# По ту сторону моря

Пол Линч

Впервые на русском – роман современного ирландского классика Пола Линча, лауреата Букеровской премии 2023 года за роман «Песнь пророка», который уже называют «ирландским „1984“» и «новым „Рассказом служанки“».
Боливар и Эктор отправляются рыбачить из своей южноамериканской деревушки на маленькой лодке, с трудом вмещающей двух рыбаков и холодильный ящик. Внезапно налетевший свирепый шторм уносит их далеко в Тихий океан, выводит из строя мотор, рацию и навигатор. Ждать помощи неоткуда, надежда – лишь на собственные силы, и еще неизвестно, какая борьба опаснее – со стихией или с собственными демонами…
«Мощный эпос о запредельном. Линч сумел превратить историю кораблекрушения в захватывающий экзистенциальный квест» (Le Monde).

© 2019 by Paul Lynch All rights reserved

© М. В. Клеветенко, перевод, 2024

© Издание на русском языке, оформление

* * *


> Неудивительно, что Линча сразу сравнивали с Кормаком Маккарти.

> The Sunday Times (Ireland)

> Изящно, деликатно, мощно. Рыбак и юноша дрейфуют в лодке по Тихому океану. Не происходит как будто ничего – и вдруг, порой одновременно, происходит все. И какой стилист!

> Дэвид Митчелл

> Совершенство.

> Себастьян Барри (The Sunday Independent)

> «По ту сторону моря» – книга о преображении. После нее Пол Линч уже не просто один из лучших ирландских писателей, но автор международного уровня.

> Le Figaro Littéraire

> Мощный эпос о запредельном. Линч сумел превратить историю кораблекрушения в захватывающий экзистенциальный квест, а фоном для этой истории служит одно лишь море.

> Le Monde

> Настоятельно рекомендую потрясающую книгу «По ту сторону моря», еще один шедевр от «человека из Лимерика».

> Irish Examiner

> Романы Линча – творения художника. Линча занимают не только способы выживания и борьбы человека со стихией, хотя рассказывает он о них захватывающе и убедительно. Прежде всего его волнует внутренняя борьба, что происходит в душе человека: как люди проявляют себя в экстремальных ситуациях. В этом романе есть отголоски Достоевского, Мелвилла и Уильяма Голдинга. Но больше всего на него повлияла поэма «Сказание о старом мореходе» Кольриджа.

> The Sunday Times

> Щемящее чувство простора рождается в экзотических декорациях, как у сенсуалистов, вроде Пауло Коэльо и Пабло Неруды, в духе восточных мудростей, как у Германа Гессе. «По ту сторону моря» занимает особое место в разнообразном и увлекательном каталоге произведений Линча.

> Irish Independent

> Неподвластная времени аура, аллегорический подтекст греческого мифа… Перелистнув последнюю страницу этой книги, вы почувствуете себя раздавленными и в то же время счастливыми оттого, что всё еще живы.

> The Scotsman

> Лирический, фантастический, почти галлюциногенный, с метафизическим уклоном в духе Беккета. В нем слышны отголоски Габриэля Гарсия Маркеса. Захватывающий, похожий на сон роман…

> The Sunday Business Post

> Фантастически написанное, поистине великолепное описание жестокой битвы между отчаянием и надеждой.

> RTE.ie

> На первый взгляд, это книга про двух мужчин, брошенных на произвол судьбы посреди бушующего моря и сражающихся с собственными демонами, но на деле это прекрасно написанный и продуманный роман о человеческом духе и о том, во что превращается человек, если довести его до предела.

> Irish Independent («Лучшие книги лета»)

> Просто, невероятно просто… и красиво… очень, очень сильная книга.

> The Bookshelf, ABC Australia

> Прозрачная, лирическая повесть… Лаконичный и строгий роман Линча отличает отстраненность, почти мифологичность.

> The Irish Times

> В «По ту сторону моря» Пол Линч рассказывает экзистенциальную притчу двадцать первого века, притчу о хрупкости и стойкости человеческого духа, переживающего кризис существования, столь же ненадежного, сколь и бессмысленного. Море всегда было мощной метафорой и литературным приемом, но в наши времена страдания отчаявшихся душ в поисках убежища посреди океана вызывают больше ассоциаций, чем в послевоенной прозе. Здесь слышны отголоски Камю, Кормака Маккарти, Хемингуэя и Кольриджа. Линч показывает взаимное безразличие между человеком и природой, тонко намекая на равное безразличие между людьми. Это душераздирающая и все же искупительная история о духовном очищении, изложенная поэтичным и незабываемым языком.

