Горькое счастье
Елизавета Ожогина

Иллюстрация на обложке ИИ Шедеврум

© Елизавета Ожогина, 2025

ISBN 978-5-0064-8145-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

январь 1825 год

Петербург

Александр возвращался к себе домой в прескверном настроении. Сегодня он ужинал у родителей и совершенно не ожидал, что вечер закончится ссорой с матерью. В этот раз матушка перешла все границы, и молодой князь, в большом негодовании, покинул родительский дом, а, приехав к себе, устроился в кабинете перед камином, нервно закурил и задумался. Князь не понимал свою мать, хотя и очень ее любил.

Татьяна Михайловна на прошлой неделе лично завезла сыну приглашение на ужин. Была суббота. Александр сидел в столовой, не спеша потягивал утренний кофе и читал газету, когда его матушка бесцеремонно распахнула двери. Женщина осмотрелась и поджала губы, потом медленно и вальяжно прошлась по комнате, оценивая обстановку и, прищурившись, внимательно посмотрела на сына.

– Алекс, когда ты, наконец, начнешь заниматься домом? – возмущенно воскликнула княгиня и провела пальцем в белой перчатке по поверхности буфета, в попытке найти там пыль. – Я давно говорю, что в твоем доме не хватает хозяйки, которая приведет здесь все в порядок и заставит твоих слуг-бездельников как следует трудиться!

– Доброе утро, матушка! – молодой князь подавил тяжелый вздох и натянул на лицо вежливую улыбку.

Настроение у молодого человека сегодня было на редкость хорошее, и ему совершенно не хотелось портить его надоевшими разговорами, поэтому он проигнорировал выходку матери.

Трехэтажный дворец на Невском проспекте Александр получил в наследство от любимой бабушки – матери его отца, княгини Пелагеи Ивановны Воронцовой. Здание было величественным и красивым, внутреннее убранство – изысканным и дорогим. Когда-то в этом прекрасном доме кипела жизнь, но вот уже почти четыре года молодой князь жил здесь один, поэтому многие комнаты стояли закрытыми, мебель в них накрыли тканевыми чехлами. В жилых же комнатах было уютно и светло, и прислуга, вышколенная бабушкой, прекрасно справлялась со своими обязанностями. Татьяна Михайловна, к сожалению, никогда не имела хорошего вкуса и часто критиковала обстановку, стремилась установить свои порядки и придиралась без причины. У них с сыном редко получалось найти общий язык, и Александр ревностно оберегал свое жилище и свою жизнь от вмешательства этой взбалмошной женщины.

– Меня вполне устраивает мой дом и то, как мои люди справляются со своими обязанностями. И потом, я не слишком часто бываю дома…

– Вот-вот! – перебила его Татьяна Михайловна. – И об этом я тоже давно хотела с тобой поговорить! Алекс! – женщина присела на диван и нахмурилась. – Сколько можно? Как долго ты еще будешь вести такой образ жизни? Ты неделями пропадаешь в казармах! Эти ваши кутежи и выходки, которые вы регулярно устраиваете! – княгиня строго посмотрела на сына. – Поговаривают, что это ваша братия на прошлой неделе поменяла ночью все вывески на Невском! Что за скандал был! Алекс!

Александр поджал губы, чтобы не рассмеяться. Действительно, неделю назад, слегка перебравшие офицеры затеяли какой-то шуточный спор, и проигравший должен был поменять местами несколько вывесок, но потом вошел во вкус… И утро в городе началось с переполоха.

– Ты все радуешься! – княгиня сурово посмотрела на сына, заметив, что он сдержал озорную улыбку. – Алекс, тебе скоро тридцать! А ты как мальчишка!

Александр молчал. Он не собирался оправдываться перед матерью, тем более все эти шалости молодой человек уже давно оставил в прошлом – звание подполковника Кавалергардского полка ему не позволяло принимать участие в подобных выходках. Но князь усмехнулся про себя, вспомнив, что за эту проделку его сослуживцам прилично попало от императора.

– А тот случай в сентябре, – не унималась княгиня, – когда один из ваших офицеров ночью голый скакал по городу? – женщина замахала руками. – Срам-то какой! И это все потому, что нет у вас, шалопаев, никаких забот кроме службы! Вот и забиваете себе головы всякими глупостями! А были бы женатые… – она глубоко вздохнула, – уже давно остепениться пора!

Александр напрягся, мать много раз заводила с сыном разговор о том, что ему пора жениться, но каждый раз подобные беседы заканчивались скандалом. Правда, в последнее время Татьяна Михайловна почти не затрагивала эту тему, но оставлять все как есть она не намеревалась. Немного подумав, она решила, что ей самой нужно свести сына с какой-нибудь, на ее взгляд, достойной девушкой. Но у княгини это никак не получалось, Александр, как она считала, слишком легкомысленно относился к своим светским обязанностям и не часто появлялся на балах, а в гости ходил и того реже. Тогда она придумала устроить ужин у себя дома и пригласить вместе с родителями одну девушку, которая ей очень нравилась, и женщина мечтала видеть ее женой Александра. Но сыну она об этом ничего не хотела говорить.

– Может быть, вы позавтракаете со мной, матушка? – князь резко сменил тему и посмотрел на мать.

Молодой человек всегда поражался ее самоуверенности, напору и нежеланию уважать чужое мнение. Татьяна Михайловна – невысокая хрупкая женщина с колючими серыми глазами и светлыми волосами – всегда держалась высокомерно. Княгиня не была красавицей, и ее довольно резкие черты лица делались еще более грубыми от того, что она часто недовольно поджимала и без того худые губы.

Александр же был копией своего отца – князя Николая Сергеевича Воронцова: высокий, статный богатырь, с мягкими чертами лица и яркими голубыми глазами, и только светлые золотистые курчавые волосы он унаследовал от любимой бабушки. Молодой князь был красив, как греческий бог, но при этом он не был холодным и надменным. Спокойный, мягкий, добрый, всегда искренний, остроумный и отзывчивый, он крайне редко выходил из себя и всегда старался избегать стычек с матерью. Но в последнее время ему это удавалось все реже.

– О, нет, благодарю! Если честно, я тороплюсь к модистке, но, проезжая мимо, решила заглянуть к тебе! Ты же не балуешь меня своими визитами, – с укором произнесла княгиня. – Кстати, Алекс, милый, в следующую пятницу я устраиваю маленький семейный ужин. Будут самые близкие, и я бы хотела, чтобы ты тоже пришел, – женщина положила перед сыном приглашение и засуетилась, собираясь уходить.

– Хорошо, матушка, я обязательно буду.

Александр проводил мать и вернулся в столовую. Татьяна Михайловна уже давно не затрагивала тему его женитьбы, и молодой человек выдохнул. И, тем не менее, чутье подсказывало ему, что расслабляться рано, он словно ожидал какого-то подвоха.

Князь допил кофе и направился в свой кабинет.

Молодой человек задумчиво брел по дому и вспоминал свое детство, и в такие минуты ему хотелось, чтобы эти стены снова наполнились детским смехом, жизнью и радостью, но женитьба казалась ему слишком туманной перспективой. В обществе князь считался очень желанным женихом: богатый, красивый офицер, герой многих сражений, с родословной и воспитанием, но, к сожалению, он не находил в девушках, с которыми был знаком, искреннего интереса к нему самому. Все видели в нем только выгодного жениха, а в душе романтичный Александр хотел любить и быть любимым, он хотел видеть в своей избраннице внутренний огонь, жажду жизни, сочувствие, преданность, честность, а не робкую покорность или холодную надменность. Князь давно решил для себя, что должен увидеть внутренний мир своей избранницы до того, как поведет ее к алтарю, ведь однажды он уже обжегся, поддавшись скоропалительному чувству.

Много лет назад юный князь влюбился в девушку. Он встретил ее на балу и совершенно потерял голову. Очаровательная семнадцатилетняя Ольга Апраксина оказалась дальней родственницей одного столичного графа и приехала в Петербург на зимний сезон вместе с родителями. Александр летал на крыльях любви ровно до того момента, пока его друг, граф Никита Воропаев, не объявил о том, что собирается жениться и уже объяснился с девушкой. Князь хорошо помнил тот момент, когда друг назвал имя невесты – в груди Александра все словно ухнуло вниз, сердце разрывалось от отчаяния, но молодой человек не подавал вида. С девушкой Александр еще не успел объясниться, и поэтому не стал вставать на пути своего друга к счастью. Однако его очень смутил один момент: молодой князь видел, что его чувства к Ольге взаимны, и сильно удивился, когда Никита назвал ее имя. Но свадьбы тогда так и не случилось. Через месяц после объявления о помолвке, молодой граф застал невесту в объятиях другого мужчины. Скандал тогда был страшный, к огромному счастью, обошлось без дуэли, а семья Ольги с позором покинула Петербург, и больше о них никто ничего не слышал.

Летом того же года Александр уехал на Кавказ. Тогда, перед его отъездом, и состоялась их первая с матерью ссора. Женщина категорически не принимала решение сына отправиться на войну. Она считала, что ему совершенно не следует продолжать военную карьеру и настаивала на том, что он должен остаться в столице и уйти на гражданскую службу. Недалекая и глуповатая, Татьяна Михайловна, тем не менее, была женщиной властной, капризной, и не терпела, когда с ней не соглашались. Однако Александр был непреклонен. Он не обращал внимания на капризы матери и не собирался строить свою жизнь по ее указке. Единственный, от кого тогда молодой человек получил поддержку, был его отец. Николай Сергеевич гордился старшим сыном и любил его, конечно же, он переживал за Александра, но никогда не ставил под сомнение его выбор.

Итак, двадцатиоднолетний князь Александр Воронцов отправился на Кавказ. Он только-только получил звание подпоручика драгунского полка и был одержим желанием показать себя в бою. Князь был хорошо развит физически, вынослив, и походная жизнь совершенно не тяготила его. Умный, отважный, ловкий и отчаянный молодой человек стал быстро продвигаться по службе. За три года на фронтах Кавказа Александр дослужился до звания капитана.

В июне 1820 года в Дагестане, в ожесточенном сражении при селе Хосрех, князь был ранен пулей в живот. Военно-полевой хирург, увидев ранение молодого капитана, не сразу согласился его оперировать, считая, что такие раны однозначно смертельны. Но молодой человек оставался в сознании, и хирург решился на операцию, почти не надеясь на успех. Все прошло хорошо, пуля не ушла глубоко и не повредила жизненно важные органы. Однако, в дальнейшем все оказалось не так радужно. Александр после операции долго лежал в горячке в передвижном госпитале, и лекари снова не давали ему никаких шансов выжить. Но все же князь медленно пошел на поправку, и доктора называли это чудом.

Через год молодой человек вернулся домой. К тому моменту уже не стало горячо любимой бабушки Александра, и он получил в наследство ее дом и очень немалое состояние. Князь сразу же перебрался во дворец на Невском проспекте, в надежде на спокойную размеренную жизнь. Но он рано радовался.

Несмотря на то что Татьяна Михайловна встретила его довольно сухо, она высказалась против его переезда и снова начала настаивать на том, чтобы он бросил службу и вернулся в родительский дом. Князь был непреклонен. Потом княгиня стала частенько приходить к сыну без предупреждения и пыталась установить в его доме свои порядки. Дошло до того, что даже вышколенные бабушкой слуги начали жаловаться хозяину на его мать. Люди не понимали ее претензий, не могли разобраться, чего именно хочет княгиня от них добиться, потому что со своими обязанностями они справлялись прекрасно. А однажды, пока Александра не было дома, его мать умудрилась довести нескольких горничных до слез, одной из девушек залепила увесистую пощечину, а камердинера князя приказала выпороть на конюшне. К счастью, молодой человек вовремя вернулся. Он заступился за своих людей и в довольно категоричной форме попросил мать удалиться из его дома и больше не появляться в нем без приглашения.

Спустя какое-то время у княгини появилась новая навязчивая идея – найти сыну невесту. И при каждой встрече она изводила Александра своими разговорами о балах и девушках, на которых ему следует обратить внимание. Однажды такая беседа переросла в нешуточный скандал. Александр всегда спокойно реагировал на мать, предпочитая просто молча слушать ее, но в тот день этот разговор услышал отец и вышел из себя. Николай Сергеевич потерял терпение и высказал жене все, что думал о ее беспардонном вмешательстве в жизнь сына, и посоветовал заниматься своими заботами. Татьяна Михайловна билась в истерике и кричала, что с ней никто не считается и не ценит ее заботу. Александр был удручен этой ужасной сценой, но все же был благодарен отцу.

После этого у князя на долгое время получилось отгородиться от матери, которая так яро пыталась взять его жизнь в свои руки. Такое страстное желание подчинить сына себе сильно удивляло молодого князя еще и потому, что пока Александр рос, то практически не получал материнского внимания. Татьяна Михайловна порой открыто игнорировала мальчика. А еще у князя был младший брат Виктор. И у брата отношения с родительницей строились совершенно иначе: мать во всем потакала ему, и мальчик рос избалованным и капризным ребенком. Он был вспыльчивым, самодовольным и эгоистичным, и они с Александром редко находили общий язык. Виктор же всегда завидовал старшему брату, и от этого в детстве часто сам начинал жестокие драки. В юности братья практически не общались, у них были слишком разные интересы. И все же Александр всегда тепло и искренне относился к брату и матери и расстраивался, что никак не может найти с ними взаимопонимания. Он очень жалел, что у них с Виктором не получается дружить, и часто переживал по этому поводу.

Но судьба все же наградила князя верным другом, да еще таким, что любой бы позавидовал.

Отец Александра всю жизнь состоял на государственной службе при дворе и часто брал с собой старшего сына. Юный князь играл в кабинете отца или коридорах дворца и, однажды, познакомился с великим князем Николаем Павловичем. Мальчики были примерно одного возраста и быстро подружились. С тех пор визиты Александра во дворец стали регулярными. У юношей совпадали интересы, они часто проводили время вместе, играли в шахматы или читали, делились сокровенными мыслями и секретами и никогда не ссорились.

Когда Александр вернулся с Кавказа, то хотел подать в отставку, но именно Николай уговорил его перевестись в Кавалергардский полк. Князю присвоили звание подполковника, и так как службу он нес всегда во дворце, друзья часто виделись.

Князь вынырнул из круговорота своих мыслей и воспоминаний и тяжело вздохнул. Александр был доволен своей жизнью. У него были верные друзья, любимое дело, и часто молодой человек ловил себя на мысли, что он счастлив. Но сегодняшний вечер совершенно выбил его из равновесия. Когда на прошлой неделе матушка приглашала его на «маленький семейный ужин», Александр и подумать не мог, что это будет прием на двадцать с лишним человек.

Среди приглашенных были две семьи: граф и графиня Астаховы с дочкой Ириной и граф Подгорный с дочкой Полиной. Обе девушки весь вечер, как завороженные, не сводили глаз с Александра и всячески старались привлечь к себе его внимание.

Татьяна Михайловна надеялась, что Ирина будет единственной девицей, ведь именно юную графиню Астахову княгиня желала видеть невестой своего сына и даже намекнула ее родителям об этом. То, что граф Подгорный тоже приедет на ужин с дочерью, а не с женой, стало полной неожиданностью для хозяйки дома, но граф извинился, сказав, что его супруга заболела и дочка согласилась составить ему компанию.

Увидев юных графинь, Александр внутренне передернулся, он уже встречал этих девиц в обществе и был не слишком высокого мнения о них обеих.

Ирине Астаховой недавно исполнилось восемнадцать. Жгучая брюнетка с черными глазами была очень хороша собой. Но когда Александр пообщался с девушкой, то неприятно удивился: юная графиня показала себя высокомерной, нетерпимой, глупой и совершенно не умела поддержать беседу. А на сегодняшнем вечере Ирина вела себя слишком смело и бросала просто неприличные для девицы взгляды на молодого князя.

Полина Подгорная так же не вызывала у молодого человека восторгов. Девушке уже исполнилось девятнадцать. Сероглазая блондинка – она чем-то была похожа на мать Александра, такая же холодная, надменная и самодовольная, да еще и ужасная болтушка. Девушка не замолкала весь вечер и за столом утомила всех своей глупой болтовней. Татьяна Михайловна в какой-то момент не выдержала и даже сделала девушке вежливое замечание.

Но на этом сюрпризы не закончились. Когда гости и хозяева, поужинав, перебрались в гостиную, дворецкий доложил о том, что прибыл князь Воронцов.

Удивленная Татьяна Михайловна кинулась встречать младшего сына с распростертыми объятиями.

– Виктор! Мой милый мальчик! – женщина горячо обняла молодого человека. – Боже мой! Ты так изменился, возмужал! Почему ты не написал, что возвращаешься?

– Здравствуйте, матушка! – несколько смутившись, Виктор обнял мать и обвел глазами комнату. – Я хотел сделать сюрприз!

– О, милый, у тебя это получилось! – запричитала княгиня.

Когда женщина, наконец, выпустила сына из своих объятий, Виктор тепло поздоровался с отцом и братом и поприветствовал гостей.

Виктору было двадцать три года, внешне он был похож на деда по материнской линии, князя Михаила Круглова: такие же русые волосы, приятное, красивое лицо, обворожительная улыбка. Молодой человек не отличался высоким ростом и богатырским телосложением, но имел довольно красивую подтянутую фигуру. А вот серые колючие глаза князь унаследовал от матери, так же, как и надменность.

Когда молодой человек увидел старшего брата, в нем снова поднялась волна зависти и досады, рядом с высоким статным Александром он всегда чувствовал себя неуверенно. А еще он считал, что Александру во всем везет больше, чем ему, однако дело было совсем в другом. Старший брат много читал, прилежно учился, хорошо играл в шахматы, разбирался в политике, истории, географии и военных дисциплинах, они с отцом часто сидели в кабинете и что-то подолгу обсуждали. Виктор же отлынивал от занятий, но при этом считал, что учителя незаслуженно придираются к нему. А еще молодого человека сильно раздражало, что отец прислушивался к Александру, а если свое мнение высказывал Виктор, то Николай Сергеевич лишь тяжело вздыхал и грустно качал головой.

Виктор в жизни ни к чему особо не стремился. Изнеженный молодой человек отказался от военной службы – походная жизнь была не для него. На гражданской службе юноше тоже оказалось не интересно, и, заручившись поддержкой матери, юный князь уехал за границу. Когда Александр вернулся с Кавказа, Виктор уже был в Европе. Таким образом, братья не виделись почти восемь лет.

Чем Виктор там занимался, никто не знал, но матушка регулярно снабжала отпрыска немаленькими денежными суммами, и вот теперь он вернулся.

Александр облегченно выдохнул, когда внимание девиц переключилось на его младшего брата.

– Саша, – обратился к нему отец, – прости, я не знал, что твоя мать готовит целый прием, да еще и смотрины! – мужчина тяжело вздохнул.

– Отец, вы-то тут при чем? Вам не за что просить прощения, – молодой человек вздохнул. – Я не понимаю ее яростного желания женить меня.

– Для меня тоже это загадка, сынок! Я надеялся, что она уже бросила эту затею, – отец посмотрел на сына. – Но, может быть, теперь она оставит тебя в покое и переключится на своего любимчика! – и мужчина лукаво улыбнулся Александру.

