Алекс Джун
Мертвый ворон кричит о любви

Эта книга посвящается моей маме, которая привила мне любовь к литературе и научила не сдаваться, моей сестре-близняшке – главному бета-ридеру и самому преданному читателю, моему мужу, вдохновившему на создание образа Кости и консультирующему меня по теме криптовалюты, а также моему папе, который борется с тяжелой болезнью. Спасибо, что верите в меня!

Глава 1

Костя полдня морально готовился к этой встрече. Он был спокоен, собран и действовал по заранее составленному плану: освободил гостиную от своих вещей, перенеся все в спальню, сварил борщ, устроил генеральную уборку, хотя дом и без того жирно намекал, что его хозяин педантичный зануда, который даже тряпочки для пыли складывает ровными стопками в специальный ящик. Зазвонил телефон – это снова была мама Киры.

– Еще не приехала?

– Нет.

– Да где же ее носит?! И трубку не берет! Я сто раз звонила! Наверное, опять заблудилась! Ты обязательно мне напиши, как она приедет!

– Хорошо.

Костя отключился, прежде чем Кирина мама успела еще что-то сказать. Сильнее телефонных разговоров он ненавидел разве что навязчивых незнакомцев, пытающихся завязать бессмысленную беседу в лифтах, очередях и общественном транспорте. Костя взглянул на настенные часы – Кира и правда задерживалась. Хотя она всегда предпочитала выходить заранее, закладывая время на форс-мажоры, которые с ней постоянно случались. Например, Кира никогда не могла с первого раза найти нужный выход из метро. И даже со второго. Обычно она сначала металась под землей, а потом продолжала ту же суету на поверхности: постоянно сверялась с пешеходным навигатором, резко меняла направление, натыкалась на прохожих и только каким-то чудом наконец доходила до цели. Когда Кира получила права и пересела за руль маминой машины, ситуация не улучшилась. Если в городе случались пробки, Костя подозревал, что это Кира колесит по улицам, споря с навигатором, поворачивая и паркуясь в неположенных местах. За всю свою жизнь он еще не встречал человека, который бы так скверно ориентировался в пространстве. Поначалу Костя даже думал, что Кира придуривается. Но, понаблюдав за ней некоторое время, просто принял это как факт.

Он рассеянно поправил диванные подушки, и в это время в дверь оглушительно застучали. Парень мученически вздохнул, в который раз напомнив себе о том, что должен быть гостеприимным и вернуть долг семье, когда-то его приютившей. Он был спокоен, собран и… морально не готов. Открыв дверь, Костя даже отшатнулся. На пороге вместо Киры стоял куст на ножках, держащий в вытянутой руке кошачий лоток и тычущий им в Костю вместо приветствия.

– Да возьми уже, у меня руки сейчас отвалятся! – возмутилась Кира.

Костя поспешно забрал из ее рук лоток, а также тяжелую кадку с чудовищным растением и аккуратно поставил на пол в коридоре. Следом, шумно дыша, ввалилась Кира. Она сразу скинула с плеча туго набитую тряпичную сумку и принялась расшнуровывать огромные грязные ботинки. На спине у нее Костя заметил желтый рюкзак с прозрачной передней стенкой, в которую, словно космонавт в иллюминатор, таращился черный кот. Каштановые волосы Киры были в полном беспорядке, а серо-зеленые глаза лихорадочно блестели. Видя, что она никак не может справиться со шнурками, Костя опустился на колени и помог развязать тугие узлы. Когда-то он целый вечер учил Киру завязывать аккуратные бантики, но, видимо, она все позабыла. От этой мысли ему даже стало чуточку грустно, хотя он сам не понял почему. Костя убрал обувь в шкаф и скользнул взглядом по вещам, сваленным на полу.

– Это все, что я успела спасти из огня, – пробормотала Кира, нервно покусывая губы.

– Кошачий лоток? – изогнул бровь Костя.

Он мог понять кота, сумку, даже комнатный цветок, но это…

– Лжетьма ходит только в него. Я пыталась как-то поменять на более красивый, но он бастовал. Пришлось на помойке искать его старый лоток. Короче! – Кира поставила на пол рюкзак и выпустила из него кота. – Это его любимый горшок. Каждый имеет право на сентиментальную привязанность к определенным вещам.

– А почему Лжетьма? У вас же была кошка Тьма?

Костя все сильнее ощущал, что теряет связь с привычной логичной действительностью, погружаясь в иррациональный хаос. Так всегда случалось, когда Кира была рядом.

– Это наш свежий кот. Мы думали, это Тьма, увезли с дачи в город. Он жил с нами неделю в квартире. На следующие выходные вернулись, а Тьма у домика орет, голодная и злая. Мы ее опять в город забрали. Дома уже стали сравнивать внимательно. Оказалось, это кот и кошка. Мы пытались потом найти хозяев Лжетьмы, но безуспешно.

– А как вы сразу…

Но Кира не дала ему закончить мысль:

– У меня нет привычки заглядывать котам под хвост. А Тьму мама с собой в Сеул недавно забрала. И может, хватит меня уже на пороге держать? Кстати, рада тебя видеть! Когда мы последний раз встречались? На маминой свадьбе? Целый год прошел!

Костя кивнул, пропуская Киру вперед, попутно рассказывая, что и где находится в его двухкомнатной квартире. «Свежий» кот Киры путался под ногами и орал. Пока гостья мыла руки и раскладывала свои нехитрые пожитки, Костя написал сообщение Кириной маме о том, что все хорошо. Год назад она внезапно выскочила замуж за приезжего корейца и переехала в Сеул. В теории Кира должна была к ней присоединиться, как только окончит университет, где она училась на психолога. Отца у Киры не было, во всяком случае, Костя о нем никогда не слышал. Казалось, что уютному миру мамы и дочери вовсе не нужен глава семьи, они хорошо справлялись и без него. Костя, до двенадцати лет проживший в полной семье, никогда не понимал, как можно жить без отца. Но потом прочувствовал это на собственной шкуре. Одно время он пытался в чем-то стать отцом самому себе и даже Кире. Но это была лишь отчаянная попытка одинокого мальчика как можно дольше удержать в памяти образ любимого папы.

Костя привычно заставил взметнувшиеся эмоции осесть на дно памяти и пошел на кухню. Он налил борщ в тарелки, аккуратно нарезал хлеб, достал из холодильника сваренный накануне компот. Хотел было почистить чеснок, но так и не решился. Когда он жил один, то всегда ел чеснок вприкуску с борщом. Но теперь к нему переехала Кира. Конечно, это было временно, пока специальная бригада убиралась в ее квартире, чистила вещи, стены и пол от сажи, делала ремонт. Но все же стоило хотя бы попытаться создать для Киры комфортную обстановку. А запах чеснока она ненавидела. Костя хорошо помнил, как Кира морщилась и вполголоса жаловалась ему за столом, когда ее мама решила бороться с частыми болезнями дочери при помощи народных средств. В те дни чеснок у них был везде, кроме чая. И Костя как мог выручал Киру, позволяя незаметно перекладывать дольки чеснока к себе в тарелку.

После гибели родителей в автокатастрофе забота о маленькой смешной Кире стала для Кости настоящим спасением. С ней он чувствовал себя взрослым и нужным, тем, кто многое может и умеет, а значит, способен справляться с трудностями. А проблем в жизни у Кости тогда хватало. Нелепая авария по дороге в школу лишила его любящих родителей. Родных, которые захотели бы взять сироту на воспитание, у него не было, и Кирина мама – их соседка, приютила мальчика у себя и даже как-то договорилась с органами опеки. Она заботилась о нем как о родном сыне, водила по врачам, интересовалась увлечениями и старалась уделять ему столько же внимания, как и Кире. Костя жил в их семье целых четыре года, пока в шестнадцать лет не переехал в общежитие колледжа.

Квартиру родителей они сначала сдавали, переводя деньги на счет Кости. Достигнув совершеннолетия, он ее продал и купил жилье поближе к университету. Но все равно продолжал поддерживать отношения с Кирой и ее мамой, которые стали ему второй семьей. Поначалу Костя часто их навещал, приезжал на выходные и праздники. Но самостоятельная взрослая жизнь, совмещение работы и учебы отнимали очень много сил, постепенно частые встречи становились все реже. Костя сам не заметил, как отдалился от Киры и ее мамы, но несчастье снова свело их вместе, только теперь пришел черед Кости предоставить Кире кров.

– Какая милая у тебя квартира! И почему ты меня никогда не звал в гости? – Кира села на стул и улыбнулась, откидывая с лица вечно всклокоченные волосы.

Только сейчас Костя заметил повязку на ее правой руке:

– Сильный был пожар?

– Ну, так… – неопределенно повела плечами Кира. – Мне ведь не с чем сравнивать. Полыхнуло, конечно. В тот вечер я сдуру расставила свечи на полу по особой схеме. А там был ковер. Одна свеча упала, ворс вспыхнул. Я хотела ковер в ванну бросить, потушить. Схватила, пока по комнате несла, зацепила перья. Помнишь, у меня на стуле лежала шапка шамана? Занялась, как факел! А потом вижу, что у меня рукав кофты горит. Бросила ковер на пол, давай пламя сбивать! Поняла, плохо дело. Даже не помню, как схватила сумку, куст, Лжетьму и выбежала на улицу. Сосед помогал тушить. Потом пожарные приехали. Пламя остановили достаточно быстро. Но гостиная сильно пострадала. Спасибо, что приютил.

Кира улыбнулась, стараясь незаметно вытереть глаза, из которых едва не брызнули слезы. Ее руки нервно подрагивали, выдавая волнение.

– Все будет хорошо, ты и твой кот живы, ремонт сейчас делают быстро. А гостиная у меня все равно пустует, – ответил Костя, стараясь приободрить Киру.

Он знал, что Кириной маме восстановление квартиры обойдется дорого и лишние траты на съем жилья или оплату отеля для дочери лягут на нее непосильным грузом.

– Мама сказала, ты дал ей немного денег. Спасибо, – снова улыбнулась Кира, добавляя в борщ сметану.

– Да это капля в море, – отозвался Костя.

– Мама говорит, ты размножаешь горшочки с золотом в воздухе, словно лепрекон.

Костя поморщился, но промолчал.

– Шучу. Теперь мы знаем, что ты занимаешься криптой. Скажи что-нибудь на криптовалютском?

Кира, как обычно, говорила первое, что взбредет в голову, Костя давно к этому привык. Он и правда отвечал за разработку платформ, игр и приложений на технологии блокчейн, а также занимался операциями с криптовалютой. Но это вечерами. Днем Костя учился на четвертом курсе факультета автоматики и вычислительной техники по специальности «программная инженерия». Ну или, как говорила Кира, на душнильском факультете счетоводов и зануд. Она посещала тот же университет, только ее занятия проходили в другом корпусе, где обосновался факультет гуманитарного образования. За годы учебы Костя сталкивался с Кирой всего пару раз – слишком на большой территории располагался их университет, и даже столовые у них были разные. После переезда Кириной мамы в Сеул стало еще меньше поводов для встреч. Костя понимал, что у молодой девушки наверняка есть занятия поинтереснее, чем общение с другом детства. Да и сам он не был тем, кто цепляется за прошлое из сентиментальных чувств. Конечно, Костя был очень благодарен Кире и ее маме за все, что они для него сделали, но время заставляет даже близких людей идти разными дорогами – такова жизнь. Если бы не пожар и не внезапный звонок с просьбой приютить Киру, вряд ли бы им пришлось вот так сидеть за одним столом.

Кира несколько раз попыталась завязать диалог, но все попытки вскоре исчерпали себя. Неловкость висела в воздухе и давила на плечи. Именно так бывает, когда внезапно сталкиваешься с одноклассником, с которым толком не общался уже лет пять. Сначала ты вроде даже радуешься встрече, но слишком быстро понимаешь, что, кроме детских воспоминаний, вас больше ничего не связывает. Вы давно чужие друг другу люди.

Костя сгорбился и уткнулся в тарелку. Аппетита не было. Он любил есть в одиночестве, а при Кире кусок в горло не лез. Казалось, она совсем не изменилась за последние годы – была все той же тощей, маленькой и суматошной девчонкой. В последнее время Костя недолюбливал инфантильных людей, считая, что манипуляциями они заставляют других расхлебывать их проблемы. Была, конечно, жалкая надежда на то, что Кира стала более взрослой и разумной девушкой. Но зажженные свечи на пушистом синтетическом ковре говорили о том, что она все та же беспечная девчонка, какой он ее помнил.

Черный кот потерся о Костину ногу и оглушительно заорал.

– Наверное, твой Сумрак хочет есть, – сказал Костя, поглаживая гладкую шерстку.

– Лжетьма.

– Сумрак ему больше подходит, – пробормотал Костя.

Он собрал со стола тарелки – Кира успела все съесть, вытер крошки и задумчиво завис у холодильника, думая, что можно дать коту.

– Схожу за кормом. У меня ничего для кота нет. И вообще, – тихо произнес Костя, вспоминая огромные ботинки Киры, которые ей, должно быть, выдали добрые соседи. – Напиши список нужных тебе вещей, я куплю. А ты отдохни. И закажи себе на сайте одежду, накидай пока в корзину, а я приду, оплачу.

– На каком сайте? – не поняла Кира.

– Ну где ты одежду обычно берешь. – Костя нетерпеливо провел рукой, взъерошивая волосы.

– Я хожу в торговые центры.

Ну да. Девушки такое любят. Это Костя предпочитал заказывать абсолютно все через интернет. Он бы и доставку продуктов на дом оформил, да только сейчас ему внезапно захотелось прогуляться, подышать свежим воздухом.

– Минуту.

Костя сходил в спальню, принес оттуда ноутбук, открыл один из своих любимых сайтов, где была приличная одежда, и вернулся к Кире:

– Здесь выбирай. Привозят быстро, можно померить и оставить только то, что нравится. А я пошел. Скинь мне список нужного. Я все принесу.

– Спасибо, – растерянно улыбнулась Кира. – Послезавтра у меня будет встреча с клиенткой, я ей гадаю на картах Таро, она хорошо платит. Деньги верну.

– Не надо денег, – отмахнулся Костя и поспешил убраться из квартиры.

За последние пять лет Костя стал страшно нелюдимым, он ценил одиночество и так привык быть единственным хозяином в квартире, что до сих пор нервничал из-за вторжения Киры, хотя и хорошо к ней относился. Он знал, что Кира подрабатывает, предсказывая будущее, но побоялся спросить, как именно она консультирует клиентов. Возможно, уже послезавтра его чистую, уютную квартиру превратят в обиталище ведьмы, и целыми днями к нему будут ломиться девицы, жаждущие узреть будущее в хрустальном шаре или получить расклад Таро. Он хорошо помнил комнату Киры – карандашные каляки на стенах, с которыми она приставала к Косте, выспрашивая, что он в них видит, ловцы снов, самодельные куклы, благовония, свечи, новогодние гирлянды из пластмассовых звезд, мигающие даже летом…

Костя вздрогнул, получив сообщение от Киры. Он мельком просмотрел список и выдохнул. Хрустального шара в нем не было. Только зубная щетка, расческа, мочалка и все такое прочее. Достаточно скромный набор. Возможно, стоит пере вести ей денег на карточку, чтобы она смогла прикупить косметику и другие девчачьи штуки. Костя прошелся по супермаркету, набрав чуть больше, чем было в списке, купил коту мячик и коврик-когтеточку, завис у полки с женскими средствами личной гигиены, но решил не перебарщивать с заботой. Раз этого не было в списке, значит, ей не нужно. Он бы еще прогулялся, но перед глазами все время стоял голодный кот, который укоризненно мяукал. Зазвонил телефон.

– Ты еще долго? – спросила Кира.

– Десять минут.

– Костя, можно я лягу в гостиной? Я всю ночь не спала из-за этого пожара и, боюсь, тебя не дождусь.

– Постельные принадлежности в диване. Если пижамы нет, там же найдешь чистую футболку.

– Покормишь Лжетьму? – зевнула Кира.

– Да.

– Ты со всеми так разговариваешь, словно за каждое лишнее слово с тебя списывают деньги? – засмеялась она. – Спокойной ночи, сухарь.

Когда Костя вернулся домой, Кира уже спала, несмотря на оглушительные вопли голодного Лжетьмы. Костя покормил кота, неодобрительно причмокнул, заметив, что Кира легла спать с мокрой головой: успела принять душ, пока он гулял. Костя заглянул в ванную, вытащил из ящика фен и положил на видное место. А после тихонько задернул шторы и ушел в спальню.

Одежду Кира так и не заказала, видимо, постеснялась, а может, была слишком уставшей. Костя перевел ей денег по номеру телефона и написал сообщение, вежливо попросив купить необходимое. Он сделал все, что было в его силах, но все равно чувствовал, что этого недостаточно. Наверное, девушка, пережившая пожар, нуждалась в дружеском сочувствии и эмоциональной поддержке, а Костя не особенно умел разговаривать по душам и утешать. Впрочем, его отец всегда говорил, что мужчина доказывает свои чувства поступками, а не словами. И он старался как мог. Сон к Косте так и не пришел, поэтому он проработал за ноутбуком до самого рассвета. Утром пожарил омлет и оставил на плите, накрыв крышкой. Снова покормил Лжетьму, почистил его лоток и тихо ушел в универ, стараясь не разбудить Киру. Пожар все-таки уважительная причина для прогула.

Глава 2

Конечно, Костя ушел очень рано. Кира размазывала вилкой по тарелке омлет, размышляя о том, какие из ее вещей удастся спасти. Она хотела сама отмыть квартиру и навести порядок после пожара. Но мама твердила об ужасных токсинах, выделяемых при горении, и предпочла нанять профессионалов. Кира очень переживала, что клинеры просто выкинут все без разбора в мусорку. Ее фотографии, блокноты, книги, милые вещицы окажутся на свалке, а она даже не сможет последний раз взять их в руки. В носу защипало, а на глаза навернулись слезы.

– Какая же я дура безрукая! – в сердцах воскликнула Кира.