> The Reader (Australia)

> Если вам кажется, что старший персонаж недооценил более одного фактора… что он отворачивается от проблем в собственной жизни и в результате оба героя оказываются в опасности из-за того, что еще не случилось, но скоро случится, вы правы. Однако Пол Линч намерен показать вам диапазон, границы и поэзию происходящего. В современной ирландской прозе ценятся оригинальная подача материала, смелость и безоговорочное доверие к читателю. Жесткий контроль над смыслами и чистая лирика, поэтическое высказывание, которое, если вы ему позволите, уведет вас куда захотите. «По ту сторону моря» пугает и восхищает одновременно.

> М. Джон Гаррисон (The Guardian)

> Эпос, в котором, как и положено эпосу, главное место отдано поэзии, и, вероятно, самый мрачный и хорошо написанный роман, где действие происходит в море, из всех, что мне довелось прочесть со времен «Воришки Мартина» Уильяма Голдинга.

> New Criterion

> Эта суровая, завораживающая книга не что иное, как спор между двумя непримиримыми истинами, пьеса Беккета, покачивающаяся на волнах. Схематически два персонажа представляют собой две противоположности – воля и судьба, – и мистер Линч делает все возможное, чтобы запутать их отношения, строй его прозы все время меняется, переходя от горечи к отеческой заботе, от великодушия к враждебности. По своей сути роман подобен океану, океан незыблем и непостижим и не терпит философских умствований. Оба персонажа – храбрецы и трусы, безумцы и мудрецы, смотря как падает солнечный свет, – как будто необъятность окружающего их мира делает неважными любые различия. Стиль мистера Линча выверен и подсушен на солнце. Несмотря на лаконичность и обособленность, эта прекрасная книга содержит в себе бездны опыта.

> The Wall Street Journal

> Зачастую персонажи Линча происходят из весьма специфической культурной и исторической среды, но сюжет вырывает их из привычного социального контекста и помещает в далекую от повседневности метафизическую область: пространство за пределами их культуры, – и поэтому они кажутся оторванными от корней. И здесь его герои становятся объектами сложных размышлений о природе памяти, о самоидентификации. В то же время автор пытается уравновесить философскую составляющую описательной, уделяя пристальное внимание пейзажам, месту действия, физиологии. В «По ту сторону моря» Линч выделяет и подчеркивает эти особенности и с поразительной четкостью провозглашает свои литературные интересы: вечные вопросы, способны ли мы забыть прошлое, хозяева ли мы собственной судьбы и насколько наша душа выражается в нашем физическом бытовании. И как только Боливар и Эктор оказываются потерянными посреди морского простора – беспомощные, лишенные возможности двигаться, одинокие, – рассказчику не остается ничего другого, как обратиться к этим экзистенциальным вопросам, что он и делает со свойственной ему скрупулезностью и проницательностью. И тогда страницы оживают.

> The Times Literary Supplement

> В попытке сохранить эмоциональный и драматический накал Линч старается быть кратким. В то же время повествование отличает интеллектуальная насыщенность, здесь краткость вовсе не залог быстрого и легкого чтения. Напротив, несмотря на свою текучесть, его проза наполнена идеями, и, как при чтении стихов, вам захочется сделать паузу после каждой части для того, чтобы поразмыслить.

> The Rumpus

> Некоторые из самых значительных литературных произведений первых десятилетий XXI века были созданы в Ирландии, а Пол Линч – один из ведущих представителей постмодернистского ирландского возрождения. В романе «По ту сторону моря» талант Линча предстает в новом свете. Линчу удается превратить сюжет из строки в новостях в универсальную историю дружбы, стойкости и привязанности. «По ту сторону моря» – простая история. История, которая пробирает до мурашек. Она заставляет читателя, не отрываясь, всматриваться в то, что есть жизнь и смерть, в суть того, что означает быть настоящим человеком. Линч переносит читателя на маленькую лодку посреди пустынного Тихого океана, подразумевая, что в некоем глубинном смысле мы все в одной лодке и рано или поздно столкнемся с вопросами, которые пришлось решать Боливару и Эктору.

