Елена Воронкевич
Сборник сказок-детективов о чихуахуа Пинки и её друзьях

© Воронкевич Е.А., 2022

© Оформление. Издательство «У Никитских ворот», 2022

1. Сказка-детектив «Начало»

Мало кто знает, вообще никто не ведает, но жила-была в доме миссис Хадсон маленькая собачка. Жила, никому не мешала, никого не напрягала. До такой степени никого не напрягала, что мало кто о ней знал, в том числе и сама миссис Хадсон. Звали собачку, как стало известно, Пинкертон, хотя она была девочка. Получается так, что сука она была. Чтобы было благозвучно, и по половой принадлежности, называла она себя Пинки.

Как-то раз решила Пинки вмешаться в ход расследования дела, которое вели два странных жильца: Пьяница Лекарь и Старый Наркоман, играющий на скрипке. Всё время хотелось выть, когда он играл, но так можно было себя обнаружить! А главное у наружного наблюдения что?! Незаметность! Так что приходилось сдерживаться.

Как-то раз к этим двоим обратился за помощью мужичок. Попросил украсть его же письма у его же любовницы из шкатулки, им же ей подаренной.

Эти двое собрались на дело. Один, по обыкновению, выпил изрядно, а другой взял с собой скрипку, чтобы играть на паперти. Выбрали они паперть под окном оной любовницы и стали наигрывать песню «Когда муж пошёл за пивом». Скрип стоял, как при испытании несмазанной телеги. Долго ждать не пришлось. Дама в запале стала швырять в них тем, что попало под руку. Ну, шкатулку и метнула!

А они забыли, зачем пришли. Один по пьяни, а другой от возмущения. Но Пинки была тут как тут. Поймала шкатулочку на лету и домой принесла.

Прощелыги домой пришли только под утро. Где мотались – никому не известно. Глядь, а на столе шкатулка стоит!

– Чур меня! – говорит один.

– Чур моя! – говорит другой.

А тут и клиент в дверях обозначился. Шкатулку схватил, прощелыг сильно благодарил. Денег им дал. А Пинки без косточки осталась и без вкусняшек.

Спрашивается, где справедливость? А это уже другой детектив.

2. Сказка-детектив «Собака Баскервилей»

Жил-был, естественно, английский дог, хороший друг Пинки, но сейчас не об этом. Как-то раз он гулял в парке со своим хозяином, старым и дряхлым профессором Мориарти. Глаза у дога были разного цвета, и он этим очень гордился: один белый, а другой чёрный. Он называл их Инь и Ян. На самом деле гордиться тут было нечем, так как на глазу у него была катаракта. Короче, видел дог только то, что было справа, а что слева, не замечал, потому налево и не ходил. Моя хозяйка говорит: «Вот бы у всех мужиков была катаракта на левом глазу, сколько семей бы сохранить удалось», – но сейчас не об этом.

Профессор Мориарти был из старинного рода обувщиков. Они делали горные ботинки шикарной конструкции. В них ещё прадед профессора смог убежать от врага по отвесной стене и не сорвался. А то бы он поставил жирную точку в роду Мориарти, ну, точнее, костлявую, но точку. А так род продолжил и ботинки в массы внедрил.

Короче, увидел мой друг след от такого ботинка справа от тропы, взял его и пошёл домой, положил его прямо посередине бальной залы. Спросите, зачем он это сделал? А чтобы позлить дворецкого Баскервиля. Обычно он в зале, на этом месте, после прогулки, кучу клал, а тут забылся и нагадил в регулярном английском парке, а точнее, на клумбе с тюльпанами редкого сорта. Уж очень она в эту клумбу вписалась хорошо! Обычно хозяин видел кучу в зале, негромко шипел фразу: «Вот собака!!! – и громко звал дворецкого: – Баскервиль!!!» Это чтобы тот убрал всё поскорее. Так к моему другу и пристала кличка Собака Баскервиль. Приучил он, стало быть, хозяина… А в этот раз дворецкому будет над чем подумать. Пустил его мой друг по ложному, не какашечному следу, запутал совсем!

Вот такой детектив сказочный получился.

3. Сказка-детектив «Пёстрая лента»

Одним погожим дождливым вечером, погожим для Лондона, в том смысле, что в сравнении с ливнем лёгкий дризлинг – это шикарно, небезызвестная нам особа чихуахуа Пинки направилось погулять на площадь Пикадилли. Как обычно, она повела гулять сама себя, незаметно выскочив из особняка на Бейкер-стрит, зажав в пасти поводок. Приличная собака-детектив не может шататься по городу без цели, без поводка, а с поводком, но без цели – уже другое дело! Хотя цель была. Не явная, но была. Она решила посмотреть, где сиротствует со скрипкой небезызвестный сосед. В этот раз он скрипел на самом проходном месте, в том смысле, что прохожие шли только что не по его голове!

«За кем-то следит», – подумала Пинки, незаметно пристроившись сбоку.

«Пестрая лента, – подумал сосед, увидев её поводок, беспечно змеящийся рядом, – надо им подпоясать штаны. Будет очень кстати!»

Он схватил поводок и подвязал им штаны, совершенно не заметив Пинки, которая повисла вдоль ноги, словно брелок!

«Экий ты соус пьяный! (В переводе – пьяная хреновина)», – вздохнула Пинки.

«Хорошо! Штаны сидят в кои-то веки как влитые», – подумал сосед.

«Морда ты пропойная! Хотя нет! Морда – это у нас, у благородных, а ты харя!» – подумала Пинки.

«Дохлятина к поясу прилипла», – подумал сосед и выбросил Пинки в кусты!

«Вот же собака с низкой социальной ответственностью, – подумала Пинки и слезла неловко с куста. – Приду домой и реквизирую мой шикарный поводок из кожи питона!»