Она зажмурилась и посидела так некоторое время, мысленно повторяя: «Дура, дура, дура». Всегда оптимистичная, Кира старалась гнать от себя тоску и тревогу, отшучиваясь и воспринимая жизнь как нелепую игру с дурацкими правилами. Ей казалось, что так гораздо легче переносить невзгоды. Но иногда на девушку обрушивалась оглушительная пустота, и Кире просто хотелось умереть, исчезнуть, перестать думать и чувствовать. Она ощущала себя ребенком, попавшим в яркий парк развлечений, где на каждому углу тебя соблазняют сладостями и красивыми игрушками, но только головокружительные аттракционы часто бывают смертельными, веселые клоуны, заманивающие в пестрые шатры, оказываются маньяками, волшебники – обычными обманщиками, а прекрасные актеры – уродами, нацепившими маски. Окружающая реальность – это театр теней, цирк, фантасмагория, призрачная иллюзия. Об этом нельзя забывать, а главное – не заглядывать за кулисы ни при каких условиях. Иначе увидишь, как дрессировщик избивает слона, а танцовщица смывает блестки и скидывает перья, превращаясь в твою сварливую соседку по лестничной площадке. И тогда единственное, что тебе останется, – стать угрюмым, разочаровавшимся циником-одиночкой, страдающим манией величия. Вот как Костя, например.

Уже год Кира жила совершенно одна, ей было непривычно перестраивать свой быт, брать на себя дела, которыми раньше занималась мама. Например, вовремя пополнять запасы продуктов или следить, чтобы показания счетчиков были вовремя сняты. Но постепенно она освоилась. Учеба в университете в основном давалась ей легко, и у Киры оставалось много свободного времени, которое она пыталась хоть чем-то занять. Пока ей так и не удалось сблизиться с одногруппницами, но она не унывала. Участие в совместных мероприятиях могло помочь в поиске потенциальных друзей, поэтому Кира старалась откликаться на любые активности. А так как она училась на психолога и в силу определенных причин интересовалась эзотерикой, то и сфера интересов у нее была соответствующая. Месяц назад третьекурсница с их кафедры уговорила Киру поучаствовать в особой трансформационной практике, где несколько человек понарошку проходят через смерть, духовно перерождаясь. Дата была назначена как раз на сегодня.

Вспомнив об этом, Кира сначала решила отказаться, поскольку в ее жизни за последние сутки и так было слишком много трансформаций: пожар, переезд. Девушка попыталась дозвониться организатору, но его телефон был недоступен. Возможно, он уже подготавливал в лесу место для практики. Кира не любила подводить людей. Немного поразмыслив, она пришла к выводу, что духовное обновление ей не повредит. Кто знает, возможно, даже поможет удалить из ее жизни хотя бы часть негатива? Поэтому Кира начала собираться. Каждый участник должен был взять с собой спальник, но у Кости ничего похожего не нашлось, пришлось прихватить его пуховое одеяло.

Местом встречи был обозначен перекресток за городом, где от трассы ответвлялась скверная проселочная дорога, убегающая в сосновый лес. Когда машина стала нехорошо стучать на ухабах, а камешки из-под колес то и дело щелкать по лобовому стеклу, Кира слегка засомневалась в правильности своего решения. Но все равно продолжала давить на газ. Перерождение ведь не должно даваться легко?

У старой сосны был припаркован побитый седан. Стоило Кире с ним поравняться, как дверь распахнулась, и из машины вышел невысокий мужчина в хаки. На вид ему было лет тридцать, и он скорее напоминал охранника из супермаркета, чем шамана. Мужчина хмурился, то и дело поглядывая на часы.

– Я же не опоздала? – спросила Кира, кое-как припарковав свой автомобиль между чахлыми кустами шиповника.

– Нет.

Мужчина криво улыбнулся, открыл багажник, достал большую черную сумку и лопату.

– А будут еще люди? Вроде мне говорили, что это групповая практика.

– Сегодня только ты. Остальные не смогли приехать. – Мужик оглушительно захлопнул багажник, заставив Киру вздрогнуть. – Давай деньги, доставай спальник и пошли. Телефон оставь в автомобиле.

Голос разума советовал Кире сесть в машину и ехать обратно не оглядываясь. Но гадкая совесть шептала о том, что так нехорошо поступать с человеком, который специально приехал в глушь, чтобы провести с ней трансформационный тренинг, помогающий совершить квантовый скачок в развитии и побороть страхи. За все про все три тысячи рублей. Вполне адекватная цена. Кира за расклады и то больше берет. Она отдала деньги, достала с заднего сиденья машины Костино пуховое одеяло и потащилась следом за мужиком, который уверенно шагал в лесную чащу.

Конец сентября выдался удивительно теплым. Лес пах прелой листвой, воздух еще был золотистым, а не прозрачным, как это бывает поздней осенью. Сучья под ногами приятно хрустели, и Кира щурилась, подставляя лицо солнцу. Где-то в ветвях шумели крикливые птицы, небо было ярко-синим и таким ослепительным, что на душе становилось легко и свободно.

Мужчина вывел ее на поляну и огляделся.

– Значит, так, – деловито сказал он, вручая ей лопату. – Вот здесь копай себе могилу.

Кира не особо любила физические упражнения, но рытье ямы оказалось довольно успокаивающим занятием. Легкий ветер шумел в кронах, срывал с берез пожелтевшие листья и осыпал ими жирную влажную землю, которую легко вспарывала лопата. В скрипе ветвей Кире чудился шепот, словно лес пытался о чем-то с ней говорить. Пока Кира пыхтела, мужчина выволок из кустов деревянный гроб с круглым маленьким окошечком, больше похожий на деревенский нужник.

– Можно без него, если не боишься быть полностью обездвиженной под тяжестью земли, – сказал он, заметив, как Кира скривилась.

– Да нет. Я не особо жалую червей, поэтому буду рада, если между мной и землей будут деревянные стены.

Наконец, когда яма нужных размеров была вырыта, мужчина спихнул в нее гроб, предварительно застеленный одеялом. Порывшись в сумке, он вытащил замызганный бубен, кривой нож и противогаз с длинной трубкой.

– Погребение заживо – это древний ритуал сибирских шаманов, – произнес мужчина, показывая Кире противогаз и бросая его в гроб. – Раньше пользовались специальными дыхательными трубками, но с ним получше будет. Встань у края могилы.

Кира послушалась. Мужчина взял бубен и начал в него колотить, велев закрыть глаза. Звук эхом раскатился по лесу, заставив тело покрыться мурашками. Ветки скрипнули, и стая птиц, оглушительно хлопая крыльями, взметнулась в небо. Позади мужчины Кира успела заметить смазанную тень странной сущности, но рассматривать ее не было никакого желания, поэтому Кира послушно зажмурилась. Бабушка с детства научила ее не обращать внимания на клубящуюся черноту, старательно прячущуюся в углах, за спинами людей или приоткрытыми дверями. Тьма иногда обретала человеческие черты, словно пыталась вспомнить, кем она когда-то была.

Призраки были такой же неотъемлемой частью реальности, как ветер или почва под ногами, но видеть их могли лишь немногие. Например, Кира и ее бабушка. Старая женщина считала себя потомственной ведьмой и иногда учила внучку. Самый главный урок, который должна была усвоить Кира, – ни в коем случае не давать сущностям понять, что ты их видишь. Иначе тьма обязательно попытается завладеть твоим телом, затечет в глаза и рот, зловеще зашипит в уши. И тогда единственным способом очиститься будет вода, желательно из особых озер, которые в древние времена называли «Око Бога». Так говорила бабушка. Сама же Кира в это не особо верила, порой она долго рассматривала тени, пробовала вступить с ними в контакт. Но тогда тьма сжималась, пряталась еще старательнее, словно боясь любопытных глаз и лишних вопросов.

Вчера под ногами у Кости Кира тоже заметила странное мельтешение, но все исчезло в тот момент, как только она попыталась приглядеться. Бабушка считала, что призраков держат на земле сожаления, эмоции, связь с людьми или памятными вещами. Постепенно энергия рассеивается, и застрявшая душа покидает этот мир. Большинство теней абсолютно безвредны, очень редко встречаются негативные сущности – жертвы убийств или несчастных случаев, про́клятые или те, кто объят местью. Такие задерживаются в мире людей надолго. Но они вредят лишь тем, кто имел непосредственное отношение к их несчастьям при жизни, а также глупым ведьмам, сующим нос куда не просят. Возможно, за Костю цепляется призрак его матери или отца, сожалея о том, как рано пришлось покинуть сына.

Кира стояла с закрытыми глазами у ямы и вместо того, чтобы слушать пение шамана и ритм бубна, вспоминала вчерашнюю встречу с Костей. Кажется, он стал еще выше, мужественнее и серьезнее. Но в то же время сильнее замкнулся в себе и предпочитал отмалчиваться, избегая лишних разговоров. Костя во многом был полной противоположностью Киры, но ей нравилось с ним общаться. Несмотря на угрюмость, он всегда помогал, был вежливым и внимательным. От мыслей о Косте ее отвлекло ощущение легкого прикосновения холодного металла к шее. Кира сглотнула и чуть приоткрыла глаза. Мужчина это заметил и прошептал: «Вы убиты», а потом снова поднес нож к ее коже и сделал вид, что перерезает ей горло.

Затем он уложил девушку в гроб, нахлобучил на нее противогаз и защелкнул крышку. Дыхательную трубку мужчина вывел через особое окошко. Кира лежала и думала, что он явно халтурил. Мог бы и подольше в бубен постучать. Разве не предполагалось, что она сначала войдет в транс? Поверит в собственную смерть? Наверное, будь здесь еще люди, мужчина бы старался. А для нее решил, что и так сойдет. Обидно. По крышке гроба застучали комья земли. Мужик торопливо закапывал могилу.

– А долго мне тут лежать? – Искаженный противогазом голос Киры звучал и впрямь замогильно.

– Два часа.

Кира больше ни о чем не спрашивала. Внезапно она ощутила, что ей не хватает воздуха, тело резко бросило в жар, накрыла ужасная паника. Кира попыталась сесть, но лишь стукнулась лбом о крышку. Она надавила на нее руками, но та не поддалась – мешали защелки снаружи.

– Сложности с дыханием – это нормально, – проговорил в дыхательную трубку мужик. – Твой мозг привыкнет. Просто расслабься и лежи спокойно. Тебе ничего не угрожает. Через два часа я тебя вытащу. Ну а пока ты мертва. Не пытайся выбить крышку, ты случайно можешь сдвинуть дыхательную трубку или забить ее землей, тогда дышать станет еще сложнее! И помни, что мертвые молчат и не шевелятся.

Наступила тишина. Первые пять минут Кира привычно костерила себя на все лады, придумывая все более обидные эпитеты. Обычная мантра «Какая же я дура» явно не могла описать вопиющую глупость происходящего. Ну почему ей никогда не живется спокойно? Зачем эта трансформация вообще нужна? Кира все понимала – всегда, но из раза в раз словно специально искала приключения на свою дурную голову.

Полежав какое-то время и смирившись с тем, что она задохнется, Кира решила попытаться соединиться с космосом и бесконечной вечностью. Но, видимо, космический разумный Абсолют был слишком разумен, а потому не желал иметь ничего общего с такой бестолочью, как Кира, добавив ее в черный список и заблокировав все ментальные каналы связи. Дышать было все так же сложно. Несколько раз она кричала мужику, чтобы ее выкапывали. Даже обещала заплатить. Но тот не отвечал. Поди, ушел спать в машину, мерзавец! Кира была довольно миниатюрной, поэтому в ящике ей было не очень тесно. Она исхитрилась засунуть руку в карман и вытащила телефон. Конечно, мужик велел оставить его в машине, но Кира паниковала, когда у нее под рукой не было смартфона. Через мутные линзы противогаза было трудно что-либо разглядеть, но Кира ухитрилась написать Косте сообщение: «Приезжай выкапывать меня из могилы. Геометку скинула». Благо яма была неглубокой, и сеть периодически ловилась. Спасибо коттеджным поселкам у леса, поставившим вышку. Резина неприятно стягивала кожу, давила на лоб и скулы. Интересно, сколько людей до нее надевали этот противогаз? Но лучше попытаться мыслить позитивно, например вспомнить, как уютно ей сегодня спалось на Костином диване. Почувствовав некоторое облегчение, Кира снова попробовала медитировать.

* * *

Костя получил странное сообщение от Киры на последней паре. Пробежав взглядом строчки, он растерялся. Что еще за могила? Возможно, она пошла в лес на свидание с парнем, а тот начал вести себя странно? Или решила покончить с собой?

– Кира! – Костя сжал кулаки и прошипел имя подруги так, словно это было самое скверное ругательство из всех когда-либо существовавших. А ведь он обещал Кириной маме, что присмотрит за ее непутевой дочерью!

Костя наспех затолкал тетради в рюкзак и выскочил из аудитории. Собственной машины у него не было, пришлось вызывать такси. Костя решил не строить догадок – в случае с Кирой любое предположение вдребезги разбивалось о безумную действительность. Эта девушка умудрялась создавать вокруг себя настоящий кавардак. Может быть, именно поэтому Кирина мама при первой возможности улетела так далеко. Костя набрал номер Киры, но абонент был недоступен. Вкупе с информацией о могиле это действовало особенно угнетающе.

– Она еще и суток у меня не живет! – пожаловался Костя проходящему мимо голубю. – Я точно свихнусь.

Таксист приехал довольно быстро. Слава богам, водитель был неразговорчивый малый, Костя даже мысленно возблагодарил небеса, хотя и не верил в провидение.

Машина Киры тоже быстро нашлась – она стояла возле проселочной дороги, грязная и усыпанная опавшей листвой. Костя выскочил из такси и помчался, следуя координатам, указанным в сообщении. Сначала он полагал, что здесь будет кладбище. Но это был мрачный осенний лес, довольно замусоренный, чтобы претендовать на приятное место для прогулок. Костя любил природу, но пустые пивные бутылки, бумажки и стекла в траве слишком его расстраивали, поэтому он старался гулять только в облагороженных местах, которые регулярно чистили. А еще он опасался клещей. Стройные молодые сосны сменились корявыми старыми березами. Некоторые деревья срослись друг с другом, напоминая причудливых многоруких чудовищ, ветви других были так искривлены, что походили на костлявые руки старой ведьмы, тянущиеся к земле. Костя припомнил, что эту аномальную зону называли «пьяная роща». Почерневшие и разбухшие от наростов стволы берез изгибались и заваливались друг на друга, переплетаясь ветками.

Ходила легенда, что когда-то давно здесь была поляна, где оккультная группа проводила свои ритуалы, но на них пало проклятие, и подвыпившие оккультисты навсегда застыли в странной пляске, обратившись в уродливые деревья. Костя не обладал богатой фантазией, но даже ему в этих зловещих стволах виделись силуэты, напоминающие кривляющихся людей. Жуткое место. Даже пустые пивные банки, валявшиеся на прелой листве, не добавляли роще обыденности, а еще больше отвращали. Хотелось поскорее убежать, но свежий холмик на небольшой поляне за рощей слишком бросался в глаза. Увидев его, Костя буквально прирос к земле. Он огляделся – вокруг не было ни души. Старая лопата валялась неподалеку. Костя сглотнул. Может, стоит сначала позвонить в полицию? Нужно обладать немалым мужеством, чтобы решиться разрыть свежую могилу. А вдруг Кира пошутила? И он наткнется на труп собаки или еще что похуже. Но даже для Киры такие розыгрыши – это уже слишком.

– Кира! – с горечью воскликнул Костя и со страхом приблизился к земляному холмику.

Только теперь он заметил странный шланг, торчащий из земли. Схватив лопату, он принялся разрывать холм и очень скоро наткнулся на деревянный ящик. Упав на колени, Костя расчистил крышку, отыскал защелки и отпер самодельный гроб. В нем лежало существо в противогазе, завернутое в его любимое пуховое одеяло. Едва дневной свет осветил пленницу, как та содрала с лица противогаз и судорожно вдохнула воздух.

– Ки-ра, – выдохнул Костя, стирая рукавом куртки пот со лба. – Что произошло? Как?

Кира осторожно села и хищно огляделась. Ее волосы разлохматились сильнее обычного, а взгляд был еще более безумным.

– Сколько времени? – спросила она.

Костя повернул к ней циферблат наручных часов.

– Я… его… убью, – с нехарактерными паузами и как-то слишком спокойно произнесла Кира, разминая шею. – И заберу свои деньги.

– Что ты вообще здесь делаешь? – Костя не терял надежды получить разумный ответ.

– Разве не видишь? На всю катушку радуюсь жизни, – уголком рта улыбнулась Кира и зарылась лицом в одеяло. – Как прекрасно дышать!

Костя помог ей вылезти из гроба. Кира перепачкалась с головы до ног, даже на щеках виднелись черные полосы.

– Ты вся в земле.

– Я рыла себе могилу, представь себе, – отмахнулась она.

Костя заскрипел зубами, развернул Киру к себе за плечи и, глядя в глаза, прошептал, приблизившись к самому ее лицу:

– Если ты сейчас же все мне не объяснишь, я собственноручно закопаю тебя обратно. Но без противогаза.

– Да я участвовала в шаманской практике «погребение заживо», чтобы обновиться и обрести сакральный опыт. Но мужик, который должен был меня откопать, видимо, пренебрег своими обязанностями. Я пробовала медитировать, но надолго меня не хватило. Написала тебе сообщение. Сеть под землей ловит прекрасно, возможно, под нами поселение зомби, а может, это черти в аду установили 5G и заставляют грешников смотреть рилсы до бесконечности. В общем, в гробу было темно и уныло, и я решила послушать музыку. Потом батарея села. Спасибо, что приехал.

Кира ободряюще похлопала Костю по щеке противогазом, который он брезгливо оттолкнул рукой. Скользкая резина коснулась пальцев, и сознание Кости заволокла пелена. Туман залеплял глаза, дышать стало тяжело, а на языке появился тошнотворный химический привкус. Сердце сковали безысходность и боль. Он слышал крики, будто рядом кто-то медленно умирал в муках. Земля задрожала под ногами. Костю словно окатили разноцветными красками сразу из нескольких ведер. Он пошатнулся и попытался ухватиться за Киру. Но та была слишком маленькой и слабой – куда ей его удержать? Вместе они рухнули на землю, усыпанную сосновой хвоей и листвой. Кира застонала, Костя попытался встать, но его снова оглушила череда ярких пятен, звуков и ощущений. Он уткнулся лицом в плечо девушки и содрогнулся. Крики в голове не стихали, Костя сжал зубы до скрипа и почувствовал, как маленькая ладошка осторожно гладит его по спине, успокаивая. Кира пахла землей, яблоками и мятными конфетами. Должно быть, ей было тяжело выдерживать вес его тела. Костя попытался взять себя в руки и все же сумел сползти с Киры. Он скрючился на земле и обхватил голову руками.

