Алекс Кош
Кулак Полуденной Звезды. Я – пожиратель

Глава 1

День для Аделии не заладился с самого утра. Младший брат умудрился испортить её форму красками за завтраком, вынудив потратить лишние двадцать минут на сборы, и в итоге девушке пришлось гнать до школы, превышая все возможные ограничения скорости. Разумеется, именно сегодня она нарвалась на патруль «дорожников» на мотоциклах, догнавших её на полпути в город и влепивших штраф. Десятый в этом месяце, а значит, она лишалась прав и должна была отработать их в социальном такси. Снова. Если кто-нибудь в школе об этом узнает, то репутация старосты класса и её влияние на одноклассников упадёт на самое дно, ведь нельзя требовать исполнения правил от других, если не подаешь хороший пример сама. Конечно, до выпускного осталось совсем немного, но шлейф отрицательной характеристики может дотянуться и до самой Академии.

Машину конфисковали и добираться до школы пришлось на такси. В итоге она опоздала не на пять минут, а на все двадцать пять. Стыд и позор. Пробегая по пустому коридору, Адель мельком увидела заместителя директора, ведущего куда-то худощавого парнишку в школьной форме. Лицо вроде незнакомое, хотя Адель точно знала всех учеников старших классов. Неужели новенький? На вид какой-то болезный – худой, бледный, может, был на домашнем обучении? Зачем тогда вдруг решил явиться в школу?

Все эти мысли пронеслись за те минуты, что потребовались девушке, чтобы добежать до своего класса. Как назло, первым был урок старой истории, и преподавала её Елена Белова – капитан гвардии Новгородского Княжества. Неизвестно, как получилось, что боец её уровня решил стать обычным учителем на Островах, но благодаря своим навыкам, помимо истории, Елена отвечала ещё и за боевую подготовку. И неуважение к её основному предмету могло существенно повлиять на то, с кем и как придётся отрабатывать удары на уроках самообороны.

– Извините за опоздание! – выдохнула Адель, открыв дверь и сделав шаг в класс. Не слишком торопливо, чтобы сохранить хотя бы толику самоуважения, но и не медленно, будто не уважаешь преподавателя и тебе плевать на его урок.

Елена Белова – эффектная блондинка с короткой стрижкой, льдисто-синими глазами, и фигурой легкоатлетки, планирующей в ближайшее время перейти в тяжёлую, очень тяжёлую атлетику, одарила опоздавшую насмешливым взглядом:

– Надо же, Майклс, видимо, вы решили, что староста может позволить себе приходить на уроки когда ей вздумается?

– Уверяю, это не так, – потупилась девушка, проведя ладонью по длинным темным волосам, как делала всякий раз, когда начинала нервничать. – Только особые обстоятельства вынудили меня задержаться.

– Особые обстоятельства? – прищурилась преподавательница. – Что ж, на завтрашнем уроке физической подготовки лично вас тоже будут ждать «особые» обстоятельства. А пока проходите на своё место.

Иного от Беловой Адель и не ожидала. Провожаемая где-то насмешливыми, а где-то сочувствующими взглядами, она послушно заняла своё место за первой партой.

– Сочувствую, – подмигнул ей Ларри с соседней парты.

В глазах блондинчика, разумеется, не было даже намёка на сочувствие, только откровенное ехидство. Староста класса выбирался каждый год общим голосованием учеников и последние два года Адель уверенно выигрывала у Ларри Норта. К счастью, это был выпускной класс и, как бы не радовался парень промахам Адель, использовать их в качестве кирпичика очередной своей предвыборной компании уже не получится. А значит, плевать!

Девушка ехидно улыбнулась своему вечному сопернику и коротко кивнула соседке по парте и по совместительству лучшей подруге – Рае. Та в ответ молча пододвинула ей под нос тетрадь с темой урока и записями, поскольку отлично знала характер Беловой, она обязательно задаст опоздавшему какой-нибудь каверзный вопрос.

Продолжить лекцию Беловой не дали, поскольку сразу после того, как Адель заняла своё место, дверь вновь открылась и в класс заглянул заместитель директора.

– Елена Алексеевна? Я на минуточку, – чуть нервно сказал упитанный и уверенно лысеющий мужчина в черном костюме. – К нам в школу перевёлся молодой человек, было решено приписать его к десятому «бета».

Весь класс зашевелился, словно по лесу пробежался сильный ветерок: каждый из двадцати учеников счел своим долгом обменяться короткими фразами с соседями. Да, шёпотом, но в тишине класса это создало ощущение, будто они находятся не в школе, а на базаре.

– Тихо! – рявкнула Белова, и в классе мгновенно воцарилась полная тишина. – За два месяца до выпуска? Ну, заводите этого смертника.

Невысокий худощавый парень вошел в класс следом за заместителем директора и остановился, со скучающим видом оглядывая учеников. При этом он вскользь изучил лицо каждого, будто надеялся встретить каких-нибудь знакомых или даже искал кого-то конкретного.

– Это Роман Михайлов, теперь он будет учиться с вами, – сообщил замедиректора, похлопав парня по плечу, и нашел взглядом Адель. – Надеюсь, староста класса возьмёт над тобой шефство, и поможет освоиться в нашей школе.

Адель важно кивнула в ответ. Конечно, это её прямая обязанность – объяснить новичку, что, где и как. Но Белова права, это было очень странно – переводиться в самом конце учебного года в выпускной класс школы. Да и сам парень показался Адель подозрительным и даже опасным, она не могла точно сформулировать, что именно её навело на такие мысли, но и избавиться от них не могла. Казалось бы, серый школьный костюм висел на худой фигуре, делая её скорее нелепой, чем грозной, но при взгляде на новичка по спине девушки бежали мурашки.

– Заходи, садись на свободное место у окна, – велела новичку Белова под заинтересованными взглядами подростков.

Тот послушно прошёл и сел за парту, достав тетрадку и ручку.

– Итак, продолжим лекцию…

Белова катастрофически неумела вести лекции. Нет, материал она знала прекрасно, и явно любила историю, но говорила настолько монотонно, что зевать и терять концентрацию начинали даже самые стойкие. Ученики шутили, что её голос можно записывать на телефон и включать в качестве колыбельной.

Разумеется, Адель пришлось отвечать на вопросы по материалам прошлых уроков, что получалось далеко не всегда. Кое-что необычное произошло, когда Белова решила прощупать новичка, задав ему вопрос по истории пятнадцатого века. Парень завис на какое-то мгновение, а потом начал вещать словно по учебнику, правда, слегка запинаясь, до тех пор, пока не пересказал практически весь параграф.

– Хм… неплохо, – удивилась Белова, не найдя к чему придраться.

– Ботан, – раздался тихий шепот с «галёрки».

Урок закончился, и самые любопытные одноклассники тут же сгрудились вокруг новичка.

– Ты откуда?

– Почему перевёлся в конце учебного года?

– У тебя девушка есть?

– Чё такой дохлый?

– Чё такой бледный? Тебя в подвале держали, или ты вампир?

Последний вопрос задал Кайдо – главный любитель подраться. Конечно, не в черте школы, но тренировочные спарринги и, скажем так, внеклассные занятия никто не отменял. Адель прекрасно знала, что он позволял себе издеваться над некоторыми ребятам, но поделать с этим ничего не могла. Впрочем, по её личному мнению, если мужчина не мог постоять за себя сам, то какой же это мужчина?

– Из Москвы, – коротко ответил парень. – Учился на дому. Девушки нет. Я сильнее, чем кажется на первый взгляд. И будь я вампиром, то как бы сидел сейчас здесь у окошка?

– Где ты учился раньше?

– Дома, – лаконично ответил парень.

Рая накинулась на новичка с вопросами одной из первых, а Ада, в отличие от подруги, предпочла стоять в стороне и настороженно наблюдать. Поведение парня её очень заинтересовало: он совершенно не смущался, отвечал односложно и уверенно, что было не похоже на того, кто находился на домашнем обучении, да ещё и смотрел на ребят слегка покровительственно. Очень странно.

Пока парень отвлёкся на беседу с одним из ребят, Ларри нагло схватил со стола его тетрадку и принялся с интересом что-то в ней изучать.

– А это что за закорючки? Ты на китайском что ли пишешь?

– Хватать без спросу чужие вещи нехорошо, – спокойно сказал новичок, поднимаясь со стула. – Положи тетрадь на место.

– Ого, какой грозный! – насмешливо ответил Ларри, протягивая тетрадь обратно. – Боюсь, боюсь. На сегодня я тебя даже прощаю, раз уж ты новичок, но в другой день за такой тон можно и по шее получить.

«Прощупывает», – подумала Адель с недовольством. – «Как бы новичок через пару дней не превратился в одного из затюканных ребят, боящихся слово лишнее сказать при Ларри».

Тетрадь-то Ларри протянул, но выпускать из рук не торопился, решив немного подразнить новичка. Взяв тетрадку, новичок попытался выдернуть её из пальцев блондина, но тот неожиданно потерял равновесие и пролетел мимо, чуть не ударившись носом в стену.

– Это карма, – многозначительно заявил новичок, сев обратно на место. – Так бывает, когда тянешь руки к чужим вещам. У вас есть ещё вопросы или пресс-конференцию можно считать законченной?

Ларри смотрел на новичка уже не столько с ехидством, сколько со злостью, и Адель поспешила вмешаться:

– Так, давайте не будем терроризировать парня. Мы успеем всё разузнать о Романе, никуда он не денется.

Новичок поймал её взгляд и флегматично кивнул.

– И правда. До конца уроков я точно останусь здесь, – подтвердил он.

В целом ажиотаж от появления нового ученика прошел к третьему уроку. Роман оказался не самым разговорчивым человеком, общаться с которым было довольно проблематично. К урокам он тоже не проявлял никакого интереса, а вместо записи лекций просто сидел и чертил какие-то закорючки в тетрадке, явно никак не связанные с учёбой, что тоже было довольно странно. Адель чувствовала, что за его поведением скрывается какая-то тайна и после недолгих размышлений решила пойти в атаку сама: подошла к новичку на длительном перерыве между уроками и любезно предложила показать школу, на что парень согласился, но явно без особой радости. Это слегка задело девушку, но она мысленно списала равнодушие парня на стресс. Мало ли, вдруг он только внешне выглядит спокойным, а внутри сходит с ума от смущения.

Разумеется, с ними увязалась и Рая, явно мечтающая вытрясти из новичка ответы на все вопросы.

– То есть, вы лучшие подруги – Ада и Рая? – переспросил парень, когда они ещё раз представились. – Забавно.

– Конечно, – фыркнула Рая. – Ты же первый, кто это заметил. Это такая «умная» шутка. Да, да, темноволосая, черноокая и коварная представительница Ада, и волшебно нежная, светловолосая, голубоглазая, словно ангелочек, добрая и светящаяся внутренним светом – я. Вот такие мы разные, и всё-таки мы вместе.

Адель осуждающе посмотрела на подругу.

– Коварная, значит?

– Ещё какая, – подтвердила Рая. – Я помню, что ты почти месяц назад обещала сводить меня на съемки нового сезона «Шоу талантов» и за это я дважды прикрывала тебя у Джонсона. И где мои билеты?

– Я всё помню, – заверила Адель. – И планировала пойти с тобой на финал шоу на следующей неделе. Но раз уж я такая коварная, то, возможно, предпочту взять с собой вместо тебя новичка? Что скажешь, хочешь пойти на «Шоу талантов»?

– Что? – переспросил парень, всё время разговора с интересом оглядывавшийся по сторонам. Было такое впечатление, будто окружающая обстановка интересовала его больше, чем две красивых девушки, идущие рядом. – Куда?

– Ты что, никогда не смотрел «Шоу талантов»?! – хором переспросили девушки. – Это же сейчас самое популярное шоу на телевидении! А главное, в жюри сам сидят Джастин Тимбер и Ариана Гранд!

Роман пожал плечами.

– Честно говоря, совершенно не смотрю телевизор. Времени нет, – тут он запнулся и поспешно добавил: – Так что лучше тебе всё-таки пойти с любимой подругой… Лучше расскажите мне, что находится вон там, наверх?

Они как раз проходили по третьему этажу к лестнице, ведущей вниз к столовой и кабинетам младших классов, но помимо широких лестничных пролётов здесь была ещё и вертикальная стальная конструкция, ведущая к небольшому люку.

– Лестница? – переспросила Адель. – Наверное, на крышу, но люк всегда заперт.

– То есть, вы не ходите туда посидеть и поесть свой бенто? – разочарованно спросил парень.

– Ээ… что поесть?

– Бенто, – вмешалась Рая. – Я знаю, так перекусы, взятые с собой из дома, называют японцы. Но зачем это в школе при Золотой Академии? Тут отличная кафешка, даже три, если быть точной. К тому же, кто пустит учеников на крышу? А вдруг кто-нибудь упадёт?

Роман смущённо почесал затылок.

– И правда, глупо звучит. А что находится в подвале школы?

– Библиотека, склады, – пожала плечами Ада. – А зачем тебе?

– Просто интересно, – уклончиво ответил парень.

У Ады возникло такое впечатление, словно новичок старательно переводил тему с «Шоу талантов»? И как Роман мог о нём не слышать? Программа рекламировалась на всех билбордах города и по всем каналам. Как можно было находиться на домашнем обучении и при этом вообще не смотреть телевизор?