> New York Journal of Books

> Традиционно в литературе море олицетворяли мужские образы. В романе «По ту сторону моря» Линч и следует этой традиции, и ее же опровергает. Захватывающая лаконичная проза, простые повествовательные предложения, рассказывающие о подспудном физическом и духовном преображении Боливара.

> The Australian

> Последняя книга Линча – тщательно прописанная история двух рыбаков, брошенных на произвол судьбы в крошечной лодке посреди бескрайнего неумолимого океана. Время идет, мужчинам кажется, что никто их не ищет, и тогда начинается исследование глубин человеческой души, постепенно скатывающееся к самому ужасному сценарию, который Линч пишет безжалостной рукой. Его стиль отточен, персонажи реалистичны, а их немыслимая дилемма кажется так близка, что можно перегнуться через борт лодки и потрогать воду рукой.

> The Daily Telegraph (Australia)

> Эта поэтичная, амбициозная повесть писателя Пола Линча, отмеченного многочисленными литературными наградами, напоминает о Кормаке Маккарти и даже Эрнесте Хемингуэе, хотя стилистически по своей ирландской беглости и лиричности она весьма далека от последнего.

> Spectrum (Australia)

> Светлые и темные стороны жизни героев раскрываются в истории, которая поражает воображение, тревожит и глубоко раскрывает человеческую душу.

> Brisbane News

> Столкновение с другим человеком, с самим собой и собственной смертностью: Пол Линч в своем непревзойденном стиле, который совершенствуется от страницы к странице, идет по стопам великих морских романистов – Мелвилла и Конрада, таких же метафизических великанов, как Фолкнер и Маккарти в своих творениях. Невольно вспоминается Хемингуэй, его «Старик и море» – универсальная и душераздирающая история человека, противостоящего могуществу природы и собственной смертности.

> La Vie

> Когда дублинец в «По ту сторону моря» вдруг берет курс к берегам Южной Америки, он тем не менее демонстрирует прежнее искусство – достойное восхищения – в описании природы и человеческой психологии. Начинается дрейф, с ним борьба за выживание (описанная в мельчайших подробностях) и всплеск эмоций: неприязнь между двумя мужчинами уступает место искренней привязанности, затем глубокому отчаянию, усиленному чувством вины, и удивительному спокойствию.

> L’Express

> Линч создает из затерянной в море панги историю, которая дышит каждым днем и каждой ночью, прожитыми на земле. Это лучший вид чтения – заставляющий задуматься. Он ставит перед читателем большие и неразрешимые вопросы: что есть истина, в чем состоит истинное знание, какой во всем этом смысл. И странным образом Линч дает читателю то, что кажется невозможным, – ответы.

> The Chicago Review of Books

> Пугающе и в то же время невероятно. Противоядие от травм, полученных во время карантина в Ковид-19? Представьте, как недели превращаются в месяцы, пока вы дрейфуете по течению в лодчонке посреди океана, наблюдая, как вдали медленно движутся и исчезают корабли.

> Irish Examiner

> Пола Линча по праву считают одной из литературных звезд Ирландии. «По ту сторону моря» – притча о надежде и отчаянии, о человеке и природе (с ненавязчивым предупреждением об изменении климата). Это также душераздирающая история об искуплении и отношениях между людьми.

> Hot Press

> Невозможно оторваться… Поначалу быстрый темп повествования сменяется медитативными, скупыми главами, в которых мужчины строят отношения, учатся понимать, что для них важно, что имеет духовную ценность. Завораживающий рассказ Линча раскрывает суровую красоту борьбы за жизнь во власти безжалостной природы.

> Publishers Weekly

> Короткая, но увлекательная история о том, на что готовы пойти люди, чтобы не признавать, каковы они на самом деле.

> Metro

> Двое мужчин в лодке, дрейфующей посреди океана. Ирландец Пол Линч написал блестящий, чувственный и трогательный роман о человеческой природе.