Вот опять же, поводка нет, а цель есть! Кража была, дорогую вещь спёрли. Надо восстановить справедливость и вернуть вещь пострадавшей! И снова, где справедливость? Кто заплатит детективу за проведённую операцию? Получается, что сам детектив.

Ну просто сказка!

4. Сказка-детектив «Голубой карбункул»

И опять всё началось с прогулки. Пинки решила себя прогулять, на этот раз в палисаднике возле дома. Низкие облака обещали скорый дождик.

«Всё равно далеко не уйдёшь в такую погоду, – подумала Пинки. – Врёшь, не уйдёшь! Неплохой лозунг для моего детективного агентства!» – и тут она увидела, даже сначала услышала собаку миссис Хадсон, старую облезлую пуделиху без возраста. Она лежала под кустом камелии и громко храпела.

«Гроза ещё не началась, а уже гремит гром, – подумала Пинки. – Надо подойти поближе и покашлять, может, услышит и замолчит!»

Покашливание, чихание, перхание и, наконец, вой ни к чему не привели. Но зато стало ясно, почему старая особа толком не могла закрыть пасть. На щеке у неё синел огромный карбункул. Обычно он красного цвета. А этот был редкий, необычный и совершенно голубой.

«Наверно, гусь её долбанул, – решила Пинки. – А кстати, где он?»

– Роджер, старина, где ты?

Пришлось сбегать на задний двор, а там в сарае, возле колоды летала беспризорная стайка гусиных пёрышек.

– Убилиии! – заорала Пинки. – Кто?! Кто это сделал?

На крыльцо из кухни вышел Старый Наркоман. В пальцах он зажал что-то небольшое и блестящее.

«Голубой карбункул редкого цвета, обычно он бывает красный. Кажется, я это уже совсем недавно думала! Ах ты Боже мой, ну надо же, действительно! Жизнь неравна! – подумала Пинки. – Какие разные карбункулы попадаются в ней на пути!!!»

Вот такая, совсем не сказочная история.

5. Сказка-детектив «Союз рыжих»

Погожим лондонским утром, когда лёгкий ветерок с Темзы гонит тяжёлые дождевые облака на север, Пинки вышла на прогулку в палисадник, поразмыслить, что случилось со Старым Наркоманом накануне вечером. Вчера он вернулся домой без скрипки. Значит, он её потерял или её у него украли. Когда он проснётся, то сразу потянется за ней, а её нет! Горю его не будет границ! Ещё помрёт ненароком. Пинки это ни к чему. В доме появятся новые жильцы, а при них нельзя будет жить так вольготно и незаметно, как при этом опивущем интроверте.

Она присела на ступеньках у колонны, окинула взглядом мокрый куст, и вдруг… что-то блеснуло у забора в одиноком луче солнца, случайно пробравшемся сквозь облака. А! Это рыжая шерсть безумного соседского сеттера Лестрейда, это он мечется за забором взад-вперёд, поджидая Пинки, чтобы потом сделать вид, что случайно проходил и столкнулся с ней у калитки.

«Ах, не до тебя мне сейчас, – подумала Пинки. – Ан нет! До тебя, ты-то мне и поможешь!»

Она неспешно пошла к выходу из сада, делая вид, что не видит Лестрейда. Нервный ловелас нетерпеливо взвизгнул, понёсся к калитке и замер там в ожидании. Пинки шла по дорожке вокруг клумбы с солнечными часами, обнюхивала цветочки и не спешила.

«Интересное решение! Зачем нам в нашем климате солнечные часы? – подумала она. – Наверно, чтобы не забывали о солнце!» Наконец она подошла к калитке. С улицы пахнуло мокрой псиной.

– Привет, Лестрейд, как поживаете?

– Оооо! А как вы догадались, что это я?! – воскликнул пёс, не поздоровавшись.

– Это не сложно, ваши «духи» вас выдали. «Итак, я выхожу!» Не надо сбивать меня с ног! В прошлый раз вы отдавили мне лапку! Лестрейд, мне нужна ваша помощь! Я иду на дело, вы со мной?

– Конечно, а что нужно делать?

– Нужно взять след.

– Давайте, а где мы его возьмём?

– Лестрейд! Не тупите! Понюхайте асфальт у входа, Старый Наркоман долго здесь сидел сегодня ночью. Чем пахнет?

– Пахнет старым сукном по два шиллинга из соседней лавки Роберта Льюиса.

– Очень точный анализ. Давайте пройдёмся по тем местам, где он вчера побывал.

Они быстро добрались до паба на соседней улице, без труда нашли скрипку под столом, притащили в палисадник и положили на ступеньки дома.

– Лестрейд, без вас бы я исцарапала скрипку о булыжную мостовую, а так мы её доставили почти без повреждений, только слегка обслюнявленную. С вами можно иногда иметь дело! Назовём наше объединение «Союз рыжих». – Пинки протянула союзнику свою рыжую лапку. Лестрейд лизнул её, как и полагается джентльмену:

– До встречи!

«Дело оказалось на удивление лёгким. Но эта кажущаяся лёгкость возникает всегда, когда работает профессионал», – подумала Пинки, к этой минуте уже совершенно забыв о пахучем Лестрейде и Союзе рыжих.

6. Сказка-детектив «Пять зёрнышек апельсина»

Ранним погожим утром Пинки повела себя подышать свежим воздухом. Вы подумаете, что это в Лондоне все утра погожие? Разумеется, не все! Просто в плохую погоду Пинки носа на улицу не показывала, потому что хороший хозяин собаку в такую погоду на улицу не пустит, а Пинки была сама себе хорошая хозяйка. В это утро она решила выйти погулять пораньше, но никак не могла найти поводок, а без него прогулка не в радость.

