Гростин Катрина
Мой милый Лучик

1 часть

1 глава

Громкая музыка, рёв моторов, аромат жжёной резины, мазуты и алкоголя. Девушка уверенно проходила среди гудящих толп, пытающих развязать с ней разговор, изредка бросая на окружающих равнодушные взгляды.

– Эй, красотка, может того? – полураздетый парень схватил её за руку и мерзко улыбался.

– Отпусти, – прошипела та, даже не оглядываясь на него.

– Ну ты чего? Идём. – не унимался тот, притягивая её к себе.

– Я тебе русским языком сказала: отпусти.

Когда расстояние между ними стало непозволительно маленьким, она ударила кулаком под дых, так что тот скрутился.

– Стерва, – прошептал тот, подбираясь к ней, но она ускорила шаг и совсем скоро оказалась на своей позиции. За мотоциклом, который подарил ей отец. И драться он тоже её научил, перед тем как оставить их с матерью без гроша и уйти к молодой любовнице, которая родила от него ребёнка.

Каштановые волосы девушка собрала в хвост и спрятала под костюм, полностью закрывая их шлемом, лишь хитрые карие глаза было видно и по ним можно было догадаться кто на байке.

– Удачи, ведьма.

– Спасибо, Кирилл.

Кровь закипела в жилах как только они подъехали к стартовой линии. Взглядом она оббежала толпу и на последок глянула на соперников, которые останутся позади. Как обычно. Сегодня победа будет точно её. Ухмыльнувшись этой мысли, она посмотрела на грид-гёрл, которая хихикала с каким-то парнем, который без стеснения изучал её тело.

«Вот чёрт» – прошептала она и уложила голову на руль.

Больше всего её раздражали они. Девушки, которые приходят сюда только ради развлечений. Готовые отдаться за стакан самой дешёвой выпивки.

Наконец послышались шаги, сопровождающиеся стуком каблуков. Заветный мах флажком. Дыхание перехватило. Совсем скоро она заберёт деньги и уйдёт отсюда. Скоро.

Она держалась крепко на байке, умело обходя повороты. Глаза заплывали от волнения, дыхание перехватывало от скорости, а пульс отзывался ударами в висках. Финишная прямая. Ещё немного.

Аплодисменты и свист толпы. Всё для неё. Она сняла шлем, откинув назад намокшую прядь волос. На встречу ей вышел тот самый парень, который делал удачи перед заездом. Тот был гораздо выше её. Тело забито тату, а волосы сбриты. Выглядел он устрашающе, но многие говорили, что это котёнок в воплощении человека.

– Как обычно невероятная.

Он протянул ей пачку с деньгами.

– Сейчас будет вечеринка в честь твоей победы.

– Она началась задолго до её свершения, я домой, прости, Кирюш.

– Понял. Спасибо за шоу, буду ждать в субботу.

Постучав но её плечу, он ушёл, оставляя её совсем одну. Шоу будет. И никуда она не денется, потому что это единственное что она умеет.

Девушка мчалась по ночному городу, не замечая светофоров. Байк она оставила под навесом и забежала в подъезд, поднимаясь на пятый этаж представляла разочарованное лицо матери, из-за того, что она снова занимается гонками. Сколько раз у них возникали ссоры на этой почве не пересчитать по пальцам, но сидеть на месте Мира не могла.

Открыв дверь, скинув тяжёлые ботинки и шагнув в сторону своей комнаты, девушка в полумраке заметила силуэт матери. Та спала. Видимо до конца ждала появления дочери и уснула. Сердце сжалось и скомканные деньги упали на стол, рядом с ней.

Выпив таблетку от боли в голове, она двинулась в душ. Одежда сползла на пол, оставляя на себе груз прошедшего дня. Вспомнились касания этого подонка и захотелось оставленную им грязь смыть вместе с кожей. Омерзительно. Противно. Гадко.

Обернувшись махровым полотенцем, она взглянула на себя в зеркало. Потухший взгляд, синяки под глазами и бледная кожа. Выглядело всё гармонично настолько, что захотелось перекрыть всё тонной косметики или разбить все зеркала, чтобы никогда не видеть себя.

На часах было два ночи. Вставать через четыре часа. Девушка легла на кровать, прикрыв глаза и не заметила как погрузилась в сонную бездну.

Проснулась она от того, что лучи солнца пробивались в окно. Март выдался солнечным. По крайней мере, начало. Недовольно поморщившись, она потянулась за телефоном.

– Вот чёрт! – выругалась она и побежала в ванную, обратив внимание на то, что мама сидела на кухне, завтракая кофе с бутербродами.

– Доброе утро, милая. – проговорила та спокойным голосом, читая выпуск свежей газеты.

Мира остановилась. Пазл не то что не сходился, он напрочь терял все свои логические границы. Она проснулась без будильника, проспала. Помимо этого мама не на работе и вместо истерики и многочасовой беседы о том, что вид её деятельности противоречит всему чему только возможно, она желает ей доброго утра.

– Доброе, – проговорила та, усаживаясь рядом, хватая один из бутербродов. – Что пишут?

Женщина лишь повела плечами, складывая издание и переводя ореховые глаза на дочь, улыбнулась.

– Ты так похожа на папу.

– Мам, только не сейчас. Пожалуйста.

Девушка осела на стул, опуская напряжённые плечи. Если не повезёт, то опять придётся выслушивать лекции о том, насколько её родительнице не повезло встретить в этом мире представителя мужского пола, оказавшегося редкостным подонком.

– Ты опять дни перепутала, доча?

– Видимо.

Тонкая кисть руки запуталась в длинных волосах.

– Ну если сегодня никуда идти не надо, тогда пойду досыпать, – ухмыльнулась девушка и ушла к себе. Она лежала на спине, глядя в одну точку. Не хотелось ничего. Лишь остаться здесь навсегда.

Улыбнувшись та, потянулась за телефоном, который завибрировал от приходящего сообщения. Очередная рассылка. Чёрт. Откинув его в сторону, она легла на живот, подогнув под себя левую ногу и уснула.

– Слушай, когда мы сможем увидеться? – из динамика телефона доносился приятный голос подруги, которая в очередной раз что-то пекла. – Последний раз мы виделись до твоего ухода на больничный, а это было когда? Верно! Ещё в прошлом месяце.

– Катюш, не знаю. Давай может завтра?

– Завтра? А потом ты опять напишешь: Кать, не могу, перенесём встречу, у меня таракан рожает.

– Клянусь, что увидимся, мне справку закрывают. Зуб даю.

– Отлично. Тогда до завтра. Имей ввиду, что если я не явишься, то лишишься клыка. А так я тебе расскажу что-то очень важное.

– Хорошо, – ухмыльнулась в трубку девушка и вышла на балкон, завязывая хвосты розового атласного халата.

Весенняя прохлада одарила её, заставляя скукожиться, но Мира осталась на месте, выхватывая из-под стола пачку сигарет и зажигалку. Оглянувшись лишний раз, та подожгла её и затянулась. Дым щекотал горло, приятно проникая внутрь.

Внизу суетились люди. Бежали кто куда. Городская рутина утягивает тебя за собой все зависимости от твоего желания. Поселившись здесь, ты становишься частью этого дурацкого муравейника.

Выкинув окурок, Мирослава ушла к себе. Девушка включила светильник и взглянула на гору домашнего задания, которая ожидала её целую неделю. Она закрыла глаза и вдохнула воздух, сжимая руки в кулаки, которые непроизвольно потянулись к наушникам и уже включали любимые песни.

Секунды сменялись минутами, а те часами и вскоре на город упал ночной мрак. Лишь уличные фонари и одинокие светящиеся окна квартир и проезжающие авто рассекали его.

Два часа и тридцать семь минут. Тридцать восемь. Рука безвольно легла на конспект, отказываясь писать дальше. Мышцы неприятно ныли и хотелось лечь.

Стянув с себя гарнитуру, та подошла к кровати и упала на неё, неосознанно проваливаясь в объятья Морфея.

2 глава

Глядя на себя в зеркало девушка улыбнулась, и, подмигнув себе вышла на улицу. До остановки оставалось совсем ничего, когда подъехал нужный автобус, единственный, который ходит до её школы. Она уже не зашла в него, а забежала, случайно задев локтем старушку.

– Простите, пожалуйста, – взмолилась та.

– Всё хорошо, милая, – одарила её в ответ пожилая женщина, напоминающая солнечный лучик с сияющими голубыми глазами и седыми кудряшками.

Мира держалась за поручень, глядя в окно почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд. Девушка перевела внимание на пассажиров, но все были заняты чем-то своим.

«Параноик хренов» – подумала про себя она и ухмыльнулась. Но чувство какой-то внутренней тревоги и чьё-то внимание вызывали недоверие.

Идя по улице, к школе, поднимая дорожную пыль, оседающую на светлые кроссовки, по которым уже успели пройтись в общественном транспорте и младшие классы, соревнующиеся кто быстрее до входа, она проклинала кого только возможно и скорее хотела уйти отсюда.

– Мира! – окрикнула её блондинка с зелёными глазами и настолько идеальными чертами, что казалось будто живой она никогда не была и создавали её по подобии куклы.

– Идём, – схватила она ту за руку и с неизвестно откуда появившейся силой повела её в школьный туалет, по дороге бросая возмущения на каждого, кто встречался, из-за чего Мирослава хихикнула, но сразу же приняла серьёзное выражение.

– Этот козёл проклятый меня отшил.

– Козёл это И- Игорь?

– Да! – крикнула та, усаживаясь на подоконник.

– Милая, не расстраивайся, он не достоин тебя.

Она наигранно начала всхлипывать, перед этим театрально надув губы. Светлые волосы закрыли лицо, но видно, что она едва сдерживалась чтобы не засмеяться.

– Кать, ты чего?

