# Экспресс в Рождество

Эльма Троу

Алиса – давняя подруга Даниила по переписке. Вместе они играют в текстовую ролевую игру, создавая вокруг себя свой идеальный фэнтези-мир. Их общение похоже на романтическое приключение, в котором они могут спасать друг друга, путешествовать – и воплощать свои самые сокровенные фантазии. Живя в одном городе, в Москве, они никогда не виделись вживую. Алиса влюблена в Даниила, но боится быть отвергнутой и потерять единственного близкого по духу человека. Юноша испытывает теплые чувства к девушке, но не может разобраться, страсть это или любовь. Герои встречаются во время рождественского путешествия на винтажном поезде. Им предстоит узнать друг друга заново и понять: есть ли между ними что-то вне их вымышленного фэнтези-мирка, или их чувства лишь порождение воображения?

© Троу Эльма, 2024

© З. Комолова, иллюстрация на обложку

© ООО «Издательство АСТ», 2024

> Дорогому М. и моим друзьям-ролевикам…


## Плейлист в дорогу


Aurora – Runaway

«Король и Шут» – Наблюдатель

Aurora – Winter Bird

Ludovico Einaudi – Night

Canine – Sweet Sway

Theory Of A Deadman – Medicate-Acoustic version

Sam Fender – Play God

Ruel – Don't Tell Me

John Williams – Home Alone Main Title

Aurora – All Is Soft Inside

remme & Clara Mae – Half a world away

Aurora – Queendom

ARIZONA – Hold The Line Acoustic

The Weeknd – Call of my name

## Пролог. Волшебная принцесса


Ветер завывал в щелях деревянных окон. Иногда были слышны удары снежной россыпи в стекло, словно кто-то бросил в окно горсть риса. Небольшая комната была освещена мягким светом единственной лампы, расположенной на столе, вплотную придвинутому к подоконнику.

Просачиваясь в комнату сквозь щели, ледяные потоки холодного воздуха раскачивали колокольчики, подвешенные на изгибе светильника. Этот звон разбавлял монотонный шум компьютера, который уже много часов работал на пределах своих возможностей. Обычно этот звук перестаешь замечать, он становится привычным фоном, без которого тишина кажется глухой и непроницаемой.

Этой ночью Даниил не спал, как и во все предыдущие за последние три года. Во рту был привкус кофе, который был сделан и забыт на кухне полчаса назад. Даниила что-то отвлекло.

Сдача проекта по реставрации дворца культуры была уже через пару дней, поэтому ему нужно было доделать часть работы сегодня, чтобы успеть показать результаты руководителю.

«Если ему что-то не понравится, у меня будет время доделать», – подумал Даниил, поправил очки и принялся разминать руку, уставшую за несколько часов работы с компьютером.

Он потянулся вверх, продолжая оглядывать свой проект в «Автокаде»[1]. В спине что-то приятно хрустнуло, ощущение расслабленности в мышцах переместилось от лопаток к голове. Даниил бросил печальный взгляд в сторону кровати, где на его подушке, как в гнезде, спала, вытянув передние лапы, кошка Шанни. Иногда она сжимала лапки во сне, словно пыталась что-то ухватить.

– Хорошо тебе, – тихо сказал он любя. – Спишь ты очень сладко.

«Осталось чуть-чуть, совсем немного», – Даниил поднял взгляд к окну.

Дом, который был виден из его комнаты, уже спал. Во всех окнах жила убаюкивающая темнота. Было приятно представлять, как отдыхают люди, закрыв глаза и уютно укрывшись тяжелым одеялом, обволакиваемые усыпляющей темнотой.

– Если я выключу свет, то тоже усну, – прошептал Даниил себе под нос и облизнул высохшие губы.

Они были сладкими от кофе и молока.

Телефон, заряжающийся на подставке, ярко засветился и завибрировал. Даниил, прищурившись, разглядел текст сообщения от Алисы, который всплыл под жирными белыми цифрами, показывающими время 03:20.

> Алиса: Спишь, чудик?

Невольно Даниил улыбнулся. Он снял очки, взял с подставки телефон и, нарочно игнорируя время, открыл мессенджер.

> Даниил: Как и вчера, и позавчера… Ты тоже к сессии готовишься?

> Алиса: Спешу тебя расстроить, я все свои экзамены сдала. Сегодня был последний. Мне не спится, слоняюсь взад и вперед по коридорам. Есть что-то романтичное в пустом общежитии. Во время семестра идешь мимо дверей и слышишь громкие возгласы мальчишек, хлопанье дверей, шаги, шуршание, чувствуешь запахи подгоревшей еды, сейчас же – только пение ветра, запах старых стен и запустения. Ух… Что-то понесло меня. Как ты?

