Светлана Бриса
Любовь и театр

Глава 1

Сцена, свет рампы и великолепное действо. Высокий статный мужчина походкой тигра приближается к красивой девушке, которая что-то пишет за столом. Взмах руки, он зажимает ей рот и, укрывает плащом. Осторожно пятится за кулисы, бережно уводя пленницу за собой. Гаснет свет, они оба исчезают в темноте.

Играет музыка, на сцене снова появляется та же пара. Она быстрым шагом, почти бегом, направляется в центр, туда, где на неё падает яркий свет софит. Мужчина догоняет её и, хватая за локоть, поворачивает к себе. Целует. Страстно, нежно, красиво. Она с силой отталкивает мужчину, кричит:

– Ты не смеешь этого делать! Я больше не твоя!

Он ухмыляется и поправляет шляпу:

– Свадьбы не будет. Ты теперь в плену, красавица. Твой жених не скоро найдёт тебя.

Девушка заламывает руки с поистине прирождённым актёрским талантом:

– Зачем? Ведь ты стал моим прошлым. Зачем ты вернулся?

– Я ещё не закончил важные дела, – он подходит ближе. – Неужели ты так быстро забыла меня?

Мужчина со страстью смотрит на девушку, он прожигает её взглядом. Она, поднимает на него глаза, в которых отражается мольба. На секунду оба замирают в томительном ожидании.

– Достаточно. Превосходно! Браво! – раздаётся из зала бойкий женский голос.

Послышались негромкие аплодисменты. Свет на сцене зажегся, и молодые люди обернулись к хозяйке слов.

Высокая, худощавая женщина пятидесяти лет, в облегающем вязаном платье, сидела в кресле режиссёра и теребила мочку уха. Взгляд проникновенных серо-голубых глаз был устремлён вдаль. Рядом, облокотившись на подлокотник, сидел невысокий, лысеющий мужчина, грузный, с круглым лицом, крупным носом, маленькими узкими глазками и тонкими губами. Он периодически вытирал их платком и тихо покряхтывал.

Женщина встрепенулась и продолжила, глядя прямым взглядом на актёров:

– Игра очень хороша! Я вам поверила это важно! Но, все же зритель должен находиться в напряжении. Необходимо создать иллюзию твоего отчаяния, – Она кивнула на мужчину: – И твоей, плохо скрываемой страсти. – Женщина посмотрела на девушку: – Ты любишь, всё ещё любишь, но пытаешься забыть… – Так, ладно… – Она встала. – На сегодня все свободны. Завтра снова жду вас на репетиции. Пойдём, Дима.

Грузный мужчина тяжело поднялся с кресла и проследовал к выходу.

Девушка обернулась к молодому человеку и кокетливо спросила:

– Отвезёшь меня домой?

– Не сегодня, – дерзко ответил он. – Мне нужно ещё порепетировать.

– Макс, ты и так много репетируешь, – обиженно надула губки Нина.

– Надо отточить мастерство. Ты же видишь, Алевтина Михайловна всегда найдёт к чему придраться. Хочу доказать ей, что Лоренцо может быть неподражаемым.

– Ну тебя…– фыркнула девушка. – Я вызову такси, а ты можешь хоть всю ночь репетировать.

Казалось, именно этого он и ждал. Когда она уходила, Макс провожал её взглядом до самой двери. Затем, немного помедлив, отправился за кулисы. Пройдя по длинному коридору, он завернул в другой, где находился кабинет художественного руководителя.

Глава 2

Алевтина Михайловна сидела в кожаном кресле за высоким дубовым столом и смотрела вдаль.

Бессменный директор Дмитрий, развалившись на диване, лениво просматривал счета, выставленные театру за квартплату. Он угадывал мысли художественного руководителя, доверял ей безгранично, полагаясь на женскую интуицию. Тридцать лет назад, будучи ещё молодыми и амбициозными, они создали его – их детище – частный театр. Москва не поняла и не приняла их.

Помучившись в одном небольшом помещении и не потянув аренду, эти два предпринимателя вынуждены были покинуть столицу и уехать в провинциальный город. Надежды на популярность они оба не питали. Но случайности порой не случайны. В этот раз удача сама нашла их.

Они смогли арендовать небольшое помещение, которое спустя время выкупили в собственность. Поначалу Алевтина, которая по совместительству была ещё и драматургом, ставила небольшие комедии. Посмотреть их приходили в основном горожане, проживающие рядом. Но постепенно «сарафанное радио» заработало и о частном театре стало известно всему городу. Затем последовала громкая премьера нового спектакля, и театральная жизнь закипела.

Лихие девяностые не давали возможности без потерь владеть бизнесом. В сложные времена театр был вынужден сдать часть своих помещений в аренду под кафе. А сама труппа ютилась в одном большом театральном зале. Так продолжалось несколько лет. Лишь в двухтысячных годах театру, наконец, снова улыбнулся успех.

Их заметили и стали помогать. Фантазии художественного руководителя, Алевтины Михайловны, отличались от привычного театрального искусства. Она смело экспериментировала, не боялась критики и уверенно общалась со своей аудиторией посредством спектаклей.

В труппе же была идеальная дисциплина и полное взаимопонимание. Все актёры подбирались строго по определённым критериям. Им было очень комфортно вместе. Как в любом коллективе склоки и конфликты иногда возникали, но они жёстко заминались художественным руководителем, не оставляя возможности на трагическую развязку.

– На сцене вы можете всё, в жизни только часть! – говорила она, и молодые артисты к ней прислушивались.

Алевтина Михайловна всегда требовала полной отдачи себя во время спектаклей и ярких эмоций актёров. Она сама подолгу отсматривала всех претендентов на главные роли. Могла взять человека с улицы и обучить, если видела талант. Но могла и прогнать профессионала, если он не понимал задумки режиссёра.

Так текли будни. Театр много гастролировал, набирал благодарных поклонников. Менялись артисты, рождались новые кумиры.

Лоренцо на сцене, а по паспорту Максим Александрович Соколов, был одним из таких. Статус первого красавца и донжуана закрепился за ним, как и прозвище Лоренцо. Яркий, симпатичный, кареглазый, темно-русый шатен сразу покорил сердце Алевтины Михайловны. Он работал в театре с трёх лет.

В тот день на улице стояла страшная непогода, и в служебную дверь театра кто-то тихо постучал. Дверь открыл Дмитрий. Он увидел на пороге маленького мальчика и его сопровождающую – женщину сорока пяти лет. Она что-то долго бормотала себе под нос, Дмитрий так и не разобрал. Мужчина отвёл гостей к Алевтине. Та целых два часа не выпускала их из кабинета, а затем оставила мальчика у себя.

Все считали Лоренцо приёмным сыном Алевтины. Она не стала развенчивать миф, тем более что он придавал мальчику ещё больше шарма.

С раннего детства Максим отличался прямолинейностью и внешней привлекательностью, он моментально располагал к себе людей. В пять лет мальчик получил первую роль. Он вырос за кулисами. К тридцати годам приобрёл статус самого привлекательного актёра труппы.

И вот сейчас любимец публики стоял под дверью кабинета.

Тихо постучавшись, мужчина вошёл без приглашения.

– Алевтина Михайловна, можно поговорить?

Женщина перевела на него усталый взгляд, её глаза потеплели:

– Конечно, Максим. Присаживайся. Дима не помешает?

– Вовсе нет. Хотел уточнить, понравилась ли вам моя игра?

Его немного высокопарный тон удивил женщину.

Она слегка наклонила голову набок и внимательно посмотрела на Максима. Тот встретил взгляд без смущения. Молодой человек с большим уважением относился к женщине, и готов был как к критике, так и к похвале.

– Нет огня, – спокойно сказала она. – Не вижу твоих чувств. Ты же встречаешься с ней, почему между вами нет страсти?

– Она мне надоела, – ответил Лоренцо.

Как будто речь шла о какой-то игрушке в магазине.

– Так нельзя! Ты влюбляешь их в себя, а потом разбиваешь сердца. За последнее время это уже третья твоя подруга. И все трое покинули театр из-за тебя.

Лоренцо встал, обойдя кресло художественного руководителя, расположился за ней, глядя в затылок:

– Они все, будто куклы фарфоровые, с красивыми большими глазками и пухлыми губками. Все как одна – манекены, только притворяются живыми людьми. Я не могу даже привязаться к ним, потому что они хотят первых ролей, а не меня. Куклы!

– Но ведь они влюбляются в тебя! Переживают, страдают… – Алевтина Михайловна поморщилась.

– Да! Но не более того… Каждая, говоря «люблю», неискренна, лицемерна. А я это чувствую и не хочу так.

– Такое ощущение, что ты боишься их чувств, – высказала предположение Алевтина Михайловна. – Возвёл возле себя невидимую стену безразличия и просто пользуешься их слабостями. Так нельзя, Максим! Вот Нина, например. Она красива, эмоциональна, романтична. Опять не то?!

Лоренцо пожал плечами и вернулся на место:

– Может, я просто не умею любить?! Никто никогда не говорил мне о том, что такое любовь. Я не знал своих родителей, не получил их любви. Возможно, я был им просто не нужен, чужой инородный элемент.