«Надо посмотреть в комнате квартирной хозяйки, она подслеповата и могла забрать его к себе, решив, что это поводок пуделихи миссис Хадсон», – подумала Пинки. Никем не замеченная, она пробежала по комнате, запрыгнула на стул и стол, стоящие подле окна, но на подоконнике тоже ничего не было, кроме пяти сухих зёрнышек апельсина. Окно было приоткрыто наполовину. Ветка цветущей камелии заглядывала в комнату.

– Как красиво! – воскликнула Пинки и спрыгнула со стола на пол.

Но свято место пусто не бывает. На подоконник со стороны двора вспорхнула курица, белая, с чёрной полоской на хвосте. Она дробно застучала по подоконнику и спорхнула обратно во двор.

– Пять раз, – автоматически заметила Пинки. – Ой, это же зёрнышки, точно, они!

При повторном осмотре подоконника на нём уже ничего не было!

«Произошло похищение чего-то нужного, – решила Пинки. – Зачем-то же хозяйка положила зёрнышки сохнуть на подоконник! Появилось дело на это утро! Вог с ним, с этим поводком, не до него сейчас! Надо не упустить из вида воровку! Но вот вопрос, как зёрнышки достать из безмозглой птицы? Она их так просто не отдаст. Надо пригласить Лестрейда! Этот умеет вытряхнуть любую вещь из любой “курицы”, будь она хоть птица, хоть собака!»

Пинки неслась по комнатам на улицу, забыв об осторожности, и чуть не попалась на глаза Пьянице Лекарю, который, по-видимому, шёл в гости к Старому Наркоману. Но Лекарь, как водится, был под воздействием горячительных напитков и не заметил Пинки, проскользнувшую у него между ног.

Курица никуда не убежала, так и топталась под кустом камелии, что-то рыла и квохтала.

«Так, преследуемый найден, это уже половина дела. Надо сбегать за Лестрейдом! А что за ним бежать, он опять маячит за забором!»

– Лестрейд, голубчик, вы мне нужны! Бегите сюда быстрее, нужно из курицы вытряхнуть похищенное!

Сеттер взвился над забором, как олимпийский бог Меркурий, и подлетел к Пинки, чуть не сбив её с лапок!

– Несносный! Или я не сносная! Который раз вы пытаетесь меня снести и никак не снесёте! Однако, Лестрейд, вы мне нужны! – нервно воскликнула Пинки. – Точнее, нужны мне зёрнышки, которые пока находятся в этой во всех смыслах курице безмозглой. Она их умыкнула у хозяйки. Надо бы вернуть. И я пока совершенно не представляю, как это сделать!

– Не волнуйтесь, моя милая! Я сейчас всё быстро устрою! – и, едва закончив фразу, Лестрейд кинулся на похитительницу!

Курица оказалась намного шустрее, чем полагали окружающие. Она ловко увернулась, кинулась к клумбе – солнечным часам и побежала вокруг неё, наматывая круги. Наконец, где-то на полшестого, Лестрейд её настиг и придавил к земле! Он так сильно её придавил, что всё содержимое вылетело из куры, причём с двух сторон!

– Моя дорогая, я всё достал, только не уверен, что в таком виде это кому-либо понадобится!

– Дааа! Дела!!! В таком виде похищенное не вернуть хозяйке. И клумба теперь немного подпорчена! Ладно, оставим всё так, как есть! Всё так плохо выглядит, что можно сделать только хуже, если начнём исправлять. Друг мой, уходим по одному, пока нас не застали и не обвинили в содеянном!

Да, дело развалилось, но успех пришёл неожиданно и на следующий год!

Через год примерно в это же время на клумбе появилось пять ростков апельсинового дерева. Хозяйка очень обрадовалась, сказала, что непонятно откуда взялись эти цитрусовые, выкопала их, посадила в пять симпатичных цветочных горшков и поставила на тот самый подоконник. Пинки была довольна этим обстоятельством сполна! Ведь что ни говори, а она смогла вернуть пять апельсиновых зёрнышек на место, хотя и таким изощрённым способом, и в таком изменённом виде! А что главное в сыске?! Закрыть дело!

7. Сказка-детектив «Этюд в багровых тонах»

Помните моего друга Собаку Баскервиль, дога одноглазого по сути и разноглазого по содержанию? Он смог опять отличиться и поглумиться над Баскервилем, хотя финансовые потери в итоге понёс профессор Мориарти. И поделом ему. Кто-то должен платить за плохие гены. Говорят, что его предок был отъявленный негодяй и прощелыга! Чтобы как-то отличать Баскервилей, назовём дога его собственным именем, данным ему при рождении. А звали его Месье Эркюль. Это было непривычное для Англии имя. Человека таким именем не назовёшь, вот собаку и назвали. Месье Эркюль имя своё не любил, оно, как он утверждал, совершенно не соответствует его характеру. Больше ему нравилось именовать себя Собака Баскервиль, но мы, чтобы не путаться, и не только в этом рассказе, будем звать его нелюбимым именем. Итак, Месье Эркюль как-то услышал, как Баскервиль беседует с профессором о том, что в гостиной надо бы повесить какую-нибудь картину или хотя бы этюд, лучше в багровых тонах, так как на закате, в хорошую погоду вся гостиная озаряется алым светом и этюд на стене будет подчёркивать это явление. Новые белые шёлковые обои на вечерней заре расцвечиваются алыми, коралловыми и багровыми всполохами. Красиво очень! А в ненастную погоду он тем более будет уместен, чтобы расцветить мрачные тона за окном. Эркюль всегда считал себя художником – писакой. Особенно он любил живописать зимой на снегу. Бывало, поднимет ногу и давай вензеля выписывать. Почти всегда получались шедевры! Жалко, жили недолго и быстро таяли. А тут появилась прекрасная возможность сделать шедевр на века, пока обои не сменят! Ночью, когда никто не мог ему помешать, он залез на стол, благо с его ростом это было нетрудно, и в свете луны стал выписывать кренделя прямо на обоях! Должно получиться как раз в багровых тонах, учитывая то, что у Эркюля был цистит, и кровь в моче очень пугала профессора. Он давал собаке лекарства, но на поправку тот шёл медленно. И вот случилось то, что случилось, моча ударила в голову бедолаги, и утром не нужно было вызывать детектива, для того чтобы сообразить, кто учинил это бесчинство! Участь Эркюля была решена и незавидна, но это уже другая история!