> Даниил: Почти закончил проект. Осталось нормально все запаковать и отправить научнику… Слушай, я вот что хотел тебе предложить, раз уж ты не спишь. Хочешь сыграть в игру, Лисс? Поиграем, пока я все отправляю.

Даниил подвинул к себе подставку и закрепил на ней телефон. Затем он вновь надел очки и принялся доделывать последние элементы проекта.

> Алиса: Это прозвучало, как начало фильма «Пила». Я в деле. Что за игра?

Ветер за окном усилился. Под окнами раздался шум мотора. Кто-то в три часа ночи пытался выехать с парковки. Мотор ревел все сильнее, колеса взрывали снег, все сильнее закапываясь в нем. Хлопнула дверь. Послышались хрустящие шаги и тихая ругань.

> Даниил: Правила очень простые. По сути, это как читать книгу, только сюжет мы создаем себе сами. Придумываем персонажей, их предысторию, сильные и слабые стороны, даем им имена, а потом по очереди описываем их действия и мир, в котором они живут. Можем создать свой фэнтезийный мирок и делать в нем все что угодно!

> Алиса: Звучит, как та игра для ботанов, не помню название, в которой нужно бросать двадцатигранные кости. Пробовала в нее играть, мне не понравилось, потому что чаще всего это скатывается в выяснения, почему, пока один игрок целый день бежит за вором по городу, другой успевает убить тролля, пройти все подземелье и добыть сокровище. Все дело в том, как выдумать систему, правила. А игра без правил точно скатится в выяснения.

> Даниил: То, что ты описала, звучит очень печально. Как ты еще не умерла со скуки в своем физико-математическом? Нет, Лисс, обещаю, такого не будет. Ты можешь писать все, что хочешь, и я не стану ничего выяснять. Просто поддамся потоку твоих мыслей, а ты – моих. По сути, этот будет наш с тобой танец хаоса.

> Алиса: Давай попробуем. Начинай ты.

> Даниил: Дирион сидел в дальнем углу таверны и курил трубку. Его глаза сияли в темноте алым светом, подсвечивая густое облако дыма и его задумчивое лицо (Теперь твоя очередь. Сообщения, которые к игре не относятся, давай писать в скобках, чтобы не путаться).

> Алиса: В таверну вбежала девушка. Ее накидка была изорвана, взгляд был диким и напуганным. Глаза блуждали по таверне в поисках чего-то или кого-то. Она явно долго шла по лесу и не раз падала, потому что на ткани остались сухие крючки веток, паутина и старая гнилая трава. Взгляд незнакомки метался из стороны в сторону. Она явно чего-то боялась и не собиралась надолго задерживаться. Не снимая капюшона, девушка скользнула через зал, неловко столкнулась со стоявшим посередине стулом и приблизилась к барной стойке, за которой спал хозяин. Она робко попыталась разбудить его (Так пойдет? Надеюсь, я не слишком сильно перетягиваю на себя одеяло?).

> Даниил: Хозяин рывком вскочил на ноги. Увидев девушку, он посчитал ее ищущей подачки нищенкой. Что-то крича на своем родном языке, трактирщик замахнулся на нее метлой, однако Дирион успел вовремя. Он удержал метлу у самого лица девушки (Все отлично! Продолжай, мне нравится! Если захочешь перестать говорить в скобках, напиши «Стоп»).

> Алиса: Девушка нахмурилась и сбросила с головы капюшон. Ей на плечи упали пышные ярко-рыжие волосы, которые слабо мерцали золотистым светом в пыльном полумраке таверны.

> Даниил: Хозяин тут же выпустил из рук метлу, поскольку такие волосы были только у членов королевской семьи.

> – Ваше высочество, – произнес старик с виноватым видом.

> Алиса: За пределами таверны послышались голоса стражников. Девушка оттолкнула Дириона и помчалась к черному входу, спотыкаясь о разбросанные по полу бутылки. Звук ударяющихся друг о друга бутылок еще больше напугал ее, движения девушки стали резкими, раздраженными. Она накинула на голову капюшон и была готова нырнуть в темную арку коридора, ведущего к заветному выходу.

> Даниил: В последний момент перед тем, как в таверну ворвались стражники в сопровождении рычащих и плюющихся пенящейся слюной собак, Дирион успел схватить девушку за локоть и затащить в подсобку, скрывающуюся в тени коридора. Он крепко обхватил ее руками и зажал рот рукой.

> – Тихо! Ты бы все равно не успела убежать, – шепотом произнес Дирион.

