# Я придумаю тебе смерть

Виктория Румянцева

Не вызывай духов. Они могут прийти.

Анна Булкина – гадалка, которая не верит в магию. Её ритуалы – это театр одного актёра для женщин, жаждущих счастья. Она делает это не только ради денег. Ане нравится ощущать себя гуру.

Ради своей приятельницы Виолетты, которая не может пережить смерть мужа, «волшебница» решает инсценировать вызов духа. «Супруг» попросит жену отпустить его и стать счастливой.

Ритуал неожиданно срабатывает! Анну начинает преследовать дух. Он требует выпустить его на волю. Дух жаждет не покоя, а справедливости.

Чтобы спастись, «волшебнице» придётся размотать клубок лжи: Виолетты, годами носившей маску скорбящей вдовы, её умершего мужа… и своей собственной, в которую она верила всю жизнь.

Готовы ли вы к разговору с тем, кого не должно быть?

Коктейль из психологической драмы, мистики, жизненности и горькой иронии с несколькими неожиданными поворотами и твистом, который заставит вас перечитать книгу.

## Глава первая

Картинки и обложка созданы с помощью DALL·E (OpenAI) через платформу Sora


АННА

Гадалка Аннет решетила взглядом пространство и махала руками, постанывая «У-у-у». Клиентка Тамара, сидящая напротив, обречённо вздохнула. Хотя Аннет выглядела потешно, посетительнице было не до смеха. Женщина поняла, что зря явилась к этой так называемой ведунье. Знакомая взахлеб рассказывала о ней: «Аннет может помочь! У неё дар!»

Аннет была артистичной натурой – это притягивало, но переигрывала: как с нелепыми пассами руками, так и с желанием понравиться. При этом хвалёная ведунья пыталась выведать у клиентки всю подноготную, что говорило об отсутствии сверхспособностей.

Хорошо, что шарлатанка Аннет за первую встречу денег не берёт: то просит коробку конфет принести, то бутылку хорошего вина, то фруктов, а лучше – корм для её зверинца. Остальное – по результату и желанию.

Надо бы уйти, но что-то держало Тамару. Пожалуй, не надежда на чудо. Сама Аннет. Было в этой колдунье с розовыми волосами что-то… обволакивающее. Хоть та и выглядела её ровесницей – на вид сорок три-сорок пять, Тамара чувствовала к женщине теплоту, как к своей матери. Необычное сочетание – энергичность, подвижность и ласковость.

– Я её вижу, – наконец выдала Аннет.

– Кого? Разлучницу, стерву эту?

– Маленькую девочку.

«Ну и бред! – разочаровалась Тамара. – Пора заканчивать фарс! Надо с этой колдушей чайку попить, чтобы она открыла подаренную коробку конфет. Хоть отъесть у нее немного – и то не так обидно будет за потраченное время и деньги».

– Иди сюда, милое дитя, – Аннет щупала воздух рядом. – Расскажи, кто ты! Девочка говорит, её зовут Тамарой, как и вас… Так это и есть вы! Ваш Внутренний Ребёнок.

– Чего?

– Ну, личность делится на три части: Ребёнок, Родитель – это наши установки из детства, контроль. Есть Взрослый – координатор между детьми и родителями. Ваша Девочка плачет. Бедное дитя, кто же тебя обидел?

Гадалка смотрела на невидимую фигуру с таким сочувствием, что у клиентки слезы на глазах закипели.

– Говорит, что обидели ее вы. Девочка плачет внутри вас от невнимания. Забыли вы о ней. «То, что папа нас обижал, не значит, что мы должны унижаться перед каждым мужчиной!»

– Так у нас… у меня нет отца.

– Тамара, у всех хомо сапиенс есть два биологических родителя. Ваш исчез. Даже фамилию не дал…

«Откуда она знает?» – поразилась Тамара.

– И поэтому вы такого же мужа выбрали – ускользающего. Теперь и тот пропал. Лучше бы вы не любовь отца вернуть пытались через супруга, а обняли маленькую Тому. Вы не принимаете себя и свою душу, но хотите, чтобы другие это сделали! И это не я говорю вам, а ребёнок внутри вас… – Аннет доверительно взяла Тамару за руку. Само сопереживание.

Клиентка не сдержалась. Горячие капли покатились по щекам. Ей так и хотелось выдохнуть: «Мама!»

– Обнимите маленькую Тому, – сказала ведунья грудным голосом.

– Где она? – озиралась по сторонам клиентка.

– Это ведь вы! Обнимите себя. Вы та же Тома. Скажите, что любите малышку. Не стесняйтесь.  И вы не обязаны заслуживать чью-то еще любовь! Говорите маленькой Тамаре о том, как она дорога вам! Минимум десять дней. Утром и вечером. Присовокупляйте к этому заклинание. Я вам его на листочке напишу.

– Спасибо, Аннет, – клиентка потерла глаза.

Колдунья выдохнула: получилось!

– А… муж? – робко спросила Тамара. – Он вернётся?

Эх, всё-таки не совсем получилось.

– Вы сначала дней десять пообщайтесь с Томой.

– И тогда муж придёт? – настаивала клиентка.

– Найдите контакт с маленькой Томой. Прочтите заклинание. Это первая часть.

– А следующая – это возвращение мужа?

Настырная какая!

– Второе – причёска.

– Что?

– С вашим типом лица нужно сделать короткую стрижку, Тамара. Длинные прямые волосы только подчеркивают пухлые щёки.

– Не хочу показаться грубой, Аннет, но это уже не ваше дело.

– Плохо, что вы не приемлете критику! Со стороны-то виднее! Наверняка и в семейной жизни такой же были. Вот муж и ушёл. А я говорю, в определённом возрасте длинные волосы старят. Пусть шевелюра у вас и шикарная. Вот я недавно сделала стрижечку покороче – больше двадцати пяти теперь не дают. Студенты знакомиться подходят!

– Да-а? – растеряно произнесла клиентка.

– Представьте, мне уже сорок три года! – Аннет поправила несуществующую прядь, ожидая комплимента… Привычка.

– А-а, ясно, – ответила Тамара.

«Не вернула комплимент. Вот стерва!» – от Аннет не укрылось и то, как плотоядно клиентка смотрела на коробку конфет, которую принесла в качестве мзды. Уж нет! Подарок колдунья прибережёт для гостей. Женщину, которая не подтвердила, что Аннет выглядит намного моложе возраста, указанного в паспорте, точно угощать не стоит.

– Мне необходимо восстановить энергию, – устало произнесла колдунья.

Спровадив клиентку, которая с трудом оторвала взгляд от конфет, Аннет (в миру – Анна Булкина) упала на диван без сил. Она пребывала в эйфории. Женщина получала неизбывное удовольствие, помогая другим… или хотя бы пытаясь помочь.

Это лишь вершина айсберга, в других мотивах Анна не хотела признаваться даже себе. Благороднее быть альтруисткой.

Нет, это качество у неё тоже имелось: она всегда была склонна к сопереживанию. Постоянно брала на передержку животных, многие из которых так и оставались жить у Анны. До недавних пор у женщины жил пёс без глаза, которого она подобрала щенком, вылечила за свой счёт (сбор денег с неравнодушных покрыл только половину расходов) и больная старая кошка. Увы, оба умерли. Пёс – в позапрошлом году, котейка – в прошлом. Анна зареклась брать животных – больно их терять, но зимой нашла цуцика у теплотрассы. Все его пушистые братья и сёстры погибли от холода… Аня окрестила пушистика Сэмиком.

Пришлось выкармливать малыша из бутылочки. По часам. Женщина ощущала себя так, будто вновь стала матерью. Сын в свое время приносил ей меньше хлопот. Уложишь – и спит до утра. Спокойный был мальчик. Она осознала, что к материнству больше не готова (хотя до этого мечтала о дочери). По счастью, Сэмика удалось пристроить. Женщина отдала щенка дочери клиентки.

Да, в Анне было сострадание, но всё-таки своей деятельностью она занималась по другой причине. Ей нравилось давать советы, от личной жизни до причёски, ощущая себя при этом мудрейшей.

Она была такой с ранних лет. Знала, как кому жить, что делать. В школьные годы ребята дали ей прозвище баба Нюра: «Вечно поучаешь!», хотя относились к ней хорошо. Только люди не всегда внимали советам мудрейшей, а то и отправляли куда подальше. Это раздражало Аню. Спесь сплошная!

Один раз женщине даже разбили лицо. «Отблагодарили» так за попытку помочь. Ах, не стоит об этом. Болезненное воспоминание.

Три с лишним года назад сын Ани сбежал в столицу от гиперопеки матери, едва достигнув совершеннолетия («Хочу быть самостоятельным, ты меня задушила!»). Вчерашний маменькин сынок Иван оказался сильным человеком: умудрялся и учиться на заочном отделении, и работать. Молодец! После отъезда сына окончательно рухнул Анин брак. Впрочем, последние годы это было соседство, а не супружеская жизнь.

Женщина насмотрелась мотивационных роликов на тему «Надо заниматься тем, что тебе нравится!» и стала всеведающей колдуньей Аннет. Теперь люди сами к ней приходили за советами! Когда кто-то внимал, да еще плакал, благодарил, у женщины за спиной будто крылья вырастали.

Да, Анна не совсем честна со своими клиентами, ибо (кто бы мог подумать!) не обладала магическими способностями. Она освоила Таро ещё до того, как это увлечение стало популярным, гадала и на игральных картах, но, увы, расклады были неточными. Если что и сбывалось, то лишь по теории вероятности.