> Le Soir

> Этот роман, столько же мучительный, сколь и увлекательный, – потрясающий спектакль, в котором жизненный опыт и внутреннее напряжение опираются на выверенную режиссуру. Роман еще раз доказывает, что Пол Линч – автор, для которого значимо каждое слово… еще одна возможность получить потрясающий урок веры в человечность.

> La Libre Belgique

> Из истории выживания, из приключенческого романа «По ту сторону моря» превращается в метафизический опыт, ставя который автор с восхищением и, надо признать, с ужасом раскрывает прогрессирующее обнищание человеческого духа. Создать такое всего на двухстах страницах – это не просто мастерство, это гениальность.

> Hebdoscope

> Один из величайших писателей современности. На всем протяжении этих штормовых страниц, наполненных лучшим, что может предложить морской роман, – смесью суровости и меланхолии, – мы вспоминаем о Мелвилле.

> Marianne

> Есть множество выдающихся авторов, чей взгляд непринужденно пронизывает бесконечность, и главные из них – Вирджиния Вулф, Кафка, Борхес, Клариси Лиспектор. Хотя для меня Мелвилл, Достоевский, Фолкнер, Джозеф Конрад и Кормак Маккарти тоже ведут многосторонний диалог сквозь время. По видовой принадлежности следовало бы этих писателей назвать космическими реалистами. Ибо их отличают космический взгляд, способность всмотреться с высоты в человеческую муку, смятение и величие, удерживать в поле зрения не только стол, стулья и застольную беседу, но и фундаментальную странность нашего бытия – бесконечные пространства, которые нас окружают, вечные истины, формирующие нас на протяжении веков. Взгляд этих писателей проникает в самые дальние уголки реальности и в самую суть того, чем мы являемся. Тайны мира остаются непознаваемыми, но космический писатель берет на себя труд стать их толкователем.

> Пол Линч

> Моему сыну Эллиоту и моему отцу Пату – моряку, ставшему спасателем

> Кто знает, эта жизнь не есть ли смерть,

> И смерть не есть ли то, что жизнь, для смертных?

> Еврипид[1]

Это не сон про штормовую погоду гонит Боливара в город, а слова, подслушанные ночью, вероятно, в баре у Габриэлы, которые теперь кажутся ему сном. Это все болтовня Алексиса или Хосе Луиса, думает он, от этих двоих одни неприятности. Но ощущение, рожденное сном, не отпускает. Ощущение старого, забытого мира, зовущего из-за моря.

Ноги в сандалиях шагают по ветхому мосту. Мимо пляжных домиков. Мимо места, где гнездятся морские черепахи. Взгляд ищет чего-то за пределами лагуны, но глаза прикованы к берегу. Вокруг выброшенной на берег канистры блестят мертвые рыбешки попоча. Он поправляет бейсболку и ступает на пляж.

Рыбок всего дюжина, думает он, но хватит и того. Даже нищие к ним не притронутся. В реках какая-то болезнь, откуда – никто не знает.

В поисках подвоха он изучает рассвет цвета индиго. Изучает облака и ветер. То, что у моря есть собственный цвет, люди придумали. Он не помнит, чьи это слова. Ибо море содержит в себе все цвета, а значит – всё, что ни есть на свете. Может, это и правда, чего только не услышишь.


Белые пластмассовые стулья в кафе у Розы привалились к столикам, словно уснувшие пьяницы. Он хлопает по сетке с пляжными мячами, которая свисает с крыши палапы, сложенной из пальмовых черешков. Черт подери, произносит он. Анхеля нигде нет. Он пинает на крыльцо стул, который стоит за шторкой, спинка трещит, когда он садится. Изучает руки, сложенные на горе живота. Руки у него громадные, и он часто об этом размышляет. Запястье размером с предплечье. Рука как бедро, плечо толщиной с шею. А чего вы хотите от рыбака?

Он поворачивает голову и кричит, Роза!

Отсюда видна панга – лодка, которую он привык считать своей, одинокая, далеко от кромки воды. На белом корпусе выведено бирюзой: «Камилла». И там нет Анхеля. Он наблюдает призраки двух мужчин, Анхеля и себя прежнего, которые сидят в лодке, объемные изображения рыбаков, нарисованные лунным светом, рыбаки пьют пиво, а из баров вдоль променада несутся бесплотные вопли и падает тусклый свет.

