Валентина Рашевская
Вечный сюжет

Малой родине моей – поселку

Солнечная Поляна в Жигулях —

посвящается эта книга

© Рашевская В. А., 2024

© Оформление. Издательство «У Никитских ворот», 2024

Из поэмы «Белая гора»

…На берег вымахнули разом,
Притих вербованный народ.
Леса-то…
                     не ухватишь глазом!
А над поляной солнце льет,
Как из ведра,
                            трава – по пояс.
Да воздух! Пить – не перепить.
И чей-то подытожил голос:
– На Солнечной мы будем жить!
(Как выдохнулось то названье.)
Палатки ставили в ряду
Мордва, татары, молдаване…

И боль, и радость на виду.
На иждивенца – двести граммов хлеба,
Рабочему – четыреста отдай.
И все удобства под открытым небом.
Зато с травой заваривали чай.
И в двух шагах черемуха вскипала,
А в изголовье пели соловьи.
И сколь душе угодно нерожалой,
Некошеной, непаханой земли.

Пролог

В ином саду,
Где тишь и благодать,
Мне довелось однажды
Ночевать.
Там астры,
Как усталые щенки,
Дышали смирно
У моей щеки.
В четыре скрипки
С четырех сторон
Сверчки играли,
Позабыв про сон.
И времени
Зеленая вода
Не торопила сердце
В никуда.
За гранью
Будто восковых ветвей
Подстерегал огонь
Земных страстей.
Он ярок был,
И жаден, и высок,
Но дотянуться до меня
Не смог…
И купола церковного светлей
Тот сад
В душе хоронится моей
На крайний миг,
На невозвратный день,
Когда не будет места
Средь людей…

1987 г.

Глава первая
Из книги бытия…

Белая ночь

Самая долгая ночь —
Белая, с темным подбоем.
Я – твоя беглая дочь.
Господи, двери открой мне.

Тянет заплечный мешок.
Что в нем? И вспомнить не смею.
Отче, впусти на порог —
Душу свою отогрею.

Путь, так похожий на вскрик,
Звездной осыпан золою.
Словно сквозь камень – родник,
Шла я всю жизнь за Тобою.

И отрекалась, любя.
И, не любя, тосковала.
Всюду искала – Тебя.
Только об этом не знала.

Белая, белая ночь!
Ветром развеяны тени.
Господи, я – твоя дочь.
Ты – моя боль и спасение.

2023 г.

Вечный сюжет

Надежде Кондаковой

Я вспомнила Авеля… Он за селом
Стерег белоснежных ягнят
И небу читал 90-й псалом,
Бесстрастною страстью объят.

Я встретила Каина возле реки —
Боролись в нем зависть и страх.
А рядом тащили улов рыбаки,
И рыба металась в сетях.

Был солнцем пропитан библейский денек.
Листва на деревьях цвела.
И Ева готовила сдобный пирог,
Но весть… ее сердце сожгла.

С тех пор набежало две тысячи лет,
Да всуе прошли времена.
Сердечного ладу меж братьями нет,
И главным арбитром – война.

Я видела Авеля прошлой весной.
(Жизнь выбрала – новый завет.)
Он вышел из клуба ночного – хмельной,
Со скрипкой и модно одет.

Стоял на ступенях, пропахших вином,
Качаясь на самом краю…
А Ева сквозь слезы смотрела кино
О собственной жизни в раю.

2023 г.

«Глаза с поволокой, и волосы – шелк…»

Глаза с поволокой, и волосы – шелк:
Цветущая ветка пустыни…
Прости, что сама усадила за стол
Под дождь твоих взглядов рабыню.

А сердце стучало в висках – не отдам! —
И, падая, в бездну летело.
(Всего лишь однажды послушал Адам
Младое и глупое тело.)

О, как ты смотрел на слепое окно,
Целуя ее у порога!
В весеннюю почву упало зерно,
Угодное Миру и Богу.

Душа моя – недогоревший листок —
Свернулась, мучительно тлея.
Я вырежу, Господи, этот урок
На памяти, словно камею…

2023 г.

«Понедельник. Страстная неделя…»

Понедельник. Страстная неделя.
Ветка вербы свежа, как роса.
Я глазам своим больше не верю —
Сердцем вслушиваюсь в небеса.

Вот – неистовый рокот прибоя,
Вот – нежнейшая стонет свирель
И уводит меня за собою
Сквозь прозрачный и ломкий апрель.

Растекается вольно по ветру
То ли музыка, то ли душа.
Все земные вопросы-ответы
Словно мертвые листья шуршат.

Понедельник, страстная седмица
Накануне большого Суда.
И поет незнакомая птица
Ни о чем, ни о ком, в никуда…

21 апреля 1992 г.

Голубь

Голубь прогулялся под кроватью
И ушел в открытое окно.
Ахнула сестричка, а в палате
Стало разом тихо и темно.

Про себя молились: «Слава Богу,
Не ко мне, а значит, не за мной».
(Но кому показывал дорогу —
В небеса! – тот голубь озорной?)

Обожгла старинная примета.
Пробежал морозец по спине.
Мимо проплывало бабье лето:
Синее – на золотом коне.

…Ты явился в мир больной – влюбленный!
Отменил железный «мертвый час».
И смеялись мы освобождено;
От тебя не отрывая глаз.

Но когда последний день сорвался
В Господом означенный черед,
Голос твой…
Он на Земле остался —
Голубем блаженным.
И живет…

28 марта 2023 г.

«Морозец. Ковры выбивают…»

Морозец. Ковры выбивают…
В природе исход ноября.
Я черную кошку встречаю
Которое утро подряд.
И нынче она озарила
Полночной улыбкой своей…

Опять Серафим Шестокрылый
Стоит у закрытых дверей:
– Вольно тебе, житель небесный,
Спускаться на нижний этаж,
Где буйствуют дикие песни
И шепот не слышится ваш. —

Стоит он и слез не скрывает:
Так род человеческий жаль…
Морозец. Ковры выбивают.
Туманится серая даль.

