# Ник. Лестница миров

Анджей Ясинский

Не получается у Ника спокойно сидеть на одном месте и заниматься своими делами. Посещение Версалии, родины супруги, и знакомство с ее матерью приводит к тому, что они с разбегу влипают в местные политические разборки. На Земле Нику уже скучно, на Версалии свои проблемы. Куда податься магу со своей спутницей, чтобы их не доставали? Надо просто вспомнить, что миров много, а на Лестницу Миров Ник уже давным-давно ступил. Осталось сделать по ней следующий шаг. И может быть, даже не один.

Анджей Ясинский

Ник. Лестница миров


## ГЛАВА 1


### Руана

Ласковые лучи солнца, отразившись от идущей мелкими волнами поверхности океана, рассыпались дробью, весело скача искорками по поверхности. Вода, у берега прозрачная-прозрачная, почти до исчезновения из видимого диапазона, отчего казалось, что все эти мелкие морские жители – ползающие насекомые, звезды и прочие – научились жить вне своей природной стихии, дальше от берега приобретала легкий оттенок синевы, полностью насыщаясь им у дальней кромки выступающего в океан клыка суши.

Руана прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Фактически у нее никогда не было такого времени, чтобы можно было спокойно отдохнуть, особенно где-нибудь на природе… Да и природа тут другая, но… Она снова сделала вдох и задержала дыхание, буквально чувствуя, как легкие расправляются и жадно впитывают йодированный воздух океана.

За спиной слегка шевельнулся Изао, обратив на себя внимание. Они так сидели уже часа два – прислонившись друг к другу спиной и иногда соприкасаясь затылком. Порой Руана откидывала голову чуть в сторону, положив ее на плечо мужчины, и продолжала сидеть, ощущая спиной теплоту мужской энергетики…

Они здесь уже трое суток, и нельзя сказать, что провели их бесполезно. Странно, необычно, интересно – да. Но никак не бесполезно. Руана сосредоточилась на ощущениях и вновь нашла то внутреннее тепло, маленькое-маленькое солнышко в груди, связанное с таким же солнышком там, за спиной, у необычного и непонятного мужчины.

О да! Руана наконец узнала, что это такое – совместимость! Почти так, как рассказывала Алиелка, но немножко другое все же… И она до сих пор не знала, радоваться ли ей такому приобретению или нет. Нет, чувства, эмоции – все это прекрасно, но ведь это столько проблем! И перекроют ли плюсы минусы?

Иза-а-а-ао-о-о-о!

Руана покатала на языке непривычные звуки, чувствуя, как язык слегка напрягается, пытаясь принять правильную форму. Мужчина за ее спиной буквально спиной почувствовал ее мысли и второй раз за последние часы пошевелился, отправив ей теплый сгусток внимания и почитания. Да… тут скорее подходит слово «почитание». Непонятно, почему. Вообще, способность Изао буквально выпадать из мира поражала. Порой Руана могла заметить его только благодаря этой новой внутренней связи, и тогда она понимала, что он хочет побыть один. Ему тоже нелегко приходилось. Привычный к одиночеству и некоторой оторванности от своего общества за счет самодостаточного характера, он, почувствовав необычную притягательность незнакомой ему женщины, пытался понять, что это такое и что с этим делать. Все это Руана прекрасно чувствовала и в такие моменты старалась его не трогать. Одно то, что им обоим приходится нелегко, толкало их друг к другу.

Часто они часами сидели рядом, не проронив ни слова, впитывая окружающую красоту и сливаясь друг с другом внутренним теплом. Кстати, ментальная защита Изао оказалась довольно сильной – пару раз Руана потыкалась в нее и отступила. Нет, не сильно старалась, да и неправильно это было, скорее по привычке проверила. Она даже не поняла, природная ли устойчивость у Изао или внешняя, да и не очень интересовалась.

А порой Изао долго что-то ей рассказывал на своем языке. Она его выучила уже на второй день, хотя произношение пока не давалось. Поэтому вполне могла оценить изящный слог японской поэзии или просто истории обо всем, о чем Изао хотелось поведать.

Большим мучением оказалось рассказывать о себе. На фоне поэтического самовыражения Изао, способного превратить обычный рассказ о рыбалке в увлекательную историю с несколькими смыслами и слоями, проявляющимися не сразу, ее попытки что-то рассказать казались ей не только лишенными души, но и банальных красок. Впрочем, Изао всегда с искренним интересом выслушивал ее, и это удивляло более всего, ведь она его чувствовала! Ему действительно было интересно! Ни капельки недовольства ее вдруг проснувшимся косноязычием, ни грамма усмешки или превосходства! Заметь она хоть тень этих чувств, тут же завершила бы это неудавшееся «свидание».

На вторую ночь она, измученная необычными и непривычными ощущениями, сама пришла к Изао. Ничего она на тот момент не чувствовала, никакого сексуального влечения, но решила, что на месте все решится. Правда, она забыла, что не только мужчина открыт для нее в эмоциях и чувствах, но и она перед ним! И Изао ловко уклонился от ее притязаний, заболтал, а потом она сама не заметила, как согласилась на какой-то особенный массаж, в результате которого не только получила огромное удовольствие, но и почувствовала себя намного лучше, а дальнейшее нахлынувшее возбуждение будто оказалось естественным продолжением их игр, плавно перетекшим в то, чего она изначально хотела, однако не ожидала такого яркого финала. И что-то в ее сознании сломалось. Что-то такое, что было в ней всегда, то, что делало ее ею, но, уйдя, сделало ее еще лучше. Так она ощущала.


– Ты напряжена, – констатировал Изао и вроде бы даже не пошевелился, но почему-то Руане почудилось, что он ее погладил по голове.

– Это от расстройства, – ответила она, пересыпая песок в ладонях.

Изао шевельнул плечами, выражая свое удивление, а Руана с очередной вспышкой удовольствия почувствовала, как лопатки мужчины прошли вдоль ее позвоночника, вызвав эхо воспоминания о массаже, который он делал ей. И как у него это так получалось? Вот так вот – вызывать тактильные ощущения своими действиями, которые, с точки зрения разума, никак не могли их породить?

– Мой корабль меня нашел. Меня вызывают туда. – Девушка посмотрела в небо.

– Ник-сан сказал, что нас тут никто не найдет.

Руана кивнула:

– Он действительно хорошо замаскировал это место. А вот ментальная связь с кораблем осталась. Специально или случайно – не знаю. На него я передала картинку острова – помнишь, мы поднимались на гору? И звезды ночью… За оставшееся время корабль облетел все подходящие острова на планете и на сто сорок пятом нашел нас. Вон, – она мотнула головой в сторону, недалеко от них воздух протаял, и японец увидел невысокую, метра три, вертикальную конструкцию зализанных очертаний.

Через несколько секунд корабль снова растаял в воздухе. Изао плечами выразил удивление – такие жесты, сопровождающиеся легкой ментальной волной, Руана хорошо научилась чувствовать.

Девушка встала на ноги, отряхнулась от песка, посмотрела вокруг и глубоко вздохнула, задержав вдох на несколько секунд. Потом повернулась к Изао и потянула его за руку:

– Пойдем. У нас есть часов шесть. Надеюсь, ты сумеешь сделать так, чтобы я не смогла их забыть за всю свою оставшуюся жизнь.


### Ник

– Куда ты меня ведешь? – спросила Алиела, с интересом осматривая ледяные стены тоннеля, куда мы телепортнулись.

Я задумчиво осмотрел свою подругу. Полюбовался, как легкий, но жутко холодный ветерок, продувающий длинную ледяную трубу, развевает коротенькое платьице, вызывая ощущение несоответствия картинки содержанию. Впрочем, сам был легко одет, при этом не теряя контакта с реальностью: я чувствовал холод, что царил в этом месте, но был к нему относительно равнодушен. Скорее даже получал удовольствие. У Алиелы же тепло сохраняла моя защита, окружавшая ее.

– Понимаешь, земляне уже не помнят этих баек, но я еще иногда вспоминаю известные в мое время всякие небылицы о том, что здесь подо льдами укрылись остатки одних из самых злобных злодеев у нас в истории – фашистов. К слову сказать, были и пострашнее, хотя тут скорее вопрос идеологии и правильного воспитания следующих поколений… Но не об этом речь. – Я пошел дальше, а Алиела последовала за мной, прислушиваясь к моим словам и их эху. – Считалось, что здесь после Второй мировой войны укрылись лучшие умы нацистов, которые должны были потом вернуть власть на планете в свои руки. Мол, разрабатывали новое оружие. Говорили, что они тут договорились с инопланетянами, которые стали им помогать.

– Если только серые, – кивнула девушка.

Я повернул голову и задумчиво посмотрел на нее. Потом хмыкнул:

– Святая простота… Да… – Я повернулся и зашагал дальше, не обращая внимания на нахмурившуюся девушку. – А еще говорят, что на этом материке когда-то располагался центр нашей цивилизации. Вернее, то ли центр Атлантиды со столицей, то ли просто один из ее форпостов. Старый жрец как-то на этом не акцентировался… Тогда тут все цвело и пахло, бегали разные зверушки… Порой с зубами и когтями размером с нас с тобой…

– Да, я помню попытки выведения древних чудовищ, проводимые местными под руководством серых. Было такое дело.

– Ты местных-то не считай простыми дурачками. Возьми тех же атлантов. В момент своего наивысшего развития они спокойно могли серых стереть в порошок. Да и всю Солнечную систему тоже. Да и не только серые контактировали с нами.

Алиела пожала плечами.

– История слишком длинная, слишком большой объем информации, чтобы даже в астрале можно было найти нужные данные. Но я раскопал кое-что, – похвалился я. – Ну и континент обследовал неплохо, да еще у меня есть дневник старого жреца-атланта. Вот смотри. – Мы остановились, и перед нами появилась голограмма материка, лишенного ледяного покрова.

Огромный единственный город, концентрическими окружностями расходящийся на многие километры. Большие и мощные даже с виду строения, каналы и деревья, множество копошащихся по континенту точек атлантов и животных. Летающие конструкции, даже здания, медленно передвигающиеся в облаках.

– Вот тут, – я ткнул пальцем и увеличил картинку, – лежит огромный инопланетный корабль, не знаю, чей, но не ваш и не серых точно. Он полностью закрыт землей и, кажется, даже при атлантах уже был стар. Они его обследовали в свое время, есть следы. Похоже на какой-то колониальный транспорт, как у нас когда-то описывали в фантастике, – слишком большой и много остатков органики… Нет, самой ее не осталось, даже молекул, а вот атомный состав трухи или даже намеков на нее показывает, что, возможно, тут разложилось огромное количество органики. Думаю, те, кто прилетел, не выжили, хотя…

Я вывел изображение инопланетянина, которого мне еле-еле удалось выцепить в астрале, уж больно сильно там все было затерто временем. Да и то пришлось в компе прогнать картинку, чтобы с помощью графических алгоритмов с использованием искина восстановить ее. На нас смотрел довольно высокий – метра три – мускулистый мужчина с необычными чертами лица и немножко непривычными пропорциями, опирающийся на хвост… Да, ниже пояса у него шел хвост типа змеиного. А рядом стоял человек, то есть моя картинка, для масштаба.

– О! – воскликнула Алиела и подошла поближе. – А я знаю, кто это. Не помню, как их зовут, но есть такая космическая раса. А вообще удивительно, что тебе удалось что-то раскопать в астрале, относящееся к этому месту и тому времени, – тут сильные информационно-энергетические искажения. Помнишь, я говорила тебе, что на полюсах Земли есть проходы в параллельные миры? Вот они и влияют.

– У нас их называли «наги», – я кивнул, приняв во внимание слова Алиелы. – И они оставили определенный след в нашей истории. Правда, судя по тому, что не очень сильный, это были выжившие колонизаторы, растерявшие свои технологии. Почему повторно не пришли и почему им не помогли свои – не знаю.

– Скорее всего на тот момент просто технологически не могли, – пожала плечами Алиела, потом встрепенулась: – Вспомнила! Кажется, про них говорилось в той заметке, что я читала. Они, видимо, пришлые – на той планете, где их обнаружили, оказался сильный дисбаланс развития, характерный для забытых или заброшенных колоний. Мне в голову пришло: а что, если они как раз из параллельного мира? И именно тут один из их кораблей появился через этот проход? Не зря же этот «ковчег» не приспособлен для планетарных перемещений, а тут вдруг оказался на поверхности планеты? С той стороны прохода ведь пустынный космос. Ну, по крайней мере, насколько я помню, в той точке выхода, где наши бывали.

– Может быть. Ладно… – Я вернул изображение материка, только уже в современном его виде, а не из жезла жреца. – Вот тут – старые мегалитические постройки атлантов. Весь этот лед поверх них образовался за короткий промежуток времени, поэтому многое осталось в том состоянии, в каком было. – Перед нами прошли сценки замороженных и отчасти потерявших форму тел людей, вернее, атлантов. Почти все они были в той или иной степени повреждены стихией, но попадались и относительно целые фрагменты тел. – Они были магами, но в это время уже растеряли знания и свои способности. Возможно, здесь поработала даже не природа, но технология или боевая магия. Вот смотри… – Я показал картинку, где, распластавшись в воздухе, вперед рвался десятиметровый динозавр, причем запряженный как лошадь, а на его спине сидела, наклонившись вперед, девушка. – Обрати внимание на сохранность тел, но главное… Ничего не замечаешь?

Алиела покивала:

– Это очевидно – они замерзли мгновенно, на ходу, зверь только что оттолкнулся ногой от земли и как стрела рвался вперед. В таком состоянии он и застыл. Ты прав, тут поработали системы мгновенной заморозки. Но не очень понятно, как они сработали. Ведь тут не просто тела в воздухе, а вмерзшие в лед! То есть должна была мгновенно появиться вода и превратиться в лед. Так? Ладно если бы они просто лежали, это можно было бы объяснить, но вот так… Жаль девочку. Ей всего лет пятнадцать, по вашим меркам, ты заметил? А животное немного на наших шушей похоже…

– Думаю, можно найти подобную технику, чего только во Вселенной не бывает, но, согласно бритве Оккама – не придумывать новые сущности, – здесь все же была магия. Атланты – маги? Маги! Могло существовать такое заклинание или плетение? Могло! Даже я могу, не особо напрягаясь, на коленке, состряпать нечто похожее. Может, сами применили, может, против врага, но не смогли удержать в узде, все-таки их деградация как магов к тому моменту четко прослеживается. А может, враги применили. Не знаю.

Я немного покрутил изображение.

– Тут еще много чего есть. Вот здесь – одна из основных пирамид, которые атланты использовали и как многофункциональные энергетические центры, и как систему планетарного контроля, они все располагаются на энергетических линиях или их пересечениях. Атланты их использовали и как библиотеки, вернее, располагающиеся рядом подземные дворцы, которые находились под защитой вот таких конструкций. Астральная магия тоже усиливалась за счет таких центров и специально выращенных кристаллов, один из которых они притащили с другой планеты, с Лунгрии, где я был. В общем, крутую громадную систему они построили. К сожалению, немножко не рассчитали, и, вместо того чтобы самоподдерживаться практически вечно, она постепенно деградировала и сейчас уже фактически не работает. А вот здесь, – я выделил участок в несколько квадратных километров, – располагалась база нацистов. Они раскопали один из второстепенных складов атлантов и проводили разные опыты. Сумели воспроизвести часть технологий атлантов, только полностью на технической основе. Где смогли, магию заменили на технологию, где не смогли… В общем, кто-то им помог. А потом случилось то, что случилось. В нашей истории о них потом упоминаний не было. Идем за мной.

Мы подошли к торцу тоннеля, заканчивающемуся огромной трехметровой металлической дверью. Внезапно справа вверху откинулась крышка, и оттуда наполовину высунулось что-то металлическое… Скорее всего пулемет. Но он застрял на ходу и замер. Я покачал головой:

– Представляешь надежность такой техники? В этих условиях через сотни лет какой-то механизм еще попытался дернуться!

– Наверное, есть хороший источник питания? – с любопытством посмотрев на оружие, спросила Алиела.

– Наверное. Проблема в том, что в то время таких источников у нас еще не было. Так что…

– Кто-то им помогал? – повторила она мои слова.

Я взял Алиелу за руку и прошел сквозь дверь. Мы оказались в большом тамбуре, в котором находилось несколько замерзших тел. Правда, сначала они немного разложились – на момент их смерти тут было вполне тепло.

– Не обращай внимания на небольшое давление на лице и теле – это фильтр. Ну, ты в курсе… Тут, похоже, после катастрофы из лабораторий выползли разные вирусы да химия. Что-то до сих пор может быть живым. Пока пойдем дальше.

Длинные коридоры, помещения как с техникой (склады, лаборатории, залы), так и места рекреации – остатки небольших деревьев и растений. В одном месте лежал человек в форме морского немецкого офицера, почему-то с кортиком на боку и кобурой. От лица мало что осталось: все сначала разложилось, потом замерзло, но я видел и пострашнее картинки. А вот кортик и пистолет экспроприировал – раритет все же. Также в кармане офицера нашел какой-то слипшийся документ. Тоже прихватил, может, подарю кому.

Наконец мы пришли туда, куда и стремились. И везде проходили сквозь двери, используя телепорты. Удобная штука, что ни говори.

Это была лаборатория с большим столом по центру, закрытым со всех сторон стеклом. Сверху находилась вытяжка. Какие-то еще приборы и приблуды. В центре стола стояла небольшая пирамидка из хрусталя. Тут я лично еще не был, хотя все подробно удаленно рассмотрел. Но сейчас я почувствовал, что пирамидка, таинственно мерцающая во тьме (мы спокойно смотрели посредством моих систем, встроенных в носимые одежды-скафандры, а я так вообще еще и магически) из-за случайно попадающих на нее фотонов, откуда-то пробивающихся тонкой струйкой, являлась хорошим амулетом, забитым маной под завязку.