Он снова зовет Розу, слышит пение этого психа Александра, голос у него словно хрустальное тремоло. Наклоняется ниже, пока не замечает старика на ящике для льда, давно потерявшем первоначальный цвет. Поблескивая ногтями, старик чинит потрепанные морем сети. Боливар старается не слушать, но все равно слушает, песни вызывают в нем чувства, объяснить которые он не в силах. Порой чувство вины. Порой ощущение, что жил много лет назад, жил за другого, – и что прикажете с этим делать?

Песок перекатывается по циновке. Зажав ноздрю пальцем, Боливар исторгает соплю. Роза!

За Боливаром, будто он призрак, скользнувший сквозь занавеску из бусин, наблюдает с верхней полки Святая Дева Гваделупская. Роза спит в гамаке, вечно она спит. Боливар тянется к пульту и включает канал, где крутят игру, которую он смотрел вчера вечером.

Роза, спрашивает он, ты видела Анхеля?

Женщина шевелится, раздраженно бурча. На неверных ногах выбирается из гамака и стоит в темноте, поправляя волосы. Он видит только ее глаза, как будто они притягивают к себе весь свет. Боливар перемаргивает, и древняя часть его сознания угадывает в ней ведьму, пока Роза не поднимает шторку на окне и вперед не выступает ее тело. Его глаза следят, как свет скользит по животу, прикрытому мешковатой рубашкой, по гладким рукам и бедрам. Это оценивающий взгляд, каким мужчина смотрит на женщину.

Роза, Анхель не появлялся?

Та коробка с лаймами, Боливар. Ты ее принес? Я тебя вчера просила.

Он либо тут, либо его здесь нет. На лодке мне больше пары штук без надобности.

Все, что ни делает Роза, она делает как бы нехотя. Ее тело – печаль, склонившаяся над холодильником. Она вынимает две бутылки пива, открывая дверцу с измученным видом, не приставшим такой молодой женщине. Не глядя, откупоривает бутылки, устремив взгляд вдаль, за пределы лагуны.

Глаза Боливара прикованы к Розе, пока она делает большой глоток.

Похоже, забили, и он высовывается на шум трибун за занавеску из бусин, а вернувшись, вытирает запястьем рот.

Ты не поверишь, говорит он. Помнишь большой улов в прошлом году? Я только что видел выброшенную на пляж попочу.

Мгновение Роза задумчиво смотрит на него.

Вчера ночью тебя искал какой-то мужик, говорит она.

Что за мужик?

Не знаю. Сказал, отрежет тебе уши.

Это он.

Кто?

Я тут сглупил. Но я все исправлю.

Он глядит, как подергивается правый глаз Розы, пока она пьет. Разглядывает ее прохладную комнату с кирпичными стенами. Гамак, два пальмовых стула, жужжащий холодильник. Легкий запах пота. Одежда на гвоздях.

Он тянется к ее запястью, но Роза отстраняется, и тогда Боливар выпаливает не подумав.

Когда-нибудь, Роза, ты за меня выйдешь. Пусть я всего лишь рыбак. Но я расплачусь за твой телевизор. И может быть, куплю тебе джип. И мебель, чтобы было куда повесить одежду. Я дам тебе столько лаймов, сколько захочешь.

Роза разглядывает его загорелые ноги, заклеенные пластмассовые сандалии, пухлые оттопыренные пальцы. На большом пальце левой ноги не хватает ногтя.

Когда она смотрит на Боливара, он выворачивает ступню.

Роза вздыхает. Боливар, у меня дел по горло. Эти лаймы. Мне нужно идти.

Они слушают, как Александр смеется себе под нос.

Боливар разворачивается к двери, и старик снова заводит песню.

Вот идиот, говорит Боливар. Что за чушь он голосит.

Это песни для костей мертвых, говорит Роза.

Боливар отколупывает от стены кусок штукатурки.

Эта халупа разваливается на части. В один прекрасный день, Роза, ветер и море тебя унесут.

Роза вздыхает. Но вряд ли сегодня.


Артуро! Босс! Боливар заходит в кабинет Артуро, фасадом выходящий на пляж. Делает глубокий вдох. Свежий бриз доносит легкую морскую гнильцу. Снова окликает Артура и поправляет бейсболку. Треск рации переходит в далекие помехи. Артуро там, где обычно, думает он. Дрыхнет у себя с той бабой, смотрит телевизор или выпивает у Габриэлы, ворча на тех, кто опустошает его карманы.