– Опять у тебя приступы. Ты же клялся маме, что все прошло!

Раскаленные гвозди, вбиваемые в голову, ощущались бы менее болезненно, чем крики Киры в самое ухо.

– Да помолчи ты! Не трогай меня! – взмолился Костя, сжимаясь в комок. Он на полном серьезе намеревался заползти в гроб и спрятаться там от негодующей Киры.

– И за давлением, поди, не следишь, и таблетки не пьешь!

Костя почувствовал, как его голову приподняли и уложили на мягкое одеяло. Холодные пальцы Киры сначала легли ему на веки, а потом стали вырисовывать затейливые узоры на лбу и щеках. Она верила, что умеет снимать боль. Конечно, это было не так. Но попробуйте убежать от Киры, которая решила вас излечить наложением рук, – потерпеть сеанс было гораздо безопаснее. Костя сглотнул. Приступ уже отступал, оставляя после себя лишь металлический привкус во рту и растекающуюся по всему телу усталость. Костя осторожно сел, вытряхивая из волос сосновые иглы.

– Приступов и правда давно не было, – соврал он. – Это все ты виновата. По-твоему, нормально заставлять других выкапывать себя из могилы? Да и закапывать… Кира, у меня нет слов! – Конечно, слова были, но все сплошь нецензурные.

Костя встал и, пошатываясь, побрел в сторону Кириной машины, девушка не отставала. Она зачем-то захватила с собой лопату и теперь опиралась на нее, как на посох. Салон Кириной машины напоминал автомат с мягкими игрушками – Косте пришлось закинуть утку и ламу на заднее сиденье, чтобы сесть.

– Я очень рада, что мои игрушки были в машине во время пожара. Мне однажды показалось, что им скучно сидеть все время дома, вот и решила их покатать. А потом было лень тащить обратно в квартиру. Обнял бы лучше утю. Или ты уже не паникуешь в машинах?

– Ки-ра, – устало вздохнул Костя, – ты весь салон уделала землей.

Но та беспечно рассмеялась, лихо выкрутила руль и лишь чудом не врезалась в сосну. Иногда Косте думалось, что Кира – реинкарнация бога первозданного хаоса, отбывающего на земле какое-то наказание. А возможно, наоборот, карающего людей, и его в частности. Костя пристегнулся и закрыл глаза. Кира врубила свой любимый плейлист, состоящий сплошь из корейских исполнителей, и словно невзначай сунула Косте под голову пушистого медведя. С ним и впрямь сидеть стало гораздо удобнее.

– Дай мне контакт мошенника, чью лопату ты присвоила, – попросил Костя. – Я с ним сам разберусь. А то ты опять влипнешь.

– Как знаешь. Главное – стряси с него мои три тысячи, я же так и не стала лучшей версией себя… А с девчонкой, которая меня на это уговорила, я отдельно пообщаюсь. Ну что, штурман, сократим путь? Мне думается, тут есть более короткая дорога, а навигатор безбожно врет, – радостно заявила Кира.

Костя приоткрыл один глаз и грозно ткнул пальцем в намеченный навигатором курс. Кира картинно вздохнула, но спорить не стала. Все же была надежда вернуться домой до темноты.

Глава 3

Едва они вошли в квартиру, Костя приказным тоном велел Кире идти мыться и переодеваться, словно она сама бы не догадалась. Девушка запихнула все грязные вещи в стиральную машину, кроме нижнего белья, которое постирала вручную, а потом долго металась по ванной, не зная, где его лучше развесить. Наконец выбор пал на полотенцесушитель. Ничего, Костя большой мальчик, поди, не ослепнет от вида трусов и лифчика.

Как только Кира вышла из ванной, на ходу пытаясь расчесать спутанные мокрые пряди, ее место занял Костя. Из-за закрытой двери тут же раздалось ворчание о воде на полу и необходимости сортировать темные и светлые вещи при стирке. Но Кира решила его не слушать. Она поставила телефон на зарядку и набрала маму.

– Привет, моя хорошая! – Мама всегда была искренне рада слышать Киру. – Как у вас с Костиком дела?

– У него сегодня опять был приступ головной боли, – вполголоса проговорила Кира, прикрывая трубку рукой и косясь на дверь ванной, из-за которой раздавался шум воды. – Говорит, что это редко происходит, но я ему не верю.

– Ах ты господи! – воскликнула мама. – Бедный мальчик! Но ты ведь помнишь, что обследования ничего не показали. Это все психосоматика. Ты же психолог, должна лучше меня знать.

– Я на втором курсе, мама, – насупилась Кира. – И сейчас сентябрь. Какой я психолог!

– Ну, спроси у преподавателей, вдруг что посоветуют. Скажешь, что после аварии у Кости приступы, а органическую причину не выявили.

– Хорошо, – покорно согласилась Кира, хотя прекрасно знала, что ни к каким преподавателям она консультироваться не пойдет – постесняется. – Мам, а это точно не какой-нибудь рак? Ну, знаешь, как в фильмах…

– Типун тебе на язык! Придумаешь тоже!

– Ладно, мам, я тебя люблю и скучаю.

– Пока, доченька, звони.

Убрав телефон, Кира пошла на кухню ставить чайник. Костя до сих пор, как утка, плескался в ванной. Раньше они с мамой частенько смеялись над тем, что он дольше всех отмокает в пене, словно принцесса. Несмотря на то что Костю в их дом привело страшное несчастье, Кира с удовольствием вспоминала те дни. Ей тогда едва минуло десять, а он был на два года старше. Учился Костя в престижной гимназии, куда ездил сам на авто бусе, как взрослый, в то время как Кира ходила в обычную школу через два дома. Она возвращалась с уроков гораздо раньше и с нетерпением ждала своего нового друга, чтобы тот помог ей с уроками и разогрел ужин – Кире не разрешалось пользоваться газовой плитой. Если девочка рвалась готовить, то ей можно было брать только печенье и варенье, – мама боялась, что дочка испортит продукты. А Костя мог самостоятельно сварить суп и пожарить картошку. Казалось, он все знал и умел, хотя и был редкостным занудой. Несмотря на то что они были соседями по лестничной площадке, а их мамы крепко дружили, до рокового случая мальчик толком не обращал внимания на Киру. Но, попав в их дом, решил взяться за ее воспитание. Кира всегда была одиноким ребенком, и ей безумно нравилось такое внимание со стороны старшего товарища. И теперь она снова, будто по волшебству, перенеслась в прошлое. На лице у Киры расплылась довольная улыбка, она достала хлеб и принялась мазать его маслом.

– Кира, я все решил. Нам нужны правила.

Костя зашел в кухню, на его плечах лежало белоснежное пушистое полотенце, оберегавшее футболку от мокрых капель, стекающих с волос.

– А я все ждала, когда ты предъявишь мне этот список, – усмехнулась девушка.

– Я обещал твоей маме присматривать за тобой. Но ты тот человек, которому необходимо ставить рамки, – вздохнул Костя, садясь на стул. – Я думал, что с годами твоя тяга к саморазрушению чуть ослабнет. Мне все время кажется, что ты специально заигрываешь со смертью, будто подсознательно хочешь умереть. Ты же психолог…

– Ой, не начинай! Вы с мамой сговорились, что ли? – Кира гневно взмахнула ножом для масла.

– Пожалуйста, – мягко проговорил Костя, заглядывая Кире в глаза, – прежде чем идти куда-то, кроме универа, сообщай мне. Заранее, а не тогда, когда тебя уже заживо погребли.

– Ладно! – великодушно согласилась Кира. – Только не веди себя так, словно я сумасшедшая. Я вполне адекватная взрослая девушка. То, что произошло сегодня, – досадная случайность.

– Значит, ты больше не пытаешься стать феей Винкс? – серьезно спросил Костя, хотя в его глазах зажглись озорные огоньки.

– Мне было десять лет! – надулась Кира.

– Это уже тот возраст, когда дети перестают верить во всякую ерунду, но ты была крайне серьезно настроена.

Кира ничего не ответила. Лжетьма запрыгнул к ней на колени и принялся оглушительно мурлыкать.

– Ну все же, – продолжил Костя. – Твоя мама говорит, что ты считаешь себя современной ведьмой и зарабатываешь гаданием. Как это происходит? Сюда будут приходить люди?

– Я делаю расклады дистанционно. Только одна девочка приходит ко мне лично, – ответила Кира. – Она должна приехать завтра в два часа дня. Если ты разрешишь, конечно.

– Я не против, – отозвался Костя.

Кира радостно улыбнулась. На самом деле она немного слукавила. Это была ее единственная клиентка на данный момент. Кирины расклады не пользовались особой популярностью, их редко кто покупал, и только Лика регулярно консультировалась у Киры насчет своего будущего и готова была платить хорошие деньги.

– И еще мне нужно будет съездить в лес на одно мероприятие, – продолжила Кира, почесывая кота. – Не корчи рожи, а дослушай!

Костя хотел было съязвить насчет леса, но промолчал.

– Этот октябрь будет чудесным. Во-первых, пятница, тринадцатое. Во-вторых… я же просила не корчить рожи! Во-вторых, солнечное затмение и кровавое полнолуние, и все это в ночь перед Самайном. А еще Харвест. Костя, если ты продолжишь так смотреть, я не буду больше рассказывать!

– Да я молчу. Просто пытаюсь понять, как фея Винкс превратилась в ведьму с Лысой горы. И зачем тебе лес? Будешь там танцевать голая при луне?

– Да, буду! Доволен? – Кира поправила футболку. – А ты пойдешь со мной, чтобы оберегать, как обещал моей мамочке.

Костя странно завис, было непонятно – рад он такой перспективе или, наоборот, напуган до чертиков.

– Шучу. Я буду одета. Но мне надо попасть на этот Лесной фестиваль тринадцатого числа. Туда приедут мастерицы, шаманки и прочие духовные наставники. Будут продавать карты, картины, украшения, свечи и обереги. Проведут несколько игр, практик. Выступит местная фолк-группа. А в конце всех ждет костер. Я буду там в образе Пряхи, я уже забронировала местечко, где буду сидеть и предсказывать судьбу. Полагаю, удастся хорошо заработать. Октябрь – месяц теневой магии и северных ветров, публику тянет на такие мистические сборища.

– А ты одна поедешь или с подружками? – Костя взял чашку и сел за стол.

– Да там собирается целая толпа. Так что тебе необязательно меня сопровождать. Я могу тебе скинуть ссылку, чтобы ты не беспокоился, что там жуткая организация, как у парня с лопатой.

Кира налила ему заварки и улыбнулась, стараясь развеять сомнения друга, но тот продолжал хмуриться.

– Давай. И кстати, о нем, – пробормотал Костя. – Кинь все его контакты, буду возвращать твои деньги и вправлять ему мозги. Ты ведь могла и погибнуть в том гробу.

– Не нагнетай, я сама разберусь.

– Могла-могла, – уверенно проговорил Костя, поднимаясь со стула. – Кстати, – он обернулся и странно взглянул на Киру, – а ты правда веришь, что с помощью карт умеешь предвидеть будущее, или просто дуришь людей?

– Да ты что! – возмутилась Кира. – Я бы не стала обманывать. Знаешь ведь, что мне бабушка перед смертью дар передала. А она тоже гадала.

– И предсказала моей маме дочь и счастливую жизнь до самой старости, – помрачнел Костя.

– Я такого не помню! Для меня ее гадания всегда сбывались! – возразила Кира.

– Зато я помню, – отвернувшись, прошептал Костя, а потом ушел к себе в комнату.

Кира думала, что он еще побудет с ней – они поболтают, вспомнят былое. Но Костя выходил лишь пару раз – в уборную и приготовить себе бутерброды, а потом снова возвращался в спальню к мерцающему экрану ноутбука с бесконечным количеством вкладок. Кира пыталась навязать свое общество, но Костя быстро дал ей понять, что она мешает работать. Это было обидно. У Киры не получалось унять охватившее ее смятение. Она целый год прожила одна в квартире и особо от этого не страдала. Но теперь никак не могла найти себе место, буквально кожей ощущая Костю, который сидел за стеной и преспокойно занимался своими делами, не обращая на нее внимания. Один раз Кира не стерпела и на цыпочках подошла к Костиной спальне, приложила ухо к двери и долго прислушивалась, представляя, чем он там занимается. Щелчки мышки и стук клавиатуры сменились скрежетом колесиков отодвигаемого стула, а потом скрипнула кровать. Должно быть, Костя решил прилечь. Кира переминалась с ноги на ногу, размышляя, стоит ли зайти пожелать ему добрых снов. Кровать снова скрипнула, раздался звук шагов, и Кира отпрянула от двери, быстро и бесшумно отступая в кухню. Костя выглянул из комнаты и спросил:

– Кир, все в порядке? Мне показалось, ты стояла под дверью.

– Я искала кота. – Кира вышла из кухни, стараясь скрыть смущение.

– Да, он у меня, сладко спит на одеяле. – Костя открыл дверь пошире, чтобы продемонстрировать Лжетьму. – Ты завтра идешь на занятия?

– Пойду, – кивнула Кира, чувствуя, как смущается под пристальным взглядом Кости. История про кота была шита белыми нитками, и он наверняка понял, что она просто шпионила за ним от скуки, играя в сталкера.

– Доброй ночи, – сказал Костя, снова закрывая дверь.

Кира поплелась в гостиную. Оставшийся вечер девушка коротала в одиночестве, готовясь к парам и смотря дораму. Ночью ей снилось, как она переехала к маме в Сеул и буквально в аэропорту вышла замуж за любимого актера. Это был потрясающий сон, жаль, слишком короткий.

* * *

Пары в университете прошли сносно. Первым предметом была общая психология, ее Кира любила. Но вот следом шла логика, на которой Кира никогда ничего не понимала и уже заранее паниковала, как будет сдавать зачет. Сегодня их группа снова разбирала, что такое суждение, понятие и умозаключение, каждому раздали высказывание, которое надо было проанализировать по схеме. Кире досталось: «Любовь – не вздохи на скамейке». Она нервно сглотнула и посмотрела на одногруппников – каждый что-то писал. Ее соседка тоже увлеченно строчила, словно нарочно не замечая растерянность Киры.

– Ну хорошо, не вздохи, – согласилась Кира с листком. – А может, и вздохи, но на кровати, а не на скамейке. Черт! Какой бред!

Она хотела было написать Косте и попросить подсказать, что вообще надо делать, но передумала, представив его лицо, когда он получит сообщение про любовь и вздохи. Точно решит, что она спятила, и выставит вон. И зачем психологу логика? Хотя, может, эта дисциплина нужна каждому, особенно Кире. Девушка написала туманный текст, в надежде, что хоть отдаленно смогла понять суть задания, и радостно выбежала из аудитории, едва заслышав звонок. Во время перерыва Кира успела перехватить девчонку, которая уговорила ее на «могильную практику», и рассказать о том, что случилось. Косте так и не удалось вернуть Кирины деньги, мужик просто их везде заблокировал. Но девчонка сделала вид, что очень занята, и не стала слушать. Эта неприятная ситуация слегка подпортила настроение, но Кира решила не зацикливаться на неудачах.

Солнце снова ярко светило, все лавочки возле корпусов были заняты. Кира медленно шла по асфальтовым дорожкам, усыпанным рубиновыми и оранжевыми листьями, опавшими с рябин. Ей нравилось слушать шуршание листвы под подошвами и наслаждаться ранней осенью. У первого корпуса соорудили красивую фотозону с тыквами, фонариками и стогами сена. Кира хотела было сфотографироваться, но желающих оказалось слишком много, а время уже поджимало. Она набрала номер Кости, чтобы узнать, закончились ли у него пары, и предложить вместе поехать домой. Но Костя не брал трубку. Возможно, стоило прогуляться до его корпуса и поискать друга в аудиториях, но Костин факультет занимал три этажа, и Кира понятия не имела, где именно проходят занятия у его группы. А в два часа дня к ней должна была приехать Лика.

Кира очень нервничала перед встречей и хотела тщательно подготовиться. Лика быта первой клиенткой, отнесшейся с уважением к ее ремеслу. До нее у Киры иногда заказывали расклады мамины знакомые, но было видно, что они в это не особо верят, а делают из одолжения. Одногруппницы, узнав, что Кира гадает на Таро, сперва пришли в восторг, но, как только поняли, что это платно, сразу потеряли интерес. И только Лика готова была платить и внимательно слушать, не хихикая и не отпуская обидные замечания в процессе гадания.

Во время последнего сеанса ей выпал мрачный прогноз. Кира попыталась максимально смягчить негативную трактовку, вытаскивая дополнительные карты, которые могли дать подсказку, как все исправить. Она даже попробовала провести коррекцию расклада и как следствие – ситуации в будущем, но, к сожалению, целиком менять расклад она не могла, а лишь заменить некоторые карты – три из десяти, если говорить точнее. Но даже тогда картина не стала лучше. В колоде Таро семьдесят восемь карт, и Лике выпали восемь самых страшных: Десятка мечей, обозначающая, что ситуация достигла самого дна, Дьявол, олицетворяющий зло, Башня, предупреждающая о потерях, Рыцарь мечей, суливший опасность и жестокость, Пять кубков – вынужденные жертвы, Повешенный – безысходность, Восьмерка мечей – беспомощность и препятствия. И как итог – Смерть. Конечно, ее следовало трактовать в переносном смысле, как конец определенного жизненного этапа, да и другие карты можно было воспринимать не столь однозначно, попробовать усмотреть в них советы и мудрые решения. Но весь расклад Лики Кире совершенно не понравился, было в нем что-то отталкивающее, пугающее, от чего волоски на коже вставали дыбом, а в душе навязчиво скреблась тревога. Поэтому девушки договорились встретиться через несколько дней. К тому времени Лика успеет переварить информацию, а Кира еще раз перечитает все свои учебники по Таро и сделает уточняющий расклад по всем правилам. Вдруг она все же ошиблась.

«Даже моя бабушка могла нагадать ерунду», – подбодрила саму себя Кира, вспоминая слова Кости о его маме. Жаль, конечно, что благоприятный бабушкин расклад не сбылся, но зато можно было надеяться, что у Лики все сложится хорошо, вопреки Кириным прогнозам. Лика спросила у карт: «Что меня ждет в ближайшем будущем?» Возможно, сам запрос был некорректен. Что важнее в Таро: логика или интуиция? Кира надеялась, что второе. Иначе ей пора было менять специальность. Костя так и не перезвонил. Поэтому Кира села в машину и поехала домой одна. Благо накануне он выдал ей комплект запасных ключей от квартиры.

