей, не была напитана магией. Она возводилась вручную из обычных кирпичей, была невысокой и имела не оборонительный характер, а служила ограждением для крепости. Зато стена, разделяющая между собой две империи, была настолько пропитана магией, что даже гудела. Особенно сильно это было слышно по ночам, что иногда пугало непосвященных. Никто не знал, как она была построена. Создавалось впечатление, что стена однажды просто выросла из земли. «Или её вырастили?» – внезапно подумала Джим. Стена действительно выглядела так, будто её насыпали из земли, и была просто невообразимо высокой, и в ней было просто море магической энергии. Маг, запечатывая на ночь ворота в Тёмную империю или, как он говаривал, закрывая разрыв, выматывался настолько, что после шёл подкрепляться настойкой из запасов самого Малигана, щедро разрешившего брать одну‐две бутылочки в целях восстановления здоровья.

Джим относительно быстро добралась до зверинца, подошла к нужной двери и неуверенно потянула за ручку. Дверь оказалась открытой. Она вышла наружу, прислушалась. Тишина. Вздохнув, девушка подняла голову и всмотрелась в ночное небо. В разрывах между облаков были видны звёзды, но луна пряталась. Возблагодарив всех богов, Джим тенью метнулась к деревьям – именно там был самый удобный спуск. Там же она заприметила старое дерево с толстыми ветками, опущенными к воде. Вчера днём, когда Джим выходила за эту дверь, она тщательно изучила всю близлежащую местность и все подходы к воде. Уж очень ей хотелось разобраться, почему в этом месте получилась такая заводь. Мыслей было много, но одна всё же казалась самой правдоподобной: это бобры устроили для себя запруду. Появилось непреодолимое желание обнаружить их хатку и подтвердить свою догадку. Но это можно было сделать только днём, что для Джим не представлялось возможным. Откинув в сторону лишние мысли, она быстро разделась, расплела волосы, взобралась на дерево, ловко прошла по толстой ветке. На мгновение мелькнула мысль: «Начало осени ведь. Холодно, наверное?» Махнула рукой и прыгнула в воду.

Малиган Седон, комендант крепости Нордфорд, не представлял своей жизни без рыбалки. Он полностью посвящал себя любимому делу, мог целыми часами – да что там часами! – днями напролёт сидеть с удочкой возле водоёма, но вот отправиться рыбачить ночью его надоумил Маер, пообещав доселе невиданный в его жизни клёв. «Это уж точно, что невиданный. Вон уже сижу сколько, а до сих пор ничего не увидел», – Малиган зло усмехнулся, насаживая очередного червя на крючок и кидая наживку в воду. Вот уже битых несколько часов он с завидным упорством забрасывал одну за другой удочки в надежде поймать хоть одну маленькую рыбёшку. Нет, не для еды, а для удовольствия. Мужчина тяжело вздохнул, продолжая ждать.

Эх, всё как‐то не складывалось последнее время. Обоз с продовольствием из Светлой империи запаздывал, а уже пора было собирать новые подводы с продуктами для дальних застав. За последние дни не перевели ни одного беженца из Тёмной империи, да и с приграничья светлой стороны начали приходить тревожные доносы. Ах да, ещё не вернулся патруль с первого поста. И почему‐то беспощадно грызла совесть за мальчишку, который в одни руки за два дня вычистил его конюшни, именуемые по‐простому зверинцем. Малиган поднял голову к ночному небу. «Хоть бы луна вышла, что ли, ведь не видно ничего», – в сердцах подумал он, вытягивая из воды пустую удочку. «Странно. А показалось, что потянуло». Забросил обратно.

Как раньше чистили конюшни? Правильно, туда попадали в наказание. Провинился – пошёл дерьмо из‐под лошадок грести. Вот Малигану и приходилось каждый раз изворачиваться в поисках «провинившихся». Ведь как ни крути, а животным уход нужен. Сколько он ни пытался, найти постоянного работника не получалось. А тут этот мальчишка. И вычистил, и убрал, даже соломкой посыпал, и всё с ангельской покорностью. «Нет, с парнишкой точно что‐то не так! – убеждённо вздохнул комендант. – Или же я, старый дурак, ничего в этой жизни не понимаю!» Ему показалось, что леску натянуло, он аккуратно начал подтягивать её к себе. И в этот момент с соседнего дерева кто‐то прыгнул в воду. Да знатно так прыгнул: брызги долетели даже до Малигана.