8. Сказка-детектив «Горбун»

Однажды вечером Пинки пошла поваляться на сене в старой конюшне на заднем дворе. Лошадей у хозяйки дома давно не было, но конюшня была очень хорошая, крепко сработанная, из цельных сосновых брёвен под крепкой черепичной крышей. Её использовали как сарай для всякой всячины. И в том числе в ней хранили скошенный клевер, которым кормили кроликов. Однажды полуслепая хозяйка чуть не схватила её и не засунула в клетку, подумав, что она сбежавший кролик. Пинки еле увернулась и с тех пор была очень осторожна, когда валялась на мягком душистом сене. Тонкий слух Пинки уловил движение неподалёку от конюшни. Она спряталась за ящиками, но через секунду над ней уже нависал Лестрейд, эта нюхательная собака!

– Что случилось? – спросила Пинки.

– Случилось! О да! Случилось! – возопил Лестрейд. – Я сегодня был у реки на вечерней зорьке, охотился на уток, и как вы думаете, кого я там встретил? Собаку Баскервиль! Он, совершенно один, сидел у самой кромки воды и печально смотрел вдаль. Собака Баскервиль, заходите, что вы топчетесь у входа?!

В помещение конюшни бесшумно прошёл огромный дог и встал рядом с Лестрейдом.

– Добрый вечер, мадемуазель Пинкертон!

– Ах, оставьте! Пинки, просто Пинки! Скажите, что с вами случилось, почему вы в одиночестве бродите по городу?

– Всё просто, меня выгнали из дома, и я уже четыре дня брожу по Лондону!

– Что вы натворили? Опять испортили очередной ковёр своей какашечной инсталляцией?!

– Нет, хуже! Это был Этюд в Багровых тонах на белых шёлковых обоях!

– Понятно, вы в своём репертуаре! Чем я могу вам помочь?

– Пожалуйста, верните мне мой дом и расположение хозяина! А я, пожалуй, брошу заниматься искусством… Оставлю себе только пение! – И он тихо и мрачно завыл так, что кровь мгновенно застыла в жилах!

– Вы с ума сошли! Нас сейчас рассекретят и всех, из-за вас, переловят! Сейчас сюда явятся обитатели дома! Месье Эркюль, вы становитесь здесь и делайте вид, что жуёте сено. Вы как раз сойдёте в темноте за небольшую лошадь! А вы, Лестрейд, сделайте вид, что этот жуткий звук издали вы! А я спрячусь подальше, и храни нас Бог!

Только все заняли свои места, как в конюшню ворвался Старый Наркоман с пистолетом, за спиной у него маячила хозяйка миссис Хадсон со здоровенным дрыном в руках! Лестрейд замер, не сводя глаз с этого дрына, и позорно описался. Месье Эркюль усердно жевал сено, морщился, но жевал!

– Тьфу ты пропасть! Безмозглая собака, пошёл прочь к себе домой! – заорал Старый Наркоман.

Лестрейд тут же юркнул в дверь и умчался восвояси. Старый Наркоман подошёл к Месье Эркюлю, похлопал его по спине и сказал, что он бедная маленькая тощая лошадка, скорее всего, пони. Что старые хозяева, видно, совсем его не кормили, раз он такой тощий и горбатый, поморгал подслеповатыми глазами и сказал, что сейчас принесёт ему хлеб, сахар и морковку. Наконец вся эта «тревожная группа» удалилась в дом, Месье Эркюль смог выплюнуть сено, а Пинки вышла из засады и сказала, что долго они не смогут держать инкогнито и что надо как можно быстрее возвращать дога домой. Слава Богу, всё утро и весь день Старый Наркоман ловил кайф, а потом пил пиво с Пьяницей Лекарем в пабе в конце нашей улицы. Так что у Пинки было время, чтобы провернуть гениальную операцию по возвращению Собаки Баскервиль домой. Предположив, что профессор очень любит свою собаку, привык к распорядку дня, к прогулкам и вообще и, скорее всего, уже скучает по негоднику и жалеет о том, что погорячился и выгнал его, она решила обставить их встречу так, чтобы возвращение прошло без промаха. Вся троица рано утром отправилась к дому профессора. Путь был не близкий, шли они долго, была масса времени на обдумывание очередной гениальной шахматной партии Пинки! Когда они подошли к дому, фигуры она решила расставить следующим образом.

– Месье Эркюль, дайте мне на время ваш ошейник. Лестрейд, возьмите его, и когда мы придём к дому профессора, положите его на верхней ступеньке у двери, поскребитесь в дверь и потом быстро убегайте вон в те густые кусты справа.

– А где будете вы?!

– В этих самых кустах в засаде!

– А мне что делать? – спросил Месье Эркюль.

– Не выдать себя раньше времени, сидеть рядом со мной и ждать моей команды.

Когда все заняли свои места и Пинки скомандовала «Начали!», Лестрейд рванул к двери, положил ошейник на верхней ступеньке и тихо поскрёбся в дверь. Он едва успел скрыться из виду как дверь распахнулась и оттуда как пробка из бутылки выскочил дворецкий.