До прихода Лики оставалось еще полчаса, и Кира в очередной раз пролистала свои учебники и изучила соответствующие статьи в интернете. Но вот минуло назначенное время, а никто так и не пришел. Кира забеспокоилась. Она несколько раз звонила Лике и отправила сообщение в разных мессенджерах, но абонент оказался недоступен. Это было странно. Лика относилась к той категории людей, которые мгновенно отвечают даже поздней ночью и не имеют привычки исчезать, не предупредив. Неужели ее так сильно напугал мрачный расклад? А может, она нашла нового таролога?

– Похоже, от меня ушел единственный клиент, – всхлипнула Кира, обнимая Лжетьму, растянувшегося на ковре у дивана.

Некоторое время Кира лежала, свернувшись калачиком, разглядывая идеально отполированные ножки журнального столика, и размышляла, где стерильнее – в операционной или Костиной квартире? Потом нехотя мысленно вернулась к Лике. Что бы ни случилось, с ней нужно было поговорить, а не спешить с выводами. Вдруг стряслось что-то непоправимое? Лика училась в том же университете, только осваивала специальность «туризм и гостиничный бизнес». Первый раз девушки встретились, когда Кира около года назад раздавала у входа в университет красочные листовки, предлагая расклады Таро. Лика была единственной, кто аккуратно убрал листочек в кошелек, а не просто рассеянно просмотрел информацию, смял бумажку, запихнул в карман или выкинул в ближайшую мусорку. Она связалась с Кирой в тот же день, а потом заказывала у нее расклады по меньшей мере раз в месяц, задавая разные вопросы. Кроме того, она собиралась пройти у Киры практику, где нужно было встретиться с собственной тенью. И даже обещала приехать к ней на Лесной фестиваль. «Ты будешь там с подружками?» – вспомнила Кира вопрос Кости и грустно улыбнулась своему искаженному отражению в пузатых зеркальных ножках стола. Конечно, с подружками, с кем же еще. Девушка притянула к себе кота и включила музыку на телефоне.

Плейлист сплошь состоял из печальных песен о любви и одиночестве, поэтому уже через пять минут Киру начали сотрясать беззвучные рыдания. Она вспомнила о неудачной практике с могилой, о том, как ее проигнорировала девочка, так настойчиво уговаривавшая принять участие в ритуале. Вдобавок Костя сторонился ее и не брал трубку, а единственная клиентка и вовсе забила на встречу.

Увлекшись жалостью к себе, Кира даже не услышала, как Костя вернулся домой. Он стоял, не решаясь войти в гостиную. Страдание исказило правильные черты его привлекательного лица. Он нервно закусил нижнюю губу, снял очки и чуть сдвинул брови, нахмурившись. А после и вовсе провел ладонью по лицу, словно пытаясь стряхнуть морок. Можно было подумать, что Костя увидел самое невыносимое зрелище на свете. Но то была просто Кира, катающаяся по полу и подпевающая любимой группе. Костя медленно попятился, на цыпочках проследовал в свою комнату и тихо прикрыл дверь. В последний момент Лжетьма юркнул за ним, едва не прищемив хвост. А Кира продолжала самозабвенно петь, украдкой утирая слезы, капавшие на Костин ковер.

Глава 4

Теперь каждое Костино утро начиналось с маленького безумия в лице Киры. Они прожили бок о бок уже четыре дня, хотя по субъективным ощущениям Кости – четыре года. Он вспомнил, почему переехал в общежитие колледжа, едва достигнув шестнадцати лет. Кира была невыносима. Она никогда не убирала вещи на место, а совала их в первые попавшиеся под руку ящики и шкафчики. На всех горизонтальных поверхностях Кира раскладывала свои тетрадки, учебники, блокноты, книги, ручки, карандаши и ластики. Косте казалось, что если пройтись по дому и собрать все добро, то его хватит, чтобы открыть небольшой канцелярский магазин. А еще она не закручивала крышки на молоке и майонезе. Все эти мелочи сперва казались вполне решаемыми, но уже через пару дней стали напрягать.

Киру тоже бесило, что Костя ходит за ней, словно занудная свекровь, и все переделывает по-своему, параллельно читая нотации. Буквально вчера они переставляли несчастный кофейник назло друг другу не менее десяти раз. Костя привык убирать его на верхнюю полку кухонного шкафа, а Кире приходилось прыгать, чтобы его достать. И она специально прятала кофейник в нижний ящик, чтобы «все было под рукой», и не понимала, почему для Кости так принципиально назначать каждой вещи свое особое место. То, что нижний ящик при этом плохо закрывался, Киру не волновало в отличие от Кости.

В итоге Кира заявила, что он душный тиран, который напрочь отбил у нее желание даже думать о кофе, и демонстративно пила по утрам воду, изображая вселенскую грусть при каждом глотке. Но Костя взирал на такие манипуляции с каменным лицом и делал вид, что ему все равно, прихлебывая свой кофе. Хотя внутри весь кипел от негодования. Это же его дом, почему он не может наводить порядок так, как ему нравится, и не чувствовать при этом вину? Когда он мальчишкой переехал в семью Киры, ему и в голову не приходило перекладывать их вещи по своему усмотрению. Кира с мамой жили в небольшой трешке, Костю поселили в комнате, которая раньше принадлежала бабушке. Но даже тогда он старался уважать чужое пространство и порядки, не снимал со стены пыльный ковер и не просил убрать оглушительно тикающие часы, мешавшие заснуть. А эта маленькая засранка Кира меньше чем за неделю перевернула его дом вверх дном и еще при этом обиделась!

– Тебе нужно медленно и осознанно произносить фразы «Мне очень жаль», «Прошу, прости меня», «Благодарю тебя», «Я люблю тебя», обращаясь к проблемам, которые волнуют в данный момент. И все изменится как по волшебству! – Кира хлопнула Костю по спине, и он подавился кофе.

– Кир, скажи честно, почему ты надо мной издеваешься? – откашлявшись, спросил Костя.

– Да брось, при чем тут ты? Все знают, что хоопонопоно – это тысячелетняя гавайская техника улучшения бытия. Ее ежедневное выполнение помогает наладить жизнь, избавиться от негатива и обрести счастье. – Кира села на стул, поджав ноги, и озорно подмигнула Косте.

– Если бы можно было стать счастливым, твердя как попугай четыре фразы, то наш мир не был бы таким. – Костя обвел обозримое пространство чайной ложечкой.

– Ну, возможно, это лучше работает, когда ты живешь на Гавайях, а не в пыльном и сером городе, – благостно согласилась Кира. – Я просто пытаюсь заставить тебя улыбнуться. Твой мрачный вид с утра действует на меня угнетающе.

– Попробуй класть вещи на свои места и не пихать мокрую ложку в сахарницу. – Костя с сожалением посмотрел на слипшийся сахар.

– Да ты просто бытовой тиран. – Кира облизала ложку и попыталась зачерпнуть сахар.

– Только посмей! – прошипел Костя и на всякий случай накрыл сахарницу ладонью.

– Да что ты смотришь на меня, как Ленин на буржуазию?

– Кир, если можешь не шутить, пожалуйста, не шути. Особенно эти твои бородатые анекдоты про Ленина, – искренне взмолился Костя.

– Ой, да пожалуйста! Ты лучше скажи, что надо делать, если человек не отвечает тебе на звонки и сообщения?

– Оставить его в покое.

– Да нет, Лика не могла просто так начать морозиться, вдруг с ней беда? – Кира заерзала на стуле, стараясь не вспоминать страшный расклад. – Я все же схожу сегодня к ней в группу, спрошу, вдруг она заболела.

– А кто такая Лика? Твоя подруга?

– Клиентка, которая заказывала у меня расклады.

– Только не превращайся в сталкера. Скорее всего, у нее просто кончились деньги и она не знает, как тебе отказать. – Костя поднялся из-за стола и засунул кружку в посудомойку.

– Да нет. Хотя… – Предположение Кости казалось вполне разумным. – Может быть, тогда ты заглянешь в аудиторию, а потом скажешь мне, там она или нет?

Костя ничего не ответил, лишь отрицательно помотал головой, скривив губы.

– Ты же сам просил не быть сталкером, меня она узнает, а тебя нет. Просто решит, что ты ищешь кого-то.

– А как я ее узнаю? У нее же не написано имя на лбу. – Костя отмазывался как мог.

– Вот фотографии в соцсетях. – Кира судорожно принялась копаться в телефоне. – Я проверила расписание ее группы, оно висит у деканата. И первая пара у нее в моем корпусе, в двести шестой.

– Мне даже страшно за твою Лику: не отвечает тебе несколько дней, а ты уже изучила ее расписание. Кажется, я понимаю, почему она тебя заблокировала, таролог-приставучка, – вздохнул Костя, но бросил взгляд на фотографию Лики в телефоне, который Кира совала ему под нос. – Допивай чай, и поехали. Мне ко второй паре, но я хотел заглянуть в библиотеку. Ты купила себе нормальные ботинки?

– Да все я купила, – буркнула Кира.

– И пальто?

– Еще не так холодно.

– Господи, да просто потрать эти деньги, и не надо их возвращать, – вздохнул Костя.

– Напомни, почему у тебя нет девушки? После такой фразы нам должны были снести дверь твои обожательницы. – Кира протянула руку и насмешливо дернула Костю за прядь каштановых волос.

Он отмахнулся от нее и ничего не ответил.

– Но почему ты постоянно один? Уже на первом свидании начинаешь нудеть и навязывать свои порядки? – Каверзная улыбочка заиграла на губах у Киры, и она игриво ткнула Костю в бок.

– Кира! – разозлился он. – Хватит меня трогать и задавать дебильные вопросы! Или я не буду высматривать никакую Вику.

– Лику. Ладно, мне просто было любопытно, и все.

В машине они ехали молча. Кира время от времени улыбалась и бросала на Костю многозначительные взгляды, но он не реагировал, уткнувшись в телефон, а потом и вовсе принялся протирать свои и без того чистые ботинки губочкой, демонстративно косясь на грязную обувь Киры, которую та забыла накануне привести в порядок.

Кира припарковалась и целеустремленно потащила Костю за собой, схватив за рукав. Со стороны они представляли собой странную пару: высокий красивый парень в очках, с аккуратно причесанными каштановыми волосами, одетый с иголочки в кремовый кашемировый свитер и джинсы, и девушка, едва достающая ему до плеча, с растрепанными ветром волосами, в толстовке с изображением толстых мультяшных котов и потертых джинсах.

Костя шел спокойно и уверенно, в то время как Кира постоянно суетилась, спотыкалась и оглядывалась, будто за ней могла быть слежка. Эта странная манера ходьбы была у нее с детства. Раньше Кира еще сильно сутулилась, но Костя с удовольствием отметил, что теперь она старается держать спину прямо. Хоть какой-то его совет не прошел даром. Кира в очередной раз обернулась и одарила его хитрой улыбкой. С удивлением Костя отметил, что подруга детства стала очень хорошенькой. Под ростковая одежда на удивление ей шла, подчеркивая хрупкость и миниатюрность, даже грязные кроссовки не портили образ. Вот бы еще Кира постаралась не забегать вперед и не наступала ему на ноги!

Они условились, что Кира подождет на диванчике на третьем этаже возле кофейного автомата. Костя все еще недоумевал, почему снова позволил втянуть себя в сомнительную авантюру, но послушно пошел в двести шестую. Он не собирался тратить время, тайно высматривая Лику и делая вид, что заблудился, – план Киры был, как обычно, нелеп. Вместо этого он зашел в аудиторию за пять минут до звонка и спросил у первой попавшейся девицы, не видела ли она Лику Макееву.

– Уже несколько дней не ходит в универ. А ты ей кто? – подозрительно спросила девушка, осматривая Костю с ног до головы.

– Интересующийся студент.

– Еще один поклонник, – вздохнула девица. – На прошлой неделе за ней другой бегал. Но Лика его отшила.

– А может, она заболела? – уточнил Костя, пропустив замечание про поклонника.

– Не знаю. Она ни с кем из группы толком не общается.

– Спасибо, – вежливо поблагодарил Костя и вышел из аудитории.

Вслед ему обернулись несколько одногруппниц Лики, переглядываясь.

Поднявшись на третий этаж, Костя увидел, что Кира сидит как-то слишком прямо, сжимая обеими руками бумажный стаканчик с кофе. Возле нее стоял высокий смазливый белобрысый парень и что-то говорил, размахивая руками. Кира при этом смотрела куда-то сквозь него, совершенно не похожая на саму себя.

– Ее нет в универе уже несколько дней, – сообщил Костя, подойдя к парочке.

Заметив его, Кира встрепенулась и чуть не разлила кофе.

– Как жаль. Ну что же поделать. – Она вскочила с дивана и вцепилась Косте в рукав.

– Твой парень? – спросил белобрысый, даже не пытаясь скрыть разочарование в голосе.

– Близкий друг, – тихо ответила Кира, не поднимая глаз.

– Рад за тебя, мышонок. А я ее одноклассник, Макс. – И он протянул руку Косте.

– Костя.

– А вы ищете кого-то?

– Одна девчонка заказала у Киры расклад Таро, но пропала и не выходит на связь, – ответил Костя и даже через свитер почувствовал, как ногти Киры впились ему в кожу.

– Может, тогда съездить к ней домой? – посоветовал Максим. – Хотите, узнаю адрес?

– И как ты это сделаешь? – ядовито отозвалась Кира.

– Фамилия и группа? – не обращая на нее внимания, спросил Макс у Кости, тот быстро назвал.

– Буквально пару минут, я в деканат и обратно.

Когда Максим убежал, Кира фыркнула ему вслед, все еще прижимаясь к Костиной руке.

– Он тебя чем-то обидел? – уточнил Костя.

– Нет.

– А что тогда так на него реагируешь?

– Вечно ведет себя как выскочка, всюду нос сует, суетится, когда не просят.

– Ну, может, он нам адрес Лики достанет, и ты продолжишь выслеживать свою клиентку уже у ее дома. – Костя приподнял одну бровь и насмешливо посмотрел на жмущуюся к нему Киру, которая и правда напоминала сердитого мышонка.

– Не сомневаюсь, что достанет. Поди, со всеми там переспал, включая преподавательниц.

– Только не говори, что и с тобой то… – изумленно проговорил Костя, но Кира взглянула на него с таким отвращением, что он осекся.

– Конечно, нет. Может, я и дура, но все-таки не настолько.

– В отличие от преподавательниц, маленькая высокомерная Кира, – улыбнулся Костя.

Но Кира не ответила. Она продолжала одной рукой теребить рукав его свитера, а другой сжимать стаканчик.

Макс вернулся быстро, как и обещал. Он протянул Кире сложенный листок, и та быстро запихнула его в карман, пробормотав:

– Спасибо, нам пора.

– Кир, – окликнул ее Максим, – можно я тоже закажу у тебя расклад?

– Гадаю только девочкам, – не поворачивая головы, отозвалась она и потащила Костю в сторону лестницы.

– Я правда был рад тебя видеть! – не унимался Макс, но Кира уже неслась вниз, перескакивая через ступеньки.

Выйдя на улицу, Кира наконец отлепилась от Кости и развернула листок, который дал Макс.

– Знаешь этот адрес? – спросила она.

– Это же рядом с твоей школой. Помнишь панельные пятиэтажки? Нет? Там еще было заросшее футбольное поле – «коробка», где все собирались.

– А, ну да, – без особого энтузиазма отозвалась Кира.

– А тебе разве не к первой паре? – всполошился Костя. – Топай давай на занятия. А после занятий встретимся у твоей машины и вместе съездим к Лике.

Кира понурила голову и поплелась обратно в корпус. Костя недоумевал, почему встреча с бывшим одноклассником могла так ее расстроить, он пытался припомнить хоть какую-то информацию о Кириной школьной жизни, но на ум ничего не приходило. Может, это ее первая безответная любовь? Хотя, впрочем, какая разница. Костя включил музыку в наушниках и пошел в библиотеку.

* * *

Кира еле высидела три пары. Столкновение с Максимом немного подпортило ей настроение – она и не знала, что кто-то из ее одноклассников учится с ней в одном корпусе. Слава богам, хоть не на той же специальности. Хотя, конечно, наивно было бы предполагать, что она единственная из класса, кто поступил в этот университет. Последние минуты лекции Кира мысленно повторяла: «Мне очень жаль», «Прошу, прости меня», «Благодарю тебя», «Я люблю тебя». Не то чтобы она свято верила в эту технику, но хуже от нее явно не будет. Костя может издеваться и язвить сколько угодно, но законы материального мира до сих пор не изучены. Возможно, есть способы хакнуть эту реальность.

Дойдя до парковки, Кира увидела Костю, который разговаривал с парнем, напоминающим Сиропчика из «Незнайки» Носова. Рядом с ним Костя выглядел особенно привлекательно, Кира с удивлением отметила, что он вертит в руках мотоциклетный шлем и то и дело поглядывает на черный блестящий мотоцикл, стоящий возле ее машины.

– Покатаешь, красавчик? – спросила Кира, обворожительно улыбаясь Косте.

– Мне девушка не велит, – усмехнулся Сиропчик, забирая у Кости шлем.

Не обращая внимания на Киру, он пожал Косте руку, сел на мотоцикл и умчался, сопровождаемый оглушительным ревом мотора.

– Что-то я себе не так мужика на клевом байке представляла. – Кира задумчиво смотрела вслед мотоциклисту.

– Не хотел тебя огорчать, но реальный мир отличается от дорам и сентиментальных романов, – с театральным сочувствием ответил Костя. – Но вот ты и сама это поняла. Поехали?

– Мне до сих пор удивительно, что ты так поддержал мою идею ее найти.

Кира открыла машину и села за руль, Костя устроился на соседнем сиденье, аккуратно отодвинув игрушки.

– Я знаю тебя уже давно. Мне определенно будет спокойнее, если я помогу тебе встретиться с Ликой и все выяснить. – Он положил руку ей на плечо и легонечко сжал.

– Какой идеальный мужчина! Как бы сороки такое золото не утащили.

Кира стряхнула его пальцы, выкрутила руль одной рукой, а другой принялась вбивать адрес в навигатор. От усердия она высунула кончик языка и сдвинула брови. Костя выдохнул и закрыл глаза. Иногда он предпочитал не видеть, как Кира мчит по дорогам.

