Роман Прокофьев
Лед-Кузнец

Пролог. Легенда о тысяче братьев

Легенды тех, кто поверил Тысяче, помнят имена и деяния осколков Забытого. Среди них, как и среди обычных Народов, были слабые и сильные, жалкие и великие, и даже те, кто предал свою кровь и встал под чужие знамена.

Известно, что Братья появились после катастроф Раскола и там же, во мрачной тьме, окутавшей Единство, впервые загорелись искры их таланта. Они родились в новых телах, во множестве разных Кругов Жизни, что только возникали вокруг юных Игг-Древ. Они росли рядом с теми, кто не бросил гибнущее Единство, – со слугами Творящей и учениками Искуснейшего, сражались плечом к плечу с младшими Народами и были в числе тех, кто раздвигал границы игг-света, отвоевывая у Тьмы древние октагоны.

И цикл от цикла огни их талантов пылали все ярче.

Тысяча не помнила своего прошлого, однако истинную кровь скрыть невозможно. По ней они были равны тем Истинным, что служат Защитнику, и многие Братья и Сестры прошли их путями, побывав в небесных цитаделях. Некоторые говорят, что именно там и раскрылась тайная суть, ибо сперва Истинные принимали их за своих братьев, идущих дорогами бесконечных сбросов. Но природа Тысячи была совсем иной, они стояли выше и людей, и Восходящих, и даже Истинных – ибо Забытый даровал им гораздо больше, чем прочим.

Все осколки Единого были сильнее, умнее, харизматичнее и талантливее остальных разумных. И они неизбежно становились великими лидерами, вождями, героями и полководцами, несравненными мастерами и владыками умов – либо превращались в легендарных чудовищ, чей злой талант также превосходил прочих. Многие из Братьев и Сестер ушли за грань раньше, чем их стали называть Тысячей, а некоторые так никогда и не познали свою суть. Все они были разными, талантливыми в разных гранях Восхождения и одновременно похожими, ибо всходы от одного корня всегда вырастают в одинаковое древо.

Те, кто слушал Братьев, говорят, что постепенно они обрели память о прошлой жизни. Той жизни, что была до Забытого; и память та была странной – будто мозаика, из которой вырвали множество кусков. Ибо уничтоженное Великой Руной стерто из времени и пространства, как сам Единый, и его нельзя вернуть, пока Забытый вновь не объединится за гранью смерти. Прошло немало времени, прежде чем осколки Единого нашли друг друга, и еще больше, прежде чем они осознали свою великую миссию. Тысячи циклов они умирали и заново обретали тела рядом с Народами Единства, шли путем Восхождения в свете Игг-Древ, учились и учили – и потому Единство было их единственным домом, их плотью и кровью. Рассказывают, что немало Кругов выжили и окрепли только потому, что их защищал кто-то из детей Забытого. Некоторым из них было ведомо больше, чем прочим, а иные научились подниматься по потокам временных рек…

Тогда же, говорят, и зародилась их ненависть к Вечности – ибо осколки Забытого прошли ее золотыми тропами – и вернулись обратно, принеся Единству горькую правду.

Лживые уста Небесного Трона шепчут, что осколки поверженного Единого не уничтожили сразу лишь из жалости, дабы дать второй шанс тем, кто когда-то стал великим Единым. Братья же говорили, что Забытый сам разделил себя, чтобы избежать окончательной смерти, потому что найти и уничтожить тысячу врагов гораздо сложнее, чем одного. И еще – чтобы однажды вернуться назад…

Как бы там ни было, и он, и они – были.

Почему именно Тысяча? Отчего не сотню, не миллион, а именно тысячу частей оставил после себя Забытый? Никто не помнит, кем был падший Единый и какие силы ему служили, никто не знает, какова была природа его мощи и сколько Восходящих стали источником его сущности – такова сила Великой Руны Забвения, что стерла всю память из временных потоков, и такова цена – даже для тех, кто ее применил. Но вряд ли именно тысяча Восходящих коснулась неба, чтобы стать им… Хотя те, кто служат Защитнику, говорят, что возможно и такое…

Ответ самих Братьев таков – они не знают, сколько их было изначально. Но тех, кто решился сбросить оковы Вечности и поднять знамя восстания, – была ровно тысяча и один Восходящий. У них были имена и истории, каждая из которых вошла в легенду…

Но речь об этом – дальше…

Глава 1

Проклятая Арена не давала победителю много времени на раздумья. Как только над Алтарем появилась серебряная Руна-награда, в глубине коридоров грозно зарокотал огонь – Домен готовился к очищению перед следующей схваткой. Пока шел обратный отсчет, Белый Дьявол выбрал свою награду из шести частей Доспеха. Он взял Пояс Проклятого Святилища, ибо остальные части были слишком заметны, а Пояс, помимо огненной защиты, являлся огромным Хранилищем, гораздо более объемным, нежели обычные Руны-Хранилища. Это могло пригодиться в дальнейшем, потому что некоторые вещи сложно унести даже в своей Скрижали…

Затем Арена вышвырнула его – и осколок Единого вновь оказался на берегу озера – того самого, где когда-то упал Сигурд. Отсюда он вошел в Домен и сюда же вернулся, но став совсем иным…

Белый Дьявол смотрел на синий огонь, послушно трепещущий на ладони, и улыбался.

Незримый все же ниспослал смертельное испытание, пробудившее Аспект. Расчеты оказались верны – внутренняя суть изменилась, и теперь не Венец Молний окружал его, а не менее грозное Холодное Пламя.

Холодное Пламя

Аспект Восходящего (серебро)

100/100 капель Звездной Крови

Живой Огонь – Аспект может перемещаться в пределах видимости Восходящего. Использует 24 капли Звездной Крови.

Пластичная Форма – Аспект может менять размер, форму и силу воздействия. Использует 24 капли Звездной Крови.

Холодное Пламя – огненная аура разрушает рунные и эфирные конструкции. Использует 48 капель Звездной Крови безвозвратно.

Внимание: Холодное Пламя может повредить Руны Восходящего или его союзников, попавшие в зону воздействия, вплоть до полного разрушения!

Редкий и мощный Аспект! Подобные ему – большая редкость, ибо Пламя было мечом и щитом одновременно. Белый Дьявол мог изменять его мощь – от ласкового согревающего дыхания до пронзительного ярко-синего сияния, способного резать камень. Он мог отделить Аспект от тела и послать в бой – и горе тому врагу, кого коснется Холодное Пламя! А самое главное – это не просто огонь, а огонь, пожирающий Руны! Его аура сжигала саму суть эфирных конструктов, оберегая от атак и разрушая рунные преграды.

Но у всего есть цена – и топливом Холодного Пламени была Звездная Кровь, сгорающая безвозвратно. Такое бывало редко, и осколок Единого понял, что использовать Аспект получится не всегда, иначе он быстро сожжет силу своего хозяина. К счастью, Орин щедро поделился Кровью, пусть одну часть ее и поглотила жадная Арена, а другая исчезла вместе с телом брата.

Полторы тысячи капель. Могущественные кел на этом этапе обычно вели счет в Звездах, и у него теперь насчитывалось сто пятнадцать больших Звезд, каждая из которых заключала в себе двадцать четыре капли. С таким запасом уже можно было чувствовать себя свободнее, а Фиал Азимандии терял свою ценность. Но Один из Тысячи знал, что это – лишь ступенька, и, пока у него нет по меньшей мере тысячи Звезд, глупо тешить себя достигнутым. Великие свершения стоят немалой Крови, так было и будет всегда…

Брат подарил сильные Руны. В его Скрижали почти не было мусора, и эта встреча даровала Белому Дьяволу могущество.

Пять золотых Рун.

Тот самый огненный потоп, что едва не утопил их в начале дуэли, оказался Связкой из двойного золота – Огненного Вихря, наделенного стихией Небесного Огня, с Рекой Энергии, усиленной Воздухом. Убийственное сочетание – мощный энергетический поток нес пламя, яростно раздуваемое ветром, и это было смертоноснее дыхания дракона. Такой удар мог положить целую армию всего за двести сорок капель – Орин вложил в третью звезду обеих Рун золотое Уменьшение.

Живые Цепи – такие же, как у него, но измененные трижды для сокращения перезарядки.

А вот четвертая была творением древних рунных мастеров из забытых ныне Домов. Артефакт Вечности, усиленный до предела – невероятно мощная штука. Стабилизатор Времени и Пространства нейтрализовал любые временные эффекты в небольшом радиусе, окружающем владельца, а также блокировал любые попытки Переноса. Такие стоили не меньше тысячи Звездных Монет в Контракции, когда они с ювейном заглядывали туда в последний раз. К несчастью, Руна была сломана – вероятно, артефакт попал под удар Цепей.

Пятым золотом было Развитие. Белый Дьявол знал, зачем Орин держал его: он мог в любой момент перешагнуть золотой порог. Но тогда врата Арены перестали бы открываться для него. В рубиновых октагонах брат, видимо, исчерпал возможные источники силы…

Звездных Монет в обломках Скрижали оказалось немного, ибо Орин, как и он сам, копил силу, а не глупое богатство. А вот серебро его тоже было сильным и пламенным.

Руна-Навык Огненной Крови – Восхождение сочло ее основной для брата. Навык обращал кровь в жилах кипящим огнем, исцеляющим раны и губительным для врагов. Хорошая способность, но она требовала шести звезд в Элементности и трех – в Витамантии, поэтому Белый Дьявол пока не мог использовать его. Но сохранить его стоило, хотя такой Навык больше подходил для Детей Огня.

Руна-Заклинание Призрака Небесного Огня – очень необычная Руна, скорее всего, полученная путем Слияния. Она на три секунды превращала Восходящего в призрака, но не обычного, а усиленного Небесным Огнем и Аннигиляцией. В результате вышла невероятно мощная разрушающая форма, способная уничтожить противника серебряного ранга, но ее использование казалось рискованным, а перезарядка длилась древодень.

Руна-Заклинание Огненной Стены, усиленная Ветром, – создавала вал катящегося огня.

Руна-Заклинание Незримой Ловчей Пасти – эволюция Призрачной Руки, но совсем иная, нежели та, что осталась у Сигурда. Здесь звезды Руны сплели так, что Руна стала зубастой ловчей снастью, сковывающей врага. Удобная Руна для охотника на Восходящих…

Не все Руны Орина дышали огнем. Были и другие:

Руна-Заклинание Увеличения Тяжести,

Руна-Заклинание Хрустальной Сферы,

Руна-Умение Ураганного Напора,

Руна-Существо Трех Золотых Големов,

Руна-Предмет Иллиумовой Цепи,

Руна-Портал Огненного Куба,

А также три Развития, Связь и Слияние.

Рун было… удивительно мало. И Белый Дьявол задумался.

Согласно древним правилам Восхождения, когда Восходящий умирает в Единстве, большая часть его Рун остается в обломках Скрижали. Если погибший носит гвоздь в запястье, стигмат забирает все обломки Скрижали, кроме того, что достается победителю, и тех, что пополняют сокровищницу Наблюдателя…

Но Орин, как и он сам, был Истинным. При окончательной смерти он терял все – и Белый Дьявол только что разобрал все шесть обломков его Скрижали. В ней было очень мало Рун для Восходящего, что двадцать циклов выходил на Арену. Вероятно, он хранил свой запас вовне, оставляя ненужные для битвы Руны где-то в своем тайном хранилище. Вероятно, в том самом Тигле, которым и правил брат, – Предметы и Существа, способные хранить чужие Руны, не были такой уж редкостью. Разумно – никто не знает, какой камень вытащит для тебя Незримый в Проклятом Святилище, и стоит брать с собой только то, что пригодится в бою. В связи с этим издевательский Перенос тела тоже представал в ином свете. Тому, кого брат избрал наследником, сегодня сказочно повезло – он получит не только Черный Доспех чемпиона, но и коллекцию Рун одного из детей Забытого…

Осколок Единого еще раз взглянул на Руну-Портал, ведущую в некий Огненный Куб, она как бы намекала на дорогу к чужим сокровищам. Обратный билет домой для владельца, если путешествие вдруг забросит в неизведанные края…

Не будь это Орин, Белый Дьявол, быть может, и испытал бы свою удачу. Но он знал брата – при всей своей прямолинейности Орин был далеко не глуп. А значит, Портал – несомненная ловушка. Месть для глупого победителя, который захочет заполучить все… Куда он ведет – в котел вулканического Тигля или древнюю жилу Единства, где кипит Небесный Огонь, совершенно неважно – там в любом случае ждет смерть.

Но даже это можно использовать.

Самой значимой добычей, несмотря на серебряный ранг, была руна Бродячего Торговца. Брат трижды усилил ее, дав Существу максимальные возможности, – и было ясно зачем. Эта ниточка тянулась далеко – другой ее конец держали чьи-то чуткие пальцы где-то там, в сиянии Небесного Трона…

Осколок Единого долго вертел Руну на кончике пальца, тягостно раздумывая, не стоит ли сразу распылить ее. Это было бы проще всего – однако прожитые жизни шептали, что врагов стоит держать ближе, чем друзей, а зримая удавка – лучше невидимого поводка.

Он вызвал Существо.

Бродячий Торговец, сложившийся из звездной пыли, медленно выпрямился. Складки коричневого плаща с капюшоном, тень которого скрывала черты лица, но Белый Дьявол знал, что даже если приказать откинуть капюшон, он не увидит ничего удивительного. Обычный контракторий, один из миллионов слуг всемогущей сети, опутывающей Единство и Вечность…

– Чего желает мой господин? – спросил Торговец голосом таким же скучным, как и он сам. Он словно обратился к тысячному за день посетителю своей лавки – впрочем, так оно в сущности и было.

– Расскажи о себе, ибо я твой новый хозяин, – приказал Белый Дьявол, внимательно изучая собеседника. – Кто ты? Что продаешь и покупаешь?

– О, я всего лишь скромный посредник, – чуть улыбнулся Торговец. – Я предоставляю разные торговые услуги. Могу купить для моего господина любую Руну у Наблюдателя. Или продать ему любую из Рун моего господина…

– Покажи…

Белый Дьявол нахмурился, глядя на цены, которые предлагал Торговец. По сути, он помогал обходить торговые ограничения Наблюдателя, мудро завязанные на Славу, – небольшая хитрость из тех, что прославили создателя Контракции. Наблюдатель не наказывал за это, ибо получал свое – все сделки проходили через тысячи обычных Восходящих, бывших узелками невидимой торговой сети, а Торговец просто открывал к ней доступ. Осколок Единого знал, что если он захочет купить Руну, для него это почти мгновенно сделает кто-то незнакомый, возможно, находящийся на противоположной стороне Единства, и благодаря особым Навыкам Существа Руна окажется у его Торговца. Естественно – не бесплатно, стоимость выкупа поднимала цену в два раза – к примеру, бронза стоила двадцать Монет, а серебро – пятьдесят, но зато мгновенно был доступен почти весь ассортимент. Не нужно копить Славу, не нужно быть риксом или искать редкие Навыки – только Звездные Монеты, и все…

Тот, кто создавал и раскидывал эти Руны, считал, что все можно купить.

