Роман Прокофьев
Звездная кровь – 8. Истинный

Пролог

Небесный Трон велик.

Его сияние может увидеть каждый Восходящий в дни, когда меняются знаки небесного календаря. Из черных глубин вне пространства и времени появляются очертания великой небесной крепости, созданной Тем-Кто-Искусен и его усердным учениками – зримое и материальное воплощение чуда, тысячу тысяч циклов хранящее Вечность.

Каждый знает – внутри Небесного Трона находится бесконечный мир, лишенный бед, зла и невзгод, вечная обитель небожителей, когда-то сотворивших великую сферу Единства. Они живут там вечно, наслаждаясь всеми благами и чудесами, которые только возможны. Путь туда открыт – но лишь тем, кто готов воткнуть стигмат себе в запястье и пройти суровым путем Восхождения, в конце пополнив армию великих героев, что ждет своего часа в чертогах Небесного Трона.

Тысячи тысяч достойных уходят служить Вечности – и каждый надеется, что ему найдется место в вечных королевствах Небесного Трона. Каждый из них знает, что он встретит за вратами Вечности своих родичей и друзей, ушедших раньше, а дети – найдут его, если пойдут по тропе Восхождения… Тысячи дорог и новых испытаний ждут каждого после окончания земной жизни. И потому все Восходящие ценят Славу – ибо лишь она останется с героем в начале нового пути.

Путь к подножию Небесного Трона начинается в Храме Вечности, куда приносят стигматы павших. Норны, служащие Храму, очищают гвозди, извлекая из них Звездную Кровь и Руны, и переносят души Восходящих в Чертоги Ожидания и Встреч, обитель-чистилище, которую должны пройти все, идущие в Вечность. Пока души Восходящих находятся там – избранные обитатели Единства могут говорить с ними, находясь в Саркофагах Бесконечного Сна. Этой привилегией наделены риксы и фламины, а также те, кто только втыкает гвоздь в запястье и впервые вступает в Чертог Встреч, знакомясь с Вечностью.

Но стоит Восходящим пройти испытания и шагнуть за порог привратных Чертогов, они больше не могут вернуться… разве что в момент великой нужды, когда врата Небесного Трона открываются, чтобы выпустить золотую армию героев.

Говорят, прежде такое случалось.

Впервые – когда Тот-Кто-Забыт выпил животворное солнце и впустил в Единство Тварей Извне, силясь одолеть Небесный Трон. Но был повергнут и разорван сам, а его легионы и союзники сгорели, как сухие листья в лесном пожаре – которым стало небесное воинство, пришедшее из Вечности. Сама память о них навсегда стерта, чтобы никто не смог снова пройти черными путями.

Второй раз врата Небесного Трона отворились, когда тысяча демонов взяла власть в тысяче Кругов. Единство полыхало, исходя реками крови и слез, ибо яростные дети Забытого покушались на саму вечную жизнь, стремясь завладеть душами всех Восходящих Единства. И вновь они были побеждены, раздавлены, как ядовитые ползуны, бессильно кусающие золотой сапог Вечности.

Все знают, что может наступить и третий раз, ибо терпение Небесного Трона велико, но не бесконечно…

И тогда горе тем, кто осмелился бросить вызов хранителям мироздания.

Ибо вставших на след Псов Вечности – не остановить.

Глава 1

Что делать с секретом Миноса, я решительно не представлял.

Очевидно, под фригольдом находились отражения тех, кто в свое время пленил Белого Дьявола, – Восходящих чуть ли не небесного ранга, которых мой вселенец называл странным словом Преображающие. Что они преображали, я понятия не имел, но злой факт заключался в том, что разрушенный аванпост некогда принадлежал кел Вечности. Эта троица оставила тут «заряженные» клоны – возможно, после той самой битвы. Звездной Крови и Рун в них, скорее всего, не было – эти субстанции свободно перемещались между двумя мирами, а вот мощнейшие Предметы – снаряжение и оружие Преображающих – явно не были декорацией. Это тоже не укладывалось в голову – лично я бы забрал все имущество в Вечность или спрятал, но псы Вечности явно не тревожились за сохранность своих вещей. Это означало, что лезть в поле остановленного времени – и тем более пытаться извлечь их отражения из Саркофагов – крайне опасная затея!

Эта троица способна стереть весь наш фригольд одним движением мизинца…

С другой стороны, разрушение аванпоста прежними искателями не вызывало никаких санкций – хотя, может, потому, что они просто не добрались до самого ценного? Это внушало некоторую надежду – Азимандия, по ее словам, смогла оборвать нити между своим Доменом и Вечностью, лишив родственников возможности прийти в гости, значит, теоретически возможен обрыв связующей нити и этих Саркофагов… Доктор Матиас, увидев, как я манипулирую с механизмами Вечности в Серебряном Замке, полагал, что я смогу каким-то образом помочь и здесь – но, увы, я оказался бессилен.

Поле Остановленного Времени – мощная стазисная ловушка, надежно прикрывало нижний этаж с Саркофагами, и отключить его снаружи не представлялось возможным. Управляющий контур находился внутри, а до этого любой живой или мертвый предмет застывал на границе. Абсолютно непроницаемая штука, потому что каким-то образом воздействовала не только на пространство, но и на время. С темпоральными аномалиями земная наука была знакома лишь на теоретическом уровне, и Минос упомянул, что они каким-то образом связаны с загадочной А-физикой, изучающей природу не менее загадочной А-энергии, которая, в свою очередь, лежала в основе всех рунных «технологий» Народа Кел. К счастью, в Домене имелись подобные механизмы – столбы, где Азимандия держала пленников, а также сами Саркофаги, так что шанс разобраться у нас был. Но прежде, чем приступить к полноценному исследованию, требовалось вытащить кристалл-сферу Домена в безопасное место.

Более простой способ – спросить того, кто точно знает. Белый Дьявол должен быть осведомлен о подобного рода защите – да и информация о старых знакомых наверняка заинтересовала бы вселенца. Но я помнил тень его закипающего гнева при старых воспоминаниях – и думалось, что даже Один из Тысячи может поддаться эмоциям. Он неплохо обучил меня – и теперь Сигурд Морозов понимал, что эта тайна – могучее оружие, которое можно использовать… или продать в нужный момент. Белый Дьявол тоже не спешил делиться своими секретами – и теперь у меня был ключик к этому замку. Тайна взамен тайны – и у меня их имелось целых две, о Великом Черве и Псах Вечности…

Как бы там ни было, он не отвечал на мои вызовы, и оставалось только гадать, чем таким занят Один из Тысячи. Рано или поздно, если он жив, мы все равно поговорим…

А пока мы под гул импеллеров выгружали из «Грифона» людей и оборудование на удаленной от колонии площадке. Фригольдеры использовали ее для всяких рискованных мероприятий вроде открытия Доменов или испытания новых Рун. Впервые мне ее показал еще Динамит. Опаленный скальный круг, нечто вроде огромной – метров пятьсот в диаметре – арены, расположенной неподалеку от тропы к Змеиному Каньону. Со всех сторон этот полигон прикрывали отвесные скалы, а внутрь вел единственный проход, замурованной мощной гермодверью. Пугающие шрамы на площадке – оплавленная, пошедшая волнами поверхность и камни, похожие на куски воска, долго пролежавшие на солнце, – напоминали, что рунные эксперименты бывают смертельно опасны.

Тем не менее они необходимы – и сегодня наш ученый собирался впервые призвать Скрипторум Некролита.

Это Существо, судя по описанию, было разумным созданием, и для общения с ним мог потребоваться человек, знающий не только Единый, но и наречие Кел. А такими Навыками во фригольде могли похвастаться лишь двое – я и Винсент Кассиди. Минос, по его словам, тоже получил подобный Навык, изучая древние надписи, однако две звезды в дереве – не совсем то, что поможет объяснить сложные вещи. А вот где Язык Кел обрел наш рикc – вопрос интересный… Впрочем, Кассиди был занят, поэтому выбора у доктора Матиаса, собственно, не оставалось.

К вызову наш фламин подготовился серьезно.

Мои люди вместе с его командой, чертыхаясь, вытаскивали и устанавливали оборудование – барьерные щиты и стационарный малый Купол, – подключая все это к автономному источнику питания. Судя по конфигурации, Минос пытался создать нечто вроде двойной клетки силовых полей в центре полигона, внешней и внутренней. Подозрительные приготовления, учитывая, что нас прикрывало два полноценных копья – мое и люди самого Миноса, – а также в операции принимала участие Вероника Максвелл. Вероятно, на случай, если понадобится сильный ментал. На мой взгляд – чрезмерные предосторожности, однако ученый лишь покачал головой:

– Это золото, Сигурд! Ты когда-нибудь имел дело с золотыми Существами?

– Ну как бы… имел, да, – сказал я, вспомнив Азимандию. – Существа ведь обычно безопасны для хозяина Руны, они должны подчиняться ему.

– Далеко не всегда, – не согласился Минос. – Бывают Существа дикие, неуправляемые или безумные, заключенные в Руны против их воли или просто созданные как ловушки, понимаешь? Мы не знаем, что такое этот Скрипторум. Разумное некротическое существо, да, но какова его природа, цели, предел сил? Что, если он одним фактом своего появления может навредить, пусть даже непреднамеренно? Мы не можем рисковать жизнями людей.

Возможно, он был прав – опыта работа с Рунами у нашего фламина все равно было побольше. По идее, в Руну можно запихнуть кого угодно, с любыми установками – просто мне пока встречались в основном дружелюбные и управляемые Существа. Но существовали и другие – достаточно вспомнить дикого карха-переростка, что выпускала из своей Скрижали мисс Максвелл. По-моему, она сама его боялась и совершенно не контролировала…

– Какова моя задача? – спросил я ученого.

– Помочь установить контакт, если все пойдет нормально, – сказал Минос. – Если же нет… и начнутся эксцессы, то сдерживание и эвакуация.

– Но ведь можно просто отозвать Руну.

– Руну – да! А вот призванных ею или созданные эффекты – не всегда, – нахмурился Минос. – Что, если это Существо начнет открывать свои Порталы или призовет свору духов? Это же золото, амиго! Оно сильнее нас всех вместе взятых!

– Не нагнетай, Матиас! – вмешалась Вероника. – Думаю, все пройдет штатно. Давайте уже начинать.

Мисс Максвелл давно не рикс, даже прическу сменила, а командные повадки остались прежними. Но она была права, к чему затягивать простейшее, в принципе, дело? Мои ребята, как и люди Матиаса, заняли места за периметром, оставив у созданного круга в центре только нас: меня, Миноса и Веронику. Фьюри вообще сидела в «Грифоне», готовая в любой момент поднять аппарат в воздух.

– Милли, проверь щиты, – прошептал Минос в вокс-канал, открывая свою Скрижаль. Сегодня земной ученый вновь выглядел как всамделишный волшебник – в походном плаще и коричневой «Анаконде», с цепью из золотых Ночниц и копьеобразным разрывателем Кел вместо посоха, а когда он выпустил свой светящийся Рой, принявший форму зеленоватого шара, впечатление только усилилось. Я не нервничал, но на всякий случай приготовился активировать Руны – действительно, мало ли что…

– Готовность номер один, – сказал Минос, когда щиты вспыхнули, отгородив нас размытой преградой от главной клетки – полусферического Купола, защитного поля, размеры которого сейчас регулировала Миллисент Симмонс, подбирая необходимый радиус. Такие силовые конструкции использовались на Земле как в военных, так и в гражданских целях – например, в айленд-городах в штормовых районах, хотя впервые были разработаны учеными Либеро Марсо как защитные Купола над республиканскими колониями. Наверное, Толя Грохот мог бы рассказать, сколько усилий ушло у Звездного Флота, чтобы проломить эту защиту. Здесь генератор Купола был мобильным, рассчитанным на группу людей, но энергии он все равно жрал как не в себя, потому и требовал батарейку размером с мегакриптор…

– Три, два, один… Выпускаю!

Золотая Руна, брошенная Матиасом, обернулась клубом черного дыма – или энергетической субстанции, похожей на него. Она начала неуловимо меняться – и вновь включенный Купол заключил призванное Существо в непроницаемую полусферу. Насколько мы знали, даже бесплотные создания не могут выбраться из полностью запечатанного пространства – им нужна малейшая, но щель, что подтверждает теорию, что призраки тоже состоят из материи, только другого рода…

Черный туман медленно сложился в странный темный силуэт, высокий и стройный, с колеблющимися очертаниями – будто закутанный в призрачный балахон дыма и теней. Я вдруг понял, что он неуловимо напоминает кел, хотя то, что заменяло Скрипторуму лицо, оставалось пустой маской, похожей на череп с темными провалами глазниц.

Не очень приятный облик…

Шипящий выдох. Я вдруг ощутил ледяной холод в груди и увидел, как Вероника тоже инстинктивно прикладывает руку к сердцу – Существо, появившись, пронзило нас всех своей ментальной аурой. Мы все будто шагнули в древний могильный склеп, в глубине которого притаилась неведомая жуть.

Холодное дыхание смерти. Ужас прикосновения чуждого. И невероятная древность. Нечто подобное я испытывал при появлении Морвены – но аура Скрипторума была гораздо мощнее!

– Вы призвали меня… Кто вы, смертные?

Он говорил на древнем наречии Кел, которое понимал здесь только я. Каждый звук отдавался как зловещий шепот из самой бездны. Поймав вопросительный взгляд Миноса, я преодолел бессознательный страх и ответил на том же языке:

– Мы те, кто по воле Наблюдателя теперь владеет твоей Руной. Кто ты?

Зеленоватые огоньки вспыхнули внутри призрачного черепа, обратились на меня – и впервые показалось, что мы стоим слишком близко. Жутковатое Существо – а физически ощутимая аура ужаса только усиливала это чувство.

– Я Скрипторум древнего Некролита, Восходящий. Ты смеешь задавать вопросы тому, кто видел рождение и смерть Единых…

– Что он говорит, Сигурд?

Я криво усмехнулся – пафос и архаичные обороты мгновенно напомнили о Белом Дьяволе. В воксе перевел сказанное – и задал продиктованный вопрос:

– Говоришь ли ты на других языках? На Едином?

Это Существо даровано в качестве награды Наблюдателя – значит, оно должно повиноваться нам. А словесная мишура – любимое занятие кел, не стоит обращать особого внимания на манеру его речи…

– Мне ведомы сотни языков, от тех, которыми шепчут тени, до тех, чьими голосами поют ветра. И презренное наречие низших и торговцев – тоже…

– Тогда говори на нем, – сказал я и перешел на глобиш: – Минос, он понимает Единый.

– Спасибо, Сигурд, – кивнул ученый и с некоторым трудом, словно преодолевая волнение, обратился к призрачной фигуре: – Приветствую тебя… Скрипторум Некролита. Расскажи, что это означает?

– Я хранитель скрипторий мудрости древнего Некролита, – от жуткого шепота шел мороз по коже, потому что артикуляция Существа была совершенно нечеловеческой. – Я владею тайнами и искусством древних Восходящих, что создали Некролит, где смерть переплетается с вечностью…

– Некролит – что это? Где это?

– Ты не поймешь, ибо твой разум так же хрупок, как и твоя плоть. Некролит – великое место, хранящее мудрость искусства Некротики. Сотни раз он был разрушен и сотни раз возрождался снова, ибо плоть преходяща, но знания вечны. И я их хранитель…

– Скажи, древний хранитель… – Минос набрал побольше воздуха. – Можешь ли ты поделиться с нами этими знаниями?

– С вами, смертные? – Скрипторум как будто присмотрелся к нам, и в моей груди налился ледяной камень, а Вероника судорожно вздохнула. Ее глаза засияли Звездной Кровью, она явно пыталась использовать свои ментальные способности, чтобы противостоять – или заглянуть внутрь этого существа. На вокс-канале прозвучал ее голос:

– Его сознание и давление… это не просто дух. Это бездна! Минос, он должен прекратить… это может быть опасно!

Скрипторум тихо и жутковато рассмеялся, а его ответ был исполнен холодного презрения:

– Ваши слабые мысли не силах постичь то, что я хранил тысячи циклов. Смертные, вы желаете познать то, что познать не силах. Я могу лишь показать вам вашу смерть…

Он шевельнулся, от призрачного силуэта стрельнули зеленые энергетические молнии, расплывшись по внутренней сфере Купола.

– Внимание, неопознанное энергетические воздействие, – на канале прозвучал тревожный доклад Милли. – Фиксирую А-излучение, фон растет! Купол теряет мощность… примерно тридцать процентов…

Дьявольщина! Скрипторум будто пробовал его на прочность – и мне стало ясно, что предосторожности Миноса оказались вовсе не напрасны. Это Существо было разумно – и оно, кажется, пыталось вырваться на свободу!

– Приказываю – остановись! – приказал Минос, открывая Скрижаль. – Прекрати все попытки воздействия на нас и наши предметы!

Скрипторум замер, словно переваривая. Зеленые молнии исчезли, а затем мы вновь услышали равнодушный, но при этом презрительный шепот, звучащий как будто одновременно в разуме и ушах:

– Смерть не враг, как ты думаешь. Она мудрый учитель, и те, кто ее отвергают, погибнут в неведении…

– Мы вызвали тебя не для того, чтобы становиться твоими жертвами! – ответил Минос. – Прекрати воздействовать на нас всем, что может причинить прямой или косвенный вред!

– Тогда отзови мою Руну, смертный. И больше не беспокой меня. Мои тайны смертельны для таких как вы…

Но, несмотря на словесную мишуру, фактически он подчинился. Зеленые молнии исчезли, тяжесть в груди отступила, а Милли сообщила о падении А-фона внутри Купола. Это означало, что призванное Существо вполне себе способно понимать и выполнять прямые команды. Доктор Матиас тоже это прекрасно понял, это стало ясно по его следующим вопросам.