«Его определённо нужно как следует расспросить», – твёрдо решила девушка, уверенно взяла новичка под руку, и повела в столовую вместе с Раей. Как известно, после еды люди расслабляются и куда охотнее отвечают на вопросы, к тому же, совместный прием пищи на каком-то интуитивном уровне повышает взаимное доверие.

Нагрузив подносы едой, девушки сели по обе стороны от парня за угловой столик так, чтобы никто не помешал им вести допрос.

– Как ты мог не видеть «Шоу талантов»?! – продолжила незавершенный разговор Рая.

Ада незаметно ткнула ногой подругу под столом, чтобы она не слишком наседала на парня и поспешно сменила тему:

– Да плевать на шоу, лучше расскажи, по какой причине переехал из Московского Княжества на Золотой Остров и почему именно в Барсу?

– Это было не моё решение, – криво усмехнулся парень. – Очень дальний родственник поспособствовал.

– Ты переехал один или с семьёй?

– Один, – легкомысленно ответил Роман. – Но здесь живут двоюродные брат с сестрой.

Допрос девушки устроили по всем правилам: с каверзными вопросами, внезапной сменой темы разговора, отвлечением внимания и поиском слабых мест. Хотя, Роман особо ничего и не скрывал. Выяснилось, что он живёт совершенно один в квартире недалеко от школы, снимаемой на собственные деньги. Но ещё удивительнее было то, что парень оказался родственником бывшего начальника полиции, чего совершенно не скрывал.

– Ты же в курсе, что лишний раз свою связь с тем самым Михайловым лучше не светить? – настороженно спросила его Адель. – Его многие недолюбливали, и тень этого отношения может перекинуться и на тебя. С той же якудза тебе вообще лучше не пересекаться, Михайлов на них в своё время настоящую охоту устроил.

– Думаю, если у бывшего начальника полиции много врагов, он либо выполнял свою работу очень хорошо, либо слишком плохо. Могу предположить, что моему дяде больше подходит первый вариант.

– Даже если и так, но…

– А значит, глупо скрывать наши родственные связи, ими нужно гордиться, – ухмыльнулся парень. – Должен заметить, что ты неплохо осведомлена о политической жизни города.

– Это логично, – важно кивнула Адель. – Мой отец владелец «Глобал ТВ».

Обычно, когда она произносила название компании отца, люди испытывали шок и благоговение, но Роман совершенно не изменился в лице, будто впервые о ней слышал.

– Самый крупный холдинг телевизионных компаний, – пояснила ему Рая. – Поэтому она и может провести нас на «Шоу талантов».

«Ого, уже „нас“?» – удивилась Адель. – «Ей что, так новичок понравился, что ли?!».

– Аа, вот как, – немного смутился парень. – Круто. Наверное.

– Поэтому Ада у нас не только староста класса, но ещё и главный редактор новостного портала школы, – с гордостью добавила Рая.

Роман заинтересованно посмотрел на Адель.

– Новостной портал? Интересно. Значит, ты знаешь обо всём, что происходит в школе?

– Само собой, – гордо подтвердила девушка.

– Тогда может расскажешь, почему у входа в школу стоит чёрная рамка с фотографией девушки? Что с ней случилось?

Адель и Рая настороженно переглянулись.

– Это не лучшая тема для разговора за едой, – наконец проговорила Адель.

– И всё-таки, – настоял новичок. – Мне интересно, как погибла девушка, за партой которой я теперь сижу.

– Что?! – переспросила Рая. – А ты откуда знаешь?

– Слышал в классе.

– Вот болтуны, – буркнула себе под нос Адель. – Да, Лиза погибла несколько дней назад. Она осталась дежурить в классе после уроков, а спустя пару часов, когда сторож проходил по этажам и заглянул в кабинет, то… нашел Лизу…

– Точнее, то, что от неё осталось, – присоединилась Рая. – Какая-то тварь разорвала её на части. Всю школу обыскали, вызывали даже медиумов, но ничего так и не нашли.

– Соболезную. Она была вашей подругой?

– Конечно, мы же учились вместе с первого класса, – подтвердила Адель, чувствуя лёгкое раздражение.

Роман неожиданно взял её за руку и мягко произнес:

– Что бы не происходило между вами, она не держит зла. Будь то соперничество в классе или из-за парня, всё это никак не влияло на её отношение к тебе.

– Что? – ошарашенно переспросила Адель.

– Ты что, подкатываешь к Аде? – возмутилась Рая, выразительно глядя на их сомкнутые руки.

– Я? – переспросил парень, тут же убрав руку. – Окстись, я же не педофил какой-то.

– Что-о?! – возмущённо воскликнули обе девушки.

Роман выглядел так, словно у него резко разболелись сразу все зубы.

– Ну, знаете, я люблю постарше, – нехотя пояснил он, чем ещё сильнее ввёл девушек в ступор, замешанный на возмущении и шоке. – Но речь сейчас не о моих вкусах. Мне интересно, что у вас за школа такая, раз необъяснимая смерть ученицы никого не смущает.

– Всех смущает! – не согласилась Адель. – Место Лизы у окна никто даже занимать не рискнул ээ… до тебя.

Она думала, что парень возмутится или хотя бы проявит брезгливость, но он никак не отреагировал на тот факт, что сидит на месте погибшей девушки.

– А школу почему тогда не закрыли? – недовольно спросил он. – Тут же дети учатся.

– Этот вопрос решало руководство, нам-то откуда знать?! – возмутилась Рая. – Несчастные случаи случаются, но даже так наша школа остаётся одним из самых защищённых мест в городе!

Адель разделяла гордость подруги за школу, но не была столь уверена в своей безопасности. Благодаря отцу она знала о том, что помимо Лизы были и другие жертвы, убитые схожим образом, но сообщать об этом новичку и тем более подруге она не собиралась. Тем более, что их беседу всё равно прервали довольно неприятным образом.

– Эй, Ада, с кем это ты тут уединилась? – спросил Девид, опёршись на стол и нависнув над новичком. – Раньше я его тут не видел, разве этот дохляк из нашей школы?

Девида Лешнера можно было считать бывшим парнем Ады. Хоть встречались они и не долго, но для получения статуса «сволочь бывший» этого вполне хватило. Учился Девид в выпускном классе «альфа» и, как и Адель, являлся старостой, а также президентом школьного совета. Высокий, плечистый, коротко стриженный, с аристократически правильными, можно даже сказать идеальными, чертами лица – идеальный принц и мечта всех девушек. Именно из-за него Ада и соперничала с покойной Лизой, и смогла выиграть этот довольно сомнительный «приз», от которого вскоре сама же и отказалась.

– Роман сегодня перевёлся в наш класс, – спокойно ответила Адель. – И если ты не в курсе, то уединяются как раз для того, чтобы никто не подходил с глупыми вопросами.

– Я просто увидел новое лицо, и мне стало интересно, – широко улыбнулся Девид. – Подумал, неужели ты решила променять меня на «это».

Ада бросила виноватый взгляд на Романа, но тот выглядел настолько спокойным, словно вообще не слышал слов Девида. Такое впечатление, что его куда больше интересовало то, что находилось в тарелке, чем происходящее вокруг. Девид тоже заметил, что его полностью игнорируют, и легонько толкнул Романа в плечо, привлекая внимание.

– Поздоровался бы хоть, новичок. Где твоё воспитание?

– Насколько я помню, здороваться и представляться первым должен тот, кто начинает беседу, – спокойно ответил Роман, даже не думая отрываться от еды.

– Справедливо, – нехотя согласился парень. – Меня зовут Девид Лешнер. А ты?

– Роман Михайлов.

– Я запомню, – заверил Девид. – Уверен, у нас ещё будет возможность пообщаться. Поговорим о хороших манерах более предметно.

Роман лишь пожал плечами в ответ, не пожелав отрываться от трапезы. Девид скрипнул зубами, недовольный полным отсутствием реакции, но разговор решил не продолжать.

– Извини, что так получилось, – поморщилась Ада. – Девид с виду добродушный парень, но на самом деле та ещё мстительная сволочь, к тому же капитан команды школы по смешанным боевым искусствам. Поэтому будь с ним осторожней.

– Угу, – буркнул Роман, не проявив совершенно никакого интереса к словам Ады. Зато он с радостью продолжил беседу о школе и всём, что с ней связано, и это было понятно – парень всё-таки оказался в новом месте и хотел узнать о нём как можно больше. Правда, зачем ему информация о крыше и подвале, Ада так и не поняла, уж слишком часто всплывала именно эта тема.

После обеда они вернулись в класс вместе, чем вызвали множество удивлённых взглядов.

– Ого, похоже, новичка взяли в оборот, – удивлённо присвистнул Ларри. – Осторожнее, иначе оглянуться не успеешь, как староста превратит тебя в свою комнатную собачку.

– Ой, отвали, – фыркнула Адель, покосившись на Романа, но тот снова включил режим «избирательной глухоты».

В конце учебного дня Адель напомнила Роману, что ему нужно успеть получить учебники. Вроде бы всё уже давно было доступно в электронном формате, но школьный стандарт требовал, чтобы учебник всегда лежал на парте. Она даже думала попросить Раю сводить парня в библиотеку, раз уж она проявляет к нему такой интерес, но подруга неожиданно заявила, что у неё есть неотложные дела и быстро слиняла. Пришлось Аде вести новичка самой.

Библиотека как раз располагалась на цокольном этаже школы, о котором так много расспрашивал Роман, поэтому за учебниками он отправился с плохо скрываемой радостью. Адель довела парня до лестницы и собиралась поехать домой, но сделав несколько шагов остановилась. Всё-таки реакция новичка на поход в библиотеку показалась Адель слишком подозрительной, поэтому она на всякий случай решила дождаться его возвращения. К тому же, ей было интересно посмотреть, кто заедет за Романом, или же он владеет своим собственным транспортом?

Прошло пятнадцать минут, двадцать, полчаса… и Адель начала нервничать. Вряд ли Роман мог покинуть библиотеку через запасной выход, да и зачем?

Подождав ещё немного, девушка всё-таки спустилась вниз, открыла дверь и заглянула в библиотеку. Читальный зал оказался совершенно пуст, это место никогда не было особо популярным у школьников в эпоху вседоступности информации в электронном виде. За стойкой тоже никого не наблюдалось.

«Странно», – подумала девушка. – «А где же библиотекарша? И новичок?»

Перегнувшись через стойку и заглянув за стеллажи, Адель увидела лежащую на полу библиотекаршу, точнее, то, что от неё осталось. Тело выглядело так, словно его провернули через огромную мясорубку, а прямо над ним стоял новичок с ножом в руках и весь в крови. Увидев Аду, он махнул ей рукой и совершенно спокойным тоном сказал:

– Только не кричи. Это не то, что ты подумала.

За месяц до вышеописанных событий. Заброшенное депо.

В момент падения сквозь землю чувство было такое, словно я нырнул в масло. Никогда подобного извращения не практиковал, но уверен, так бы это и ощущалось: густо, давяще и без возможности вдохнуть. И прежде, чем я успел толком испугаться, перед глазами вновь стало светло, и я провалился в огромную пещеру. Судорожно начав хватать ртом воздух в полёте, я в ужасе думал о том, что сейчас провалюсь в пол пещеры и так буду лететь вниз до тех пор, пока не достигну ядра земли. Разумеется, я умру раньше от недостатка кислорода, но от этого вот совершенно не легче.

Удивительно, но, вопреки моим опасениям, упав на пол пещеры, я не продолжил погружение, а очень больно ударился и остался лежать на спине. Тут же приняв вертикальное положение, я напряжённо уставился на ноги, ожидая, что они вновь уйдут под землю. Прошло секунд двадцать, но я всё ещё оставался на месте, что не могло не радовать. Немного успокоившись, я осмотрелся по сторонам, запоздало поняв, что нахожусь здесь не один. Пещера имела явно естественное происхождение и при этом была неплохо освещена благодаря светящемуся мху на стенах, причём он светился настолько хорошо, словно состоял из небольших и очень мощных светодиодов. И под светом мха периодически мелькали сморщенные серые тела, то появляющиеся, то исчезающие в камнях. Из были десятки, а может быть и сотни, и, похоже, я оказался в самом центре места их обитания.

Глава 2

Права была Дженн, один метательный нож всегда стоит оставлять для ближнего боя. Сейчас же я оказался совершенно без оружия, в гордом одиночестве и без малейшего представления о том, куда идти. Пещера по размерам ближе всего была к станции метро – с высоким потолком, удлинённой формы, и уходящими влево и вправо кишками тоннелей. И всюду вокруг меня совершенно беззвучно перемещались серые безглазые существа. Мне очень захотелось сфотографировать эту орду на телефон и позже предъявить Марго, посчитавшей, что тварей в депо не может быть слишком много! Да их тут были сотни, если не тысячи! Хотя, я и сам не мог понять, чем вся эта орава питается? Им же полгорода придётся сожрать, чтобы как следует наесться!

Стоя на месте и боясь шелохнуться, я мысленно молился, чтобы случилось чудо, и они меня не заметили. И, видимо, молитва сработала, минута шла за минутой, а твари ходили мимо, никак не реагируя на мое присутствие. Не уверен, что дело было именно в молитве, скорее благодаря поглощению души убитого серого монстра, я стал ощущаться ими, как «свой». Во всяком случае, такое объяснение мне показалось более логичным, ведь, судя по отсутствию глаз, они ориентировались точно не на зрение. Запах, какая-нибудь радиолокация, или видение ауры? Кто знает. Но для всех этих тварей я явно успешно проходил проверку «свой – чужой».