1994 г.

Голос

«Мир дому твоему… покой душе…» —
Звучит во тьме казенного жилища.
Чей голос на земле приюта ищет?
Невесело на нижнем этаже.

Сосед-татарин бьет ногою в дверь
И спьяну в полночь требует раздела.
Любимый променял меня на тело
Девическое, но твердит: «Не верь!»

И я не верю – с веком в унисон.
И отвыкаю от привычки детской
Молиться на ночь за грядущий сон,
За всех не знающих, куда им деться.

Я забываю повторять слова,
В которых так нуждается природа.
И вот уже хмелеет голова,
И дразнит невесомостью свобода.

И кажутся ничтожными долги,
А то и вовсе не видны в тумане.
И я прошу любимого: «Солги!» —
И все надеюсь – утро не настанет…

«Мир дому твоему… покой душе…»

2003 г.

«Звезда явилась и угасла…»

Звезда явилась и угасла…
Я чай пила в родном селе,
И капля пролитого масла
Дрожала тонко на столе.

В той капле, словно Божья милость,
Переливалась тишина.
И жизнь моя не торопилась,
Застыв на лавке у окна.

Неизъяснимая отрада
Нахлынула со всех сторон.
Сияла робкая лампада,
Туманились глаза икон.

Я ни о чем их не просила,
Лишь умоляла о былом.
А мир прекрасный и… постылый
Терялся где-то за селом.

Все неразборчивей, все глуше
Земные пели голоса.
И отворились небеса.
И Ангел выбрал мою душу.

2005 г.

Блаженная

– Диво дивное, откуда?
– И не вспомню, хоть убей.

– Ты одна?
– Со мною чудо —
Пара черных лебедей.

– Горе носишь?
– Снег да речку.
Бездыханный воздух пуст.
В сердце – голос человечий:
Он сорвался с мертвых уст.
И живет, еще горячий,
Между небом и землей.

– Ну… не плачь.
– Ах, я не плачу,
Это ветер ледяной.

(Темный плащ забыт на ветке —
Лебединое крыло.
Пахнет выстрел пистолетный. —
Так бессмертно пахнет Зло.)

– Что пытаешь в веке нашем?
– След саней по февралю.
– Как зовут, сестра?
– Наташа.
– Так любила?!
– Нет, люблю…

2022 г.

Круг

Птицы, лошади, цветы,
Завитки травы небесной…
Затерялся град чудесный
На просторах Красоты.

Через поле напрямик
Льется белая дорога.
Здесь, в обители у Бога,
Сын от матери отвык.

У него свои дела,
Нерешенные задачи…
И земное эхо плача
Оседает, как зола.

По колено в той золе
Мать кочует по Земле.
Ищет город ненаглядный:
Где-то рядом, где-то рядом.

Через поле, через луг,
А затем за лес и горы…
И никто не скажет, скоро ль
Разомкнется этот круг:
Птицы, лошади, цветы…

2007 г.

«Вечер…»

Вечер…
К вечерне зовут звонари.
Запах горячей полыни.
Прошлое теплой ладонью сотри.
(Вот и свободен отныне.)

В старой кадушке согрелась вода,
Вымой усталые ноги.
Новая зазеленела звезда,
Стелется свет по дороге.

В каменном храме прохлады покой.
Свечи слезятся от жара.
Мы перед Богом предстали с тобой —
Странная пара…

Жизнь нас пытала огнем и водой,
Медные трубы рыдали.
Только и в этой глуши золотой
В воздухе привкус печали.

Прошлое теплой ладонью сотри.
Вещим становится сердце.
Слышишь, к вечерне зовут звонари?!
Дай на тебя наглядеться.

2007 г.

«Слезы были чисты…»

Слезы были чисты,
И молитва бесплотно
Возносилась под купол —
На свет,
Где сияли глаза,
Как на старых полотнах,
И душе улыбались в ответ.

Затерялся сей храм…
По лесам и болотам
Днем с огнем до него не дойти.
А под новою кистью
На старых полотнах
Зарастают бурьяном пути.

2023 г.

«Звезда Полынь упала в воду…»

Звезда Полынь упала в воду,
И стала горькою река.
Бредем по ней, не зная брода.
В рай попадем наверняка.

О чем жалеть! Сомкнуть бы веки —
И по теченью в мир иной…
Да грех великий человеку
Бороться с тягою земной.

И он цепляется за берег,
За храм, стоящий на крови;
Хоть ни во что уже не верит,
Устав от злобы и любви.

Он все зовет себя народом,
Но темен свет его очей.
…Звезда Полынь упала в воду,
Тая смертельный жар лучей.

Густеет скорбь в вечернем звоне.
И птичий гомон как набат.
А белый голубь на балконе
Бесстрастно смотрит на закат.

1990 г.

Город

Странный город, засыпанный снегом.
Словно – я оступилась в небо,
И на дне ледяной Вселенной
Богом брошенное селенье.

Неподвижен лиловый воздух.
На бревенчатых стенах – звезды.
(Или брызги червонной масти!)
Всюду окна и двери настежь.
Странный город и страшный город:
Чья-то лента пристыла к забору,
Над сугробом рукав рубашки…
(Это – завтрашний день иль вчерашний?)
В сердцевине разора и краха
Площадь белая – красная плаха.
И восходит над ней остер,
Отливающий синью – топор.
И направлено острие
Прямо в зябкое сердце мое.

Куполами стоят облака.
Издалека-издалека
То ли пение, то ли плачь…
И неведомо, кто палач.

2007 г.

