Нелли Штерн
Палач Его Величества

Глава 1

До двенадцати лет Марийка была самым обычным ребёнком: веселая, шебутная, с повышенным чувством справедливости, но очень добрая. В день ее рождения, как и у всех детей в мире Кенэн, магия проснулась. Девочка собирала полевые цветы для матери, неловко провела рукой, и яркий, полный жизни голубой бутон колокольчика внезапно почернел и осыпался пеплом прямо на простые башмаки Марийки. Малышка не на шутку испугалась и в слезах побежала домой.

– Мама! Мама! – громко кричала девочка, отворяя деревянную калитку.

– Марийка? – удивленно произнесла женщина и разогнула ноющую спину. Обтерла мокрые руки о сероватый передник и повернулась к дочери. – Что случилось? – нахмурилась она.

– Я… там… в лесу… – лепетала девочка. Скачущие белками мысли упрямо не желали складываться в слова.

– Не тараторь! – строго произнесла мать.

– Я убила цветок, – опустив голову, смиренно прошептала Марийка и закусила губу. Женщина побледнела и неловко опустилась на добротный табурет.

– Как убила? – растерянно спросила она дочь.

– Я не виновата! – залилась слезами девочка. – Я не хотела! – она обнимала себя за худенькие плечи, а спустя секунду бросилась вперёд.

– Стой! – в ужасе закричала женщина, выставляя руку в защитном жесте.

– Мама? – растеряно позвала Марийка.

– Не подходи ко мне! – в глазах матери плескался самый настоящий страх. – Выйди за ворота и оставайся там! Не разговаривай и, не дай боги, не касайся никого! За тобой придут.

Женщина резво подскочила с табурета, бросила неприязненный взгляд на собственного ребёнка и скрылась в небольшом доме. Она вышла через заднюю дверь и побежала к местному целителю. Повезло, что их деревня большая, и этого самого целителя прислали совсем недавно из академии.

– Господин … господин … – громко кричала она, что есть сил барабаня в дверь домика, где обосновался лекарь.

– Что случилось? – на порог вышел невысокий молодой парень. В руке он держал колбу с прозрачной голубой жидкостью.

– Помогите, моя дочь, – сбивчиво начала женщина.

– Что с ней? – деловито осведомился маг, нащупывая рукой чемоданчик с самыми необходимыми средствами, что всегда стоял у входа.

– Она… Смерть выбрала ее, – страшным шепотом выдала та.

– Не понял, – парень замер в растерянности.

– Идемте скорее со мной, – не иначе, как от волнения женщина вцепилась в по-мужски широкую ладонь и потащила целителя за собой.

Марийка покорно стояла за изгородью, не решаясь ослушаться мать, а, завидев ее вместе с местным магом, настороженно замерла.

– Вот! – женщина обличающие указала пальцем на дочь.

Целитель нахмурился, изучая магические потоки и источник девочки. Резерв только формировался, но обещал превзойти все виденные им за время учебы в академии. Даже магистры и те уступали этой малышке. Вдруг сердце ее магии полыхнуло чёрным с фиолетовыми всполохами. Невероятно! Он едва сдержался, чтобы не осенить себя божественным знаком. Совсем недавно из столицы пришли тревожные вести. Последний палач скончался. Срок, отмеренный ему самой госпожой Смертью, вышел, и она забрала верного слугу в свои чертоги. Все королевство замерло в ожидании появления нового избранника, но никто даже подумать не мог, что им станет вот такая безродная девчушка.

«Так, спокойно! Без паники! – успокаивал себя молодой целитель. – Вспоминаем инструкцию, как следует действовать в подобной ситуации».

Перво-наперво нужно исключить угрозу спонтанного выброса силы. Именно на такой случай каждому магу академии при выпуске среди прочего инвентаря полагались особые браслеты, блокирующие магию. Раньше их изготовляли из чешуек дракона, и даже магистры не могли побороть их влияние. Но поди теперь достань хоть одну чешуйку! Для выпускников академии артефакты выполнялись из самой обыкновенной коровьей кожи и наносили особые запирающие руны. Впрочем, они вполне годились, чтобы контролировать молодых магов. Здесь же целитель сильно сомневался, но все равно, выбора у него не было.

Он открыл свой чемоданчик и бережно извлёк оттуда небольшой мешочек. Развязал тесемку и на ладонь выскользнули два ремешка. Девчушка поднялась на цыпочки и заинтересованно вытянула шею, пытаясь разглядеть, что же там происходит.

Маг посмотрел ей в глаза и, ступая мягко, будто кошка, подошел ближе. Он немного наклонился вперед, чтобы быть с ребенком на одном уровне. Малышка восторженно распахнула глаза. Ей еще не удавалось увидеть мага-целителя вблизи.

– Привет, – легко улыбаясь, произнес он. – А у меня для тебя подарок. Вот смотри, – молодой мужчина протянул на раскрытых ладонях два кожаных ремешка, издающих слабое свечение.

– Магия? – недоверчиво спросила девчушка, прищурившись.

– Конечно, – согласно закивал он, – самая настоящая. Хочешь примерить?

Марийка настороженно спрятала руки назад и отступила, при этом отрицательно замотав головой.

– Да что вы с ней церемонитесь? – разозлилась мать. – Марийка, давай сюда руки! – прикрикнула на дочь.

Девочка испуганно сделала еще один маленький шажочек назад и поджала губы. Она чувствовала: стоит только ей надеть эти странные ремешки, и ее жизнь навсегда изменится. Девочка не хотела этого.

– Мне достать вожжи? – с угрозой произнесла женщина, чем, казалось, почти довела молодого целителя до инфаркта. Его, как и любого мага жизни, угнетало насилие, а уж над детьми – тем более.

Огромные глаза увлажнились, пухлые губки задрожали, малышка громко всхлипнула и, испугавшись своей реакции, зажала рот маленькими ладошками, с отчаянием смотря на мать.

Ловкие мужские пальцы закрепили застежки, для надежности добавив несколько запирающих рун, и только тогда, когда кожаная поверхность вспыхнула и потухла, маг успокоился. На какое-то время это поможет.

– Мама! – Марийка снова позвала родительницу, но та лишь шарахнулась от нее, как от прокаженной. Целитель только головой покачал. А ведь он искренне считал, что никогда не столкнется с подобным невежеством.

– Вашей дочери уготовано великое будущее! – высокопарно произнес мужчина.

– Было бы куда как лучше, если бы она стала достойной прачкой, как и ее мать, – зло процедила недалекая женщина и, развернувшись, быстро и не оглядываясь, ушла.

Это был самый первый раз, когда девочке пришлось столкнуться с несправедливостью мира, но не последний. Позже равнодушных не останется вовсе. Ее будут ненавидеть, ею будут восхищаться, желать заполучить ее тело в свою постель хотя бы на одну ночь, но больше всего ее станут бояться, ведь она – сама смерть.

Первые годы в Высшей Магической Академии Империи Мадрас дались Марийке крайне тяжело. Стоило ей только переступить порог этого учебного заведения, с любопытством оглядываясь вокруг (спасибо деревенскому целителю, что взял на себя труд доставить одаренное дитя в столицу, так как собственная семья отказалась от нее), к ней тут же подошел магистр-некромант Вермион Делакарва.

– Я получил ваше послание, господин Медоуз, – а сам не сводил глаз с удивительного ребенка, чья мощь восхищала и покоряла уже сейчас. – Это невероятно! – в благоговейном восторге прошептал он, чем жутко смутил Марийку. – Благодарю вас за труды! – он легко и изящно склонил голову, одновременно извлекая из-за пояса небольшой кожаный мешочек, и протянул его молодому целителю.

– Мне не нужны деньги, – будто бы даже оскорбился он.

Несмотря на свой не самый высокий доход, маг совершенно бескорыстно помог этому юному созданию. Девочка была такой веселой, непосредственной, но в то же время невероятно рассудительной для своего возраста и окружения. Мужчина просто не мог пройти мимо, оставив ее в беде.

– Я знаю, – мягко улыбнулся некромант. – Там нечто гораздо более ценное. Прошу вас, – магистр снова протянул мешочек, буквально впихивая его в руки целителя.

Тот несколько неловко распутал тесемки и высыпал на раскрытую ладонь содержимое, которое действительно было дороже любого золота. Бесценные целительские артефакты, печать Кроста для создания самых сложных и мощных зелий и несколько накопителей. Поистине щедрый подарок. Спрятав обратно свои сокровища, молодой лекарь склонился к лицу своей подопечной и мягко произнес:

– Здесь о тебе позаботятся, Марийка, научат управляться со своим даром. Будь прилежной и ничего не бойся, – маг подмигнул ей и крепко обнял на прощание. – Удачи тебе, девочка, – тепло улыбнулся он, но прежде, чем уйти, добавил: – Мэтр Вермион, у адептки нет ни вещей, ни необходимого для учебы. Семья отказалась от нее, – произнес совсем тихо.

– Это и к лучшему, друг мой, – проговорил некромант. – Идем, дитя, нас уже ждут… – и махнув целителю рукой, повел Марийку по широкой каменной лестнице наверх…

Как этой девчонке так легко и просто удалось обуздать собственную силу, не понимал даже ректор академии, умудренный опытом и одаренный внушительной силой маг воды, Ланвэн Ковиль.

Поначалу Марийка обучалась вместе с остальными магами, ведь некромантам также необходимо было знать и понимать, как свою собственную магическую суть, так и разбираться в стихийной магии и в целительстве. Кроме общемагических предметов, всему потоку преподавались и немагические дисциплины. А вот со специализацией все обстояло несколько иначе. Маг смерти не является некромантом в полном смысле этого слова. Если угодно – это воплощение ее самой в бренном мире, как, впрочем, и маг жизни. Смерть сливается со своим носителем, она неотделима от сосуда, вся его сила в том, что он видит конец всего сущего, будь то живое существо или предмет (ведь даже у камня есть свой «жизненный цикл»), и может мгновенно приблизить его, сделав страшной реальностью. Перейдя на магическое зрение, девочка видела вокруг себя фиолетово-черные нити и всполохи, расходящиеся в разные стороны. Стоило только слегка потянуть за одну, и существо или предмет начинало медленно угасать или быстро, в зависимости от того, какой была цель. С магом жизни происходило ровно наоборот. Он прогонял смерть, мог вырвать из ее лап кого угодно.

Двое высших магов были вне политики и государств. Они являлись сдерживающим фактором и гарантией сохранения мира, его защита, при этом не вмешиваясь во внутренние дела королевств. Их задача была куда как масштабнее – не допустить межгосударственных военных конфликтов, удержать правителей от необдуманных шагов ради поддержания баланса. Но при этом могли избрать службу при любом дворе. Магия сама находила идеального носителя. Невозможно было предугадать, кто станет следующим. И в этот раз у нее явно был какой-то план, иначе почему впервые за многие века повелителем смерти стала девушка, а жизнью владел мужчина…

Глава 2

– Мари, вставай! – до противного жизнерадостный голосок дриады прозвенел колокольчиком прямо над ухом. – У тебя через полчаса зачет с мэтром Вермионом.

– Изыди, – недовольно буркнула я и спряталась под подушкой для надежности.

– Ох, детка, ну не будь ты такой букой. Как, кстати, прошло твое свидание с Леориэлем? – Странно, что она еще не в курсе.

– Нормально, – отмахнулась от любопытной соседки. Очередной напыщенный осел решил потешить свое самолюбие за мой счет, заодно и нервишки себе пощекотать. Ага! Еще один желающий острых ощущений! «В постели со смертью!» – прямо лозунг этих недомужиков.