– Не говори так! – почти вскрикнула Алевтина Михайловна и поддалась вперёд. – Уверена, ты был желанным ребёнком. Могли вмешаться обстоятельства… – Женщина замолчала.

– Я просто хочу найти их и спросить, что было не так? Почему они привели меня сюда и исчезли. Кто они, где они? Я хочу знать всё. Возможно тогда я научусь любить!

Он встал и эмоционально зашагал по кабинету. Дмитрий встрепенулся после его слов и нервно покашлял, напоминая о своём присутствии. Максим подошёл ближе к Алевтине Михайловне, взял её за руки и умоляющим тоном спросил:

– Вы поможете мне найти их?

Она посмотрела на него грустным взглядом и тихо произнесла:

– Ну конечно, дорогой мой мальчик, ну конечно!

Всякий раз, когда они беседовали вдвоём, Максим постоянно возвращался к теме, которая волновала больше всего на свете. Мужчина спрашивал о своих родителях, задавался вопросом: «Почему они не искали его?». Терпеливо выслушивал успокоительные речи худрука и снова оставался неудовлетворённым.

Макс пытался искать сам, но потерялся на первом же документе, потому что Соколовых в округе было множество, и любой мог быть его предком. Это раздражало и раззадоривало одновременно. Макс твёрдо решил, что найдёт родителей и узнает историю своего рождения.

Глава 3

Настало раннее утро. Алевтина Михайловна уже давно была на ногах. Женщина приходила в театр к шести утра, а уходила иногда далеко за полночь. Молодые артисты не понимали её любовь к своему детищу. Она же отдавалась ему целиком. Все мысли и чувства женщины были поглощены театром. Она им жила, рождала здесь новые идеи, любила каждого актёра труппы как члена семьи.

В кулуарах перешёптывались: «Почему она не вышла замуж, не родила детей?» Но личная жизнь художественного руководителя всегда была на замке. И никто не знал ответов на эти вопросы. Дмитрий же упорно хранил молчание, как верный паж при госпоже.

В это утро Нина опаздывала, она очень любила поваляться в постели. Звание примы, которое по праву носила девушка, по её мнению, позволяло такие вольности.

Но в этот раз она прогадала. Придя на пятнадцать минут позже, Нина застала труппу в сборе. Актёры нервничали и явно ждали её появления. Алевтина Михайловна, не церемонясь, сделала ей выговор на глазах у всех. Это больно задело девушку, она считала себя незаменимой.

Выслушав худрука, Нина молча прошла на сцену и заняла своё место. Репетиция началась. Актёры словно тени сновали туда и сюда по сцене, вживаясь в роли и веселя невидимую публику. Каждая речь, каждый поворот головы, каждое телодвижение было отсмотрено художественным руководителем очень тщательно. Труппа уже два месяца репетировали этот спектакль, он имел успех, но Алевтина Михайловна требовала оттачивать мастерство каждый день. Она искала… Искала что-то новое, что перевернёт очередной десятилетний рубеж театра.

И вот актёры разбежались по своим местам. На сцене только Нина и он…

Лоренцо появился ниоткуда, словно тень и быстрым отрывистым движением прогнал свои слова, совершенно без эмоции.

Алевтина Михайловна нахмурилась, но не остановила артиста. Тихо прошептала Дмитрию на ухо: «Перегорел! Надо что-то менять».

Она отпустила труппу на перерыв и наблюдала за молодым актёром.

За кулисами Лоренцо снова превратился в Макса. В буфете он открыл бутылку воды и жадно выпил.

– Как дела, старина?

Рядышком с ним вдруг оказался Кирилл. Актёр, друг и дублёр Лоренцо.

– Да что-то неважно последнее время.

– Что случилось?

– Сам не пойму, чувствую только, что мне необходимы перемены. – Максим снова сделал глоток воды.

– Нина? – спросил Кирилл.

– И она тоже…

Макс равнодушно махнул рукой и допил до конца бутылку:

– Не могу разобраться, что происходит со мной сейчас. Скорее всего, мне просто надо отдохнуть. Пожалуй, возьму отпуск на недельки две. Поиграешь за меня?

Он с улыбкой похлопал друга по плечу.

Тот тоже улыбнулся и иронично заметил:

– А разве у меня есть варианты?

– Конечно, нет, – засмеялся Максим. – Ты мой дублёр, и тебе не отвертеться. Хотя…– Мужчина нахмурил лоб. – Возможно, Алевтина Михайловна меня и не отпустит.

– Что-то я сильно в этом сомневаюсь… – с иронией в голосе произнёс Кирилл. – Сезон практически окончен, так что думаю твой отпуск – реальность.

Он не ошибся. Алевтина Михайловна сама предложила Максиму отдохнуть:

– Ты перегорел, Максим. Эмоции уже не те, а зритель это чувствует и не принимает твоей игры. Поезжай, отдохни, развейся. Я пока подумаю, что можно поменять…

Женщина всегда говорила спокойным, но загадочным голосом. В детстве Максим думал, что она фея, которая с помощью волшебной палочки управляет театром. Сейчас же он видел сильную женщину. Алевтина Михайловна тянула на своих хрупких плечах весь этот непростой, но интересный груз.

Он послушал совета мудрой наставницы и засобирался подальше, туда, где тепло.… В Крым.

Нина, узнав об этом, устроила истерику прямо в гримёрной.

– То есть ты в отпуск, а я буду играть с Кириллом?

– Ничего страшного! – невозмутимо ответил Максим, укладывая одежду в спортивную сумку. – Ты уже дважды с ним играла без меня.

– Но, Максим, – умоляла Нина. – Я думала, ты возьмёшь меня с собой?!

Мужчина выпрямился и посмотрел девушке прямо в глаза. Она наблюдала, ожидая ответа.

– Послушай, я устал и хочу побыть один. В последнее время мы постоянно ругаемся, поэтому я не возьму тебя с собой.

Макс был прямолинеен, за это его ценили все члены труппы. Он не лицемерил и не лгал. Мужчина устал от отношений с Ниной, но не хотел сейчас разрывать их. Он решил переждать, может, отдых изменит решение.

Нина словно почувствовала неминуемый разрыв и стала хвататься за надежду как за соломинку:

– Обещаю, я не помешаю. Ну, пойми, Максюш, мне будет очень тяжело без тебя. Одной в холодной постели, в театре с чужим партнёром. Я хочу поехать с тобой… Возьми меня, пожалуйста!

Девушка прижалась к нему и подставила губы для поцелуя, надеясь, что Макс передумает. Но он был неумолим.

– Нет, Нина, нет! Все решено! Я еду один.

Мужчина взял сумку и, обойдя девушку, направился к двери. С прыткостью, присущей только кошкам, она опередила Максима. Повернула ключ в замке, вытащила его и спрятала в декольте.

– Максим, ты что, нашёл другую?

Вопрос был серьёзным. Нина явно хотела спровоцировать скандал.

Макс опустил спортивную сумку и тяжело вздохнул:

– Нин, я же сказал, я устал и хочу отдохнуть.

– Кто она? Блондинка, брюнетка, актриса или поклонница, говори! Я хочу знать соперницу в лицо. И передай ей, пожалуйста, что просто так я тебя не отдам.

Максим начинал злиться. Он не выспался ночью, потом была ранняя репетиция и вот теперь ещё семейные разборки.

Сложив руки на груди, он процедил сквозь зубы, еле сдерживая ярость:

– Ты мне не жена. Я не обязан перед тобой отчитываться. Дай ключ, иначе вышибу дверь.

Нина ехидно посмотрела на него, явно провоцируя.

– Возьми. Он в надёжном месте, – девушка вызывающе указала на вырез декольте.

Она была действительно привлекательной: невысокой, стройной блондинкой, с хорошей фигурой, яркими пухлыми губами, красивыми восточными глазами и небольшой родинкой на щеке, которую она старательно подделывала под мушку. Нина нравилась ему, возбуждала любопытство, восхищала…

Но сейчас, что-то сломалось. Макс уже не испытывал всех тех эмоций, что были раньше. Он смотрел на неё как на актрису, которая просто обязана быть привлекательной, но перестал видеть в ней женщину. В этот момент Макс понял, что их чувства окончательно потерпели фиаско и она больше не интересна ему. Очередной роман рушился на глазах.

Тихо зарычав, Макс отодвинул девушку, и с силой ударил ногой в дверь. Та с шумом распахнулась. Нина вскрикнула. Личинка замка с лёгким дребезжанием упала на кафельный пол. Макс вышел, и даже не обернувшись, быстро покинул театр.

***

– Не переживай ты так, Нина, – в проёме, только что выбитой двери, появилась Алевтина Михайловна.

– Вы всё слышали?

– Не всё… Только крайнюю часть разговора. Я отпустила его на отдых, потому что он перегорел как актёр. Дай ему время, и всё встанет на свои места.

– В последние дни наши с ним отношения трещат по швам. Он уже не торопится домой, стал часто задерживаться на репетициях. Неужели он нашёл другую?