> Алиса: Девушка попыталась высвободиться. И когда у нее это не получилось, она больно укусила Дириона за пальцы.

> Даниил: Юноша закусил губу, чтобы не закричать, но не убрал руку.

> – Я тебя отпущу, если ты не будешь кричать и вырываться, – прошептал он.

> Алиса: Принцесса едва заметно кивнула, смотря на Дириона оценивающим и подозрительным взглядом. Радужки глаз слабо мерцали в темноте. Кольца золота в них напоминали солнечный диск при затмении, янтарное обрамление горизонта во время заката, отблески света на морской воде, глотающей берег.

> Даниил: Дирион держал ее очень крепко. За дверью подсобки слышались шаги, голоса и лай собак.

> – Накинь мой плащ, нужно сбить твой запах, – тихо произнес юноша, отстегивая крючки грубой суконной накидки. – Как тебя зовут?

> Алиса: Незнакомка хитро улыбнулась, принимая у странника вещь.

> – Я ведь принцесса. Не знаешь моего имени?

> Даниил: Дирион усмехнулся и достал из подсумка флакон с какой-то жидкостью.

> – Я не из этих мест. Я странствующий парфюмер, – произнес он и сбрызнул одежду содержимым.

> Алиса: Лисс усмехнулась.

> – Эльф, парфюмер, а еще и странник? Разве вы не боитесь покидать свои земли? – спросила она.

> Даниил: В нос ударил запах пряностей. За дверью подсобки послышались шаги.

> – Жить за высокими стенами слишком скучно, – ответил он, обрызгивая и свою одежду. – Тот мир не для меня.

> Эльф чуть приоткрыл дверь, оценивая обстановку.

> – Будь готова выскочить, принцесса, – произнес Дирион и с силой толкнул дверь. – Нас обнаружили.

> Он сбил стражника, который намеревался заглянуть в подсобку. В зале таверны тут же все всполошились. Собаки залились надрывным лаем.

> – Беги! – закричал Дирион, толкая принцессу к выходу.

> (Отправил проект. Глаза закрываются. Пойду спать. Спокойной ночи.)

> Алиса: (Это очень захватывает! Что же будет дальше?! С нетерпением жду продолжения. Желаю тебе удачи с проектом. А я, пожалуй, прогуляюсь. Сегодня ночь волшебная, так ярко сияют звезды, а в палатке под общагой еще готовят блинчики с бананом и шоколадом.)

Даниил отложил телефон и выключил компьютер. В ушах зазвенела тишина. Даниил, невольно улыбаясь, откинулся в кресле и долго смотрел в окно, вверх, на звезды. Кошка несколько раз мяукнула во сне и потянулась.

– Мы смотрим с тобой на одни и те же звезды, – прошептал он.

Снег стал мягче. Белые пушинки зависали в воздухе, кружась на одном месте, словно в танце. Даниил прокручивал в голове эпизод встречи персонажей игры, представлял себе волосы таинственной незнакомки. В его мыслях образ Алисы, которую он знал только по перепискам, тесно переплетался с образом волшебной принцессы.

Теперь у них есть свой мир, свой уголок, в котором они могут оставаться самими собой.

## Глава 1. Ненастоящая романтика


Над головой висел круглый фонарь. Жужжа, как шмель, он освещал янтарно-огненные волосы Алисы желтым светом, превращая ее голову в пожар. Нос и щеки от мороза покраснели, словно кто-то игриво ущипнул ее и поцеловал.

Алиса улыбалась, смотря в экран своего смартфона. На щеках появились ямочки. Каждый раз, когда уголки губ приподнимались, Лисс пряталась в своем объемном шерстяном шарфе. Она пропустила уже две электрички, потому что они были плотно забиты людьми, и пришлось бы убрать телефон, чтобы не выронить его, когда толпа будет толкаться в броуновском движении на каждой остановке.

Под ногами стояла большая прямоугольная сумка, плотно набитая вещами. Своей тяжестью она давила Алисе на ногу, однако девушка уже перестала это замечать.

Алиса подняла взгляд на электронное табло, украшенное новогодними лампочками. Следующая электричка только через десять минут. Алиса перенесла вес с одной ноги на другую и тут же ощутила, как ступни обхватывает обжигающий холод. Покалывающее ощущение расходилось от пяток, как будто медленно опускаешь ноги в ледяную воду, схваченную игольчатым льдом. Со стороны здания станции доносились рождественские мелодии.

Алиса не хотела прерывать разговор, потому что ей было интересно, что будет дальше и куда их с Даней заведет сюжет.