А ведь поначалу я просто таяла от внимания чопорных холодных красавцев. Как они двигались, как говорили… М-м-м-м-м! Куда там простым человеческим магам до этих дивных созданий! Но за внешней прекрасной картинкой пряталось столько всего, что копаться в том, что там внутри, пропадало всякое желание. Одним словом, эльфы – высшие существа!

Вот и этот с какого-то перепугу решил, что я не смогу устоять перед его нечеловеческим обаянием. Возможно раньше, года два назад, но не сейчас. К своим двадцати мне совершенно четко стало ясно, от высокородных (как они сами себя называли), стоит держаться подальше. Также красиво, как эти мужчины могут добиваться, также потом изящно и высокопарно унижают и поливают грязью, стоит только очередной игрушке надоесть, а на горизонте появиться новой. Был у меня такой печальный опыт, с тех пор зареклась. Да только неугомонная Алеандра, пожалуй, моя единственная подруга, она же бессменная соседка по комнате, мечтает пристроить меня в хорошие, так сказать руки, и на пути к своей цели не считается ни с какими разумными доводами, в том числе с моими. Иной раз это здорово раздражает. По большей части она быстро сдается, особенно если ей в этом немножечко помочь, но только не в случае с Леориэлем. С какого-то перепугу дриада вдруг решила, что мы – идеальная пара. Да-да, самой смешно. Эльфу похоже было просто любопытно, да и льстила такая возможность, чего уж там, вот он и решил немного развлечься. Ох, как он гневно вопил! Стоило ему только попытаться прижать меня животом к деревцу прямо в академическом саду, да еще и для верности ветками этого самого деревца обездвижить, чтобы одарить собой аж до беспамятства, как он горячечно прошептал мне в ухо, я, не раздумывая, превратила свои в гнилостную труху, а его великолепный драгоценный идеальный наряд (это цитата) в драные лохмотья, едва прикрывающие стратегические места. Эх, жалко, кладбище учебное далековато было. Не то я бы для него подняла какое-нибудь приличное умертвие, да только пока бы оно добежало до нас… В общем, голую задницу высокомерного эльфа еще долго и со смехом будут смаковать адепты. Задница, кстати, и впрямь была очень даже ничего… хм, что-то отвлеклась.

Отважная дриада, с самого первого дня не испугавшаяся страшную некромантку двенадцати лет, больше-то желающих разделить со мной комнату не нашлось, вновь потерпела поражение на поле моей любовной битвы, но, зная ее упрямство, ждет меня какой-нибудь очередной идеальный кандидат в женихи, а, может, и не один. Сама-то она с удовольствием крутила роман сразу с двумя оборотнями-волками, причем не по очереди, а одновременно. Подобное в нашем мире – не редкость.

Со стоном уселась на кровать, снова возвращаясь воспоминаниями к первым годам моего обучения. К своим двенадцати я могла читать, писать и считать – это все, чему учили в деревенской школе. Мать считала, что этого вполне достаточно. Ведь для женщины что главное? Удачно выйти замуж и быть хорошей хозяйкой, и вот эту науку в нас сёстрами она очень усердно пыталась впихнуть, порой и вожжами. Нашей семье еще повезло. Моя мать, как и две мои старшие сёстры владели водой на уровне, достаточном, чтобы обеспечивать наши личные потребности, да еще и стирать белье на заказ, а вот двое братьев были слабенькими магами земли, как и отец. С таким низким уровнем дара учиться в академии не имело никакого смысла, нужные навыки передавались в каждой семье из поколения в поколение. В академии мне бы пришлось очень трудно, если бы не магистр Вермион. Сначала он сам изучал со мной необходимые немагические предметы, подтягивая до нужного уровня, а по некоторым дисциплинам даже нанимал учителей. Не знаю, как я не сломалась тогда, в самом начале? Как выдержала эти нагрузки и просто нечеловеческий темп? Но вот минуло два первых года, и одним холодный осенним утром я удивленно отметила, что стало легче. У меня появилось свободное время, которым можно было смело распоряжаться по собственному усмотрению, другое дело, что далеко не всегда мне это позволялось. Вермион Делакарва с садистским удовольствием забирал и его.

«Ты должна стать лучшей, Мари», – наставительно говорил он тогда и вдалбливал очередную схему создания высшего лича.

– Дорайская плесень! – внезапно подскочив с кровати, воскликнула я. – Так ведь и зачет можно пропустить, и отправит меня мэтр тренировать новичков.

– А я что тебе говорю! Слышала, магистр Вермион сегодня особенно не в духе, – пропела Алеандра, выпархивая из крошечной ванной.

– И кто же отважился расстроить нашего душку-магистра? – ехидно спросила ее.

– Да боги его знают! – отмахнулась дриада. – Солнце что ли слишком яркое сегодня! – широко оскалилась девушка, я лишь вдумчиво покивала.

С самого первого дня моей учебы в академии мэтр Вермион взял меня под свою опеку. Он был строг и требователен, но его наказания всегда соответствовали провинностям, идеальная справедливость. Уже спустя три года мои занятия стали исключительно индивидуальными. Лишь общие для всего курса предметы я посещала вместе со всеми, но практика всегда отдельно. Именно поэтому, мало кто знал, каков мой потенциал на самом деле.

В отличие от остальных адептов меня в основном учили сдерживать свою мощь, работать филигранно, вливая энергию смерти по капле. Ведь даже моей капли было вполне достаточно, чтобы выполнить поставленную задачу. Мне не нужны были сложные пентаграммы для поднятия умертвий разного уровня. Высших личей я создавала играючи. И ни один из них никогда не выходил из-под контроля и был удивительно послушен моей воле. Проклятия и яды интересовали меня лишь с той точки зрения, что их могут применить ко мне. Да, носитель магии смерти был не застрахован от отравления или темной волшбы. В остальном же мое обучение было весьма специфическим. Например, сегодня я сдавала зачет по искусству пыток, которое должно было стать неотъемлемой частью моей работы. Палач Его Величества – это вовсе не пустой звук. Одно только имя предыдущего палача, после смерти которого я и получила магию, вселяло ужас в темные души преступников. Встреча с ним была самым незабываемым событием в жизни тех, кто все-таки попадал к нему на аудиенцию. Высший суд и каратель в одном лице. Еще два года, и, закончив академию, а после пройдя практику в Канцелярии Тайных Дел, я займу этот пост.

Разумеется, пытать разумных мне никто не предлагал, но это пока. Декан целительского факультета создавал специально для меня магические учебные пособия. Выглядели они и реагировали на воздействия как живые существа нужной в данный момент расы, ну а в трупах недостатка не было.

Надев уже вполне привычную для себя мужскую форму факультета некромантов – черные плотные штаны, удобные ботинки без всяких каблуков, простая рубашка того же цвета и жилетка – и махнув рукой дриаде, поспешила к мэтру.

Поправив непослушную прядь темных волос, что в очередной раз выбилась из хвоста, постучала в кабинет и вошла, получив разрешение.

– Приветствую, магистр Делакарва, – произнесла, едва переступив порог, и прикрыла за собой дверь, готовясь к очередному разносу.

Темный, давящий взгляд мэтра не предвещал ничего хорошего лично для меня. И, кажется, я догадывалась, в чем причина неудовольствия декана…

– Скажи мне, Мари, – он трагически вздохнул и снова впился в мое лицо серыми глазами, – для чего тебе нужно было обесчестить отпрыска одного из семи высших эльфийский родов?

– Обесчестить? – в удивлении взмахнула ресницами, пытаясь вспомнить, когда и кого именно из наследничков я задела.

– Только не прикидывайся ромашкой! Кто вчера заставил Леориэля Дариона скакать голым по академии? С самого утра мне прислали уже семь нот протеста, как раз по числу этих семи домов, чтоб их! – рявкнул Вермион.

– Да не заставляла я его скакать! – фыркнула недовольно. – И если уж на то пошло, то обесчестить как раз собирались меня, – заканчивала свою фразу я почти шепотом, ибо магистр в ярости – это зверь не раз мною виданный и очень опасный.

Сейчас он немножко остынет и будет мстить, не хуже, чем выдумщики-эльфы.

– Он не успел?.. – мэтр тяжело сглотнул, его голос прервался от невероятного напряжения. – Ничего не сделал тебе? – с трудом выговорил он так, если бы одна мысль, что кто-то мог меня обидеть, причиняла ему невыносимую боль.

– Нет, – твердо ответила ему.

– Хорошо, – и Вермион будто весь обмяк, на секунду прикрыв глаза, а когда вновь посмотрел на меня с прежним ехидством, от сердца отлегло. Но семь великих домов так просто не отделаются.

И пусть я не эльфийских кровей, но за насилие над женщиной, кем бы она не была, и даже за его попытку у высокородных предполагалось суровое наказание.

– Тогда приступим к зачету… – и он как ни в чем не бывало взмахнул рукой, призывая очередные учебные пособия…

Глава 3

– Мари, – не слишком довольно цокнул языком Вермион, – ты сегодня на редкость не собрана!

Ого! Можно считать, меня похвалили. Обычно мэтр награждал мою работу иными эпитетами. «Из какого такого места у тебя растут руки?» – нетерпеливо ворчал он. «Запорешь ведь все плетение! Да держи ты крепче! Ты – маг смерти или нежная фиалка?» А еще тот случай, когда он с удовольствием гонял меня по учебному полигону, управляя стайкой самых простых зомби, и весело посмеивался. «Да-да, иной раз некроманта могут спасти исключительно ноги. Беги, Мари, беги!» Тогда я знатно разозлилась и в первый раз бухнула такую прорву силы, что выжгла дочерна даже землю, не говоря уже о несчастных зомби, от которых и пепла не осталось. Заметно побледневший магистр с каменным выражением лица процедил сквозь зубы: «Тебе нужно было перехватить контролирующую нить, а не уничтожать учебный материал. Плохо, Мари! Очень плохо!»

В тот раз ему просто повезло, что он оказался на приличном расстоянии от меня, да и мой запал быстро кончился, особенно, когда я увидела последствия содеянного. Та часть полигона до сих пор закрыта, но отчаянные целители нет-нет, да проникают за охранный контур самого ректора академии, чтобы попытать свою силу жизни и восстановить мертвый участок. Только нет среди них мага подобного уровня. Тут справился бы только сам маг жизни, но этот напыщенный сноб живет себе в своих Бесконечных Пущах и носа не кажет во внешний мир, а уж тем более по такому пустяковому поводу.

– Мари, где ты опять витаешь? – недовольно пробурчал магистр. – Давай сначала. Что главное нужно помнить, когда перед тобой поставили задачу выбить признание из оборотня любой ценой?

– Его вина не должна вызывать ни малейшего сомнения, – ответила я.

– Это азы, адептка. Хотелось бы ближе к теме нашего сегодняшнего зачета, – Вермион сложил руки на столе и уставился на меня тяжелым давящим взглядом.

– Основная сложность при работе с двуликими заключается в скорости их регенерации. Любые, даже весьма серьезные травмы исчезают без следа довольно быстро, особенно, если позволить существу сменить ипостась. Чтобы не допустить этого используются особые зелья-блокираторы, способные существенно снизить регенерацию и отнять способность к обороту. Можно также разрушить энергетический канал, связывающий обе ипостаси или уничтожить узел, накапливающий энергию для оборота. Оба эти воздействия необратимы.

– Связующий канал мы с вами искать не будем, – смягчился мэтр, – а вот узел, отвечающий за оборот, я попрошу вас найти, – и он взмахом руки позвал меня следовать за ним к столу.