Вот один из серых монстров бежит прямо на меня, и в самый последний момент меняет направление, едва задев шершавым боком. Непонятно, чем они тут занимались, бегая туда-сюда, с виду все движения существ были совершенно хаотичны. Убедившись в том, что серые существа нападать на меня точно не собираются, я достал телефон, мельком отметив, что связи тут никакой нет, и начал снимать происходящее вокруг. Если я выберусь отсюда живым, то выложу видео в сеть и стану популярным блогером, тем более что здесь видеосервисы только в самом зачатке развития. Создам свой канал «Медиум – online», и буду лазить по заброшкам в поисках призраков, причём на мой вопрос «есть здесь кто-нибудь?», заданный в темноту, почти наверняка найдётся кому ответить.

В какой-то момент два существа буквально в паре метров передо мной вдруг столкнулись, и между ними завязалась короткая и яростная схватка, результатом которой стала разорванная грудная клетка проигравшего. Тело едва успело рухнуть на пол пещеры, как все находящиеся рядом существа набросились на него со всех сторон и принялись рвать на части словно сухопутные пираньи. Спустя секунд десять на полу не осталось даже пятнышка крови – они сожрали всё вплоть до костей. Частично стало понятно, как твари решают вопрос питания, хотя, одним каннибализмом такую колонию явно не прокормить, они наверняка жрали что-то ещё. Или кого-то.

«Так. Даже то, что они сейчас считают меня своим, далеко не гарантирует мне безопасность», – осознал я, и по спине снова побежали мурашки.

Собственно, у меня оставалось всего два варианта: ждать спасения здесь или пойти изучать пещеры, что выглядело куда привлекательнее. С направлением, куда идти дальше, я определиться не смог, поэтому просто ради интереса достал рамки, настроенные на поиск Алины Князевой, и проверил направление. И, к моему ужасу, они всё ещё показывали вниз.

«Да как так-то?!» – раздражённо подумал я. – «Куда уж ниже?! В ад?!».

В принципе, эффект после пожирания души твари будет сохраняться примерно 24 часа, надеюсь, за это время я смогу выбраться отсюда и меня не сожрут. Знать бы ещё, как они определяют, что сородича можно начинать жрать?

В этот момент рядом со мной пробежала одна из серых тварей, и я невольно сделал шаг назад, и тут же ощутил, как нога начинает погружаться в землю. Занервничав, я тут же дернул её обратно и снова неподвижно застыл, стараясь даже не дышать. Боязнь провалиться до самого ядра земли вновь вернулась. Но и стоять неподвижно было бы глупо, к тому же, раз уж я получил способность проходить сквозь стены, то стоило разобраться, как именно она работает.

Очень осторожно я сделал шаг вперёд, следя за тем, чтобы нога не погрузилась в землю. Вроде получилось. Затем ещё шаг. Так очень медленно я продвинулся на десяток метров, подойдя к одной из стен. Цель была простая – прикоснуться к стене и попробовать разобраться, как работает моя новая временная способность. Для начала я решил попытаться заставить руку пройти сквозь камень, но у меня ничего не вышло, ладонь просто упёрлась в стену.

Ничего не понятно! Почему упав сверху на пол, я не провалился сквозь него, зато один неловкий шаг чуть не отправил меня вниз?

Я хотел ударить кулаком по стене, но он неожиданно с легкостью провалился внутрь. Чуть не потеряв равновесие от неожиданности, я попытался сконцентрироваться на ощущениях в руке. Она слегка онемела, будто я ее отлежал, но в целом ощущалась нормально и продвигалась с легким усилием. А стоило мне перестать двигать рукой, как ее начало мягко выталкивать обратно. Так, постепенно варьируя скорость движения руки, я смог вычислить закономерность: плавные движения позволяли спокойно прикасаться к стенам, а более резкие – включали способность «проникновения». Кроме того, влияла площадь касания, ладонью требовалось двигать значительно быстрее, чем пальцами. По сути, это напоминало плавание в воде, амплитудные движения позволяли мне «нырять» в камень. При этом существовал своеобразный предохранитель, выталкивающий тело из камня, когда я полностью прекращал движение. Удивительно, но это точно копировало сцену из старого фильма «Чародеи», когда они учились проходить сквозь стены. «Верю в себя, не вижу препятствий», разбегаешься и прыгаешь.

Поняв, что теперь точно не провалюсь под землю без собственного на то желания, я немного расслабился. В целом ситуация не так уж и плоха, можно даже извлечь из неё пользу и всё-таки найти частицу души жены Князева. Нужно лишь рискнуть и спуститься ниже сквозь пол пещеры.

Определившись с планом дальнейших действий, я решил проверить толщину пола. Присев на корточки, я запустил руку в камень. Она полностью онемела, значит, до нижней пещеры дотянуться не получилось. Тогда я осмелел, лёг на пол и опустился еще глубже в камень, сначала плечом, затем по самую шею. И кончики пальцев перестали неметь, а значит, там действительно было пустое пространство.

Рискнуть?

Это было куда страшнее, чем просто засунуть в камень руку. Интересно, а что я увижу, если открою в камне глаза? И можно ли вообще это делать?

Чтобы способность сработала, нужно было, по сути, как следует удариться лицом о пол. Точнее, попытаться это сделать. Решиться на подобное не так-то просто, но я человек привычный – закрыл глаза и справился. Пожалуй, это было даже легче, чем отрезать себе палец ради наполнения руны энергией. Ощутив онемение кожи лица, я затаил дыхание продолжил опускаться ниже, надеясь, что смогу удержаться от падения, когда достигну конца горной породы.

Наконец онемение начало исчезать с головы, начиная с макушки, и вплоть до шеи. При этом по ощущениям я залез в камень почти полностью, наверху остались только то, что ниже пояса. Окажись сейчас там наверху человек, его бы очень удивило странное зрелище – лежащие на полу пещеры ноги, и туловище, уходящее в камень. Это ещё хорошо, что несмотря на страшный внешний вид и отсутствие глаз, серые твари умудрялись любезно обходить меня стороной, иначе могли бы и затоптать.

Открыв глаза, я зажмурился от непривычно яркого света. Проморгавшись, я удивлённо уставился на открывшееся мне сверху зрелище, не в силах поверить своим глазам: внизу в пещере с высоким потолком раскинулась небольшая деревенька вроде бы в японском стиле. Правда, преимущественно я видел сверху лишь крыши-лодочки одноэтажных домиков из красноватой черепицы, да бумажные фонарики, висящие прямо в воздухе над немногочисленными улочками. Посреди деревни текла речушка шириной в несколько метров, в прозрачной воде которой плавали яркие золотые рыбки, видимо, карпы, а в стороне от крайнего дома рос самый настоящий сад со множеством разноцветных плодов на ветках кустов и деревьев.

Ахренеть!

По одной из улочек между домами прямо подо мной шла женщина в красно-черном кимоно с черным волосами, заколотыми двумя палочками. Будто почувствовав мой взгляд, она подняла голову и посмотрела на меня. На белом личике отразилось удивление, а в следующий момент её шея начала стремительно вытягиваться вверх, пока голова не приблизилась ко мне вплотную. Я был так удивлён, что не успел даже толком испугаться или попытаться спрятаться обратно в камень Азиатское побеленное косметикой лицо смотрелось довольно мило, хотя, мимика женщины выглядела будто не живой. Желтые глаза с вертикальным зрачками с интересом изучали меня, а тонкие красные губы слегка шипяще произнесли:

– Ты к-хто?

Прежде, чем я успел ответить, из её рта выскочил длинный сдвоенный язык и коснулся моей щеки. От неожиданности я дернулся всем телом назад, и ощутил, как из-за резкого движения начинаю проваливаться всем телом сквозь камень.

Высота пещеры была слишком большой, чтобы я сохранил здоровье после приземления. Да что здоровье, тут и жизнь-то была под вопросом. Впрочем, я уже знал, что не разобьюсь, если войду в пол «рыбкой». Потом, конечно, придется как-то выплывать обратно, но это будет уже следующей задачей после того, как я переживу само падение.

К счастью, нырять в землю мне так и не пришлось, поскольку до нее я так и не долетел, зависнув в воздухе примерно в метре. Затем меня перевернуло в вертикальное положение, и я продолжил болтаться, всё так же не касаясь земли.

– Яре-яре, – раздался скрипучий старческий голос из-за спины. – Кто это тут?

Меня повернуло вокруг оси, и я увидел перед собой невысокого престарелого азиата с огромной лысой головой. Морщинистое лицо его было вполне нормальных размеров, а вот затылок уходил далеко назад, словно череп «чужого», обтянутый человеческой кожей.

– Здрасти, – выдохнул я, настороженно глядя на «мозговитого» старичка.

– Человек? – удивился он. – Как ты сюда попал?

– Через-с потолок-х пещ-щеры, – прошипела азиатка в кимоно, с интересом разглядывая меня с разных сторон, двигая головой на длинной шее. – Прош-шёл сквоз-сь камень, как Безглазые Падальщики. – Она приблизила свое лицо к моему и принюхалась. – Он и пахнет практичес-ски так же!

Старичок задумчиво посмотрел на меня, потерев куцую седую бородку.

– Почему же тебя не разорвало на части при пересечении защиты деревни?

– Защиты? – переспросил я. – Я не почувствовал ничего подобного.

– Очень странно, – покачал головой старик. – Мако, время бить в колокол. Созывай всех.

Женщина со змеиной шеей вытянула её вверх к коньку самого большого здания, на котором действительно висел маленький колокол. Взявшись зубами и дернув за верёвку, она принялась вызванивать какую-то незамысловатую и вместе с тем приятную мелодию.

– Извини, но тебе придётся ещё немного повисеть здесь, пока мы не решим, что с тобой делать, – предупредил меня старик.

Я лишь пожал плечами в ответ, ведь никакого выбора у меня всё равно не было. Тем временем из домов вокруг начали появляться причудливые существа: горбатый человек, похожий на смесь черепахи и какого-то демона; женщина с головой серебряной лисы и пышным хвостиком; самый стрёмный белый длинноносый клоун из тех, что я когда-либо видел в фильмах ужасов; а главное, отлично знакомая мне Садако, разве что, покрывающая голову, хоть и потёртой, но элегантной белой шляпкой. Очевидно, это была не та особь, которую не так давно убили мы с Мэй Ли, но едва ли мне от этого было легче.

Я поспешно нащупал в кармане последние оставшиеся гофу, хоть и не верил, что они сильно помогут против подобных существ. Но и других вариантов все равно не оставалось – нырнуть в землю я не мог, продолжая болтаться в воздухе, оружия под рукой тоже никакого не было. А вот руки мне никак не блокировали, а значит, шанс удачно применить гофу всё ещё оставался. Правда, барьеры я уже использовал и в кармане лежали только поисковые, запечатывающие и несколько атакующих, включая «Духовный Удар», на который и оставалась вся надежда. Но даже вложив в него всю доступную силу, я вряд ли бы справился с таким количеством существ. Сверхсила, полученная от Дэмиса, тут тоже вряд ли поможет, скорее я только наврежу себе, в очередной раз порвав мышцы или связки.

– Человек? – удивлённо спросила женщина-лиса, первой подойдя ко мне вплотную, взяв за подбородок и повертев мою голову влево-вправо. – А почему от него воняет, как от Падальщика?

Прозвучало немного обидно, но я возникать не стал. В окружении опасных существ лучше лишний раз рот не открывать, особенно при стоящей рядом Садако. Я-то ещё помнил, как она залезала своими длиннющими волосами в рты бедных людей в клинике и даже посягала на мой. А ведь тут были и другие непонятные существа, наверняка не менее опасные, чем девушка из колодца. Если честно, сильнее всего меня напрягал клоун с совершенно белым удлинённым лицом, сумасшедшей улыбкой и таким взглядом, словно он прикидывал, каким именно образом собирается меня расчленить.

– Человек проник с-сюда сквоз-сь потолок, каким-то обрас-зом миновав защ-щитный купол, – пояснила женщина с длинной шеей. – Может, он полукровка? Рес-зультат с-спаривания Безгла-сзого Падальщика и человека?

– Что?! – возмутился я, невольно представив эту ужасную картинку. – Какой кошмар! Нет!

– И правда, бред, – согласился старик. – Они же мечут икру и вообще не разделяются по половому признаку. Нет, тут что-то другое…

Волосы на голове Садако пришли в движение, выбравшись из-под широкополой шляпки, и устремились в мою сторону.

– Я могу заставить его всё рассказать, – заявила она.

Удивительно, но в отличие от той особи, с которой сталкивался я, эта говорила вполне членораздельно и осознанно. А вот движения её тела оставались такими же дерганными и неестественными, словно у марионетки. Кажется, она даже рот открывала не в такт произнесённым словам.

– Пока не придёт Мессиэль, я попрошу воздержаться от пыток, – осадил девушек старик, чем заслужил мою искреннюю благодарность.

– Тем более, я сам готов всё рассказать, – поспешил вмешаться я. – И о себе, и о том, зачем пришёл сюда. Мне совершенно нечего скрывать.

– Людишки, – фыркнула женщина-змея. – Вам нельзя верить.