> Даниил: Крепко держась за руки, они бежали через лес, взрывая тяжелый снег ногами. Позади слышались надрывный лай собак, людские крики и ржание лошадей. Звуки надвигались как метель, как стихийное бедствие, от которого не спрятаться.

> Дыхание Дириона сбивалось, сердце колотилось так сильно, что ему казалось, кровь сейчас разорвет его виски. Длинные волосы Дириона торчали в разные стороны, непослушные пряди спадали на лицо и прилипали к мокрому от пота лбу. В горле ощущался едкий металлический привкус. Дирион постоянно поглядывал на свою спутницу.

> Алиса: (У тебя и в жизни такие длинные волосы? Или ты просто дразнишь меня?) Взгляд девушки блуждал в страхе. Она совершенно выбилась из сил. Изо рта вырывались клубы пара, было сложно вздохнуть, поэтому Лисса жадно глотала ледяной воздух ртом. Мама всегда говорила ей дышать носом, чтобы не пустить болезнь в легкие, но сейчас это было невозможно. Очень холодно, Лисса не чувствовала пальцев ног, двигаться больно. Ей хотелось сдаться своему отцу-королю. Остановиться, выйти к страже, бросить свою дурацкую затею, свои мечты. Единственное, что заставляло ее двигаться вперед, – это тепло, исходящее от ладони Дириона, которой он обхватывал ее окоченевшую руку.

> Собаки были совсем близко. Внезапно что-то просвистело над ухом. Лисса обернулась и увидела стрелка. Он был на лошади, а потому издалека казался гигантом, который вот-вот настигнет их.

> Даниил: (Тебе нравятся парни с длинными волосами?) И вновь оглушающий свист, затем глухой звук. Дирион потерял равновесие и упал. Из ноги торчал арбалетный болт. Обожгло болью, словно тысячи муравьев-пуль кусают в одном месте, впрыскивая свой яд. Перья болта осветил свет факелов, которые гордо несли приближающиеся всадники. В этом свете отражались злобные глаза собак. На снег закапала драгоценная эльфийская кровь, окрашивая колючие белые кристаллы цветом летнего рассвета.

> Дирион попытался встать, но не смог. Боль наполняла ногу.

> – Лисса, ты должна бежать. Все это не должно быть зря, – произнес он, крепко держа ее за руку и выпуская изо рта клубы пара. – Как только пересечешь границу, ты будешь свободна от навязанного тебе брака! Сможешь стать странствующим писцом, осуществишь свои мечты! Беги же!

> Алиса: Лисса опустилась на колени в снег.

> – Они убьют тебя, если я убегу! Они снимут с тебя кожу и заставят страдать, пока не выведают, где я. Дирион, я не допущу этого!

Алиса закусила губу, наблюдая за тем, как из темноты на нее надвигаются фонари-глаза электрички. Послышались сигналы поезда, искаженные скоростью, над головой гудели заледеневшие провода, ветер завывал в трубах вентиляции станции. Фонари казались настигающими героев всадниками. Сейчас ей нужно будет сесть в электричку и перестать писать. А как же Дирион? Алиса решительно начала печатать то, что уже давно хотела. Сейчас она напишет это и выключит телефон, потому что это неловко. Потому что у нее не хватало смелости на это.

«Это всего лишь игра, я не делаю ЭТОГО с ним в реальности, – подумала она, касаясь замерзшими пальцами ледяного экрана. – Это лишь игра».

Пока она писала, кровь гулко стучала в висках. Так сложно дышать – Алиса сильнее укуталась, чтобы делать вдохи сквозь шарф. Уши горели, стало жарко.

«Боже, что со мной?!» – подумала Алиса, чувствуя, как из-за написанного в сообщении внутри нее нарастает тревога.

> Алиса: Лисса подалась вперед и робко коснулась губ Дириона своими.

> – Ты не погибнешь, – тихо прошептала она и, рывком поднявшись на ноги, с распростертыми руками и слезами на глазах побежала навстречу всадникам.

> Всадники окружили девушку движущимся кольцом.

> – Я сдалась! Он здесь ни при чем! Я заставила его помочь мне! Не убивайте его! – закричала Лисса. – Я сдалась! Я во власти моего отца, я больше не бегу!

Алиса нажала на значок «Отправить», бросила телефон в карман и рывком застегнула молнию. Электричка со скрипом начала останавливаться, поднимая с перрона свежевыпавший снег. Старые автоматические двери, выкрашенные красной почти облупившейся краской, распахнулись перед ней. На Алису обрушился табачный дух тамбура. В нем сейчас никто не курил, все стояли настолько плотно, что Алисе пришлось робко подтолкнуть впереди стоящих людей. Запахом табака были пропитаны стены, куртки людей, их волосы.