Хм… А вот это интересно – в амулете был реализован очень грубый, с очень низким КПД, преобразователь инфомагии в обычную ману. Причем смешанную – тут мана и земли, и воды, и все остальные. А вот в качестве активного тут выступало как раз плетение заморозки. Если эдак прикинуть, мощности срабатывания должно было хватить на несколько десятков квадратных километров. Неплохо. О! А вот тут есть дефектик… Так, прокручиваем все это в моей крутой модели магии, виртуально прогоняем срабатывание и видим результат: заморозка действительно имела место, но из-за дефекта – локально, в пределах десятка квадратных метров, зато очень мощная! Чуть ли не до абсолютного нуля. Причем до сих пор работала, хоть и не так сильно, но мои скафандры спокойно игнорировали ее. Забавно, отбираемая энергия у окружающего пространства преобразовывалась в ману воздуха и рассеивалась в пространстве. Теоретически такими темпами лет через миллион, а то и раньше, на Земле маны может скопиться достаточно, чтобы ее могли использовать маги.

А вот остальная неизрасходованная мана из-за того же дефекта должна была разойтись в стороны в виде слабоструктурированной энергии, которая скорее всего уничтожала биополя. Тогда понятно, что тут произошло: артефакт сработал, тут все вымерзло, а дальше все живое просто умерло. А потом – время, разложение и холод. Кстати, а вот в этой лаборатории все осталось, как и было.

– Ты знал, да? – тихо спросила меня Алиела, стоя перед ледяной статуей.

Их тут много было, но эта выделялась чертами лица. Сейчас-то я легко видел эти отличия. Ну как видел – что это вот китаец, это негр, это, например, истинный ариец. А вот этот чел с чертами лица, искаженными ужасом, – веганец.


Я помог Алиеле упаковать ее соотечественника для перевозки на родину. Она его не знала, и в официальных документах он нигде не отсвечивал, однако тест ДНК точно показал, что он действительно веганец. Какими путями он тут очутился – неизвестно. Но вот, получается, было и такое.


Орлов долго смотрел на объемную картинку Антарктиды с моими пометками. Кстати, тут на поверхности льда до сих пор еще находилось несколько научных баз от разных стран, но по сравнению с моим временем совсем мало – всего три. Наша, англо-австралийская и японская. С ними я не пересекался, ибо смысла не было. Они в основном на поверхности льда обитали, следили за природой и погодой, снимали разные параметры.

– Ну как, интересует? – спросил я.

– Неожиданно, прямо скажу, – наконец ответил генерал. – Разумеется, интересует. В основном наши сейчас заняты решением проблем, возникших после вашей дуэли с серыми, но свободные ресурсы найдем. На крайний случай кого-то отвлечем.

– Отлично. Для обеспечения секретности я сформирую тут телепорты, чтобы вы сразу ходили сюда. А для безопасности… Я тут пошарил, где можно, обезвредил разные опасные объекты, которые могут сработать как ловушки, но все равно – будьте осторожны, мало ли что могло тут притаиться. Ориентируйтесь по моим пометкам.

– Не беспокойся, у нас опытные чистильщики, и не с таким сталкивались.

Я покачал головой:

– Так-то оно так, да мало ли что. В общем, не дети, разберетесь.

– Ты тоже осторожней там.


### Корабль «Оскал Шушиллы»

Капитан корабля Эрендил мрачно смотрел на сидящего перед ним контролера и мысленно морщился от вони ситуации, в которую его запихнули с головой.

– Руана, я могу к тебе так обращаться? – спросил он, прощупывая обычным разговором собеседника.

Ментальная защита контролера для него была просто непроходимым барьером, хотя чего-то такого вполне можно было ожидать. В контролеры не каждого берут.

Девушка ослепительно улыбнулась:

– Разумеется, Эрендил!

Капитан мысленно поморщился от такой нарочитой наглости, но предпочел внешне не обращать на это внимания. От девушки исходил какой-то странный ментальный «запах», если это можно так назвать. Имел он оттенки умиротворенности и равнодушия к текущей ситуации, что очень сильно сбивало с толку.

– Мы здесь находимся по приказу заместителя главнокомандующего Эрха и должны были проверить одну неприятную вероятность не совсем лояльного поведения детей координатора Ойлы, которые работают в данной системе… – Он на мгновение замолчал, давая возможность высказаться контролеру. Но Руана никак не отреагировала на его слова. Мысленно вздохнув, Эрендил продолжил: – Ладно, давай начистоту. Я не мальчик для битья и не люблю, когда меня втягивают в разные мутные делишки. – Он откинулся на спинку и кивнул на стол, на котором появились разные напитки. Руана спокойно проигнорировала предложение. – Кое-кто явно хочет свалить Ойлу, и не просто так, но и вымазать ее в чем-то дурно пахнущем. Для этого упомянутый «некто» отправляет в эту систему контролера, который должен был осмотреться и в случае необходимости подготовить почву для обвинений. О, нет! Я не думаю, что тут реально что-то серьезное затевалось, скорее просто создать некий повод для разбирательства, а там – пока разберутся… Думаю, есть и другие варианты событий в других местах, работающие на общую схему. Ничего не хочешь мне сказать?

Контролер Руана продолжала спокойно смотреть на капитана – лишь слегка дернула уголком рта. То ли раздраженно, то ли усмехаясь.

– Хорошо. Продолжим. Оказавшись здесь, мы проводим полное сканирование системы и что видим? Что никаких серых тут просто нет. Вообще! А их базы осваивают люди с местной планеты. Также из твоего отчета, пересланного нам Эрхом, на которого, вероятно, ты и работаешь, мы узнаём, что имела место стычка Элхора и Алиелы с серыми. Ты в этом тоже участвовала, вытащив их из цепких ручек серых. А вот дальше… Серые собираются и исчезают из системы, оставив свои ресурсы местным хозяевам. При этом руша подготавливаемую вами интригу. И ты сидишь тут и улыбаешься, слыша это…

– Мне плевать на Эрха и его делишки, – спокойно ответила Руана.

Капитан удивленно замер.

– Поясни.

– Я согласилась на это дело лишь из скуки и любопытства. У него и его команды нет никакой возможности на меня давить, но я оказалась под рукой, ничего не требовала взамен и обладала относительной лояльностью к кое-кому, кто был должен Эрху. Но не настолько, чтобы игнорировать свои интересы.

– В таком случае что случилось такого, что ты мне сейчас это говоришь? Я ведь фактически должен следовать приказу Эрха и арестовать Алиелу с Элхором.

На появившуюся ироничную улыбку контролера капитан отреагировал закономерным недоумением.

– Хотела бы я посмотреть на то, как вы собирались это сделать…

– «Собирались?» И почему…

– Ну, ведь серых тут нет, схема не сработала, соответственно, глупость очевидна. А почему… Не буду говорить, вдруг действительно удастся посмотреть на это шоу?

– Шоу?

– Так здесь называют некое действо, на которое собираются посмотреть толпы народа и получить удовольствие.

– Хорошо. Не будем об этом. В любом случае у меня есть возможность игнорировать очевидную глупость. Но вот что мне делать с этим? – Капитан поднял в воздух два полупрозрачных листа с официальными шифровками.

Руана вопросительно подняла бровь, не выказывая сильного интереса.

Эрендил поднял на уровень глаз один из листков:

– Шифровка от Ойлы, руководителя Алиелы и Элхора. Просьба сопроводить Алиелу и некоего Ника со всем уважением и максимальной защитой до Версалии в отдел по внешним связям.

Руана медленно кивнула:

– Что ж, смысл в этом есть.

– Не подскажешь, какой?

Контролер улыбнулась и промолчала.

– А что ты скажешь о втором приказе от Эрха, отменяющем его первый приказ об аресте Алиелы и Элхора, но теперь предписывающем взять под арест Алиелу и того же Ника и доставить их втайне до Версалии в распоряжение секретного отдела внешней разведки? Про Элхора ничего тут не сказано, будто в нем отпала всякая необходимость.

Руана вдруг весело рассмеялась:

– Эрендил, примите мой совет! Не влезайте во все это. Просто исполните оба приказа. Возьмите Алиелу с ее совместимым и просто летите на Версалию. А прибыв туда, дайте знать обоим адресатам. Пусть они сами там разбираются. Кто первый появится, тому и отдавайте их.

– Значит, совместимый?.. – Капитан задумчиво постучал пальцем по столу. – И какого уровня, если не секрет?

Руана улыбнулась и промолчала.

– Ладно, тогда ответь хотя бы на вопрос – что случилось с серыми?

Руана стала серьезной и спустя несколько мгновений задумчивости сказала:

– Они уверовали в Бога.


### Ник

Раз, два, три! Шаг, подшаг, легкий поклон. Все движения четко выверены (у меня) и абсолютно произвольны у Алиелы – конечно, в рамках ее мастерства. Как любой мастер в любой области часто не задумывается о том, что надо сделать, – все обрабатывает подсознание и ведут рефлексы. Хуже того, танцевать нечто, отдаленно напоминающее наши формализованные танцы восемнадцатого-девятнадцатого века, хоть и состоящее из ограниченного парой-тройкой сотен количества движений, но совершенно не имеющее общей канвы, а подчиняющееся только голосу одного или нескольких танцующих… Хех… Не скажу, что просто. Самое крутое у веганцев – пением рассказывать историю, мысль или чувство и, подчиняясь этой истории, этому ритму, танцевать, не сбиваясь с дыхания (привет попсовым фанерщикам!). А если учесть, что голос – только основа, главная несущая частота, на которую нанизываются ментальные образы, чувства и переживания, то я даже не знаю, с чем это сравнить.


Началось все с того, что Алиела, нервничая в ожидании вызова на прилетевший корабль, для успокоения начала напевать. Я, конечно, сглаживал пики ее беспокойства, но и не убирал совсем, а то какая же это женщина без беспокойства по пустякам? Даже амулетиков разных для успокоения сделал. И надо сказать, почти сразу же заторчал от ее голоса. Сами знаете, как отличается обычный голос от голоса поющего человека. Небо и земля. Потом попросил полноценно спеть и пропал… Ну, я и так пропал, попав под перекрестье ее стреляющих смертельными для моего сердца лучами глаз, но тут вообще… Потянув за эту ниточку, вытащил огромную рыбину, ранее ускользнувшую от моего внимания, как… Ну, не знаю, просто видел тень, но не ожидал, что нечто любительское, как сказала Алиела, может быть таким…

Проблема или счастье веганцев в том, что там бездарность просто не может петь. Поют-то не только голосом, но и чувствами, мыслями. В общем, затрагивая не только эстетическую сферу, но и ментальную, чувственную. Поэтому и песен у них немного, вернее, исполнителей. Это у нас можно схалтурить и под фанеру рот пораскрывать, а там – фигушки! Потому и выступления редки, даже признанных… даже не знаю, как их называть, – слово «певец» как-то слишком низко. И в основном стараются слушать вживую, хоть технические возможности по передаче всего комплекса, составляющего их пение, включая ментальные, у них имеются. Но, как говорится, вживую – ламповей.

Кстати, земные песни они все же слушают – помните, я рассказывал, что иногда привозят к себе понравившееся? Просто это идет по другому разряду, что-то вроде затравок, основ, которые тоже могут вызывать чувства, хоть и кастрированные, и которые можно использовать уже при перепеве. То есть в основном требуют наполнения, но сами по себе постоянно не прослушиваются.

Хотя Алиела говорила, что есть у нас несколько исполнителей и песен, которые чисто голосом наполняются эмоциями, раскачивают слушателя. Но такое редко бывает, да и все равно далеко от эффекта веганского исполнения. Ну привыкли они к полноценному восприятию! С музыкой без пения дело обстоит получше, хотя она у них тоже обычно сопровождается ментальным дополнением или, наоборот, используется для медитаций.


Эх… И чего я петь не могу? Вот бы было прикольно дуэт Алиеле составить! Но пока и так неплохо получается – исходящие от девушки волны раскачиваются моим восприятием, усиливаются, иногда окрашиваются моими эмоциями или даже ментально-визуальным рядом, отчего, по признанию Алиелы, получается очень круто. Разумеется, по меркам веганцев. И отправляются обратно и во все стороны.

Раз, два, три! Шаг, подшаг, поворот, легкий поклон. И чистейший голос любимой женщины, заставляющий трепетать все клеточки моего организма. И не только моего, как выяснилось чуть позже. Чуть не взорвавшийся от резонанса ментально-чувственный энергетический каркас нескольких веганцев буквально пришлось на ходу тушить моими способностями. И то срочно-обморочно примчались медицинские роботы в виде – вы будете смеяться, – в виде больших одеял! Что-то мелькнуло белое в воздухе и окутало трех веганцев женского полу и двух мужчин, а потом они буквально растворились в стенах корабля, отправившись в местный медцентр по специальным техническим коридорам.

Алиела смущенно и немного растерянно смотрела на Эрендила – капитана корабля, высокого, красивого, но уже пожилого веганца, который, не сдерживаясь, вытирал тыльной стороной ладони выступившие слезы. Кстати, вредный старикашка, хотя и выглядел довольно молодо, но по характеру все равно был старикашкой! До сих пор с ним цапаемся – и с самого начала. И мне это нравится!

– Ничего-ничего, девочка, сейчас пройдет, – пробормотал он. – Давненько я не слышал такого проникновенного во всех смыслах исполнения.

Рядом стоящая Руана фыркнула и непроизвольно прижала к себе сломанную некоторое время назад руку.

– Это еще цветочки, – буркнула она в пространство.

Неожиданно быстро Руана нахваталась всяких земных словечек и выражений от кого бы вы подумали? От Алиелы! Не от меня, не от Изао, который, кстати, остался на Земле, отчего Руана ходила сама не своя и буквально бросалась на всех вокруг, а от своей подруги! И не сказать, что много общались, однако поди ж ты! Правду говорят, что самый широкий и высокоскоростной канал связи образуют две болтушки, говорящие друг с другом практически одновременно. Ну да, как ни странно, Руана близко сошлась с Алиелой и стала ей если не подругой, то уж точно достаточно близкой спутницей.

– Какие цветочки? О чем ты? – отреагировал капитан.


### Руана

Руана махнула рукой и медленно поплелась к себе. Она только сейчас поняла, почему всю дорогу чувствует себя так плохо. Не думала, не гадала, а вернее, просто отмахивалась от того, что отсутствие рядом совместимого, но фактически малознакомого человека может быть таким тяжелым грузом. Только близость к Алиеле с Ником спасала, особенно когда те были заняты друг другом. Становилось легче. Слава всем богам, то ли они пока воздерживались от излишне сильного проявления чувств, то ли просто не занимались сексом здесь, на корабле, но никаких разрушений или энергетических бурь пока не наблюдалось. У них с Изао все-таки это было не так эпически и не сопровождалось такими энергетическими выбросами. Ну и хорошо, а то Руана со всей ответственностью подозревала – она бы просто не выдержала таких сопутствующих эффектов. Да и того, что было, для нее было слишком много! Много-то много, но как этого сейчас ей не хватает!


### Ник

Пожав плечами, я повернулся к Алиеле и окинул ее взглядом. Не только обычным, но еще магическим и всякими другими, и невольно мысленно облизнулся. Абсолютно черный облегающий костюм моего производства, так ей полюбившийся, почти не оставлял места фантазии и заставлял меня немного нервничать, особенно когда на нее пялились другие мужчины. И ведь чувствую ее от пяток до темечка, все ее чувства ко мне, а все равно внутри что-то взрыкивает в такие моменты: «Мое! Не отдам!» Так сказать, превентивно.

Как ни странно, Алиела сначала пугалась таких всплесков моего собственничества. Для нее это было необычно, как и для любой веганки, довольно равнодушно относящейся к близости с противоположным полом. Но потом ей это даже стало нравиться, особенно когда разобралась во взаимоотношениях полов землян и сравнила с веганскими. А мужчины-веганцы на нее все же обращали свое мужское внимание, что, кстати, саму Алиелу, непривычную к такому, поначалу тоже удивляло. Но вот что-то такое происходило между нами и вокруг нас, что заставляло подрагивать или даже вздрагивать сами основы мироздания и мировосприятия веганцев.

Я улыбнулся и, показав уже знакомый ей фокус-покус, то есть вытащив из-за спины четыре шпаги из адамаса, две длинные и две короткие, одну пару протянул ей. Алиела заулыбалась. Тогда, после ее первого выступления передо мной с пением, у меня было такое приподнятое настроение, почему-то так захотелось движения, что на ум и в мышцы сами собой пришли движения из одного лунгрийского стиля работы шпагой, вернее, с двумя шпагами – длинной и короткой. Вжик, вжик, вжик! Уноси готовенького! А Алиеле это почему-то тоже вдруг понравилось, и мы стали репетировать… Ух, проговорился – тренироваться, конечно, но все это выливалось в такие опасные танцы с клинками, причем красивые танцы, что тренировкой это никак не назвать, а именно репетицией.

Танцы, не танцы, но тут уже я вел. Немного волновался, когда подсаживал Алиеле знания владения шпагой, хоть и был стопроцентно уверен в положительном результате, но… И все равно не удержался – дополнительно усилил ей кости, связки, поработал с мышцами, но так, чтобы внешне ничего не изменилось, – меня Алиела полностью устраивала и без всяких экспериментов. Потом проконтролировал изменение в мышечном каркасе для максимального принятия навыков работы со шпагой. Своим штатным силовым мечом она хоть и махала, как считала, на приличном уровне, но, по-моему, это натуральная туфта. Говорить я ей, конечно, этого не стал, даже мысленно не выдал своего мнения, и правильно сделал – она и сама после наших тренировок стала задумываться и переоценивать свои знания и умения.