Теперь Анна начала хитрить.

Вот у её бабушки, кажется, был дар. Во всяком случае, в родной деревне она слыла колдуньей. Вроде как с мертвыми говорила. Анина матушка, Царствие Небесное, делала точные расклады на картах. А вот «ведьме» достались алименты от дара. Анин сын Ваня и вовсе был материалистом-атеистом. Так и хочется сострить: «Весь в своего папеньку – ничего святого», да язык не поднимется. Даже шутки ради! Бывший муж относился к флегматикам, что для Анны было во сто крат хуже. Он работал в НИИ, где ему не повышали зарплату, но он продолжал там трудиться просто потому, что не хотел искать что-то новое, жил по инерции. И со взбалмошной женой, видимо, не расставался, по этой же причине, а не потому, что быт налажен, кормила супруга вкусно, а в свободное время он врастал в диван с книгой или с телефоном.

Некоторое время назад Аня ездила в родную деревню, чтобы продать полурассохшийся бабушкин дом (точнее говоря, покупателю нужна была земля), нашла там отксерокопированную тетрадь, точнее говоря, она сама упала женщине на голову. «Книга мёртвых» называлась. Жуть!

Хотелось увидеть в том мистическую подоплёку – дескать, бабушка сама решила, что внучка должна найти её сборник заклинаний и ритуалов. Интересно, Анина мама знала о существовании тетради? Вряд ли. Иначе что бы «Книга мёртвых» делала в деревенском доме?

А, пустое, всё равно ведь теперь не прояснишь.

Анна забрала тетрадь, пролистала. Большинство ритуалов были сложными в исполнении – для них нужны особые ингредиенты, например в одном описании встречался сушёный хвостик крысы. Брр! Половины страниц не хватало, слова размылись. Плакала бабушка над этой тетрадью, что ли, когда записывала заклинания?

Одного пролистывания этой ксерокопии «Книги мёртвых» было достаточно, чтобы у Анны в ушах зашумело. Ночью виделись кошмары. Женщина проснулась, ощущая покалывание иголочек по всему телу.

Конечно, дело в излишней Аниной эмоциональности, она и сама это осознавала. Никакой мистической подоплёки. И тем не менее. Этак впечатлительная дама и по фазе сдвинется!

Надо бы «Книгу мёртвых» выкинуть, а лучше сжечь от греха подальше, чтобы несведущие люди не нашли и не воспользовались, а вот рука не поднималась. Аня просто отложила тетрадь, предпочитая, как и раньше, помогать психологическими методами. И все равно, что у неё не было соответствующего образования. Если вы мудры по-житейски, как Аня Булкина, то учиться не обязательно!

Во всем виноваты родители – это раз. Второй постулат: мир – это детородный орган. Привет, Фрейд. Говорят, Фромм дальше своего учителя пошёл. Или у него другая фамилия, созвучная? Фрем? А, шут с ним. Третье – «найди своего Внутреннего Ребёнка. Вспомни себя маленькой, поговори с собой…»

Так называемая колдунья или вызнавала максимум сведений о потенциальном клиенте до встречи, чтобы продемонстрировать дар, или же выясняла недостающие детали в процессе неформального общения. Анна умела расположить. Потом она давала женщинам советы и придуманные заклинания (тарабарщина). Срабатывало на ура. Прием с пресловутым Внутренним Ребёнком для тех, у кого не получалось вернуть мужа, найти работу – отличное решение. Потому что сначала надо разобраться в себе! Между прочим, это коучи и психологи говорят. Так что общение с Анной несёт практическую пользу.

Хотя строптивиц «ведунья» определяла сразу и просто не брала в «терапию», у нее бывали и сложные задачи, как выражаются современные гуру, кейсы. Этих людей колдунья называла «занозками». Цепляли они её!

Клиентка Алиса. Правда, в отличие от Женьки, она была взрослой и очень привлекательной, зарабатывала прилично, жильем обеспечена, а вот не везло ей в личном. Пару лет к Анне ходила. Та в итоге увлеклась историей женщины, следила за ней в социальных сетях, сохраняла снимки – у Алисы были красивые фотосессии.

И что с этой красоткой было не так?!

Ведунья уже и сняла с Алисы венец безбрачия (ха-ха), и попробовала «свести» с Внутренней Девочкой. Тщетно. Потом Аня свела клиентку со своим знакомым Серёгой. Эх, у неё и у самой на этого мужчину были виды – она знала его со школы, когда-то нравился. Увы, Сергей так и оставался в числе хороших знакомых.

Он как раз посетовал, что уже три года один… И такой подарок от самой судьбы (вернее, конечно, от многомудрой Ани): симпатичная женщина с квартирой, бизнесом, да ещё без особенных требований, ибо неуверенная в себе, несмотря на все свои достоинства.

Колдунья «нагадала» Алисе жениха: в ближайшее время появится тот, кому суждено стать твоей судьбой. «Мужчина подаст тебе солнце. Не спрашивайте, Алиса, образ мне такой пришел. Вот уж не знаю, как его истолковать». Аня договорилась с Сергеем, что тот в момент знакомства будет с искусственным подсолнухом. Вот и устроила личную жизнь двух индивидов сразу! Судя по странице Алисы в социальной сети, она была счастлива с Сергеем.

Анна таким образом пристраивала котят-щенят из приютов: «Чтобы попросить у Вселенной счастья и любви, нужно самой кого-то осчастливить!» – втолковывала она клиенткам.

Кто светлая голова, филантроп?

– Хотите искренности, а кого вы сами любите? Возьмите из приюта щенка, а лучше – взрослую собаку со сложной историей или кошечку. Приручите. Лечите. Ощутите на себе любовь и благодарность! Мир ответит добром на добро и подарит и вам счастье!

Действовало. Сотрудники приюта для бездомных животных были Анне благодарны.

Сейчас у ведуньи имелся неразрешимый кейс, не дающий ей покоя, человек-занозка – новая приятельница с необычным именем Виолетта. И сама особа колоритная!

Ане хотелось решить душевную проблему Виолетты, порой засыпала с мыслями о подруге и её истории. А та, паразитка такая, тоже не желала внимать мудрейшей, не ценила заботу!

Хоть к магии обращайся, честное слово…

Нет, Анна и без этого справится!

Она поможет Виолетте стать счастливой!


ВИОЛЕТТА

Рано утром Виолетта Соколова, женщина с переломом души в нескольких местах, выполняла ритуал «Птица Феникс». Она должна была умереть и воскреснуть другим человеком. Метафорически.

Женщина выходила к Волге (дом находился рядом с парком, там был спуск к реке), садилась и смотрела на занимающийся рассвет, ощущая, как болезненно колотится сердце, выпивала. Ради этого Виолетта носила с собой в сумочке изысканный фужер на длинной ножке и алкогольный напиток. Тащить бутылку-то тяжело, потому женщина предусмотрительно наливала горячительный напиток в маленькую пластиковую бутылку из-под минералки. От частоты использования бутылочка даже искривилась, словно от стыда. Еще бы! Из символа здорового образа жизни – в контейнер для алкоголя!

Виолетта представляла, как почувствует приближение конца и успеет сделать глоток перед последним ударом сердца, а потом застынет навеки.

Тогда ее многолетняя боль запечатается навсегда и перестанет терзать. Потом Виолетту, как и всегда, охватила экзистенциальная тревога: а вдруг ТАМ ничего нет? Она давно склонялась к этой мысли.

После попытки представить небытие (что было легко, как писал Марк Твен: «Прежде чем я родился, меня не было миллиарды и миллиарды лет, и я нисколько от этого не страдал», а может, и не он, ибо эта фраза цитируется в книге Ричарда Докинза «Бог как иллюзия» (2006), где он приписывает ее писателю, но никаких доказательств этому нет, но было так страшно, что шевелились волоски на руках, а сердце съеживалось) женщина вроде как осознавала, что жизнь быстротечна, «воскресала другим человеком, готовым к борьбе и свершениям». Да, существовать с горечью тяжело, но это лучше, чем вовсе не быть.

Стоп. Виолетте только тридцать пять! Она еще может успеть так много! Надо только выйти, наконец, из плена затворничества, освоить новую профессию, начать зарабатывать, мир посмотреть…

Виолетта пошлепала домой. Тяжёлый подъём по многоступенчатой лестнице тоже был путём к счастью. Дома женщина свернулась калачиком в тёплой постели и заснула.

Этот ритуал Виолетта проводила последние пару лет с разной периодичностью, каждый раз искренне надеясь, что вот сегодня тумблер в голове переключится, ей захочется, что называется, выйти в мир, но нет.

Наверное, со стороны её попытки пережить душевную травму казались позёрством. Это так. Она вообще была истероидом. Некий элемент игры помогал: женщина вроде как фильм про себя смотрела. Закончился один эпизод – скоро будет другой.

Как обычно, ритуал не сработал. Виолетта проснулась, ощущая себя опустошенной и пожухлой немолодой женщиной, разваливающейся на куски, а не Фениксом, восставшим из пепла.

Дальше всё шло по накатанной. После подъёма днём (минимум в двенадцать), работы (если таковая имелась – она была копирайтером, делала нейрообложки для книг, занятость небольшая) и домашних дел Виолетта обычно отправлялась на прогулку (часиков этак в восемь), а вечерами и по ночам смотрела фильмы, слушала музыку, читала.