– Приехали, просыпайся. – Кира похлопала Костю по плечу, заглушая мотор. – И что ты там по ночам высматриваешь в своем ноуте?

– Ты правда хочешь знать? – Он зевнул, потирая переносицу.

– Очкарики и тихони вроде тебя грешат порносайтами.

– Вообще-то я разбирался, почему Марс скаманулся в ноль. Какую схему удалось провернуть, чтобы стейблкоины отвязались от доллара. Спираль смерти и крах, – ответил Костя, но, оценив выражение лица Киры, добавил: – Да, я сидел на порносайтах. Проще, если ты будешь думать именно так.

– Как скажешь. – Кира подозрительно прищурилась и вышла из машины.

Домофон не отвечал.

– Видишь, ее нет дома, – сказал Костя, деловито протирая очки специальной тряпочкой.

– А вдруг она лежит с высокой температурой и не имеет сил доползти и открыть дверь? – предположила Кира. – Надо подняться и послушать через замочную скважину, не раздаются ли стоны.

Кира хотела было набирать номера квартир по порядку, пока кто-нибудь не откроет, но Костя ее остановил:

– Подожди. Давай сперва погуглим комбинации для этой модели. На заводе на домофоны заливается стандартная прошивка с одними и теми же кодами, и специалисты при установке не всегда их меняют.

Через пару минут дверь приветливо запищала, разрешая войти.

– Какой ты полезный друг, – похвалила его Кира.

Они вошли в подъезд и стали подниматься на третий этаж. Из подвала привычно пахло кошками, а на подоконниках стояли огромные пластиковые горшки с цветами, которые было жалко выкинуть, но и держать в квартире не хотелось.

– Напоминает мой подъезд, – прошептала Кира.

– Такой же облезлый.

– Пару лет как переехал из панельки в новостройку, а уже нос задираешь.

Нужная дверь была ничем не примечательна – обитая рейками, с металлическим номером «23». Не теряя времени, Кира приложила ухо к замочной скважине.

– Может, постучим? Вдруг она просто отключила звук домофона? – предложил Костя.

Кира принялась колотить в дверь, все еще прижимаясь к замочной скважине.

– Ты слышишь? – спросила она Костю. – Внутри орет кот. Так жалобно!

– Явно дома никого нет. Мы можем обратиться в полицию, например.

– Это все мой дурацкий расклад, – застонала Кира, опираясь на ручку двери, и та чудесным образом подалась.

– Не заперто? – удивился Костя, а Кира проскользнула в квартиру. – Ты что делаешь, нас не звали!

В ноги им кинулся белый пушистый кот, издавая отчаянные вопли. Костя натянул рукава свитера до самых кончиков пальцев и замер в коридоре, в то время как Кира захлопнула дверь, разулась, подхватила кота на руки и прошла в глубь квартиры.

– Никого дома нет! Бедный кот! У него совсем пустые мисочки. – Кира по-хозяйски гремела чем-то на кухне.

– А что, если твоя Лика вернется и застанет нас здесь? Или ее родители?

Костя старался не прикасаться ни к чему вокруг, у него были дурные предчувствия.

– Лика одна снимает квартиру. – Кира открыла кран, видимо наливая коту воду. – Боги милосердные! – внезапно воскликнула она.

Чертыхаясь, Костя скинул ботинки и прошел вслед за подругой.

– Я искала кошачий корм, но кто хранит такое в кухонном ящике?

Костя заглянул туда, куда тыкала покрасневшая от смущения Кира.

– И правда, странное место, чтобы прятать секс-игрушки, – хмыкнул Костя.

Девушка поспешно захлопнула ящик и отворила навесной шкафчик – в нем нашелся кошачий корм.

– Думаю, мы должны забрать кота с собой. Неизвестно, когда Лика вернется. Оставим ей записку. А еще дойдем до полиции и объясним ситуацию.

– А Лжетьма его примет?

Костя осторожно погладил кота, который набросился на корм, словно его и правда не кормили несколько дней:

– Он добрый, подружатся.

Осмотрев кухню, Кира заглянула в ванную и прошла в единственную комнату.

– Все-таки очень странно! – крикнула она. – Квартира не заперта, Лики нет, голодный одинокий кот. Мне кажется, она попала в беду.

– Это дела полиции. – Костя нехотя прошел следом за Кирой, которая уже включала стоявший на столе ноутбук. – Ты зачем это делаешь? – нахмурился он.

– Расклад Таро для Лики был совсем мрачный, – пояснила Кира. – Еще неизвестно, как быстро отреагирует полиция. Знаешь ведь – нет тела, нет дела. А вдруг Лика на волоске от смерти? Может, мы здесь хотя бы найдем контакты ее родственников или друзей.

– Ну так зайди в социальную сеть и проверь подписки.

– Блин, для входа надо ввести пароль. – Кира от досады щелкнула языком. – Лика в социальных сетях эту информацию скрыла, я проверяла вчера. А ты можешь подобрать пароль?

Костя отрицательно покачал головой. Он осмотрел комнату – шкаф-купе с зеркальными дверями, небольшой диван, накрытый белым мохнатым пледом, письменный стол с ноутбуком и две кольцевые лампы для видеосъемки. Подойдя к шкафу, Костя осторожно отодвинул одну из дверей.

– А Лика тебе не говорила, чем зарабатывает? – спросил Костя, бегло осматривая одежду. – Как ты подобрала пароль? – изумился он, увидев, как Кира водит значком мыши по иконкам на рабочем столе.

– Я, видишь ли, гений, – самодовольно улыбнулась Кира.

Но тут Костя заметил у нее в руке желтый стикер с цифрами и буквами.

– Он был приклеен ко дну ноутбука? – догадался Костя.

– Не совсем. Я нашла его под столом.

– Ну что за дуреха клеит пароль рядом с ноутом?

– Это удобно. Я свои пароли тоже пишу на листке и держу в капсуле из-под киндера в ящике стола.

– В этом случае вообще смысл в паролях отпадает. – Костя подошел к Кире, отодвинув ее от экрана. – Это все равно что хранить ключ от квартиры под ковриком у двери. Так. Ну что ж. Я догадываюсь, кем она работала, а эта профессия определенно связана с риском.

– Хакером?

– Кир, включай мозги. Видишь, какая аккуратная, но совершенно безликая комната? Специальные лампы для видеосъемки? Секс-игрушки, а в шкафу – высокие красные и черные лаковые сапоги, целый ряд кружевных пеньюаров, разные маски. Понимаешь?

– Ну, она точно не хакер, – заключила Кира.

– Определенно. Так кто она? – Костя прищурил глаза и пытливо посмотрел на подругу.

– Косплейщица?

– А те игрушки тогда зачем? – Костя с трудом сдерживал усмешку.

– Это вообще может быть не связано с работой! У одинокой девушки могут быть… увлечения, – насупилась Кира.

– Надеюсь, ты такие свои увлечения по моим ящикам дома не рассовывала? – Костя изогнул бровь, продолжая улыбаться.

– Конечно, первым делом! – вспылила Кира. – Накупила взамен сгоревшего.

Костя продолжал улыбаться, но в его глазах робко промелькнуло сомнение, он решил пока не заглядывать в ящики у дивана, на котором спала Кира. Все же в девушках он совсем не разбирался.

– Так кем она работала? – нетерпеливо спросила Кира.

– Уверен, что вебкам-моделью. Вот, смотри историю.

– Это что еще за вебкам?

– Издеваешься? – Костя чуть не потерял дар речи. – Запиши и дома погугли. Я уж точно тебе это не собираюсь объяснять.

– Порнуха, значит? То-то ты такой прошаренный.

– А ты не особо высокого обо мне мнения, да? – Костя повернулся к Кире и заглянул ей в глаза. – Но переехала жить ко мне, а не к подружкам. Это даже ставит в тупик.

– Ой, да забудь! – Кира бедром отпихнула Костю от ноута и открыла социальную сеть, чтобы посмотреть контакты и переписку Лики. – Просит для входа код подтверждения, который отправлен на телефон.

– Получается, кроме места ее работы, мы ничего не узнали. Надо идти в полицию. Стремно, что теперь здесь везде наши отпечатки. Вернее, твои. Я на свои пальцы натягивал рукава и делал все через них.

– Ну, мы расскажем полицейским правду, да и все. Кстати, видишь файл «вопросы» на рабочем столе? Открой его.

Костя щелкнул по иконке. В документе был заголовок: «Вопросы для Эни от журнала “Шум”». Далее следовал список:

1. Расскажите свою историю, как и почему вы пришли в этот бизнес?

2. С какими трудностями столкнулись? Соответствовал ли ваш заработок ожиданиям?

3. Понимали ли вы, что вам может угрожать уголовная ответственность за распространение порнографии, нелегальный бизнес, сокрытие доходов и пр.?

– Значит, она хотела дать интервью, а может, уже дала, местному журналу. – Костя закрыл документ.

– А вдруг она покончила с собой? – занервничала Кира. – Лика была какой-то сломленной, неуверенной, постоянно советовалась с картами. Эта ужасная работа могла свети ее с ума.

– А может, ей нравилось? Внимание, деньги, секс. Почему ты думаешь сразу о плохом? Есть же вероятность, что ее решил удивить поклонник и увез куда-то отдохнуть? А кота должна была кормить соседка, оказавшаяся нерадивой и забывшая запереть дверь. Ты же сама мне рассказывала, как вы с мамой оставили Тьму на попечение знакомой, пока летали в Сеул на десять дней, а та заходила раз в три дня и даже лоток не чистила.

– Ну да, это тоже может быть. – Кира замялась. – Но расклад был просто ужасный. Да и кому понравится такой бизнес? В порно же сплошь насилие над партнершей, выставляемое как нечто приятное и сексуальное, в то время как женщины воспринимаются лишь в качестве безликих объектов, их унижают и лишают достоинства. Актрисы изображают удовольствие, а вы ведетесь.

– Какой ты, оказывается, в этом эксперт. И почему тема порно тебя так задевает, что ты полдня норовишь ее со мной обсудить? Одногруппники показали малышке Кире что-то шокирующее? – съязвил Костя, продолжая изучать содержимое ноутбука Лики.

– Да иди ты.

– Кир, Лика взрослая девочка, и, я уверен, она хорошо понимала, на что шла.

– Не все такие рассудительные, как ты. Ее вполне могли обмануть! – горячо воскликнула Кира.

– Ладно. Давай уже уходить отсюда. Иди лови Кефирчика, и пошли. Еще в полицию зайдем.

– Кефирчика?

– Я подумал, коту подойдет это имя. Он же белый.

– А может, Антитьма?

– У тебя дурацкий вкус на клички.

Кира лишь вздохнула. Костя выключил ноутбук, приклеив стикер с паролем обратно под стол. Невзначай он коснулся спинки стула, и тут же его голову пронзил ужасный злобный шепот: «Да заткнись ты уже!» – а перед глазами полыхнуло алым. Костя потерял равновесие и рухнул на пол, но стало только хуже – его сердце словно сжала чья-то грубая рука, и оно лопнуло, разбрызгивая во все стороны страх, боль и отчаяние. Снова приступ! Шею стиснули чьи-то руки, беспощадно сдавливая горло. Уже несколько месяцев его не терзали эти ужасные психические атаки, но стоило Кире появиться, как они возобновились. Совпадение?

– Ки-ра, – прохрипел Костя, цепляясь за диван.

Глава 5

Кира до одури боялась Костиных приступов. Рядом с ним она никогда не могла расслабиться и постоянно пыталась уловить хоть какие-то предвестники надвигающейся беды. Но припадки всегда случались внезапно. Бедный мальчик стал страдать недугом после того, как пережил аварию, в которой потерял родителей. Панические атаки, посттравматическое расстройство, подростковая шизофрения – такие диагнозы ставили Косте одни специалисты, но их тут же опровергали другие, выдвигая свой перечень. Кирина мама целый год бегала с мальчиком по врачам, он проходил бесконечные обследования, принимал лекарства, но точный диагноз так и не был поставлен. А приступы невозможно было спрогнозировать. Они никогда не случались дома у Киры или в Костиной школе, но очень часто в незнакомых местах, на улице или в транспорте. Постепенно все как-то привыкли, что Костя может осесть на пол, схватившись за голову или за сердце, а через минуту встать как ни в чем не бывало, лишь слегка жалуясь на самочувствие. Все, кроме Киры. Для нее это была настоящая пытка. Почему-то ей намертво въелась в голову мысль, что у Кости какая-то смертельная болезнь и каждый приступ может стать фатальным.

Услышав из кухни, как Костя позвал ее по имени хрипловато-сдавленным голосом, она вся похолодела и на негнущихся ногах пошла к другу, прижимая к себе Ликиного кота, словно пушистый щит, защищающий от несчастий. Костя сидел на диване, массируя ладонями виски.

– Опять? – с сочувствием спросила Кира.

– Не поверишь, пока ты не появилась рядом и не начала меня втягивать в авантюры, этого не было. Я спокойно жил. Ходил пешком до универа и обратно.

– Взрослый мужик пытается переложить ответственность и чувство вины за свое состояние на хрупкую девушку. Классика. Вот поэтому ты и одинок.

– Я лишь констатирую факт. – Костя медленно выдохнул, зажмурившись.

– Ты меня демонизируешь, констатирующий Константин, – огрызнулась Кира, но протянула руку и осторожно погладила друга по голове, едва касаясь волос кончиками пальцев.

Костя отнял руки от лица и медленно поднялся, сжав губы и не глядя на Киру. Он прошел в коридор и начал обуваться, Кире оставалось последовать за ним, прижимая к себе пытающегося вырваться кота.

– И все же почему она была не заперта? – пробормотала Кира, захлопывая дверь. – Что, если Лика открыла кому-то нехорошему, а он ее силой выволок из квартиры, так и не удосужившись найти ключи?

– Все может быть.

Кира бы еще долго перечисляла гипотезы, но кот истошно орал, пока его несли до машины, а потом метался по салону как сумасшедший, теряя шерсть и пытаясь забиться под педали. Костя с трудом смог его успокоить. Сначала пришлось завезти бедолагу домой, а потом уже обратиться в полицию, где им пообещали разобраться в ситуации и посоветовали не паниковать раньше времени, а поискать родственников пропавшей. Кроме того, Кира оставила заявку в группе волонтеров, помогающих в поиске пропавших людей.

– Теперь тебе спокойнее? – спросил Костя, когда они вернулись домой, покормили на удивление поладивших котов и сели ужинать лапшой быстрого приготовления – на готовку ни у кого не было ни сил, ни желания.

– Хочешь правду? У меня уже много лет не было спокойно на душе, – грустно проговорила Кира, наматывая лапшу на пластиковую вилку. – Тревога – привычный фон моих дней и ночей.

– Ну, мы сделали все, что могли. Заявили о пропаже, привлекли активистов.

– Я думаю завтра съездить в журнал «Шум».

– Не-не. – Лицо у Кости исказилось, словно от внезапной зубной боли. – Ты не будешь иг рать в героиню-детектива и мотаться по городу, хватаясь за любые подсказки. Даже не думай. Еще в вебкам устройся.

– Это было вторым пунктом. Пока мы ждали участкового, я почитала информацию. Там вовсе не обязательно раздеваться и делать всякие вещи. Можно мило общаться или даже гадать. – На последнем слове глаза Киры нехорошо сверкнули.

– Кир, мемберы заходят на сайт, чтобы заглянуть девчонкам между ног, а не в собственное будущее.

– Фу, какой ты примитивный.

– А если кто-то сделает с сайта скрин и отправит твоей маме или в деканат?

– Как я в одежде раскладываю карты? Что в этом компрометирующего?

– Просто пообещай не регистрироваться ни на каких сайтах без моего ведома, пока ты живешь у меня, – взмолился Костя.

– Тогда сходишь со мной в редакцию «Шума»? – Кира сложила ладошки в умоляющем жесте.

– Уверен, нас там пошлют, – отмахнулся Костя.

– А вдруг Лика поделилась с журналистами страшной тайной или только хотела? Это верная зацепка!

Костя лишь плечами пожал и поспешил доесть лапшу, пока та окончательно не остыла. Кира все так же полоскала вилкой еду в бульоне, отрешенно глядя в окно. Был поздний вечер, накрапывал мел кий дождь, капли на стеклах искрились, отражая свет уличных фонарей. Не все соседи из дома напротив разорились на шторы, поэтому иногда можно было подсмотреть за жизнью незнакомых людей. В одной из квартир мерцал телевизор, в то время как пожилой мужчина пылесосил комнату. В другом окне женщина суетилась и бегала от холодильника к плите. Иногда ей за ноги цеплялся малыш, в итоге хозяйка подхватила его на руки и продолжила готовить одной левой. Это были уютные зарисовки обычного быта городских жителей. Кира сглотнула ком в горле – она скучала по маме и их уютному дому. У Кости было чисто и приятно, но все равно для Киры это было чужое пространство, она не питала иллюзий и понимала, что друг терпит ее из вежливости и чувства долга, считая дни до того момента, когда она сможет съехать. Хотя Кира этого и не показала, но слова Кости о том, что она стала виновницей возвращения приступов, сильно ее задели.

– Кость, – Кира отодвинула еду и повернулась к другу, – можно я тебе сделаю расклад?

– Зачем? – Он поднялся из-за стола и начал наводить порядок перед сном.

– Меня это немного угомонит.

– Ну если так, – вздохнул Костя. – Только сперва доешь. Ты целый день голодная.

Но Кира пропустила его замечание мимо ушей. Она слила бульон в раковину, а остатки еды выкинула в мусорное ведро, не обращая внимания на укоризненный взгляд Кости. Зайдя в гостиную, Кира зажгла небольшую лампу, стоявшую на тумбочке, и разложила диван.

– Я что-то не знаю о Таро? Или ты уже передумала и готовишься ко сну? – спросил Костя.

Он прислонился к дверному косяку, не решаясь войти в комнату, и с тревогой смотрел, как Кира перекладывает диванные подушки.

– Я хочу сделать большой расклад. На полу будет неудобно, а твой журнальный столик слишком узкий.

Кира достала из сумки потрепанную колоду карт и похлопала ладонью по дивану, приглашая Костю сесть на краешек. Сама она забралась подальше к стене и уселась, скрестив ноги. Костя недоверчиво опустился на диван, не спуская при этом с Киры напряженного взгляда. Его карие радужки стали совсем черными, и Кира поспешила отвернуться. Она начинала нервничать, когда ее взгляд и чей-то еще пересекались, неважно, чужой ли это был человек или давний знакомый.