– Люди – плохо, – впервые подал голос «черепаха». – Люди – убить.

– Вот! Правильно говорит Каппа! Какая нам вообще разница, кто этот человек?! – недовольно воскликнула девушка-лиса, полностью игнорируя мои слова. – Просто убьём его, и скормим останки тем же падальщикам. Если сделаем это быстро, то Мэсс даже не узнает, что здесь кто-то был.

Очевидно, передо мной стояла кто-то вроде кицунэ – серебряной лисы из японской мифологии, правда, обычно её рисовали либо в зверином, либо в женском обличии, а тут получился какой-то комплексный вариант с телом человека и головой животного. Примерно так изображали своих божеств египтяне, только там были головы собак, птиц и кошек.

– У нас есть договорённость не вредить людям, – покачал яйцеподобной головой старик. – А это всё-таки человек и, полагаю, смерть можно считать самым фатальным вариантом нанесения вреда.

– Правда? – фыркнула «лиса». – Какой ты умный, не зря у тебя такая большая голова. Но наши правила не касались такого случая, когда человек сам явился в нашу деревню и может раскрыть её тайну. Мы слишком долго создавали это место, чтобы подвергать его опасности.

– Простите, – попытался вмешаться я. – Обещаю, я никому ничего о вас не расскажу… – тут сработала треклятая честность. – Точнее, расскажу, но только если меня спросят.

– По-моему, он издевается над нами, – прищурилась «лиса». – Отвечай честно, зачем ты здесь?! Может, специально искал нас?!

– Дело в том, что я медиум, и…

Все окружившие меня существа разом шарахнулись в стороны.

– Медиум?!

– Я же говорила, что его нужно убить! – ощерившись, прорычала женщина-лиса. – Наверняка всё из-за Шики! Он подозрительно часто покидал деревню! Видимо, мерзкий пёс привлёк внимание медиумов, и они явились, чтобы уничтожить наше убежище!

Белый клоун непонятно откуда достал два огромных ножа, а молчавший всё это время человек-черепаха начал обрастать костяной бронёй, превращаясь в своеобразного рыцаря.

– Что ж, для медиума можно сделать исключение из правила, – неожиданно легко согласился старик, еще минуту назад меня защищавший. – Порвите его на части.

Поняв, что переговоры вдруг резко закончились, я выхватил из кармана все оставшиеся гофу, выбрал «Духовный Удар», напитал энергией, и направил на старика. Очевидно, что именно он продолжал держать меня в воздухе, и не позволял нырнуть в землю и сбежать.

К сожалению, на пути ударной волны встал человек-черепаха, с лёгкостью принявший на себя весь удар.

– Чур я забираю его сердце! – прорычала «лиса», прыгая на меня.

Единственное, что я мог сделать – это прикрыться руками от её нападения, продолжая висеть в воздухе словно пиньята, набитая конфетами.

– А ну всем замереть! – раздался громкий окрик и «лиса» в прямом смысле зависла в воздухе, не дотянувшись до меня когтями буквально на пару сантиметров. За её спиной так же застыл клоун с двумя ножами, человек-черепаха, тянущий ко мне свои ручищи, и женщина со змеиной шеей, держащая в зубах целый меч. Садако от них тоже не отставала, пытаясь добраться до меня своими длиннющими волосами, но тоже была остановлена силой престарелого телепата.

– Госу! – прорычала «лиса», напрягшись всем телом, но так и не коснувшись меня когтями. – Отпусти!

– Босс сказал, я – выполнил, – спокойно ответил старик.

Если честно, всё происходящее начинало напоминать какую-то фантасмагорию. Возможно, я просто надышался какого-нибудь галлюциногенного газа там в метро и сейчас просто валяюсь, пускаю слюни и вижу странный сон? В таком случае, только что мне начал сниться новый персонаж – чёрный кот в сером пиджаке. То есть, человек с головой кота. Высокий, стройный, элегантный… кот?!

– Отойдите от него, – велел человек-кот. – Госу, отпусти мальчишку на землю, а кицунэ пусть ещё поболтается в воздухе.

Старик явно нехотя махнул рукой, и я плавно опустился на землю. Во всяком случае, теперь, в случае чего, я мог попытаться нырнуть в пол пещеры.

– Но Мэссиэль, он же медиум, – недовольно скривила мордочку «лиса», перестав сопротивляться и прямо в воздухе сев в позу лотоса. – И он видел нашу деревню. Его нужно убить.

– Это не простой медиум, – спокойно сказал кот. – На нём метка моей сестры, а значит, от неприкосновенен.

Глава 3

Чья метка? Нет, так-то я не против, если благодаря этому меня не будут убивать, но всё-таки интересно, о чём, собственно, речь?

Последний вопрос я, как это обычно бывает, случайно произнёс вслух.

– Ты встречался не так давно с Туманной Кошкой? – поинтересовался человек-кот.

– Эмм… Возможно, – уклончиво ответил я. – Но она выглядела именно как большая кошка, а не как вы.

Всё-таки это мистическое существо по одной её понятным причинам уже не раз спасало меня, и вполне могло поставить какую-то метку, главное, чтобы это было сделано каким-нибудь мистическим, а не физиологическим методом. И ладно если кошка просто лизнула меня в нос, пока я был в отрубе, а если она воспользовалась более гарантированным методом?!

– Моя сестра ещё молода и не умеет менять облик. Но мне очевидно, что ты её чем-то заинтересовал. – Человек-кот в сером пиджаке, брюках и начищенных чёрных ботинках сурово посмотрел на старика и остальных существ. – Поэтому никто тебя здесь не тронет. Даю слово.

Все существа поклонились ему, исключение составил лишь белый клоун, вместо этого скорчивший злую рожицу и показавший «коту» неприличный жест. То ли клоун обладал более высоким положением в деревне, то ли был здесь на должности шута, но на его выходку никто не обратил никакого внимания. Я бы решил, что это призрак, но за недолгое время работы медиумом уже научился их определять без ошибок. Теперь я бы никогда не допустил такой ошибки, как с девочкой в клинике, более того, по плотности тел призраков я уже мог примерно понять, «зациклен» он или обладает более осознанным разумом. Вроде я видел не так много призраков, и не мог похвастать большим опытом, но это основывалось не на знаниях, а на каком-то шестом чувстве. И оно подсказывало, что это клоун вполне материален.

– Как скажете, Князь, – нехотя буркнула кицунэ.

– Но вопрос о том, как этот медиум прошёл сквозь защиту, всё ещё остаётся открытым, – сварливо напомнил старик, взглянув на меня исподлобья. – Последние годы руны защищали нас от Падальщиков, и если человек смог попасть в пещеру, то это может означать, что наша деревня в большой опасности.

«Кот» очень смешно поморщился. Хотя, если честно, любая мимика человека с головой кота выглядела для меня смешно и мило. И вообще, как он носит ботинки, у него же лапки?!

– Напоминаю, что защиту создал Шики, и он не делился с нами своими методами, – будто нехотя произнёс он. – Возможно, она и вовсе не была рассчитана на людей.

– Или человек просто вломился к нам и что-то испортил в защитном заклинании, – не согласился старик. – Вы же тоже чувствуете силу его души? Такой мог запросто повредить несущие руны и ничего не заметить.

Странно, я вроде бы уже привык максимально уплотнять энергию души в груди, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания существ и призраков. Разве что эти ребята более развиты и чувствительны, чем обычные призраки?

– Конечно, – кивнул «кот». – Уверен, поэтому им и заинтересовалась моя младшая сестренка. Но руны всё ещё на месте, да и с потолка нам на головы не сыплются орды голодных Падальщиков, а значит, бояться нечего.

Человек-кот указал наверх, и только тут я заметил едва различимые полоски огромных узоров, нанесенных на каменный свод пещеры. Они выглядели поблекшими и, как мне почему-то показалось, сильно уставшими. Если защита и работала сейчас, то явно на последнем издыхании, и сильно сомневаюсь, что причина этого была именно во мне.

– Если Падальщики всё-таки посыплются, то я буду считать себя в праве убить его, и никакая метка меня не остановит, – уперлась кицунэ. – Твоя сестра гуляет где-то там, мало ли чем она руководствовалась, ставя свою метку. Может, это для неё вообще ничего не значит!

– Ты хочешь пойти против моего слова? – прищурился Мэссиэль, и от него начала расходиться едва заметная глазу оранжевая аура. – Если я сказал, что его никто здесь не тронет, значит, так и будет!

Серебряная лиса сразу сникла, опустила плечи, но затем очень быстро взяла себя в лапки и стрельнула в меня острым взглядом.

– Конечно же я никогда не пойду против тебя, Мэсс, – заверила она, оправив белые одежды и скромно сложив лапки на груди. – И вообще, раз уж он теперь наш гость, то следует соблюдать законы гостеприимства. Предлагаю переместиться в дом и продолжить разговор в более мирной обстановке за чашечкой зеленого чая.

«Кот» одарил кицунэ подозрительным взглядом, но не нашёл к чему придраться и согласно кивнул:

– Так-то лучше.

Спустя пару минут я уже сидел в одном из зданий за столом в окружении любопытных существ. Кицунэ заботливо наливала мне в изящную маленькую чашечку зелёный чай, но, судя по хитрому выражению мордочки, этот напиток мне принимать точно не стоило. Очевидно, что убивать меня вопреки приказу человека-кота она не рискнёт, но вот устроить неприятные последствия – запросто. Зато клоун, стоя за моей спиной, с радостью схватил мою чашку и выпил залпом, и никто из существ никак на его выходку не отреагировал. Это подтвердило мою уверенность в том, что это точно не призрак, но вот в целом сделало ситуацию ещё страннее.

– Так как ты нашёл это место? – спросил меня человек-кот, немигающе глядя своими большими оранжевыми глазищами. – Неужели кто-то из Ассоциации узнал о нашей деревне?

Очевидно, что скрывать мне было особенно нечего, поэтому я рассказал, что именно привело меня в депо, и как я провалился под землю. О том, что способность проходить сквозь землю у меня лишь на время, я тоже молчать не стал. Конечно, раскрывать свои секреты мне не очень хотелось, но только так можно было свести к минимуму мою связь с Падальщиками.

– Призрак? – переспросил Мэссиэль. – Если бы что-то подобное появилось в нашей деревне, я бы об этом знал. Видимо, ты ошибся.

– Он точно врёт, – тут же вклинилась кицунэ. – Людям нельзя верить!

Уж не знаю, чем я так не понравился лисичке, но она упорно продолжала гнуть свою линию, хотя, женщина-змея, вроде бы её звали Мако, и человек-черепаха – Каппа, вели себя куда спокойнее. Даже Садако смиренно сидела за столом в своей шляпке и смотрела куда-то во двор, делая вид, будто меня вообще тут нет. И, кстати, помня о том, чем питается Садако, интересно, на какой диете она держалась в этой деревне?

– Нет тут никаких призраков, – поддержала Мако лисицу. – Человек всё придумывает.

– Я могу указать точное место, где находится призрак, – предложил я, достав рамки. – Это не займёт много времени.

– Интересно, – прищурился «кот». – Что ж, показывай.

Если рамки сейчас вновь покажут вниз, меня могут и правда сожрать, а я окончательно разуверюсь в том, что мой призрачный GPS правильно настроен. Какова вероятность, что глубже пещеры, находящейся под станцией метро, есть еще один уровень?

Но обошлось, рамки показали куда-то в сторону. Выйдя наружу, я принялся ходить кругами, вычисляя направление. Существа в этот момент хвостиком ходили за мной, настороженно следя за всеми действиями. Наглее всех вновь вёл себя клоун, постоянно мешавшийся у меня под ногами, и даже попытавшийся отнять одну из рамок. И снова существа полностью проигнорировали его существование… это уже начинало напрягать даже больше, чем вся сложившаяся ситуация в целом.

– Это вообще нормально? – не выдержав, спросил я у Мэссиэля, указав на клоуна.

– Что именно?

Клоун вновь скорчил мне рожу.

– Вот он, – раздражённо пояснил я.

– Кто? – озадаченно посмотрев в указанном направлении, спросил старик Госу, и человек-кот к нему присоединился:

– Ты здесь кого-то видишь? Призрака?

– Да он просто внимание отвлекает! – тут же влезла кицунэ. – Наверняка время тянет, поскольку наврал о цели своего прихода сюда!

– Да! – присоединилась к ней Мако, она же женщина-змея. – Он точно врёт!

Я сжал зубы и продолжил идти по указанному рамками направлению. И вскоре выяснилось, что призрак находится в небольшом домике на самой окраине деревеньки.

– Здесь живёт Садако, – прокомментировал старик, покосившись на девушку в шляпке. – Малышка, ты ничего не хочешь нам рассказать?

Лицо мертвенно-бледной девушки в одно мгновение преобразилось в уродливую маску старухи. Щеки ушли куда-то внутрь, глаза выкатились из орбит, а губы истончились, открыв обзор на белые неестественно острые зубы.

– Моя! – провизжала она, отталкиваясь от земли волосами и бросая свое тело в сторону дома.

– Да сиди ты, – не особо напрягаясь схватил её лапой за волосы человек-кот, и дёрнул обратно. – Вечная проблема с этими Садако, вроде адекватно себя ведут, пока не переклинит на чём-нибудь. Госу, придержи её, а мы пойдём посмотрим, что там в её доме.