Занималась Виолетта и самообразованием – смотрела разные лекции – от «Былички народов мира» до «Квазары: гиганты Вселенной». То, что интересно. Например, стала учить французский язык. Без цели. Потому что он всегда ей нравился по звучанию.

До тридцати лет женщине редко хватало времени на книги – гонка за успехом в столице, выгорание. Теперь можно наслаждаться, просвещаться, духовно обогащаться! Столько создано произведений, талантливых и средних! Это слепки души творцов. Виолетта считала, что не состоялась в жизни, зато может прикоснуться к тем, кто след оставил.

Если бы периодически не пульсировала мысль, что жизнь-то проходит, надо всё-таки чего-то добиться, если бы не поднималась в полный рост мечта путешествовать, не вмещаясь в тело!.. А на это нужны деньги… Тех, что Виолетта имела сейчас на своей нерегулярной работе, еле-еле хватало на жизнь, а уж учитывая, что она любила поесть и выпить…

«Да, пора что-то менять, я обязательно начну новую жизнь, но не сегодня. Нет-нет».

За несколько лет затворничества у Виолетты не осталось друзей. Их и раньше было не так много… Ныне она и вовсе общалась только с соседкой по подъезду Анной. Последняя казалась ей не слишком… эм… эрудированной, зато была человеком добрым и компанейским. С Аней депрессивной Виолетте становилось веселее: поговорить о потустороннем, поиграть со щенком Сэмиком (была мысль его взять, но не успела – малыша уже забрали, пока она думала), выпить немного винца и непременно экспрессивно исполнить композицию группы «Наутилус»: «Одинокая птица, ты летаешь высоко-о…» И каждая женщина считала, что песня – о ней. А эти «охотничьи» байки Анны, которая считала себя роковухой!..

Виолетта относилась к её историям с изрядной долей скептицизма, но умением соседки интерпретировать события так, как выгодно, даже восхищалась. Сама она так не умела! Виолетта стала неуверенной в себе женщиной. Например, Ане вдруг набрал любовник, с которым та провела ночь год назад, а потом тот просто исчез и заблокировал её. Она считала, что причина в том, что бедняга слишком сильно увлёкся. Вот и решил пропасть, дабы не увязнуть. Однако всё это время мужчина изнемогал от страсти. Вот не удержался и набрал.

В магазине к Анне подошел охранник и попросил показать сумку – это, конечно, значит, что она ему понравилась, он таким своеобразным способом познакомиться хотел. Женщина потом бегала за тем бедолагой: «Виолетта, давай я зайду первая, а ты посмотри, как он на меня отреагирует! Я ведь точно ему нравлюсь! Почему же он не подходит знакомиться?». В итоге у охранника не осталось выбора – пришлось вступить в отношения с Аней. Правда, ненадолго. Он оказался вампиром – растворился с первыми рассветными лучами. Потому что слишком сильно её любил, не иначе. Не хотел кусать, чтобы ненароком не обратить в вампиршу.

«Со мной студенты знакомятся» – бывший одноклассник сына подошёл к Анне, приветливо поздоровался. Женщина как раз шла из парикмахерской, где сделала креативную стрижку и покрасила волосы в розовый цвет. Аня решила, что теперь выглядит юницей, а парнишка воспылал к ней чувствами: «Так на меня смотрел! Затаённая страсть! Он понимает, что это порочно, – мать друга всё-таки, но жажда кипела в нём…»

Сама придумала, сама поверила.

Аня называла себя ведуньей и психологом. Виолетта в магию и в мистику не особенно верила (хоть и не отрицала), но ей так хотелось отвлечься от сложностей реального мира! Было очевидно, что приятельница – шарлатанка, нахватавшаяся по верхам, инфоцыганка, но женщина видела, что Аня занимается этим не из жажды наживы, а искренне хотела облагодетельствовать весь мир, оттого и не осуждала её.

Аня же была потрясена, узнав историю новой приятельницы: когда-то Виолетта относилась к числу честолюбивых девушек, пыталась покорить столицу, а какой эффектной она была килограммов двадцать назад! Увидела фото и видео Виолетты десятилетней давности – челюсть отвисла. Стройная фигура, блестящие темно-каштановые волосы, тёмные, почти черные, «лисьи» глаза, правильные черты лица. Виолетта даже когда-то побывала на страничках модного журнала (не самого популярного, но тем не менее). К нынешним годам она «обабилась», поплыла. Рановато! Черты затерялись на располневшем лице, оно казалось мелковатым, да и выражение оставляло желать лучшего – или поджатые губы, или опушенные вниз уголки. Пропорции тела тоже были нарушены из-за заметного животика. Хотя Виолетта по-прежнему очень привлекательная женщина, что уж там.

Анна-то была уверена, что с такой эффектной внешностью приятельница должна была выйти за богатея, жить где-нибудь в Швейцарии, в крайнем случае – стать представительницей upper-middle класса с большой квартирой или домом в столице, одеваться в стиле old money, отдать детей в дорогую школу, отдыхать в Испании и на Мальдивах… Сама она распорядилась бы такой внешностью куда лучше.

Виолетта же сочеталась законным браком с парнем со средним достатком. По огромной любви. Увы, детьми обзавестись молодые не успели. Сначала жили для себя, путешествовали. Потом у Славы, супруга, выявили онкологию. Виолетта преданно ухаживала за ним. Смерть любимого привела к коллапсу. Женщина вернулась в родной город (квартиру в столице они с мужем так и не нажили) и заперлась. Вот уже четыре года Виолетта была бирючихой. Сидела в скромной квартирке с «бабушкиным» ремонтом, наедая лишние килограммы. Она даже не собиралась устраивать свою женскую судьбу! «Скорее всего, останусь одна. Меня это не волнует».

Аня и не думала проникнуться историей о верности покойному мужу.

Это уму непостижимо, неправильно, даже преступно!

Она пыталась наставить новую подругу на путь истинный.

– А как же дети, Виолетта?! Ты что, их не хочешь?

– Не знаю. Может быть, позднее. Я сейчас ничего не хочу… У меня депрессивное состояние.

– Так у тебя осталось не так много времени, я буду жёсткой. Да, говорят, мол, в Европах чуть ли не в сорок рожают первенца, ага. Только мы не там. И это не значит, что заводить детей поздно правильно и безопасно. Я всегда хотела ещё и доченьку. Пытаться стала только после тридцати пяти. Разные были обстоятельства… денег мало, то да сё… А вот не получилось! Ни с мужем, ни с другими мужчинами… Абортов я никогда не делала! Всякие болезни дурные не подхватывала, фолликулы у меня… ну… эти… есть. Просто Бог не дал! Короче говоря, Виолетта, не так-то просто забеременеть после тридцати пяти!

– Ну… сочувствую. Я-то детей особенно не жаждала. Только со Славой задумалась впервые…

– Я знаю женщину, которая искренне не хотела детей. Теперь, в пятьдесят один, жалеет, но поздно уже… Да я не знаю, как жила бы, если бы у меня сына не было! Ванька уехал – как кусок души вырвали!

– Чего ты от меня хочешь, Ань? Что ты в меня впиваешься? – раздражалась Виолетта. – Я должна после этого разговора найти донора и оплодотвориться?

– Зачем так грубо-то? Я просто переживаю за тебя!

– Делай это молча, пожалуйста, – морщилась Виолетта. – Если тебе так не нравится моя позиция, давай прекратим общаться. Я не потерплю агрессивного вмешательства в свою жизнь, пусть и отношусь к тебе хорошо. Мне не нужны советы, пока я не спрошу. Ладушки?

Аня вспыхивала, потом вроде как принимала условия. Ненадолго…

– Только не обижайся, Виолетта, но надо собой заняться! Я была в шоке, когда узнала, что тебе тридцать пять! Думала, за сорок! Сейчас в тридцать пять ещё девчонки, а ты прям это… конкретно сдала.

«Вот змея», – беззлобно подумала Виолетта. Ничего нового. Женщины часто искали в ней недостатки, даже рискуя услышать упрёки в чёрной зависти: «Я разглядела прыщик подкожный и стрёмную папиллому на её пальце. Фу! Нельзя, что ли, лазером вывести?» Сейчас, когда некогда эффектная женщина действительно сдала, сам Бог велел. И всё-таки неприятно.

– Длинные чёрные волосы для женщины с ранним типом старения, как у тебя, – это мрак. Сразу плюс пятнадцать лет! Да, грива шикарная, но… Она портит!.. Тебе бы ёжик пошёл. Отвлёк бы от полноты лица! Вот я стрижечку сделала, так мне теперь двадцать пять максимум дают, – приосанилась Анна.

Виолетта демонстративно хмыкнула: пущай знает, как смехотворно её заявление. Двадцать пять, ага. Если только на два умножить. Ладно, это со зла. Лет на тридцать восемь – сорок приятельница выглядела.

– Ань, когда мне понадобится совет стилиста, я к нему и обращусь. Спасибо!

– Почему ты вечно меня затыкаешь, Виолетта? – обижалась подруга. – Это не говори, то… Если я считаю, что ты себя губишь, то должна молчать?

– Да. Тактичные люди так и делают.

– Чушь! Друзья на то и даны, чтобы говорить правду!