– Знаешь что вспомнила? Не знаешь. Сейчас расскажу. Помнишь Люсю из 9 «Г»? Так вот. Она с Митей встречаться начала. Прекрасная пара. У неё лицо раздуло как после поцелуя целого роя пчёл, а он красавец тот ещё завидный молодец. Недавно фотографии их совместные видела. Ну красота писанная прям.

Она болтала стройными длинными ногами, свисающими с подоконника, точно маленькая девочка.

– У тебя-то кто-то есть?

– В смысле?

– Мир, ну не прикидывайся.

– Нет, и не будет, – прошептала девушка, снимая рюкзак, бросая его под ноги, а подруга лишь вздохнула.

Екатерина была тонкой души натура. Парней она не любила, но наслаждалась вниманием от них, которого она получала в рамках приличия, которые постепенно расширялись. Мало кто из представителей сильного пола, так сказать, мог заинтересовать её по-настоящему. Временное увлечения, не больше. Поэтому её недолюбливали многие девчонки, а мальчишки побаивались.

– И правильно. Все мужчины козлы. Есть особые случаи, где некоторые стоят хотя бы немного нашего времени, но в частности, это некоторое подобие чего-то непонятного. Что за бумажка торчит?

– Где?

– Там, – протянула руку Катя, почти дотягиваясь до какого-то свёртка.

– Чёрт его знает.

Это был листик, который вырывали на скорую руку. Очень плотная бумага. Пальцы быстро снимали ленту и раскручивали его.

– Какая красота, – захлопала в ладоши подруга, забирая рисунок. Портрет, если быть точнее. С пожелтевшего листа на девушек смотрела Мира. Глаза, выражающие безразличие, сомкнутые губы и волосы, обрамляющие красивое лицо.

– Алексей Соловьёв, – прочитала та надпись.

– Глупость какая-то. Где этот Алексей мог меня видеть?

– Какая-то ты не романтичная вовсе. Ты знала, что художники это очень тонкие натуры. Возможно ты стала его музой и без тебя он не сможет творить. А увидеть мог тебя где угодно. Даже сегодня на остановке. Вот стоишь вся грустная, ожидаешь свой автобус, который приехал на целых четыре минуты раньше, а мужчина дрожащей от волнения, не свойственного раньше ему, наносил неуверенные штрихи, пытаясь как можно лучше передать то, что видел. А потом, когда ты уже уходила, быстро всунул в кармашек свёрток.

– Не моя головная боль, кем кому и когда я успела стать, – выдохнула девушка и подняла портфель с пола, закидывая его на плечо. – Идёшь?

– Ты не будешь его искать? – блондинка наклонила голову, сверля подругу неодобрительным взглядом.

– Не вижу смысла. Нарисовал, так нарисовал.

Мира махнула рукой, а Катя что-то быстро набирала, стуча ногтями по экрану, не обращая внимания ни на что. Недолго думая, Мирослава выхватила из кармана свой телефон и набрала знакомый номер подруги, отходя на несколько шагов. Заиграла новая песня Ланы Дель Рей и зелёные глазища недовольно прожигали её на сквозь.

– Иду, иду.

Выдохнула блондинка и медленно соскользнула со своего места и пошла к выходу, едва не сбив девочку из младших классов.

– Прости, пожалуйста, милая.

Та лишь восхищённо улыбнулась, глядя на девушку, которая уже почти скрылась за дверями.

– Готово, – проговорила подруга.

– Что?

– Вот тебе всё скажи. Придёт время и узнаешь.

На губах заиграла ухмылка, которая не предвещала ничего хорошего.

– Сейчас у нас урок с этой.

– Кем?

– Ну этой. – Катя пыталась передать жестами загадочную женщину, а потом просто добавила. – В, общем, химия.

С именами у неё было всё туго. Держались до какого-то нового в голове, а дальше словно ветром сдувало.

Зайдя в класс, они сели на свою последнюю парту рядом с окном.

Прозвенел звонок и толпа взорвалась, вместе с гвалтом недовольства и дурацких шуток, которые прекратились, стоило лишь появиться в дверном проёме женщине, чьё имя казалось страшнее, чем чьё либо.

Она бросила журнал на стол и обвела всех презрительным взглядом.

– Васильева.

Мира встала.

– Доску приготовь. Сегодня пишем контрольную.

Девушка оглянулась на соседку, которая приободряюще подмигнула.

3 глава

Надевая мотоциклетный шлем Мира проклинала чуть ли не всех кого возможно. На этот раз крепления запутывались в тёмных волосах и немного пришлось даже отрезать. Не заметно, но всё равно досадно.

Когда забрав ключи она собралась уходить, внимание её привлекла вибрация телефона. Пришло сообщение. Такое было крайне редко, исключением всему становилась суббота, а до неё ещё долго, поэтому беспокоить её чертополох недоделанный не стал бы.

«Привет, не против пообщаться?»

Незнакомый номер, пользователь. Странно. В профиле ни одной фотографии. А имя показалось смутно знакомым.

Подбежав к портфелю, та вытащила рисунок и внимательно присмотрелась к подписи. Именно оно.

Девушка отбросила телефон на кровать, закрывая за собой дверь. Она ещё обязательно позвонит Кате. Кроме неё никто не мог связать неизвестного Леонардо Да Винчи с ней. Ну или же художник безрассудный сталкер, это немного хуже первого варианта, но с ним справиться полегче, наверное, будет.

Стемнело. Улицы почти полностью опустели. Залезая на сиденье, девушка почувствовала как участился пульс. А когда мотор загудел она жаждала скорости. Не долго думая, она сорвалась с места и поехала. Ветер запутывал распущенные волосы и стучался в стекло очков. Мимо пролетали фонари и здания, в которых изредка появлялся свет.

Хотелось кричать. Она чувствовала себя невероятно свободно и мысленно та молила, чтобы этот миг никогда не заканчивался. Сердце стучало, кажется, везде. Виски пульсировали.

Проделав несколько кругов, она всё же вернулась домой. Усталость давала о себе знать, спина безбожно болела, а голова приятно кружилась.

В квартире была гробовая тишина. Свет не горел, значит мама ушла спать. Надеясь остаться незамеченной, Мира на носочках пробиралась к себе, пока половица не скрипнула и не щёлкнул выключатель.

– Мирослава, я его сожгу у тебя на глазах, если ты не успокоишься со своими ночными поездками, – укутываясь в белоснежный махровый халат, женщина прошла к дивану, и, закину ногу на ногу, следила за дочерью.

– Этого больше не повторится, – тихо сказала девушка, глядя на пол.

– Я эту фразу слышу чаще, чем обращение к себе, – она несколько минут ничего не говорила, заново изучая каждую черту лица дочки. – Я тебе не верю.

– Но…

– Я ничего не хочу слышать, иди к себе. Спокойной ночи, милая. Завтра поговорим.

И ушла.

Дверь не громко хлопнула, а девушка осталась в полном одиночестве, от которого захотелось рыдать.

Мира зашла в комнату и схватила телефон, быстро набирая знакомый номер. Через три гудка послышалось сонное «алло».

– Не спишь? – не дожидаясь ответа, та ответила сама себе: – Чудесно. Катюш, расскажи, пожалуйста, как наш художник смог найти мои контакты?

– Не знаю, Мир. Даже догадываться не могу. Ты поэтому мне звонила?

– Зачем? – прошептала девушка в трубку, догадываясь какой будет ответ.

– Чтобы ты забыла его. После его смерти ты превратилась в камень. Во взгляде пустота, которую ты перекрываешь адреналином. Я не прощу себя, если с тобой что-нибудь случится, клянусь. А с этим могла бы быть любезнее. Ты просто убиваешь себя, ты не живёшь, а выживешь. Думаешь этого бы он хотел? Та он предпочёл бы сотню раз прочувствовать свою смерть, лишь бы ты была счастлива. Его нет с нами и никогда не будет. Ты должна просто принять этот факт и идти дальше.

Последние слова отразились звонкой пощёчиной, казалось, что даже кожа на лице покраснела.

– Антона никто не заменит, – проговорила она, чувствуя как к горлу подкатывает ком. – Прости, что разбудила, Катюш. Сладких снов.

– Спокойной ночи, кошечка.

И завершила вызов.

В памяти всплыл момент, когда девушка быстро набирала сообщение и пазл сложился.

Рука безвольно упала на кровать, а Мира смотрела перед собой. Память снова воспроизводила его голос. «Мой солнечный лучик». Вновь смотрели голубые глаза, а светлые волосы трепал ветер.

Она не заметила как по щекам начали катиться слёзы, а сама потянулась к прикроватной тумбочке, в которую не заглядывала уже четыре года.

Конверты, бумажки, фантики, фотографии и кулон на потемневшей цепочке. Дрожащей кистью, та подцепила его и крепко сжала, прижимая к груди.

– В тот день ты не должен был уходить, – сквозь вырвавшиеся рыдания, прошептала та, ложась па пол. – Почему ты?

Четыре с половиной года назад.

Я выбежала на улицу, не смотря на то, что было ранее утро. Стоял ужасный мороз, которого я не чувствовала. С минуты на минуту должен был появиться он. Сердце стучало так сильно, что казалось вот-вот выпадет из грудной клетки.

Где-то вдали послышался звук его машины, и, я побежала туда, что было силы. Ноги заплетались, а дышать становилось тяжелее, но я не останавливалась. Мы не виделись с ним три месяца. И я даже завела календарь, чтобы отмечать дни, которые провела без него.

Когда я увидела совсем рядом белый пассат, я выдохнула и облако пара взвилось надо мной.

– Лучик, ты что тут забыла? – мягкий голос парня коснулся моего слуха и я вздрогнула, тот час бросаясь в его объятья, которых мне так не хватало.

– Я скучала, – отдышавшись, сказала я.