– Приказываю тебе говорить правду… Ты хранишь тайны Некролита. Ты можешь открыть их нам?

– Тайны древнего Некролита… – Скрипторум вдруг вытянул руку, и вокруг нее заклубилась тьма, складываясь в призрачные подобие свитков и фолиантов, покрытых причудливыми письменами. – Они не для вас. Вы слишком слабы, чтобы выдержать их тяжесть…

– Подожди, Минос, я, кажется, поняла… – Вероника тряхнула рыжими кудрями. – Скрипторум… ты говоришь, что мы слабы. А каким требованиям должны… соответствовать те, кто… эээ… сможет выдержать твои тайны?

– Ответ лежит там, где будут лежать твои кости, смертная… Услышать шепот смерти может лишь тот, кто имеет уши…

– Нужен кто-то с Атрибутами Некротики, верно? Сколько звезд?

– Я говорю лишь с теми, кто пойдет тропами Смерти, – ответил Скрипторум бесстрастно. – Ваша хрупкость недостойна моих знаний…

– Так и есть. Есть лишняя серебряная звезда, Минос? – усмехнулась Вероника.

– Ради науки я готов заплатить эту цену, – пробормотал Минос.

Мелькнула его Скрижаль – и стало понятно, что ученый решил вложить звезду в серебряный Атрибут Некротики. Потому что призванное Существо явно не желало сотрудничать с теми, кто им не обладал. Откровенно говоря, во фригольде вообще не было таких – может, Винс или Эйрик, однако Скрипторума выпросил Минос, значит, ему и расхлебывать…

Скрипторум снова зловеще засмеялся, пространство вокруг него заколебалось, а глаза вспыхнули намного ярче.

– Так тому и быть, Восходящий. Все дороги ведут к смерти, это не выбор, это – судьба. Я подарю тебе тайны Некролита, но за каждый шаг придется заплатить свою цену…

– Для начала мне нужны ответы, – сказал Минос. – Кто тебя создал и зачем?

– Я, мы, все Скрипторумы – сотворены великими Восходящими, чьи имена скрыты и забыты. Мы вечные хранители знаний Некролита, что не должны быть утрачены.

– Значит, ты не один такой? Таких Рун много?

– Нет, я не единственный. Нас много, рассеянных по октагонам Единства и… Вечности. И все Скрипторумы едины в своем предназначении – защищать и передавать знания тем, кто способен вынести их тяжесть. Но не каждый сможет найти нас, и лишь немногие осмелятся воспользоваться тем, что мы храним.

– Чего ты хочешь? Какова твоя цель?

– Я не имею желаний, как вы их понимаете. Мое предназначение: защищать великие тайны Некролита. Хранить и передавать темную мудрость достойным. Помогать тем, кто идет по тропе искусства Смерти.

– Значит, ты учитель? Наставник?

– Учитель… наставник… Я хранитель, что стоит на пороге между мирами. Я не веду за руку, как учитель смертных, я открываю врата в бездну. Те, кто осмелится заглянуть в нее, найдут там знания. Но что они извлекут из этой бездны – зависит не от меня, а от их собственной силы.

– Будешь ли ты служить нашему Народу?

– Я служу только одной цели – сохранению древних знаний. Если ваш Народ докажет, что достоин этой силы, он сможет ее получить…

– Способен ли ты лгать или причинять вред в своих тайных целях?

Скрипторум снова засмеялся – с явной ноткой холодного презрения.

– Желай я обмануть или убить тебя, это было бы несложно. Сама жизнь обманчива. Она дарит надежду лишь для того, чтобы отнять ее в момент твоей слабости. Но смерть честна. Она приходит за всеми, и с ней нельзя спорить. Мне нет нужды лгать вам – но великие тайны Некролита узнают лишь те, кто способен выдержать их тяжесть…

– Хорошо, – сказал Минос. – Теперь расскажи, что именно ты умеешь.

– Ты стремишься к познанию, но знание вечно, а ты… нет, – прошептал Скрипторум. – Однако то, что я дарую, пройдет сквозь время. Главный мой дар – темная мудрость Некролита. Готов ли ты принять ее, Восходящий? Иди… и возьми…

Над его рукой закружился хоровод призрачных Рун. Я прищурился – Истинный Взор определил, что это действительно нечто, похожее на настоящие Руны. Но это могла быть и ловушка этого странного Существа!

– Милли, отключи Купол, – приказал Минос на вокс-канале.

– Матиас… – предупредила Вероника. – Это может быть опасно, он играет с нами!

– Похоже, это что-то вроде испытания. Я готов рискнуть. Сигурд, прикрывай, если что…

Легко сказать! Как показала схватка с Пожирателем, ничего особенно действенного против золотых призраков в моем Арсенале не было – разве что Временная Петля. Оставалось надеяться, что обойдется без эксцессов.

Купол погас. Минос вышел из-за барьерного щита и пошел к застывшему Скрипторуму. Когда приблизился, оказалось, что Существо в полтора раза выше человека и нависает над ним, подобно огромной тени. Немалое мужество требовалось доктору Матиасу, чтобы просто стоять перед этим жутковатым созданием.

– Я чувствую дрожь твоего сердца, Восходящий, – пронзительный шепот Скрипторума был хорошо слышен нам всем. – Страх – это тень, что следует за вами всю жизнь. Ты ищешь знания, но что ты боишься потерять? Свою душу… или свое ничтожное существование?

– Я не боюсь. Я готов принять твои дары, – сказал ученый, глядя в зеленые огоньки призрачных глазниц.

– Даров не бывает без жертв, – прошипел Скрипторум. – Принеси их, Восходящий, и получишь в обмен темную мудрость.

– Каких же жертв ты хочешь?

– Пустые Руны и Кровь. Я наполню их знаниями Некролита, тяжесть которых ты выдержишь, – и передам тебе.

Мне все это ужасно не нравилось – и само Существо, и манера его разговора, и то, что он предлагал какой-то странный обмен. Но Минос открыл Скрижаль и выбросил из нее нулевую бронзовую Руну, которую я опознал по форме глифа, а затем – малую Звезду, содержащую несколько капель Звездной Крови.

Слуга Некролита жадно втянул Кровь, а к Руне прикоснулся чем-то вроде кончика когтистого пальца – длинного, как у настоящего кел. Руна засияла, наливаясь мертвенно-зеленым, и неуловимо изменила форму – на наших глазах произошел акт рунного искусства.

– Не бойся прикоснуться ко тьме. Страх тебя погубит, если ты позволишь ему управлять тобой…

Минос смахнул новую Руну себе в Скрижаль и на мгновение замер. Затем он произнес:

– Благодарю. Есть ли у тебя еще дары… в обмен на жертвы?

– Хочешь научится управлять Смертью? Что ж… я могу дать тебе еще многое…

Ритуал обмена повторился – Существо снова забрало Кровь и изменило еще две пустые бронзовые Руны.

– Что там, Минос?

– Два бронзовых Навыка и Заклинание. Глаза Мертвых, Шепот Мертвых, Поглощение Боли. Ранее не встречались, очень интересные! – Минос, судя по тону, был в хорошем смысле взбудоражен. – Сигурд, ты был прав! Это бесценное Существо!

– Можешь ли ты… дать больше?

– Я лишь приоткрыл тебе дверь на тропу Смерти, Восходящий. Следующий мой дар будет лучше, но тебе нужно сделать новый шаг. И снова ответить мне на дары жертвами.

– Значит, ты… способен создавать Руны?

– Лишь в той мере, чтобы переливать темную мудрость в новые сосуды, – прошептал Скрипторум. – Что еще ты хочешь знать?

– Это ведь не единственная твоя способность. Ты сказал, что знаешь сотни языков. Можешь ли ты переводить или расшифровывать древние тексты и надписи?

– Даже те, что написаны на давно забытых языках. И я могу раскрывать тайны, что хранят Предметы, Руны или Реликты. И наделять их силой Некролита…

– Отлично. Что еще ты умеешь?

– Призывать духов и говорить с ними. Поднимать и удерживать мертвых. Проводить ритуалы, вселяющие души в Предметы. Но помни, что все требует даров. И чем дальше ты пойдешь по этому пути, тем ближе станешь к Смерти. Мудрость Некролита требует жертв…

Вот так, благодаря смелости Миноса, диалог удалось наладить. Мы еще долго говорили с этим странным Существом, пытаясь в дебрях словоблудия, что он плел, отыскать жемчужины смысла. И к концу срока вызова стало понятно, что Скрипторум – нечто вроде архивариуса таинственного Некролита, но делиться его секретами он готов только с Восходящими, развивающими искусство Некротики. Очень «специализированная» Руна-Существо – он мог переводить древние тексты, наполнять пустые Руны некротическими Навыками, создавать артефакты с эффектами стихии Смерти и обучать Восходящих своим секретам, но за каждое действие требовал «жертв» – на данном этапе Руны и Кровь, правда я подозревал, что дальше потребуются совсем другие, возможно, неприемлемые для нас «дары». Некротика, управляющая стихией Смерти, – крайне неприятный Атрибут; по сути, он делал реальным то, что приписывали сказочным некромантам, и я видел результаты этого неприятного процесса. Духи Морвены и она сама, а также реаниматы, что поднимал Пожиратель, – все это Некротика. В реальности – тошнотворное занятие, а если подумать, куда могла завести эта дорожка, становилось жутковато…

Однако доктор Матиас был преисполнен научного рвения, и его можно было понять – Скрипторум представлял собой кладезь знаний и живой станок по производству уникальных Рун. В том числе – Навыков, но секретом их создания Существо делиться отказалось, презрительно ответив, что он передает тайны Некролита, а не обучает Рунному Искусству. Также крайне интересными были его способности к созданию артефактов и манипуляциям с духами – поэтому я был уверен, что Минос не слезет с живого Скрипторума, пока не выяснит все нюансы.

У меня же были другие заботы – помимо организации экспедиции в Домен, следующим вечером пробудился Говорящий Камень…

Глава 2

Вызов застал меня врасплох, после ужина, в коридоре фригольда по дороге к своему отсеку. Говорящий Камень завибрировал в нагрудном кармане – и я резко остановился и выпустил теплую ладонь Травинки.

– Иди домой, я скоро вернусь.

– Что случилось? Ты куда, Сигурд? – удивилась Травинка.

– Вспомнил, что нужно кое с кем поговорить.

Я ответил уклончиво, потому что наши переговоры, как и саму возможность связи с Белым Дьяволом, не стоило особо афишировать. К счастью, Травинка была понятливой – а может, просто не показала виду – и послушно отправилась в наше жилище. А я быстро выскочил наружу, отыскал укромный уголок, активировал Сферу Тишины и, вытащив Говорящий Камень, поднес его к уху.

– Сигурд на связи. Прием!

– Хейр… приветствую тебя.

В этом голосе не осталось ничего от Марка Кассиди. И хоть тембр и не был привычен, я мгновенно узнал его – ибо тысячи раз слышал эти нотки, этот тон в своей голове. Такое невозможно забыть, как и перепутать.

– И я приветствую тебя… Подобный Пламени, – ответил я, чуть помедлив. Разговор с помощью связь-камней напоминал древний звуковой вокс, бывший на Земле в ходу до того, как изобрели способ мнемонической трансляции во внутреннее ухо. Его и сейчас дублировали в некоторых системах, но пользовались немногие, – и было забавно видеть, что сказочные технологии Кел уступают обычной земной связи. Хотя почему уступают? Наш вокс требовал ретрансляторов и спутниковой сети и даже сейчас не добивал, допустим, до Колонии Альфа, покрывая лишь крошечную область фригольда, а мой бывший вселенец вполне мог находиться на другом конце Единства… – Надеюсь, с тобой все хорошо. Как поживает твое новое тело?

– Оно… со мной. И уже опалено огнем нового Восхождения. А улыбается ли Незримый тебе, хейр?

– Я тоже жив. И я уже не хейр. Теперь у меня новый Титул.

– Значит, мое знание дало нужные всходы, – ответил Белый Дьявол безо всякого удивления. – Если Дикая Охота сделала тебя риксом, Восходящий, то наша цель стала ближе. Но вряд ли тот, кто вернулся из Домена, уступил тебе Титул…

– Я всего лишь танаан, – ответил я, чуть улыбнувшись.

– Это достойно. Я благодарю тебя за дары, что ты оставил мне в Домене. Раз мы говорим сейчас, ты нашел ответные…

Слушая его пафосные речи, столь раздражающе знакомые, я поймал себя на том, что улыбаюсь. Неожиданно осознал, что соскучился по тем временам, когда мы были одним целым. Да, то сосуществование было непростым испытанием, но как многое оно мне дало! И мне, и всем землянам…

– Да… благодарю, что ты освободил Дев.

– Прими их в свой Народ или укажи путь, какой сочтешь верным, – ответил он. – И другие пленники Домена тоже принадлежат твоему Народу. Освободи их!

– Ты видел мою Сагу и принял… мои дары, – я не стал предъявлять претензии с исчезновением рунных ресурсов, ибо это было бессмысленно, – но не оставил мне ответов. Можешь ли ты рассказать, в чем секрет создания Рун-Навыков? И Рун-Порталов? Наши ученые не могут справиться с этим…

– Тут нет тайны, танаан. Это знание доступно всем Кел. И даже младшие Народы владеют им. Я расскажу тебе…

И он рассказал.

Об Эфире, нематериальной сущности призрачного. И о Печатях, что можно творить из него, подобно тому, как из Ядер, Фрагментов и Минералов созидаются Символы и Знаки. А также о Навыках, необходимых, чтобы запечатлеть тень своего Навыка в новой Руне…

Для создания любого вида Рун требовалось несколько ключевых ингредиентов: Руна-пустышка, Символ и Звездная Кровь. В случае создания Руны-Предмета еще требовался непосредственно Предмет, а для Руны-Существа само существо, готовое стать Руной. Я научился создавать короткие Саги – их составляющей была осанна, сформированная с помощью Ментального Искусства, но что является четвертым компонентом для создания Навыка или Заклинания? Вернее, понятно что сам Навык, вот только как «скопировать» его? Мы обсуждали эту тему с Миносом – и ученый сказал, что, если рассматривать Навыки как адаптивную базу данных, создающую новые нейронные связи, для передачи «отдельного пакета информации» необходимо отделить его от общей базы. Как и каким образом – оставалось загадкой…

Доктор Матиас оказался прав. Восходящий, творящий Руну-Навык, становился донором, жертвуя одной звездой своего Навыка для создания Печати – эфирного конструкта, который заключал в себя Навык. Поэтому «скопированный» Навык всегда был начального уровня, однозвездным. Создатель передавал часть себя. Можно было сделать Навык и низшего ранга, например, бронзовый из серебра, но при этом требовалось семь раз отмерить, чтобы не посыпалась собственная линейка Навыков.

Для всего этого использовалось умение обращаться с Эфиром, одним из видов измененной материи, которая являлась и не материей вовсе, а скорее энергетической субстанцией. Подобно Фрагментам и Ядрам, она была неотъемлемой частью Восхождения. Из Эфира состояли призрачные сущности и Аспекты, а навыки обращения с ним открывались сразу в нескольких ветках Атрибутов. В моем случае имело смысл развивать Энергию – и стало ясно, что Белый Дьявол недаром вложил туда нашу первую серебряную звезду.

Экс-вселенец сказал, что у меня есть три пути для получения Эфирных Манипуляций.

Первый – вкладывать Руны Развития в Энергию и надеяться, что Незримый откроет нужный Навык. Сложность заключалась в том, что никто не мог предсказать, на какой звезде это произойдет и произойдет ли вообще.

Второй – дождаться нашей встречи. Азимандия и Морвейн имели этот Навык, и могли поделиться им, однако Белый Дьявол и сам не знал, когда мы увидимся следующий раз.

А третий, самый простой и короткий, вел в Вечность. В Контракции продавались всевозможные Навыки, и там можно было обзавестись нужным, подобно тому, как мы купили Искусство Торговли.

И еще не стоило забывать, что для имплантации Эфирных Манипуляций требовалось иметь как минимум пять звезд в Энергии. Это означало, что мне нужны как минимум четыре серебряных Руны Развития только для того, чтобы соответствовать требованиям.

С Порталами дело обстояло гораздо проще. Все, что нужно, – это Путевой Камень (созданный с помощью Руны Путеводной Звезды), превращенный Рунным Искусством в Печать, содержащую координаты точки, где он откроется. После объяснений Белого Дьявола мне стало мучительно стыдно за своих соплеменников – познав логику Рунного Мастерства, мы были обязаны додуматься до этого сами. К сожалению, пособий «для чайников» система Восхождения не выпускала, а с хорошими наставниками нам не повезло. Говорящая-с-Травами знала этот секрет, но не пожелала поделиться с земной колонией…

А вот копирование Заклинаний, необходимое для создания боевых артефактов, оказалось гораздо более сложным процессом. Потому что нельзя скопировать саму Руну – нужно для начала превратить ее в свой Навык. А большинство Заклинаний требовали нереальных или специфических Атрибутов для имплантации в виде Навыка – и к тому же они становилось слабее, в чем я убедился на собственном опыте. Выходило, что для эффективного создания Заклинаний нужен Восходящий, развивающий серебряные Атрибуты Духа для работы с Заклинаниями и Эфиром – скажем так, маг-артефактор, при этом готовый «переливать» звезды своего Навыка в изделия. Становилось понятно, почему в Единстве таких немного; как и говорил мне вселенец, бронза должна быть закрыта полностью, ибо это база, а с серебра начинается «специализация»…

Мы говорили и об ином.

– Ты забрал то золото, что мы добыли в Вечности, и дал мне драгоценное знание, – сказал я, невольно копируя его манеру речи. – Но и у меня есть для тебя новое знание. Однако ты учил меня, что за все в Единстве нужно платить…

– И ты впитал науку, – в тоне Белого Дьявола мелькнула тень сарказма. – И какую же цену ты назначишь для меня?