Нина подняла на Алевтину Михайловну глаза, явно пытаясь узнать правду. Но лицо женщины осталось невозмутимым. Она с некоторой долей жалости смотрела на девушку и, так же как и Макс, понимала, что разрыв неминуем. Он наигрался, и поэтому ему стало скучно. Нужны другие эмоции, и тогда Лоренцо вновь будет восхищать приходящих в театр женщин.

– Иди умойся и подготовься к репетиции. Нельзя, чтобы личные проблемы сказались на работе. Хотя…– Алевтина Михайловна помедлила. – Если хочешь, тебе я тоже дам отпуск.

– Правда? – Нина удивлённо заморгала глазами.

– Кирилл и Анфиса прекрасно сыграют последующие четыре спектакля. А вы пока разберитесь в себе и своих чувствах.

Алевтина Михайловна развернулась и вышла из гримёрной, бросив напоследок:

– Ох уж эти романы! Ох уж этот Лоренцо!

Глава 4

– Новикова…Новикова…Ты оглохла, что ли?

Грузная, немолодая женщина лет пятидесяти, почти кричала на весь офис.

– Да здесь я. Здесь, – девушка вылезла из-под стола и тряхнула копной густых светло-русых волос, с медным отливом. – Я заколку потеряла, полезла доставать…

– У тебя доставка с пятнадцати ноль-ноль по адресу Театр «Арт-Модерн». Тяжёленькая посылка, просили передать лично в руки, с пометкой «Осторожно, стекло». Давай быстрее наводи марафет и вперёд.

Девушка ещё раз нырнула под рабочий стол, подняла заколку. С силой замотала волосы в тугой пучок. Выпрямилась и осторожно взяла посылку.

– Будет сделано в срок.

– Вот и отлично.

На том начальник и курьер разошлись в разные стороны. Грузная женщина направилась в кабинет, а Юлиана – по адресу.

Она впервые посещала заведение, в которое её отправили с доставкой. Юлиана совсем недавно переехала в город и никогда не была в театре. Родители, отдавшие лучшие годы своей жизни колхозу, жили в деревне. В город выбирались редко, и окультуривать дочь им было некогда.

Девушка вышла из автобуса и стала озираться по сторонам, в поисках нужного адреса. Наконец она увидела табличку на небольшом, но очень симпатичном здании. Нежный кремовый цвет внешнего фасада, с огромными окнами и аккуратными дверками не производил особо сильного впечатления.

Юлиана осторожно подошла к входу в театр и потянула деревянную ручку на себя. Дверь, тихо заскрипев, отворилась. Девушка попала в фойе, в котором было достаточно темно. Сделала несколько шагов по светлой плитке, они эхом глухо отозвались в недрах театра.

– Удивительно! – прошептала она.

При взгляде с улицы театр являл собой обыкновенное двухэтажное здание, разве что цвет фасада мог привлечь внимание прохожего. Но внутри, убежище Мельпомены завораживало сразу, как только посетители переступали порог. Достаточно просторное фойе с уютным гардеробом, мягкими кожаными диванами и сильной акустикой, напомнило Юлиане средневековый замок. Девушка была романтичной и как раз сейчас заканчивала читать роман о любви в средневековое время. Обстановка театра казалась магической и волшебной. Появилось ощущение чего-то нереального, как только она закрыла входную дверь.

Юлиана задрала голову и вертелась на месте, крепко прижимая посылку к себе. Гардеробщица куда-то отошла, и девушка была совершенно одна во власти своих фантазий.

Внезапно она услышала стук каблуков.

Распахнулись двойные двери, в проёме возникла фигура худощавой, высокой женщины с тугим пучком волос на голове. Женщина куталась в шаль. Она внимательно посмотрела на Юлиану… Неброский макияж делал женщину моложе своих лет, а внимательный взгляд выдавал начитанного и умного человека. Легкие складки на лбу и небольшие морщинки возле глаз придавали некий шарм.

«Похоже, это начальник театра», – наивно подумала Юлиана.

Женщина заговорила первая. Речь была плавной и медленной. Она будто рассказывала сказку:

– Чем могу быть полезна, юная леди?

Надо сказать, что Юлиана сейчас вообще не была похожа на леди. Рабочий костюм прятал от посторонних глаз красивую, гармоничную фигуру девушки. Рост выше среднего, волосы медного оттенка, собранные в тугой пучок. Серый балахон и прямые штаны чёрного цвета, на ногах ботинки, которые девушке явно были велики. Незнакомка внимательно разглядывала её.

– Удивительно! – прошептала она.

– Я…я…

Юлиана никогда не заикалась. Но эта женщина напомнила ей строгую учительницу, и девушка слегка оробела:

– Я принесла посылку…

Не дав договорить, женщина резко перебила:

– Посылка на имя Алевтины Майоровой?

– Сейчас посмотрю.

Юлиана поставила плотно упакованную коробку на журнальный столик, и достала из большого кармана сложенный вчетверо листок.

– Да.

– Это для меня! – женщина занервничала. – Где расписаться?

– Вот здесь, – Юлиана достала ручку и протянула листок.

Прежде чем девушка успела сообразить, Алевтина резко наклонилась, быстро черканула на листке подпись. Схватила посылку и крепко прижала к себе:

– Спасибо большое за доставку.

Юлиана удивлённо посмотрела вокруг себя:

– Как же здесь красиво!

Женщина снова стала невозмутимой.

– Вы никогда не были в театре?

Девушка отрицательно замотала головой.

– Тогда пойдёмте, покажу его изнутри. Меня зовут Алевтина Михайловна. Я художественный руководитель этого театра.

Они вместе прошли в зрительный зал, и Юлиана ахнула.

По сравнению с Московскими театрами, этот зал был небольшим. Уютное помещение с мягкими откидными креслами цвета слоновой кости и огромной сценой, которую обрамлял бордовый занавес с позолотой по краям. Там внутри словно скопилось ожидание и волшебство.

Так, по крайней мере, показалось Юлиане. Она заворожено смотрела туда, где во время спектаклей оживали произведения.

– Нравится? – тихо спросила Алевтина, явно заинтригованная её восторженностью.

– Очень!

– Я вот что подумала, – предложила женщина. – Раз вы никогда не были в театре, предлагаю завтра прийти к нам на спектакль. Уверена, вам понравится.

– А сколько стоит билет?

Юлиана отвела взгляд от сцены и повернулась к Алевтине Михайловне.

– Пусть это будут чаевые, за успешную доставку ценного груза. Пойдёмте в мой кабинет, выдам билет, – дружелюбно улыбнулась женщина.

Юлиана, удивлённая такими щедрыми чаевыми, послушно последовала за ней, по дороге восхищённо разглядывая обстановку вокруг.

***

К вечеру следующего дня Юлиана была готова к первому в своей жизни выходу в театр, она даже немного волновалась. Отыскав в гардеробе брючный костюм цвета спелой оливы, девушка надела его и сразу преобразилась. Стройная, гармонично сложенная фигурка. Каскад русых волос, медного оттенка, миловидное личико, красивые светло-карие глаза, оттенка молочного шоколада и пухлые губы. Она представляла собой обворожительное зрелище. И никто бы не догадался, что это курьер в безразмерной одежде.

На этот раз в фойе горели хрустальные люстры, и толпились люди. Мужчины и женщины, наряженные в костюмы и платья, по очереди сдавали одежду в гардероб. Они негромко и непринуждённо обсуждали предстоящий спектакль. У театра была своя постоянная аудитория. И сегодня они снова присутствовали на очередном представлении.

Юлиана потерялась в толпе. Девушка искала глазами Алевтину Михайловну, но той нигде не было. Раздался первый звонок, и народ весело загалдел. Следом за ним прозвенел второй – и люди засуетились. Наконец прозвучал третий звонок. Вот тогда-то эта пёстрая толпа хлынула в распахнутые настежь двери большого зрительного зала.

Юлиану понёс людской поток, и она отдалась во власть этого движения, наслаждаясь общим весельем. Девушка посмотрела на билет и нашла своё место.

Алевтина Михайловна явно прекрасно знала расположение каждого кресла в зале, поэтому предоставила Юлиане одно из наиболее удачных мест. Средние ряды по центру. Девушке было видно абсолютно всё происходящее на сцене. Она в предвкушении ожидала открытия занавеса.

Представление началось. Пьеса, написанная современным автором, была простой, но понятной зрителю. Отношения двух влюблённых на фоне бытовой суеты, затрагивала сердца. Кирилл и Анфиса играли потрясающе. Юлиана сразу заметила молодого человека. Статный, симпатичный, с приятным бархатистым голосом – он прекрасно владел телом, двигался плавно и спокойно. Страсть, которую они изображали, взволновала Юлиану, и она отчаянно хваталась за подлокотник кресла на особо завораживающих моментах.

Спектакль закончился, из зала послышались бурные овации. Юлиана тоже громко аплодировала и кричала «браво». Актёры покинули сцену, унося в руках огромные букеты и улыбаясь зрителям. Когда помещение практически опустело, Юлиана всё ещё сидела в кресле.

Её переполняли необычные эмоции, пока за спиной не послышался голос Алевтины Михайловны:

– Спектакль произвёл на тебя впечатление?