Голубые глаза смотрели прямо в мои и я почувствовала как щёки наливаются красной краской. Улыбнувшись, он стянул с себя куртку и повесил мне на плечи.

– Слушай, ну ты, конечно, даёшь. В тоненьком пальто лететь по такой холодине. Заболеть хочешь? Твоя мама мне вовсе голову открутит, если узнает, что это всё из-за меня.

– Не узнает, – заверила его я, рассматривая лицо. Как же я по нему скучала.

– Ну тогда хорошо, – ухмыльнулся тот, а мне захотелось визжать от радости.

– Я тебе сюрприз приготовил, – немного наклонившись ко мне сказал Антон, оставляя лёгкий поцелуй на моей щеке.

– Какой? – поинтересовалась я.

– На то он сюрприз, глупышка, чтобы ты узнала, когда придёт время.

Солнце светило в лобовое стекло и я щурила глаза, периодически ощущая на себе его взгляды. Мой самый близкий человек. Самый родной.

– Люблю тебя, – закрывая глаза от яркого утреннего солнца, прошептала я и почувствовала как машина остановилась. Позади нас гудели другие, а его губы накрыли мои, заставляя бабочек в животе проснуться и забиться с сумасшедшей скоростью.

– Мой солнечный лучик, моя самая любимая девочка.

Я улыбнулась, зная, что он это говорит искренне. Я верила ему больше чем себе.

В тот день открылись жалюзи неведения, отделяющие меня от приготовленного сюрприза. Он подарил мне щенка. Хаски. Серые лапки, мокрый нос и очень хитрый взгляд разноцветных глаз. Левый был карий, а правый голубой. Финик. Я назвала его первым, что пришло на ум.

– Почему Финик? Давай уже вовсе Пряником назовём. Или Курагой.

– Финик, – сказала я, прижимая к себе малыша, который не понимал что с ним происходит.

– Ну пускай тогда будет Финик.

В тот день мы сделали памятное фото на старый бабушкин полароид, которое не долго провисело у меня в комнате прямо над кроватью. Смотреть на него было больно.

Картинка плыла, но она смотрела на фотографию, которая выцвела от времени. Боль окутала сердце, а наружу рвались рыдания, которые она пыталась запереть.

– Прости, что ты ушёл так рано, – сказала девушка и легла на кровать, прижимая к себе то самое изображение.

Когда следы от слёз почти высохли, она дрожащей рукой пыталась найти телефон. Взяв в руку, она нашла недавний чат с неким Алексеем.

«Привет, не против. Спасибо за рисунок, очень даже получилось. У тебя явно талант».

Стоило ему отправиться, как тут же его прочитали, словно выжидая этого момента.

«Не возможно было по-другому изобразить такую невероятную девушку».

Она смотрела в экран, пока печаталось ещё один текст, предназначавшийся ей.

«У тебя очень красивые глаза. На солнце словно солнечный осенний день, а в тени точно ночной сумрак. Но видно, что ты чем-то опечалена. Я езжу с тобой не первый день и каждый раз подмечаю то, что во взгляде у тебя какая-то тревога и печаль. Даже отчаяние. Я не буду копаться в тебе, но надеюсь, что всё уладится».

– Уже ничего не уладится, – грустно улыбаясь вполголоса произнесла она, перечитывая сообщение.

«Спасибо огромное».

И отключила гаджет, откладывая подальше.

В свете ночника Мира посмотрела на фото, которое всё это время прижимала к груди и ком снова собрался в горле.

Сама не заметила как провалилась в тяжёлый сон. Снова горящая машина и его пустой взгляд, направленный на неё и губы, беззвучно произносящие:

– Люблю тебя.

4 глава

Сентябрь.

– Катюш, колени дрожат. Если бы ты видела что здесь есть. Девушка, подскажите, пожалуйста, где аудитория четыреста восемь?

Отрывая телефон от уха спросила Мира у незнакомки, пробегающей рядом.

– Второй корпус, на третьем этаже.

– Вот блин, спасибо, – улыбнулась девушка, снова прикладывая трубку к уху.

– Весело у тебя.

– По полу катаюсь от смеха. Ты как?

– Я хорошо, пошла на танцы, хочу вернуть форму и пойти на хореографа. Осталось буквально несколько пробных занятий и меня берут. Поверить в это не могу.

– Боже, не виделись всего две недели, а будто вечность прошла. Скучаю жутко.

Поднимаясь по ступенькам, девушка не заметила как на неё вылетел мужчина, грязно ругаясь по телефону. Уткнувшись лицом в его твёрдую грудь, она выдохнула, поднимая на него глаза. Голубые, те казались бездонными и на долю секунды она задержала на них внимание. Острые правильные черты, чёрные волосы, аккуратно уложенные назад, белая рубашка и бежевые брюки с тёмно-коричневыми туфлями. Нужно признать, что выглядел он безупречно.

– Нужно смотреть куда идёшь, – буркнул тот, а Мира сжалась от его взгляда. Голос. Снова он, дежавю.

– Это к вам тоже относится, прежде смотрите куда идёте и подбирайте выражения под учреждение, в котором вы находитесь.

Унимая внутреннюю дрожь, она гордо прошла мимо него, возвращаясь к разговору.

– Какой-то псих на меня налетел. Ощущение, что мы с ним где-то уже виделись. Клянусь.

– Очередная фантазия от Мирославы. Дубль первый. Встреча с незнакомцем и промелькнувшая между ними искра, которая не смогла превратиться в настоящий огонь страсти, пожирающий всё на своём пути.

Послышался звонкий голос Кати, от которого самой захотелось рассмеяться, но она была уже перед дверью в аудиторию.

Откинув волосы назад и сжав руки в кулаки, она смотрела на неё, когда та распахнулась и её едва не снесло.

– Прости, пожалуйста, ты в порядке?

К ней подошла приятной внешности девочка не высокого роста, с причудливой укладкой. Серые глаза пытались считать выражение лица девушки, а голова слегка наклонилась, скрывая локонами веснушки.

– Да, спасибо, – робко кивнула Мира и собиралась уйти.

– Кира, – тот час протянула та руку.

– Что? – оглянулась девушка.

– Меня зовут Кира, – улыбнулась она.

– Мирослава, но можно просто Мира.

– Очень приятно. Там лекция идёт, кстати.

Бросила девчонка уже отдаляясь.

– Ёлки палки.

Потянув ручку, она со скрипом вошла в аудиторию. Несколько десятков пар глаз сразу же уставились на неё, а она неловко поёжилась. Проходя на свободное место у окна.

– Опоздавшая, значит, – усмехнулся преподаватель в годах, отходя от кафедры.

– Простите, я заблудилась.

– Ничего страшного, с кем не бывает, особенно в первые дни – он лениво почесал лысину и окинул взглядом присутствующих, – А теперь продолжаем. На чём я остановился? Точно, так вот, она мне знаете что сказала? Что я старый козёл и гордо ушла, стуча каблуками, царапая мой паркет.

Слушатели переглянулись, кто-то начал заливаться смехом, а кто-то лишь недовольно покосился на мужчину. На лице Мирославы пробежала тень улыбки и она выглянула в окно, за которым была своя жизнь. И она манила её больше, чем забавные рассказы причудливого старичка.

5 глава

Дни пробегали один за другим. Сон, учёба, зубрёжка, снова сон и так по кругу. Спустив очки на кончик носа, девушка пересмотрела текст, который она пишет уже три часа. За окном ночной сумрак. Потянувшись за телефоном она недовольно выругалась. Сообщение от смутно знакомого пользователя, последние сообщения были ещё весной.

«Не стоит мне грубить, Васильева».

Она замерла. Воспоминания минувших дней проплывали перед глазами, но никого вспомнить она не могла. Глядя в одну точку, девушка не заметила, как в комнату зашли.

– Всё хорошо? – Кира робко коснулась её плеча, приводя в чувство.

– М? Да.

Отключив настольную лампу, та подошла к окну. Взглянув на ночной город, она с тоской вспомнила мотоцикл, ночные поездки, Катю, свою комнату, заезды. Слёзы комом собрались в груди, но девушка проглотила его, оглядываясь на соседку. Никогда не думала, что будет вспоминать о том времени в позитивном ключе, с желанием вернуться хотя бы на несколько минут. Снова сесть в кафешке рядом со школой, обсуждая подготовку к экзаменам и просто делясь разными историями.

– Давай спать, завтра опять тебя будет не разбудить.

Кира расчёсывала свои волосы, собирая в хвостик, который через несколько минут развалится.

Подойдя к своей кровати, Мира взглянула на телефон. Хотелось как-то съязвить, ответив на это сообщение, но она воздержалась и уложила голову на подушку, тотчас проваливаясь в глубокий сон.

Снова суббота. Мотоцикл. Последние наставления перед заездом. Сердце стучит так сильно, а на лице выступают капельки липкого холодного пота, к которому клеятся волосы. Знакомый, приятный бархатный голос. Страх. И темнота, возникшая из неоткуда.

Проснулась она в ярких солнечных лучах, которые не хило пригревали. В комнате она была одна. Испугавшись, девушка потянулась к часам. Всего половина седьмого.

Дверь распахнулась и в проёме появилась голова девочки, которая сразу же убежала, когда наткнулась на недовольное лицо Миры, приподнимающейся на локтях.

На улице звучала утренняя трель птиц, а солнце всё ещё по летнему грело прохожих. В наушниках любимая песня, и, несмотря на усталость, она чувствовала себя отлично.

«Доброе утречко, ведьмочка».

Показалось на экране, когда она отвечала на сообщение Кати.

«Доброе, мистер зануда».

«Хорошо сегодня выглядишь».

«Не могу ответить вам взаимностью, я просто вас не вижу».

«Ещё увидимся, я правее от пешехода, на котором ты сейчас стоишь».