– Профессор! Идите сюда! Месье Эркюль жив, вот его ошейник, значит, он где-то поблизости. – И они, перекрикивая друг друга, стали звать своего незадачливого пса.

– Сидите и ждите моей команды, ещё не время…

Но Месье Эркюль заметно нервничал, он перебирал лапищами и сдерживался, чтобы не завыть! А к тому времени подул холодный ветер, небо заволокло тучами, и, наконец, пошёл дождь.

– Вот теперь пора, – сказала Пинки, выталкивая Месье Эркюля из-под ещё сухого куста под холодные струи дождя, – теперь они сто процентов пригласят вас в дом, а дальше уже всё зависит от вас! Не упустите шанс, и удачи вам! Да, сгорбитесь посильнее, чтобы выглядеть как можно несчастнее!

– Да куда уже несчастнее, – сказал дог и побрёл к двери.

Пинки с Лестрейдом наблюдали из кустов за тем, как Месье Эркюль подошёл к двери, горестно завыл и сгорбился под струями дождя так, что почти сложился пополам! Дверь через минуту распахнулась, и на ступеньки под струи дождя выскочил профессор Мориарти.

– Собака! Баскервиль! Он здесь! – Профессор чуть ли не на руках затащил мокрого огромного пса домой. При свете лампы мелькнула счастливая морда дога, дверь захлопнулась. Пинки и Лестрейд радостно взвизгнули.

– Мадемуазель Пинки, вы так умны и прозорливы!

– Ах, бросьте вы с вашими пустыми комплиментами! Лучше подумаем, как нам дойти через весь город до дома под таким дождём и не простудиться?!

Если бы на улице в такую погоду кто-то был, то он бы увидел странную парочку, идущую под дождём. Маленькая собачка бежала так быстро, как могла, под пузом тощего сеттера. А тот, как мог, растопыривал ноги и раздувал грудь, чтобы защитить свою подругу от холодных струй дождя.

9. Сказка-детектив «Серебряный»

– Что за замечательное утро выдалось в начале этой недели! Может, и вся неделя будет такой тёплой, – сказала Пинки Лестрейду, примостившемуся подле неё на ступеньке крыльца.

– Мадемуазель Пинки, посмотрите, к нам идёт Собака Баскервиль, – сказал менее романтичный Лестрейд, который, несмотря на красоту утра, зорко смотрел по сторонам.

И впрямь по двору уже вышагивал небезызвестный проказник Месье Эркюль и нёс в зубах что-то большое и белое.

– Что, опять?! – воскликнула Пинки, встречая друга на верхних ступеньках лестницы, это для того, чтобы не задирать при беседе голову.

– Нет!!! Что вы, мадемуазель, я нас не подведу! – прошептал дог, предварительно положив свёрток у лапок Пинки. – Второй раз вряд ли удастся вернуть меня обратно домой, если я набедокурю! В этот раз всё честно и благородно! Я принёс вам угощение.

– Очень мило с вашей стороны! Как раз очень хочется есть! Давайте пойдём к нам в сарай и отметим удачное окончание операции по возвращению вас домой как раз там, где эта операция началась.

Когда они разместились на душистом скошенном клевере и развернули свёрток, Пинки взвизгнула от восторга: на белой столовой салфетке лежала внушительная горка перепёлок!

– Надеюсь, вы это добыли честным путём, хотя это уже не важно, – сказала Пинки, давясь слюной. – Главное, чтобы вас за это не выгнали!

– Отнюдь, – сказал Месье Эркюль, – это просто мой завтрак, и я решил съесть его вместе с моими друзьями.

– Вы шутите?! Хотите сказать, что эти перепёлки приготовлены специально для вас?

– Именно! Пока меня так кормят, как в последний раз. Как только в меню появились перепёлки, я сразу побежал к вам. Я же знаю, что это ваше любимое блюдо!

Лестрейд нервно заметался по сараю и вдруг сообщил, что у него в саду, под вязом, закопана огромная сахарная кость и он её сейчас принесёт к столу, для разнообразия и как вишенку на торте.

– Лестрейд, оставьте, не испортите момент! Давайте есть немедленно!

В итоге всё произошло в обратной пропорции! Дог съел одну перепёлку, просто для порядка, сеттер парочку, из уважения к догу и Пинки, а чихуашка съела всё остальное и потеряла способность говорить и двигаться. Как-то незаметно для себя Пинки заснула, друзья отнесли её в тёмный угол, положили на мягкую ветошь и тихо удалились…

Пинки поспала всего пару часов и, проснувшись, поняла, что пришло время ехать в поместье Старого Наркомана, по делу, которое она себе на сегодня наметила. Дело в том, что ему должно было перейти в наследство небольшое уютное поместье в Девоншире, но родственник умер скоропостижно. Перед этим несчастьем он общался с нотариусом, написал новое завещание и сказал, что ещё раз изучит его, а только потом передаст нотариусу. А в итоге он сделал не то, что планировал, а именно: умер от мозгового удара.

Из разговора Пьяницы Лекаря и Старого Наркомана стало понятно, что они обыскали всю усадьбу и ничего не нашли. Завтра они собирались туда ехать и сызнова всё обыскивать, в надежде найти завещание. Пинки решила им помочь, так как в случае успешного решения проблемы у неё могло появиться дополнительное жильё, поэтому она отправилась на Юстонский вокзал.