Помянув на трёх разных языках родственников полуночных прыгунов – всех без исключения, мужчина отправился лично познакомиться с нарушителем ночного режима. Мало того что кто‐то без разрешения вышел за стену, так ещё и местные воды решил баламутить. Он довольно потёр ладони: «Вот и нашёлся помощник на конюшни».

Малиган еле продрался через кустарник, росший возле деревьев с другой стороны от места, где он устроил ночную рыбалку. Он руками раздвинул ветви, высунулся по плечи и внимательно вгляделся в тёмные воды заводи. Было слышно, что кто‐то плавает в воде, но никого видно не было.

Джим вынырнула на поверхность, фыркая и мотая головой, чтобы хоть немного откинуть мокрые волосы с лица. Не помогло. Перевернулась на спину и опустила голову в воду. Удовлетворённо хмыкнула: «И вовсе не холодно». Снова поплыла, сильными гребками рассекая поверхность воды. Своим умением в совершенстве плавать она была обязана дяде и своему дедушке, проводившим с ней много времени у водоёмов. Джим переплыла туда‐обратно весь водоём, немного полежала на поверхности, раскинув руки и разглядывая кое‐где видневшиеся звёзды, и направилась к берегу, где в мешке лежало специальное средство, созданное Шельгой Араи для мытья её непослушных волос.

В этот момент ветер разогнал тучи. Луна вышла на небо, заливая призрачным светом небольшую полянку и сверкающую гладь водоёма. Джим медленно выходила на берег, на ходу скручивая мокрые волосы и отжимая их.

Мужчина благодарно посмотрел на луну, которая только что выплыла из‐за огромного облака. Всё это время ему приходилось подслеповато прищуриваться, пытаясь рассмотреть на тёмной воде пловца, которого он мог лишь слышать. Как только луна залила своим светом каждый уголок, комендант вытянул шею и внимательно присмотрелся. Из воды выходил…

«Мать честная! – Малиган в смущении отвёл взгляд в сторону. – Так это же малыш…ка Джим. Как же ты, старый пень, такое просмотрел? – Брови его поползли на лоб. – Тьма‐а‐а! А ведь он, точнее, она, в одни руки за два дня вычистила весь зверинец! – Он уже повернулся, чтобы уйти, но замер как вкопанный: – Я же его… её к мужикам подселил, да и купаться бедняжке приходится в заводи с бобрами».

Комендант решительно вернулся обратно, собрал вещи и тихонько подкрался к двери в стене. Ни о какой рыбалке уже не могло быть и речи.

«Так! Имеются два вопроса: зачем ей это нужно? – Малиган тяжело вздохнул. – И что с этим теперь делать мне? – Тут он тихо засмеялся: – Представляю, что будет, когда Кетхар узнает, что его молодцов отделала девчонка. – Комендант сдвинул кустистые брови и решительным шагом направился к главному зданию. Ему срочно нужно было попасть в свой кабинет. – Пожалуй, не стоит никому об этом говорить, пока не переговорю с девчонкой. Но от мужиков отселять срочно нужно. – Он снова остановился, тревожно оглядываясь на маленькую дверь, оставшуюся позади него. – А как же Ветер? Он ведь наверняка не знает. А её друзья, интересно, в курсе? Ну, тут уж точно, не зря же с ней так носятся. Вот шельмецы!»

Испытывая противоречивые чувства, комендант скрылся в помещении. Его ждала тяжёлая, полная раздумий ночь.

Джим и не подозревала, что была обнаружена. Девушка за два раза вымыла голову, натёрла тело, смыла, повторила процедуру ещё раз, памятуя, как от её запаха шарахался народ, да ей и самой было неприятно ходить грязной. А после плавала и плавала, наслаждаясь чистотой. Немного погодя она с тяжелым вздохом выстирала вещи и развесила здесь же, на дереве, решив, что за день всё успеет высохнуть. О том, что кто‐то их увидит, она не беспокоилась: заводь особым спросом у местного населения не пользовалась. Джим успела это подметить за то время, что работала в зверинце, мимо неё никто ни разу не прошёл к этой маленькой двери. Переоделась в чистые вещи и помчалась в комнату. До утра оставалось совсем немного.