Так вот, в этом танце уже вел я. И часто включал нужные композиции, вплетая наши движения в мелодию и ментально раскачивая ситуацию в резонанс с музыкой и движениями. Эффект был ничуть не хуже, чем при пении Алиелы.

Дзинь, дзинь, увод клинка, разворот – и левая шпага втыкается под мышку Алиеле. Правда, и ее шпага протыкает мне бицепс правой руки.

– Хорошо, – улыбнулся я, медленно ссаживаясь с ее клинка и так же медленно вытаскивая свой.

В нашей защите специально периодически появлялись и передвигались ослабленные участки защиты, которые можно было проткнуть шпагой. Обычно они синхронизировались с проводимыми приемами и видны были только нам с подругой. Соответственно, ставилась задача попасть в эти небольшие участки, при удачном попадании это вызывало довольно неприятные ощущения в теле. Я еще так сделал, чтобы прямо чувствовать, как уже почти виртуальный клинок проходит по внутренним органам, – это заставляло ответственно относиться к бою, который хоть и учебный, но все же бой. Несложно представить, что за всем этим комплексом следил специально созданный искин.

Со стороны раздались ментальные… ну, вспышки, что ли. Если у нас в ладошки хлопали, то у веганцев многое завязывалось на ментальные системы выражения разных чувств и эмоций, собственно, для чего хлопки у нас и используются. А у них развитие пошло по вот такому пути, и социальные моменты взаимодействия часто на него завязывались. Наши с Алиелой перемещения и действия никогда не оставались без внимания хотя бы того же корабельного кристалла, но как с ним бороться, я уже понял – он был лишь усиленной, развитой копией личных кристаллов, на исследовании и обмане которых я уже немного набил руку. Но сильно своими возможностями пока не пользовался, мне и так все было интересно. А сейчас за нашей тренировкой наблюдали некоторые личности, как бы тоже случайно завернувшие в отсек для тренировок.

Так вот, в результате нашей с Алиелой синергии… Хм… что-то меня не туда… То есть она для веганцев-мужчин стала как-то ментально притягательно «пахнуть». В результате местные офицеры стали часто ее как-то задевать, попадаться на глаза. Выглядело это примерно как у детей пубертатного возраста, когда у них гормоны играют и они пытаются как минимум тереться где-то рядом. Только весь прикол был в том, что здесь это воздействие на них было настолько тонким, что сами веганцы, вроде бы доки в менталистике, не замечали этого и не понимали! И своего поведения не понимали и даже не пытались понять! А вот мне, как ни странно, более глубоко видящему происходящее (сам удивляюсь), сразу стало заметно. Самой же Алиеле это в конце концов стало надоедать. Вначале-то она просто терялась от непривычного поведения окружающих. Потом стало нравиться, но быстро надоело. Я видел, что ей и меня хватало выше крыши, да и просто ей было не нужно ничего постороннего. Что сильно меня успокаивало.

Не все, к слову, подпадали под ее влияние, но многие. И это мы еще не развернулись вовсю. Я уже стал подозревать, что наши слияния с ней (по-другому и не скажешь, даже сексом это уже не назовешь) что-то сильно меняли вокруг. Вернее, у находящихся вокруг людей или веганцев усиливали их притягательность что ли, или открытость. Я пока не разобрался.

Так вот, был один офицер, Арион, который решил пойти дальше. И сейчас я мысленно со стороны с улыбкой смотрел на происходящее. И даже нарисовал схему взаимодействия людей, их движений и намерений, и даже что будет, – сам с собой спорил. И пока ни разу не проиграл, что удивительно. Ага, начинается.

– Красивые танцы. Жаль, что в реальном бою неприменимо, – сказал веганец и ухмыльнулся.

Ну, тут все ясно – все как у нас, даже как-то слишком простенько.

– Желаете проверить? – в ответ также ухмыльнулся я, уже видя, как тот идет в мою нехитрую ловушку, думая, что сам копает мне яму.

– С удовольствием, только я буду использовать тренировочный энергетический меч. – Арион взял со стоящей рядом полки ручку и включил.

Воздух над ручкой слегка исказился. С легкой улыбкой он пошел в мою сторону. В ментальном плане он сверкал самоуверенностью. Я кивнул и сказал:

– Хорошо. Только, чтобы получить возможность и иметь честь сразиться со мной, ты должен сначала победить моего ученика. – И, не оставляя ему шанса на осознание обстановки, повернулся к Алиеле: – Дорогая, сильно не затягивай, – а сам медленно пошел к выходу.

Я наслаждался растерянностью Ариона и спустя три секунды – его криком боли.

– Воин никогда не должен расслабляться, – поделилась мудростью моя девушка, воспользовавшаяся растерянностью мужчины и пробившая ему ногой в печень.

Сама она еле сдерживала смех. А ее ментальный план буквально сверкал от сдерживаемого веселья. Что, кстати, чувствовали окружающие, находящиеся в затруднительном положении, не понимая, то ли смеяться, то ли плакать или ругаться по поводу происходящего.


### Рубка корабля «Оскал Шушиллы»

– Капитан, разрешите задать вопрос? – Старпом направил вектор вежливого внимания на командира.

Эрендил, рассматривающий какую-то карту, кивнул:

– Что у тебя?

– Почему вы решили сделать крюк и не лететь сразу к Версалии?

Капитан оторвался от просмотра карт и глянул на старпома:

– Я думал, ты догадаешься. Во-первых, я хотел посмотреть, что это за парочку мы везем на родину. Уже сейчас я сомневаюсь, что это была хорошая идея, – от них одна головная боль. Причем и в переносном смысле, и в прямом. Запреты на них не действуют, кристалл ничего необычного не наблюдает, хотя его поведение явно выходит за рамки нормального функционирования. Этот Ник постоянно оказывается в запрещенных местах корабля, а кристалл не видит в этом ничего предосудительного, хотя должен следить и не допускать. Всегда находятся какие-то странные отговорки и объяснения. Сам Ник для меня непонятен – вроде бы из общества, отстающего от нашего по развитию, но ничему не удивляется, обладает странными умениями, а в ментальном плане вообще, шуша его раздери, не пойми что! Наш главный медик после попытки… заметь, не санкционированной мной, так что придется еще присмотреться к нему и понять, зачем он это сделал… ментального давления на Алиелу и на Ника находится в невменяемом состоянии. Постоянно улыбается, а в ментальном плане пышет чистой и незамутненной детской радостью, на вопросы отвечает расплывчато, что в целом не мешает ему выполнять свои профессиональные обязанности. Вот я и хочу понять, что везу домой и из-за чего у нас там происходят странные игры. Во-вторых, никто не отменял основные обязанности по контролю пространства в важных для нас секторах космоса. Так что я ни там, ни там не отказываюсь выполнять приказы, но и вполне спокойно могу растянуть их исполнение на некоторое время, ничего не нарушая. А легкое недовольство разных штабистов я как-нибудь переживу.

– Я понял, – кивнул старпом. – Спасибо за разъяснение.


### Ник

Вообще, было забавно ожидать развития событий. Несмотря на то что Алиела вроде бы четко определила планы кого-то с Версалии в отношении нее с братом, все пошло совсем не так. В этом-то и кроется косяк предсказаний. Видишь одно, а иногда реализуется менее вероятное. Впрочем, у нее это было не предсказание, а считывание уже произошедшего, и то, что в таком случае все пошло по другому сценарию, – обычное дело. Прилетели арестовывать… нет, настойчиво пригласить посетить корабль и слетать домой на Версалию не Алиелу с братом, а ее со мной. Меня это заинтересовало, и я легко согласился, в отличие от сомневающейся Алиелы.

Она, конечно, понимала, что надо бы слетать, и готовилась, но вот так просто, без борьбы или какого-то протеста, соглашаться не хотела. Ну, пока я не шлепнул ее по… и не… В общем, я ее уговорил. Заодно и полетал на ее персональном космолете, как они его иногда называют. Я уцепился за это название и никак не хотел иначе его называть – уж очень оно походило на названия из старой, еще советской, фантастики. Правда, летел в качестве балласта в очень маленьком креслице… Собственно, не меньше кресла ведущего, и, учитывая, что даже пассажир обычно погружается в виртуальную реальность корабля и фиксируется удобными системами, неудобств вообще не ощущается. Да, у меня не было веганского кристалла в голове, но уже к тому времени я как минимум подобрал технологию связи и ее протоколы и в некоторой части синхронизировался.

Разумеется, без значительной помощи подруги не обошлось. Тем не менее, неполноценный, но все-таки аналог кристалла мой биокомп эмулировал, и полет я ощущал почти как Алиела – будто сам летел. Почти так, как когда-то сам летел на ковре-самолете. Только тут информации побольше было, что удобно: кристалл корабля постоянно транслировал разную сопутствующую информацию, а я веганский уже довольно неплохо понимал, разве что их интерфейсные примочки были непривычны и в какой-то степени футуристичны. Так что вообще все было в ажуре. Алиела немного покрутилась вокруг Луны, дала мне оценить маневренность ее малютки и прыгнула к основному кораблю.

Прыжок значительно отличался от моей телепортации. Если у меня все происходило незаметно и очень быстро (буквально моргнул – и уже в новом месте), то у веганцев это выглядело иначе. Было ощущение, что тебя взяли, скрутили, как скручивают тряпку, выжимая из нее влагу, и раскрутили обратно уже в новом месте. Не скажу, что впечатления приятные, но не смертельные. И еще: прыжок занимает какое-то время, даже внутри системы, – около десяти секунд. И это время зависит от расстояния нелинейно. Например, отсюда до Версалии прыжок занимает около земных суток, да и то это не константа. Многое зависит от космической погоды, что бы это ни значило. Надо бы поковырять их технологию. Хотя бы просто понять.

Еще я наконец-то решился на создание космической системы ориентирования. В смысле для Солнечной системы. Перед отбытием я запустил процесс генерации телепортационных точек привязки, как сделал это на Земле. Только тут значительно сложнее это реализовывалось, ведь и расстояния больше, и привязки сложнее. Вообще, если бы я не создал математическую модель изменений частотно-волновых функций в зависимости от взаимного расположения объектов, плюс к этому не вывел бы пусть и грубую пока, но зависимость характеристик частотно-волновых параметров от параметров объекта (масса, материя, объем, линейные размеры и так далее), то вряд ли бы что-то путное получилось.

Соответственно, даже по одной точке сейчас я мог разложить данные с датчика в плане того, что примерно в той стороне на примерно таком-то расстоянии находится объект с примерно такими-то характеристиками. Разумеется, чем больше точек, тем точнее результат. Если как-то визуализировать модель от такой частотно-волновой точки, то она бы выглядела как очень медленно изменяющееся ядро, состоящее из нескольких объектов (их количество зависит от ближайшего окружения), и слоями вокруг располагается огромное количество других, более мелких объектов, постоянно меняющихся в размерах, цвете, форме и вибрации всего этого. Чем дальше слой от ядра, тем меньше объекты, вплоть до размеров, исчезающих из области видимости. Можно и по-другому это представить, разумеется, но пока я работаю с такой визуализацией.

Алиела меня удивила вопросом, когда я кратко ей рассказал о своей задумке:

– Ты хорошо знаешь математику?

– Да не особо, – признался я. – Так, местами.

– Но ведь эти расчеты действительно сложные! Вернее, даже не они сами, хотя и они непростые, а построение математической модели.

– Да вроде не слишком. – Я скептически окинул взглядом пространственную картинку, на которой ей все показывал. – Вроде бы все понятно.

Алиела как-то странно на меня посмотрела. Возможно, я просто не очень ясно ей все объяснил, тут действительно сложно формализовать на словах. Ладно, можно потом: когда начну ее прокачивать по магической части (я еще не решил, в какой области, – в магии, чародействе или психокинетике), тогда и загружу ей эти знания. Понимающий человек рядом будет ой как полезен.

Первую точку для простоты я прикрепил к Луне, чтобы она пока не конфликтовала с земной сетью, привязал новый инфосервер к ней, задал параметры роста, и пошло-поехало. Определяется, куда надо прыгнуть от текущей точки, по модели рассчитываются телепортационные координаты, создается новый датчик, который сразу через инфосеть привязывается к серверу и потом телепортируется в вычисленную точку, там характеристики уточняются, и если надо, модель пересчитывается и тоже уточняется. А чтобы все это заработало побыстрее, сначала строящаяся сеть, накрывающая Солнечную систему, должна иметь просто огромные ячейки, состоящие буквально из пары десятков узлов. Потом относительно простыми методами эта сеть будет разбиваться на более мелкие ячейки, и так вплоть до хотя бы стокилометровых размеров.

К счастью, в данном случае привязываться напрямую к информструктурам окружающих объектов, как это делалось на Земле, не пришлось. Достаточно было просто корректировать частотно-волновые характеристики датчиков напрямую сервером, чтобы они устойчиво держались привязанными к системе, отталкиваясь, разумеется, от Солнца как от условной точки привязки. Еще так можно менять размеры и форму сети, чтобы она наиболее полно и точно покрывала всю систему. И когда все это будет сделано и можно будет отслеживать буквально каждый камешек в системе, я попробую прикрепить к ней уже существующую систему, развернутую на Земле, да и на других планетах подобные сети можно создать. Но это посмотрим потом, пока пусть здесь отработает. Расчеты там сложные, многоуровневые, данных просто неприлично огромное количество, так что дело не мгновенное.

Еще я инициировал другой большой проект: скачать весь Интернет себе на инфокомп. Да… забавно это звучит. Но тут реально много обучалок и разных курсов по невероятному количеству направлений. Ну и просто книг много. А если учесть, что у меня есть доступ к разным закрытым разделам сети, то вообще… Есть еще обучающие искины, но они применяются ограниченно, и хуже всего – их особо не скачаешь, хотя, может, что-то и придумаю. Еще есть мысль записать все эти данные в инфокомп, интегрированный с моей информструктурой. И использовать ее как библиотеку, а может, прописывать туда уже готовые навыки, – пока не решил. Биокомп, разумеется, я забивать сырыми данными не собирался. Хочу преобразовать этот огромный объем знаний в обучающие мемокопии.

Тут просто есть один момент, о котором я не хочу думать и подсознательно отгоняю от себя. У меня уже были несколько раз ситуации, близкие к «зачем все это», «к чему стремиться», «скучно»… и так далее в том же стиле. К счастью, пока удавалось забивать их новыми ситуациями, встречами, разными поделками типа своего подземного дворца. Алиела, чувствую, надолго заняла нишу возбуждения интереса к жизни. А практически бесконечные знания, которые можно смаковать, вполне могут все это обеспечить на более продолжительный срок. Ну, это так, мелкое бурчание…


А веганский корабль я облазил от носа и до самого закрытого реакторного отсека. Где-то делал это втихую, в режиме невидимости, где-то специально раздражал и выводил из себя местное начальство. Зачем? Просто смотрел, как реагируют, что думают. В общем, составлял психологический портрет и другие разные модельки. Где-то даже подглядывал за личной жизнью команды, и, надо сказать, правильно делал. Почему? Потому что общее впечатление о веганцах у меня сформировалось в основном по Алиеле, Элхору и Руане. Но первые двое довольно сильно «очеловечились», а последняя – это служебная функция с раздерганными нервами. По информации, снятой с Алиелы, знания о веганцах тоже были не очень четкими. А здесь, на корабле, собрался довольно разношерстный набор индивидуумов, вполне годный для того, чтобы относительно корректно можно было сформировать мнение об их обществе. Да, можно сказать, это тоже срез их реального общества, а именно – военный срез, но его тоже полезно знать.

Внутренняя отделка корабля была красива, футуристична, в основном все в светлых тонах. Большие комнаты и залы, широкие коридоры, несколько этажей. Тут действительно можно годами жить и не заиметь боязнь замкнутого пространства. Есть даже небольшой рекреационный зал с виртуально-материальным пространством – вроде бы море, даже купаться можно и загорать, но объем пространства небольшой, хоть это совершенно не заметно. Зачем это нужно на военном корабле, для меня загадка, но сделано все со вкусом. Да и вообще, не похож корабль на военный, как мы это себе представляем. Чувствуется не военная грубость и чистая функциональщина, а даже некая утонченность.


– Ник, – прошептала Алиела, – я частично раскопала, что происходит.

Губы ее касались моего уха, а теплое дыхание вызывало щекотку и в то же время возбуждало, совсем не хотелось думать о чем-то, кроме…

– И что? – так же тихо прошептал я.

Но ответ Алиелы я не успел услышать – вдруг раздался громкий звук, означающий тревогу, и все как закрутилось, забегало! Это был третий по счету прыжок веганского корабля.


– Давай сходим в командный пункт, посмотрим? – предложил я.

– Нас не пустят туда, – хмурилась моя зазноба, что-то пытаясь выжать из своего кристалла, вернее, через него – из локального информационного пространства.

Я укоризненно на нее посмотрел. Снова забыла, с кем имеет дело. Алиела вопросительно подняла на меня глаза, почувствовав мой укор.

– Идем! – Я коснулся ее, и мы тут же оказались в коконе невидимости под потолком командного пункта.

Потолки тут были высокие, и мы никому не мешали. Корабельный кристалл нас заметил – все-таки слишком он крутой по возможностям оперирования разными внутренними системами и их физическими данными. Я, конечно, мог совсем от него спрятаться, но, как я сказал, мы с ним «заключили нейтралитет»: он нас не трогает – и я его не трогаю. Забавно, что чистый логический механизм без грамма эмоций так легко оказалось поставить в тупик. Где-то у него в программном обеспечении были баги, один из которых мне попался. В смысле логический баг. Я ведь просто так пару раз показал и доказал ему, что могу нанести непоправимый вред подчиненному ему оборудованию и веганцам, находящихся под его опекой (примерно так я действовал с Гаврошем в свое время), а также доказал, что желаю им только добра и способен принести только «свет в их дома». Тут он сломался. Ну и, вероятно, помогло то, что в ходе этого эксперимента я кое-где химичил, получив необходимые знания от Алиелы об их технике, коими она обладала в достаточной степени.