Николай Сергеевич одинаково любил сыновей, он не понимал, почему жена разделяет своих детей и всегда и во всем отдает предпочтение именно младшему сыну. Супруги часто спорили на эту тему, но в конечном итоге Николай Сергеевич сдался. Отец видел, что Александр растет умным и самодостаточным мальчиком и возлагал на него большие надежды. Князь надеялся, что сын сделает хорошую военную карьеру и во всем поддерживал его. А вот младший сын! К его великому разочарованию, Виктор был лентяем и неженкой и ничем особо не интересовался, а в девятнадцать лет юноша вдруг заявил, что хочет уехать в Европу, чтобы, как он выразился, «найти себя», и мать его активно в этом поддержала. Николай Сергеевич не стал тогда перечить жене, надеясь, что, может быть, Виктор действительно найдет себе занятие по душе и устроит свою жизнь.

Время близилось к одиннадцати, и, улучив момент, Александр извинился, попрощался с гостями и направился к выходу. Его сильно утомил сегодняшний вечер, и князь мечтал поскорее оказаться у себя дома.

– Алекс! – уже в холле молодой человек услышал за спиной возмущенный голос матери. – Что ты себе позволяешь?

– Вы о чем, матушка?

– Почему ты так рано уходишь? Это неприлично! Все гости еще здесь, и Виктор приехал! Ты что, не рад видеть брата?

– Рад, конечно, матушка! – молодой человек улыбнулся. – Я обязательно заеду в ближайшее время, и мы с ним пообщаемся.

– Подожди! Алекс, скажи, когда ты собираешься сделать предложение Ирине?

– Не понимаю…. О чем вы? – Александр удивленно поднял брови.

– Ну как же! Я специально пригласила Ирину с родителями, надеясь на то, что мы сразу все и обсудим! Ведь в ноябре вы познакомились с ней на балу и танцевали, и сегодня вы так великолепно смотрелись вместе!

– Матушка, на том балу я танцевал еще как минимум с пятью девушками, вы предлагаете мне жениться на всех сразу?

– Алекс, не говори глупостей! – возмутилась княгиня. – Что мне ответить ее родителям? Они ждут предложения, мы уже все обговорили!

– Что?! – Александр ошеломленно уставился на мать. – Как вы могли решить это все за моей спиной? Я эту девушку вижу второй раз в жизни и не собираюсь делать ей никакого предложения!

– Но я уже обещала! – прошипела женщина.

– Знаете, Татьяна Михайловна! Я не хочу отвечать за ваши действия! Зачем вы даете подобные обещания, совершенно не считаясь с моим мнением? – Александр говорил спокойно, но твердо. – Мне все равно, как вы теперь выйдете из этого положения! Может быть, наконец, это станет для вас уроком! Не нужно вмешиваться в мою жизнь!

– Неблагодарный! – женщина зло посмотрела на сына. – Я стараюсь ради твоего счастья!

– Ради моего счастья, матушка, оставьте меня, наконец, в покое! Тем более что теперь вернулся Виктор! Переключите свои порывы на него и устройте ему счастливую семейную жизнь!

– Виктор сам решит, что ему нужно! – воскликнула женщина.

– Вот и я тоже! Сам решу! Это моя жизнь, матушка! – Александр поцеловал мать в щеку и вышел из дома.

Пока молодой князь ехал домой, у него внутри все кипело. Как он устал от бесконечного противостояния! Мать, казалось, совсем потеряла голову от этого неуемного желания женить его. Откуда такая навязчивая идея? Что ей даст его женитьба?

И вот теперь, дома в тишине, Александр просидел уже больше часа, размышляя над создавшейся ситуацией, но так и не нашел ответа ни на один из вопросов. В конце концов, молодой человек решил, что раз мать переубедить невозможно, то нужно просто постараться не обращать внимания на ее капризы. Впрочем, как всегда.

На следующий день Александр хорошенько выспался и после завтрака отправился на прогулку.

Погода стояла замечательная: сухой морозец пощипывал щеки, дышалось легко, в воздухе кружились и переливались мелкие, словно пылинки, снежинки. Князь не спеша брел по улице, щурясь на зимнее солнышко, которое неожиданно пожаловало в задумчивый зимний город и сделало его улицы немного ярче и уютнее. Александр наслаждался воскресной суетой Петербурга, он любил этот город с его суматохой, запахом лошадей и морозного чугуна. Мимо спешили прохожие, проезжали экипажи, улица была оживленной и шумной.

Вдруг где-то впереди закричала женщина.

– Помогите! Ограбили! Украли!

Через мгновение Александр увидел мальчишку с небольшой корзинкой, бегущего в его сторону, и приготовился перехватить вора, но тот вовремя заметил впереди преграду в виде высокого мужчины и, когда приблизился к князю, то со всей силы толкнул на него проходящую мимо девушку. Александр поймал ее и сам чудом удержался на ногах.

– Ох! – только и смогла вымолвить девушка, оказавшись в объятиях князя.

Сообразительный и шустрый мальчишка, провернув столь удачный маневр, догнал проезжающую мимо карету и прицепился к ней сзади.

– Вы не ушиблись? – Александр внимательно посмотрел на девушку, которая стояла, вцепившись в его воротник, и удивленно хлопала большими карими глазами.

– О! Пожалуй, нет! Я в порядке.

– Нужно посмотреть, что там случилось, – кивнул вперед молодой человек.

И они пошли в ту сторону, откуда только что слышались крики.

На ступеньках хлебной лавки сидела женщина и горько плакала, закрыв лицо руками. Мимо спешили люди, и их совсем не тревожило чужое горе. Женщина была одета очень скромно, если не сказать бедно.

– …Господи! – отчаянно причитала женщина. – Да чем же я детей теперь кормить буду?

– Сударыня, что он украл у вас? – мягко спросил Александр.

– Я на последние деньги купила хлеба и молока, – всхлипывала женщина. – У меня трое деток… муж проигрался в карты да сгинул, а я с детьми на улице оказалась… – и она снова разревелась.

– Ну, ну! Будет вам! – Александр присел перед женщиной на корточки и протянул ей носовой платок. – Слезами горю не поможешь!

Девушка, которую толкнули на князя, стояла рядом и гладила бедняжку по плечу. Женщина убрала руки от лица и удивленно посмотрела на молодого человека, а потом нерешительно взяла из его рук белоснежный накрахмаленный платок с вензелем, перевела взгляд на девушку и удивленно заморгала.

Александр обратил внимание, что женщина была молодая, худая, немного бледная, но аккуратно причесанная, ручки и ноготки чистые, скромная одежда была опрятной. Ясные голубые глаза наполнены отчаянием, губы дрожали, нос покраснел.

– Где вы живете? – спросил князь.

– Я с тремя дочками снимаю угол на чердаке на Садовой улице, – тяжело вздохнула женщина. – Четыре месяца работаю прачкой в соседнем доме, но хозяин практически не платит. Все обещает и обещает, каждый месяц…

– А зовут вас как? – Александр внимательно рассматривал бедняжку.

– Фаина я, – женщина как-то испуганно посмотрела на князя.

Только сейчас она заметила, что молодой и красивый мужчина, сидящий перед ней, был дорого одет, и сильно смутилась.

– А готовить вы умеете, Фаина? – вдруг спросил Александр.

Молодая женщина выглядела такой растерянной и жалкой, что у мужчины дрогнуло сердце, и он решил ей помочь.

– Готовить? Умею! Пока муж был жив, мы прислуживали у одного купца, я там кухаркой была, а Федот мой – конюхом, – женщина вытерла глаза платком. – А когда муж умер, то хозяин стал ко мне вечерами захаживать, а я ему от ворот поворот… – она тяжело вздохнула, – тогда он меня и выгнал вместе с детьми. А все сбережения, что были, еще раньше за долги мужа пришлось отдать…

– Вот что, Фаина, – Александр встал, достал из кармана карточку и протянул ей. – На Гороховой улице есть трактир «Золотой карась». Знаете такой?

Женщина закивала.

– Я там часто обедаю и знаю хозяина, он порядочный человек. На этой неделе я слышал, что ему нужна на кухню работница. Идите туда и отдайте ему мою карточку.

Фаина посмотрела на визитку и прочитала: «Князь Александр Николаевич Воронцов».

– Господи! Ваше сиятельство! – она пуще прежнего залилась слезами, а девушка снова погладила ее по плечам.

– Ну, ну, полно вам! – князь был удивлен, что Фаина оказалась грамотной.

Александр снова запустил руку в карман, достал небольшой мешочек с серебряными рублями и протянул его женщине.

– Вот возьмите еще и это, здесь немного, но на какое-то время хватит.

Фаина перестала плакать, нерешительно взяла в руки мешочек и растерянно посмотрела на молодого человека.

– И вставайте со ступенек, холодно, застудитесь, – князь подал ей руку.

Александр помог ей подняться, девушка помогла отряхнуть платье, снова погладила бедняжку по плечам и ласково улыбнулась.

– Я даже не знаю, как мне вас отблагодарить, – тихо произнесла Фаина.

– Простого «спасибо» будет вполне достаточно, – тепло улыбнулся Александр.

– Спасибо вам, – она взглянула на визитку, – Александр Николаевич.

– Пожалуйста, – кивнул князь. – А теперь поспешите, вас дети ждут!

Женщина вытерла глаза и тяжело вздохнула. Она снова посмотрела на девушку, потом на молодого князя и робко улыбнулась.

И вдруг девушка шагнула к Фаине и крепко ее обняла.

– Не печальтесь, Фаина! У вас обязательно все будет хорошо! – проговорила девушка.

– Спасибо! – женщина снова смахнула слезу. – Спасибо вам!

– Идите с Богом! – князь кивнул.

Фаина поспешила в сторону Гороховой улицы, крепко прижимая к груди мешочек с монетами и визитку.

– Я восхищена вашим поступком, – вдруг проговорила девушка. – Не многие решились бы вот так помочь незнакомке. Если все действительно так, как она рассказала, то вы спасли ее и детей от голодной смерти. А если нет?

– Если нет, то Бог ей судья! А от меня не убудет! – улыбнулся князь. – А вы как? В порядке?

– Да, в полном, – девушка улыбнулась молодому человеку. – Значит вы – Александр?

– Да, а вас как зовут? – князь с интересом рассматривал девушку.

– А я Лиза.

– Вы тоже молодец, Лиза! Некоторые знакомые мне девушки побрезговали бы даже рядом стоять с этой женщиной, а вы так ее поддержали.

– А что брезгливого? Женщина чистая, опрятная, а маленький достаток не делает ее прокаженной. Многие и живут лучше, да не содержат себя в такой чистоте и аккуратности, как она.

– Согласен! – Александр поймал себя на том, что завороженно рассматривает свою собеседницу.

Девушка была невероятно красивой: блестящие темные волосы, собранные в затейливую прическу, украшала причудливая, но довольно милая шляпка из серого песца. Такой же пушистый мех на высоком воротничке нежно касался румяных щечек. Спокойные и добрые карие глаза внимательно смотрели из-под пушистых черных ресниц, пухлые красные губки изогнулись в искренней улыбке. Темно-зеленая бархатная шубка подчеркивала замечательную фигуру девушки.

– Что ж, мне пора! – Лиза немного смутилась под пристальным взглядом молодого человека. – Всего вам хорошего, благородный спаситель! – девушка улыбнулась и поспешила по своим делам.

– До встречи! – проговорил ей вслед Александр.

2

Княжна Елизавета Горчакова сидела в своей комнате и писала письмо младшей сестренке Маше. Мария уже три года училась в Москве в небольшом частном пансионе, который держала обрусевшая француженка мадам Боше. Сама Лиза в прошлом году окончила этот же пансион, а потом провела лето и осенний сезон в гостях у своей тетушки – родной маминой сестры графини Александры Филипповны Гусевой. Женщина овдовела в прошлом году, детей у нее не было, и внезапно обрушившееся на нее одиночество тяготило графиню, а добродушная и веселая племянница стала отрадой для женщины и помогла пережить этот год траура.

Мать Лизы – Анастасия Филипповна, так же, как и ее младшая сестра, в свое время была выпускницей Смольного Института Благородных Девиц, но когда у нее родились дочки, и встал вопрос об их воспитании, женщина наотрез отказалась отдавать своих девочек в это учебное заведение. Несмотря на то что учиться в Смольном институте было очень престижно и почетно, условия жизни в нем вспоминались княгиней с содроганием. Девушки, поступая в институт в девять лет, весь дальнейший срок обучения были полностью отрезаны от семьи, даже свидания с родными не приветствовались, а письма подвергались строжайшей цензуре. Скудное питание приводило к тому, что воспитанницы порой дрались за еду и падали в обмороки. Строгая дисциплина, холодные комнаты и, хоть и не физические, но довольно суровые наказания за малейшие провинности – все это было призвано подготовить девушку к роли покорной жены и матери.

Княгиня видела характер своих дочерей, она хорошо помнила, как воспитательницы «ломали» таких бойких девушек, и не захотела своим девочкам такой участи, поэтому сначала даже решила, что они будут воспитываться дома. Но потом ее младшая сестра вышла замуж за московского графа Гусева, перебралась в Москву и предложила этот небольшой пансион, который находился в живописном уголке города и был не таким строгим в содержании девушек, как Смольный институт.

Девочек принимали в пансион в возрасте двенадцати лет. На лето воспитанниц отпускали по домам или они могли остаться жить в стенах учебного заведения – по своему желанию или желанию родителей. Жили девушки в уютных комнатах по четыре человека в каждой. Питание было качественным, за здоровьем воспитанниц внимательно следили доктора. Преподавали в пансионе как женщины, так и мужчины. Девушек учили закону Божьему, русскому и французскому языкам, математике, истории, географии, рукоделию, верховой езде, танцам, музыке. Так же девушки в старших классах учились готовить и вести домашнее хозяйство. Преподаватели были очень строгими и за лень наказывали дополнительными уроками и заданиями. Девушек никогда не стыдили прилюдно и тем более не подвергали телесным наказаниям, и тем не менее, дисциплина в пансионе была всегда на высоте. Фривольные европейские тенденции не поддерживались, мадам Боше была женщиной консервативной, придерживалась строгих нравов и тщательно следила за тем, что девушки читают и какие разговоры ведут в свободное от учебы время. А также француженка немного иначе смотрела на то, что тема отношений между мужчиной и женщиной находится под запретом для юных девушек. Женщина считала неправильным, что девицы, выходя замуж, совершенно не представляют, что именно их ждет в супружеской спальне, и именно поэтому многие так боятся первой брачной ночи. А еще хуже, что невежественность в этом вопросе является причиной того, что невинные девушки становятся жертвами коварных соблазнителей. Поэтому мадам вела со старшими воспитанницами беседы о том, что происходит между мужчиной и женщиной, и почему нужно держать себя в строгости и хранить свое целомудрие до свадьбы.

Так же старших девушек активно привлекали к общественной жизни. Воспитанницы часто посещали театры, небольшие выставки, иногда даже балы.

Домой Лиза вернулась перед Рождеством, и матушка была очень рада видеть свою старшую девочку. Они не виделись с прошлой осени, когда княгиня привезла в пансион после летних каникул младшую дочку. Анастасия Филипповна гордилась своими девочками и любила их. Маша была немного дерзкой и шаловливой, а Лиза мягкой, доброй и отзывчивой. После возвращения из Москвы девушка охотно стала помогать матери в «Обществе патриотических дам», в котором вот уже несколько лет состояла княгиня Горчакова. Сначала этот благотворительный фонд поддерживал осиротевших после войны 1812 года детей, вдов и калечных солдат, которые не могли больше нести службу. А теперь под покровительством фонда находились работные дома, многочисленные сиротские приюты и различные училища, школы и пансионы.

Лиза часто вместе с матерью посещала приюты и даже несколько раз вела уроки русского языка в одном из них. Девушке нравилось помогать и быть полезной, она находила в этом для себя какой-то особый смысл. Княжна любила общаться с детьми, она всегда играла с ними и рассказывала интересные истории. Лиза росла в любви и ласке, и ей было искренне жаль сироток, которые были лишены материнского тепла, поэтому она всячески старалась помочь. И матушка ее полностью поддерживала в этом.

Княжна дописала письмо, убрала его в конверт и задумалась. Вчера, когда она возвращалась из одного приюта, куда относила по матушкиной просьбе документы, девушка встретила на улице князя Воронцова. Уличный мальчишка толкнул ее как раз в руки молодого человека. Лиза много лет не видела Александра, но почти сразу его узнала, а вот князь не узнал девушку. Поэтому, когда они стали представляться друг другу, она намеренно не назвала своей фамилии, хотя и понимала, что глупо обижаться на молодого человека, ведь в последний раз он видел ее в возрасте десяти лет, а с тех пор Лиза, конечно же, сильно изменилась.

В тот год, в мае, князь Воронцов с сыновьями приехал на несколько дней погостить на дачу к Горчаковым. Фамильное имение Дивное располагалось недалеко от Царского Села. Князь Николай Сергеевич Воронцов и отец Лизы – князь Алексей Дмитриевич дружили и служили вместе в Государственном Совете. Тогда Лиза впервые и увидела братьев Воронцовых и очень хорошо их запомнила. Виктору уже исполнилось шестнадцать лет, но юный князь постоянно дразнил девочек, глупо подтрунивал над ними и порой своими жестокими шутками доводил Лизу до слез. Александру был двадцать один год, и этот серьезный и задумчивый молодой человек почему-то вызывал у Лизы страх. Он чаще находился в обществе отцов, а когда видел, что Виктор дразнит девочек, довольно жестко одергивал младшего брата, поэтому Лиза и маленькая шестилетняя Маша начали побаиваться строгого Александра и, в итоге, стали сторониться обоих братьев.

Но все изменил один случай.

В тот день мужчины собирались на охоту. С псарни привели собак, в доме и во дворе царило радостное оживление. Маленькая Маша с матушкой еще утром ушли к соседям в гости. А Лиза, услышав радостный многоголосый лай выпущенных на волю гончих и борзых, поцеловала отца, пожелала ему хорошей охоты и поспешила в сад за домом, где устроилась под раскидистым деревом на покрывале. Девочка до ужаса боялась собак и знала, что в сад их не пустят, поэтому совершенно без страха сидела и читала любимую книжку.

Лиза увлеклась чтением и совсем потеряла связь с реальностью, когда вдруг что-то мокрое и холодное коснулось ее руки. Девочка повернула голову: перед ней стояла огромная бело-рыжая собака, виляя хвостом, смотрела на нее и тяжело дышала, высунув розовый язык. Лиза сначала оцепенела, а потом попятилась к дереву и медленно встала. Собака наклонила голову набок и гавкнула. Девочка пронзительно закричала.

– Ты чего кричишь, дуреха! – раздался голос Виктора.

– Убери ее, пожалуйста, я очень боюсь! – запричитала Лиза и вжалась в шершавый ствол дерева.

– Да чего здесь бояться-то? Смотри, она не укусит! – и Виктор потрепал собаку по холке.

– Убери ее, пожалуйста, – снова взмолилась Лиза.

Но Виктор расхохотался, глядя на испуганное лицо девочки.

– Да ты что, глупая! Иди, погладь лучше! Или на вот, поиграй с ней! – и Виктор кинул небольшую палку к ногам Лизы.

Собака бросилась за палкой прямо девочке под ноги, и Лиза снова закричала. Она попыталась подпрыгнуть и залезть на ветку, но никак не могла подтянуться, мешало длинное платье. А собака сначала крутилась в ногах, а потом стала прыгать вокруг девочки и звонко лаять. Лиза вжалась в дерево, закрыла лицо руками и заплакала.

– Виктор! – раздался громкий строгий голос. – Чем ты здесь занимаешься?

Александр услышал крик и лай и пошел посмотреть, что случилось в саду. Когда молодой человек увидел развернувшуюся картину, то похолодел: напуганная Лиза рыдала у дерева, вокруг нее с лаем бегала и подпрыгивала большая собака, а Виктор наблюдал за этим всем и хохотал, что было сил.