Рано утром Виттора разбудил храп. Не открывая глаз, он выдернул подушку из‐под головы и резко сел, замахиваясь в ту сторону, где предположительно находился нарушитель его сна. Открыл глаза и уставился на соседей. Мужчины, которые, по‐видимому, уже давно не спали по той же причине, что и он, указали в сторону окна. Там стояла лишь одна кровать – кровать Джим. Виттор изумлённо перевёл взгляд на подругу.

Закутанная в одеяло в несколько слоёв и замотанная поверх в старый плед, с разметавшимися по подушке распущенными волосами, лёжа на спине с открытым ртом, Джим храпела в своё полное удовольствие. На этот раз слушали её.

Виттор медленно подошёл к кровати девушки и долго её удивлённо рассматривал. «А ещё меня корила, – он ухмыльнулся. – Видела бы её сейчас Алисия». В этот момент дверь в их комнату распахнулась. На пороге стоял помощник коменданта.

– Джим Деф'Олдман, – он обвёл взглядом мужчин, выискивая нужного ему человека, – немедленно явиться в кабинет к коменданту крепости. – Недовольный тем, что его разбудили в такую рань, он развернулся и, даже не удосужившись закрыть за собой дверь, зашагал по коридору в свою комнату досыпать.

Виттор едва разбудил подругу. Джим открыла глаза и спросонья уставилась на него непонимающим взглядом. Он собрался уже объяснить, что её ждёт комендант, как вдруг она заговорила о звёздах, бобрах, голых добрых путешественниках и мечтательно добавила: – Мне приснился такой чудесный сон!

Виттор сочувственно покачал головой: «Скорее уж, кошмар». Хорошенько встряхнул её, поднимая с кровати, выпутывая из кокона, в который она была завернута, словно куколка бабочки, и строгим голосом объяснил, куда ей срочно следует явиться. Благо, она по привычке была полностью одета, даже в сапогах. Юноша довёл до двери и вытолкал вяло сопротивляющуюся девушку наружу. Повернулся к соседям, всё это время с интересом наблюдавшим за ними, пожал плечами и тихо сказал:

– Видно, сильно устал. – Мужчины понимающе покивали, не сомневаясь в его словах. Виттор вздохнул и пошёл собирать свой походный мешок: вчера незадолго до отбоя ему сказали, что его ждёт первое патрулирование.

Джим стояла в коридоре и пыталась осмыслить услышанное. Обернулась, посмотрела на закрытую дверь за своей спиной: «Может, стоит вернуться и уточнить, зачем я понадобилась коменданту?» Решительно собрала волосы в хвост и зашагала по коридору. «Ладно, что бы там ни случилось, нужно с этим как можно быстрее разобраться». Джим пришла к выводу, что ей нужно будет ещё успеть привести себя в порядок: после вчерашнего ночного купания и сна в одежде девушка выглядела неряшливо. Покраснела, вспомнив происшествие в душе, которое, собственно, и вынудило её купаться за стеной крепости. «Как я теперь буду смотреть Кассиану в глаза?»

Тряхнула непокорными кудрями, отгоняя прочь ненужные мысли. «Нет, всё же интересно, зачем я понадобилась коменданту? – Совсем по‐детски шмыгнула носом и удивлённо остановилась. – Ну, мне только этого не хватало!» Она вышла из здания, пересекла двор и вошла в главный корпус, а через мгновение уже стояла возле двери кабинета Малигана, но медлила, боясь постучать.

Разозлившись на себя за робость, Джим осторожно, пару раз, выбила дробь костяшками пальцев по гладко отполированному дереву. Вздрогнула, услышав приглашение, толкнула дверь и неуверенно затопталась в проходе, не решаясь пройти внутрь. Недавно обретённой решимости как ни бывало. Она непроизвольно снова потянула носом и чихнула.

– Что? Доплавалась в холодной водице? – строго спросил Малиган, с неприкрытым интересом рассматривая девушку, стоявшую перед ним: «Ну спрашивается, куда смотрели мои глаза?»