Пробегая от гостиницы к Юстонской арке, она услышала, как кто-то играет на скрипке очень знакомую мелодию, которую она уже много раз слышала в доме в исполнении Старого Наркомана. Но в этом исполнении мелодия звучала совершенно по-иному. В ней было больше мечтательности и тихой грусти…

«Интересно, кто это играет?» – подумала Пинки, забегая во двор вокзала, и в тот же момент она увидела маленькую девочку лет восьми, которая стояла у входа и играла на скрипке. Она играла самозабвенно, закрыв глаза, так свободно и легко, как будто стояла в концертном зале, а не у входа в вокзал. Пинки остановилась подле неё, ожидая, когда кто-нибудь откроет тяжёлую дверь, и, не специально, заглянула в коробочку, которая стояла возле ног девочки. Там лежала одна-единственная медная монетка. Из открывшейся двери пахнуло вокзальной суетой и вкусной едой.

«Мне сейчас всё это нипочём, – подумала Пинки, – а девочке, наверно, очень хочется есть, но на монетку в два пенса много не купишь». С этими мыслями она пробежала через вокзал на перрон, ловко вошла в вагон с дамой с большим саквояжем, так что кондуктор подумал, что она её собачка. Спрятавшись под лавку, она доехала, никем не замеченная, до своей станции и вышла из вагона с пожилым джентльменом, чем немало удивила кондуктора. Добежав до усадьбы, она пролезла через забор и легко забралась в дом, так как по низу двери проходила большая щель. Оказавшись в доме, Пинки принялась за работу. Она обнюхивала в каждой комнате каждый угол, каждый кусочек пола, и наконец в кабинете она почувствовала, что на полу от одной доски сильно пахнет хозяином дома. Такое ощущение, что хозяин держал эту досточку в руках, и не один раз… Пинки взялась за работу, пожалев, что с ней не было Лестрейда. Он бы отковырял эту досточку в один момент. На его счету был не один десяток отковырянных досточек, из-за чего он чуть не остался без крыши над головой. Но приятеля не было рядом, и Пинки только через час смогла отковырять выбранную ею досточку, и – о радость! Под ней оказался свиток и серебряный шиллинг! Так кстати, прямо как вознаграждение за отлично проделанную работу! Свиток с завещанием Пинки положила на стол в кабинете, а шиллинг взяла себе и положила за щеку.

«У тебя, Серебряный, совершенно другое предназначение, нежели валяться на полу у стола в пустом доме», – подумала собачка.

Пинки воротилась в Лондон тем же манером. Уже вечерело. Маленькая белокурая девочка с косичкой, завязанной бантиком из обрывка тряпицы, стояла у входа в вокзал и уже собирала свои пожитки, чтобы идти домой. Маленькая, жестяная, с потёртым рисунком коробочка из-под конфет ещё стояла у её ног. Пинки подбежала и осторожно положила Серебряный в коробочку.

– Спасибо тебе, собачка, – прошептала девочка и осторожно погладила Пинки по голове. – Я даже и не мечтала о такой удаче и в первый раз держу в руках целый шиллинг!

Девочка подняла голову и посмотрела по сторонам в надежде найти щедрого хозяина собачки, но никого не увидела! А в это время Пинки уже бежала в сторону дома с чувством исполненного долга.

10. Сказка-детектив «Жёлтое лицо»

Наступила не долгожданная, но непременно наступающая осень. Деревья в саду ещё держали на ветвях свои жёлтые листья, но это до первого сильного ветра с дождём. Пинки было одиноко в такое время года, и она начинала ждать весну. Как было бы хорошо, если бы после ранней осени с красивыми разноцветными листьями сразу наступало Рождество с пушистым белым снежком, а потом сразу весна с цветами и весёлыми птичьими голосами! Но такого ни разу не произошло за всю её огромную пятилетнюю жизнь. Вот и сегодня был хмурый осенний день, и скоро должен был начаться дождь.

«Пойду в сад, – подумала Пинки, – поболтаю с Лестрейдом. Он, должно быть, уже там, у забора, скучает и ждёт меня».

Сеттер и впрямь суетился уже по эту сторону забора и с тихим визгом бросился к Пинки.

– Лестрейд, доброе утро! Вы выглядите так, как будто у вас есть интересные новости или неразрешимая проблема.

– О нет, мадемуазель Пинки, это не проблема, скорее информация, и я не знаю, что с ней делать!

К этому времени начался тот самый лондонский дризлинг, и погода совсем испортилась.

– Друг мой, уберите хвост с дождя, иначе он начнёт вонять псиной раньше времени, и принимайтесь за рассказ. Вместе мы с вами разрешим любую проблему, – решила польстить Лестрейду Пинки.

Сеттер сильно воодушевился и рассказал, что часом раньше он пробегал у Юстонского вокзала и решил посмотреть просто так, без всякого смысла, на тамошние мусорные баки. У двери в вокзал он увидел девочку лет семи-восьми, которая играла на скрипке. Когда сеттер с ней поравнялся, раздался странный звук порвавшейся верёвки, девочка громко ойкнула, и музыка стихла.

– Похоже, её волшебная палочка, которой она извлекает музыку, сломалась, она очень огорчилась и теперь сидит там совершенно потерянная. Уж и не знаю, чем ей можно помочь, – сказал Лестрейд в завершение своего повествования.

– Зато я, кажется, знаю, – сказала Пинки и кинулась в сарай, не обращая внимания на припустивший дождик. Там она стала бегать из угла в угол по всему сараю и обнюхивать все корзины, ящики и сундуки. Лестрейд бегал рядом и не мог понять, что именно она ищет. В одной из корзин она нашла наконец то, что искала. Это был отличный смычок от скрипки Старого Наркомана. Ещё летом ему удалось раздобыть себе скрипку Страдивари. Он всем рассказывал, за какие смешные деньги она ему досталась, и теперь играл только на этой именитой скрипке. К ней прилагался смычок, и старый смычок уже месяца два пребывал без дела в стойке для зонтов, пока хозяйка, как догадалась Пинки, не отнесла его в сарай.

