Подражатель
Кукиш с маслом

***

Василий Кузьмич пыхтел и раздувался, стягивая рукав своего пальто в небольшой комнате, где располагались вешалки перед входом в театральный зал. Давалось ему это упражнение весьма тяжело, потому что за последнее время он изрядно поднабрал в весе, хотя кто-то бы сказал, что уже некуда, однако же, было, было куда, и расползалось это куда вполне равномерно: от его коротеньких широких ножек до круглого, как пудовая дыня, живота и даже до увесистых мочек ушей, что и те от своей мясистости не могли даже и прижаться к шее, а торчали раздутыми пирожками в обе стороны. Но вот, он наконец справился со стягиванием облегающего рукава и аккуратно надел петельку на крючок металлической обшарпанной вешалки, стоящей посреди различного театрального хлама, частей декораций и рюшей от костюмов.

Лизонька же сняла свое тоненькое пальтишко сама и повесила его на стульчик, спрятавшийся аккурат за вешалкой. Она поправила серый пуховый платочек на плечах и еще больше в него постаралась закутаться, опасаясь, как бы никто из знакомых не встретился и не увидел ее. Однако же опасалась она напрасно, потому что в этот небольшой самодельный театр никто с их двора, улицы и уж точно никто из ее знакомых захаживать не мог, потому что во-первых, находился театр почти на окраине города, во-вторых, был вовсе и не театром, каким он должен быть, а обычной комнатой, которую снимала на коротенькое время неизвестная никому какая-нибудь труппа театралов – любителей, чтобы показать плоды своих актерских трудов хоть кому-то, хоть как-то.

Однако же понять Лизонькино смущение вполне можно было, потому что девушка она была совсем молодая, скромная и незамужняя, а Василий Кузьмич был человеком солидным, в летах, да к тому же женатым. Одно только ее могло оправдать в такой неловкой ситуации, что ей страсть как хотелось пойти в настоящий театр, о котором она много слышала, много мечтала увидеть его, воображала все эти пышные костюмы, платья барышень на сцене, манжетки и зонтики такими прелестными, что никак не смогла да и не захотела перечить папеньке, когда тот сказал, что вполне себе отпускает дочь с таким почтенным и премногоуважаемым человеком, как Василий Кузьмич, тем более, что целью этого похода было означено одно только просвещение современной молодежи и приобщение оной к литературной, так сказать, тайне.

Василий Кузьмич же был так услужлив последнее время в булошной, которую держал отец Лизоньки, был так любезен и покупал всегда большие и дорогие пироги, что отказать ему в сделанном, совершенно приятном предложении оказалось никак невозможно. На том и порешили. Лизонька тем же вечером села в повозку и отправилась в театр с Василием Кузьмичом.

Тут надобно сказать, что театр он, конечно был, совершенно никому не известный, так только местная труппа актеров любителей, репетировавшая какое-то время спектакль по, между прочим, классике, объявила, что будет бесплатный показ их трудов, третьего дня, вечером в Н-ском переулке, в бывшем доме Щедриных.

Были в этом городе, конечно, и известные театры, большие сцены, широко анонсировавшиеся спектакли, однако же там собирался весь город и встретить там хотя бы одного знакомого за вечер было не то что вероятно, а очень даже непременно. Поэтому-то Василий Кузьмич выбрал, так сказать, театр поменьше, как он шепотом поведал Лизоньке, «театр с большими перспективами и изумительными талантами».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.