– А ну-ка! – Александр схватил собаку за ошейник и оттащил от ребенка. – Сейчас же уведи пса отсюда! Ты не видишь, девочка до смерти напугана!

– Тоже мне, нашла чего бояться, – возмутился Виктор, но, увидев грозный взгляд старшего брата, забрал собаку и ушел.

Проводив Виктора тяжелым взглядом, Александр подошел к Лизе, опустился возле нее на колени и взял девочку за плечи.

– Ну, тише, тише. Они ушли.

Лиза убрала руки от заплаканного лица и замерла. Строгий и серьезный юноша смотрел прямо на девочку яркими голубыми глазами, но сейчас его взгляд был добрым и мягким.

– Сильно перепугалась? – спросил Александр.

Лиза кивнула, она еще дрожала, и по щекам катились редкие слезки. Князь достал платок из кармана, опустился на покрывало, усадил девочку рядом с собой и вытер ей лицо и нос.

– Вот так-то лучше! – он ласково улыбнулся.

Вдруг Лиза бросилась к князю, обвила его шею своими ручками и снова горько заплакала. Александр обнял девочку и долго баюкал ее, пока наконец она не успокоилась.

– Бедняжка! – Александр снова вытер Лизе нос, когда рыдания утихли, а потом прижал ее к себе, погладил по голове и чмокнул в макушку. – Ну, вот, бояться нечего, я рядом!

– Почему Виктор такой жестокий? – вдруг спросила Лиза и обиженно шмыгнула носиком. – Что я ему такого сделала? Почему он постоянно обижает меня… и Машу тоже?

– Я не знаю, Лизонька, – вздохнул Александр. – Он, наверное, просто не понимает, что его шутки жестокие, а на самом деле не желает зла.

– Тогда он просто дурак! – выпалила Лиза.

– Лизонька, милая, неприлично маленькой девочке говорить такие слова! – мягко пожурил ее Александр и снова вытер ей нос.

– Я не маленькая!

– Хорошо, но юным девушкам тоже такие слова говорить непозволительно! Вот бы тебя сейчас матушка услышала!

– А ты ей что, все расскажешь? – вспыхнула девочка.

– Нет, что ты! Не расскажу! Только пообещай, что не будешь больше так выражаться! – князь строго посмотрел на Лизу.

– Обещаю, не буду!

– Вот и хорошо! – Александр улыбнулся.

– Ой, там, наверное, все уже уехали на охоту, а ты здесь со мной сидишь, – всполошилась Лиза. – Ты иди, а то отстанешь сильно.

– Я не собирался сегодня на охоту, – князь покачал головой.

– А почему? Не любишь охотиться?

– Если честно, то не очень, да и сегодня не то настроение. Я думал почитать что-нибудь в вашей библиотеке, – улыбнулся юный князь.

– Ой, а я тоже люблю читать! – просияла девочка. – Мне папенька на Рождество подарил книжку со сказками! Посмотри какая! – и Лиза протянула князю книжку.

– Красивая! – Александр осторожно стал переворачивать страницы.

– А ты совсем не страшный! – Лиза вдруг погладила юношу по щеке и улыбнулась.

– А я казался тебе страшным? – удивился молодой человек.

– Да, ты всегда такой серьезный, задумчивый и очень грустный…

Александр растерялся, он не знал, что ответить девочке, а Лиза замолчала на минутку, а потом снова заговорила.

– А это правда, что ты собираешься на войну?

– Правда, Лизонька.

– А тебе не страшно?

– Страшно, конечно! – вздохнул князь. – Но я офицер, и это мой долг.

– А если тебя убьют? – вдруг спросила девочка.

– Значит такова моя судьба – погибнуть в бою! – Александр серьезно посмотрел на Лизу.

– Ты очень хороший, Александр!

– Зови меня просто Сашей! Хорошо? – улыбнулся юноша. – Ты, Лиза, тоже хорошая девочка!

– А знаешь, Саша, я буду молиться за тебя! – вдруг выпалила девочка. – Правда-правда! Каждый день! Утром и вечером! Мне нянюшка всегда говорит, что Господь слышит наши с Машей молитвы лучше, чем молитвы взрослых, потому что мы еще чистые души. А еще она говорит, что нельзя просить чего-то для себя и желать никому плохого. Но ведь я буду просить, чтобы ты обязательно выжил и вернулся! Это же хорошая просьба?

– Хорошая… – растерянно кивнул Александр. – Спасибо тебе, Лизонька.

– Тебе спасибо, Сашенька, что спас меня от собаки, – девочка снова обняла князя.

В тот день они долго сидели в саду под деревом и болтали обо всем на свете. Лиза оказалась не по годам смышленой, умной и доброй девочкой. Они читали сказки и много смеялись, а когда Лизина матушка с Машенькой вернулись домой, от утренних переживаний девочки не осталось и следа.

Через несколько дней Воронцовы вернулись в Петербург.

Лиза сдержала свое обещание, она каждый день молилась о том, чтобы Саша вернулся с войны целым и невредимым.

Спустя три года, в конце августа, перед самым Лизиным отъездом обратно в пансион после летних каникул, к родителям на обед приехал князь Воронцов. Николай Сергеевич рассказал, что Александр уже два месяца лежит в госпитале на Кавказе с серьезным ранением, но уже пошел на поправку, и доктора называют это самым настоящим чудом.

Лиза в тот вечер упросила нянюшку, которая все еще была приставлена к девочкам, пока они находились дома, сходить в церковь. В храме девушка долго стояла у иконы Спасителя и со слезами на глазах молилась об исцелении молодого князя.

Больше Лиза ничего не слышала об Александре, но часто в своих молитвах вспоминала его.

Княжна задумалась, как много лет прошло с тех пор… И вот она случайно встретила Александра на улице. Он по-прежнему такой же спокойный и серьезный молодой человек, и девушке показалось, что князь даже не изменился. А поступок, который он совершил вчера, произвел на Лизу довольно сильное впечатление. Князь, не задумываясь, помог той женщине, а это говорит о широте его души и добром сердце.

Девушке снова захотелось увидеть Александра, но, когда это случится, она и представить себе не могла. Однако через несколько дней сам случай снова свел их.

В четверг, уже после полудня, Александр возвращался со службы. Предыдущую ночь князь провел в карауле во дворце, а потом задержался у полковника, разбираясь с ночной выходкой своих сослуживцев. Изрядно выпившие кавалергарды в очередной раз гурьбой завалились в один из трактиров на Крестовом острове и устроили драку с немцами. А утром несколько потерпевших бюргеров прибыли в полк и пожаловались на бесчинства офицеров. В итоге пятерых зачинщиков драки нашли и привели к полковнику.

Александр усмехнулся, вспоминая лица задержанных: у троих поручиков были синяки под глазами, штаб-ротмистр тщетно пытался прикрыть чубом шишку на лбу, а молодой корнет отделался разбитой губой и вывихнутыми пальцами. Все пятеро еще не успели толком протрезветь и едва держались на ногах. Когда молодых людей доставили к полковнику, тот сначала опешил от их помятого внешнего вида, а потом, не стесняясь в выражениях, высказал все, что думал о провинившихся офицерах и приказал арестовать их на восемь суток.

Несмотря на бессонную ночь и такое активное, полное переживаний утро, настроение у подполковника было приподнятое. Александр не спеша ехал по улице верхом на своем светло-гнедом жеребце по имени Буран и радовался погоде. День был пасмурный, легкий мороз, который стоял последние несколько дней, сменился оттепелью, и шел мокрый снег. Крупные, частые, тяжелые хлопья падали с неба и покрывали улицы, мосты, деревья и прохожих, кутали все вокруг снежным уютным покрывалом.

Буран недовольно фыркнул и потряс головой, скинув снежную шапку с заплетенной в затейливую косичку темной гривы, и все пытался ускорить шаг, но князь придерживал ретивого коня. Снежная стихия заворожила молодого человека, и Александру совершенно не хотелось спешить, хотя его фуражка и шинель уже тоже были покрыты слоем снега.

Князь проезжал мимо высокой ограды сиротского приюта, и его вдруг привлек изящный темно-зеленый силуэт во дворе. Молодой человек остановился и присмотрелся: на небольшой площадке перед двухэтажным простеньким зданием резвились почти три десятка детишек, и вместе с ними играла в снежки девушка, с которой Александр недавно познакомился на улице.

Офицер, повинуясь какому-то порыву, спешился и направился к воротам. Зайдя за ограду, молодой человек привязал коня под деревом и пошел в сторону площадки, на которой весело играли дети.

– Лиза! – позвал он девушку.

Она повернулась в сторону князя и заулыбалась. Девушка отряхнула варежки, поправила чуть сбившуюся шляпку и поспешила к нему.

– Александр, здравствуйте! – немного запыхавшись, проговорила Лиза. – Что вы здесь делаете?

– Здравствуйте! Да вот ехал мимо и увидел вас! – он широко улыбнулся. – Вы работаете в приюте?

– О, нет! Просто время от времени помогаю, – она, наконец, перевела дыхание. – Воспитательница заболела, и я согласилась сегодня провести занятия у детей. А после обеда пошел такой чудесный снег, что мы решили погулять.

– Занятия? – Александр с любопытством смотрел на девушку.

– Да, я иногда прихожу сюда и учу ребят читать и писать.

Князь совсем растерялся. Он молчал и не мог налюбоваться этой красавицей.

– А вы не хотите присоединиться к нам? – вдруг спросила Лиза, с хитрой улыбкой посмотрела на молодого человека и немного отошла от него.

– Я? Присоединиться? То есть… – совсем опешил молодой человек.

В следующий миг девушка наклонилась, слепила небольшой снежок и кинула его в грудь мужчины.

Пух! Мягкий комочек рассыпал снежные брызги и оставил на серой шинели большую белую точку.

– Догоняйте! – воскликнула Лиза и, подхватив юбки, грациозно поспешила в сторону оравы детей, которые радостно стали кричать ее имя.

– Ну что ж! – вдруг рассмеялся князь. – Давно я не играл в снежки!

Александр надел поглубже фуражку, натянул перчатки и двинулся в сторону ребятни. Дети сначала оторопели, увидев высокого офицера, приближавшегося к ним, но Лиза кинула в него еще один снежок и засмеялась.

– А ну-ка, давайте устроим снежную битву с великаном!

И дети с радостными криками стали кидать снежки в князя. Александр сначала пытался давать отпор, но у него это совершенно не получалось – силы были не равны. Тогда он бросился в самую гущу детей, стал по очереди подхватывать малышей на руки, кружить их и подкидывать вверх. Дети с восторженными визгами и хохотом облепили молодого человека и, в конце концов, повалили его на землю.

Лиза наблюдала за этой возней и смеялась.

– А теперь давайте играть в догонялки! – девушка решила прийти на выручку князю, который тщетно пытался подняться. – А «водой» будет Александр!

И дети с оглушительными криками бросились врассыпную от молодого человека. Офицер поднялся на ноги и стал ловить малышей. Несколько раз сменялись «воды», а Лиза стояла в сторонке и наблюдала за детьми. Один мальчишка немного зазевался, и право «водить» перешло ему, тогда он с воинственным криком бросился на князя и стал гонять свою «жертву» по всей площадке. Александр ловко ускользал от шустрого мальчишки и в пылу задора не заметил, как налетел на Лизу, которая в этот момент отвлеклась от происходящего и о чем-то задумалась. Молодой человек развернулся к девушке лицом и изумленно охнул – он не ожидал, что перед ним возникнет преграда. Не успевая остановиться, он раскинул руки, схватил Лизу в охапку и повалился с ней на землю.

– Ой, мамочки! – только и успела произнести девушка.

В следующий миг Лиза оказалась лицом к лицу с Александром. Князь лежал на земле и крепко прижимал к себе девушку, которая упала прямо на него.

Лиза растерялась и обомлела. Фуражка слетела с головы офицера, и его волнистые пшеничные волосы, густо посеребренные снегом и уже немного мокрые, разлохматились и торчали в разные стороны. Яркие голубые глаза горели, князь заливисто рассмеялся, и девушка залюбовалась этим красавцем. Лиза уже хотела встать, но в этот момент детвора бросилась на них, и во дворе образовалась самая настоящая куча-мала.

Еще целый час, а может, даже и больше, во дворе царило радостное оживление. После салок все занялись строительством крепости и снеговиков, потом снова играли в снежки и догонялки. Когда Лиза заметила, что дети начали уставать, то предложила им пойти внутрь и выпить горячего чаю. Детвора с радостными криками побежала к крыльцу, а Александр стал отряхиваться.

– Вы знаете, Лиза, я уже много лет так не резвился! – смеясь, проговорил он.

– Правда? – улыбнулась девушка.

– Правда, – мужчина тряхнул волосами.

На челку Александра налипли сосульки, а Лиза сняла варежку и аккуратно стряхнула несколько льдинок с его волос.

– Вам нужно обсохнуть, а то простудитесь, пока доберетесь до дома, – проговорила девушка. – Пойдемте с нами, попьете горячего чаю.

– Пойдемте, дядя Саша! – закричали дети с крыльца. – Пойдемте с нами!

– Ну, хорошо! – рассмеялся Александр. – Уговорили!

Все прошли внутрь. Дети побежали раздеваться, а Лиза провела гостя на кухню. Там у печки трудилась кухарка.

– Лизонька, вы уже пришли! – проговорила она и обернулась. – Ой, здравствуйте!

– Матрена Ивановна, познакомьтесь… – Лиза замялась, не зная, как представить князя.

– Александр! – улыбнулся молодой офицер и, щелкнув каблуками, немного поклонился.

– А я Матрена Ивановна, – женщина тепло улыбнулась. – Ой, да вы проходите, проходите, раздевайтесь скорее, я сейчас чайник поставлю, – и она засуетилась.

Кухарка поставила на печку огромный медный чайник и поспешила к детям.

Князь помог Лизе снять шубку, девушка стряхнула ее у порога и повесила на вешалку на стене возле печки, потом сняла шляпку, положила ее рядом на полочку и повернулась к молодому человеку. На девушке было надето темно-зеленое шерстяное платье простого покроя, с высоким воротом, без кринолина, похожее на амазонку, но оно так смело подчеркивало ее фигуру, что Александр замер, глядя на Лизу, и залюбовался.

– Давайте скорее фуражку! – девушка вернула его из мира грез. – Да шинель снимайте! Вы весь мокрый!

Лиза положила его головной убор на полочку, свои варежки и его перчатки положила на печку и взяла из рук мужчины шинель. Девушка подвинула поближе к печке стул с высокой спинкой, повесила шинель на него, расправила жесткую шерстяную ткань, обернулась и восхищенно вздохнула. Офицер одернул черный мундир и встряхнул мокрыми волосами. Как он был хорош в военной форме! Крепкий, мужественный, красивый молодой человек тоже внимательно смотрел на девушку.

– Ну вот! Все переоделись! – Матрена Ивановна вошла в кухню с ворохом мокрой детской одежды. – Сейчас все развешу, и как раз чайник поспеет.

– Давайте, я вам помогу! – Лиза поспешила за кухаркой в соседнюю комнату, где были натянуты веревки для сушки белья. – Александр, а вы пока идите к детям, я сейчас догоню вас!

Князь вышел из кухни, прошел по длинному коридору и оказался в просторной светлой комнате. В ней было два ряда столов, за которыми уже сидели дети и обсуждали прогулку. Когда офицер появился на пороге, в комнате воцарилось молчание, дети изумленно уставились на него.

– Дядя Саша! – вдруг заговорила маленькая девочка и подошла к мужчине. – А ты любишь сказки?

– Сказки? – Александр присел перед ней на корточки. – Люблю. А как тебя зовут?

– Я Катюша. Дядя Саша, а почитай нам!

– Почитай! Почитай! – заголосили дети.

– Ну, хорошо, давайте! – рассмеялся он.

Маленькая Катюша приблизилась к небольшому книжному шкафу и потянулась за старенькой книжкой на верхней полке. Князь подошел к девочке и поднял ее. Катя взяла книжку, а потом обняла мужчину за шею и прильнула к нему.

– Ой, у тебя волосы совсем мокрые! – мягкими ручками девочка погладила жесткие пшеничные кудри.

– Ничего, скоро высохнут, – улыбнулся молодой человек.

Александр устроился на длинной лавке возле стола и посадил Катюшу себе на колено. К молодому человеку робко подошла еще одна девочка такого же возраста, как и Катюша, и протянула к нему ручки. Девочки были самые маленькие из всех детей.

– А тебя как зовут?

– Я Таня.

– Иди-ка и ты сюда!

Александр улыбнулся, посадил Таню на другое колено и открыл книжку. Дети устроились поближе к молодому человеку и приготовились слушать волшебные истории.

Через полчаса, когда Лиза и Матрена Ивановна развесили все детские вещи, заварили ароматный чай и пришли в столовую, перед ними развернулась невероятная картина. Молодой офицер в черном мундире сидел в окружении детей, некоторые из которых прильнули к нему, и читал сказки. Волосы князя уже подсохли и теперь мягко завивались золотыми кудрями. Голубые глаза светились добротой и счастьем, и весь вид молодого человека говорил о том, что ему очень нравилось то, что происходило вокруг него.

Женщины шустро расставили кружки на столы, кухарка вынесла нехитрые угощения, и когда Александр дочитал сказку, все расселись пить чай. Дети за столом негромко переговаривались, Матрена Ивановна ходила вдоль столов, то и дело подливая горячий чай в кружки детям. Лиза сидела в сторонке рядом с князем и наблюдала за детьми.

– Спасибо вам, Александр! – вдруг проговорила девушка и посмотрела на молодого человека. – Они надолго запомнят этот день!

Князь кивнул и улыбнулся, он уже выпил две чашки крепкого горячего чая, согрелся и разомлел.

– Знаете, Лиза, в череде однообразных дней для меня это тоже незабываемое приключение.

– Неужели? – девушка изумилась.

– Правда-правда! – проговорил офицер, и они хором рассмеялись.

Александр посмотрел в окно: на город опустились густые синие сумерки, снег по-прежнему валил и не собирался переставать, деревья стали похожи на странные сказочные изваяния. В комнате было тепло и уютно, несмотря на скромную обстановку. Дети после чая тоже расслабились, а самые маленькие начали клевать носом.

– Вам пора? – грустно спросила Лиза, проследив за его взглядом.

– Да, пожалуй, – вздохнул молодой человек.

Еще через полчаса, когда дети перебрались на пол, поближе к печке и занялись играми, Лиза пошла проводить Александра.

– А вы, Лиза, не спешите домой? – спросил он.

– За мной приедет экипаж в девять часов.

У Александра на языке вертелось множество вопросов, которые он хотел бы задать этой удивительной девушке, но ни один из них не подходил под ситуацию. Он видел, что Лиза очень молода, но кто она, не мог даже предположить. Замужем она или нет? Почему помогает в приюте? Кидаться сейчас в расспросы было бы нелепо, и молодой человек просто любовался этой спокойной красавицей.

Князь попрощался с Матреной Ивановной и детьми, и ребята просили его снова прийти и поиграть с ними. Александр пообещал, что непременно приедет к ним еще раз. Они с Лизой прошли на кухню, и она провела ладошками по грубой шерсти шинели.

– Отлично! Все высохло! – улыбнулась девушка. – Теперь я буду спокойна, что вы не заболеете, пока будете добираться до дома.

Александр оделся, Лиза накинула на плечи шубку и вышла следом за офицером на крыльцо.

– Лиза, я могу чем-то помочь…? – спросил он.

– О, нет, что вы! Спасибо вам огромное! – Лиза заулыбалась. – Этот приют находится под покровительством Женского патриотического общества, поэтому дети здесь получают все необходимое. Только вот им очень не хватает внимания, особенно мужского. Видели, как они вам обрадовались?!