– Яре, яре, бедная девочка, – сочувствующе покачал головой старик. – Сейчас всё сделаю.

Телепат заключил визжащую девушку… точнее, уже гримасничающую тварь, в своеобразный кокон, не позволяющий её волосам вырваться наружу. Существо билось о прозрачную сферу изо всех сил, но, видимо, разница в силе между одушевлённым проклятием и головастым стариком была слишком велика.

Внутрь пошли все, включая видимого только мне клоуна. Дом Садако встретил всю нашу разношерстную компашку тишиной. Внутри он был обставлен довольно минималистично, по одному предмету мебели на каждое помещение, словно кто-то желал обозначить, где и какая комната находится, но на этом и остановился. Используя рамки, я прошёл по коридору из холла с одинокой вешалкой для одежды в спальню, оборудованную стальной кроватью с витиеватой железной спинкой, открыл дверь, и, наконец-то, увидел цель своих поисков – неподвижно висящего под потолком призрака Алины Князевой. И не только её, рядом находилось ещё несколько таких же неподвижных полупрозрачных женщин. На их шеи были намотаны чёрные волосы Садако, играющие роли ошейников. Все они цеплялись к потолку, делая призраков похожими на своеобразные ёлочные игрушки.

– Что это за странная коллекция? – удивился «кот».

– Ничего с-странного, – тяжело вздохнула женщина-змея. – Малышка прос-сто хочет с-стать нормальной девушкой, приз-зраки для неё что-то вроде фетиш-ша и примера одновременно. Она их коллекц-ционирует, пытается общаться.

«Кот» покосился на неё.

– Ты знала?

– А чего такого-то?! – вскинулась женщина с длинной шеей. – Это ж прос-сто ос-сколки душ людишек. Они ничего не говорят и не чувс-ствуют, пить и ес-сть не прос-сят.

Я же присмотрелся к лицам девушек, и с удивлением заметил, что не все они «пусты», как Алина Князева. Из шести одна пыталась говорить с нами, но её губы двигались, не издавая ни единого звука.

«Кот» взмахнул лапой, обрезал волосы, и половина освобождённых призраков тут же испарилась. Похоже, только волосы Садако каким-то образом удерживали их в этом мире. Алина и блондинка остались стоять так же неподвижно, а вот третья женщина заговорила со мной:

– Спасибо, мальчик! Эта страшная женщина, она держала нас здесь неделями, не кормила и не позволяла даже сходить в туалет! Я испытывала жутки муки!

– В туалет? – переспросил я. – Кхм… ну да. Но теперь всё хорошо, и вы свободны.

Женщина уставилась на меня, как на идиота.

– Хорошо?! Нас окружают какие-то твари!

– Твари?! – переспросила кицунэ. – Будет ещё какая-то мертвячка меня оскорблять!

– Мертвячка?! Что эта мерзкая крыса говорит?! Я чувствую себя совершенно обычно: хожу, дышу, разговариваю!

У кицунэ аж шерсть дыбом встала от такой наглости.

– Да я её…

– Это тот призрак, которого ты искал? – спокойно спросил Мэссиэль.

Я указал на Алину.

– Нет, она.

«Кот» махнул лапой и развоплотил говорившую с нами женщину.

– Тогда какой смысл разговаривать с мертвецом? Лучше прервать его скитания и быстрее отправить в круг перерождений.

Возмущаться я не стал, поскольку понимал, что призрак в любом случае рано или поздно, в зависимости от силы души, воплотится вновь. Хотя, я еще слишком мало знал о способностях Мэссиэля, вдруг он каким-то образом мог уничтожать призраков окончательно? Во всяком случае, когда «кот» уверенно ударил лапой призрака блондинки, я смог разглядеть исходящую от его когтей оранжевую энергию. Это же явно что-то значило, пусть я и не понимал, что именно.

Использовав заранее заготовленный гофу, я поторопился запечатать последний осколок души Алины Князевой, и облегчённо выдохнул. Цель нашей небольшой подземной экспедиции достигнута, что не может не радовать. Вот бы ещё как-то сообщить об этом остальным. Мобильный телефон здесь не ловил, я успел быстро взглянуть на экран, пока мы шли пить чай, поэтому чтобы связаться с Князевым и остальными нужно было подняться на поверхность. Вот только отпустят ли меня эти существа?

Удивительно, но, когда мы покинули дом, Садако никто даже не стал всерьез ругать.

– Ты убила этих девушек? – лишь поинтересовался человек-кот, когда мы вернулись на площадь.

– Нет! – визгливо возмутилось существо, продолжавшее бесноваться внутри энергетического кокона. – Просто нашла! Наверху!

– Мы же договаривались, что не будем выходить на поверхность, – недовольно напомнил Мэссиэль. – Это слишком опасно и может привлечь лишнее внимание.

Кицунэ выразительно покосилась на меня:

– От которого потом придется избавляться.

Я сделал вид, будто не заметил очень «тонкого» намека.

– С-садако ни в чем не виновата, – вступилась женщина-змея, вытянув шею, чтобы заглянуть в глаза Мэссиэлю. – Она же ребёнок по с-своей с-сути, не понимает, что делает.

Всё это время молчавший горбатый человек-черепаха важно кивнул:

– Садако хорошая. Не надо её наказывать.

Удивительно, но здоровяк перемещался так тихо и вёл себя так пассивно, что я забыл о его существовании. В отличие от клоуна, делающего всё возможное, чтобы постоянно быть у меня на виду. Вот и сейчас он достал откуда-то куклу, подозрительно похожую на серебряную лисицу, и демонстративно отрывал её лапки.

– Ладно, об этом мы поговорим позже, – отмахнулся от товарищей «кот» и сурово посмотрел на Садако. – Хватит уже буянить, мы отпустили твоих призраков.

Вопреки ожиданиям, его слова не успокоили одушевлённое проклятие, а, наоборот, взбесили ещё сильнее. Она начала биться о защитную сферу с удвоенной силой и каким-то образом умудрилась пробить её верхнюю часть. Волосы устремились к потолку пещеры, схватились за камни и вытянули Садако наверх.

– Мако! – крикнул головастый старик. – Поговори с подружкой, пока она окончательно не сошла с ума! Дались ей эти призраки!

– Был бы там ум, – буркнула кицунэ.

Садако зацепилась волосами за потолок словно паук паутиной, и яростно закричала:

– Верните! Моё!

Женщина-змея вытянула шею вверх и подняла голову к Садако.

– Малышка, успокойс-ся. Мы найдём тебе новые игрушки, обещаю. Какие-нибудь другие.

Я покосился на «кота».

– Купили бы ей компьютер что ли, пусть лучше в развивающие игры играет.

– Что купить? – переспросила кицунэ.

Голвастый старик нахмурился.

– Компуктер? Впервые слышу.

– Сколько же лет вы тут безвылазно живёте? – удивился я.

– Несколько лет, примерно с тысяча девятьсот семидесятого по вашему исчислению, – ответила кицунэ, выразительно посмотрев на «кота». – А что, снаружи что-то сильно изменилось? Какой сейчас год?

– Две тыс…

Мэссиэль замотал лапкой под шеей, намекая, что мне лучше заткнуться, но было уже поздно, лисица услышала достаточно.

– Две тысячи какой?!

Я сделал вид, будто с интересом смотрю на беседующих под потолком Садако и Мако, и совершенно не слышу её вопроса. Похоже, с этой деревней всё было не так просто и время здесь текло значительно медленней, чем снаружи. Или же на существ оказывалось какое-то иное воздействие, заставившее их проспать несколько десятков лет. Может с этим как-то связан клоун, которого могу видеть только я?

Тем временем женщине-змее всё-таки удалось успокоить Садако, и они спустились вниз. При этом Мако смотрела на меня так зло, будто это я лично чем-то обидел одушевлённое проклятие.

– Извините, – поклонилась Садако. – Я виновата.

Человек-черепаха молча подошёл и обнял девушку в белом платье, вернув на её голову потёртую шляпку.

– Всё в порядке.

– Ничего не в порядке! – возмущённо воскликнула кицунэ. – Мэсс от нас что-то скрывает! У меня такое подозрение, что Шики добавил в руны пещеры что-то ещё помимо защиты от Падальщиков!

Мэссиэль вновь начал источать сильную ауру.

– Кицунэ, как ты смеешь обвинять…

– Яре, яре, – вмешался в разговор старик, встав рядом с лисицей. – В этот раз девочка права. Что ты пытаешься от нас скрыть, Мэсс? Как снаружи могло пройти так много времени?

– Мэсс, о чём они говорят? – присоединилась женщина-змея.

Если честно, я чувствовал себя так, словно стал свидетелем семейной ссоры. Как-то неуютно, и вроде бы меня всё это не касается, но и уйти не могу, поскольку привлеку к себе лишнее внимание. Примерно так же тихо как я вёл себя и белый клоун, прыгающий вокруг существ, не издавая при этом ни единого звука.

«Кот» тяжело вздохнул и убрал давящую ауру.

– Ничего я не скрывал, просто время ещё не пришло. Мы закрылись здесь от внешнего мира и, в частности, от Хозяина, надеясь сохранить свою свободу. Шики, как лучший ученик Хозяина, умел управлять существами, и создал над деревней колонию Падальщиков, многочисленные души которых полностью скрывали нас от любых поисков. Затем он создал руны, защищающие уже нас от самих Падальщиков.

– Это мы и так знаем! – возмущённо воскликнула кицунэ. – Со временем-то что?!

– Шики остановил для нас время на пятьдесят лет, – ответил «кот». – Мы решили, что Хозяин всего лишь человек, к тому же, не молодой, спустя такой срок он должен умереть своей смертью и мы все будем свободны.

– А почему вы сразу нам об этом не рассказали? – с любопытством спросил «головастый» старик. – К чему эти секреты?

– Я не был уверен, что вы полностью избавились от его влияния. Вдруг кто-то из вас не сдержался бы и помешал процессу. Вспомните, как было трудно первое время до установки рун сидеть тут и не откликаться на его зов. Сейчас же, после долгой спячки, мы вроде бы чувствуем себя совершенно свободными, но я решил не рисковать – отправил наружу сестру, которая никогда не контактировала с Хозяином. И только когда она подтвердила бы, что во внешнем мире нет его следов, я рассказал бы вам о том, что прошло уже пятьдесят с лишним лет.

– Пятьдесят лет… Что ж, возможно, старик и правда уже погиб, – мечтательно закатила глаза кицунэ. – Надеюсь, он умер не от старости, а от мучительных ран. Или болезней. Или ран и болезней.

Услышав от существ о некоем Хозяине, я тут же испытал определённые подозрения на этот счёт. В моей памяти почему-то всплыло то, как Хухлик называл «Хозяином» моего второго учителя – Макарова. С учётом того, что говорила о нём Мисси, мол, Макаров уже был стариком в сороковом году, то он же вполне мог абьюзить всех этих существ в шестидесятых. Да и сам Хухлик вёл себя так, будто боялся Макарова, но стоило ему оказаться рядом, как стал вести себя покладисто, словно его лучший друг.

– Что ж, должен признать, ты действовал умно, – медленно проговорил старик Госу. – Очевидно, что зависимость от Хозяина исчезла за эти пятьдесят лет. Столько времени… интересно, как изменился мир снаружи?

– Если Хозяина больше нет, то мы можем пойти и узнать это сами! – радостно осклабилась кицунэ.

– Увидеть солнце? – обрадовался человек-черепаха.

– Это ещё не точно, – напомнил Мэссиэль. – Нам не следует торопиться. Если Хозяин ещё жив, то стоит ему появиться рядом, как узы вновь окрепнут, и мы станем его послушными рабами.

– Да, да, – отмахнулась серебряная лисица. – Твоя сестра где-то там ищет его следы, бла-бла-бла. Я этой мелкой не особо доверяю. Она ж и Хозяина-то не видела своими глазами.

– Я передал Мелиссе слепок силы его души, – спокойно ответил «кот». – Если Хозяин жив, то она ощутит это с расстояния в несколько тысяч шагов.

– А что это за Хозяин такой? – решил всё-таки вмешаться я в их разговор. Хотелось бы получить описание его внешности, чтобы сравнить с Макаровым, но «палиться» прямыми вопросами я опасался. Если я прав, и речь идёт об учителе, то существа могут меня на части порвать, невзирая ни на какие метки.

Все существа тут же уставились на меня так, будто успели забыть о моём присутствии.

– Точно, – опомнился Мэссеэль. – Нужно всё-таки решить, что делать с ним.

Молчаливый клоун выразительно провёл большим пальцем по шее, но его всё равно мог видеть только я. Если честно, это уже начинало откровенно напрягать и даже немножко пугать. То ли это существо невидимо, то ли является плодом моего воображения, непонятно. На материальный мир он вроде влиять способен, но это воздействие тоже не замечал никто кроме меня. Реально что ли шизофрения? В любом случае, нападать на него первым до тех пор, пока он не проявляет прямую агрессию, было слишком рискованно. Хотя, рука так и чесалась попытаться вдарить по нему атакующим гофу или попытаться его запечатать.

– Ээ… отпустить? – осторожно предложил я, косясь на клоуна.

– Даже несмотря на то, что на тебе метка Мелиссы, я не могу дать тебе уйти отсюда, ведь теперь ты знаешь о нашем поселении, – как мне показалось, хмуро сказал человек-кот.