В первое время мне не удавалось сдержать дрожь, глядя на мои учебные пособия. Странная живая кукла с идентичными реальному существу рефлексами и реакциями. Чтобы создать одну такую требовалось около недели и очень серьезный уровень магии жизни. А вот из строя я их выводила с завидной регулярностью, причем окончательно и бесповоротно порой самыми изощренными способами. Теперь вы понимаете, почему весь преподавательский состав целителей меня, мягко говоря, недолюбливал? Снова отвлеклась. Магистр недовольно поджал губы.

– Чтобы добраться до нужного узла, – поспешно начала я и с усилием перевернула пособие мужского рода на живот, – необходимо сделать разрез под правой лопаткой…

– Берите инструмент, – нетерпеливо притопнул ногой учитель.

Послушно потянулась рукой, но замерла. Конечно! Уже не раз я попадалась на этом.

– Требуется ли обездвижить тело? – вряд ли здоровый двуликий просто так позволит мне подобраться к энергетическому узлу.

Вермион довольно покивал и ответил:

– Наше пособие никуда убегать не собирается. Продолжайте.

Сделала надрез, нужной глубины и сразу смочила края блокиратором. Теперь регенерация приостановится, и я смогу добраться до нужного магического центра. Разумеется, наполнить учебное пособие настоящей магией слишком уж затратно, поэтому силовые каналы и узлы не отличаются от кровеносной системы, разве что цветом. Освободив искомый узел, с ожиданием взглянула на магистра.

– А теперь используйте свою магию и иссушите узел за… скажем, десять минут, – выдал очередное задание он.

За это время даже самые сильные из оборотней сойдут с ума от боли, признаваясь во всем, и даже в том, чего не совершали. Сейчас все тело испытуемого было одним большим центром линий жизни, из всего этого хаоса мне нужно было найти нужную. Сосредоточилась, отсекая лишнее, и потянула на себя, медленно, по капле, отмеряя последние мгновения.

– Хватит, – резко прервал меня мэтр, едва не сбивая концентрацию. – Еще вопрос…

Около двух часов въедливый Вермион гонял меня по магической и немагической анатомии существ, заставляя каждый раз демонстрировать свои умения на практике.

– Неплохо, – криво улыбнулся он, разглядывая искромсанные учебные пособия. – Придется оформлять новую заявку. У нас катастрофически не хватает материала для практических занятий, хоть переходи на приговоренных к казни преступников, – жизнерадостно выдал он, а сам, меж тем, чутко отслеживал мою реакцию.

Раньше, еще года два назад, сердце в груди замирало от подобной перспективы, но сейчас, похоже, я стала относиться к ней гораздо проще. Другое дело, что пока мне не позволят учиться на живых. Вот с мертвыми – это пожалуйста, это сколько угодно. Кстати, следующий зачет как раз по нежити. Не заметив во мне и тени былых переживаний, мэтр понятливо хмыкнул и отпустил с оценкой «отлично».

– Да, и держись подальше от эльфов, – крикнул он мне вдогонку.

Лишь однажды я позволила себя ослушаться его, за что жестоко поплатилась. Отогнала от себя печальные мысли и весело сбежала по широкой главной лестнице в столовую. Скоро время обеда, а после кропотливой работы мне всегда ужасно хотелось есть. Наш главный повар – добродушный оборотень-медведь поистине необъятных размеров проникся ко мне самой глубокой симпатией после того, как я буквально год назад быстро и качественно упокоила их клановое кладбище. Он с удовольствием подкармливал меня время от времени и все удивлялся моему поистине волчьему аппетиту.

Разыгравшееся воображение уже нарисовало в моей голове дымящуюся тарелку пряного гуляша, сочные котлетки, нежнейшее картофельное пюре и…

– Эй, низшая! Смотри, куда идешь! – раздался недовольный надменный голос где-то в районе моей макушки.

Мда… давненько я не слышала подобного обращения! Даже самые настойчивые из адептов сочли за благо не связываться со мной еще на втором году обучения, и вот опять. Сделала шаг назад и, нацепив особую мрачную ухмылку, подняла голову, призывая свою магию. Я знала, что в моих фиалковых глазах сейчас клубилась тьма, в волосах сверкали фиолетовые всполохи, но не это главное, а ощущение собственной никчемности, что испытывали живые существа рядом с повелительницей смерти, и холод… жуткий, всепоглощающий могильный холод.

– Никто не имеет право говорить со мной в подобном тоне, – с угрозой протянула я и зловеще оскалилась.

Прекрасный юный эльф икнул от страха и вцепился в рукав своего молчаливого сопровождающего. Невольно перевела взгляд на него. Этот представитель дивного народа ломал все мои представления и стереотипы. Просто неприлично массивный для эльфа, несколько грубоватые черты лица, нет привычного изящества линий, и самое главное – на его правой щеке почти от уголка глаза и до самого подбородка тянулся глубокий шрам. Просто неслыханно для высших! Они слишком трепетно относятся к внешней красоте, красоте собственного тела. Подобное увечье – это самый настоящий плевок в сторону их тысячелетнего уклада. Я была просто ошеломлена и так и замерла, разглядывая этого необычного мужчину. Воспользовавшись моей заминкой, юный эльф вернул себе самообладание и продолжил… а зря!

– Да ты знаешь, кто я? – воскликнул он.

– Признаться, не имею ни малейшего желания знакомиться, – бросила в ответ и попыталась обойти эту необычную парочку, но не тут-то было.

– Перед тобой наследник Великого Пятого Дома! – пафосно молвил он. И что мне теперь сделать? Упасть ниц и смиренно целовать мыски его сапог?

– Не впечатляет! – ответила дерзко и обошла наследничка по широкой дуге.

– Останови ее! – шипел юный эльф, видимо обращаясь к своему молчаливому сопровождающему.

– Я здесь только в качестве телохранителя по личной просьбе Его Величества. Угрозы вашей жизни со стороны этой юной леди нет, – спокойно ответил он, чем заслужил в моих глазах еще несколько очков. – Не вижу смысла вмешиваться.

«Вот и славно», – подумала и отправилась в столовую.

– Мари, – раскинул руки добродушный оборотень-медведь, и я, не раздумывая, бросилась в его объятия.

– Дядюшка Лурье, – радостно рассмеялась, обнимая здоровяка в ответ. – Проголодалась, красавица?

– Еще как, – облизнулась в предвкушении.

– Ну иди, кормить тебя буду.

Тут же из-за широкой спины повара вышли двое помощников, молодых двуликих.

– А ну брысь! Сам накрою! – беззлобно рыкнул повар. – Рассказывай, как там душка Леориэль? – издевательски оскалился оборотень.

– Да что ему будет? – отмахнулась я, наслаждаясь великолепным гуляшом.

– Не скажи, – хохотнул медведь. – Этот болезный теперь жалобы на тебя строчит, как еще только рука не отсохла.

Философски пожала плечами в ответ. Ну не стоил этот эльф того, чтобы я отвлекалась от невероятных котлет повара.

– Да боги с ним, с эльфом, – все же махнула рукой, сыто отодвигая от себя пустую тарелку.

– И правда, – согласился дядюшка Лурье. – Лучше расскажи, что там твой зачет?

– Сдала, конечно, – довольно облизнулась я.

– Опять наш Вермион злобствовал? – понимающе покивал оборотень и потер небритый подбородок.

– Вовсе он не злобствовал, – встала на защиту магистра.

– Конечно-конечно, – легко согласился он. – Ну? Что дальше?

– Летняя практика и новый семестр, – ответила ему.

Глава 4

– Мари-и-и-и, – пропела Алеандра. Да что ж такое! – Мари, поднимайся. Мэтр Вермион уже посылал за тобой два раза, на третий обещался явиться сам.

– Сегодня же нет экзаменов! – протянула жалостливо.

– Да при чем тут экзамены? Практика у шестого курса, – приоткрыв один глаз, я увидела сердитую дриаду.

– Дорайская плесень! – снова подскочила на кровати. – Который час?

– Ну еще минут пятнадцать у тебя есть…

– Мари-и-и-и! – внезапно раздался яростный рык магистра Вермиона из коридора.

– А нет, – испуганно выдавила Алеандра и попятилась в ванную. – Больше нет.

Резво вскочила на ноги и заметалась в поисках одежды. Подпрыгивая на одной ноге, натянула штаны, застегнула рубашку, теперь носки и ботинки… со вторым я уже не успела.

– Адептка Брандэт! – дверь с грохотом распахнулась, и в проеме, пыша гневом, показался декан.

Я так и замерла с одним ботинком в руке, который в следующий момент с грохотом упал на пол под его укоризненным взглядом.

– Мари, ну почему ты еще не готова? – недовольно рыкнул Вермион.

– Почему не готова? Очень даже готова, – подобрала предательскую обувь и натянула на ногу, споро завязывая шнурки. – Теперь уже точно! – подхватила седельные сумки и перекинула их через плечо.

Картинно закатив глаза, мэтр развернулся и вышел в коридор, я семенила следом. Во внутреннем дворе уже был в седле, как говорится, весь шестой курс некромантов. Шестнадцать восемнадцатилетних парней и четверо девушек. С глубокой тоской и здравым опасением смотрела на единственную лошадь без седока. У нас с этими животными была взаимная неприязнь. Даже самые смирные при моем приближении буквально сходили с ума. Вот и сейчас флегматичная с виду кобылка внезапно испуганно прядала ушами и фыркала, усиленно пятясь назад. Душераздирающе вздохнула под тихие смешки адептов и смиренно позвала учителя:

– Магистр Делакарва, позвольте мне взять своего коня.

Вермион нахмурил брови, будто раздумывая над ответом.

– Ладно, – махнул он рукой, разворачивая своего скакуна. – Только близко не подъезжай. Замучаемся потом этих по всему лесу ловить. Замыкаешь! – скомандовал он мне и тронул коня. – Не отставать! – это уже некромантам, те, растянувшись в шеренгу, двинулись следом. Отпустив их подальше, прикрыла глаза и послал крохотный импульс своей силы, призывая свое творение.

– Мари! – тихонько позвали меня со спины.

Обернулась и обнаружила дядюшку Лурье, спешащего через внутренний двор с объемной такой сумкой.

– Вот, держи, – пробасил он, впихивая мне в руки весьма ощутимую ношу. – Я собрал там тебе кое-что в дорогу. Береги себя, девочка, – оборотень крепко обнял меня так, что косточки едва не затрещали, и отпустил. Махнув на прощание рукой, зашагал прочь.

А вот и мой скакун. Обернулась, передо мной стоял конь. Эту нежить я создала как раз на шестом курсе. Мне повезло с материалом: скончался один из лучших скакунов в королевской конюшне, и магистр Делакарва выбил для меня возможность поработать с таким интересным материалом. Спустя несколько часов у меня появилось идеальное средство передвижения. Гнедой красавец теперь не знает усталости, прекрасно видит в темноте, а, кроме всего прочего, обладает неплохой защитой от стихийной магии. Вид скакун имел устрашающий: горящие зловещим алым светом глаза, черная грива, копыта, высекающие искры. Даже обученные адепты-некроманты шарахались от моей прелести, а те, что посмелее так и норовили развоплотить. Поэтому большую часть времени скакун смирно стоял в старой конюшне, являясь только по моему зову.