С рюкзаком в одной руке и дорожной сумкой в другой Лисс еле-еле втиснулась в вагон. Двери со скрежетом задвинулись и в конце своей траектории громко захлопнулись почти у самого лица Алисы.

Чувствуя, что сердце от беспокойства вот-вот выпрыгнет, Алиса задышала глубже. Воздуха не хватало. Вспотевшие двери с надписью «Не прислоняться» доказывали, что здесь ты не надышишься.

«А еще лучше не дышать», – постаралась отвлечь себя Алиса.

Под шапкой уши продолжали гореть. В духоте ощущения многократно усиливались.

«Что же я наделала? – подумала Алиса. – Я запустила необратимый процесс, который убьет меня изнутри».

Внезапно телефон в кармане завибрировал.

«Я совсем потеряла счет времени. Он убьет меня», – сердце Алисы забилось еще сильнее.

От страха она сейчас была готова выскочить из электрички на полном ходу. Алиса поставила на пол рюкзак, кое-как перехватила ручки другой рукой, при этом успела ткнуть локтем в спину грузной женщине в белой шубе. Та терпеть не стала, сделала замечание. Алиса ухватила телефон на дне кармана. Он предательски продолжал звонить и привлекать внимание остальных. Лисс успела ответить. Страшно подумать, что было бы, если бы она не ответила.

– Да, пап, я в пути, – робко произнесла она.

Сейчас начнется.

– Если бы ты поехала на электричке, которую я тебе рекомендовал, ты была бы на «Подсолнечной» уже в 16:00. До дома идти не больше пятнадцати минут, даже если включить в этот путь поход в магазин и проверку почты. Алиса, где тебя носит?

Отец любил устанавливать в доме «умные» вещи. Как только в доме появилась охранная система, с помощью которой он мог дистанционно открывать калитку, двери и контролировать по камерам приходящих и уходящих, жизнь Алисы превратилась в кошмар. Мало ей было постоянных звонков-проверок, когда она докладывала отцу, где находится и чем занимается, теперь еще и это. Без его ведома нельзя было сделать и шагу.

– Прости, пап, я отвлеклась, – попыталась вставить Алиса.

– Нет, я хочу сказать тебе. Это очень безответственно с твоей стороны, – произнес отец свою любимую фразу. – Из-за тебя я не могу работать нормально, а ты гуляешь непонятно где! Алиса, я на испытаниях, у нас проект горит, а ты отвлекаешь меня!

Голос отца имел свойство в начале разговора быть спокойным и постепенно наращивать напряжение. Чем больше отец заводился, подстегивая сам себя, тем злее и выше становился тон. В моменты напряжения важно было вовремя заткнуться, потому что, если отец сорвет голос, это означает, что он не станет разговаривать с тобой всю следующую неделю.

Алиса называла это состояние вакуумом. Когда ты делаешь что-то, что не нравится отцу, он перестает замечать тебя. Перестает будить по утрам, звать к завтраку, давать какие-либо поручения, писать на ватсап. В такие моменты Алису накрывало волной чувство вины, ведь она прекрасно понимала, почему отец так ведет себя. Нужно было поддерживать его.

– На какую электричку ты села? – спросил он.

Тем временем на фоне послышались крики из раций, которые, видимо, располагались в штабе: «Вижу цель, вижу цель! Огонь!»

– На 18:10, – ответила она коротко, услышав возгласы на заднем фоне.

– Значит, дома будешь через полтора часа. Позвони, когда приедешь. Екатерина приготовила тебе еды на неделю, она все покажет. Я скажу, чтобы дождалась тебя. До связи! – он оборвал разговор и положил трубку под крики «Ложная цель!»

Алиса почувствовала, как телефон в руке потяжелел. Она снова ощутила это колющее чувство вины. У отца очень нервная работа. Он работает на электромеханическом заводе ведущим инженером-программистом, создает программное обеспечение для вооружения. От него многое зависит, а она заставила его нервничать во время испытаний. Алиса оторвала телефон от уха и сквозь накатывающую пелену слез увидела новое сообщение от Даниила. Выключила экран и бросила телефон в рюкзак.

«Папа нервничал, а я болтала с парнем на перроне. Как же глупо», – Алиса всхлипнула.