– Но ведь ты можешь торговать не только с Наблюдателем, верно? – спросил осколок Единого. – Что, если мне нужна другая Руна? Предмет, Заклинание или Навык?

– Мой господин мудр. Он может сделать заказ, и я поищу для него нужную Руну. Какую желает приобрести мой господин?

– Как насчет золота Вечности? – усмехнулся Белый Дьявол.

– Все имеет свою цену. Но, увы, для этого моему господину нужно позолотить мою Руну, – вздохнул Бродячий Торговец. – Пока же серебро, бронза и дерево, и не более одной Руны за вызов… Так какую ищет мой господин?

– Допустим, Ключ на Проклятую Арену. Сколько он будет стоить?

– Я дам ответ моему господину, когда он вызовет меня следующий раз, – поклонился Торговец. – Для выполнения особого заказа требуется время… Его интересует только эта Руна? Хочу предупредить, что ее может не оказаться, но в любом случае необходимо будет оплатить аванс…

– Вот как? – приподнял бровь Белый Дьявол. – Аванс?

– Все имеет свою цену, мой господин, – не моргнув глазом улыбнулся в ответ Торговец. – Расценки таковы: за один особый заказ я беру одну Монету в награду. Это, скажем так, плата за беспокойство, которую придется заплатить вне зависимости от того, окажется товар доступен или нет. Но если он доступен, при следующем вызове мой господин сможет выкупить его… если, конечно, его устроит цена.

– Где же ты берешь все эти Руны, мой торговец? – спросил Белый Дьявол. – В чем твой секрет?

– О, я принадлежу к древней торговой гильдии, – снова поклонился Торговец. – То, чего нет у меня, найдется у других. Пусть мой господин ничего не опасается – мы чтим законы Единства, Наблюдателя и Единых.

– Как же называется твое сообщество?

– У него много разных имен в разных Кругах. Мы предпочитаем называть его просто… Компания, мой господин.

– Или Контракция, верно? – опять усмехнулся осколок Единого.

– Как пожелает мой господин. Так какие ему нужны Руны?

– Расскажи, какие заказывал мой предшественник?

– Увы, мой господин, – торговые тайны священны. Я не могу рассказать ничего о предыдущих сделках, – ответил Торговец прежним дружелюбным тоном. – Возможно, моего господина утешит то, что и наши с ним сделки тоже останутся в тайне, сколь бы необычен ни был его заказ.

Приказывать, пытать, угрожать тут было бессмысленно – Белый Дьявол уже все понял. Конечно, это был не Восходящий, заключенный в Руну, а специально сконструированное Существо. «Специализированное» – сказал бы Сигурд. Исходником послужило отражение контрактория, которое в свою очередь было отражением хозяина Контракции, а назначение этой копии – быть винтиком торговой сети. И, скорее всего, не только – но о полном назначении этих Рун мог знать только их создатель. Ее можно было распылить на Звездную Кровь – но не получить нужных ответов.

Ясно было одно – к Орину Бродячий Торговец попал неслучайно – и именно с его помощью брат получал Руны-Ключи на Арену, а также, возможно, искал других Братьев. Это ключик к дверке, через которую один из Хранителей подбрасывал ему нужные Руны, манипулируя одним из освобожденных Братьев. Теперь он перешел ему – как знак, как возможность – и, может, как некий канал связи.

– Как насчет Искусства Торговли? – откровенно усмехнулся Белый Дьявол. – Готова ли Контракция продать мне такой Навык?

– Компания не боится соперников, – понимающе усмехнулся в ответ Торговец.

– Тогда нужна Руна-Навык Искусства Торговли, – сказал Белый Дьявол. – Серебряного ранга.

– А иных Искусств не бывает. Я могу поискать такую Руну для моего господина, – кивнул Торговец. – В этом и будет заключаться его особый заказ? Тогда остается лишь оплатить аванс…

– Держи свою Монету, – Белый Дьявол небрежным щелчком отправил ему сияющий глиф, – и передавай привет своему хозяину…

Не моргнув глазом Бродячий Торговец принял оплату и исчез, вновь обратившись в Руну. Спустя древодень можно вызывать его снова – и узнать, успешен ли был поиск…

Затем осколок Единого взглянул в сторону недалеких горных вершин, с которых – он знал это – можно было разглядеть тонущие в зеленом море скелеты башен Эстэ. Он побывал в руинах своего города в теле Сигурда, но теперь пришло время посетить их лично. Там оставалось немало того, что представляло интерес, но самое главное – требовалось понять, возможно ли вообще восстановить древнюю столицу Круга после того, что сделала с ней Вечность. Сейчас он находился близко, время не подпаливало пятки, а Аспект и новые Руны увеличили его могущество. Да, он отдал свой старый запас Сигурду и не жалел об этом, но Эстэ был запретной территорией для большинства Восходящих Круга, и шанс найти там сильные Руны или задания Наблюдателя был высок…

В дороге Белый Дьявол починил свои серебряные Руны – для этого больше не требовалась помощь Азимандии, – а также использовал все три серебряных Развития. Одно вложил в Витамантию – этот Атрибут отвечал за исцеляющую силу жизненной энергии, косвенно влияя на Навык Животворного Роста. Первая звезда одарила отличным Навыком Целительного Прикосновения – по сути, аналогом Малого Исцеления, а если развить его до пика, то могущественного Исцеления Королей. Незримый снова улыбнулся, однако Белый Дьявол не стал испытывать судьбу.

Второе Развитие он вложил в Познание, получив Распознавание Обмана. Хороший навык, но не для него, и так умеющего читать тела, лица и мысли. Но Атрибут был важен, ибо открывал путь к сокровищнице Наблюдателя.

У Мрака уже имелась одна звезда в Энергии, но каждому Восходящему положен свой дар. Поэтому он вложил третье Развитие в этот Атрибут, вступая на тот же путь, которым когда-то отправил ювейна. Он был верным – ибо без манипуляций энергией Звездной Крови любой Восходящий лишь слепой и глухой перед зрячим и слышащим… Обнаружение Энергии – тот же Навык, что открылся на первой звезде Сигурду, стал его наградой. Вспомнив о землянине, Белый Дьявол улыбнулся и достал Говорящий Камень – может, новый ученик уже обнаружил его дар?

Глава 2

Но нет.

Камень молчал – вероятно, Призрачные Девы еще находились в Безвременье. Что ж – у предтеч Единства свой путь, а у него – свой, и пора было делать очередной шаг…

Белый Дьявол шел через горные перевалы и лес, не рискуя использовать Крылана. За циклы, которые он так и не мог сосчитать, древесные рощи поглотили Эстэ вместе с окрестностями, а кожа Единства зарастила старые раны. Некоторые сооружения Вечность сровняла с землей – и пришлось здорово потрудиться, чтобы отыскать следы.

Два Шпиля из внешнего круга стражей оказались полностью разрушены, похожие на пустые черепа, наполовину закопанные в землю. Расхитители давным-давно забрали оттуда все, содержащее Звездную Кровь. На развалинах третьего Меча выросла роща чудовищно огромных деодаров, что говорило о том, что Сердце, вероятно, таится где-то под сплетенными корнями. Белый Дьявол не стал искать его – если никто не извлек артефакт за сотни циклов, тому имелась веская причина. Кроме того, для этого потребовалось бы полностью разрушить рощу, а подобные места были крайне полезными – как источником звездных ресурсов, так и точкой притяжения хищников, ищущих Звездную Кровь. Если Эстэ будет вновь заселен, это станет хорошим подспорьем…

Посетив ближайшие Мечи, он наконец вступил в пределы самого города. Некогда Эстэ был столицей Круга – огромный полис, не имеющий стен, расположенный в благословенном месте, он состоял из шести восьмиугольных районов, разделенных широкими каналами. Если посмотреть с высоты, стилизованное подобие строения Единства: октагоны, стены и башни…

Древнее место, построенное Народом Кел еще до Тьмы – и после Раскола ставшее одним из светочей нового мира. Выжившие потомки Аммос и Эррос стекались сюда со всего октагона, наследуя тайны древнего дома, и под его сводами мешали кровь с младшими, постепенно становясь совсем иным, далеким от кел Народом. Сюда приходили охотно, ибо знали – Эстэ правит могущественный Восходящий, который коснулся неба. Друзья звали его Дарующим Молнии, а враги – Белым Дьяволом, и весь Круг знал, что немногие способны бросить ему вызов. Люди верили, что он способен защитить их, и так и было, но потом пришли те, кто оказался сильнее. И щитом для него стал сам город и его Народ…

Осколок Единого не жалел ни о чем, ибо жалость о прошлом бессмысленна, но старая горечь вновь поднялась из глубин, подпитывая огонь новой мести. Она должна быть холодной, как пламя, что ныне окружает его.

Он посетил Башни Изобилия и Башни Вознесения. Основные столпы города лежали в запустении, как и обширные сегменты Кузниц Света, жестоко изборожденные глубокими шрамами небесных мечей. В сокрушенном Дворце Пустоты когда-то развернулась жуткая битва, там до сих пор бродили реаниматы, давно превратившиеся в черные костяки. Помимо прочего, в руинах прятались и иные опасности – выродившиеся потомки боевых тварей Вечности и уцелевшие рунные големы, еще патрулирующие древние проспекты. В поисках Звездной Крови, таящейся под завалами, в Эстэ приползли и другие существа, ищущие ее, и все это хотело и умело убивать.

Осколку Единого пришлось вступить в бой трижды, защищая свою жизнь. Трофеями стали несколько бронзовых Рун, годных, помимо Развития, только на продажу или распыл, и немного Крови. Добыча могла быть и иной – у развалин одного из Мечей внутреннего Круга нашлось логово чистильщиков – амебных существ, которых Кел когда-то использовали для переработки отходов. Полезные и безобидные мусорщики давно одичали – но все они были звездными, хоть и мусорного ранга. Это означало, что источник еще находится внутри – и Белый Дьявол вошел туда, безжалостно выжигая склизкие наслоения и расшвыривая камни – но обнаружил лишь расколотое на много частей и давно выпитое Сердце. Чистильщики унесли большую часть его обломков в своих полупрозрачных телах; наверное, в каналах и руинах можно было встретить бронзовых и серебряных тварей, а может, их всех давно истребили жаждущие Звездной Крови хищники…

Да, Сердце было разбито, однако сам иллиумовый стержень Меча уцелел. Длиной в пять человеческих ростов, он покоился под руинами, подобно древнему клинку без рукояти, когда-то потерянному исполином. Сейчас извлечь и забрать его было невозможно – однако в голове Белого Дьявола зародился замысел, заставивший губы скривиться в сумрачной усмешке.

Возможно, Меч Жесткого Света еще послужит Эстэ…

Он отыскал еще кое-что полезное, но совсем мало. Многие уцелевшие здания, особенно в безопасных районах, давно подверглись разграблению – несмотря на запрет, в Эстэ все равно забредали отчаянные Восходящие, расхитители гробниц, всякого рода копатели и шайки изгоев, некоторые из них даже пытались обосноваться здесь. Последними были земляне – и, к своему удивлению, Белый Дьявол обнаружил множество давно раскуроченных капсул – одна из первых волн высадки принесла пришельцев из прошлого в Эстэ. Их судьба оставалась неизвестной и, вероятно, незавидной – только что попавшие в Единство колонисты были детьми в жестоком мире Восхождения.

К исходу второго дня осколок Единого пришел на обломанную, открытую ветрам вершину Башни Молний – место, когда-то бывшее его домом. Он уже побывал тут с Сигурдом и забрал Руну, защищенную Оком Наблюдателя, однако наитие властно привело сюда снова – слушать ветра, смотреть на треснувшие лики Братьев, вновь попробовать коснуться Ока…

Конечно, оно не признало его – для Наблюдателя он лишь нищий странник без Титула и Народа, под новым именем проходящий Восхождение. Это можно было изменить – но не сразу, не здесь, не сейчас. Глядя на затянутые туманом почерневшие руины, осколок Единого видел серебряные башни и голубые каналы, золотые мосты и сияющие шпили. Эстэ погиб, умер вместе со своим Народом и его владыкой, но кто сказал, что из старых корней не вырастет новое дерево? Под развалинами по-прежнему было скрыто немало сокровищ, а древние камни могли послужить материалом для новых стен. Да, Вечность постаралась стереть саму память о бросивших вызов – недаром Бесконечные Шторма по-прежнему терзали уцелевшие здания, а ловушки и сторожевые существа подстерегали неосторожных путников… однако все это можно было исправить и даже обратить в свою пользу, как опыт, как оружие, как Звездную Кровь…

Глядя на город, он разложил добычу: похожее на зубчатое колесо сердце голема, студенистые комья бронзовых чистильщиков, трепещущие незримым эфиром останки кошмаров, ядра Червей и сломанные артефакты бывших воинов Эстэ. Ядра, Фрагменты, Эфир, Реликты – это годилось лишь на слом, вытягивание Звездной Крови и изготовление Символов, не более того. Самыми ценными трофеями оказались обломки старых Кругов Переноса – из них можно было создать ингредиенты для собственных Порталов. Этим он и занялся, создав два бронзовых Портала, которым Наблюдатель дал верное имя – Руины Башни Молний… Эти Руны позволят ему – или тем, кого он сочтет достойными, – вернуться сюда, когда придет время.

Еще тут были Черви, но Наблюдатель не давал задания на ликвидацию Гнезда или Улья. Откуда они проникают в город, находящийся почти в центре Круга, под светом Игг-Древ? Одна из загадок, с которой он пришел разобраться. Причин тому не могло быть много, и все они не нравились Белому Дьяволу.

В наступающих сумерках он вызвал Морвейн. Большой необходимости в этом не было, но осколок Единого знал, что ей будет приятно ощущать его заботу. Знать, что он считает ее не бездушной Руной, к которой обращаются лишь по необходимости, но ближайшей сподвижницей.

Когда фигура Восходящей сложилась из звездной пыли, на ее лице застыло выражение злой непреклонной решимости, а руки сложены в защитном жесте – такой она и умерла от пламенного клинка Орина. Сейчас же, вздрогнув и оглядевшись, она осторожно ощупала себя – тело, лицо, – а затем сказала, не глядя на него:

– Значит, ты победил, мой господин. Как было предписано небесами…

– Благодаря тебе, моя Восходящая, – ответил он. – Ты не обманула – и пошла в огонь.

– Не первая моя смерть, – произнесла Морвейн, но мучительная дрожь ее губ поведала, что его Руна перенесла испытание не так легко, как пыталась показать. – В Вечности я… погибала сотни раз.

– Но в Единстве совсем другое дело, – заметил он. – Я запомню это.

– Больше всего я боялась, что меня воскресит… другой хозяин, – она зябко передернула плечами. – Кем он был, мой господин? Тот Восходящий… наш противник?

– Чемпионом Арены из Детей Огня, – ей не следовало знать лишнего. – Близким к золоту, и золотом он одарил нас, моя Восходящая.

– О, судьба сплела свои нити, – Морвейн впервые улыбнулась, и никто бы не назвал ее улыбку доброй. – Значит, мы не напрасно шли в огонь, мой господин.