– Да, пожалуй! – немного смутился молодой человек. – Я обязательно постараюсь еще приехать сюда, – князь поцеловал ей руку. – Идите внутрь, Лиза, а то замерзнете.

– До свидания, Александр! – проговорила девушка.

– До свидания, Лиза!

Мужчина подошел к коню, который возмущенно заржал при виде хозяина. Александр потер Бурану нос и вскочил в седло, потом обернулся, махнул рукой и выехал за ворота.

Лиза вернулась к детям, и остаток вечера прошел в хлопотах и заботах, ближе к девяти ребята отправились спать, а Матрена Ивановна проводила княжну к экипажу.

– Спасибо вам, барышня! Вы так мне помогли сегодня! А завтра приезжать уже не надо, Глафира записку прислала, она придет утром.

– Хорошо, что предупредили, а то я собиралась к вам. Я рада, что была полезной сегодня! День прожит не зря! – Лиза обняла женщину и забралась в карету. – Спокойной ночи, Матрена Ивановна!

– Покойной ночи, Лизавета Алексеевна! – кухарка помахала девушке и заперла ворота.

Когда Лиза вернулась домой, родителей еще не было, они уехали в гости к друзьям и предупредили, что вернутся поздно. Девушка отказалась от ужина, позвала горничную и попросила нагреть ей воды. Княжна накупалась, вымыла волосы, немного посидела у камина, а потом забралась в постель. Все ее тело гудело от усталости, день был длинный и насыщенный, но девушка чувствовала себя очень счастливой. Княжна вспыхнула, когда вспомнила, как упала на Александра, и улыбнулась. На нее вновь нахлынули те ощущения: когда князь так неожиданно схватил ее в охапку, сердце Лизы быстро заколотилось в груди, дыхание сбилось, и она сильно разволновалась. Но он так заразительно рассмеялся, что вся неловкость быстро прошла, а потом на них налетели дети, и началась веселая игра. Ей нравился князь, и девушка замечала на себе его внимательный взгляд, но то, что он так и не вспомнил ее, немного смущало Лизу. Интересно, когда они снова встретятся? Как он отреагирует, когда узнает кто она?

В голове лениво кружились вопросы, и Лиза незаметно для самой себя заснула.

Из приюта князь довольно быстро добрался до дома и сам отвел коня на конюшню. Его конюх простудился, и вчера вечером Александр отпустил мужчину лечиться, а теперь сам распряг Бурана, почистил любимого жеребца, насыпал овса, налил воды и, убедившись, что его верный скакун в порядке, направился к дому.

Молодой человек прошел на кухню и попросил накрыть ему ужин. Пока прислуга суетилась в столовой, князь в своем кабинете просмотрел почту. Среди прочих писем и бумаг на столе оказалось приглашение на императорский бал, который должен состояться через полторы недели. На «Большой бал Николаевской залы» обычно приглашались со своими семьями все высшие чиновники и военные, приближенные к императору. Князь написал ответ на это приглашение и направился в столовую.

Пока Александр ужинал, его голова была занята службой, но как только молодой человек переступил порог своей спальни, его мыслями сразу завладела Лиза. Эта удивительная девушка очаровала мужчину, она волновала его, интриговала и завораживала своими чудесными золотисто-карими глазами. Было в ней что-то родное, словно он уже знал ее когда-то. Порой Александру казалось, что ему знаком ее смех, или поворот головы, или то, как она улыбается, чуть наклоняя голову набок. Она была такая искренняя, добрая и ласковая, такая настоящая и простая, без тени надменности, высокомерия или наглости.

– Наваждение какое-то! – проговорил себе под нос князь и попытался выбросить мысли о девушке из головы.

Но ничего у него не получилось! Сердце снова и снова радостно подскакивало, когда Александр произносил про себя ее имя или вспоминал волосы Лизы, ее фигуру в мягком уютном платье, теплую улыбку, добрые глаза, которые светились озорными лучиками.

Молодой человек решил, что нужно непременно узнать все о Лизе. Но как? Все, что он знал о ней, – имя. И еще то, что она помогает в приюте, но он не мог приехать туда и начать задавать вопросы, девушке об этом, несомненно, сразу станет известно, и получится некрасиво.

Князь подумал, что нужно сначала спросить знакомых дам, которые состояли в благотворительном обществе, о девушке, которая помогает в приюте, а потом решать, что делать дальше. Но все оставшиеся до бала дни у подполковника оказались полностью заняты службой: после ареста пятерых офицеров все караулы во дворце сдвинулись. Александр провел в полку больше недели и появился дома только в пятницу вечером.

Вернувшись, наконец, домой, он попросил камердинера подготовить его праздничный мундир, потом долго занимался накопившимися за время его отсутствия делами и уже после полуночи ушел спать. Едва его голова коснулась подушки, как Александр провалился в сон.

На следующий день молодой человек выспался, позавтракал и начал готовиться к балу. Но настроение его было не слишком радостным, он снова и снова возвращался мыслями к Лизе и понимал, что за эту сумасшедшую неделю так ничего и не смог узнать о ней. Лишь во вторник Александр улучил себе час свободного времени и сразу направился в приют. Но во дворе никого не было, и молодой человек помаячил немного перед окнами, объехал ограду кругом и вернулся в полк ни с чем.

Уже усаживаясь в экипаж, князь твердо решил для себя, что сегодня на балу обязательно найдет хотя бы ниточку, которая снова приведет его к Лизе.

Александр прибыл в Зимний дворец и сразу направился проверить караульных. Убедившись, что все в порядке и все поручения, которые он оставлял вчера перед отъездом, выполнены, со спокойной душой офицер направился в бальный зал.

Огромный Николаевский зал был богато украшен цветами и лентами. В больших хрустальных люстрах горели тысячи свечей, пахло мастикой, парафином, духами и одеколонами, женской пудрой и немного морозом – через открытые окна. Танцы уже начались, и сотни пар плавно кружились под звуки вальса. Это был первый в новом году и в новом сезоне императорский бал, и приглашенных было больше двух тысяч человек.

Александр не любил такие многолюдные праздники, но пренебречь этим приглашением он не мог. Поэтому, нацепив на лицо приветливую улыбку, молодой человек стал пробираться сквозь толпу. Неожиданно он увидел своего отца и подошел к нему.

– О, сынок! – Николай Сергеевич тепло похлопал сына по плечу. – Ну, наконец-то! Я уж думал, ты не придешь!

– Здравствуйте, отец! Я не мог не прийти, вы же знаете! – Александр улыбнулся. – Добрый вечер, Алексей Дмитриевич! – молодой человек поздоровался с князем Горчаковым, который стоял рядом с отцом.

– Здравствуйте, Александр! – князь пожал руку молодому человеку. – Как служба? Я давно вас не видел. Слышал, идете на повышение? Скоро станете полковником!

– Пока это только слухи, – скромно ответил Александр. – А служба идет своим чередом. Отец, а матушка дома осталась?

– Нет, что ты! Разве она пропустит такое событие? – Николай Сергеевич засмеялся. – Они с Виктором ушли поиграть в карты. Им не интересно со мной, я же все время говорю о делах!

И мужчины рассмеялись.

– А моя супруга решила остаться сегодня дома, – проговорил князь Горчаков, – говорит, погода ее убивает: то снег, то мороз, то оттепель. Но зато меня сегодня сопровождает дочка. Александр, вы, и не узнаете ее теперь! Такая невеста стала… – мужчина тепло улыбнулся, – а вот, кстати, и она…

К Алексею Дмитриевичу подошла стройная грациозная девушка и тепло улыбнулась отцу. Когда Александр посмотрел на княжну, у него внутри все оборвалось. Князь остолбенел, побледнел и потерял дар речи. Перед ним стояла Лиза! В великолепном бальном платье из кремового атласа. Ее темные волосы, как всегда, были собраны в изящную затейливую прическу, и в них мягко светились жемчужины. Алые губки, золотисто-карие глаза, пушистые ресницы, нежная, бархатистая кожа – девушка казалась нереальной, словно только что сошла с полотна какого-нибудь художника.

– Лизонька, ты, наверное, не помнишь князя Александра Воронцова. В последний раз вы виделись, когда тебе было лет десять, – проговорил Горчаков.

– Отчего же, папенька, помню. Князь тогда гостил у нас на даче и спас меня от собаки, которая пробралась в сад и до смерти напугала меня! – Лиза улыбнулась Александру самой теплой улыбкой.

У молодого князя все плыло перед глазами, но он, не отрываясь, смотрел на девушку.

Так вот почему она показалась ему такой знакомой! Лиза! Ну конечно! Дочка князя Горчакова!

– Саша! – отец коснулся плеча сына. – Ты здесь?

– Да? Что? – Александр вздрогнул, поморгал и вздохнул. – Простите меня, я так очарован, что просто потерял дар речи! – он галантно протянул девушке руку.

Все рассмеялись, а Лиза, тепло улыбаясь князю, вложила свою ручку в его ладонь.

– Я рада с вами снова встретиться, Александр!

Молодой человек поцеловал ее пальчики, и у него все внутри вспорхнуло, словно тысячи мотыльков забили своими невесомыми крылышками. Князь и княжна смотрели друг на друга, слова им были не нужны, их глаза сказали все за них. Все вокруг исчезло, даже музыка стала звучать тише, казалось, в огромном зале остались только они одни.

Лиза знала, что на этом балу обязательно будет Александр, но не думала, что так сразу встретит его. Девушка после танца направилась к отцу, и ее внимание привлекла фигура офицера-кавалергарда в алом праздничном мундире, с серебряным шитьем и эполетами, а когда княжна узнала Александра, то сильно разволновалась.

Лиза смотрела на молодого князя: широкоплечий, высокий богатырь, невероятно красивый и мужественный, пшеничные кудри аккуратно уложены, алый мундир сидел на нем как влитой. Девушка заметила смятение Александра, молодой человек даже побледнел, когда понял, кто перед ним, и в какой-то миг у нее самой внутри все замерло, но яркие голубые глаза молодого офицера вспыхнули, и, справившись с оцепенением, он улыбнулся княжне теплой обворожительной улыбкой. Лиза облегченно выдохнула, а когда князь коснулся ее руки, то сердце девушки сначала споткнулось, а потом понеслось галопом.

– Я тоже очень рад!

Оцепенение молодого человека прошло, но он все равно выглядел каким-то потерянным.

– Вы чем-то озадачены, Александр? – тихо спросила его Лиза, когда отцы увлеклись разговором друг с другом.

– Я не видел вас в прошлом сезоне, ни на балах, ни в театре…

– Ах, вот вы о чем! – Лиза тепло улыбнулась. – Я училась в Москве, в одном частном пансионе, а в прошлом году после его окончания осталась с моей тетушкой, она внезапно овдовела и тяжело переживала потерю супруга. В Петербург я вернулась только перед Рождеством, и, если честно, то это мой первый бал в столице.

– Вот как? – он очень удивился. – Получается, это ваш дебют?

– Можно сказать и так! – рассмеялась девушка. – Только немного запоздалый…

По залу снова полились звуки музыки.

– Вы позволите? – Александр протянул Лизе руку.

– С радостью!

Князь Воронцов и князь Горчаков переглянулись и улыбнулись друг другу. От них не укрылись взгляды, которыми обменялись их дети. Но мужчины не хотели озвучивать свои мысли, прекрасно понимая, что жизнь сама все расставит на свои места.

Александр легко кружил Лизу по залу, и они не могли насмотреться друг на друга. Сердца колотились, дыхание, то и дело, сбивалось.

– Значит, вы не узнали меня, Саша? – вдруг спросила девушка.

– Не узнал, признаюсь! – смущенно проговорил он. – Я даже и предположить не мог…

– А я уже решила на вас обидеться…

– О, простите меня, Лизонька! Вы так сильно изменились… – Александр с нежностью посмотрел на девушку, – но после нашей последней встречи у меня было твердое чувство, что я вас раньше уже встречал. Ваша улыбка, поворот головы, ваш смех… все казалось таким знакомым, словно из какой-то другой жизни…

– Другой жизни… – эхом отозвалась Лиза. – Я знаю от папеньки, что вы были серьезно ранены…

Александр чуть крепче сжал Лизину руку и посмотрел ей в глаза.

– Да… от меня несколько раз отказывались доктора, и ждали, что я умру, – князь грустно улыбнулся, – но я не сдавался.

– А я все эти годы помнила о вас… и молилась… каждый день…

– Правда? – он изумленно смотрел на девушку.

– Я же обещала…

– Обещали… – Александр притянул княжну к себе, и она почувствовала его волнение, – я помню… тогда в саду… спасибо вам, Лизонька…

У девушки на глаза вдруг навернулись неожиданные слезы, молодой человек заметил это и еще сильнее разволновался.

– Что вы, Лизонька! – он испуганно посмотрел на нее.

– Ах, простите, Саша! Сама не понимаю, что на меня нашло!

– Если хотите, мы можем выйти из зала…

– Нет-нет! Все в порядке! Правда.

– А я во вторник приезжал к приюту, очень хотел вас увидеть…

– Неужели, – улыбнулась Лиза.

– Да…

– А я была там в среду. Дети спрашивали о вас, но я объяснила, что у вас служба…

– Как вы думаете, я могу приехать не один, а с кем-нибудь из сослуживцев? И мы покатаем детей верхом, поиграем с ними, расскажем о службе…

– Это будет замечательно, Саша…

Их беседа текла так легко и непринужденно, им было так уютно и спокойно. Молодые люди кружились по залу и, не отрываясь, смотрели друг на друга, они смеялись и казались абсолютно счастливыми. И совершенно не замечали, как из толпы, прищурившись и сгорая от ненависти, за ними следит Виктор.

Как только Виктор прибыл вместе с родителями на императорский бал, он еще в холле обратил внимание на очень интересную девушку. Оказалось, что это старшая дочка князя Горчакова – Елизавета. Виктор помнил то лето, когда они гостили на даче Горчаковых; тогда девочка казалась ему гадким утенком, и он не упускал возможности подшутить над ней и ее сестрой, а теперь княжна расцвела, словно бутон розы.

Лиза тоже не сразу узнала Виктора, а когда отец представил ей молодого человека, у девушки внутри все сжалось, словно в ожидании какой-нибудь злой шутки. Но молодой князь оказался вежливым и учтивым и даже пригласил княжну на танец. Бал открывался полонезом, и у Виктора и Лизы была возможность пообщаться. Но к ее удивлению, этот довольно симпатичный молодой человек оказался весьма скверным собеседником. Он болтал практически без умолку, засыпал девушку глупыми шутками, порой пошлыми и неуместными, не давал ей и слова вставить в ответ, и под конец танца она так утомилась, что уже была готова уехать домой.

Виктор же и сам не понимал, что с ним произошло, он чувствовал какой-то невероятный подъем в душе. Девушка волновала его, но в какой-то момент он поймал ее скучающий взгляд и разозлился. Князь лез из кожи вон, чтобы развлечь княжну, завести разговор, а она только смотрела на него своими медовыми глазами и периодически вздыхала. Но ему и в голову не пришло, что это он ведет себя как болтливая девица, поэтому, вернув девушку к отцу, Виктор извинился и ушел вслед за матушкой поиграть в карты. Но потом вернулся в зал в надежде потанцевать с княжной еще раз.

И вот теперь Виктор увидел своего старшего брата, танцующего с Лизой, и у него внутри все вскипело. Девушка лучезарно улыбалась князю, и они о чем-то увлеченно беседовали, а Александр весь светился и не сводил с княжны восхищенного взгляда. Досада больно уколола Виктора, ему захотелось стереть с их лиц эти мерзкие счастливые улыбки, и он направился к отцу.

Когда танец закончился, Александр и Лиза вернулись к родителям, офицер нежно поцеловал девушке руку.

– Спасибо за чудесный танец, княжна!

– Алекс! – воскликнул Виктор. – Вот и ты!

– Здравствуй, Виктор! – Александр кивнул брату.

– Елизавета Алексеевна, а я вас жду! – Виктор приторно улыбнулся. – Хочу пригласить вас на следующий танец!

– О! – только и вырвалось у Лизы, она даже растерялась, идти снова с Виктором танцевать ей совершенно не хотелось.

– Вы уже приглашены?

– О, нет! Конечно, я потанцую с вами!

Виктор увел девушку, а Александр почувствовал какое-то странное смятение, глядя на своего брата и Лизу. Такие ощущения у офицера не появлялись уже очень давно. На войне, перед атаками, когда в предрассветный час все вокруг замирало, словно в ожидании бури, стояла гнетущая тишина, и даже птицы не пели, вот тогда сердце и наполнялось леденящей тревогой, дышать становилось трудно, словно неизбежность смыкала на горле свои холодные пальцы. Но сейчас не война, отчего так трудно дышать и так бешено колотится сердце?

Александр с трудом перевел дыхание, постарался отбросить эти непрошеные тревоги и присоединился к разговору отца с князем Горчаковым.

– Лиза, вы не согласитесь отправиться со мной на прогулку на следующей неделе в среду? – спросил Виктор, ловко увернувшись от столкновения с другой парой.

Князь неплохо двигался, но Лиза никак не могла расслабиться в его обществе, к тому же его рука постоянно ерзала по ее спине.

– О, простите, но в среду я буду занята. Меня попросили провести урок чтения и письма в приюте…

– В приюте? – опешил молодой человек.

– Да, в сиротском приюте. Я иногда помогаю там, или заменяю воспитательницу, или веду занятия.

– В сиротском приюте? – скривился Виктор. – Лизонька, и вам не противно возиться с неумытыми сиротами?

– Что, простите…? – Лиза удивленно уставилась на него.

– Мне кажется, это не слишком удачное занятие для юной девушки вашего положения.

– Правда? Вы так считаете?

– Я абсолютно в этом уверен! – и князь приторно улыбнулся.

У Лизы все вскипело внутри от возмущения. Как можно быть таким высокомерным? Неумытые сироты? Не слишком удачное занятие?

– А что же тогда, по-вашему, «удачное занятие для девушки моего положения»? – вдруг довольно резко спросила она.

– Ну, например, походы по модным лавкам, музыкальным салонам, выставкам, прогулки…

– В общем, практически бессмысленное времяпрепровождение! – запечатала Лиза.

Виктор опешил. Вот это темперамент! Какая бойкая девица! Он не нашелся, что ответить девушке, и больше не придумал, о чем еще с ней можно было поговорить. Да и Лиза после этой краткой беседы отвернулась от молодого человека и сделала такой неприступный вид, что ему даже стало не по себе.

Когда Виктор вернул девушку к отцу, то сразу удалился. Его душили досада и злость, князь почему-то почувствовал себя очень глупо рядом с Лизой после этого разговора, и ему это совсем не нравилось. Такие же чувства он всегда испытывал рядом с Александром. С самого детства ему казалось, что старший брат лучше во всем, и Виктор бесился от этого.

Вернувшись к отцу, Лиза облегченно вздохнула, ее утомил этот долгий танец в компании молодого князя Воронцова.

– Вы не хотите что-нибудь выпить, Лиза? – вдруг спросил Александр.

– Да, я бы с радостью сделала перерыв и немного отдохнула, – ответила девушка и коснулась руки отца. – Папенька, вы не возражаете, если я пройдусь, здесь в зале очень душно!

– Конечно, милая! Александр, не проводите Лизу? – улыбнулся Алексей Дмитриевич. – А мы с вашим отцом, пожалуй, выкурим по сигаре.

– С удовольствием, ваше сиятельство! – молодой человек предложил Лизе руку. – Прошу вас!

Девушка как-то судорожно вцепилась в рукав офицера, и он накрыл ее пальчики своей рукой.

