# Демитрикая 2: Тени прошлого

Андрей Ра

С тех пор как Теаромона попала в рабство, прошло уже 27 лет, и эльфийка привыкла к своему новому положению. Она считала, что жизнь не так уж плоха, но когда в их жизни появились призраки прошлого её хозяина, всё изменилось.

Теа, хозяин рабыни и группа наёмников отправились в путешествие на историческую родину эльфийского народа. Однако этот поход принёс лишь слёзы, боль и разрушения.

В это время Тоска была вынуждена спуститься под воды Санминора, чтобы решить новую проблему, связанную с её давним экспериментом.

## Глава 1. Встреча старых знакомых

[Тридцать семь лет спустя после уничтожения Санминора]

В городе Асире, что находился близ границы человеческого Доминиона и Империи Ночи, как всегда царила суета и гвалт. Все спешили по своим делам, кто на рыночную площадь, кто в пекарню, кто в любую другую лавку, кто в таверну, а кто ещё куда. В этом шумном муравейнике только двое спокойно стояли посреди роскошного сада одного из поместий города.

– Почему я должна это делать, хозяин? – с возмущением спросила эльфийка у него.

– Ну, Теа, у нас с деньгами совсем печаль-беда. Ты со своей магией быстренько разберёшься в саду этого толстосума, и всё гуд будет, – ответил мужчина рабыне и, пресекая все дальнейшие расспросы, продолжил. – Как говорится, не отказывайся от малых денег, если хочешь заработать большие. Ну или там курочка по зёрнышку клюёт и всё такое. Тем более у меня дела, встретимся вечером у Лобо.

– А разве Лобо… – начала Теаромона, но собеседник сразу же приложил палец к губам эльфийки.

– Тсссс… деточка моя, работа ждёт.

С этими словами он развернулся и ушёл. Оставив её стоять посреди сада одного из городских советников Асира. Хозяин вновь подрядил Теа на работу за мизерную плату. Так он поступал всегда, когда хотел избавиться от неё, а сейчас как раз то самое время. Пару дней назад, пока они устраивались на ночлег в лесу, на них напала стая волков. Они, конечно, отбились, но вот навьюченная почти всеми их вещами лошадь убежала в неизвестные дали, и даже хозяин не смог её выследить. Обычно в такие моменты мужчина избавлялся от своей рабыни и возвращался с большими суммами денег к середине-концу дня. В принципе, он быстро спускал все эти суммы на выпивку, азартные игры, иногда женщин и прочую ерунду. Всевозможные попытки Теаромоны выведать тайну «откуда же?» потерпели крах, и эльфийка просто смирилась с неизведанной тайной, коих было предостаточно у её хозяина.

Также остроухая примирилась с тем фактом, что находится в рабстве у вампира. К этому она долго приходила, но день сменялся месяцем, месяц годом, годы десятилетием. Сначала девушка очень испугалась, что её ждёт вечность тирании или ещё что похуже. Но её хозяин оказался неплохим по характеру. Он был добр и заботлив, иногда, конечно, его эгоизм превышал меру терпенья, но таких моментов было мало. В основном их отношения можно было назвать более чем дружескими, и Теаромона больше чувствовала себя его спутницей, нежели рабыней. Единственное, что могло выдать её за невольницу, это метка мастеров Кастренлосса. Хозяин иногда мог обмолвиться о том, что нужно бы её снять или что-то подобное, но на такие «мелочи» у него была короткая память. Первые лет пять эльфийка думала даже, что он просто издевается над ней, но чем больше его узнавала, тем больше убеждалась в его забывчивости. Хотя всё же, когда он вспоминал об этом и не делал сразу, задевало. В конечном итоге остроухая просто привыкла к рабской метке и даже нашла пару плюсов в ней. Вместе с хозяином они вот уже почти три десятка лет путешествуют по миру, зарабатывая в основном бардовским ремеслом. Но иногда приходилось браться за разнообразную работу, что частенько выливалось в целые приключения. Некоторые из них лучше не вспоминать, некоторые были даже увлекательными, но порой девушку брала хандра из-за потерянного прошлого. Из-за потерянной памяти и прошлой жизни, что в ней таилась.

Её воспоминания, были утеряны из-за магической комы в последствии ужасной катастрофы, так и не вернулись. В самом начале их знакомства хозяин назвал купленную рабыню по имени, и у Теаромоны появилась надежда на то, что он прольёт свет на забытое прошлое. Но увы, он не смог ей ничего сказать, кроме как, что они вместе путешествовали с караваном до Санминора. Крупного города, в котором она, скорее всего, жила и который был уничтожен существом по имени Алказар. Эльфийка была единственной, кто выжила, но были и последствия – долгая десятилетняя кома.

Теа присела и положила руки на землю в саду, с небольшим усилием сосредоточилась на растениях. Они умирали, и ей предстояло узнать почему. Почти час она переходила от клумбы к клумбе, возрождая жизнь в прекрасных цветах, кустах, но от них исходили страх и отчаянье. Растения в этом саду ждали смерти, и вскоре эльфийке удалось узнать почему. Здесь поселилась целая стая грызунов, что поедала их корни, рыхлила и отравляла устойчивую почву. Потратив ещё немного времени, остроухой садовнице удалось их обнаружить. Теаромона могла с лёгкостью общаться с растениями, но вот с животными у неё получалось плохо. Они понимали только язык ассоциаций и сравнений, общение с ними сводилось к хаотично мелькающим картинкам и эмоциям. Теа пыталась показать им смерть и разрушение, передать им то чувство страха, что испытывали растения, но ей не удалось. У неё было мало в этом практики, да и с самообучением туго. Животные отказались покинуть насиженное лакомое место. Жаль. Тяжело вздохнув, Теаромона оплела и задушила грызунов корнями, уже не обращая внимания на их крики. По её же велению они растянули их плоть по площади сада, теперь мёртвые останки привлекут червей, и те снова облагородят почву. Успокоив флору сада и убедив ту, что процветанию, росту ничего больше не грозит, эльфийка закончила.

Зайдя в дом, Теа подозвала к себе дворецкого, и он, убедившись в проделанной работе, отдал деньги. Хозяин дома с садом был слишком занят. Наверняка набивал своё бездонное брюхо. Попрощавшись, девушка направилась на выход. Тех денег, что ей заплатили, не хватит на уплату долга Лобо. В последний раз они у него выступили весьма с печальным результатом. Подвыпившие гости не оценили оперу с упоминанием демонов и уж тем более драконов в роли спасителей. Завязалась драка. Конечным этапом была разгромленная общая зала таверны, а им с хозяином пришлось быстренько покинуть её. Трактирщик явно будет не в восторге снова видеть их на пороге. Ну, может, он хоть по старой дружбе её накормит.

– Ой, извините? – произнесла Теаромона, врезавшись в кого–то уже на выходе из ворот особняка.

– Смотреть надо… – тот, на кого она налетела, обернулся и не договорил.

Это была девушка, точнее солдат. Чёрный кожаный доспех отливал мифриловыми вставками того же цвета. Капюшон скрывал голову и лицо, но знаки отличия Империи Ночи выдавали её.

Имперский офицер, а значит, рядом могут… должны быть и рыцари смерти – их верные зомбированные подчинённые. У хозяина Теа были проблемы с законами вампирской Империи Ночи. Он старался избегать встречи с ними. Если подданные империи в городе, то нужно незамедлительно его предупредить.

– Ты кажешься мне знакомой, – произнесла офицер.

– Возможно, мы и встречались в бессмертии, – ответила эльфийка ей. – Я точно не узнаю вас.

– Хм… что ты тут делаешь? – спросила вампирша.

– Мы не на территории Империи Ночи, и я не обязана вам отвечать, всего хорошего.

Теаромона вышла из ворот на улицу и быстрым шагом направилась к Лобо. При этом она выбрала не самый прямой маршрут и начала петлять, чтобы сбить с толку преследователей, если таковые были. Благо весьма людные улицы всячески способствовали её ухищрениям. Остроухая множество раз оглядывалась и исподтишка осматривала улицу, хвоста не было. Всё же время научило её осторожничать, особенно с солдатами.

Девушка вошла в таверну и сразу же поймала на себе нахмуренный взгляд владельца. Что было весьма неудивительно, но тот сразу же сменился на более радушный.

– Теаромоночка, – протянул тавернщик слишком уж приветливо и озарил девушку своей щетинистой улыбкой. – Рад тебя видеть, чем могу служить?

– Лобо, у меня есть немного денег, можно мне поесть, – начала гостья вежливо. – Хозяин вернётся позже и заплатит тебе долг, обещаю.

– Не беспокойся, он уже это сделал, – сказал владелец заведения и кивнул в сторону.

Теа посмотрела в угол , где обычно она с хозяином заседала. Тот уже был там и пускал слюни на столешницу, судя по всему, надравшись в хлам, снова.

– Всё как всегда, – вздохнула девушка. – Принеси мне тогда туда.

Эльфийка отошла от стойки и села напротив своего посапывающего спутника. Как же раздражали её эти пьянки в самом начале их совместной жизни, а сейчас это лишь стало обыденным неудобством.

– И какой же у нас повод на этот раз? – строго спросила она у него.

– Ну, это самое… день гранённого стакана, – послышалось из-под капюшона.

– Не катит, он каждый третий штар. Сегодня деш первой недели.

– Тогда я болен. А алкоголь – это мой наркоз, что помогает мне перенести…

– Тяжелейшую операцию под названием жизнь, – закончила за хозяина рабыня и улыбнулась. – Эту отмазку вы использовали на прошлой неделе.

– Как? – поднял вампир лицо со стола.

– Вот так, повторяетесь.

– Старею.

Хозяин потянулся за стаканом, и эльфийка услужливо наполнила его из кувшина пивом. Когда вампир поднялся, остроухой стала видна надпись на столе, которую неизменно нацарапал лежавший на нём.

– Вы опять это сделали, – нахмурилась Теаромона, как всегда это бывало.

– Что?

– Столешницу испортили, – она постучала пальцем по двум именам, вырезанным на деревянной крышке стола.

– Ах да, как и всегда, – кисло улыбнулся хозяин эльфийки, разминая шею. – Я же всегда так делаю, разве не привыкла?

– Привыкла, как и ко многому другому, – вздохнула девушка и уже сердито заметила. – Каждый бар, кабак, и вы всегда пишите их имена – Гретель и Гретхен.

– Да, ты же знаешь, я пишу это, чтобы помнить, – вампир сделал изрядный глоток и посмотрел на имена. – Даже если я пропью все свои мозги, то, очнувшись, увижу их и вновь вспомню. Гретель и Гретхен.

– А кем они были? – как бы невзначай спросила собеседница, затаив надежду.

– А я тебе разве не рассказывал? – изумлённо посмотрел вампир на свою рабыню, та отрицательно покачала головой. – Эхь… Ну как-нибудь расскажу, тебе ещё рано об этом знать.

Очередной аспект жизни хозяина, упрятанный за семью печатями тайны. За двадцать семь лет остроухой так и не удалось выведать ничего об этих двух особах. Надо признаться, Теаромона даже испытывала некую ревность из-за этого. Интерес к обладательницам этих имён просто сжигал иногда её, но хозяин был непреклонен в этом вопросе. Один раз эльфийка слишком уж настырно пыталась выведать эту тайну у него, даже начала вести себя как капризный ребёнок. Такое поведение зачастую бесило вампира, и он делал всё, лишь бы девушка прекратила, но не в тот раз. Хозяин наорал на неё, подвыпивший весельчак разом превратился в разъярённого медведя. Они тогда очень сильно поссорились, было сказано много неприятных слов. Это был единственный раз, когда её поставили на место, на место рабыни. После перепалки хозяин ушёл, и его не было несколько дней. Когда же он вернулся, то долго извинялся перед ней. Они поговорили, так сказать, по душам, но тайну открыть он ей не мог. С тех пор Теаромона больше никогда не пыталась специально выведывать тайны из прошлого.

– Я должен их помнить, это всё, что я могу тебе сказать, – выговорил собеседник Теа и сделался мрачнее тучи. – Прости, что вновь секретничаю от тебя.

– Я понимаю, видимо… Просто обидно иногда.

– Мы уже разговаривали на эту тему.

– Да, прости.

Хозяин эльфийки в моральном бессилии уронил голову на имена и замолчал. Девушка решила его не трогать, чтобы тот собрался с мыслями и не раскис. В этот самый момент к их столику подошёл Лобо и поставил тарелку с овощами перед Теа.

– Одним салатом сыт не будешь, – проговорила девушка ему с небольшим укором.

– Рагу разогревается, – отпарировал трактирщик нападку. – Ты всё ещё ешь мясо?

– Конечно.

– Замечательно, – кивнул остроухой владелец заведения и уже обратился к её хозяину. – Вы сегодня как посетители или, может, выступите?

– Может, – начал тот, медленно попивая из кружки. – Знаешь, мы, думаю, у тебя задержимся на пару дней, но ты должен будешь соблюсти правила нашего пребывания.

– Ты про «особый заказ»? – решил уточнить трактирщик, и когда оба постояльца кивнули, продолжил. – Да, я помню, но первый вечер выступаешь бесплатно. И без ваших очередных экспериментов! Что-то спокойное, а то сами будете всё мне тут восстанавливать, – пригрозил Лобо. – Знаешь ли, утварь в зале можно купить за деньги, но вот репутацию так просто не восстановишь.

– Идёт. Хм… Мне бы крови ещё.

Теаромона оторвалась от еды и посмотрела на хозяина. Обычно, когда он так отлучался, то насыщался неведомым ей образом. Остроухая предпочитала не думать об этом, поскольку верила и знала, что её хозяин был хорошим парнем. По крайней мере, он ни разу не дал ей повода усомниться в этом.

– Я спрошу у Вилги, может она… – недоговорил человек, поскольку вампир его прервал.

– У этой, прости… ээээ… гулящей женщины, а может, как обычно?

– Слушай ты… Моё терпение не безгранично, – сдавленно рыкнул трактирщик, оперевшись на стол. – Ты не единственный кровосос в этом городе, и моя прислуга не упустила шанс нажиться, сдав кровь. А Вилга была приличной официанткой до встречи с тобой.

Раздражённо фыркнув, собеседник направился обратно к себе за стойку, что-то ворчливо бубня себе под нос.

– Чего это он так взъелся? – задал риторический вопрос хозяин эльфийки.

– Вообще-то да. Вы портите людей, – вампир посмотрел на свою рабыню-спутницу удивлённо. – Крутой плохой парень, что украл сердечко сахарной девочки. Наобещал ей приключений, золотых гор и безудержной любви, а в итоге попользовался и выбросил. Вот она и пошла по наклонной, – собеседник остроухой поперхнулся выпивкой. – Да-да. Может, если бы вы её просто бросили, то она бы это пережила.

– Так… Так… Всё так и было, – возмутился вампир. – Ну да, я, может, и подпортил её немного, совратив, но Вилга тогда была таким цветочком… – Лёгкая улыбка от воспоминаний коснулась его. – Может, я и перехвалил немного её тело и умения в постели, но я ни разу ей не платил. Подарки да, были и дорогие, но ни слова про проституцию. Ты ж сама помнишь, ушли на пару лет, вернулись, а она уже.

– В этом ваша особенность: вы всех портите и не замечаете, – ответила девушка собеседнику, прожевав. – Я думаю, если бы не ваше активное участие в развращении этой девочки, то Вилга справилась со своими проблемами по-другому.

– Да ну не… Как так-то? – возразить сидящему напротив эльфийки было нечего, и он поспешил заглушить свои неосознанные выражения пивом.

Теаромона улыбнулась и принялась доедать салат, не глядя на своего хозяина. Зная, что тот задыхается от возмущения. Поскольку она попала в самую точку, а он не обращал на это внимание, как обычно. Как и на многое. Его нельзя было назвать невнимательным, но уж слишком многое он игнорировал и не придавал значения важным деталям. Зачастую это портило тех, кого они встречали, и ломало им жизни, иногда в лучшую сторону, а иногда, как в случае Вилги, в худшую. Вампир жил одним днём, так сказать, и редко задумывался о том, какое влияние оказывает на окружение. Местами это было им на руку, но нередко играло с ними и окружающими злую шутку.

– О, вспомни солнце, вот и лучик! – восторженно произнёс вампир, расставив руки в широких объятьях.

– Приветик, Сахарок, – кокетливо улыбнулась Вилга.

Белокурая официантка поставила рагу перед эльфийкой и скользнула хрупкой фигуркой в его объятья. Теа закатила глаза и отдалась еде. Подобное шоу она видела слишком много раз. Иногда остроухая, конечно, слушала, как её спутник обхаживает и дурит голову подобным простушкам, но за почти три десятка лет девушка изучила все его истории и схемы действий. Теаромона не могла сказать, что всё ей нравилось, иногда это даже вызывало уколы ревности. Пару раз она пыталась прочитать нотацию и улучшить поведение своего хозяина, но вампир её не слушал. В их странных отношениях царил патриархат. Хозяин говорил, что он аристократ и имеет два голоса, а она, поскольку была девушкой, имела только совещательный голос. Очередной неприятный аспект в их совместной жизни. Хотя, конечно, Теаромона понимала, что если бы к ней относились как к рабыне, коей остроухая и являлась, то права голоса у неё даже такого не было. Хозяин всё же часто с ней советовался и спрашивал её мнения, чаще всего, конечно, убеждая эльфийку в обратном и делая всё по-своему, но встречались и исключения.

Теа принялась оглядывать залу таверны, народ только подтягивался. В основном это были рабочие рынка и каменоломни, что располагалась тут неподалёку. Многие украдкой поглядывали на них. Усмешки были адресованы, скорее всего, её хозяину, что уже пустил в ход и руки. А удивлённые взгляды были ей. Видимо, раньше эти люди их не встречали, и эльф, поедающий мясо, для них в диковинку. Теаромона же не понимала, почему её сородичи не едят мясо. Оно вполне питательно и сытно, даже полезно. Девушка улыбнулась сама тому, вспоминая, как ей с детства вдалбливали, что это плохо, но кто вдалбливал, эльфийка так и не вспомнила.

Теа внимательней изучила посетителей, как и всегда перед выступлением. Скорее всего, будет успешным исполнить «Эльфийскую рукопись», а нет, там присутствует дракон, а Лобо ясно дал им понять… Так что не стоит. Жаль, что это не припортовая таверна, она давно не исполняла пиратских песен.

– Вокулёрская дева, – произнесла Теаромона.

– Что? – переспросил хозяин, отрываясь от губ Вилги.

– Играть будем.

– Значит, будем, и не дева, а девственница будет точнее. Ты пока отдохни, приготовься, – произнёс он ей. – Сахарочек, пойдём-ка в более укромное местечко.

– Конечно, – улыбнулась белокурая официантка.

– Кстати, в городе офицер Империи Ночи, – быстро произнесла эльфийка, хватая хозяина за руку.

Вспомнив об этой важной детали в последний миг.

– Замечательно, я учту, – просто ответил ей хозяин с улыбкой.

Лицо его выражало недовольство. Теаромона поняла, что он уже думает только о теле Вилги и как бы побыстрее с ней повеселиться. Все разговоры уйдут в пустоту. Вздохнув, рабыня отпустила руку вампира. Беспечно, как обычно. Та лишь понадеялась, что им вновь не придётся улепётывать в быстром темпе или она опять не окажется в кандалах.

****

Рейне зашла в шумную таверну и посильнее натянула на глаза капюшон. Обойдя снующий сброд, она уселась возле стойки и, не глядя на трактирщика, заказала выпивку. Всё её внимание было приковано к сестре по крови, на запястье которой красовалась буква «К», верхняя правая часть которой загибалась вокруг, имитируя хлыст в руке. Та как раз закончила играть на лютне, и, судя по всему, её хозяин объявил небольшой перерыв. Рыцарь смерти напряглась, увидев его, она сразу признала в нём вампира, но что-то другое заинтересовало рыцаря. Манера говорить или повадки, Рейне могла поклясться себе, что знала его, но глухая маска не давала опознать столь знакомого незнакомца.

– Уважаемый, – обратилась она к трактирщику и, завладев его вниманием, спросила. – А что это за парочка бардов?

– Эти-то? – переспросил он и тут же ответил. – Это, можно сказать, почти легенда всех трактиров. Маска и Теа.

– Чем же они так легендарны?

– Ну, это я немного преувеличил, – поправился трактирщик, бегло пробежавшись по знакам отличия офицера. – Просто Маска гений, у них столько хороших песен и на любую публику. Если они пришли выступить к тебе, будь готов озолотиться, хотя, конечно, их эксперименты могут и боком выйти.