Кислородное голодание

1

Кислородное голодание…
Мой автобус битком набит.
Утро хмурое, злобой раненное,
И молчание – динамит.
Ситуация взрывоопасная.
Очерти-ка глазами круг,
И без слов все яснее ясного:
Человек человеку не…
Друг!
Со-отечественник, со-мученик,
Поздно взвешивать, чья вина.
Новый мир наш
Бетонными кручами
Уползает за край окна.
А навстречу снега небесные
И такая кромешная ширь,
Все обиды покажутся пресными,
И с ума сойдет поводырь.

Утро темное
Как страдание —
Недочитанный древний том.
Кислородное голодание:
Человек человеку – кто?!

1990 г.

2

Станция дремлет…
Стоит непролазная тьма
На середине пути от заката к восходу.
В час ожидания
Здесь над случайным народом
Хмуро сомкнулась полуночная тишина.
Лишь проводница, залетная серая птица,
Что-то кричит на железном горячем пути…
Станция Потьма в обыденном сне не приснится.
Вот она – рядом, сожми свое сердце в горсти.

…По коридору шаги тяжелы и усталы.
По коридору… И вот уже тени в дверях.
Сели напротив, и дрогнуло зданье вокзала,
Поезд качнуло на встречных весенних ветрах.
Двое – напротив, тревожные мутные лица,
Как они жадно глазами врастают в окно.
Это твои непутевые дети, столица,
В дом возвращаются, где их забыли давно.
Может, и помнят, и плачут над ними утайкой.
Может быть, прячут
Их детские снимки в столе…
Как вам работалось за кирзаки и фуфайку?
Как вам любилось на зябкой и зыбкой земле?!

…Двое – напротив,
Но пропасть меж нами такая —
Не докричаться под грохот летящих колес.
Бритые головы злым кулаком подпирая,
Двое в окошко глазами врастают до слез.
Все там по-прежнему,
Лишь непривычно родные
Эти просторы, где вымыт дождями их след.
Поезд летит,
И светлеет, светлеет Россия.
Поезд летит – и слепящею лавой рассвет.

…Встанут на площади —
Перед Москвой на колени.
Может, не встанут,
Пойдут по задворкам крутить…
Дай-то им силы, земля, на второе рожденье.
Дай устоять на железном каленом пути!

1986 г.

3

Кошки, да нищие, да купола…
Время обрушилось вспять.
На пепелищах остыла зола,
Можно без страха топтать.

Новых опричников тешится рать.
Две головы у орла:
Разом и душу, и печень клевать.
Славные наши дела.

Радуйся, радуйся, русский народ,
Празднуй великий успех.
Тот, кто до Судного дня доживет,
Тот и ответит за всех.

Кошки голодные да купола…
Круг размыкается вновь.
На пепелищах лежат, как зола,
Вера, надежда, любовь.

Справа – пустырь, да и слева – пустырь.
Где оно – меньшее зло?
И своенравен слепой поводырь.
Как же нам всем повезло.

Радуйся, радуйся, русский народ.
Празднуй великий успех.
Тот, кто до Судного дня доживет,
Тот и отмолит нас всех.

Вот и фонарь возле дома погас,
Мутной тряхнув головой.
Полночь в России – хоть выколи глаз.
Посвист… И хохот… И вой…

1992 г.

4

Нет и не будет душе передышки.
Вновь на Москве ресторан «Разгуляй».
Лузгает семечки стражник на вышке:
«Эй, гражданин, шире рот разевай!»

И разевают любители ора,
Нынче в Отечестве «несть им числа».
Спит размалеванный крейсер «Аврора» —
Совесть его в мир иной отошла.

Белый солдатик и красный солдатик
Сеяли бурю, а нам – пожинать.
Сами-то вспомнили, что они братья:
Перемешали свой прах – не разъять.

Белые кости промыты дождями.
Кровь «голубая» темнее, чем месть.
Крепко схоронены русское знамя,
Русская вера, дворянская честь.

Крепко схоронено… Вороны в стае
Птицу болящую бьют неспроста.
То-то нам дегтем и кровью латают
Настежь распахнутые ворота.

А за воротами мертвое поле.
Эй, «господа», и в каком вы конце?!
Нет и не будет юродивым доли.
Так и гуляйте в терновом венце!

Русской душе не видать передышки:
Вместо страны – ресторан «Разгуляй».
Спит притомившийся стражник на вышке:
«А ну, россияне, пора… не зевай!»

28 ноября 1993 г.

5

Мальчик – в черном! – проходит по саду,
Так внезапно и близко родной.
Сквозь деревья идет, сквозь ограду…
Он не помнит дороги иной.

А над миром витает простуда —
Поздней осени звездная стынь.
– Ты откуда, мой мальчик, откуда? —
Шевелятся беззвучно кусты.

Вот он медленно всходит по краю
Погребенного в холод луча.
Припадаю к окну, пропадаю
Безнадежно, безмолвно крича:

– Ты зачем покидаешь Россию?!
Эта черная немочь пройдет!
И красны его ноги босые,
Но лицо голубее, чем лед.

Обернулся… Прозрачно и длинно
Посмотрел мимо слов, мимо слез.
Еще теплую землю отринул
И в остывшее небо пророс.

Мальчик – в черном!
Привиделось, что ли,
В ясный миг между сном и едой?
А душа растворяется в боли:
Это – ты,
Молодой-молодой…

1993 г.

6

Пряди седые – багряные листья.
Тощая хлыщет метла…

Господи, ты ли, Мадонна Сикстинская,
С облака наземь сошла?!
Что не ко времени выбрала платье
С целым созвездьем прорех.
Где же твой Сын, непорочная матерь,
Где он, страдалец за всех?!

…Мертвые космы метутся по ветру.
Палые листья в крови.
И от нее не дождаться ответа.
Не домолиться любви.

Словно глухая, уходит по лужам
В тонких чулочках одних.
Словно ей мир этот больше не нужен,
В коем не стало родни.