Пристроив свои сумки, вскочила в седло и страдальчески вздохнула, приноравливаясь. Все же не люблю я ездить верхом, да и не привыкну никак. Сколько не бился со мной магистр Вермион, никак не получалось у него сделать из меня наездницу. Мрак шел исключительно плавно, не то, что живой конь, но даже так несколько часов в седле превращались для меня в настоящую пытку.

– Вперед, – скомандовала и легонько тронула крутые бока коленями, для верности добавляя энергетический след мэтра Делакарва. Теперь мой конь ни за что не потеряется.

Уже выезжая за ворота академии, снова увидела ту самую парочку эльфов, что встретила на днях. Наследничек фыркнул и, гордо задрав подбородок, отвернулся, а вот второй проводил меня пристальным взглядом.

Путь нашей группы лежал на северо-запад от столицы в Милосские леса, что простирались до самой границы Независимых территорий. Там среди вековых деревьев располагалась довольно большая деревня Верхние Подтоплянники. Тамошний староста уже несколько месяцев пишет жалостливые просьбы лично магистру Вермиону, мол разошлась в лесах нежить, никакого спасения нет от нее, вот мэтр и решил лично все проверить, заодно и старшекурсников поднатаскать.

Крепостная стена осталась позади, дорога свернула в лес. Мрак мерно перебирал копытами. Если в пути ничего не произойдет, к завтрашнему вечеру мы должны быть на месте. Небольшая дневная остановка совершенно не прибавила мне сил, и когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, я еле сдерживала страдальческие стоны и мечтала о том, чтобы свалиться на землю из этого проклятого седла и не двигаться несколько часов.

Магистр, наконец, определился с местом стоянки, вон впереди загорелся костер, а мне еще предстояло оставить Мрака подальше от лагеря и как-то доковылять до него на своих двоих. Кряхтя, сползла со спины своего творения, едва не падая.

– Мари! – позвали меня тихонько из темноты, но я уже знала, кого увижу, едва крохотный светящийся шарик-светляк поднялся повыше.

– Грегори, – протянула, едва удерживаясь на ногах.

– Магистр Делакарва послал меня за тобой, помочь, если понадобится, – сказал шестикурсник.

– Помогай, – благосклонно кивнула и с облегчением опустила на землю сумки.

Он понятливо подхватил мою поклажу и повернувшись, бодро потрусил в сторону весело пылающего костра.

На небольшой поляне мужчины уже разбили лагерь: поставили палатки и отправились за водой к роднику, найденному с помощью особого артефакта, созданного магами воды. Вскоре девушки засыпали в кипящие котелки вяленое мясо и крупу. Я поставила собственную палатку в стороне и сейчас с любопытством сунула нос в мешок с провизией, собранный для меня дядюшкой Лурье. Пара кусков ароматной копченой ветчины, сыр, овощи и даже несколько моих любимых сушеных груш. Мясо отдала на общий стол на радость голодным мужчинам, а сыр оставила на утро. Магистр был особенно хмур и неразговорчив. Распределив посты на ночь, Вермион первым вызвался дежурить. Хотела было напроситься к нему в пару, но он так зыркнул, что я юркой мышкой прошмыгнула в палатку. Но потом все же выбралась и окружила лагерь особой защитой. Черно-фиолетовые капли стекали с пальцев и впитывались в землю, соединяясь в яркий полыхающий контур. Некроманты, как заворожённые, наблюдали за происходящим, тихонько перешептываясь. Мэтр только ухмыльнулся довольно и отвернулся, закутавшись в тёплый плащ.

С чувством выполненного долга, забралась внутрь. К ночи поднялся сильный ветер. Деревья жалобно стонали, перешептываясь листвой, будто жалуясь друг другу на свою боль. Этот зловещий скрип вселял странную тревогу и беспокойство. А стоило сомкнуть глаза, как странные ощущения только усилились. Что-то надвигалось, страшное, непонятное. Тьма вокруг сгущалась. Я бежала босиком по мягкой, укрытой мхом земле. Где-то там за деревьями остался отчий дом. Сердце внутри восторженно замирало. Вон там за корявым кряжистым дубом у старого кладбища меня ждет он.

У покосившейся ограды, сгорбившись, стояла фигура в капюшоне. Шумно вздохнула, переходя на шаг. В груди восторженно всколыхнулось.

– Я пришла, – проговорила низким грудным и совершенно не своим голосом.

Неизвестный развернулся, и мне в лицо полетели странные сверкающие частицы, целое блестящее облачко. В глазах померкло, тело стало легким и невесомым. Меня подняли крепкие руки и понесли куда-то. Невероятное чувство эйфории захватило, страха совершенно не было, и даже холодный камень под спиной не напугал меня. Фигура в капюшоне склонилась надо мной, но я никак не могла рассмотреть лицо. В голове был странный дурман, и даже когда в изящной руке сверкнул изогнутый кинжал, даже тогда инстинкт самосохранения молчал. Лезвие легко вошло в мое тело прямо в центр груди и пронзило магический источник. Боль тяжелой душной пеленой растеклась по венам, выкручивала суставы, ломала кости, но двинуться я не могла, будто застыла на зыбкой границе между жизнью и смертью. Я все чувствовала, абсолютно все, что он делал с моим телом, каждый надрез, но не могла даже пошевелить губами. В страшной агонии секунды растягивались в минуты, а минуты в часы. Почему он делает это со мной? За что?

Я слышала, как он бормотал что-то на незнакомом языке, эти странные интонации вызывали тошноту и муть в глазах. Жуткое пение становилось все громче, а я слабела с каждой минутой, будто жизнь, что еле теплилась, по капле покидала мое тело. Песнь оборвалась, в ушах засвистел ветер, в лесу что-то страшно застонало, завыло, будто кто-то пытался выбраться из-под земли, а дальше пустота…

Мой собственный крик оглушил. Это был сон, просто дурной сон. Села на одеяле, зажгла светляк, прогоняя жуткий кошмар. Ветер стих, и давящая тишина оглушала. Тяжело сглотнув, выбралась на воздух, растирая плечи. Костры потухли. Холод, жуткий, неправильный… звенящая инеем трава. И это в самой середине лета. Мой охранный контур мерцал тусклым фиолетовым светом. Нежить, древняя, сильная и очень голодная, но далеко. Магистр стоял спиной ко мне: темные волосы до плеч выскользнули из ленты, рукава черной рубашки закатаны, кулаки сжаты, вены на предплечьях вздулись.

– Ты тоже это почувствовала? – хрипло спросил Вермион.

– Где остальные? – вместо очевидного ответа спросила его

– Да толку от них сейчас? – махнул он рукой. – Только мешаться будут. С тем, что на нас надвигается, ни один из них не поможет в отличие от тебя. Пусть лучше поспят.

– Умертвие, – проговорила напряженно.

– Верно, девочка, – кивнул он головой. – Только откуда ему взяться в этой-то глуши. Чтобы поднять такого, нужна целая прорва магии.

– Учуял нас, – протянула, ощутив вибрацию контура. – Быстро…

– Да тут на многие километры ни одного сильного мага, вот он сюда и направился, – ответил мэтр. – У нас мало времени. Попробуем подготовить ловушки. Надеюсь удастся ослабить его.

– Может, лучше мне? – скептически спросила Вермиона.

– Даже смерть не всесильна! Ты же уже поняла, что это необычная нежить? – Делакарва сидел на земле и чертил ритуальным кинжалом особую схему. Стоило только нежити пересечь эти линии, как ловушка захлопывалась и за несколько мгновений вытягивала из попавшего туда всю посмертную энергию. Вполне могло сработать.

– А почему вы расположили схему именно здесь?

– Тут брешь в твоем контуре, – больше не отвлекаясь, бросил он.

– Это невозможно, – отрезала категорично.

– Так сделай, – ехидно проворчал магистр и отмахнулся.

Ну конечно! Если здесь будет единственная возможность попасть за контур, умертвие именно сюда и отправится и неизбежно попадет в ловушку. Протянула руку вперед, призывая обратно несколько капель своей силы, разрывая круг.

– Может, все-таки разбудить ребят? – снова попробовала уговорить учителя.

– Нет, – строго отбрил он. – Приготовься, он уже близко.

Руки сами собой закружили, выплетая кружево защиты. Накинула магический доспех на себя. Он убережет от физического и магического воздействия. По привычке накинула полог и на магистра.

– Вот еще, что удумала, – меж тем довольно проворчал мужчина. – И без тебя справлюсь. – Лучше меч свой достань.

Встала чуть позади распрямившегося декана и прикрыла глаза, разрывая границу между материальным миром и владениями Богини Смерти. Именно там хранилось мое оружие. Протянула ладонь, призывая клинок. Рука привычно потяжелела. Пальцы крепко сжали эфес. Идеальный обоюдоострый клинок, наполненный магией смерти. Черное лезвие будто поглощало весь свет вокруг. Провернула на пробу кисть, вспоминая ощущение единства с мечом. Он – часть меня, мое продолжение.

Вермион крепко сжимал в руке свой посох, выкованный из особого металла, с нанесенными на основание рунами. В качестве навершия был использован редкий кристалл вермилита – фиолетово-черный камень, способный накапливать и усиливать некромантскую энергию.

– Вон он, – напряженно выдохнул Делакарва и удобнее перехватил свой посох.

За деревьями, то пригибаясь к самой земле, то распрямляясь во весь свой немаленький рост, двигался мертвый воин. Доспех прикрывал истлевшее тело. Пустые глазницы источали ядовитый зеленый свет. Остановившись, он будто принюхался и решительно двинулся в нашу сторону.

Глава 5

Тьма, нехорошая, неправильная окружала его. Некромагия, но какая-то странная, незнакомая мне. Его, как и низшую нежить, привлекала жизнь, теплые тела, бьющиеся сердца и теплая кровь, бегущая по венам, а здесь был целый пир. Стоит только протянуть когтистую руку. Но при этом, данный вид умертвия был очень силен. Он не замедлился ни на миг, скорее наоборот, увеличил скорость, желая достать нас обоих. А нет, решил сначала убрать магистра. Воин размахнулся, время для меня замедлилось. Я видела, как Вермион вскинул свой посох, собираясь отразить удар, но мне вдруг с отчетливой ясностью стало понятно: у него не выйдет. Немертвый воин с легкостью переломит его оружие, острие клинка войдет в податливую живую плоть, не поможет даже моя защита. Не медля ни секунды, рванулась вперед, принимая атаку на свой клинок.

– Повелительница смерти, – раздался шипящий голос у меня в голове. – Уйди с дороги. Это моя добыча. Отдай мне живых.

– Они принадлежат мне, – яростно ответила и отбросила нежить назад.

Воин замешкался на мгновение, будто решая, стоит ли связываться со мной.

– Мари, назад! – скомандовал Делакарва.

Магистр хотел заманить умертвие в свою схему, но и она не сработает. Лучшее, что я могла сделать, чтобы защитить людей, это…

Мгновенно развернулась и оттолкнула мэтра внутрь моего собственного контура. Секунда, и я замкнула круг.

– Девочка, не дури! – рыкнул Вермион. – Выпусти меня!

– Простите, учитель, – ответила, впрочем, не испытывая сожалений.

Снова прокрутила меч в кисти, разминаясь, пока нежить принимала решение. А еще я искала нити его посмертной жизни… В первый раз вижу подобное: нить не имеет четко выраженного конца, который обычно представляется мне в виде небольшого сгустка, что будто единственная бусина нанизана на мерцающую линию. Попробовала оборвать саму нить, не вышло. Что ж, придется действовать традиционными способами.

Замах, удар, и мой клинок, встречаясь с ядовитой зеленью, шипя, выпускает черные искры, что прожигают подобие плоти насквозь.