Девушка обернулась и приветливо улыбнулась:

– Добрый вечер! Да. Спектакль впечатляет!

Улыбнувшись добродушно в ответ, Алевтина Михайловна задала неожиданный вопрос:

– Ты бы хотела поработать в нашем театре?

Юлиана с удивлением посмотрела на загадочную женщину:

– Я даже не знаю, что ответить. А какую вакансию вы мне предлагаете?

Алевтина Михайловна улыбнулась и поманила девушку за собой:

– Идём. Я покажу тебе жизнь за кулисами.

Они прошли в глубину сцены. Юлиана потрогала руками мягкий бархат занавеса, посмотрела на работу декораторов, звукорежиссёров, работников по свету и наконец, попала в гримёрную. По счастливой случайности там оказался Кирилл.

Теперь Юлиана могла рассмотреть этого красавца актёра поближе. Высокий, стройный шатен, с красивыми мужественными чертами. Черные усики над верхней губой, делали его похожим на молодого офицера. Прямой нос, на подбородке ямочка. Когда он улыбался, ямочки появлялись и на щеках, от этого он выглядел ещё более обаятельным. Актёр не отличался атлетической фигурой, но всё же был подтянут и строен.

– Кирилл, спектакль прошёл отлично. Ты сорвал бурные аплодисменты. Я горжусь тобой! – похвалила его Алевтина Михайловна.

– Я старался! – смущённо улыбнулся молодой человек и бросил скромный взгляд на Юлиану.

Этот момент не ускользнул от мудрой руководительницы, она обернулась к девушке и произнесла:

– Знакомьтесь! Это Кирилл – наш прекрасный артист. Тебе понравилась его игра, Юлиана?

Она была настолько зачарована театром, и всем происходящим на сцене, что не совсем уловила смысл сказанного, лишь молча кивнула и непонятным взглядом посмотрела на Кирилла. Скорее всего, он нашёл её забавной и громко рассмеялся.

– А где Анфиса? – спросила Алевтина Михайловна.

– Болтает с очередным поклонником. Сегодня у неё необычайно много цветов.

– Ну что ж… – она повернулась к девушке. – Пойдём в мой кабинет, там и поговорим без посторонних глаз.

Юлиана послушно последовала за художественным руководителем. Они вошли в кабинет.

Закрыв дверь, указав девушке на кресло возле стола, Алевтина Михайловна сразу перешла к делу:

– Я хочу предложить тебе работу. Будешь помогать декоратору. Работа не трудная, но во время спектакля ты всегда должна быть за кулисами: что-то поднести, что-то унести, что-то поставить, что-то убрать. Тебе нравится твоя нынешняя профессия?

Она перевела взгляд на девушку и пристально посмотрела ей в глаза.

Даже если Юлиана и хотела соврать, то не смогла бы. Эта женщина словно заглядывала ей в душу, ненавязчиво, по-доброму, но пристально и внимательно. Она словно знала, что Юлиана согласится.

Чтобы окончательно развеять её сомнения, Алевтина Михайловна продолжила:

– Зарплата будет выше, чем ты получаешь сейчас. Всё что я требую – это полная отдача себя общему делу, – голос женщины стал мягче. – Но я часто прислушиваюсь к мнению моих сотрудников…

Она загадочно улыбнулась.

Девушка не верила своим ушам. Ей прямо сейчас предлагали выгодную работу, да ещё и в таком волшебном месте.

Она, не раздумывая, выпалила: «Я согласна!», словно опасаясь, что художественный руководитель передумает.

– Вот и хорошо! Завтра же приступай к работе. Напиши адрес твоей фирмы, я договорюсь о том, чтобы тебя рассчитали одним днём.

Женщины ещё поговорили на отстранённые темы, и худрук вызвалась проводить Юлиану к выходу. Она снова провела её через зрительный зал. Они немного задержались на сцене.

– Это зал сейчас пуст… Но когда ты видишь сотни глаз, обращённых на тебя, ты приходишь в неописуемый восторг, у тебя будто бы вырастают крылья, и ты паришь…Да, девочка моя, театр – это самая большая иллюзия жизни!

Все решилось быстро и совершенно неожиданно для Юлианы. Вчерашний курьер стал помощником декоратора одним только решением волевой женщины. Она так уверенно всё спланировала, что Юлиана не сомневалась: её отпустят с работы, рассчитав одним днём.

Глава 5

Юлиана не верила своему счастью. Головокружительный поворот событий, как в тех романах, которыми она зачитывалась ночами напролёт, привёл в самое волшебное место в городе. В этом она была уверена на сто процентов.

Прошло всего две недели, как она стала сотрудником этого мира искусства. А ведь когда-то, это не могло быть даже мечтой!

Эхо, разносившееся по пустому залу, вызывало дикий восторг. Сцена завораживала и манила. Артисты радовали и забавляли.

Её работа, помощник декоратора, была скорее формальной. Девушка очень быстро подружилась со всеми членами труппы. Актрисам, помогала с костюмами и гримом перед выходом на сцену. Актёров, она подбадривала и поддерживала во время репетиций. Вовремя выставляла реквизит и вовремя убирала его так, что иногда этого не замечали даже артисты, не говоря уж о зрителях.

Девушка понравилась абсолютно всем членам труппы. Её хвалили и прочили блестящее будущее.

С Кириллом ей было легко общаться. Его провинциальная наивность и мальчишеский задор сразу привлекли Юлиану. Среди актёров он выделялся широтой души и мягкостью характера. Этакий большой мальчик с добрыми глазами и располагающей улыбкой. Кирилл помог девушке освоиться в театре, и намерен был завоевать её внимание не только как приятель и коллега по цеху.

В этот раз, приводя в порядок одежду сцены, она вдруг услышала за спиной знакомый голос Кирилла.

– Отдохни, Юлиана, – молодой актёр грациозно упал в кресло, которое находилось на сцене.

– Спасибо за заботу, – усмехнулась девушка. – Но я совсем не устала.

– Неужели тебе не надоедает постоянно парить этот занавес, – спросил парень, качая ногой.

– Я привыкла ответственно делать свою работу, – заважничала девушка, стараясь сдержать улыбку.

Загадочно сверкнув глазами, молодой человек заговорщицки шепнул:

– Скажи честно, ты бы хотела сыграть главную роль на этой сцене?

Юлиана удивлённо распахнула глаза:

– Пожалуй, да. Но это маловероятно. Не думаю, что я способная актриса.

– Ой, ой, ой! Кажется, кто-то слишком стеснительный, чтобы признать за собой талант. Ты прекрасный человек, а это гораздо важнее, чем просто хорошая актриса.

Юлиана смущённо улыбнулась. Попытка Кирилла понравится, снова увенчалась успехом. Его бесхитростный подход в общении и внимание льстило девушке. Тем не менее, она произнесла довольно прохладно:

– Не стоит предаваться несбывшимся мечтаниям. Я не актриса, а всего лишь помощник декоратора.

Понимая, что немного задел тщеславие, Кирилл встал с кресла и подойдя ближе, взял её за руку. Вмиг он стал серьёзным.

– Хочешь, я поговорю с Алевтиной Михайловной? Возможно, ты могла бы попробовать себя в массовке?! Я замолвлю за тебя словечко.

– Не стоит! – порывисто заверила его Юлиана. – Не хочу, чтобы она думала, будто я недовольна своей работой. Да и какая из меня актриса?! Так… – Она весело махнула рукой, словно разгоняя напрасные фантазии.

– Ну не знаю, на мой взгляд, у тебя получится. Но раз ты не хочешь, даже не буду пытаться донести до Алевтины Михайловны эту идею. Будь на моем месте Лоренцо, ему бы точно удалось уговорить нашего худрука дать тебе роль…

– А кто такой Лоренцо? – спросила Юлиана, снова взявшись за работу и направив отпариватель на самую мятую сторону занавеса.

– Ты разве не знаешь? – спросил молодой человек.

– Нет.

– Удивительно!

Актёр почесал затылок. Ему явно не верилось, что Юлиана совершенно не интересовалась первым красавцем театра.

– Так, кто такой Лоренцо? – снова спросила девушка. – Расскажи мне… Я правда не знаю ничего о нём.

***

Весь провинциальный город знал Максима, а точнее, Лоренцо. Его обворожительная улыбка и спортивная фигура привлекали внимание всех особей женского пола от прыщавых подростков до мудрых бабушек. Он был предметом обожания и поклонения для совсем ещё юных дев, верящих в принцев и большую, светлую любовь. Вот только любил ли он хоть кого-то в своей жизни? Кириллу было неизвестно. Макс бесконечно менял подружек и, никому не предлагал пойти с ним под венец.