Он оглянулась. Стояла целая колея машин. Ну да, действительно, будет сейчас в каждое окошко заглядывать.

«Встретимся на уроке изобразительного искусства в маршрутке?»

«Остроумно».

«Могу вам сборник составить с такими фразочками. Надо?»

«Вынужден отказаться».

И следом прилетело:

«Мирослава, если вы сейчас не поторопитесь, то опоздаете на пару».

Она дёрнулась и испуганно взглянула на светофор, который уже загорелся полминуты назад зелёным и скоро зашагала под темп набирающих текст пальцев.

«Благодарю за беспокойство, Алексей Соловьёв».

Он прочитал и ничего не ответил, а девушка побежала ко двери, на ходу сбивая парня, который перечитывал папку, вероятно с какой-то работой.

– Прости, пожалуйста, – наклонившись, девушка подняла работу, стряхнув частички дорожной грязи, она протянула незнакомцу.

– Благодарю.

И Мира убежала, в поисках нужной аудитории.

Забежала она минута в минуту, но следом за ней зашёл кто-то, кто заставил её застыть. Девушка замерла, пытаясь справиться с дрожью. Те же ощущение, как когда-то.

– Мирослава Александровна Васильева, проходите на своё место, пожалуйста.

Знакомый мужской голос раздался позади и она обернулась глядя ему в глаза, которые пронизывали её сквозь стекло очков. Прямо как у него.

«Лучик, я рядом» – доносился голос из прошлого.

– Ведьмочка, ты срываешь мне пару, а это будет тебе очень не приятно компенсировать, на экзамене это тебе может аукнуться пересдачей, – наклонившись к ней, обжигая нежную кожу тёплым дыханием, в полголоса произнёс тот и девушка пошла на свободное место.

– Надменный козёл, – буркнула та, проходя к своему месту.

«Какого чёрта вы тут делаете?»

Быстро набрала она сообщение и отправила прежде чем всё обдумать.

Когда мужчина раскладывал материалы, его телефон завибрировал и взглянув на него, он ухмыльнулся, стягивая очки, игнорируя её.

– Ну что, мои дорогие, время знакомиться. Меня зовут Соловьёв Алексей Игоревич. Я буду у вас вести эту дисциплину в этом семестре, а в следующем ещё одну, уже новую, но название останется за завесой тайн, которую вы можете разузнать у ваших верных друзей и ближайших помощников, ребят старшего курса.

Тёмные волосы отливали золотистым блеском, а белоснежная улыбка озарила его лицо. Выглядел он обворожительно.

– Достаточно вступления, перейдём к лекции. Записываем тему, дорогие…

«Не очень вежливо разговариваешь с преподавателем предмета, по которому у тебя будет экзамен».

«Не переживайте, его сдам».

«Ещё посмотрим. Заклинания не помогут, а чарам я не поддаюсь».

В ответ она ему отправила картинку с милой колдуньей и жабой, из-за чего столкнулась с негодующим взглядом мужчины.

6 глава

Свет ночника разгонял ночную тьму. Мира сидела за своим столом, выводя на бумаге какие-то узоры, который раз вчитываясь в текст, записанный на лекции. Зачёркивая очередное слово и записывая его более разборчивым почерком. Перечитывая раз за разом, в попытках запомнить определения, она забывалась. От конспекта её отвлекла Кира, которая приподнявшись с подушки, сонными глазами смотрела на неё, что-то бормоча под нос.

– Что? – вполголоса спросила девушка.

– Иди спать, говорю, она точно тебя не спросит.

– Это к Алексею Игоревичу.

– Тем более, – снова уложив голову, та что-то ещё пробормотала и засопела.

– Хрен знает что от этого упыря ожидать можно, – вздохнула девушка, утопая в мире терминологии.

На утро ноги были ватными, а в мешках под глазами можно было хранить все учебники и конспекты. Мысленно оплакивая свою прошлую жизнь, когда единственной заботой были ночные поездки на мотоцикле и заезды и даже прошедший вечер, когда не послушала соседку по комнате, она пошла в университет. На экране блокировки было несколько сообщений от Кати и одногруппников, которые хотели узнать что задавали по тому или иному предмету, или же одолжить сигарету. Та отключила его и бросила в сумку, остановившись около зеркала. Волосы скреплены крабиком, на губах красный блеск для губ, белая футболка, пиджак и штаны на кантах, которые стали ей уже велики.

– Не плохо выглядишь, – сказал какой-то парень, сразу же уходя.

Мира только успела ему улыбнуться, прежде чем он скрылся с виду.

Окинув себя взглядом последний раз, она побежала к нужной аудитории.

Психология.

Скучно, нудно, не интересно. Женщина средних лет что-то не громко рассказывала о своей жизни, временами переходя на тему занятия, между прочим вставляя примеры из своей практики. Зачётов по предмету нету, поэтому можно пропускать всё мимо ушей. Сложив руки на парте, она уложила на них голову, прикрыв глаза и не заметила как задремала. Спохватилась спустя какое-то время. Все что-то лениво выводили в тетрадях. Прошло всего пятнадцать минут. Голова разболелась, а на экране уже было достаточно сообщений с фотографиями и несколько видео. Улыбнувшись она обвела девочек, которые отправляли. Киры не было. Мира уже собиралась ей звонить, но тут внимание привлекла, припарковавшаяся неподалёку от входа в универ машина. Чёрная, большая и из неё вышел, важно забрасывая на плечо пиджак мужчина. Тот самый самонадеянный преподаватель, по совместимости художник. Интересно, знают ли о его увлечении на работе?

«Хорошо выглядите, милорд».

Он остановился, доставая из кармана телефон.

«Благодарю, миледи. Уверен, вы ничуть мне не уступаете».

И скрылся из виду. Глупое подобие улыбки всё ещё было на лице, а девочка, сидящая рядом с непониманием посмотрела на неё, после чего заглянула в тетрадь.

…

Он вышел из салона машины, ставя ту на сигнализацию. Погода была невероятная, как вдруг телефон в кармане завибрировал. Сообщения от неё он не ждал. Окинув окна, которые выглядывали на стоянку, то ничего не заметил, ухмыльнувшись ответил ей, уходя оттуда.

По дороге он вспоминал их первую встречу. Тогда он приехал на месяц к другу. Ему нужна была помощь с гонками. Нелегальными гонками по ночному городу.

– Я помочь помогу. С Пашей поговорю, когда его смены будут. Сам туда ни ногой.

– Да, без проблем, брат.

Утром он собрался в зал, сел на автобус и бездумно таращился в окно, пока не зашла девушка. От неё шёл удивительный шлейф цитрусового парфюма. Длинные волосы наполовину скрывали лицо, но на секунду взгляд уставших карих глаз столкнулся с его. Не долго думая, он выхватил записную книжку и ручку, пытаясь быстро запечатлеть её на бумаге. Рука дрожала, девочка, которая уже собиралась выходить задела его локоть и линия получилась кривая. Негромко выругавшись, он продолжил рисовать, периодически переводя внимание на неё. Вырвал лист и свернул в трубочку. А, когда выходил на своей остановке просто просунул в карман её портфеля.

Что им руководствовало в этот момент, он сам не понимал. Портреты писать не любил, особенно совершенно посторонних людей, но эта девочка по совместительству ведьмочка, чем-то явно зацепила его.

Сердце билось очень сильно, казалось, что каждый удар эхом раздаётся в каждой клеточке его организма. Глупо улыбаясь, он шёл по делам, в ожидании весточки от чарующей незнакомки.

Когда тот решил попить воды, он заметил на экране новое сообщение.

«Привет. Это Катя. Подруга твоей музы. Писать тебе она катастрофически отказывается. Вот её контакты. Ты талантище».

«Здравствуй, спасибо огромное».

Перебирая большими пальцами, в раздумьях, он всё же перешёл на аккаунт к девушке, но к огромному огорчению, там не было ни одного фото с лицом. Лёша не долго думая начал набирать текст. Перечитал. Нет, не то. Слишком пафосно. Набирая дальше, тоже выдохнул и стал стирать. Остановившись на предложении пообщаться он нажал на самолётик.

«Не знакомлюсь».

Прозвучало даже текстом как-то грубо. Мужчина улыбнулся. С ним впервые такое. Тот присел на лавочку. Уже достаточно стемнело, но фонари ещё не зажглись. Парень вырвал из блокнота ещё один лист и стал набрасывать по памяти черты девушки. Рука уже немела от крепко зажатого карандаша, ладонь покрылась слоем грифеля. Яркий свет откуда-то сверху заставил его зажмуриться и посмотреть на рисунок. Получилось не плохо. Стряхнув с себя лоскутки ластика, он пошёл по практически опустевшим улицам. Когда уже он подходил к дому, гаджет всё же завибрировал, а на экране было сообщение как раз от неё. Девушка извинялась. Было странно. В тот день он соврал, сказал, что видит её не в первый раз, хотя взгляд коснулся этого хрупкого прелестного создания только сегодня. Какого удивление было, когда он увидел её в своём родном городе, да и ещё в университете. Она не заметила его и вписалась прямо в него. На несколько секунд он потерял дар речи. Сердце давало знать о себе в висках. На лбу выступили капельки пота. Тогда он ей нагрубил. Впервые. Вот чёрт. А сейчас она одаривает его комплиментами, странная.

7 глава

– Он такой очаровательный, когда улыбается, ты бы знала, – рассказывала Катя подруге о очередном парне, который решил завязать с ней дружеские взаимоотношения.

Парень буквально подписывает себе смертный приговор.

– Как же тот брюнет, который водил тебя в кафе? – перемешивая тесто для пончиков, зажав плечом телефон, спросила девушка.

– Костя? Он слишком нудный. Собственник. Недавно приходил ко мне с букетом. Представляешь?

– Как же это могло случиться? Катюша удивляется подаренным цветам.