– В смысле?

– Они не боятся петь и рассказывать о демонах и драк… – зашептал трактирщик, оборвавшись на полуслове, боязливо озираясь по сторонам. – Говорят, что его девятые ищут.

– Даже так, хорошо. Спасибо за информацию, – рыцарь смерти высыпала перед трактирщиком несколько монет в благодарность.

Рейне обернулась и стала слушать внимательнее, поскольку Маска начал рассказывать историю. Историю об отважной девушке, что была дланью господа и помогла стране выиграть в столетней войне. Когда же рыцарь услышала концовку, у неё дух перехватило. Она знала эту историю, уже слышала её давным-давно. Та претерпела изменения, но сомнений не было. Маска закончил, и Теаромона начала петь, а тот направился к стойке.

– Лобо, дружище, плесни мне? – попросил он, протягивая кружку трактирщику.

– Маска, значит, – обратилась Рейне к барду.

– Я за него, – ответил тот жизнерадостно, но от взгляда Рейне не утаилось, что он напрягся.

– У меня есть к тебе пара вопросов… – начала вампирша.

– Деточка, как и у многих здесь, – он обвёл залу руками. – Подожди конца выступления, и тогда Маска уделит тебе время, не волнуйся, меня на всех хватит.

Рейне скривилась от похабного жеста, которым он поправил штаны, и это её взбесило ещё больше. Рыцарь смерти встала и схватила Маску за ворот плаща.

– Ты вампир, а я офицер Империи Ночи, и ты обязан выполнить моё требование немедленно, где бы мы ни находились! – гневно рявкнула она и сразу же пожалела об этом.

Музыка прекратилась, и все сразу уставились на них. Если начнётся заварушка, Рейне рискует раскрыть свою личность.

– Народ, спокойствие! Это простое недопонимание, бухаем дальше, – сразу же успокоил всех её собеседник и, убедившись, что все вернулись к своим делам, продолжил. – После выступления мы перекинемся парой словечек. Лобо, особый заказ – банана маму мне, а то пиво поднадоело.

– Слушай, ты ответишь мне прямо сейчас. Ты…– бард не дал ей договорить.

– Сядь и выпей, после.

Рыцарь смерти почувствовала себя в ловушке. Поскольку они стояли очень близко, её собеседник незаметно взял её за край капюшона и мог сдёрнуть в любой момент. Этого допустить она не могла. Нехотя вампирша повиновалась. Маска ушёл к Теаромоне, та кивнула, когда он шепнул ей что-то, и они вновь заиграли.

Рейне развернулась и поднесла кружку пива к губам, застыв. Она не пьёт, и в этом не было необходимости, она заказала выпивку исходя из правил приличия. Только сейчас её заставляло выпить жгучее желание. Желание, то желание, что можно сравнить только с тягой приказа. Рыцарь смерти отхлебнула немного и ещё пристальнее посмотрела на Маску. Он имел власть над ней, и она была уверена, что знал её. Зачем же ещё была эта игра с капюшоном? Рейне усмехнулась, похоже, идиот вновь всех оставил в дураках, но как такое возможно?

– Дамы и господа! – обратился бард к постояльцам.

Грубо притянул к себе рабыню, та лишь с готовностью прильнула к хозяину, восхищённо улыбаясь. Белокурая девица дала барду бокал и встала позади. Рейне обратилась вся во внимание, чтобы выпить после речи, бард будет вынужден снять маску или хотя бы приподнять.

– Я бы рад задержаться тут у вас, но, увы. Я устал. Я мухожук.

Вампирша заметила, как вышибала подошёл сзади и сунул им сумки в руки, на бокале блеснула руна, и парочка исчезла. Рыцарь смерти вскочила, но было уже поздно. Стакан с руной разбился, и, ахнув, официантка сразу же стала собирать осколки. Даже если бы Рейне силой отняла их, расплескавшаяся жидкость наверняка смыла часть рисунка. Ей ничего не осталось, как быстро покинуть таверну.

Пройдясь по улочкам, вампирша свернула в подворотню и нанесла по стене дома несколько яростных ударов. Он явно поумнел с их последней встречи, хоть и ведёт себя так же, как похабный имбецил. Что ж, воистину Маска, так провести её. Рыцарь достала из подсумка кар Тоски и сосредоточилась на заклинании. Оно позволяло ей обшарить местность через символ злого глаза. Такой символ был на предплечье барда, и, судя по тому, что она признала в нём вампира, он не носил кольцо Конрада, которое могло бы его скрыть. Шансов на успех не было, возможно, он сразу же надел его, узнав её. Теперь найти его ей явно не хватит сил, но у Книжницы хватит. Значит, нужно немедленно вернуться в Империю Ночи.

****

Верена Рихтер оторвала свой взгляд от свитка и посмотрела на Рейне, шумно ворвавшуюся в библиотеку. Быстрым шагом она пересекла разделявшее их расстояние и, по пути захватив стул, уселась напротив неё.

– Мелкий, проваливай! – крикнула она служке, что мыл полы, и закинула ноги на кафедру.

– Тодор, ты свободен, – ответила Тоска на немой вопрос слуги.

Тот кивнул и, поспешно собрав всё, убрался прочь из библиотеки.

– Итак… – начала рыцарь смерти, но Тоска её прервала.

– Не наглей! – повысив голос, произнесла она, взяв стоящую у стола указку, библиотекарша ударила Рейне по ногам.

– Указка? Не кары? Это что-то новенькое! – удивлённо произнесла та, потирая ушибленную ногу.

– С такого расстояния кидать бессмысленно. Ты либо поймаешь их, либо увернёшься. Да и вреда тебе они не причинят особо, – расставила Верена всё по полочкам в привычной манере.

– Тоже верно.

Рыцарь смерти обернулась, чтобы убедиться, что в библиотеке действительно пусто. После этого сняла капюшон и развязала шарф на голове, высвобождая копну угольно-чёрных волос и острые уши. Развалившись на стуле, она взяла металлическое стило Верены и принялась молча вычищать грязь из-под ногтей.

– Я могу метнуть и не только кар, – предупредила Тоска, еле-еле сдерживаясь, чтобы не осадить обнаглевшую гостью более действенными методами.

– Тогда я обижусь на тебя, и ты упустишь весьма ценную информацию, – просто парировала она.

За почти четыре десятка лет, что Рейне находилась в её распоряжении, та весьма обнаглела и осмелела. Хотя Рихтер это в ней и нравилось. Хоть какое-то разнообразие в рутине бессмертия, остальные рыцари смерти были тупы как пробки, а служки тряслись от страха. К тому же остроухая прекрасно справлялась со своими особыми заданиями. Как уникальный рыцарь смерти не из человеческой расы, она была способна и обучаема. Тоска весьма усилила её магический потенциал и разнообразила методы его применения. Надо сказать, бывшая эльфийка стала ценным союзником, даже другом, и она решила посвятить ту в некоторые свои планы. Будучи рыцарем смерти, она всё равно не могла бы ослушаться и рассказать кому-либо. Хотя обход приказов – это её конёк, но рыцаря, похоже, вполне устраивало такое течение времени и действий. К тому же то, что случилось на окраине Санминора после его уничтожения, сильно укрепило их отношения, и в преданности друг другу они почти не сомневались больше. Временами Тоска даже жалела, что не отдавала должного внимания бывшей эльфийке ранее.

– Не кипятись, в общем, и подожди, не сбивай меня, – огрызнулась Рейне. – Значит, первое, держи свою книжку, – она достала из-под плаща потрёпанную тоненькую книжку, более похожую на простой буклетик из музея. – Кстати, я почитала её, на кой тебе записи зодчего, сгинувшего уже давным-давно в пучине истории?

– Этот зодчий утверждал, что проектировал и строил со своей бригадой помещения для Конрада. Он это долго утверждал, пока не пропал, – ответила Книжница на вопрос.

– А и ты надеешься, что они тебя наведут на мысли об очередном тайном убежище первовампира, – задала Рейне риторический вопрос.

– Если не наведут, то хотя бы сузят круг поиска.

– Ой, да ладно. Сорок лет прошло, и ты ещё надеешься?

– Тридцать семь лет, четыре месяца, двадцать один день, и ни в один из них у меня не было сомнений, – уточнила Тоска в свойственной ей манере, не отрываясь от изучения нового приобретения спросила. – Проблем с получением не было?

– Нет, хозяин весьма удивился, что мне она нужна, но потом запросил баснословную цену, – начала рыцарь. – Пришлось припугнуть его, мол сейчас девятые придут и будут уверены, что он демонопоклонник, и доказательства даже найдут, – со смешком произнесла Рейне. – Богачи такие трусливые. Хотя, может, он и действительно им является, уж больно сильно он перепугался.

– Замечательно, ты свободна тоже, пока.

– Да оторвись ты уже от своих букв, никуда они не денутся, – с раздражением проговорила рыцарь смерти, вырывая книгу из рук Верены. – Теперь второе. Я тут одного нашего старого знакомого встретила.

Хозяйка библиотеки выжидательно посмотрела на собеседницу, но та лишь загадочно улыбалась и следила за её реакцией, которой не последовало, впрочем.

– И? – прервала затянувшуюся тишину Рихтер.

– Наш общий знакомый, чуть повыше тебя, пустослов и идиот.

– Хорошо, ты сейчас описала мне девяносто один процент всех жителей Эванора, – сухо произнесла Тоска и сжала кулаки, чтобы хоть как-то выразить своё раздражение, после чего уточнила – Если, конечно, не брать в расчёт количество общих знакомых, там цифра поменьше. Так сразу провести вычисления сложно».

– В точку, – подтвердила рыцарь. – А может, начнём с того – съедобное, несъедобное?

– Рейне, – слегка повысила голос Книжница. – Рассказывай немедленно, не заставляй меня приказывать тебе.

– Этот приказ я обойду даже во сне. Ты скоро тут паутиной покроешься, хоть как-то развлекись, – произнесла остроухая, закончив чистить ногти. – Вот тебе подсказка, твой бывший ученик.

– Так, – устало вздохнула Рихтер. – Мужчина, болтливый, ростом выше меня, идиот и мой ученик. Ты уверена в последних двух пунктах? Ты учла их взаимоисключаемость?

– Абсолютно. Он ещё любит к бутылке приложиться как следует.

Верена подняла взгляд к потолку, задумавшись. Ответ сразу же пришёл к ней, но этого просто не могло быть. Может, она забыла о ком-то ещё? Нет, она помнит всех своих учеников, память никогда её не подводила. Ответ был очевиден, но просто не укладывался в голове. Судя по хитрому выражению лица Рейне, это может быть вопрос с подковыркой.

– Твоя пытливость ума убьёт тебя когда-нибудь, – раздражённо фыркнула рыцарь смерти, поняв, что Тоска потерялась в собственных мыслях. – Его имя начинается на «Ал», а заканчивается на «казар».

Рейне удовлетворилась видом того, как спокойствие Верены было нарушено. После событий, что повлекли за собой уничтожение Санминора, остроухий рыцарь начала замечать, что безэмоциональная маска Книжницы дала брешь и эмоции проскальзывают иногда у неё.

– Ты в своём уме? – решила уточнить Верена на всякий случай.

– Да, в своём. Я знаю, что нити его продержали бы ещё не одну сотню лет, но я видела его.

– Ты уверена? – с недоверием переспросила обитательница библиотеки.

– На самом деле не очень, он был в маске. Но, – жестом Рейне сразу же пресекла все возражения. – Скажи мне, много ли бардов могут мне отдать приказ, которому я повинуюсь?

– Полагаю, что один нашёлся, – ответила Тоска и задумалась. – А это не…

– Нет, что я, Конрада от Алказара не отличу. Он, кстати, изменился.

– Я вообще Найвса имела в виду…

– Того самого из Демитрикая? – подалась вперёд рыцарь смерти. – Он же вроде как мёртв.

– Пропал… хм… не важно, – пресекла дальнейшие расспросы Верена и поспешила перевести тему. – В каком смысле изменился?

Рейне с подозрением посмотрела на Рихтер, но та не выказала ни намёка на желание продолжать разговор в этом русле. Рыцарь знала, что у Тоски много скелетов в шкафу, но об этом слышала впервые.

– На вид такой же имбецил, но он явно поумнел, – ответила остроухая, сдавшись перед непоколебимостью собеседницы. – Они с рабыней ушли с помощью руны телепортации. Алый нанёс её на бокале, тот разбился вдребезги, и содержимое смыло руну. Также всё это было заранее обговорено с трактирщиком. Когда он понял, что не отвертится от меня, то тот ему принёс его «особый заказ», а вышибала незаметно передал вещи. – Рейне усмехнулась. – Честно говоря, я была не готова и упустила его.

– Давай по порядку, – попросила Верена. – Первое, согласна, он явно осторожничает. Второе, с рабыней?

– О! – протянула рыцарь смерти. – Это самое интересное. Помнишь эльфийку, что выжила при взрыве Санминора из-за моей монеты?

– Конечно, я с Лораном почти десять лет её из комы выводила.

– Да-да, ученица Лорана теперь рабыня Алказара. Можешь себе такое представить? – Рейне скривилась от этой мысли.

– Сочувствую, – спокойно произнесла Тоска, поскольку понимала, каким хозяином вполне может быть её бывший ученик. – Надо будет поговорить с твоим братом на эту тему подробнее.

– Да как же скажет он, – со смешком произнесла рыцарь. – Он – девятый, а они секретами не делятся.

– Посмотрим, – заключила Книжница. – Третье, ты пыталась его найти с помощью кара?

– Да, но не вышло, – остроухая собеседница достала металлический шарик и передала его своей создательнице. – У тебя больше шансов на успех, но я думаю, что он теперь не снимет кольцо Конрада ни при каких условиях.

– Да, оно скроет его, но не её. – Верена попыталась улыбнуться, но не вышло.

– Об этом я не подумала, – улыбнулась за собеседницу Рейне.

****

В сгущающихся сумерках посреди болотной топи стояло одинокое здание придорожной таверны. Хотя дорогой назвать то, что проходило меж болот, было сложно, телеги и лошади местами увязали в грязи так сильно, и приходилось потратить немало усилий и времени, чтобы вызволить их из плена. В этой таверне сейчас царила суета, поскольку паром готовился к отплытию, и дельцы носились туда-сюда, раздавая указания прислуге. В этой сумятице никто совершенно не обращал на двух путников, что пришли пару часов назад и укрылись в келье за лиственной занавесью.

– Что мы тут делаем? – спросила эльфийка у своего хозяина.

Они уже несколько дней шли пешком по болотным землям сумеречных эльфов. Так как в таверне Лобо была использована последняя руна телепортации.

– Не ной, Теа, – ответил он, задумчиво царапая новую столешницу ножом. – Плотно перекусим, ты выспишься, и завтра выдвинемся дальше. Я знаю тут одного немного сумасшедшего эльфа, что под кроватью живёт, он сделает нам новые руны.

– Я не ною, – обиделась она, хоть и понимала, что делает именно это. – Просто я терпеть ненавижу это место. Болотная грязь у меня уже везде, еще немного, и я плесенью начну прорастать, – хозяин Теаромоны никак не отреагировал на её жалобы. – И меня достали немного косые взгляды от сумеречных.

– Съешь мяса у них на глазах, они тебя сразу зауважают.

Девушка так и не поняла, огрызнулся собеседник или отшутился. Сейчас он был в маске, и девушка не могла прочитать его лицо, чтобы хоть что-то понять. Но она и так прекрасно видела, как мрачен и молчалив её хозяин. Такого настроения Теа очень давно у него не видела. Видимо, встреча с той из Империи Ночи выбила его из колеи и довольно сильно.

– Хозяин, – позвала она его и подлила пива ему из своего стакана. – Что происходит?

Вампир тяжело вздохнул и, сняв маску, залпом осушил свой стакан. Подал знак официантке, что их бочоночек уже опустел. Работница таверны, скосив недовольный взгляд на испорченную мебель, кивнула и ушла менять его.

– Помнишь нашу первую встречу? – спросил вампир у своей эльфийки.

– Уже смутно, но помню, – ответила она, насторожившись. Либо хозяин уж пьян, либо он расскажет ей что-то о прошлом.

– Я тогда решил начать всё с чистого листа, потому что ты меня не вспомнила. И эти двадцать семь лет с тобой были самым прекрасным, что со мной случалось в этом мире. – Он прервался, позволяя официантке сделать свою работу. – Видишь ли, там в баре это был не простой офицер империи, а призрак. Призрак моего прошлого. Она узнала меня, смешно… Я сам выдал себя, и теперь как прежде уже не будет.

Маска вновь взял нож, чтобы закончить своё дело со столом.

– Я не понимаю, – Теаромона глотнула пива и поморщилась, уже выдохлось. – Что ты этим хочешь сказать?

– Мои призраки не искали меня раньше. Видимо, думали, что я мёртв или… да хрен их разберёт. Теперь меня будут искать, и если это будет не Императрица со всей своей братией и девятыми в кармане, то другая компашка гораздо хуже.

Теаромона почувствовала страх. Девушка знала, что у хозяина проблемы с законами, но не думала, что в таком масштабе. Тем более девятые. Она обучалась на девятого и знала, за какие преступления могут они искать. Эльфийка не могла в это поверить.

– Находиться со мной сейчас слишком опасно, и после покупки рун мы с тобой расстанемся, – произнёс он, понурив голову.

От неё не утаились слёзы хозяина. Она и раньше их видела, но крайне редко и обычно в пьяном бреду, но таких искренних никогда. Теа поняла, что он заранее прощается с ней и прощается с ней не как с рабыней, а как с дорогим и любимым другом.

– Хозяин, не говорите так, я буду рядом с вами, – ответила остроухая. – Мы столько пережили вместе, и это тоже…

– Гретель и Гретхен, – закончил царапать вампир стол. – Теа… Я тебе солгал, – прервал он её. – Я знал тебя раньше, и я даже знаю, где твой дом, твои родные. Ты отправишься туда.

У Теаромоны перехватило дыхание. Её прошлое было для неё тайной, которую она желала узнать больше чего-либо, и хозяин всегда это знал, но утаил от неё. Остроухую взяла такая сильная злость, что она хотела накинуться на него с кулаками, но всё же смогла себя кое-как сдержать. Когда они только встретились, то решили начать всё с чистого листа – новый совместный путь без тени их прошлого. Нынешнее положение дел стало её жизнью. Другой жизни она не знала, и как бы ни заманчива была идея узнать своё прошлое, встретить родных, эльфийка боялась. Боялась той неизвестности, что может ждать её, к тому же с хозяином их связывали более тёплые чувства, чем с неизвестными ей родителями. Сомнения и нерешительность сковали Теаромону сильнее.

– Теа… Чаиночка моя, я, конечно, понимаю, что ты злишься, но всё же отпусти меня, – выговорил хозяин, пытаясь вырвать руки из древесных оков.

– Это не я! – испуганно произнесла эльфийка.

Сквозь лиственную занавесь проскользнуло лезвие и метнулось к горлу эльфийки, та сползла на лавочке, и лезвие не достигло цели. Теа вскрикнула, когда маска проломил стол и грубо схватил её за руку. Мир вокруг дрогнул и расплылся, в лицо ей ударил нестерпимый жар, в ноздри ударил едкий запах серы и смрада. Девушка больно ударилась плечом о невидимую ей стену и упала в болотную жижу.

– Что? Что только что произошло? – спросила она у хозяина, но голос у неё дрожал от страха.

– Нас уже нашли, вот что, – сухо ответил он ей, помогая ей подняться. – Бежим.

– Как мы тут оказались?

– Теа, ты же вроде как девятой хотела быть, не узнаёшь мерцание?

Теа резко остановилась. Мерцание – демонический вид телепортации, девушка знала о нём, но различать природу демонической магии не умела. Этот всплеск наверняка заметили девятые и скоро будут тут, но её не это больше всего взволновало.

– Ты, ты, кто ты?! – крикнула Теаромона спутнику в лицо.

– Твой хозяин, – ответил он ей и потянул её за собой.

– Нет, нет. Кто ты на самом деле? Я хочу знать? – начала кричать она, еле-еле переступая ногами. – Хватит секретничать!

– Теа! – рявкнул он на неё в ответ.

Эльфийка охнув осела на землю и схватилась за голову от нестерпимой боли. Как же давно она не чувствовала подобного, что сразу напомнило ей её место – место рабыни. Маска остановился и, присев, обнял девушку.