Теперь передо мной стояла сложная дилемма: сообщить о косяке веганцам или просто пользоваться им, никого не посвящая. В пользу последнего говорило то, что сами веганцы не сталкивались с этой проблемой за все время существования кристаллов, а это сотни и даже тысячи лет. И, соответственно, вероятность того, что кто-то найдет такую же комбинацию воздействия на него (и логически, и по его внутренним и информационным каналам), уверенно стремится к нулю. То, что и моя удача в этом плане тоже болтается где-то около нулевой вероятностной оценки, скромно опустим. От этой мысли в разные стороны расползаются непонятные ситуационные и экзистенциальные ветви вероятностей, которые не хочется даже анализировать, ибо страшно и непонятно. Или страшно непонятно. Или так непонятно, что страшно… Эх, жизнь моя, жестянка…

Даже Алиеле не стал говорить подробности, просто сказал, что мы с кристаллом договорились, и ей этого оказалось достаточно. М-да… Земная женщина мне бы уже выела мозги своим любопытством… Хех… тяжела шапка земного шовиниста и сексиста, как меня бы обозвали в некоторых, не будем показывать пальцем на Англо-Австралию, странах современной Земли… До сих пор не переболели этим, да еще и нового накрутили сверху.

Разговоры на капитанском мостике, данные корабельного кристалла после вежливой просьбы и легкий всплеск испуга Алиелы пояснили, что в системе, куда мы прыгнули, оказался корабль хостисов. Судя по разговорам Эрендила с членами команды, скорее всего нас ждали, но зачем-то специально сделали так, чтобы их заметили. Ну… технологии обеих рас были такими, что в любом случае заметили бы друг друга, но не сразу, и фактор неожиданности все же играет роль. Однако те предпочли выйти на связь с самого начала.

– Капитан Эрендил! – Вполне обычный человек, хостис, хоть и выглядящий слегка необычно в моих глазах, как и веганцы, сделал какой-то знак рукой, типа отдавая честь. Говорил он на веганском почти чисто. И еще улыбался. – Позвольте представиться – капитан Эррогазм. Сразу предупреждаю – не советую дергаться. Вы попали в ловушку, из которой вряд ли выберетесь. Весь объем пространства вашего появления заминирован, как вы, вероятно, уже заметили, минами класса «разрыватель пространства». Любая попытка ухода их тут же активирует и… – Он наигранно печально развел руками.

Мне он тоже понравился, особенно тем, что снова это вполне человеческие жесты, мимика и даже разговоры. Честно говоря, не ожидал. Причем совсем не ожидал. Вот, например, китайцы или негры выглядят совсем иначе, и их в подобной ситуации без удивления можно принять за инопланетян. И даже жесты у них скорее всего будут иные. Культура иная, менталитет – все это влияет… А вот веганцы – как наши северные народы, а эти хостисы – рыжие в основном (на заднем фоне еще несколько стояло), вполне европеоидные типы, пусть одни светлые, другие рыжие. Отдаленно гномов напоминают. Как же все это интересно, кто бы знал!

Алиела сжала кулаки и нахмурилась. Я успокаивающе сжал ее руку, сопроводив это действие ментальным посылом.

– Вы нас ждали? – внешне спокойно спросил Эрендил.

– Ну разумеется! Когда еще такое было, чтобы корабль вынырнул в точке патрулирования, меняемой в вашем штабе перед каждым выходом корабля, и оказался вдруг в минном поле, страшно дорогом для использования в мирное время!

– Судя по тому, что вы с нами разговоры разговариваете, вам от нас что-то нужно.

Эррогазм ухмыльнулся. Смешные веснушки на его лице пришли в движение.

– Разумеется. У нас есть информация, что вы посетили отдаленный участок Галактики и нашли там что-то очень интересное. Нам бы хотелось получить это интересное, ну и карты той части пространства, чтобы долго не искать место, где можно найти всякие разные необычные штучки.

Эрендил криво усмехнулся:

– Судя по вашим словам, вы точно не знаете, что мы везем.

– Ничего страшного. В аппарате ментального сканирования вы вряд ли что сможете утаить.

– Вы уже решили проблему нашей с вами несовместимости? – удивился веганец. – Ведь как только мы окажемся на вашем корабле, то произойдет сами знаете, что…

Эррогазм пожал плечами:

– Локальное решение проблемы у нас есть. Неудобное, конечно, но вполне рабочее. Так что во избежание больших проблем прошу не оказывать сопротивление, а лучше вообще партиями по десять человек перелетайте к нам на корабль. И не вздумайте воспользоваться моментом, все равно ничего не выйдет! Системы удаленного сканирования у нас получше ваших будут.

Эрендил вздохнул:

– Вынужден отказаться от такого интересного предложения. Все равно в живых вы нас не оставите, иначе бы не говорили, откуда у вас информация о нашем маршруте. Так что…

– Не делайте гл…

Экран погас. Эрендил резко развернулся:

– Щиты на полную мощность! Огонь всеми энергетическими орудиями равномерно по наружной сфере нашего расположения! Двигатель в режим взрывной активации – рвем метрику в слепом прыжке. И да поможет нам пространство!

Все это он произнес, естественно, не словами, а через свой кристалл, но с ментальной накачкой всех, кто его слушал. Мне его слова транслировал большой кристалл, а от ментального воздействия, надо сказать, достаточно мощного и хитро модулированного, вероятно, для повышения боевой мотивации, я просто отмахнулся. Алиелу тоже оградил от этого – не надо нам подобного.

Алиела сильно сжала мою руку и повернулась ко мне. На ее ресницах дрожали слезы.

– У нас всего несколько секунд. После режима взрывной активации обычно никого не находят. Я хочу тебе сказать это словами… – Она вгляделась в мои глаза, неосознанно ментально давя. – Я тебя люблю! По-земному! Без всяких совместимостей!

И впилась в мои губы своими.

Мм… Какой накал эмоций! Я просто купался в них и испытывал ни с чем не сравнимое удовольствие. Даже от секса оно было совсем-совсем другим! Я сильно прижал веганку к себе и ответил ей от всей пролетарской души!

Наверное, прошло около минуты, когда Алиела оторвалась от меня и удивленно спросила:

– Мы что, еще живы? – Она огляделась. Вернее, попыталась, но я вернул ее голову обратно:

– Не отвлекайся!

Алиела недоуменно ответила на повторный поцелуй, но потом стала вырываться:

– Да подожди ты! Надо же узнать, что случилось и где мы!

– Где, где… – вздохнул я и отпустил ее. – Такой момент обломала! Я бы ответил в рифму, да будет некрасиво по отношению к тебе и грубо.

Алиела только шлепала ресницами, глядя на меня.

– В Караганде, – не выдержал я и рассмеялся. – Ну ты точно блондинка!

– Ты что, только сейчас заметил? – накручивая свои светлые волосы на палец, недоуменно спросила Алиела.

Я буквально свалился на спину от хохота.

Наконец успокоился и присоединился к Алиеле, смотрящей на Содом и Гоморру пункта управления.

Через некоторое время Алиела повернулась ко мне с широко раскрытыми глазами:

– Мы что, снова в вашей Солнечной системе?!

– Ну а куда нам было прыгать? – Я пожал плечами и провел пальцем под глазом, вытирая остатки слез. – Я больше мест не знаю, – немного слукавил я. Ведь еще были промежуточные точки нашего путешествия.

– Так ты что, и такие огромные объекты, как корабль, можешь перемещать?! – Голос подруги завибрировал, уж не знаю, от какого чувства, – там такое у нее было намешано…

– Да какая, по сути, разница? – Я встал и подошел к краю купола невидимости. Остановился и стал смотреть на недоуменное и суетливое перемещение веганцев по залу. – Проблема только растянуть плетение на нужный объем да энергии побольше… Да еще тысяча и одна мелочь… Но я в последнее время столько занимался разными видами масштабирования, что немножко руку набил. К тому же в космосе ничто не мешает.

– Интересно, что почувствовали хостисы, когда мы пропали! – не сдержавшись, хихикнула подруга.

Ее немного затрясло, но я, не поворачиваясь, сгладил пики в ее ауре, и дальше это не пошло.

– А вот это правильный и, главное, действительно интересный вопрос! – Я щелкнул пальцами и оттранслировал на кристалл Алиелы объемную картинку присутствия.

Мы оказались как бы в космосе в стороне от нашего корабля еще до его обратной телепортации. Красивый все-таки он! Корабля хостисов видно не было, но я провел вертикально рукой и как бы разделил пространство. С правой стороны возник корабль наших противников. Он больше походил на гриб шляпкой вперед. Кстати, они находились за самой дальней планетой системы. Собственно, самое сложное во всей этой ситуации, как только я понял, что что-то пошло не так, было быстро выпустить подготовленный на всякий случай десяток ментальных элементалей, которые нашли неприятеля в пустой от жизни системе. С этим повезло: живи тут кто-то, было бы совсем не интересно. Да и вообще, я одним из потоков сознания кое-что готовил на всякий случай. Я, конечно, могу просто прыгнуть обратно к себе, но вдруг это будет не лучшим вариантом? Вот и готовился по-разному принять судьбу.

– Пока капитан с ними гавкался, я много успел сделать, тем более на промежуточных точках перемещения тренировался. Чтобы я полностью доверился вашим лоханкам? Да ни в жисть! Откуда я знаю – может, вы любители острых ощущений и летаете на пределе прочности корабля и двигателя? Вот и… Смотри!

Из корабля веганцев вдруг в стороны стали пробиваться мощные лучи света, будто протискиваясь сквозь щели, как это делает солнце в старом сарае, только там оно снаружи лезет, а тут оно, казалось, спряталось внутри. И чем дальше, тем больше и больше. Я с любопытством перевел взгляд на хостисов, пытаясь оценить, как им понравится моя иллюзия, прикрывающая происходящее. А они бесновались, иного слова я не подберу.

– Идиоты! Кретины! – это изгалялся Эррогазм и почему-то крутил фигуры, похожие на фиги, в сторону сверкающего корабля веганцев.

– Чего это он? – спросил я.

– Кажется, у них это что-то вроде вашего потрясания кулаками, – неуверенно ответила Алиела, озадаченно переводя взгляд с корабля веганцев на капитанский мостик хостисов. Ах да, я его еще укрупнил, чтобы видеть, что там происходит.

Эррогазм развернулся к своим и закричал:

– Деактивируйте минное поле!

– Есть, капитан! – ответил, видимо, его помощник.

Тут корабль веганцев резко вспыхнул, а потом лучи света как бы втянулись обратно, но сделали это очень быстро и в точку, где корабля уже не было. И в этот момент в балансировке мироздания, как я это чувствовал, в месте, где раньше был корабль, что-то произошло. Не то взрыв, не то коллапс, но свет звезд, проходящий сквозь это место, вдруг как-то закрутился, рванул внутрь, потом наружу, где-то недалеко еще будто материя треснула – это стали срабатывать мины хостисов, но как-то неубедительно на фоне катаклизма, а клякса черноты стала медленно разрастаться, втягивая в себя свет, и каким-то внутренним органом даже в записи ощущались непонятные волны, заставляющие вибрировать нутро.

Хостисы чуть ли не с открытыми ртами наблюдали за происходящим. Кроме помощника капитана, который неуверенно сказал:

– Капитан, фиксируем сильные гравитационные аномалии. Скоро они доберутся до нас.

– Кто-то может мне сказать, что за оружие они применили? – не поворачиваясь, спросил капитан.

– Непонятно, капитан, – ответил еще один рыжий. – Но, кажется, мы сейчас видели рождение черной дыры. Боюсь, эту систему потеряли и мы, и они.

– К хрену лупоусому систему – все равно пустая, как моя голова… – самокритично покачал головой капитан. – Ладно, уходим!


– М-да… – выдохнул я. – Насчет черной дыры вы загнули, конечно, но где-то рядом… Надо будет потом посчитать, что получилось. Пока не очень понятно.

Кстати, говорили хостисы на своем языке, и их диалог я условно восстановил по ментальным отголоскам, мои датчики уже успели до них добраться и присосаться. Кораблик этот я не потеряю уже, может, и пригодится когда.

– Теперь я верю, что ты мог вытащить наш корабль… – Алиела как-то оплыла и стала заваливаться на меня – слишком большие переживания выпали на ее долю.

Я аккуратно ее подхватил и переместил в нашу каюту. Уложил на кровать, где она свернулась калачиком. Я лег со спины и прижал ее к себе. Так мы и уснули. Ну, еще я прокрутил, что сделал, как мог по-другому поступить, поискал недостатки и отдельно их пометил. Вспомнил, как уговаривал большой кристалл корабля не активировать этот их слепой прыжок (аж три секунды уговаривал!), да и снаряды, пусть и энергетические, поберечь. Вообще, не снаряды это, а… Тут я зевнул. Потом тоже закрыл глаза:

– Все! Нас не кантовать!


### Версалия

Я с огромным наслаждением смотрел в обзорный терминал командного пункта. Вернее, не так. Хоть и прошло относительно мало времени с того раза, капитан решил больше судьбу не испытывать и сразу же отправился на Версалию, чтобы сдать свой беспокойный груз под ответственность других веганцев, я к тому моменту уже полностью состыковался с корабельным большим кристаллом. Он на каком-то этапе сам предложил свою помощь и действительно помог. Так что сейчас я видел окружающее примерно как веганцы высокого уровня доступа. Ну да, борзеть я не стал, но статус ВИП на корабле приобрел. Правда об этом никто, кроме кристалла и меня, не знал, но дело ведь не во внешней мишуре? На всякий случай и Алиелу сделал ВИП.

Виртуальная реальность веганцев не сказать чтобы прямо сильно отличалась от земной, но все же иная культура и иное представление о пользовательском интерфейсе давали о себе знать. Тона у различных надписей и графики в основном были синих и зеленых расцветок, но настолько красиво сделаны и, я бы сказал, профессионально, что я получал самое настоящее эстетическое удовольствие. Сейчас стены корабля протаяли, и поле зрения заняло то, что происходило на подлете к планете.

На самом деле у них тут было две жилые планеты. Административные функции были разделены между обеими, но большого значения это не имело – веганские прыжковые технологии позволяли перемещаться прямо с планеты на планету. Насколько я выяснил, это не просто переход как из комнаты в комнату, а скорее как транспортный лифт – садишься, выбираешь точку приема, краткий курс выкручивания внутренностей туда-обратно, как и при прыжках на кораблях, – и ты на месте. Только на планете это делать намного сложнее, и потребление энергии неслабое, но веганцев это не особо парит. По крайней мере, для перемещения между своими планетами.

Так вот, космос перед глазами, плотно забитый разного рода космическими конструкциями около планеты, кораблей куча – многие подсвечиваются кристаллом, какие-то увеличиваются по ментальному желанию, какие-то отодвигаются. В общем, красиво.

– Я почему позвал вас на мостик, – сказал Эрендил, оборачиваясь к нам с Алиелой, но посмотрел на мою подругу. – Ты умная девочка и сильный информационный разведчик. Мои, – он мотнул головой куда-то в сторону своих сотрудников, лежащих в креслах чуть дальше, – информационщики говорят, что скорее всего ты уже раскопала события, предшествовавшие вашему приглашению на Версалию… – Он вздохнул и повернулся к изображению планеты.

Алиела посмотрела на меня и пожала плечами.

– Так вот, там, внизу, вас должны ждать. Не уверен, что все с добрыми намерениями, но уж на свою мать ты, Алиела, можешь рассчитывать. Я слышал о ней только хорошее. Ничего особенного я для вас не могу сделать, разве что для отвлечения внимания отправить в космопорт сразу три челнока, а дальше вы сами. Только имейте в виду, что толковые информационщики есть не только у нас. – Он бросил быстрый взгляд на Алиелу.

Та медленно кивнула:

– Спасибо за предупреждение. Я приму необходимые меры.


– Что ты собираешься делать? – спросил я, когда мы шли к челноку, – Алиела сосредоточенно хмурилась.

Она повернула голову ко мне:

– Придется на ходу поработать в информационном поле планеты, подменяя картинку реальности. Это сложно, и раньше у меня такое получалось только в идеальных условиях, но я должна справиться.

– Чем я могу помочь? – с безмятежностью в голосе спросил я.

– Ну… Можешь сделать так, чтобы нас в реальности или не заметили, или как-то не обращали внимания, что ли?

– Легко! – улыбнулся я. – Незаметность – мое второе имя. Только я еще понаблюдаю, как ты работаешь в астрале, ладно?

– А ты сможешь делать это одновременно?

– Ты меня снова недооцениваешь.

От укоризненного взгляда Алиела покраснела, огляделась по сторонам и, убедившись, что никто не смотрит, быстро поцеловала меня в губы. Потом отвернулась и ускорила шаг, вырвавшись вперед.

Я снова улыбнулся.


Челнок был побольше индивидуальных кораблей и не имел прыжковых двигателей. Зато вмещал в себя много людей или грузов. Капитан не обманул, и вместе с нами действительно вылетело к планете еще два маленьких корабля. Все три аппарата должны были приземлиться… или правильно – приверсалиться? Хм… Так вот, они должны были совершить посадку в разных концах огромного космодрома, имеющего несколько уровней конструкций как над, так и под поверхностью планеты. Наш челнок должен был приземлиться на поверхности, другой – на подземной стоянке, третий – на какой-то высокой причальной конструкции.