– Лестрейд, сейчас вы будете выполнять благороднейшую миссию дарителя радости. Вам нужно взять ненужный старику смычок и отнести этой девочке. Несите его осторожно, не перекусите ненароком. Положите ей у ног и бегом сюда. Потом всё мне подробно расскажете.

– А вы со мной не пойдёте?

– Нет, я останусь дома, эта погода не для меня. Дождь уже льёт как из ведра, но это хорошо, так как он как раз задержит девочку у вокзала. Ищите её под Юстонской аркой, она, скорее всего, там, потому что там сухо, и она никому не помешает, и никто её не прогонит.

Лестрейд осторожно взял смычок и умчался, сверкнув, как рыжая молния, в дождливую мглу. У Пинки было так хорошо и тепло на душе, что она не пошла в дом, а осталась на крыльце ждать Лестрейда. Ей казалось, что весь мир улыбается в ответ на её поющую душу

«Обязательно завтра пойду к вокзалу, п. ослушаю юную скрипачку», – подумала она, радостно улыбаясь, и вдруг отчётливо увидела, что огромное дерево в саду тоже ей улыбается. Ветер оборвал часть пожелтевших листьев, и те, что остались, представляли из себя жёлтое лицо с улыбкой от уха до уха. Ну надо же, какая получилась инсталляция, созданная природой! И этот образ был точь-в-точь женское лицо.

«Что бы это значило?» – подумала Пинки и рассмеялась.

11. Сказка-детектив «Постоянный пациент»

Это замечательное во всех отношениях ноябрьское утро было холодным и туманным. Туман был похож на старую серовато-жёлтую вату и был таким плотным, что все предметы выступали из него неожиданно и очень близко от Пинки. Звуки растягивались и бродили в пространстве абы как, совершенно не давая представления о местонахождении предмета.

«Сегодня со двора ни одной лапой, – подумала Пинки. – Так и под кэб угодить недолго. Погода прекрасная для отдыха, а конкретно – сна в тёплом сене». Только она успела об этом подумать, как из тумана прямо перед её носом появилась голова Собаки Баскервиль.

– Ох! Как вы меня напугали сэр! Что вы делаете на улице так далеко от дома в такую дурную погоду?!

Глаза Месье Эркюля смотрели печально и заискивающе. Он молчал и старался подобрать слава, чтобы объяснить причину визита и при этом не довести Пинки до обморока.

– Мадемуазель Пинки, меня привела к вам любовь! – вдруг неожиданно для себя ляпнул он.

– Что?! Вы больны и сошли с ума! – вскрикнула Пинки.

– Наглец, подлец, гнусный тать! – раздался из тумана голос невидимого Лестрейда.

– О, простите, вы меня неправильно поняли! Меня привела к вам любовь не к вам!

– А, ну слава Вогу, – почему-то сразу поняла это бредовое объяснение Пинки. – А то уж я испугалась!

– О, я болван, я вас тоже люблю, но как друга или вот как Лестрейда, например!

– Не нужно дальше углубляться в этот вопрос. Все всё уже поняли, и Лестрейд в том числе!

Сеттер выступил из тумана и решил, что будет за благо промолчать в этой ситуации, так что он только пожал плечами и кивнул головой одновременно.

– Месье Эркюль, не волнуйтесь. Расскажите нам всё по порядку, не торопясь, только, чтобы вы кого-нибудь не напугали, пойдём в укромный уголок сада.

Троица обогнула дом и скрылась в туманном углу под огромным медным буком.

– Мы вас внимательно слушаем, – сказала Пинки.

– Мадемуазель Пинки, мистер Лестрейд, я должен вам сообщить, что я влюбился и мне нужна ваша помощь.

– Чем же мы можем вам помочь, – хихикнул Лестрейд, но Пинки посмотрела на него строго и перевела свой уже ставший доброжелательным взгляд на Месье Эркюля.

– Мы все внимание!

– Итак, – начал Собака Баскервиль, – минувшая неделя ознаменовалась тем, что к моему хозяину приехал погостить давний приятель сэр Фрэнсис Кар-фэкс. Приехал он не один, а со своей собакой. Ею оказалось прелестное нежнейшее существо Агата, белая, с чёрными бархатными ушками, и всего лишь на пять дюймов выше меня в холке!

– О Господи! – вырвалось у Пинки.

– Неужели есть собаки больше вас? – удивился Лестрейд.

– Да, есть! Она очень породистая, практически голубых кровей! Какие у неё лапы, какой хвост, какая гордая крупная голова! Не описать словами! Короче, я влюбился! Всю неделю я от неё не отходил ни на шаг, так свыкся с мыслью, что мы вместе, но вчера сэр Фрэнсис уехал и забрал её с собой. Что мне теперь делать, как жить дальше?!

– Да, это проблема, – сказал Лестрейд, посмотрев на друга с пониманием и покосившись на Пинки.

– Друзья, я совершенно разбит и сломлен, мы, похоже, не сможем быть вместе.

– Друг мой, не спешите с выводами. Всё может статься, но сначала вам нужно нанести сэру Фрэнсису ответный визит. Я думаю, что ваш хозяин и сэр Кар-фэкс об этом уже договорились, и ваш хозяин поедет в гости к вышеозначенному сэру не позднее чем через неделю. Это обычный срок для нанесения ответных визитов. Ваша задача – не пропустить этот момент и устроить всё так, чтобы вас взяли с собой.

– А как мне это устроить?!

– Очень просто! Будьте сама любезность, не шалите, не пакостите, сделайте хозяину что-нибудь приятное и удивительное. Ну, подайте ему тапки, в конце концов. В вашем исполнении это будет просто умилительно. Надо, чтобы он не побоялся взять вас с собой, а напротив, захотел вами похвастаться.