– Ты назначишь и заплатишь ее сам. Так и тем, чем сочтешь нужным.

Затем я рассказал ему о нападении Червей на фригольд и том, что увидел в сознании Вершителя. О Саге Наблюдателя и Великом Черве. Это было крайне важной информацией, потому что Белый Дьявол ненадолго замолчал, как будто обдумывая услышанное. Затем он произнес, с необычной интонацией:

– Это и верно достойно небесного подвига. Значит… древнее зло еще не вырвано с корнем. Оно затаилось у костей Единства и спит, залечивает старые раны и копит новые силы. Что ж, танаан, ты совершил великий подвиг и большую глупость, заглянув в дитя Великого Червя. Тебя спасло лишь то, что владыка великого Улья не взглянул в ответ… В следующий раз просто раздави личинку, если встретишь. Не слушай их лживый шепот.

– Что нам делать с ним?

– Готовиться к битве! Ты и твой Народ не убьете Великого Червя и не одолеете его воинство, если не заблестите золотом. Но времени мало – и потому вам нужно найти золотых союзников. Вспомни мои слова, танаан! Отыщи тех землян, что создали Кровь Истока и начали ковать новых бессмертных. Обрети силу и сделай Второй Шаг, чтобы просить помощи у древнего Ордена Истинных. Используй знание о Черве, чтобы привлечь на свою сторону древних охотников… И объедини свой Круг, чтобы защитить юное Древо. В этом я скоро помогу тебе…

– Поможешь? Как именно?

– Ты скоро поймешь… И еще… передай своему риксу, что я могу помочь найти его драконью спутницу в Вечности. Он поймет… и это будет моей ценой и ответным даром, танаан.

Я не совсем понял, о чем он, но не стал настаивать – в случае с моим собеседником это было бесполезно. Была еще одна тайна, которая касалась нас обоих – то, что я увидел в послании Эйрика. Некто из Вечности подстроил нашу встречу, и осколок Единого должен был об этом знать.

– Мне известно об этом, – неожиданно ответил Белый Дьявол, – Кое-кто из Вечности пытается надеть на события свой поводок. Помнишь те слова Хранителя в Храме? Все это звенья одной цепи…

– Кто он, этот небесный Восходящий?

– Один из самых мерзких пауков Вечности! – в голосе вселенца прозвучал неприкрытый гнев, – Хозяин Контракции, хотя сам он предпочитает слово… на вашем дурацком языке это будет «партнер». Ты его видел и даже одаривал. Хитрейший – вот его имя. Я хочу предостеречь тебя, танаан…

– Слушаю.

– Это… большая игра, где мы – фигуры, а он, и другие – игроки, что пытаются сорвать главный куш. Нас никогда не оставят в покое, но они не всесильны. Держи свои глаза открытыми, а Руны – наготове. Не заключай сделок с Контракцией. Не приноси Клятв, о которых потом пожалеешь. Помни – Вечность не едина, у нее много рук, и у них разные хозяева. Знай, что все они тянут их к Истоку – и мы отрубим их все до единой. И прижжем раны, чтобы не выросли новые…

– Я… услышал, – ответил я, – У меня есть еще одна тайна для тебя… о небесных псах, что гнали одного Восходящего. Но я открою ее, когда получу твой ответный дар…

– Опасные тайны ты хранишь, брат по истинной Крови, – после паузы сказал Белый Дьявол. – Но будь по-твоему! Как только я завершу то, что задумал, ты увидишь мои новые дары. И узнаешь их… Вы еще не завладели кристалл-сферой Домена?

– Мы собираемся найти и забрать ее. Что может нас там ждать?

– Только Незримый знает. После Раскола в тех октагонах территория Тьмы, мрак и холод. Но главная опасность – не твари темных земель и создания пустоты, а те, кто знает, где спрятана кристалл-сфера. Берегись их, танаан.

– Кел Вечности?

– Эти жалкие трусливые твари вряд ли снизойдут в темные октагоны из своей золотой клеточки, – я вновь ощутил его ледяную ненависть. – Но у них могут быть длинные руки. Я не смогу тебе помочь с этим, ибо у меня свой путь.

– Куда же он лежит?

– Ты скоро услышишь обо мне, – пообещал Белый Дьявол. – И мы увидимся, если Незримый не вытащит черные камни. Будь осторожен и помни о моих словах.

– Как мне связаться с тобой, если это понадобится срочно? Почему ты так долго не отвечал?

– Я ведь больше не жалкий голос в твоем разуме, – в словах Белого Дьявола мне почудился оттенок гнева. – У меня свое Восхождение и свои испытания. Не жди, что я смогу ответить тебе везде и всегда.

Что ж, этого следовало ожидать – даже находясь в моей голове, он частенько игнорировал вопросы. Глупо было надеяться, что связь-камень станет нашим незримой нитью, где я смогу получать советы…

– Принял. Пусть тебе сопутствует удача, Подобный Пламени.

– Незримый любит Тысячу, танаан. Пусть он посмотрит и на тебя…

Разговор вышел коротким, но очень насыщенным. Он сразу обозначил наши дальнейшие перспективы – кристалл-сфера, Второй Шаг, Колония Альфа. И еще Вечность – теперь, когда мы научимся копировать Навыки, Саркофагами в Домене смогут воспользоваться другие земляне. Но этот клубок стоило начать разматывать с начала…

Сразу после беседы со вселенцем я связался с Миносом, ученый как всегда торчал в своей лаборатории, и я зашел к нему, чтобы поделиться новостями. Доктор Матиас должен был знать о наших новых возможностях, потому что в перспективе они могли перевернуть все! И без него, без использования нашего рунного запаса невозможны никакие дальнейшие изменения.

Эфирные Манипуляции были нам необходимы. С ними я мог не только поделиться с Фьюри Искусством Пилотирования, но и создавать Навыки Рунного Мастерства, Рунной Артефакции, а также, например, Биосенсорики или Суперслуха для передачи другим колонистам. И не только Навыки, но и эфирные Печати для запечатления на артефактах, что открывало совершенно новые возможности. Например, Предметы с эффектом Чуткого Уха для дозорных, которые можно передавать, решили бы огромную проблему…

– Интересно, амиго… – сказал доктор Матиас, задумчиво покачивая головой. – Значит, Эфир… Что конкретно для этого нужно?

– Для начала – несколько серебряных Рун Развития, – сказал я, твердо глядя на него. – Придется вложить их в Атрибут Энергии, чтобы попробовать открыть Навык Эфирных Манипуляций. Если получится, для копии каждого навыка мне будет необходима пустышка соответствующего ранга, а также Руна Развития, чтобы возместить потерянную звезду. Это не говоря о Символах и Звездной Крови.

– Амиго, ты сам знаешь, какая ситуация у нас с Рунами… – задумчиво протянул Минос. – Особенно с серебром.

– Значит, их придется добыть! Я не готов жертвовать своим Восхождением, – жестко ответил я. – Матиас, ты ведь сам все прекрасно понимаешь. И если мы хотим развиваться…

– Я понимаю, амиго, – кивнул Матиас. – Буду говорить с риксом – у него есть возможность торговли с Наблюдателем. Если все получится с Доменом и Скрипторумом – у нас будет много Рун для обмена…

– Главное, чтобы хватило Славы.

– В этот сезон, амиго, с этим не будет проблемы…

Что ж, он был абсолютно прав – Наблюдатель хорошо так насыпал заданий фригольду. Несмотря на победу над Пожирателем и небольшой спад активности тварей Дикой Охоты, проблем в окрестностях хватало. Они не были критичными, и, учитывая пополнение от Иниэсс, которое взяло на себя охрану Ростка, наши копья вполне могли заняться активной добычей Рун, Звездной Крови и Славы.

– Я сам сообщу риксу, – сказал я Миносу на прощание. – Для него тоже есть известие…

Винсент Кассиди на вокс-вызовы не отвечал, а автодверь открыл далеко не сразу. Время было уже позднее, и я решил, что рикс отдыхает, хотя ему это было несвойственно. Тем не менее он открыл мне – и не слишком-то приветливым голосом спросил, недовольно хмурясь:

– Что случилось, Сигурд?

– Я говорил с ним, – сказал я.

Кассиди понял с полуслова и подвинулся, пропуская меня внутрь. Он занял большой двухкомнатный отсек, прежде принадлежавшие фламинике, и неожиданно я увидел внутри на диванчике двух девушек, в которых с удивлением узнал Айхо и Неумеху. В земных комбинезонах они смотрелись совсем иначе и, если бы не необычная форма ушей и скул, вполне могли бы сойти за земных колонисток.

Очень привлекательных колонисток, надо сказать. Не знаю, чем они тут занимались, но Кассиди явно неровно дышал к аборигенкам – Говорящая-с-Травами, та женщина из Народа Трав, теперь эти Восходящие… Впрочем, я вполне мог его понять.

– Девочки, простите. Продолжим… наш урок… завтра, – кашлянул Винсент, обращаясь к ним на Едином. – Идите спать.

– Доброй ночи, Сигурд, – пропела Айхо на глобише, проходя мимо, а Неумеха была явно разочарована и не хотела уходить. Обе девушки так выразительно стреляли глазами в Винсента, что я ощутил даже смутную ревность. Какой бы урок ни преподавал им рикс, он явно пришелся по вкусу обеим сторонам.

С Девами вообще вышло забавно. Как-то так получилось, что Кассиди, один из немногих, знающих Единый Язык, еще в Домене взял их под крыло – лично занимался их адаптацией, успокаивал, улыбался, и надо было видеть, с каким детским вниманием обе Восходящие его слушали. Они были как заново рожденные дети – хвостиком ходили за ним неразлучной парой, взявшись за руки. Это смешно смотрелось со стороны – но теперь мне показалось, что девушки не только ищут якорь в новом мире, но и проявляют к нашему вождю определенный женский интерес.

– Извини, если помешал, – сказал я, когда автодверь закрылась.

– Ничего страшного. Получил важную информацию?

Я кратко сообщил ему о копировании Навыков и требуемых Рунах, и Кассиди недовольно, я бы даже сказал – свирепо нахмурился. Будто ему опять надавили на старую мозоль.

– Я все понимаю, но серебряных Рун у меня нет, – отрезал он жестко. – А если появятся, Сигурд… сам подумай, как отреагируют Восходящие, если я снова отдам их тебе?

Пожалуй, это действительно было проблемой. Мое стремительное Восхождение и так вызывало шепотки за спиной – многие завидовали удаче и Рунам, связывая это с благоволением тестя. Я прекрасно понимал рикса – фригольд не может вкладывать все Руны в одного Восходящего, даже если это имеет смысл, потому что есть много подводных течений, а лидер обязан быть справедливым.

– Если фригольду нужен второй пилот, придется это сделать, рикс, – сказал я. – Я смогу записать Фьюри Навык, пусть даже бронзовый. Но для того, чтобы я смог, – нужно серебро.

– Бронзу мы найдем, а вот серебро придется добывать самим, – сказал Винсент, и я понял, что споры бесполезны. – Не потому, что я не хочу, – у меня его просто нет, доннерветтер! Но у нас есть целый серебряный Домен. Понимаешь, о чем я, Сигурд?

Я усмехнулся – сомнительный подарок, Домен со всем содержимым и так принадлежал мне. Его, конечно, стоило тщательно прошерстить, однако я сомневался, что мы обнаружим много серебряных Рун. Единственный верный вариант – с измененной материей из мертвятника Азимандии. С помощью Скрипторума можно наделать из нее артефактов и Рун, а их продать Наблюдателю… Был и второй верный вариант добычи Рун, но о нем я думал с содроганием.

– Пора вытаскивать пленников из Столбов Безвременья, – продолжил Кассиди.

– Есть и еще один вариант, рикс, – сказал я, – Если у фригольда есть лишние Руны – врата Вечности для меня открыты. Можно провести торговый сеанс…

– Вечность… – Винсент снова нахмурился, – Это не лучший вариант. Предлагаю так – сначала испробовать иные, ну или хотя бы набрать Рун для обмена, а этот оставить на крайний случай!

– Почему?

– Нехорошие предчувствия, – коротко ответил Кассиди.

– Нам все равно придется туда идти. Еще он сказал, что знает, как вернуть твою драконью спутницу.

– Что?! – между сросшихся бровей Кассиди возникла резкая складка, а губы плотно сжались. – Откуда… а, понятно, Азимандия. Руна все еще у нее?!

– Нет. Но он сказал, что может помочь ее вернуть из Вечности.

– Опять Вечность, буря! – Кассиди со свистом втянув воздух; эта идея понравилась ему еще меньше, чем мне. – И ты думаешь, это вообще реально?

– Думаю, реально. Если это действительно важно для тебя, рикс…

– Это важно, буря! – Винсент выпрямился, и я ощутил его волнение. – Это крайне важно, Сигурд…

– Что это за Руна?

– Это… оружие. Древнее и очень могущественное, – произнес Винсент, медленно и осторожно подбирая слова. – Буря, без нее… я бы никогда не стал тем, кто есть. Можно сказать, что она помогала мне так же, как тебе – твой друг.

– Она? Это разумная Руна-Существо?

– Нет. Сигурд, это не моя тайна. Скажу лишь, что я получил ее там же, где стигмат, – ответил рикс сурово. – И не спрашивай больше, доннерветтер! Если ее можно вернуть – мы должны это сделать! Это изменит многое… Что для этого нужно?

– Пока ничего. Он сказал, что поможет ее найти. Нам остается ждать. Но я думаю, что пора самим начать осваивать Вечность. Ты даешь добро на это, рикс?

– Как только вытащим кристалл-сферу и пленников, – кивнул Винсент. – Ты уже составил план операции и список нужного снаряжения?

По правде говоря, у меня пока был готов только план разведывательных мероприятий. Дело предстояло нешуточное – за Стрелой Домена находились темные земли – одна из самых опасных локаций Единства. Там, в невообразимой дали от света Древ, царил мрак и космический холод, а атмосфера, скорее всего, полностью отсутствовала. Мертвые октагоны, заброшенные после превращения солнца в черную дыру, пребывали в запустении бездну времени, и о них ходили жутковатые легенды. Требовалась нешуточная подготовка, чтобы сунуться туда, – ведь даже серебряных Существ Азимандии что-то убивало в тех местах.

И нам предстояло выяснить, что именно…

Глава 3

Знаковое событие – овладение тайной создания Рун-Порталов – прошло тихо и буднично, в обстановке строгой секретности. Ключ просто написал мне в вокс, что они изготовили и испытали первый Портал, привязав его точку выхода в тот самый кратер-полигон, где мы призывали Скрипторум. Все работало точно так, как описывал Белый Дьявол, и теперь в распоряжении земной колонии имелась возможность всегда открыть дверь «домой». Это здорово сокращало время дальних рейдов и позволяло почти мгновенно перемещать ценные грузы, например, с места падения капсул, прямо во фригольд.

Насколько я знал, на нашем плато в районе пещер началось строительство изолированного бокса-приемника, куда предполагалось привязывать возвратные Порталы – еще один будущий пост, Седьмой, который всегда будет усиленно охраняться, ибо эти Руны – палка о двух концах. Нельзя исключать, что они могут попасть в чужие руки, так же как – что следом за колонистами могут пройти совсем недружелюбные гости. Поэтому задача перед инженерами стояла непростая – нужно было совместить легкость доступа и возможность полностью заблокировать проход на случай эксцесса.

Меня все это больше волновало в контексте предстоящей операции. Второй Портал, изготовленный Миносом, мы открыли уже из Домена, предварительно отключив блокировку переносов с помощью управляющей Руны. Сделано это было, чтобы не раскрывать всем участникам экспедиции происхождение Домена, а также для того, чтобы протащить людей и оборудование в товарном количестве. Сработало на отлично – и вскоре через горящий овал прошла сначала команда Миноса, а потом и моя группа.

Надо ли говорить, как были изумлены ребята новым заданием? Они только успевали вертеть головами, поражаясь чудесам Домена. Да, многие уже побывали на Острове Трав, но Серебряный Замок – совсем другое дело…

– Копать-хоронить! – высказался за всех Толя Грохот. – На отдых нас сюда определяют? Ведь на отдых, командир? Бассейны, на! Цветочки!

– А запах… – поддержал его Инь. – Аж голова кружится.

Да, Домен, даже неухоженный, показался землянам райским местечком. Еще бы – гедонисты-Кел знали толк в красоте и комфорте. Благоухали купели, тихо звенели серебряные талоры, на небесах сиял розовый узор неизвестных галактик. Но я знал, что вскоре ребята привыкнут, как это уже случилось со мной.

Группа Миноса тоже осматривалась, но совсем с другим, скорее научно-исследовательским интересом. Со многими ребятами из его копья я был хорошо знаком ранее – как с Томом-Ключом или Милли Симмонс, – но Матиас взял с собой и других, крайне примечательных персонажей.

Например, Эндрю «Зверолов» Мэйпл. Биолог, исследователь и авантюрист, один из составителей Справочника Колониста. Натуралист, глубже всех изучивший флору и фауну Единства – причем не в лаборатории, а в поле. Абсолютно «безбашенный яйцеголовый», как выразился про него Толя Грохот, плотно познакомившийся с ученым во время одного из рейдов. Слегка чудаковатый Эндрю тоже был Восходящим, и его экспедиции по поиску разнообразных животных заслуживали отдельного приключенческого романа.