– Опять ты ехидничаешь, – выдохнула та в трубку, пытаясь выдавить наигранные всхлипы.

– Правильно, поплачь. Писять меньше будешь.

– Отстань, – бросила та и что-то с грохотом упало.

– Едрить мадрить, Кеша!

Кеша это её большой пушистый серый кот, который своим хвостом может уронить не только кружку со стола, но и Эверест на несколько сантиметров с места сдвинуть.

Мира засмеялась, подходя к окну. Уже смеркалось. На улице была компания ребят, которые что-то бурно обсуждали. Где-то взвыла машина и заиграла песня.

– Ты здесь вообще?

– А? Да.

– Он мой стеллаж опрокинул, гадина.

Взгляд упал на мотоцикл. Он был спортивный и явно профессиональный. На нём сидел широкоплечий парень и смотрел прямо на её окна. По коже побежал холодок. Снова. Она не ощущала этого уже очень давно. Девушка замерла на мгновение и проглотила огромный ком.

– Я тебе немного позже перезвоню, – нервно, с небольшими остановками сказала Мира, двигаясь к шкафу.

Набросив зипку, девушка резво сбежала по лестнице, не дожидаясь лифта. Сердце бешено стучало, а воздуха категорически не хватало. Как только дверь позади скрипнула и громко ударилась об раму, мотоцикл дико взревел и уехал.

– Вот чёрт, – прошептала та, чувствуя нарастающую слабость.

Совсем рядом сейчас, что-то громко обсуждая стояла та самая компания. До этих разговоров не было дела, она подошла чисто за папиросой. Один из них, тот самый, которые рассказывал, сильно жестикулируя, окинул её взглядом и протянул пачку, при этом громко цокнув языком, а другой, в свою очередь, дал зажигалку.

Затянувшись, девушка отошла от них и села на бетонных ступеньках, наслаждаясь вечерней прохладой. Думая над тем, стоит ли ей подходить на счёт неизвестного на байке. Потом всё же отмахнулась от этой мысли и выдохнула облако едкого дыма, наблюдая за тем как он развеивается.

– Лучик, – сквозь призму времени доносился нежный до дрожи знакомый и любимый голос из прошлого. На глазах снова заблестели слёзы.

«Я ведь с ним тогда даже не попрощалась. Я помню всё до мелочей, каждую нашу прогулку, разговор, каждое его прикосновение. Поцелуи. Иногда хочется всё бросить и уйти к нему, чёрт побери».

Здесь, вдали от дома очень часто боль и воспоминания накрывали её с новой силой. Выбросив окурок в урну, она пошла по дорожке, уводящей в темноту. Хотелось исчезнуть ото всюду и чтобы никто не вспоминал. Остывший воздух щипал кожу, но ей было всё равно.

Где-то в дали послышался рёв мотора. Улыбнувшись, девушка шла дальше. Улицы практически опустели, значит уже совсем поздно.

Купаясь в свете фонарей, Мира напевала незамысловатую мелодию. Позади послышались чьи-то шаги. Тело оковал страх. Мирослава оцепенела, готовясь наносить удар. После всех приключений на гонках, отбиваться она умела. Многие даже шарахались от неё, стоило только где-то пересечься, что неоднократно её радовало.

Позади послышался не громких вздох, после которого она уловила нотки знакомого парфюма, вперемешку с лимонными леденцами. Кожа покрылась мурашками и она обернулась.

Голубые, уже знакомые, глаза прожигали её, а чёрные волосы, разметавшись в полнейшем хаосе то и дело закрывали их. Выглядел мужчина не опрятно и совсем несвойственно для себя. Они оглядывали друг друга пока Мира медленно продумывала план как и куда можно уйти.

– Что вы тут делаете? – спросила девушка, отступая на несколько шагов.

– Тот же вопрос крутится у меня на кончике языка, уважаемая.

Алексей оставался на месте, продолжая внимательно наблюдать за ней.

– Ну я прогуливаюсь, – ответила она, а тот в свою очередь обвёл её с ног до головы и хмыкнул.

– Разгуливать в пижаме с мороженым по ночному городу давно стало модно? Видимо отстаю от трендов.

Одним движением он поднёс руку к лицу и прищурился.

– Двенадцать часов, насколько я знаю, общежитие может вас принять только до одиннадцати. И где планируете провести эту ночь?

«Вот чёрт».

– На счёт моды, это дело такое, знаете ли, своеобразное. Один идиот скажет, другой повторит, а третий подумает, что это здорово.

Развернулась к нему девушка, сдувая с лица выбившуюся из-под уха прядь. Она пыталась выглядеть настолько это возможно увереннее.

– Умопомрачительно. Васильева, вы сумасшедшая.

– Я и обидеться могу, – перекатывалась с пятки на носок девушка, а на губах была глупая ухмылка.

– На обиженных воду возят. Это я так, к слову.

Голубые глаза сверкали ехидством.

– Идём. Тот махнул головой в сторону.

– Куда? – не понимая спросила девушка.

– В лес. Заведу тебя к маньякам. Оставлю на произвол судьбы. Повезёт – будет щекотно.

– Что вы несёте?

– Счастье. Мирослава, идём. Общежитие уже закрыто.

– И куда мы пойдём, боюсь спросить? Она слегка наклонила голову, недоверчиво глядя ему в спину. Какой же он всё таки был огромный. Возникало ощущение, будто из зала он не выходил вовсе.

– Могу тебя оставить здесь, лавочек полно.

– Вы хотите сказать, что вы притянете меня к себе домой?

Он ничего не ответ, лишь пошёл вперёд. Оглянувшись по сторонам, девушка всё же побежала за ним, ступая на носочках.

Писк будильника. Она распахнула глаза и негромко вскрикнула, прикрывая рот рукой. Белоснежные стены, на которых висели полки, заполненные книгами и виниловыми пластинками, а кое-где лежали кассеты. Шкаф и большая кровать. Девушка осторожно, прикрывшись одеялом подкралась к краю и взглянула на пол, где на сброшенной вчера ею одеждой мирно спал пёс. Окна были завешаны, а в воздухе витал аромат утренней свежести и мужского одеколона. «Что, чёрт побери, произошло, пока я спала?»

Набросив на себя одеяло, она поползла к двери. Распахнув её, слух сразу взбудоражила мелодия какого-то вальса.

«Своеобразно, ну да ладно».

Откуда-то доносился звук льющейся воды, а профессора нигде не было видно. Пройдя немного дальше, Мира заметила два тоста с авокадо, две яичницы и какао на двоих.

– Доброе утро, – раздался неожиданно приятный голос позади.

Мирослава лениво оглянулась и нервно сглотнула. Перед ней стоял Алексей Игоревич. Практически в чём мать родила. Всё что немного отличало его от того периода рост, возраст, да и полотенце, болтающееся на талии, прикрывающее наготу. Он выглядел просто невероятно привлекательно.

– Доброе, уважаемый преподаватель, – не отводя взгляда от него, проговорила девушка.

– Я завтрак приготовил. Садись кушай, или можешь пока помыться сходить. Делай что хочешь, в общем. А я сейчас вернусь. И ушёл.

Рука сама по себе потянулась к тосту и ножичку с маслом, девушка начала его быстро пережёвывать, по пути в душ. В воздухе всё ещё витал аромат шампуня и геля, вперемешку с пеной для бритья. Девушка подошла к зеркалу, оглядывая себя. Тряхнув волосами, она сбросила с себя одеяло, которое всё это время было на ней и стала под струи горячей воды.

Выйдя из комнаты, по привычке закрутившись в полотенце, та пробежала в спальню и упёрлась в грудь мужчине, который стоял в проходе с охапкой вещей. Он обвёл девушку взглядом, присвистнул, отдал рубашку и ушёл. Проводив Алексея Игоревича осуждающим взглядом побежала скорее переодеваться.

Девушка надела джинсы и одну из них и вышла. Откуда-то донеслись голоса из какого-то фильма. Соловьёв сидел перед планшетом, держа в руке чашку свежего кофе, внимательно смотря кинокартину.

– Спасибо за одежду, – негромко сказала та, усаживаясь рядом.

– Не за что, – улыбнулся тот, поедая завтрак. – Через несколько минут будем выезжать в храм знаний. Поэтому рекомендую быстренько позавтракать и уже совсем скоро выходить.

– Где ты была?

Как только переступила порог Мирослава к ней подбежала Кира, под глазами которой залегла усталость и отголоски бессонной ночи.

– Не важно, – ответила девушка, проходя на своё привычное место около окна.

В аудитории все моментально замолчали и уставились на девушку, которая в отражении зеркала заметила удивлённые взгляды, направленные на неё.

– Ты с кем была? – шёпотом спросила соседка, заправляя за ухо выбившуюся прядь.

– Я к подруге на ночёвку ушла, – распределяя по губам блеск, бросила та.

– У тебя рубашка мужская и джинсы слегка велики.

– Вещи парня подруги.

– Сколько ему?

– Какая разница?

– Просто ответить.

В кабинет зашёл Алексей Игоревич и возмущенные взоры перевели на него, а он, в свою очередь, выискивал кого-то. Зацепившись за Мирославу, тот улыбнулся и стал раскладывать бумаги.

«Как дела?»

Сообщение пришло неожиданно. Он написал за долю секунды и стал приветствовать студентов.

«Превосходно, вашу одежду позже отнесу вам».

«Не стоит, сидит идеально».

– Он привёл меня домой. Мы поужинали и я пошла спать. Он как лапочка отдал мне свою спальную. У него ещё есть собака. Лохматая такая, кажется болонка, – девушка отвлеклась на коктейль, отпив немного, она прочистила горло и взглянула на подругу, которая внимательно слушала её, помешивая трубочкой содержимое стаканчика. – А дальше позавтракали и он отвёз меня в универ.