Электричка остановилась на очередной станции, и Лисс пришлось выйти, чтобы выпустить людей. На холоде стало немного легче. Алиса подняла взгляд влажных глаз к звездам. Недосягаемые горячие тела напоминали россыпь осколков стекла, сверкающих на полу в свете солнца. Осколков стекла от упавшей вазы, которую мама держала в руках перед тем, как отправиться к этим самым звездам. Мысль крутится по кругу – осколки, звезды, звезды, осколки. Алиса очнулась в тот момент, когда привычный монотонный голос произнес: «Осторожно, двери закрываются. Следующая остановка – „Крюково“».

* * *

Прочитав последнее сообщение Алисы, Даниил растерялся. В голове начали роиться всевозможные мысли и сомнения. Ладони тут же стали холодными и потными.

– Дань, ты чего такой бледный? – послышался голос справа. – Экзамен-то халявный и последний, пятый курс же.

Даниил поднял взгляд – лекционная аудитория все та же, а на столе перед ним лежит экзаменационный билет, который он решил еще час назад. На передних рядах сидят два преподавателя и уже третий час пытаются принять экзамен у всего курса в двести с лишним человек. С их стороны это было очень глупым решением, ведь можно было подумать наперед, что в такой форме они не успеют опросить весь курс. Стоило просто провести очередную контрольную и поставить на ее основании оценки, а не мучить ни себя, ни студентов.

«Глупость несусветная», – подумал Даниил.

– Дань, все нормально? – все тот же голос.

Это был его друг Марк. Еще с одиннадцатого класса они были два сапога пара. Марк вырос в семье архитекторов. В институте все давалось ему проще, его знали все преподаватели, потому что знали его брата, отца и отца его отца. Одним словом – династия.

– Да, все отлично, – сухо ответил Даниил и снова уткнулся в телефон.

– Алиса написала? – спросил Марк, пытаясь заглянуть в экран. – Позвал бы уже ее на кофе. Год чатитесь. Вы словно живете в своем мирке, застряли на одном месте и ходите кругами.

Даниил только буркнул себе под нос.

– Вот, опять молчишь. В чем дело-то? Она уродливая, что ли?

– Ни в чем. Просто нам нет необходимости видеться, – угрюмо ответил он.

Даниил принялся писать ответ. Пальцы стали ледяными. Голову будто в один момент набили ватой. Даниил не хотел смотреть на сообщение, в котором Алиса целует его персонажа, однако невольно он все равно поглядывал туда. От этого становилось все холоднее, пальцы начали трястись. Оставляя следы на экране смартфона, Даниил быстро напечатал ответ.

> Даниил: Хватаясь за ветви дерева, Дирион поднялся на ноги. Хромая и ощущая обжигающую боль, он двинулся за принцессой. В глазах начало темнеть, голову сдавил ледяной обруч. Зрение потеряло фокус. Образы начали рассыпаться в сознании.

> – Лисса! Беги! – кричал Дирион из последних сил. – Лисса!

> В тот момент, когда всадники окружили ее, Дирион лежал на земле, не в силах подняться. Ледяное крошево снега под ним окрасилось алым цветом. Эльфийская кровь мерцала в темноте, испуская магию, текущую в жилах ее хозяина.

> Алиса: Была в сети 5 минут назад.

– Каменский! – послышался голос профессора с передних рядов. – Готовы сдавать?

– Да, – коротко ответил Даниил.

– Удачи, – пожелал Марк. – Но я все равно от тебя не отстану.

Даниил убрал телефон в карман брюк. Поправив очки и машинально зачесав пальцами выпавшие из хвостика волосы, он уверенно зашагал к преподавательскому столу.

Сдача прошла быстро и почти безболезненно. Пришлось решить дополнительную задачу, поскольку Даниил пропустил много пар в этом семестре. Он не считал бесполезным или неинтересным предмет «Советская архитектура», просто отдал приоритет дипломному проекту и большую часть энергии тратил на него.

Уже через полчаса Даниил сидел на лестнице в вестибюле, в очередной раз окидывая взглядом изгибы и складки тканей белых мраморных рабов – застывшие мысли Микеланджело, капли из потока сознания, обретшие форму в реальном мире. Даниил слушал «Runaway» Авроры и ему казалось, что он тонет под сводами лестниц, сплетающихся над его головой и уходящих в бесконечность.

Созерцать лестницы и статуи ему мешало переключение режимов лампочек на новогодней елке, установленной в центре вестибюля. В какой-то момент гирлянды начинали внезапно менять цвет и очень быстро моргать, это отвлекало. Даниил ждал Марка, потому что обещал выпить с ним кофе. Вряд ли они еще встретятся до конца каникул.

«Как жаль, что времени на дружбу почти не остается», – подумал Даниил, вспоминая, сколько раз он отказывал другу в пользу работы.