– Тебе надо задать вопрос картам. Спроси, как избавиться от приступов.

– А если я хочу узнать другое? Например, когда продавать монеты?

– Нет, – надула губы Кира. – Забыл, что согласился сделать расклад, чтобы немного меня успокоить, а не одолевать вселенную вопросами про динамику и ликвидность? Будь добр, выбирай время для торгов самостоятельно.

Костя слегка опешил от такого ответа, поэтому лишь растерянно кивнул.

– Так, давай, коснись колоды кончиками пальцев и мысленно сформулируй вопрос. – Кира странным образом покрутила колоду и подсунула Косте, пояснив: – У меня авторский способ расклада: что-то я взяла у бабушки, что-то подсмотрела в учебнике, но никто больше тебе такого не сделает.

Парень лишь вздохнул и сделал, как она велела. Кира знала, Костя не верит в эзотерику, и ценила то, что он не спорит и не издевается. Это было даже мило. Пока Кира задумчиво выкладывала карты, Костя снял очки и принялся протирать их краем футболки, попеременно дыша на стекла.

– А ты до сих пор без очков принимаешь грязные кучи снега за бездомных собак? – внезапно вспомнила Кира, продолжая возиться с раскладом. – И меховые шапки за котиков?

– Я больше не рискую ходить по улице без очков. – Уголки губ у Кости слегка приподнялись. – В прошлом году я обнял чужую девушку. И получил от ее парня. Перепутал со своей. Если бы моя задержалась еще минут на пять, дошло бы до преступления на почве ревности.

– Воу-воу! Притормози, – встрепенулась Кира. – Я тебя жалела, а у тебя девушка есть?

– Была.

– И куда делась?

– Мы расстались. Ничего особенного, просто она стала меня раздражать, – предупреждая поток новых вопросов, ответил Костя.

– Эх, какой ты… – Кира не смогла найти подходящих слов.

– Какой? – Костя надел очки и подмигнул Кире.

– Раздражительный!

– Не представляешь насколько.

– Упаси бог! Наверное, она складывала салфетки не под тем углом.

– Так что там с раскладом? – Костя ткнул пальцем в ряды карт, которые Кира подцепляла ногтем.

– Дай подумать. Тут странное. – Кира обхватила колени и уткнулась в них носом, шумно выдыхая. – Ты скрываешь тайну. Какой-то ключ или силу. Но есть и разлад, потеря контроля. Психический срыв и предательство. Луна светит Отшельнику, а Дьявол рядом с Влюбленными. Мистическое знание.

– И?.. – Костя придвинулся к Кире, тоже склонившись над раскладом.

– Сложности с принятием решений.

– А у кого их нет?

– Костя, не перебивай, я думаю. Карты говорят про какой-то дар, – еле слышно прошептала Кира. – Но при чем здесь приступы…

Внезапно лампа мигнула, и свет во всей квартире погас. В этот же момент раздался оглушительный грохот, словно тысячи чьих-то рук и ног забарабанили по стеклам и крыше. Кира завизжала и прижалась к Косте, обхватив его руками за шею.

– Да это дождь, Кир, – проговорил Костя, растерянно похлопывая ее по спине.

Он неловко стиснул девушку на пару секунд в объятиях, а потом мягко отцепил от себя и выглянул в окно:

– Ого! Да это град. Давай вставай поскорее с дивана!

– Зачем? – испуганно пискнула Кира.

– Надо достать одеяло, накрыть твою машину. Побьет же!

– Забудь. Это всего лишь машина. Она под березами стоит. А ты пока добежишь, еще ледыхой по голове получишь.

Кира принялась на ощупь собирать карты с дивана. Ей было стыдно перед Костей за то, что она бросилась к нему, словно девица в беде. Сердце безумно колотилось то ли из-за внезапно разбушевавшейся стихии, то ли оттого, что в объятиях Кости было так удивительно тепло, его грудь оказалась твердой и мускулистой, а от шеи пахло каким-то будоражащим мужским ароматом. Несмотря на то что его ладони касались ее тела от силы пару секунд, кожа буквально горела, до сих пор сохраняя ощущение крепких надежных рук. Захотелось снова прижаться к Косте, обхватить его плечи, пощупать мышцы, провести пальцами по щетине на подбородке, попросить покрепче обнять. Лицо у Киры запылало, она прижала ладони к щекам и попыталась успокоиться.

Раздался щелчок и писк, свет снова вспыхнул. Кира покосилась на парня. Он открыл окно и вы глянул на улицу, присвистнув. Холодный осенний ветер тут же ворвался в комнату, а шум дождя стал еще сильнее. Со двора доносился ор сигнализаций.

– Ничего себе, глянь. – Костя достал ледяные горошины, скопившиеся на сливе окна снаружи, и показал Кире.

Это был привычный Костя с взъерошенными волосами, в белой вытянувшейся домашней футболке, спортивных штанах и дурацких прямоугольных очочках. При свете лампы его сексуальность и мужественная аура куда-то улетучились. «Наверное, мне давно пора завести парня, – подумала Кира, заталкивая карты в коробочку. – А то стоит наступить темноте, как кидаюсь на ближайшего мужика. Тревожный звоночек».

– Так и что мне сказал твой расклад? – Костя все еще рассматривал тающие на ладони градины.

– Честно – не знаю. Наверное, мне пока стоит перестать заниматься Таро. Раньше это успокаивало, но сейчас… – Кира пожала плечами, встала с дивана и аккуратно убрала коробочку с колодой в ящик тумбы.

– Опять тебя бросает в крайности.

Костя сжал в ладони градины, а потом шагнул к Кире и сунул ледышки за шиворот ее футболки.

– Костя! – Кира вжала голову в плечи, одновременно вытягивая и встряхивая футболку.

– Взбодрись! – засмеялся Костя. – И почему ты всегда заправляешь футболку в штаны, как маленькая?

– Это шорты! И мне так удобнее.

– Чтобы спину не застудить?

– Именно так! – Кира подняла с ковра практически растаявшие ледышки и швырнула их в друга, но тот лишь противно захохотал и убежал к себе в спальню, хлопнув дверью, словно за ним кто-то гнался.

– Кто тут еще маленький, – пробормотала себе под нос Кира, снова заправляя футболку.

* * *

Кира похожа на природу. Такая же непредсказуемая, временами беспощадная, а в хорошие дни даже приятная. Как золотое солнце осенним утром. Костя прищурился: солнечные лучи начали бить в глаза. Он ждал Киру, сидя на лавочке возле ее корпуса. Она сказала, что в одиннадцать уже освободится, наплела что-то про отмену пар и дистанционную работу, словно Костя никогда не был второкурсником и не знал, какая обычно нагрузка у студентов. Прогульщица. Но он не стал спорить. К сожалению, навязчивая идея найти Лику никак не хотела покидать Кирину головку, поэтому Костя был вынужден следить, чтобы девушка, возомнившая себя экстрасенсом, ведущим расследование, не попала в беду.

Вчера поздно вечером им позвонил волонтер, курирующий случай исчезновения Лики, и сообщил, что с ними связалась соседка пропавшей девушки и рассказала, что видела, как та несколько дней назад выскочила из подъезда, волоча за собой чемодан на колесиках, а затем села в такси и уехала. Но Киру этот ответ не устроил. До сих пор было неясно, почему квартира осталась незапертой, кот брошенным, а Лика не выходила на связь. Костя допускал мысль, что исчезнувшая девушка могла просто оказаться ненадежным, безответственным человеком, но Кира была уверена, что ее клиентка вляпалась в неприятности.

Минувшей ночью Кира заперлась в гостиной и проводила странный ритуал вызова. Костя благоразумно не вмешивался и не расспрашивал, стараясь держаться как можно дальше от всех этих нездоровых затей. Минут через сорок Кира, даже не постучав, вломилась к нему в комнату, заламывая руки. От нее убийственно несло ядреной смесью благовоний, пахучих трав и вонючего воска, который девушка купила у кого-то с рук и потом до хрипоты спорила с Костей, что это натуральный продукт. Вот только настоящий пчелиный воск должен либо пахнуть медом, либо вообще не иметь аромата. А не смердеть мертвым пасечником.

– Костя, дай мне срочно пять монет из металла белого цвета.

– Духи просят наличку? – Костя постарался не морщить нос, а лишь чуть повернулся к открытому окну.

– Нет! Воск не сработал. Я хочу попробовать ритуал «тысяча восемь воронов». А еще мне нужно черное покрывало. Монеты я утром раздам нищим. Через некоторое время по удивительному стечению обстоятельств пропавший человек должен будет объявиться или же ко мне придет информация о его местонахождении.

– Ты это в интернете вычитала?

– Какая разница! Ты тоже про свою крипту информацию, поди, не в библиотеках ищешь!

– Резонно. – Костя встал из-за стола, подошел к шкафу, вытащил с полки кошелек на замке и сунул его Кире.

– Ой, я и забыла, что ты предпочитаешь без перчаток не прикасаться к наличке, а всем суешь этот кошель, как бабка.

– Деньги проходят через сотни рук, собирая ужасное количество вирусов и бактерий, – привычно пояснил Костя.

Этот аргумент вполне объяснял его странность. Только вот причина, почему Костя не брал купюры и монеты в руки, была совершенно иной. Но он не собирался никому о ней рассказывать, и уж точно не Кире.

– А можно вместо покрывала я возьму твой черный свитер?

Костя безропотно снял вещь с плечиков и протянул девушке. Наспех поблагодарив, Кира унеслась в гостиную. Через какое-то время до Кости долетели вопли: «Мать-ночь, в твоих мирах есть дуб. На дубе сидят тысяча восемь воронов. Пусть они найдут и принесут пропавшую рабу Божию Лику!»

– Какая у нее каша в голове: Бог, мать-ночь и вороны! – Костя прибавил громкость наушников и почесал за ушком Кефирчика, который дремал на столе возле ноутбука. – Надеюсь, она это орет не в открытую форточку. Какой Кира все-таки еще ребенок. А еще обижалась, когда я припомнил ей фею Винкс. Теперь у нее вороны. Хотя, может, она просто странноватая дурочка и с возрастом это не изменится.

Утром, конечно, никакие вороны не принесли ни Лику, ни вести о ней, поэтому Кира загорелась новой идеей – ехать в редакцию журнала «Шум» и там наводить справки. Костя достал из кармана смартфон: Кира задерживалась на пятнадцать минут. Возможно, ее все же успел перехватить препод и заставил идти на пары. Как раз в этот момент дверь распахнулась, и из корпуса выбежал тощий высокий паренек в черной шапочке. Не оборачиваясь, он рванул к воротам прямо по газону, игнорируя дорожки. Костя даже не успел предположить, от чего спасается бедолага, как увидел несущуюся за ним Киру.

– Пацан что-то знает! – крикнула она, заметив Костю, и тут же споткнулась, со всего размаха рухнув на тротуар.

Костя вскочил с лавки и кинулся на помощь подруге, которая уже встала на четвереньки, охая и держась за лицо.

– Кира! – Из здания выбежал Максим и тоже поспешил к девушке.

Костя хотел было удивиться тому, что за Кирой снова увязался ее бывший одноклассник, но и думать про него забыл, увидев, как из-под ладони, которой девушка зажимала нос, струится кровь. Кира сидела на асфальте, поджав ноги, постанывая и бормоча что-то невразумительное. Ее черные джинсы и серое пальтишко испачкались в пыли, а в волосах застрял желтый березовый лист. Костя вытащил из кармана пачку влажных салфеток и протянул Кире.

– Да как же ты так! – Макс присел рядом с ней на корточки и попытался заглянуть в лицо, но Кира отвернулась, злобно толкнула его в грудь и прошипела: «Отвали», немного гнусавя из-за зажатого носа.

Неловко достав салфетку из пачки одной рукой, девушка отняла ладонь от лица, и у нее из носа фонтаном хлынула алая кровь. В глазах у Кости потемнело, он зажмурился, с трудом сдерживая рвотный позыв, и словно во сне медленно побрел обратно к лавочке, чтобы не рухнуть возле Киры. Макс же оказался настойчивым и непробиваемым. Игнорируя Кирины возражения, он забрал у нее салфетки, свернул из них жгутики и заткнул ей нос, а после принялся аккуратно оттирать лицо.

– Небольшие ссадины, но шрамов, надеюсь, не будет. Покажи ладони! Да что ты вредничаешь! – По щекам у Киры текли слезы, а лицо при этом было невероятно злым. – И ладони все ободрала, наверное, на руки оперлась, когда падала. Как ты так, на ровном месте!

Костя наконец смог нормально дышать, не испытывая при этом тошноту и головокружение. Он поднялся и снова подошел к Кире:

– У нее в машине есть аптечка. Дальше мы сами.

Костя оттер Максима в сторону и помог Кире подняться на ноги. Макс предпринял робкую попытку отряхнуть ей пальто, но Костя подхватил Киру на руки и пошел в сторону стоянки. Его все еще слегка мутило, но он не хотел выглядеть в глазах Киры слабаком и потому старался держаться уверенно и спокойно. Устроив всхлипывающую девушку на переднем сиденье, Костя вытащил аптечку и повернулся к девушке:

– Послушай, что это вообще была за беготня? Одного ты преследуешь, другой – тебя. И что, кроме ладоней и лица, у тебя еще болит? Коленки? Шея?

Кира выругалась сквозь зубы, рассматривая свое лицо в автомобильное зеркало и вытряхивая мусор из волос. Костя вытащил антибактериальные салфетки и осторожно начал протирать Кирины ладони. При ближайшем рассмотрении раны оказались совсем не страшными. Кровь перестала хлестать из носа, и теперь девушка больше не походила на умирающую. Но сердце у Кости все еще заходилось в бешеном ритме. Видеть Киру в крови было тяжело, он никак не ожидал, что эта картина едва не доведет его до обморока.

– Ладно, поехали домой, какой уж теперь журнал. – Костя захлопнул аптечку и сел на пассажирское сиденье, пристегиваясь.

Кира задумчиво расчесывала волосы, отчего они лишь наэлектризовывались и топорщились в разные стороны, никак не придавая своей хозяйке более опрятный вид.

– Этот парнишка выспрашивал про Лику. А когда я задала ему вопрос, мол, откуда он ее знает, подозрительно бросился наутек. Я за ним. По пути наткнулась на Макса, и он зачем-то побежал за мной. Наверное, у этого барана взыграл стадный инстинкт. Все понеслись, и он следом. Как обычно.

– За что ты его так не любишь?

– А почему я должна любить такого деграданта? – Кира с досадой швырнула расческу в бардачок.

– Полагаю, ты снова крутилась у аудитории, где проходили пары у Ликиной группы, и наткнулась на этого пацана? Ты вообще учишься или только расследуешь воображаемые преступления? – возмутился Костя, все еще пытаясь успокоиться.

– Ой, не душни. Мы все равно поедем в «Шум», как собирались. Мое расквашенное лицо станет нам отличным пропуском. Совру, что меня избили и я срочно должна дать об этом интервью.

– Полагаешь, у журналистов нет чувства самосохранения? Одна пропала, другую избили. Да они с нами и говорить не захотят.

– Увидим.

Кира завела машину. Проезжая мимо Макса, который шел в сторону метро, она сделала неприличный жест, правда так, чтобы тот не смог его увидеть.

Офис журнала «Шум» найти оказалось довольно сложно. Судя по карте, он находился в длинном панельном доме, напоминавшем китайскую стену. Одни подъезды вели в жилые квартиры, а другие – в аптеки, магазинчики, нотариальные конторы и прочие разномастные заведения, поскольку часть помещений на первом этаже была отдана под офисы и торговые точки. В «Шум» удалось попасть далеко не с первой попытки, и то по чистой случайности, ведь никакой таблички с названием журнала на дверях не было. Но Костя сразу понял, что они пришли в нужное место, заметив у входа металлические стойки с аккуратно расставленными журналами. В остальном офис выглядел совершенно непримечательно – несколько столов, стоявших впритык друг к другу, из-под которых тянулись длинные провода к сетевым фильтрам, небрежно валявшимся на полу. Большая часть рабочих мест пустовала, лишь за дальним столом сидел парень в огромных наушниках, да еще симпатичная блондинка увлеченно что-то набирала в своем смартфоне, прислонившись к принтеру.

– Извините, с кем мы можем поговорить насчет интервью? – вежливо поинтересовался Костя.

При этом он пытался не дать урагану по имени Кира ворваться в офис, блокируя ее, подобно опытному баскетболисту.

– Коммерческое или редакционное? – не поднимая глаз на вошедших, спросила блондинка.

– Кто из вас работал с Ликой Макеевой? – Кире удалось высунуться из-за Костиной спины, несмотря на все его попытки ее заслонить.

Сотрудница «Шума» наконец оторвалась от экрана и в немом изумлении уставилась на Киру.

– Дело очень срочное и в ваших интересах! – Кира, шмыгая, потерла ободранный нос.

– Жень, ты знаешь Лику Макееву? – Блондинка резко повернулась к коллеге, одновременно сдирая у него с головы наушники.

Костя вздрогнул, даже Кира обращалась с людьми повежливее. Но Женя, впрочем, совсем не удивился, отрешенно моргнул и почесал голову.

– Лику Макееву? – повторила вопрос девица.

– Да нет вроде бы. А что случилось?

– Спрашивают. – И блондинка махнула рукой в сторону Киры и Кости.

– Она должна была дать интервью про вебкам, – выпалила Кира, не замечая взгляда, который на нее бросил Костя.

– А… – Женя наконец на них сфокусировался, словно с трудом возвращаясь в реальность. – Пойдемте.

Он встал из-за стола и повел их в соседнее помещение, напоминающее маленький конференц-зал: круглый стол, несколько стульев и доска для презентаций.

– Без лишних ушей, – пояснил Женя, притворяя дверь. – Садитесь. Так и что конкретно вы хотели?

– Лика предложила и мне ответить на вопросы, поскольку стеснялась одна. Я же тоже из этих, – многозначительно дернула бровями Кира, – моделей. Дала ваш адрес. Говорит, вы собираете материал. Я бы и раньше пришла, но все времени не было, а тут мне стали угрожать в социальных сетях какие-то анонимы. Мол, разошлем скрины стримов всем твоим друзьям. Я сначала сомневалась. А теперь, когда Лика пропала, решилась. Тем более мои друзья и так все знают, мне нечего терять. – Закончив врать, Кира от души хлопнула Костю по коленке, отчего тот едва не свалился со стула, на котором нервно покачивался.