– Ой, прости, прости, Чаинка?! Я случайно, я не хотел, прости меня? – принялся он успокаивать её, поглаживая по волосам. – Прости, но я не могу тебе сказать сейчас кто я, правда ранит тебя ещё сильнее. Прости, но не сейчас, нам действительно нужно уходить. Я не могу перенести нас отсюда, нужно преодолеть сдерживающее поле, и тогда…

Теаромону резко дёрнуло назад, и хозяин не удержал рабыню от неожиданности. Эльфийка почувствовала, как горло сдавила невидимая рука, и в тот же момент тело опутали корни.

– Ну, здравствуй, мой ученик, – проговорил бесцветный женский голос у неё за спиной. – Ал…

– Заткнись! – крикнул в ответ хозяин эльфийки. – Я не ношу больше это имя.

– Что ж, хорошо, Маска?

Хозяйка голоса вышла вперёд, и Теа смогла разглядеть её со спины. Вампирша в тёмной мантии с длинными чёрными волосами. Также заметила, что та не одна, она оглядела спутницу напавшей, и глаза у неё широко раскрылись. Её спутница была эльфийкой, одетой в имперскую броню офицера, но это лишь на первый взгляд. Теаромона с изумлением, страхом и отвращением оглядела сестру по крови, которая была обращена в вампира. Сам факт её существования нарушал несколько законов девятых и являлся просто преступлением для природы. Глаза эльфийки наполнились слезами от такого святотатства. Девушка не могла поверить, что её хозяин причастен к чему–то подобному.

– Не двигайся, а то будет больнее, – сказала ей вампирша из эльфийской расы, и её голос был наполнен скорбью. – На самом деле всё не так плохо, как выглядит.

Улыбнулась рыцарь смерти, но улыбка быстро померкла. Теаромона не смогла разделить взглядов бывшей эльфийки.

– Тоска, чего тебе надо от меня? – спросил хозяин остроухой рабыни у вампирши с тёмными волосами.

Девушка сразу вспомнила обладательницу этого имени. Библиотекарь в главном замке вампиров, дипломат и посланник Империи Ночи, как обычно все её величали. Но у девятых в архивах её называют по-разному, самое распространённое «Книжница», вампирша с демонической кровью и сутью. Та, что не раз подвергала мир немыслимым угрозам, но также многие девятые считали её сильнейшим существом в этом мире. Именно благодаря её усилиям Лоран смог пробудить Теаромону от десятилетнего сна.

– О, мне многое от тебя нужно, – произнесла она. – Во-первых, узнать, где тебя носило столько лет?

– Это не твоё дело, знаешь ли, мне тут и без тебя неплохо живётся и…

– Ты идиот! Ты думаешь, что сможешь просто так вот от всего уйти? Это лишь вопрос времени, когда тебя найдут…

– Ну вот ты нашла, и что? – перебил её Маска. – Да если бы я так тупо не спалился Рейне, ты бы ещё сотню лет не знала о том, что я жив!

– Я всегда знала, что ты жив, – отрезала Тоска. – Я понимала, что императрица просто так тебя не отпустит. Но я даже не догадывалась, что она будет использовать нити, – объяснялась вампирша. – Потом ты исчез, и я не знала, как тебя найти. Как ты вообще выбрался?

– Секрет фирмы «Одуванчик», – огрызнулся в ответ хозяин Теаромоны. – Верена, прошу тебя, уходи, пожалуйста? Забудь о моём существовании, я не хочу иметь с тобой ничего общего.

– Не хочешь? Значит, её смерть останется неотомщённой? Значит ли это, что ты сдался?

– Я убил Делакруа, – со злостью процедил хозяин.

Теаромона ловила каждое сказанное этими двумя слово. Пока девушка не могла ничего понять, кроме того, что они говорят о событиях, которые произошли, пока она была в коме. Книжница тянет время или просто не ведает, что творит. Остроухая отсчитала время, девятые уже должны были быть тут, но их не было. Либо они опаздывают, либо… Эльфийка осмотрелась более сосредоточенно, как учил её Лоран. Вся область была покрыта незримым магическим куполом, видимо, этот купол не позволил её хозяину уйти далеко от таверны. Видимо, он же скрыл их от взора девятых. Такое сложное заклинание должны были поддерживать несколько магов, значит, у Тоски есть ещё соратники. Расклад явно не в их пользу.

– Да, но смерть Джейджерин…

– Не смей произносить её имя! – взорвался Маска.

– Так что ты теперь будешь делать? Сдашься? И продолжишь петь песенки как ни в чём не бывало? Или будешь действовать? – продолжала говорить Книжница закипающему от злости ученику. – У тебя есть то, что нужно мне. Частично результаты твоей мести мне выгодны. Думаю, я смогу тебе помочь во многом.

– Ты уже раз помогла мне, спасибо, – огрызнулся вампир. – Твои манипуляции больше не прокатят.

– Алый, – произнесла Рейне. – Поверь, то, что произошло тогда, было чистой случайностью. Мы с Вереной искали тебя почти четыре десятка лет. Притом думая, что ты в состоянии летаргии – в нитях, а значит, без помощи не пробудишься.

– Искали они меня, – фыркнул Маска и сместился на пару шагов в сторону, прикидывая план побега. – И что с того, я теперь должен рассыпаться в благодарностях и вновь к себе верёвочки привязать? Чтобы этой эсеске было проще мною управлять? Так что ли?

Тоска растворилась в мареве мерцания и появилась прямо перед носом своего ученика, незамедлительно ударив в него.

– Можешь думать что угодно, но… – вампирша замялась и достала небольшой ножик. – Память крови, самый верный источник информации, и невозможно подделать, – проговорила вампирша и порезала себе палец. – Ты сам должен это увидеть.

Хозяин Теаромоны, зажимая разбитый нос, с подозрением посмотрел на собеседницу.

– Я не умею выстраивать логичные цепочки воспоминаний, и разве для этого не нужен ритуал? – спросил он.

– В редких случаях нужен, это если ты хочешь прожить те события, как и хозяин памяти. В нашем же случае ты просто посмотришь… – Верена задумалась, подыскивая сравнение в голове. – Посмотришь диафильм, со стороны и лучше. Я уже сама всё выстроила, тебе нужно лишь посетить кинотеатр.

– Что же ты собираешься мне показать? Сомневаюсь, что что–то заставит меня окунутся во всё это дерьмо снова.

– Я обещала этого не говорить, – спокойным голосом ответила Тоска. – Ты сам должен это увидеть.

– Ладно, но после этого мы уйдём.

Рихтер кивнула и протянула руку. Вампир взял Книжницу за запястье и попробовал кровь на вкус.


Мир сразу же закружился передо мной в неисчислимом хаосе картинок. Я же говорил, что не умею, а кто мне обещал помочь? Вскоре картинка остановилась, как будто кто–то нажал «стоп» в этой безумной перемотке, и я оказался во дворе библиотеки. Он был, как всегда, пуст, а нет. Через некоторое время появились фигуры: моя, рыцаря смерти, что вечно там стоял на страже, и Верены.

Я стоял рядом с рыцарем смерти и держал с ним на вытянутых руках табуретку. Я с одной стороны за две ножки, он с другой.

Табуретка дружбы!!! И не говори, извилистый. Самое изощрённое наказание.

Принцип её прост. Это если мелкие карапузы плохо себя ведут, ты их ставишь вот так с табуреткой и пусть стоят. Вроде ничего такого, но через время начинаешь скучать и сходить с ума, всё сразу чешется, сразу хочется отлить, а ты не можешь. Ты вынужден стоять с этой табуреткой. Кто первый отпустит, тот и проиграл, следовательно, наказание ждёт только тебя и сильнее. Если шпанюки сорятся и начинают хитрить, подговаривать соседа по несчастью сдаться, ты просто добавляешь им времени или тяжести. Наказанные должны всё понять и простить, договориться и опустить табуретку вместе. Тогда победила дружба и всем хорошо. Ну, или просто дождаться, когда выйдет время наказания.

Только вот я, блин, держал её с рыцарем смерти, с этим хмырём невозможно договориться или схитрить. Он просто будет исполнять приказ, а ты стой и сходи с ума. Я с ним так как–то раз шестнадцать часов простоял. Зато что пришёл подвыпивши на урок. Тоска же сидела в тени деревьев на лавочке и, как обычно, что–то читала. При этом попивая чай с коньяком, что стоял на табуретке. Вот и побывал живой мебелью у неё тогда.

– Короче, вот ещё один слушай, – начал говорить я рыцарю смерти. – Поймали девятые орка, эльфа и вампира.

Это мой голос, фига! Блин, какой он противный, мне не нравится. В голове мой голос звучит более крутецки. Это ты так думаешь, я этот ужас каждый день слышу. Так тебе и надо, мозговитый.

– Дают им, значит, по два металлических шарика, вот как у Тоски, и говорят: «Кто нас удивит, того отпустим».

Точно, мне было скучно, и я всячески насиловал остатки мозгов рыцарю, результата никогда не было. Хоть себя немного развлекал.

– Через день заходят к орку, тот ими жонглирует и песни напевает. Девятые думают: «Неплохо, может и отпустим», – я прервался, чтобы почесать нос об табуретку. – Заходят к эльфу, он там жонглирует ими, прыгает и финты всякие с песнями нудными выдаёт. Девятые думают: «Вот это круче». Сходили к вампиру, возвращаются, говорят: «Ну, орк и эльф всё в тюрьму, вампира отпускаем», – продолжал прошлый я травить анекдот, переминаясь на затёкших ногах. – Те их спрашивают: «Что ж там такого вампир учудил?» Девятые отвечают: «Да он один потерял, другой сломал».

Старый анекдот, но хороший. Блин, я ещё так мерзко смеюсь, ужас. Моё себялюбие сейчас знатно так пострадало. Не-а, это до первой отражающей поверхности. Там уже начнётся: «Я – бог, я – прекрасен, как рассвет, я – просто великолепен и с меня писали образ Иисуса. Тут, пожалуй, не буду с тобой спорить, мозг.

Я из прошлого принялся допытывать бронемишку, как зашла ему шутка или нет? Но тот молчал. Я потерял к себе интерес, когда из портала вышла Джейджерин. Болезненные воспоминания накатили на меня в купе со смешанными чувствами.

Джей была, как всегда, одета в свой обычный синий корсет и серые штаны, по-моему, у неё другой одежды совсем не было. Вот блин, надо было ей тогда на днюху платье подарить, а я не додумался. Прошлый я вообще был тупым как пробка. Сейчас что–то изменилось? Да, изменилось, житель всея моей головы. Теперь я просто тупой.

Девушка помахала мне приветственно рукой, я смог лишь кивнуть в ответ. Она же направилась к Тоске.

– Здравствуйте, госпожа Тоска, – начала она.

– Я не госпожа, – в привычной манере поправила её библиотекарша.

Не любила Верена, когда так её называют, странно, что каром в неё не запулила.

– Извините меня, вот список книг, необходимых для госпожи Сентии, – девушка протянула Рихтер лист бумаги со списком в одиннадцать пунктов.

Да, точно, вспомнил этот момент. Книжки окажутся слишком большими, и меня отправят помочь их донести. Халява. Да, извилистый, мы так с тобой пару раз сбегали с уроков или увлекательного держания табуретки.

– Приходи через час, я как раз всё соберу, – ответила Тоска, мельком взглянув на список.

– Я также хотела поговорить с вами о… – юная вампирша замялась.

– Ты обдумала сказанное мною на улице восемнадцать дней назад? – уточнила Верена, закрывая книгу, Джейджерин кивнула в ответ. – Надумает жульничать или ещё как хитрить, дай ему пинка под зад.

– Конечно, Тоска, я послежу за ним, – откликнулся я сразу.

– Идиот, это я рыцарю смерти.

– Да понял я, понял, что обзываться-то сразу, – начал бубнить себе под нос прошлый я. – Идиот, идиот сразу… Уж и пошутить нельзя.

Бронемишка кивнул в ответ вампирше и вернулся к молчаливому держанию табуретки. Я же присел ему на уши, что слежу за ним. Но стал говорить уже аккуратнее, поскольку пенделя латным сапогом получить не хотел, а он иногда считал жульничеством любую мелочь.

Джейджерин последовала за Вереной в библиотеку. Войдя, они сразу спустились на первый ярус, и хозяйка обители знаний молча указала своей спутнице на пустую тележку для книг. Всё так же молча вампирши прошлись по первому ярусу, найдя две книги, и стали спускаться ниже.

– Ты так и будешь молчать? – прервала Тоска молчание первой.

– Простите, – извинилась тихо Джейд. – Я обдумала всё, как вы и просили.

– Я не просила, я советовала, – прервала её Рихтер.

– Как вы и советовали, – поправилась девушка. – Вы правда можете устроить так, что Делакруа меня освободит?

– Да, – ответила собеседница, и они завернули за угол меж стеллажей. – Осторожнее.

Тоска скользнула в сторону и пропустила лапу паука мимо себя. Джейджерин присела, спрятавшись за ручкой тележки, и членистоногий её не достал. Через мгновение паук упал и заверещал, его тело стало сминаться, словно кто–то комкает лист бумаги.

– Кстати, вот, – библиотекарша указала пальцем. – Синяя книга, основные понятия и различия расы гномов.

Джейджерин, поняв, что Тоска не пойдёт за ней, направилась взять нужную книгу, с отвращением обходя скомканного паука.

– А почему Вы их всех не убьёте? – спросила девушка, доставая увесистую книгу. – Они же только мешают.

– Мне не мешают, а если найдётся глупец, что решит залезть в мою библиотеку… – Верена не договорила. – Мы отвлеклись. Я могу это устроить, ты твёрдо решила?

– Да, – сказала Джей, кладя книгу на тележку, и направилась за Тоской.

Молча они спустились на третий ярус. Хозяйка библиотеки зажгла над ними магический шар света, чтобы осветить путь.

– Что же заставило тебя передумать? – спросила женщина, и её тело взмыло вверх, чтобы она могла взять книгу с трёхметровой высоты.

– Вы были очень убедительны, – ответила юная вампирша. – Я хочу освободиться от гнёта Делакруа.

Верена Рихтер опустилась на пол рядом с Джейджерин и вручила книгу.

– Если ждёшь от кого-то помощи, то не стоит ему врать.

Тоска развернулась к ней спиной и продолжила свой путь. Спустя ещё две книжки и одну толстенную книгу Джейджерин решила признаться.

– Я беременна.

– Да, огонёк новой жизни отчётливо виден в тебе, – проговорила Тоска, замерев на секунду на развилке.

Так, Мозг, ты чуешь, чем пахнет? Да, заткнись и смотрим дальше.

– Я боюсь, лорд Делакруа не позволит мне оставить ребёнка, а я не хочу его терять, – дрогнувшим голосом произнесла юная вампирша.

– Лорд? Так уже давно властителей не называют. Это что, его фетиш в постели? – поинтересовалась Тоска, взлетая за очередной книгой.

– Мне неприятно об этом говорить.

– Конечно, прости за бестактность, – извинилась собеседница. – Не хочешь терять ребёнка, даже если он от этого «лорда» или кого-то другого?

– Это невозможно, Тоска, – Джей покраснела от стыда и сдавлено пояснила. – Виконт предпочитает… другие… – Она замялась, совсем не зная, как и сказать.

– Предпочитает не классические вариации секса, – сказала за неё Верена.

Женщина остановилась и посмотрела на свою юную собеседницу. Возможно, Тоска хотела утешить как-то девочку или сказать что-то ободряющее, но, видимо, ничего так и не смогла придумать. Не глядя, она вытащила книгу и протянула Джейджерин, чтобы хоть как-то прервать эту неловкую ситуацию.

– А что же до остальных? – спросила она, со вздохом отворачиваясь от собеседницы.

– Я предохраняюсь на заданиях, – ответила ей девушка. – Тогда на ярмарке… Я и…

– Да, я поняла уже давно. Думаешь, Алказар отец ребёнка?

– Тогда я не предохранялась, я думала, это ни к чему, а потом думала… что эффект ещё остался с прошлой ночи, – жалобно произнесла Джейджерин. – С того дня у меня больше не было ни с кем, и я боюсь, что да, он отец.

Видение начало растворяться, и я оказался в топях всё так же держа за руку Верену. Видение растворилось, но вот мир немного посерел для меня и потерял значимость. Ноги подкосились, и я сел прямо на мокрую землю. Мозг? Извилистый? Дружище? Я не знаю, что и думать, друг. Ты понимаешь? Да.

Я начал озираться в прострации, пытаясь понять, где я и что делаю. Тоска, Рейне и Теаромона. Ах да…

Джейджерин была беременна. Я её убил. Ты убил и ребёнка. Мозг, можешь взять всё под контроль, мне сейчас нужно быть трезвым. Я не смогу с этими мыслями. Давай уберёмся отсюда и тогда уже… Скажи слова. Серьёзно? Да. Это же такая тупость, обязательно? Не я это придумал. Вот блин, прошлый тупой я хрень сморозил, а мне теперь страдать.

– Я злой, жестокий, эгоистичный… – мысленно произнёс я, повторил эти слова ещё несколько раз и, закрыв глаза, вздохнул. – Холодный расчёт.

От этих слов стало как-то сразу легче. Шизофреничное альтер эго – Мозговитый захватил власть в голове и подавил все эмоции с ненужными сейчас мыслями. Иногда этот серый кусок всё же полезен. Поскольку не знаю, чтобы сейчас со мной стало, если бы не этот жёсткий контроль. Сам не знаю, как так получается, но работает. Эти дурацкие слова из прошлого стали для моего разума спасательным кругом. Возможно, это – трусость или аморально, или страх встретить действительность лицом к лицу прямо сейчас или… или… да хрен его знает, что это. У какого-нибудь психолуха наверняка найдётся диагноз.

Тоска воткнула в землю передо мной клинок, и я поднял на него взгляд. Чёрное лезвие было оплавлено, но заточено, одно из крыльев летучей мыши на гарде обломилось, а рубин потерял былой блеск, но это был всё тот же клинок Эммилии.


– Не теряй его больше, – бесцветно произнесла Тоска и сделала несколько шагов назад.

Я пытался убежать от прошлого, но оно вновь меня настигло. Как бы я не хотел, скоро круговорот дерьма вновь закрутится, и я буду в самом центре. Так не хочется иметь с этим ничего общего, но я просто не смогу, не из-за Тоски, девятых или Тамики, месть вторична. Я не смогу успокоится. Я буду себя винить во всём этом, пытаясь хоть что-то сделать, я буду успокаивать совесть, но наломаю ещё больше дров. Я прекрасно понимаю, что, когда всё закончится, миг ликования будет кратким и я опять окунусь в черноту своего разума. Мозговитый может помочь, но ненадолго. Рано или поздно мысли вновь вернуться и съедят меня, как стая бешеных псов. Если уж и окунаться в это, то с разбегу головой вперёд, так, как я хочу, а не кто-то продиктует. Когда-то у меня был план, но я не приступил к его исполнению, кто знает, может, я подсознательно искал повода остановиться и не продолжать – Теаромона стала таким поводом тогда. Сейчас же… да пропади всё пропадом…


Воцарилось молчание. Вампирша и её спутница ждали решения хозяина Теаромоны, тот погрузился в раздумья. Маска смотрел на клинок и молчал. После вампир переводил потерянный взгляд на лица каждого присутствующего, будто ища в них ответ на свой нелёгкий вопрос. В конце концов решение пришло к нему, и, прикрыв глаза, он тяжело вздохнул. Сжав рукоять клинка перед ним, он выдернул его из земли.

– Это и так продлилось слишком долго, покончим с этим, – Маска двинулся к Теаромоне, но обращался к Тоске. – Отпусти её, сейчас мы уходим. – Сделав небольшую паузу, он обернулся к Тоске. – Ты должна придумать способ, как мне попасть на эльфийский остров.

– Должна? – переспросила Верена, и хватка на горле Теаромоны сжалась сильнее. – Я тебе ничего не должна, и ты никуда не пойдёшь. Ты думаешь, я так просто тебя отпущу?

– Да, должна! – рявкнул хозяин эльфийки на её пленительницу. – Ты не убьёшь Теа, иначе Рейне развернётся против тебя, а я как-то раз в одиночку тебя почти убил. Вдвоём мы точно справимся, – спокойно ответил он. – Я не собираюсь плясать под чью-либо дудку вновь. Я буду действовать по-своему. Я хоть и дегенерат, но вижу твою манипуляцию и, видимо, совсем дебил, раз ведусь на это. Не знаю, что за переворот ты там решила устроить, но скотобазу на троне я лично прибью. Только вот верёвки вить из себя я не дам тебе, если я тебе так нужен, то сама подстраивайся под меня. Ты же у нас самая умная сука тут.

Хозяин взял свою эльфийку за руку. Корни уже по велению Рейне отпустили её тело, и осталась только невидимая хватка Книжницы.