– Хорошо. А если я тебе скажу, что ты не типаж вечного подростка, несмотря на свою миниатюрность? На двадцать пять никак не выглядишь. У тебя взрослое лицо. Если надеваешь майки с Микки Маусом и рваные джинсы, потому что тебе так нравится, – ладушки, но если ты это делаешь, потому что думаешь, будто смотришься модно-молодёжно, то зря. Сзади пионерка, а спереди – пенсионерка. Тебе больше подошёл бы элегантный стиль, или такой… готический: каре, тёмные цвета одежды, шляпка с вуалью. Переодевайся, а то выглядишь как молодящаяся тётка. Это моё мнение. Приятно тебе?

– Как видишь, Виолетта, я это всё адекватно воспринимаю, – рассмеялась Анна. – Мне недавно алкоголь без паспорта продавать отказались! Я в осадок выпала. Дожили – за школьницу приняли! Ты от обиды пытаешься меня задеть, понимаю. Только я-то хочу помочь, а не оскорбить! Между прочим, моложе я выглядела не всегда. Поправилась после тридцати. Резко так! Всплеск, что ли, гормональный? Прям слоновьи ножищи были. И окружающие мне льстили! Мол, не переживай из-за веса, главное, что ты хороший человек, стала женственней, формы появились, а то была как спица… Потом я встретила бывшего, которого много лет не видела, так он посмотрел на меня, присвистнул и сказал: «Ну ты и корова! В жизни бы не узнал! Ты ужасно выглядишь!» И это меня стимулировало, в отличие от лести! Я похудела. Ещё тот бывший за мной бегать стал! С тех пор в хорошей физической форме. Ну, сейчас всё-таки немного расплылась – чёртов фриланс, вечно с клиентками то пью, то лопаю! И тем не менее. Я хожу в зал, занимаюсь собой, между прочим.

– Жуть этот твой бывший. Благодарить человека за хамство… Впрочем, дело твоё. Ещё раз повторяю: мне критика не нужна. Советы – тоже.

– Но…

– Без всяких «но»! Если я так живу и выгляжу, значит, меня всё устраивает. Будешь продолжать в том же духе,  Ань, мы расстанемся.

– Ты мне угрожаешь, что ли?! Ну, раз ставишь условия, то я сама с тобой общаться не буду, Виолетта! Мне никто не будет указывать, что говорить. Вот так ты ценишь тех, кто за тебя переживает! – Аня обижалась, не общалась с приятельницей две недели, потом все-таки звала её прогуляться или в гости.

Виолетту тянуло к этой женщине магнитом. Она пыталась побороть раздражение: «Аня действительно за меня переживает! Это у меня с эмоциями нелады, потому такие порывы непонятны. Назойливость – обратная сторона доброты! Уж лучше агрессивное вмешательство, чем равнодушие. Вот я несколько лет ни с кем не общаюсь из прошлого окружения! Хоть бы кто обо мне вспомнил! Поинтересовались бы, жива ли я вообще?»

Виолетте казалось, что старшая приятельница – тот душевный человек, которому она сможет открыть все тайны, потом расплакаться у неё на плече, а та утешит и всё-всё поймёт, не осудит.

До определённого момента женщине было это не нужно. Виолетте и в голову бы не пришло, что ей когда-нибудь захочется поговорить по душам, показать свою слабость. Что ж, она всего лишь человек! Как показала жизнь, излишне ранимый. Так что нечего и храбриться. Захотелось порыдать на плече у подруги – зачем отказывать себе в этом удовольствии? Но пока Виолетта не решалась. Надо всё-таки присмотреться к Анне.

Виолетта уже доверяла не тем людям. Не хочется и на этот раз ошибиться в человеке, а потом страдать.

## Глава вторая

АННА

Раздался звонок в дверь. Честно говоря, Аня не хотела принимать гостей. У неё был такой благостный эмоциональный фон! Пришедший наверняка собьёт настрой, ведь придется подключаться к нему. Женщина решила не открывать. И вообще, являться без звонка – дурной тон.

Тут же затренькал телефон. Аня взглянула, кто звонит, и вздрогнула. Это был её «мистер Биг» – Илья Шкурин. Женщина была поклонницей сериала «Секс в большом городе», хотя эгоистичность, как она это называла, героинь ей претила: за тридцаху, а туда же – клубы, мужчины, карьера. Не наши это ценности! А вот всё равно тянуло пересматривать. Этот мир был так не похож на жизнь Ани… Где она и где Манхеттен? А ещё женщина мечтала о таком завершении истории, как у Бига с Кэрри.

– Да? – хрипло ответила она на звонок.

– Аннет, ты не дома или скрываешься от внеочередных клиентов? – услышала она густой голос Илюши.

– А, вот кто трезвонит…

Анна метнулась к двери. Ноги подгибались от волнения. Это он, он!

– Ты сейчас одна? – спросил мужчина.

Женщина кивнула.

Илья протянул ей букет:

– Я так соскучился!

Аней овладела сладкая истома. Удивительно, как он мог вызывать у неё желание уже четверть века! Не красавец, не брутальный мужчина. Просто Илья – её судьба. Первый мужчина. Главная любовь. Самая сильная страсть.

Только обстоятельства всегда были против их чувств. Порой они не виделись годами (как-то десять лет даже не созванивались), а вот не ослабевал магнит. К бывшему супругу Анино влечение пропало очень скоро, а может, причина в том, что сильной страсти там и не было изначально.

Ей нравились многие мужчины на протяжении жизни, что уж греха таить, не шестнадцать лет, но Илюша парил над ними на недосягаемой высоте. Если бы судьба не разлучала их, Аня никогда не была бы с другими. Даже не посмотрела бы! Он был лучшим. Ей был нужен только Илья. Остальное – суррогат. Это какая-то связь на биохимическом уровне.

Последний раз пара пробовала сойтись три года назад. Вроде. А, ну да, после Аниного развода. Всего два или три дня вместе прожили… Вроде как вчера было…

Женщина нашла в себе силы отстранить Илью.

– Стоп. Мы так давно не виделись, а ты так запросто приходишь, даже без звонка? – вот так сразу пасть в его объятья – ни за что! – Думаешь, я тебя все время жду?!

– Не сомневаюсь, что нет, Аннет. Да и я не хотел, чтобы ты становилась Пенелопой. Это нечестно, учитывая, что и я один не был, – печально вздохнул Илюша. – Без звонка явился, потому что просто увидеться хотел. Даже если ты не одна… Хоть посмотреть на тебя. Соскучился до смерти!

Ане стало его жалко. Такой у Илюши взгляд был… как у побитой собаки. Ну да, у неё-то эти три года разведённой жизни прошли в романах, а вот он был вынужден сидеть с опостылевшей супружницей, вспоминая о встречах с любимой женщиной украдкой, жить этим.

– Проходи, раз явился.

Илья последовал за ней.

– Садись, сейчас вазу для цветов найду и поставлю чайник.

– Не стоит. Я пришёл не твой кофе попивать, а угостить тебя, Аннет! – Илюша волновался.

– А, ну давай, – Аня вернулась с вазой, поставила букет на видном месте. Красивый, большой! Илья не поскупился!

– Что тебе дать-то? – не понял мужчина.

– Кофе, который ты принёс. В какой стране покупали? Надеюсь, сам выбирал, не Наташка твоя? – поддела она. В прошлый раз, тогда, три с лишним года назад, он угощал её сладостями, купленными во время путешествия с женой.

– Да я в фигуральном смысле… Короче, Аннет… – Илья глубоко вздохнул и нырнул в объяснения. – Я развёлся, – мужчина достал паспорт, открыл соответствующую страницу и показал ей штамп. – Вот.

Аня взмыла вверх на качелях.

– Наташка меня наконец-то отпустила.

Илья был женат на дочери всесильного авторитета. Как утверждал мужчина, та грозила карами в случае ухода не только ему, но и любовнице. Потому у них и не вышло три года назад. Илюша вернулся к нелюбимой жене, опасаясь за здоровье и жизнь Анны. Ах!

– На этот раз Наташа мне сказала: «Я знаю, что все эти годы ты любил не меня. Во мне играло уязвлённое самолюбие. Хотелось, чтобы ты находился рядом и страдал, страдал, а теперь надоело. Я все-таки достойна любви и надеюсь её встретить». Согласен! Какой бы тираншей бывшая жена ни была, но счастья заслуживает! Я хочу, чтобы у неё всё сложилось. А у тебя сейчас кто-нибудь есть? – робко спросил Илья.

– Нет, – прошептала Аня.

– Если у тебя осталось местечко в сердце для меня, то давай попробуем заново! Наконец-то мы оба свободны. Нет никаких препятствий! Теперь можем просто быть счастливыми до конца, Аннет! Если ты этого всё ещё хочешь.

Как он всегда хорошо говорил! Будто герой из фильма.

Аня впилась в его губы. Она уже и мечтать о нём не смела! Думала, Илюша так и останется в её жизни как музыка через стенку.

Неужели теперь им ничто не сможет помешать?!

Илья слегка отстранил Анну:

– Так не пойдёт. Я не хочу сразу в койку прыгать, чтобы это выглядело, дескать, Наташка меня выпихнула, вот и пришёл теми же ногами к тебе, потому что идти не к кому! Вовсе нет! Заново – это начать с ухаживаний, прогулок, как в юности, помнишь, Аннет?

«…как на склоне наших лет
Нежней мы любим и суеверней…»

– процитировал Илюша с чувством.

– Сам сочинил? – восхитилась женщина.

– Ну… –  растерялся мужчина.

Она обняла его.

– Можно вас пригласить на свидание, Аннет?

– Хм… Пожалуй, соглашусь, – лукаво улыбнулась она.