– Ага, – не задумываясь, честно ответила Джим, но потом до неё дошло. – «Он что, видел меня?» – и её лицо залилось краской

– Заходи, дорогая. Заходи! И дверь за собой закрой. Вопросы у меня к тебе имеются, – Малиган хмыкнул, заметив её смущение. – Тебе бы не пришлось краснеть передо мной, если бы ты сразу пришла ко мне со своей проблемой. – Джим осторожно притворила за собой дверь, повернулась и посмотрела на коменданта. – И какими бы ни были причины странного твоего поведения, мы бы в любом случае нашли решение, а ты не оказалась бы в том положении.

– Вышло недоразумение, извините, – повинилась Джим, лихорадочно подбирая слова, чтобы более-менее правдиво объяснить сложившуюся ситуацию.

– Недоразумение, говоришь? – повысил голос Малиган и строго указал на стул напротив. – Садись и рассказывай, недоразумение ты наше.

Джим тяжело вздохнула, покорно присела на стул. Ненадолго задумалась, а потом поведала лишь часть истории, начиная с момента знакомства с Кассианом в академии. Объяснила, как могла, почему раньше её принимали за мальчишку и почему приняли сейчас, пересказывая версию Алисии. Джим понимала, что история звучала неправдоподобно и нелепо, но ничего другого в голову не приходило, кроме полуправды.

Малиган подозрительно смотрел на Джим: «Вот чувствую, что обманывает, но где – не знаю». Задал несколько уточняющих вопросов, заставил дважды рассказать о том дне, когда Кассиан отбыл на родину, и только потом спросил:

– Значит, Ветер пребывал в заблуждении ещё со времени своего обучения в академии? – Джим кивнула. Комендант поднялся из кресла, подошёл к окну и долго всматривался во двор.

– В общем, так, – он обернулся и строго посмотрел на Джим. – Ты немедленно объяснишься с Кассианом, а потом расскажешь правду и всем остальным. Так нельзя! Это не игра. Здесь везде смерть. Твой боевой товарищ должен знать, с кем стоит плечом к плечу.

Джим вскочила со стула. От страха перед предстоящим объяснением у неё всё поплыло перед глазами. Ей было стыдно, страшно, и она чувствовала, что не готова к разговору. Неуверенно покачала головой.

– Хорошо, – быстро согласился Малиган, направляясь к выходу. – Тогда это сделаю я, – он довольно улыбался в предвкушении предстоящего действа.

– Нет! – воскликнула Джим, заступая ему дорогу и раскидывая руки в стороны. Опомнилась, виновато опустила голову и тихо попросила: – Пожалуйста! Позвольте мне самой это сделать, – и снова шмыгнула носом.

– Хорошо, – кивнул Малиган, отмечая обречённо поникшие плечи девушки, – но только не тяни с этим. А сейчас иди собирайся, вам через два часа за стену. – Услышав, как она чихнула, строго приказал: – Только до этого заверни к нашей целительнице, она твой насморк в два счёта выведет.

Джим покорно кивнула и, не поднимая головы, побрела к выходу. «Какой ужас! Как я скажу об этом Кассиану? А остальным? Трусиха! Нет, я не такая! Надо срочно бежать к Алисии!»

– Ты хоть знаешь, куда идти? – окликнул её Малиган, с удовольствием отмечая, что девушка вдруг подняла голову и расправила плечи. – Выйдешь из кабинета, поверни налево и дойди до конца коридора. Там увидишь лестницу. – Не дождавшись ответа, продолжил объяснять: – Спустись по ней и выйди во двор. Дверь напротив – тебе туда. – Малиган вернулся к созерцанию тренировочной площадки за окном. К ней начали подтягиваться юноши, и кое‐кто уже встал в спарринг. – Постой! Ответь ещё на один вопрос, и можешь идти. – Джим остановилась, взявшись за ручку двери, но в этот раз оборачиваться не стала. – Ты знаешь, как ухаживать за животными? Тебе раньше доводилось работать на конюшне?

– Да, – ответила Джим, выходя в коридор и закрывая дверь за собой.

Малиган не отводил потрясённого взгляда от закрытой двери: «Да откуда ты такая взялась на мою голову? Ох, чует моё старое сердце, хлебну я с этой девицей!»

Джим выдохнула, она приняла решение. Надо было спешить. Припустила бегом и через короткое время уже стояла возле нужной двери. Ошибиться было невозможно: пахло точно так же, как в целительском корпусе у Шальги Араи.

– Ну, чего стоишь за дверью? – ворчливо спросили из-за двери. – Заходи, коли пришла.