– Достань мне проход к острову.

От Теаромоны не укрылось то, что её хозяин весь трясётся и его голос звучит вымученно. Что же такого он увидел?

– Через неделю я зайду к тебе на рюмку чая в библиотеку, – продолжил Маска. – Вариант только такой или будем друг другу морду бить?

Теперь пришло время Тоски всё обдумать и взвесить, хоть она и не размышляла долго. Рейне не была для неё угрозой, так как Верена её создала и обезопасила себя от восстания плодов своих трудов. Алказар тоже не был сильной проблемой. Но стоит ли действовать жёстко? Что ж, видимо, придётся ей вновь ступить на путь дипломатии. Пошевелив пальцами, она развеяла удушающую хватку.

Теа упала, закашляв, и хозяин обнял её за плечи. Вновь мир дрогнул и расплылся перед её глазами, уже знакомый отвратительный запах окружил её, вскоре мшистая почва болот сменилась каменным полом. Эльфийка поднялась на ноги и осмотрелась. Они находились в небольшом круглом зале, стены которого являлись большими полками. Эти полки до отказа были забиты внушительными фолиантами и томами, и пыльными рукописями. Книги со свитками и просто пожелтевшими листами, что связками были выложены на полу, сохраняя только автору известную систематичность. Также эльфийка заметила немного картин, статуэток, карт и прочей антикварной утвари. Подобное они часто продавали с хозяином, когда у них не было денег. Теаромоне стало стыдно за свои прошлые мысли. Она всегда считала, что он обносил какого-нибудь богача в городе. В центре комнаты стоял большой и крепкий стол, что был завален книгами и различными записями, за него-то и уселся хозяин, погрузившись в свои мысли. Это место вообще не было похоже на жилище того, с кем она путешествовала последние двадцать семь лет. Если бы не пустые бутылки, раскиданные по помещению, что намекали на его принадлежность Маске.

Теаромона посмотрела себе под ноги и увидела бурое пятно, такое могло быть только от пролитой крови. Она впиталась в древний камень и трещины между ним, было видно, что это очень старое пятно. Глядя на всё это, эльфийка задумалась, а знала ли она впринципе своего хозяина? Настоящего хоть немного? Или всё же она знала только Маску, как и все остальные.

Вампир, выругавшись со всей злостью, на какую был способен, пнул ближайшую стопку, и она дождём разлетелась по залу. Хозяин Теаромоны вновь упал обратно в кресло у стола и отбросил в угол свою маску. Взяв со стола бутылку, мужчина отломил ей горлышко и принялся жадно пить. Осушив содержимое на половину, он поставил бутылку на стол с такой силой, что та разбилась.

– Хозяин, вы меня пугаете, – жалобно произнесла эльфийка, в действительности не на шутку испугавшись.

Вампир обернулся на свою рабыню, и ярость в его глазах немного поутихла.

– Третья полка снизу, крайняя левая книга, – указал он ей на стеллаж. – Нажми на неё, и попадёшь в другую комнату. Там можешь умыться и поспать, а мне нужно побыть одному.

Теаромона решила сделать, как он велел. Остроухая ещё никогда не видела его таким. Тем более она устала от этой беготни и ей самой нужно было подумать. Девушка нажала на книгу, издав пару щелчков, стеллаж со скрипом открылся будто дверь. В этой комнате была лишь большая кровать, возле неё стоял горшок с мёртвым растением, а возле одной из стен текла проточная вода.

Эльфийка умылась ледяной водой и насколько это было возможно, вычистила волосы. Немного подумав, она сняла с себя всю одежду и выстирала. Теа ожидала, что кровать будет покрыта огромным слоем пыли и, возможно, даже служить жилищем для каких-нибудь насекомых, но защитные чары сохранили её в приемлемом состоянии.

Сев на краешек, она уставилась в одну точку, мысли, словно рой рассерженных пчёл, метались в голове, гудели и жалили, каждая сильнее другой.

– Да ну всё это, – вслух произнесла девушка, махнув рукой. – Утро вечера мудренее, как говорил он.

Эльфийка посмотрела на дверь в другую комнату, но потом её внимание привлекло другое. Махнув рукой, она и не заметила, как оживила растение, от которого остался один лишь прах. Немного полюбовавшись им, Теаромона улеглась на мягкие подушки, но сон не торопился. Мысли всё ещё навязчиво жужжали над ней, остроухая старалась не обращать на них внимания, пока не уснула.

****

Воздух возле дворовых ворот мрачного замка дрогнул, и из марева мерцания вышли две фигуры. Рейне с нескрываемым удивлением осмотрелась. Высокий замок, что прилегал к горному массиву, архитектурой напоминал «Чёрную башню» в столице, но был значительно меньше. Разве что по высоте не уступал собрату. Рыцарь смерти и книжница направились по мощёной булыжником дорожке ко входу.

– И как тебе удалось скрыть такую махину от девятых? – спросила остроухая.

– Не мне, это магия Конрада, – ответила ей Верена. – Мне пока не по силам воздвигнуть такой купол непроницаемости и уж тем более, чтобы его не нужно было поддерживать.

– Так значит, это место – жилище леди Престор? – задала она риторический вопрос, и спутница рыцаря проигнорировала его. – Я думала, она в какой-нибудь пещере обитает.

Верена резко остановилась, рыцарь смерти последовала её примеру и сразу же обнажила клинок.

– Занятно, – Книжнице удалось даже улыбнуться уголком рта. – Иди вперёд, проверим вас.

Рейне вопросительно посмотрела на Тоску, но, не получив и намёка на объяснение, подчинилась. Спустя несколько шагов она отпрыгнула в сторону, чтобы не попасть под летящие в неё серебренные ножи. Кувырком сместившись от очередной атаки, девушка оценила траекторию полёта и коснулась земли. Дерево послушно схватило ветвями таинственного нападавшего и сдавило, ветки не смогли удержать противницу. Та, вырвавшись, бросилась на рыцаря смерти в лобовую атаку. Хрупкая, даже очень хрупкая на вид противница Рейне использовала миниатюрные габариты своего тела как преимущество. Рейне же хоть и была в практичном доспехе, но её стеснённые движения не давали ей биться в полную силу. Учитывая, что она еле отбивала своим мечом град ударов от двух коротких клинков. Под капюшоном у напавшей блестели красные глаза, совсем как у Тоски. Рыцарь смерти задумалась, уж не очередной эксперимент ли это. Миниатюрная противница всё же смогла поднырнуть под клинок рыцаря и вонзить ей лезвие в бедро. Остроухая вампирша закусила губу от боли и просто ударила противницу стальной перчаткой в лицо. Та упала, но сразу же откатилась с ударом наотмашь, чтобы рыцарь не последовала за ней. Рейне и не собиралась, использовав свою уникальность, она призвала на помощь природу. Гибкие корни обвили миниатюрное тело и сдавили, словно осьминог добычу. Противница выронила оружие, и руки её вспыхнули пламенем, которыми она начала разрывать корни. Рыцарь смерти вырвала клинок соперницы из своей ноги и метнула в хозяйку, мгновение, и та, дрогнув, исчезла. Остроухая получила удар под колено, очередное мерцание и удар в зубы, мерцание вновь, но рефлексы рыцаря смерти сработали быстрее. Она схватила противницу за горло в момент её материализации и, используя свой вес, повалила на землю. Лицевая маска девушки спала, и она криво усмехнулась, из её спины вырвались два огненных крыла. Ноги упёрлись в грудь Рейне и оттолкнули рыцаря смерти с такой силой, что она подлетела в воздух. Крылатая бестия тут же взлетела над ней, и вот они уже поменялись местами. Рейне лежала на земле, а противница заносила кривой кинжал для последнего удара.

– 752-ая! Прекрати! – закричал на неё Аска, и его бинты обвили руку с оружием.

Крылья сразу же померкли, но девушка оскалилась в сторону «защитника» противницы.

– Всё равно я выиграла, – прошипела она.

– Здесь да, – с ледяным спокойствием произнесла Верена, подходя к ним. – Но с момента проявления демонической магии прошло четыре минуты пятьдесят две секунды. Не было бы здесь купола непроницаемости, то мы бы уже встречали девятых.

– Это хорошо, я давно жду шанса порезать парочку на лоскуты, – сверкнула оскалом юная вампирша, убирая клинки в ножны.

– Всех не перебьёшь.

– Довольно, – прервал перепалку Аска. – Зачем вы здесь?

– Мне нужно поговорить с твоей госпожой, – ответила Верена, сверля взглядом красных глаз вспыльчивую обитательницу замка.

– Она сейчас занята, я провожу вас в зал ожидания, – развернулся слуга в бинтах.

– Немедленно, – твёрже сказала Книжница.

– Как пожелаете.

Аска отвесил подзатыльник вновь ощетинившейся недавней противнице Рейне. Сжимая кулаки от злости, та последовала за ним. Как и прибывшие в замок гостьи.

– Кто она такая? – хромая рядом, спросила рыцарь смерти.

– Не знаю. Новая игрушка Аназапты, – ответила Верена. – Судя по её глазам, в ней есть демоническая кровь.

– Ты хочешь сказать, что эта мелкая как ты?

– Нет, чтобы сделать такую, как я, у Престор сил не хватит, возможно, подобную мне, но не такую же. Это по силам только Минатрикс.

– А кто такая…

– Помолчи.

Гости следовали за провожающими по, казалось бы, бесконечным коридорам. Рейне для себя отметила, что замок находится в прекрасном состоянии. Слуг она не заметила, а значит, всё держится на сильной магии, настолько сильной, что рыцарь не смогла её даже отследить. Местами интерьер и расположение комнат в точности совпадали с замком в Соарте.

Вскоре Аска распахнул перед ними двери, и они вошли в просторный зал. Посреди него находилась огромная купель с кровью, над ней висели крюки с истекающими жертвами. Рейне шумно набрала воздух в лёгкие и сжала кулаки.

– Успокойся и держи себя в руках, – положила руку ей на грудь Верена. – Пожалуйста.

На крючьях висело несколько тел людей, эльфов и один орк. Также несколько представителей данных рас были прикованы вдоль одной из стен. Судя потому, что они безучастно смотрели в одну точку и не обращали внимание ни на что, то были под действием заклятья оцепенения или же паралича.

– Аска, у нас гости, – воскликнула Аназапта, когда её голова прорезала гладь кровяной ванны. – Почему же ты меня не предупредил?

– Я настояла, – отодвинула мумию Верена и направилась к давней подруге.

– Твоё здоровье, остроухая, – произнесла тост девушка с номером и вцепилась в шею одного из прикованных эльфов.

Сделала она это грубо и со спины, чтобы Рейне видела лицо умирающего. Лицо, которое не выказало никаких эмоций.

– Угощайся, остроухого обоим хватит, – улыбаясь окровавленным оскалом, сказала 752–я и, повернув лицо жертвы к себе, вцепилась ему в лицо. – Хотя он не очень-то и вкусный.

– Аска, выведи это животное отсюда! – рявкнула Престор. – А ты, мелкая дрянь, будь вежливей с гостями.

Маг в бинтах небрежно схватил и потащил юную вампиршу вон. Рейне трясло, и она еле–еле сдерживалась, чтобы не напасть на неё. Мысленно она поблагодарила Верену за приказ стоять на месте. Она не говорила его вслух, но Рейне почувствовала его. Не обходя его, рыцарь почувствовала себя испуганной кошкой, что смотрит из окна на бешенного пса. В ней горело желание накинуться на мелкую обитательницу замка и порвать в клочья, но она понимала, что та сильнее неё, и это приводило в ещё большее бешенство. Остроухая взглядом проводила уходящих, после чего закрыла глаза и вдохнула. Букет кровавого аромата, что витал в воздухе не позволял очистить голову и она посмотрела на Тоску.

– Я тоже выйду, – процедила сквозь зубы рыцарь смерти и направилась к выходу.

– Что, рыцарь, злишься? Да? Смотри не заплачь, – продолжила нападки вампирша замка на неё, как только они вышли.

Мелкая изобразила, что собирает слёзы, и рыцарь смерти не смогла сдержаться. Она налетела на неё. Схватив задиру за короткие волосы, принялась бить её головой об стену. 752-ая лишь смеялась над её потугами и в один из ударов извернулась и приставила лезвие к горлу Рейне. Кожа под ним зашипела, и рыцарь поморщилась.

– Это один из тринадцати способов, которым я могла бы тебя убить, но тебе везёт, – весёлым голосом сообщила юная вампирша. – Эмоции мешают тебе, – ровным жёстким голосом сказала она.

– Кто бы говорил, – как сталь прозвенел голос рыцаря смерти.

– Ты так думаешь? – подражая интонации Рейне, произнесла собеседница. – Ты держишься за прошлое, остроухая, – усмехнулась обитательница замка и, развернувшись, зашагала прочь.

– Ааааа… мы, эльфы, горой друг за друга, не проливаем кровь друг друга, аааа… – затараторила 752–я дурашливым голосом, но потом развернулась и с лицом, полным серьёзности, произнесла. – Те прошлые мы мертвы. Ты древняя и до сих пор не забыла о прошлом, принципах и традициях? Забудь или подохнешь от руки таких, как я.

Юная вампирша показала остроухому рыцарю смерти язык и пошла прочь, напевая себе под нос песенку про глупых эльфов.

– Бабы, – чихнул Аска и развернулся назад к своей госпоже.

Рейне стояла, закипая от злости. Мало того, что эта выскочка оказалась сильнее неё в данный момент, она ещё и смеет поучать. Больше всего бесила её неустойчивость. С самого начала она показала свою заносчивость, потом кровожадность, следом просто безумие, полный детский сад, но при всём этом она вполне могла легко взять себя в руки и не теряла расчётливости ума. Рыцарь поймала себя на мысли, что 752-ая более успешный эксперимент, чем она, и наверняка владеет свободой воли.

– Зависть – это плохо, – напомнила остроухая вампирша сама себе, оставаясь в молчаливом одиночестве подле закрытых дверей.

Леди Престор, чуть приподнялась в своей купели и устроилась в ней поудобнее, чтобы вести диалог с гостьей. Которая, как заметила вампирша внимательно изучала руны начертанные на кайме её ванны.

– Чем же я обязана столь внезапным прибытием? – спросила Аназапта у гостьи.

– Весьма важными известиями, – Верена не спешила вводить её в курс дела. – Разве ты не брезговала подобный способ поглощения крови?

– Поглощение из живого существа я считаю грязным, ванны крови мне необходимы с некоторых пор, – ответила хозяйка замка.

– И это почему же? – решила уточнить свою догадку Тоска.

Вместо ответа леди Аназапта Престор встала в полный рост, кровь заструилась по её телу, но Верену интересовали отнюдь не её нагие формы. Кожу Тёмной Госпожи украшала вереница пульсирующих трещин и редких гнойников. Вовремя подошедший Аска принялся обтирать хозяйку полотенцем.

– Кровь демона оказалась сильнее, чем я предполагала, – сообщила Престор, выходя из купели. – Я не смогла привить её себе, так же как это сделали с тобой.

– Давно это началось?

– Примерно пятьдесят лет назад, и болезнь прогрессирует, – ответила Аназапта, надевая лёгкую накидку. – В последнее время мне всё чаще приходится просиживать в ванне и сильнее жажда демонической крови.

– Но чем больше ты её пьёшь, тем сильнее она тебя разрушает, – закончила Тоска за старую знакомую.

– Верно.

– А девочка? – поинтересовалась Верена.

– Выжила при Санминоре, экспериментирую вот.

– Выжила? – удивилась Книжница.

– Да, не спрашивай. Я понятия не имею как. Пойдём в более располагающее место для разговоров.

Верена вышла за Аназаптой, и они направились в тронный зал, проходя по всё тем же бесконечным пышным коридорам.

– Аска, где твои манеры? Рыцарь Верены ранен, а ты даже не предложил ей крови для исцеления, – отругала Госпожа слугу. – Угощайся.

Престор жестом указала на длинный стол, что стоял посреди зала, освещаемого лишь маленькими окнами-бойницами в стенах и редким магическим пламенем по углам. Сама же хозяйка прошествовала вдоль стола и уселась на трон во главе него.

– Она человеческая, – заверила гостью хозяйка, видя нерешительность Рейне. – Кровь твоих бывших собратьев я использую только для ванн.

Вампирша, что когда-то была эльфийкой, скрипя зубами от злости, села за стол и принялась пить. По её измученному лицу было понятно, насколько сильна была зудящая боль от серебряного кинжала 752-ой.

– Так вот, ты уже засыпала меня вопросами, а сама так и не удосужилась мне ответить, – напомнила хозяйка замка. – Так в чём же цель твоего визита?

– Алказар, я нашла его, – Верена сделала паузу, наблюдая за собеседницей, та вся обратилась во внимание.

– Где? – нетерпеливо спросила леди Престор.

– Я лично нашла его в топях Товайдото то Маршу. Рейне чуть раньше нашла его в Асире, – Тоска с усилием всё же смогла улыбнуться.

– Стой, стой, то есть ты хочешь сказать, его перемещают?

– О нет, – подала голос из-за стола Рейне. – Он вполне и сам неплохо передвигается на своих двоих, песенки разные поёт по тавернам и поглощает несметное количество выпивки, как обычно.

– Она что, шутит? – с раздражением спросила Аназапта. – Твой рыцарь же ведь шутит?

– Боюсь, что нет, – подтвердила слова спутницы Верена Рихтер.

– Это невозможно! Как? – потеряла самообладание Тёмная Госпожа. – Из нитей невозможно выбраться!

– Как ты там сказала раньше: «Не спрашивай, я понятия не имею как», – процитировала Книжница.

– Это всё меняет, это…

Аназапта погрузилась в задумчивое молчание, Аска переминался с ноги на ногу, ожидая приказов. Рейне, насытившись, встала и, бряцая пластинами, разминала раненую ногу. Лишь Верена, скрытая под маской безэмоциональности, наслаждалась ходом действий. Наверняка у Престор был безупречный план, как и всегда. Сценарий, по которому все будут действовать, а Алказар вновь подпортил ей все карты.

– Эльфийский остров, – прервала тягостное молчание Тоска.

– Что? – переспросила оторванная от раздумий Аназапта.

– Наш идиот вознамерился попасть на эльфийский остров, и нужно обеспечить ему проезд, – пояснила Верена.

– Хм… это вполне реально, я и сама собиралась туда послать Аску, – задумчиво произнесла хозяйка замка.

– За? – начала Верена.

– Нет, нет, не за этим, хотя можно прихватить, раз уж там будем, – Аназапта посмотрела на Рейне. – В зелёном храме же у вас есть, так сказать, сокровищница?

– Была, насколько я знаю, – ответила рыцарь. – Но я почти два десятка тысячелетий там не была, так что не могу сказать с уверенностью. Да как бы в храм вхожи только жрецы и члены королевской семьи, остальным можно лишь пребывать на ступенях перед входом. Меня это тогда не интересовало.

– Драконья кровь ведь на острове? Сохранилась?

Верена не смогла выдавить улыбку, но её глаза сверкнули тем самым безумием любопытства. Она понимала, что хочет сделать подруга. Сожалела лишь о том, что сама так и не смогла реализовать подобное. Статус законопослушной жительницы Эванора мешал ей во многом, у Аназапты же не было такой слабости.

Рейне села на стул, не веря своим длинным ушам. Её спокойствие было полностью разбито, она участвовала в битве при Зияющем Ничто, и воспоминания тех ужасов не поблекли даже сейчас.

– Я… я не знаю, – запинаясь, произнесла остроухая.

– Алказар стал более осмотрительным. Управлять им будет сложнее, – вторглась в разговор Тоска. – Следует быть очень осторожной.

– Управление существами это то, что я умею. Он будет у руля и прокладывать себе путь, но даже не заметит ниточек, за которые я дёргаю.

– Замечательно. Скоро я с ним встречусь, куда его направить?


Гостьи ушли, и в тронном зале собрались все обитатели замка. Леди Аназапта Престор возвышалась над всеми и пребывала в глубокой задумчивости. Никто не смел её отвлекать. Аска занимался смешиванием ингредиентов и варил зелье. Его бинты мерцали рунами сильней обычного, но, похоже, никого это абсолютно не волновало. Миниатюрная девушка с короткими чёрными волосами и номером «752» прохаживалась точильным камнем по ножам и зло сверкала глазами в сторону Энмешарре. Ловец душ же, оторванная от своих дел, пребывала в истощении и насыщалась, как могла. Но кровь из бокалов совсем не удовлетворяла её, и она потихоньку подбиралась к миниатюрной вампирше.