…Меркнет в душе от нечаянной встречи.
В тусклой утробе двора
Листьев бездомных игра —
Чет или нечет…

1990 г.

7

Плакал котенок в подъезде,
Еле живой уголек.
В небе последних созвездий
Переливался дымок.

Ломкое утро хрустело,
Словно стекло, под ногой.
Чье-то округлое тело
Плыло, что шар голубой.

Плыли затылки и спины,
Как заготовки Творца:
Вот очертания сына,
Рядом набросок отца.

И оставалось Слово
Камнем лежать на тропе —
Не было Духа Святого
В этой печальной толпе.

1996 г.

«Осадили морозы Рождественский пост…»

Осадили морозы Рождественский пост,
Что ни день, то суровей и круче.
И печные дымы поднялись во весь рост,
Небеса подпирая на случай.

Все бледнее закат
И прозрачнее ночь.
Тени елей острей и тревожней.
Даже словом себе не посмею помочь.
Здесь и Слово опутано ложью.

И куда ни посмотришь —
Сплошной лазарет:
Забинтованы рощи и реки…
Только в церкви бессонной —
Молитвенный свет.
Значит, живы еще человеки.

1993 г.

Глава вторая
Рождество мое белокрылое

Зимняя соната

Снег.
Путей переплетенье.
Воля – памяти моей…
Невесомое скольженье
Невесомых лошадей.

Взор луны потусторонний.
В пустоте полозьев скрип.
На закрытом перегоне
Снова шепот, смех и… всхлип.

(Прежней жизни отголоски
Так стеклянно коротки.)
Из серебряного воска
Край закутанной щеки.

И на полости медвежьей
Оседает снежный рой.
Сквозь тоску и неизбежность
Возвращаюсь я домой,

Где теплы еще предметы
И свежи твои цветы.
Здесь граница тьмы и света —
Неприступность высоты.

2007 г.

«Декабрь. От радуги – тревога…»

Декабрь. От радуги – тревога…
И тридцать первое число.
Сугроб хрустальный у порога
Пресветлым ветром нанесло.

А кот, охваченный волненьем,
С хозяйкой заключил союз.
И новое стихотворенье
Я праздновать не тороплюсь.

Не тороплюсь бокал наполнить,
Прошедший год перечеркнуть.
Предсказано – под связкой молний,
Под радугой – закончу путь.

Почем грядущие восторги?!
А здесь уже оплачен свет.
Благодарю, святой Георгий,
За незначительность побед.

Врагам даруя передышку,
Пыталась вызубрить урок:
Жила смиреннее и тише…
А нынче истекает срок.

Мой старый год, друг безотказный!
На сердце горечи печать,
А стрелки приближают праздник.
Ну что ж, идем гостей встречать.

2006 г.

«Белый зверь проскользнул вдоль окон…»

Белый зверь проскользнул вдоль окон
И ударил в тяжелую дверь.
В темном небе высоко-высоко
Ледяная разбилась свирель:
Вещий голос, дарованный всуе.
Чудных слов не расслышать Земле…

Я опять твой профиль рисую
На морозом граненом стекле.
Постигаю извне, издалека.
Обжигаю пальцы о снег.
Но протаивает лишь око,
Чье-то странное око без век.

И глядит на меня, не мигая.
И пугает, и веселит:
Красный огнь в глубине играет.
И от красного в сердце рябит.

…Белый зверь. Рождество. Крещенье.
И затмение солнца вослед.
И непрошеное озарение,
Что тебя в этом мире нет.

2005 г.

Предчувствие Рождества

Тончайшие полотна января…
На черно-белой вышивке крестом
Земля обетованная моя,
Смиренная Рождественским постом.

Предчувствие великой тишины
Окутывает хаос бытия,
Так литургия тайная весны —
Во глубине застывшего ручья.

Пребудет вечность в этой белизне
И в синеве немыслимых высот.
А Время, залетевшее извне,
Стеклянной птицей в поле упадет.

Тончайшие полотна января
С рожденья мне дарованы судьбой.
Земля обетованная моя
Пред Господом с покрытой головой.

9 февраля 2006 г.

Открытка

За ночь земля побелела,
Засеребрился лес.
Глупое сердце несмело
Вдруг запросило чудес,

Самых первостатейных,
Явленных под Рождество.
Детская вроде затея —
С миром волшебным родство.

Только из милой причуды
Слишком печален исход.
Рядом с прощеным Иудой
Гоголь бесплотный плывет,

Тросточкой легкой играя,
В шляпе унылой, как дым…
Господи, не понимаю,
Что им здесь надо двоим?

Тут обрывается сказка…
В стылую звездную даль
Можно смотреть без опаски,
Это не наша печаль.

За ночь земля побелела,
Тоненько иней поет.
Знает Пречистая Дева —
Скоро Спаситель придет…

4 декабря 2020 г.

«Январь – государь!..»

Январь – государь!
(Не в горле кость.)
Душе, как встарь,
Желанный гость.

Почто беречь
Былую боль?
Растопим печь,
И груз – долой…

Молчанье – свет
Со всех сторон.
Нас больше нет!
Молчанье – сон.

Сквозь хаос чувств
Веди – в полон…
Жарчайших уст
Знобящий стон.

В белесой тьме
Окно – янтарь.
Огнем во мне
Течет январь.

2004 г.

«Бродит полночь тихо-тихо…»

Бродит полночь тихо-тихо
От окна к окну.
Убаюканные вихри
Отошли ко сну.

И сугробы в новых шкурах
В спячку залегли.
Ни звезды на небе хмуром,
Ни огня в дали…

В изголовье реет запах
Диких роз лесных.
Народившееся «завтра»
С привкусом весны.

Время вытравило страсти
До глубин души.
И я слушаю, как счастье
Тенькает в тиши.

Бродит полночь, ищет выход,
Освещая дом.
Убаюканное лихо
Спит смертельным сном…

12 декабря 2021 г.