Познакомились друзья спонтанно. Кирилл впервые пришёл в театр на практику. Он тогда был студентом четвёртого курса театрального вуза, Максим – успешным актёром «Арт – Модерна». Молодые люди сразу нашли общий язык. С той поры делить им было абсолютно нечего. Не имея огромных амбиций, Кирилл довольствовался ролями второго плана, и уже через год стал дублёром Лоренцо. Да и поведение у ребят было абсолютно разное, и это замечали все, кто знал их лично. Кирилл – романтичен, сдержан, талантлив и благороден. Максим, напротив – настойчив, любвеобилен, не скромен и самолюбив. Они были словно две противоположности друг друга, два ярких контраста жизни. Зато на сцене молодые люди играли одну роль, вживаясь в образ тонко и чувственно. Только Кирилл наделял своего героя романтичным характером, а Максим добавлял острой перчинки. В итоге спектакль посещали поклонники и того и другого актёра, что было на руку его основателям.

Друзей-актёров любили, им писали страстные письма, передавали подарки, оказывали всяческие знаки внимания. Но Кирилл всегда держал поклонниц на расстоянии. Лоренцо пользовался своим обаянием. Смело соблазнял девушек, а потом так же легко расставался с ними.

Кирилл не заводил романов с актрисами, это было для него табу. Максим увлекался каждой новой партнёршей, иногда серьёзно, иногда просто флиртовал. Все члены труппы уже привыкли к тому, что как только появлялась новенькая хорошенькая актриса, она обязательно становилась поклонницей Лоренцо. Кирилл частенько выручал Макса из различных компрометирующих ситуаций. Успокаивал его подружек после того, как Лоренцо бросал девушек, совершенно не заботясь о разбитых сердцах.

Кириллу было жалко отвергнутых актрис, но все разговоры с другом приводили лишь к тому, что Макс вовремя отшучивался и благополучно забывал о прежней пассии.

И вот сейчас в груди Кирилла шевельнулось что-то скользкое и неприятное, что-то похожее на ревность. Он совершенно не подумал о том, что Максим, когда вернётся из отпуска, тоже понравится Юлиане. И если это случится, то Юлиана станет очередной игрушкой в руках опытного соблазнителя. Он разобьёт малышке сердце.

Этого Кирилл просто не мог допустить.

– Если это тайна, можешь не рассказывать о нем, – нарушила размышления девушка.

Собравшись с мыслями, актёр улыбнулся загадочной и обворожительной улыбкой:

– Лоренцо сейчас в отпуске. Как только вернётся, думаю, ты сама сможешь познакомиться с ним поближе…– и переменил тему. – Может, погуляем с тобой в парке сегодня вечером?

Юлиана смутилась, раньше никто из актёров не приглашал её на свидание:

– Я не знаю. Если работы будет немного…– она не договорила и, опустив взгляд, принялась ещё старательнее отпаривать занавес.

– Решено. Сразу после репетиций мы идём в парк, угощу тебя вкусным мороженым.

Девушка немного помедлила с ответом. Было видно, что в ней идёт борьба между симпатией и природной стеснительностью.

– Спасибо за предложение. Я согласна.

«Вечер обещает быть великолепным!» – подумал Кирилл.

Глава 6

Весь вечер парк гудел от развлечений. Аттракционы катали, вертели, кружили публику. Мороженое таяло во рту и в руках у многочисленных гуляк. Музыка разрывала динамики, висевшие на фонарных столбах. Вокруг было оживлённо и весело. Юлиана, раскрасневшаяся и улыбающаяся после стрельбы в тире, кружилась на пирсе возле воды. Они выбрали уединённое местечко, потому что девушка устала от суеты и многочисленных зевак. Тенистые дорожки парка привели их к водоёму, возле которого соорудили пирс. В этой части парка было малолюдно. Парень с девушкой решили расположиться здесь и отдохнуть.

Кирилл доедал ванильный рожок и с восхищением наблюдал за спутницей. Воздушная, в розовом летнем платье из шифона – она казалась бабочкой, которая радуется каждому дню, проживая его как последний. Печаль не касалась её лица. Немного задумчивая, смущённая, обаятельная – она излучала тепло и нежность. В её светло-карих глазах всегда светилась любовь. Юлиана умилялась всему: ветру, солнцу, небу, цветам, мороженому и людям. Складывалось впечатление, что она все своё детство провела в прекрасном розарии. И только сейчас вышла в общество, чтобы шокировать его своей простотой и нежностью.

Очаровательная девушка танцевала какие-то незамысловатые танцы. С каждым па погружаясь в мир грёз и иллюзий, не замечая никого. Её движения были полны грации и естественной красоты. Руки плавно опускались и поднимались в воздух. Прямая как струна, она закружилась на носке левой ноги, словно балерина. Взмах рук и несколько лёгких шагов в сторону. Прогнулась назад и, снова выпрямившись, сделала три головокружительных поворота вокруг своей оси. Похоже, девушка прекрасно умела танцевать. В каждом движении чувствовалась тренировка тела и души. Отточенные и правильные, они превращали её танец в действо.

Магия ночи плотно окутала молодых людей, Юлиана, словно заворожённая кружилась и кружилась в танце, а Кирилл удивлённо наблюдал, боясь нарушить это изумительное зрелище. Вдалеке раздавались взрывы смеха и грохот фейерверка, а возле воды тихо летали чайки, изредка издавая пронзительные крики.

«Похоже, я влюбился! – промелькнуло в голове у Кирилла. – Она просто чудо! Я никогда раньше не видел таким прекрасных девушек».

Наконец Юлиана вышла из транса, вся её лёгкость и нежность спрятались за маской скромности. Она привела себя в порядок, завязала волосы в тугой хвост.

Обернувшись к Кириллу, чуть слышно произнесла:

– Мне пора домой.

– Я провожу, – машинально ответил он, всё ещё находясь во власти волшебства вечера.

Девушка кивнула:

– Хорошо. Идём. Здесь недалеко.

Они шли молча. Теперь она прятала природное очарование вглубь себя, стесняясь проявленных на пирсе эмоций. Девушка механично разглядывала дорогу прямо перед собой. Кирилл тоже молчал. Он пытался привести чувства в порядок, но волнующий танец, не позволял ему это сделать.

– Послушай, Кирилл… – Юлиана первая нарушила молчание. – Я хочу тебя попросить о чём-то…

Она остановилась прямо посреди улицы. На дороге шумели машины, но пешеходная часть, где стояли парень и девушка, оставалась свободной и пустынной.

– О чём? – молодой человек повернулся и взглянул в красивое лицо.

Глаза Юлианы, цвета молочного шоколада, манили и затрагивали самые нежные струны души, заставляя Кирилла застыть на месте и только внимать её словам.

– Прошу, не рассказывай никому о том, что ты видел на пирсе, – девушка смутилась, хлопнув пушистыми ресницами. – Я люблю танцевать, но это моя маленькая тайна.

«Загадка?! – подумал парень и молча кивнул, выражая своё согласие. – Волшебница и чаровница!»

А вслух произнёс:

– Если ты просишь, буду нем, как рыба. Это будет наш с тобой секрет!

Повинуясь мужским инстинктам, которые взыграли в этот момент, Кирилл наклонился и прикоснулся губами к нежным, розовым губам девушки. Поцелуй оказался совсем невинным и непродолжительным, потому что она, тихо ахнув, отпрянула от него. А затем, повернувшись, быстро зашагала к дому.

Молодой человек обескураженно смотрел ей вслед, не зная остановить её или позволить уйти.

***

После прогулки в парке Юлиана сознательно избегала Кирилла. Она с головой ушла в работу, боясь навлечь на себя гнев строгой начальницы. Алевтина Михайловна заметила эти перемены и вызвала девушку в кабинет.

– Послушай, моя дорогая. Мы начинаем подготовку к премьере. Сегодня нам привезут новые декорации, придётся задержаться допоздна. Сумеешь помочь?

Юлиана сидела в кожаном кресле напротив художественного руководителя и нервно теребила подол юбки.

– Конечно. Я в вашем распоряжении.

– Очень хорошо! – кивнула собеседница. – Я также попрошу Кирилла, он поможет тебе.

Юлиана густо покраснела:

– Не стоит. Я справлюсь. Тем более мы будем работать вместе с Иваном Александровичем.

Алевтина Михайловна загадочно улыбнулась:

– Ну, Иван Александрович уже немолод. Ему будет гораздо удобнее, если более сильные и выносливые молодые люди помогут ему и тебе. Или ты против?

Взгляд серо-голубых глаз, в которых явно читалась жизненная мудрость, прямиком устремился на Юлиану. Она слегка приподняла левую бровь и наблюдала за реакцией девушки.

Часы глухо пробили час. Молчание собеседниц затянулось. Юлиана нервно вжалась в кресло и находилась в напряжённом ожидании.

Наконец, она услышала голос наставницы:

– Он ведь тебе нравится, ведь так?

Юлиана покраснела ещё гуще. Девушка решила не отрицать того, что есть, и только молча кивнула.

– Так в чём проблема? – откинувшись на спинку дорогого кожаного кресла, спросила Алевтина Михайловна. – Я хоть и не сторонница служебных романов, но Кирилл – отличный парень. Я бы хотела, чтобы он устроил свою личную жизнь.

– Правда?

– Конечно. Он достойный молодой человек, и, похоже, вы оба симпатизируете друг другу. Не вижу причин скрывать свои чувства.

После её одобрительных слов девушка немного осмелела.