– Ммм… Вишенка моя, – проворковала Эн, убирая с лица посиневшую прядь волос. – Ты так напряжена.

– Отстань от меня, шлюха, – тихо рыкнула она на неё, отодвигаясь дальше.

– Ммм… как грубо, но мне это нравится. Зажатые тихони вроде тебя самые пылкие в своих желаниях, – ловец душ скользнула к ней ближе и положила руку ей на бедро.

– Ты кого тихоней назвала? – угрожающе поднесла лезвие юная вампирша к лицу пристающей к ней.

– Вишенка моя, вся такая злая, напряжённая. Тебе нужно расслабиться.

Вампирша прошлась по лезвию ножа языком и совсем не обратила внимания на шипение плоти от серебра. Девушка подобралась ещё ближе и заключила 752-ю в объятья.

– Ты просто расслабься, я сделаю всё сама… – Энмешарре прижала собеседницу к груди.

– Убери от меня свои мерзкие телеса!!! – взвилась та, отталкивая приставучего ловца.

От силы толчка Эн завалилась на спину. Два коротких клинка врезались в каменный пол с обоих сторон её шеи.

– Ещё слово, и ты останешься без головы! – прорычала юная вампирша, возвышаясь над поверженной собеседницей.

– Вишенка моя, ты любишь доминировать? – промурчала ловец душ, не обращая внимание на угрозу.

– Я не вишенка! – прокричала она уже брызжа слюной.

– 752-ая, – произнесла Аназапта, и та сразу же подняла взгляд на свою госпожу. – Прекрати.

Девушка послушно убрала клинки и отошла от надоедливой вампирши с почти вечным магическим истощением.

– Она первая начала, – обиженно отвернулась поставленная на место девушка.

– Вишенка, – позвала Престор свою самую молодую подчинённую.

– Я не… – прошипела та.

– Теперь да, – перебила её Тёмная Госпожа властным голосом. – 752-ая не имя, а Вишенка звучит вполне неплохо, – наречённая новым именем фыркнула в ответ. – Это будет тебе наказанием за вспыльчивость. А теперь сядь.

Вишенка недовольно уселась на место, закипая от злости.

– А ты следи за своим состоянием, – обратилась Престор уже к Энмешарре. – В замке полно пленников для удовлетворения твоего голода. И жажды. Вы обе как дикарки готовы вцепиться во что и кого угодно, я не запрещаю вам, но в моём присутствии ведите себя прилично, – сделала леди выговор подчинённым. – И Вишенка, если ты хоть раз ещё поднимешь оружие на кого–то из присутствующих в этой комнате, отправишься в кузню уголь таскать беспрерывно на несколько месяцев.

Озлобленное лицо юной вампирши тут же сменилось неподдельным страхом, её затрясло, и она смиренно опустила голову в знак согласия.

– Аска, что там с тем капитаном из Кастренлосса?

– Всё ещё должен нам, Госпожа, – ответил слуга в бинтах.

– Хорошо. Навестим его, пожалуй, сегодня, – Аназапта встала с трона. – Наши планы меняются, но такое форсированное стечение обстоятельств нам только на руку. Энмешарре, ты занимаешься своим делом и дальше, но следи за своим состоянием. Не бойся, демографический кризис из-за своей прожорливости ты не устроишь, – начала раздавать указания Престор. – Кстати, как успехи с «гаснущим светом»?

– Это сложнее, чем я предполагала. Мой старик не успел мне рассказать о подобном, прежде чем вы его убили, – ответила ловец душ.

– Хорошо, работай. Я присоединюсь позже, и посмотрим, что можно придумать ещё, – кивнула леди Престор. – Вишенка, – она задумалась на мгновенье. – Тренируйся и учись дальше. Развивай терпение. Аска, ты отправишься на эльфийский остров с Алказаром и его группой.

– Может лучше я? – взвилась Вишенка.

– Нет, – отрезал Аска раньше своей госпожи. – Ты уже во дворе себя продемонстрировала и не с лучшей стороны.

– Но!

– Ты не готова, – жёстко сказала Аназапта Престор.

– Тем более мне просто необходимо прогуляться, – усмехнулся слуга в бинтах. – Иначе я тут с вами, бабами, с ума сойду.

Все жительницы замка сердито посмотрели на него, но прорезь бинтах так и выражала улыбку.

– Аска, ты ценный инструмент, но не забывайся, – со сталью в голосе предостерегла Тёмная Госпожа своего слугу. – Все свободны.

Молча все встали и разошлись по своим делам, оставив леди Престор наедине со своими мыслями.

## Глава 2. Создательница

Под толщей воды в глубинах близ бывшего города Санминора на дне в просторном зале сновали встревоженные наги. Здесь было очень влажно и тепло. Пар, что поднимался из расщелин в полу, хорошо обогревал эту залу. Та, в свою очередь, являлась инкубатором, но места в ней было мало, везде были небольшие кладки, покрытые водорослями и ракушками. Наги передвигались периодически между ними и проверяли их состояние. Многие кладки уже были вылуплены и представлялись просто как разорённые гнёзда. Некоторые из них были просто мёртвыми окаменелостями, их смотрители не решались убрать яйца с места без дозволения создателя.

Но также тут была и самая ценная кладка, та, что содержала всего одно яйцо, и оно находилось за стальной оградой под охраной десятка чешуйчатых стражей. Этот экземпляр являлся последним созданным, он был развит и усовершенствован лучше предыдущих партий. В нём содержался один из лучших их собратьев. Охрана разошлась, пропуская вперёд двух своих сородичей.

– Что с ним? – спросила старая нага.

Большая змееподобная рептилия являлась самой крупной из них и возвышалась над всеми на метр своим гребнем. Плечи и спину той покрывал роскошный в прошлом бархатный красный плащ, перетянутый золотой цепью. Но, несмотря на своё величие, нага горбилась от тяжести возраста, и блестящая чешуя уже местами полиняла. Это был король подводного народа, один из первых удачных прототипов. Создательница нарекла его Левиафаном и вручила ему бразды правления, покидая их.

– Оно начало изменяться. Скорлупа стала более мягкой и покрываться слизью, – ответил спутник короля.

Он был значительно меньше, но его тело было более гибким. У этих особей было разное предназначение в последней войне, которую они ждали всю жизнь. Несмотря на их различие и множество собратьев, созданных между их появлениями, они были отцом и сыном. Но даже несмотря на огромную разницу в их возрасте, сын выглядел не лучше отца. Выпавшая чешуя и поникший гребень свидетельствовали о болезни, что поразила их народ.

– Нептулон, сын мой, это тревожно. В последнее время всё больше кладок начало умирать, – задумчиво глядя на яйцо, созданное последним, проговорил король.

– Отец, мы больше не можем игнорировать эту болезнь. Посмотри на наш народ, на наших невылупившихся братьев, мы умираем, – Нептулон взял отца за плечо и посмотрел ему в глаза. – Прошло уже почти три десятка лет, ещё немного, и наш народ вымрет. Ты должен!

– Возможно, ты и прав, сын, но всё же…

– Отец! – перебил короля сын. – Она не обрадуется, если армия не сможет ответить на ее зов в последней войне.

Величественная нага сгорбилась ещё сильнее, будто принятие решения тяжким грузом легло на её плечи. Подёргав в раздумье отросток, что у людей бы назывался усом, король принял решение.

– Ты прав, мой сын, – Левиафан выпрямился насколько мог и прополз среди наг – охранников яйца. – Пришло время связаться с Создательницей.

****

Верена сидела за столом и наблюдала, как служка выметает пыль. Мысли её были сосредоточены отнюдь не на этом деле, а на Алказаре. Тёмная Госпожа была удивлена не меньше неё, когда узнала, что тот уже освободился от нитей. Сам он вряд ли бы смог это сделать, а значит, ему помогли. Кто мог помочь ему? Спрашивала Книжница себя. Только одно существо во всей вселенной могло это сделать, по крайней мере во вселенной, которую знала она. Лишнее доказательство того, что Конрад всё ещё следит за этим миром. Её интересовало, собирается ли он когда-нибудь вернуться? Выйти из тени вновь? И что будет сулить его появление этому миру? У Тоски было столько вопросов и никаких ответов. Если бы она только могла чувствовать своё раздражение, оно бы перетекло в бешенство оттого, что Конрад не посчитал нужным встретиться с ней. Столько лет, веков, тысячелетий прошло, как он покинул её, и… даже весточки не послал ей. Рихтер лишь надеялась, что когда-нибудь первовампир объяснится перед ней.

– Тодор, можешь идти, – сказала вампирша слуге. – На сегодня ты свободен.

– Но я ещё не закончил! – воскликнул тот.

– Закончишь завтра, – отрезала Тоска, открыв коробку с карами.

Парень сразу понял её намёк и, откланявшись, убрался прочь. Иногда его чрезмерное рвение начинало надоедать. Возможно, через пару лет он и станет хорошим слугой, если доживёт.

Верена принялась наводить порядок на столе и краем глаза следила за спуском на нижние уровни библиотеки. Она уже заметила, что её бывший ученик вошёл в библиотеку через подземный уровень. В этот раз он, по крайней мере, не устроил там погром.

– А вот и Джони, – торжественно произнёс Алказар, поднявшись в учебный класс, и уже пробубнил себе под нос. – Чёрт, в мыслях отсылка на «Сияние» звучала более уместно.

Верена молча посмотрела на него, говорить было излишне. Сейчас ситуация полностью во власти этого идиота, и она не видела смысла тратить силы на лишние слова. Для себя же библиотекарь отметила лишь то, что выглядел он значительно лучше на вид, чем в первую их встречу.

– В общем, сразу к делу. Мне нужно, чтобы ты перевела эту макулатуру, – произнёс бывший ученик, ставя перед ней стопку перетянутых ремнём книг.

Тоска хотела выразить возмущение от такой наглости, но не смогла. Её взгляд был прикован к древним книгам, корешки которых были украшены злым глазом, а названия сделаны на древне-вампирском наречье.

– Да, как закончишь, можешь оставить их себе, это мой вклад в кладезь твоей библиотеки, – улыбнулся Ал.

– Что ты задумал? – прямо спросила Рихтер, убирая книги с кафедры.

– Забрать жизнь императрицы, – твёрдо ответил он.

– Вижу, ты решителен как никогда, а силёнок-то хватит?

– Хватит, с некоторой помощью. С твоей, к тому же не ты ли меня на это подбивала пару дней назад?

– Меня не интересует свержение императрицы, можно даже сказать, что я даже против этого. Между нами возникло недопонимание.

– Но, – прервал её гость. – За умеренную плату, к тому же я уверен, у тебя есть свой личный интерес в данном деле. Ты готова мне помочь? Я прав или я прав?

Верена откинулась в кресле и оценивающе смерила своего ученика. С виду он был всё тем же разгильдяем, что с трудом выговаривал названия городов и засыпал на лекциях, разве что только приоделся. Но всё же он явно повзрослел, привычной шутливости в голосе уже почти не было, и держался он более мужественно, нежели раньше.

– Зачем тебе на остров? – спросила вампирша.

– Хех, ты не поверишь, – усмехнулся Алый. – Судя по некоторым записям, там находится «древко» посоха забвения.

Рихтер почувствовала, как эмоции удивления наползают на её безжизненное лицо. Он не только возненавидел императрицу вампиров, но ещё и собрался восстановить мощное демоническое оружие, артефакт, созданный силами вне этого мира. Больше всего поразило, что он безукоризненно ступил на тропу плана леди Престор. Алказар ей нужен был именно для этого, для того, чтобы собрать посох и использовать его. Так как он является носителем демонической крови, то вполне без вреда для себя сможет его использовать. Аназапта не смогла справиться с проклятьем крови демона, она её усилила, но и сделала зависимой. В Тоске и самой присутствовала демоническая сущность, что с ней сделали демоны, пока она была у них в «плену», вампирша не знала. Но знала точно, что с посохом ей тоже не справиться без катастрофических последствий.

– Смело, – только и выговорила Книжница.

– Или глупо, вспоминаем дурацкое пророчество моего «отца», – возразил ученик учителю. – Как бы то ни было, этот посох предоставит мне шанс обратить императрицу в прах.

– Как и большую часть Империи Ночи, – напомнила ему Верена.

– Тамика сама виновата, сделав меня своим врагом, – жёстко сказал Алказар после задумчивого мгновения. – Мы вроде подружились и всё такое, а потом эта паскуда… – он замолчал, отведя взгляд. – На войне не бывает без жертв. Одна смерть – трагедия, тысяча смертей – статистика.

Верена внимательно изучала бывшего ученика. Было видно, что она разворошила улей его прошлого. Теперь Ал вспомнил весь свой гнев и ненависть, был готов его вылить на Тамику, но он даже не задумывался о последствиях. Идеальная кукла для исполнения планов леди Престор. Надо отдать должное давней подруге, всё же добилась своего. Только в нём ещё остались проблески разума, и теперь, когда Верена указала ему на количество жертв, он засомневался на краткий миг.

– А как же девятые? Ты ведь не думал, что они позволят тебе его собрать так просто?

– На девятых у меня есть управа, – улыбнулся Ал. – Тем более, это станет твоей проблемой в основном.

– Не забывайся! – процедила сквозь зубы хозяйка библиотеки и потянулась за каром, но резко остановилась.

Её взгляд был прикован к небольшой каменной статуэтке на столе. Фигурке наги. Глаза той засветились зелёным светом, и гребень на голове раскрылся. Даже без этого она почувствовала призыв Левиафана.

– Кастренлосс, через три дня. Таверна «Пьяная устрица», найди там леди Престор. Она сможет доставить тебя на остров, но не бесплатно, – резко подвела итог разговора Тоска, вставая из-за стола.

Книжница хотела бы пообщаться с Алказаром ещё немного, выудить у него крупицы информации, но планы поменялись.

– О как, Престор говоришь? И дорого она берёт за свои услуги? – спросил гость.

– Отработаешь, – поспешно сказала Верена. – А теперь убирайся! – Алый застыл недоуменно глядя на изменившуюся Тоску, и хозяйка библиотеки рявкнула на него: – Вон я сказала.

Вампирша отдёрнула гобелен и скрылась за потайной дверью в своей обители.

– Совсем дурной женщиной стала, – пошутил с забавным акцентом Алказар напоследок. Его силуэт дрогнул и исчез в мареве демонического мерцания.

Верена быстро спустилась вниз. Факт того, что король наг взывает к ней, взволновал её не на шутку. Не хватало, чтобы сейчас ещё и девятые обнаружили её личную армию. Левиафан не стал бы вызывать по пустякам, данные статуэтки были созданы для того, чтобы подать ей ментальный посыл о помощи. За все триста десять лет шесть месяцев и один день они не были использованы ни разу.

Мерцание.

Тоска оказалась в обширной и душной пещере. Осмотревшись, она подивилась усердию своих творений. Бывшая лаборатория-инкубатор была преображена в роскошный тронный зал. Некогда неровные голые пещеры были сглажены и украшены резными рисунками и составными пейзажами из того, что могло найтись на дне морском. Различного цвета ткани были украшены гербом, изображающим Кадуцей и чешую на заднем фоне. Там, где раньше стояли клетки, в которых держали испытуемых, стоял большой трон, выдолбленный из камня, украшенный разноцветными кораллами, ракушками и жемчугом. Пол в тронном зале был покрыт мхом и лишайником, безупречный мягкий ковёр нарушали только лавовые колодцы, что согревали зал. В центре Верена заметила, как преобразился один из лабораторных столов, сейчас он представлял собой подробную карту морского дна вокруг жилища подводного народа.

Движение среди наг прекратилось, и смолк гул редких разговоров, сменившись на шёпот.

– Создательница явилась к нам! – восторженно крикнул кто-то со стороны, и все наги, увидев Тоску, склонились перед ней.

Рихтер сразу заметила, что подводный народ поразила болезнь. Многие из них лишились уже значительного покрова чешуи, плавники были поникшими и изошлись трещинами, движение причиняло боль некоторым из них. Вампирша лишь отметила для себя, что в ее армии появился огромный изъян – они были слабы.

– Так встаньте и займитесь… своими делами, – твёрдо произнесла Тоска и направилась прямиком к трону.

Когда она оставляла своё детище, то даже и не могла предположить такого. Предположить, что создания из пробирки создадут социум, и уж точно не думала, что будут почитать её как богиню. Ей показалась забавной мысль, что Левиафан стал королём на самом деле. Ведь, уходя, она сказала ему лишь: «Теперь это твой народ, следи за ним. Можешь обозваться богом, королём, кем хочешь. Но ты должен следить за состоянием моей армии и не высовываться отсюда».

– Левиафан, – кивнула вампирша, подойдя к возвышающемуся трону.

– Создательница, – с почти благоговейным трепетом произнесла нага.


Король несколькими движениями сполз с постамента, на котором стоял трон, чтобы не возвышаться сильно над ней. Та так и не смогла определить, величавая нага склоняется перед ней, чтобы быть меньше, или горбится от болезни. Ответ не заставил себя ждать, Левиафан зашёлся кашлем и вперемешку со слюнями отхаркивал кровь.

– Отец, ты в порядке? – подскочила к королю небольшая нага.

– Да, Нептулон, да, я в порядке.

– Как символично, – подумала Тоска.

Левиафан был первым удачным прототипом из первого потока. Особи его типа были покрыты толстой бронированной чешуёй, отличались силой, выносливостью и размерами. Они должны были составить авангард, передовую войска. Нептулон же являлся первым из второго потока. Это основная боевая сила армии. Особи его типа были меньше, но более подвижны и гибки. Наги не могли размножаться, поскольку все особи были мужского пола, и теперь эти двое – отец и сын.

Верена осмотрелась, но не увидела особей третьего потока. Тех особей, которым удалось немного привить магического дара, их изначально было немного, но они были. Ведь недавно они поддерживали купол непроницаемости в болотных топях по её приказу. Может, они, увидев гостью, ушли из зала, чтобы не попадаться ей на глаза? Раз Тоска теперь нечто вроде божества для них, то наги третьего потока должны были стать позором их народа. Ведь именно их не удалось развить ей и Престор. Поскольку армия без сильных магов будет разбита наголову отрядом оных со стороны противника.

Верену переполнило чувство удовлетворения за своих «детей», хоть основной эксперимент и провалился, но то, чего они добились, заставляло её гордиться ими. Вампирша решила, что позже обязательно уделит им больше времени. Изучит развитие и становление их общества.

– Вы слабы, – произнесла всё же вампирша и почувствовала нотки злости в своём голосе.

– Да, Создательница, мы слабы, – сказал Нептулон. – Болезнь съедает нас постепенно…

– Я не с тобой разговаривала, – осадила она первого из второго потока. – Левиафан, я оставила тебя за главного. Думала, ты сможешь справиться со своей задачей, и что же я сейчас вижу! Не армию, а кучку больных ящериц.

– Ты права, Создательница, ты права, – согласился король. – Поэтому я и вызвал тебя, чтобы ты помогла своим детям. Мы не можем справиться с этим проклятьем.

– Это не проклятье, это генетический изъян. Всё же, похоже, мой эксперимент провалился окончательно.

– При всём уважении, Создательница! Мы не… – взорвался Нептулон, но тут же замолчал, получив от отца по чешуйчатой морде.

– Нептулон! Оставь нас, – грозно приказал первый из первых.

– Как пожелаешь.

Сын Левиафана поклонился им обоим и удалился.

– Создательница, – взмолилась старая нага, пригнувшись к самому полу.

Тоска была уверена, если бы у него были ноги, то сейчас бы король стоял на коленях.

– Я прошу тебя, умоляю. Спаси нас от этого проклятья, изъяна, чем бы это ни было. Помоги своим детям, я бы не просил тебя…

– Прости, но сейчас у меня нет на это времени, – прервала его Верена.

В другой ситуации Книжница бы и помогла, но сейчас… когда Алказар вернулся на сцену, она не хотела упускать его из виду. После всего этого, вампирша, конечно, посмотрит, что может сделать, возможно.

– Умоляю тебя, Создательница, – король подполз уже как змея к ней и взял её руку в свои лапищи. – Я знаю, что для тебя мы лишь провальный эксперимент, но я прошу, спаси мой народ. Почти вся наша кладка мертва, и скоро вымрем мы. Спаси своих детей, чтобы мы все могли умереть за тебя в последней войне! Позволь нам послужить тебе, умоляю?!

Некогда величавая нага зашлась в кашле, но сразу же сделала жест рукой, чтобы его сын не подползал. Верена смотрела на это жалкое создание, что должно было быть основой её армии.

– Последней войны не будет, – шёпотом произнесла Тоска Левиафану. – Мне больше не нужна армия, и вы бесполезны для меня. Я находила вам применение просто по факту, но не более. Прощай.