– Не напрасно, – подтвердил Белый Дьявол. – Я хочу наградить тебя за храбрость и верность.

Скрестив свою Скрижаль с ее, он передал ей Руну Малого Исцеления (после открытия первого Навыка Витамантии в ней больше не было нужды) и Руну Золотых Големов – потому что мог защитить себя сам. Последняя была серебром, но содержала трех бронзовых Существ – сегодня он испробовал их в деле и остался доволен, Големы оказались медленными, но бронированными созданиями, способными отвлечь врага и выдержать немало ударов.

– Они будут твоими надежными защитниками, – сказал осколок Единого.

– Благодарю, Подобный Пламени, – поклонилась Морвейн, с достоинством принимая дар. – Часть моих Рун сломана, а Кувшин пуст… там остался дух моего брата и несколько призраков, остальные сгорели на Арене. Я снова слаба, мой господин.

– Мы найдем тебе новых… – он взглянул на руины города, залитые золотым светом гаснущего Элтанира. – Помнишь, где мы?

– Снова твой город, – прошептала Морвейн, глядя с высоты на развалины. – Мы вернемся сюда?

– Это лишь очередной шаг, – успокоил ее Белый Дьявол. – И мне опять нужна твоя помощь.

– В чем же, мой господин?

– Возьми это, – он вложил в ее холодную ладонь бугристое сердце бронзового Червя, что убил сегодня в подземелье Башни Изобилия. – Скажи, откуда они приходят? Что их ведет?

– Черви, – отстраненно произнесла Восходящая. – Я посмотрю, мой господин.

Она умела искать людей, Предметы и Руны – способности оракула и гадалки нельзя недооценивать. Но транс оказался очень коротким, Морвейн очнулась буквально через несколько секунд.

– Оттуда, – произнесла она, указывая тонким пальцем куда-то в туманную хмарь. – Там… и вниз, вниз, вниз! Темно, темно, темно… Глубоко, мой господин! Очень глубоко!

– Там Гнездо? Улей? – спросил Белый Дьявол. Что ты видишь там, откуда он пришел? Много ли их там?

– Только темноту! – с отчаянием произнесла Морвейн. – Мой Навык не видит дальше… ничего.

– Почему? Они чем-то защищены от ясновидения?

– Нет, там другое… – она судорожно вздохнула, пытаясь отойти от транса и подбирая слова. – Это как… смотреть во тьму… искать что-то в темных землях, там, где слеп даже Наблюдатель. Если не видит он, как увидим мы? Я опять бесполезна, мой господин…

– Нет, моя Восходящая, – он погладил ее по щеке. – Я понял. Благодарю за пророчество.

– Чем я еще могу служить моему господину?

– Сядь рядом. Чини свои Руны. Смотри со мной. Говори со мной…

И она повиновались, и они сидели на краю Башни Молний, глядя на руины под тускнеющим Игг-Древом, слушая шорох ветров и далекое громыхание Штормов, терзающих город. Белый Дьявол говорил с Морвейн и слушал ее, потому что Восходящая желала этого, держал ее руку, и их узы, уже скрепленные страстью и смертью, становились все крепче. А потом, когда ее время ушло, он заснул и проснулся, сжимая в руке Говорящий Камень, но землянин так и не дал о себе знать.

Пророчество Морвейн оказалось точным. В районе, который она указала, прежде находилась Сфера Небесной Энергии – великий источник, питающий чудесные механизмы города. Он был подключен к глубинным жилам, что пронизывали Единство, опутывая его иллиумовые кости – так, согласно мудрости Искуснейшего, были устроены все древние города Народа Кел.

Воители Вечности, конечно, это знали, поэтому обрушили на Сферу наиболее страшные удары. Высвободившаяся энергия уничтожила целый район – на месте кварталов, каналов и зданий теперь зиял исполинский кратер шириной в несколько тысяч шагов. Там ничего не сохранилось – земля и камни перемешались с обломками, а сверху все покрыл новый лес, но необычный, над его вершинами дрожало странное марево, видимое только с помощью Глаз Странника или Обнаружения Энергии. Белый Дьявол знал, что это – след, пробой, слабое место в самой ткани реальности. Такие образуются, когда в ход идут Руны небесного ранга, рвущие зримое, незримое, пространство и время, саму ткань, из которой сплетено сущее. Кое-кто из Братьев говорил, что из таких дыр и приходят Твари Извне, и нечто подобное утверждали обитатели дрейф-цитаделей. Наблюдатель часто гневался на подобное – возможно, это деяние и стало причиной запретности здешних мест.

Район кратера выглядел скверно. Склоны громадной воронки усеивали куски оболочки Сферы Энергии, подобные огромным зазубренным скалам, глубоко ушедшим в землю. Когда-то они были Реликтами, но их мощь давно ушла в землю, воду и воздух. Несомненно, здесь часто бывали Черви – он видел их следы, их останки, но еще больше – изувеченных деревьев. Растительность была покалечена, а многое ободрано подчистую – Черви питались органикой, а Фуражиры целенаправленно добывали ее.

Сейчас, под золотым светом, тут было безопасно, но ночью все менялось. Для неопытного Восходящего забрести в такое место равнозначно смерти. Белый Дьявол спускался все ниже, пока не оказался на огромном осколке, нависающем над черным провалом. Вот и нашлась та самая щель…

Больше всего дыра походила на устье разорванной трубы шириной в полсотни шагов, раскрывшейся на месте слома звездообразным цветком. Толщина оболочки была в рост взрослого мужчины и недобро отливала изумрудной прозеленью иллиума.

Осколок Единого знал, что это такое.

Единство, воплощенное мудростью Искуснейшего, походит на человеческий организм. У него есть скелет, выкованный из несокрушимого иллиума, и его кости, подобно кровеносным сосудам и нервам, опутывают множество жил, благодаря которым чудесные механизмы дайсон-сферы обороты галактики защищают разумных. По некоторым из них циркулирует вода, обеспечивая уровень в реках и океанах, в других струится небесный огонь, в-третьих – чистый воздух, четвертые используются древними механизмами, способными возводить и разрушать горные хребты, а пятые подобны подземным дорогам, связывающими октагоны. Даже усердные ученики Того-Кто-Искусен не могут до конца познать сложность и назначение многих конструкций на глубинных горизонтах Единства. Башни на границах октагонов подобны нервным узлам этой великой сети – и во времена до Тьмы и Раскола климат, ландшафт, водные и воздушные потоки были покорны воле Наблюдателя и Единых.

Но потом, когда Вечность выпила солнце, все изменилось. Погруженная во мрак большая часть Единства умерла, замерзли океаны, войной были уничтожены многие Башни и пали разделяющие щиты. Много жил и глубинных горизонтов оказались разрушены, а другие, наоборот, стали спасением для разумных, бегущих от холода и тьмы. Целые Народы – Белый Дьявол знал их – до сих пор скрывались во тьме рукотворных подземелий, ставших за тысячи циклов их домом. С помощью Игг-Древ удалось восстановить хрупкое равновесие – и остановить Червей. Однако с тех пор в глубинных горизонтах появился свой, совершенно отличный от надземного мир, со своими обитателями и своими законами – и лишь немногие смельчаки-Восходящие отваживались исследовать его. А вот Черви не знали страха и часто использовали заброшенные тропы, чтобы скрытно проникать в октагоны.

Так было и здесь – провал вел вертикально вниз, где-то там, на невероятной глубине, смыкаясь с костями дайсон-сферы. Твари лезли именно оттуда – на грязных наростах, за сотни циклов образовавшихся на стенах тоннеля, виднелись их следы, а загадкой было только то, почему молчит Наблюдатель.

Белый Дьявол зажег факел и уронил его в черное устье провала. Огонь, кувыркаясь, улетел вниз, превратился сперва в маленькое пятнышко во тьме, а затем и вовсе исчез. Он смотрел и слушал – но так и не различил звук падения.

Ну что ж… Осколок Единого глубоко вздохнул и выпрямился, глядя вниз. Этот путь смогли проделать Черви. Значит, им сможет пройти и Восходящий…

Глава 3

Азимандия при появлении едва не свалилась в бездну – ее пришлось подхватить за талию. Кел-леди, ужас на лице которой можно было понять – только что ее готовился разрубить пламенный клинок, – заверещала, судорожно цепляясь за него:

– Ааа! Мой господин! Мой господин!

– Успокойся, моя. Ты жива и цела.

В ответ она бурно разрыдалась – и Белому Дьяволу ничего не оставалось, как привести ее в чувство очередной пощечиной. На этот раз истерика не была наигранной – на Арене Азимандия действительно прошла между жизнью и смертью, и для нее это стало настоящим потрясением.

– Я… едва не сгорела, как мои Руны… – всхлипнула она. – Как ты мог… так использовать меня…

– В следующий раз я позволю кел-леди сгореть, – холодно заметил он. – Раз она не испытывает благодарности за спасение.

– Благодарю, благодарю, мой господин, – поспешно выпалила Азимандия, размазывая слезы. – Я…очень благодарна. Чем могу еще служить?

– Мне нужна твоя Левитация, – он кивнул на черный провал тоннеля. – Нужно спуститься вниз…

– Как прикажет мой господин, – пробормотала кел-леди, открывая Скрижаль. – Я помню эти развалины… Это что, дыра на нижние горизонты? О Вечность, как оттуда ужасно пахнет…

Да, запах, исходящий из устья иллиумовой трубы трудно было назвать приятным, а когда они начали опускаться, крепко сжимая друг друга в объятиях, он стал по-настоящему резким. Вонь Червей, смешанная с кислотой и гнилью, щипала глаза, а в грязевых наростах на стенах застыли кошмарные многоногие останки тех особей, что навсегда остались здесь.

– Это… Черви? – ужасалась Азимандия. – Что за кошмарное место? По своей воле я бы никогда не пошла сюда…

Не обращая внимания на ее болтовню, осколок Единого смотрел и слушал. Черви вряд ли вылезали днем, под палящий игг-свет, но внизу, в сырой чернильной темноте, их могло ожидать все что угодно. Возможно, Сигурд оказал ему услугу, немного почистив низших отродий, однако твари еще присутствовали в руинах, и скоро он поймет, из какой щели они лезут…

Стоило вспомнить о землянине, как завибрировал Говорящий Камень. Он все-таки добрался до оставленного дара! Но сейчас, к сожалению, ответить было невозможно – глаза, руки и мысли Белого Дьявола занимались совсем другим.

– Быстрее, Азимандия! – приказал он, потому что путь вниз мог занять весь срок ее призыва – плоть Единства велика и многослойна. Кел-леди подчинилась, и они полетели вниз так, что воздух засвистел вокруг, а кусочек света наверху превратился в игольное отверстие, а затем – и вовсе померк.

В некоторых местах к этой жиле примыкали другие: одни устья были закрыты лепестками несокрушимых врат, другие зияли темными глотками. В исполинской трубе было абсолютно пусто, если не считать окаменевших наростов – сюда сотни циклов лилась влага, смешанная с землей. Сгустившаяся вокруг тьма не мешала – глаза Мрака обладали темным зрением еще до того, как он утратил тело, а Глаз Странника и Обнаружение Энергии закрыли бреши в незримом. Но вскоре – Белый Дьявол прикинул, что они уже в последней трети иллиумовой пуповины, – темнота стала странной, плотной, удушающей – не отсутствием света, а густым черным туманом, – а на стенах тоннеля появились необычные черные потеки с синими и фиолетовыми прожилками.

Они выглядели так, будто росли из глубины, постепенно поднимаясь… Азимандия вдруг закашляла, судорожно вцепившись в него, а открытая Скрижаль и Атлас замерцали, колеблясь, как листья на ветру.

– Мой господин! Это же… это… – в глазах золотой леди появился неприкрытый ужас, но осколок Единого понял, в чем дело, как только увидел червивую слизь, и предпринял необходимые действия.

Их окутало Холодное Пламя, вспыхнувшее ярким светочем в удушающей тьме. Белый Дьявол не пожалел Звездной Крови – и его языки протянулись во все стороны, облизывая стены, сжигая все зримое и незримое. Мало что помогло бы лучше – потому что витающее в воздухе было не просто отравой Червей.

У Наблюдателя много невидимых глаз. Восходящие называют их технитами, мельчайшими слугами хранителя, что способны проникнуть в любой уголок дайсон-сферы. Благодаря им великий разум наблюдает за Восхождением, дарует задания и награды, передает Руны из своей сокровищницы, поощряет и наказывает, но главное – хранит Единство от разрушения и врагов, ибо великая крепость никогда не должна пасть.

Но существуют средства ослепить Наблюдателя. Великие Черви, стремясь пожрать все сущее, создали множество злобных ухищрений, чтобы не дать взгляду хранителя проникнуть в темные зоны, увидеть, найти и уничтожить их. Одной из них был черный туман – всепроникающее оружие, пожирающее технитов.

Именно его дыхание ощутил Белый Дьявол – прежде ему приходилось видеть подобное в темных землях. Сразу стало ясно, почему Наблюдатель не дает заданий: его взор просто не может проникнуть глубже, а Восходящие, рискнувшие сделать это, если и существовали, скорее всего, навсегда остались там. Для борьбы с подобным требуются специальное снаряжение и особые Руны, а лучше всего – игг-оружие, и, наверное, Белый Дьявол повернул бы назад, не побывай он на Арене.

Но брат подарил ему пламенные Руны.

– Держись крепко, Азимандия! – прорычал он, выбрасывая из своей Скрижали золотую Руну. – Сейчас будет горячо!

Азимандия отчаянно визжала, потому что в Холодном Пламени сгорали не только частицы Тьмы, но и эфирный конструкт Левитации. Удерживающая их в воздухе незримая ладонь исчезла, они провалились, рухнули, кувыркаясь, полетели вниз, объятые языками призрачного огня! Кел-леди вцепилась в него, как клещ, и орала, как умалишенная, только мешая сделать необходимое…

Сине-рыжий Огненный Вихрь, влитый в Реку Энергии, унесся перед ними ревущими волнами пламени! Для применения в подобных местах – идеальное оружие, однако страшный жар и искры не щадили никого, поэтому Белый Дьявол, виртуозно меняя Руны, отозвал Аспект и использовал Хрустальную Сферу. Ему самому, как и Орину, огонь был не страшен, однако кел-леди даже в Шевелящемся Доспехе могло серьезно обжечь, а она была ему еще нужна…

Дно оказалось не близко – лететь пришлось не менее минуты. Догнав Огненный Вихрь, они оказались в пламенном хвосте и несколько бесконечных мгновений неслись вместе с ним сквозь внешнюю оболочку горизонта, что толщиной превосходила горные корни. А затем с жутким гулом вылетели и рухнули куда-то в ворохе искр и фонтане взрывающихся обломков. Рунная сфера раскололась, потеряв прочность от удара и жара небесного огня. К счастью, Вихрь уже рвался в свободных направлениях, оставив после себя только угли и жар, и их защитные Руны помогли пережить его. Золотое пламя должно было спалить тьму и все, что в ней, зримое и незримое, однако Белый Дьявол все равно вновь окружил их пламенем Аспекта, встал сам и поднял стонущую, скорчившуюся у его ног Азимандию.