«Все ближе волны снегопада…»

Все ближе волны снегопада.
И звезды брезжат на ветру,
Как негасимые лампады
В старинных селах поутру.

И светлой памятью хранима,
Я выйду в полночь на крыльцо:
Ты пронесешь сегодня мимо
Свое счастливое лицо.

Взмахнет крылами ель у дома,
Замрет душа моя в ответ,
И промелькнет такой знакомый,
Ушедший в вечность силуэт…

…Открыта ночь предвосхищенья.
И мир, от немощи устав,
Ждет не дождется появленья
На свет Спасителя Христа.

31 декабря 2020 г.

«С Новым годом, с новым светом…»

С Новым годом, с новым светом,
Отворяющим врата
Новой жизни – по заветам
Вновь рожденного Христа.

И под ангельское пенье
Снег, слетая с высоты,
Обещает воплощенье
Человеческой мечты.

Мы увидим Лик прекрасный
В талом золоте лучей!
И Отец Небесный – ясно —
Назовет своих детей.

Всех Он любит, всех Он помнит
По глазам, по именам.
Наплывет на полночь полдень,
И сотрутся времена…

С Новым годом, с новым светом,
Отворяющим врата
Новой жизни – по заветам
Обретенного Христа.

1 января 2021 г.

«Рождество мое белокрылое…»

Рождество мое белокрылое,
Колокольный звон – в небеса.
И светлы вокруг лица милые,
Слезы чистые, что роса.

И незримые реют радуги,
Тьма январская вся в цвету.
Обновись, душа, в этой радости,
По глоточку пей Красоту.

В сонме любящих, в хоре славящих
Богородицу и Христа,
Пригодятся ли голос слабый мой
И сердечная маета?

Рождество парит белокрылое.
Отворенные небеса…
И поют в душе с новой силою
Незабвенные голоса.

8 января 2021 г.

«В доме пахнет оттаявшей хвоей…»

В доме пахнет оттаявшей хвоей,
Апельсинами, сладким вином.
Рождество…
Мы забыли с тобою,
Где, в котором столетье живем.

Несказанно свечение ночи.
Полон дивного пенья эфир.
А Младенца недетские очи
Обреченно взирают на мир.

Наши руки находят друг друга,
И сплетаются пальцы тесней.
Обреченно восходим по кругу —
По судьбе нареченной своей.

Боже праведный, что на вершине?!
Но пока миру темному в дар —
Вся земля в золотой паутине,
Как стеклянный рождественский шар.

2007 г.

«Святки…»

Святки…
Плавает по небу
В синьке алая луна.
Все смешалось: быль и небыль.
Я одна и не одна.

Словно призрак встречи тайной,
Тень застыла на окне.
Друг старинный, враг случайный
Двойника прислал ко мне?

Заколдованного сада
Невесом хрустальный сон.
Ах, печаль моя, отрада,
Повтори, как ты влюблен.

Повтори, и я поверю:
У любви слова красны…
Низко стелется под двери
Горьковатый дух сосны.

И окутывает облак
Во спасенье ближний свет.
Мы с тобой постигли оба
Ночи святочной секрет,

Что за блажью обольщений
Выпрямится во весь рост
Полночь белая Крещения.
И вослед —
Великий пост.

2007 г.

«В сельской церкви пахнет ладаном…»

В сельской церкви пахнет ладаном.
За стеною тихий снег.
Сколько было мной загадано
На короткий бабий век!..

И мечтанья эти скорые —
Круговерть и суета —
Не дают вглядеться в скорбные
Очи светлые Христа.

А под куполом торжественным
Рвется тонкое: «Прости…»
Дети малые да женщины
Мир пытаются спасти.

Среди них стою – незваная,
Позабытая родня.
Время смутное туманами
Сбило с памяти меня.

Но оставлено спасение:
Праздник в храме на холме.
Вторю ангельскому пению:
«Боже, вспомни обо мне…»

2007 г.

«В домах заснеженных – огни…»

В домах заснеженных – огни,
А в небе – лунная соната.
Идут рождественские дни —
Замрите, стрелки циферблата.

Продлись, мгновение, продлись!
Пока душа в потоке света
Новорожденною кометой
Летит в Божественную высь,

Где звезд ликующих – парад
И нет любви конца и края…
Не возвращай меня из рая
В заледенелый темный сад.

Там тишина лежит, что глина.
И сердцу некого обнять.
И только ветер, словно тать,
Выходит загодя встречать
У зарослей седой калины.

…В домах заснеженных – огни,
А в небе – лунная соната.
Замрите, стрелки циферблата, —
Идут рождественские дни!

2023 г.

Год белого вола

Белый вол с золотыми рогами,
Синеокий, как в марте – весна,
Проявился в полуночной раме
На серебряной глади окна.

Задержался на миг и растаял.
На холодном узорном стекле
Тень улыбки лукавой оставил,
Точно уголь горячий в золе.

Проповедник труда и терпенья,
Что ты миру больному принес?
Петушиное дикое пенье
С новой чашей накопленных слез;

Исполненье желаний и славу
Или вечной любви благодать?
Не дели нас на левых и правых,
Что принес, то и будем жевать.

Белый вол с золотыми рогами,
И повозка – под самым окном.
И луны багровеющей знамя…
Знать бы только, где счастье найдем!

Знать бы только…
А впрочем, не надо.
Будь что будет, и воля Твоя!
И до боли сердечной отрадны
В ночь Крещенья родные края.

22 января 2021 г.

«Чиста крещенская вода…»

Чиста крещенская вода
Хрустальная.
В ней омывается звезда
Из мира дальнего.

Она полощется ничья,
До хруста – белая.
Остры у проруби края
Заледенелые.

И так притягивает круг
Воды светящейся
Освобождением от мук,
От настоящего.