Исла ван Рейн – историк, лингвист, преподаватель, специалист в области археологии и артефактов древних культур. Хрупкая старушка с железным характером – главная в учебно-воспитательном крыле фригольда, том самом, что обучал детишек земным знаниям. Ее, по моим наблюдениям, даже суровые рейдеры-Восходящие осторожно обходили стороной. Под стать ей – тоже немолодой Габриэль Савиньян, говорят, блестящий ученый из Мира-Кольца, приложивший руку к разработке энергетических технологий последнего поколения. Ну и молодежь на подхвате тоже присутствовала – двое парней, Ричард и Энрико, уже из нового поколения волчат, что впитывали мудрость предков. Их, естественно, отобрали не просто так – Минос понимал, что капсулы не будут падать бесконечно, и готовил смену из наиболее одаренных детей фригольда.

Кроме людей, в научно-исследовательской группе было два синтетика. Андроиды падали вместе с экспертами, поэтому особой редкостью не были – в «Небе», я знал это, трудилось около двух десятков, от тормозящего уборщика Ди-Би, в просторечии «Дебилушка», вечного объекта детских шуток, до специализированных моделей, занятых на производстве и в лабораториях. Но главным сюрпризом оказалось не это, а включение в команду Миноса двух аборигенов из числа бывших пленников Кнута.

Грязекопы. Те самые существа, что нашли и выкопали Небесный Ястреб. Я знал, что нескольких привезли из Шторма, а так как в сезон Дикой Охоты уходить было некуда, они остались в колонии. Но… зачем они здесь?

– Я все согласовал с Винсентом, Сигурд, – попытался успокоить меня Матиас. – Видишь ли, амиго… у этой расы нечто вроде нюха на древние артефакты. Врожденная особенность. Не говоря уже о том, что знаний о реликтах цивилизации Кел у них тоже гораздо больше нашего. И вообще… Знаешь, я долго общался с Дилмасом, он очень интересные вещи рассказывал! С ходу разобрался в нашей технике! Считаю, что диггеры могут быть очень полезны.

– Чем?

– Понимаешь, это идеальные археологи. Как будто спроектированы для такой работы, только не природой, а сам знаешь кем, амиго, – Минос поднял палец вверх. – Я планирую запустить их… в этот мертвятник. Рыть, копать – это их жизнь, их предназначение.

– Откуда они вообще взялись, эти грязекопы? Живут в нашем Круге? Не видел их на тинге, – несколько раздраженно поинтересовался я, хотя резоны Миноса теперь были понятны. – Или пришли из какого-то другого места?

– О, это интересно. Видишь ли, это бродячий Народ. У них нет дома или родного Круга. Дилмас говорит, что таборы диггеров – они называют их «тарг» или «хорд» – странствуют по всему Единству в поисках артефактов, подолгу задерживаясь только в местах больших раскопок. Как я понимаю, это нечто вроде инстинкта. Конкретно их отряд пришел по глубинным горизонтам – это ходы в недрах подземной мегаструктуры, которая, как я думаю, является каркасом Единства.

– Там можно свободно перемещаться? – удивился я.

– Тоже стало интересно? Не всегда и не везде, но возможно, – улыбнулся Минос. – Диггеры знают входы и безопасные маршруты. В том числе поэтому они нам и нужны. Это важная информация…

– Пожалуй, ты прав.

– И чтобы ты не беспокоился о секретности, они уже от нас никуда не убегут, – добил меня ученый. – Их тарг уничтожен, они бесправные изгои. Диггеры принесли клятву, и Винсент принял их в наш Народ. Пусть помогают…

Аборигенов было двое. Морщинистый Дилмас – настоящий старый крыс, не слишком приятный на вид, – и молоденькая Эри – отмытую, ее сзади можно было перепутать с земной девушкой, да и мордашка издалека казалась вполне миловидной, вот только огромные полупрозрачные уши-локаторы, крохотный нос и крысиный хвост, который диггерша стыдливо прятала под земным комбинезоном, сразу отрезвляли. Не слишком симпатичные создания, скорее наоборот – и при их виде я на подсознательном уровне испытывал брезгливость и отвращение. Не могу сказать, что решение Винсента пришлось мне по духу. Но, наверное, оно было мудрым – земной колонии сейчас необходимы рабочие руки, даже такие.

А вот наш отряд был неполным – Фьюри пришлось оставить «дома». Она уже могла самостоятельно выполнять простейшие вылеты, а наиболее популярные посадочные площадки уже оборудовали вокс-маяками, что позволяло винтокрылу совершать полуавтоматическое приземление. Тем не менее прокладка между стиком и импеллером требовалась каждый день – мы сами не заметили, как «Грифон» стал рабочей лошадкой, которую гоняли в хвост и в гриву. Мне клятвенно пообещали, что не будут отправлять Фьюри в сложные рейсы, пока мы отсутствуем. Я сделал вид, что поверил. Но зато с нами снова был Янь! Азио, получив новую бионическую ногу, наконец вернулся в состав – в привычной роли техника и оператора дронов. Оставалось найти только квалифицированного медкома – и копье можно было считать полностью укомплектованным.

После того как прошли обе группы (с грузовыми крипторами, полными оборудования), Портал взяли под охрану с обеих сторон, а колонисты, когда закончились ахи и охи, начали располагаться и распаковываться в гостевых покоях. Было немного непривычно наблюдать, как оживает, наполняется человеческими голосами давно пустующий Серебряный Замок. Но это было только начало – Домену надолго предстояло стать нашим тайным аванпостом.

Я провел краткий инструктаж – план, безопасность, системы перемещения, – а также настроил нужным образом знаки Переноса. У людей Миноса был свой фронт работ – рунный конструкцион, сокровищницы и хранилища, а мое копье должно найти кристалл-сферу и переместить ее во фригольд, обеспечив таким образом полную безопасность Серебряного Замка. Пока она находится вне нашего доступа – нельзя быть уверенными, что Домен не окажется в чужих руках или вообще… не будет внезапно уничтожен. О таком сценарии даже думать не хотелось – но он был вполне возможен, учитывая наши с Белым Дьяволом приключения в Золотом Городе.

Летающая платформа, на которой находилась заблокированная Стрела, висела в пустоте на порядочном отдалении от основного «острова» Серебряного Замка. Такое расположение было отнюдь не случайным – вероятно, Азимандия опасалась прорыва с другой стороны во время активации главной двери Домена. Сейчас вход был «выключен», но я мог открыть его одним усилием мысли, прикоснувшись к управляющей Руне Домена. С ее помощью, как оказалось, можно управлять и движением летающих платформ, коих тут насчитывалось три. Состыковать Стрелу с самим Доменом не проблема, но стоит ли оно того?

Предосторожности кел-леди казались разумными. Рисковать не нужно – нас никто не гнал, а план и средства его исполнения я выбирал сам. По сути, первая серьезная самостоятельная операция, которую поручил мне Винсент, – и ударить в грязь лицом не хотелось. Однако и волнения почему-то не было – то ли из-за возросших Атрибутов Воли и новых Навыков, то ли просто я уже немного заматерел – как ни крути, кое-что повидал в Единстве…

– Вот это срань господня! – высказался Грохот, когда летающая платформа вместе с нами вновь начала движение и стал со стороны виден исполинский кусок тверди, на которой находился Серебряный Замок, – будто треугольный ломоть арбуза, подвешенный в пустоте. – Почему он не падает, на? Силовые поля, что ли?

– Что-то типа того, – я и сам весьма смутно представлял принцип устройства Доменов. – Это вроде нашего криптора. Только во много раз больше. Кел – мастера манипуляции с пространством и гравитацией.

– Это мы понимаем, командир, – пробасил десант. – Тут, на, другой вопрос! Сколько на эту срань энергии уходит? Откуда она берется вообще?

– От верблюда, Толя. Нам и разбираться, как это все работает…

Первый этап операции – разведка. Нужно было выяснить, что конкретно находится за Стрелой, и для этого предполагалось использовать наши Руны. Соваться туда самим без подготовки – чистой воды самоубийство. Темные земли – опаснейшие регионы Единства.

Активация Стрелы прошла штатно. Мы из осторожности подождали несколько минут, но ничего не происходило, и тогда я запустил внутрь свою Ночницу. Единственная Руна, к чьему зрению можно было подключиться, оказалась в непроницаемой тьме, где все пришлось разведывать на ощупь. Удалось выяснить лишь, что внутри – замкнутый контур с очень гладкими, вроде бы металлическими стенами. Мрак и полная тишина. С тем же успехом можно было выпустить ее в темную комнату без окон и дверей – что-то там есть, но что именно? Единственным плюсом было, что Ночница не погибла – значит, в непосредственной близости опасность отсутствовала.

На выручку пришли земные технологии. Автономный дрон типа «Обсервер», снабженный широкополосным детектором (Схема была в распоряжении фригольда), управляемый Янем, сделал гораздо больше, чем наши Существа. Он спокойно проник внутрь, осветил, исследовал, произвел необходимые замеры. На полученной записи стало более-менее понятно, куда ведет Стрела.

В свете прожектора виднелась мрачная защитная камера, полностью изолированная от внешнего мира. Полусферическая форма примерно шесть на три метра, источников света нет, температура минус семьдесят семь по Цельсию, гравитация нормальная. Материал стен, пола и сводов – непроницаем, в центре – тонкий столб, в который на высоте полутора метров «вмуровано» искомое – кристалл-сфера Домена.

Черный с фиолетовыми разводами шар диаметром около полуметра. Разительное отличие от небольшой кристалл-сферы Острова Трав. Или они способны видоизменяться? Эта выглядела как миниатюрная модель чужой, зловещей планеты.

– Яйцо кощеево, на! – хохотнул Толя Грохот, глядя на запись. – На иголочке.

Азимандия говорила, что кристалл-сфера Домена «окована иллиумом». Я представлял себе защитную оболочку непосредственно вокруг нее – разумная предосторожность, – однако по факту «оковка» оказалась саркофагом, формой и размерами очень напоминающий склеп Белого Дьявола. Вероятно, она выполняла роль не только защиты, но и некоего переходного шлюза во внешний мир. Вся конструкция, очевидно, была изготовлена из несокрушимого и непроницаемого иллиума – прежние хозяева Серебряного Замка хорошо позаботились о его уязвимом сердце.

Но как они выходили из этого шлюза? Как это делали Существа Азимандии, посланные на разведку?

Когда мы отсмотрели всю запись, нашелся ответ. Обследуя внутреннюю полость саркофага, «Обсервер» обнаружил волнистые обводы, напоминающие замкнутую арку и отпечаток в форме длиннопалой ладони на ней.

Дверь.

Немного нетипично для Кел, предпочитавших знаки Переноса. Но я понял, почему сделано именно так – точка переноса снаружи теоретически могла быть разрушена или заблокирована – как тогда попасть в непроницаемый саркофаг или выйти из него?

Активировалась дверь, вероятно, прикосновением. Дрон им воспользоваться, естественно, не мог…

Нам, по сути, выходить наружу и не надо. Взять кристалл-сферу – и уйти с ней в Портал, что может быть проще? Если только получиться снять ее с этой самой иллиумовой иглы в центре…

– Ну что, придется лезть, – констатировал я. – Добровольцы есть?

– Тень пойти! – тут же вскинулась Юки. – Тень посмотреть. Она не бояться!

– Ишь ты, молодо-зелено, на, – неодобрительно покачал головой Грохот. – Командир, я схожу… Доспех, на, высшей защиты.

Да, Толя был наиболее очевидным кандидатом – «Гоплит», превращенный в рунный Доспех, действительно мог использоваться в экстремальных условиях, в том числе и в вакууме – например, при абордаже космических станций, хотя для этого, конечно, существовали специализированные комплекты. Но – пойдет.

А вот с остальными были некоторые проблемы. Обычное снаряжение не годилось для работы в темных зонах, разве что сдохнуть от холода и отсутствия кислорода. Нам выдали три «Спейса» – стандартных аварийно-спасательных скафа, применяемых на всех космических объектах, – а также груду разномастной местной экипировки – больше ничего в закромах фригольда не нашлось.

«Спейс» – штука хорошая, однако вообще без бронезащиты, пара дырок – и до свидания, да и мобильность оставляла желать лучшего. Снаряжение аборигенов – полегче, явно трофейное, от теневиков, но тоже выглядело ненадежно. Кожа и мех, лицевые дыхательные маски, что-то вроде широких кожаных бинтов… Впрочем, видя, как Юки без тени сомнения сбрасывает земной «Скаут» и ловко обматывается этими штуками, я все-таки решил, что ее стоит включить в команду.

– Сходим вместе, так надежнее, – ответил я, доставая из криптора скаф. – Еще желающие есть?

– Я, командир, – неожиданно поднял руку Андре Кроу. – Можно?

– Бери скаф. Инь, Янь, Тревор, Грай – остаетесь здесь, – приказал я. – Грохот, Кроу, Тень – идут со мной.

Мы осторожно, один за другим, прошли сквозь Стрелу – и внутри темного саркофага вспыхнули лучи прожекторов. Мгновенно стало тесно – один Грохот в своем Доспехе занял четверть пространства, куда ни шагни – всюду Толя. Я крайне внимательно смотрел на индикатор атмосферы – болтали всякое, однако в газовой смеси, что заполняла камеру, даже имелся кислород, хотя дышать без специальных приспособлений было бы сложновато. Интересно, что снаружи саркофага – условия там могли отличаться…

Первым делом нас ждало неприятное открытие – все попытки отделить кристалл-сферу от «креплений» колонны, сначала осторожные, а потом – не очень, оказались безрезультатны. Тонкий, с мужскую руку, иллиумовый стержень составлял с ней единое целое – он уходил внутрь, как будто пронзая шар насквозь. Неплохо подстраховались чертовы Кел – не украдешь, не отпилишь, действительно яйцо на иголочке! Инструменты, способные разрушить иллиум, мне были неизвестны…

Второе неприятное открытие – внутри саркофага не работали Руны. Вообще. То есть то, что было уже активировано – Существо или Предмет – оставалось как есть, а вот Скрижаль тупо не открывалась. Неожиданно и неприятно, хотя я предполагал, что это эффект замкнутого иллиумового контура. Нечто вроде клетки, и сделано это специально, чтобы никто не смог с помощью Рун что-нибудь сотворить с кристалл-сферой.

Хитро придумано! Белый Дьявол говорил и земные изыскания подтверждали – этот экзоматериал с невероятными свойствами не только был практически неуничтожим, но и полностью нейтрализовал все известные виды воздействия. Идеальная вещь для защиты – если бы кто-нибудь объяснил, как иллиуму, при его фантастических свойствах, вообще можно придавать какую-либо форму?

Помучавшись с кристалл-сферой, я показал в сторону гипотетической двери, что вела наружу. А какие еще варианты? Раз не получается извлечь само сердце Домена, значит, его придется перемещать вместе с саркофагом. Он, конечно, огромный – я не был уверен, что вообще влезет в Портал, однако такую возможность требовалось рассмотреть. Как и узнать, что скрывается снаружи…

Отпечаток руки кел – с длинными и гнущимися в разные стороны пальцами – принял мою ладонь. Несколько секунд ничего не происходило (я даже надавил посильнее), но затем углубление вспыхнуло недобрым голубоватым сиянием – и в сплошной металлической поверхности прорезались створки. Они бесшумно разошлись, обрисовав еще более густой мрак.

Я прошел первым, Грохот – за мной следом. Юки и Кроу остались в саркофаге, страхуя и подсвечивая выход лучами фонарей, закрепленных на стволах «Суворовых». Слаженно, но бесполезно – лучи шарили в темноте, не достигая ее границ.

Снаружи было холоднее – минус восемьдесят девять, а атмосфера – разреженнее, внутри просто сохранились остатки воздушного пузыря, которые сейчас покидали саркофаг. Незначительный А-фон, Скрижаль работала… нормально. Гравитация тоже в норме, а вот окружающее пространство – не очень. И чем дальше я на это все смотрел, тем больше оно мне не нравилось…

– Что это за херобора, на?!

Если представить циклопических размеров зал с монументальными восьмигранными колоннами, пару раз тряхнуть его чем-то вроде мощных землетрясений – так, чтобы обрушилось все, что могло, – а потом смешать все в кучу и взглянуть на нее через калейдоскоп – получится примерно то, что предстало перед нами. Что-то нехорошее творилось тут с самим пространством – куски лестниц, элементы колонн и прочие вставшие дыбом обломки смыкались под невероятными углами, так, что сразу не разберешь, где верх, а где низ. Даже голова слегка закружилась от этого странного пейзажа.

Мне, в отличие от Анатолия, не нужен был прибор ночного видения. Сразу по проходу я активировал в помощь Биосенсорике Истинный Взор и Глаз Небесного Змея. Дежурный набор Рун познания, позволяющий видеть скрытое, отличать иллюзии от настоящего. Эта «херобора» не могла существовать в реальности…

Я не ошибся. Мощный рунный эффект. Вероятно, стационарный – наложенный на это место. Возможно, часть Паутины Невидимости, которую упоминала Азимандия, – по крайней мере, энергетические линии действительно походили на сеть. Эта хрень искажала видимое, подменяя его иллюзорным – вернее, смешанным из частей реального абсолютно непредсказуемым образом. Вероятно, когда сооружение было целым, оно представляло собой нечто вроде лабиринта, где верным путем мог пройти только кел, имеющий Истинный Взор. А после катастрофы все окончательно сломалось, смешалось тысячей кусков… Пропасть вместо настоящей лестницы. Завал на месте прохода. Несуществующий над реальным провалом пол.

К счастью, я смог разобраться в этой мешанине истинного и ложного – примерно тем же способом, который используют люди, чтобы не видеть свой нос… и, когда разум немного перестроился, разглядел это место таким, каким оно было в реальности. Ничего сверхъестественного – огромный полуразрушенный зал прямоугольной формы. Выщербленные колонны, множество темных провалов. И широкая разбитая лестница в противоположном конце, ведущая вверх – к черному пролому.