– Вам тоже, значит, угрожали. – Женя сел возле Киры и окинул ее внимательным взглядом. – А избил вас кто?

– Упала, когда гналась за одним засранцем. Не имеет отношения к делу, – беспечно отмахнулась Кира. – Я хочу вывести на чистую воду уродов, которые не дают девушкам спокойно жить. Предостеречь и поддержать других моделей. Лика пыталась мне что-то важное рассказать, но на встречу так и не приехала. И дома ее нет. Может, вы что-то знаете?

– Значит, Лика пропала? – Женя озадаченно потер переносицу.

– Соседи видели, как она уехала на такси с чемоданом, но на сообщения не отвечает, трубку не берет. – Кира еще раз шмыгнула носом.

– Ну что я могу вам рассказать? – Женя покосился на Костю. – Некоторое время назад я ре шил сделать материал про вебкам-бизнес. Это сейчас очень болезненная тема для общества. Наши девочки блокируют возможность просмотра их страниц из русскоязычных стран, но VPN легко решает эту задачу. Деанонить модель значительно сложнее, но все равно есть способы вычислить ее личность и узнать информацию. Начинающие девчонки часто совершают ряд грубых ошибок, надеясь заработать побольше денег, и попадают в неприятности. Обычно они не скрывают личные данные в социальных сетях, а поиск по фотографии приводит прямиком к ним на страницу. И тут их начинают шантажировать, требуя денег, грозят скинуть скрины родителям, парню, друзьям. Часто этим промышляют администраторы самих же вебкам-студий. Это только в рекламе работа моделью в видеочате выглядит сказочно и привлекательно. В реальности же смены там по двенадцать часов и более. Бывает, девушки сутками проводят у камеры, за любую провинность им вменяют огромные штрафы. Захочешь уйти и работать на себя – иди, но администратор студии может «случайно» слить данные в сеть. Да, не все такие. Но большинство с низкими моральными принципами.

– Да-да, они такие, – поддакнула Кира.

– С Ликой я познакомился на одном из сайтов. Написал в чат, завязался разговор. Наверное, я был одним из немногих, кто хотел с ней побеседовать, а не требовал эротического шоу в привате. Я сразу сказал, что собираю информацию. Сначала Лика со мной шутила, просила купить игрушку, которая вибрирует, когда поступают монеты, ну, знаешь… – Он посмотрел на Киру, и та усердно закивала.

Костя снял очки, убрал в карман куртки и зажмурился, устало потирая веки. Он мечтал развидеть этот цирк. Но, будто издеваясь, перед его внутренним взором тут же вспыхнули игривые образы Киры-вебкамщицы – один другого хлеще. Костя вытаращил глаза и судорожно выдохнул. Тем временем журналист продолжал свой рассказ:

– А потом согласилась все рассказать. Причина, почему она на это решилась, – травля со стороны окружающих. Она не прислала денег шантажистам, и все ее подписчики в соцсетях получили пикантные фото. Лика пыталась врать, что это фотошоп и подстава, но поверили единицы. Последний раз, когда мы созванивались, она горько плакала. Просила выпустить статью поскорее, чтобы как можно меньше девчонок велись на легкие деньги и знали, что это ад. Наверное, поэтому Лика и уехала. И я даже рад. – Женя печально улыбнулся. – Признаться, в какой-то момент я даже начал бояться, что она покончит с собой. Это нелегко, когда тебя смешивают с грязью. Вебкам, конечно, не проституция и даже не совсем порно, но общественное порицание и уголовная ответственность за это – меньшие из зол. Как по мне, страшнее всего одержимые извращенцы и маньяки. Лика жаловалась на сталкера, который ходил за ней по пятам, но стоило ей самой попытаться с ним заговорить – убегал. Я тут нашел еще один любопытный сайт, погодите, принесу ноут. – Женя вышел из кабинета.

– Все по плану, – прошептала Кира, снимая пальто и вешая на спинку стула.

– А разве у нас был план? – прищурившись, прошептал Костя, склоняясь к самому ее лицу и делая страшные глаза.

– Конечно, – еще тише проговорила Кира, ткнув кулачком в Костину ногу. – Вызнать все про Лику.

– Это не план, а цель. И хватит хватать меня за коленки!

– Хочу и хватаю! Жалко тебе, что ли? Я же развратница! – Кира похотливо улыбнулась, а потом привстала и сделала Косте «лошадь Пржевальского», со всей дури ухватив его за ляжку.

Костя взбрыкнул, как дикий конь, запрокинув голову и подавив вскрик. Кира как ни в чем не бывало уселась обратно на стул.

– Дура, а если бы журналист зашел? – Костя потирал ногу, все еще глядя в потолок. – Устроила школьные игрища.

– А хочешь крапивку?

– Уймись!

Кира собиралась еще что-то сказать, но тут вернулся Женя.

– Вот сайт. – Он поставил на стол ноут и развернул его к друзьям. – Предоставляет услуги поиска модели по фото и нику. Естественно, за деньги. Обещают дать домашний адрес, рабочий, номер телефона и краткую справку о семье, увлечениях. Даже если модель не имеет страниц в социальных сетях или давно их удалила. Возможно, поэтому Лика и скрывается.

– Ого, – только и сумела вымолвить Кира.

– Ну а вы готовы рассказать мне свою историю? – повернулся к ней Женя.

– Вы сейчас меня слегка напугали. То есть мой одержимый кореец может заявиться ко мне на порог в любую минуту? – Кира нервно сжала пальцы в замок.

– Ну, чисто теоретически да. Мемберы иногда влюбляются в моделей и начинают считать, что это их судьба. А вы давно с ним общаетесь? У вас много постоянных клиентов?

– Безумно много… – Кира забарабанила пальцами по столу. – И что же делать? Оказывается, модели так уязвимы. Работа тяжелая, опасная. А вы можете предложить в своей статье, ну, не знаю, легализовать студии, создать профсоюз, защиту персональных данных?

– Я и хочу привлечь внимание общественности. То, что Лика была вынуждена сбежать из города, – отличный финал, – заметил Женя и тут же поспешно добавил: – С точки зрения интервью, конечно.

– Так, давайте обменяемся контактами, и я вам накидаю голосовые сообщения про свой путь в вебкам. – Кира вытащила из рюкзака блокнот с ручкой и сунула мужчине. – Я не могу так сразу излить душу. Мне надо время. Думала, смогу, но нет.

– Вот мой. А это бесплатный телефон психологической поддержки и помощи в трудных ситуациях, я хотел его дать Лике, но не успел. – Женя накорябал цифры на листке. – И берегите себя. Я рад, что у вас есть понимающий друг.

Кира и Костя попрощались с Женей и вышли из редакции.

– Ну почему?! – едва сев в машину, воскликнула Кира. – Почему Лика не сказала мне открыто, что ее травят и преследуют? Я бы ей помогла!

– В таком бывает непросто признаться, да и ты не была ее близкой подругой, просто гадала иногда за деньги, – вздохнул Костя. – Что ж, мы нашли причину, почему она сбежала.

– Вероятную причину. Но остались две «К»! Кот и ключи! Почему квартира открыта, а ее питомец брошен?

– Господи, я уже готов заплатить денег на том сайте, чтобы нам нашли новый адрес Лики и ее телефон, ты бы с ней созвонилась и успокоилась.

– А это отличная идея.

– И что за история с влюбленным в тебя корейцем?

– Да просто мечты! – махнула ладошкой Кира. – Я тут фантазировала, как мой любимый актер заметит на своей странице мои комменты и лайки и возжелает меня найти. Представь, мы сейчас приезжаем к тебе домой, а он на пороге сидит, с цветами.

– Боже упаси! – взмолился Костя.

– Ревнуешь? – Кира чуть склонила голову набок и улыбнулась уголком рта.

– Нормальный человек просто написал бы в комментариях. А то, что ты описываешь, не романтика, а пугающее преследование.

– А я была бы не прочь стать жертвой преследования Ли Дон Ука или Джу Вона, знаешь ли. А ты бы хотел, чтобы за тобой бегала безумно влюбленная кинозвезда?

– Нет, – отрезал Костя. – Еще одну безумную я не выдержу.

– Если ты намекаешь на меня, то я в тебя не влюблена. На кой мне такой утомительный парень, у которого даже носки и трусы свернуты аккуратными рулончиками и выложены рядами по цветам?

– Что ты забыла в моем шкафу?! – Похоже, Костя и правда был шокирован.

– Ну, ты же сам вчера мне свитер доставал, я заметила.

– Наблюдательная, когда не надо, – процедил Костя.

Но Кира лишь широко улыбнулась, тут же скривившись от боли, и потянулась рукой к ссадинам на лице.

– Какая я теперь уродина с этими царапинами. – Кира бросила взгляд в зеркало заднего вида и огорченно поджала губы. – Будто ожога на руке мне было мало.

– Ой, да перестань! Ну подумаешь, ссадины. Тебя не портят. Главное, не забудь дома умыться и все обработать. Я дам тебе антибактериальный порошок, – пообещал Костя, слегка удивившись.

Почему-то ему всегда казалось, что Кире плевать, как она выглядит. Природа щедро одарила ее естественной красотой: нежной атласной кожей, блестящими каштановыми волосами, черными пушистыми ресницами, пухлыми розовыми губами и аккуратным носиком, и потому девушка редко пользовалась косметикой. Наблюдая сегодня утром, как Кира наводит марафет, Костя стал подозревать, что она и вовсе не умеет краситься – уж слишком неловко подруга орудовала щеточкой для туши, открыв рот от усердия. Его бывшая девушка наносила косметику легко и непринужденно и выглядела при этом естественно. А Кира вела себя так, словно впервые тайком стащила косметичку у старшей сестры. Хотя это же Кира. Обычные для девчонок вещи вроде макияжа или милого, адекватного поведения давались ей нелегко. А вот всякие странные поступки – разыграть роль заядлой вебкамщицы, заживо похоронить себя или вломиться к кому-то в квартиру и утащить оттуда кота, а потом творить колдовские ритуалы по инструкции из интернета – Кира совершала с пугающей легкостью и невероятным обаянием. Костя усмехнулся, подложил под голову забавную желтую утку и закрыл глаза. Ему очень хотелось сказать Кире что-то приятное, чтобы поднять настроение, но он побоялся, что она не поверит в его искренность и обидится. Последние дни Кира часто дулась на него по пустякам, и это даже расстраивало, ведь Костя не хотел нарочно ее огорчать.

Глава 6

Конечно, никакой кореец с букетом у входа их не ждал. А вот коты радостно голосили и терлись о ноги, мешая раздеваться. Костя помог Кире снять пальто и мысленно взмолился, чтобы история с поиском Лики больше их не коснулась. Но этому не суждено было сбыться.

Костя привык к тишине по ночам, которую разбавлял лишь ровный гул увлажнителя воздуха. Но последнее время его сон то и дело нарушали коты: они беспричинно орали, бегали, скреблись в лотках или задумчиво ходили по Косте туда-сюда своими когтистыми лапами. И в этот раз стоило ему только уснуть, как странный шум прогнал сновидение. Открыв глаза, Костя попытался понять, что происходит: звук был такой, словно кто-то комкает газету, а потом с жалобным скрипом возит ею по стеклу. И лишь спустя некоторое время до него дошло – это плакала Кира. Костю прошиб холодный пот. Человеческие чувства были для него не то чтобы темным лесом, а неизведанной, пугающей бездной, куда лучше не соваться. Он был из тех людей, которые, пытаясь утешить, лишь делают хуже.

Кирина мама как-то сказала ему: «Кость, если человеку рядом плохо, не стоит подвергать критическому анализу его поступки и жизнь. Просто будь рядом. Сделай чай. Подержи за руку. Но, умоляю, лучше молчи». Костя уже не помнил, в связи с чем произошел этот разговор. Вроде бы у них тогда умер кот, а Костя подозревал, что причиной тому стал неправильный уход. Бедолагу кормили всем подряд без разбора. Или это было после того, как Кирину маму уволили с работы… Воспоминания в его голове любили перемешиваться, поглощая друг друга. Но совет «быть рядом, но молчать» Костя усвоил и иногда им пользовался. Оказалось, так гораздо проще, нежели пытаться подобрать нужные слова, успокоить, не обидеть, дать надежду, но и не соврать. Его отец частенько говорил, что любит честных людей. А для Кости до сих пор было важно соответствовать тем нравственным качествам, которые ему прививал папа. Хотя порой это было очень сложно.

Костя не спеша встал с кровати и заглянул на кухню, чтобы налить в стакан воды и взять бумажные полотенца. Всхлипывания в гостиной стали чуть тише, видимо, Кира услышала, что он не спит. Закинув на плечо Лжетьму для поддержки – кот очень любил устраиваться вокруг его шеи, как шарф, – парень постучал в дверь Кириной комнаты:

– Я услышал, ты плачешь. Все хорошо?

Участливый Кефирчик тоже всполошился и принялся суетиться вокруг Кости, мяукая на одной ноте.

– Кир, коты орут под дверью, к тебе хотят. Можно нам войти?

– Входите, – раздался приглушенный голос.

В комнате было темно, лишь тусклый свет уличного фонаря пробивался сквозь шторы, но его было недостаточно, чтобы рассмотреть лежавшую на диване Киру. Она замоталась в плед и устроилась у самой стены, напоминая круассанчик. Костя даже удивился сравнению, которое всплыло у него в голове.

– И почему ты рыдаешь? – снова спросил Костя, ставя на журнальный столик воду и бумажные полотенца. – Пожар, Лика, противный одноклассник, ссадины на лице?

– Из-за всего помаленьку, но в основном из-за Лики, – пробормотала Кира, сжимаясь в жалкий комочек.

Костя снял с плеча Лжетьму и положил возле Киры, а Кефирчик сам запрыгнул ей в ноги и принялся мурлыкать.

– Я принес воду и салфетки, слезы утирать, – проговорил он, поглаживая Лжетьму, чтобы тот уже улегся и перестал ходить по пледу Киры.

– Ага, – вяло отозвалась девушка, даже не повернув в его сторону голову.

– А завтра куплю тебе магний, он помогает справиться со стрессом.

– Спасибо.

Костя растерянно обвел взглядом комнату и покачался с пятки на носок. Внутренний голос твердил ему, что вода, салфетки и коты – это, конечно, хорошо, но плачущая Кира явно заслуживает большего. «Прояви хоть каплю человеческой теплоты, чурбан», – мысленно приказал он самому себе и осторожно сел на краешек дивана. Кира даже не шелохнулась. Медленно-медленно, словно опасаясь обжечься, Костя потянулся к Кире и тихонько похлопал ее по голове. «Теперь достаточно? Уже можно идти обратно спать?» – спросил он у совестливой части своей личности, отвечающей за коммуникацию с внешним миром, но та лишь презрительно хмыкнула: «Слабак». Но даже этого робкого прикосновения хватило, чтобы Киру прорвало потоком слез и бессвязных бормотаний о том, какая Лика, должно быть, была одинокая и что теперь она, вероятно, в большой беде.

– Ты только представь, – плечи Киры содрогались, – насколько она была напугана и подавлена, раз ушла из дома, даже не заперев дверь и оставив кота одного.

– И почему не взяла ноутбук? Его же всегда можно обнулить и продать. – Костя продолжал машинально похлопывать Киру по голове.

– Ты предсказуемо беспокоишься о всяких железяках, но не о людях. – Кира перехватила его руку, сжав пальцы. – Это говорит лишь о том, что она уезжала в большой спешке. Наверное, тот парень, который искал ее в универе, и есть странный сталкер.

– Сопляк, которого ты до смерти напугала своим преследованием?

– Интернет переполнен историями о малолетних психопатах. И не такой уж он маленький. Гораздо выше меня. Первокурсник, наверное.

– Сталкер против сталкера, – усмехнулся Костя, все еще сжимая ледяные пальчики Киры. – И почему у тебя такие холодные руки?

– Не знаю. И ступни тоже. – Кира высунула из-под пледа босую ногу и ткнула ею в Костю.

– Принести мое одеяло? То, что побывало в могиле, я отнес в химчистку, но еще не забрал.

– Не надо, – всхлипнула Кира, безуспешно сдерживая поток новых рыданий.

Костя собирался уйти, даже чуть привстал с дивана, но потом, словно в заколдованном сне, подоткнул вокруг Киры плед и лег рядом, аккуратно прижимая к себе этот кокон.

– Я мало что помню из детства, – прошептал он, поглаживая Киру по плечу, – но, когда мне снились кошмары, мама всегда плотно заворачивала меня в теплое одеялко и лежала рядом, пока я не усну. Советы твоей мамы не сработали, поэтому я решил успокоить тебя другим способом.

– Рациональный Костя перебирает и опробует алгоритмы. – Кира уткнулась носом ему в плечо. – И это работает, спасибо.

Костя промолчал, побоявшись ляпнуть что-то не то. Коты уютно устроились у них в ногах. Неподалеку от Костиного дома проходили железнодорожные пути, и стук колес несущихся сквозь ночь поездов убаюкивал. Кира всхлипывала все реже. Костя собирался уйти, как только она уснет, но первым провалился в сон и обнимал Киру до самого утра, а та боялась лишний раз пошевелиться, с удивлением открыв для себя эту новую сторону друга. Рядом с ним было по-домашнему уютно, а все проблемы казались решаемыми.

Кира проснулась первой. На ее талии все еще лежала тяжелая рука Кости, а сам он спал на животе, щекой примостившись на краешек ее подушки. Так вышло, что это был первый раз, когда Кира спала в одной постели с мужчиной, и она просто не знала, что надо в этом случае делать.

«А что, если я ему нравлюсь как девушка? – размышляла она. – Но это же Костя. Он всегда смотрит на меня с таким видом, как глядят на упавший бутерброд, запачкавший джемом дорогущий ковер. В то же время Костя всегда рядом и помогает мне. Хотя так ему велела мама, а он ее очень уважает».

Кира повернула голову и легонько подула Косте на волосы. Он слегка поморщился, но не проснулся. Сердце Киры наполнило щемящее чувство, похожее на смесь тоски и желания.