И остается шаг-другой
Вослед отчаянью…
Но, Слава Богу, мы с тобой
Не разлучаемы.

2006 г.

«Строги крещенские морозы!..»

Строги крещенские морозы!
На окнах комнаты моей
Семья серебряных зверей
И обескровленные розы…

Не схорониться в белой чаще.
Живой душе закрыта дверь
В мир, от стерильности хрустящий,
Где ни желаний, ни потерь.

Где Время ничего не значит.
А смерть – лишь продолженье сна.
Но белый зверь о чем-то плачет,
Забившись в уголок окна…

1985 г.

«Сеется, стелется медленный свет…»

Сеется, стелется медленный свет.
Солнце, похожее на осьминога,
В небо взбирается —
Как от ожога,
Наискосок багровеющий след…

Я ничего не забыла, мой друг.
Все невеселые наши сказания
Заключены в ослепительный круг —
Не наказуемо счастья желание.

Не наказуемо! Где же черта?..

…Грузная птица на ветку слетела —
Заколыхалась тень от креста.
То-то душа моя стала пуста
И неподъемна,
                                что мертвое тело…

2006 г.

«Загостились морозы с Крещения…»

Загостились морозы с Крещения.
Дни звенят, как осколки стекла.
Постигаю науку смирения,
Ожидая земного тепла.

Не спасают и старые валенки,
И носки, что связала мне мать.
Стало сердце холодным и маленьким
И почти разучилось летать.

Кто-то баню готовит субботнюю,
Упираются в небо дымы.
Обложило нас время сугробами
На обочине русской зимы.

Обмануло нас время, опутало;
Развело, как детей, по углам.
Постою на снегу необутая…
Как живется, как можется Вам?

Постою на снегу и без памяти
По озябшему дому кружу.
Как мне дышится в жизненной замяти?
И не спрашивайте – не скажу.

2006 г.

«Скоро февраль…»

Скоро февраль:
Розовеют снега на востоке.
Следом весна
Возвратится на круги своя.
Эта зима
Оказалась прекрасно-жестокой:
Не пощадила
Ни птиц, ни зверья.

Пес во дворе
От любви к человеку летает.
Над головою
Воскресный плывет перезвон…
И на путях
К моему занесенному раю
Этой зимою
Поставлен надежный заслон.

Мир откатился
Со скрипом за старое поле.
Не продышать
Ослепительно-стылую даль.
Хватит до нового
Сахара, хлеба и соли.
Рядом – февраль!

Следом – весна…
Да судьбе торопиться не к спеху.
В пухлых сугробах
Деревья младенчески спят.
Этой зимою
Разбилось хрустальное эхо
Всех моих прошлых утрат.

29 января 2021 г.

Картина неизвестного художника

Столбы печного дыма —
На утренний парад.
Февраль стекает мимо
Заборов и оград.
И только небо прямо
Над крышами висит,
Над золотыми рамами
Стареющих ракит.

Без имени художник,
Но глаз не отвести.
Серебряной рогожею
Застелены пути.
А я в ковчеге света
Ищу тот уголок,
Где спрятан отогретый
Зарею уголек.

И дорисую тонко
Один-единый миг:
В объятиях ребенка —
Смеющийся старик…

17 февраля 2022 г.

Глава третья
Сначала было слово, и слово это – война…

Безмолвие

Лихое время – встречный пал
Несется на опереженье.
Еще один из нас пропал
И не оставил даже тени.

Заплакать бы…
Да закричать
На этот свет и тот, что выше.
Но подлой немоты печать
Лежит окрест – на красных крышах!

И потому в густой ночи,
Такой холодной и безбрежной,
Я молча ставлю две свечи —
Во имя веры и надежды.

…Когда победные лучи
Сойдут с небес на поле битвы,
По всей России зазвучит
Неизреченная молитва.

29 октября 2022 г.

Ангелы войны

На прощание пурга
То поет, то плачет.
Кружат девочки Дега
В лебединых пачках.

Нежен каждый поворот,
Стелют снег, что скатерть…
А война уже идет —
Не на жизнь, а на смерть.

А война уже идет
(Даром, что слепая).
В тонких рученьках несет
Венчики из рая.

То ль старуха, то ль дитя?
Издали – не скажешь.
Следом ангелы летят,
Все – в крови да в саже.

Лики юные темны —
Отчий дым не сладок.
Лишь по горстке тишины
Вместо них – в оградах.

Над могилами пурга,
Отпевая, плачет…
Усмири, Господь, врага!
Свет даруй «незрячим».

26 февраля 2022 г.

Город счастья

Время – жатвы, запах – битвы.
Серп – в крови по рукоять:
И коротенькой молитвы
Не успеешь прочитать…

Город-призрак – двери настежь.
Разувайся и живи.
Дом качается от счастья,
Только вспомнив о любви.

Ни окна тебе, ни крыши.
Солнце льет как из ведра.
Стены пьют его и слышат
Всех – живых еще «вчера».

…Чей-то пес лениво лает.
Нежный шепот шелестит.
Ангелок в саду играет,

Он приехал погостить…
И коротенькой молитвы
Не успели прочитать.
…После жатвы – в поле битвы,
Серп – в крови по рукоять.

9 ноября 2022 г.

«Бьют по кладбищу, по храму…»

Бьют по кладбищу, по храму…
(По усопшим да святым!)
И на белых стенах – раны,
Точно дикие цветы.

В ноябре дожди косые —
Накренился неба свод.
На воскресной литургии
Молча молится народ.

Не остыли слезы с ночи.
Не оттаял страх в груди.
– Упаси нас грешных, Отче!
Прежде смерти – не суди.

Скорбь душевную умножив,
От беды детей укрой.
Между правдою и ложью
Этот – не последний бой.

Бьют по кладбищу, по храму
Бесноватою ордой…
Мертвые не имут сраму
Лишь за нашею спиной.