– Здравствуйте, – кое‐как поздоровалась Джим, чихнув на пороге, как только втянула носом пряный запах трав. – Я вот пришла… – снова чихнула и зажала пальцами нос, вглядываясь в полумрак помещения и пытаясь найти хозяйку голоса.

– Вижу‐вижу, – женщина суетилась у плиты в дальнем конце комнаты. – Заходи, деточка, я скоро, только кое‐что подбавлю к тому, что у меня тут уже весело шкворчит. – Она отломала пару веточек из сухого букета, подвешенного возле плиты, растёрла в пальцах и забросила в котёл.

Джим осторожно спустилась по ступенькам и прошла к столу, с интересом разглядывая жилище местной целительницы. Почему‐то мелькнула мысль, что где‐то должен непременно сидеть огромный жирный кот. «Ну вот откуда такие дурацкие мысли?» С интересом оглянулась вокруг и… Кот сидел на ступеньках и не отводил от неё взгляда жёлтых глаз.

– Ой, – невольно вылетело у Джим. Она попятилась и наткнулась на стул.

– Ты почто гостей пугаешь, Симка? – беззлобно обратилась к коту женщина, колдуя над чаном. За всё это время она даже не глянула в сторону Джим. – А ты присядь пока. Я быстро.

Джим опустилась на стул и удивлённо посмотрела на женщину. В этот момент о ногу гостьи по‐хозяйски потёрся Симка.

– Ой, – теперь уже засмеялась Джим, хватая кота и усаживая себе на колени, – ты прямо как моя гросса, только меньше и шерстистее. – Она заглянула в жёлтые глаза животного. – Красавец!

Целительница остановилась рядом с девушкой и наблюдала за ними. Поставила кружку на стол.

– Выпей, а я налью тебе отвара с собой. – Она вернулась к очагу и чем-то загремела. – Где‐то у меня здесь фляга походная имелась.

Джим взяла в руки кружку с напитком и осторожно потянула носом. Уверенно сделала глоток, второй. От удовольствия зажмурилась. Время будто остановилось, а Джим словно перенеслась в академию, сидела на кровати и прихлёбывала восстанавливающий силы отвар Шельги Араи. Она сама не заметила, как допила всё без остатка, и даже вздрогнула, когда рядом раздался голос целительницы. Джим подняла голову и посмотрела на неё. У целительницы оказалось очень красивое лицо, по которому невозможно было определить возраста. Ей спокойно можно было дать как тридцать, так и пятьдесят, а то и все сто лет – из-за глаз чернее ночи, в которых читались мудрость и сочувствие, и смотрели они в самую душу.

– Ох, нелёгкая же у тебя судьба, – женщина стояла рядом и вглядывалась в лицо Джим. – И выбор придётся делать непростой. – Положила на стол флягу: – Вот, возьми, здесь как раз хватит, чтобы окончательно избавиться от твоей хвори. Меня Ания зовут.

– А меня Джим, – девушка поднялась со стула, восхищённо рассматривая загадочную целительницу. «А Шельга Араи так не могла». При этом она забыла отпустить кота, он безвольно повис у неё в руках. – А вы видите будущее? Расскажите, пожалуйста, – попросила, аккуратно опуская животное на пол, когда Симка начал безмолвно вырываться.

– Нет, – Ания обернулась и строго посмотрела на девушку. – Знаешь, почему мы не помним прошлых жизней? – Видя, как та недоумённо пожала плечами, ответила сама: – Мы бы захотели вернуться. А знаешь, почему нам не дано знать своё будущее? – Джим покачала головой. – Мы бы не захотели туда идти… или же изыскивали возможность изменить его. – Она быстрым шагом направилась к плите, не глядя на Джим, бросила: – Цени то, что есть сейчас. А завтра будет завтра. Беги, тебя подруга заждалась.

– Ой, – Джим спохватилась, – и правда.

Поблагодарив целительницу за лечение, схватила флягу с целебным отваром и рванула к выходу, когда Ания, всё ещё не оборачиваясь, тихо позвала её:

– Джим.

Девушка открыла дверь и вопросительно оглянулась.

– Скажи ему.