– С вами все в порядке, Лиза? – спросил он ее, когда они вышли в банкетный зал.

– Да, просто у меня немного закружилась голова! – девушка вымученно улыбнулась.

– Что вам принести? Лимонад? Шампанское? Может быть, просто воды? – спросил князь, когда она опустилась на стул.

– Прошу вас, Александр, не уходите!

В противоположном конце зала девушка заметила Виктора с бокалом в руке, который пристально смотрел в их сторону. Александр проследил за ее взглядом и нахмурился.

– Виктор вас чем-то обидел?

– Нет, что вы… – Лиза вздохнула, – просто я… я не знаю…

– Вы его боитесь? – Александр присел рядом и посмотрел девушке в глаза.

– Скорее нет, но… Скажите, а он всегда такой высокомерный?

– Виктор? Высокомерный?

– А вы не замечаете?

– Я не видел брата много лет, и после его возвращения у нас еще не было возможности как следует пообщаться. Лиза, возможно, вам показалось…

– А на самом деле он добрый и хороший… – она грустно улыбнулась. – Я уже слышала это от вас в тот день, когда вы спасли меня от собаки, которую на меня натравил Виктор! Скажите, Саша, вы, правда, не видите, какой он?

– Вижу, я же не слепой! – вздохнул Александр. – Но, какой бы он ни был, Виктор – мой родной брат.

– То есть вы хотите сказать, что если нужно будет, то вы будете его защищать ценой собственной чести или жизни, только потому, что он ваш брат?

– Да! А разве может быть иначе?

– Но если его проступок будет очень серьезным?

– Лиза, я не судья! И не берусь судить! – князь снова глубоко вздохнул. – Поймите, Лизонька, даже на войне нет черного и белого! Вся наша жизнь – это сотни оттенков серого цвета, и не всегда понятно, какой из них светлее, а какой темнее. Это очень тонкие грани. А в отношении близких людей они и вовсе стираются. Но я верю, что если человек действительно совершает серьезный проступок, то наказание для него неминуемо. И нет никакой разницы, заступается за него кто-то или нет. Жизнь сама все расставляет на свои места. Разве вы не согласны со мной?

– Согласна, – изумленно проговорила Лиза, – Александр, какой же вы благородный! Я вами восхищена!

– Лиза, а вы сами как бы поступили, если бы вашей сестре понадобилась ваша помощь? Если бы ради нее или ваших родителей вам пришлось пожертвовать собой?

– Я… – она изумленно посмотрела на князя, – конечно, я, не задумываясь, сделала бы все, зависящее от меня… – девушка покачала головой и вдруг проговорила. – Простите меня, Александр, я не хотела думать или говорить плохо о вашем брате! Просто я растерялась… – Лиза пересказала их разговор с Виктором во время танца и снова тяжело вздохнула. – Я впервые столкнулась с таким открытым пренебрежением, и это раздосадовало меня.

– Лизонька, не все обладают широтой души, но от этого люди не становятся плохими или хорошими. Согласитесь, есть жестокие нетерпимые, но богатые люди, которые жертвуют на благотворительность большие суммы не ради помощи, а ради репутации, а есть люди, которые, не имея ничего, все равно помогают, чем могут, и им не важно, что о них говорят…

– Какой же вы мудрый, Саша… – девушка поймала его взгляд и утонула в голубых глазах.

Они вдруг оба замолчали и долго смотрели друг на друга. Что творилось в их сердцах в этот момент – князь и княжна не понимали, но это определенно не было простым волнением. Это было что-то большее, что-то, чего они пока не могли постичь, не находили даже слов, чтобы описать все душевные порывы и трепет. Как было приятно вот так сидеть рядом и разговаривать, как было приятно касаться руки, танцевать, смотреть в глаза, да даже просто молчать. И в этом молчании скрывалось гораздо больше, чем можно было высказать словами. Это было начало огромного и невероятного чувства, но они оба так боялись, что не могли пока даже думать о нем.

Лиза боялась влюбиться, потому что очень сильно обожглась прошедшим летом, и до сих пор с грустью и обидой вспоминала кавалера, который начал ухаживать за ней в Москве.

Юный сын барона Вермана Олег активно оказывал Лизе знаки внимания и даже однажды в театре, улучив момент, объяснился девушке в любви. Лиза парила на крыльях и даже поделилась этим с тетушкой, ей нравился этот молодой человек, и она хотела принять ухаживания Олега. Но, к счастью, ответить на его душевный порыв она не успела. Через несколько дней в гости к девушке приехала ее подружка, юная графиня Екатерина Васильева, с которой они вместе воспитывались в пансионе, и похвасталась тем, что у нее состоялась помолвка. Когда Лиза услышала, что женихом будет Олег Верман, у нее все потемнело перед глазами, и девушка упала в обморок. Перепуганная тетушка, едва приведя племянницу в сознание, сразу выпроводила ее подружку и потом долго утешала бедную Лизу. Княжна горько проплакала весь вечер, но на следующий день, когда нерадивый кавалер нагло пришел к ней в гости, девушка с позором прогнала его, даже не пустив на порог. Она высказала подлецу все, что думала о нем, а на все его неуклюжие попытки оправдаться пообещала, что позовет лакеев, и они спустят его с крыльца, если он сию же секунду не уйдет. Молодой человек вынужден был убраться восвояси, а Лиза пресекла все отношения с Екатериной, чтобы лишний раз не тревожить себе душу. Тогда все эмоции были просты и понятны девушке: это были радость и счастье, а потом обида и негодование.

Но то, что Лиза сейчас чувствовала к князю Воронцову, сильно озадачивало ее. Когда летом девушка думала об Олеге, у нее в животе появлялась приятная щекотка, и от этого хотелось смеяться и прыгать. А все, что с ней творилось, когда рядом находился Александр, пугало княжну. Ей было легко и спокойно с ним, и в то же время от его взгляда или прикосновения по телу пробегали волны жара, сердце стучало где-то в горле и перехватывало дыхание, руки начинали дрожать, ноги подкашивались.

Александр старался держать свои эмоции и чувства под контролем, но ему тоже это давалось очень нелегко. Он боялся испугать Лизу, боялся оскорбить своим поведением или неосторожно сказанным словом. Вот уже много лет он общался с искушенными женщинами, которые сами не всегда следили за своим языком, и часто говорили ему прямо о своих мыслях и желаниях, наедине, разумеется. Князю не нужно было водить с ними долгие беседы, да и он ждал от них вовсе не этого. Но Лиза – другое дело. Она была еще такой юной, нежной и по-своему наивной, но при этом в ней была какая-то внутренняя сила, что-то, что Александр никак не мог уловить, но всем своим существом ощущал. Девушка словно была источником невидимого света, она озаряла все вокруг, согревала своей добротой. Она любила жизнь, и эта жизнь любила ее. Лиза смеялась и улыбалась искренне, легко и естественно, она отдавала нежность, ласку и заботу, не боялась показаться смешной, не страшилась осуждения и отстаивала свою позицию. Юная княжна была справедливой и ответственной. Все это перемешалось в этой хрупкой удивительной девушке и сводило князя с ума, тревожило самые глубокие уголки его души.

– Скажите, Саша, а вы больше ничего не слышали о Фаине? – Лиза внезапно для самой себя прервала их затянувшееся молчание.

– Ну как же! – широко улыбнулся Александр. – Она работает в «Золотом Карасе». И хозяин остался доволен, что ему попалась такая замечательная работница. Фаина оказалась грамотной, хорошо читает, пишет и считает. Ей выделили комнату на втором этаже трактира, и она живет там с детьми. Они теперь всегда сыты и в тепле, – он посмотрел девушке в глаза. – Кстати, она спрашивала о вас.

– Правда? – удивилась Лиза. – Она меня запомнила?

– Еще бы! – кивнул молодой человек. – Фаина сказала, что впервые за долгое время она почувствовала тепло и участие, и передавала вам благодарность и наилучшие пожелания!

– Да я же и не сделала ничего толком, – покраснела княжна.

– Не скажите! Вы, Лиза, тогда сделали для нее гораздо больше, чем я! Вы ее поддержали, подарили ей частичку тепла, заставили поверить, что все будет хорошо!

– Значит, тот день был прожит не зря! – счастливо улыбнулась Лиза.

– Согласен! Мы обязательно как-нибудь сходим с вами вместе навестим ее.

– С удовольствием!

Они еще долго сидели и разговаривали. Александр рассказывал о войне, стараясь избегать ужасных подробностей, что было сделать довольно трудно. Лиза задавала очень меткие вопросы, и молодой человек порой терялся в словах, стараясь рисовать не слишком кровавые картины сражений.

Потом девушка много говорила о пансионе и о своей сестренке Машеньке, о том, что она сильно скучает по ней, и с нетерпением ждет встречи. Но тетушка привезет Машу теперь только в начале июня, и они с сестрой постоянно переписываются.

– Лиза, у меня есть возможность еще раз пригласить вас на танец сегодня, – вдруг проговорил князь. – Не откажете офицеру?

– Нет, не откажу! – улыбнулась Лиза. – Но танец уже начался…

– Тогда на следующий! А пока у нас есть немного времени, вы не хотели бы что-нибудь перекусить или выпить?

– Я бы с удовольствием выпила лимонада!

– Я сейчас вернусь! – улыбнулся мужчина.

Александр удалился за напитками, и Лиза, оставшись одна, вдруг поймала себя на мысли, что она счастлива. Эти беседы с князем нравились ей, и сам князь тоже…

– Так-так-так! – вдруг раздался знакомый голос. – Вы тут сидите совсем одна, Лизетт?

Девушка обернулась и увидела Виктора.

– О, нет, Александр отошел за лимонадом.

– Прекрасно! – улыбнулся князь. – Скажите мне, Лизетт, я чем-то обидел вас?

– Нет, что вы, Виктор! Ничем не обидели. Просто у нас с вами разошлись мнения в отношении того, как я предпочитаю проводить свое свободное время.

– Пожалуй, – согласился молодой человек. – В таком случае, раз вы не сердитесь на меня, Лизетт, позвольте пригласить вас на прогулку на следующей неделе, в любой удобный для вас день!

– О! Виктор, извините, но я не думаю, что мои родители благосклонно отнесутся к этой затее, – проговорила Лиза, – вы приходите лучше к нам в гости, в любой день, кроме среды, разумеется, меня в этот день не будет дома.

– Хорошо, – сухо ответил Виктор, и, завидев брата, который приближался с бокалами, попрощался с девушкой и удалился.

Вскоре Лиза и Александр, утолив жажду, вернулись в бальный зал. Начался неспешный вальс и молодые люди с огромным удовольствием, плавно закружились по большому залу.

Князь Николай Сергеевич Воронцов с супругой уехали, а отец Лизы сидел теперь в компании нескольких сослуживцев Александра и смеялся над их шутками.

Когда танец закончился и Александр подвел Лизу к ее отцу, князь Горчаков познакомил молодых людей со своей дочерью, а бойкие офицеры наперебой стали приглашать юную княжну. Следующие пять танцев девушка была занята новыми кавалерами, а Александр стоял у стены и внимательно следил за девушкой.

– Князь, ты на ней дыру протрешь своим взглядом! – шепнул Александру на ухо его приятель ротмистр Сергей Еремин.

– Что так заметно? – стушевался молодой человек.

– Еще как! – засмеялся Сергей. – Неужели эта юная чаровница растопила ледяное сердце нашего князя?

– Брось, Сергей, не говори глупостей! – отмахнулся Александр.

– Какие уж тут глупости! Ты глазами прямо-таки молнии метаешь!

Александр пересилил себя и отвернулся от девушки, которая кружилась по залу с одним из его приятелей. Молодой человек подошел ближе к Алексею Дмитриевичу и включился в разговор.

Время перевалило за полночь, и Лиза, наконец, закончив очередной танец, устало опустилась на кушетку рядом с отцом. Офицеры все еще стояли рядом, рассказывали анекдоты и громогласно смеялись. Танцующих оставалось уже гораздо меньше, чем в начале бала, но в зале все равно было ужасно душно.

– Ну, что, родная моя! Может быть, пожалеете отца, и мы отправимся домой? – с теплой улыбкой проговорил князь Горчаков.

– Пожалуй! Позвольте, я только немного переведу дух…

Лиза бросила осторожный взгляд на князя Воронцова. Александр смеялся над какой-то шуткой, его белоснежная улыбка озаряла красивое лицо, и молодой человек в этот момент показался княжне совсем юным и таким родным, словно она знала его всю жизнь.

Один из сослуживцев Александра – граф Семен Яковлев, заметил Лизе, пока они танцевали, что князь Воронцов не сводит с нее глаз, и даже пошутил, что побаивается друга, когда он так смотрит – потому что на службе такой взгляд подполковника не обещает ничего хорошего. Лиза посмеялась над замечанием молодого человека и, воспользовавшись моментом, вдруг спросила, что Семен думает о князе.

– Александр – человек довольно жесткий, но при этом очень отзывчивый и добрый. Ни разу я не видел и не слышал, чтобы он повысил голос или вспылил. Он всегда говорит тихо и вкрадчиво, а смотрит так, что холод пробирает до самых внутренностей! – граф даже передернулся. – И, поверьте мне, спорить с командиром в такие моменты никому не хочется. Кстати, ходят слухи, что в скором времени князь получит звание полковника, – Семен внимательно посмотрел на девушку. – Я знал его еще до войны… и могу вам сказать, что Александр один из немногих, кто, пройдя через тот ад, что тогда творился на Кавказе, остался человеком, не сломался и не ожесточился.

У Лизы все застыло внутри, когда она услышала эти слова, а Семен продолжил.

– Александр – отчаянный воин, честный и благородный мужчина и дворянин! И я рад, что могу назвать его своим другом. Такой не предаст, даже если ему это будет стоить жизни!

– Лизонька! – голос отца вернул девушку из раздумий, он у нее что-то спросил, но девушка не расслышала и смутилась, когда поняла, что все мужчины молча смотрят на нее.

– Папенька, простите, я, и правда, очень устала! Давайте поедем домой.

– Вы позволите, я провожу вас? – спросил Александр.

– Конечно, князь, ступайте пока с Лизонькой вниз, а я попрощаюсь кое с кем.

Молодой человек вывел девушку в холл, дождался, пока принесут ее одежду, и помог Лизе надеть шубку.

– Лиза… – Александр посмотрел княжне в глаза и нежно сжал ее ручку в своей ладони.

– Саша… – его имя, словно легкий нежный лепесток, сорвалось с губ девушки.

И снова слова оказались не нужны.

– Отлично, Лизонька! Пойдем, милая! – отец подошел к молодым людям, уже одетый.

Втроем они вышли на крыльцо и спустились к экипажу.

– Александр! Был рад встрече с вами! И спасибо вам! – князь Горчаков кивнул в сторону дочери.

– Пожалуйста, Алексей Дмитриевич! Я тоже был рад встрече! – молодой человек помог княжне сесть в экипаж. – Всего хорошего, Лиза! Мне было приятно увидеть вас сегодня!

– Я тоже была очень рада встрече! – немного смутившись, проговорила Лиза. – Спокойной ночи, Александр!

Карета мягко покатилась прочь, а молодой князь еще долго ходил по крыльцу, вдыхая морозный воздух. В его душе были радость и смятение, сомнения и счастье. Все это странно перемешалось и наполнило сердце мужчины новыми, ранее неизведанными чувствами.

3

Виктор сидел в гостиной и курил, его мысли то и дело возвращались к вчерашнему вечеру. Молодой человек думал о княжне Горчаковой. Какая удивительная девушка! Невероятно красивая, нежная, словно майская роза, какая у нее фигура, какая кожа! Ее золотисто-карие глаза на свету становились медовыми, а как они сияли – ярче тысяч звезд. Но почему эта красавица так бездарно растрачивает свое время?! Родовитая аристократка возится с какими-то непонятными детьми в сиротском приюте! Неслыханно! Как будто мещанок для этого не нашлось!

Князь прошелся по комнате и вздохнул. Он вспомнил их танец с Лизой, и улыбка сползла с его лица. Во время первого танца девушка скучала, и как она ни старалась скрыть это – у нее ничего не получилось. Он изо всех сил пытался развеселить девушку, шутил и все время ей что-то рассказывал, но она только вздыхала и больше никак не реагировала. После танца Виктор чувствовал себя полным неудачником. Он всегда считал себя неотразимым, галантным и остроумным, мастером по части ведения бесед с дамами и юными девицами, но после общения с юной княжной Горчаковой вся его уверенность была практически полностью разбита. Потом молодой человек увидел, как она танцует с его братом, и тогда все внутри князя вскипело, Виктор даже испугался своей такой бурной реакции. Александр непринужденно вел Лизу в танце, и они практически все время разговаривали. Девушка вся светилась, открыто улыбалась и от этого казалась еще прекраснее. А когда Виктор снова пригласил княжну, в ней словно все потухло, молодой человек даже подумал, что она откажет ему. Лиза согласилась, но у них опять не получилось нормально пообщаться, девушка резко закончила разговор, а князь так и не смог найти новую тему для беседы.

Виктор не понимал, почему Лиза вызывает в нем такие эмоции. В Европе он имел дело и с более впечатляющими девушками и женщинами, и там у него не возникало таких проблем. Все считали его обворожительным и благосклонно принимали знаки внимания. И уж тем более не отказывались от прогулок с молодым человеком, специально отодвигая все свои дела. Девицы восхищались его остроумием и всегда охотно поддерживали разговор.

Одним словом, Виктор вчера на балу оказался абсолютно не готов к такому сокрушительному поражению, окрыленный уверенностью в себе он совершенно не ожидал, что окажется неинтересным девушке. Хотя с другими девицами, которых он приглашал вчера, у него не возникло таких проблем, со всеми князь вел непринужденные беседы, и они смеялись над его шутками, но из всех девушек больше всего молодого человека заинтересовала именно Лиза. А после того, как он увидел, что княжна провела практически весь вечер в обществе Александра, Виктор решил, что обязательно перейдет своему наглому братцу дорогу и во что бы то ни стало добьется внимания Лизы.

Князь не испытывал теплых чувств к старшему брату с самого детства. Ему всегда казалось, что Александра больше любят и уделяют ему больше внимания. Учителя ставили старшего брата в пример и пеняли Виктору, что он совершенно не имеет усердия в отличие от Александра. Виктор злился и кидался в учителей книгами, срывался и кричал на них. Преподаватели отказывались от него, но матушка платила большие деньги, и учителя возвращались. Они снова и снова пытались вбить в голову капризного князя хоть какие-то знания. Но все было тщетно. Лишь мать всегда относилась к младшему сыну с пониманием, холила и лелеяла его, баловала и никогда ни в чем не отказывала. Да вот только ее любовь слишком раздражала Виктора, и чем сильнее мать потакала ему, тем сильнее он ее ненавидел.

Виктор хотел внимания отца, но не находил с ним общих интересов. Николай Сергеевич пытался учить мальчика играть в шахматы, читал ему книги, разговаривал с ним, но не видел интереса в глазах сына, натыкался на пустой взгляд ребенка и в итоге грустно вздыхал и отправлял его в свою комнату. И все внимание снова доставалось Александру, что очень бесило Виктора. Лишь немного позже юный князь обнаружил в себе интерес к оружию и охоте, и они с отцом частенько вместе выбирались за город. А потом в девятнадцать лет Виктор уехал в Европу, и ему вдруг стало легко и хорошо. Его больше не тяготила семья, в которой он никого не любил. Мать регулярно высылала ему приличные суммы, на которые молодой человек жил, ни в чем себе не отказывая.