– Я видел, тут у вас кофейня атмосферная открылась…

Вот и наградила Анну судьба за помощь другим людям!


ВИОЛЕТТА

Виолетта пришла в гости к ненаглядной соседушке Ане после очередной ссоры из-за навязчивой заботушки.

Блестя глазами, та достала бутылку вина и конфеты:

– Не просто так, а по поводу!

– Встретила любовь?

– На этот раз – навсегда. И не надо так снисходительно улыбаться, Виолетта…

– И не думала. Правда! Наоборот, рада!

– Ой, да ладно! Я действительно как та влюбчивая ворона из мультфильма! И не стыжусь. Мне постоянно кто-нибудь нравился. Чтобы жить, нужно топливо – чувства и секс! И как ты без влюблённостей живёшь?

– Не начинай!

– Хотя бы платонические чувства должны быть. Я бы не прожила со своим супругом столько лет, если бы не влюблялась. И это не значит, что я спала со всеми! Да просто какой-нибудь симпатичный мужчина на работе нравился – это уже стимулировало.

– Люди разные. Вот я не слишком влюбчива от природы, – Виолетту снова так и потянуло выложить всю подноготную, в том числе и главные тайны, а потом обнять Аню и разрыдаться. Но нет. Лучше выдавать личную информацию порционно. Посмотреть на реакцию. Может, сегодня Виолетта и о главном поведает. – Я – вещь в себе. По Канту. В молодости ещё пыталась в социальных играх участвовать… Потому что надо, но это всё было мне чуждо.

Да, у Виолетты была внешность стервочки, но при этом в неё не заложили манипуляторских качеств. Она плохо разбиралась в людях, не умела лавировать. Эх, красотке бы хоть немного дальновидности, даже меркантильности – возможно, добилась бы успеха!

– Я почти всегда была одна до встречи со Славой, лишь ему удалось со мной сблизиться по-настоящему. С ним у меня были и духовная связь, и страсть, – печально вздохнула Виолетта, опустив глаза долу.

Как-то она случайно услышала такой разговор о себе:

– …Виолетта говорит, что парня у неё нет. Типа одна всегда.

– Ага, прям. Хотя я её и правда ни с кем не видела… Наверняка с дедком каким-нибудь женатым спит, тот Виолетту содержит, вот она и помалкивает. Или спонсор даже не один.

– Да ты посмотри, как она одета. Бедноватый у неё дед! – голоса злорадно хихикали.

– Продешевила!

– А может, она вообще по девочкам?

Да что такого уж странного в нежелании отношений по принципу «лишь бы были»? Вот не могла Виолетта с кем попало! Врать, что человек нравится, жить без чувств!

Поклонников-то у эффектной девушки когда-то было море разливанное! Выбирай! Лет пятнадцать назад она заставляла себя ходить на свидания. Потому что надо.

«И всюду страсти роковые, И от судеб защиты нет», как писал классик. И только Виолетте, казалось, было не дано потерять голову. Непорядок!

О нет, она не относилась к числу холодных женщин, испытывала влечение к мужчинам (а в ранней молодости потребность в интиме могла застить разум), но что-то внутри в какой-то момент сжималось, шепча: «Не тот». Идти против себя Виолетте не хотелось.

Кстати, как частенько выяснялось, интуиция девушку не подводила. Некоторые кавалеры после отказа демонстрировали истинное нутро: вопили «Да ты мне вообще не нравилась! Я тебя хотел как мясо использовать! Такие только на разок годятся! Насадка, шалава…», то есть, конечно, не так культурно выражались, а грубо и матом, а некоторые обиженные и слухи распускали:

– Да Виолетта – обычная продажная шкура! Пришли мы в кафе, а эта такая и говорит: «Слышь, купи мне айфон – вот тогда я с тобой пересплю». Так и заявила! А я её как послал куда подальше и ушел гордый, ибо бабам не плачу!

Ага, так оно и было, а ещё Виолетта как упала на пол, как начала верещать: «С кем переспать за айфон?», да-да, всегда так делала.

Аня же смотрела на Виолетту разочарованным взором: незрелая личность! Все так банально: «Ах, я не такая, как все, никто мне был не нужен, ох, этот мир глупых игр, но я-то подстраиваться не хотела, особенная же». Канта вспомнила, ёклмн! И это – баба на четвёртом десятке! Как подросток! А ещё как-то пробовала подколоть Анну за то, что та якобы молодится!

Да наверняка Виолетта трудностей настоящих не знала до смерти мужа, вот и осталась подростком по развитию. Жила легко и вольготно. За холодную воду не бралась. Да ещё была красоткой.

Не то что Анна. Выросла в деревне, к колонке с вёдрами бегала, за младшими братьями присматривала. Пока Виолетта по Москвам и Таиландам шаталась, Аня с мужем поднимали сына, еле сводя концы с концами.

Ей приходилось заботиться и о Ване, и о супруге, и батрачить на работе, а потом ухаживать за свекровью. Славная была женщина! Инсульт разбил во цвете лет.

Анин муж сразу заявил, что ему будет неловко мыть маму и убирать за ней. Почти пять лет этим занималась невестка. Аня ее искренне любила и жалела свекровь.

В общем, у нее и Не было времени размышлять на тему «Ах, кто я в этом мире?». При этом она приносила людям пользу, если мыслить глобально. Анна помогала. Хватало сил не только семейные проблемы решать, но и подругам советы давать  и  личную жизнь устаивать.

А эти цацы избалованные, вроде Виолетты или клиентки Алисы, никому не помогли, но наверняка в глубине души считают Анну обывательницей, примитивны человеком без возвышенных стремлений. Женщина это чувствовала, потому и раздражалась.

На самом деле дуры они. Влачат бесполезную жизнь, но считают себя особенными из-за каких-то бессмысленных «возвышенных» страданий. Ещё имена такие. Скажите-ка, Виолетта! Наверняка имя сама выбрала, когда меняла паспорт в двадцать лет. Такие не могут оставаться Олями или Настями. А может, мать Виолетты такая же эксцентричная. Семейство неординарных, ё-моё! Это не Анина мама, пахавшая на работе и в огороде, растившая троих детей.

За тридцатник, пора детей рожать – вот и смысл жизни. А что ещё? Когда в роддоме тебе подносят ТВОЕГО ребёнка, ты понимаешь всю сермяжную правду. Нет, что вы. Цацы ведь не такие, родить детей, жить не хуже других – это слишком просто. И Женька туда же. О, вспомнилась к ночи Бабка-ёжка с теми её постами. Ведь Женя знала почём фунт лиха, жизнь сироты лёгкой явно не была, а туда же: «Ах, я не такая, должна создать что-то выдающееся. Эх, неужели всё-таки стану обычным человеком? Ох, не могу жить как другие!» Да вы и есть обычные люди!

Несправедливо только, что эти «особенные» Виолетты-Алисы наверняка могли бы родить дочь, в отличие от Ани, а не пользуются этой возможностью.

– Судьба неожиданно сделала одиночке подарок, хоть и ненадолго, – любовь. Славу, – сказала Виолетта. – Я узнала, что это. Он – единственный, от кого я могла бы родить детей. На меньшее теперь не соглашусь. Мне не нужны просто «штаны». А таких, как Слава, я больше не найду, потому быть мне одной, – слезы закипели, женщина отвернулась.

– Да уж. Вот у меня таких проблем никогда не было! Мне с мужиками везло! – беспечно махнула рукой Анна. Виолетта удивленно посмотрела на нее. Меньше всего она ожидала такой реплики после своих откровений. – Один роман ярче другого. Еще я мужиков и бросаю! А знаешь, в чём мой секрет успеха? Я – лёгкая! Как мы видим, это привлекает больше, чем красота!

– Эх, а я чуть не постриглась, чтобы симпатичнее стать, – хмыкнула Виолетта, нацепив свою привычную маску. – Представляешь, обкорнала бы волосы, а это бы не помогло… Потому что я – это не ты. Таких больше нет!

Анна не уловила сарказма:

– Это точно! Мне все мои мужики говорят, что я ни на кого не похожа. Любимый меня завоёвывал двадцать пять лет! Ни с одной женщиной долго прожить не мог! Это роковая любовь! – женщина накатила винца и начала рассказывать очередную восхитительную историю.

«Какая же Анька поверхностная! – думала разочарованная Виолетта. – Я думала, она добрая, открытая… Нет. Просто недалёкая «якалка»! Ни грамма в ней сопереживания, притворство одно. Хорошо, что я ей всей правды о себе не открыла. Эта дура всё равно ничего бы не поняла».

Увы, Виолетта частенько встречала подобных людей по роду деятельности – в ту сферу влекло поверхностных личностей, использующих любой разговор как трамплин, чтобы завести монолог о себе любимых, и они раздражали её, даже пугали. Ноль сопереживания!

Доходило до таких диалогов:

– Я болею, – сипела Виолетта. – Еле по квартире хожу, почти не встаю. Сил нет.

– А вот я давно не болела! – весело сообщала ей какая-нибудь «подруга». Ага, спасибо, что доложила. Полегчало сразу так!

Коронный ответ на любой вопрос:

– А почему со мной-мной-мной такого не происходило? Отчего я-я-я никогда не попадала в подобные ситуации? Почему я-я-я не встречала таких мужчин? А я-я-я с первого собеседования на работу устраивалась! – и рассказ о себе любимой(-мом). Эй, дружище, а ты не сознаёшь, что это бестактно? Взять и сказать собеседнику: «Я лучше тебя, потому такого у меня не было! А ты – ничтожество по сравнению со мной-мной-мной». Ну, Виолетта подобные «яканья» воспринимала так.