Хотела бы она, чтобы друг детства стал ее парнем? Бывает ли Костя нежным и романтичным? Приятны ли ей его ласки и касания? Вдруг он сейчас откроет глаза и улыбнется ей сонной улыбкой, а потом притянет к себе и крепко-крепко обнимет? Или, наоборот, нахмурит брови и спросит, который час, а потом сразу начнет собираться в универ как ни в чем не бывало? Кира прислушалась к себе и поняла, что второй вариант развития событий ей нравится гораздо меньше. «А если его поцеловать? – Кира перевела взгляд на Костины губы – они были красивыми, хотя и немного потрескались из-за осеннего холода. – Целовать? Да нет, это совсем бред. Еще прогонит ее из квартиры, расскажет маме, что она извращенка, которая пристает к спящим. Да и зубы не чищены». Кира тихонько встала с кровати и на цыпочках пошла в ванную, Костя даже не шелохнулся. Неудивительно, ведь стрелки на часах едва доползли до пяти утра.

Обычно Кира любила поспать подольше, но сегодня сон совершенно не шел. Она взглянула на себя в зеркало – опухшие, покрасневшие от слез веки едва можно было разлепить, а волосы напоминали старую щетку, которой мама любила сметать листья на даче. Хорошо, что Костя не видел ее такой. Кира залезла в ванну и еще некоторое время пыталась представить Костю в образе своего парня. Но получалось довольно уныло: вот он гундит, что картошка в супе слишком крупно порезана, или дарит ей таблетницу с магнием и витаминами. И это двадцатилетний парень! Нет, если бы они начали встречаться, то скорее напоминали бы давно женатую пару, где супруги порядком друг другу надоели, но уж никак не юных влюбленных. Конечно, их роднили общие детские воспоминания и дружеская привязанность, но точно не романтическое влечение. Хотя, когда Костя был рядом, почему-то хотелось невзначай касаться его тела, болтать о всякой ерунде, да и засыпать в обнимку было тепло и приятно. Кира решила дать себе немного времени, чтобы разобраться в чувствах, которые для нее были в новинку. Она никогда еще не влюблялась всерьез, разве что в киногероев и персонажей книг, но это не шло ни в какое сравнение с реальностью.

Приведя себя в порядок, Кира вышла из ванной. Костя уже проснулся и готовил завтрак: заваривал кофе и жарил свою дежурную яичницу. Почему-то ничего другого он по утрам не готовил: только разные вариации блюд из яиц. Кира просмотрела расписание пар на сегодня и скривилась: снова бассейн. Она уже получила несколько двоек за прогулы. Но их бассейном, к сожалению, пользовались не только студенты, но и другие жители города, а толкотня голых незнакомых женщин в раздевалке наводила на Киру страх похлеще, чем просмотр ужастиков.

– Доброе утречко! – сказала Кира, присаживаясь за стол.

– Доброе! – Костя поставил перед ней чашку и тарелку. – Как сегодня настроение?

– Уже получше. Хотя… Можно я возьму с собой в бассейн твой фен?

Парень ничего не ответил, он листал какое-то длинное сообщение в мессенджере и хмурился.

– Ты меня слушаешь? Я возьму фен? – повторила Кира. – Конечно, там есть казенные, но ими пользуются все подряд. Последний раз я видела, как женщина сушила им… ну, ты понимаешь?

– Что можно сушить феном, кроме волос? – спросил Костя, продолжая читать сообщения.

– Так она и сушила волосы, но не на голове, а… там!

– Где там?

Кира замялась, она никак не могла понять – Костя издевается или просто тупит?

– Вокруг пещеры чудес.

Костя воззрился на Киру:

– Вот теперь мне правда стало интересно, что именно ты под эти подразумеваешь.

– А есть варианты? – разозлилась Кира.

– Ох, ладно, забудем. Просто мне было интересно наблюдать, как ты пучишь глаза и пытаешься подобрать безумные синонимы. Бери фен и суши у себя все что хочешь, не стесняйся. Мой фен не из болтливых.

Легкая улыбка скользнула по его губам, но через секунду Костя снова с серьезным видом продолжил набирать кому-то сообщение.

– Да ты в своем уме? Я же не про себя рассказывала, а про то, почему брезгую пользоваться общим феном!

Костя не стал ничего отвечать, а продолжил завтракать, залипнув в телефоне. Кира тоже решила проверить социальные сети. Открыв свою страничку, она издала странный звук – что-то среднее между мышиным писком и пожарной сигнализацией.

– Лика нашлась? – встрепенулся Костя.

– Нет, но глянь, я поверить не могу, мне написал Джу Вон прямо в личку, как ты и говорил. Вот, читай: «Hello my superfan! Thank you for supporting me!»

– Странные дела. Проверь страницу, наверное, это фейк.

– Вот, листай дальше, он пишет, что его официальную страницу ведет администратор, а на этой он общается сам с преданными фанатами, которые регулярно лайкают и комментят.

– Мошенники, – пробормотал Костя, жуя хлеб.

– Ты никогда не веришь в чудо. – Кира пренебрежительно отмахнулась и быстро набрала мамин номер: – Привет, мам! Срочно нужна твоя помощь, я тебе сейчас скину текст, попроси своего мужа перевести на корейский. Он же хорошо по-русски читает. Не, не для сайта знакомств. Представь, мне в личку написал известный актер, поблагодарил за поддержку. – Кира замолчала. Ее счастливая улыбка стремительно таяла по мере того, как мама что-то говорила в трубку. – Спасибо, мам, я поняла. Еще одна мечта разбита вдребезги. Да я и не грущу. И тебе хорошего дня.

– Я был прав? – Костя наконец-то отложил телефон и вопросительно посмотрел на Киру, словно ожидая похвалы.

– Прав. Мама говорит, что это частая схема. Потом мошенник заманивает в отдельный чат, там врет, что выслал тебе подарки, и просит оплатить почтовые расходы на специальном сайте. Деньги спишут, а подарков не будет. Какой ужасный развод. Хуже только тот, что используют рестораны в Корее.

– А там что?

– Звезда приглашает тебя на тайное свидание, просит заказать в меню дорогие позиции заранее и ждать. А потом в последний момент отменяет встречу. И ты сидишь, давишься слезами пополам с дорогущим тунцом, на который истратил последние деньги.

– В коварном мире трудно живется доверчивым дурехам, – усмехнулся Костя, поражаясь людской наивности.

– К сожалению. – Кира отхлебнула кофе и придвинулась к другу. – Но скажи мне, Константин, неужели тебе не уныло жить по плану и никогда не совершать безумств?

– Я не живу по плану. Просто у меня есть голова на плечах, и я не могу себе позволить влипнуть в безумную авантюру, поскольку знаю, что никто не прибежит спасать мою задницу, бросив все свои дела.

– На меня намекаешь? – подозрительно прищурилась Кира.

– Именно. Ладно, я пойду. Планировал успеть заскочить перед парами на кафедру.

Кира хотела поблагодарить Костю за то, что он не оставил ее одну прошлой ночью и трогательно утешал, но язык словно прилип к нёбу, и она никак не могла подобрать нужных слов. А друг вел себя как ни в чем не бывало. Этого-то она и боялась. Выходит, для него прошлая ночь не стала особенной. Костя не смущался, не терзался переживаниями и не имел никаких романтических планов на ее счет.

Всю дорогу до универа Кира прокручивала в голове варианты разговора с Костей, но ни один не годился. Из-за грустных мыслей она чуть не опоздала на пару и вбежала в аудиторию за минуту до преподавателя. Темой сегодняшнего семинара снова были проективные методики. Нужно было нарисовать дерево, а потом обменяться рисунками с соседом и интерпретировать его вариант. Кира села рядом с Верой, которая недовольно скривилась.

– Только в этот раз выполняй задание нормально, – прошептала она, косясь на Киру.

– Я всегда стараюсь, – удивленно ответила Кира, слюнявя черный карандаш.

– Прошлый раз, когда надо было нарисовать счастливое животное и рассказать о нем, ты нарисовала таракана и подписала, что он счастлив, потому что пережил ядерный удар.

– И что?

– И как мне надо было интерпретировать этот бред? А листы, где ты должна была изобразить злое, несчастное и несуществующее животное, и вовсе остались пустыми.

– Злое съело несчастное и лопнуло. А несуществующее было невидимкой, – пожала плечами Кира, выводя маленький кривой ствол.

– Ты ведь в курсе, что по этим животным потом надо было составить психологический портрет человека, то есть тебя?

– Девочки, хватит болтать! – сделала замечание преподаватель, и Вера была вынуждена замолчать.

Кира тем временем закончила штриховать маленькое чахлое деревце, которое гнуло ветром. Все-таки здорово учиться на психолога – сидишь, рисуешь, а потом умничаешь. В то время как Костя решает свои унылые задачи и учит формулы. Кира хотела нарисовать зловещий колдовской лес, где скрюченные черные деревья тянут ветви к луне. Но по правилам дерево должно быть только одно. «Интересно, какое животное нарисовал бы Костя? И чем так не устроил Веру мой таракан?» – думала Кира, поглядывая на стройную березу соседки. Когда пришел черед обменяться листками, им раздали расшифровку значений. У Киры мигом испортилось настроение, и она даже позавидовала студентам-математикам. Негативное отношение к прошлому, низкая самооценка, повышенная тревожность, потеря сил и возможностей, боязнь быть покинутым – и это лишь малый список значений, который ей радостно приписала Вера. Кира вздохнула; хорошо, что она сдержалась и не нарисовала целый лес таких уродцев. Можно было подумать, что Вера ее просто невзлюбила, но, как бы соседка по парте к ней ни относилась, она лишь соотнесла элементы рисунка с трактовкой, которую им выдала преподаватель. И с этим было трудно поспорить.

Выходя из аудитории, Кира столкнулась с Максом.

– Ты что, меня преследуешь? – вспылила она и постаралась ловко проскользнуть мимо, но Макс ухватил ее за капюшон толстовки.

– Постой, я нашел того парня, за которым ты вчера гналась.

Кира не хотела иметь никаких дел с Максимом, но он, кажется, вычислил сталкера Лики.

– Говори.

Но Макс лишь загадочно прижал палец к губам, взял Киру под руку и отвел к окну. Усевшись на широкий подоконник, он притянул девушку к себе.

– А ты можешь меня не хватать своими щупальцами? Почему такое ощущение, что у тебя не две руки, а восемь и все противно извиваются вокруг меня? – пробормотала Кира, выпутываясь из хватки Макса.

– Мышонок, ты не изменилась. Такая же колючка. Да не сутулься, больше не трогаю! – Он демонстративно убрал руки за спину. – А вот я стал лучше. Многое осознал. И хочу тебе помочь найти ту девчонку.

– Допустим, я верю. Выкладывай все.

– Ты хотела поговорить с тем парнишкой, я прав? – Максим протянул руку, чтобы ущипнуть Киру за щеку, но, встретившись с ней взглядом, передумал.

– Ну да, – злобно ответила Кира.

– Я и сам пытался. Вся загвоздка в том, что его сложно поймать. Ты и сама пострадала. Я знаю место, откуда он не убежит. Ты можешь его легко припереть к стенке и попытать вопросами. Только есть одна сложность, – улыбнулся Максим, игнорируя неприкрытую враждебность Киры.

– Слушаю, – процедила она, глядя исподлобья.

– Я придумал хитрый план. – Макс склонился к Кириному уху и жарко зашептал свою идею.

«Костя точно не одобрит», – подумала Кира, но соблазн поймать сталкера был слишком велик.

Глава 7

План Максима был не хитрый, а безумный. Кира совершенно не могла себе объяснить, почему она ему доверилась. «Недаром мой Аркан судьбы Дурак, эксцентричный доверчивый шут, слепо верящий в судьбу и удачу».

– Макс, ты какого числа родился? – спросила Кира, поднимаясь следом за ним по ступеням.

– Первого января, мамин подарок, – взглянул он через плечо, улыбнувшись.

– Маг и тоже Трикстер, – чуть слышно произнесла Кира. – Зато Костя у нас мудрый Отшельник, спит и видит, когда я наконец съеду. Или нет?

– Зачем интересуешься?

– Просто так.

Тем временем Максим достал из кармана ключи и отпер дверь.

– Моя младшая сестра приболела и пока живет у бабушки, она у нас врач на пенсии, родители на работе. – Он скинул кроссовки и поманил Киру: – Заходи, не стесняйся.

Кира прошла в небольшой уютный коридор, где вдоль стены было выставлено огромное количество женской обуви: туфель, ботинок, сапог, кроссовок. Проследив за ее взглядом, Максим смущенно пояснил:

– Мама с сестрой любят обувь. Ты давай разувайся и проходи в гостиную, я сейчас.

Кира зашла в указанную комнату и присела на краешек огромного дивана, занимавшего половину помещения. Кроме него здесь были лишь телевизор на стене, тумба с приставкой да небольшие книжные полки, забитые классической литературой и заставленные рамочками с семейными фотографиями. Кира сильно разнервничалась, она чувствовала, как оглушительно стучит сердце, эхом отдаваясь в ушах. Во рту пересохло. Побывать дома у одноклассника было для нее сродни кошмарному сну, в каждом движении и слове Максима ей чудился подвох. Но в то же время очень хотелось верить, что он повзрослел и изменился. Не может же она до старости бояться бывших одноклассников? Тем более что Максим вел себя доброжелательно, его квартира была милой и уютной, здесь все говорило о том, что в этом доме обитает дружная, приличная семья.

– Вот, держи, все чистое, я выйду, а ты переоденься. Мы успеем ко второй смене. Придем чуть раньше, и ты проследишь за ним от входа, улучишь момент перед уроками.

Кира взяла у Макса сверток, стараясь скрыть дрожь в руках.

– Ты малютка, должно подойти. – Максим подмигнул, а потом внезапно ударил себя по лбу: – Блин!

Кира вздрогнула и отступила.

– Не пугайся, вечно шугаешься, как мышка. Я просто не знаю, где сестра хранит свои колготки, а рыться у нее в ящиках не хочу. Придется тебе сверкать голыми коленками, хотя и осень на дворе.

– Переживу. Мы же не гулять идем.

Максим в очередной раз улыбнулся, посмотрев Кире в глаза, и вышел, тихонько притворив дверь. Кира не понимала, почему он вдруг стал с ней таким милым. Может, упал и ударился головой? Хотя, чтобы отыскать след Лики, она готова была потерпеть ужимки бывшего одноклассника, игравшего в «хорошего парня». Форма Маши – сестренки Макса – пришлась ей практически впору.

– Вот она, акселерация, – бормотала Кира, застегивая жилетку, великоватую в области груди. – Ох, Лика, только найдись! Ты будешь хохотать до упаду, узнав, что ради тебя я притворялась вебкамщицей и школьницей. Интересно, еще хоть кого-нибудь волнует твоя судьба? Есть ли у тебя друзья, близкие родственники?

Конечно, наверное, глупо так переживать из-за пропажи малознакомого человека, но Киру до глубины души задели их последние встречи. Она практически каждый день восстанавливала в памяти, как Лика переживала, задавая вопросы картам, нервно кусала губы, заламывала пальцы. А ее глаза были такими невыразимо печальными! Журналист «Шума» говорил, что она плакала, когда ему звонила. Лику затравили, как беспомощного зверька. Но ведь она никого не обидела, не причинила вреда. Только работала в сфере развлечений, пусть и не совсем пристойных. Может, даже делала кого-то счастливее. «В коварном мире трудно живется доверчивым дурехам». Кира стиснула зубы, подтянула носки повыше и позвала Макса.

– Ого! – пошло присвистнул он, открыв дверь. – А эта форма тебе больше идет, чем та, что была в нашей школе.

– Так дело было в форме? – Кира бросила на Макса колючий взгляд.

– Нет, просто мы были стадом дебилов. И давай забудем эту главу школьной жизни. Мне до сих пор стыдно. Дети жестокие и тупые в большинстве случаев. – Максим растянул губы в улыбке, но его глаза при этом бегали, выдавая нервозность.

– Можно подумать, взрослые умны и милосердны. Давно новости смотрел? – фыркнула Кира.

Макс взглянул на часы и протянул пластиковую карточку:

– Пропуск. Пора ехать, если мы хотим оказаться в школе раньше него. Иначе запаришься рыскать по кабинетам. И дай мне ключи от машины. Будет странно, если старшеклассница прикатит на уроки за рулем. Мы же не в Америке.

– А ты нормально водишь?

– Лучше, чем ты.

– А ты все такой же противный. – Кира вытащила брелок из джинсов, собрала свою одежду и пошла обуваться.

Максим галантно накинул ей пальто на плечи, а потом легонько взял за локоть:

– Кир, прости меня, ладно? За школьные годы…

– Заразился от кого-то совестью? Или сгонял к Гудвину за сердцем и мозгами? – Кира брезгливо стряхнула его руку и принялась застегивать пуговицы.

– Говоришь так, словно совесть – это какая-то болезнь или паразит вроде глистов, – усмехнулся Максим, надевая кроссовки. – Я сейчас прохожу терапию и переосмысляю жизнь. Ты же психолог, должна понимать.

– Клянусь, если я еще раз хоть от кого-нибудь услышу фразу «тыжпсихолог», то буду драться! Ты своей бабушке тоже говоришь: мол, как ты могла заболеть, ты же врач?

– Мне нравится, что ты стала такой разговорчивой, мышка-тихоня.

– Поехали уже.

Максим приобнял Киру за талию и вывел за дверь. Правда, на лестничной клетке Кира тут же шлепнула его по руке и вывернулась:

– Держи дистанцию! У меня очень большое личное пространство, знаешь ли. Ненавижу, когда ко мне липнут без спроса.

– Понял, отстал. Просто я тактильный человек. – Макс игриво похлопал Киру по плечу.

– Найди другой объект для восполнения этих потребностей, – недобро сверкнула глазами Кира.

Пока они ехали до школы, в машине царила странная напряженная атмосфера, сотканная из невысказанных обид Киры и показного дружелюбия Макса. А голые коленки, выглядывавшие из-под пальто, стали еще одной проблемой, хотя Кира их постоянно кутала. Макс рисковал схлопотать косоглазие: он якобы пристально следил за дорогой, но нет-нет да и поглядывал куда не просят.

– Хватит пялиться! – не выдержала Кира. – Коленей не видел?

– Да, прости, – смутился Максим, закашлявшись. – Не знаю почему, но голые коленки, выглядывающие из-под теплого пальто, оказывается, ужасно притягательное зрелище.

– Ты меня достал. – Кира отстегнула ремень и перелезла на заднее сиденье, заваленное игрушками.

– А почему у тебя в машине так много всего? – спросил Макс, но Кира демонстративно отвернулась к окну, обнимая мишку. – Любимое оружие? – пробормотал Максим, взглянув на нее в зеркальце заднего вида. Но и эта фраза осталась без внимания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.