Мы же находились на чем-то вроде широкого козырька-пьедестала, опоясывающего огромную архитектурную конструкцию, вырастающую из дальней стены. Когда-то давно, вероятно, она была барельефом громадной птицы, стилизуя сигну Дома Визу Аран, но ныне сохранилось лишь обезглавленное туловище с одним крылом. Иллиумовый саркофаг был полностью замурован в грудь «птицы», оставляя только грань выхода. Чудо, что она вообще не развалилась, с таким-то количеством трещин и сколов…

Мрачное и жутковатое зрелище – мы стояли на пороге кел-храма, разрушенного хреналлион лет назад, возможно, в эпоху того самого Раскола. Сколько сюда не ступала нога человека? Какие секреты хранит эта древняя тьма? По коже бегали неприятные мурашки – мудрая интуиция не ждала от этого места ничего хорошего.

И мой первоначальный оптимизм тоже приказал долго жить. Задача стремительно усложнялась, превращаясь из непростой в очень сложную. Похоже, для того, чтобы извлечь саркофаг, требовалось провести целый ряд инженерных, минно-взрывных, а затем такелажных работ, причем в экстремальных условиях.

Что ж, на сегодня у нас была запланирована исключительно рекогносцировка. Оставалось ее закончить, сохранив трехмерную схему зала – затем в Домене мы подробно разберем, кому, что и как делать. С этой целью я приказал ребятам оставаться на местах, заняв боевые позиции, а сам сначала вызвал Аспект, а затем – Экзо-Шейда. Первый полетел, проверяя безопасность воздушного пространства, а второй – начал осторожно спускаться по пирамиде обломков, следуя моим командам. Не стоило забывать, что здесь погибали серебряные Существа Азимандии – возможно, из-за холода и отсутствия воздуха, а может, и не только. Даже в подобных условиях Звездная Кровь порождала своеобразную жизнь, да и о старых ловушках Визу Аран не стоило забывать.

Эфирный дракон пересек зал невозбранно. Моя Биосенсорика тоже не видела ничего живого в доступной области. Шейд почти бесшумно скользил между провалов, но без плаща призрачности – я намеренно приказал ассасину пренебречь скрытностью. Но, кажется, никакой опасности не было…

Как только в голове мелькнула эта мысль, темнота зашевелилась. В прямом смысле – она начала обретать форму и подвижность, и это нельзя было объяснить игрой разума!

– Тревога! Все назад! быстро! – крикнул я, видя, что на экране Биосенсорики стремительно появляются странные серые точки – много, всюду, вокруг!

А затем мы увидели их в реальности…

Глава 4

Нападавшие обладали чем-то вроде невидимости, но только в темноте. Живое пятно тьмы, различимое лишь в момент движения, да и то – едва заметных, меняющихся очертаний. Однако при попадании в лучи света становились видны узкие змеевидные тела. Размытые, как будто наполовину призрачные – и устремленные к жертве!

Экзо-Шейд на этот раз не сплоховал, ушел в призрачном прыжке, дезориентировав атакующих тварей. Однако были и иные, неуловимо скользящие к нам из калейдоскопа руин; система Восхождения, чуть замешкавшись, наконец обозначила их:

Порождение пустоты

Содержит Звездную Кровь

Что за дьявольщина?! Хитрая засада прежних хозяев Домена, затаившихся в тенях, или просто странные существа, обжившие старые развалины? Выяснять это было некогда – мы отступали внутрь саркофага, моментально открыв огонь по врагу. Наиболее защищенный Толя Грохот сперва прикрывал отход, полосуя из гаусс-турели темноту, но стрелковая земная кинетика не произвела на тварей никакого впечатления. Ни остановила, ни замедлила – плевать они на нее хотели! Судя по тому, что я успел заметить, в темноте «порождения пустоты» вообще были почти неуязвимы, попадая под удар лишь в момент, когда на них падали бешено мечущиеся лучи фонарей.

А вот двигались они стремительно – и совершенно неожиданно оказались прямо возле нас! Толя слегка покачнулся – я вдруг увидел впившуюся в Доспех тварь – змеевидную, покрытую темными пластинами, с бахромой жутковатых фиолетово-черных щупалец вместо головы. Присосалась, как пиявка! К счастью, Плоскостной Меч был в руке с момента начала схватки, и я почти инстинктивно смел порождение с товарища, разрубив тварь пополам. Кто-то из моих бойцов догадался бросить светошумовую флаху – вспышка на мгновение высветила несколько подобных существ совсем близко, Экзо-Шейда, рубящегося с ними на разбитых ступенях, и множество, не меньше пары десятков, – в развалинах. Они там просто кишели! Врагам яркий свет оказался неприятен – твари заметались, явно замедлились, но не остановились! Я прыгнул наперерез ближайшим – невидимый кел-клинок тут был гораздо эффективнее земного огнестрела – и развалил ближайшего противника размашистым ударом.

– Назад, все назад!

Мы немного не разобрались в «порядке эвакуации», и слишком большой в Доспехе Толя при отступлении перегородил проход. Пока он протискивался внутрь, пришлось слегка размяться. Вот и пригодился Стиль Железа! Я убил четверых или пятерых существ – к счастью, Истинный Взор позволял хорошо различать врагов, хоть во мраке они напоминали движущиеся сгустки тени. При ударах Плоскостной Меч почти не замечал сопротивления. Что интересно, пораженные твари распадались, будто вновь возвращаясь во тьму. На месте гибели оставались рунные глифы – капли Звездной Крови и другие, – однако забрать их, понятное дело, сейчас было невозможно.

– Командир, сзади!

Сильный удар едва не сбил с ног – враги атаковали с нескольких сторон, и одно из порождений пустоты ухитрилось подобраться незаметно. Непосредственной опасности не было, потому что меня страховал Торк, но индикаторы замигали алым, сигнализируя о потере давления и неполадках в системе подачи воздуха. Неужели скаф пробит? Аварийные системы «Спейса» должны залатать поврежденный участок, однако лишь вопрос времени, когда тварь…

Совсем рядом вспыхнула еще одна световая граната, тварь на мне задергалась и отвалилась, сбитая меткой двойкой в упор. Затем я увидел фигуру в белом скафе, схватился за протянутую руку, и меня практически втащили в нутро иллиумовой полусферы. Створки столь же бесшумно сдвинулись, отгораживая нас от внешнего мира – и если эти существа и достигли саркофага, увидеть и услышать этого мы уже не могли. Задержав дыхание – кислородная подача приказала долго жить, – я взглядом пересчитал своих ребят – все на месте, все живые и невредимые – и только затем обратил внимание, что Толя Грохот держит за «хвост» одну из мертвых тварей.

Или полумертвую? Под направленными лучами фонарей существо слабо забарахталось, и Юки, азартно взвизгнув, тут же высадила в него остаток магазина. Кажется, все – над замершим, как будто опадающим телом появились зеленоватые рунные глифы.

– Толя, ты чего творишь? – хмуро поинтересовался я в вокс-канале.

– А чо, командир? Языка взял, на, – немного виновато проворчал Грохот. – По инструкции действую – при возможности добывать неизвестных тварей! Для исследований, жеваный крот! За них же баллы начисляют! А таких сперматозоидов наши яйцеголовые не видели – точняк…

В этом он точно был прав – подобные создания не фигурировали в Справочнике Колониста. Склонившись над трупом, я быстро осмотрел «порождение пустоты», свернувшееся в перекрестии фонарей.

Жутковатая тварь! Метра полтора длиной, она походила на змею с раздутой головой… только не головой, а сплошной бахромой сине-фиолетовых отростков, между которыми находилась пасть, выглядевшая пятном пустоты. Даже свет дрожал и расплывался, словно поглощаемый ею. Ни глаз, ни ног, ни других органов – голова и хвост, который покрывало нечто вроде пупырчатой серо-черной чешуи.

Вот только притащить ее ученым – нереально, потому что труп быстро разрушался, съеживался подобно тому, как сгорают в игг-свете Черви. Процесс был схож – мертвая тварь скукоживалась, истаивала, оставляя осадок из темных частиц и еще что-то, некое туманное пятно, видимое только Истинным Взором.

Эссенция Пустоты, Эфир – неожиданно сообщила система Восхождения. Я попробовал забрать эту штуку, но безуспешно – видимо, для этого требовались иные, пока отсутствующие Навыки. Те самые, о которых говорил Белый Дьявол…

Зато Руны и Кровь были настоящими. Целых две капли, нулевка и Руна Холодного Касания. Все – дерево. Грязь, мусор, как говорил Белый Дьявол.

Я отозвал Шейда – к моему удивлению, ассасин был еще жив – и приказал группе выходить назад в Домен. Разведку мы провели успешно – хотя отход получился смазанным. И нельзя было сказать, что полученные сведения обнадеживали. Тем не менее все живы, диспозиция ясна. Теперь требовалось придумать, как и что со всем этим делать.

При первичном осмотре обнаружилось, что мой скаф цел, однако системы подогрева и подачи кислорода вышли из строя. Как оказалось, они просто-напросто замерзли – тварь загадочным образом умудрилась проморозить теплоизоляционный слой «Спейса» насквозь. Я не пострадал от переохлаждения только благодаря тому, что контакт был совсем недолог – и с удовольствием пожал руку Кроу, который сбил с меня мерзкого головастика.

У Толи таких проблем не было – рунный Доспех не чета спасательному скафу, однако в момент, когда к нему приклеилось порождение пустоты, произошел энергетический сбой. Случайностью это быть не могло – похоже, эти твари не только морозили, но и высасывали энергию, причем даже электрическую!

Косвенно это подтверждала выпавшая Руна – замораживающее прикосновение, вызывающее у противника временный паралич. Как и любое Умение, оно сильно зависело от Атрибутов, так что вау-эффекта ждать не стоило. Мы провели пару экспериментов по горячим следам – я смог превратить флягу с водой в пронзительно-холодный замороженный камень, а вот Инь и Толя Грохот – только покрыть бахромой инея. М-да…

– Подари, а? – хохотнул Грохот. – Нужный кандибобер – пиво охлаждать!

– Сам возьмешь, когда второй раз пойдем, – усмехнулся я в ответ. – И не только их…

– Значит, зачищать головастиков будем? – сразу посерьезнел Толя. – Когда, командир?

– Как только, так сразу…

Миносу мой рассказ не понравился, но он и его люди о подобных тварях, оказывается, знали. Слышали от путешественников и торговцев, странствующих между Кругами и иногда приходящих во фригольд.

– Пустотники, – уверенно сказал Эндрю Мэйпл, когда мы показали записанное видео с места вылазки. – Слышал о них много, но вот встречать вживую… Значит, они совсем близко? Глаз отдам за живую особь, Сигурд!

Я хотел было предложить биологу сходить с нами и самому попробовать захватить «головастика», однако глядя в его горящие глаза – раздумал. Этот, пожалуй, с радостью согласится, а мне потом отдувайся за утрату ценных научных кадров…

Но самым главным источником информации о порождениях пустоты неожиданно оказался Дилмас – тот старый крыс, что теперь сопровождал Миноса. Он у меня вызывал некое отвращение – и внешностью, и манерой речи, а главное – явным подобострастием, с которым пытался угодить фламину. Матиас к этому относился с подчеркнутым безразличием, как бы принимая чужие обычаи, а вот мне подобное казалось очень неуместным.

– Тьма быть, да-да, ошшень штрашная. Пуштотники жить и рашти во тьме, – диггер говорил на едином, всеобщем торговом наречии Единства, со странным акцентом, заменяя некоторые буквы шипением. – Не штоит лезть туда, это опашно, нет-нет, очень опашно!

– Ваш тарг с ними сталкивался?

– Да-да, мудрейший, как вы и шказали, шталкивался. Пуштотники нападать на караваны. Да-да, идущие-шквозь-тьму всегда брать швет, много швет.

– Игг-свет? – уточнил Матиас.

– Нет-нет, мудрейший, любой швет быть. Шолнечный камень, огонь-швет, Руны или холодный швет, как у Народ-с-Земли, – ответил Дилмас. – Они не быть Черви. Их породить пуштота во тьме и Звездная Кровь.

– Свет, интересно…Насколько они опасны?

– Разные быть, – неопределенно, совсем по-человечески пожал плечами диггер, – Шеребро опашно быть очень для большой караван, да-да, нужны шильные Руны… Бронза – опашно быть, но Вошходящие убивать. Дерево убивать люди, да-да, люди…

– Ясно. А что насчет звездных способностей? Как они нападают? Чем убивают?

То, что ответил крыс, я уже примерно понял и сам. Следы на Доспехе и моем скафандре говорили, что пустотники были окружены аурой сверхъестественного холода, а при атаке активно высасывали из жертвы тепло и энергию. Пожиратели-невидимки, терпеливо ждущие добычу во тьме.

Дилмас сказал, что прикосновение пустотника может полностью выпить человека, за несколько секунд превратив в замороженный труп. Защитное снаряжение не спасало, потому что твари поглощали тепло сквозь любые преграды. Похоже, при длительном контакте они были способны отключить системы энергоснабжения и жизнеобеспечения наших механизмов, и выход тут имелся только один – не давать этим пиявкам приблизиться.

– Опасные твари, Сигурд, – сказал Минос задумчиво. – Сможем кристалл-сферу оттуда вытащить? Что сам думаешь?

Что я думал? Любую задачу проще решить, если разбить ее на несколько небольших задач – и выполнять их постепенно. В нашем случае требовалось: первое – полностью извлечь иллиумовый саркофаг из полуразрушенной колонны, второе – ухитриться переместить его сквозь Портал в безопасное место, и третье – выйти оттуда самим и закрыть дверь с обратной стороны. Но первейшее и самое главное – очистить зал от пустотников, обезопасив место проведения работ, ибо возни предстояло немало.

– Сколько может весить сам иллиумовый саркофаг, Минос? – спросил я. – Можешь вычислить? Известны характеристики этого материала?

– Зависит от толщины оболочки. Если исходить из ваших замеров внутренней полости и прикинуть, что нет дополнительных элементов… – доктор Матиас сделал несколько жестов, управляя своим воксом, и, нахмурившись, ответил: – то от двух до четырех с половиной тонн.

Не так уж и много. В памяти крутились наставления по такелажным работам в условиях открытого космоса, которые нам преподавали в академии Звездного Флота, однако в Единстве было кое-что получше грузовых манипуляторов – Руны. Медленное Падение, Облегчение Веса, Сила Десяти Воинов и тому подобные, поэтому проблема с перемещением самого саркофага была вполне решаемой.

Меня больше беспокоило, что мы чисто физически не сможем пропихнуть его в Портал – габариты предмета или существа, которые могли пройти сквозь него, были ограничены размером самого Портала. Однако Минос успокоил меня:

– Размер Портала можно увеличить, амиго. С помощью Руны Усиления. На пике – почти до размера Врат.

– Каких еще Врат? – не понял я.

– Портал на серебре превращается в огромные Врата, если применить на него Руну Повышения. Врата работают дольше и сами по себе огромны! Их используют, когда надо перебросить что-то большое…

– Ого! – удивился я, хотя это казалось вполне логичным. – Откуда знаешь?

– Это знание оплачено жизнями, амиго, – улыбнулся ученый. – Мы проводили эксперименты с найденными Порталами. Не всегда удачные…

Об этом я был наслышан, да. А насчет золота спрашивать не стал – потому что вспомнил Золотой Город и огромные межмировые Врата, связывающие реальности Вечности. Наверняка что-то подобное существовало и в Единстве.

Итак, открыть и увеличить размеры Портала – реально. Но его еще требовалось закрыть после перемещения «груза», потому что открывать на сутки врата во фригольд существам из темных земель – плохая идея. Кто знает, кого может привлечь наша активность? Два варианта – либо охранять вход все это время, либо сразу закрыть за собой дверь. Этот вопрос мы плотно обсудили с Миносом и Ключом – я знал, что способы деактивировать работающий Портал были.

Как оказалось, сделать это достаточно просто. Существовала Руна Прерывания, которая не только закрывала Порталы, но и (теоретически) снимала любой рунный эффект равного ранга. Она хранилась в Скрижали Вероники, но на время экспериментов с Порталами команда ученых получила ее в свое распоряжение. Минос был готов передать ее мне либо самому страховать нашу команду, но сначала просил согласовать план с Винсентом. Что ж, рикс как раз обещал посетить Домен…

Отдохнув, мы с ребятами несколько раз просмотрели записи, обдумывая дальнейший план действий и проводя «работу над ошибками». И после анализа ситуации я снова отметил Кроу. Боец с позывным Птица в критический момент действовал хладнокровно и безошибочно – именно он догадался применить светошумовую гранату, точным выстрелом прикончил тварь, что атаковала меня сзади, а потом помог забраться внутрь. Это не было случайностью, Андре Кроу действовал профессионально. Он стрелял всего несколько раз, экономными двойками, но, кажется, ни разу не промахнулся. Удивительно, но Кроу даже не проявил особого волнения – да, за плечами нашего копья операция в Расколотых Землях и два крупных сражения с таврами, но одиночный выход – совсем другое дело.

Я поблагодарил и особо отметил его, заметив при этом, как завистливо сузились глаза Тревора. Наш «Мажор», наоборот, не мог похвастаться железными нервами, и снятая в ледяных руинах картина явно не добавила ему энтузиазма. Драться во тьме с головастиками-переростками, да еще почти невидимыми, – удовольствие ниже среднего, однако мы Восходящие, боевое копье, а значит, как говорит Толя Грохот, «подписались на такие приколы».

В целом пустотники не показались непобедимыми противниками, а разговор с диггерами только подтвердил мои мысли. Все их преимущество заключалось в невидимости, внезапном нападении из засады во тьме – и большом количестве. Они были звездными, но дерево и даже бронза – хотя бронзовых порождений мы там не наблюдали – были вполне по силам нашей группе. Когда придем второй раз, подготовимся как надо – и зачистим этих тварей под ноль.