– Отступи, – снова прошелестело в моей голове.

– Нет, – ответила уверенно.

Воин подобрался и атаковал… Его рука не знала усталости, а подобие разума – сострадания или пощады. Подсечка и рубящий сверху. Я только и успела подняться на одно колено и принять удар на свой клинок. Силен… очень. Хорошо еще, что магией не владеет. Зато ею владею я.

Откинула нежить назад и бросила вслед сгусток сырой силы. Черные язычки пламени впились в тяжелые сапоги, разрушая магический доспех. Огонь полз все выше, ненасытно пожирая наколенники. Потеряв опору, противник начал заваливаться на бок, чем я и воспользовалась, метнув в него меч и намертво пригвоздив к толстому стволу дерева. Лезвие разъедало дыру в пустой груди все сильнее.

– Неплохо, маленькая повелительница, – будто даже с уважением прошипел воин.

Он рванулся вперед, оставляя мой клинок позади, и стряхнул черный огонь перчаткой, тут же восстанавливая повреждения. Рана, которая еще секунду назад выглядела, как смертельная, исчезла без следа.

– Теперь ты безоружна. Что намерена делать? – спросило умертвие с интересом и склонило голову набок, словно любопытный ребенок.

– Уж точно не разговоры разговаривать с тобой, – мрачно оскалилась и призвала свой клинок обратно. Меч послушно вернулся, зависнув прямо передо мной. Обхватила рукоять и снова бросилась вперед.

Клинки скрещивались, звеня, и расходились снова. Он атаковал, я отступала, отчаянно сопротивляясь. Неудачно шагнула и, зацепившись за торчащий корень, упала на спину. Клинок вылетел из руки, приземляясь в траву. От удара о землю позвоночник пронзило болью, из груди с сиплым хрипом вышел весь воздух. Тяжелый вполне материальный сапог наступил мне на горло, а в лицо уткнулось острие магического меча.

– Сдавайся, повелительница смерти, – с радостным предвкушением прошипел воин.

Ответить я уже ничего не могла, сделать вдох никак не получалось, еще немного, и он просто сломает мне шею. В последней попытке ухватилась руками за заговоренный доспех нежити, пропуская через него чистую энергию смерти, буквально раздирая в клочья магические связи и цепочки, удерживающие умертвие в этом мире. Мужчина пошатнулся и отступил, позволяя мне, наконец, вдохнуть полной грудью. Кряхтя, поднялась на нетвердые ноги и протянула руку, призывая свой меч, чтобы в следующее мгновение снести противнику голову. Мощное туловище с грохотом упало, продолжая распадаться на сгустки черного тумана. Подняла с земли голову со все еще сияющими зеленью пустыми глазницами и сжала ее в ладонях, превращая в прах. Когда последний клочок немертвой плоти исчез, следом за хозяином истаял и меч.

– Мари! – грозно окликнул меня магистр.

Я вздрогнула, возвращаясь в реальность из странного оцепенения, и развернулась на голос.

Вермион был бледен.

– Разомкни свой контур, немедленно! – рыкнул он.

Шестикурсники подавленно молчали, сгрудившись в кучу. Пошевелила пальцами, разрывая круг и ввалилась внутрь, вновь запирая.

– Давай-ка сюда, девочка, – магистр подхватил меня на руки и понес к своей палатке. – Ну зачем, зачем ты полезла к нему одна? – выговаривал мне мэтр, обрабатывая горло заживляющей мазью. «Чтобы не допустить вашей гибели», – ответила ему мысленно, но вслух ничего не сказала. – Нужно обработать спину. Поворачивайся, – скомандовал он. Кое-как стащила с себя рубашку. Вермион откашлялся.

– Плохо дело? – спросила его.

– Ты сейчас как палитра безумного художника, решившего добиться идеального оттенка фиолетового. И он уже перепробовал великое множество вариантов. Потерпи, – его пальцы бережно коснулись кожи, распределяя прохладную мазь. Вот так, умница, – приговаривал магистр. – Ложись сегодня в моей палатке, – безапелляционно заявил он.

– У этой нежити не было хозяина, – задумчиво выдала я, – или мне не удалось нащупать с ним связь, что вряд ли, – тут же поправила саму себя. – И еще один весьма странный момент: вы когда-нибудь встречали бессмертное умертвие? Не то, что крайне сложно уничтожить, развоплотить или иным способом прекратить его существование, а истинно бессмертное? – удерживая рубашку на груди, развернулась к Вермиону лицом и требовательно смотрела в ожидании ответа.

– У тебя двадцать один некромант в свидетелях, нежить уничтожена, а, следовательно, не бессмертна, – отмахнулся он.

– Я не об этом. Как бы ни искала, точка окончания его пути осталась скрытой от меня или ее и вовсе не было, – пояснила свою мысль. – И некромагия, вдохнувшая в него жизнь, какая-то странная, другая, незнакомая мне.

– Ты вот что, Мари, на сегодня и так достаточно впечатлений. Поговорим обо всем завтра, а лучше, когда вернемся в академию. Отдыхай, – и не дав мне возразить, откинул полог палатки и вышел на улицу.

Зябко поежилась от свежего ветерка, что воспользовался возможностью и проник внутрь, и улеглась на толстое одеяло на живот. Если уж магистр решил для себя что-то, его не переубедить. Проверив еще раз целостность защитного контура, закрыла глаза и мгновенно уснула.

{В это же время}

– Магистр Делакарва! – обратился к вернувшемуся из палатки учителю один из адептов. – Как Мари?

– Она в полном порядке, отдыхает, – ответил мэтр.

– Что это было за умертвие?.. Почему Брандэт втолкнула вас внутрь своего защитного контура?.. Ждать ли еще нападений этой ночью?.. – со всех сторон посыпались вопросы от встревоженных некромантов.

– Прекратить панику, – негромко рыкнул Вермион. – На все вопросы отвечу, как только мы доберемся до деревни.

– Так значит угроза все еще есть? – серьезно спросила одна из девушек.

– Наша с вами профессия в принципе связана с риском, и все мы, смею надеяться, что и вы, адептка Делакруз, прекрасно осознаем опасность, выбирая именно ее. Надеюсь, я ответил на ваш вопрос?

– Да, магистр, – смиренно склонила голову девушка.

– Итак, дежурим по трое, меняемся каждые два часа. И чтобы смотрели в оба! Не хотелось бы из-за вашей глупости стать чьим-нибудь поздним ужином. Выходим на рассвете. Первыми заступают Оливер, Марк и Винсент. Я с ними. Остальным – отдыхать.

Адепты нехотя разбрелись по палаткам, шепотом обсуждая произошедшее.

Вермион уселся у огня и крепко задумался. Вряд ли кто-нибудь из шестикурсников понял, по какой тонкой грани все они прошли сегодня. Не будь с ними Мари, и магистр не поставил бы на их победу и медяка. Сегодня эта девочка спасла не только его жизнь, но и жизни двадцати юных магов. То, о чем она говорила в его палатке, лишь подтвердило мысли и опасения самого магистра. Что-то очень нехорошее произошло где-то неподалеку. Нужно как можно скорее убраться из этого леса. Хотя сейчас он больше не чувствовал опасности, да и контур мага смерти подтверждал его уверенность, не стоит лишний раз рисковать. Некромагия, поднявшая умертвие, встречается на пути умудренного опытом магистра впервые, что опять же добавляет весомости словам Мари. Никаких доказательств, только дурное предчувствие. Кое-что ему все же удалось ухватить во время боя, но для детального изучения магического слепка потребуется время и условия, которых сейчас нет. Да-а-а-а-а. А ведь изначально эта практика виделась ему вполне обычной…

{Разговор у костра на рассвете}

– Я уж думал, он никогда не уйдет, – облегченно выдохнул высокий худощавый парень, двигаясь поближе к огню. – В очередной раз задаюсь вопросом, а не зомби ли наш душка-магистр?

Его собеседник молчал, о чем-то сосредоточенно размышляя. Третий же подложил в костер еще одну толстую ветку и поежился.

– Мы все умрем в этом проклятом лесу, – вдруг зловеще протянул он.

– Не говори ерунды, Фред, – строго оборвал приятеля Грегори.

– Ты же тоже это почувствовал, – не унимался Фредерик.

– Да о чем вы оба? – не сдержавшись, раздраженно воскликнул Леон.

– Скажи ему, Грег, – требовательно произнес адепт.

– Этого не описать словами. Все на уровне ощущений. С некромагией такого уровня никто из нас еще не сталкивался. Вы видели, как Мари толкнула Вермиона за свой защитный контур? Он ведь пытался выйти, но не смог пройти сквозь ее защиту, – несколько путано начал сильнейший некромант на курсе.

– Брось! Какая-то девчонка? Любовница мэтра? Я вообще не понимаю, зачем он потащил ее с нами! – ответил Леон.

Он похоже ничего не видел дальше собственного носа, да и уровень его магии был средним. Ему просто не дано увидеть то, что видели двое других адептов.

– Дурак ты, – беззлобно бросил Грегори.

– Это я – дурак? – возмущенно воскликнул Леон. – А сам-то! Думаешь, никто не видит, как ты смотришь на Мари? Да только не ровня ты ей, хоть и из древнего и уважаемого рода. Она выше метит.

– Не надо, друг, – Фред перехватил за локоть Грега, останавливая.

– Пора преподать ему урок хороших манер, – рыкнул Грегори.

– Дурака учить, только портить. Оставь, – спокойно парировал Фредерик.

Обиженный Леон, буркнув что-то неразборчивое, отошел от костра и запустил поисковый импульс, делая вид, что проверяет окрестности.

– Сегодня Мари спасла нас, но что будет завтра? – не унимался Фред. – Что если дальше мы столкнемся с чем-то, где и она не сможет ничего сделать?

– Ты слышал магистра: каждый из нас знал, на что шел, когда выбирал учебу в академии. Пути назад нет. И выше нос! Эта девушка – не просто сильнейшая среди нас. Уж поверь мне.

– Я требую подробности! – наконец оживился Фредерик.

– Не могу, связан клятвой, – ответил ему Грегори. – Вот увидишь, утром Делакарва еще и с вас всех возьмет магическую клятву о неразглашении.

И тогда, Фред задумался. Кто же ты на самом деле, Мари Брандэт?

Глава 6

{Мари Брандэт, маг смерти}

Проснулась от звуков пробудившегося лагеря: приглушенные разговоры, запах еды, фырканье лошадей. Если бы вчера они оказались за границей моего защитного круга, дальше бы наш поход был пешим. Совсем забыла про Мрака! Потянулась импульсом к своему коню. Он послушно ждал приказов хозяйки ровно там, где я его и оставила, нити нашей связи по-прежнему были крепки.

На пробу пошевелила плечами, подвигала шеей. Все же мазь у магистра чудодейственная, из личных запасов, а не та бурда, которую можно купить в обычной лекарской лавке. Я почти не ощущала последствий моих подвигов. Накинула рубашку, натянула ботинки и выбралась из палатки учителя. А вот, кстати, и он, руководит сборами.

– Светлого утра, – поприветствовала адептов и мэтра.

Разговоры тут же стихли, и все присутствующие уставились на меня: кто-то с уважением и благодарностью, а кто-то с откровенной неприязнью. С чего бы?

– Магистр Делакарва, разве адептка Брандэт не должна принести вместе со всеми магическую клятву? – спросила Элиза Карвер.