Книжница выдернула свою руку из лап наги и развернулась, чтобы отойти и покинуть это место навсегда.

– Верена! Создательница! Я умоляю, спаси нас!!! – закричал король и закашлял сильнее. – Позволь нам служить тебе!

Вампирша обернулась на миг в нерешительности, но быстро расставив приоритеты, отвернулась.

– Мне жаль, – сказала она тихо.

– Перестань, отец! Разве ты не видишь, что доброжелатель был прав, ей плевать на нас, – крикнул Нептулон. – Ты зловредная и бессердечная амёба, смотри на меня, когда я разговариваю с тобой.

– Сын, стой! Не надо.

Тоска сжала кулаки от злости и повела рукой в сторону, доставая рапиру из пустоты. Мир дрогнул у неё перед глазами, и она вонзила оружие в грудь заносчивой рептилии.

– Попалась, – прошипел первый из второго потока.

Верена мысленно поблагодарила ту болезнь, что убивала наг. Опередив своего противника на доли секунды, она создала поток воздуха, и тот отлетел от неё. Бутылка полная нитей разбилась, и заклятье быстро расползлось по телу умирающей наги.

– Нити?! – вырвалось у Книжницы.

Она мгновенно активировала всю возможную защиту вокруг себя и старалась не выпускать остальных своих «детей» из виду. Поскольку дело обрело достаточно интересный оборот и весьма опасный. Расчётливый ум уже стал продумывать возможные варианты, как уничтожить всё это место вместе с его обитателями. Но всё же интерес превысил в последний момент.

– Сын! – вырвалось у короля подводного народа.

– Не прикасайтесь к нему, или тоже попадёте под воздействие нитей, – предупредила Тоска наг. – Левиафан, откуда у вас это?

– Двадцать восемь лет назад мы нашли их в инкубаторе среди кладок. Принесите остальное, – ответила старая нага и дала распоряжение подчинённым. – Там ещё была записка от «доброжелателя». Прости, Создательница, но в наших условиях жизни бумага не хранится долго.

– Что было сказано в записке?

Вампирша посмотрела на небольшой контейнер, что принесла нага. В одной бутылке Нептулона нитей было больше, чем во всём этом мире, а такой «бочонок» это уже внушительно. Заставляло задуматься, что этот самый «доброжелатель» может быть не из этого мира. Верена задушила надежду в себе сразу же.

– Он предупреждал нас, что ты откажешься нам помогать. Сказал, что это поможет нам свергнуть ложную богиню и стать независимыми. Сказал, что это нам поможет против гостей в будущем, – пересказал содержание Левиафан. – Нептулон… – в его голосе появилась скорбь. – Он поддался и поверил неизвестно кому. Я же уверяю тебя, мой народ до конца останется тебе верен. Даже если ты оставишь нас на верную смерть. Мы не знаем, что это за жидкость, но я вижу, каков результат.

Король бросил взгляд на тело названного сына. Верена промолчала о том, что умер он из-за её проклятого клинка, который теперь на долгое время останется в теле наги.

– Поэтому мы отдаём это тебе, это наш дар тебе, Создательница, – продолжил Левиафан. – Ты поможешь нам? Если твой ответ будет «нет», мы со смирением примем твоё решение.

Верена встала на перепутье дорог, и она не могла ступить на каждую из них. Мысленно Тоска подсчитала все за и против для каждой, расставив приоритеты, она пришла к самому продуктивному и рациональному на её взгляд решению.

– Левиафан, мне нужно уладить несколько дел на суше. Я вернусь, – дала вампирша ответ королю наг. – Ждите.

Силуэт создательницы наг дрогнул, и она исчезла. Вскоре подводные жители расползлись по своим делам. Несколько из них под руководством Левиафана унесли тело его сына для захоронения в одном из лавовых котлованов.

****

– Глупые, глупые наги, – проворчало существо, скрывавшееся в трещине стены тронного зала. – Он дал им шанс убить, убить ненавистную Книжницу.

Существо зашевелилось и выбралось из трещины в туннель, что долгие-долгие годы прорывало вокруг мест обитания ползучих гадов.

– Ничего, ничего, Наориак покажет, покажет им, он всем покажет, – когтистая лапа с силой прошлась по стене, оставляя глубокие борозды. – Покажет, да, покажет, кто из них высшая ступень эволюции. Наориак сможет, сможет.

Существо двинулось вглубь своего логова, продолжая раздражённо бубнить. Через некоторое время он выполз в свою полузатопленную лабораторию. Зелья продолжали готовиться на медленном огне. Он проверил их прогресс, после посмотрел на другие колбы, что стояли у стены. В них находилась жидкость, в которых покоились эмбрионы различных животных и существ.

– Но сначала, да, сначала выполним то, что нужно.

Наориак достал из-под одного лабораторного стола небольшой квадратный камень. Полностью гладкий и монолитный. Пластинка неизвестного происхождения помещалась у него в руке, но по весу была чуть ли не как само существо. Он провёл когтем по пластине в определённой последовательности, и ничего не произошло. Он вскричал от досады и попробовал ещё раз, но уже более терпеливее. Результата не было. Наориак с криком схватился за голову и принялся бить по ней себя, силясь вспомнить нужную последовательность. Спустя несколько провальных попыток ему это удалось.

Пластинка ожила и засветилась яркими белыми линиями, Наориак почувствовал пульсирующую вибрацию в ней. Через минуту пластинка рассыпалась в прах, обжигая ему плоть. Всё так, как и предупреждали его.

Существо вскрикнуло от боли и быстро опустило руку в воду.

– Тебя же предупреждали, предупреждали, а ты забыл, – корил он себя. – Глупый, глупый Наориак.

Он уставился на свою обожжённую до кости кисть руки. Плоть уже начала восстанавливаться.

– Мы это исправим, да, исправим.

Радостно зашипев в предвкушении, существо посмотрело на свои запасы больших колб, что покоились в водорослях.

– Да, да, время пришло. Время дать пинка эволюции. То, что ты ешь, делает тебя лучше, – прошипело себе под нос существо. – Время стать Наориаку лучше, лучше – сильнее, быстрее, крепче.

Вскрыв одну из больших колб, он принялся поглощать содержимое.

****

Верена вышла из марева посреди двора библиотеки и с удовольствием вдохнула свежий воздух. Хоть она и не дышала в основном, но спёртый жаркий воздух в обиталище наг игнорировать не удавалось.

– Найди Рейне, скажи, чтоб явилась ко мне немедленно, – приказала она одному из рыцарей смерти во дворе, и тот, кивнув, поспешил исполнять приказ.

Тоска же тем временем спустилась к себе в обитель. Вампирша достала старые журналы и книги, которыми пользовалась во время эксперимента, и принялась разглядывать их за стаканчиком виски. Она помнила всё до мельчайшей детали, и перечитывать записи не было нужды, но это помогало ей думать. Прежде чем Рихтер допила третий стакан, многие из книжных изданий были пролистаны. Верена так и не нашла, в чём же могла ошибиться при создании наг. Если этот «доброжелатель» не является причиной болезни подводного народа, то она в тупике.

Тоска собрала себе в мешок несколько вещей и книг, что могли бы ей помочь. Верный рыцарь смерти заставила себя ждать. Книжница уже успела прилично выпить, хоть на неё это и не оказало никакого эффекта, и чтобы отвлечься, активировала злой глаз.

Алказара вампирша так и не нашла, как и его спутницу, видимо, они были ещё в убежище Конрада, а вот Аназапта уже действовала. Это было хорошо, но вот только ей – Верене придётся всё пустить на самотёк. Исследуя проблему наг, она наверняка не сможет следить за развитием других значимых событий.

– Ты звала? – вместо приветствия спросила Рейне.

– Да, – ответила Рихтер, как только её взор прояснился. – Мне необходимо проконтролировать одно дело, и времени на нашего общего друга не остаётся.

Книжница захлопнула коробку с карами и один бросила в руки Рейне. Рыцарь посмотрела на неё, ожидая объяснений, про армию наг она не знала. Точнее, не знала о том, сколько их и где они обитают.

– И в библиотеке ты пока за меня, – напомнила ей Тоска, накидывая вещмешок на плечо. – Придумай что-нибудь для нашей императрицы. Если я понадоблюсь, то найти меня можно будет с помощью статуэтки наги, что на моей кафедре. Ах да, как первая фаза?

– Всё прошло именно так, как мы и задумали, осталось немного подождать. Скоро я всё узнаю.

– Гуд.

Силуэт Книжницы дрогнул и исчез в мареве миража, оставив Рейне стоять одну среди букинистического хаоса комнаты.

Верена так же появилась в тронном зале, как и ранее, наги вновь склонились перед ней. Тоска заметила, что подобное почитание начинает больше раздражать.

– Пополам не сломайтесь, постоянно так кланяться, – попробовала фыркнуть на них вампирша, но голос остался ровным и холодным.

– Создательница, ты вернулась, – с облегчением произнёс Левиафан, подползая к ней.

– Да. Где тело Нептулона?

– Мы захоронили его в лавовом колодце, – опешив, ответил король.

– «Прощай, моя рапира», – подумала Верена, это оружие давно вручил в подарок ей Конрад, она была дорога её сердцу. – Это вы зря.

– Прости нас, Создательница… – начала извиняться старая нага.

– Не важно. Во-первых, прекрати через слово называть меня «Создательницей». Во-вторых, надеюсь, вы сохранили моё оборудование? Скорее всего, придётся восстановить лабораторию. В-третьих, мне нужно хотя бы по одному трупу каждого потока. В-четвёртых, живые наги тоже нужны. Мне нужно изучить симптомы и стадии развития вируса.

– Вируса?

– Да, Левиафан. Вы были не идеальными созданиями, но стабильными. Этот самый «доброжелатель», скорее всего, вас заразил и нарушил генетическую целостность структуры организма.

– Я распоряжусь, чтобы всё было подготовлено, но… – король замялся.

– Что, но?! – на этот раз вампирше удалось прибавить грозных ноток в свой голос.

– Третий пункт, мы хороним павших братьев в колодцах.

– Хорошо, правда, без вскрытия будет тяжелее.

Левиафан уполз раздавать указания. Вампирша, скинув вещмешок на мшистый ковёр, поднялась по ступенькам постамента и посмотрела на контейнер нитей, что был там. Они ей пригодятся, наверняка пригодятся, она ещё не знает зачем, но пригодятся. Верена Рихтер, также именуемая как Тоска, села на широкий трон короля подводного народа. С его высоты она могла видеть весь зал, осмотреть, как суетятся её создания, пытаясь угодить создательнице как можно быстрее. При этом изредка поглядывая на неё и переговариваясь между собой. Книжница впервые почувствовала упоение властью, именно властью, внушаемой благоговейным трепетом, почтением и немного страхом. Раньше Тоска упивалась только властью своей силы и страхом, приятными чувствами – когда её разум победно торжествовал. Но последние восемьсот сорок один год она не чувствовала ничего, и теперь, когда эмоции возвращались к ней. Они наполняли новыми ощущениями, граничащими с возбуждением.

– Чёрт, я же могу к этому привыкнуть, – усмехнулась Тоска.

## Глава 3. Горизонт событий

Эта неделя для Теаромоны стала вечностью. Её хозяин пил и копался в старых книгах, записях и картах. Первые два дня эльфийка пыталась навести порядок в жилище, но на третий поняла, что это невозможно. Может, она бы и справилась, если бы её сожитель тут же не переворачивал всё вверх дном вновь в поиске нужного. Растение в комнате разрослось на всю стену, но даже это не успокаивало. На пятый же день девушка настолько одурела от скуки и смогла уговорить хозяина выбраться из их логова. Теа было приятно просто прогуляться на свежем воздухе, поесть нормальной горячей еды и переночевать на постоялом дворе. Перед возвращением эльфийке стало очень стыдно за то, что она украла из таверны простынь, но этот кусок ткани смог занять её на всё оставшееся время. Некогда белая простынка почти превратилась в разноцветное полотно с хаотичной вязью и переплетениями, но у остроухой закончились нитки.

Хозяин оставил Теаромону одну в своём тайном жилище и ушёл, как он выразился, поболтать со старой знакомой. Эльфийка сразу же принялась изучать обстановку более детально. Возможно, что-то и поможет ей понять, кто же такой её спутник. В святилище было очень много древних книг, и если бы не чары, то они наверняка бы уже рассыпались в прах от времени. Также тут было предостаточно предметов роскоши и искусства. Теа уделила немного времени различным картинам, до которых раньше не могла добраться, и двинулась дальше в свои поиски. Что она не могла не заметить, так это символ вампирской династии «Демитрикая», он был повсюду как украшение. Многие книги были написаны на древнем наречии вампиров, которое эльфийка не знала. Теаромона просмотрела бумаги и карты на столе хозяина и, немного подумав, пришла в ужас. Если эльфийка правильно всё поняла, то её хозяин задался целью собрать посох «Забвения». Древний демонический артефакт не из их мира.

Девушка закрыла лицо руками. Теа не верила во всё это. Это был лишь её дурной сон, вскоре она проснётся с головной болью, оттого что он опять напоил её до беспамятства.

Теаромона стояла, закрыв лицо руками и понимая, что отнюдь не спит. Ей было почему-то так обидно, остроухая считала себя обманутой. Может, её хозяин делит это убежище ещё с кем-нибудь? Да, может, всё так и есть? Не может быть, чтобы такая весёлая, простодушная и добрая личность замыслила нечто подобное. Сбор подобного артефакта может поставить весь мир под угрозу нового демонического вторжения. К тому же разве он не был уничтожен?

Теа прочитала недавние, судя по всему, записи и посмотрела на карту мира. Первая часть артефакта находилась на эльфийском острове в Зелёном храме.

– Нет, не может… – глаза девушки наполнились слезами.

Хозяин выкупил её у работорговцев, чтобы она рассказала ему, как попасть на эльфийский остров, на её прародину. Когда же выяснилось, что эльфийка сама не знает, то было решено начать всё с чистого листа. И этот чистый лист вылился в двадцать семь прекрасных лет приключений. Не всё, конечно, было столь замечательно, но всё же. Теаромона стояла и чувствовала, как разрывается её сердце, она полюбила хозяина в действительности, хоть и боялась признаться себе в этом. Сейчас девушка не знала, что делать. Возможно, и стоит согласиться с тем, что ей лучше вернуться к семье. Возможно, даже придётся предупредить Лорана о планах хозяина. Несмотря на все свои благие намерения, Теаромоне стало тошно от подобных мыслей.

Остроухая рабыня решила дальше осмотреть убежище хозяина. Из круглой обители был только один выход, и хрупкой эльфийке не удалось открыть массивные каменные створки. Теаромона чувствовала, как магия пронизывает это место, она была повсюду, но девушка не умела видеть магический пласт мира. При дальнейшем осмотре эльфийка нашла ещё одну потайную дверь. Теа бы её не заметила, если бы не следы крови, что вели под стеллаж, и обильные царапины на полу, что оставляла потайная дверь. После тщательного осмотра остроухая искательница смогла открыть дверь. Здесь была точно такая же комната, как и та, в которой она спала, только здесь не было мебели, а пол и стены были забрызганы кровью.

Теаромона ахнула и прикрыла рот ладошкой, увидев трупы. По средине комнаты лежало два детских трупа или очень маленьких людей. Поскольку трупы уже разложились. Просто скелеты, обтянутые потрескавшейся кожей. Один из трупов был растерзан с особой жестокостью, будто на неё напал медведь и не один. Теаромона присела и осмотрела обрывки ткани, что некогда служило платьем девочке. Весьма дорогая ткань для простолюдинки. Второй труп девочки был целее, и платье на нём тоже. Намётанным глазом Теа приметила цену такого платья, если эти девочки не принцессы, то точно уж приближённые к императорской короне. Не в силах больше тут находиться, эльфийка выбежала из комнаты.

Её не волновал тот факт, какого сословия были эти бедняжки, её волновал сам факт детоубийства. Неужели её хозяин действительно на такое способен? Теа сползла по стене и, обняв ноги, она заревела в полную силу, как давно этого не делала. Девушка всё ещё не хотела верить в действительность, заставляла себя искать объяснения, она не могла принять правду. Эльфийка понимала, что примет любую, даже самую глупую и нелогичную, но сладкую ложь. Лишь бы не слышать правды. Так кто же её хозяин на самом деле? Тот самый рассеянный, пошловатый и несерьёзный весельчак, с которым ей посчастливилось путешествовать так долго? Или же демонопоклонник, один из Демитрикая, убийца и… и…


Теаромона дрожала от своих рыданий и чуть не вскрикнула, когда рука хозяина прикоснулась к ней.

– Вижу, ты тут даром времени не теряла, – произнёс он, появляясь в миражном мареве. – Молодец, моя школа.

Маска отошёл от неё и уселся за столом. Открыв бутылку с ромом, принялся пить.

– Хозяин, вы… вы убили тех девочек? – всхлипывая спросила эльфийка.

– Да.

– Но, но зачем? Почему? – выкрикнула Теа, ужаснувшись от простоты ответа.

– Я был в состоянии летаргии, а они пробудили меня, – ответил вампир. – Первую я растерзал сразу же, со второй успел немного пообщаться. Они были златовласками, подаренными мне первым из, – Маска кивком указал на герб семьи Демитрикая.

Теаромона помнила о жестокости идеи златовласок, когда ребёнка растят на убой, как животное для заказчика. И, судя по их одежде, это вполне мог сделать первый из Демитрикая. Если хозяин ей не врёт, конечно, что он очень любил делать. Учитывая, что Конрад Демитрикая мёртв уже много тысячелетий.

– Теа, – ласково произнёс собеседник и вновь подошёл к ней вплотную. – Я знаю, как это всё выглядит, но я тебя уверяю, эта жилплощадь у меня во владении лет тридцать, если не меньше. Ты же знаешь, что я не люблю убираться, большая часть всего этого от прошлого хозяина, – он взял её за руку. – А с девочками так вышло, я не мог ничего сделать. Жажда. Это равноценно как медведя спящего пнуть зимой. Отчасти, может, моей вины и нет, но всё же…

– Нет, – вырвала она свою руку у него и оттолкнула.

Сама того не желая, эльфийка случайно высвободила силовой поток, и хозяин отлетел в противоположный конец комнаты.

– Почему вы их не похоронили хотя бы? – всхлипывая задала Теа очередной вопрос.

– Я боюсь туда заходить, – ответил вампир, лёжа без движения в стопке книг. – С того момента я никогда больше туда не заходил. Я боюсь смотреть на то, что сделал.

– Кто ты?! Ты можешь мне сказать? – бросила ему в лицо Теа.

Поскольку мысленно эльфийка уже, возможно, всё поняла и простила его. Хозяин, как и она, начал всё сначала, и теперь они уже не те существа, что были раньше. Нет уже той Теаромоны до взрыва и даже той Теаромоны, ученицы девятого – Лорана. Она – Теаромона, спутница, точнее рабыня своего хозяина – Маски или любое другое из десятка его имён. Но эльфийка хотела знать его единственное и настоящее.

– Нет, не могу. Правда…

– Ранит меня ещё сильнее, – недовольно закончила за него остроухая.

Девушку так раздражало это недоверие к ней. Вместе они прошли огонь и воду, были на краю гибели и всё же бежали от смерти. Они даже были близки, пусть он и был пьян так, что не помнит этого. Щёки Теа бросило в жар от того воспоминания. Их столько связывало, а он не мог ей дать ответа на такой простой вопрос. Он мог бы и соврать ей, как умел это. Обвести её вокруг пальца, как простушку, коих у него было множество. Теа хотя бы легче стало от этого, она хотя бы перестала задаваться некоторыми вопросами. Но он считал, что лучше будет для неё быть в неведенье.

– Да, именно так. Ты, увидев мою берлогу, уже в ужасе, я не хочу, чтоб ты меня запомнила, как какое-то чудовище.

– Запомнила?

– Да, Теаромона. Я тебе уже говорил, что мы разойдёмся.

Вся злость моментально исчезла у остроухой. Эльфийка уже настолько привыкла к жизни подле хозяина, что даже не задумывалась о свободе. Её это пугало. К тому же теперь, когда она вспомнила многое из прошлого, ей не хотелось покидать его. Хоть Теаромона и задумывалась раньше о своём возвращении к неизвестным ей родным.

– Нет, я останусь подле вас, хозяин. Мне некуда больше идти, – с покорностью в голосе проговорила рабыня.

– Чаиночка моя, нет. Как бы я этого не хотел сам, но нельзя. Дорогие мне люди обычно умирают…

– Что за шаблонная фраза? – воскликнула Теа, шутка поможет слегка разрядить нагнетённую обстановку. – Тем более я эльф, значит, не помру.