– Скучно, серо, очень примитивно. Ладно, нет. Это не примитивность, а новых ход развития отношений между студенткой и преподавателем.

Ухмыльнувшись, Катя перевела взгляд на улицу.

– Между нами ничего нет и не будет, – выдохнула Мирослава.

– Глупости. Знала я таких.

Подруга заправила за ухо прядь светлых волос и уложила подбородок на руки, подпирающие его.

– Какая же ты красивая, – проговорила Мира, глядя в зелёные глазища собеседницы.

– От красотки слышу.

– Хочу вернуться к мотоциклам. Мне не хватает чего-то. Слишком стабильно и однотипно студенческое время.

Но Катя уже её не слушала, погрузившись в свои мысли, она застыла на месте.

– Ощущение, что вы просто должны быть вместе. Вот знаешь: человек по судьбе. Когда вас высшие силы сводят, чтобы вы поднабрались должного опыта, а потом вы воссоединитесь. Это не первый раз, чёрт побери, ты сталкиваешь с этим Алексеем Игоревичем Соловьевым. Автобус, портрет, университет.

Мирослава слегка наклонила голову, словно не понимая к чему клонит блондинка. Очень редко, когда можно услышать от неё что-то в таком духе. Протяжённо выдохнув и прокрутив головой, девушка откинулась на спинку дивана.

– Ладно, пошли погуляем, я уже весь зад отсидела, а он успел в квадратик превратится.

– Куб, – осторожно подправила подругу Мира.

Негромко хихикая, они побрели по улице. Стуча каблуками, Катя рассказывала последние самые интересные сплетни, которые приберегала именно для этого случая.

– Валя беременна. Уже на четвёртом месяце. И знаешь от кого? Не поверишь. От Мишки. Ну этого пухлого такого, который ниже её на голову. Я в шоке была.

– Ну мне их пара нравилась.

– Красивая пара, пи…

– Катя!

– Молчу, – расстроенно подняла руки девушка, улыбаясь от происходящего.

– Как же я по тебе скучала, угрюмая мордашка.

– А я как по тебе, королева.

– Смущаешь маленько, – ухмыльнулась та.

Остаток дня они провели в скромной компании друг друга, а потом проводив подругу и усадив на поезд, та побрела по улицам к общежитию.

8 глава

Дорожная пыль, шум толпы и гул мотоциклов. Снова. Вдохнув знакомый аромат чужого заезда, она пробивалась сквозь толпу, для того, чтобы получше развидеть происходящее на старте. Двое стояли наготове и подзадоривали болельщиков рёвом байков.

Кто-то выкрикивал слова поддержки в пьяном бреду, который понимали только они.

Задержав внимание на баночке колы, которую она зажала так сильно, что та начала заламываться от тонких пальцев, девушка и не заметила как со стартовой линии вылетели участники. Мира зажмурилась от визга. Впервые она была на гонках не в роли гонщика, но это пока. Не привычно.

Кто-то специально дотрагивался до неё, кто-то толкал, насмешливо оглядывая с ног до головы, но она ждала своего череда. Когда оба незнакомца пересекли линию финиша, Мирослава побежала к одному из них, который выронил за несколько секунд больше брани, чем кто-либо.

– Можно одолжить? – кивнула она на чёрный Судзуки.

Парень на нём напрягся. Столкнувшись с карими глазами, она поёжилась и несколько раз успела себя проклясть, из-за того, что вовсе согласилась подойти к этому чокнутому.

– А что в замен? – щёлкнув языком спросил тот, пробегая по ней скользким взглядом.

– Если проигрываю, то отдаю сумму проигрыша в три раза больше. А если побеждаю, твой красавец будет мой.

– Сумма в три раза больше? – задумчиво повторил тот, смакуя каждое слово на вкус. – Ещё ты будешь развлекать меня и дружков.

– Без проблем, зайчонок, – ухмыльнулась девушка, подмигивая огромному парню, побритому на лысо.

Они поменялись местами. Девушка уверенно закрепляла шлем и усаживалась на байк.

– Готовься отдавать должок, кошечка.

– Обязательно.

В памяти всплыл один из заездов, когда к финишу первой пришла не она, а тот чёртов нахал, объявившийся из неоткуда. По телу пробежала неприятная дрожь. На этот раз на кану не несколько тысяч, а ещё и её честь.

Облажаться она не могла. Она смотрела прямо перед собой, ожидая выстрела. Кровь кипела, на лице выступили капельки пота, которые она уже не могла смахнуть. На байк она не садилась больше трёх месяцев.

Выстрел. Момент и она уже на сумасшедшей скорости, а ветер треплет её волосы, запутывая из ещё больше. Сердце вот-вот выскочит. Она взглянула на соперника, он немного отставал. Ухмыльнувшись, она выжала газ и с диким визгом остановилась, но толпа бросилась в рассыпную.

– Менты, – кто-то крикнул.

Не долго думая, девушка завела мотоцикл и что есть мочи помчалась.

– Я в тебя верю, мальчик, – приободряюще обратилась она к тому, от которого зависело её будущее и финансовое состояние на ближайший месяц.

Сирены отдалялись. Народу становилось всё меньше на улицах и она облегчённо выдохнула. Остановилась где-то через километров пять. Стянув шлем, она улыбнулась, откликнувшись на мотоцикл.

Ноги едва её держали. Но в этот момент она чувствовала себя самой счастливой.

– Ты бы меня прикончил, если бы сейчас был рядом. Прости меня. Мне это действительно нужно, – прошептала она в воздух, доставая припрятанную пачку сигарет.

Она носилась по ночному городу. Сон будто вовсе не хотел навещать её. Усталость она начала ощущать под утро, когда, сидя на лавочке, делая очередную затяжку, девушка попыталась подняться и дрожащие ноги понесли её к мотоциклу. Запрыгнув на него, Мира поехала к общежитию, если повезёт, то её пропустят под предлогом того, что девушка была на стажировке. Сегодня должна быть одна пара, но без неё. Если повезёт, никто не заметит её отсутствия.

Стоило ей только зайти в комнату, как та сразу рухнула в кровать. Где-то были какие-то крики, но до них девушка не было дела.

Проснулась она, под вечер, когда всё замерло в гробовой тишине. Кто-то спал, а кто-то ушёл гулять.

Такие моменты стоило бы ценить почаще. Потянувшись, девушка выглянула в окно. Под ним стояли ребята, что-то обсуждая. От разговоров Миру отделяло стекло, которое не доносило всей атмосферы обсуждений. Та присела на краешек подоконника и открыла его на проветривании.

– ..она спала у него дома, на его кровати, а в универ пришла в рубашке, которая проверялась его парфюмом, – возмущённо рассказывал чей-то звонкий голос, смутно знакомый.

– Посмотри на неё. Ты уверена, что этот богоподобный посмотрит на эту дряблую обдёртую пташку? – ответил ей более низкий голос, который слышала она впервые.

«Это она-то меня обдёртой пташкой назвала? Швабра».

Рука моментально потянулась к тосту, который стоял как неприкаянная душа на другом краю, и едва не скинула его на голову тем курицам.

«Едой разбрасываться нельзя» – прошептал ей внутренний голос и он откусила от хлебушка кусочек.

– Ещё посмотрим кто кого, – заключила неизвестная девушка и вышла из тени.

Чёрный волосы по пояс, сияющие от кератина, длинные ногти и каблуки, которые почти как её нога. Она стуча каблучищами двинулась в сторону выхода из территории.

И снова воцарилась тишина. Задвинув шторы, Мирослава подошла к кровати и плюхнулась на неё, пытаясь найти рукой телефон.

«Меня назвали дрянной пташкой».

Быстро набрала текст и отправила.

Ответ прилетел очень скоро. Несколько смеющихся смайликов.

«Не смешно, о вас тоже много чего говорили. Только на фоне меня вы пущий ангел».

«А разве не так?»

«Козюля».

Она отложила смартфон и потянулась за книгой.

Несколько часов девушка неотрывно бегала глазами по пожелтевшим страницам первого томика «Унесённых ветром» Маргарет Митчелл.

Когда начало темнеть, Мира взглянула на окно, за которым уже виднелись, рядом что-то завибрировало.

Экран зажегся и высветилось новое сообщение.

«Жду тебя в парке через час».

Спохватившись, Мирослава заглянула в зеркало, осматривая себя. Спутанные волосы, размазанная тушь. Тот час убежала в ванную. Выбежала она спустя двадцать пять минут, натягивая чёрные кожаные брюки, грамотно подобранные под атласную блузку и нанося красную помаду. Всунув ноги в лодочки на каблуках, осмотрела себя и свободной лёгкой походкой направилась к месту назначения.

Солнце уже почти ушло за горизонт, одиноко светились окна квартир. Позади раздавался звук стучащих каблуков. По пути на встречу, она тысячу раз обдумывала то, для чего она идёт к нему, но так и не нашла достойного ответа. Отпустив всё это девушка всё же решила закончить начатое.

Рядом с чёрной Инфинити стоял он. В смокинге. Вид его был невероятно завораживающим. Взгляд устремлён на экран телефона, свет которого освещал лицо. Услышав приближающие шаги, Алексей Игоревич поднял глаза и улыбнулся, глядя на Мирославу, которая выглядела как с обложки журнала.

– Как обычно потрясающая, – сказал тот.

– Благодарю, могу ответить тем же, – она вздохнула и оглянулась.

– С какой целью наш примерный преподаватель решил пригласить студентку, о которой ходит не мало сплетен на встречу?

– Хуже уже не будет, – шепнул мужчина, открывая дверь в салон авто.

– Как ты относишься к скорости? – глядя в зеркало, бросил он.

– Положительно.

– Можем проехаться, хотя вернее будет, промчаться по засыпающему городу. Что скажешь?