Она распрямила плечи, склонила голову набок, и, глядя в улыбающееся лицо Алевтины Михайловны, произнесла:

– Думала, вы не одобряете романы на работе?!

– Девочка моя, я столько лет в театре, и неминуемо здесь случались романы. Даже больше тебе скажу, – женщина заговорщицки подмигнула. – Я часто страдала от влюблённостей моих артистов. Но это жизнь, а её нужно принимать такой, какая она есть… Особенно, если это касается любовных отношений. Хотя, если ты не уверена в искренности этого парня…

Юлиана поспешно перебила женщину, слегка подавшись вперёд:

– Алевтина Михайловна, я пришла сюда работать, а не крутить романы. Я благодарна за напутствие, но считаю лишним демонстрировать свои отношения.

Художественный руководитель от души расхохоталась.

– Ты очень милая девушка. Наверно, ты ещё ни разу не влюблялась по-настоящему, раз говоришь такие вещи.

Юлиана насупилась:

– Почему же! Влюблялась! Ещё в школе. Но чувство ответственности не позволяет мне пренебрегать вашим доверием.

Ровные, тёмные брови женщины слегка поползли вверх от удивления. Преданность делу этой хрупкой девушки поразила Алевтину Михайловну. Она давненько не видела в молодых людях такого ответственного отношения к искусству. Решив для себя больше не мучить Юлиану столь щекотливой темой, она резко перевела разговор в другое русло.

– Ты живёшь одна или с родителями?

Девушка, заметив перемену в настроении наставницы, расслабилась:

– Я снимаю комнату вместе с подругой.

– Где сейчас твои родители?

– Они проживают в Рязанской области, у них там свой дом, домашний скот и хозяйство. А ещё три брата.

– Младшие?

– Да. Братья учатся в местной школе, а я приехала сюда поступать в колледж, – чеканила ответы девушка.

– Успешно? – продолжила допрос художественный руководитель.

– Да. Окончив колледж, я устроилась на работу курьером.

– Специальность, у тебя какая?

– Делопроизводство. Я училась на секретаря.

– Понятно.

Алевтина Михайловна встала, накинула на плечи шаль и зашагала по кабинету, разглядывая находящие вокруг предметы. Старинный патефон скромно примостился на тумбочке возле окна. Перламутровая ваза сверкала яркими бликами, как только на неё попадали лучи летнего солнца. Большая кадка с фикусом уютно пристроилась в углу кабинета, чуть прикрываясь тяжёлой портьерой темно-зелёного цвета. Все такое знакомое, родное… И эта девушка, словно глоток свежего воздуха. Такое старомодное восприятие мира и вместе с тем такое новое, яркое, воздушное. Неспроста.

– Почему ты стала работать курьером, а не секретарём? – прервав размышления, спросила Алевтина Михайловна.

– Везде требуют высшее образование. А на него сейчас денег нет.

– А кем ты мечтала стать?

Девушка слегка замялась, как будто решала, говорить или промолчать. Алевтина Михайловна вдруг почувствовала её настроение:

– Надеюсь, это не секрет?!

– Я мечтала стать хореографом, – тихо ответила Юлиана, но тут же быстро добавила: – Но детские мечты – это сказки. Сейчас мне нужна хорошая работа, которую я уже получила. И меня здесь всё абсолютно устраивает.

– Неужели! – брови худрука снова взлетели вверх. – Какое рвение, это так несвойственно современной молодёжи.

Она остановилась возле массивного дубового шкафа и осторожно провела пальцем по его шершавой поверхности, смахивая невидимую пыль.

– Мне очень нравится моя теперешняя работа! – сцепив руки в замок, прошептала Юлиана.

По всей видимости, она боялась, что наставница передумает и уволит её.

– Ну что, я очень рада это слышать. Больше не будем говорить об этом. Мне и так всё ясно. В общем, хочешь ты того или нет, но сегодня Кирилл будет вам помогать.

Девушка согласилась и поднялась с кресла:

– Хорошо. Как скажете. Я могу идти?

– Да. Можешь идти, – величественно кивнула наставница.

Юлиана вышла из кабинета и быстрым шагом направилась на рабочее место.

– Потрясающая натура! – чуть слышно прошептала Алевтина Михайловна. – Спокойствие и сила. Кажется, это то, что нам нужно. Да и с Кириллом они очень гармонично смотрятся вместе. Характеры у них похожи: уступчивые, неконфликтные, не амбициозные, культурные и хорошо воспитанные. Совсем не то, что Лоренцо и Нина… – продолжала рассуждать женщина.

Она прошла пару шагов.

– Но, пожалуй, слишком уж похожие. Не уверенна, что их отношения выльются во что–то большее, чем дружба.

Женщина загадочно улыбнулась своему отражению в окне.

Глава 7

Кирилл вместе с Иваном Александровичем переносили новые декорации в специально отведённое складское помещение. Обычно актёры не занимались такой деятельностью, но проигнорировать просьбу Алевтины Михайловны молодой человек не мог. Он был немало удивлён, когда встретил Юлиану. И решил воспользоваться шансом, извиниться перед девушкой за слишком вольное поведение.

– Надеюсь, я не напугал тебя своим поцелуем? – спросил Кирилл, когда выдалась свободная минутка.

– Напугал.

– Прости. Ты была так прекрасна. Я не смог сдержать свой порыв, – молодой человек виновато улыбнулся. – Послушай, Юлиана, если я тебе неприятен, так и скажи. Не хочу, чтобы из-за меня ты бегала по коридору и пряталась в кладовках.

– Нет, – отрывисто выпалила девушка. – Просто мне нужно время. Я не вступаю в отношения с мужчиной, так скоро. Ну, кроме дружеских, конечно…

Кирилл понимающе кивнул:

– Понял. Принял. Ещё раз прошу меня извинить. Я был слишком настойчив. Мир?

Молодой человек протянул девушке ладонь.

– Мир! – улыбнулась Юлиана.

– Ей вы там, помощники, – проворчал Иван Александрович. – Идите-ка сюда. Нужно перетащить эту красоту вон в тот дальний угол. Сможете? – Он ехидно прищурился.

– Без проблем, – быстро отозвался Кирилл. И отправился помогать декоратору.

Они закончили поздно, и парень вызвался проводить девушку домой. Молодые люди шли по тёмным аллеям города и непринуждённо болтали. Вечер выдался великолепным: тёплым, звёздным, летним. В воздухе пахло цветами. Навстречу шли другие парочки, вокруг витала атмосфера любви и счастья.

– Юлиана, скажи, а ты когда-нибудь любила по-настоящему? – спросил Кирилл, ненавязчиво взяв девушку за руку.

Она не отдёрнула руку, а наоборот, слегка сжала его пальцы.

– Нет.

Он удивился:

– Неужели никогда твоё сердце не заходилось в сладкой истоме, мурашки не бегали по спине, не холодели руки от волнения…

Кирилл так демонстративно перечислял симптомы внезапной влюблённости… На его красивом лице выражалась такая гамма чувств, что Юлиана невольно рассмеялась.

– Да ты прирождённый артист, какие эмоции, какое лицо. Конечно же, я влюблялась, как и все девушки… Первый раз в школе, один раз в колледже. Они были моими одноклассниками. Но всё это лишь мимолётные увлечения. Настоящее чувство меня ещё не посетило, – девушка замолчала. Через минуту продолжив: – Я всё же жду рыцаря. Такого мужчину, который сможет сделать меня по-настоящему счастливой.

– Думаешь, рыцари существуют? – серьёзно спросила Кирилл, понимая, что она открывает свои тайны.

– Конечно. У каждой девушки есть свой рыцарь. К сожалению, не каждой даётся шанс найти его в молодом возрасте. Иногда судьба долго мотает их по жизни, а на заре лет, вдруг посылает того – единственного.

Кирилл аж присвистнул от удивления:

– И как же тогда поступать таким девушкам, а точнее, уже бабушкам?

– Не утрируй! – серьёзно сказала Юлиана, заметив весёлые искорки в глазах парня. – Я знала женщин, которые выходили замуж без любви, рожали детей, строили семьи. Потом дети вырастали и разлетались из родительских домов. Вот тогда-то женщины и встречали того единственного. Они вдруг осознавали, что всё это время лишь предавались мечтам, убеждая себя быть счастливыми. После этой встречи весь их мир стал другим.

Молодому человеку было очень интересно послушать теорию до логического завершения.

– То есть, многие женщины живут в браке без любви?

– Очень многие.

– А почему же тогда они выходят замуж за другого?

– По разным причинам. Кто-то, чтобы побыстрее уйти из родительского дома и доказать свою самостоятельность. Кто-то, чтобы не засидеться «в девках», а кто-то просто не верит в любовь. Бывает и такое… – Юлиана посмотрела на него и улыбнулась.

Они остановились на мосту через широкую реку. Внизу медленно проплывал теплоход. На его борту играла музыка, и танцевали пары, крепко обнимая друг друга.

Юлиана облокотилась на парапет и вдохнула свежий воздух. Кирилл встал у неё за спиной, загораживая от ветра.

– А как понять, встретил ли ты свою любовь? – спросил актёр, вдыхая свежесть и еле уловимый аромат духов девушки.