Сначала он провел полтора года в Австро-Венгрии, а потом перебрался во Францию. В Париже князь снимал небольшую, но уютную и богато обставленную квартиру неподалеку от Елисейских полей. Он спал до полудня, затем отправлялся на прогулку, как правило, в обществе прекрасных дам, и обедал в каком-нибудь ресторане. Вечера он проводил на балах, в гостях, в клубах, играл в карты, ходил в театр или коротал время в обществе женщин, которые практически ни в чем не отказывали симпатичному и обходительному молодому человеку. В общем, молодой князь вел праздный и довольно распутный образ жизни. Правда, пару раз из-за своей беспечности ему чуть не пришлось жениться, но князь откупился от девиц довольно крупными денежными суммами. В Париже не было таких строгих нравов, как в России, и молодой человек неоднократно слышал истории, как юные девушки умудрялись, имея любовников, выходить замуж, и их мужья после первой брачной ночи были абсолютно уверены в невинности своих жен.

Жизнь на широкую ногу быстро захватила молодого человека, и иногда он настолько проматывался, что высылаемых матерью денег ему катастрофически не хватало. Виктор был завсегдатаем одного карточного клуба. За карточным столом князь частенько выигрывал приличные суммы, это помогало ему поддерживать свой статус и не экономить.

Но однажды удача изменила молодому человеку. Он проиграл довольно крупную сумму и был вынужден отдать сразу все деньги, которые в начале месяца получил из дома. Потом Виктор долго жил практически голодным, никуда не ходил, не тратился на одежду, при этом продолжая снимать дорогую квартиру. Постепенно князь вышел из этого положения и вновь вернулся к привычному для себя образу жизни. Но вскоре ему вновь не повезло в картах, и проигрыш оказался настолько крупным, что он не смог бы его покрыть, даже получив деньги от матери. Виктор попросил отсрочку у маркиза де Ланкура, который выиграл в тот вечер, и написал ему расписки.

Но беда не приходит одна, и через несколько дней на пороге его квартиры появился возмущенный граф де Форье с юной дочерью Катариной. Виктор сразу вспомнил девушку и похолодел. Два месяца назад на одном балу Виктор уединился с этой юной прелестницей в библиотеке хозяев и соблазнил ее. Девушка оказалась отзывчивой и страстной, Виктор потерял голову и совсем забыл об осторожности. И вот теперь граф де Форье пришел требовать, чтобы князь женился на Катарине, так как девушка ждет ребенка. Молодой человек убедил разгневанного отца в том, что его намерения относительно юной графини серьезны, и обещал, что в ближайшее время они объявят о помолвке.

На следующий день, еще до рассвета, карета князя Виктора Воронцова выехала из сонного Парижа и направилась в сторону России.

Исчезновение князя Воронцова произвело во французском обществе настоящий переполох, всем сразу стало известно и о крупном карточном долге, и о погубленной репутации юной графини де Форье. Правда, ее отец все же нашел выход из положения и выдал беременную дочь за бедного провинциального виконта, заплатив при этом жениху просто невероятную сумму. Девушка покинула Париж и перебралась в провинцию к мужу. Граф так же договорился с виконтом, что если тот признает ребенка после рождения, то получит довольно внушительную финансовую поддержку.

А вот обманутый маркиз не собирался спускать с рук князю такую наглую проделку и подключил свои связи, чтобы узнать все об этом мальчишке и найти его или его родственников. Виктор, конечно же, и не догадывался, что маркиз де Ланкур собирается любыми способами найти его и потребовать уплату долга.

– Виктор, милый! Я же много раз просила тебя не курить в гостиной! – голос матери вывел молодого человека из раздумий.

– Мне кажется, маман, что я вас постоянно чем-то раздражаю! – огрызнулся он. – Вы не устали делать мне замечания? Я взрослый человек и не нуждаюсь в том, чтобы меня постоянно поправляли и одергивали. Хорошо, вы хоть делаете это только когда мы наедине, а не при всех в обществе!

– Прости меня, сынок, но я не понимаю твоих претензий! Я лишь прошу не курить в гостиной, это общая комната, а я не выношу запах дыма!

Виктор раздраженно затушил сигару.

– А вчера, когда мы пили с вами чай, вы высказались, что мое поведение в театре показалось вам недостаточно учтивым.

– Виктор, но ты действительно был несколько груб по отношению к графине Ушинской.

– Эта ваша графиня и сама не лезет за словом в карман, поэтому я не думаю, что мои замечания относительно ее безвкусного платья сильно обидели эту особу! – парировал Виктор.

– И все же, тебя слышали еще несколько человек! – вздохнула княгиня. – Я не осуждаю тебя, милый, просто прошу быть немного осмотрительнее! Не порть себе репутацию, сынок! Может быть, в Европе такое в порядке вещей, но здесь грубость порицается.

Виктор прищурился и посмотрел на мать. За те годы, что он ее не видел, женщина сильно постарела. Княгиня Воронцова частенько выпивала лишнего, любила играть в карты и регулярно проигрывала небольшие суммы. С мужем она практически не общалась, их семейная жизнь никогда не была счастливой, женщина не любила супруга, и был в ее жизни период, когда она даже завела себе любовника. Это был старший брат ее мужа – Андрей, они долгое время поддерживали отношения, и как раз его княгиня очень сильно любила. И когда князь внезапно умер, Татьяна Михайловна долго переживала эту потерю.

Николай Сергеевич относился к супруге спокойно, он никогда не выяснял с ней отношения, и она так и не поняла, знал муж о ее изменах или нет. Князь мало в чем отказывал своей жене, но когда увидел, что ее пристрастие к азартным играм все чаще приводит к крупным проигрышам, у них начали происходить стычки и мелкие ссоры. После этого мужчина перестал давать супруге деньги, понимая, что она совершенно бездумно спускает все до копейки. Тогда Татьяна Михайловна стала тратить сбережения и доходы от своего имения, которое являлось ее приданым, и муж никак это не контролировал. С этих же доходов Виктор получал регулярные переводы в Европу, но в последнее время дела в имении шли неважно, сбережения закончились, и то, что сын вернулся, стало для княгини большим облегчением.

– Маман, а вам не кажется, что мне лучше бы было жить отдельно от вас? – вдруг спросил Виктор.

– Отдельно? – женщина удивленно посмотрела на сына. – А чем тебе плохо в родительском доме?

– Мне не плохо, просто я вижу, что мешаю вам! Вы привыкли к своему распорядку, да и если честно, то я хотел бы сам распоряжаться своим временем и ни от кого не зависеть.

– Если ты так хочешь, Виктор, то можешь перебраться в Стрельну, в мое имение. Там замечательные места.

– В деревню? – возмутился Виктор. – Вот спасибо!

– А что, ты можешь предложить какой-то другой вариант?

– Да, например, снять или купить квартиру на Невском или на Мойке.

– Сынок, ты же знаешь, я не могу сейчас покрыть такие расходы, но ты можешь поговорить об этом с отцом.

– С отцом? – Виктор небрежно передернул плечами. – Вот уж кто никогда не согласится помочь мне, так это он! В прошлый раз, когда я пришел к нему с этим вопросом, отец предложил мне место в дворцовой канцелярии с мизерным жалованием! Мне! Своему сыну!

Татьяна Михайловна не нашлась, что ответить Виктору. Она любила своего мальчика, но понимала, что его страсть к праздной жизни требует слишком больших затрат с ее стороны, а в данный момент она, к сожалению, не могла потянуть такие расходы.

– А Александр? Может быть, он согласится, чтобы ты пожил у него? Давай поговорим с ним. Он все равно неделями пропадает в казармах, и ты не будешь его стеснять…

– Ну, уж нет! – вспылил Виктор. – Алекс такой же, как и отец! Я не хочу слышать еще и его нравоучения! – молодой человек задумался. – А что у вас совсем нет никаких мыслей, как можно поправить финансовое положение?

– О, нет, сынок! Я долгое время пыталась женить Алекса на какой-нибудь девице из семей моих подруг, чтобы потом через невестку получать хоть какие-то суммы, ведь отец в свое время все рассказал Алексу про мои долги… и просил не давать мне денег…

– Более глупой затеи я и представить себе не могу! – расхохотался Виктор. – Неужели вы действительно думали, что Алекс послушает вас и женится по вашей указке? Да и потом, я не думаю, что он бы позволил своей жене выделывать такие фокусы, он совсем не дурак, и все равно, рано или поздно, прикрыл бы вам эту кормушку. Подождите, – вдруг князь внимательно посмотрел на мать, – а кто тогда оплатил ваши долги? Отец?

– Нет, это сделал Алекс! – вздохнула княгиня. – Муж наотрез отказался давать мне деньги. Мои сбережения к тому времени уже давно закончились, а так как ты жил в Париже, и все, что приносило имение, я отправляла тебе, я никак не могла отплатить этот долг. Я довольно долго искала возможность занять у кого-нибудь нужную сумму, пока однажды утром не приехал Алекс и не отдал мне все мои долговые расписки. Тогда и оказалось, что отец ему все рассказал, и сын заплатил мой долг, но предупредил, что это было в первый и последний раз.

– Как благородно с его стороны! – ехидно проговорил Виктор.

– Да, этого у него не отнять! – вздохнула княгиня.

Александр всегда удивлял мать. Он рос честным мальчиком, справедливым, очень ответственным, добрым и ласковым. Но она с самого раннего возраста довольно пренебрежительно относилась к старшему сыну, а он в ответ, казалось, только сильнее любил мать, но ее это лишь раздражало. И чем больше княгиня злилась на Александра, тем больше баловала и любила Виктора. Материнское сердце дрогнуло единственный раз – это было в тот день, когда старший сын объявил, что едет на Кавказ. Татьяна Михайловна тогда ужасно расстроилась и испугалась, но эти чувства не слишком долго занимали ее, а в конечном итоге она еще и разозлилась на сына за то, что он не пожалел чувств матери, не посчитался с ее мнением и сделал по-своему.

Потом Татьяна Михайловна узнала, что сын серьезно ранен, и никак не отреагировала на это известие. А вскоре умерла княгиня Пелагея Ивановна Воронцова – мать Николая Сергеевича, и по условиям завещания все ее имущество переходило Александру. Тогда Татьяна Михайловна, к своему удивлению, понадеялась, что ее старший сын все же не выживет, и огромное состояние старой княгини достанется Виктору. Но Александр вернулся и на долгое время отгородился от матери, которая довольно сухо его встретила, а когда он выплатил ее карточный долг, женщина придумала этот план с женитьбой и стала постепенно налаживать отношения с сыном. Однако у нее это плохо получалось, а после последнего ужина Александр дал матери понять, что не желает ее участия в своей жизни.

Поэтому приезд младшего сына очень обрадовал княгиню, и она с огромным удовольствием выводила Виктора в общество и с гордостью знакомила его со своими друзьями.

Во вторник Виктор отправился вместе с матерью в гости к Горчаковым.

В небольшой уютной столовой был накрыт обед на четверых. Лиза с матушкой тепло приняли гостей. За обедом все добродушно беседовали и обсуждали последние события в обществе.

Виктор казался вежливым, обходительным и милым, он много шутил, и в этот раз его шутки были более удачными. Однако Лизу очень сильно напрягали липкие оценивающие взгляды, которые молодой человек бросал на нее. Было в них что-то такое, от чего по спине княжны пробегал неприятный холодок. В какие-то моменты князь смотрел на девушку долго, задумчиво и как-то придирчиво, словно выискивал изъян в произведении искусства. А порой бросал быстрый похотливый взгляд, и уголки его губ едва уловимо приподнимались. От этого выражение лица молодого человека становилось каким-то хищным, и у Лизы все начинало дрожать внутри, как у напуганного зверька.

– Скажите, Лизонька, – обратилась к девушке княгиня Воронцова, – вы ведь совсем недавно вернулись в столицу?

– Да, Татьяна Михайловна, совершенно верно.

– Но пансион вы окончили еще весной!

– О, я осталась в Москве у своей тетушки, она тяжело переживала потерю супруга, и я как могла поддерживала ее.

– Правда? И пропустили целый столичный сезон!

– Не вижу в этом ничего страшного. Тетушка, несмотря на траур, постоянно вывозила меня на балы или в театр, конечно, сама она не принимала участия в развлечениях, но делала все, чтобы я не осталась в стороне от общества.

– И как вам московское общество? – спросил Виктор.

– В субботу был мой первый бал в столице, – мило улыбнулась Лиза, – и, конечно, он меня впечатлил. Но я не увидела различий между обществом Москвы и Петербурга. Все такие же вежливые, воспитанные, красивые…

После обеда все перешли в гостиную и начали обсуждать московскую и столичную моду. К немалому удивлению Лизы оказалось, что Виктор довольно хорошо разбирается в этом вопросе. Он много говорил о новых тенденциях в европейской моде, рассказывал смешные истории о том, как вычурные наряды порой становились для французских женщин и мужчин причиной сильного конфуза.

Виктор так живо и с таким воодушевлением говорил, и в какой-то момент с него слетела вся надменность и гордость, и он показался Лизе довольно приятным молодым человеком.

Как-то незаметно разговор подошел к теме благотворительности, и Анастасия Филипповна рассказала о том, что уже несколько лет состоит в Женском патриотическом обществе и о том, как Лиза ей активно помогает.

– Да, Лиза упомянула на балу о том, что она помогает в приюте, – проговорил Виктор. – Признаюсь, я был несколько удивлен этим фактом.

– Почему же? – поинтересовалась княгиня Горчакова.

– Девушка ее положения и прислуживать сиротам…

– Мой милый друг, – мягко перебила его Анастасия Филипповна, – вы можете не продолжать своей неудобной речи. Я прекрасно понимаю, что на подобные поступки способны совсем не многие. Нужно обладать особыми качествами характера, иметь в душе и в сердце много сострадания, возможно, в чем-то быть самоотверженным и страстно хотеть сделать мир вокруг себя добрее и лучше, – княгиня улыбнулась. – И я ни в коем случае не осуждаю людей, которые не понимают этих порывов.

– Как вы красиво сказали, – задумался Виктор.

– А что насчет моей помощи в приюте – не нужно думать, что я занимаюсь там какой-то грязной или недостойной работой, хотя если будет нужно, то возьмусь и за нее! И я не вижу в этом ничего постыдного! – Лиза немного с вызовом проговорила эти слова. – Я учу детей читать и писать, рассказываю им о добре и зле, о любви и счастье, учу их любить и прощать! И, поверьте, они меня тоже многому учат! А ведь они просто дети! – вдруг задумчиво сказала она. – Это несчастные маленькие человечки, которые лишены самого дорогого в жизни – мамы! И я счастлива, что могу подарить им немного внимания и тепла! И, знаете, они в ответ дают мне гораздо больше…

Виктор с матерью переглянулись. Они не стали дальше развивать эту тему, чтобы не обижать хозяев, но каждый из них подумал про себя, что тратить свою жизнь на эти душевные порывы – глупо и бессмысленно.

После обеда у Горчаковых Татьяна Михайловна с Виктором отправились в карточный клуб.

Лиза с Анастасией Филипповной проводили гостей и вернулись в гостиную в довольно удрученном настроении.

– Матушка, скажите, мне показалось или Виктор высокомерный дурак?

– Лиза! Боже мой! Откуда ты набралась таких слов! – всплеснула руками княгиня.

– Простите, маменька, но он меня злит! А еще меня пугает то, как он смотрит на меня!

– Милая, я тоже заметила его внимательные взгляды, – проговорила княгиня, – но мне кажется, это все от того, что ты ему просто нравишься. Вот и все.

– Не знаю, маменька, но я его боюсь! Мне кажется, он не хороший человек.

– Не суди его, доченька! Виктор много лет жил один вдали от дома, в чужой стране, среди чужих людей.

– А помните, как он подшучивал над нами с Машей тогда на даче? – не успокаивалась Лиза. – Его шутки тогда были очень жестокими!

– Вы же были детьми, Лизонька!

Княжна вздохнула. Она понимала, что матушка права, и не стоит делать скоропалительных выводов относительно молодого человека, ведь они видятся всего второй раз. За годы, проведенные в Европе, князь, конечно же, повзрослел и изменился. Но как бы ни уговаривала себя Лиза, в душе она уже решила, что ей стоит держаться подальше от Виктора. Слишком сильный страх накрывал девушку, когда он оказывался рядом.

Но, к большому несчастью Лизы, Виктор словно преследовал ее. Где бы она ни оказывалась – в театре или в гостях, на балу или выбиралась с матушкой на выставку – везде она сталкивалась с князем. Молодой человек был учтив, вежлив, казался добродушным и искренним, но Лиза все равно каждый раз напрягалась, когда он находился рядом с ней.

А еще Лизе казалось, что Виктор с каждой новой встречей становился все навязчивее. Он все время пытался взять ее за руку или коснуться спины, или плеча. А однажды, когда они случайно оказались наедине в гостях у одной графини, князь даже попытался поцеловать Лизу.

Вечер близился к завершению, княжна вышла в холл, чтобы попросить прислугу распорядиться подавать экипаж, а Виктор вышел за ней. Князь взял девушку за руку и притянул ее к себе. В этот момент Лиза поняла его намерение и так испугалась, что отскочила от молодого человека и сбила фарфоровую пастушку с комода. Князь сразу скрылся за ближайшей дверью, а на звук разбитого стекла выбежала горничная. Девушка сказала, что у нее закружилась голова, и так как Виктора никто с ней в тот момент не видел, то княжне не пришлось больше ничего объяснять. А когда Лиза стала извиняться перед графиней за разбитую статуэтку, то та только посмеялась и сказала, что ей эта пастушка никогда не нравилась и она не сердится на гостью.

Этот случай не на шутку озадачил и напугал Лизу. Она была уверена, что поцелуи дозволены только между женихом и невестой, ну или если уже произошло объяснение между влюбленными, и оба знают, что чувства взаимны. Но вот так просто поцеловать – это немыслимо! А если бы их кто-то увидел? То уже шла бы речь о свадьбе! И Лиза содрогнулась. Нет! Только не с Виктором! С тех пор девушка старалась никогда не оставаться одна, если они оказывались с молодым князем в одной компании.

Александра же Лиза видела, наоборот, не так часто, как ей хотелось бы. За последние несколько недель они пересекались три раза на балах и два раза в театре. Но княжна регулярно получала от него милые и порой смешные записки, иногда просто с пожеланием доброго утра. Пару раз князь присылал девушке сладости, и Анастасия Филипповна видела радость своей дочери.

Княгиня сразу заметила, что между Лизой и князем Александром было что-то большее, чем просто симпатия. Если в обществе Виктора Лиза сжималась и напрягалась, то рядом с Александром девушка раскрывалась, словно бутон после дождя. Внимательная княгиня видела, как они общались порой только взглядом, находясь в разных частях комнаты. Их улыбки, обращенные друг к другу, то, как они разговаривали или танцевали – все было так искренне, молодые люди растворялись друг в друге и выглядели счастливыми.

Лиза стала очень популярной в обществе, все ее танцы обычно были уже заранее расписаны, но она всегда оставляла свободным вальс для Александра. Если же князя не было на балу, то этот танец девушка пропускала и просто отдыхала. Со всеми кавалерами юная княжна была приветливой и доброй, и всегда получала множество комплиментов. А однажды совсем молодой граф Анатолий Вьюгин прямо во время танца объяснился девушке в любви.

Лиза в тот момент сильно растерялась. Эта откровенность юного графа оказалась для нее полной неожиданностью. Анатолию только недавно исполнилось двадцать лет. Корнет гусарского полка был красив, с гордостью носил свой мундир и всегда остроумно шутил. Лизе нравился этот забавный юноша, но она видела его всего три или четыре раза и не ожидала от него такой прыти. Девушка мягко объяснила графу, что он не вызывает у нее трепета души, но она очень хорошо и искренне относится к нему. Анатолий, конечно же, расстроился, но к немалому удивлению Лизы все понял и пообещал девушке, что не будет больше досаждать ей своей любовью.