Она вдруг вспомнила мотоцикл. Руки сжимают руль, сердце с бешеной скоростью бьётся и кровь кипит. В глазах промелькнул огонёк, который заметив мужчина ухмыльнулся.

– Понял.

После одного слова машина завелась и они выехали на главную дорогу. Какая-то англоязычная песня играла из магнитолы, но девушке было не до неё. Мира открыла окно и выглянула. Захотелось смеяться. Странное ощущение. Когда за рулём ты и твоя безопасность это ощущается совершенно по-другому.

Волосы трепал ветер, а щёки отдавались холодами первых осенних заморозков. Когда она вернулась в салон, поняла, что мужчина смотрел на неё. Вёл машину он просто отлично. Стоило их взглядам соприкоснуться, как тут же лицо его озарилось глуповатой ухмылкой.

– Что смешного? – вопросительно изогнула бровь девушка.

– У тебя красивый смех.

Она откинулась на спинку сиденья, приковав всё внимание к нему.

– Спрашивай, – словно учуяв несколько вопросов, которые рвались с языка девушки.

– Почему среди всех студентов или студенток нашего ВУЗа, ваш взгляд упал на меня для поездок по ночному городу?

– Мы были знакомы раньше, – тот прочистил горло. – Это, наверное, и сыграло большую часть. Да и не дело в том, что ты у меня учишься. Ни в коем случае. Никогда не понимал преподавателей, которые водили шуры муры с доверчивыми студентками.

– На нашей первой встрече вас не особо что-то расположил ко мне этот фактор.

На это он ничего не ответил.

Съехав на обочину машина остановилась.

– И что дальше? – спросила Мира.

– Для начала, я планировал попросить тебя отбросить формальность. Обращаться можешь ко мне на «ты» за территорией универа. Мы не чужие люди.

Последняя фраза полоснула по ней. Почему такая реакция, не понятно. Тяжело сглотнув, девушка взглянула на него, ожидая чего-то.

– Курить будешь? – доставая пачку сигарет спросит Алексей Игоревич.

– Я бросаю, – выдохнула девушка, выходя на улицу.

Морозный вечерний, наверное уже даже ночной воздух, обволакивал её. Она села на прохладную землю, глядя в даль.

В памяти возникал дорогой сердцу образ, глаза, сияние которых навсегда будет записано у неё в душе.

Мужские шаги раздались совсем близко и он накрыл Миру своим пиджаком. Зажигая табачную трубочку зажатую между пальцев.

– Всё в порядке?

Она смахнула капельки с ресниц и улыбнулась, глядя на него снизу вверх.

– А я бы так не сказал.

Опустившись рядом, он начал петь. Хрипловатый голос касался её слуха, пока указательный палец отбивал ритм на колене у него. Песня до жути популярная, но в счёт незнания английского языка, девушка не смогла полностью её разобрать.

– Красиво, – прошептала Мира, когда он закончил, вглядываясь куда-то за горизонт, где ещё одиноко виднелась полосочка света.

9 глава

Экипировка, шлем и новые перчатки. Огонёк в глазах и скорость. Байк гнался на большой скорости по пустынным улицам, а ветер обдувал её. Чувство свободы спасало её и настигло именно здесь.

Когда она выехала из асфальтированной дороги, сама не заметила как оказалась рядом с рекой. Вода отражала сияние звёзд и тусклый отблеск одинокого месяца кляксой расплывался по небольшим волнам.

Мира подняла камушек и запустила его блинчиками.

Хорошо.

Девушка стянула с себя шлем и уложила голову на тонкие колени, потом вытянула ноги и стала ими размахивать.

Тело пронизал лёгкая дрожь от наступившего умиротворения. Наступал самый неприятный момент после всплеска эмоций, опустошение.

Груз тяжёлых мыслей лёг на плечи, которые безвольно опускались. Слёзы подступали к глазам, горло обвил тугой обруч. Вспомнился родной класс, любимые лица, мама. Как же она давно её не видела. Вспомнила его. Сил не было и она заплакала, не боясь, что кто-то услышит.

– Почему мы теряем тех, кто нам дорог? – сквозь немые рыдания глухо прошептала девушка.

На миг показалось, что кто-то засмеялся за спиной. Испуганно оглянувшись, та никого не увидела. Смахнув волосы, закрывающие лицо, она ещё немного просидела там, пока снова не показалось чьё-то присутствие.

Подойдя к мотоциклу, она заскочила на него и поехала выжимая на сколько можно.

Спустя небольшой отрезок времени на горизонте появился знакомый дом, в подъезд которого девушка проскользнула, стоило какой-то бабушке выйти на поиски своей кошки. Сердце кровью оборвалось, когда старушка звала свою Марусю, но сейчас она хотела видеть кое-кого другого.

Надоедливый звонок развеял гробовую тишину. А позже раздалось не чёткое шуршание и наконец в дверном проёме появился заспанный мужчина.

– Привет, – негромко произнесла девушка и попыталась изобразить некое подобие улыбки на своём лице.

– Здравствуй, – прошептал тот, глядя на неё заспанными глазами, пропуская в квартиру.

Загорелась настольная лампа и Алексей прошёл к дивану, усевшись на него. Мира приземлилась рядом.

– Ну? – нарушил повисшее молчание он.

– Прости, что разбудила.

– Ничего страшного, представим, что ко мне каждый день в квартиру врываются студенты по среди ночи.

– Ещё раз прости. Мне очень не ловко.

– Я тебя прощу, не настолько же я чёрствый.

– Можно с тобой посидеть, просто ты единственный здесь человек, с которым я могу поговорить? Мы долго знакомы и вроде общаемся не так плохо.

– Секунду.

Он поднялся и ушёл в темноту. Вышел спустя несколько минут с двумя чашками и упаковкой печенья. Позади послышался шум чайника.

– Тебе какой чай?

– Зелёный, пожалуйста. С одной ложкой сахара.

Уйдя обратно, он вернулся к ней и сел рядом, набрасывая на её плечи плед. Мужчина не проронил не слова и даже не взглянул на неё, просто сидел рядом и молчал. Даже от этого становилось невероятно спокойно и она его за это мысленно благодарила тысячу раз.

– Я чувствую себя дрянью, – начала девушка.

Слова затерялись, не хотели выходить, на глазах снова выступили слезинки. А говорить так и не пришлось, он понял с полуслова. Во взгляде промелькнуло столько нежности, что сердце Миры сжалось ещё сильнее, тяжёлая рука легла на её плечо, прижимая к груди.

– Всё хорошо. Ты молодец. Ты справишься, обязательно справишься, милая. Нам не даются испытания те, которые нам не по силам. Вселенная бывает к нам крайне жестока, но она думает о нас. Помогает стать лучше.

Из груди наконец вырвались всхлипы, а по лицу покатились слезинки. Мужчина всё так же прижимал её к себе, шепча утешения.

Спустя полчаса девушка наконец выдохнула и попыталась улыбнуться человеку, который всё это время пытался поддержать её.

Позади раздалось цоканье и они оба повернулись на этот звук. Недовольная мордашка белой собачки вынырнула из темноты.

– Джесси. Иди ко мне, моя девочка. Мира, знакомься, это Джесси. Джесси, это Мира.

Мирослава сначала взглянула на него, а потом засмеялась, потянувшись руками к мохнатому товарищу.

– Что бы у тебя не случилось, помни, что ты осилишь все трудности. По-другому быть не может.

Улыбка коснулась его губ. Девушка ответила тем же.

– Уснуть вряд ли уже получится, завтра будет как панды с тёмными кругами, только не вокруг глаз, а под ними.

– Прости, что разбудила.

– Ничего, значит для чего-то это было нужно.

За окном уже светало. На горизонте прорезалась тонкая ленточка света. За спиной раздался негромкий стук посуды.

– Чай остыл, – выдохнул мужчина и потянулся за своей чашкой.

Мира лишь дёрнула плечом, поднимаясь на ноги, подтягиваясь. А когда повернулась к Лёше, встретилась с его удивлённым взглядом, блуждающим по одежде.

– Ты в чём это? – прошептал тот.

– Экипировка. Для поездки на мотоцикле.

– Ты за рулём?

– Уже несколько лет.

– Вот, чёрт побери. Вот где я тебя ещё видел!

– Ты следишь за мной?

– Возникает тот же вопрос и у меня.

– Безумец. На хрена мне сталкерить тебя?

– Не обзывайся. Да и фиг тебя знает.

– Ладно, прости.

– Бог простит, а я, знаешь ли, запомню.

Повисла тишина, которая нарушилась громким хохотом, стоило их глазам пересечься. Они потеряли счёт времени, живот невыносимо болел, а челюсти сводили, по щекам сбегали слёзы, но остановится было не возможно.

– То есть, – жадно хватая воздух, пытался выговорить Лёша, – мы были знакомы уже давно, но не знали друг друга.

Мира кивнула, хватая со стола чашку с полностью остывшим чаем.

– Немного не так. Мы давно знакомы, но общаться стали только сейчас. Раньше чисто были случайными прохожими друг для друга.

Прохладная жидкость немного привела её в чувство.

– Я помню чей-то взгляд на себе в автобусе. Пристальный, потом рисунок твой. А затем и вовсе какое-то чувство странное на гонках. Вот чёрт. Это же ты тогда победил меня.

– Да, но сказал этому гавнюку, чтобы деньги отдал тебе.

Девушка оглянулась. Только сейчас она осознала, что всё это время они было в комнате, что-то на подобии студии. Прошлый раз она здесь не была. Целая стена была усыпана книгами разных времён. А напротив них стояли картины. Пейзажи, редко портреты. Среди них всех она заметила знакомое лицо. На неё смотрели знакомые карие глаза, расположенные на бледном лице с лёгким румянцем, которое обрамлялось локонами каштановых волос.

– Это, я?

Мужчина проследил на её взглядом и махнул головой.