Ей хотелось крикнуть: «Дружище-е, а ты не думаешь, что человеку может быть неприятно услышать «а я лучше тебя» вместо поддержки?»

Удивительно, что Виолетта снова напоролась на женщину такого же типажа, находясь далеко от привычной… э-э-э… среды обитания, но не сразу это поняла, ещё и довериться хотела. Хотя звоночки были. Что там, набат бил. Вот не умела Виолетта в людях разбираться. Так что сидеть одной – правильное решение. Дура!

Виолетте хотелось уйти и больше с Аней не общаться, но встать, сказать, мол, мне плевать на тебя, тебя, тебя, а потом оставить соседку с открытым ртом женщина не могла. В силу воспитания.

Поначалу она слушала очередную колоритную историю не без злорадства: «Какая дура!», а потом ею стали завладевать другие чувства. История, конечно, ужасная, но классическая.

Первый раз роковой возлюбленный Илья с интересной фамилией Шкурин бросил Анну, потому что от него забеременела другая девушка. Конечно, он был не виноват. Его опоили, окрутили, взяли силой. «Он уходил к ней со слезами на глазах, обещая, что будет любить только меня!»

Илья продолжал периодически всплывать (синоним и подбирать не хочешь, Шкурин этот именно всплывал, как кое-что непотопляемое) в жизни Ани на разных этапах. От первой жены бегал к ней. Анне надоело. Вышла замуж назло Илье за хорошего, хоть и скучного парня Юру («Он меня обожал! Я была ярким пятном в его жизни, я…»). Семейная жизнь захватила.

Анна была верной женой десять лет (разве что возникали платонические чувства), пока не объявился злой гений. Вот это была мерзкая часть биографии женщины, но та рассказывала о ней с придыханием. Их роман с этим Шкуриным возобновился. Илья стал Аниным проводником в мир неверности и лжи. Хм… Если это можно назвать романом. Он звонил бывшей во время ссор с супругой, сначала они блудили в гостиницах, потом дошли до каких-то обшарпанных хат с матрасом посреди комнаты.

– А не он ли тот бывший, что при встрече через много лет назвал тебя коровой? – уточнила Виолетта.

– Да! Илюша очень мне помог! Если бы не он, я не занялась бы собой.

Потом Аня оставила любимого. Ну, это она так считала. Де-факто: женщина призналась мужу в неверности. Так и так, люблю другого. Жгло её чувство вины, не могла она лгать. Хотя… судя по выражению лица, с которым Анна это рассказывала, ей было приятно, что она смогла сделать больно другому человеку. Ну да, роковуха же. Аня предложила мужу разойтись. Илья собирался делать то же самое. Во время очередной встречи он сообщил любовнице, что всё рассказал жене:

– Когда я собирался уходить, дочка побежала ко мне, обняла за ноги и сказала: «Папочка, не бросай нас!»

Конечно, у Ани сжалось сердце. С этими страстями они забыли о детях! Женщина сказала, что, наверное, им не стоит уходить из семей.

Илья грустно ответил: «Ты так решила. И это правильно! Хорошо, что разрубила гордиев узел».

Виолетта не сомневалась, что Шкурин вкинул реплику о плачущей доченьке специально, чтобы Анна сама предложила им вернуться к своим. Скорее всего, он с женой вообще не разговаривал. А вот Анину семейную жизнь разрушил. Юра её вроде как простил («Хотя в глазах стояли слёзы, ах»), но их отношения испортились. Нет, он не попрекал, но та аура уюта, что была десять лет до этого, разрушилась навсегда.

Аня перетекла в сына, просто душила Ивана своей заботой.

Последние же пять лет брака интим из их брака полностью исчез. Аня высказала мужу претензии, мол, ты тоже хочешь второго ребёнка! Старайся!

– Ты и без меня справишься, – ответил ей Юра. Об этом Анна тоже рассказывала Виолетте с гордостью! Женщине было приятно, что муж подозревает её в дальнейших изменах и не может простить? Или радует мысль, что человек жил рядом с ней и страдал, но не решался излить свою обиду, поэтому выражал протест отсутствием интима? Это так приятно?!

Вот Илюше переживания за ментальное здоровье дочери не помешали все-таки развестись с супругой и жениться на девчонке на десять лет моложе.

– Его вторая супруга – мегера! – рассказывала Аня. – Избалованная дочь богатея. Захотела заполучить его в мужья – пришлось подчиниться!

Ну, так изложил сам мужчина. Он ведь не мог лгать, правда?

Позже Илья подвиг Анну на развод: когда Ваня сбежал в Москву, Шкурин объявился с признанием в пылких чувствах, мол, люблю не могу, я ждал, когда наши дети вырастут. Давай будем вместе, ля-ля-ля, я сказал своей мегере, что всё кончено, пусть делает со мной что угодно, даже если велит браткам закатать меня в бетон, я лучше проживу последние дни с тобой…

Муж Ани принял это с облегчением, сам не решался.

Когда документы о разводе были у Ани на руках, Илья заявил, что жена угрожает найти её и убить, потому вместе они быть не могут.

– Если я не вернусь, подручные Наташкиного папаши сломают тебе позвоночник! Вон как отмутузили. Расстаемся ради твоего же блага, Аннет!

Да этому Илюшке-врушке впору сценарии к мелодрамам ваять! Нарасхват был бы. Мог бы дамские романы писать. Наверняка стал бы миллионером!..

А вот Анна верила! Впрочем, и она – мастер сентиментального романа. Им бы вместе книги писать о роковулях в реальной жизни.

Недавно манипулятор объявился снова. Опять любит-де Аннет, не может. На этот раз он был свободен, однако Виолетта не сомневалась: подвох есть. Не будет этот подлец с Анной! Почадит, а потом его снова насильно женят/похитят…

Он просто пришел поднять свою самооценку к влюблённой недалёкой женщине, которая десятилетиями верит его сказкам. Для того и держал её в гараже запасных.

Вот бы у него причиндал отсох! У всех таких!..

Эх, Анька-Анька, психолог самопровозглашённый! Ведунья… сказать бы в рифму.

– Знаешь, Виолетта, – произнесла женщина, завершая свой красочный хвастливый рассказ, – в тяжелые моменты, когда я уставала от всего – от рутины со свекровью, царствие Небесное, болезней сына, он постоянно хворал, от безучастности мужа, то мечтала: «Когда-нибудь я умру, хотя бы на том свете встречу Илюшу, там быть будем любить друг друга без препон»! Но мы сошлись при жизни! Значит, всё возможно!

Тут Виолетта разрыдалась. Разочарование в Анне сменилось нефильтрованным сопереживанием. А может, в ней заговорил употреблённый алкоголь. Виолетте стало до боли жаль глупую гадалку: «Какие порой женщины наивные – так хотят любви, что готовы сами её сочинить! Эх, дуры, дуры, дуры!».

Анна по-своему поняла причину слёз Виолетты. Неловко погладила приятельницу по голове:

– Прости дуру грешную! Это было так бестактно с моей стороны, так тупо – про тот свет говорить! – и женщина тоже расплакалась. – Я хотела тебя воодушевить, а не расстроить, Виолетта! Клянусь, чем хочешь клянусь! Тварью буду! Да, вам со Славой уже не увидеться, но ты ещё будешь счастливой! Вот что я хотела сказать. Ты найдёшь свою любовь! Будешь счастлива так же, как я сейчас. Только замыкаться в себе не надо. Попроще относись к жизни, вот я чего сказать хочу, Виолетта. И стрижечку надо модную… стрижечку… – пьяненькая Аня икнула. Женщина вдруг просияла: – А хочешь, я помогу тебе с ним связаться?

– С кем? – подняла глаза Виолетта.

– Со Славой. С кем ещё-то? Айн момент! – Аня скрылась в другой комнате. Вернулась с тетрадкой. – Зырь, это «Книга мёртвых»!

– Чего?!

Анна поведала о той поездке в бабушкин дом.

– Думаю, не стоит тебе с этим связываться, коль ты такая впечатлительная, – сказала Виолетта.

– Ради тебя готова попробовать!

– Да с чего вдруг? Не настолько мы близки.

– Человек такой, неужели ты не поняла? Переживаю за тебя! Жизнь ты зря тратишь, Виолетта! А я сердце вырвать из груди готова, чтобы людям помочь!

– Прям Данко, – хмыкнула Виолетта.

– Да я у него только «Твой малыш растёт не по годам…» песню знаю, а про сердце не слыхала…

– Проехали, – сказала Виолетта. – Не стоит тебе рисковать своим… э-э-э… ментальным здоровьем.

– Нет, я хочу вызвать твоего Славу! – топнула ножкой Аня.

– Где мы найдем сушеные хвостики мыши?

– Откуда ты знаешь?.. – Анна не договорила, но приятельница поняла суть вопроса:

– Догадываюсь, что для исполнения ритуала нужны ингредиенты, которые найдет только сумасшедший. Напиши в инструкции – или как там это называется – ну, для ритуала, мол, для вызова духа умершего нужны мышиные хвостики, топинамбур, пойти на кладбище, но строго в полночь, в грозу и обязательно 23 числа – и адекватный человек тут же откажется. Зачем ему такие сложности? Вот сумасшедший найдет и пойдет, а такие люди обычно впечатлительны. Они потом любой стук будут считать знаком свыше.