Единственное, что меня беспокоило, – несогласованность и толкотня, которая произошла при отступлении. Копье было наполовину обновленным, сырым, ребята еще толком не сработались, но… В других обстоятельствах это могло привести к трагедии – и виноват тут, конечно, я – командир подразделения. Да, мы провели устную работу над ошибками во время просмотра записи, однако разговоры разговорами, а такие вещи можно вбить в подкорку только множеством совместных выходов или ежедневными тренировками. Ни тем, ни другим мы похвастаться не могли, поэтому я решил попробовать использовать свою новую Руну.

Ту самую, что упала с Вершителя, – Объединение Разумов. Судя по описанию – как раз то, что нужно для повышения коллективной эффективности. Подготовка к следующему этапу операции требовала минимум сутки – нужно проработать план, получить необходимое снаряжение и Руны – поэтому время у нас имелось.

Первое же применение Объединения превзошло мои ожидания. Несмотря на то, что эта Руна сформировалась на основе роевого разума Червей, больше всего она напоминала сетецентрическую систему управления Звездного Флота. Нечто вроде телепатической сети, к которой я мог подключить всех окружающих. Я знал, даже с закрытыми глазами в полной темноте, где находится каждый из моих подопечных, что он делает, что видит, мог мысленно – даже не командой, а мнемоническим усилием, – направить или затормозить его, и это было невероятно эффективно. Неважно, кто – Восходящий или нет, нервничающий Грай, верткая Юки, не умеющая пользоваться воксом, упрямый как скала Грохот или холодный Кроу – все они стали частью единого целого.

Страшная штука – ребята тоже почувствовали меня и друг друга, Объединение превращало нас в единый, полностью скоординированный механизм. Не требовалось говорить – каждый понимал без слов и жестов, куда двигаться, что делать, где находится товарищ и где – враг. Хаос и несогласованность исключены – как невозможны они между пальцами одной руки. Руна, к сожалению, действовала всего тридцать минут – но после первой же пробы я серьезно задумался, что стоит вложить в нее пару серебряных Изменений, увеличивающих время работы…

– Сила, на, – выдохнул Грохот. – Только башка зудит, как после трех стаканов.

– Страшно. Мы все…как голые, – признался Инь.

– И как будто марионетки на веревочке, – согласился Янь. – Но…

– Видеть все. Знать где. Убивать! – кровожадно оскалилась Юки.

– А ты что скажешь, Кроу?

– Неплохая синхронизация, – неохотно ответил наш самый молчаливый боец. – Похоже, что на нейронном уровне. Но нам нужно отрабатывать взаимодействие, чтобы использовать ее на все сто.

Я был с ним согласен – однако даже те перспективы, что открылись, мне нравились. Ни у одной из боевых групп фригольда не было подобных способностей – мы могли стать первой и лучшей.

Еще я испытал Руну Психокинетики. Это серебряное Умение, доставшееся от Вершителя, позволяло воздействовать на материальные объекты усилием воли. Что-то вроде телекинеза, только с более широким спектром действий. К сожалению, как и все Умения, очень велико было влияние Атрибутов – поэтому максимум, чего я добился, это направленным толчком сбивать человека с ног или гасить вспыхнувшее пламя. Тонкие манипуляции – например, заставить кружиться в воздухе столовые приборы подобно тому, как это делала Азимандия, – требовали предельного сосредоточения. Соответствующий навык, конечно, можно было отработать – если бы у меня было свободное время и бесконечный запас Звездной Крови…

Вечером в Домене появился Винсент Кассиди. Мы давно планировали заняться освобождением пленников Азимандии, но для начала рикс внимательно выслушал мой отчет о разведке за Стрелой.

– Перетащить весь саркофаг с кристалл-сферой, – понял он с полуслова. – Так будет даже лучше, буря! Нам не придется возиться с дополнительной защитой входа. Что требуется, прикинул?

Я переслал риксу список необходимого, и он, изучив его, кивнул:

– Арсенал фригольда в твоем распоряжении. С бронзовыми Рунами тоже нет проблем. Получишь все что нужно. Но ты уверен, что справишься своими силами? Дело серьезное и важное! Могу прислать на подкрепление копье Адаманта. Крис специалист по взрывным работам, они в два счета развалят этот памятник архитектуры… Главное, чтобы вообще все там не развалили, буря! С зачисткой тоже помогут.

– С зачисткой, думаю, сами справимся, – ответил я. – А вот от помощи экспертов по взрывному делу не откажусь.

– Добычей делиться не хочешь? – хмыкнул рикс. – Ну, как знаешь… Когда пойдете второй раз?

– Думаю, через день. Нужно хорошенько подготовиться.

– Вот и отлично, – проворчал Винсент. – А пока, значит, подстрахуете с пленниками.

Мы обошли Восходящих, заключенных в колонны Безвременья, внимательно приглядываясь к каждому. Совершенно разные создания, собранные с противоположных концов Единства, – сложно предсказать, с кем из них можно договориться, а кого придется утихомиривать силой. Да, прежняя хозяйка Домена опустошила их Скрижали, но некоторые казались опасными сами по себе.

Например, устрашающее безногое существо как минимум трех метров длиной, со змеиным хвостом и туловищем, переходящим в почти человеческий торс. Переливающаяся радугой чешуя, две когтистых шестипалых руки и плоская змеиная голова. Настоящий монстр! Похоже, эксперименты Кел по смешению геномов не знали границ – наг, мифологический змеечеловек, словно вышедший из земных преданий. Возможно, разумный и – более того – Восходящий. Но при взгляде на агрессивную позу, оскаленные клыки и неподвижные змеиные глаза – говорить с ним не возникало никакого желания.

Или странное существо, застывшее в кристаллическом виде. В мутной стекловидной массе прослеживались очертания человеческого тела, однако искаженного настолько, что нельзя даже понять, мужчина это или женщина. Это сделала Азимандия? Или защитная реакция самого пленника? Что будет, если извлечь его?

Мрачный, покрытый шрамами, наглухо татуированный и пирсингованный когтями одноглазый старик в звериных шкурах тоже не производил впечатление добряка. Изборожденный морщинами низкий лоб, тяжелая челюсть, засаленные косы – настоящий неандерталец. Даже скрюченный временем, он был крупнее любого из нас. Шаман или друид первобытного племени, без малейшего проблеска цивилизации – как с таким иметь дело?

Но были и более-менее понятные. Собрат Лохмача, Восходящий из Народа Леса – йети с пепельно-серым мехом. Вряд ли именно из нашего Круга, но с подобным Народом мы сталкивались и, несмотря на диковатый внешний вид, находили общий язык. Этот волосач не казался особенно опасным – и, наверное, именно поэтому с ним требовалось держаться настороже.

Или высокий худощавый человек в остатках окровавленной разодранной одежды. Желтокожий, с заостренными ушами, немолодой и, судя по позе и выражению лица, – совершенно отчаявшийся. Внешне он почти не отличался от знакомых нам аборигенов, если не учитывать красноватых, как светящиеся угли, глаз. Обычный с виду – но слабак не заинтересовал бы Азимандию – все ее пленники были бронзой и серебром.

И были две женщины, выглядевшие так, будто их вытащили из камеры пыток. Первая – крылатое создание, похожее на мифологического ангела. Светлые волосы, искаженное страданием лицо, белые крылья за спиной – огромные, смятые, покрытые кровью… Я каждый раз приглядывался к ней, когда приходил сюда, – и отводил взгляд, даже смотреть на девушку было больно.

А вторая…

– Это Ночная Гостья, – сказал Кассиди, глядя на почти обнаженную женщину, стоящую на коленях и скрестившую тонкие руки в жесте покорности. Ее тело было сплошь иссечено багровыми полосами от чего-то вроде плети, а опущенное лицо скрыто волной иссиня-черных волос. Кровавая взвесь застыла в колонне, словно ее наказывали минуту назад. Поза выглядела так, будто Восходящая вымаливала пощаду, униженно ползая перед хозяйкой Домена – и я вполне мог представить эту картину.

– Ее нужно убить в первую очередь, – добавил рикс, и я вздрогнул. – Я сам сделаю это.

– Почему, Винс?

– Она служила Азимандии. Но не так, как Девы, а от души, – лицо Винсента оставалось каменным. – Тварь. Садистка. Видимо, надоела или напортачила, раз оказалась здесь.

– Может, можно… – нерешительно начал Минос, но его тут же перебили:

– Нет. Таких не перевоспитаешь. И не удержишь в узде. Она… уже не человек.

Винсент перевел взгляд на меня:

– Ну что, с кого начнем? Выбирай, Сигурд.

Глава 5

– С нее, – я кивнул в сторону «ангела».

– Аэри, – холодно оценил Кассиди. – Она попала сюда уже после меня. Серьезно ранена… значит, не будет особо дергаться. Хотя – не факт, буря!

– Все пленники опустошены. В ее Скрижали нет Рун.

– Если это серебро, то она опасна сама по себе! – проворчал рикс. – Может быть Аспект или куча неизвестных Навыков… Минос, нужно подготовить барьерные щиты и транквилизаторы.

– И медицинскую помощь, – добавил я.

– Главное, чтобы нам самим не понадобился медком, – мрачно усмехнулся Винсент Кассиди. – Сигурд, с тебя группа прикрытия и эвакуации. И возьми Руну, Травинка на время передала…

Рикс вернул мне серебряную Руну Исцеления, не так давно подаренную Травинке. В медкоме фригольда она была гораздо полезнее – спасла жизнь и поставила на ноги как минимум несколько десятков колонистов, но сегодня, конечно, больше пригодится здесь.

Мы быстро определили порядок действий. Минос и Милли – контролируют оборудование, мы с Винсентом – «встречаем», Грохот, Инь, Юки и Кроу – прикрывают. Остальные – дежурят со спецсредствами и в случае необходимости обеспечивают эвакуацию пострадавших. Да, самых опасных узников мы с Белым Дьяволом уже прикончили, однако рикс совершенно прав – любой пленник Азимандии мог преподнести неожиданный сюрприз.

Так и вышло.

Когда я отключил Остановленное Время, крылатая пошатнулась – и вывалилась из столба со страшным, почти предсмертным хрипом. Восходящая выглядела так, будто вышла из клетки с тигрексом – разодранное, практически не скрывающее тело одеяние (что-то вроде длинной нижней рубашки) щедро запятнала кровь, глаз и половину лица закрывал жуткий кровоподтек, а повреждены были, судя по движениям, не только крылья, но и одна из ног.

Она обливалась кровью, но, увидев мерцающие зонтики щитов и темные фигуры за ними, тут же попыталась взмыть вверх, раскрыв то, что осталось от крыльев. Даже поднялась на несколько метров в бешеном порыве, но измочаленные лохмотья не удержали, и она рухнула вниз.

Не сумела сохранить равновесие, забилась, пытаясь подняться и одновременно открывая Скрижаль – большую, как серебряный щит! Крылатая и сама была серебром, пусть раненым и лишенным Рун, но не стоило считать ее беспомощной – Восходящие способны перенести гораздо больше обычных людей…

– Мы не враги, Восходящая! – Винсент вышел из-за силового щита, показывая пустые руки. – Не двигайся, мы хотим помочь тебе!

Он говорил на Едином Наречии, но крылатая, кажется, не поняла. В ответ она яростно заклекотала, а уцелевший глаз засветился знакомым звездным серебром. Она все-таки поднялась – судорожно закутываясь в кокон из окровавленных перьев, защищаясь ими подобно щитам, – и вдруг закружилась, как волчок, резко расправив крылья. Перья засвистели, как отточенные клинки, а несколько штук, словно дротики, ударили в силовые зонтики, оставляя расплывающиеся пятна. Один просвистел в непосредственной близости от Кассиди, но рикс даже ухом не повел.

– Бескрылые… не подходите! Вам не покорить ветер!

Заговорила! На чудовищно искаженной версии Языка Кел, но я понял, что выкрикнула крылатая. Она едва держалась на ногах, ярости было больше, чем силы, и я тоже вышел из-за щита.

– Мы не враги, – сказал я четко и медленно. – Мы хотим помочь. Ты понимаешь?

– Помочь… чтобы потом мучить снова? – яростно выдохнула она. – Я… никогда не сдамся! Где… ваша… золотая госпожа, бескрылые?

– Ее больше нет, Доменом теперь владеем мы, – Винсент сделал еще шаг вперед. – Мы тебя освободили. Мы Восходящие, как и ты. Мы не желаем тебе зла! Я тоже был пленником здесь. Ты помнишь меня?

– Тебя? – крылатая с трудом сконцентрировала на нем взгляд. – Я… не знаю… О мое небо… Значит, золотая… кел… убита?

– Ее больше нет, – повторил я. – Позволь помочь тебе. Ты истекаешь кровью.

– Не подходите! – тяжело дыша, предупредила она. – Лучше умереть… Аэри… не коснутся бескрылые…

Но я уже открыл Скрижаль и бросил в нее Руну Исцеления. Пятно крови вокруг Восходящей росло, она слабела, и разум ее был замутнен болью. Аэри вскрикнула, увидев мой жест, заслоняясь измочаленным крылом, но поздно: зеленое сияние пробежало по ее телу мерцающей волной.

Раны мгновенно затянулись, оставив после себя лишь кровавые следы. Самым видимым эффектом рунного Исцеления стали крылья – они вновь обрели объем и форму, покрылись плотными белоснежными перьями с коричневой окантовкой. Огромные, красивые, сильные! Освобожденная пленница замерла, словно прислушиваясь к ощущениям. Затем кокон ее крыльев разомкнулся, и стало видно, как она касается прежде изуродованной стороны лица, а другой рукой осторожно ощупывает тело.

Второй глаз Восходящей открылся, удивительного цвета – нежно-голубой с серебряной каймой зрачок, и он был направлен на меня.

– О небо… Ты… исцелил аэри? – прошептала она, как будто произошло нечто невероятное.

– Да. Мое имя Сигурд, и мы из Народа Земли. А как зовут тебя?

… Ее звали Аэлин Поющая-с-Ветром. Серебряная Восходящая со странным Титулом «крылатый страж», она принадлежала к народу аэри из парящего города Лиадор. Расположен он был в некоем алмазном октагоне, который Аэлин назвала Триглавом – правда, мы так и не поняли, это название Круга или союза крылатых Народов, объединяющих сильдо, аэри и никси. О первых Аэлин говорила с восхищенным придыханием, о третьих – с презрением и гневом, ведь именно дикие никси стали причиной ее попадания в Серебряный Замок. По словам Восходящей, вместе с «бескрылыми рабами» они подняли мятеж и предательски напали на священный Лиадор. История Аэлин оказалась очень похожа на мою – отряд крылатых стражей был разгромлен, и в критический момент Восходящая решила поиграть с Наблюдателем в рулетку – выбрала Домен в награду давно выполненного серебряного задания. Это позволило избежать мучительной смерти, однако она попала из огня в полымя, угодив в хищные лапы Азимандии.

Крылатая, судя по некоторым деталям, оказалась невероятно стойкой пленницей – поэтому кел-леди, утомившись ломать новую игрушку, опустошила ее и отправила в колонну до лучших времен. Что ж, это было похоже на Азимандию – она не слишком любила преодолевать трудности, а может, наоборот, готовила для Аэлин интересную судьбу. Но не успела – потому что произошло это совсем недавно, под небесным знаком Быстрой Воды, в прошлый сезон. Возможно, сразу перед моим визитом – в любом случае крылатая была одной из последних гостей Серебряного Замка.

– Если вы забрали Домен, бескрылые… отдайте мой Ключ, и я вернусь домой, – попросила она, как только мы нашли общий язык. – Если Лиадор не пал… я должна защищать сестер… а если нет… подлые никси вкусят ветер моего гнева…

– У нас нет твоего Ключа, – ответил ей я. – Если и был, его хранила Азимандия. А ее больше нет…

Никто из нас не слышал о Триглаве, алмазных октагонах и парящем городе Лиадоре, а Аэлин ничего не говорили названия нашего Круга и тех ближайших, что были известны мне, – Таир, Заов… Похоже, ее родина находилась невероятно далеко от наших земель, может, вообще на противоположном конце Единства…

– Я все равно найду дорогу в Лиадор, – прошептала Аэлин, когда поняла, в какой ситуации находится. – Я никогда не сдамся…

– Дорогу могут знать путешественники между Кругами и торговцы Рунами, – сказал Кассиди. – В Таире есть поселения крылатых айрникси, хоть они и не такие, как ты…

– Я не знаю вас, бескрылые, но вы… освободили и исцелили меня. Что возьмет твой Народ за помощь аэри, рикс?

– Люди Земли не торгуют спасением, – ответил Кассиди не задумываясь. – Ответишь помощью за помощь… когда она нам будет нужна. Пока же, если захочешь, наш Народ приютит тебя.

Вторым мы освободили Восходящего из Народа Леса. И с ним все оказалось гораздо проще и сложнее одновременно. Огромный лохмач находился в состоянии, напоминающем кататонический ступор, и почти не реагировал на внешние раздражители, бессмысленно таращась на нас. Он не отвечал и не предпринимал никаких действий, абсолютно безучастный ко всему происходящему. Естественно, его Скрижаль тоже была пуста, а Звездная Кровь почти обнулена.

Используя Ментальное Искусство, я прощупал его – и мгновенно понял, что дело плохо. Его память стерли – но не так, как у Призрачных Дев или Юки, а грубо и жестко, начисто выжгли вообще все, включая личность и базовые навыки. Помнится, Азимандия предлагала такой вариант, но Белый Дьявол отверг его, потому что жертва становилась полностью беспомощной. Не просто чистым листом, а существом, которое нужно было с самого начала учить почти всему. Хорошо, когда есть запас Рун-Навыков, а если их нет? Восстановление может занять годы и годы…

Винсент Кассиди печально покачал головой – и приказал отправить обоих освобожденных в Небо, пока работает Портал.