6 ноября 2022 г.

«Позолоченные болью…»

Позолоченные болью
Тихо светятся стога.
Припадают к изголовью
Сине-сизые луга…

Тонет в сумраке Держава.
Речка павших звезд полна.
И относит к переправе
Душу новую волна.

Избы темными очами
Смотрят прямо на войну.
Не ходите, не встречайте,
Не будите тишину:

Лунный саван чист и светел,
Крест ему надела мать…
Он за Родину ответил.
Нам – всем миром отвечать.

Позолоченные болью
На востоке облака.
Между смертью и любовью
Только вечная река.

9 октября 2022 г.

Сон

Странная тишина…
Словно в немом кино,
В город вошла весна,
А на душе – темно.

Ночи соленый след
То поперек, то вдоль.
Снова – на красный свет! —
Пересекаю боль.

Мимо плывет вокзал
Под метроном колес.
– Как ты сюда попал?
– Ангел с войны принес.

Выхватил из огня —
На параллельный путь.
Не оставляй меня!
Я не успел уснуть…

…Скомкалась тишина,
Где-то грохочет бой.
И во глубинах сна
Копится волчий вой.

17 ноября 2022 г.

«Наступила пора хризантем…»

Наступила пора хризантем,
И приблизилось Время прощанья.
Захлебнулся в руках АКМ
От команды: «На выход с вещами…»

У сражений характер жесток.
Чуть промедлил – и ты уже – птица.
Обозначился путь – на восток.
(На дорожку бы им помолиться!)

В петербургских конторах – чаи,
А в палатах московских – дебаты.
Только степь, утопая в крови,
Пожалеет: «Куда вы, ребята?!»

А ребятам самим не понять
Среди молний кинжальных и грома,
Отчего постаревшая мать
Босиком выбегает из дома.

И в смятенье глядит на закат,
Где багровая туча дымится.
…Но пока ее дети летят,
Мать успеет за них помолиться.

5 сентября 2022 г.

Обитель

Затишье – неожиданно и зыбко:
Еще исходит яростью броня.
А месяц с побледневшею улыбкой
Выводит души с линии огня.

Их «тьмы и тьмы…» – в глубинах небосвода.
И не на каждой благости печать.
Обитель «пограничного народа»,
Где учат жизнь свою переплывать.

Здесь ночь и день друг друга не сменяют.
Знобит миров серебряная стынь.
И никогда никто не умирает,
Но и не пьет предутренней росы.

А звездный дождь, скользнув по новой коже,
Почти земной, в просветах голубых,
Ни радости, ни боли не умножит.
Не числят их – ни в мертвых, ни в живых.

…Они блуждают в прошлогоднем мае
(На волосок – от будущей войны)
И слушают, как скрипочка – из рая! —
Разучивает полонез весны.

23 августа 2022 г.

Родня

Смотрит в ночь с календаря
День субботний ноября.
На закате не заря —
Грозовой разлом.

Между небом и землей
Ветер носится седой,
Хлещет мокрою листвой.
Как нам повезло…

Мир «потешный» – дикий век!
Ищет Бога человек.
Да не размыкая век,
Без пути – плутать!

А к вечерне в синеве,
В стылом меркнущем огне
К старой церкви на холме
Душ нисходит рать.

Колокольный длится стон,
И плывут со всех сторон…
За сиянием икон
Лиц не распознать.

…Молча на исходе дня
Собирается родня
(За тебя, и за меня!)
До конца стоять.

3 декабря 2021 г.

Кукушка

Март, восьмое… Снегопад
Кружит вдохновенно.
Под кукушкой – циферблат
В домике настенном.

И на стрелках – тишина
Все еще живая.
По морю идет война.
(А куда – не знает…)

Огненная полоса
Держит в черном теле
И людей, и небеса.
Души обмелели.

Далеко-то, далеко —
Дикая охота.
Полстраны – сплошной окоп:
Так и жди прилета.

Не понять, который час…
Пересол – обеда.
А кукушка в сотый раз:
«Скоро день Победы!»

8 марта 2023 г.

«Белый город в излучине мая…»

Белый город в излучине мая
Золотистою дымкой объят.
Птиц диковинных пестрые стаи
Над садами безмолвно парят.
На подворьях – ни смеха, ни пенья,
И на улицах нет ни души.
Для кого это Божье творенье
Сберегается в синей глуши?
Для кого бирюзовые горы,
И река, и цветы на лугах?
Никогда не поселится горе
На янтарных крутых берегах.
Да и счастье здесь не ночевало,
Ни единой тропинки окрест…
Загремели слова над вокзалом:
«Кто оставил на лавке свой крест?!»
Спохватилась, подставила спину…
Под лоскутным покровом небес
Не нашла я ни мужа, ни сына
Там, где город спаленный воскрес.
Выходили… все старый да малый.
Утешали друг друга уста.
На Руси и такое бывало,
У Победы – своя красота!

14 апреля 2023 г.

Свои – чужие

Предавших – укроет пурга.
Героев – обнимет Победа.
А ныне (на радость врага!)
Черед поминальных обедов.

Кормильцы на талом снегу
Лежат в деревянных обновах.
На этом, на том берегу
Ответчики – дети и вдовы.

Весь год не смолкают бои.
И небо в проталинах алых.
Чужие идут на своих
Стеною огня и металла.

Свои отвечают навзрыд:
Любя, ненавидя, прощая…
И пламенем синим горит
Глубинная связь – родовая.

…С врагом разберется страна.
К чужим – заржавеет остуда.
Но канут во тьму имена
Бежавших тропою Иуды.

4 марта 2023 г.

Август

1

Август: звезды и война.
Вот он – Зверь багряный…
Последние времена,
Что ни год – с изъяном.

Здесь – потопы, там – жара:
В судорогах планета.
Бродят слухи по дворам
О кончине Света.