– Я никому о нём не расскажу, – поспешно заверил я, и вынужденно добавил: – Если меня не спросят, конечно.

– А если спросят? – тут же прицепился к моим словам головастый старик.

Так. Держись, молчи, молчи…

– То придётся рассказать, – сквозь зубы ответил я. – Я физически не могу врать благодаря полученной травме души.

Пришлось подробно рассказать существам о моей маленькой «особенности» просто потому, что они задали несколько очень удачных вопросов.

– Как интересно, – тут же обрадовалась кицунэ, и предвкушающе потерла лапки. – Раз мы не можем его убить или отпустить, то придётся оставить человека здесь? Это будет забавно.

Головастый старик задумчиво посмотрел на меня и потёр лысину.

– Может это не так уж и плохо, мне хоть будет с кем играть в шахматы. Да и Садако полезно расширить круг общения.

Женщина-змея обняла Садако за плечи и заинтересованно посмотрела на меня.

– А ведь правда…

– Вообще-то я пришел сюда не один и меня уже ищут, – поспешно вмешался я, совершенно не горя желанием заводить дружбу с условно одушевленным ходячим проклятием. – Уверен, скоро они спустятся сюда.

– Вот, я же говорила! – с лёгкостью сменила настрой серебряная лиса. – Нужно убить этого человека и поднять тело на поверхность. Пусть его найдут там и успокоятся.

Мда, хотел как лучше, а получилось как всегда.

Белый клоун достал откуда-то огромный нож мясника и выразительно взмахнул им, явно соглашаясь с предложением кицунэ.

– Давайте успокоимся, – быстро сказал я. – Наверняка есть какой-то другой выход.

– Есть, – неожиданно легко согласился Мэссиэль. – Мы можем стереть тебе память. Ты здесь примерно час, это не так сложно.

– Может, не надо? – неожиданно засуетилась кицунэ. – В принципе, человек нам ничего плохого не сделал, пусть идет на все четыре стороны! Кто ему поверит вообще?

– Да, да, – присоединились к ней все остальные. – Обойдемся без стирания памяти.

Я подозрительно посмотрел на лица, морды и мордочки существ.

– В чём подвох?

– Для этого нам придётся воспользоваться помощью нашего… товарища, – пояснил человек-кот. – Шики один из создателей этой деревни, он наложил защитные руны на пещеру, и он же обладает способностью стирать память людей.

– Не нужно выпускать этого психа! – тихо проблеяла кицунэ.

Серебряная лисица выглядела по-настоящему испуганной. Что же это за существо такое, что его называет сумасшедшим даже кицунэ, живущая бок о бок с Садако?

– А что значит «выпускать»? – спросил я, оглядываясь по сторонам. – Его где-то держат?

– Шики большую часть времени слегка не в себе, – пояснил «кот». – Неконтролируемые приступы ярости, желание убивать. Только с помощью моей силы можно ненадолго вернуть ему разум, но даже тогда его действия могут быть слегка непредсказуемыми.

– И этому существу вы хотите позволить копаться в моей голове?! – возмутился я. – Нет уж!

– А у тебя нет другого выбора, – показала острые клыки в ухмылке кицунэ, и тут же погрустнела. – Видимо, и у нас тоже, раз Мэсс так серьёзно относится к метке сестрёнки. Ладно, уговорили, пойдём к темнице.

Я бы мог попытаться оказать сопротивление, всё-таки позволять копаться в своем мозге непонятному существу совершенно не хотелось. Но я сильно сомневаюсь, что справился бы с такой толпой монстров, каждый из которых явно обладает внушительной силой. Можно было бы попытаться сослаться на знакомство с Макаровым, если именно он является Хозяином, которого существа так бояться, но как бы это ещё сильнее не ухудшило мою ситуацию.

Пока я лихорадочно думал, что же делать, меня повели через проход в одну из пещер рядом с деревней. Она заканчивалась огромной стальной дверью, прокрытой многочисленными рунами. И в отличие от тех, что были на потолке, эти буквально сверкали от переполнявшей их энергии.

– Открывайте, – скомандовал Мэссиэль. – Я же попытаюсь на время вернуть старого доброго Шики.

– «Доброго», ага. Пусть Каппа отпирает, он крепкий, – отшагнула кицунэ. – Я к этой двери и близко не подойду.

Её примеру последовали и Мако с Садако и Госу. Зато белый клоун тут же подошёл к двери, по-деловому осмотрел её, и демонстративно постучал кулаком. Будто откликнувшись на стук, дверь сотряслась от сильнейшего удара и огромные руны разразились снопами искр.

Глава 4

Горбатый Каппа послушался серебряную лисицу и со скоростью черепахи (кто бы мог подумать) подошёл к двери и заскрипел замками. В этот же момент все кроме Мессиэля, меня и видимого только мне клоуна, сделали ещё несколько шагов назад.

Что ж там за монстр такой заперт?

Под аккомпанемент тяжелых ударов в дверь Каппа открывал замки пока не щёлкнул последний из них. Двери с грохотом распахнулись, откинув человека-черепаху в сторону словно пушинку, и на пороге показался обитатель темницы.

«Да ладно?» – подумал я, скептически глядя на это существо. – «И вот это страшный монстр, которого все так боятся?!»

Я уже неплохо разбирался в мистических существах, поскольку успел набраться определённого опыта, но это животное видел впервые. Больше всего тот, кого называли Шики, напоминал миниатюрную, буквально двадцатисантиметровую, смесь собаки и медведя, стоящую на задних лапках. Очень милую, пушистую милаху бежево-серого окраса, пухленькую, щекастую и толстозадую. «Мимимиметр» при взгляде на этого «монстра» буквально зашкаливал.

– Шики?! – удивился Мэссиэль. – Что с тобой случилось?!

Медведь, точнее медвежонок, показал коту неприличный жест лапкой.

– А ты как думаешь, ахо[1]?! Заперли меня тут на пятьдесят лет без еды и воды! Какого дьявола вообще?!

– Пятьдесят лет? – удивлённо переспросил Мэссиэль. – Но почему?! Ты же, как и мы, находился внутри защитного поля.

Медвежонок ударил лапкой по лицу.

– Камера заключения представляет собой изолированное пространство, на него замедление времени не действует! Я тут чуть от скуки не рехнулся!

– Яре-яре, нехорошо получилось, – тихо проговорил Госу у меня за спиной. – Но в наше оправдание скажу, что мы не знали об этом свойстве наложенной тобой защиты, ну, все кроме Мэсса.

Женщина-змея, Садако, головастый старик, кицунэ и человек-черепаха отошли ещё дальше, и теперь получилось так, что перед медвежонком стояли только я и Мэссиэль. На клоуна медведь, он же Шики, не обращал никакого внимания так же, как и другие существа, а значит, его можно было не считать. Более того, моя личная белолицая галлюцинация спокойно проходила сквозь других существ, что лишний раз подтверждало её нематериальность.

– Ты же сам конструировал эту камеру, – заметил человек-кот, явно почувствовав себя слегка неуютно. – Почему этого не учёл?

– Я же не знал, что вы в неё запихнёте меня!

– Ты убил Данки! – выкрикнула Мако, прячась за головастым стариком и вытянув вверх шею. – Порвал его на час-сти и играл головой в кэмари[2]!

Медвежонок почесал лапкой за ухом.

– Я? Не было такого. Что вы выдумываете?

– Ты себя не контролировал, – пояснил Мэссиэль. – Видимо, из-за влияния Хозяина. Всё-таки зря ты так часто выходил во внешний мир.

– А где ещё мне было материалы для строительства домов и защитного поля взять?! – огрызнулся Шики. – Да и Падальщиков надо было подкармливать, чтобы они плодились как полагается! И вообще, я первый из вас избавился от влияния Хозяина, с чего бы мне вдруг сходить с ума?!

Ого, так и городок в японском стиле построил этот маленький медвежонок? И остальные существа его в благодарность заперли в камере на пятьдесят лет? Пожалуй, я бы на месте этого Шики тоже был в бешенстве.

– В любом случае, ты убил Данки на наших глазах, поэтому нам пришлось тебя запереть! – слегка повысил голос «кот», не сводя оранжевых глаз с Шики. – Но сейчас ты совершенно в порядке, я не чувствую никаких следов сумасшествия.

Клоун в это время достал откуда-то маленький трёхколесный велосипед и кружил вокруг медвежонка, корча рожи и беззвучно смеясь. И если разнообразные существа японского фольклора вокруг меня уже нисколько не смущали, то этот белолицый псих, которого видел только я, начинал откровенно пугать. Наблюдая за ним, я всё больше убеждался в том, что это не моя личная галлюцинация. Очевидно, что передо мной корчило рожи какое-то нематериальное существо или сущность, находящееся на более глубоком слое реальности, чем призраки, которых обитатели подземного городка всё-таки могли видеть. Непонятно только, какие цели оно преследовало и насколько могло быть опасным?

– Может это у вас было сумасшествие, а не у меня? – недовольно спросил медведь. – Я лично ничего такого не помню.

Из огромной пещеры, которую мы недавно покинули, донесся громкий треск.

– А там что происходит? – подозрительно спросил медвежонок.

– В том числе, поэтому мы тебя и освободили. Похоже, защита, которую ты создал, ослабела, а Падальщики над нами слишком сильно расплодились, – пояснил Мэсиэль. – Это становится опасным.

Шики всплеснул лапками.

– Ну конечно, вам понадобилась моя помощь! Вы же не могли освободить меня просто потому, что беспокоились или соскучились.

– Ты и в здравом уме та ещё сволочь, – недовольно заметила кицунэ. – С чего бы нам по тебе скучать? Или ты забыл, как подставил меня перед теми стражниками, избившими меня до потери пульса?![3]

Медвежонок ухмыльнулся, заставив лисицу спрятаться за худую спину Госу.

– Да-а, это было весело.

– Шики плохой, – тихо прошептала Садако. – Он забирал у меня шляпку.

Если честно, меня не особо интересовали разборки существ. В свете угрозы стирания моей памяти, я даже был не против того, чтобы они устроили здесь драчку и поубивали друг друга. Единственное, что смущало – это отсутствие уверенности в том, что я смогу выбраться отсюда самостоятельно. Хоть я и понял, каким образом действует способность, полученная от Падальщика, проходить сквозь стены было всё ещё слишком страшно. А главное, я просто не представлял, как «плыть» внутри стены вверх.

– А это кто? – наконец обратил на меня внимание зверёк. – Человек? Здесь? Это НЗ? Почему вы его до сих пор не съели? – Тут он захлопал лапками. – А-а, это вы для меня его привели, чтобы задобрить. Ням-ням!

Я отшагнул от медведя.

– Никаких ням-ням. Я под защитой!

В принципе, я был готов нырнуть под землю в случае опасности, и уже там разобраться, как контролировать свои передвижения. Ещё был вариант припугнуть существ Макаровым, но там реакция могла оказаться слишком непредсказуемой. Они могли убить меня сразу, как только услышат о Хозяине, от которого прятались под землёй целых пятьдесят лет.

– Этого человека пометила моя сестра, – вмешался Мэссиэль. – Поэтому убивать его нельзя. Мы бы хотели просто немного подкорректировать его память, чтобы он забыл об этом месте, а потом я вынесу его наружу.

– А что мне за это будет? – лукаво поинтересовался Шики.

– Мы тебя не запрем обратно в камеру, – ответил человек-кот, вызвав тихий ропот за нашими спинами. Похоже, его предложение не слишком устраивало остальных жителей подземного убежища. – Если, конечно, ты убедишь нас в том, что можешь себя контролировать.

Медведь ощерился, выставив перед собой лапки с острыми когтями:

– А силёнок хватит? – и тут же осмотрел себя. – А, ну да. Хватит. Ладно, попробуем немного подправить ему мозг. Но там уж как получится, у меня давно не было практики, знаете ли.

У нас за спиной вновь раздался грохот, похоже, временно спасший мой мозг от поругания, причём явно в очень жесткой форме.

– Вы руны хоть энергией подпитывали? – подозрительно спросил медведь. – Судя по звуку, там потолок вот-вот рухнет.

– Ээ… нет, конечно, ты же нам ничего об этом не говорил, – озадаченно ответил Мэссиэль.

Медведь побледнел. Вот прям шерсть на лице из коричневой вдруг стала белой.

– Как так?! Я же Данки объяснял, что нужно делать…

– Ага, и потом ему голову оторвал, – напомнил человек-кот. – После чего мы тебя в невменяемом состоянии заперли здесь. Может, тогда сперва займешься защитой, пока она окончательно не рухнула?!

Шики смешно засеменил лапками и побежал мимо нас к выходу из коридора. Все существа прижались к стене, стараясь быть как можно дальше от него, и только когда медведь исчез за поворотом, опасливо последовали за ним. Первым, правда, на своем трёхколесном велосипеде укатил видимый только мне клоун.

– Ты его точно контролируешь? – тихо спросила кицунэ у Мэссиэля, идя рядом с ним.

– Да он в полном порядке, моего вмешательства не требуется, – заверил «кот». – Я не чувствую ни следа сумасшествия.

Я сделал шаг следом за ними, и неожиданно потерял равновесие, упав на одно колено. Оказалось, что шнурки моих ботинок каким-то образом оказались связаны. Я-то думал такое бывает только в мультиках или глупых комедиях.