Куда же они упали?

Строение древних костей Единства было очень сложным, почти непостижимым. Даже представить их размер – испытание для человеческого разума. Каркас великой сферы, что с одной стороны удерживал на себе мягкую внутреннюю твердь – землю и горы, моря и воздух, притягивая все сущее в вечной борьбе с пустотой, а с другой – превращался в несокрушимую броню, крепостные стены Единства, защищающие от Тварей Извне. Белый Дьявол знал, что их назвали не просто так – кости обладали твердой иллиумовой оболочкой, заполненной внутри множеством глубинных горизонтов и каналов, строением подобных жилам, которые несут в теле кровь, мысленные сигналы и Звездную Кровь.

Сейчас они стояли на одном из первых этажей почти бесконечного пространства. Некоторые из них были разрушены, другие давно заброшены, третьи по-прежнему работали, и это невероятное переплетение и называлось костями Единства. Тут можно было блуждать сотни циклов и не повидать даже тысячной доли чудес…

Сферический зал, чьи своды не достигал отсвет пламени, мог легко вместить небольшой город. Конструкции из иллиума, вытканные Строителями на заре мира, тянулись вверх, вниз, вправо и влево замысловатым переплетением, память о назначении которого была давно утеряна. Он взглянул наверх – в восьмиугольном сечении уходящей пуповины едва-едва виднелась смутная искорка света. Да, у Единства есть небеса, а есть кости…

Сигурд мог бы свободно летать здесь на своем винтокрыле. Сейчас вокруг клубился дым, прах и пепел, но небесный огонь сжег темный туман и обуглил то, что покрывало обводы древних стен. Оно слезало толстыми лохмотьями, как обгорелые струпья, на глазах крошась на мелкие части.

– Это же… это же… – пробормотала Азимандия, с отвращением отпинывая тлеющие куски. – Это ведь не темнолиз, правда?

– Плайтен, – подтвердил он, подняв рдеющий искрами обломок. – Но еще не сфагматис…

У этой хтони было много имен – каждый столкнувшийся с ней Народ называл ее по-своему. Кел пришли к общему – темнолиз, но те, кто охотился на Червей в темных землях, знали, что у нее минимум три стадии – от мягкого и почти безобидного плайтена до сфагматиса, не уступающего прочностью каменным стенам.

Живое оружие, созданное жутким разумом Великих Червей. Он представлял собой субстанцию, живую, но не мыслящую, не животное, не растение и не гриб, нечто вроде пластичной слизи, быстро распространяющейся в местах экспансии червивого отродья. Темнолиз поглощал все доступные вещества и минералы из окружающей среды, добывая питание отовсюду – от голых камней или льда до почвы и трупов, – и использовался Червями как средство передвижения, источник пищевых ресурсов и строительный материал. Из него они возводили свои Ульи, но самое главное – эта штука выделяла нечто вроде мельчайших спор, образующих темный туман, пожирающий технитов Наблюдателя. Белому Дьяволу приходилось видеть целые октагоны, покрытые непробиваемыми наростами сфагматиса, и то, как небесными Рунами уничтожали эту заразу. То, что темнолиз проник сюда, расплодившись в подземных тоннелях, было очень плохо – и говорило о возможной близости нового Улья…

То Гнездо, что они сожгли с ювейном в Расколотых Землях, было малым, свежим, существующим не дольше цикла. А то, что находилось здесь… похоже, было старым и большим, раз начало давать такие отростки.

Очень, очень скверно.

В следующий момент посыпались задания – техниты Наблюдателя, ранее неспособные проникнуть дальше устья заполненной червивым туманом пуповины, наконец позволили хранителю Единства понять, что происходит. Ведь всем известно, он смотрит глазами и слышит ушами Восходящих…

Серебряное задание на поиск и ликвидацию возможного Гнезда с двойной наградой и тройной Славой.

Серебряное задание на зачистку тоннелей от темнолиза и уничтожение порождающего его источника.

Ну и счет Великой Охоты, заново открытый им сегодня в Эстэ, миновал мусорный и достиг бронзового порога – почти полсотни тварей спалил выпущенный им Огненный Вихрь, и это число медленно росло, потому что огонь еще не погас.

Белый Дьявол мрачно улыбнулся – он искал и нашел серебро. Незримый его слышал. Незримый, а не тот, кто через бродячие Руны подкидывает свои жалкие подачки…

– Ты… тоже видишь задания, мой господин? – спросила Азимандия, стараясь держаться к нему поближе. – Надеюсь, ты… не собираешься их выполнять? Меня сейчас вырвет… не хочу находиться здесь даже секунды!

Она с надеждой взглянула наверх.

– Собираюсь. Звездная Кровь не капает с неба, моя.

– Нет, нет, нет… – приговаривала себе под нос Азимандия как заведенная, но времени у нее оставалось меньше часа, а им еще многое предстояло сделать. Он поручил ей починить поврежденных на Арене Существ и Руны, а сам собрал Звездную Кровь, сияющую среди дымящихся углей. Грязь, жалкий мусор – Черви никогда не бывали щедры. Вибрирующий Говорящий Камень наконец умолк – Сигурд отчаялся достучаться. Ничего страшного, раз он нашел Камни, они успеют поговорить…

Кел-леди оживилась, лишь когда он передал ей для ремонта золотую Руну Стабилизатора Времени и Пространства.

– Это работа мастеров Геллерс, старого Дома из Вечности, – неожиданно сообщила она. – Откуда он, с Арены?

– Да, – коротко ответил он.

– Должно быть, сменил много хозяев. Артефакт с интересной судьбой… А синий огонь – ты тоже забрал там? Золото?

– Золотая Связка, – не стал отрицать он.

– Золотая победа, – проронила Азимандия с нотками зависти. – Что мы будем делать, мой господин?

Расклад простой – нужно было уничтожить рассадник тварей, находящийся где-то неподалеку. Там же находился источник темнолиза – червивая слизь могла возникать нескольким способами, но вряд ли главная особь достигла золотого ранга, так что, скорее всего, его порождал Локуст. Будь по-другому, Червей в Эстэ было гораздо больше, они были бы намного активнее, а он пока не видел никого, кроме мелких Скаутов и Фуражиров. Все это позволяло предположить, что задание Наблюдателя не будет чрезвычайно сложным. Черный туман и заросли плайтена – это не первородная Тьма, выделяемая золотым отродьем…

– Надо найти их логово, – сказал осколок Единого. – Выпускай свой Аспект.

Огненный Вихрь Орина – отличная Руна, однако он бушует всего три минуты в час, поэтому стоило приготовить другое оружие. Глупо рассчитывать, что пламя уничтожит всех Червей – Гнездо, судя по косвенным признакам, находилось где-то на этом горизонте, но не совсем близко. Возможно, не в часах, а в днях пути; Наблюдатель, естественно, не мог дать четких ориентиров – эту работу им предстояло сделать самостоятельно.

Обыскать весь горизонт – непосильная задача, однако невидимый Лик кел-леди быстро определил направление, откуда рос темнолиз, и они пошли – сначала пересекли огромный зал, а затем отыскали восьмигранный тоннель, где наблюдались следы черного тумана. Вскоре Азимандия дрожащим голосом доложила о шорохе и стрекоте в его глубине. Это была новая волна приближающихся Червей – ибо плайтен был единым организмом и враги уже знали, что в их владения вторглись.

Кел-леди по его приказу выпустила своих Существ и тряслась от страха и отвращения, несмотря на то, что ее полностью защищал Шевелящийся Доспех, а функции сводились к исцелению и поддержке своих Рун. Жалкое зрелище. А Белый Дьявол, наоборот, ждал врагов с нетерпением – то, как отреагирует Гнездо, могло многое поведать.

– Они идут, мой господин! – нервно взвизгнула Азимандия. – О Вечность, какие мерзкие твари! Много, как их много! Им нет конца! Они повсюду!

– Стоим здесь, – приказал Белый Дьявол ей и ее Рунам. – Просто убивайте всех, кто до вас доползет.

Они приняли бой посреди тоннеля – Червей проще всего истреблять в ограниченном пространстве, где они не смогут окружить со всех сторон. Однако, когда он сам увидел приближающихся врагов, то понял, что рано использовал Огненный Смерч. Сейчас бы эта Руна принесла гораздо больше пользы. Черви двигались по полу, стенам, потолку тоннеля, не оставив на его восьми гранях и пяди свободного места, бежали друг по другу в несколько слоев – кошмарное шевелящееся море!

Он бросил навстречу им Грозовую Бурю, и в тоннеле завыл, закрутился ветер, наполненный ливнем и искровыми разрядами. Множество подхваченных им тварей закружились в воздухе, беспощадно врезаясь в стены и друг друга, но Вода, Ветер и Молния всегда плохо работали против червивого отродья. Твари были живучими – особенно те, что принадлежали к боевым стазам. Бронзовые особи ухитрялись преодолевать ветровой напор и вырываться из объятий бушующей Бури, но тут же попадали на скованную Заморозкой ледяную поверхность, которой осколок Единого покрыл все перед ними. Они падали со стен и скользили, попадая под удар Искрового Ветра, крутящихся Смерчей, наполненных Призрачными Секирами, и Водного Меча, и умирали, не успевая даже добраться до цели.

Все шло неплохо, пока три минуты, отведенные Буре, не закончились. Многих Червей послабее она убила или оглушила, но выжило вполне достаточно, чтобы они добрались до осколка Единого и окружающих его Рун-Существ.

Хаотичная резня, вспыхнувшая в коридоре, наверное, оправдала худшие ожидания Азимандии. Что ж – он и хотел, чтобы кел-леди вдохнула запах Червей и посмотрела в глаза настоящего Единства. Она должна была ощутить, как близка смерть – только такие испытания могли выковать из изнеженной пустышки настоящую Восходящую!

Огромный Циклоп, яростный Варвар, стремительная Танцовщица и исцеляющий Садовник сражались, защищая свою госпожу. А Белый Дьявол отпустил свои инстинкты и отдался битве, используя все доступные Руны и Навыки, и каждый его удар был смертельным. Червей было много – казалось, они никогда не кончатся, но он знал, что это иллюзия.

Пока жива главная особь, победить и обратить в бегство Червей нельзя. Их просто нужно убить, всех до единого. И пяти серебряным и одной золотой Восходящей это вполне по силам!

Конечно, им было далеко до братств Восходящих, привыкших бродить во тьме Великой Охоты, снаряженных лед-броней и светозарным оружием. Для тех, кого он когда-то знал, атаки мусорных Червей были детским развлечением и натаскиванием новичков. Но кел-леди затачивала свои Руны совсем для иных целей, поэтому битва стала тяжким испытанием.

Когда все закончилось, все они были не по одному разу исцелены. Садовник пал, а Варвар и Циклоп дымились, покрытые червивой кровью. Досталось всем – а главное, время их вызова подходило к концу. Однако, скрепя сердце, осколок Единого признавал – они достойно справились. Возможно, смогли бы выжить здесь и без его помощи…

– Ты сумасшедший! – простонала Азимандия, лишенная сил, вся покрытая ихором и каплями яда. – Только безумцы лезут в такие гиблые места! Ты что, хотел скормить меня Червям?!

– Почему бы и нет, – хищно ухмыльнулся осколок Единого. – Не искушай – с каждой смертью твой характер становится все лучше. Я ведь могу и приказать тебе идти в Гнездо одной…

– Умоляю, не надо… – она упала на колени, не стесняясь своих Существ, и молитвенно вытянула руки. – Во имя Единых, всех, даже того, что породил таких как ты, мой господин, вызови меня следующий раз, лишь когда выберешься из этой мерзости… Я не хочу… больше видеть это.

– Не могу обещать, что следующее место понравится тебе больше, моя, – снова усмехнулся он. – Но на сегодня твоя служба закончена.

В этой схватке они уничтожили не менее сотни Червей – большая часть была просто мясом, но среди грязи имелись и боевые особи. Каждое Гнездо рождало нужных ему тварей, иногда создавая причудливые стазы. Здесь господствовали похожие на огромных мокриц Лигисы, способные с невероятной скоростью передвигаться по слизистой поверхности плайтена. Жалкие пустышки, большинство из которых даже не перешагнуло мусорный ранг…

Полторы сотни капель Звездной Крови. Множество мусорных Рун вновь заполнило Скрижаль раздражающим хламом. Впрочем, были среди них и полезные – одно бронзовое Усиление он вложил в Заморозку, а второе в Покров Воды, получив на выходе Ледяные Шипы и Обволакивающую Воду. Еще из интересного был Алый Коготь – энергетический луч Червей – и Кислотная Устойчивость, все остальное заслуживало лишь разбора или продажи Наблюдателю. Осколок Единого знал, что главная награда ждет его в Гнезде – но сколько трансформаций прошел малый Червь?

Некоторые детали говорили, что Черви пришли сюда давно. Всего несколько циклов нужно, чтобы Гнездо выросло в обширное Логово, последнюю стадию перед смертоносным Ульем, но здесь оно развивалось в десятки раз медленней. У лезвия меча две стороны – в глубинных горизонтах обиталище Червей невидимо и труднодоступно для врагов, однако плайтен не способен извлечь пищу из иллиумовых сводов, а значит – органику и Звездную Кровь приходилось добывать на поверхности, каждый раз преодолевая далекий путь.

Он пришел вовремя – потом сковырнуть этот нарыв будет в десятки раз сложнее…

Осколок Единого взял деревянную и бронзовую награды Наблюдателя – они могли пригодиться здесь и сейчас. Выбрал Предметы, потому что место и время было подходящим для получения хорошего снаряжения из арсенала Великой Охоты. Не ошибся, хотя на дереве пришлось взять обычный Нож Охотника – рабочий инструмент для разделки Червей. Зато бронза принесла ожидаемый результат: Наблюдатель одарил столь желанным игг-светом. Это оказалась Руна Золотой Воды, созданная для очистки жидкостей от коварной червивой заразы. Содержимого флакона достаточно, чтобы исцелить озеро. Вкупе с его водяными Рунами она представляла собой убийственную связку, наделяя светоносной силой игг-частиц каждую каплю влаги, что было совершенно непереносимо для Червей. Белый Дьявол проверил Руну в деле, когда добрался до живых побегов темнолиза: призвал Дождь и смотрел, как корчится и сгорает червивая слизь под едва мерцающими золотым светом каплями. Отличное средство для очистки тоннелей – однако Золотая Вода была не бесконечна, поэтому в Руну пришлось вложить два последних бронзовых Изменения, сократив ее откат до шести с половиной часов.

Немного восстановив силы, он пошел дальше – теперь уже в одиночестве. Начатое требовалось довести до конца – Гнездо находилось где-то не очень далеко, раз поднятые по тревоге Черви добрались до них столь быстро.

Но одно дело – скользить по потекам плайтена, совсем другое – блуждать самому в восьмиугольном зеве тоннелей. Путешествие вышло кошмарным и растянулось на много часов – Белый Дьявол потерял счет времени, отмечая его лишь восстановлением потраченных Рун.