За спиною сожжены
Все мосты, товарищ!
Отделяемся от тьмы
Всполохом пожарищ.

2

Спелых яблок перестук.
(Отголосок рая!)
Ты не спи, не спи, Пастух:
Стадо погибает.

А от бешеных овец
Не дождаться проку.
Вразуми детей, Творец!
Не казни – до срока.

Или это Судный день —
У порога жизни —
Бросил огненную тень
На мою Отчизну?

3

Август – месяц непростой
(Хоть и с полной чашей!).
Встало горе на постой
На просторах наших.

Лихо с запада пришло:
Кровушка – водицей…
(Снова втиснулась в седло
Дряхлая Блудница.)

4

Будет день – и будет пища…
В ожиданье воронье.
Счет идет на сотни тысяч!
Не у каждого жилье.

В поле много ям и рытвин
Без молитвы и креста.
…И конца не видно битве
За Спасителя – Христа!

5

Семь светильников – семь звезд.
В центре – место Силы:
Выпрямились в полный рост
Ангелы России.

Содрогнулся Вавилон
За «большою лужей».
С виду все еще силен,
А нутром – недужен.

Тоньше волоса броня,
Да и та гнилая.
Август…
Родина моя
От края – до края!..

10 августа 2022 г.

«Захолустный городок…»

Захолустный городок
На задворках рая,
Словно маменькин сынок,
Горюшка не знает.

Полночь теплая стеной —
От земли до неба —
Укрывает тишиной,
Молоком да хлебом.

А по уличным рядам
Домики-колодцы,
В них соленая вода —
Скоро разольется…

Но покуда невдомек —
Люд поет и пляшет.
Захолустный городок
Днем живет вчерашним.

…Старой иве не до сна,
Весь пропахший горем,
Воет ветер, что война
У Черного моря.

2023 г.

Всенощная в Киеве

Весенний день давно потух,
И сумраком затоплен город,
Но стая певчая старух —
Перед Владимирским собором.

Тела во тьме растворены,
Лишь голоса цветут живые
Да окна изнутри красны,
Как будто раны ножевые.

Чуть зыбится звенящий строй.
Сквозь стены проникаю духом:
Вот… обернулся лик святой —
Внимает горестно старухам.

…Так на детей своих глядят,
Когда в глазах темно от боли,
А над судьбой уже неволен,
И над страною – мор и глад…

Поют небесные стихи
Вечерние седые птицы.
И может чудо совершиться:
Им все отпустятся грехи?!

22 мая 1985 г.

Одиночество

Белый дом под холодной луной.
Кот бродячий за белой трубой
Все бормочет без толку и чувства…
В желтых окнах просторно и пусто.

В желтых окнах теней небогато.
То одна проскользит виновато,
То другая застынет печально:
Загустело меж ними молчание.

Но лишь ветер затронет звезду
Или в белом споткнется саду,
Как навстречу живому мгновенью
О стекло ударяются тени.

И трепещут в надежде смешной
На краю тишины ледяной…

2005

Глава четвертая
Зурбаган

«Мы стояли на вечной дороге…»

Мы стояли на вечной дороге:
Ноги нежились в лунной пыли.
А сквозь нас плыли звездные строки
О земной и небесной любви.

Мы прощались безмолвно, бесслезно.
Боже праведный, воля Твоя!
Перед взором то дивно, то грозно
Открывались чужие края.

Силуэты грядущих событий
Наплывали из тьмы без конца…
Слава Богу, серебряной нитью
Были затканы наши сердца.

На исходе решенного срока
Ты меня оторвал от плеча.
И вздохнул широко и глубоко,
И шагнул по излому луча.

…Нам доверена участь немногих:
Между прошлым и будущим – мост;
Одиночество вечной дороги
В фиолетовых сумерках звезд.

1995 г.

«Письмо лежало на столе…»

Письмо лежало на столе
В лучах зари.
А я смотрела, обомлев, —
Оно горит:

Страница рдела на глазах
И нить строки.
(Из прошлого – прощальный взмах
Твоей руки.)

Среди счетов за дом и свет —
В начале дня
Любовь, которой больше нет,
За давностью сожженных лет —
Простит меня?..

2020 г.

«Я память о тебе похоронила…»

Я память о тебе похоронила
В саду, где было тихо и светло.
Так в детстве птиц хоронят – под стекло,
Цветами укрывая дно могилы.

И запретила праздникам вчерашним
Тревожить сон моих сиротских дней.
И обрела спокойствие быстрей,
Чем по весне оттаивает пашня.

…Зачем открыла старый чемодан?
Уже не помню, но беда не в этом.
Твой голос вспыхнул лезвием рассвета:
«Любимая, уедем в Зурбаган!»

Дрожало уцелевшее письмо.
Без сквозняков распахивая двери,
Твой голос уводил меня, не веря,
Что я забыла о тебе давно…

24 августа 2020 г.

«Не возлюбленный и не друг…»

Не возлюбленный и не друг —
Прихоть юной судьбы моей.
Ты живешь, не считая дней,
Там, где вечно цветущий луг.

Я к тебе не ищу путей.
Здесь у каждого свой черед.
Божий раб, ты сегодня чей?
Кто желанным тебя зовет?

Я забыла твое лицо,
Растеряла твои слова…
Уцелевшее письмецо
Утешает, что я – жива.

1 августа 2020 г.

«В саду, где розы голубые…»

В саду, где розы голубые,
Наполненные лунным светом,
Качаются, как заводные,
Без ветра…
Где белоснежная сорока
Плывет в серебряном тумане
Загадочна и одинока.

И манит,
И завораживает взгляд
Ветвей дремучих неподвижность.
За ними скрыта чаша жизни,
В ней вечной молодости яд.

…Почти у самого порога
Зависла древним коромыслом
В тот сад небесная дорога.
И дух опутывают мысли:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.