– Мама всегда говорила: «Увидишь своего человека, и сразу поймёшь – это твоё, родное! Постепенно, узнавая друг друга, ты будешь чувствовать, что знаешь его не одну жизнь».

Кирилл прижал девушку к груди и тихо спросил:

– Ты, правда, в это веришь?

Атмосфера вечера будила все самые романтические чувства. Ему никогда не было хорошо так, как сейчас. Казалось, что вечер создан лишь для них двоих и завтра ещё долго не наступит. Он не хотел нарушать очарование приближающейся ночи и только крепче обнял Юлиану.

– Да! – тихо ответила она.

Где-то далеко была слышна музыка. Ночь плавно подкрадывалась к городу. Пели птицы, и шумела река, люди смеялись и громко разговаривали, прогуливаясь по набережной. А они стояли вдвоём на мосту, и было что-то сказочное во всей этой истории.

Глава 8

– Я собрала вас всех здесь… Сегодня. Чтобы объявить, мы готовим новый спектакль! Премьера в начале октября! На подготовку три месяца. Это должна быть пьеса, ломающая стереотипы и позволяющая всепоглощающей любви стереть все барьеры.

Взгляд пронзительных глаз женщины, словно рентгеновский луч, сканировал эмоции каждого члена труппы. Актёры внимали словам художественного руководителя, боясь задать лишний вопрос.

– В главной роли Лоренцо! – громогласно провозгласила Алевтина Михайловна. – Дублёр солиста – Кирилл. А у тебя, Нина, – она обратилась к приме театра: – Новый образ!

Девушка удивлённо взглянула в лицо художественного руководителя. Она только сегодня сошла с поезда и вернулась в город.

– Ты повзрослела, Нина, стала чуточку мудрее. Хочу предложить тебе другую роль, – ворвалась в её мечтания художественный руководитель.

Нина удивлённо заморгала, медленно возвращаясь в реальность.

Алевтина Михайловна продолжила:

– Независимая, гордая, привыкшая получать всё и сразу, жена! Жена честного и ответственного генерала. Кокетливая в меру, но очень сладострастная милая дама. Ну? Тебе очень подойдёт этот образ! – утвердительно подчеркнула Алевтина Михайловна.

Всем актёрам стало ясно: Нина утверждена на новую роль.

Девушка на минуту задумалась. Кажется, она испытала разочарование, но перечить худруку не посмела.

– Как скажете, Алевтина Михайловна. Позвольте только уточнить, а кто играет главную женскую роль?

– Главную роль… – Алевтина Михайловна повторила эти слова словно эхо. – Главная роль необычна для нашего репертуара. Это роль сказочной принцессы, ни разу не испытавшей всей силы любви. Она мила, учтива и покорна. Любовь врывается в её жизнь, искромётно сметая все на своём пути, меняя героиню, превращая её в настоящую женщину. Вот именно эту метаморфозу я хочу показать зрителю, Нина. Поэтому эта роль не твоя, ты слишком искушённая в любви. Я хочу попробовать Людмилу на главную роль, – подытожила наставница.

– Меня? – удивлённо воскликнула невысокая пышногрудая брюнетка с милыми ямочками на щёчках.

Её большие серые глаза с благоговением устремились на Алевтину Михайловну.

– Да, тебя, милочка. Ты профессиональная актриса. Пора набираться опыта и двигаться вперёд. Надеюсь, у тебя получится?!

– О-о-о! – возглас удивления сам по себе слетел с губ Людмилы. – Я так благодарна вам, Алевтина Михайловна.

– Ну полно, полно… – засмущалась наставница. – Давайте уже начнём читку сценария.

Актёры послушно расположились кто на сцене, кто в зале, началась самая кропотливая работа – читка пьесы.

***

Юлиана сидела на стульчике за кулисами и подшивала костюм одной из актрис театра. Она частенько помогала костюмерам, особенно когда у тех было много работы.

Девушка внимательно слушала пьесу, которую репетировали на сцене. Это была история любви.

Молодой амбициозный писатель приезжает в город у моря, покорять его жителей своим талантом. Он мечтает стать известным и готов пойти на любые жертвы ради популярности. Снимает небольшую комнатку на верхнем этаже гостевого дома и пишет романы по ночам. Ради продвижения своих произведений он вступает в интимную связь с богатой и независимой женщиной, которая замужем за отставным генералом. Муж балует жену и ни в чём не отказывает, даже закрывает глаза на измены. Жена генерала помогает писателю продвигать его произведения. Он начинает их успешно продавать… Но однажды вечером на берегу моря писатель встречает потрясающую девушку, которая покоряет его своим богатым внутренним миром. Любящим сердцам приходится несладко, потому что жена генерала не готова отказываться от возлюбленного. И молодому писателю предстоит сделать выбор: чувства или слава?

Прошло три часа, день клонился к вечеру, а на сцене ничего не менялось. Актёры импровизировали, пробуя новые роли, читали диалоги, меняли интонации, плакали и смеялись.

Девушка уже успела переместиться в зал. Подперев щеку рукой, сидела в кресле, глядя на сцену. Пьеса ей понравилась, Кирилл играл молодого писателя превосходно. Юлиане казалось, что её закружила какая-то карусель и всё вокруг стало монотонным. Она с восхищением смотрела на Кирилла, который бросал на неё робкие взгляды, во время особенно лиричных моментов пьесы.

Людмила старательно вживалась в образ: меняла интонацию голоса, хлопала пушистыми ресницами, бросала смущённые взгляды на партнёра.

Закончив очередной диалог, Кирилл отпросился по личным делам и покинул сцену. Нина и Люся в десятый раз зачитывали реплики.

Внезапно из зала раздался приятный мужской голос:

– Я уже всё решил, мадам де Рози, я ухожу от вас.

По спине Юлианы побежали мурашки. Голос мужчины звучал уверенно, но интонация была мягкой.

Обе актрисы тут же повернулись, Нина радостно вскрикнула:

– Лоренцо!

Она сделала два шага к приближающемуся мужчине, но Алевтина Михайловна строго покачала головой. Нина замерла и лишь наблюдала, как её возлюбленный медленно подходит к сцене.

Лоренцо в несколько шагов пересёк разделявшее их расстояние. Поднялся, приблизился к Нине настолько близко, что их тела соприкоснулись:

– Мне казалось, я любил тебя… – возникла пауза. Нина подняла глаза и внимательно слушала возлюбленного. Его голос стал жёстче: – Но это был лишь призыв моего тела. А душа искала большего. Чего-то яркого, светлого, доброго… Безусловную любовь! И тут я повстречал её.

Максим перевёл взгляд на Люсю, и его глаза озорно блеснули. Он отпустил Нину и подошёл к смущающейся молодой актрисе. Осторожно взял её руки, и сжал нежные пальцы девушки:

– С тобой, Элеонора, я стал другим. Мир вокруг переменился. Только с тобой я познал, как сильно может стучать сердце, как поёт и ликует душа.

Макс закончил фразу мягким, успокаивающим, чуть дрожащим голосом. Нежно взирая на молодую актрису. Людмила смущённо потупила взгляд и покраснела.

А Юлиана, словно зачарованная, во все глаза смотрела на Максима. Высокий, пропорционально сложенный мужчина оказался необычайно привлекательным. Тёмные короткие волосы, чёрные густые брови, тёмно-карие глаза, обрамлённые пушистыми ресницами и прожигающий взгляд. Вся его внешность выражала соблазн. Голос актёра обладал таким притягательным магнетизмом, что захватывало дух.

– Браво! – Алевтина Михайловна встала со своего места и громко зааплодировала. – Браво, Лоренцо! Ты великолепен!

Её глаза светились неподдельным восторгом. Женщина хлопала одна, и эхо её аплодисментов гулко разносилось по залу.

– Благодарю, мадам! – Лоренцо склонился в шутливом поклоне.

Выпрямившись, он улыбнулся и медленно обвёл взглядом пустующий зал. Его внимание привлекала Юлиана. Девушка с широко распахнутыми глазами наблюдала за ним. Никогда раньше она не видела такого обаятельно мужчину. Их взгляды на секунду встретились. Сердце глухо застучало, по спине пробежал приятный озноб. Она поняла, что он дерзко рассматривает её, совершенно не стесняясь окружающих.

Алевтина Михайловна снова зааплодировала, чем отвлекла внимание красавца.

– Я вижу, отдых пошёл тебе на пользу, Лоренцо!

«Лоренцо!» – пронеслось в голове Юлианы, и она вспомнила, где слышала это имя.

О нём говорил Кирилл: «Я, конечно, не Лоренцо, ему бы точно удалось уговорить Алевтину Михайловну дать тебе роль…»

«Так вот кто этот всемогущий Лоренцо. Мужчина – загадка и откровенный соблазн!»

До этой минуты она ничего не знала о его прирождённом обаянии.