– Только знайте, Лизонька, если вам понадобится помощь или вас кто-то обидит, то я готов буду отдать за вас свою жизнь! – горячо проговорил юноша.

– Спасибо вам! – девушка тепло улыбнулась молодому человеку.

С тех пор они регулярно танцевали на балах и часто подолгу болтали. Юноша оказался умным и жизнерадостным, и Лизе нравилось проводить время в его компании. Молодой граф действительно больше не поднимал тему своей влюбленности в княжну, и они подружились.

Однажды во время танца Анатолий заметил Лизе, что князь Виктор Воронцов заинтересован в девушке.

– Вы знаете, Анатоль, меня пугает князь! – поделилась с графом Лиза.

– Вот как? – удивился он. – А я заметил, что многие девушки находят его довольно привлекательным. Но вы правы, я бы тоже опасался такого человека…

– Правда? Почему же? – Лиза удивленно посмотрела на юношу.

– За князем тянется не слишком хорошая слава, – проговорил Анатолий. – И еще… Лиза, вы что-нибудь знаете про северное тайное общество? – шепнул ей на ухо граф. – О! Только тихо! – предупредил он Лизин возглас.

– Нет, – испуганно проговорила девушка.

– Это общество, которое ставит перед собой цель организовать восстание и свергнуть императора. Им нужна революция, и я слышал, что некоторые его члены даже выступают за убийство императора и его семьи. В общем, ходят слухи, что князь присоединился к ним.

– А откуда вы знаете обо всем этом, Анатоль? – ошеломленно спросила Лиза.

– Мой отец состоит на службе в тайной полиции, которая занимается расследованиями деятельности этих обществ. Только умоляю вас, Лизонька! Это слишком запретная тема, чтобы ее где-то обсуждать! Не подавайте даже вида, что вы хоть что-то знаете об этом! В нем состоят очень влиятельные люди, и огласка им не нужна! – молодой человек говорил тихо, прямо на ухо княжне, а потом внимательно и многозначительно посмотрел девушке в глаза.

– Я обещаю вам, что нигде и словом не обмолвлюсь, что хоть что-то слышала об этом, – пообещала Лиза.

– Хорошо! – улыбнулся граф. – А что до Виктора… молодость – время для безрассудств и запретных удовольствий, все мы не без греха, чего уж тут таиться, – он виновато посмотрел на княжну, – а князь просто очень избалованный молодой человек, по крайней мере, так говорит моя матушка! – и Лиза с Анатолием весело рассмеялись. – И все же, будьте с ним поосторожнее.

– Спасибо вам, Анатоль!

В хлопотах и развлечениях закончился январь, начался февраль, и вместе с ним пришел Великий пост. Балов не давали, лишь иногда ходили в гости небольшими компаниями.

К Горчаковым несколько раз приезжали на пятничный ужин Николай Сергеевич и Александр, и эти вечера проходили в непринужденной и теплой атмосфере. С каждой встречей Лиза понимала, что Александр нравится ей все сильнее. Они с полуслова понимали друг друга, могли часами разговаривать. Так же молодой князь несколько раз приезжал днем, и они с Лизой подолгу сидели в гостиной, Анастасия Филипповна оставляла их и совершенно не волновалась за дочку. Княгиня видела, что Александр порядочный и не позволит себе обидеть или оскорбить девушку.

В феврале Александр пару раз посетил приют, в те дни, когда там была Лиза. Князь привез много гостинцев и книжек, и дети были в восторге. Они играли, читали, слушали рассказы офицера о службе во дворце, о войне, о славных подвигах наших солдат, о доблестных командирах и генералах, и в эти моменты князь чувствовал себя счастливым. Ему нравилось, как на него с восторгом смотрят дети, как внимательно слушают его рассказы. Молодой человек часто ловил на себе Лизин задумчивый, но очень добрый взгляд и понимал, что с каждым днем его сердце наполняется чувствами к этой удивительной девушке. Он еще не признался себе в том, что бесконечно любит Лизу, но постоянно думал о ней, и эти мысли окрыляли его. Даже сослуживцы заметили, что князь изменился, его всегда суровый взгляд немного смягчился, и офицеры перешептывались между собой, гадая, какая же девушка сумела растопить ледяное сердце неприступного Александра Воронцова.

В конце марта Александру присвоили звание полковника. Хлопот и обязанностей у офицера сильно прибавилось, и он неделями пропадал в полку, а когда приезжал домой, то валился с ног от усталости. Лизе молодой человек регулярно отправлял записки и получал теплые ответы. Ее слова согревали его сердце и наполняли радостью и даже восторгом.

В редкие минуты свободного времени князь пытался разобраться в своих эмоциях и чувствах и, наконец, понял, что больше жизни любит Лизу. Александр долго не мог понять, что испытывает к юной княжне, потому что все, что с ним происходило, было для него абсолютно новым и неожиданным. Эти чувства были сложнее и ярче, чем все то, что с ним случалось до этого. Князь хотел оберегать эту девушку, заботиться о ней, Лиза вызывала в его душе приятное волнение. Юная княжна привлекала молодого человека, но он боялся позволить себе в ее адрес малейшую вольность, именно поэтому ни разу даже не попытался поцеловать Лизу, хотя страстно этого желал. Девушка при всей своей бойкости и живом характере была скромной и воспитанной. Она даже как-то рассказала Александру, что в пансионе мадам Боше вела со старшими девочками довольно серьезные беседы об отношениях между мужчиной и женщиной и о том, что девушки должны держать себя в строгости. Князь понял, что все эти разговоры произвели на Лизу довольно сильное впечатление и не позволял себе ничего лишнего. Но как он страдал по ней! Как он сгорал от страсти! Как ему хотелось обнять ее, остаться с ней наедине, поцеловать ее мягкие алые губки.

Князь наслаждался каждой минутой, которую он проводил в обществе Лизы, ему было интересно с девушкой, они часто смеялись, шутили и говорили обо всем на свете. Княжна была начитанной, любила музыку, и в этом у них тоже совпадали вкусы. Им нравились одни и те же музыкальные произведения и книги, они оба не любили оперу и азартные игры.

Александр понимал, что Лиза тоже к нему неравнодушна, и она показывала ему это своими способами: могла коснуться его руки в неожиданный момент или позвать его по имени и просто заглянуть в глаза и улыбнуться, слегка склонив голову на бок. Это не было похоже на жеманство или кокетство, все Лизины жесты были искренними, совершенно не наигранными. Она делала это в тот момент, когда их не могли заметить остальные, и от этого становилось так волнительно и приятно. Девушка казалась такой простой и открытой и, в то же время, необыкновенной и загадочной.

С тех пор как Александр встретил Лизу и понял, что любит ее, его жизнь обрела новые краски, и князь решил, что в ближайшее время объяснится с девушкой и попросит ее руки.

4

Прошла Пасха, заканчивался март, наступал неожиданно теплый апрель, и императорская семья перебралась в Царское Село. Там монаршие особы планировали провести около двух недель, и весь двор так же устремился за город. Кавалергардский полк последовал за императором, и Александр был вынужден покинуть столицу.

Князь Горчаков предложил жене и дочке тоже выехать на дачу. Их усадьба – Дивное находилась неподалеку от Царского Села, места там были замечательные, да и погода располагала к весенним прогулкам. Снег уже практически сошел, дождей не было, солнышко часто показывало свои яркие лучики и баловало теплом. Пасхальная неделя была праздничной, не рабочей. Алексей Дмитриевич и Анастасия Филипповна решили так же пригласить в гости в имение князя Воронцова с женой и сыновьями. Мужчины давно хотели поохотиться вместе, и вот, наконец, представилась такая возможность.

Лиза с родителями приехали в усадьбу во вторник, а гостей ждали в среду. Девушка со своей горничной Ульяной разобрала вещи, а потом с удовольствием прошла по дому, в котором не была уже несколько лет. Она очень любила это имение, оно было связано с самыми приятными детскими воспоминаниями.

Княжна вышла в сад. Молодая травка еще не вылезла, и в саду пахло землей, пожухлой листвой и травой, нежные подснежники скромно белели между прошлогодних листьев, кое-где лежал снег, и радостно щебетали птички. Голые ветви деревьев отбрасывали причудливые паутинки теней на садовые дорожки, легкий ветерок приносил удивительные запахи из леса и с пруда, которые были неподалеку от усадьбы.

Лиза брела по дорожке и думала о своем любимом Саше – именно так в последнее время она называла князя в своих мыслях. Когда девушка поняла, что любит Александра, то сначала растерялась, а потом на душе стало тепло и спокойно, княжна тянулась к нему, как росток тянется к ласковому солнышку. Каждый раз, когда она видела любимого, сердце радостно подпрыгивало, рядом с князем Лизе становилось уютно, когда он касался ее или смотрел ей в глаза, то девушка таяла, словно свечка. Молодой человек волновал Лизу, и, мечтая о своем первом поцелуе, она представляла себе именно Александра.

Девушка знала, что князь сможет приехать только на выходные, и с нетерпением ждала встречи с возлюбленным.

На следующий день в Дивное приехали Николай Сергеевич и Виктор. Татьяна Михайловна не любила выезжать из города и предпочла остаться в Петербурге, тем более ей было совсем не интересно в компании княгини Горчаковой и ее дочери.

Хозяева радушно встретили гостей, и дом сразу наполнился радостным оживлением и голосами. Мужчины с нетерпением ждали субботы, обсуждали ружья, собак, лошадей и погоду. Они собирались поехать в дальний лес и подстрелить кабана.

Вечером к Горчаковым на ужин пришли соседи, и в доме собралась большая веселая компания, после ужина устроили игру в шарады, а потом танцы. Лиза играла на фортепиано веселые мелодии, и гости от души натанцевались. По домам все разошлись уже за полночь.

В пятницу после завтрака отец Лизы предложил поехать на прогулку на лошадях. Алексей Дмитриевич любил рыбачить на одном небольшом живописном озере, но так как от дома до него было довольно далеко – около двух часов пути верхом, князь решил, что небольшой домик на берегу, в котором можно отдохнуть или укрыться от внезапной непогоды, совсем не помешает. И прошлым летом он приказал построить там небольшой павильон.

По пути к озеру через лес несколько лет назад была прорублена новая широкая дорога, и всадники направились прямо по ней.

– Какой замечательный воздух сегодня! – проговорила Анастасия Филипповна. – Такой ароматный, даже сладкий!

– Вы правы, душа моя! – ответил князь Горчаков. – Воздух в этих местах действительно замечательный, особенно весной.

Примерно через полчаса в стороне от дороги в лесу показался небольшой домишко. Он был маленький, деревянный, выкрашенный в белый цвет, похожий на сказочную избушку, с желтыми наличниками и небольшим крылечком.

– А что это там за домик? – спросил Виктор.

– Это раньше был дом лесничего, старик давно умер и дом какое-то время стоял заброшенный, – ответил князь Горчаков, – а когда здесь проложили дорогу, то его стало заметно всем, кто проезжает мимо. И мы с супругой решили его облагородить.

– Удивительная избушка! – изумился Виктор. – А можно поближе посмотреть?

– Лизонька, покажи князю домик, а мы, пожалуй, двинемся дальше! – ответил Алексей Дмитриевич. – Вы люди молодые, быстро нас нагоните.

– Хорошо, папенька! – Лиза совсем не хотела оставаться с князем наедине, но не стала перечить родителям и обижать отказом гостей.

Лиза и Виктор спешились и, взяв лошадей за поводья, прошли к избушке по узкой тропинке, которая вилась между деревьев. Там они привязали коней к крыльцу, и Виктор обошел домик.

Избенка была довольно интересной: она стояла не на земле, а на толстых деревянных сваях, вбитых в землю. Крыльцо в целых пять ступенек ограждалось фигурными балясинами. Все внешнее убранство было оформлено резьбой по дереву: резные наличники на дверях и небольших окошках, причелины крыши с витиеватыми узорами, даже на дверной ручке красовался орнамент.

– Вот это да! – восхитился Виктор. – Я впервые такое вижу.

– Да, лесник был большим мастером в резьбе по дереву, многие к нему обращались. У нас в имении даже есть столик, который он делал на заказ, по рисункам моей бабушки. – Лиза улыбнулась. – А потом, когда старичок умер, отец приказал навести в доме порядок и покрасить его. Очень хотелось сохранить такую красоту.

– А внутри что? – спросил Виктор.

– А вы проходите, дверь не заперта, только толкайте сильнее.

Князь толкнул дверь, она поддалась не сразу, но вот молодой человек вошел внутрь. Посредине комнаты стояла беленая печка, рядом стол и две широкие лавки. В красном углу иконы и лампада, на печке котелки. Все выглядело так, словно это не пустующий дом, а хозяин просто ненадолго уехал.

– Странно, что ничего не разворовали, – Виктор прошелся по избушке.

– Местные наоборот берегут здесь все, – Лиза шагнула через порог, но так и осталась стоять у входа.

– Удивительно! – Виктор снова осмотрелся и подошел к окну. – Смотрите, Лиза, а там лиса! – вдруг проговорил князь.

Девушка подошла к окошку и выглянула в него. И правда, рыжая плутовка с пушистым хвостом увлеченно что-то копала за домом.

– Наверное, мышку учуяла, – засмеялся князь.

Княжна с улыбкой наблюдала за лисой, а Виктор внимательно рассматривал Лизу. Его волновала эта девушка, и молодой человек захотел ее поцеловать…

– Я думаю, нам нужно поспешить за родителями, – проговорила Лиза, обернулась и, нос к носу, столкнулась с князем. – Ой! – вздрогнула девушка и отшатнулась от молодого человека.

– Лиза, – вкрадчиво проговорил Виктор, глядя ей в глаза, – скажите, я вам настолько неприятен? Вы шарахаетесь от меня, как черт от ладана!

– Простите, Виктор, просто вы напугали меня, я не думала, что вы так… – княжна сглотнула ком в горле, – …близко.

– Лиза, – он взял ее за руку, – вы очень привлекательная девушка!

– Спасибо вам за комплимент, но давайте все же поспешим, прошу вас! – она попыталась обойти молодого человека, но он притянул девушку к себе.

– Лиза, вы так соблазнительны! – и князь поцеловал ее.

Девушка сильно растерялась, когда он коснулся ее губ, но уже в следующий миг она хотела оттолкнуть от себя мужчину и уперлась ладошками ему в грудь. Виктор почувствовал ее сопротивление и крепче прижал княжну к себе. Лиза попыталась вырваться, но у нее не получилось, тогда она забилась в его руках, словно раненая птица, а князь лишь сильнее впился в ее губы.

Лизе стало больно и страшно, не таким она представляла свой первый в жизни поцелуй. И, уж тем более, не с этим человеком.

Неистовое желание охватило князя. Ему казалось, что еще никогда ни одну девушку он не хотел так сильно. Все у него внутри задрожало, когда он поцеловал княжну, но ее холодность и неприступность вдруг разозлили Виктора. Она всегда держалась с ним вежливо и отстраненно, часто спешила закончить разговор, в то время как с его братом или другими кавалерами Лиза подолгу беседовала, одаривая мужчин своими искренними счастливыми улыбками. Ему вдруг захотелось сделать девушке больно, отомстить за равнодушие, стереть с ее лица эти мерзкие радостные улыбочки, которые она так щедро раздаривала всем вокруг.

Виктор прижимал княжну к себе и упивался ее беспомощностью. Несмотря на то, что князь был не слишком высоким и не отличался богатырским телосложением, он оказался на удивление сильным, его пальцы впивались в Лизино тело, и она не могла даже пошевелиться. У девушки начиналась паника.

Вдруг Лиза пнула Виктора по ноге, и он, от неожиданности, ослабил хватку. Девушка вырвалась и побежала, но молодой человек без труда догнал ее и преградил дорогу.

– Не ожидал, что ты такая прыткая! – рассмеялся Виктор. – Мне нравятся такие несговорчивые девушки!

– Оставьте меня! – толкнула его Лиза.

– Нет, моя дорогая! – приторно улыбнулся князь. – Птичка в клетке!

– Что? Что это значит?

Девушка попятилась от Виктора и вдруг уперлась спиной в стену. Она огляделась в попытке найти пути отступления, но вариантов не оказалось. Молодой человек медленно приближался к ней, словно кот, загнавший мышку в угол. От его хищной улыбки у Лизы пробежал мороз по коже, сердце в груди тревожно заколотилось. Девушка тяжело дышала и с ужасом смотрела на мужчину.

– Что же ты, Лизонька, неужели так боишься меня? – промурлыкал Виктор. – Поверь, я не причиню тебе зла! А если ты будешь послушной… – он окинул ее сальным взглядом, – …тебе даже понравится!

– Что… – голос сорвался, она не смогла договорить.

Виктор снова подошел к ней вплотную и попытался обнять. Лиза метнулась в одну сторону, но он преградил ей путь, она метнулась в другую сторону – тот же результат, только ухмылка Виктора стала шире, и он снова ее схватил.

– Отпустите меня! – крикнула Лиза и, собрав все свои силы, толкнула мужчину.

Молодой человек не ожидал такого мощного отпора и отлетел в сторону, а девушка бросилась к двери, но уже у самого порога он настиг ее, схватил за талию, приподнял и оттащил вглубь комнаты. Лиза снова закричала и отчаянно забилась в его руках. Они долго боролись в небольшом пространстве избушки, но силы были на стороне мужчины. Он снова и снова хватал ее за руки и плечи, а княжна изворачивалась и вырывалась. Виктор изловчился и обхватил девушку за талию, а потом опять попытался поцеловать ее. Лиза отвернулась и решила пнуть его, но промахнулась и, не удержавшись на ногах, рухнула на пол. Князь упал на нее и придавил Лизу к полу всем своим телом. Девушка била его по плечам и лицу, отталкивала его, вырывалась и кричала.

– Да тихо же ты! – рявкнул мужчина.

И вдруг резкая, острая боль обожгла щеку Лизы, она замерла и заморгала.

– Так-то лучше! – ехидно улыбнулся Виктор.

Князь сжал ее руки и поднял их над головой. Одной рукой он держал Лизу за запястья, а другой начал задирать ей юбки. Поняв, что именно хочет от нее Виктор, девушка похолодела, она снова стала извиваться, но сил уже почти не осталось. Из глаз брызнули слезы.

– Пожалуйста, прошу, не надо! Пожалуйста!

Все было тщетно. Мужчина держал Лизу железной хваткой, она не оставляла попыток вырваться, но понимала, что все зря, он не отпустит ее теперь. Девушка извивалась, отворачивалась, брыкалась, но было похоже, что все ее попытки отбиться только распаляли Виктора. Дышать стало трудно после напряженной борьбы, тяжелое тело прижимало ее к полу, и нормально вздохнуть не получалось. Лиза начала хватать ртом воздух, но тут князь снова больно впился в ее губы, и тогда она укусила его. В ответ другую щеку девушки обожгла хлесткая резкая пощечина.

– Вот же маленькая дрянь! – злобно пропыхтел Виктор.

Он пригвоздил Лизу к полу всем своим весом, заерзал на ней, и вдруг чудовищная боль разорвала ее тело.

Княжна захлебнулась собственным криком.