– Ага. Редко, когда портреты рисую. Прости, что не спросил разрешения.

–Боже, какая красота, – подойдя к холсту, девушка бережно коснулась изображения, ощущая под подушечками пальцев рельеф от наложенной краски.

– Завтра буду ехать за город, нашёл красивое местечко. Если хочешь, можешь со мной съездить, – предложил тот.

– Правда?

Он кивнул.

– Спасибо, – девушка подбежала и обвилась руками вокруг его шеи, сразу же отстраняясь.

Улыбка озарила его лицо:

– Завтра в четыре на нашем месте. И на счёт этого холста, я могу залакировать и отдать тебе.

– Не стоит, у тебя руки золотые.

– Самые обычные, – он вздохнул откидываясь на подушки, громко зевая.

10 глава

Когда Алексей Игоревич довёз девушку до общежития, где она сбивая носы обуви бегала, в кажущихся бесконечными, сборах, Кира в свою очередь молча наблюдала за своей соседкой, боясь проронить даже слово, в ожидании некоторых нецензурных в ответ.

– Где этот чёртов блеск, – выкрикнула Мира и едва не рухнула на пол, споткнувшись об тапочек.

– Всё хорошо? – давясь приливом смеха, выглянула девушка в комнату, откуда донёсся грохот.

– Да, уже можем выходить, – та улыбнулась, укладывая свои волосы.

Первой парой у них была лекция у женщины, по совместительству философа. Строгий идеальный пучок, белый верх, чёрный низ, туфли на каблуке. Она разговаривала не громко, всегда спокойно держалась и обращалась ко всем на «Вы». Но даже в таком идеальном человеке можно найти назойливый изъян, или может наоборот преимущество, тут уже как для кого, она ненавидит опоздания. Стоит задержаться даже на несколько секунд, можешь даже не появляться ей на глаза, поэтому с остановки девушки летели так, как не бегают спортсмены на олимпийских играх.

Уселись на свои места и звук приближающихся шагов заставил студентов замолчать. Девушки переглянулись между собой, улыбаясь уложили головы на скрещенные руки.

– Начинаем лекцию, открываем конспекты пишем. Материала на сегодня предостаточно, поэтому сегодня скучать вам не придётся.

Строгий голос, в котором слышалось нечто подобное на насмешливую угрозу, ворвался в потоки мыслей, которые у Миры были уже далеко и она с трудом смогла собрать остатки сил и взять ручку.

Лёша уже ждал её возле машины. На нём не было привычного строгого костюма, обычная футболка, поверх которой был повязан свитер и джинсы.

– Ну вот и я.

Мира помахала ему и тот ответил улыбкой.

–Ну поехали?

Спросил тот, открывая дверь машины, пропуская девушку.

– Поехали.

Ответила та, поведя плечом, шагая к машине.

Они мчались по улицам переполненным автомобилями, останавливаясь на чёртовых светофорах. Мимо них пролетали дома, люди, транспорт. Чувство скорости и азарта, которое всегда заставляло кровь кипеть вновь одолевало ей. Форточка опустилась и поток ветра ворвался в салон. Позже вид начал меняться. Дорога становилась более жёсткой, за авто клубилась пыль, а многоэтажек можно было едва развидеть.

Привычный топот людей, рёв моторов, музыка остались позади, а тишина, прерываемая шелестом ветра и негромким пением птиц встречали их. Какая-то маленькая деревенька радушно приняла их в свои владения. На лавочке сидела старушка, что-то рассказывая маленькой девочке. Мира, глядя на них улыбнулась. Но лицо исказилось мимолётной гримасой страха, как только к колёсам подбежала серая собачка с громким лаем, но очень скоро отстала.

– Ну вот и приехали, – выдохнул Лёша, глядя на девушку, которая не могла насладиться этим всем вдоволь.

– Я тут останусь жить. Клянусь. Шалаш поставлю и буду ездить каждое утро на пары.

Мужчина рассмеялся, выходя из салона. Пока Мира собирала свои немногочисленные вещи, дверь рядом с ней распахнулась. Под ногами хрустнула веточка и подул лёгкий ветерок. Открылся вид на реку. Перед ней был небольшой пляж, а на другом берегу располагался холм, усыпанный небольшими, видимо совсем молодыми деревьями. Среди них мелькнуло что-то белое, вернее кто-то.

Грозный взгляд мохнатого незнакомца похожего на кота вызвал усиление и девушка сложила руки на щёки, улыбаясь зверьку.

Позади раздался негромкий кашель и девушка испуганно обернулась. Из памяти совсем вылетел момент, что она сейчас за городом, с каким-то мужчиной собирается смотреть как он рисует. Если бы она услышала это чуть раньше, была бы явно не в восторге, вероятнее всего покрутила у виска.

– А что ты делаешь? – разбавить повисшую тишину между ними хотелось невероятно сильно, но мысли путались и не могли собраться воедино для каких-то важных тем.

– Расставляю всё по своим местам, – проговорил тот, не отрываясь от своего занятия.

– Аа, – протянула девушка, заглядывая через плечо.

– А ты давно рисуешь?

– С детства.

– Правда?

Мужчина кивнул. Голубые глаза встретились с карими и Мире на несколько секунд показалось, что её опустили в бочку с ледяной водой. Дрожь пробирала и она первая отвела взгляд. Тот ухмыльнулся и стал резко что-то выводить на белоснежном холсте. Тонкие едва заметные линии появлялись, сливаясь в одну незамысловатую картинку. Ни одна мышца на его чертовски правильном лице не дрогнула. Только между бровей у него залегла морщина.

«Скоро станет похож на себя в первый день жизни. Такой сморщенный и гадкий».

Девушке хотелось это произнести в слух, но всё же воздержалась срывая цветочек, пытаясь спрятать глупую улыбку.

– Мира, – прозвучавший рядом баритон вывел её из мыслей.

Тот сидел перед ней, глядя, как показалось прямо в душу. Она несколько раз моргнула. Антон. Её мальчик, сидящий перед ней и смотрел своими чистыми глазами. На минуту она отвернулась, а когда взглянула перед собой вновь увидела преподавателя. Ей хотелось зарыться прямо здесь, под эти дурацким деревом и остаться навсегда.

Больше мужчина не проронил не слова, снял с мольберта полотно и развернул его перед Мирославой. Слов не было. Она увидела себя. На лице тень тяжести всех мыслей, бурлящих в ней. Волосы красиво спадали каскадом по плечам, а в руке ромашка. Хрупкий беспомощный цветок, которого оторвали от его обычной жизни. Который не сможет продолжить своё существование, а в глазах отражалась печаль. Проклятая весточка отчаяния.

– Это невероятно, – прошептала одними губами девушка, но ему хватило этого чтобы губы изогнулись в приятной улыбке, а на щеках появились ямочки.

– У тебя невероятный талант. Чёрт. Преподаватель, превосходный байкер, Винсент Ван Гог двадцать первого века. Есть что-то такое чего ты не умеешь?

– Готовить.

– Да? – лицо девушки скривилось в непонятной гримасе. – Судя по тому, какие у тебя завтраки, ты просто божественная сила, бродящая среди нас.

– Ты преувеличиваешь, – отмахнулся тот.

– А вот и нет.

– А вот и да.

– Вовсе нет. Я тебе залакирую и отдам холст. Просто он покроется пылью и будет не очень красиво выглядеть.

– Здорово ты с темы спрыгнул.

– А ты думала. Не зря же сказала, что я хорош во всём.

Мужчина подмигнул ей, прежде чем начать складываться. Уже смеркалось. В воздухе копилась вечерняя прохлада и на другом берегу лягушки затягивали свои противные песни. Где-то начал свою звонкую трель сверчок. В домах, выглядывающих из гущи ветвей деревьев стали зажигать свет.

– Нужно возвращаться.

Приятный шёпот над её ухом раздался неожиданно и вырвал из мыслей.

– Ну нет, – протянула она, глядя ему в глаза, которые в тени выглядели ещё прекраснее.

– Ну да, – сказал тот, направляясь к машине. – Васильева, если сейчас не поторопишься, боюсь, тебе придётся бежать за мной.

Он засмеялся, стоило только взглянуть на её удивлённое лицо.

– Давай хотя бы прокатимся куда-нибудь. Проедемся, так сказать, по другому миру.

– Разве что если недолго.

Радостно взвизгнув, Мира побежала к автомобилю, запрыгивая в салон. Они действительно поехали в противоположную сторону от города, напевая старые песни, а позже и вообще пошли собирать цветы, но до первого появления летучей мыши, тогда уже домой захотела девушка, а он лишь наблюдал за ней.

11 глава

Мира аккуратно пробралась в комнату. Перед вахтёршей пришлось похлопотать, чтобы она поверила в то, что она задержалась по причине посещения библиотеки. Поставив сумку на тумбочку, девушка пошла в ванную. Сердце всё ещё громко стучало от переполняющих эмоций, как позади её оказалась Кира, которая выглядела слегка помято.

– Всё хорошо? Просто ты уже который день приходишь в общежитие с опозданием, либо вообще не являешься.

Та упёрлась плечом об дверной косяк, глядя прямо на соседку.

– Всё хорошо, Кира. Я просто немного засиживаюсь либо с подругами, либо в библиотеке.

– Прикольная у тебя библиотека. Чёрная на колёсиках. А библиотекарь вообще ангел во плоти, только смутно на нашего препода похож.

– К чему ты ведёшь?

– Будь осторожная, милая. Твоего библиотекаря быстро могут поставить на место и не забудут указать твоё.

И ушла, прикрыв за собой дверь. Девушка упёрлась руками о раковину, глядя на себя в зеркало. В глазах пробегали блики, но мешки под глазами и выразительные синяки, которые не скрыл даже консилер, слегка портили картину, смазанная помада. В кого она медленно превращалась, чёрт побери?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.