– Это ты сейчас на мою бабушку гонишь? – пьяная Аня потешно замахала руками.

– Ну и слова такие, фи!

– А что это – топинамбур? – спросила Аня и саму себя перебила: – А для ритуала хвостики без надобности. Нужно мелом обрисовать дверь и прочесть заклинание над землёй. Это чтобы призрак мог войти к нам.

– Что-то слишком просто, – засомневалась Виолетта.

– Не совсем. Потом все-таки нужно поехать на кладбище и высыпать землю на могилу.

– Слава похоронен не здесь!

– Сгодится любое кладбище.

– А землю где возьмём?

– Ты будто ищешь повод не вызвать дух Славы! – подначила Аня. – Чего боишься? Соприкосновения с миром мёртвых? Или у тебя всё-таки были любовники после мужа, и ты считаешь, твой Слава это осудит?

– Да ну тебя!

– Но я права? Ведь были у тебя мужики? Не верю, что можно четыре года без интима жить и не сбрендить! Вот я такая темпераментная!..

– Ты же говорила, что вы с мужем как раз последние пять лет совместной жизни ни-ни.

– Ну… Так то с ним.

– Ты говорила, что была верна ему после истории с твоим Ильёй.

– А ты прям прокурор, Виолетта! Найдёшь нестыковки. Просто я считаю, что последние годы у нас с Юрой семейной жизни не было! Конечно, у меня стали появляться любовники. На момент встречи с первым, кстати, муж ко мне два года не прикасался, даже не целовал! А у меня либидо повышенное, загибаюсь без этого дела! И это уже не было изменой.

– Возвращаемся к теме вызова мёртвых! А то опять в сторону интима унесло…

– Вечная тема! Как и смерть.

– Если верна концепция, что мы существуем в колесе Сансары, эти реинкарнации, верования буддистов о переселении душ, то Слава уже переродился. Некого вызывать. Если верить атеистам, после смерти нет ничего. Тогда глупо пытаться вызвать дух покойного. Поскольку там пустота. Сон, но без сна.

Аня вздрогнула. Снова вспомнила текст коллеги Женьки. Вечная пустота, исчезновение навсегда… Страшно.

– В православии смерть – это…

– Да-да, понимаю, о чём ты, Виолетта. Я знаю другую теорию, склоняюсь к ней. Ритуалы такого рода – это обращение не к душе, которая находится на небесах или в другом теле, выполняя уже иное предназначение, а к некому… фантому, – для пьяноватой женщины Анна неплохо формулировала мысли, хотя слишком растягивала гла-а-асные.

– Это как?

– Человек умирает, но остаётся его… как бы… как бы… э-э-э… оболочка… «одежда»: мысли, жизненный опыт. И да, к фантому вроде как можно обратиться. Спросить, изменял ли он жене. Это узнать можно. Спросить, например, где бабуля закопала свои украшения… Как-то так. Занятно… Я ещё читала одну любопытную теорию, похожую: душа существует в нескольких состояниях. Мы же ощущаем наше тело одновременно: и руки, и ноги, и голова, и сердце. Вот так мы можем чувствовать и душу, а она находится и в нашем нынешнем теле, и в прошлом воплощении, точнее, как память о нём… Короче, сложно, но, думаю, понятно.

– Вполне, – кивнула Виолетта.

– Даже если Слава уже переродился, с ним можно поговорить. С душой ли, с фантомом памяти… А вообще, если дух по какой-то причине все ещё в лимбе, неуспокоенный, то он вполне может обитать в нашем мире. Обиды их держат, да и вообще – негативные эмоции, ну и тяжкие преступления.

– Ох, не хотелось бы мне, чтобы Слава ответил… А ты не боишься за себя, Ань? Те, кто увлекается магией, потом попадают в эти… как их… «низкие» миры после смерти. Потому что эгрегоры держат на земле.

– О-о, ты про эгрегоров знаешь?

– Читала. Когда искала смысл жизни…

– Не сомневаюсь. Ты только этим всю жизнь и занимаешься! А я не боюсь ничего, потому что мои добрые дела искупят все грехи. Так-с, значит, землицу из горшка возьму. Как раз у меня один цветок погиб… что уж ему не понравилось? Ты готова? Нужно твоё согласие.

Виолетта махнула рукой, что она, в самом-то деле? «Нам не хватает духа авантюризма…»

И вот Аня обвела дверь мелом, выключила свет, взяла в руки землицу, дала немного и Виолетте.

– Приди сюда,
Дух неспокойный…
Зовём тебя по доброй воле…

– зашептала ведунья с таким серьёзным видом (при этом покачиваясь от выпитого), что стало смешно.

– А почему это Слава – неспокойный дух? – подала голос Виолетта, едва сдерживаясь, чтобы не прыснуть. Да уж, не вечер, а эмоциональные качели: от разочарования и слёз до желания загоготать. – Он не насильственной смертью почил.

– Блин, вот обязательно тебе надо свои пять копеек вставить? В заклинании так написано. И вообще. Ты не испытываешь к ритуалу никакого уважения, Виолетта.

– Извини. Мне и правда сложно поверить, но я пытаюсь.

– Приди сюда,
Дух неспокойный…
Зовём тебя по доброй воле…

– снова начала Аня и дочитала заклинание до конца. Потом они прочертили дорожку землёй от двери до порога. Женщины вернулись в комнату. Анна прочла ещё одно заклинание:

– А теперь нужно поехать на кладбище.

– Ань, я думаю, на этом можно остановиться.

– Ритуал нужно завершить, а то хуже будет. Всё, я вызываю такси, – постановила «колдунья»… и уснула. Вот просто откинулась на спинку дивана и вырубилась.

Виолетта не знала, как себя вести. Попробовала растормошить приятельницу. Анна застонала, легла на диван, подогнула ноги и снова уснула.

Виолетта стала убирать со стола: положила початую коробку конфет в холодильник, помыла пустую фруктовницу, выбросила в мусор пустую бутылку вина… Вернулась в зал. Подумала, что, наверное, нужно транспортировать Аню в спальню. Она снова попыталась разбудить приятельницу, но та пролепетала что-то нечленораздельное и нагло всхрапнула.

Виолетте ничего не оставалось, как подмести рассыпанную землю. Во что она ввязалась, дожила! Тридцать пять лет женщине!


Потом Виолетта выключила свет и ушла домой, захлопнув дверь.

Вернувшись к себе, женщина сразу же легла спать. Снилось ей что-то хорошее: берег моря, нежные цвета, она трогала ногой бирюзовую воду.

Виолетта очнулась на рассвете, словно напитанная таким щемящим и приятным чувством, что ей не захотелось больше спать…

Чувство наверняка скоро рассеется, но пока оно длится – это здорово.

## Глава третья

АННА

Последние дни ею владела безотчётная тревога. Аня откуда-то знала: случится что-то плохое. Оставалось только ждать. Женщина пыталась себя успокоить: всё ведь складывается хорошо! И тем не менее.

Анна не сразу связала своё состояние с вызовом духа Славы. Да что там, на следующий день женщина и не вспомнила, что такое вообще было. Сама себе поразилась, когда события всплыли в памяти: «Я решилась «Книгу мёртвых» открыть!»

Женщина себя успокоила: ритуал ведь не был завершён. И вообще… вздор всё это!

Тем не менее с того дня в Аниной квартире и поселилось беспокойство, к которому примешался страх засыпать. Стоило женщине войти в состояние полудрёмы, как голове вдруг всплывали Женькины тексты про ничтожность человечишек перед Вселенной, которая всё равно хлопнется… или что-то такое. Жизнь бессмысленна.

Так почему тошно-то? Что-то грызёт, грызёт, но Анна не хотела об этом думать. Нет. Просто не умела.

Каждый скрип половицы заставлял её настороженно вслушиваться.

«Наверное, дело в том, что я не пережила в детстве страх темноты!»

До развода Аня ни разу в жизни не ночевала одна! После у неё часто оставались подруги, некоторое время жила племянница-студентка, потом решила, что в общаге будет веселее. И мужчины, конечно, тоже ночевали. Поэтому Аня только теперь проходит стадию чудовищ из стен и шепота в ночи, в сорок три годика. Она стала засыпать при свете под сериалы.

И некому было скрасить её одиночество… Их отношения с Илюшей пока оставались на стадии прогулок.

Честно говоря, Аню изрядно утомила эта фаза. Да, вроде как романтично, но месяца хождения за ручку для людей за сорок, которые до этого были близки много раз, вполне достаточно!

Недавно Илюша пригласил её к себе на чай. Она купила новое бельё, волновалась. Хотя за три года, что они не виделись, её фигура не очень изменилась, но всё же была не такой тонкой-звонкой, как десять лет назад. Илюша-то наверняка хранит в памяти образ более молодой Аннет.

Её волнения были напрасны. Они действительно попили чайку и пошли гулять.

Аня уже грешным делом подумала: может, у возлюбленного с этим делом возникли проблемы? А что, у многих мужиков в таком возрасте они  есть. Не потому ли одержимая Наташка вдруг выпустила его из своих цепких лапок?

Так Илья мог бы сказать честно, мол, лечусь, Аннет, а не пытаться скрыть проблему за флёром романтики. Он такой непонятный! Столько лет знакомы, а женщина ничего о нём не знает. И это так её влекло, чёрт побери!