– Вы пролили бальзам на моё сердце и вылечили его!

– Да уж, похоже, вы мой постоянный пациент, – заметила Пинки. – Ну, идите домой и будьте внимательны, не упустите свой шанс! Удачи!

Собака Баскервиль, забыв попрощаться, что было ей простительно в таком состоянии, исчез в тумане, как будто его и не бывало.

– Как хорошо, Лестрейд, что мы с вами не влюблены и нас не нужно лечить от сердечного недуга, – сказала Пинки.

– Кому как, – проворчал Лестрейд и, вздыхая, побрёл за Пинки в сарай, чтобы греть её спинку, пока она будет спать.

12. Сказка-детектив «Медные буки»

Как только Пинки появилась в саду, к ней сразу подбежал Лестрейд. Сегодня выпал пушистый белый снежок, и в такое время у сеттера была обязанность помогать Пинки со следами. Он должен был ходить за ней и затаптывать её следы, иначе её инкогнито сразу бы раскрылось. Лестрейд топтался позади Пинки и начал свой рассказ издалека.

– Мадемуазель, позвольте спросить, есть ли у вас какие-нибудь новости о нашем милом Собаке Баскервиль?!

– Я давно о нём не слышала, с тех пор как мы решили вопрос с его возлюбленной.

– Ага, значит, у меня для вас есть прекрасные новости, – обрадовался Лестрейд. – Как вы помните, мы посоветовали ему обязательно поехать погостить к сэру Фрэнсису и Агате в их поместье Медные Буки.

– Да, я всё прекрасно помню. Ну и как, ему это удалось?

– О да! В полной мере! Он так замечательно провёл время с Агатой, в тени растущих там в изобилии медных буков, что, как я понимаю, сегодня ему уже привезли щеночка.

– Позвольте, какого щеночка?!

– Девочку! Я пока не знаю, как её зовут, но она вся в маму, тоже беленькая!

– Прекрасная новость! Очень рада за Месье Эркюля! Надо бы его навестить сегодня и поздравить! Лестрейд, пойдёмте со мной, поможете мне надеть ботиночки. Сама я не справляюсь.

Тщательно собравшись, Лестрейд и Пинки отправились к догу поздравить его с первенцем.

«Надо же, – думала Пинки, – на старости лет обзавестись щенком! Вот что любовь делает с собаками!»

Когда они дошли до усадьбы, стало ясно по следам, что Собака Баскервиль и профессор Мориарти ушли гулять, по своему обыкновению, в парк. Ориентируясь по вензелям на снегу и кучкам, оставленным в живописных местах, Пинки быстро нашла друга и издали помахала ему хвостом. Похоже, от искусства он до конца не отказался, потому что как раз вертелся на заснеженной клумбе, что-то выписывая.

Как только Месье Эркюль заметил Пинки, он сразу бросил своё занятие и кинулся к ней и Лестрейду. Со стороны могло показаться, что огромный дог решил напасть на маленькую чихуашку и заодно на ирландского сеттера. Профессор Мориарти нёсся вслед за мчащимся догом и что есть мочи орал только одно дурацкое слово «Фу!». Но кто на него обращал внимание в такой радостный момент?! Когда Месье Эркюль наконец достиг своей цели, он стал радостно облизывать Пинки, с опаской поглядывая на Лестрейда.

– Мои дорогие друзья, я стал отцом! Поздравьте меня!

«За этим-то я и шла по снегу через весь город, не за тем же, чтобы быть вконец обслюнявленной», – подумала Пинки, а вслух сказала, что горячо его поздравляет и желает малышке здоровья, расти большой с хорошими зубами, слухом и так далее, Лестрейд поддакивал.

– Как назвали крошку, и сколько она уже весит?

– Назвали Кристи, в честь бабушки Агаты, а вес чудесный, четырнадцать фунтов!

«Да, – подумала Пинки, – кому малышка, а кому великан, ровно в два раза больше меня, уже не поиграешь, опасно…»

– Она у вас надолго?

– В том-то и дело, что навсегда! Агата родила двух щенков, мальчика и девочку. Сэр Фрэнсис оставил себе мальчика, так как девочка у него уже есть, а моему хозяину он отдал девочку, так как мальчик у него уже есть, – сказал он кокетливо.

– Понятно, это лучшее, что могло с вами произойти, теперь вы будете видеться с Агатой чаще!

– Я тоже так надеюсь!

– Ну, хорошо, дело приняло самый замечательный оборот! А теперь мы пойдём, – сказала Пинки, – а то профессор может почувствовать себя плохо! Видите, как он мечется вокруг нас и скоро вас придушит ошейником. Ведите его скорее домой, от греха подальше. Весной увидимся, приходите к нам с дочерью, будем рады вас видеть!

Уже стемнело. Они распрощались с Эркюлем и пустились в обратный путь.

– Каков наш старикан! – заметила Пинки Лестрейду.

– Да уж, значит, ещё не всё потеряно, – ответил Лестрейд.

– Что вы имеете в виду? – уточнила Пинки, но её вопрос остался без ответа.

Вот такая сказочная история!

13. Сказка-детектив «Знак четырёх»

Был пасмурный лондонский день, совершенно не погожий, а напротив, дождливый и даже с громом и молниями. Ветер трепал куст камелии, и один несчастный, прилипший к стеклу лепесток медленно двигался по стеклу, смываемый струями дождя. День был похож на поздний вечер. За окном ничего не было видно, кроме этого лепестка, но тем не менее Пинки увидела, что к воротам подъехал кэб и остановился. «Кто это к нам в такую непогоду?»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.