Я знал, что с ними будет дальше. Медицинский изолятор, А-монитор, карантин, затем ментальная проверка у Вероники – и только потом бывших пленников выпустят во фригольд. А дальше… если у стертого Восходящего альтернативы как бы и не имелось, то с аэри были варианты. Удерживать ее силой никто не станет – и если Аэлин захочет, она сможет покинуть земную колонию и самостоятельно искать дорогу домой. Но чутье подсказывало, что крылатая у нас задержится – как минимум до конца Дикой Охоты, а может, и подольше. И это хорошо – серебро, да еще и с боевым опытом, может пригодиться «бескрылым». Посмотрим, что она собой представляет…

После освобождения двух пленников началось самое интересное – Винсент предложил «устранить» проблемных. Под таковыми подразумевались змей и Ночная Гостья – причем рикс был непоколебим в своей решимости.

– Это тварь из глубин, я таких встречал в Башне, – сказал он, ткнув пальцем в нага. – Они не разговаривают, буря. Сразу нападают. Говорят, их ведет воля Глубинных Королей.

– Кто это? – заинтересовался Минос.

– Демонические твари, что давно оккупировали часть глубинных горизонтов. Говорят, золотого ранга. Их посланники появляются во многих Кругах.

– Амиго, откуда информация?

– Оттуда, – недружелюбно ответил рикс. – Поверь мне на слово.

– Ну хорошо, допустим. Но ее-то ты почему хочешь сразу казнить? – Минос глянул на иссеченную женщину в колонне. – Это как-то… Может, дать ей шанс? Проявить снисхождение?

– Этой твари?! Она не заслуживает никакого снисхождения!

– А как же наши законы, рикс? – поддержал я ученого, потому что идея расправы над беззащитной опустошенной пленницей мне тоже совсем не импонировала.

– С ней надо разобраться по законам Единства, – скулы Кассиди вспухли каменными желваками, и он, кажется, разозлился, потому что не терпел, когда его слова ставили под сомнение. – Ладно, доннерветтер! Хотите посмотреть на эту красотку? Я вам покажу… Сигурд, ты можешь выпустить их одновременно и остаться незамеченным?

– Легко, – кивнул я. – Но зачем, рикс?

– Пусть ослабят друг друга. Тогда проще будет справиться с победителем. Все, кроме меня, должны покинуть зал. В случае… неудачи – полностью заблокируйте выход.

– Ты серьезно, Винс? – удивился Минос. – Зачем так рисковать?

– Большим риском будет, если вы останетесь здесь, – сказал рикс, и я вдруг понял, что он совсем не шутит.

– Я останусь под Руной скрытности, рикс, – ответил я, тоже не собираясь сдаваться. – Подстрахую, если…

Винсент опять нахмурился, но не стал спорить, вспомнив, что этой мой Домен, и коротко кивнул:

– Как хочешь, буря! Только не лезь в драку…

Мы сделали, как хотел Кассиди. Все, кроме нас двоих, покинули рунный конструкцион, хоть Минос и очень переживал за сохранность «уникального оборудования». Винсент вызвал свой Аспект и, вскочив на громадную призрачную ладонь, заставил вознести себя во тьму под сводом лаборатории. Оттуда, с высоты, он, видимо, и хотел наблюдать за гладиаторским поединком. А я… я накинул испытанный Плащ Фантома и слился с темнотой.

Первой, по совету Кассиди, освободил Ночную Гостью.

Безвременье пропало, и женщина, стоящая в позе покорности, чуть шевельнулась. Не поднимая головы, она жалобно спросила в пустоту:

– Госпожа?

Ответом ей стали шорох и шипение – огромный змей, тоже выбравшись из своей тюрьмы, свернулся кольцом и вытянул шею, злыми глазами-прожекторами обозревая окрестности. Я с большим трудом избежал его взора – тварь все же оказалась бронзовым Восходящим, только крайне странной разновидности, – и замер, прижавшись к Кубу Трансформации, изо всех сил стараясь остаться незамеченным.

Когда посмотрел в сторону Ночной Гостьи – она уже стояла на ногах, причем метрах в десяти от своей темницы.

Стройная женщина с гривой черных волос, почти обнаженная, если не считать набедренной повязки, и в ее фигуре сразу, отчетливо, резко проступило нечто хищно-нечеловеческое. Какая-то жутковатая неправильность, но я не мог уловить, какая именно.

Ночная Гостья оказалась серебром. Кровавые следы на ее теле с неправдоподобной скоростью превращались в розовые рубцы, а затем и вовсе исчезали без следа. Руна? Но я не видел, чтобы она использовала Скрижаль – значит, Навык или естественная регенерация. И скорость – она двигалась очень, очень быстро!

Они увидели друг друга. Змей бросился первым, без колебаний и предупреждений, и намерения его были ясны. Восходящая спокойно увернулась, легко избежав столкновения. Он тоже был стремителен, но она… намного быстрее. И чем больше я смотрел на нее, тем страшнее становилось. Человек не смог бы двигаться в подобной манере. Это какая-то Руна, или она – вообще не человек?!

– Это испытание, госпожа? – прокричала Ночная Гостья. – Я не должна убивать его?

Тишина. Нас с Винсентом она не заметила – и, честно говоря, я был весьма этому рад.

– Чего желает моя золотая госпожа?

В высоком скрипучем просящем голосе Восходящей появились нотки мольбы. Она явно обращалась к Азимандии, не решаясь без ее приказа вступить в схватку. А вот змей вел себя крайне агрессивно, продолжая атаковать ее. Он будто жаждал крови – дикое, неуправляемое существо. Как он вообще попал в Домен?!

– Я поняла, госпожа!

Ночная Гостья внезапно остановилась, и наг в стремительном прыжке все же настиг ее. Мгновенно обвил подобно огромному питону – послышался явный хруст костей – и хотел откусить голову, но промахнулся и вцепился в плечо. Хрусты, треск… и жутковатый смех Ночной Гостьи. Восходящая хихикала, как будто происходящее не доставляло ей ни малейшего дискомфорта.

– Моя госпожа… Я покажу, как предана вам!

В следующий миг она продемонстрировала нам всю глубину разницы между серебром и бронзой. Я не понял как, но она вырвалась и мгновенно распотрошила змея, да так, что у меня кровь в жилах застыла. Я даже толком не понял, как она эта сделала, настолько быстро все произошло! Силуэт Ночной Гостьи как будто удлинился, стал худым и костлявым, а пальцы превратились в лезвия. Восходящая голыми руками ломала кости и вытягивала из шипящего, бьющегося, еще живого змея внутренности. Зрелище и сопровождающие его звуки были настолько тошнотворны, что я на мгновение зажмурился, а когда вновь открыл глаза, Ночная Гостья сама откусывала бьющемуся в агонии змею голову. В прямом смысле – вгрызлась ему в шею почище тигрекса, с хрустом, урчанием и чавканьем. Зрелище было настолько кровавым и отвратительным, что меня на мгновение даже замутило – и все меньше я хотел находиться в одном пространстве с этим… существом. Это же настоящий монстр!

Над разорванным телом нага замерцали Руны и Звездная Кровь. Хрипло хихикая, Ночная Гостья отступила в сторону, жадно облизывая окровавленные пальцы, и вновь обратилась в пустоту:

– Благодарю… Я развлекла госпожу? Я… прощена?

И опять тишина. Восходящая подозрительно повертела головой:

– Или… тут есть кто-то еще?

Ее взгляд упал на тот Куб, за которым находился я. Но женщине-монстру ответил другой голос, звучный баритон Винсента Кассиди:

– Есть, буря!

Рикс спрыгнул сверху, принесенный своим Аспектом, и в его руке мелькнуло золотое копье. Ночная Гостья опять захихикала, склонив голову набок и рассматривая его:

– Госпожа… подарила мне упрямого рикса?

А затем бросилась к нему, превратившись в смазанную полосу. Она была крайне опасна, но и Винсент оказался начеку – его Аспект встретил Ночную Гостью на половине дороге, звучным шлепком расплющив ее по каменному полу лаборатории.

Я… видел, что от нее осталось – примерно то же самое, что от человека, на которого с высоты упала скала. У Кассиди была тяжелая рука, все это знали. И видел, как Ночная Гостья, мерзко подергиваясь, медленно встала из кровавого пятна, с хрустом вправляя сломанные кости. Она как будто вообще не испытывала боли – и совершенно утратила человеческий облик, превратившись в окровавленного жуткого упыря. К счастью, Рун у нее не осталось, только собственное тело, иначе… наши шансы были бы невелики. Винсент не собирался играть – он пришел ее убивать, и золотой луч из Игг-Копья навылет пробил Ночную Гостью, превратив ее туловище в обугленный огрызок.

Который все еще жил… шел вперед, вытягивая остатки когтистых рук, и, кажется… восстанавливался – пока мой Плоскостной Меч не разделил его на две равные половинки. Используя Истинный Взор, я ударил еще раз – туда, где угадывалась синяя энергетическая точка – и был «награжден» неожиданным сюрпризом:

Восходящий! Злонамеренное отделение стигмата запрещено Храмом Вечности!

Наказание: Позор

Наказание: Враг Вечности

Наказание: Награда за вашу голову

Даже гвоздь у этого… существа находился не в руке, а в основании шеи. Поэтому я и перепутал – но за нарушение списали всего десять единиц Славы – не очень страшно. Вероятно, первое предупреждение – следующее будет серьезней и может отнять у меня Титул. Зато удар оказался эффективен – Ночная Гостья все-таки сдохла, рассыпав несколько серебряных Рун.

– Я бы справился сам, буря! – рыкнул раздосадованный моим вмешательством Кассиди.

– Не думаю, что ей стоило давать шанс, – ответил я, стараясь не смотреть на кошмарные останки Гостьи. – Что… она такое?

– Восходящая, – буркнул рикс. – Есть такой серебряный Атрибут – Изменяемость, видел? Если его развивать, можно получить Навыки, которые полностью изменяют тело. Очень по-разному меняют, доннерветтер, но суть одна – ты перестаешь быть человеком. И это необратимо.

– Жуть, – я покачал головой. – Получается, она сама… этого захотела?

– Наверное… Не знаю, буря! Тело и дух связаны, и одно всегда меняет другое. Поэтому те, кто Изменяется, – уже сами по себе монстры. Аккуратнее с ними, Сигурд, если вдруг повстречаешь…

– Понял, спасибо за предупреждение.

– Чего смотришь, бери Руны! – Кассиди показал кончиком Копья на сияющие глифы. – Ты же просил добыть серебра.

– Но не так же!

Но возмущался я зря. Руны нам выпали интересные…

Глава 6

Не думал я, что Винсент поможет обрести Руны таким способом – но ладно. На сегодня, это очевидно, наша эпопея с извлечением пленников была закончена – в подземной лаборатории как минимум требовалось… прибраться.

Скрижали ликвидированных узников были пусты, Звездная Кровь присутствовала – но совсем в небольшом количестве. А вот Руны выпали любопытные…

От змея, оставшегося безымянным, достались бронзовые Руны Развития и Изменения, а также Руна-Навык Змеиной Гибкости. Интересная способность, теоретически позволяющая пролезать в узкие щели, но одновременно опасная, потому что меняла структуру костной ткани. Я лично не хотел бы встраивать такой Навык – Умение или Заклинание другое дело, а вот Навык – это необратимо, это навсегда.

Ночная Гостья (не к ночи будет помянута) оставила после себя четыре Руны. Два серебряных Развития, неожиданно Руну Стихии Жизни и ожидаемо Руну-Навык Кровавого Пожирания. Как было известно еще от вселенца, Навык формируется не случайно, а отражает одну из основных способностей погибшего, поэтому мы (я и Винсент) рассчитывали на что-то вроде Регенерации, но…

Кровавое Пожирание – очень… неприятный Навык. Он требовал Атрибутов в Изменяемости и Ритуальности и наделял способностью с некоторой вероятностью перенимать свойства сожранных заживо жертв. Я понял, почему Ночная Гостья пыталась отгрызть врагу голову, а также ее… нездоровую тягу к пленникам. Пожалуй, выбор Азимандии был совсем не случаен – с таким тюремщиком гораздо проще уговорить стать твоей Руной. Неясным оставалось, почему кел-леди «разжаловала» ее и посадила в столб Безвременья – возможно, Гостья просто превысила свои полномочия и сожрала ценного узника? М-да, даже думать о таком не хотелось – и теперь я прекрасно понимал Винсента Кассиди, сразу приговорившего эту тварь.

Что ж, немного серебра мы добыли. Цель – Эфирные Манипуляции, открываемые в ветке Энергии, но это был сложный путь. Никто не мог знать, на какой звезде Атрибута откроется этот Навык, да и откроется ли вообще – мы так и не поняли некоторые принципы системы Восхождения, кроме того, что многие Навыки индивидуальны. У Кассиди, по его собственному признанию, было пять звезд в Энергии, однако он ничего подобного не получил. Минос был уверен, что все Навыки, даже в разных Атрибутах, косвенно связаны и могут выступать некими мостиками друг для друга, но и фламин не мог дать никаких гарантий, что мне повезет.

Я вложил две звезды в Энергию, надеясь на удачу. Увы, негативные прогнозы оправдались.

Энергетическая Регенерация – ускорение естественного круговорота Звездной Крови, позволяющее восстанавливать ее вдвое быстрее в течение некоторого времени. Замена или дополнение Предметов вроде Звезды Искателя… и теперь я понимал, откуда брались эфирные Печати для изготовления подобных артефактов.

Переток Крови – Навык позволял мгновенно передавать часть своей Звездной Крови союзнику, чтобы поддержать его силы. При развитии, вероятно, нескольким сразу, но эта штука требовала приличного энергетического запаса.

Два новых Навыка, очень полезных, однако не имеющих отношения к Эфирным Манипуляциям. Серебра больше не имелось, но в наличии имелось несколько ненужных Рун.

Значит, пора было совершить небольшую вылазку в Вечность! В Контракции нужный Навык наверняка есть – а у нас есть то, с чем можно без сожалений расстаться. Я обрисовал Миносу и Винсенту приблизительные цены Контракции – потому что ненужные фригольду Руны там можно гораздо выгоднее продать безо всякой оглядки на Наблюдателя и Славу. И, соответственно, приобрести необходимое нам.

Видно было, что наших лидеров, особенно Кассиди, обуревают серьезные сомнения. Они и рвались испытать Саркофаги Бесконечного Сна в деле и одновременно опасались возможных эксцессов. Но пока я не собирался брать никого с собой – торговую операцию можно провести, вообще не вылезая из Купели в Камнях, благо Искусство Торговли позволяет удаленно подключиться к Контракции. В итоге мы нашли компромисс – мне выдали два десятка Рун, в основном бесполезного мусора, который не жалко использовать для эксперимента. Последние события принесли в общую копилку фригольда немало специфических глифов с Червей и тавров, бесполезных земным Восходящим. Но также были, например, и совсем свежие Руны Стихии Смерти, созданные уже в Домене, и неудачные образцы рунных экспериментов с земным оружием – сделанные Рунами-Предметами гранаты, игольники и винтовки…

– Не знал, куда деть, – признался Ключ чуть смущенно, передавая Руны. – Распылять жалко, потери большие…

В Вечность я вошел на следующее утро. Было немного не по себе – впервые я шел туда в одиночестве, без помощи вселенца, – однако и миссия предстояла простейшая, я вообще не собирался покидать Бассейн Душ. Но сюрпризы начались уже на моменте погружения.

Обнаружены ключевые изменения.

Особенность «Двуединый» потеряна.

Сканирующие системы Вечности, чем бы они ни были, мгновенно вычислили отсутствие Белого Дьявола. И остановили меня на входе, заставив заново назвать имя, а также сообщили, что отражение Вечности имеет следующие различия…

Ну понятно – с момента прошлого визита я действительно прибавил в Атрибутах и Навыках – но синхронизировать отражение, тратя Звездные Монеты или Кровь, не стал. Это имело бы смысл при длительном погружении, но не сейчас, когда нужно войти, поторговать и выйти. Такое ощущение, что Вечность впускала меня… неохотно. Прошло некоторое время, прежде чем я увидел знакомые рунные символы:

Звездный Флот

Слава: 104 (Посвященный)

Звездная Кровь: 1131/1381

Руны: 96/105

Звездные Монеты: 26

Бассейн Душ: мир «Камни»

Особенности: Измененный

Печати: нет

Клятвы: нет

Запреты: нет

Вечность…

Бассейн Душ был совершенно пуст. В дырчатых провалах за его пределами светился розовый туман, по-прежнему вращались большие и малые астероиды. Мир «Камни» – пограничный, полупустой, никому не интересный – Азимандия недаром выбрала это место для тайных встреч…

Проверив Скрижаль, Звездную Кровь и Руны – все перенеслось, как обычно, хотя чувствовал я себя не в своей тарелке. Аватар Вечности, хоть и был создан по образу и подобию, все же – другое тело, и, чтобы привыкнуть к нему, требуется время. К счастью, не нужно было куда-то идти, и я медленно погрузился в искрящуюся купель и прикрыл веки.

Контракция.