Эта девушка с ума сходит по Грегори, а он совершенно не отвечает ей взаимностью. Моя подруга-дриада утверждает, что в его фантазиях властвует другая, и при этом многозначительно так смотрит на меня. Ей только повод дай, она с ее неуемной энергией и жаждой пристроить меня в хорошие руки, и желательно не одни, ещё и не такого напридумывает.

Но Лиз в этом вопросе отчего-то согласна с Алеандрой, вот и злится, и похоже, ревнует.

– У адептки Брандэт, считайте, пожизненная клятва, в новой нет нужды, – ответил Вермион.

Карвер, конечно, замолчала, желающих спорить с магистром всегда было мало, но не успокоилась. Надев куртку, сложила вещи в сумку и собрала палатку.

Завтрак проходил в скорбной тишине, и даже кусок сыра, выложенный мною на общий стол, не добавил шестикурсникам оптимизма. Меня гораздо больше беспокоил мой странный сон и напавшее сразу после него умертвие. Что если эти два события связаны?

– Выезжаем через десять минут, – скомандовал магистр. – Я впереди. Мари! Замыкаешь. Не расслабляться! К ночи должны быть в Верхних Подтоплянниках.

Магистр Вермион явно был обеспокоен.

– Вильгельм, Норт! – обратилась к парням, что должны были ехать передо мной. – Держите крепче своих лошадей. Мы с Мраком сразу за вами. Некроманты понятливо кивнули и натянули поводья.

«Мрак, ко мне!» – мысленно позвала я.

Кони испуганно присели, прижимая уши к голове, и затанцевали на месте, чуя сильную нежить. Шестикурсники ласково гладили их по длинным шеям, приговаривая что-то успокоительное. На поляну бесшумно вышел мой скакун и замер в ожидании дальнейших указаний. Погрузила на него свои сумки. Некроманты здраво опасались моего ручного зверя и даже не заикнулись о том, чтобы помочь, да я привыкла со всем справляться сама.

«Присядь!» – вновь обратилась к коню, и он послушно опустился вниз.

Устроилась в седле и скомандовала:

– Вперед! – остальные уже тронулись в путь, набирая скорость.

Привычно кинула вперед защитное плетение, оберегая магистра и адептов. Грегори удивленно повернул голову и кивнул благодарно. Фредерик поднял вверх большой палец, остальные, даже если и поняли что-то, виду не подали.

Запустила поисковый импульс, но никого не обнаружила вокруг. Совсем никого: ни зверя, ни птицы. Будто все в страхе бежали. Нехорошо. Еще несколько поисковиков разлетелись в разные стороны, чтобы захватить как можно больше окружающего пространства. От напряжения даже забыла, насколько не люблю ездить верхом, вспомнив об этом лишь на первом привале. И то Вермион просто сжалился над стонущими шестикурсниками. Странно, не замечала за них раньше подобных приступов человеколюбия. Расположились на небольшой полянке, которую пересекал крохотная лесная речушка.

– Отдых пятнадцать минут. Наполните фляги водой. Следующая остановка будет только в деревне, – командовал мэтр.

– Но магистр Делакарва… – заикнулась было адептка Делакруз.

– Отставить разговоры, – строго оборвал ее Вермион. – Я бы предпочел сражаться под прикрытием укрепленных стен, чем в чистом поле.

– Сражаться? – побледнела Ирэн.

– Именно, адептка Ларс, – подтвердил мэтр.

Лично я не ощущала пока прямой угрозы, но у Вермиона опыта побольше моего будет. Через положенное время девушка первая была в седле и подгоняла остальных.

И снова мы двинулись в путь. Когда солнце стало мягко спускаться к вершинам деревьев, по моим расчетам до человеческого жилья у нас оставалось еще пара часов ходу. В темноте обычным лошадям будет сложнее, не то, что моему Мраку. Скорость передвижения вынужденно снизится. Последний красноватый луч пробился сквозь усыпанные зеленой листвой ветви и угас. Адепты слаженно выпустили светляков, чтобы подсвечивать путь. Неяркий рассеянный свет создавал причудливую игру теней. Вот корявый пень cловно притаившийся в ожидании добычи тинник болотный, особенно пышная зелень в сумерках казалась стаей расквыр, высматривающих очередную жертву. Разгулявшееся воображение продолжало рисовать мнимые опасности за каждым деревом, но магия упорно молчала, будто все замерло в преддверии чего-то поистине жуткого, и от этого напряжение только нарастало.

Глубокой ночью впереди показалась высокая крепкая стена с магическими огнями, окружавшая Верхние Подтоплянники.

– Стой! Кто идёт? – раздался зычный голос с другой стороны добротных ворот.

– Магистр Высшей Магической Академии империи Мадрас, Вермион Делакарва по приглашению вашего старосты, – ответил учитель.

– Чем докажешь? – не унимался подозрительный стражник.

– Предлагаешь мне ваше кладбище поднять? – съехидничал некромант.

– Так самому потом упокаивать придётся! – басовито хохотнул местный шутник.

Вермион спешился и крепко взял своего коня под уздцы. На стене уже собрались несколько любопытствующих.

– Держите своих лошадей, чтобы не искать их по лесу до утра, – рыкнул учитель и запустил за стену самый обыкновенный пугач – сгусток некромантской энергии, который может прогнать простенькую нежить. Но так как в деревне ее отродясь не водилось, в тот же миг все животные, обитавшие внутри, на разные голоса стали предупреждать об опасности: лай собак, душераздирающие кошачьи вопли, громкое коровье мычание, а до смерти перепугавшийся петух прокукарекал рассвет. То тут, то там весьма недовольные местные жители пытались успокоить разошедшуюся живность, поминая на все лады их несчастных предков до седьмого колена.

– Господин некромант, – взмолился занервничавший стражник, отпирая засовы и отворяя тяжелую створку ворот, – вы уж отзовите магию свою! Прощения просим, что не признали сразу.

– Дык ждали-то их только к завтрему, а они вона, сегодня поспели, – вступил в беседу ещё один страж.

Вермион ничего не ответил, только усмехнулся ехидно. Домашние животные теперь так просто не успокоятся. В общем устроил он местным развлечение до самого утра.

– Мари, – позвал меня магистр, я подошла ближе, – Мрака лучше отправить в лес, – согласно кивнула и, вернувшись к своей нежити, мысленно отдала приказ: «Приглядывай тут, только смотри не схрумкай какого-нибудь местного. Накажу! Вперёд!» – и махнула ему рукой в сторону деревьев.

Вернулась к воротам и застала прелюбопытный разговор.

– Только вы, господин некромант, к старосте-то нашему сегодня не ходите. В печали он, запил крепко, – рассказывал стражник, сопровождающий нашу группу в деревню.

– А что случилось? – рассеянно спросил Вермион, погруженный в свои думы.

– Дочка у него старшая сбежала, – заговорщическим шепотом выдал мужик, – с полюбовником.

– Да ты что? – сделал вид, что его это действительно трогает, мэтр.

– Чтоб меня вомпер слопал! – ответил тот. Шестикурсники прыснули.

– Не вомпер, а вампир. И они не питаются человеческой плотью, их гораздо больше интересует ваша кровь, – наставительно произнёс учитель.

Мужик ответил ему скептическим взглядом. Мол, много вы там понимаете в академиях этих ваших.

– Ближе к делу, любезный. Что со старостой? – вернул разговорчивого провожатого к главному магистр.

– Дык говорю же, пьет он, да Ольку свою недобрым словом поминает. Опозорила же приличного человека. Где это видано, чтобы без отцовского благословения, да без обряда брачного девка с мужиком путалась, а вертихвостка эта…

– Достаточно, в общих чертах понятно. Но нам все равно нужно где-то разместиться.

– Трактир у нас имеется, господин некромант. Там и комнаты есть, – затараторил страж. – Сюда пожалуйте.

Пока мы еще не отошли слишком далеко от ворот, накинула на них простенький маячок. Если полезет кто из леса, я сразу почувствую, да еще и Мрак даст знать. Мэтр бросил быстрый взгляд назад и удовлетворенно кивнул. Сам-то он тоже уже очертил защитный контур вокруг деревни.

– Вот мы и на месте, – меж тем продолжил стражник, открывая массивную дверь в добротный просторный дом. – Аниська! – зычно рыкнул он. – Приюти господ некромантов. Аж из самой столицы прибыли!

На зов явился заспанный детина. Этакий добродушный великан с мягкими русыми кудрями и пудовыми кулаками.

– Отчего ж не помочь добрым людям. Совсем ведь нечисть распоясалась. Почитай ведь первая ночь спокойная. А вчера что творилось-то!

– Помалкивай! – строго прикрикнул на него стражник. – Не нашего ума дело это. Вот завтра Архип Игнатыч, дай боги, проспится и объяснит все честь по чести.

– Так что с комнатами-то? – нетерпеливо спросил Вермион.

– А что с ними будет? – не понял Анисим. – Стоят готовые, – пожал он широкими плечами и вдруг напрягся. – Девки что ли тоже с вами размещаться будут? Срам-то какой! – обличительно проговорил хозяин трактира и покачал головой. – Где ж это видано…

– Послушай, любезный! – предупреждающе протянула Ирэн. – Мы не девки, а адепты факультета некромантии! – в ее глазах зажегся нехороший огонек.

Мужик сглотнул громко и кивнул.

– Раз мы все выяснили, может, покажете уже проклятые комнаты! – не выдержав, рявкнул Делакарва. – Мы устали с дороги и хотели бы отдохнуть и помыться. А уж если и ужином нас покормите, наша благодарность не будет знать границ, – и он тряхнул мешочком с монетами, притороченным к поясу.

– Так это мы ж завсегда, – засуетился мужик. – За мной пожалуйте, – и с неожиданной для такого массивного тела грацией, взбежал по деревянным ступеням вверх.

Нам предложили пять небольших, но довольно чистых комнат. В каждой было только по две кровати, но трактирщик от щедрот выделил матрасы, чтобы расположиться на полу. Девушкам досталась одна комната, остальные четыре отдали мужчинам.

Иллюзий не питала, потому сразу цапнула себе самый толстый матрас и заняла место на полу у окна. Леди расположились на кроватях по двое. Бросив сумку с вещами рядом, отправилась узнать насчет ванны, ну или что тут у них имеется.

– Баньку, уж простите, истопить не могу. Долго ждать-то ее, а вот лохань с теплой водой есть. Пожалуйте сюда, – Анисим поднялся наверх и указал на дверь в конце коридора, у которой мы и столкнулись нос к носу с магистром Вермионом. – У меня и камни есть магические! – с гордостью произнес трактирщик. – Этот, – указал он на весьма не дурно выполненный водный артефакт, – чтобы налить воды. Этот – подогреть.

Бросила уважительный взгляд на хозяина. Все же дела в деревне идут хорошо, раз и комнаты чистые, и купальня имеется с артефактами, а не просто воду из колодца носить. И даже очистительный порошок есть. Насыплешь щепоть в воду после себя, и лохань снова будет чистой.

– Мари, ты первая, – отжалел мэтр и, подхватив засмотревшегося на меня трактирщика под локоток, потащил его в коридор. – А мы с вами, любезный, пока обсудим наш ужин, – добавил он и плотно прикрыл за собой дверь.