Виктор или застонал, или зарычал, и снова поцеловал девушку в губы долгим болезненным поцелуем, заглушая рвущиеся наружу рыдания Лизы. Он неистово двигался, причиняя каждым своим толчком мучительную боль, которая разливалась по всему ее телу. Мужчина прижимал девушку к полу, его руки стискивали ее тело, сжимали ноги и бедра. Он сопел и стонал, и порой что-то бормотал себе под нос. Сколько прошло времени, княжна не знала, в какой-то момент силы оставили ее, и она просто обмякла под тяжелым чужим телом. Боль притупилась, расползлась по всему существу и оглушила ее. Девушка перестала чувствовать, она словно видела себя со стороны, ей казалось, что это все происходит не с ней. Казалось, что она спит и видит дурной сон и вот-вот проснется. Наконец, Виктор задрожал, простонал и замер, а спустя минуту откатился в сторону.

Молодой человек перевел дыхание, встал, поправил и отряхнул свой щегольский наряд, провел руками по волосам и взглянул на распростертую на полу девушку. Она не шевелилась, смотрела куда-то перед собой и не моргала. Виктор поднял Лизу, словно тряпичную куклу, и попытался посадить ее, но у него не получилось, тогда он уложил княжну на лавку.

– Ты была великолепна, малышка! – он смачно поцеловал ее в губы. – Надеюсь, у тебя хватит ума не распространяться о нашем маленьком приятном приключении…

Лиза ничего не ответила князю, она его даже не видела и совершенно ничего не чувствовала. Она словно попала в омут. Все было таким далеким, нереальным…

Князь внимательно посмотрел на Лизу. «Выпита до дна!» – пронеслось в голове у молодого человека. Теперь эта девушка в его власти, и он снова воспользуется ею в любой удобный момент. Виктор был почему-то уверен, что она не станет никому рассказывать о том, что произошло здесь, а даже если и расскажет, то он найдет способ увильнуть от этой ответственности. Ему не привыкать находить выходы из подобных ситуаций.

– Пожалуй, я не буду тебе мешать, детка, – Виктор поправил галстук и волосы перед небольшим зеркалом на стене избушки и застегнул пальто. – Я догоню родителей и скажу, что ты неважно себя почувствовала и вернулась домой! – с этими словами князь вышел на улицу.

Лиза долго не могла пошевелиться, постепенно она снова начала все чувствовать, и ее истерзанное существо превратилось в средоточие боли. Девушка хотела подняться, но лишь скатилась с лавки на пол, и там попыталась сесть. Потом, когда тело немного свыклось с ощущениями, Лиза встала на колени и, уже с колен, опираясь на лавку руками, поднялась на ноги. Голова закружилась, и она снова опустилась на скамейку. Княжна кое-как отряхнула одежду, отколола шляпку, волосы совсем растрепались, и она достала из прически шпильки. Потом снова попробовала подняться на ноги и, шатаясь, подошла к небольшому зеркалу, висящему на стене.

Из серебряного стекла на Лизу посмотрела незнакомка. Темные потухшие глаза, растрепанные волосы, припухшие губы, следы слез на щеках.

Девушка наспех пригладила волосы, собрала их в пучок и пришпилила шляпку обратно на голову. Она достала носовой платок из кармана и тщательно протерла лицо, еще раз отряхнула платье, оправила юбки. Потом обернулась, обвела взглядом комнату и вышла из дома.

Девушка спустилась с крыльца, отвязала свою лошадь и взяла ее за поводья. Чтобы снова оказаться на дороге, нужно было немного пройти пешком по узкой тропке. Но, сделав несколько шагов, Лиза поняла, что это будет не так-то просто. Каждый шаг доставлял боль, ноги подкашивались, руки тряслись, да и вообще все тело начала бить мелкая дрожь, даже зубы застучали.

Пока Лиза шла, она несколько раз спотыкалась, а потом просто зацепилась за шею лошади. Но самое сложное было впереди. Оказавшись на широкой лесной дороге, девушка попыталась забраться в седло. Княжна не сразу смогла поднять ногу в стремя, а потом, когда у нее, наконец, получилось, она просто не удержала равновесия и упала.

Лиза встала и начала все сначала. Где-то с пятой попытки княжна все же оказалась в седле и расплакалась от боли, бессилия и отчаяния. Она пустила лошадь шагом и глубоко дышала, стараясь успокоиться и унять дрожь.

Однако ехать на лошади оказалось еще тяжелее, чем идти. Лиза чувствовала каждую свою мышцу, каждую клеточку своего истерзанного тела, мучительная ломота завладела всем ее существом. Все тело было тяжелым и неповоротливым, держать равновесие в женском седле в Лизином состоянии было почти невозможно, и она пригнулась к шее лошади и вцепилась в ее гриву. Так она и ехала, пока впереди не показалось имение.

Перед тем как выехать из леса на открытое пространство, Лиза собрала все свои силы и выпрямилась. Она стиснула зубы, терпя боль, пришпорила лошадь, рысью подъехала к крыльцу и огляделась – никого не было. Лиза спешилась, а точнее, почти вывалилась из седла и привязала поводья к ограде, обернулась и замерла. Во двор на своем гнедом жеребце въехал Александр.

Офицер был одет в серую шинель, ее полы распахнуты, а под ней черный мундир с серебряными пуговицами. Девушка залюбовалась молодым человеком, а ее сердце заныло в груди. Лиза даже подумала, что ей это все кажется, и тряхнула головой, чтобы отогнать видение. Но князь приближался к ней по широкой аллее. Такой красивый и такой любимый…

И вдруг у Лизы все поплыло перед глазами! Александр же должен приехать завтра! Нельзя, чтобы он видел ее в таком виде и состоянии! У девушки начиналась паника.

– Лизонька! – лучезарно улыбнулся князь. – Здравствуйте, милая! – он спрыгнул с коня и приблизился к ней.

Лиза стояла, вцепившись в подпругу своего седла, изо всех сил старалась не упасть и скрыть дрожь во всем теле.

– Здравствуйте, Саша! – проговорила она и ужаснулась, когда услышала свой срывающийся каркающий голос.

– Что с вами, Лиза? – князь взволнованно посмотрел на нее.

Александр подошел к девушке и протянул ей руку, а она попятилась от него, как загнанный зверек.

– Лиза, что случилось? Вас кто-то обидел? Вам плохо? Вы упали? – он оглядел ее пыльную юбку, на которой прилипли листики и веточки.

– Нет, то есть да… – Лиза смутилась. – Мы отправились на прогулку, но вскоре я плохо себя почувствовала и решила вернуться… – она перевела дыхание. – А потом у меня закружилась голова, я слезла с лошади и немного посидела на завалившемся дереве в лесу.

Лиза не могла поднять на Александра глаза, она так откровенно врала ему и была себе противна. Но она не могла ему ничего рассказать! Правда, в этот момент осознание того, что с ней произошло, еще не пришло до конца – девушка до сих пор находилась в шоке.

– Вы меня извините, я пойду…

– Конечно, Лиза, идите… – князь проговорил ей уже вслед.

Не дожидаясь его ответа, Лиза направилась к крыльцу, но как только сделала несколько шагов по лестнице, трясущиеся ноги перестали ее слушаться, и княжна осела на ступеньки. Александр бросился к ней.

– Лиза, Господи! Лизонька! – князь подхватил девушку на руки. – Лиза!

Девушку колотило, она вдруг прильнула к нему и судорожно сжала полы пелерины на его шинели.

– Саша… – прошептала она.

– Лиза! – князь посмотрел ей в глаза. – Вы вся дрожите и побледнели! – он коснулся ее лба. – Давайте я отнесу вас в комнату!

И князь легко поднялся по ступеням с княжной на руках. Он плечом открыл дверь и внес Лизу в дом.

– Как зовут вашу горничную? – спросил он.

– Ульяна, – прошептала Лиза.

– Ульяна! – громко позвал князь и направился в сторону лестницы на второй этаж.

Из какой-то двери выбежала невысокая шустрая девушка.

– Да, барин… Ой, Лизавета Алексеевна! Да что же…

– Дурно барышне! Где ее комната?

– Пойдемте! Пойдемте, барин!

Ульяна засеменила впереди князя, а он широкими твердыми шагами шел следом. Когда горничная открыла дверь Лизиной спальни, мужчина вошел и аккуратно посадил Лизу на кровать. Служанка выбежала за водой и нашатырем.

– Лизонька, – позвал молодой человек.

Лиза открыла глаза и посмотрела на князя. Она не могла говорить, ее снова сковала боль, только теперь уже не физическая. Девушка начала осознавать весь ужас того, что произошло с ней в лесной избушке.

– Лиза, вы меня слышите?

Она кивнула.

– У вас что-то болит?

Девушка прикрыла глаза.

– Голова кружится?

Лиза слегка кивнула и прижалась головой к столбику кровати.

– Может послать за доктором? – спросил князь.

Лиза снова покачала головой. В этот момент в комнату вошла Ульяна.

– Я тогда пойду, Лизонька! – Александр осторожно погладил девушку по щеке. – Ульяна, если понадоблюсь, я буду внизу.

– Хорошо, барин.

Когда за мужчиной закрылась дверь, Лиза еще какое-то время сидела неподвижно, не моргая смотрела перед собой. Ульяна растерянно стояла перед барышней, она впервые видела свою хозяйку в таком состоянии.

– Ульяша, запри, пожалуйста, дверь! – наконец еле слышно проговорила Лиза.

Девушка повернула ключ в двери и вернулась к барышне.

– Подойди ко мне! – позвала ее Лиза.

Ульяна приблизилась к хозяйке, и вдруг Лиза бросилась к ней на шею и разрыдалась. Горничная крепко обняла барышню и долго гладила ее по плечам и спине.

– Ульяша, послушай меня! – шепотом заговорила Лиза, наконец успокоившись. – Не смей никому ничего говорить о том, что сегодня случилось! Поняла меня? – девушка смотрела в глаза горничной.

– Барышня, да если б я знала, что случилось-то! – погладила ее по руке служанка.

– Вот что, прикажи принести мне горячей воды, я хочу искупаться! – вытирая слезы, проговорила Лиза.

Ульяна убежала распорядиться насчет воды, а Лиза все это время сидела на кровати и думала о том, что с ней произошло. Через полчаса, когда в будуаре княжны горячей водой наполнили большую медную ванну, горничная снова заперла дверь и начала помогать барышне раздеваться.

Лиза сняла пальто, шляпку, потом расстегнула амазонку, и когда Ульяна стянула платье с девушки, то увидела темные синяки, которые покрывали руки и плечи.

– Господи! Барышня, что это?! – воскликнула она.

Лиза только вздохнула в ответ и посмотрела на горничную глазами, полными слез.

Ульяна помогла княжне снять нижнюю юбку и корсет и снова ахнула: подол сорочки был весь испачкан кровью, на ногах, бедрах и боках Лизы красовались синяки и следы рук.

– Лизавета Алексеевна! – Ульяна даже побледнела, когда увидела весь этот ужас. – Да кто же вас так?

– Виктор… – проговорила Лиза.

– Молодой князь? – опешила девушка.

– Да.

– Барышня моя милая, Лизавета Алексеевна, да нужно срочно рассказать все папеньке! Что же это делается-то? Дворянин такое себе позволил? Надругался над вами…

– Тише, Ульяна! Тише, прошу тебя! – запричитала Лиза. – Не смей никому ничего говорить! Слышишь? Если кто-то узнает, меня сразу заставят выйти за него замуж! А я лучше умру, чем стану женой этого негодяя! Уленька, милая! Прошу тебя! – княжна горько-горько заплакала.

Ульяна обняла барышню, и вдруг Лизу словно прорвало: она рассказала горничной все, что с ней произошло.

Сердце Ульяны разрывалось от жалости к хозяйке. Она была на несколько лет старше Лизы и прекрасно понимала все, что произошло с ее барышней. Часто крепостные мужики не были слишком вежливы с женщинами, да и крестьянки не так строго блюли свою чистоту до брака, как дворянские девушки. Крепостные девицы иногда делились друг с другом неприятными подробностями интимных свиданий с мужчинами, но о таком зверстве Ульяна слышала впервые.

Выслушав и успокоив Лизу, Ульяна усадила девушку в ванну, потом собрала окровавленные юбки и спрятала на дно сундука. Горничная решила постирать их сама, чтобы никто не увидел и не начал задавать лишних вопросов.

Лиза погрузилась в ванну и застонала. Тело ужасно болело, и, несмотря на горячую воду, девушка долго не могла расслабиться. В конце концов, она откинулась на спинку ванны и закрыла глаза. Пульсация в руках и ногах стала проходить, боль внизу живота уменьшилась, и Лиза вздохнула.

– Барышня, а что вы будете делать, если окажетесь в положении?

Лиза окаменела. Она совершенно не подумала об этом! Скрыть этот позор она сможет только в том случае, если не будет последствий! Но если она окажется беременной, то вряд ли ей кто-то поверит! Виктор, конечно же, будет все отрицать!

У княжны был выбор: либо рассказать все сейчас и ждать милости от родителей, и надеяться, что они не заставят ее выйти замуж за князя. Или рискнуть, ничего никому не рассказывать, и молиться, чтобы последствий не оказалось.

– Вот что, Лизавета Алексеевна! Я вам сейчас принесу один отвар! Если он поможет, то можете спать спокойно! У нас бабы его пьют, чтобы не тяжелеть. Я вас сейчас снаружи запру, вы отдыхайте пока! – и Ульяна вышла из комнаты.

Через пятнадцать минут горничная вернулась с подносом и чайником. Она вымыла Лизе голову, помогла барышне вылезти из ванны, одеться в ночную сорочку и плотный халат с длинными рукавами. Расчесала хозяйке волосы, накинула ей на плечи шаль и усадила девушку в кресло возле столика.

– Вот, держите! – протянула служанка стакан с темной жидкостью. – Он не слишком приятный на вкус, но выпить надо все!

Лиза сделала глоток. Вкуса почти не было, но ее все равно передернуло. Вздохнув, она залпом осушила стакан.

– Вот так! А теперь попейте чаю, да отдыхайте!

Пока Лиза пила чай, Ульяна хлопотала в комнате, девушки служанки утащили воду, и горничная теперь приводила все в порядок.

Весь остаток дня и вечер Лиза провела в спальне, Ульяна практически неотлучно была со своей хозяйкой. Девушка несколько раз принималась плакать, снова и снова прокручивая в голове все, что с ней произошло. Теперь, когда шок прошел, у княжны появилось ощущение, что она лишилась чего-то очень важного. Но речь была не о потерянной невинности, у Лизы в душе что-то надломилось. Она четко ощутила, что вся ее жизнь разделилась сегодня на «до» и «после».

Как странно, еще утром Лиза была так счастлива и ждала встречи с любимым…

Александр! Мысли о нем наполнили сердце девушки жгучей болью… Теперь любимый человек был для нее недосягаем! Она не сможет ему даже в глаза посмотреть. Лиза чувствовала себя оскверненной, грязной и недостойной. Эта любовь теперь поселится в ее душе навсегда, а князь останется несбывшейся мечтой, да и вся дальнейшая жизнь молодой княжны сейчас стала казаться ей бессмысленной.

Перед ужином к Лизе пришла матушка. Девушка не хотела никого видеть, но не впустить мать не посмела. Она запахнула халат, пониже натянула рукава и укуталась в шаль, чтобы не было заметно ее синяков.

– Доченька, как ты, милая? – проговорила княгиня и потрогала лоб Лизы. – Виктор догнал нас и сказал, что тебе стало нехорошо. Почему ты не разрешила ему проводить тебя?

– Да, я действительно почувствовала себя неважно, матушка! – Лиза вздохнула и спрятала глаза, изо всех сил стараясь сдержать слезы. – Но мне не хотелось портить настроение князю и мешать прогулке. Мы были не далеко от усадьбы, и я прекрасно добралась сама.

Анастасия Филипповна внимательно смотрела на дочку, она впервые видела Лизу в таком состоянии.

– Милая, ты ничего не хочешь мне рассказать?

– Матушка, вы позволите мне завтра уехать домой? – Лиза посмотрела на мать. – Я заберу с собой Ульяну.

– Девочка моя, да что с тобой?

– Не знаю, маменька, слабость и настроения нет совсем. У меня однажды было такое в пансионе, – соврала Лиза. – Через несколько дней все пройдет, но пока я не хочу никого видеть, и здесь буду лишней.

– Хорошо, доченька, я распоряжусь насчет экипажа для тебя на завтра, – женщина вздохнула. – Ты точно уверена, что не хочешь остаться? Александр приехал лишь на пару дней… Ты не хочешь с ним увидеться?

– Не могу, матушка, я не хочу, чтобы князь видел меня в таком ужасном настроении.

– Хорошо, милая.

Анастасия Филипповна поцеловала дочку и ушла. Лиза осталась одна и долго сидела, уставившись в одну точку. Около десяти часов вечера в комнату пришла Ульяна.

– Все, барышня, я наказала кучеру, чтобы экипаж ваш готов был к восьми утра. Все еще спать будут, и никто не увидит, как вы уезжаете.

– Спасибо, Ульяна! – Лиза кивнула горничной.

– Ну, тогда спокойной ночи вам, Лизавета Алексеевна, я разбужу вас завтра…

– Нет, Уленька, останься, пожалуйста, со мной! Я боюсь одна ночевать! И комнату запри!

– Хорошо, хорошо, – Ульяна услышала в голосе Лизы панику и успокоила барышню, – я с вами останусь, не бойтесь!

Горничная заперла дверь на ключ и на засов. Девушки долго сидели и разговаривали. Ульяна отвлекала барышню рассказами о своей семье и сестрах, пыталась ее рассмешить, но ничего не получалось. В Лизе не осталось никакой радости, огонь жизни, который горел в ней всегда, и свет, которым девушка освещала всех вокруг, сегодня потухли. Ее теплые медовые глаза больше не сияли, они стали темными и холодными.

После полуночи, когда девушки уже потушили свечи и легли спать, они услышали, как у комнаты Лизы кто-то остановился. Княжна села на кровати и испуганно посмотрела на Ульяну, которая тоже услышала шаги и села на кушетке. Девушки вздрогнули, когда дверь легонько толкнули, один раз, потом еще раз – сильнее, и Лиза закрыла рот ладошкой, чтобы не закричать. Через несколько секунд они услышали удаляющиеся шаги.

Всю ночь ни Лиза, ни Ульяна не сомкнули глаз.

В восемь утра девушки вместе подхватили небольшой Лизин сундук с вещами и тихо вышли из дома. К тому моменту, когда в Дивном гости и хозяева вышли к завтраку, Лиза и Ульяна уже подъезжали к Петербургу.

В дороге Лизе стало плохо, и она, свернувшись калачиком, лежала на сиденье кареты, а горничная гладила хозяйку по волосам. Дома Лиза обнаружила, что у нее начались женские недомогания, и облегченно вздохнула. Чудесный отвар подействовал, и теперь одной заботой стало меньше.

Узнав, что Лиза уехала домой, Александр очень расстроился. Он специально отпросился на выходные у императора и приехал сюда, чтобы объясниться с возлюбленной. Но теперь смысла оставаться в Дивном не было. Чтобы не обижать хозяев, князь пробыл в имении до вечера и, сославшись на срочные дела, вернулся в Царское Село.

Всю ночь Александр не спал и думал о том, что случилось с Лизой. Когда он увидел вчера княжну у крыльца, она была в таком растрепанном состоянии, словно отбивалась от разбойников. Девушка даже шла так, будто каждое движение причиняло ей боль. Александр помнил, как она вцепилась в шинель и прижалась к его груди, казалось, девушка искала защиты. А вечером за ужином княгиня Горчакова сказала, что Лиза совершенно не в настроении и неважно себя чувствует, и извинилась за отсутствие дочери за столом. Все это казалось князю довольно странным.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.