Кроме нас, на планету в нашем челноке спускались еще десять человек из команды. Мы с Алиелой сели сзади, но тем самым оказались самыми первыми у выходного люка, расположенного сзади, и я спокойно накинул на нас обычный «скрыт». Хотя вру – не обычный, но слегка доработанный – мой «скрыт» теперь учитывал ментальные особенности веганцев и, соответственно, блокировал наши ментальные и просто аурные поля, а то их веганцы со своей развитой техникой тоже вполне могли считывать. Не знаю, всегда или нет, но могли ведь. Смутное беспокойство двоих сопровождающих я тоже погасил – видимо, капитан попросил приглядеть за нами, и они забеспокоились, когда и нас потеряли, и мысли о нас стали ускользать из их оперативной памяти.

Сам же я с удовольствием наблюдал, как Алиела, откинувшись в кресле и слегка нахмурившись, работает в астрале. Вернее, я и за ней наблюдал (никак не могу насытиться ее видом, эмоциями и движением бровей или появляющимися ямочками на щеках), и за тем, что она делала в астрале, и еще контролировал людей в этой шаланде, полной кефали, и сам аппарат, чтобы он, не дай бог, не отправил нас в чертоги небесные. В астрале, разумеется, происходило самое интересное.

Во-первых, Алиела делала примерно то, что и я в реальности: затирала следы нашего присутствия в любых отражениях нашего путешествия на планету и параллельно – в прошлом кое-какие моменты еще на корабле, чтобы если кто крутой пойдет оттуда по нашим следам, то ничего не понял бы. Во-вторых, она делала какие-то штучки, которые сбивали наблюдающего с концентрации, уводили на другие планы бытия в воображаемые миры и картинки, многие из которых тоже генерировала Алиела, и цепляла к настоящему отражению реальности, запутывая между собой. Формировала какие-то астральные смысловые конструкции, попав в зону действия которых, наблюдатель начинал смутно чувствовать наше присутствие совсем в другом месте.

А в одном месте, где чужой наблюдатель обязательно пройдет своим вниманием, я коснулся Алиелы мыслью и попросил разрешения поставить свою ловушку. Хотелось мне попробовать реализовать одну штуку из старой фантастики – зеркальный лабиринт сознания, попав в который, человеку очень трудно выбраться обратно, если не невозможно. Чем-то он отдаленно напоминает бесконечную рекурсию. Хм… Интересно, если эта аналогия близка к реальности, то возникает закономерный вопрос: а есть ли тут ограничение по размеру стека возвратов, и если есть, то что произойдет при его переполнении? Большой бум? Простое схлопывание ловушки? Бесконечное зацикливание переходов сознания с одного уровня на другой? Ничего? В любом случае попавшему сюда не позавидуешь. Но я же не живодер какой-то, поэтому на входе поставил пугалку. Если просто любопытный тут окажется (хотя по астралу по моим следам ходящих простых любопытных просто не может быть), то почувствует нечто вроде страха и возникшего желания уйти. Ну а не уйдет – сам виноват.

Алиела, осмотрев мою конструкцию, одобрительно кивнула.

Наконец мы прибыли. Я внутренне замирал от ожидания чего-то волшебного и фантастического. К черту! Я же на другой планете у инопланетян! Это же то, чем я грезил в сопливом детстве! Забавно, что мои приключения на Лунгрии и мои магические возможности не воспринимаются так – то ли привык уже, то ли влияет то, что самый большой импакт по моей впечатлительности именно в детстве произвела обычная научная фантастика. «Имею скафандр – готов путешествовать!» Даже изменения на Земле почему-то не воспринимались так, как вот это. И я не собирался разрушать это чувство какими-то негативными мыслями, а наоборот – хотел максимально оттянуться в предлагаемых фантастических рамках. Ну, если получится, конечно. Потому и развлекался на веганском корабле в манере приключенческих историй, не забывая и о безопасности. И убедился, что не зря. Вся эта возня вокруг нас меня не сильно напрягала или беспокоила. Если быть точнее – вообще не напрягала. Это не значит, что я буду манкировать безопасностью или расслабляться в этом плане, но не беспокоился совершенно.

И Алиелу как-то утешать или успокаивать не собирался. У нее есть вся информация обо мне для нужных выводов, но она как-то все равно не может пока преодолеть этот эффект от многолетней привычки воспринимать землян несколько ниже себя по развитию. Это меня не обижало, а, как ни странно, радовало: этот этап наших взаимоотношений тоже важен, и надеюсь, он будет длиться еще долго-долго. Фактически мы только-только познакомились и стали встречаться. Да, необычным образом, со странными последствиями, но это и круто! А потом будет следующий этап, и мы будем вспоминать предыдущий с легкой ностальгией и сожалением, что он остался в прошлом. И будем привыкать к новым нюансам взаимоотношений. Дай бог, чтобы таких этапов было бесконечное количество, сами они длились долго и главное – не надоедали.

Дверь корабля открылась, и мы с Алиелой вышли первыми. Чуть посторонившись, пропустили остальных наших спутников. А я осматривался. Практически все в светлых или даже белых тонах. Чистенькое все и красивое. Сквозь прозрачные стены, настолько чистые, что их почти не видно, открывался красивый вид на космопорт, со светло-серым покрытием, расчерченным какой-то краской с плавающими оттенками, в пределах видимости в паре километров – лес. Космопорт у них не сплошной, а сделанный квадратно-гнездовым образом. Тут бетон с залом, а тут деревья, кстати, слегка голубоватые. Вернее, зелень с голубизной. А между залами – горизонтальные, скоростные или не очень, лифты. На небе – серо-белые контрастные облака.

Мы телепортнулись сквозь закрытые двери. Местные системы наблюдения нас не увидели и, соответственно, их не открыли. Увы, пришлось чуток подстраховаться, по крайней мере, на время, и прикрыть нас еще и визуальной невидимостью. Несмотря на утверждение Алиелы, что хотя общий контроль за веганцами и есть, но он существует только со стороны управляющих кристаллов планеты, и получить информацию о нахождении веганца, если он не хочет, можно, только пройдя серьезную процедуру, объясняющую необходимость этого, я просто не поверил. Если спецслужбам надо, они обязательно должны иметь облегченный доступ к системе.

Мимо пробежали два веганца в легких рубашках и в чем-то наподобие бриджей. Их ментальный слой, который я взял за привычку контролировать у окружающих, показывал ровный нейтральный фон, что не соответствовало их внешнему взволнованному виду, и я мимоходом прицепил к ним ментальный конструкт, один из которых оттестировал еще на Руане. Внедряется в ауру как обычный конструкт, но заточен на работу с мозгом человека по ментальному каналу и довольно быстро обходит веганскую защиту. Все-таки хоть веганцы и ментально активны, но им далеко до ментальных техник магов, у которых если такие способности есть, то в несколько раз превышают мощности веганцев. Здесь – практически у всех есть, но на среднем уровне, по моим меркам.

Мужчины уже были далеко от нас, но информация все равно скоро стала поступать, расстояние тут не играло большой роли. Скинув ее Алиеле, хмыкнул, увидев ее нахмуренные брови. Искали именно ее.

Мы спокойно сели в лифт (он двигался постоянно по принципу движущейся дорожки) и отправились в центральный зал. Другого выхода из космопорта не было. Хотя я и предложил Алиеле просто телепортнуться наружу и полететь куда надо, она решила все же понаблюдать за обстановкой с моей помощью. Ну и ладно, мне все интересно – и материал строения, и механизмы, и люди. Кстати, симпатичные они, веганцы, все же. Одежда в основном открытая – тепло. Легкие платьица, но чаще шортики, как на женщинах, так и на мужчинах, на торсах – полосы из прилегающего материала, расположенные по вкусу. Алиела одета была примерно так же.

Но самое главное, о чем я не сказал, – очень мощный общий ментальный фон. Даже на корабле уже чувствовалось его повышенное давление, пусть и слегка, а здесь, на планете, оно зашкаливало за привычные рамки. Как я понял, сами веганцы не особо страдали от этого – с рождения купаются в этом море, скорее должны чувствовать дискомфорт, оказавшись вовне. Для меня тоже особых проблем не было. Думаю, как и для обычного землянина, но только у него – по причине невосприимчивости подобных полей. Хотя я бы не сказал, что мы совсем уж толстокожие, но все же. Возможно, это даже достоинство в каком-то смысле. А я буквально плавал во всех этих ментальных «запахах» и образах. Потом, возможно, отгорожусь совсем от этого, но сейчас с любопытством наблюдал.

Вон в ту же сторону едут парочки и просто одинокие личности. Вон девушка мечтает о чем-то мне непонятном – цветовые краски никак не складываются в четкую картинку. Видать, эти мечтания – фоновые, они обычно не имеют четкой формы. А вон мужчина крутит в голове схему какого-то устройства. Кто-то ни о чем не думает, а плывет на своей волне, поддерживаемой внутренней музыкой, кто-то интенсивно с кем-то общается, видать, по местной связи. О! Мужчина, одетый так же легко, как и остальные, но в однотонной одежде и с поясом, увешанным какими-то прибамбасами, едет навстречу. Выискивает. Подключился к нему – нас ищет. Вернее, Алиелу – это определенно, и смутный образ ее спутника, то бишь меня. Намерения не четкие, но и особо мирными не ощущаются. Ладно, пусть дальше ищет.

Труба, по которой мы двигались, была прозрачной и не мешала смотреть по сторонам и на природу. На деревьях много цветов – чего-то вроде вьюнков, опутывающих огромные стволы. Я только сейчас понял, что лес действительно огромный, деревья – типа старых секвой из старой Америки. В общем, много разных цветов, как на деревьях, так и внизу. Как я понял, все это поддерживается в таком гротескно-дремучем виде намеренно. Хотя попадались и напоказ окультуренные места.

Чем ближе мы приближались к центральному куполу, тем сильнее чувствовалось ментальное давление. Видимо, там народа было побольше. Ох как густо намешано! Как запахи в кухне какого-то ресторана – смешиваются вместе, и непонятно, что там готовится. Целый букет мыслей, чувств, намерений. Какая энергетика! Мм… Интересно, есть такое ощущение, что я стал все это впитывать, подзаряжаясь, – настолько поднялся тонус организма и ауры… Хм… Точно – аура уплотнилась и стала потихоньку впитывать психическую энергию, преобразовывая ее в нейтральный формат в объеме всей ауры, как впитывает воду сухой песчаник. Интересный эффект. На Земле тоже было похожее, но не так выраженно и не всегда.

Люди, люди, люди… Сотни, если не тысячи. С километр в диаметре этот небольшой зальчик! Мы стояли на балконе, глядя на мельтешение внизу. Ха! А вон явно какие-то роботы. Хотя у землян вроде ничуть не хуже, а на первый взгляд, может, и получше. Обратил внимание на астрал – что-то там меня привлекло непонятное. Какое-то странное и почти незаметное напряжение. И ощущение виртуальной воронки, раскручивающейся прямо здесь, над космодромом. На всякий случай проверил, как формируется телепорт отсюда, и успокоился – все нормально.

Алиела, поначалу напитывавшаяся весельем и ностальгией, вдруг стала смурнеть. Прижалась ко мне. Потом вдруг выдохнула:

– Хостисы! Я помню это чувство… – Она будто стала принюхиваться, поводя носом.

– Что они тут делают? – спросил я.

Алиела вдруг показала на появившиеся в воздухе предупреждающие надписи:

– Посольство. Видимо, замена персонала… Идиоты! Зачем через центральный зал их вести?

Включив видение тонких энергий, заметил, как в ментальном диапазоне пошла волна откуда-то с дальнего левого прохода, метрах в ста от нас. Веганцы, попадая в эту волну, резонансно распространяемую по сторонам, начинали паниковать, расходиться, кто-то (с менее сильными нервами) – бежать.

Присмотревшись к происходящему и к флюктуациям астрала, хмыкнул:

– Кажется, у вас тут кто-то шибко умный.

Алиела, несмотря на крепко сжатые на поручне руки, нашла в себе силы вернуть себе спокойный вид, по крайней мере, внешне, и вопросительно посмотрела на меня.

– Ну, нас потеряли, а тут хостисы. Решили подправить их маршрут, а в получившейся мутной водичке локального хаоса вычислить тебя. Хе-хе… Умно!

Я присмотрелся к Алиеле и подправил ее ментальный блокиратор. Все, что хотел узнать насчет резонанса аур, особенно в ментальном слое, я увидел. А Алиела облегченно выдохнула и улыбнулась:

– Ох как хорошо-о-о! – Она смотрела на меня засверкавшими глазами.

Упс! Кажется, у такого средства неожиданного избавления от ментальной напасти есть нечто вроде отката. И самое главное – волной прошедшего по эмоциональной сфере девушки…

– Нас точно никто не видит? – Веганка плотно прижалась ко мне и тяжело задышала, слегка охрипнув.

Я мысленно вздохнул, но тут же плюнул и на обстановку вокруг, и на всех остальных, попав под волну возбуждения подруги. Ни о чем другом уже не мог думать, разве что последним движением трезвой мысли поднял нас немного в воздух – не на полу же этим заниматься! И практически отключился.


### Сменный персонал посольства хостисов

Второй заместитель первого помощника посла со своими подчиненными мысленно ругал судьбу, но больше – веганцев. Уже на орбите планеты он почувствовал себя не очень хорошо, но химия на некоторое время помогла, и до космопорта по выделенному коридору они спустились довольно быстро и без проблем. Там все уже давно отработано – транспорт из посольства, а вскоре – закрытая территория самого посольства, где за счет отдаленного от города расположения давление на ментальную сферу не такое сильное. И специальные деревья рассеивают фон, и некоторые технические средства помогают, пусть и не идеальные, но в заданных условиях вполне рабочие. Еще химия помогает, но из-за отрицательного влияния на организм используется в крайних случаях. Да и потерпеть недолго – всего с полгода. Послу хуже всего – его смена длится целый год. Год дискомфорта в почти постоянном добровольном уединении в посольском поместье. Утешало одно: веганцам на планете хостисов ничуть не легче.

И тут по непонятным причинам сломался очень надежный транспорт посольства. Ладно бы веганский – так свой же! Уж в надежности техники хостисов веганцы могли убедиться во время стычек в космосе. Потом какая-то непонятная суета в космопорте, и их направили не туда. А именно в точку наибольшего столпотворения веганцев! И ладно бы списать на провокацию, да ведь самим веганцам это невыгодно! Ну вот ни капельки! Вся ответственность за хостисов, пока они не добрались до посольства, лежит на хозяевах, а значит, это действительно является случайностью. Но вот последствия…

Уже почти теряя сознание от мощного ментального давления сотен и тысяч веганцев, как и его товарищи, впадающие в безумие, сжимая зубы до скрежета, хостис успел подать команду на посольские коммуникаторы сопровождающих, и те вкололи им быстродействующее снотворное. Потом проконтролировал, убедившись, что оно начало действовать, но о себе позаботиться уже не успел. Мысль убежала. Сознание рассеялось, взгляд заметался по сторонам, ни на чем не акцентируясь, а кулаки стали сжиматься, пытаясь нащупать боевой плазменный резак, к которому руки привыкли в далекой юности во время службы в армии.

Потеряв критическое восприятие реальности, он уже не удивлялся тому, что вокруг стал твориться натуральный хаос: веганцев, как и хостисов, крутило на полу, кидало, подбрасывало в воздух. Летали какие-то вещи, непонятный мусор. Информационные панели сошли с ума, генерируя в воздухе странные картины, а потом стали лопаться прозрачные прочнейшие плиты, из которых состояли стены и потолок здания. Ему казалось, что он снова в бою, размахивает своим резаком, на него нападают веганцы, которых он рубит, рубит и рубит, но они почему-то не хотят умирать!

Как деформировалось ментальное поле всех, попавших под эту стихию, он уже не видел. Не видел и того, как люди смеялись, плакали, не контролировали себя, бросаясь на стены или, наоборот, обнимаясь. Многие – не обращая внимания на сломанные руки или ноги.

Когда второй заместитель первого помощника посла пришел в себя, он с удивлением понял, что сидит у стены, облокотившись на нее ушибленной спиной. Во рту першило от закушенной рыжей бороды – в моменты стресса он сам не замечал, как начинал ее жевать. Рядом лежали, сидели, ковыляли веганцы, а около него баюкал сломанную руку мощный мужчина с пометками охранной структуры космопорта. Заметив, что хостис пришел в себя, он с полустоном в голосе спросил:

– Где ты так научился драться?

– В армии, – хрипло буркнул хостис, пытаясь прийти в себя и ощупывая грудь.

– Надеюсь, у тебя ребра сломаны, – увидев, чем занимается хостис, кривясь, хмыкнул веганец. – Это я тебя припечатал. Горазд ты махать кулаками, а вот ногами совсем не умеешь.

– Было бы чем гордиться… – Хостис с кряхтением перевернулся и оперся на колени и дрожащие руки – тело почти не слушалось, и просто так встать, как это делают здоровые люди, он не мог.

Тут по залу, среди стонов, разговоров, шепота и даже где-то плача, прошла волна тишины. Сначала стало чуть тише, потом прошла вторая волна, и стало почти совсем тихо, даже плач прекратился. Хостис не понял, как оказался на ногах, – тело само повернулось в ту сторону. В какую «ту?» Да в ту, откуда пришла эта волна и… ОНИ! ОНА и ОН!

Они медленно шли через зал, с любопытством осматриваясь. На ее лице видно было сочувствие и почему-то проскальзывала тень вины. Мужчина же ухмылялся, но совсем не обидно. Она была весьма женственна, и от нее пахло женщиной, мамой, повелительницей. От него шло спокойствие и веселая бесшабашность. Но она выгодно оттеняла ее, а вместе все это формировало ощущение целостности и спокойствия.

Когда они проходили мимо, на хостиса будто опустилась новая волна… Он не мог точно сказать, какая. Это было странно, но подобное чувство он испытывал, когда приезжал к своей бабушке, – теплое, ласковое чувство беспричинной любви. Без причины – потому что родня. Как можно не любить своих близких? И одновременно любовь к своему строгому, но справедливому отцу, который даже если и поругает, но переживать будет как бы не больше тебя, а про себя – гордиться своим чадом. И, не обращая внимания на боль в груди, не зная, почему он это делает, хостис низко поклонился, как у них кланяются своим повелителям.