«Да скажу я. Скажу!» – твердила Джим, пробегая через двор. С тренировочной площадки её окликнули. Она остановилась и удивлённо посмотрела в ту сторону. Ей приветственно махали Нор и Крейн. Они стояли в паре и разминались, но завидев её, остановились. Смущённо улыбаясь, Джим робко подняла руку, здороваясь в ответ. Незнакомый юноша, стоявший рядом с ними, с надеждой в голосе спросил: «Может, с нами?» Но Джим покачала головой и заверила, что обязательно потренируется с ними в следующий раз. И бегом припустила к Алисии.

Через мгновение она стояла возле нужной двери. Уже протянула руку, чтобы постучать, но дверь неожиданно распахнулась, и оттуда вылетела обеспокоенная Алисия, чуть не сбив её с ног.

– Джим! – испуганно закричала Алисия.

– Лис? – ошеломлённо всматриваясь в лицо подруги, Джим крепко ухватила её за плечи. – Ты куда сломя голову?

– К тебе, – Алисия повела плечами.

Джим тут же отпустила её и отошла на шаг, удивлённо разглядывая наряд подруги, но сказать ничего не успела, девушка схватила её за руку и решительно затащила в комнату.

– Я сегодня всю ночь не спала из‐за твоего обещания накануне пойти ночью купаться в общественную душевую. – Лис протащила подругу до стола и усадила на стул. Схватив щётку для волос, решительно повернулась к Джим. – Судя по твоей лохматости и по исходящему от твоих волос специфическому аромату, я так понимаю, тебе всё же это удалось провернуть. – Джим кивнула, и Алисия нетерпеливо потребовала: – Рассказывай! – Она за мгновение разобрала прядь за прядью копну непослушных волос Джим и принялась прочёсывать каждую из них. – А я пока тебя в порядок приведу.

«И как ей так быстро удаётся это проделывать?» – Джим от удовольствия даже зажмурилась. Ага, не тут‐то было. Волосы ощутимо дёрнули.

– Да рассказываю я! – завопила Джим, снова прикрывая глаза и вспоминая события прошедшей ночи. – Ну так вот, зайдя в душевую, я в первую очередь…

Руки Алисии проворно скользили по голове Джим, собирая волосы в сложную причёску, пока повествование не подошло к подробному описанию встречи с Кассианом в душевой. В этом момент Алисия издала возглас и выронила расчёску, приложила ладошки к щекам и какое‐то время недовольно сопела.

– Всё нормально, Лис, я сбежала. – Джим хотела посмотреть, что там делается за её спиной, но её за плечи вернули в прежнее положение и с ещё большим усердием приступили к плетению причёски.

– В общем, так, дорогая. – Алисия закрепила конец косы, подоткнула под основную массу волос и отступила. – Вставай! Мы прямо сейчас идём к коменданту. – Она схватила Джим за руку и решительно потянула. – Больше так продолжаться не может!

– Я только что оттуда, – довольно улыбаясь, сообщила Джим. Алисия освободила её руку и тяжело опустилась на соседний стул. – И это была моя завершающая часть повествования, – Джим недовольно поджала губы. – Неужели неинтересно, где я всё же выкупалась?

– И где? – нахмурилась Алисия, подозревая, что завершающая часть ей понравится ещё меньше.

– В заводи с бобрами! – счастливо сообщила Джим, посмотрела на подругу и вскочила со стула. – Ой, Алисия, ты что? Тебе плохо? – Бросилась к кувшину с водой для умывания, схватила, обернулась…

– Не надо, – твёрдо произнесла Алисия, выставляя ладонь вперёд. – Рассказывай лучше дальше.

Джим понадобилась всего несколько минут, чтобы поведать до конца историю своих ночных злоключений, а потом она подробно описала разговор с Малиганом и встречу со странной целительницей, потрясла для наглядности походной флягой.

– Так ты готова поговорить со своим «добрым путешественником»? – спросила Алисия. У неё был потрясённый вид, ведь она знала все подробности прошлой жизни подруги.

– Да, – твёрдо ответила Джим, – я сделаю это при первой возможности. – Она благодарно улыбнулась: – Спасибо за причёску, Лис. Я сгоняю по‐быстрому в комнату, мне срочно нужно привести себя в порядок. – И уже выходя из комнаты, с восхищением осмотрела подругу с ног до головы и сказала: – Бесподобный наряд! Ты в нём похожа на пламя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.