Тем временем Алевтина Михайловна осторожно поднялась на сцену:

– Люся, тебе предстоит сыграть непростую и очень загадочную роль. Таких девушек, как главная героиня, Элеонора, сейчас практически не встретишь. Но тебе повезло. Постарайся прочувствовать её характер… И почитай сказки… – Алевтина Михайловна ухмыльнулась. – На сегодня всё. Можете идти отдыхать. А ты, мой дорогой, загляни ко мне в кабинет. Есть разговор! – обратилась она к Лоренцо.

– Как скажете, мадам!

Подмигнув Люсе, Макс проследовал за хозяйкой театра.

***

Эмоции, переполнявшие Юлиану при виде загадочного Лоренцо, постепенно улеглись. Она облегчённо вздохнула, когда тот покинул сцену. Но забыть его внимательный взгляд девушка не смогла. Мужчина вызвал в теле непонятную дрожь, но при этом она абсолютно не боялась его.

Актёры собирали свои вещи и, прощаясь, по очереди покидали зрительный зал. Осталась только Нина и Людмила. Юлиана заметила, что Нина нервничает, меряя шагами сцену.

Затем она услышала разговор двух актрис:

– Не понимаю, почему ты? – обратилась Нина к Людмиле, совершая очередной променад по сцене.

Та равнодушно пожала плечами, пытаясь скрыть радость от того, что именно ей предстоит играть с Лоренцо.

– Конечно, все мелкие актрисишки об этом мечтают… – зло продолжила Нина. – Но все же хочу тебя предупредить. – Прима остановилась и вперилась взглядом в соперницу: – Это мой мужчина! Не пытайся его соблазнить!

– Ха! – издала нервный смешок Людмила. – Прекрати, Нина. Лоренцо не мальчик. Он сам, кого угодно соблазнит. И ты это прекрасно знаешь. Разберитесь лучше в чувствах друг друга.

– Не дерзи мне, девочка! – прошипела Нина.

– А ты не угрожай. В этом театре художественный руководитель, Алевтина Михайловна, как она решила, так и будет. Пожалуйста, не злись, Нина, – добавила она мягче. – Я не виновата. Это решение худрука.

Нина фыркнула и удалилась.

Людмила заметила Юлиану и, улыбаясь, спустилась к ней в зрительный зал.

– Представляешь, Юляш, мне дали главную роль. Я в восторге!

Юлиана с улыбкой погладила девушку по плечу.

– Я очень за тебя рада. У тебя замечательно получится сыграть Элеонору.

– Спасибо за поддержку. Вот только Нина теперь начнёт доставать меня своими претензиями.

– Почему?

– Как? Ты разве не знаешь? Лоренцо её парень, ну, по крайней мере, был им до того, как уехал в отпуск. В этом сезоне она играла с ним все главные роли, а теперь буду играть я.

Людмила гордо вздёрнула очаровательный носик.

– Ну насколько я поняла, – пытаясь разобраться в интриге, произнесла Юлиана. – Она играет жену генерала, а это значит, что любовная линия у них все равно будет.

– Будет. Но в финале-то он будет со мной, – с энтузиазмом воскликнула Люся.

– Не понимаю, что такого в этом Лоренцо, что все мечтают играть только с ним? – расправляя юбку на коленях, поинтересовалась Юлиана.

– И не только играть, – весело захихикала Людмила. – Многие актрисы в нашем театре не прочь завязать с ним роман.

Юлиана равнодушно пожала плечами и встала с кресла, собираясь уходить:

– Неужели всем хочется быть очередной его подружкой? А как же глубокие чувства, привязанность, любовь?

Людмила удивлённо посмотрела на собеседницу:

– Такие мужчины, как Макс, могут разжечь любовь с первого взгляда.

– Возможно. Но лично я сомневаюсь, что они разжигают настоящее чувство.

Тон девушки был такой равнодушный и абсолютно незаинтересованный, что Людмила опешила.

– Да ты просто не знаешь его! Макс обаятельный, страстный, харизматичный мужчина. Одним словом – мечта!

Актриса сладострастно закатила глаза.

– Мечта? А вот в этом я сильно сомневаюсь, – парировала Юлиана и весело рассмеялась.

– Говорю тебе, Макс – мужчина мечты! – не унималась Люда.

– Каждому своё, – философски закончила разговор Юлиана, собираясь покинуть зрительный зал. – Я, конечно, совсем его не знаю… Но мне бы хотелось, чтобы мой мужчина любил только меня, а не волочился за каждой юбкой.

Люся расхохоталась, грациозно откинувшись на спинку кресла.

– Лоренцо, точно не твой тип мужчины. Вы слишком разные, как два полюса земли. – Она поднялась вслед за Юлианой. – Ладно, побегу домой.

– Всего хорошего.

Девушки расцеловались в щеки, и Люда упорхнула. А Юлиана отправилась в костюмерную, по дороге размышляя над словами коллеги.

«Неужели действительно можно обладать таким обаянием, какое есть у Лоренцо? Быть может, он просто прекрасный актёр и может сыграть любые чувства?»

В костюмерной девушка повстречала Кирилла. Увидев Юлиану, молодой человек обрадовался и нежно обнял её:

– Прогуляемся перед сном?

– Конечно. Я закончила работу, так что можем идти прямо сейчас.

– Замечательно.

И они вместе покинули театр.

Глава 9

В кабинете худрука было темно. Алевтина Михайловна уверенным шагом проследовала к столу, умышленно не включая свет. Зажгла лампу. В комнате сразу стало уютно, по-домашнему. Женщина присела в кожаное кресло руководителя, а Лоренцо разместился напротив неё.

– Есть какие-то новости о моих родителях, Алевтина Михайловна? – поинтересовался Макс, лениво разглядывая тени на стене.

Она внимательно посмотрела на мужчину, нервно теребя угол шали.

С минуту размышляла, затем произнесла:

– Хочу показать тебе кое-что.

Алевтина Михайловна поднялась и подошла к большому, старинному шкафу, со стеклянными дверцами и резными металлическими ручками, цвета тёмной меди. Достала ключ из сумочки, которую постоянно носила на поясе и отворила дверцу. Немного покопавшись в недрах шкафа, она достала оттуда шкатулку.

Это была достаточно большая деревянная коробочка для дамских штучек. Рисунок на ней изображал двух лебедей, склонивших голову навстречу друг другу. В этом незамысловатом сюжете прослеживалась тайная задумка художника – любовь и преданность. Шкатулка выглядела достаточно потрёпанной, местами лак немного потрескался. Но Алевтина Михайловна очень любила эту драгоценную для неё вещицу.

Шкатулка сразу приковала к себе взгляд Максима. Он нервно ожидал, что же будет дальше.

Алевтина Михайловна открыла музыкальную коробочку и оттуда раздалась тихая, но красивая мелодия.

– Эта шкатулка – мой подарок от дорогого мне человека. А вот это – твои детские памятные вещи.

Она стала по очереди вытаскивать из коробочки маленькие предметы.

– Это серебряная ложка, на твой первый зубик. Вот этот кулон был подарен тебе на крестины. А это – твоя любимая мягкая игрушка…

Она показала ему маленького плюшевого мишутку, потрёпанного и местами потёртого. Было видно, что его часто использовали по назначению.

– А это твои детские фотографии.

Она протянула ему стопку пожелтевших от времени бумажек.

Максим осторожно взял их и молча принялся разглядывать. Его сердце глухо стучало в груди. Мужчина искал на этих помутневших снимках своих родителей, но тщетно. Там был только маленький мальчик с большими глазами и пушистыми ресницами.

– А это… – продолжила Алевтина Михайловна. – Твои волосики. Первый раз тебя подстригли ровно в год. Это была традиция советского времени.

Максим поднял глаза и с подозрением посмотрел на женщину:

– Откуда у вас всё это? Вы же говорили, что меня привели в театр, когда мне было три года.

– Женщина, которая сопровождала тебя, передала мне все эти вещи. Я собрала их, чтобы оставить на память.

– А почему вы раньше не показывали мне шкатулку?

Алевтина Михайловна грустно улыбнулась:

– Я её потеряла. Потеряла, когда мы переезжали из Москвы в этот город. Мне понадобилось несколько лет, чтобы найти пропажу. Хорошо ещё, что она была заперта. Секрет этой шкатулки разгадать непросто.

– Почему моих родителей нет на фотографиях?

Алевтина Михайловна пожала плечами:

– Мне передали то, что хотели передать.

Максим возбуждённо вскочил и принялся ходить из угла в угол.

– Так я никогда не узнаю, кто мои родители. Может, они шпионы советской разведки? Ведь о них нет никакой информации?! Кто они? Где они родились? Где мне искать своих родственников? Живы ли мои бабушка и дедушка? Эти вопросы преследуют меня по ночам. Я не могу понять для чего мне эта тайна?! Хочу прояснить всю ситуацию о своих предках, и успокоится, наконец.

Макс упал в кресло и схватился руками за голову.

Лицо Алевтины Михайловны изменилось, на глазах появились слёзы.

– Если ты их найдёшь, что тогда? Покинешь наш театр?

Максим промолчал. Она повторила свой вопрос.

– Не знаю! – буркнул он, раздражаясь на самого себя. – Я столько раз представлял, как встречаю их. Мне важно знать, живы ли они? Я бы хотел их увидеть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.