Мыслям не давал покоя скетчбук, который лежал в сумке. Это был плод их с Алисой воображения. Их история, отображенная на страницах. Даниил рисовал графический роман об их приключениях. Он не был произведением искусства, не был литературной находкой или чем-то особенным. Ведь, если взглянуть на сюжет со стороны, он был тривиален. Отражение простых человеческих проблем, обернутых в фэнтезийную оболочку. Но этот сюжет принадлежал только им.

«Как я буду рисовать тот момент? – с ужасом подумал он, воображая, будто парит среди лестничных пролетов, среди которых затерялся его взгляд. – Я не могу спокойно его вообразить, а требуется увидеть это на бумаге, повторить изгибы губ грифелем».

На город давно опустилась тьма. Она усеяла полотно своих одежд серебряными слезами и надела украшение в виде тонкого полумесяца.

«Она меня поцеловала», – подумал Даниил, ощущая, как в животе забились крыльями мотыльки.

– Это было не по-настоящему, – прервал он поток своего воспаленного сознания. – Господи, какой же я глупец. Это всего лишь игра. Думаю, я и должен отнестись к этому, как к игре, чтобы между нами не было неловкостей.

– Каких неловкостей? – спросил Марк, подсаживаясь рядом.

Из-за наушников Даниил не слышал, как подошел друг.

– Ты напугал меня, – произнес угрюмо он. – Сдал?

– Безусловно, – ответил Марк. – Мартынов мне говорит в конце: «Вы, Глуховский, оправдали ожидания своих родителей, ставлю вам отлично». Надоело, что всем от меня все время что-то нужно. И на мой счет у людей есть некие ожидания только потому, что за моим именем следует фамилия моего отца. А хоть раз кто-нибудь спросил меня, хочу ли я на кафедру, на которой учился мой отец? Может, я хотел на другую.

– Зачем жаловаться, ведь тебе было решать, куда поступать, – ответил Даниил, поднимаясь со ступеней. – Поругался бы с родителями, попинали бы тебя в душу за то, что ты начал думать своей головой, но зато сам был бы счастлив, и мне не пришлось бы тебя постоянно утешать.

– Все у тебя просто, Дань… Но, пойми, ситуация неоднозначная. Палка о двух концах: можно выбрать то, что хочется, и потерять связи со всеми родственниками, а можно выбрать что-то, что вполне устраивает всех, а меня – частично. Меньшее из двух зол, так сказать.

– Ты – слабак и пошел по пути наименьшего сопротивления, не обижайся, – произнес Даниил, проверяя сообщения.

– Да не обижаюсь я. У тебя свое мнение, у меня – свое, – Марк накинул на плечи хрустящую куртку. – Что ты все читаешь? Знаешь же, я не отстану от тебя, буду допытывать и мучить. Ты сделался иссиня-белым – что написала Алиса?

Даниил глубоко вздохнул. Слишком тяжело держать в голове такой ворох мыслей, особенно когда перед тобой стоит человек, который единственный из всех в курсе переписки с Алисой.

– По дороге расскажу, – произнес он и, накинув на плечо сумку, поспешил к выходу.

На улице их обдало прохладным ветром. Очки Даниила тут же запотели.

– Давно ты их стал носить не снимая? – спросил Марк. – Не так это, конечно, и важно, хочешь – носи, тебе даже очень идет. Однако, мне кажется, эта девчонка начинает на тебя влиять.

– Я просто стал про них забывать.

Даниил снял очки, сложил их в бархатный чехол, протерев перед этим рукавом свитера, а затем убрал чехол в карман. Все равно нужно будет снова достать их в кафе, без них текст читать он совершенно не может.

Друзья молча спустились по ступеням и, миновав небольшой фонтан в центре площади перед институтом, оказались на ярко освещенной улице. Над ними простирался плетеный потолок гирлянд в форме шариков и звездочек, сверкающих теплым золотистым светом. Вечер пятницы, на улице очень оживленно. Со стороны площади, располагающейся за ЦУМом, слышится знакомая песня «Наблюдатель» группы «Король и Шут».

«Как этим ребятам не холодно играть на улице?» – возникло в голове.

Сейчас Даниил сам чувствовал себя наблюдателем. Он следил за развитием отношений их персонажей, подглядывал из-за экрана смартфона. Теперь он рухнул со своей смотровой площадки в глубокое озеро, в котором вода была обжигающе ледяной, приводящей в чувство.

– На всю жизнь воды напился, – проговорил Даниил себе под нос, вторя словам песни.