Он выходит во двор и видит на ступенях маленького Артуро. Мальчишка – точная копия отца или того, кем отец мог когда-то быть. В лице с густыми бровями уже виден будущий мужчина.

Где босс? У меня срочное дело.

Рассеянный взгляд мальчишки останавливается на Боливаре. Он пожимает плечами и продолжает тыкать пальцем в теле-фон.

Он дома или нет?

Дверь за ними распахивается, и в проеме возникает всклокоченная голова. Артуро босиком спускается по бетонной лестнице и бесстрастно смотрит на Боливара, а тот смотрит в ответ. На Артуро всегдашний серый жилет и красные шорты, которых он не снимает. Небось и спит в этой одежде, и постепенно она становится кожей.

Иди сюда, Толстяк, говорит Артуро, я тебе кое-что покажу.

Боливар следует за Артуро и останавливается перед полноприводным джипом павлиньей расцветки. Артуро показывает на джип пальцем.

Что скажешь, Толстяк, кто мог такое сделать?

Следуя за пальцем Артуро, Боливар наклоняется. Проводит рукой по глубокой царапине на краске. Сквозь кожу проникает чувство вины, но это точно не он. Покопавшись в мыслях, Боливар решает, что это был Анхель. Распрямляется, вздыхает, поправляет бейсболку, подтягивает шорты.

Какой-то пьянчуга. Или ребенок. Тут хватает детишек, от которых одни проблемы. Скажи, босс, ты видел Анхеля? Он до сих пор не объявился.

Артуро разворачивается и меряет Боливара взглядом. Закрывает глаза, а открыв, со скорбью взирает на джип.

Не могу поверить, Толстяк. Ничто в этом мире не остается нетронутым. Я думал, ты ушел вчера. Ты должен был вернуться сегодня. Почему не ушел с остальными?

Позвони ему.

Кому?

Анхелю.

Чего ради?

Мне нужно выйти в море, а куда я без Анхеля? Я больше ни с кем не рыбачу.

Артуро глубоко вздыхает и смотрит на пепельное море. Затем поворачивается к мужчине, который стоит перед ним.

Послушай, Боливар, с северо-востока идет шторм. Прислали сводку. Взгляни на пляж. Почти все лодки на берегу. А те, кто был в море, возвращаются.

Это неправда, Артуро. Я видел, как вышли три лодки. Мемо и две другие.

Мемо псих вроде тебя, Толстяк.

Позвони Анхелю.

Слушай, Боливар, никто тебя не гонит.

Позвони Анхелю.

Зачем?

Боливар морщится, начинает дергать себя за ухо.

Да пойми ты, мне нужно срочно заработать деньжат.

Сам звони.

Боливар пожимает плечами. Телефон разрядился. Сломался. Кончились деньги. Последняя баба забрала его с собой, когда уходила. Слушай, я простой рыбак.

Артуро вытаскивает телефон из заднего кармана и набирает номер. Смотрит на джип, качает головой, отключается, набирает другой номер.

Эй, Дохлый, тут у меня Толстяк без дела мается. Ты не видел Анхеля? У него телефон разрядился. Сходи постучись к нему.

Боливар наблюдает за мужчиной, говорящим по телефону, за его тенью на полированном боку джипа. Мужчина начинает мерцать, отражение воли, которая и есть его жадная душа. Боливар разглядывает лицо Артуро, в последнее время оно побурело, приобретя оттенок застоявшейся крови, крови, постепенно темнеющей, пока окончательно не почернеет. Плоть отслаивается от костей, думает он. Прямо на глазах.

Пока Артуро слушает, его глаза блуждают, взгляд устремлен не на пляж или лагуну, а дальше, мимо серферов и ловцов креветок, за туманный насупленный горизонт.

Артуро кивает и дает отбой.

Анхеля нет дома, Толстяк.

Может, заболел, или помер, или еще что. Ты должен найти мне кого-нибудь, и побыстрее. Только не абы кого.

# Сноски

1

Из несохранившейся трагедии Еврипида «Полиид». Цит. по: Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. Перев. М. Гаспарова.