При всём этом Анна была счастлива как никогда. Наконец-то он ЕЁ! Не нужно прятаться, возвращаться домой, лгать мужу, представлять, как Илюша проводит время с женой (наверняка что-то было в общей кровати, не валетом же они спали)!

Аня без конца тормошила мужчину, тот разворачивал её к себе посреди дороги, целовал. На них посматривали с умилением. Зрелые люди, а влюблены как студенты!

Сегодня Анна встретилась с Ильёй в парке. Они катались на аттракционах, ели сахарную вату. «Будили Внутреннего ребёнка», – так мужчина сказал. Воодушевился её рассказом о пробуждении этой части личности у клиенток и умилился.

– Мне надо отойти кое-куда, – сказал Илюша.

– Ладно, а я на уточек посмотрю!

Женщина подошла к пруду, ей нужно было перевести дух. Казалось, Илюша её высасывает. Тяжело с ним проводить так много времени.

Это обескураживало.

«Может быть, я просто не выдерживаю наплыва счастья!» – думала женщина.

Мимо проплыла утица и посмотрела на неё. Такая милая! И Анне почему-то захотелось обнять птицу и заплакать. Да что же такое? До ПМС ещё далеко…

– Анна! – услышала женщина, обернулась и воскликнула «Ой!» от неожиданности. Перед ней стоял бывший коллега оп прозвищу Колобок собственной персоной. Первый клиент поневоле. Он тогда был круглолицым, пухлогубым, большеглазым. Купидончик такой, только сухопарый. Щекастый одуванчик. Его любили, если можно так выразиться, за истории из жизни альфача.

О! Колобок охотно рассказывал о своих «победах». Какое противоречие! Бабы – меркантильные сволочи, которые обходят простых хороших парней стороной ради богатых красавцев, но при этом у него никаких проблем нет: как-то, например, Колобок соблазнил и бросил школьную красотку, которая отвергала его годами, а та потом чуть не свела счеты с жизнью: «Ах, ох, я был холодным чудаком на букву «м»! А вот не стоило недооценивать меня и френдзонить!». Ну да, ну да, Колобок – мститель за всех отверженных. Брошенная им красотка, кстати, стала актрисой. Имя старлетки парень благородно утаил.

– Вы думаете, почему я – рядовой менеджер по продажам, но у меня дорогая одежда? Встречался с богатыми зрелыми женщинами. Трудно, правда, было манипулировать сразу двумя, лавировать между ними. Но я смог! Нет, а почему считается, что только бабы содержанками могут быть, с мужиками старыми встречаться, не работать, не учиться? У меня тоже так получилось! По первому классу пожил! Как-то в Майами месяц тусил со своей милфой. Эх, надо было копить деньги, но я был юн и беспечен.

За такие рассказы пожурить бы, а лучше – пощёчину влепить. Только… черт подери, Колобок был таким потешным, когда всё это рассказывал, блестя глазами! Тем более ясно, что это неправда.

Вот коллеги над парнем и подтрунивали, даже рот ладошкой не прикрывали, а он этого будто не замечал.

Анне же было пухлогубого дурачка жалко. Она, конечно, и его попыталась взять за руку и завести проникновенный разговор:

– Мой тебе совет: будь собой. У тебя тоже есть достоинства! Найдется единственная, которая тебя полюбит, не надо сочинять сказки из жизни Казановы. Ты таким не являешься, не всем же… Мне за тебя обидно! Люди слушают и кивают, а сами смеются.

Колобок оскорбился. Отчего все так правду не любят? Нет бы спасибо за заботу сказать!

В другом отделе трудилась Женька. Девчонке и с внешними данными не повезло, и дурной характер недостатки не компенсировал. Она была диковатой натурой, резкой. В дружный (преимущественно) женский коллектив девушка так и не вписалась, получив прозвище Бабка-ёжка.

Аня нашла страницу Жени в социальной сети. Она всегда изучала новых знакомых, составляла их психологические портреты. Анна была приятно удивлена и, как сейчас говорят, подсела на посты двадцатидвухлетней коллеги. Хотя уж слишком Женькины тексты были депрессивными.

И увлекало Анну чтиво, и становилось тревожно, и что-то в рассуждениях молодой коллеги раздражало. Ведунья не могла понять причину.

Например, вот такой пост:

> «Помню, как-то в детстве сидели мы у подруги, и тут вдруг перегорела лампочка, вырубилось что-то на щитке… Погас свет во всей квартире. Взрослых дома не было. Посовещавшись, мы стали решать проблемы самостоятельно. Она ввинчивала лампочку, а я держала стул. Мы очень собой гордились, ибо сделали это впервые! Потом же… не помню, кто из нас затронул эту недетскую тему, но она оказалась такой животрепещущей, что обе мы плакали. Суть в том, что это для нас смена лампочки – целое событие, а вообще – нет. Все это делают. А что, если и вся жизнь окажется такой? Ну, так и будем «менять лампочки», в глобальном смысле ничего особенного не сделаем? Да, мы были, наверное, странными девочками. Конечно, кому не хочется быть никаквсешным? Кто-то из нас оказался удивительно прозорлив. Жизнь показала, что я, например, не из тех, кто совершает глобальные открытия. Хотя мне всего двадцать, я сознаю это особенно остро. Женя N все-таки не гений, не выдающаяся личность, поначалу от этого мне было прям больно и обидно. Потом, как сейчас говорят, отпустило. Даже выдохнула: «Фуууух, значит, ничего я не должна». И наступило внутреннее расслабление. Я не великая. Можно просто жить и получать удовольствие, а не переживать, что вот день закончился, а моя выдающаяся тушка не совершила великих подвигов».

Да всё понятно! Женьке надо замуж и детей, раз думает о том, какой след на Земле оставит! Зрелая личность, не то, что современные девахи: «Ах, я хочу пожить для себя».

Анну захватило желание помочь, но эта неблагодарная Женька грубила в ответ на её невинные замечания на тему «Прыщи надо замазывать тональным кремом, а до этого – к косметологу сходить, расширенные поры – это фу! Хочешь, номер своего дам?» или «Прозрачные капроновые колготки – колхоз, так никто не ходит! Посмотри, как одеваются стильные девушки».

– Оставьте меня в покое, Анна! – как-то завизжала деваха на весь кабинет. – Достали до смерти уже своими колготками, косметикой. Я прихожу работать, а не в конкурсе красоты участвовать!

– А мы все согласны, тебе пора заняться собой. Ты демонстрируешь неуважение к коллективу! – поддержали Аню коллеги.

– Мне на него плевать. Я соблюдаю правила гигиены и пользуюсь духами – этого достаточно. Тётки, занимайтесь своими внуками!

Это было непростительно! Какая-то соплячка намекает, что они-де старые? Да эти дамы выглядят гораздо лучше, чем Бабка-ёжка! Такая межбровка, в двадцать-то лет! Они в её годы были красотками. Да и сейчас выглядят гораздо лучше и даже моложе!

Коллеги стали недолюбливать Женьку пуще прежнего. И пошли перепалки… Кто-то пожаловался на девушку руководству. Не Аня, вот правда. Во-первых, та хотела помочь, а если бы дикарку уволили, у неё бы не получилось. Во-вторых, не хотелось оставлять девчонку без работы. Да и стукачество Аня не поощряла – это в-третьих.

Руководитель принял сторону Женьки: та была его соседкой, мужчина знал почивших родителей дикарки, потому и держал нервную барышню, хотя клиентов она порой отпугивала своей резкостью и прибыли не приносила. Благородный был мужчина. Потому, видимо, и компания недолго просуществовала, и в коллективе черт знает что творилось. По идее-то у сотрудников не должно оставаться столько свободного времени, чтобы обсуждать чью-то внешность и бесконечно распивать чаи.

Факт, что Бабка-ёжка – сирота, смягчил дамочек. Аня даже всплакнула. Её мама умерла два года назад, а рана всё ещё не затянулась. Хотя так уж близки они не были. Теперь Аня сама себе мудрец и хозяйка. А как тяжело быть одной на всём белом свете уже к двадцати годам… Никого не осталось для защиты.

Одна сердобольная коллега принесла Женьке одежду своей дочери, из которой та выросла: «Хоть модные вещички у тебя будут». Та опять оскорбилась:

– Я похожа на человека, который будет носить дырявые труселя с барского плеча? Точнее, даже не с плеча, а… хм… Мне подачки не нужны. Тем более – от вас.

Коллега обиделась.

Нет, эта девчонка не потерпит снисхождения.

Аня пробовала по-другому – проникновенно поговорить с Женей, глядя в глаза и беря за руку:

– Я вижу тебя насквозь! Ты вовсе не злючка! Это самозащита.

– Удивительно, и от чего же она проявилась, в таком-то «дружелюбном» коллективе?

– Так ты неправильно реагируешь! Не надо колючки показывать! Ты с таким изуверским выражением лица ходишь, что оторопь берёт! Не прячь свою внутреннюю доброту, не огрызайся на людей!

– То есть, вы мне такие пожелания: «Ты кривая, срочно меняйся, чтобы нам угодить», а я так мило отвечаю: «Люблю вас, спасибо, что указали ничтожеству на его место»! И как давай жонглировать, острить, шутить, дабы эти змеи с тобой во главе поняли, что человек я неплохой, так, что ли? Не дождётесь!

– Сложно с тобой.

– Вот и не общайтесь, – Женя выдернула руку. – Я была бы рада бойкоту, чтобы вы, змеи, наконец-то заткнулись и начали работать, а не мешать мне жить!