Вокруг царило предпраздничное настроение. Все готовились к долгим посиделкам, встречам с родственниками и друзьями. В ресторанах гремели корпоративы. Уставшие от рутины люди наслаждаясь предстоящей свободой. Мимо промчались опаздывающие на вечеринку подруги. Одна из них на ходу докрашивала ногти блестящим лаком – все должно сверкать!

То и дело счастливые девчонки и парни с большими подарочными пакетами исчезали в дверях кофеен. Пожилые пары прогуливались, рассматривая новогодние украшения. Некоторые из них были с внуками, которым не терпелось сходить покушать.

– Люблю я эту атмосферу. Суета. Новый год уже завтра. Ты к родителям едешь? – спросил Марк.

– Да, завтра утром поеду. И, похоже, останусь на все каникулы у них. Родители заинтриговали меня – они что-то запланировали на праздники, даже сказали взять побольше теплых вещей.

– Это ведь замечательно! Наконец-то тебя вытащат на свежий воздух, а то ты совсем засох, сидя в квартире, – улыбнулся Марк. – К разговору об Алисе. Ты не хочешь воспользоваться временем, которое у тебя появится?

Позади них послышался гудок. Белый свет фар осветил силуэты друзей. Им пришлось отойти и пропустить курьера на электровелосипеде.

– А что с Алисой? – Даниил собирался с силами, чтобы начать разговор. – Когда мы были на экзамене, Лисса поцеловала Дириона.

– У тебя лицо было таким, будто умер кто-то, – проговорил Марк. – Ну и что? Это ведь всего лишь игра.

Молча друзья свернули с улицы Рождественка на Кузнецкий Мост. Они шли мимо ярких витрин, украшенных ветвями елей, блестящими шариками и разноцветными лампочками. Здания были подсвечены мягким теплым светом. В этом свете снежинки, падающие с неба в изящном танце, казались невесомее и были похожи на маленькие звездочки.

– Значит, ты уже не воспринимаешь это как игру или не хочешь воспринимать? – уточнил Марк.

Они нырнули в двери кофейни, стряхнув налипшую на ботинки грязь. Сверкающие розовые витрины были украшены яркими фигурными тортами, а на подоконнике, покрытом блестящим искусственным снегом, были расставлены фигурки в виде больших красных вишен. Марк и Даниил бывали в этом кафе дважды в год в конце сессии. Оба всегда заказывали только карамельный латте. Друзья болтали почти до закрытия, затем прогуливались по Мясницкой улице до Чистых прудов и разъезжались по домам.

– Я уже не знаю, что происходит, – проговорил Даниил. – Она не выходит у меня из головы. Как я рисовать это буду?

– Вся проблема в том, что вам уже давно нужно было встретиться лично. Ждешь, пока она тебя позовет?

– Она не позовет, – произнес Даниил и сделал большой глоток кофе.

Янтарный напиток разлился теплом по всему телу. Юноша называл это ощущение «любовь в жидком виде».

– Она сказала, что не хочет видеться, потому что не хочет неловкостей между нами. Проще говоря, она не хочет портить то общение, которое есть у нас сейчас.

– А чего хочешь ты? – спросил Марк.

– Если бы я знал и понимал…

– Давай так, вы изначально эту игру подразумевали только как игру. К жизни она не имеет отношения, – произнес Марк. – Забей, это просто сюжетный твист. Подыграй ей, чтобы она не чувствовала себя обиженной. Но при этом вам нужно встретиться, чтобы понять, что происходит между вами за пределами вашей переписки, понимаешь?

Даниил промолчал. Он не был уверен в том, как стоит поступить. Но в одном он был согласен сам с собой – ему было чертовски приятно то, что она написала.

* * *

Алиса шла по улице вдоль темных молчаливых домиков с заснеженными крышами. Большинство домов были дачными, поэтому в окнах не горел свет, а на участках царило заснеженное запустение. Но на их улице было несколько строений, в которых звенели голоса людей круглый год. Соседи Алисы – молодая пара с дочкой, многодетная семья напротив и старик в конце улицы.

Алису иногда забавляло наблюдать, как дети из дома напротив бросаются друг в друга снегом, безобразничают и помогают родителям чистить снег на подъездной дорожке. А вот и «дом, милый дом». Алисе всегда казалось, будто он выбивается из общей картинки. Здесь, среди избушек и деревянных домиков, занесенных снегом, прямоугольная глыба из стекол смотрелась неестественно и очень холодно. На крыше не было снега, потому что ее поверхность раз в несколько часов нагревалась и бездушно избавлялась от белого покрывала через трубы водостока.

# Примечания

1

«Автокад» (AutoCad) – пакет программ для проектирования и черчения от компании Autodesk.