Он шел по разветвляющимся тоннелям и громадным залам, иногда пустым, а иногда заполненным странными иллиумовыми конструкциями, которые могли быть чем угодно – даже телами дремлющих Строителей. Шел по мостам, пересекающим рукотворные пропасти, где не было дна, спускался и поднимался бесконечными переходами, следуя за языками темнолиза, что подобно путеводной нити вели к Гнезду. Твари строили из него дорогу на поверхность – чем короче она была, тем быстрее развивалось логово.

Он каждый час использовал Огненный Вихрь, выжигая перед собой изрядный участок пути, и шел дальше, пока впереди вновь не появлялся клубящийся черный туман. Темнолизом все заросло изрядно – и чем дальше, тем больше его становилось. Белый Дьявол видел, что твари уже строили кладочные камеры, натыкался на личинок, обживших покрытые плайтеном коридоры, – все эти жутковатые признаки говорили, что он приближался к цели.

Откуда они вообще могли сюда заползти? Где-то в темных или теневых зонах есть вход в еще одну порванную жилу? Возможно, он расположен за пределами октагона или находится в разрушенной Башне и один из малых Червей решил им воспользоваться? Эта версия выглядела странно – скорее осколок Единого поверил бы, что где-то в глубинных горизонтах вырос крупный Улей и начал медленную, но неумолимую экспансию. Медленную – потому что в иллиумовых трубах нечего жрать и неоткуда взять Звездную Кровь, однако здесь нет и столь ненавидимого Червями игг-света…

Твари не позволяли скучать – атаковали без перерыва, поодиночке и небольшими группами, будто задавшись целью измотать странного Восходящего, когда стало ясно, что лобовая атака не дала результата. Верная стратегия – обычный Восходящий, даже серебро, даже сильная группа Восходящих, исчерпал бы силы, пробиваясь сквозь черный туман, наросты темнолиза и беспрерывно атакующих тварей.

Но осколок Единого не был обычным Восходящим. Он не ел и не спал, использовал Фиал, Звезду Искателя и Сердце Меча для восстановления и умело жонглировал Рунами, чтобы не исчерпать свою Звездную Кровь. Смерч, Буря, Золотая Вода. Он убивал Червей сотней способов – просто оружием, когда это было возможно, а также бронзовыми и серебряными Рунами. Лишь в бою приходит мастерство – и Белый Дьявол упрямо шел дальше, сжигая потеки плайтена и уничтожая всех, кто вставал у него на дороге. Он учился управлять Холодным Пламенем, превращая его из опаляющей защитной ауры в узкое огненное жало или перемещая взглядом, отрабатывал на Червях новые, только что полученные Руны – вроде Ураганного Натиска, Увеличения Тяжести и Огненной Стены. Дважды ловил вибрацию Говорящего Камня – Сигурд не оставлял попытки связаться, но время и место не подходили для разговора, и потому он убрал Предмет в хранилище Пояса, чтобы сосредоточиться на важном.

Когда наросты плайтена начали утолщаться, сначала полностью скрыв стены, а потом и вовсе превратившись в спиралеобразный ход, он понял, что на верном пути, уже совсем близко к Логову тварей. А когда через слизистую перемычку выплеснулась очередная волна Червей, включая черного, похожего на огромного жука Имаго-Защитника, стало ясно, что уже находится на его пороге.

Внутри таилось самое интересное – малый Червь, а может – и несколько, и скорее всего, не ниже серебряного ранга. Там же находился Локуст Темнолиза, живая «фабрика», как сказали бы земляне, червивой слизи и черного тумана. Осколок Единого мрачно улыбнулся, выкидывая из Скрижали свои боевые Руны. Пришло время самой интересной схватки!

Глава 4

Давать тварям шансов осколок Единого не собирался. Рассадники Червей заслуживали только безжалостного уничтожения. В его руке засияла Руна Огненного Вихря – пришло время очистить это место.

Бушующий поток пламени поглотил защитников Логова и ворвался внутрь всеразрушающей стихией. Золотая Руна, усиленная Небесным Огнем – одной из сильнейших Стихий Единства, – это не просто ревущая огненная река, такое пламя невозможно погасить, а само оно гораздо разрушительнее обычного. Логово превратилось в пламенную глотку, где корчился и сгорал темнолиз, а Черви обращались в прах и пепел. Знать бы, где Орин добывал Небесный Огонь; три его Руны имели такую Стихию, и это не могло быть случайностью…

Он ждал, замерев в спасительной ауре Аспекта. Жар убивал все живое за сотню шагов, обнажая из-под сгорающей слизи своды древних тоннелей. Логово и его внутренняя структура пылали, рушились, как и вся та мерзость, что кишела внутри. При наилучшем раскладе главная особь – это всегда был малый Червь – сгорела бы вместе со своим жутким потомством. Но нельзя рассчитывать на милость Незримого во всем.

Вихрь пронзил Логово, выжег его изнутри – и помчался дальше по тоннелям. В освобожденном проходе клубился прах. Ступая по обгорелым останкам больших Червей и обугленным грудам плайтена, Белый Дьявол осторожно вошел внутрь, втягивая Кровь и Руны, мерцающие повсюду. Немало было здесь тварей, содержащих Звездную Кровь, однако жалкий мусор его интересовал мало – в отличие от серебра. Но им могли одарить только малые Черви, а не низшие имаго, созданные как презренное живое мясо.

Как и ожидалось, Логово расположилось в узловом зале, формой напоминающем огромный вытянутый цилиндр. Помимо нескольких отходящих тоннелей, в нем находились странные выпуклые и пирамидальные конструкции – наверное, только ученики Того-Кто-Искусен знали их священное назначение. Он искал блеск серебра или живую опухоль Локуста, чудом избежавшую гнева Небесного Огня. Не увидел ни того ни другого, зато нашел в центре зала громадный обугленный нарост, напоминающий кокон, покрытый спекшимися хитиновыми остовами. Возле него светилось много рунных глифов – похоже, твари перед смертью сгрудились там, ценой своей жизни защищая от огня самое важное.

Когда при его приближении нарост задрожал, покрылся трещинами и лопнул, осколок Единого понял, что Тот-Кто-Сражается не обойдет его испытанием. Что ж, каждое серебро нужно заслужить!

Тварь, вылезшая из раскрывшегося кокона, мгновенно развернулась – и столь же молниеносно атаковала. Но в месте, куда ударило черное жало, Белого Дьявола уже не было – он ожидал чего-то подобного и ушел стремительным прыжком, на ходу используя приготовленные Руны.

Имаго-Инфанта

Малый Червь

Содержит Звездную Кровь

Серебряная хозяйка Логова не была тупой родильной горой, которую прикончил в Расколотых Землях Сигурд. Она эволюционировала, похудела, покрылась блестящей антрацитовой броней и отрастила множество конечностей. Земные ученые наверняка посчитали бы ее совсем другим видом Червей, потому что внешне эта тварь больше напоминала гибкую длинную сколопендру, вооруженную раздвоенным жалом и мощными жвалами. Но Белый Дьявол знал, что в ходе трансформаций червивое отродье может менять облик – и раз это произошло, Инфанта уже породила личинок, что могут стать новыми Матерями.

Он пришел вовремя.

Искровой Ветер ее даже не замедлил, а Огненная Стена не причинила вреда – капли пламени бессильно стекали с хитиновых пластин. В ответ тварь ударила роем жужжащих шипов, которые отклонили Крылья Ветра, и кое-чем еще – направленным псионическим ударом, способным вскипятить слабый разум. Хотя этому Червю было еще далеко до золотой Королевы, Инфанта оказалась крайне опасна, и осколок Единого понял – нужно действовать в полную силу.

Он сразу заметил, что Небесный Огонь все же потрепал ее – часть конечностей слева и усики-антенны отсутствовали, Инфанта чуть спотыкалась и покачивалась, сохраняя равновесие. И тут же ударил туда Водным Мечом, срезая еще больше, чтобы замедлить тварь. Бронзовые Руны ее не пронимали, а вот серебро было в самый раз!

Инфанта заверещала, но не остановилась. Белый Дьявол с большим трудом избегал стремительных выпадов жала – даже раненое, это создание запросто могло разделаться с группой Восходящих. Поэтому пришлось пожертвовать Ловчим Тысяченогом и попробовать отрубить ей хвост, превратив Аспект в лезвие Холодного Пламени. Попытка была хорошей, но Инфанта реагировала мгновенно, несмотря на то, что он пытался сковать ее ледяным покровом и Незримой Ловчей Пастью. Она была слишком крупной, сильной и бронированной целью для таких Рун – забилась, закрутилась на месте, в ярости круша все вокруг. Наполовину подрезанный хвостовой сегмент пятнал все брызжущим ядом, делая сближение еще более опасным. Не исключено было, что Инфанта одновременно призывает уцелевших особей из дальних тоннелей, так что схватку не стоило затягивать. Однако и тратить золото, чтобы раздавить малого Червя, осколок Единого посчитал излишним.

Он позволил себя схватить – вернее, не себя, а Хрустальную Сферу, которой защитился за мгновение до удара, – и дал возможность подтащить к яростно щелкающим жвалам. Вероятно, Инфанта могла бы преодолеть рунную защиту – только ждать, пока она сделает это, Белый Дьявол не собирался!

У него оставалась еще одна Руна Орина, которая до этого момента не побывала в деле.

Призрак Небесного Огня!

Рискованная игра, как и все Руны, меняющие материальную суть Восходящего. Призрака, даже огненного, порой убить гораздо проще, чем тело из плоти и крови, однако низшие и малые Черви не умели сражаться с нематериальным. Другое дело, что им самим призраки тоже были не страшны – но только не те, что состояли из Небесного Огня!

Белый Дьявол обрел призрачность, став пламенным созданием, оказавшимся в жвалах у Инфанты. Слишком близко, чтобы тварь успела уклониться или сбежать: спустя мгновение он уже был внутри нее, ощутив лишь легкое сопротивление, когда преодолел границу черной брони. В следующий миг хозяйка Логова взорвалась, лопнула, как серебряный демон на Арене, которого Орин убил таким же способом. Небесный Огонь выжег ее изнутри – и осколок Единого увидел горящий остов, расколовшийся на несколько частей. Червивое отродье наконец-то было отправлено во тьму.

Труп твари вдруг замерцал и исчез. И вместо блеска рассыпавшегося серебра оставил после себя одинокий черный, будто шевелящийся глиф, похожий на мерзкое извивающееся насекомое.

Он вновь обрел плоть, вернув Руну Призрака в Скрижаль. И взглянул на свою награду:

Семя Улья

Проклятая Руна

Качество: извращенная мерзость

Содержит семя мерзкого отродья Червей, необходимое для создания нового Улья…

Стало понятно, почему Инфанта выжила в Смерче, единственная из всех Червей в Логове. Она была не обычной особью, а подобием проклятой Руны-Существа. Такие глифы использовались Отрекшимися и Всадниками для распространения популяции Червей. Они позволяли создать зародыш нового Улья, чья материнская особь вылезала из Руны, но при этом могла развиваться и порождать собственное потомство.

И стало понятно, как образовалось это Логово рядом с сердцем Круга. Нет, Черви не вылезли из глубинных горизонтов и не пришли из темных земель. Семя Улья сюда целенаправленно принесли и оставили те, кто ходят на двух ногах и имеют Скрижаль.

Предатели человеческого рода.

Осколок Единого горько усмехнулся – он не получит желанного серебра, исключая то, которым наградит Наблюдатель. Небольшим утешением стали десять Монет и десять единиц Славы, выданных разгневанным Наблюдателем за уничтожение Проклятой Руны. Подобие серебра, хотя градация мерзостей, созданных Великими Червями, не имела четких рангов Восхождения. Все они были смертельно опасны – не только для окружающих, но и для самого владельца.

Логово могло скрывать немало интересной добычи, но копаться в обугленных дымящихся холмах плайтена, перемешанных с останками тварей, можно было несколько древодней. Белый Дьявол предпочел кардинальное решение – вызвал Дождь, а затем – Гейзер, и зарядил влагу Руной Золотой Воды. Оставалось только смотреть, как стремительно тает все, содержащее червивый след, а мутная вода с шумом уносит по наклонным тоннелям грязь и пепел. Спустя некоторое время ничего не напоминало о том, что тут находилось Логово, а осколок Единого, тоже очистившийся от следов сражения, собрал оставшиеся незамеченными пустышки и капли Звездной Крови.

Мусора было немало – в основном старые, давно выпитые Реликты из Эстэ или костяки принесенной Фуражирами добычи, но неожиданно он поднял мерцающий Звездной Кровью стигмат, принадлежавший неизвестному Восходящему. А затем – часть старого шлема-маски, формой напоминающего череп. Белый Дьявол видел подобные – на воинах септы Кровавых Черепов, что принадлежали к Народу Теней, и это ему не понравилось. Ходили слухи, что они, живущие глубже всех в теневых землях, якшаются с теми, кто служит Червям. Старая мудрость подсказывала, что Тот-Кто-Судит предъявляет улики, и найденное не может быть простым совпадением.

Белый Дьявол спросил себя, готов ли он пожертвовать серебром, чтобы узнать правду? И ответил себе, что ему еще предстоит встретиться со своими детьми и понять, что они натворили…

Тогда он открыл Атлас и выбрал одну из серебряных наград Наблюдателя. Такие Руны брали редко, но сейчас знаки шептали, что Сага – лучший вариант из возможных.

И не ошибся.

…бежал по узкому темному ущелью, охваченный паникой. Впереди – гаснущая золотая звездочка на краю небесной полусферы, по сторонам – скалы с потеками черного льда, узловатые корни теневых растений, а позади…

Крики, хрип, стоны, шуршание и хищный стрекот, перемежаемый резким свистом хитиновых клинков. Тварь, убивающая его товарищей, могла в любую секунду броситься в погоню.

Они вышли на охоту небольшим копьем – трое Восходящих и трое воинов, что надеялись заслужить стигматы. Выполнить задание Наблюдателя… но все пошло не так. Из тьмы, из ниоткуда появился серебряный Секутор со свитой – огромный, смертоносный Червь, не оставивший охотникам даже шанса. Воины Теней пали под ударами острых лезвий, а он чудом остался жив, купив время для бегства ценою смерти товарищей.

Сердце выскакивало из груди от безумного страха. Бежать, быстрее бежать, оказаться подальше от этого!

Нет.

Он наткнулся на что-то, будто на загустевший воздух, и с размаху полетел на острые камни. Подняв голову, увидел, как из глубины ущелья появляется фигура. Узрев зловещие, нечеловеческие очертания под черным плащом, он задрожал от парализующего ужаса.

Смерть.

В безумной надежде оглянулся назад – но там уже появился Секутор, хищно воздевший все шесть боевых конечностей. С них капала кровь его друзей… однако Червь не спешил нападать, замер, и он понял, что тварь ждет приказа от того, кто стоит перед ним.

– Кто ты? – прошептал он, стараясь не смотреть в желтые огоньки глаз, мерцающие в провале капюшона.

Твой хозяин.