Мужчина, проходя мимо, подмигнул ему и слегка коснулся рукой. При этом в груди у хостиса что-то щелкнуло, и дышать стало совсем-совсем легко, боль в спине прошла, а в измученное тело вернулась необыкновенная бодрость. Выпрямившись и отведя взгляд от удаляющейся парочки, он оглянулся и почему-то совсем не удивился сотням и сотням веганцев, стоящим или лежащим, но, невзирая ни на что, старающимся встать, в той или иной мере выражающим свое почтение уже пропавшей из виду парочке. Кто-то стоял в поклоне, кто-то стоял совсем ровно, но ментальный фон говорил однозначно об их чувствах… Ментальный фон?!

Второй заместитель первого помощника посла с удивленным вскриком повернулся к своему недавнему собеседнику. Тот будто отмер от невнятного звука, исторгнутого мятущейся душой хостиса, и повернулся к нему:

– Ты ничего не чувствуешь по отношению ко мне?

Веганец дернул плечом. Видно было, что его мысли витали совсем в других далях.

– Кто это был? – не дождавшись ответа, задал другой вопрос хостис.

Он почему-то боялся, что если сейчас не спросит, то в другой обстановке никто и никогда не ответит ему на этот вопрос. Веганец задумался и почесал свою руку, ту самую, которую совсем недавно баюкал, а сейчас будто не замечал боли. А может, ее и не было уже?

– Не знаю, но, кажется, догадываюсь. Только это все сказки! – Веганец мотнул головой и помолчал. Потом медленно пошел куда-то, поглощенный будоражащей его мыслью, затянувшей его в глубину сознания, бормоча себе под нос: – Да конечно сказки! Определенно! Столько – тысячи лет – не живут… Да ну?! И придет же такая мысль в голову?! Глупости какие! Надо же! Императрица Асия с единственным супругом Архонтусом по прозвищу Победитель Народов!


### Ник

– Это мы неплохо так покуролесили! – Я оглядел разгром в огромном зале и задумчиво почесал себе пузо.

На спине медленно затягивались царапины – что-то моя подруга совсем теряет голову во время этого самого. Может, ей коготочки спилить? Хе-хе, напильничком.

Алиела по-быстрому наводила марафет, то есть выбирала очередную одежду, на мой взгляд, мало отличающуюся от предыдущей, куда-то запропастившейся. Надо пробить эту тему – может, там все-таки есть различия, в которых я не шарю? Ну и еще приводила свою встрепанность к средневзвешенному состоянию.

Забавно, но, кажется, пока мы туда-сюда, невидимость-то и спала с нас! Люди вели себя странно – расступались перед нами, пока мы расслабленно спускались и шли на выход, как-то магичить было немножко в лом. Внутри преобладало спокойное настроение. Наконец я сподобился посмотреть ауральным зрением и проанализировать ментальное поле. И результат мне не мог не понравиться. Все было спокойно и чинно-благородно. Даже рыжий хостис мне поклонился, за что я поправил ему здоровье. На душе, как я сказал, лежала печать благодати, хотелось всем делать добро. Вот и на рыжем попробовал – на пике доброжелательности сформировал убойную смесь мыслеформы, конструкта и плетения и засадил ему. И кости все сломанные ему на место вернуло, и остальное поправило, ориентируясь на информацию, прописанную в информструктуре. А ментальные изменения окружающих людей я заснял, сформировал нужные пакеты и отправил в отдельный поток, чтобы он там разбирался вместе с биокомпом.

Когда мы вышли из здания, Алиела обернулась и оглядела его.

– Ник! Нехорошо как-то получилось… – Она покачала головой. В ментальном плане у нее проскальзывало чувство легкой вины.

Ну а что? Здание немножко помяло, где-то валялись вырванные плиты, осколки, балки. Как никого не зашибло – не знаю. Могу только предположить, что это я сам как-то подсознательно все же контролировал обстановку, по крайней мере, в части безопасности, как нашей, так и окружающих.

– Подумаешь! Восстановят.

Алиела укоризненно посмотрела на меня:

– Ну поправь, а? А то мне неудобно совсем. Люди так хорошо к нам отнеслись, а мы…

– Это потому, что мы такие, а не потому, что они хорошие. Потому и отнеслись, – буркнул я и наигранно вздохнул.

А потом из моей руки, как из пулемета, в сторону здания полетели сотни и тысячи конструктов, беременных плетениями. Еще одно плетение легло на здание сверху и проросло внутрь по всему объему. Конструкты метались по зданию, находили осколки, обломки и приклеивались к ним. Плетение растекалось по объекту и формировало его объемную характеристику. Информация отсылалась на большое плетение, которое было главным тут и тоже формировало картинку здания и разрушений. Ну и, соответственно, виртуально собирало осколки по переданным параметрам в целое. Минуты три – и практически все виртуально собралось. Теперь осталось все это реализовать в реальности. Это было чуть посложнее, но совсем не бином Ньютона, хотя что в нем сложного…

Используя встроенные плетения гравитационного движения, все найденное начало подниматься, крутиться, собираться, притираться. Соединение между объектами, конечно, пришлось делать магическое по принципу укрепления материала, которое тоже пришлось делать и на целых частях, чтобы не порушилось. Можно было бы в некоторых местах диффузию материала включить, но было лень – и так сойдет. Не дожидаясь окончания сборки, я подхватил Алиелу, накинул на нас невидимость и, оставив на нашем месте медленно тающие, исчезающие иллюзии, так сказать, для внесения смуты и раздрая в восприятие реальности тех, кто на нас смотрел, поднялся в воздух на высоту около километра.

Алиела от неожиданности, как какая-то девчонка, взвизгнула, ловко извернулась и как-то так оказалась у меня за спиной. Обняв ногами и руками, она прокричала мне в ухо:

– Вперед, мой верный боевой шуша! – вытянула руку, указывая направление, и тут же рассмеялась.

Я тоже захохотал и рванул туда, одновременно пережидая, пока в ухе перестанет звенеть от крика и смеха Алиелы.

Внизу проносились виды инопланетной природы, перемежаемой строительными конструкциями. Веганцы любили природу и старались ей не вредить. Попадались огромные деревья, горы, скалы с мощными водопадами. В принципе можно было бы даже решить, что мы находимся где-то в недоступных для посещения местах Земли, но несколько голубоватый оттенок растений не давал сделать такую ошибку. Еще про Землю иногда напоминала архитектура веганцев. Часто это было нечто очень футуристическое: высокие шпили, растущие прямо в центре огромного лесопарка, а иногда приземистые, по сравнению с этими шпилями, но все равно высокие здания в стиле земной античности. Могу даже предположить, что когда-то веганцы могли повлиять на земную архитектуру, хотя Алиела с сомнением относится к этой мысли. А что колонны и материал типа мрамора – так мало ли какие совпадения бывают, у местных-то тоже две руки, две ноги да одна голова. Хотя ведь взялся же на Земле официально неизвестный веганец? А сколько еще таких было? Интересно, кстати, что решат насчет него веганские власти. Его тело осталось на корабле, капитан обещал передать его куда надо. Не должен обмануть – он мне показался вполне нормальным веганцем.

– Ты связалась с родителями? – спросил я, когда мы, обнявшись, сидели на вершине не доступной иными методами, кроме как полет, скалы, окруженной вековыми деревьями, и смотрели на мощный водопад.

Вокруг летали птицы, большие и не очень. Многие из них были достаточно зубастыми, явно ведя свой род от ящероподобных предков. Хотя и наши птицы имеют схожие корни, но тут, на Версалии, такое ощущение, что природа решила остановиться именно на этих видах, в таком промежуточном эволюционном состоянии. Любая птичка размером с нашего гуся могла бы спокойно загрызть человека, но веганцы не парились – на каком-то из своих этапов развития они выработали ментальные техники, отпугивающие почти любые виды живности.

– Ага, – довольно щурясь, ответила Алиела. – Мама – тут, а отец – в дальней экспедиции. Жаль, что его нет… Она ждет нас в нашем доме.

– Ты не боялась связываться с ней? Связь могли перехватить недоброжелатели, которых, как оказывается, у вашей семейки довольно много.

– Не-а, – легкомысленно отмахнулась девчонка, – я через информационное поле планеты. У меня там старые, протоптанные, никому не известные дорожки есть. Да, в общем-то, так делают почти все мало-мальски способные информационщики и ментооператоры. Собственно, и с картой, и с направлением я через инфополе определилась.

Я покачал головой:

– У нас говорят, что на каждого профессионала можно найти еще большего профессионала.

Но Алиела оставалась спокойной. Я решил положиться на ее мнение – все-таки она дома.

– Почему мы двигаемся таким зигзагом? – довольно щурясь от ощущения влаги на лице, поднимающейся от водопада, спросил я.

– Хочу показать тебе мои любимые места, а то не знаю, когда смогу еще, – закрутят дела… Тебе не нравится?

– Очень нравится, – улыбнулся я.

Алиела благодарно потерлась щекой о мое плечо.

Потом мы посетили еще с десяток мест, весьма и весьма неплохих. Где-то мы были одни, даже если эти места были туристическими, просто за счет того, что мы туда прибывали сами по себе, минуя официальные дороги и время посещения. Где-то нам попадались веганцы, отдыхающие на природе. И наконец я понял, почему Алиела не стремилась к мамочке под крыло, – она ее банально боялась! Хе-хе… И как можно дольше оттягивала момент встречи. Похоже, мама у нее – суровая дамочка! Мне даже интересно стало посмотреть на нее.

Наконец мы заглянули еще в одно место – далеко от цивилизации, хоть и посещаемое. Вокруг везде скалы, покрытые зеленью и торчащие в небо, как пальцы каких-то гигантов. Одна скала была с колодцем по центру диаметром метров триста, с водопадом, вытекающим из огромной дырки в верхней части внутреннего кольца, откуда вода падала вниз, в небольшое озерцо. Она куда-то уходила и не накапливалась. До этого мы много посетили похожих и одновременно не похожих на это мест. Мерный шум водопада навевал спокойствие и умиротворение. Тут было еще с десяток веганцев, о чем-то оживленно тараторивших и, видимо, фотографировавшихся на фоне не очень-то и глубокой впадины – метров десять всего. По крайней мере, у веганцев тоже был аналог фотографии: художественный принцип «остановись, мгновение!» им был знаком и близок.

Мы особо не прятались, так что на нас посматривали, но не лезли с вопросами. Я заинтересовался, почему мы привлекаем внимание, проанализировал энергопотоки и с удивлением заметил, что это из-за нашей общей с Алиелой ауры. Да-да! Наши ауры перемешивались и формировали новую, с какими-то странными свойствами, с которой резонировали энергетические тела веганцев. Раньше я почему-то не обращал внимания на такой эффект, хотя, может быть, он был не так выражен, возможно даже, после космопорта это усилилось. Ну а что? Людей разных вокруг много было, может, и мы под них как-то подстраивались. А скорее мы просто мало еще находились в веганском обществе, чтобы обратить внимание на этот эффект. Впрочем, возможно, веганцы все-таки реагировали не на общую, а конкретно на ауру моей подруги, слегка изменившуюся под воздействием моей. Это надо будет еще потестировать – слишком мало материала, чтобы делать выводы.

И еще: когда я расслаблялся и не особо контролировал свою ауру, она у меня расходилась в стороны примерно на километр. Кстати… Только сейчас подумал, насколько я уже отличаюсь от обычного человека по этому показателю! Фактически на этот самый километр. Ладно, так вот, если поднатужиться, то я мог ее раскинуть на десяток километров, разумеется, с потерей чувствительности на дальних расстояниях. Но я заметил, что наша с Алиелой аура имеет тенденцию растекаться еще шире. Вот сейчас я не напрягался вообще и не контролировал расхождение собственной, а общая наша аура разлилась где-то на те же десять километров. И я чувствовал всю живность в этом объеме. Алиела на нее не реагировала и пока никак не замечала изменений, просто потому, что не умеет. Но это дело наживное – со временем научу. Я пока еще продолжаю исследовать свою подругу, чтобы поточнее определить, что ей подойдет больше всего или в первую очередь. Торопиться тут незачем, да и некуда.

Я, собственно, почему об этом заговорил? Внизу, в озере, отчетливо чувствовался какой-то организм. Причем довольно большой.

– Это место чем-то знаменито? – спросил я.

Алиела будто очнулась от рассматривания водопада и совсем земным жестом хлопнула себя по лбу, при этом рассмеявшись:

– Ой, вот я забывайка! Совсем вылетело из головы! Конечно! Это место знаменито тем, что, по легенде, тут спит последний из Шушилл. Это огромная такая шуша-переросток. Говорят, при последней семье императоров… кстати, у нас, в отличие от вашей истории, было всего несколько императорских семей, и у нас они правят именно семьями, – это максимально совместимые, на десяточку, пары, полностью равные по правам… Так вот, когда правила последняя семья императоров три тысячи лет назад, императрица вместе с мужем поймала последнего, обезумевшего от потери своего спутника, Шушиллу, который наносил значительный вред и частенько убивал людей. При этом Шушилла отличался изрядной хитростью и не позволял себя поймать. Ну вот, собственно, он тут и спит. Легенда говорит, что императрица погрузила его в вечный сон, не став уничтожать, – все-таки последний из рода. Но скорее всего это просто красивая сказка.

– Но должны же были остаться записи?

– Ну, – протянула Алиела и закусила губу, – хроники-то есть, только на самом деле мало кто ими интересуется, слишком давно это было. Это я интересуюсь историей нашей и вашей, земной. Да и считается, что многие записи того времени – искусная имитация, вроде ваших постановочных фильмов. А в информационном поле почти нереально добраться до событий, относящихся к семье императоров, – они своей императорской силой просто закрыли этот слой. Или же спрятали – ученые-историки до сих пор не могут прийти к определенному мнению. А проводить археологические исследования здесь запрещено.

– А у нас с тобой какая совместимость? Как у императоров?

Алиела удивленно посмотрела на меня и задумалась. Она молчала долгих пять минут, а потом вздохнула:

– Интересный вопрос. У нас с тобой вроде бы она большая, этого не отнимешь, кроме того, в истории были еще «десятки», но это не были императоры. Должно быть что-то еще, кроме этого, что-то такое, что скорее всего относится к сказкам, хоть у нас и принято считать, что это самая настоящая реальность…

Я пытался рассмотреть сокрытое под водой существо, когда Алиела вдруг вскрикнула и уцепилась за мою руку. Я вопросительно посмотрел на нее. Она медленно выдохнула сквозь зубы:

– Похоже, наши приключения еще не закончились.

– Да ну? – Я повернулся обратно и продолжил всматриваться в энергопотоки в глубине озера, скорее даже под поверхностью дна.

– Иначе я не понимаю, зачем было проводить астральный удар по этому месту, правда, странно модулированный. Я и повторить-то его не смогу – такой сложный. Да и зачем? Причинить вред через информационное поле сложно, хоть и можно.

– Не скажи, – покачал я головой, – там много вариантов. На самом деле у нас с тобой стоит защита от астрального воздействия, просто ты ее не видишь. Я уже сталкивался с подобными атаками, так что заранее озаботился еще там, на Земле. Но вот с отслеживанием нас… Ну и сейчас со всей уверенностью могу сказать, что удар был, но не по нам.

– А по кому?

Я молча показал рукой на озеро, где спящая сущность вдруг стала подавать признаки жизни.

– Что там?

– Ах да, ты же не видишь! – Я наложил картинку энергопотоков на обычную и оттранслировал ее на кристалл Алиелы.

Она как завороженная замерла.

– Это то, что я думаю?

– Ну да, кто-то решил поднять вашу легенду. С одной стороны, это кто-то мощный по возможностям. Я хоть и мало понимаю в вашей политике, но подозреваю, что не всякий имеет доступ к резонансному коду активации древнего существа. С другой стороны, он достаточно глуп – что нам стоит сейчас просто улететь?

– Сюда приходят пешком, – подавленно сказала подруга. – Летать тут запрещено.

– Допустим. Но все равно – с чего бы древней Годзилле на нас нападать?

– Шушилле, – поправила Алиела. – Насколько я помню, они агрессивные, а этот еще и голодный, наверное. Может, улетим отсюда? – Веганка перевела на меня испуганный взгляд.

– Это мы всегда успеем, – отмахнулся я. – Но я жутко хочу посмотреть на эту вашу легенду!

– Я тоже, – тихо пробормотала Алиела и еще тише, почти неслышно, добавила: – Только я сейчас, кажется, описаюсь от страха…

Со стороны группы туристов-веганцев раздались возбужденные крики, а поверхность воды вдруг вспучилась, и оттуда выпросталась наружу огромная туша ящера, который, запрокинув голову, вдруг заорал, зарычал, затрещал. В голосе чудовища явно присутствовали инфразуковые частоты, отчего внутренности буквально трепетали от ужаса. Это подтвердили крики туристов, приобретшие тональность страха. Но почему-то они никуда не убегали. Алиелу потряхивало, и основную часть излучения голоса ящера я убрал, но вот сам… Меня это буквально заводило, и в груди у меня стал рождаться уже мой рык, а внутренности буквально запели от восторга. Мне вторил другой рык – моего Драко, который потихоньку каплей слился с руки на землю рядом и стал увеличиваться в размере, приобретая черты Шушиллы.

«Мой!» – мысленно рыкнул он мне.

– Нет, друг… – Не глядя, я левой рукой погладил его по шершавой чешуйчатой ноге, где каждая чешуйка состояла из чистейшего адамаса. Он уже вырос до трех-четырех метров и продолжал увеличиваться. – Он наш! И не становись по размерам больше него – пусть это будет честная битва-а-а-а!!!