– Теаромона, я не шучу, – грозно произнёс хозяин, и в голове у неё кольнуло. – Я доставлю тебя к твоей семье и…

– Нет, – резко сказала эльфийка и встала, глядя прямо в глаза хозяину. – С чистого листа помнишь? С чистого листа. Плевать на пошлое! Всё, что было, то прошло, а моя семья это ты! Я не знаю больше никого, и никто мне не нужен больше,– девушка уже подошла вплотную к хозяину и обняла его. – Ты и я вместе до конца!

Только сейчас Теаромона поняла, что больше боится не неизвестности, что её будет поджидать в новой жизни, а предать. Эльфийка боялась, что рано или поздно она всё же выдаст тайный замысел своего хозяина Лорану. Её бывший учитель, как девятый, начнёт действовать, и всё может стать только хуже. Девушка решила остаться рядом с тем, кто ей сейчас был дорог, до самого конца, каким бы ужасным он ни был. Быть может, это судьба, и Теа сможет повлиять на события в будущем. В прошлом же простое её незнание смогло заставить его отказаться от своего плана. Кто знает, как выйдет в этот раз. Ещё множество подобных мыслей промелькнуло в остроухой голове в этот миг, но самая главная так и не осмелилась выйти на передний план.

– Спасибо, – обнял он её в ответ. – Надеюсь, я не пожалею об этом и ты.

– Не пожалею.

Эльфийка подняла голову, и их лица оказались очень близко, ей стоило всего лишь встать на цыпочки и получить долгожданный поцелуй, но она боялась. Ситуация стала становиться неловкой.

– Ты Найвс Демитрикая? – спросила девушка внезапно.

– Что? – хозяин высвободился из её объятий.

– Да точно, по реакции вижу, – усмехнулась эльфийка. – Ты тогда мою шоколадку съел и не признавался, точно такая же реакция была.

– Как ты вообще до такого додумалась? – спросил он, улыбаясь.

– Древнее святилище под немыслимой магической защитой. Скорее всего, купол какой-нибудь, как на столицах. Куча древних вампирских книг, знамёна, гербы вокруг, – начала перечислять Теа, загибая пальцы. – И ещё я видела ваш фамильный перстень. Если бы вы пили меньше, то заметили бы, что воск в рисунке залит другой.

– Действительно, – произнёс хозяин, глядя на кольцо. – Но ваш метод дедукции не сработал на этот раз, Ватсон.

– Ещё как сработал, Холмс, – поддержала фарс эльфийка. – Вы просто не признаётесь.

– Ну, если хочешь, можешь думать и так. Но ты неправа. – Тон хозяина приобрёл резкость и серьёзность. – Больше эту тему не поднимаем.

– Хорошо, – перестала кривляться Теаромона, и улыбка её померкла. – Последний вопрос, раз уж мы вместе до конца, я хочу знать, на что иду, – робко начала она. – Зачем вам посох Забвенья?

– Для уничтожения мира, конечно, что за глупый вопрос, – карикатурно усмехнулся вампир.

– Как? – охнула Теа, не сразу поняв шутку. – Ах ты…

Девушка набросилась на хозяина, а тот принялся шутливо защищаться от неё.

– А если серьёзно, – начал он. – Понятия не имею, может, он мне поможет в кое-каком дельце, но уверяю, уничтожать и захватывать мир я как-то не собираюсь. Это муторно и долго, а я ленивый.

– Эх, а я думала, станете правителем Эванора и меня пристроите куда-нибудь, как вы говорите, по блату, – пошутила рабыня.

– Так, где-то я это уже слышал, – задумался вампир, подозрительно смотря куда-то в комнату. – Не-е-е-е-е, профессия эта вредная и пенсия маленькая, – засмеялся он.

****

Теаромона с хозяином вошли в шумную портовую таверну под названием «Пьяная устрица», трактирщик, обративший на них внимание, сразу же зазвал их к себе ближе.

– Маска, Теа! Идите-ка сюда, черти мои любимые! – прокричал тот на весь зал.

Многие в таверне обернулись и приветственно подняли стаканы. Да, среди моряков, точнее пиратов, они пользовались большим успехом.

– Кралин, дружище, сколько лет, сколько зим? – приветственно пожал вампир руку хозяину питейного заведения.

– Ну ты скажешь, сколько лет, конечно, пару месяцев не виделись-то всего, – усмехнулся он и поставил две кружки пива перед ними.

– Вы просто проездом или по делу? Ребята были бы в восторге, если б вы выступили, – взял быка за рога сразу тавернщик.

Теаромона осмотрела залу, многие в действительности украдкой посматривали на них и переговаривались. Она расслышала пару неприличностей в свой адрес, но в основном у многих был вопрос: будут ли они выступать? Среди всей этой разношёрстой портовой толпы выделялся столик в самом углу. Эльфийка сразу поняла, что им туда. За ним сидело несколько человек. Хрупкая с виду девушка с кустистыми каштановыми волосами, но Теа поняла, что всё её могущество скрыто внутри. Всё вокруг неё так и пропитывалось магией, видимо, она ещё новичок в познании магических путей и не умела скрывать свой потенциал должным образом. В отличие от девятых другие маги, которые не принадлежат к ним, стараются одеваться вычурно и с роскошью. Зелёное сюрко без одного рукава, перетянутое коричневым кушаком, и белоснежные штаны с высокими сапогами. Единственный рукав одежды был украшен абстрактным узором из стекляшек, очень похожих на драгоценные камни. Когда же Теаромона увидела рядом с ней небольшую бесформенную остроконечную шляпу, то скривилась. Девушка явно была очень молода. Напротив неё сидел крупный и не самой приличной внешности человек. С щетиной, как выражается её хозяин, уровня двухнедельный запой. В потёртой кожаной жилетке на голое тело и залатанных из мешковины штанах. Остроухая даже могла предположить, что волшебница просто угостила ужином бродяжку с улицы, чтобы вытянуть из него какую-либо информацию.

– Леди Престор? – громко переспросил Кралин. – Да вон она сидит, не ты единственный её сегодня ищешь, и уже зашептал: – Мутная особа, но денег у неё прилично, это сразу видно.

Тавернщик указал как раз на тот столик, куда и смотрела Теаромона.

Эльфийка заметила там ещё две неприметные фигуры. Одна из них была полностью закутана в чёрную мантию, что даже непонятно было, какого пола носитель, и только изящная женская рука, державшая кубок, выдавала леди Престор. Рядом с ней сидел прокажённый или не прокажённый, девушка не знала, как ещё назвать человека, заключённого полностью в бинты.

– Спасибо, друг. Принеси нам туда перекусить и выпить, – произнёс хозяин, ставя на стойку пустую кружку. – Теаромоночка, го.

– Опа, старый знакомый, – пробормотал хозяин, подходя к столу, про кого он, Теа не поняла.

– Ну, извиняйте, что заставил ждать, но важный гость приходит последним, – с дурацким акцентом извинился Маска, садясь за стол.

Первым же делом, не обращая на всех, вампир достал нож и принялся царапать, как обычно: «Гретель и Гретхен».

– Замечательно, все в сборе, – произнесла личность в тёмной мантии, игнорируя момент порчи предмета интерьера общей залы таверны.

Теаромона поняла, что эти двое тут и будут править балом. Очень удобно, что никого из них не узнать. Если это что-то противозаконное, то все шишки полетят на них.

– Вы все здесь собрались потому, что вам по тем или иным причинам нужно попасть на эльфийский остров, – начала женщина в мантии. – Наши цели совпадают, и я организую вам проезд до него в обмен на ответную услугу.

– Минуточку, – поднял палец кверху хозяин эльфийки, в этот момент официантка принесла им еду и выпивку.

Он сразу же не упустил возможность заправиться. После чего вернулся к резьбе по дереву и продолжил говорить.

– Остров фигостов. Ты свой спич неправильно начинаешь. Менеджмент ептить. Для начала нужно представиться, а ты сразу с презентации, так дело не пойдёт.

Волшебница пристально посмотрела на Маску и задумчиво сдвинула брови, но вскоре совладала с собой. Непонятное слово вызвало реакцию только у неё. Точнее, так подумала остроухая, громила, скорее всего, был туп, чтобы обратить на это внимание, а лица оставшихся двоих она не видела.

Теаромона сразу поняла, что хозяин включил идиота и будет сейчас развлекаться, но также и заниматься важным делом – сбором информации. Поэтому просто принялась за еду и решила не мешать. Как и всегда.

– Итак, – продолжил вампир, пока никто его не перебил. – Я разрулю сейчас…

– Извините, – здоровяк прервал Маску отрыжкой.

– Ничего страшного, дружище, бывает, – принял извинения хозяин эльфийки. – Нам с вами придётся заняться, судя по всему, скользким делом, а для этого я должен знать своих попутчиков, чтобы хоть капельку вам доверять.

– Согласна, – подтвердила волшебница.

– Ну, тогда ты и начинай, как известно, инициатива инициатора того этого по полной, – вампир сделал неприличный жест соития. – Слева-направо против часовой пойдём и всё такое.

– Ой, – девушка сначала растерялась, но быстро взяла себя в руки. – Меня зовут Катька, и я маг. В основном специализируюсь на иллюзиях.

– Маг с полки бряк? – грубо перебил её хозяин. – А ты, часом, не девятый ли? А то как бы не вышло того этого. Конфуз, в общем.

– Я не девятая, – насупилась волшебница.

Поскольку такие слова, как «маг», «волшебник», «чародей» и подобное у всех вызывали ассоциацию с девятыми, многие подобные личности их не любили. И оскорблялись, когда их называли или причисляли к магам Девятого Измерения.

– Я странствующий маг и принадлежу ордену Сумеречных Походов пресвятого хмеля Киркуольского.

– Стоп, стоп, стоп… пресвятого хмеля? У вас пивной орден? – задался вопросом хозяин Теаромоны.

– Да, – сдержанно и сквозь зубы процедила Катька, видимо, такая интерпретация ордена её бесила.

– Так Теа, на хрен этот поход! – обернувшись к эльфийке, выпалил её хозяин и повернулся снова к иллюзионистке. – Можно мне партбилет вашего ордена?

– Это не мне решать, а главам ордена, мистеру Мактаеру или О’Тулу, – замешкавшись, ответила Катька.

– Довольно лишних слов, – произнесла женщина в чёрной мантии. – Девушка будет предоставлять в этом походе вам магическую поддержку.

– Спасибо, капитан очевидность, – огрызнулся хозяин.

– Раз уж у нас пошла такая пьянка, теперь моя очередь, – проигнорировав нападку, начала она, и в её голосе чувствовалось раздражение. – Леди Аназапта Престор – я заказчица. Я та, кто доставит вас до цели. Я та, кто заплатит вам за вашу работу. Это мой слуга – Аска, – Престор указала на человека в бинтах. Намётанный глаз эльфийки сразу заметил проблески магических рун на них. – Он будет вас сопровождать и оказывать посильную помощь.

– Ну а я, – громко пробасил здоровяк. – Джони Один Башмак.

Хозяин Теаромоны быстро глянул под стол, потом на говорившего человека и снова под стол и уже на свою рабыню.

– Теа, он нам врёт! У него два башмака, и как ему после этого доверять?

– Это погоняло такое, – засмеялся Джони. – Ну и как завелось тут уже. Я буду мускулами этой компании.

Джони напряг мышцы, чтобы продемонстрировать себя, и вопреки первому мнению эльфийка поняла, как она ошиблась. Неряшливый на вид бродяжка был крепок, как натренированный воин.

– Вот и гуд, теперь можно и продолжать, – заключил хозяин. – Леди Престор?

– Секундочку, а как же вы? – тут же спросил Джони, тыча кружкой в их сторону, и Катька кивнула в знак согласия.

– От же ж ты башмачник, без ножа прям зарезал, – всплеснул руками Маска. – Я говорил про моё доверие компаньонам. Вы мне представились, я уж подумаю, стоит ли вам доверить прикрывать свой зад. Теа, я доверяю всецело. Я, конечно, тот ещё подозрительный тип, но смирюсь уж как ни будь с этим.

Все испытующе посмотрели на вампира. Леди Престор явно уже начала не просто раздражать вся их компания, но откровенно злить. Поскольку её бокал пошёл трещинами от силы сжатия.

– Ну вот, блин, не прокатило, – раздосадовано проворчал хозяин эльфийки. – Меня зовут Эдвард, не тупо. Алладин, неее, им недавно был. О! Я Дамболдор, – произнёс он. – А это моя спутница Гермиона…

– Теаромона, – представилась эльфийка, перебивая хозяина подзатыльником.

Поскольку сейчас, если он назовёт её некой «Гермионой Грейнджер», то в дальнейшем будет отнимать и добавлять балы вымышленному факультету за каждое её действие. Иногда это весело, но в основном раздражает. Тем более связка «Дамболдор и Гермиона» её бесила больше всего, ибо этот Дамболдор был похотливым, грубым проходимцем, и хозяин всецело вживался в эту роль. Прикосновения, конечно, иногда были приятными, но его заносило, и он похабничал у всех на виду. За что эльфийке и было очень стыдно, и доводило её до слёз периодически.

Глаза волшебницы при словах хозяина эльфийки округлились от удивления. Девушка открыла рот, чтобы что–то спросить, но, оглянувшись на присутствующих, промолчала.

– Я, можно сказать, буду заботиться о ранах, если таковые будут, могу быть переводчиком с эльфийского и древесной магией владею немного. Если попадёмся, может, я уговорю сородичей нас не убивать, – продолжила Теаромона.

– Воодушевляет, – прокомментировала Катька, но её пристальный взгляд был адресован хозяину эльфийки.

– А этот идиот мой хозяин, – она без задней мысли продемонстрировала всем метку рабыни. – Называйте его… Найвс, в общем.

– Да, я буду мозгом команды. Направлять, координировать и ещё всякие хитрости делать, тузов в рукаве у меня хоть завались.

– Итак, – произнесла леди Престор, пресекая все дальнейшие споры. – Через день вас ждёт корабль «Морская вдова», он отправляется в полдень. Этот корабль доставит вас к острову. Ваша задача – сопроводить Аску и оказать ему помощь в поисках нужного. Обратно он вас вытащит с острова, и вы получите свою награду в тысячу золотых каждому. Попутно можете заниматься мародёрством или что вы там задумали. Ваше пребывание здесь уже оплачено, комнаты ожидают вас, – ввела она всех присутствующих в курс дела. – А сейчас разрешите откланяться, но меня ждут и другие дела.

Заказчица резко встала и направилась на выход, её слуга поспешил за ней.

– И что вы обо всём этом думаете? – спросила Катька у компаньонов.

– Дельце, конечно, грязное. Если выгорит, всё будет «шуб-баба Люба»! – ответил ей Найвс.

Волшебница вновь странно стрельнула в него глазами.

– Ну тогда предлагаю, раз уж всё оплачено, отгулять так отгулять, – радостно произнёс Джони и жестом подозвал официантку. – Опустошим карманы Престор, а?

– Сейчас я покажу тебе, как пьют в нашем ордене, – с ухмылкой приняла вызов девушка.

Теаромона сидела и наблюдала, как спивались её будущие попутчики. Интересно, леди Аназапта понимала, на что подписывалась, говоря, что всё оплачено. К бездонной глотке её хозяина добавилась ещё такая же глотка Джони. И надо сказать, что хрупкая с виду волшебница налегала на спиртное как заправский моряк. С другой же стороны, заказчица пообещала им столько золота за работу, что можно поместье купить с прислугой в придачу. Такие деньги предлагают обычно тем, кто не возвращается. Дело явно очень грязное. Вскоре эльфийке надоело слушать пьяные рассказы о приключениях, к тому же её и саму уже повело от выпитого, и она решила покинуть компанию. Пошатываясь, остроухая дошла до комнаты и свалилась на кровать. Голова кружилась, и её штормило, сразу же мир полетел перед закрытыми веками по кругу.

Эльфийский остров, её историческая родина. Место, где проходят обучение абсолютно все эльфы в мире. Где они постигают древние таинства и мудрость их народа. Теаромона никогда и не могла предположить, что попадёт туда с кучкой мародёров. Она прекрасно понимала, что у всех остальных тоже есть свои цели на острове. Скорее всего, этой целью является грабёж, в Зелёном храме находилось немало ценных артефактов, наверняка и не все они были безобидны.

Если с Джони всё предельно понятно, он наверняка хочет просто поживиться. Скорее всего, руководствуясь одной истиной – чем больше золота, тем лучше. Наверняка его цель – разбогатеть, других вариантов Теа предположить не могла. Цель хозяина эльфийка знала, хоть и не понимала до конца. Но вот леди Престор и Катька. Эти двое наверняка идут не за дорогой безделушкой.

Теаромона зарылась в подушку, не понимая, что она чувствует. Девушка, можно сказать, добровольно согласилась помочь разграбить её народ и его достояние, даже примет в этом участие. Сможет ли остроухая смириться с тем, что произойдёт на острове? Теа была уверенна, что без жертв не обойдётся. Да, она уже не та наивная эльфиечка, какой была когда-то, хозяин показал ей суровость этого мира. Но сможет ли Теа спокойно воспринимать пролитую кровь сородичей вновь?

Мысли эльфийки затихали, и она впала в полудрёму. Вскоре спящая почувствовала приятные прикосновения к шее и плечам. Крепкие руки обняли девушку за талию и, притянув к себе ближе, позволив даже немного лишнего. Теа покорно прильнула к хозяину. Похоже, Престор сняла им всего одну комнату. Рабыня повернулась, чтобы ответить на ласку хозяина, поскольку алкоголь ещё не выветрился из её организма. Тот не собирался переходить к решительным действиям. Она потянулась и поцеловала его, хозяин ответил. Его руки прошлись по телу, и эльфийка почувствовала блаженство, алкоголь в крови прибавил смелости, стать более раскрепощённой. Мужчина отстранился от неё и, одарив серией коротких поцелуев, перевернул обратно, заключив в медвежьи объятья. Теаромона замерла в ожидании, но продолжения не последовало. Её хозяин прекратил дышать, и она поняла, что тот уснул. Девушка почувствовала такую сильную обиду. Теа поначалу всегда боялась стать игрушкой для удовлетворения мужских потребностей своего хозяина. Теперь, когда всё изменилось, он её игнорировал. Видимо, чувства всё же не взаимны. Теаромону одолевало ещё множество различных мыслей, приправленных алкогольной дозой, но вскоре эльфийка сама отключилась в крепких объятьях.

– Теа, Теа… – прохрипел вампир, трогая эльфийку за плечо.

– Да.

Остроухая обернулась, и голова у неё чуть не раскололась, а ведь она выпила меньше всех. Их комнату залило яркое солнце, скорее всего, время уже близится к полудню.

– Будь другом, сгоняй за водичкой, пожалуйста? – промямлил виновато хозяин. – А то я сейчас помру.

Со вздохом Теаромона встала с кровати, голова у неё болела сильно, но не критично. Рабыня даже представить не могла, как сейчас чувствует себя её хозяин или остальные. Девушка вышла из комнаты, поправляя мятую от сна одежду, и сразу заметила Катьку. Волшебница выпроваживала из своей комнаты моряка, который даже и одеться толком не успел. Теаромона вспомнила их небольшие телодвижения с хозяином, и её это вновь задело.

– Доброе утро, – убитым голосом проговорила Катька. – Ты вниз?

– Ага, – кивнула головой эльфийка в знак приветствия и отвечая на вопрос.

– Можно тебя попросить попить принести? – улыбнулась волшебница, запахивая поплотнее накидку из простыни. – А то я в неглиже, а пока оденусь, умру раз сто.

– Хорошо, – кивнула остроухая.

Эльфийка спустилась вниз и удивилась. Кралин уже подготовил для них и завтрак, точнее обед, и питьё. Видимо, леди Престор всё же догадывалась о их поведении и позаботилась о пробуждении. Она помогла официантке всё разнести по их комнатам.

– Так, Теа, – проговорил хозяин с набитым ртом. – Отправление завтра, поэтому надобно пробежаться по рынку. Закупить всё самое основное, что может помочь нам в дальнейшем.

– Хорошо, пробежимся, – согласилась остроухая.

– Не-не-не… – хозяин поперхнулся и закашлял. – Тфу… не пробежимся, а пробежишься. Мне надобно слинять на пару часиков.

– Я? Одна по городу? – изумилась Теаромона.

– Засучи рукава, чтобы все видели твою метку, – сказал он вместо ответа. – Это же Кастренлосс, здесь чужих рабов не воруют. Просто особо старайся не конфликтовать ни с кем и первой не заговаривай.