Ответ был мысленным и настолько мощным, что он с воем повалился на камни, сжимая руками виски. Чужая воля проникла и поселилась в нем, властно пробурив дорогу страха и подчинения. Он корчился долго, царапая камни, а когда перестал, осознал, кто он есть и кому теперь служит.

Затем ему показали – руины древнего города, когда-то величественного, а ныне поглощенного временем и забвением. Он узнал их – глупые старики говорили, что они, прежде бывшие великим Народом, когда-то были изгнаны оттуда…

Отнеси Семя Улья в руины.

Безмолвный приказ в его голове не терпел возражений. И было ясно, что если он не выполнит его – то умрет мучительной смертью, где бы ни находился.

В его Скрижаль перекочевала черная Руна – проклятое Семя Улья, чьи линии извивались, как живые.

Посей его глубоко, там, где свет угасает.

Хозяин усилил ментальное давление так, что ему казалось – голова сейчас разорвется на части. А затем он развернулся и пошел прочь. А громадный серебряный Секутор, окруженный свитой боевых Червей поменьше, подобно послушному гарму последовал за ним. Они прошли прямо по его телу, но не тронули и исчезли в глубине ущелья, словно растворившись в тенях.

Некоторое время он лежал, ошеломленный, не в силах пошевелиться. В голове бились отголоски мысленных приказов, а сердце сжималось в предчувствии неизбежности.

Затем он встал. И новый посыл прорезал его сознание.

Собери Руны и Кровь.

Он оглянулся в ту сторону, где остались тела воинов из его копья. Всадник не взял ни одной Руны, ни капли Звездной Крови. Они все еще мерцали над изуродованными телами.

Он понял, что нужно сделать, как и то, что противиться этому невозможно. Он взял то, что было велено, а затем вернулся в свое поселение. Рассказал только то, что не могло навлечь на него подозрений, а окаменевший взгляд и холодность сородичи отнесли к последствиям схватки. Он стал другим, замкнутым, держался особняком, и теперь мало кто мог выдержать его взгляд.

Каждую ночь он видел во сне старые руины, слышал темный шепот хозяина.

Время не ждет. Тьма должна быть посеяна.

Вскоре он собрал все необходимое и тайно ушел, отправился в долгий путь к руинам древнего города. Дорога была опасной, но страх и жажда исполнить приказ гнали вперед лучше плети надсмотрщика.

А затем он нашел руины и заброшенный тоннель, ведущий в глубины подземных горизонтов. Казалось, голос хозяина ведет его, заставляя забираться все глубже и глубже – туда, где он будет недосягаем даже взору Наблюдателя. И наконец, найдя подходящее место, он использовал Проклятую Руну.

Черный туман, окутавший его, мгновенно забил легкие кашлем. В его клубах появилась живая опухоль Локуста, тут же начавшая источать потеки слизи, а рядом с ней свернулась материнская особь Червей. И ее голодное урчание стало последним, что он услышал в своей жизни.

Странное дело – даже когда его пожирали, разум не отпускало блаженное удовлетворение. Хозяин был доволен…

Ты исполнил свое предназначение.

Белый Дьявол очнулся – несколько месяцев жизни Восходящего промелькнули перед ним за пару минут. Сага раскрыла правду: трусость, предательство и темная сделка. Это произошло много циклов назад, но уже тогда Всадники снова появились в теневых землях, манипулируя слабыми душами. Вряд ли этот Восходящий был их единственным орудием – и это означало, что Черви вновь строят черные планы, медленно надвигаясь из тьмы. Недобрый признак – Гнездо целенаправленно посадили в Эстэ, создавая форпост для будущего вторжения. Возможно, были и другие, пока ему неизвестные. Нужно собрать информацию об активности Червей в световом Круге. И очень хорошо, что он пришел сюда – выжечь этот гнойник было необходимо до того, как Логово разрастется в полноценный Улей с десятками Матерей, тысячами боевых тварей и золотой Королевой…

Перед ним мерцало новое серебряное задание Наблюдателя – из числа тех, что вряд ли получит кто-то другой. Хранитель Единства требовал отыскать, выявить и уничтожить среди Народа Теней червивых предателей, попавших под влияние Всадников. Награда была двойной, но имелось и наказание – Позор при игнорировании, что подчеркивало важность этой миссии.

Белый Дьявол тихо вздохнул – набрав силы, он планировал отправиться к своим заброшенным детям, ибо кому быть их кингом, если не ему? Дело облегчало происхождение Мрака – осколок Единого недаром избрал его тело, ибо кровь матери давала право на престол Каменных Луков, и благодаря этому можно было обойтись без раскрытия собственной сути.

Он медленно пошел назад по гулким подземным коридорам – и только сейчас осознал, насколько вымотался. Много раз был ранен, отравлен и обожжен, и, хоть Животворный Рост сразу зарастил раны, резервы организма находились на исходе. Уничтожение Червей заняло немало времени, Белый Дьявол не ел и не спал, и мышцы дрожали от усталости, готовые отказать в любой момент. От этого ощущения накатывала злость – насколько же он слаб и ничтожен и как же длинен предстоящий путь. Многие Восходящие почли бы честью дотянуться до него – однако у Тысячи Братьев иные мерки.

Стоило подвести итоги. Добыча оставляла желать лучшего – много пустых Рун, деревянных и бронзовых, несколько Развитий, Изменений и Усилений, которые он сразу вложил в нужные Руны. Еще из собранного здесь стоило сохранить Алый Коготь, Биолокацию, Неуязвимость к Токсинам и Стихию Яда. Все остальное – жалкая грязь, от которой стоит избавиться при малейшей возможности. Мусорные ядра Червей он выпил по дороге, немного пополнив запас Звездной Крови. Больше ни на что они не годились… Бронзовые сохранил – из них можно было вырезать полезные Символы.

Было еще серебряное задание Наблюдателя – то, главное, с двойной наградой и тройной Славой. Эта Руна обещала быть неплохой, если подойти к выбору с умом. Навык? Существо? Заклинание? Или врата в новый Домен? Осколок Единого не торопился выбирать – следовало сначала привести тело и разум в порядок.

Выбравшись на поверхность, он некоторое время отдыхал. Тело должно восстановить силы – нельзя терзать его бесконечно. В этот промежуток осколок Единого вызвал Бродячего Торговца – после битвы пришло время поторговать, ибо Скрижаль уже ломилась от ненужного мусора.

Призванное Существо согнулось в приветственном, но отнюдь не раболепном поклоне. Белый Дьявол не мог отделаться от раздражающего ощущения, будто он – один из многих, кто сегодня зашел в его лавку.

– Мой господин, – произнес Торговец, – твой заказ исполнен.

– И какова же цена? – осведомился Белый Дьявол.

– Пятьдесят пять Монет, – не моргнув глазом ответило Существо. – Серебряная Руна-Навык Искусства Торговли, как и хотел мой господин.

– Пятьдесят или убирайся, – сказал осколок Единого. – Прямиком к Хитрейшему, или откуда вас там берут…

– Увы, тут нет места для торга, – бесстрастно ответил его собеседник. – Мой господин должен понимать, что наша компания – лишь посредник в его заказах. Если он не желает торговать, пусть просто отзовет мою Руну.

Цена, естественно, была завышена, но не слишком. Руны-Навыки стоили дешевле только в самой Вечности, где имелось много конкурирующих рунных мастеров с высоким Атрибутом Искусности. Если создавать серебряные Навыки самостоятельно, то помимо серебряной пустышки, Символа и Звездной Крови расходовалась еще и звезда Навыка – что можно было компенсировать только Руной Развития. Поэтому Навык, как правило, минимум в два раза дороже Предмета, не говоря уже о Свойстве… Хотя все зависит от Навыка, а этот для Единства точно был редким.

– Я возьму эту Руну, – прищурился Белый Дьявол, – но при условии того, что ты дашь хорошую цену за мой товар…

– Пусть мой господин его покажет…

Он не ошибся. Торговец предлагал неплохую цену за некоторые трофейные Руны – на одну-две Монеты больше, чем Наблюдатель. Особенно существенна была разница на бронзе и серебре. Схема простая – Контракции доступны оба рынка, Единства и Вечности, ее торговые представители спекулируют и манипулируют ценами, и сделки в любом случае выгодны для них. Медленный отток Рун из Сокровищницы Наблюдателя в их жадные лапы – тоже часть этого процесса, ведь Контракция – это не Дом Норн, у всех Хранителей свои интересы…

Он продал мусор, и вырученного, вместе с наследством Орина, как раз хватило для покупки Навыка. Специально подстроено? Торговец улыбнулся, втягивая вихрь Звездных Монет, и сообщил, передавая серебряную Руну:

– Хорошая сделка. Следующий раз мой господин может рассчитывать на скидку. Хочет ли он сделать еще один особый заказ?

– Да, – прищурился Белый Дьявол. – Поищи для меня серебряную Руну Увеличения и Уменьшения.

– Конечно, мой господин.

Он получил Навык и тут же встроил его, сам получив доступ к сокровищнице Наблюдателя. Это было необходимо, ибо посредники не всегда под рукой, а покупать Свойства напрямую у Хранителя Единства выгоднее, чем у Торговца. После получения наград оставалось еще достаточно Монет, и Наблюдатель открыл ему доступ к редким Свойствам, что нужно было использовать.

Руна Трансформации.

Особое Свойство, подобное Превращению, но не совсем. Оно могло изменить Руну в обратную сторону, сделав Навык Умением или Заклинанием. И не только. Далеко не все Руны можно трансформировать – только те, что имели эфирную Печать, – и зачастую метаморфоза скорее вредна, чем полезна, но сейчас у него имелась подходящая Руна.

Огненная Кровь.

Навык Орина был очень хорош – но исключительно для Народа Огня либо Восходящих, развивших Элементность так, что могли плескаться в пламени, подобно теплой купели. Для всех остальных он был смертелен – и такой же получилась Руна-Заклинание, вылепленная на его основе.

Да, она действовала всего три секунды. Но что произойдет с человеком, кровь которого на три секунды превратится в огонь? Подобно Осушению или Растворению Костей, эта Руна принадлежала к наиболее неприятной разновидности Заклинаний, от которых очень сложно защититься. Можно отразить рунный эффект или попробовать увернуться, но если Огненная Кровь попала в цель… то враг, скорее всего, обречен.

Еще оставалось серебряное Превращение, взятое с болотников. Оно давно ждало своего часа – и дождалось, превратившись из Умения Животворного Роста в Навык. Перед Ареной это было опасно, но сейчас время пришло. Да, терялись серебряные Усиления и Изменения, но Навык всегда лучше, хоть поначалу и слабее Умения. Зато его нельзя отобрать у Восходящего – и можно развивать, не только вкладывая Руны, но и используя. С этим проблем не будет…

Закончив торговые дела, Белый Дьявол с удовлетворением осмотрел Скрижаль. Все-таки полезное Существо придумал хозяин Контракции: вызвал, продал добычу, приобрел необходимое, заказал желанное – удобная торговая лавка, которая всегда под рукой! Можно сколько угодно проклинать контракториев, но они отлично знали, что требуется Восходящим.

Он в очередной раз задумался о том, что нужно самой Контракции. Этот торговый синдикат, окутавший оба мира своей липкой паутиной, владел неисчислимым количеством Звездных Монет и Рун. Любых, на любой вкус и любой случай. Что нужно существу, у которого есть возможность купить абсолютно все, включая власть и бессмертие? Зачем Хранитель все еще играет в эту игру?

Он знал ответ.

Хранитель хочет выжить. В грядущем скрывается нечто, что пугает даже его – и потому хитрый хозяин Контракции пытается стоять за плечами всех игроков – чтобы не проиграть, даже когда один из них неминуемо падет. В прошлом ему это блестяще удавалось – как и действовать чужими руками.

Но он – не единственный, кто двигает фигуры в этих сферах.

А вот они – именно фигуры. И надо очень постараться, чтобы перейти в разряд игроков…

Затем осколок Единого наконец-то поговорил с Сигурдом.

Услышать голос землянина оказалось неожиданно приятно. Хоть Сигурд был совсем иным и они не сходились во многом, Белый Дьявол признавал, что землянин заставил вспомнить о многом, давно забытом и отринутом Братьями. Им сейчас предстояло идти одним путем – и потому осколок Единого рассказал то, что хотел знать землянин. Фригольд его Народа, взращивающий юное Древо, обязан стать сильнее, ибо только могучий союзник ценен для тех, кто идет наперекор Вечности.

А в ответ Сигурд рассказал о Великом Черве.

И это знание стало той нитью, что позволила разобрать запутанный рисунок судьбы. Все происходящее имело свой смысл, и он оказался черен. Черви, Отрекшиеся и Всадники обрели хозяина, пусть и пребывающего в исцеляющем забытье. Великий Червь, древняя и злобная сущность, был жив – и его требовалось найти и уничтожить. Эта миссия словно пришла из времен Великой Охоты, на мгновение напоив его дыханием старой славы. Многие из Тысячи выросли и обрели силу, охотясь на червивое отродье, и это знание было не только источником новых союзов, но и новым испытанием, которое посылал им всем Незримый.

В таких войнах куются самые прочные узы, добываются лучшие Руны и вырастают самые грозные бойцы – Белый Дьявол знал это. А небесные Руны не падают с неба. И потому он повторил свои наставления для Сигурда, а сам теперь точно знал, куда отправится в первую очередь.

Его дети немного подождут. Если Великий Червь жив, нужно найти и известить того, кто может его убить. Того, кто уже сделал это однажды и коснулся неба. Того, кто считался одним из мудрейших Братьев и мог придумать, как обыграть тех, кто пытается играть с временем. Того, кто умеет ковать драконьи Руны…

Судя по некоторым признакам, Чертоги Эргиаля еще стояли. А значит – пришла пора посетить Ледяную Бездну.

Глава 5

К отправке в Ледяную Бездну требовалось подготовиться. Белый Дьявол когда-то уже бывал там и хорошо знал, как быстро Бездна сожрет неосторожного Восходящего. Оттуда, из царства холода, снега и ледяных чудовищ, возвращались немногие – а ему требовалось не только вернуться, но и отыскать легендарных лед-кузнецов. Лишь они смогут открыть врата Эргиаля, таинственного Домена, которым с незапамятных времен владел один из его Братьев.

Эстэ дышал свободнее – отныне он был освобожден от Червей. Осколок Единого продолжил собирать дары своей столицы, хоть они и были жалкими крохами прежнего величия. Ему по-прежнему требовалась Кровь и Руны, чтобы из горы грязи извлечь несколько Звездных Монет, которые можно будет поменять на крепкую бронзу и ценное серебро. Утомительное занятие, схожее с работой бродячих шаек грязекопов, чьи следы постоянно попадались в руинах. Одну такую уничтожил землянин, завладевший Небесным Ястребом, но отряд явно не был первым, побывавшим здесь. Белый Дьявол подумывал о Портале Башни, но визит туда мог оказаться непредсказуемым испытанием и вообще не принести Рун – сперва стоило собрать то, что лежит под ногами.