Горячая вода для забившихся уставших мышц – что может быть лучше! Духмяное мыло на травах вообще подняло мое настроение до небес. Теперь бы еще перекусить чего-нибудь…

А ночью мне снилось кладбище: ровные ряды надгробий, ухоженные могилы. Тишина и спокойствие, как вдруг в один миг все изменилось. Земля застонала и вспучилась, сопротивляясь. Надгробные камни, трескаясь, падали, выпуская новорожденную нежить…

Глава 7

Открыла глаза и моргнула. Что-то часто мне стали сниться кошмары. «Мрак!» – позвала своего коня. Сейчас я видела то же, что и он, – ничего: живых по-прежнему не наблюдалось, разве что в деревне, но и неупокоенных не было. Странно… Поисковый импульс также вернулся ни с чем. Все спокойно, даже слишком.

Озадаченная снова улеглась на подушку и закрыла глаза, но сон упорно не шел. Так и проворочалась до самого рассвета, а стоило только прикрыть веки, как в дверь громко застучали.

– Подъем! – раздался до противного бодрый голос магистра с той стороны. – Жду всех на завтрак через пятнадцать минут и не советую опаздывать, – звук тяжелых шагов Вермиона постепенно стих.

– Только мне одной иногда хочется убить его? – спросила, зевая, Делакруз.

– Можешь попробовать, – хохотнула в ответ Элиза Карвер.

– Cкорее он сделает из тебя ручного зомби, – скептически заметила Ирэн Ларс.

– И выберет для этого самый негуманный способ, – добавила четвертая девушка из группы, Александра Макнорман, не слишком неразговорчивая и даже замкнутая адептка.

– Брандэт, тебе особое приглашение нужно? – попыталась укусить меня Лиз. Ох уж мне эти влюбленные! – Может, магистра позвать? – не унималась она. Хотела бы я на это посмотреть!

– Оставь ее, Карвер, – неожиданно встала на мою защиту Александра. – В том, что твой обожаемый Грегори тебя не замечает нет ее вины.

Элиза только фыркнула недовольно и поджала губы, а я бросила заинтересованный взгляд на Макнорман, но та была занята сборами или сделала вид. Через десять минут из отведенных пятнадцати мой внешний вид уже мало напоминал свежевыкопанного зомби. С чувством выполненного долга спустилась вниз. Парни оживленно переговаривались, ожидая завтрак, Вермион отошел к стойке хозяина и что-то тихонечко с ним обсуждал. Я подошла к учителю.

– Только послал к нему Николку с рассолом, господин некромант. Уж больно он мой помидорный рассол жалует особенно опосля ентого дела, – произнес трактирщик и выразительно прижал указательный палец к широкой шее. – Значица вскорости и сам непременно пожалует.

– Хорошо. Мы подождем его здесь, – ответил Делакарва.

– Да без толку все это, – махнул огромной ладонью мужик. – Он ведь щец-то моих как навернет, да под холодную, тут уж может и на второй заход пойти. Слыхали беда-то у него какая! Опозорила девка отца своего. Как теперь людям к глаза-то смотреть будет? – запричитал Анисим не хуже деревенской плакальщицы.

– Главное, чтобы явился, – махнул рукой магистр, – а там мы уж сами разберемся.

Хозяин неверяще покачал головой и скрылся в кухне.

– Учитель, – тихонько окликнула некроманта, он заинтересованно развернулся ко мне, – светлого утра! – буркнув в ответ что-то неразборчивое, Вермион собрался было вернуться за стол, но я продолжила. – Мне бы местное кладбище осмотреть, независимо от состояния и желания местного старосты.

Делакарва остановился и пристально посмотрел на меня. Какое-то время задумчиво помолчал, а потом согласно кивнул.

– Хорошо, – произнес он, – но все же старосту предупредить надо. Только конфликта с местными нам не хватало.

Внезапно тяжелая дверь с грохотом распахнулась, и в проеме показался мужик весьма не свежего вида.

– Аниська! – гаркнул он. – Подай-ка мне щей твоих кислых и рюмку поднеси. Да смотри, чтоб непременно с ледника!

Вот и глава пожаловал. Печаль почтенного мужа весьма отчетливо виделась в нечесаных волосах, спутанной бороде, простой рубахе без пояса и не начищенных сапогах. А кроме прочего, разило от старосты так, что мухи дохли без всякого проклятия.

– Архип Игнатыч, – уважительно начал трактирщик, подбегая к важному посетителю с тарелкой дымящихся щей, – тут господа некроманты к нам пожаловали. По вашему, говорят, приглашению, – докладывал Анисим, споро раскладывая на столе ломти ржаного хлеба, хрустящие соленые огурцы и запотевший стеклянный графинчик.

– Некроманты? – непонятливо переспросил староста, оглядывая покрасневшими глазами зал, и вдруг зацепился за нашу компанию. Почмокав сосредоточенно губами, он вдруг рявкнул: – Гнать их в шею! – и кулаком так весомо приложил по столу. Зря!

– Крайне не советую обращаться ко мне в подобном тоне, – обжигая льдом, процедил Вермион сквозь зубы. – Я ведь и обидеться могу, – его серые глаза опасно сверкнули. – А у вас тут скотины разной голов сто пятьдесят будет? – староста заметно побледнел и выдавил:

– Сто восемьдесят пять.

– И людишек семей сорок? – будто прикидывая что-то в уме, продолжил свой подсчет мэтр.

– Сорок три, – заикаясь выдал мужик, моментально трезвея.

– Так это ж хорошо. Есть, где развернуться. У нас ведь в академии отчаянно не хватает учебного материала, а тут такой простор для деятельности! – едва не облизываясь, проговорил вкрадчиво Делакарва.

Староста затрясся и вдруг бухнулся на колени, касаясь лбом дощатого пола.

– Помилуйте, господин некромант! Попутал я спьяну! Все Олька проклятая виновата, девка пропащая! – голосил он, потихоньку подбираясь ближе к учителю. – Не губите! Пощадите деток малых! – мужик схватился дрожащими руками за высокий добротный сапог магистра и продолжил. – Моя только вина! Прощения просим! – вдруг староста замер на секунду и, резво подскочив, усадил не сильно сопротивляющегося мэтра за стол. – А мы вот вам сейчас и завтрак подадим, да такой, что сами высокие лорды позавидуют. Эй, Аниська! Неси давай окорок домашний, сыра головку, яиц, да каши! Хлеба не забудь утреннего, а не вчерашние сухари! – трактирщик не слишком успевал за сменой настроения местного руководства и только хлопал большими глазами. – Кому сказал? – гаркнул староста. – Пошевеливайся! – тут, наконец, мыслительный процесс Анисима заработал, и он не хуже моего Мрака одним прыжком сиганул в кухню исполнять распоряжение.

Когда послевкусие от плотного завтрака благостной полуулыбкой мелькнуло на лице Вермиона, хитрый староста завел, наконец, речь о деле:

– Вы уж не гневайтесь, господин некромант, не держите зла. Не просто так посмел я обратиться аж в саму столичную академию. Ведь и в город ближайший писал, чтоб прислали некроманта, да без толку. Тамошний управитель только отмахнулся, да прогнал взашей. У вас, говорит, и свои маги имеются. Мол, нечего занятых людей от дела отрывать. А мы уж после заката боимся за стеной остаться: то скотины не досчитаемся после выпаса, а то и вовсе два стража пропали. Крепкие, здоровые мужики были.

– Значит, ты уверен, что их нет в живых? – ухватил главное магистр.

– Дык сколько кровищи-то! Знамо дело, никому не выжить после такого, – пояснил Архип Игнатыч.

– Может, зверь дикий задрал? – не унимался Вермион.

– Обижаете, господин некромант. Артефакт у нас имеется особый. Кузнец наш, маг огня, прошел с ним в том месте-то проклятом, вот камушек и загорелся алым, что твоя кровь.

– Тогда проводи-ка меня к кузнецу, – распорядился Делакарва и поднялся. – Грегори, Мари, со мной. Остальные ждут здесь и готовятся к прогулке на кладбище.

Кузнец местный, здоровый мужик весьма угрюмого вида, молча выслушал старосту и показал нам тот самый артефакт, с помощью которого он определил присутствие нежити. Весьма простая, но действенная схема. Печать реагировала на эманации смерти, что излучали немертвые. Они еще некоторое время сохранялись в магическом эфире. Местным повезло, тут и стихийник справился.

– Вот что, любезный, – распрощавшись с кузнецом, обратился магистр к старосте, – проводи нас до вашего кладбища, а уж потом мы осмотрим место, где вы зафиксировали нежить. Кстати, давно это было?

– Почитай уж недели две, – с готовностью ответил Архип Игнатыч.

– Долго, можем не найти ничего, – задумчиво покачал головой мэтр. – Сейчас в трактир.

Собранные адепты уже ожидали нас у входа. Заплечные мешки с самым необходимым: несколько классических зелий и незаменимых артефактов, обычно еще накопители, ну и магическое оружие: у кого мечи, у кого секиры, девушки, как правило, предпочитали клинки с укороченным лезвием, более легкие, используя их в паре с кинжалом, например.

Быстро вернулась со своей сумкой и встала чуть позади всех. Грегори остался рядом со мной. Учитель только хмыкнул так понимающе.

– Веди! – зычно гаркнул он старосте. Архип сглотнул тяжело, утер взмокший лоб рукавом и повернул к воротам.

– Куда это ты, Архип Игнатыч, некромантов повел? – спросил главу самый смелый из стражей.

– На кладбище, – буркнул тот, не останавливаясь.

– Спаси боги! – тихонько пробормотал мужик и поспешил задвинуть за нами тяжелую створку.

«Мрак!» – позвала своего скакуна. «Следуй за нами, но на расстоянии».

Чем ближе мы подходили к местному погосту, тем хуже мне становилось. Я на физическом уровне чувствовала эту жуткую, неправильную волшбу, что подрывала сами основы мироздания. Она, словно яд, все еще разъедала эфир, заставляя незаживающие раны на магической сфере Кенэна кровоточить снова и снова. Если их не закрыть, одни боги знают, что именно к нам может пролезть с той стороны. Шестикурсники лишь чувствовали незнакомую, но в общем родственную магию. Вермион молчал.

Горло перемкнуло, и я стала задыхаться, будто наяву почувствовав холодный камень под спиной и могильный холод острия изогнутого кинжала, пронзающего мою грудь, и невероятную боль от каждого надреза на теле, что вместе составляли какой-то жуткий рисунок.

– Мари! Мари! – отчаянно звал меня кто-то. – Очнись же!

Тяжелые веки медленно поднялись, и я моргнула, окончательно разбивая оковы кошмара, вновь терзавшего меня. Голова удобно покоилась на согнутом локте Грега, а сам он взволнованно вглядывался в мое лицо.

– Я в порядке, – прокаркала и попыталась подняться.

– Оно и видно, – проворчал обеспокоенно Вермион, подхватывая меня под руку. – Шестикурсники, разбиваетесь на пары и прочесываете кладбище квадрат за квадратом, – распорядился он, крепко удерживая меня за талию. – Ни во что не влезать самим. Звать меня. Это понятно?

– Да, магистр, – нестройным хором ответили адепты.

– Теперь ты, – он развернул меня к себе лицом и требовательно посмотрел в глаза. – Рассказывай!

– Снова тот же кошмар, что я видела на поляне в лесу перед встречей с умертвием, – призналась ему.

– Что за кошмар?

– Меня убили, – выдохнула чуть слышно, – весьма нетривиальным способом. Ритуал мне не знаком, но вот сила, что пробудил убийца, поистине пугающая, жуткая. Ей не место в нашем мире. Думаю, немертвый воин, напавший на нас, был поднят при ее непосредственном участии. Причем, это, так сказать, побочный эффект, а вот в чем был главный смысл ритуала, я не могу понять. Здесь, в этом самом месте эфир слишком сильно напитался скверной, он взывает ко мне, молит о помощи, но как очистить его, мне не ведомо.