– Да помню, – согласилась она с доводами.

Эльфийка шла по улочкам города в полном одиночестве. Вернее, людей было много, но они проходили мимо неё, пролетали словно тени, незамеченные и не услышанные. Она шла в этой пёстрой многоликой толпе и была совсем лишь одна наедине со своими мыслями. Теа чувствовала сильную грусть, почему-то этот неприятный осадок следовал за ней. Девушка шла сквозь пелену смеха, криков, разговоров, сквозь непонятный нарастающий гул, что бил по барабанным перепонкам. Чтобы отвлечься от нагнетающих мыслей, которые не задерживались в голове надолго и пролетали мимо, как и разнообразный люд вокруг неё, остроухая заглянула в список покупок. Бинты, травы, пузырьки, сушёные фрукты и вяленое мясо, кое-что из инструментов и прочие мелочи. Осталось взять только длинную прочную верёвку.

– Эй! – окликнул её мальчонка лет десяти-двенадцати. – Леди, Вы не могли бы мне помочь?

– Я не леди, – кисло улыбнулась Теаромона и продемонстрировала рабскую метку.

Раньше Теа стыдилась этого, но потом поняла все преимущества этой метки. Стоит её показать, и люди сразу меняются, сразу видно натуру человека по изменению тона разговора с ней. Да к тому же с рабов нет спросу по противозаконным делам, вопреки всему. Если раб совершил преступление, то сперва подозрения падают на хозяина. Там уже хозяин непокорного раба должен доказать свою непричастность и что не приказывал ему нарушать закон. Учитывая, что сейчас она находилась в «вольном» городе Кастренлоссе, то демонстрация метки – гарант того, что тебя не угонят в рабство повторно.

– Оу, мои соболезнования, – лицо мальчишки поблекло, но почти тут же просияло вновь. – Но это же не отменяет того, что Вы мне можете помочь?

– Смотря чем, – ответила Теаромона сорванцу.

– Вы же эльф, и у вас наверняка врождённые способности к природе, а мой этого… Он там в горшке умирает. Скоро папа вернётся, и тогда уже… – затараторил мальчик, сразу же потянув её за руку в сторону.

– Подожди, подожди помедленнее, я тебя не понимаю, – вырвала руку из его хватки девушка.

– Ну, у меня там дерево куринцы молодое в горшке. Его отец привёз из дальних земель, – начал объясняться мальчик. – Оно вянет и совсем плохо выглядит, я подумал…

– Конечно, оно завянет – это дерево растёт в топях и привыкло к болотистой земле. В горшке его корням тесно, – перебила мальчугана Теа, сразу поняв, в чём проблема. – Пересади его и залей водой побольше, чтобы почва была более вязкой.

– В этом-то и проблема, – сразу же спохватился пацан и, немного замявшись, продолжил. – Отец вернётся из очередного плавания не ранее чем через неделю. Мы хотели его вместе пересадить, а теперь… – Он всхлипнул и начал протирать глаза тыльной стороной ладони. – Я хотел вас попросить, Вы же можете сделать так, чтоб оно ещё прожило недельку? Можете же, а?

– Хорошо, – смилостивилась эльфийка над мальчиком. – Показывай дорогу.

– Вот спасибо! – засветился он улыбкой сразу, взяв эльфийку за руку повёл прочь с людного базара. – Мой дом тут рядом.

Теаромона быстрым шагом проследовала за мальчиком. Почему бы и не помочь, если есть возможность сотворить добро? Мир и так не самое приятное место, а маленькими чудесами можно осветить его и сделать лучше. Они вышли на небольшую улочку и, миновав пару домов, свернули в закоулок между ними. За центральной площадью города дома были так густо налеплены друг на друга, что эти трущобы более походили на муравейник, чем город. Теа порой не могла понять, как люди могут так жить, но потом приходило осознание, что деваться им более некуда и приходится терпеть. Люди, как короткоживущая раса, были гораздо приспособление и терпеливее ко всем неудобствам мира, окружающего их. Видимо поэтому богачи из их расы склонны к столь неоправданной и бесполезной роскоши.

– Оно здесь, – сорванец отпустил её руку и ускорил шаг.

Девушка сделала так же, чтобы не отстать. Чья-то рука дёрнула её и, развернув, прижала к стене, эльфийка сразу почувствовала холод стали у горла. Фигура в капюшоне поднесла палец к губам под повязкой, тем самым призывая молчать. Пойманной ничего не осталось только, как кивнуть в знак согласия. Неизвестный, точнее неизвестная отстегнула мешочек со звонкой монетой и бросила парнишке, что заманил сюда доверчивую остроухую.

– Извиняй, красавица, – махнул он ей рукой и убежал.

Теаромона закусила губу от досады. Она так верила в свою безопасность из-за метки, что совсем не подумала о банальном грабеже или ещё чего похуже.

– Ты весьма неосмотрительна, – просипела эльфийке фигура.

Теа сразу поняла, что голос искажён заклинанием. В чертах своей пленительницы девушка заметила еле-еле заметные всполохи иллюзорной магии. Если это не Катька решила пошутить, то незнакомка приложила все усилия, чтобы она её не опознала.

– Кто ты? – задала остроухая самый глупый и очевидный вопрос.

– Человеческий корабль к острову не подойдёт, вам придётся добираться до него своими силами, – вместо ответа начала изъясняться та. – Пелена тумана, что перед островом, скрывает только то, что внутри неё, но и она не безгранична. С берега вас прекрасно могут заметить, поэтому лучше вплавь, а не на лодке. Так хоть шанс будет.

– Зачем Вы мне всё это говорите? – изумилась Теа.

После изумления пришло подозрение и тревога. Кем бы ни была эта личность, она была прекрасно осведомлена об их планах. Незнакомка не желала, судя по всему, быть узнанной, но то, что она говорила, должно им помочь. Можно ли верить той, кто скрывается за магией обмана?

– По береговой линии ходят патрули. Их расписание не знаю, – вновь оставила без внимания вопрос своей пленницы собеседница. – Не пытайтесь идти через скалы, это верная смерть. Вход только один через порт. Это покажется чистейшим самоубийством, но лучше вариантов у вас просто нет.

Незнакомка отпустила Теаромону и сняла с плеча небольшую сумку, которую тут же впихнула ей в руки.

– Здесь парочка полезных вещей, – новая «подруга» остроухой достала из-за пазухи свиток и развернула его. – Карта острова. По крайней мере, таким он был несколько тысяч лет назад, более свежую версию мне не удалось найти. В этой роще безопасно можно отдохнуть. Роща считается проклятой, эльфы туда не ходят, деревья с ними там не говорят, – указала она место на карте. – В Зелёный храм вхожи только жрецы, вы можете немного расслабиться, когда достигнете цели.

Закончив, незнакомка сунула карту в руки эльфийке и развернулась, чтобы уйти.

– Почему я должна тебе верить?

– Я друг тебе и наш… Твой народ погряз в старых традициях и догматах, ты не такая. Поэтому ты должна выжить, – произнесла та напоследок, прихрамывая пошла прочь. – Главное, не свихнись от того ужаса, что будет ждать тебя в компании этих…

Незнакомка под иллюзией решила не заканчивать фразу и быстрым шагом вышла из закутка, наверняка быстро растворившись в толпе городских обывателей. Да и Теа была слишком напугана, чтобы пробовать проследить за ней.

Можно ли ей верить? Действительно ли она друг? Каковы её мотивы? Слишком много вопросов. Вся эта ситуация выглядела весьма неприятно и подозрительно, но могло быть и хуже. Теаромона выдохнула с облегчением и убрала карту в сумку, после чего поспешила тоже покинуть безлюдную подворотню от греха подальше.

Уже прибывая в таверне, Теаромона осмотрела содержимое сумки. В ней было немного: два зелья бодрости, исцеляющая мазь, три ярко-красных флакона с надписью «для твоего хозяина», хрупкие на вид капсулы с припиской «газ усыпляет, убивать зачастую необязательно» и самое главное, монета из Зелёного храма. Эльфийка подняла деревянную плашку к свету, чтобы убедиться в подлинности оной. Монета оказалась настоящей. Вот уже второй раз кто-то незнакомый жертвует ей свою монету, а может в прошлый раз это была она же? Остроухая выругалась, что даже не попыталась понять, какой расы была та незнакомка, уж сильно девушка испугалась.

Вечером все склонились над картой, разрабатывая план действий и маршрут. В итоге вскоре стало понятно, что это невозможно из-за очень малой и к тому же не совсем достоверной информации. Хозяин выругал Теаромону за то, что она была такой доверчивой, но не слишком сильно, в конечном итоге всё закончилось хорошо. Про таинственную незнакомку рассуждать долго не стали, поскольку быстро поняли, что дело пустое. Строить догадок и теорий о её личности и мотивах можно было великое множество, в итоге ни к чему бы это не привело. В конце концов всё переросло в умеренную пьянку.

– Катюшенька, – обратился к волшебнице Найвс спустя пару кружек. – Можно тебя в стороночку, на пару слов пошептаться.

– Вот ты чёрт шустрый, – лукаво воскликнул Джони.

– Ну я это так, на пару слов и только. Ничего такого.

Здоровяк засмеялся, а эльфийка проводила ревнивым взглядом хозяина и Катьку, которые отошли от них подальше.

– Ну, я слушаю твоё предложение, – мягким голосом произнесла волшебница и сложила руки на груди так, чтобы подчеркнуть её же.

– Да не, – запротестовал вампир сразу же. – Я реально по делу, извини конечно…

– Я про тоже, – возмутилась после заминки Катька и приняла более воинственную позу. – Ты что там вообще себе на придумывал?

– Не бывает пошлых слов, бывают пошлые уши, – улыбнулся он.

– Ах ты, – волшебница немного покраснела. – Так выкладывай, что хотел?

Всем своим видом девушка показала раздражение, но это было весьма наигранно. К тому же собеседник слышал её сердцебиение и понял, что поставил собеседницу в неловкое положение.

– Извини, мальца недопонимание возникло сейчас, – решил сгладить ситуацию мужчина. – Так вот, о деле. Спек сменить тебе надо.

– Чего?

– Спек, специализацию… – видя, что собеседница его не понимает, вампир пояснил доступным каждому языком. – Род деятельности.

Найвс протянул потрёпанную книжку девушке, и та, приняв её, начала листать. Изучив содержимое на нескольких страницах, волшебница скривилась.

– Ты издеваешься? Это же некромантия, мне это не нужно! – она резко отстранила от себя книгу, но собеседник не спешил её забирать.

– Это не некромантия, отчасти. Это, так сказать, учебник ловцов душ, – отодвинул книжку от себя Найвс. – Древнее знание вампиров, которое считается утерянным.

Иллюзионистка уже с интересом стала рассматривать книжку. Теперь для неё это был не сборник мерзости, а таинства былых времён. Давно забытое знание, к которому ей позволили прикоснуться. Содержимое всё равно не особо её интересовало, но раз выпадает шанс постичь что-то новое, то не стоит его игнорировать.

– Подарок, конечно, видный, но чем я обязана такой чести? Насколько я знаю, ловцы душ сгинули уже, – с подозрением посмотрела волшебница на него.

– Аска, – коротко ответил вампир, и Катька вопросительно подняла бровь, требуя более расширенных объяснений. – Я немного знаю о слуге нашей заказчицы, это душа древнего орка, заключённая в бинты. Я хотел, чтобы хоть кто-то из нас знал, как с ним сладить.

– Не очень понимаю…

– Он демонопоклонник, – прервал девушку Найвс. – Хотя точно не уверен, но я тебе смело заявляю: он мутный парень, и нам нужно обезопасить себя.

– Поняла, ну, как говорил товарищ Ленин, «учится, учится и ещё раз учится», – произнесла гостья из иного мира и охнула от неожиданности.

Найвс дёрнул девушку в сторону и прижал к стене, странно на неё глядя.

– Ты же вроде говорил, что ничего подобного не замышлял, – выдавила Катька, поскольку вампир сильно надавил ей на грудную клетку.

– Никому и никогда не говори, что ты из другого мира, и осторожнее с фразами. Ты здесь не единственный попаданец.

Он отпустил волшебницу и развернулся, чтобы уйти, но она его остановила.

– Постой, ты тоже с Земли? Я сразу поняла это…

– Ты из какого года?

– Две тысячи тридцать четвёртого, – ответила Катька.

– Гобен халву третью выпустил?

– Нет.

– Ничего не меняется, – Найвс сделал пару шагов, но собеседница вновь остановила его.

– Слушай, я не единственная, в нашем ордене ещё несколько человек, и все из разных временных отрезков.

– Это мой путь ниндзя, – сухо ответил он ей. – И должен пройти его в одиночку.

– Да ты что, дебил или… это из «Наруто»? – разъярилась Катька. – Поверь, тебе лучше…

– Я знаю, что для меня лучше, – перебил собеседник её. – Я тебя предостерёг, а теперь забыли об этом.

Вампир решительно пошёл прочь. Девушка хотела вновь его остановить, но не стала. Смысла не было, как и особого желания. Если этот парень вбил себе что-то в голову, то пусть оно так и будет. Волшебница вернулась к их столику, где Джони уже вовсю шумел и делал догадки.

На следующий день они уже все отчалили на Морской Вдове. Вид, конечно, у них всех был не самый внушающий. Катька, к тому же испытывая морскую болезнь, перегнувшись через борт, частенько выпускала содержимое желудка на волю. Джони, привалившись в тени мачты, решил восполнить часы сна. Аску эльфийка не видела после поднятия на борт, похоже, тот не собирался выходить из своей каюты до конца путешествия. Команда корабля сновала туда-сюда, выполняя указания бранящегося на все лады капитана. Теаромона старалась им не мешать, поскольку моряки косо на них поглядывали. Неужели и в таких прожжённых мастерах своего дела засело суеверие: «баба на корабле к беде», а тут их целых две.

– Долго нам плыть? – спросила эльфийка у хозяина, что стоял на носу корабля.

– Кэп сказал три дня, – ответил он. – Так что не долго.

– Ну, Катька с тобой не согласится, – с усмешкой ответила Теа, глядя на бедную волшебницу.

– Да, мы всего три часа на воде, а она скоро желудок выплюнет. Привыкнет, к завтрашнему дню, может.

– Сомневаюсь, нужно посмотреть припасы. Вдруг чего и найдётся для зелья одного ей в помощь.

Весь день прошёл в хлопотах и заботах, каждый занимался своим делом. Те, кто был не занят, старались не мешать. Теаромона приготовила юной волшебнице зелье для облегчения болезни. За это капитан чуть не килевал1[1] её. Поскольку увидел огонь в каюте. Эльфийка терпеливо выслушала выговор, что через слово пестрил руганью. Похоже, что этим она только укрепила суеверие в команде Морской Вдовы. Впредь наказал ей пользоваться печью на камбузе, чему, конечно, не очень-то обрадовался кок. Первое зелье Катьке не помогло, поскольку тут же отправилось за борт, на второе зелье у остроухой не хватило времени.

– Корабли впереди, – крикнул Найвс, всё так же стоявший на носу.

– Где? – спросил капитан, проходя мимо девушек к нему.

– Там, – указал вампир. – Три штуки. Как там говорится у вас, якорь мне в зад, если они идут не наперерез к нам.

Морской волк нахмурился то ли от выражения, то ли от сказанного вампиром про корабли и достал подзорную трубу. Он долго вглядывался, пытаясь увидеть хоть что-то, но погода не благоволила ему. Бросив пустое дело, задумчиво почесал седеющую бороду.

– Мрак, не видно ни черта. Смотровой? – гаркнул глава судна и посмотрел вверх.

– Я ничего не вижу, капитан, – отозвался моряк из гнезда сверху.

– Поверь, у меня зрение лучше, чем у вас, они там, – заверил пассажир его.

– Придётся крюк делать, но всё же безопасность важнее, – проворчал кэп. – Лево руля, вёсла на воду, попробуем оторваться.

Меньше чем через час все остальные тоже увидели трио кораблей, идущих к ним. Суда были потрёпанными на вид, но шли уверенно.

– Эх, зря мы так шиковали в таверне. Видимо, кто-то решил, что у нас есть ещё деньжата, – задумчиво посмотрел хозяин в сторону преследователей. – Или что богатенький буратино Престор с нами.

– При таком темпе они закинут абордажные крючья нам на борт уже через полчаса, – пробормотал капитан и выругался. – Наша Вдова не выдержит бой с тремя сразу. С двумя, возможно, с тремя есть сомнения. Они выглядят ветхими посудинами, но массивнее нас. Могут потрепать хорошенько, что придётся забыть о вашей доставке. Чего нельзя допустить.

– Крепко же тебя Престор за яйца взяла, – усмехнулся Найвс.

– Я сейчас твою рожу клыкастую разобью о перила и на дно с ядром в обнимку отправлю! – разъярился морской волк. – Я прежде всего думаю о своём корабле и команде, надо будет, все за борт отправитесь.

– Ну-ну… – улыбнулся собеседник и надел маску. – Может, боя и не будет. У нас есть маги всё-таки на борту.

Найвс быстрым шагом дошёл до Катьки. Лицо хрупкой волшебницы было посеревшим и совсем не выражало решимости, она крепко мучилась от морской болезни, но сейчас была не та ситуация, чтобы жалеть девушку.

– Катька, ты же иллюзионист, сделай что-нибудь? – потребовал он от неё более резко, чем хотел, но, может, это и к лучшему.

– Да, я уже думаю об этом… Блин, – ту скрутило пополам, но выпускать из организма на волю было уже нечего.

– Сосредоточься! – рявкнул он и за шкирку перенёс иллюзионистку с тюка свёрнутого паруса к бортику. – Скрой корабль, пусть потеряют нас из виду, пока мы не оторвёмся.

– Угу, – выдавила девушка.

Волшебница закрыла глаза и вцепилась в перила бортика, некоторое время ничего не происходило, но вскоре её окружила рябь и распространилась по всему кораблю. Белая пелена тумана наползла со всех сторон, но совершенно не мешала тем, кто на корабле. Даже команда, выполняющая приказы своего капитана, застыла на мгновение. Спустя некоторое время один из кораблей преследователей сменил курс, остальные же два продолжали нагонять их.

Маска положил руку на спину волшебницы, подпитывая её силы. Поскольку понимал, как сильно может истощить такая магия, тем более что заклинательница была не в форме.

– Возможно, они просто следуют дальше тем же курсом, перед ними сейчас огромная пелена тумана, – задумчиво пробормотал он.

– Я сменил курс, но два их судна быстроходнее, – проинформировал капитан Морской Вдовы. – Может, ваша уловка и сработает, иначе придётся марать руки.

– Если возьмут на абордаж, то им очень не повезёт, – с уверенностью сказал Джони, кэп в ответ лишь криво усмехнулся.

Перила борта разлетелись в щепки, и вампир еле успел отдёрнуть волшебницу. В тот же момент, не давая им опомниться, грянул второй залп с другого корабля. Падая, девушка потеряла концентрацию, и её иллюзия рассеялась.

– Теа, следи за ней! – крикнул хозяин своей эльфийке, указывая на потерявшую сознание Катьку. – И следи, чтобы эта посудина на дно не пошла.

Теаромона осмотрела волшебницу, ничего страшного, скорее всего, она в падении ударилась головой и потеряла сознание. Следующим её пациентом был корабль, она коснулась палубы. Вдохнув жизнь в мёртвое дерево, она заставила зарасти пробоины по борту. Так наспех остроухая ещё никогда не делала подобного и только порадовалась, что это сработало. Обернувшись, девушка не увидела хозяина, но была уверена, что тот занят делом. Капитан и команда готовились к абордажу, ведь первые два корабля, подкорректировав курс, уже нагоняли их. Команда вдовы не сможет отбить атаки с двух сторон, но, по крайней мере, не нужно будет опасаться очередного залпа с третьего корабля. Первые крючья взметнулись, и корабль, с которого они полетели, тряхнуло. Его палуба разлетелась в щепки и выпустила пламя, похоже, пороховой cклад у них взорвался. Если это не счастливая случайность, то, скорее всего, это был хозяин Теа. Команда Морской Вдовы быстро расправилась с малочисленными пиратами, что, спасаясь с тонущего судна, переместились к ним. Морская вдова жалобно заскрипела, и её хорошо тряхнуло от выстрелов в упор. Второе судно, поравнявшись, взяло их на абордаж.

# Примечания

0

Протаскивание под килём (килевание) – в эпоху парусных судов наказание, заключавшееся в протаскивании человека при помощи подкильных концов с борта на борт под днищем корабля.