Он отыскал Башню Семи Испытаний и Скрипторий Мудрости, тщетно копаясь в руинах, покрытых мхом и птичьим пометом. Разбил и выпил несколько старых Реликтов и нашел десяток Молний в черепах, покоящихся под камнями. Извлекая прежде дарованное, он грустно улыбался, когда древние, почерневшие кости распадались – капля Крови была единственным звеном, связующим прах его мертвых детей.

Он вызвал Азимандию, дав ей немного передохнуть, но взамен заставил ее записать на пустышки несколько своих Навыков. Они были нужны для обмена с Контракцией, хоть каждая и стоила кел-леди бронзовой звезды. Его Руна почти не сопротивлялась, смирившись со своим положением, и рада была уже тому, что ее призывают не для смертельной схватки. Стоило знать меру во всем – иначе, не имея даже проблеска надежды, она быстро возненавидит саму жизнь.

И, самое главное, когда Торговец принес ему Руну Увеличения и Уменьшения, Белый Дьявол вернулся к руинам одного из Мечей – того, чей иллиумовый клинок ждал своего часа под руинами. Он освободил его с помощью Существ Азимандии, а затем новой Руной уменьшил десятикратно. Даже в таком виде артефакт не помещался в Хранилище, однако осколок Единого недаром взял в награду Пояс Проклятого Святилища, который позволял хранить гораздо больше обычного.

– Зачем он тебе, мой господин? – спросила любопытная Азимандия, наблюдая за процессом. – Это ведь часть старого замкового Предмета, всего лишь проводник, ничего не стоящий без концентратора Звездной Крови… Или ты собираешь измененный иллиум? Но он бесполезен без небесного мастерства…

Она ничего не знала о Сердце, найденном в обиталище локи, – да и не следовало ей знать до поры. Меч можно было восстановить, пусть всего один из дюжины, когда-то хранивших Эстэ. Тот, кто владеет силой Жесткого Света, опасен даже для обладателей небесной брони. И бывшая леди Визу Аран еще не ведала о том, куда лежит их дальнейший путь…

Аспект согревал в любой холод, поэтому Белый Дьявол в принципе не нуждался в одежде. Но в некоторых случаях эфирная сущность могла выдать его присутствие, поэтому требовалось снаряжение, которое может защитить Восходящего в холодных регионах. Таких Предметов было придумано и создано множество, и осколок Единого не отказался бы от Плаща Пустоты, Поглотителя Холода или Доспеха Фригидария, однако Звездных Монет оставалось совсем немного, и он мог рассчитывать только на бронзу. Потратив последние, он забрал у Бродячего Торговца подходящую Руну:

Шкура Фростбьорна

Руна-Предмет

Качество: бронза

Содержит Шкуру Фростбьорна, теплый и прочный меховой плащ, оберегающий носителя от холода.

Время действия: нет

Время перезарядки: 1 древодень

Тяжелый, отлично выделанный плащ до пят, в который можно было при желании завернуться целиком, с капюшоном в виде устрашающей головы фростбьорна и когтистыми рукавами-лапами стал отличным приобретением. Он был изготовлен из плотной кожи и покрыт белой шерстью в две пяди длиной, обеспечивая неплохую защиту от ударов и отличную маскировку на снегу. Дикарская экипировка – издалека Восходящего в нем можно было перепутать с ледяным фростбьорном, вставшим на задние лапы, но это, по мнению Белого Дьявола, в том месте, куда он собирался, было даже неплохо…

Еще ожидала выбора серебряная награда Наблюдателя. Он долго размышлял, что взять на этот раз, – задание изначально имело двойную сложность и было выполнено с помощью золотых Рун в глубинных горизонтах одним-единственным Восходящим, что еще более увеличивало ценность награды. Дар хранителя Единства обязан быть весомым…

Червивые Умения и Навыки на серебре почти бесполезны. Изначально не годились Существа – Белый Дьявол знал, что ему предложат Огнезуба, Камнезуба и, возможно, даже Иллиумового Бурильщика. Такие помощники были бы сверхценными в свите охотника на Червей в темных землях, но осколок Единого видел свой путь иначе. Предметы – тоже не лучший выбор, хотя, как и с Заклинаниями, вероятно выпадение чего-то с эффектом игг-света… Отличное оружие, но опять не для него – потому что только золото сможет остановить высших Червей, а слабых можно убить и так.

Он всерьез задумался над Свойством, в прочих случаях самым бесполезным выбором. Но сейчас Наблюдатель наверняка одарит скрытой серебряной Звездой… а также может расщедриться на редкую серебряную Стихию. На другой чаше мысленных весов находился Домен, Ключ в который мог открыть неожиданные перспективы. Он тоже будет редким и ценным призом – возможно, единственным в хранилище Наблюдателя. В этом заключалась и опасность, и возможность. Также Домен мог послужить последним средством отступления в безнадежной ситуации – так они с Сигурдом сбежали из горящего Гнезда…

И осколок Единого выбрал Домен. Серебряные задания были и будут, Звезды он при необходимости купит сам или выточит из звездного льда, а в Стихиях прямой потребности сейчас не было. Домен же сам по себе может щедро осыпать его серебром, и не только – если повезет, как с Ключом в Серебряный Замок…

Но когда Наблюдатель высыпал свои награды, Белый Дьявол не поверил глазам.

Пещеры Древнего Света

Руна-Храм

Качество: серебро

В этих Пещерах мерцают отблески Звездной Крови. Священные знания ждут паломников, желающих идти по великой лестнице Восхождения…

Активация: 24 капли Звездной Крови

Время действия: одноразовая, при активации исчезает

Колесо-в-Глубинах

Руна-Башня

Качество: серебро

Восходящий должен пройти череду смертельных испытаний, вращая Колесо. Каждая его остановка – уникальное задание, которое может принести Руну… или смерть.

Активация: 24 капли Звездной Крови

Время действия: одноразовая, при активации исчезает

Семя Домена

Руна-Зерно

Качество: серебро

Зародыш Домена, дарующий кристалл-сферу серебряного ранга, ведущую на камень в ее пустотной глубине. Получив его, Восходящий становится владельцем внутреннего пространства, которое можно изменять по своему усмотрению. Зерно при прорастании преобразуется в Руну-Домен. Владелец может управлять им, создавать Ключи и раздавать их своим друзьям.

Активация: 120 капель Звездной Крови (безвозвратно)

Время действия: нет

Семя Домена! Уникальный дар, который Наблюдатель выдавал крайне редко. Белый Дьявол сказал землянину, что Незримый любит Тысячу, и как будто получил подтверждение своих слов. Это… возможность обзавестись своим собственным Доменом, домом внутри кристалл-сферы, который можно развивать так, как нужно владельцу. Да, это требует огромных ресурсов в виде Звездной Крови и измененной материи, множества специальных Рун, однако и возможности почти безграничны.

Несмотря на то, что два других варианта тоже были интересны, Семя, несомненно, являлось главным призом. Стоимость такой Руны была гораздо выше обычного входа в Домен, если, конечно находился дурак, готовый продать такое сокровище. Бродячий Торговец наверняка дал бы золотую цену, но осколок Единого не собирался продавать ее.

А вот как поступить с Зерном – большой вопрос. Пока оно не пробуждено – это всего лишь бесполезная Руна в Скрижали. Но если Семя Домена прорастить, безвозвратно потратив Звездную Кровь, оно превратится в серебряную кристалл-сферу и Руну-Домен для управления ей.

Кристалл-сфера – сердце и основные врата Домена, его материальное воплощение в Единстве. Владельцы старались тщательно прятать или охранять сферы, чтобы защитить Домен от разрушения или нежеланных гостей. Тысяча ухищрений, от иллиумовой оковки до помещения в абсолютно недоступные места, и тысяча историй, как гибли Домены со множеством обитателей и всем содержимым. Белому Дьяволу приходилось даже слышать нелепые предположения, что само Единство – что-то вроде огромного Домена, выходить за пределы которого могут только избранные…

Но суть заключалась не в этом. Владелец не мог взять кристалл-сферу в Домен, ибо нельзя поместить ее в самое себя, поэтому не должен был носить ее с собой – это лишало возможности переместиться в свое владение. Получалось, что ему нужно было либо оставить Руну в состоянии Зерна, отложив пробуждение, либо искать для кристалл-сферы надежное укрытие, где ее не смогут отыскать враги.

Белый Дьявол задумался…

А потом решительном жестом открыл Скрижаль и пробудил Руну-Зерно. Все прошлые жизни он рисковал куда большим, чем жизнь, почему же эта должна стать исключением?

Кристалл-сфера оказалась величиной с детскую голову. Черная, высеченная из глянцевого морлоида, она бесшумно левитировала на уровне лица – чудесный серебряный артефакт, созданный мудростью учеников Искуснейшего. Осколок Единого вложил пальцы в углубление на ее поверхности, подобное отпечатку ладони, и оказался внутри.

Тусклый полумрак. Под ногами – серый камень, и серая пустота вокруг. Неживой воздух без запаха и вкуса. Зародыш серебряного Домена представлял собой идеально ровный квадрат пятьсот на пятьсот шагов – побольше, чем бронза, но пока лишь голое каменное основание. Верхняя грань огромной скалы, похожей на треугольный ломоть, если смотреть на нее с отдаления. Белый Дьявол знал, что при его желании здесь может расцвести райский сад или появиться замок, а может – Арена, Башня, Храм. Все что угодно, лишь бы хватило ресурсов для расширения и мастеров, готовых воплотить задумки хозяина. Домены требовали огромного количества Звездной Крови, поэтому обычно развивались совместно – целым Домом, фригольдом или Народом. Восходящий-одиночка должен был быть очень богатым и обладать множеством слуг, чтобы развивать Домен самостоятельно…

Ну что ж, пока это будет убежище на самый крайний случай – и одновременно открытая дверь для возвращения в Эстэ…

У осколка Единого уже был тайник, защищенный силой Наблюдателя. На вершине Башни Молний, где он когда-то оставил его Око и золотую Руну – и за сотни циклов жадные лапы расхитителей так и не добрались туда.

Он вернулся и снова обошел свой прежний дом, ныне больше похожий на обглоданный стихиями утес, где любят гнездиться звездные дрейки. Надежное, хоть и открытое всем ветрам место. Тайное стоит прятать на виду, и даже хорошо, что взгляд Вечности каждую ночь будет падать на кристалл-сферу. От этих мыслей внутри вспыхнуло дерзкое веселье. Белый Дьявол вызвал Холодное Пламя, создав из него узкий клинок дрожащего огня, и сделал между двух разбитых ликов Единых круглое углубление, а потом, пока лиор еще не остыл, закрепил в нем кристалл-сферу нужной стороной.

Затем он разбил рунное плетение знака единственного Переноса, ведущего в Башню Молний, отрезая путь снизу. Отныне попасть на вершину можно лишь по воздуху либо выйдя из кристалл-сферы.

Оставалось завершить последнее.

Вновь открыв Скрижаль, осколок Единого вызывал третье из своих Существ.

– Здравствуй, – сказал Белый Дьявол, глядя на фигуру, сложившуюся из вихря Звездной Крови.

– Здравствуй и ты, – голос Провидицы прозвучал спокойно, но в нем чувствовалась обжигающая издевка. Она медленно осмотрелась, задержав взгляд на золотом силуэте Игг-Древа. – Не знаю только, стоит ли радоваться твоей победе. Ты ведь ее празднуешь, верно? Звезды на твоей стороне… сегодня.

Осколок Единого знал, что Провидица запомнила слова из древних кодексов Истинных, что он невзначай бросил на Арене. Эта Восходящая происходила из могущественной Империи Семи Звезд, одного из немногочисленных осколков цивилизации Кел, сохранившихся после Раскола. Они выжили благодаря древним чудесам небесных островов, которые и стали их основными твердынями, способными перемещаться по всему Единству. Когда Эстэ еще не пал, владения Империи включали также множество больших и малых Доменов, а перемещения летающих островов стали легендарными Походами, способными сокрушить любого врага. Восходящие Семи Звезд слыли одной из самых организованных и опасных сил в Единстве. Их издревле опекали Истинные с дрейф-цитаделей, пытаясь передать свою тысячелетнюю мудрость, – и потому Империя была огромным, но искаженным отражением древнего Ордена. Земляне назвали бы их государство «теократическим», а жителей – «религиозными фанатиками». Белый Дьявол знал, что горячее сердце и затуманенный разум позволяли имперцам истреблять все, не вписывающееся в рамки древних догм…

Тысяча Братьев никогда не находила с Империей общий язык, а Семь Звезд не признавали Тысячу. Будь по-иному – может, у той войны с Вечностью был бы другой исход…

– Ты из Светоча или из Клинков? – спросил он.

Крови Кел в ней было немного, поэтому не удивился, услышав ответ:

– Я из Клинков… но обучалась в Колыбели на Светоче.

– Значит, аурим, – констатировал осколок Единого. – Стоят ли еще ваши астролиты?

– Они стоят и будут стоять, пока сияют Семь Звезд, – в ее голосе прорезалось удивление. – Откуда ты знаешь?

– Открой Скрижаль.

Белый Дьявол уже видел ее Предметы, Руны и Атрибуты, но не мешало взглянуть снова. Обруч-усилитель из священной синей стали, бич-клинок для ближнего боя, кел-разрыватель – для дальнего. Но самое главное – боевой Фолиант в книжном коробе, мощный золотой артефакт, содержащий множество стихийных Заклинаний. Отними его – и Провидица лишится жала, иных Рун у нее нет, а звезды влиты в Прозрение, Элементность, Энергию и Теургию. Боевая заточка Империи, созданная по знакомому образцу.

– Покажи мне стигмат, – приказал он, и, когда она протянула руку, стиснул ее запястье жесткими пальцами, рассматривая серебряную точку гвоздя.

– Доволен? – осмотр не пришелся по духу, в тоне Провидицы вновь полыхнул вызов. – Или хочешь выдрать его, как Азимандия выдирала мою волю?

Да. Стигмат Провидицы был вбит не в Храме Вечности – из тех, старых, что Истинные раздавали своим последователям. Прежде низшие тоже получали их, хоть Небесный Трон и постарался стереть память об этом. Тогда древние гвозди были оружием, а не рабским ошейником. Но достойна ли эта Восходящая такого дара?

– Если ты отобрал мою Руну и победил на Арене, – заговорила Провидица медленно, словно делая над собой усилие, – значит, ты не просто серебряный Восходящий. Я вижу, что Защитник смотрит на тебя… Так выслушай меня! Я аурим, боевая провидица Семи Звезд! Ты знаешь о нас. Я была послана за головой золотой твари, но потерпела поражение. Если ты поможешь мне, Семь Звезд вознаградят тебя так, как тебе и не снилось! Только избавь меня от участи мерзкой Руны!

– Нет, я не освобожу тебя, – спокойно ответил он.

– Тогда будь ты проклят! – ее глаза вспыхнули ненавистью. – Что ты за чудовище, раз смог укротить ту, что держала меня в рабстве? Скажи, чтобы я знала, кого ненавидеть!

Не отвечая на оскорбления, Белый Дьявол продолжал внимательно изучать ее.