### Алиела

Сходить по-маленькому, как говорят на Земле, Алиела захотела еще раньше, чем ожидала. А именно тогда, когда рядом с Ником вдруг появился маленький шуша и стал расти и расти… Не сразу она поняла, что это был тот виртуальный шуша, что жил в энергетическом поле Ника и чей детеныш рос и в ее ауре. Она до сих пор не смогла разобраться, что это за существа, не опасны ли они в первую очередь для носителя, хотя, несомненно, пока маленькие и в виде живой татуировки, они были жуть как милы. И уж точно не думала, что они могут приобретать материальную форму. По крайней мере, такую. И тогда непонятно, что страшнее – вот такой ручной шуша, что живет на тебе или даже в тебе, или какое-то старое замшелое существо где-то там.

И вот Ник вместе с Драко сорвались с места. Как Ник оказался на шее своего дракона, Алиела не успела уловить. Зато поняла, что Шушилла из легенды уже готов к схватке, голоден и зол, – ментальное воздействие от него расходилось волнами, чуть ли не сбивая с ног. На носу зверя красовался черный рог, которым шушиллы пользовались в борьбе за лидерство. Для добычи им хватало пасти, полной зубов. Вопрос, как такое существо могло проспать тысячи лет и как оно смогло буквально за несколько минут прийти в себя, хоть и бился в голове, но где-то на периферии. Больше всего Алиела переживала за Ника. Казалось, что ее сердце сжалось и осталось в таком положении. От Ника даже с такого расстояния доносились ментальные волны азарта и уверенности в себе, но это мало помогало успокоиться.

Еще в воздухе Ник спрыгнул с Драко и по высокой параболе отправился в полет на Шушиллу сверху. Тот сначала вскинул голову, чтобы поймать его, но тут же резко дернул ее вниз, чтобы прикрыть горло от нападающего Драко. Видимо, он показался древнему зверю более опасным. Драко же успел схватить пастью нижнюю челюсть Шушиллы, зато Шушилла стал буквально рвать грудь напавшего зверя верхними лапами. Получалось ли у него что-то или нет, непонятно. А Ник, приземлившись на спину ящера, буквально на кончиках пальцев пробежал по костяным шипам шеи и укрепился прямо за его головой, рядом с глазами, каждый размером с большой хармин – что-то вроде земного арбуза. Затем стал мощно и размеренно бить поочередно кулаками между глаз зверя, выкрикивая какую-то считалочку и стараясь попадать ударами в ее ритм.


Раз, два, три, четыре —

Тишина в моей квартире.

Три, четыре, раз, два —

Бродят тени у окна.

Раз, два, четыре, три —

Ты внимательней смотри.

Три, четыре, два, раз —

Видишь блеск голодных глаз?

Пять, шесть, семь, восемь —

Взгляд голодный крови просит,

Семь, восемь, пять, шесть —

Этот «кто-то» просит есть.

Пять, шесть, восемь, семь —

Гуще стала рядом темь.

Семь, восемь, шесть, пять —

Хочет тьма тебя обнять.

Девять, десять, ноль, двенадцать,

Пусть тебе всего шестнадцать,

Ноль, двенадцать, девять, десять -

Никуда тебе не деться.

Девять, десять, снова ноль —

Деточка, ты любишь боль?

Ноль, двенадцать, десять, девять

Что ж, твое настало время!##1


##1«Мрачная считалочка», автор – Сад Лейла.


Шушилла мотал головой, пытался избавиться и от вцепившегося в него зверя, и от Ника, но у него ничего не получалось. Да еще и удары Ника хоть и выглядели смешными, но, видимо, причиняли какое-то неудобство. В конце концов старый и опытный зверь собрался с силами, еще выше задрал голову, а нижнюю часть тела резко закрутил вокруг оси. Рискуя остаться без вырванной челюсти, он передал крутящий момент на Драко, заставив того перевернуться в воздухе и отпустить захват.

От рывка Ник взлетел в воздух, и Шушилла, сопроводив свое действие жутким ревом, схватил его пастью.

### Общемировые новости сети, ИноСМИ, краткая подборка

Как известно нашим уважаемым читателям, некоторое время назад пропала яхта известного путешественника Джона Легстронга. Поиски привлеченного военно-морского флота Англо-Австралии не дали результата. По запросу от международного сообщества Россия согласилась помочь своими силами провести его поиск. Для этого были организованы соответствующие службы спасения и очистки совместно с Русским географическим обществом. Место пропажи было довольно быстро локализовано в квадрате с координатами… Во время поисков пропал маломерный исследовательский роботизированный комплекс последнего поколения. Русские в недоумении. Они утверждают, что такого просто не могло произойти. Тем не менее, кажется, даже хваленая русская техника не выдержала испытания, повстречавшись с чем-то таинственным.

Новости собраны и аннотированы с помощью искина, произведенного компанией «Макронетс».


### Российские СМИ, краткая подборка

Датчики контроля за энергетическими планетарными потоками Земли обнаружили странную аномалию в Тихом океане. Следует отметить, что подобные постоянные аномалии характерны для полюсов планеты, однако периодически отмечались и плавающие. К сожалению, их выявление происходит не в результате прямого отслеживания инструментальными средствами, а в результате сложных расчетов на основе данных, полученных с совершенно разных систем сканирования земной поверхности. Эта же аномалия затрагивает и место предположительной пропажи яхты знаменитого путешественника Джона Легстронга. Там же пропал экспериментальный интеллектуальный спасательный БРОКОМ последнего поколения. Временно поиски приостановлены для анализа ситуации и поиска решения проблемы.

Новости собраны и аннотированы системой искина, произведенного концерном «Байкал».


## ГЛАВА 2


### Ник

Справа, если смотреть с моей стороны, в мою печень прилетел крепкий, хоть и небольшой по размеру, кулак. Мышцы, не особо напрягаясь, погасили импульс, однако уплотненная аурная волна, идущая перед кулаком (научил, на свою голову!), пробила тонкий слой моей уплотненной ауры и слегка деформировала печень. Которая, собственно, почти не заметила вмешательства в свою жизнедеятельность и мгновенно восстановила конфигурацию до момента удара.

Следующий удар прилетел с обратной стороны, пытаясь добраться до селезенки, и… с таким же результатом.

– Вот тебе! Вот тебе! – Тяжело дыша, Алиела сопровождала свои удары сбивающим с дыхания звуковым сопровождением. На миг остановившись, она чуть ли не прорычала: – Не смей защищаться!

Я тяжело вздохнул и попытался хоть как-то смягчить свою защиту, уже забитую на все уровни сознания и подсознания, а также прочие системы магического, чародейского и архейского планов. С трудом, но ненадолго удалось. От давно уже забытого привкуса боли я скособочился, пытаясь зажать печень рукой. Затем резко дернул головой от прилетевшего сбоку удара, чудом не свернувшего мне челюсть, ну а потом отлетел метров на пять, когда моя подруга с резким выдохом и выплеском энергии зарядила мне пяткой в грудь.

Я лежал и смотрел в красивое небо, по которому почему-то хаотично, а не линейно в одну сторону, перемещались тучки-облака. С моих разбитых губ, изгибающихся в улыбке (ничего не мог с собой поделать!), по щеке стекала капелька крови. Я будто впал в какой-то транс и внутренне расслаблялся, несмотря на то что сейчас происходило.

Небо перекрыло нахмуренное лицо Алиелы, которая внимательно и с внутренним беспокойством осмотрела мое лицо, а потом аккуратно, стараясь не потревожить ранки, коснулась губами моих. Ее язычок тронул трещину в губах и мягко прошелся по ней, почему-то совсем не вызывая никаких негативных ощущений. Я поймал губами ее язык и втянул в себя. Алиела пискнула, дернулась, но тут же расслабилась, отдаваясь на растерзание моим губам. Ну а я не забывал параллельно целовать ее и по-вегански – стимулируя ее третий глаз. В общем-то, это уже вошло у нас в норму, так что одно постоянно сопровождалось другим.


У моей подруги были все причины обидеться на меня. Но… но… Заставило меня задуматься это не о том, что я действую, как привык, – полагаясь только на себя и не оглядываясь на того, кто мне дорог. А о том, что реакция Алиелы была точь-в-точь как реакция обычной земной девчонки. Необычный взгляд на инопланетян, конкретно веганцев, потихоньку начинал тускнеть, заставляя воспринимать их как землян, что теоретически могло привести к каким-нибудь неприятностям. Ну да ладно, я это понимаю, значит, будем стараться не забывать.

Другой момент, заставивший меня задуматься, – то, что мои внутренние убеждения или тот внутренний стержень, вокруг которого накручено слишком много житейского опыта, даже не в плане возраста, ибо по нему ощущаю себя вполне молодым человеком, а в плане количества пережитого, не собирается изгибаться в угоду чему-то или кому-то. С одной стороны, это странно, ведь любовь-морковь как бы должна подразумевать сильные изгибы этого стержня у обоих (правда, чаще всего подстраиваются все же мужчины, чтобы сделать совместную жизнь комфортнее). С другой стороны, как бы понятно, хоть и не очевидно большинству людей, что подобные изменения не должны менять своей конфигурацией тот самый стержень, ибо с его изменением меняется и человек. Сколько раз говорили женщины: «Я выходила замуж совсем за другого человека!» – забывая, что в угоду внутреннему комфорту они сами меняли своего суженого, а потом, увидев, что получилось, начинали сетовать на мужчин или на «те времена». Забавно, что мужчины в основе своей не хотят менять свою подругу-жену ни внешне, ни внутренне. Ибо, наоборот, всякие изменения в ее характере или внешности (это не о естественном старении) только отдаляют их. И мне вот тут интересно становится – как с этим обстоит на Версалии? Пока один-ноль в пользу схожести с земными реалиями. Ладно, посмотрим, что будет дальше.

А расслабился я знатно! На губы невольно наползла улыбка, благо Алиела уже перестала их терзать и просто лежала на мне, уткнувшись головой в мою грудь. Ноздри щекотал цветочный запах ее волос. Не знаю, но, наверное, во всем виноваты те астральные психомаски, что я так неосторожно примерял на себя. Что-то они оставили во мне вот такое бесшабашное желание чудаковать. Вообще, странности с ними как-то так и не прояснились. Умник пока молчит, может, еще не докопался, а может, уже забыл. Порой он слишком стал напоминать человека, так что, быть может, и привычки человеческие, и болезни вроде склероза приобрел? Хе-хе. Ладно, потом спрошу. Не буду его отвлекать от интересных дел. Чувствую, наши с ним дорожки все больше и больше расходятся. Растет Умник и становится, если не стал, личностью. Как бы это ни было грустно, но радует, как родителей заставляют одновременно грустить и радоваться подрастающие дети. Эх… Ну, ничего. Жизнь – она такая: предсказуемая в своей изменчивости и неожиданная в своих законах.

Давление челюстей у Шушиллы было чуть поменьше, чем у нашего тираннозавра, хоть и сравнимо – около трех тонн, а в перерасчете на квадратный сантиметр получалось что-то вообще около тридцати. Зато пасть побольше, чем у акулы, и в нее я поместился весь. Ловко Шушилла меня перехватил в воздухе! Да и вообще, опытная зверюга попалась. Если бы мы с Драко (который ранее переименовался в Шушиллу, и как его теперь различать с реальным зверем – хрен знает) не были теми, кто мы есть, то ни фига бы нам не светило! Ну, зато мы использовали правило любого вида спорта – всегда соревнуйся с более сильным противником. А наши магические примочки просто гарантировали нам жизнь, если уж так говорить.

До сих пор чувствую ладонями шершавость нёба зверя, в которое я уперся, чтобы меня не съели. А давление на позвоночник вообще было… Ну, не запредельным, ибо не полез бы в пасть дракону (ух, в прямом смысле получилось, итить твое коромысло!), если бы не был уверен в себе, но, тем не менее, совершенно недетским. Расперся эдаким треугольником – ноги удобно угнездились в довольно широких промежутках между его зубов, а руки, как я говорил, уперлись в нёбо. Думал, что все же придется подмогнуть себе чисто магией, но нет, хватило чародейско-архейских техник по укреплению тела, которые я использовал ранее. Это ж как у меня суставы-то не посыпались? Не, я знаю, как, но до сих пор сам себе удивляюсь.

Приобняв Алиелу руками, чтобы она не упала, я сел и, переустроив подругу на коленях, через ее плечо посмотрел вниз на место нашей схватки. А там происходило, как я думаю, зрелище не менее интересное, нежели наш бой. Там шла воспитательная работа. Шушилла рычал, шипел, пытался оторвать от земли голову, но получал по ней передними лапами Драко и с недовольством снова прижимался к земле. Действие происходило на совсем небольшом берегу озера, частично его опоясывавшем, куда в результате нашего боя Шушилла успел выбраться. Так вот, сейчас он упирался хвостом в стенку каменного стакана, где все происходило, а в озеро ему не давал убежать Драко, воспитывая непослушную зверушку. И тоже что-то ворчал, шипел, таким образом что-то объясняя непонятливому существу.

– Закрой уши, – шепнул я Алиеле, и когда та послушно, не спрашивая ничего, сделала это, я резко засвистел.

Алиела все равно вздрогнула.

Драко поднял голову и посмотрел на меня, правда, перед этим прижав башку Шушилле, чтобы тот не дергался.

– Он голодный, – чуть усилив свой голос, сказал я. Эхо ударило в стены, несколько раз отразилось и вернулось исковерканным «о-о-одный… о-о-одный».

«Дай!» – мощно ответил Драко в ментальном плане, да такой сильный напор его давления был, что так никуда и не убежавшие невольные зрители-веганцы попадали на задницы. Алиела недовольно посмотрела на них, почувствовав, куда был направлен мой быстрый поток внимания.

– А… – начала было спрашивать, но я перебил ее:

– Пусть.

Девушка замолчала и перевела взгляд на зверей внизу. А я тем временем открыл карту сети частотно-волновых датчиков Земли и запустил поиск по неким параметрам. Буквально через минуту поиск был закончен, но пришлось многое сделать, ибо раньше я подобного удаленно не делал: сформировать новые плавающие системы мониторинга в нужном месте, магические захваты, то бишь просто силовую сеть, потом рассчитать параметры перемещения и…

Среди камней снова разнесся мой свист, а повернувшемуся Драко я показал рукой на озеро. Оно в этот момент вспучилось, и из него выпрыгнула большая акула. Я не стал делать так, будто она появилась из ниоткуда, пусть считают, что из озера. Драко не растерялся и бросился к опасной рыбе. Шушилла тоже не промедлил, и если Драко уцепился за хвост и стал вытягивать добычу из воды, то он c ревом бросился на голову рыбе и вцепился в нее своей пастью. Как акула ни извивалась и ни сопротивлялась, справиться с двумя динозаврами не смогла и скоро была поедаема урчащим от удовольствия Шушиллой. Драко сидел рядом и спокойно наблюдал – ему-то еда не нужна была.

А я наконец начал принимать поток структурированной информации от Шушиллы. Вернее, не от него, а от исследовательского конструкта, совмещенного с исследовательским плетением. С самого начала мне не давал покоя тот факт, что живой организм может находиться в спячке тысячелетия, не обрастать каменной скорлупой или прочими осадочными породами, при этом будучи способным проснуться буквально за минуту-другую. И судя по всему, мои размышления оказались верными, подтверждение им я только что получил.

– Ну что, – не выпуская из рук Алиелу, я сладко потянулся мышцами спины, – не пора ли нам пора?

– Что? – не поняла моей идиомы подруга.

– Эх ты! – Я осуждающе покачал головой. – А еще говорила, что столько лет изучала землян! Обычные-то фразочки, вносящие слегка юмористический оттенок в контекст разговора, и не знаешь!

– Русские – не единственная нация на Земле, чтобы ты знал! – Она зевнула. – Что-то меня постоянно в сон тянет после сильных переживаний. С тобой я скоро превращусь в спящую красавицу.

– Ну… – протянул я.

– В каком слове в выражении «спящая красавица» ты сомневаешься? – Алиела грозно нахмурилась и приставила палец к моей груди. Потом сама не выдержала и засмеялась: – Ладно, наверное, действительно пора домой.

И мы действительно полетели, оставив Драко вместе с Шушиллой и толпу туристов-веганцев, так и не увидевших наш отлет, – просто в какой-то момент времени они поняли, что никого на нашем месте нет.


### Ник

Остальной полет до дома Алиелы особо ничем не запомнился. Все те же красивые виды – почти повсеместно перемешанные зеленые с голубым оттенком насаждения, симпатичная смесь античности с современными небоскребами. Я не особо уважаю небоскребы как место жительства, но вполне приемлю их как красивые архитектурные решения, ну и как место какой-то работы. Здесь эти высотки не повторяли друг друга, а были вполне себе уникальными. Видел даже несколько горизонтальных небоскребов, если так можно сказать, лежавших на крышах обычных. Но даже эти высотки очень часто были снаружи как-то облагорожены растениями. Что-то я стал подозревать веганцев в родственных связях с эльфами, хе-хе…

Сейчас я создал нечто вроде байка, на котором гонял в последние денечки на Лунгрии, сзади ко мне прижалась Алиела и как-то умиротворенно, в полутрансе, расслабленно молчала. Маршрут до дома она мне скинула через свой кристалл, и лететь нам было около трех тысяч километров. Телепортнуться я не мог, так как никогда не был в точке назначения, а пользоваться местными системами передвижения или даже веганской телепортацией я не хотел, так как подозревал, что это сразу нас выдаст. Ну не верил я, что местная служба безопасности такая лопоухая, что не отслеживает перемещения своих граждан. Даже на Земле с этим практически порядок. Кстати, ничего не имею против такой слежки, особенно если она автоматическая, а к результатам ее работы нужны специальные доступы и все организовано по уму. А уж цивилизации, которая явно выше в развитии, чем земляне, такое не могло не прийти в голову. Но, конечно, могут быть свои психологические, культурные или еще какие бзики, когда подобная слежка не приветствуется, не буду спорить. В любом случае мы со слов Алиелы знаем, что нечто подобное тут есть, что против нас играют довольно высокопоставленные силы, иначе не объяснить активацию Шушиллы в нужное время, к которой доступ есть (или должен быть) у ограниченного количества веганцев. Причем не у любых, а у определенных спецслужб.