– Это Шики, – пояснил Мэссиэль, обернувшись. – Его шуточки. Все тануки знамениты любовью к каверзам, но наш Шики худший из них.

Как назло, а скорее всего, именно назло, шнурки превратились в один сплошной узел, и мне их пришлось просто порвать. Благо силёнок хватало.

– За это его и не любят, – буркнула кицунэ, одарив меня злым взглядом. – А ты иди рядом и даже не думай сбежать. Если что, я тебя из-под земли достану, в самом прямом смысле.

Я лишь пожал плечами в ответ. Мне достаточно продержаться до того момента, пока не появятся Ника и остальные. Уверен, сестренка вызовет Джеймса и армию, если понадобится, но меня спасёт. Да и Князев с сослуживцами, взявшись за работу всерьёз, смогут перебить всех Падальщиков и спуститься сюда.

«И что это за тануки?» – думал я, идя за существами. – «Так вроде бы сеть закусочных называется, а тут какое-то существо. Явно тоже из Японии, как и остальные, но мне по моему миру известны только лиса-оборотень и Садако».

Оказавшись в главной пещере, я убедился в том, что руны слабеют буквально на глазах. Некоторые их части уже вовсе перестали светиться энергией, но главное – из каменного свода пещеры периодически показывались безглазые морды и когтистые лапы Падальщиков. Они пока ещё не могли проникнуть внутрь полностью, но уже делали попытки прорваться. Выглядело происходящее очень крипово и как-то противоестественно: широкий потолок пещеры, площадью с футбольное поле, и по всей его поверхности выглядывают словно рыбы из воды серые твари.

Медведь подбежал к Мако – девушке с шеей змеи, и скомандовал:

– Быстрее подними меня наверх.

Он забрался ей на голову, и та всего за пару мгновений доставила Шики вплотную к рунам, хотя высота потолка составляла более пятнадцати метров. Похоже, с шеей этой женщины закон сохранения массы совершенно не работал, она даже не истончалась по мере удлинения, и Мако при этом не теряла равновесия. Медведь прикоснулся к рунам и некоторое время стоял так, будто к чему-то прислушиваясь, пока в какой-то момент перед ним не появилась морда Падальщика, попытавшаяся его укусить. Одно едва различимое движение, и эта голова уже падала вниз, буквально оторванная маленькой лапкой Шики. Затем медведь и сам спустился к нам, в последний момент извернувшись и каким-то образом умудрившись завязать шею женщины-змеи узлом.

– Так тебе больше идёт, – нагло заявил он.

Мако молча и с укором смотрела на Шики. Как и мои шнурки, её шея оказалась завязана не в обычный узелок, и я просто не представлял, как она будет из этого выворачиваться, а главное, каким образом мелкий медведь вообще успел это сделать.

– Ну что там? – нетерпеливо спросил Мэссиэль.

Мы стояли на той самой главной улице меж домов, на которую я рухнул из верхней пещеры. Существа продолжали сторониться Шики, стараясь находиться как можно дальше от него, и теперь я понимал почему. Но это всё ещё смотрелось довольно забавно, ведь медведь был ростом с моего старого знакомого Хухлика, в то время как человек-черепаха мог бы прихлопнуть его одним ударом кулака.

– Внутри толщи камня Падальщики, они нагружают руны и бьются о защитное поле, пытаясь попасть сюда. – Шики всплеснул маленькими, но явно очень сильными лапками. – Всё слишком запущено, и многие руны пострадали. Нужно не только подзарядить их, но и кое-что перерисовать, в нынешнем состоянии я не могу с этим справиться.

– Что же нам тогда делать?! – воскликнула Мако.

– Бежать? – тихо предложил человек-черепаха.

– Вот ещё! Я не позволю уничтожить наш дом! – возмутилась кицунэ. – Мы же все сильные ёкаи, и с лёгкостью порвём всех этих серых тварей!

– По моим ощущениям их там тысячи, – заявил Шики. – Они нас просто затопчут.

– И что ты предлагаешь? – напряжённо спросил Мэссиэль, подойдя к женщине змее, и пытаясь помочь ей разобраться с шеей.

– Я согласен с Каппой, нам нужно бежать, причем как можно скорее, – уверенно сказал тануки. – Или… – он покосился на меня. – Я могу немного восполнить силы, сожрав этого человека. Тогда я напитаю руны энергией, и они протянут ещё недельку-другую.

Кицунэ тут же махнула рукой.

– Так жри быстрее, чего тянуть!

– Никто никого жрать не будет, – осадил её Мэссиэль. – Неужели нет никаких других вариантов?

Шики пожал плечами.

– У вас же нет здесь других специалистов по рунам кроме меня. А я сейчас слаб словно новорождённый.

Все существа тут же посмотрели на меня.

– Вообще-то так получилось, что есть, – ответил Мэссиэль. – Этот человек как раз является медиумом, и он при нас использовал листики с рунами. Так ведь?

Я согласно кивнул.

– Я правда изучаю оммёдо, но руны на потолке мне не знакомы.

– Хмм… это от тебя и не требуется, – с интересом меня разглядывая, сказал медведь. – Я покажу, что и как исправить, если у тебя есть способности оммёдзи, этого достаточно. Нужно лишь нанести краску и напитать силой. Ты сможешь это сделать?

В лапках тануки из ниоткуда появилось ведерко с чёрной краской и кисточка почти с него размером.

– Допустим. – Я покосился на Мэссиэля, упорно продолжавшего распутывать шею Мако. – Но зачем мне это делать?

– Чтобы я тебе голову не откусила! – тут же вмешалась кицунэ.

Но меня это ничуть не испугало.

– И тогда вам на головы рухнут сотни Падальщиков, и, скорее всего, они вас всех сожрут.

Человек-кот понимающе кивнул.

– Что ты хочешь за помощь?

В этот момент чёртов клоун в очередной раз решил помельтешить у меня перед глазами, я не выдержал, и попытался отмахнуться, но, разумеется, рука прошла сквозь него. Но момент для сурового озвучания своих требований явно был упущен – все существа смотрели на меня, как на сумасшедшего.

– Никакого стирания памяти, вы выведете меня отсюда, и я никому о вас не расскажу… – тут я снова не мог смолчать: – По собственной воле. Я уже получил то, за чем пришёл, остальное меня не интересует.

– Нет! – тут же вмешалась Мако. – Людям нельз-зя верить!

– Госу? – вопросительно посмотрел на большеголового Мэссиэль.

– Человек не может врать, – напомнил старик. – А значит, сейчас он искренне так считает и по своей инициативе рассказывать о нас не станет. В целом, на нём же есть метка твоей сестры, если он нас предаст, ты же сможешь его найти?

– Конечно, смогу.

А вот это неприятная новость. Хотя я не собирался их обманывать, но всё равно нет ничего хорошего в том, что по непонятному мистическому маячку меня могут найти уже двое. И я всё ещё надеюсь, что «метку» Туманная Кошка накладывала не классическим кошачьим способом.

– Хорошо, мы договорились, – кивнул мне Мэссиэль. – Но только при условии, что Шики подтвердит полное восстановление рун.

Что ж, пусть так. Не знаю, сколько энергии изначально вложил в руны на потолке этот медведь, но сила моей души достаточно велика. Думаю, я справлюсь, если этот мелкий не станет глупо шутить и подставлять меня в процессе работы. Ещё меня сильно смущала история о его сумасшествии. Что будет, если он вдруг слетит с катушек когда будет находиться рядом со мной?

– Ладно, – вздохнул я, забирая у Шики краску и кисточку. – А как я попаду наверх?

Разумеется, мне пришлось капнуть в краску своей крови, чтобы не опозориться перед ёкаями. Всё-таки я ещё не настолько хорошо контролировал свою силу, чтобы гарантированно вложить её в узор не применяя кровь.

– Мако? – вопросительно посмотрел на женщину со змеиной шеей Мэссиэль.

Бедная женщина наконец-то распуталась, но выглядела всё равно слегка помятой.

– Он, конечно, задохлик, но вс-сё же тяжеловат, – после короткой паузы ответила она и покосилась на Шики. – К тому же, я им обоим не доверяю и не позволю сесть мне на шею.

В итоге проблему решил Госу, подняв нас с Шики наверх с помощью левитации. Правда, насколько я понял, его силы были не так уж велики, и долго он нас в таком положении держать не мог. Но пяти минут нам с медведем хватило, чтобы найти в первой руне слабые места и исправить их с помощью краски и моей силы. Если бы мне ещё не мешали постоянно вылезающие из камня Падальщики, всё было бы гораздо проще, но тануки рвал их на части прежде, чем они успевали нанести мне вред, причём делал это с видимым удовольствием. Более того, медвежонок ещё совершенно спокойно поджирал мясо с одной из оторванных рук.

– Что?! – рыкнул он в ответ на мой ошарашенный взгляд. – Я пятьдесят лет ничего не ел! Радуйся, что это не твоя рука.

С этим спорить было трудно, поэтому я постарался не смотреть на его трапезу и продолжил рисовать части руны, вкладывая в них силу.

– Человек, кто бы тебя ни учил, он делал это довольно неплохо, – нехотя признал Шики, наблюдая за тем, с какой лёгкостью я наношу на потолок узоры. – Может и хорошо, что я тебя не стал есть.

В целом, я мог даже не понимать, что именно делают руны, но моих знаний хватало, чтобы увидеть недостающие штрихи. Сделав десяток заходов, мы поправили практически все руны, правда, сил я потратил действительно много. С одной стороны, мне не привыкать, а с другой, по цвету кожи я практически сравнялся с серыми Падальщиками.

Увидев моё состояние во время одного из спусков, Мэссиэль даже велел кицунэ принести мне тонизирующего чая.

– Я не могу, у меня лапки, – тут же показала пушистые белые лапы женщина. Это было странно, ведь ещё минуту назад я точно видел у неё человеческие пальцы. – Пусть Мако принесёт.

Я бы и сам не принял от лисицы никаких напитков, в этом плане женщина-змея внушала куда больше доверия. Пусть я ей и не нравился, но на подлость Мако, как мне показалось, была не способна. И действительно, принесённый ей отвар помог мне почувствовать себя значительно лучше.

– Слабенький ты какой-то, – прокомментировала мой внешний вид кицунэ.

– Слышь, лисица, для человека он очень даже неплох, – неожиданно осадил её Шики. – Я эти руны месяц рисовал и энергией напитывал, если ты не забыла, а тут столько работы сразу нужно сделать.

Кицунэ отшатнулась и поспешно пробормотала:

– Извините.

Я допил отвар, и мы продолжили работу. Как ни странно, тануки оказался вполне адекватным в общении, и спокойно отвечал на мои вопросы. А все свои шутки он проворачивал будто на полном автомате, даже не замечая этого, или делая вид, будто он вообще не при чём. Как клептоман, рефлекторно ворующий карандаши в магазине. Только Шики умудрялся таким образом пакостить всем окружающим: за пару часов работы он успел украсть шляпу Садако, подпалить хвост кицунэ и художественно раскидать оторванные части тел Падальщиков по всей подземной деревеньке. Каппа и Садако замотались ходить кругами и собирать их в одну кучу.

Вися под потолком и дорисовывая очередную руну, я рискнул обратиться к Шики с давно волнующим меня вопросом:

– Я сейчас немного отвлекусь от главной темы, но… ты что-нибудь знаешь о существе, похожем на клоуна с белым гримом?

– Клоуна? – переспросил медведь. – Какого еще клоуна?

– Ну, страшный такой, ростом почти с меня. Я видел его здесь, в вашей пещере. Точнее, вижу даже сейчас, он бегает там внизу.

Шики посмотрел на меня очень странным взглядом.

– В нашей общине никогда не было никаких клоунов.

– А если гипотетически предположить, что с вами живёт существо, которое вы все не можете видеть? Такое вообще возможно? – спросил я, и подробно рассказал, как выглядел и вёл себя клоун.

– Звучит как бред, – ответил Шики и расплылся в широкой зубастой ухмылке. – Мне нравится! Щас спустимся и попробуем в этом разобраться! Мы как раз восстановили все руны, отвечающие за защиту.

Я посмотрел наверх, прямо в пасть очередной безглазой морде.

– А почему тогда Падальщики всё ещё вылезают из потолка?

– Потому что осталось напитать главную руну, объединяющую все те, что мы подпитывали до этого, – ответил Шики, подпрыгнув и смахнув голову Падальщика с плеч. – Но это я сделаю после того, как посмотрю на этого твоего клоуна.

Завершив руну, мы дали знак Госу, чтобы он вернул нас на землю. Там Шики принялся прямо в воздухе чертить лапками узор в форме сложной пентаграммы. Постепенно она начала расплываться, приобретая вид огромной полупрозрачной, будто призрачной, линзы примерно метр в диаметре. И вся она двигалась одновременно со взглядом тануки.

– Ну говори, где сейчас находится клоун? – спросил меня Шики.

– Да какой ещё клоун?! – возмутилась кицунэ, едва его услышав. – Чего ты слушаешь этого человека?!

Шики так взглянул на неё, что лисица схватилась за опалённый хост и спряталась за Мэссиэля.

– Он же сам нам сказал, что не может врать, – напомнил Госу. – Хотя, возможно, у человека просто проблемы с головой и он видит то, чего нет.