Не молодая и не старая. Темные волосы и смуглая кожа. По-своему красивая – для тех, кто готов погладить пламя. Резкая, импульсивная, с огненным темпераментом. И, как все паладины Империи, не важно – аурим, луанор или касторн, – фанатичка без шансов на исправление.

При этом – сильная Восходящая. Специально обученная, снабженная мощными Рунами и Предметами. Опаснейшая из бывших Существ кел-леди. Недаром Азимандия не стала лишать ее памяти и Рун – утратив их, Провидица потеряла бы большую часть своей мощи.

К ней требовался особый ключ.

Азимандию можно было взять болью и наслаждением. Морвейн – уважением и честностью. А эта была иной, к ней не подходило ничего из привычного арсенала. Принесших обеты Ордену Истинных нельзя обольстить, переубедить или заморочить. Именно в этом и заключалась ее слабость – очень странно, что кел-леди вообще удалось заставить принести Клятву несгибаемого паладина Империи.

– Почему ты не умерла? – неожиданно спросил он.

– Что?! – она зашипела, как раскаленное железо. – Я сдохла на Арене по твоему приказу! Сгорела от огненного клинка!

– Нет, раньше. Пока еще не стала Руной, – продолжил Белый Дьявол. – Почему ты не умерла, а принесла Клятву Азимандии? Ты ведь давала обет Ордену, что никогда не сдашься. Так почему? Отвечай правдиво!

Лицо Провидицы застыло каменной маской. Но Клятва была сильнее – и, преодолевая позор, она вытолкнула из себя:

– Я… оказалась слабее. Ее воля сломала меня. Но я выжила, чтобы отомстить! Чтобы вернуться!

– «Быть бесстрашной…» Ты нарушила заветы Ордена, – сказал он, отпуская ее руку.

– Это мой позор! – выкрикнула Провидица, ее щеки залил яростный румянец. – Какое тебе до него дело? Радуйся, что можешь приказывать мне, Провидице Империи… иначе я бы сожгла тебя, мой господин!

Последнее слово она произнесла с ядовитым сарказмом. Но в ее ладонь вдруг легла рукоять кинжала, того самого, что подарил мальчишка из Народа Гор. Она подняла взгляд на Белого Дьявола, увидела, как он упирает острие себе в грудь, и замерла.

– Убей меня, – приказал он.

– О, с удовольствием! Но Клятва запрещает мне вредить тебе, – прошипела она. – Разве что ты сам прыгнешь вниз с этой башни, и, может, мою Руну найдет кто-нибудь более достойный!!

– Значит, все еще надеешься вернуться? – беспощадно произнес осколок Единого, удерживая ее мечущийся взгляд. – А Империи нужны такие как ты?

Глядя в расширенные от бешенства глаза – он бил по больному месту, ибо она предала Империю и свой Орден, не умерев при пленении, он стиснул ее запястье и шагнул вперед. Лезвие кинжала с усилием проткнуло кожу и вошло в плоть, с хрустом пронзая сердце. Было больно, но всего мгновение, а потом Белый Дьявол увидел свое безжизненное тело у ног Провидицы, сжимающей окровавленный кинжал. Она смотрела со страхом и изумлением, когда его зрачки засияли серебром и лазурью, а смертельная рана на груди затянулась, не оставив следов. Кровь Истинного дала о себе знать – и когда он встал, вновь встретившись с ней взглядом, рот Провидицы округлился, а кинжал выпал из дрогнувших пальцев.

– Исти… нный, – с трудом произнесла Восходящая. А затем резко упала на колени, и ее плечи сотрясли рыдающие всхлипы. Белый Дьявол, глядя на нее сверху, нахмурился, но не отвел взгляда.

– Ты пришел… за мной? – голос ее сорвался, Провидица с трудом подняла голову, а ее глаза теперь искрились отчаянием.

– Нет, – ответил он спокойно. – Я оказался в Домене случайно.

– Значит… ты идешь дорогами сброса?

– Можно сказать и так, но это не твое дело, – холодно ответил Белый Дьявол. – Я действительно Истинный, а вот ты… кто ты? Отвечай.

Ее лицо стало угрюмым, а голос опустился до приглушенного шепота:

– Предательница… Я… трусливая тварь, Истинный.

Осколок Единого не сводил с нее взгляда, его голос стал тверже:

– Как твое настоящее имя?

Провидица закусила губу, отворачиваясь.

– Прошу, – ее голос сорвался. – Убей меня. Оно недостойно Империи и Ордена. Пусть оно… сгорит.

– Как твое имя? – повторил он с напором. – Отвечай!

– Ида… – она задрожала и едва слышно выдавила сквозь всхлипывания: – Ида аурим Сторн.

– Ты больше не аурим. Встань, Ида Сторн, – властно произнес осколок Единого.

Она поднялась, уже не ожидая спасения. Остатки дерзости испарились, но глаза все еще горели, как угли, прячущие в себе огонь. Странная смесь ужаса и священного трепета – Провидица должна была внутренне умереть, чтобы родиться вновь.

– Я не освобожу тебя, потому что ты нарушила обеты Ордена, – сказал он. – Но и убивать не стану, ибо каждый имеет право на ошибку. Ты искупишь свою – служением мне. И когда я сочту, что твоя трусость избыта, – ты покинешь Руну.

Она закрыла глаза, а затем резко вдохнула, словно принимая обет.

– Да, Истинный. – Голос Провидицы вновь обрел силу, он был полон искрящегося фанатизма. – Я буду служить. Клянусь Семью Звездами, я отдам все! Благодарю… Благодарю тебя, Истинный. Но почему… почему ты молчал? Почему не сказал раньше?!

– Я смотрел на тебя.

– Как мне называть тебя, Истинный? – ее голос звучал подобно шепоту молитвы.

– Подобный Пламени, – ответил он спокойно.

Она замерла, ее губы дрогнули, и спустя мгновение она выдохнула, срываясь на эмоции:

– Подобный Пламени… Свет ведет тебя, а я буду идти за ним.

Так была завершена капитуляция третьей из его Рун.

Белый Дьявол не погрешил против истины – он действительно принадлежал к Истинным, хоть никогда и не входил в их древний Орден. Но Провидице не стоило знать слишком многое – как, впрочем, и остальным его Рунам. Она смотрела на него с почти болезненной преданностью, а он, хоть и знал, что от ее пыла не так много осталось, понимал: это пламя будет гореть ярко. Пока служение кажется путем к искуплению, она будет гораздо более ценной, чем любой раб.

Но он также знал: ее свобода – это оружие, которое он отдаст ей только тогда, когда его собственная цель будет достигнута.

Теперь можно было отправляться в Ледяную Бездну.

Отпустив Провидицу и выждав ночь, чтобы набраться сил, Белый Дьявол спустился с Башни Молний, открыл Портал и не оглядываясь шагнул сквозь мерцающую пелену – прямо во тьму и визжащую метель.

Глава 6

Ледяная Бездна встретила его колючим снегом в лицо, бледно-голубым призрачным светом и свистящим воем вечных ветров. Не отходя от Портала, Белый Дьявол быстро осмотрелся – никто не мог предсказать, куда приведет дверь, и немало Восходящих погибло, едва перешагнув порог.

Но на этот раз, кажется, ему повезло. Точка выхода находилась на вершине большого ледяного тороса, настоящего великана, венчающего ступенчатую террасу. Внизу простиралась бесконечная белая равнина, изборожденная очертаниями застывших ледяных волн. По правую руку разливалось голубоватое зарево, далекий отсвет сапфирового Игг-Древа, причудливо переплетающееся со свечением Небесного Трона.

Ледяная Бездна была очень велика и могла показаться неискушенному путешественнику совсем иным миром. Если бы осколок Единого мог воспарить над Единством подобно небесному ковчегу землян, он даже из великой пустоты различил бы белую кляксу, расползшуюся на несколько октагонов. Прежде, до Раскола, на ее месте находились бескрайние океаны, полные жизни и достигающие костей Единства, однако во время пришествия Тьмы даже чудесные механизмы Искуснейшего не смогли уберечь их от гибели.

Большая часть этой территории находилась в теневой зоне, но заснеженная поверхность великолепно отражала свет Небесного Трона, отчего здесь царила вечная белая ночь. В отличие от темных регионов в Ледяной Бездне сохранился и воздух – его дарили громадные оксидиновые острова и несколько сапфировых Древ, чьи Ростки взошли еще во времена юности Тысячи Братьев. Как и многие другие, это место пытались возродить, и не без успеха. Но океаны так и не оттаяли, великий баланс был разрушен, и жизнь в Ледяной Бездне изменилась, став совсем иной.

Опасностей здесь было больше, чем снежинок в сугробе.

Белый Дьявол начал спускаться вниз – Портал был хорошо виден издалека и мог привлечь местных хищников. Он не ошибся – уже оказавшись у подножия, увидел стремительные и бесшумные крылатые тени над снежными утесами – стигарды, громадные ледяные птицы, закружили на ним, подобные белым призракам. Вступать с ними в сражение не стоило, взрослый стигард легко мог утащить человека, а звуки схватки могли привлечь и более опасных тварей. В Ледяной Бездне стоило двигаться быстро и незаметно, потому что ее обитатели были злы и вечно голодны.

В первую очередь требовалось понять, где именно он оказался, от этого зависела дальнейшая стратегия. Осколок Единого пытался восстановить в памяти карту расположения Древ: он видел несколько источников бледно-голубого игг-света на горизонте, от едва заметной сапфировой искорки до шапки в половину небосвода. Фьоралис, Алатория, Дрейгиль – древние имена Древ, что образовывали отдельные Круги, которые так и не сомкнулись – из-за огромных расстояний и уникального ландшафта Ледяной Бездны…

Да, рельеф этого региона тоже был странным – он напоминал яму или скорее исполинскую пологую воронку, застывший водоворот шириной в пару октагонов. Будто перед крушением Единство пыталось высосать воду, но не успело, и большая часть застыла ледяными торосами. Но невероятный ледник уже подтаивал изнутри – а может, никогда и не промерзал на всю глубину. Когда осколок Единого был здесь последний раз, Наблюдатель давал Восходящим много повелений, пытаясь вернуть Ледяную Бездну в живое лоно Единства.

Бесконечная борьба, скорее всего, шла и по сей день – процессы, запущенные альфа-разумом, часто были рассчитаны на тысячи циклов, и осознать их величие могли лишь Единые. Белого Дьявола больше интересовало другое – расположение ближайших месторождений звездного льда.

Экзоресурс – сказали бы земляне. Его называли «слезами Искуснейшего», а легенды говорили, что звездный лед появился в тот момент, когда Единый плакал над погибающим от Тьмы Единством, готовясь принести себя в жертву, – и его слезинки окропили Ледяную Бездну, став ее самым ценным даром.

Этот серебряный Минерал обладал двумя важными свойствами. Помимо непревзойденной способности отражать Руны, подобно священной синей стали он постепенно восстанавливал свою форму, поэтому изделия и постройки из звездного льда были почти вечными. Повредить или разрушить их можно, а вот уничтожить – нет, и потому звездный лед ценился мастерами артефакции и рунными кузнецами превыше других измененных материалов. Хороши были и Символы, которые вытачивали из его осколков, хотя сами лед-кузнецы сочли бы это глупым святотатством.

Пришла пора примерить Шкуру Фростбьорна! Он надвинул тяжелый капюшон, став окончательно похожим на прямоходящего ледяного медведя. Подобные чудовища тоже обитали в Бездне, и очень хорошо, если его примут за одно из них. Бродячие фростбьорны часто скитались по ледяным просторам между оазисами, и мало кто отваживался бросить им вызов.

Да, Шкура хорошо защищала от холода и ветра. Но по слежавшемуся снежному покрову удобно было скользить на лыжах или бежать на огромных лапах, но не передвигаться на двух ногах, постоянно увязая и проваливаясь под своей тяжестью. Осколок Единого понимал, что ему нужно раздобыть средство передвижения либо воспользоваться иным способом, иначе потребуется очень много времени и сил, чтобы путешествовать по ледяным пустошам.

Вскоре он парил на Белом Крылане, пробиваясь сквозь порывы ледяного ветра и зорко оглядываясь по сторонам. Полет тоже требовал внимательности – стремительные стигарды могли принять его за конкурента и напасть, и серебряный дрейк не смог бы спасти хозяина от стаи. Воздух же оберегал его от большинства нежелательных встреч – но увы, Крылан не мог нести его сутки напролет.

Когда первые восемь часов полета закончились, огни Игг-Древ уже сложились в знакомое созвездие. Белый Дьявол смог определить, где находится. Судьба вынесла его на вторую террасу – огромное, почти бесконечное плато, спиралью спускавшееся по покатым плечам Бездны. Ближайшим Древом был Норталис, это его свет озарял половину неба, будучи высочайшим, северным маяком Ледяной Бездны. У подножия Древа находился большой оазис, но осколок Единого не испытывал ни малейшего желания посещать его. Найти общий язык с морозниками, больше похожими на разумных фростбьорнов, чем на людей, удавалось немногим, хоть этот дикий и неприветливый Народ и признавал законы Восхождения. Вряд ли что-то изменилось за то время, что его сковывали Цепи и проверять это не имело никакого смысла. Кроме того, продолжался сезон Дикой Охоты, малый Круг наверняка подвергался нападениям агрессивных тварей, и это была чужая война.

Вечером пришлось вспомнить, как найти укромное, недоступное хищникам место, как вырезать снежные кирпичи и строить ночное укрытие так, что его свод не обрушится ночью даже под поступью айсмута, а внешний вид не выдаст обитателя. За пару часов осколок Единого построил снежный дом-улитку из блоков фирна, с помощью Аспекта нагрел внутри воздух и долго водил онемевшим пальцем по обледенелой стене, прикидывая дальнейший маршрут.

Чаша и Колодец – очень далеко, путешествие туда займет много дней. Но если руины Бастиона Холодного Льда, старого дома лед-кузнецов, здесь, то Хребет, крупнейшее из известных месторождений звездного льда, тоже находится тут. Однако Хребет вырабатывали сотни циклов, за него велись настоящие войны, в конце концов вынудившие лед-кузнецов уйти в Чертоги Эргиаля, и осталось ли хоть что-то от легендарного месторождения? Если нет, то нужно двигаться к Короне – крепости ледяных великанов, что террасой ниже. Возле нее находится Поле Шипов – опасное и неудобное месторождение, но там точно должен быть звездный лед.

А где есть лед, там рано или поздно появятся лед-кузнецы. Белый Дьявол был практически уверен, что найдет их там, потому что мастера Эргиаля считали, что звездный лед – весь, без исключения – принадлежит им. Исполняя древнюю Клятву своего Народа, они держали под невидимым присмотром все месторождения, и любой, дерзнувший начать добычу, мог вызывать их гнев. Многие отвергали это негласное правило – и жестокие стычки у копей звездного льда часто уносили жизни неосторожных Восходящих. Лед-кузнецы приходили и уходили в свой Домен, как смертоносные призраки, став для Ледяной Бездны чем-то вроде жутковатой легенды.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.