Невероятный маркетплейс Вечности вспыхнул передо мной во всем своем рунном великолепии. Множество разделов, функций, разнообразных валют и прочего, сущий темный лес для неофита. Мы с Белым Дьяволом только коснулись торговой системы Вечности, запустить бы сюда эксперта-финансиста, чтобы разобрался как следует со всеми возможностями…

Но биржевого специалиста у нас не было, имелся только Сигурд Морозов. И он принялся тщательно изучать списки Рун, их наименования и цены, пытаясь отыскать оптимальные варианты для покупки и продажи. Их на самом деле было немного, так как требовалось сделать все быстро и незаметно. Большинство моих Рун уже имело аналоги в списках Контракции, за исключением земных Предметов – но можно было ориентироваться на другие техноартефакты, коих тут было просто несметное количество. И, к моему удивлению, особым интересом и спросом они не пользовались – может, давно вышли из моды, а может, местные предпочитали другое, более эффективное оружие…

А вот с Навыками – совсем другое дело. Почти верхняя планка цен по рангу, и вот тут нам, можно сказать, повезло. Бронзовая Змеиная Гибкость ушла за десять Монет, серебряное Кровавое Пожирание – за рекордные пятьдесят, не считая комиссии. Ненужное мне Мастерство Выслеживания принесло еще восемь. Хитиновые Шипы из личных запасов Грохота, которые он все равно не использовал, – семь Монет. Мусорное Холодное Касание – три. Как я и думал, обитатели Вечности обожали экзотические способности. Почему бы и не попробовать новое, если можно, как перчатки, менять тела?

В общей сложности за Руны, включая выданные Кассиди и Миносом, удалось выручить двести сорок шесть Монет! Да, дерево и бронза – но, большое НО, аукцион Контракции скупал их в разы дороже, нежели Наблюдатель. А вот серебряное Развитие стоило здесь на пять Монет меньше. Общая экономия выходила фантастической – этот визит заработал фригольду как минимум семьдесят-восемьдесят Звездных Монет. Не считая Славы…

С общей суммой можно было замахнуться и на золото. На одну-единственную Руну хватило бы, однако с золотом на рынке Контракции сложилась обратная ситуация – оно было в дефиците. Если подумать, логично: основная масса обитателей Вечности давным-давно прошла серебряный ранг, а количество Атрибутов увеличивалось с каждой ступенью, так что тут спрос диктовал предложение. Хороших, мощных золотых Рун в продаже не было, если только по заоблачным ценам, да и не за этим я сюда сегодня пришел. Но в процессе изучения этого дисбаланса в голову пришла любопытная идея… Если закупать у Наблюдателя некоторые золотые Руны, их можно на двадцать-пятьдесят Монет дороже продать в Вечности. Например, Усиление или Повышение… Учитывая, что сокровищница Наблюдателя ограничена только Славой, нехитрая и очень-очень выгодная спекулятивная схема очевидна. Неужели никто не использует эту лазейку? Очень странно…

Навык Эфирных Манипуляций нашелся без проблем. Стоил он сорок пять Монет – высокая цена для серебряного Навыка, а для имплементации требовал пять звезд Энергии. Стало ясно, почему мои усилия не увенчались успехом – очевидно, он открывался в промежутке между пятой и десятой звездой Атрибута. Ну что ж, чего-то подобного я и ожидал…

Дайте два! По предварительным подсчетам получалось, что купить Навык в Контракции выгодней, чем снять «копию» самому. Затраты – нулевая Руна, Руна Развития, Знак, Печать, Звездная Кровь – вкупе превосходили стоимостью результат, и поначалу это поставило меня в тупик. Вероятно, существовали некие дополнительные факторы – бесплатные ресурсы либо Навыки, серьезно сокращающие затраты рунного мастера, которые были мне недоступны. Но факт оставался фактом – и я купил два одинаковых Навыка за девяносто Монет.

Почему два? Потому что один – мне, а второй – фригольду, самому риксу или тому, кому он сочтет нужным отдать. У Кассиди тоже хватало Навыков, которыми не грех было поделиться с другими колонистами.

Затем я приобрел восемь серебряных Рун Развития. Не все пойдет мне, само собой, тем не менее по меркам нашей колонии – настоящее богатство.

В Скрижали оставалось двадцать две Звездных Монеты – мой личный НЗ, накопившийся со всех заданий. Чахнуть над златом не имело смысла – в отличии от Рун, сами по себе Монеты бесполезны. Хватало на одно серебро или две бронзы, и в других обстоятельствах я бы выбрал серебро, однако нам предстояла нелегкая и очень важная операция в темных землях. Поэтому… две Руны лучше одной.

Первым приобретением стала Руна Светоча. Вообще я искал что-нибудь с эффектом игг-света, пусть и не такое мощное, как Копье, – вроде Светожука или Фиала, которые фригольдеры брали у Наблюдателя в награду за Червей. Но, как назло, предлагаемые варианты либо отсутствовали, либо стоили гораздо дороже из-за нескольких усилений. Можно было взять Световое Касание или Дневной Свет, но эти Заклинания работали совсем недолго, поэтому я выбрал Светоч – Руну-Предмет, вызывающую парящий шар с эффектом яркого освещения. Бронзовый Предмет с одной звездой Усиления всего за десять Монет – отличный вариант!

Второй покупкой стала Руна, которая должна была помочь переместить иллиумовый саркофаг в Портал. Облегчение Веса, Невесомость или Парение стали бы лучшим выбором, не будь хранилище ядра Домена изготовлено из материала, который плевать хотел на любые рунные эффекты. Мы долго обсуждали с Кассиди и моими ребятами, как лучше сделать, и в итоге я остановился на проверенной Руне Силы Десяти Воинов. Да, всего лишь бронза, на четыре минуты увеличивающая телесную мощь Восходящего, но если их активируют сразу несколько Восходящих, они без труда перетащат саркофаг куда нужно. Тем более это крутое, постоянно используемое Умение, которое я не раз видел в деле у парней Адаманта или Серены…

После торговой сессии одна-единственная Монетка осталась в моей Скрижали. Богатство и легкодоступность Контракции, тысячи Рун на любой вкус в «одном клике» пьянили возможностями – и в голову сами собой лезли мысли о перспективах, золотых Рунах, торговых операциях между Единством и Вечностью… Ведь если один такой заход настолько выгоден, что будет, если поставить дело на поток, и перетаскивать Руны из Единства в Вечность даже в масштабах фригольда? Это совсем другие цифры… А если договориться с союзниками и делать это всем Кругом?!

– Но ведь это нехорошо.

Голос, пробившийся словно ниоткуда, был мягким и как будто слегка укоряющим.

Я резко вынырнул из купели – чтобы увидеть в соседней ячейке кел, небрежно опирающегося на бортик. Он словно материализовался здесь уже давно и все это время наблюдал за мной. Смазанная, гладкая внешность без особых примет, непонятный возраст, а поверх коричневого асари единственное украшение – медальон, золотая монетка на тонкой цепочке.

Контракторий. Один из тех, кого Белый Дьявол называл слугами Хитрейшего. Какого черта ему от меня надо? Неужели…

– Да, – сказал кел, словно прочитав мои мысли, пристально глядя на меня. Он как будто ждал чего-то, знака или тайного слова. – Мой господин думал, что его сделки останутся незамеченными? Я хотел бы увидеть пайцзу Хранителей.

– О чем речь? – спросил я резко, пытаясь сообразить, в чем может заключаться проблема, ведь я вроде бы не делал ничего, запрещенного правилами Вечности.

– О, играть в слова такая глупая затея, – вздохнул контракторий. – Тем более для того, кто даже не купил анонимность сделок и не защищен от пророчеств. Значит, пайцзы нет? Мой господин очень неосторожен.

Я на мгновение сосредоточился, пытаясь избрать правильную линию поведения. Неизвестно, чего они хотят, но не стоит забывать, что я в аватаре нео, который может оказаться кем угодно – даже новым телом могущественного небесного кел. Я вспомнил, как вел себя с торговцами Белый Дьявол и в каком ключе упоминал о них Эриний…

– О, мои жалкие сделки привлекли внимание Контракции, – немного холодного презрения не повредит. – И чем же я обязан такой чести? Кто ты, незнакомец?

– Всего лишь слуга Контракции, который следит, чтобы торговля была честной, – невозмутимо ответил мой собеседник. – Мы знаем, откуда приносит Руны мой господин. И куда их унесет…

Он знал! Не знаю как, но меня молниеносно вычислили – скорее всего, по специфичным Рунам с земными Предметами, которые я сегодня продавал. Это казалось невероятным, учитывая масштаб Вечности и миллионы сделок, но появление этого товарища означало только одно – некая служба безопасности Контракции почуяла неладное. И даже неважно, какой триггер сработал. Важнее, чего они хотят?

– А какое имеет значение, откуда я беру свои Руны? – сохраняя внешнее спокойствие, ответил я. – Кел и нео странствуют в разных мирах, и я не припомню, чтобы дороги вовне были закрыты.

– Мой господин хочет показаться очень наивным, – понимающе улыбнулся контракторий. – Но чьей бы искусной маской он ни был, для Контракции это не имеет значения. Вовне ходят немногие, и у большинства из них есть… разрешение. Те же, кто делает это тайно… поступают нехорошо. Странные Предметы, черные Руны, запрещенные Существа… Это называется контрабанда, мой господин.

– Неужели Контракция опасается конкуренции из-за десятка мусорных Рун? – презрительно бросил я, продолжая отыгрывать принятую роль.

– Там, где открывается маленькая течь, вскоре может прорваться поток, – философски заметил контракторий. – А там, где незамеченным прошел один разведчик, появляется войско…

– Так чего вы хотите от меня?

– Это предупреждение, мой господин. Руны, принесенные извне, не должны попадать в Вечность, минуя Контракцию. Нехорошо, когда нашим делом занимаются другие… Мой господин слышит?

– Правильно ли я понял, что вы запрещаете мне торговать Рунами, принесенными извне? – медленно переспросил я.

– Контракция не запрещает, а всего лишь рекомендует. Но к нашим рекомендациям стоит прислушаться. Есть два варианта для моего господина, если он хочет продолжить свой небольшой бизнес. Первый – мы начинаем сотрудничать напрямую. Мой господин будет выполнять торговые поручения под нашей защитой и покровительством. Контракции всегда нужны смелые представители, готовые снисходить вовне и добывать там Руны! В этом случае, помимо законной награды, мой господин сможет спокойно пользоваться привилегиями своего положения, – развел руками торговец. – По моему скромному мнению, это отличное предложение – и, скажу по секрету, Контракция удостаивает им совсем немногих. Но, конечно, придется подписать соответствующий контракт и принести Клятву.

Меня, кажется, просто нагло вербовали. Смысл визита контрактория наконец стал совершенно ясен – они нашли лазейку и тут же попытались либо заткнуть ее, либо перевербовать «контрабандиста». Без сомнения, инструментов и рычагов у них было предостаточно – по крайней мере, в Вечности…

– А второй вариант?

– Он менее прибыльный и требует первоначальных вложений. Вы приобретаете у нас особую Руну, которая будет играть роль посредника. Ей можно продавать и покупать Руны почти без ограничений, почти по такой же цене, как и в Контракции, но с определенным лимитом. Это очень удобно, когда вы находитесь… вовне.

То самое, от чего предостерегал Белый Дьявол. Сделки с этими типами, любое сотрудничество с ними – скрытая ловушка! Поэтому я усмехнулся и покачал головой:

– Что, если мне не подходят оба варианта?

– Это очень печально. Если мой господин не прислушается к нашей рекомендации – и будет продолжать нехорошие сделки, сам или с чьей-то помощью, мы выясним… Контракции придется принять меры. Начиная от отказа в обслуживании и заканчивая… совсем неприятными вещами.

– Насколько же неприятными? – уточнил я.

– О, мой господин узнает, если мы встретимся во второй раз, – улыбнулся кел. – Но лучше бы этого избежать.

Он коснулся своего медальона с монетой, и она неожиданно закружилась на кончике пальца.

– Есть вещи, которые достают везде. В Вечности и вовне. Пусть мой господин помнит об этом.

И на этом наше общение окончилось, потому что он исчез, растворился в звездной купели, вновь оставив меня в одиночестве.

Я резко выдохнул, ощущая себя так, будто только что побывал в клетке с тигром. И последовал его примеру, нащупывая нить, ведущую прочь из этого чертова мира… Беспрепятственно легко вышел – Небесный Трон отпустил меня, лишь слегка погрозив пальчиком.

Выводов из этой встречи стоило сделать два.

Первый – меня мгновенно отследили и поставили «на карандаш». Это означало, что у Вечности – по крайней мере, у одной из фракций ее Хранителей – есть системы мониторинга «рунной контрабанды». Подобные сделки стоило совершать только с проверенными людьми при личной встрече, а это, в свою очередь, означало, что нужны связи.

И второй – мои наполеоновские планы по использованию торговых уязвимостей Единства/Вечности идут на хрен. Эти потоки уже жестко контролируются, недаром этот тип примчался столь резво. И с инициацией новых землян в Вечности как минимум стоит немного подождать, иначе нами может заинтересоваться не только Контракция. Белый Дьявол говорил мне, что в Вечности много полюсов силы – и мне не очень хотелось встречаться с теми, кто, например, держал на поводке Псов Вечности.

Полноценно осмыслить эту ситуацию еще предстояло, тем не менее – цель была выполнена. Выбросив ненужный мусор, мы получали восемь серебряных Рун и два ключевых Навыка. Я торжественно передал немного обалдевшим Винсенту и Миносу пять серебряных Рун Развития и один из Навыков Эфирных Манипуляций. Это позволяло риксу повысить еще двух-трех ключевых земных Восходящих до серебра. И тогда никто не будет смотреть на меня косо.

А еще три Развития достались мне. Так мы договорились, чтобы хватило на имплантацию Навыка и будущую компенсацию потраченных звезд. Я сразу же вложил в Атрибут Энергии две звезды, получив потрясающие Навыки:

Манипуляция Звездной Кровью – этот Навык неожиданно заменил Контроль Звездной Крови, став его расширенным вариантом. Очень любопытная трансформация, если учесть, что Контроль изначально относился к Предвидению…

И второй стала Энергетическая Сенсорика – что-то вроде Биолокации, только энергетических сигнатур. Если их совместить, получалось очень интересное мультиспектральное сканирование, и я собирался в ближайшее время им воспользоваться.

Ну а потом я встроил Эфирные Манипуляции и испробовал его, вместе с Винсентом. Учителей у нас, по понятным причинам, не было, поэтому приходилось познавать на собственном опыте – как это, что это такое вообще – Эфир… Как его отделять и использовать… Как формировать тени Навыков, те самые эфирные Печати (серебро) и Знаки (бронза), что позволяли создавать продвинутые Руны.

Миносу в голову пришла любопытная ассоциация. Вода, например, может существовать в трех агрегатных состояниях одновременно. То же самое происходит и с А-энергией, которая является основой Звездной Крови. Если принять, что Звездная Кровь – жидкость, тогда Минералы, Реликты, Фрагменты – это лед. А Эфир – это пар. И одновременно «тонкая форма», образующая рунные конструкции, нечто вроде слепка того, во что вливается Звездная Кровь. Объяснить это людям, не Восходящим, – сложная задача, однако мы друг друга поняли с полуслова.

Третье серебряное Развитие я вложил в Искусство Пилотирования (четвертая звезда), чтобы создать несколько бронзовых Навыков Универсального Пилота. Для Фьюри… и еще кого-нибудь, способного заменить меня за штурвалом винтокрыла. Было даже немного грустно – я переставал быть незаменимым, но одновременно испытывал гордость – теперь земляне, получив такие возможности, смогут больше, много больше. И первыми испытателями новых Навыков станут ребята из моей команды.

Нам предстояло двигаться дальше – ведь кристалл-сфера не вытащит сама себя из темных земель…

Глава 7

Операция в темных землях заняла несколько дней, каждый из которых заслуживает отдельного рассказа. Нелегкое испытание – возможно, самое сложное из тех, что выпадали нашей команде. Отсутствие воздуха, неудобное снаряжение, дикий холод и враждебные, почти невидимые твари – любая ошибка могла стать фатальной.

В первые сутки мы провели повторную разведку боем и завоевали плацдарм вокруг саркофага, двадцать часов подряд отстреливая нападающие порождения пустоты. Это был отрезок наиболее интенсивной и опасной работы, основную тяжесть которой пришлось взять на себя Грохоту, мне и нашим Существам. Рунный доспех Толи перед боем получил второе Усиление – «Отражения» превратились в мощный «Зеркальный Покров», – и именно десантник стал нашей живой крепостью, принявшей главные удары.

Мы выдержали первый натиск, и второй, и третий, а затем работа стала монотонной – мы подобрали ключик к этим тварям.

На самом деле он был прост – свет! Много света, сплошное освещение, световая зона, где они не смогут укрыться в своей любимой темноте. Еще при первом столкновении я заметил, что на свету твари становятся медленными и уязвимыми, поэтому мы притащили прожекторы, световые стержни, светошумовые гранаты и целый криптор солнцекамня. Также в дело пошли Руны и Предметы, как собственные, так и заемные: Призрачный Фонарь, приобретенный в Вечности Светоч, Касание Света, Светожук и Полярия. Последним Существом поделился Лэндо, очень сильно рвавшийся с нами – принц даже ходил к Винсенту, но рикс оказался непреклонен. Я понимал причину отказа: слишком много наших секретов узнали бы Люди Трав, попади Лэндо в Серебряный Замок.

Все вместе позволило выстроить и удержать линию обороны, хотя в первые часы попотеть и понервничать пришлось изрядно. Помогло Объединение Разумов, а затем, приноровившись, мы поняли – при ярком освещении пустотники не представляют смертельной опасности. Человеческие рефлексы, не говоря уже о способностях Восходящих, вполне справлялись, главное – не давать им приблизиться, вцепиться и подпитаться нашей энергией. Тем не менее без легких травм не обошлось – обморожение по очереди получили Грай, Инь и Юки, последняя – серьезное, потому что действовала чересчур отчаянно. Несмотря на это, все сразу же вернулись в строй – Руна Исцеления и Кристалл Странника работали безотказно. Несколько раз пришлось чинить Боевой Доспех Грохота – системы не выдерживали энергетического вампиризма пустотников.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.