Я лишь молча указал тануки на клоуна, но, когда Шики повернул «линзу», хитрая тварь проворно сменила место дислокации и спряталась за ближайшим домом. Так он то появлялся, то исчезал несколько раз, пока тануки не устал поддерживать «линзу».

– Может, это всё-таки галлюцинация? – осторожно спросил Госу.

Кицунэ насмешливо фыркнула, соглашаясь с ним, но говорить ничего не стала. Всё-таки какой-то инстинкт самосохранения у неё присутствовал, и продолжать раздражать Шики своими комментариями она не стала.

– Может, сперва закончите восстанавливать защиту? – хмуро спросил Мэссиэль. – А потом продолжите поиски своего клоуна?

– Ладно, – нехотя согласился Шики. – Давай, человек, остался последний штрих.

Управляющая руна оказалась не на потолке, а на одной из стен пещеры. Шики объяснил мне, что нужно нарисовать, уточнив, что финальный узор будет делать сам. Всё время работы чёртов клоун продолжать мельтешить рядом с нами, откровенно издеваясь и мешая мне рисовать, но я смог сделать всё как надо.

– Отлично, – похвалил меня Шики, забирая кисточку. – Теперь я активирую защиту. Готовься, сейчас будет дождь из частей Падальщиков, когда их всех перережет защитное поле, это должно быть шикарное зрелище!

Я отошёл на пару шагов, чтобы лучше видеть зал пещеры. И правда было интересно, как в итоге будет выглядеть активация защиты. Остальные существа изначально стояли в стороне от Шики, не особо стремясь к нему приближаться, и тоже смотрели на потолок.

Клоун, всё это время вертевшийся рядом с нами, неожиданно повёл себя странно: приблизившись к Шики, он сделал несколько движений, словно прыгун в воду, готовящийся к прыжку, и затем «нырнул» в тануки. Уменьшившись в движении до размеров жучка, он влетел в ухо Шики. И прежде, чем я успел что-либо сделать, тануки взмахнул лапой, и меня откинуло от стены метров на пять.

– Что?! – воскликнул Мэссиэль. – Шики?!

А тануки, очевидно, одержимый чёртовым клоуном, взмахнул кистью и нарисовал на рунах управления защитным полем огромный крест. Раздался громкий хлопок, и с потолка, словно матёрый десант спецназа, посыпались серые Падальщики. На подземный городок обрушился буквально дождь из тел, вот только, в отличие от ожиданий Шики, они были целыми, здоровыми, и готовыми сожрать всё на своём пути.

Глава 5

Рядом со мной на пол пещеры рухнул сразу десяток Падальщиков, частично компенсировав удар плавным уходом под землю. Я застыл, боясь пошевелиться, но они не обратили на меня никакого внимания, тут же бросившись на стоящего ближе всех ёкая, им оказался одержимый клоуном Шики. Маленький медведь взмахнул когтистой лапкой и сразу два существа остались без голов, зато остальные набросились на него буквально всей массой, словно пытаясь задавить. Эта «куча мала» бурлила так агрессивно, словно вот-вот взорвётся, и периодически из неё действительно вылетали части тела Падальщиков, то головы, то лапы. Но с каждым мгновением безглазых тварей налетало всё больше и больше, и вскоре мне пришлось уйти с этого места, так и не увидев результата схватки одержимого тануки с серыми безглазыми существами.

Зато рядом неожиданно оказался Мэссиэль, во всю рубящий Падальщиков серебряным мечом, с виду напоминающим японскую катану. Уж не знаю, откуда «кот» ее достал, ведь никаких ножен я при нём не видел.

– Ты! – яростно воскликнула кицунэ, пробираясь ко мне через толпу Падальщиков. – Это ты виноват!

Лисица вместо оружия использовала сверкающий серебром хвост, рассекавший серые тела так легко, словно в них полностью отсутствовали кости. Кстати, хвост у неё был не одинарный, а тройной. Насколько я помню из аниме, количество хвостов говорило о силе ёкая, а значит, она была не самой слабой, но и до легендарно девятихвостого лиса явно не дотягивала.

– Я-то тут при чём?! – возмутился я, пятясь к спасительной каменной стене, в которую я мог бы от неё скрыться.

Насколько я понял по наблюдениям за Падальщиками в пещере наверху, тут главное ни с кем не столкнуться, они могут воспринять этот как вызов. Поэтому мне приходилось двигаться очень осторожно, чтобы никого не задеть. Так же, если мыслить логически, эти существа являлись хищниками и могли напасть на меня, посчитав, что я претендую на их добычу, поэтому стоять слишком близко к ёкаям тоже не стоило. Хотя, это уже были лишь мои предположения.

– Кицунэ, не делай глупостей! – прикрикнул на неё Мэссиэль, умело орудуя мечом. – Шики просто опаять сошёл с ума, парень тут не при чём!

Серебряная лисица лишь фыркнула в ответ, и продолжила косить налево и направо Падальщиков, но добраться до меня больше не пыталась. Тем более что её помощь явно требовалась другим ёкаям. Если Каппа отбивался от серых тварей без особых проблем, поскольку его природная броня полностью защищала от ударов когтей, то женщина-змея явно не обладала какими-то выдающимися боевыми способностями и была вынуждена прятаться за спиной Садако. А уж та с помощью волос раскидывала Падальщиков налево и направо, успевая при этом разрывать их на части.

Но серые твари продолжали в полном молчании десантироваться сверху, десяток за десятком. И все они, едва коснувшись земли, тут же бросались на ёкаев. У меня возникло стойкое ощущение, будто перед нами тупые трутни, бездумно атакующие противника по чьему-то приказу. Никакой тактики, попыток нападения со спины или хотя бы какой-то координации между собой, только тупые рефлексы и желание сожрать. Пожалуй, по действиям они были ближе всего к зомби из фильмов «Война Z» или «48 дней спустя» и, кстати, во время нападения на нас в метро они вели себя куда спокойнее: прятались в стенах, пытались неожиданно выскакивать из пола и потолка. Тут же, увидев ёкаев, они словно потеряли остатки своего, и без того слабого, разума.

И вот тут передо мной возникла дилемма – бежать, воспользовавшись неразберихой, или остаться с ёкаями. Всё-таки они меня удерживали силой и даже грозились сожрать. Падальщики же меня трогать вроде не планировали, а значит, я мог спокойно выйти отсюда, пусть точного пути наверх я не знал, но на крайний случай со мной всё ещё была способность прохождения сквозь стены. Вот только оставлять шестерку существ здесь на съедение серым тварям почему-то совершенно не хотелось, то ли в этом был виновен «стокгольмский синдром», то ли я просто боялся бродить по подземельям один.

Пока я наблюдал за происходящим будто бы со стороны, произошло то, чего я так опасался: один из Падальщиков посчитал, что я стою у него на пути к столь желанной добыче в лице стоящего рядом Мэссиэля, распахнул пасть и ринулся в атаку. Я с испугу дёрнулся в сторону, мгновенно ушёл по колено в каменный пол, благодаря чему увернулся от удара когтями, и тварь тут же потеряла ко мне всякий интерес, увидев перед собой «кота».

«Опасно», – подумал я, осторожно выбираясь из пола. – «Значит, я был прав, и в какой-то непредсказуемый момент один из них может натолкнуться на меня и устроить разборку, которую я точно не переживу».

– Все ко мне! – раздался тихий голос Госу. Несмотря на то, что «головастый» старик находился на приличном расстоянии от меня и говорил довольно тихо, я его отлично услышал. – Я сейчас создам защитное поле.

Пожалуй, лучше прорываться наверх вместе с ёкаями, это гораздо безопаснее. К тому же я был уверен, что мне на помощь обязательно явятся сестрёнка и Князев. Просто найти это место не так-то просто, это я попал сюда напрямую через потолок, а по переходам, да ещё и прорываясь с боем, можно потратить не один час. В любом случае, время пока работает на меня и лишний раз рисковать точно не стоит.

Осторожно передвигаясь среди зубастых существ, я приблизился к Госу одновременно с Мэссиэлем и Мако с Садако. Где-то там в клубке серых тел периодически мелькал смертоносный серебряный хвост кицунэ и ревел Каппа, похоже, им не очень-то и нужна была защита. Возможно, если оставить их тут на часок другой, то и поголовье Падальщиком снизится до приемлемого уровня? А ведь где-то там ещё был одержимый Шики, если его до сих пор не порвали на части.

– Защищайте меня, – скомандовал «головастый» старик и сел на пол в позу лотоса.

Ёкаи взяли круговую оборону и принялись уничтожать Падальщиков, не давая им приблизиться к Госу. Правда, не сказал бы, что они пытались добраться именно до старика. Серые твари нападали на всех, кого видели перед собой, кроме меня, разумеется, поэтому с радостью бросались на остальных ёкаев.

Я тоже не желал стоять в стороне, и искренне хотел внести хоть какую-то лепту в происходящее, но не знал, как это сделать. Силы-то мне было не занимать, но вот тело оставалось слабым, поэтому наносить даже обычные удары для меня было слишком рискованно. Одно неловкое движение, и я что-нибудь себе точно сломаю. Жаль я не умел рисовать руны прямо в воздухе, как это сделал Шики, это позволило бы создать непроходимую защиту вокруг нас или как следует приложить тварей «Духовным ударом». В принципе, я мог бы поставить блокировку на пол, но твари почему-то даже не пытались подобраться снизу, а ломились к ёкаям строго напрямую, что было очень и очень странно.

Госу не открывая глаз и рта произнёс:

– Кицунэ, Каппа, сюда.

Когда смертоносная парочка оказалась рядом, вокруг нас появился полупрозрачный защитный купол диаметром пять, внутри которого оказались все мы и несколько серых существ, практически мгновенно и с явным удовольствием убитых кицунэ. Что интересно, все Падальщики вне поля мгновенно потеряли к ёкаям всякий интерес, словно они стали для них невидимками. Зато твари вдруг заметили многочисленные тела своих собратьев, убитых ёкаями, и тут же принялись за трапезу, яростно разрывая их на куски и пожирая вместе с костями. Купол пропускал звук, и поэтому мы могли слышать жуткий хруст костей и чавканье, доносящийся со всех сторон. Я не удержался, и принялся снимать происходящее телефоном, настолько это выглядело мерзко и нереалистично. Хотелось в будущем, если я всё-таки выберусь отсюда, иметь хоть какое-то подтверждение этих событий.

– Все в порядке? – спросил Мэссиэль, вытирая тряпочкой лезвие меча.

Удивительно, но его костюм всё ещё выглядел так, будто его только что погладили, да и морда изображала классический кошачий пофигизм, словно и не было никакого боя с серыми тварями.

– С каких это пор Падальщики стали настолько сильными? – раздражённо спросила кицунэ, и только тут я заметил, что бой с серыми тварями дался ей не так уж просто – белое платье во многих местах было разорвано и покрыто кровью. – Ещё и бросаются как самоубийцы.

– Пятьдесят лет эволюции в условиях жёсткой конкуренции за еду. К тому же, думаю, мы для них что-то вроде деликатеса, – предположил Мэссиэль и обратился к Госу: – Как долго продержится поле?

– Минут сорок, но потом я останусь без сил и вам придётся меня нести, – продолжая сидеть в позе лотоса, ответил старик. Рта он всё так же не открывал, видимо, передавая голос каким-то иным образом. – Лучше решить, что будем делать дальше, чуть быстрее.

Кицунэ истерично расхохоталась.

– А что тут решать? Нужно бежать!

– Но это наш дом, – растерянно пробормотала Мако, и её и без того белое лицо побелело ещё больше. – Мы не можем его так оставить…

– Дом? – нервно переспросила «лисица». – Оглянись вокруг, его больше нет!

И действительно, потеряв самые лакомые цели в виде мистических существ и сожрав всех погибших сородичей, Падальщики принялись грызть всё вокруг, брезгуя лишь камнем и железом. Глядя на их действия, я начал понимать, как эти твари смогли так расплодиться. Выращенные ёкаями деревья и трава пошли в ход первыми, серые существа жрали их с неимоверной скоростью, словно это был какой-то деликатес. Затем, уже с меньшей охотой, они приступили к зданиям. Даже с их огромными зубами отколупать кусок деревянного столба было не так-то просто, но твари очень старались.

Доказательством тупости Падальщиков было то, что здания они начали грызть с самого низа и вскоре нескольких из них придавило рухнувшей крышей. Бедные ёкаи стояли и смотрели на уничтожение своего убежища с очень грустными лицами и мордочками, даже у серебряной лисицы глаза были на мокром месте, а Мако и вовсе рыдала, ничуть этого не стесняясь.

– Мой домик, – тихо всхлипнула ей в унисон Садако, сморщив и без того страшное личико.

– Не переживай, мы пос-строим тебе новый, – обняла её Мако.

– Грустно, – рыкнул Каппа.

Несмотря на то, что ёкаи сначала хотели меня сожрать, а потом стереть память, мне их всё равно было немного жалко. По общению в целом они напоминали скорее подростков, чем взрослых и, уж тем более, древних существ. Кстати, подобные же ощущения были при разговоре с Хухликом, он тоже создавал образ шкодливого и обидчивого ребёнка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ахо (яп.) – недоумок.

Вернуться

2

Разновидность футбола, популярная в древней Японии. Команда игроков должна сохранять мяч в воздухе, используя ступни, колени, голову и спину.

Вернуться

3

Это отсылка к классической японской легенде о тануки и кицунэ.

Вернуться