Фух… Не хочется мне повторять свои земные противостояния со спецслужбами на новой планете в новых красках! Утомительно это, и да, я считаю, что системе почти невозможно противостоять, если ты – не я! Хе-хе… Но в любом случае не хочется. Ну, может, пару денечков или недельку-другую придется поиграть, но хотелось бы побыстрее закончить все это. Поэтому надо бы, возможно, кое-кого спровоцировать, вывести эту ситуацию на общественное поле, где спецслужбы не особо охотно играют, потому что у любой спецслужбы есть высокопоставленные кураторы или руководители, сильно зависящие от общественного мнения. Конечно, в разных общественных формациях это по-разному, но здесь корреляция с земными системами власти и публичной деятельностью, насколько я понял, довольно сильная. Надо будет еще уточнить этот момент, но в целом вроде бы так.

Собственно, поэтому я почти все наши действия превращал и буду превращать в цирк. Уже вызвав Шушиллу, неизвестные кукловоды опростоволосились. Вероятно, они думали все списать на несчастный случай – мол, проснулось чудовище, да и съело всех. Вряд ли информация о том, что его можно пробудить в экстренном режиме, доступна большому количеству людей, поэтому ее можно было бы замолчать. А судя по тому, что вокруг этой ситуации крутятся исторические мифы, замаскировали ее очень неплохо. Был бы я не я – не понял бы и не заметил ничего. Да и Алиела подметила, что чудо было активировано из астрала практически случайно, так как контролировала наш объем информационного пространства планеты. Другой веганец, не информационщик, даже если бы и увидел то же самое, мог просто и не понять происходящего.

Зато теперь о нас уже должны судачить долго и со вкусом. Те туристы стопудово снимали происходящее, и совсем круто, если в режиме стрима, – надо будет поспрашивать Алиелу, есть ли тут такое. Плюс мы, во-первых, засветились перед врагами как мощные вражеские юниты, воевать с которыми себе дороже, и они, чем черт не шутит, могут переиграть свои цели и пойти на мировую (я все-таки еще не до конца потерял веру в человечество, пусть и веганское). Во-вторых, поставили себя на уровень местных императоров, которые, по легенде, загнали Шушиллу в длительную спячку, то есть победили ее в свое время. И еще у нас есть свой ручной Шушилла, который покруче ихнего Шушиллы. Не знаю, засняли ли, как тот вырастает из моей ауры, но вопросы о его происхождении определенно будут, а уничтожить его… Что ж, пусть попробуют, с удовольствием посмотрю, особенно с учетом того, что ядро Драко сейчас остается при мне, а там гуляет его, так сказать, аватар. Ну, типа распределенной системы получилось, что ли. Так что даже если его и уничтожат, то это им только покажется так. А вообще посмотрим, что они будут делать, – это тоже интересно. И интересно, что будет происходить в общественном поле, а общество тут, на Версалии, играет большую роль.

Я еще не очень понимаю, что произошло на космодроме, но что-то мы там с Алиелкой накрутили такое, что тоже имеет большое значение. Не зря же нас пытаются одни приветить, другие – закопать. И еще я помню, как сильно изменились ауры тех веганцев, что там были… Упс, и как их там? Хостисов, кажись. Вот названьице! Да-да! Тот отрицательный резонанс между веганцами и хостисами отсутствовал! Екарный бабай! А ведь если это действительно так, то это будет покруче «Фауста» Гете! Ну сами представьте, две мощные космические цивилизации ведут вялотекущую войну не по каким-то экономическим причинам, а чисто по причине мозговыносящей несовместимости на уровне биополей. И теперь появилось какое-то средство, которое может эту несовместимость снять! Каковы действия властей? Ясен пень – захватить, изучить, использовать или закопать. Но откуда они могли это знать заранее? Ведь игра вокруг нас развернулась куда раньше, чем были получены результаты взаимодействия нас с хостисами. Да и то, кто мог ожидать, что это происходит во время нашего соития? Хех… Неудобно как-то получается. И вообще, что-то не сходится.

Ладно, посмотрим, что мне принесут мои астральные шпионы. Наконец вроде бы получилось их создавать не по наитию, а как-то более-менее структурированно. Алиела тут мне опосредованно очень сильно помогла, обучая работе их информационщиков. Есть еще одна забавная штука – если ты работаешь в астрале, то рядом находящийся человек, способный работать в астрале, не заметит и не поймет, что ты сейчас там находишься. До тех пор, пока не сможет зацепиться за тебя то ли через астральное отражение места, где вы находитесь (именно так мы с Алиелой вместе работали), то ли каким-то образом синхронизировавшись. Поэтому Алиела не замечала моих действий, как и я ее, если только мы не хотели друг другу что-то показать или действовать вместе. Короче, астрал в этом смысле можно представить как мутную водичку, находясь в которой, ты можешь не видеть того, что находится на расстоянии вытянутой руки, но, с другой стороны, можешь наблюдать целые миры и пространства в отдалении. В этом есть и опасность неожиданно получить перо в бок, условно говоря, ведь кто-то может тебя прекрасно видеть, а ты его – нет. Для того и домик свой желательно там иметь, где тебя никто не достанет. Ладно, посмотрим, что нам принесет новый день на лапках астральных шпионов в их совсем не безопасных зубках, отталкиваясь от Шушиллы и событий на космодроме.


Так получилось, что двигаться нам предстояло на закат, который длился и длился и никак не заканчивался, так как мы догоняли местную звезду. Я подогнал скорость таким образом, чтобы как можно дольше любоваться иноземным закатом. Он отличался от земного размерами местного светила и спектром, но подробно анализировать и узнавать разницу мне было откровенно лень. Под нами проносились уже почти невидимые дома, города, растения, но отдельно высверкивали красным цветом вершины скал или гор, иногда попадающихся по пути. Алиела, кажется, придремала за спиной, а я смотрел на подсвеченный горизонт и думал, думал…


### Ойла

На широкой каменной террасе большого особняка, построенного еще в былые времена предками семьи Уокэнда, что в переводе с одного древнего языка означает «Обладающий волшебной властью», у одинокого столика в глубоком плетеном кресле сидела красивая женщина. Она была красива даже по веганским меркам, передав часть своей красоты детям.

Алиела, впитав в себя наследство матери и сплавив с ним лучшие родовые особенности еще и по отцовской линии, тоже расцвела редким красивым цветком. Правда, поначалу казалось, что природа, щедро наделив ее внешней красотой, обделила умом, но со временем стало понятно, что это не так. Просто ум у нее был другим – она всегда видела окружающее не так, как другие, делала совершенно неожиданные выводы, поступала так, как считала правильным, а не так, как положено. Порой она откровенно казалась глупенькой пустышкой, заставляя окружающих недооценивать ее, а порой поступала так, как не поступил бы ни один веганец, а в конце концов по результату именно она оказывалась права. Такое положение дел не приносило ей особой любви окружающих, но заставляло ценить ее как специалиста и как нестандартного аналитика общего плана. Вот только после той случайной стычки в космосе с хостисами она изменилась. Немного, но стала другой. При этом умудрилась заблокировать себе воспоминания, что вроде бы должно было нивелировать негативные последствия, но, тем не менее, она изменилась. Стала более замкнутой, хотя эту ее внутреннюю замкнутость видела только мать и, может быть, брат Элхор – он всегда был близок с сестрой.

Ойла видела записи той стычки и долго не могла поверить, что вот это существо с жутким оскалом на лице и пустыми глазами, буквально голыми руками разрывающее врага и одновременно с этим выжигающее ему мозг, – ее дочь. Казалось, сквозь маску красивой девушки прорвались инстинкты существа из глубокой древности. Вообще, такое крайне редко бывает при исключительно сильном стрессе, как потом Ойла узнала в рекреационном центре. И этот эффект даже имеет свое название, длинное и непонятное, как и все, связанное с психикой. И хорошо, что девочка сама справилась со своей проблемой, по крайней мере, мозгоправы не нашли никаких отклонений, а блок посчитали поставленным мастерски, что долго их удивляло, ведь у девочки не было глубоких познаний в ментальных техниках. Впрочем, мать сомневалась в этом – она уже давно подозревала, что дочь даже перед ней не раскрывает свой внутренний мир.

Были и проблемы – мужчины стали избегать Алиелу. Не сказать, чтобы они до этого вились вокруг нее (это довольно редко случается в их обществе, если не сказать – почти никогда), однако даже нейтральное отношение сменилось на отталкивающее. Не очень было заметно, но и напрягаться сильно не надо было, чтобы отметить эту особенность. Алиела же, кажется, даже не увидела такого изменения, но сама стала все дальше и дальше отдаляться от общественной жизни и просто сторониться людей. Разве что мать с братом и отцом не замечали никаких изменений, но они были – Ойла специально провела ментоисследование, замаскировав его под обычное медицинское обследование. Видимо, на родню это просто не действовало. Поэтому Ойла и пристроила дочку в долгосрочную экспедицию подальше от Версалии, так как сначала предположила, а потом и увидела, что дочке там, вдали от дома, действительно хорошо. Она надеялась, что со временем Алиела оклемается и снова сможет беззаботно жить в их обществе.

А ведь Ойла, как и любая мать, мечтала, что ее девочка найдет свою совместимую вторую половинку. Пусть хотя бы как у них с супругом – на троечку. Даже с такой совместимостью Ойла любила своего мужа, и, несмотря на непрекращающееся обсуждение взаимоотношений веганцев с его бросками из стороны в сторону в умах, сама Ойла считала, что совместимость – это просто дополнительный бонус к семейной жизни, а понятие любви не имеет к нему никакого отношения, что, однако, не мешало ей мечтать о подобном для своих детей. И она была не одинока в своем мнении. Тем более что примеры других космических рас явно как бы намекали, что прекрасно можно обойтись и без ментальной совместимости, однако многое значили традиции и сформировавшийся образ жизни. Да много чего еще, что цементирует общество, хотя, конечно, существуют и бунтари, пытающиеся выйти за рамки обычаев. Однако это настолько приятный бонус, что любой вменяемый веганец хочет его иметь, и как можно выше по силе.

Тем не менее, Ойла не могла отрицать, что (опять же, по сравнению с другими расами космоса, имеющими похожую с ними генетическую основу) совместимость веганцев играла роль некоего природного инструмента, позволявшего преодолеть естественную для них эмоциональную холодность в отношении противоположного пола. Ее наличие позволило им выжить в прошлом, а потом это сделали генетические системы продолжения рода. Ойла гордилась, что сама выносила и родила своих детей, но никому о своей гордости не говорила, ведь в их обществе любые дети – хоть естественно рожденные, хоть в инкубаторах, абсолютно равны. Но некий флер избранности у таких веганцев все же был. Просто он не сильно выделялся на фоне более значимого понятия совместимости в семейных парах. И уж конечно никому бы не пришлось тыкать в глаза обстоятельством способа рождения. Но… но…

Раньше эта совместимость служила основой для их общества, являя собой некий аналог дворянства у прочих рас, только завязанный не на конкретного человека, а на совместимую пару. Естественно, пары с максимальной совместимостью часто вставали во главе общества, и несколько императорских пар были именно с нею на уровне десяти. «Ну и как она помогает управлять государством?» – спросит какой-нибудь незнайка? Сейчас уже почти не помнят, а ведь получившие десятый уровень пары являлись не простыми веганцами! Их совместимость кристаллизовалась в их взаимоотношениях, и главное – распространялась на окружающих. «И что в этом такого?» – спросит тот же незнайка. А то, что те, кто некоторое время находился в ментальных полях такой пары, кто быстро, а кто с годами, значительно поднимали уже свой уровень совместимости, а другие тоже менялись и могли быстрее найти свою вторую половинку. А ведь в то время это было не только физиологически приятно, но и поднимало статус, рейтинг и могло существенно продвинуть вверх по общественной лестнице! Причем считалось, что пусть и в более слабой мере, прочие совместимые могли тоже влиять на окружающих подобным образом. Правда, в отличие от «десяток», где все это можно было инструментально подтвердить, у других это больше завязывалось на психологию и доказано не было. Но и сейчас порой возникают споры на эту тему.

Конечно, были и другие совместимые десятого уровня, но, к сожалению, и среди них существовала какая-то то ли градация, то ли особенность – не все «десятки» обладали таким воздействием на окружающих, как императоры. Не зря же такие пары сразу выводились на высшую ступеньку общества! Обычно они и так обладали достаточными ментальными способностями, которые, как известно, эта совместимость только усиливает, но на этом посту они еще сильнее раскрывались. И во времена императоров общество веганцев было как никогда сплочено и едино. Давно это было. Давно уже не попадались «десятки» такого уровня. Императорского уровня.

Кто бы знал, как Ойла боялась и плакала ночью, когда узнала, что ее Алиела нашла своего совместимого – инопланетянина, да еще с совместимостью десятого уровня! Об этом почти никто не знает, а если знает, то молчит: если у совместимых ниже десятого уровня первоначальная притирка может привести лишь к небольшим расстройствам психического характера, да и то довольно редко, то у «десяток» это часто сопровождалось смертью пар или неизлечимым сумасшествием, что, по сути, та же смерть.

Но вроде бы все обошлось. Правда, возникли другие проблемы, вернее, они возникли чуть раньше, но причудливым образом переплелись с семейными делами Ойлы и делами ее отдела, которым она руководила в этом цикле государственного управления. Сначала возникла какая-то суета вокруг ее отдела, и, как чувствовала Ойла, направлена она была против нее. И даже она вроде бы поняла, кто за этим стоит, – недаром эта мерзавка из внешней разведки, Айкуна, под разными предлогами перестала с ней встречаться – боится ментальных способностей Ойлы! Ойлу бы мгновенно выперли с работы, а то и судили бы, если бы она воспользовалась ими против госслужащих, и, соответственно, вряд ли Ойла решилась бы на такое, но ведь все равно вероятность подобного не нулевая, а значит, надо подстраховаться. К сожалению, информационщиком Ойла была слабым, а ее подчиненные не смогли ничего определенного найти. Вот Алиела смогла бы, наверное, что-то накопать, но ради этого тащить ее сюда смысла не было.

Тем не менее, существовали и другие способы нахождения информации. Часто даже не обделенные властью веганцы имеют перекос в приоритетах восприятия информационных систем и делают упор на ментальные информационные технологии, забывая про сопутствующий слой обычных кристальных систем. А вот тут Ойла могла дать фору даже той же внешней разведке, как бы это странно ни звучало. Были у нее нужные специалисты. Поэтому, узнав кое-что, срочно пришлось выдергивать дочку с ее совместимым на Версалию. Тем более что удалось купировать некоторые неприятные шевеления в ее сторону, да и там, в космосе, случилось странное: серые оставили систему, где находилась ее дочка, окончательно поломав игру противников Ойлы. Только вот многое говорило о том, что игра не окончена, а просто повернула в другую сторону.

Капитан корабля «Оскал Шушиллы» Эрендил, доставивший ее дочку на Версалию, хоть и не решился на прямой разговор, вероятно, желая остаться поодаль от столичных игр, но по шифрованному каналу переслал кое-какие материалы, связанные с Алиелой и ее совместимым, а также приказы, полученные из отдела внешней разведки от Эрха. Да, он сознательно совершил должностной проступок, но вполне мог себе это позволить – слишком много у него наград и поддержка в штабе. Да и вообще, военные как-то не очень любили разведку: те во время последних стычек с хостисами допустили довольно неприятные ошибки, приведшие к смерти многих веганцев-солдат. А подобное не забывается. Правда, Эрендил явно кое-что недоговаривал, и определенно что-то еще случилось с ними, скорее всего по дороге домой, раз старый лис решил распределить владение такой информацией и подстраховаться. Иначе его откровенность не имела никакого смысла.

Так что подозрения Ойлы частично подтвердились, но было непонятно, что же ее враги снова задумали? Нет, понятно, что в Алиеле с ее совместимым они что-то увидели, но что? Чем их существование может им грозить? Или не им, ведь даже Ойла пока смутно представляла, во что выльется связь ее дочки с землянином, хоть уже по привычке и начала строить разные планы, но это так, пока несерьезно. Так чем же?

События в космопорте укрепили ее во мнении, что дочке удалось сорвать главный приз – императорскую «десятку», но чем это может кому-то мешать? Ведь от этого одна только польза может быть для общества! Непонятно. И еще больше непонятностей связано с вдруг проснувшимся Шушиллой. То, что творил совместимый Алиелы, просто не воспринималось мозгом, и она это просто отложила в сторону – ни проанализировать, ни понять связанные с ним события пока было невозможно, надо сначала дождаться встречи, самой поспрашивать и сделать выводы. Многие другие веганцы, бывшие свидетелями событий в космопорте и в заповеднике Шушиллы, пока просто гнали эмоциональную волну, требующую отдельного осмысления. Надо ей просто дать отстояться. Многие же считали записи искусной подделкой и несли бред про испытание нового информационного оружия или верили в ментальный психоз.

А вот то, что Шушилла проснулся и оказался вовсе не легендой, а вполне себе натуральным шушой огромных размеров, шокировало сильнее. Ну не могут шуши так долго жить! Пусть и во сне. Она уже дала распоряжение своим информационщикам покопать в эту сторону. Но больше ее поразило то, что у кого-то оказалась возможность разбудить Шушиллу. В то, что он сам проснулся, в связи с последними событиями она ни на мгновение не поверила. Само это говорило о намного более глобальных проблемах, что не могло не пугать.