Выслушав мои несколько сумбурные объяснения, Вермион задумчиво произнес:

– Я не вижу того, о чем говоришь ты, но чувствую инородную мощную магию. Еще там на поляне мне посчастливилось ухватить фрагмент и сделать слепок. Боюсь, здесь ждут нас вещи более ужасные, чем пропажа скотины и смерть двух стражей от лап лесной нечисти. Будь готова, – решительно кивнула в ответ.

– Господин некромант! Господин некромант! – кричал староста, петляя между надгробий не хуже перепуганного зайца. – Там… меня… послали… – задыхаясь, пытался объяснить он, но в этом более не было нужды.

Где-то за покосившейся оградой раздалось зловещие ржание Мрака, неправильный ядовито-зеленый туман пробирался из самого центра кладбища, стремясь поглотить незадачливых путников, земля застонала и вспучилась, выпуская длинные когтистые лапы.

– Упыри… – произнесла напряженно и призвала свой меч.

Глава 8

Их было слишком много, будто каждый мертвец, похороненный здесь, переродился, становясь кровожадной нежитью. Высокие и тощие с вытянутыми головами. Мощные челюсти идеально подходят для разгрызания костей. Не слишком длинные, но весьма крепкие когти. Ими мертвяки разрывают могилы и рвут тела. Упыри – падальщики, питаются трупами, но такая большая стая вполне может вырезать всю деревню, чтобы начать свой пир, а потом разбрестись по лесам, убивая случайных путников, если их не остановить. Яд в их слюне и на когтях трансформирует убитого в такую же нежить. Уничтожив два-три больших поселения, стая может превратиться в небольшую, но очень опасную армию.

– Мари? – напряженно позвал магистр, и я поняла его без лишних пояснений.

Он хотел, чтобы я воспользовалась магией смерти и уничтожила нежить одним ударом.

– Не могу, – покачала головой. – У них нет точки перехода, и нити оборвать не выйдет, совсем как с тем умертвием.

Но кое-что мне все же по силам.

«Мрак! Ко мне!» – из леса стремительно вылетел мой скакун. «Уничтожить!» – и поставила метку на ближайшего упыря. Теперь конь не успокоится, пока не перебьет всех до единого. Местная нежить хоть и сильна, но с откушенной головой не представляет никакой угрозы.

– Нам нужен запирающий контур! – рявкнул Вермион, хватая за шкирку пытавшегося улизнуть старосту.

– Пустите! – завопил тот дурным голосом.

– Здесь с нами тебе будет безопаснее. Кто знает, что еще вырвалось на свободу в ваших лесах? – объяснил магистр, хорошенько встряхнув местного главу.

Щедро зачерпнула магии смерти и прочертила линию вокруг кладбища, закрывая нас всех внутри вместе с нежитью. Магическая линия вспыхнула и поднялась к небу зловещим фиолетовым пламенем. Любой, кто попробует пройти, будет испепелен на месте.

Меж тем Делакарва бросился в центр большого погоста, умело раскидывая упырей в стороны. Навершие его посоха сверкало, рассылая смертельные магические сгустки. Сразу за ним резво бежал Архип Игнатыч, я замыкала.

Вдруг староста споткнулся и кулем повалился на землю, а его нога в добротном, хоть и пыльном сапоге оказалась в плену цепких когтистых лап.

– Мама! – завопил он. – Помогите! – мужик пытался выдернуть свою конечность, но куда там.

Подбежала и, размахнувшись, отрубила лапу по локоть, освобождая главу из плена. Чуть впереди метрах в пятидесяти сражались шестикурсники, стоя спина к спине. Сверкали магические вспышки, слышался лязг оружия.

– Где Карвер? – оглядывая адептов цепким взглядом, спросил Вермион.

– С Лукасом, Закарией и Никоном в том конце, – бросил Грегори, указывая рукой куда-то в небольшой пролесок.

– Мари, их нужно вернуть, – собранно произнес магистр, отбиваясь сразу от пятерых.

– Мэтр, отправьте меня с Брандэт! – рыкнул Грег, снося своей двойной секирой голову очередному упырю.

– Ты нужен здесь! – ответил Делакарва, испепеляя нежить некромантскими молниями.

– Мрак! – крикнула громко. На зов явился мой скакун. Черная лоснящаяся морда перепачкана темной с зеленью кровью упырей, на крупе свежие следы когтей. Ему они не страшны, только шкуру чуть попортили. Конь, разгоряченный битвой, громко фыркал и приседал на задние ноги. – Вперед! – скомандовала ему, становясь рядом, и мы стали пробиваться к пролеску.

Скакун топтал упырей копытами, рвал зубами, сминал широкой грудью, я не отставала, размахивая мечом и сжигая мертвяков магией. Нам оставалось совсем немного. Уже видны были сосредоточенные, бледные лица парней, окруживших сгорбившуюся на земле фигуру Элизы. Она сидела на коленях и тихонько подвывала, раскачиваясь из стороны в сторону, и вдруг страшно закричала, едва заметив меня.

– Ты! Это ты во всем виновата! – брызгая слюной, вопила девушка. – Из-за тебя мы все тут сдохнем, как собаки! А я не хочу! – громко всхлипнула она. – Я домой хочу-у-у-у! – завыла Карвер и, резко поднявшись на ноги, бросилась в сторону моего запирающего контура.

– Куда? – кричали мужчины ей вслед. – Остановись, дура! Погибнешь ведь!

Закария, серьезный и очень дотошный на занятиях, решительно развернулся, собираясь оставить друзей и бежать за девушкой.

– Не справишься, – бросила я, становясь у него на пути.

Эта ненормальная уже преодолела значительное расстояние. Но и ее инерции совсем скоро не хватит, и она окажется один на один с нежитью, имея при себе лишь собственную магию, да и та была на исходе.

– Мрак, верни ее, – скомандовала коню, – живой и невредимой, – это было важное уточнение. Пусть с ней потом магистр разбирается. – Держим оборону, – процедила сквозь зубы, становясь рядом с уставшими шестикурсниками.

Закария бросил на меня уважительный взгляд и метнул свой магический кинжал куда-то мне за спину. Обернулась, перед моим лицом осел упокоенный упырь. Кивнула в ответ, возвращая оружие владельцу. Учитывая скорость, с которой пустели источники ребят, совсем скоро пользоваться магией смогу только я, ну и магистр, конечно. Единственный выход, который я видела – сжечь тут все дотла пламенем смерти, как когда-то на полигоне в академии, но для этого нам придется вернуться к основной группе адептов.

«Мрак! Быстрее!» – сбоку послышался оглушающий визг.

Вот и он, слава богам. Мой конь ухватил зубами куртку Элизы и перекинул девушку через свою спину, как мешок. Скакун развернулся, лягая мертвяков ногами и прыгнул вперед. Карвер вцепилась побелевшими пальцами в седло и, наконец, замолчала.

– Отходим! – скомандовала парням. – Я прикрываю. Держитесь за Мраком!

Вот так мы и двинулись обратно. Бросила назад сдерживающий щит. Это остановит мертвяков не на долго.

– Живее! – гаркнула и припустила со всех ног.

Завидев моего коня с ношей на спине, а потом и нас, Вермион тихонько выдохнул с облегчением.

– Жива? – только и спросил он, указав головой на Карвер.

– Жива, только не в себе, – буркнула я в ответ. – Магистр, – снова обратилась к нему, – нам не справиться обычными методами, нас слишком мало, у ребят силы на исходе.

– Бабуля? Ну ты-то куда? – вдруг удивленно воскликнул Архип Игнатыч, выглядывая из-за спин шестикурсников и привлекая наше внимание к упырю с блеклыми стеклянными бусами на шее.

Некроманты нервно хохотнули.

– И как ты узнал-то ее? – хмыкнул Грегори.

– Дык бусы вот эти самые ей дед мой привез с ярмарки. Во всей деревне не было таких, – гордо заявил староста, несколько разряжая обстановку.

Вермион воспользовался ситуацией и шепнул тихонько мне на ухо: «Действуй».

Словно дирижер незримого оркестра, повела руками, призывая саму смерть. В моих фиалковых глазах заклубилась тьма, зловещие фиолетовые всполохи в волосах придавали моему образу потусторонний шарм. Земля под ногами покрылась тонким ледяным узором, изо рта вырывались облачка пара. Все вокруг смолкло, преклоняясь перед повелительницей смерти, и даже упыри замерли на несколько мгновений, остатками разума ощущая мою мощь. На кончиках пальцев полыхнули язычки черного пламени. Стекая на мерзлую землю, они с яростным гудением вырастали, устремляясь безжалостной волной в стороны, уничтожая все на своем пути, оставляя лишь грязный пепел.

– Ч-ч-что это? – заикаясь, шепотом спросил Архип Игнатыч.

– Смерть, – ответила я низким, безжизненным голосом, разворачиваясь на мгновение к нему.

Староста задрожал всем телом и опустился на колени, осеняя себя божественным знаком. Адепты сосредоточенно молчали. Через минуту все было кончено. Очищающий огонь встретился с запирающим контуром и истаял легким дымом. Это место теперь мертво, кроме крошечного пятачка земли, где стояли мы, но и его со временем поглотит мрачное ничто. Еще долгие века здесь не вырастет ни одной травинки. Абсолютная пустота и безмолвие.

– Нам нужно уходить, – тихо произнес Вермион и аккуратно сжал мое плечо. Я вздрогнула, приходя в себя. – Переждем в деревне. Нужно убедиться, что опасности больше нет.

– Опасности нет? – звонкий крик Карвер разорвал в клочья этот странный момент. – Да мы тут все будущие трупы из-за вас, магистр! Вы не имели права тащить нас в эту глушь! Знаете, кто мой отец? Я буду жаловаться самому императору! Вас и вашу академию разберут по камушку, а она… – закончить свою мысль Элиза уже не успела.

Хлесткая пощечина заставила адептку замолчать. Девушка прикрыла ладонью заалевшую щеку и расширенными от страха глазами смотрела на мэтра.

– По возвращении вы будете исключены из Высшей Магической Академии империи Мадрас, – отрезал он. – И никакой советник императора не сможет повлиять на это решение. Кроме прочего, вас будут судить за дезертирство. Вы трусливо оставили поле боя и бежали прочь.

Карвер тяжело сглотнула и заискивающе пролепетала:

– Магистр, я вовсе не это имела ввиду… и прошу прощения за свою несдержанность.

Делакарва ничего не ответил ей, но все, и даже сама Элиза, понимали: он ни за что не изменит своего решения. Все маги империи, а уж некроманты в первую очередь, были приравнены к офицерам армии. Соответственно, все, что сказал Вермион, справедливо. А в случае с Карвер отец-советник является скорее отягчающим обстоятельством. Вряд ли он станет выгораживать свою дочь, рискуя собственной карьерой.

– Возвращаемся! – скомандовал магистр и первым пошел по хрустящему, словно снег, пеплу. Мы с Мраком привычно замыкали.

– Госпожа, – вдруг раздался рядом благоговейный голос Архипа Игнатыча, – благословите, госпожа, – он покорно склонил лохматую голову и даже попытался опуститься на колени.

Удержала его рукой и криво ухмыльнулась. Просить благословения у смерти – это что-то новенькое. Все же какой отчаянный мужик! Посмотрела линию его жизни. Богиня еще очень нескоро явится за ним. Легко качнула рукой, отодвигая окончание пути еще немного.

Он благодарно склонил голову и радостный побежал в начало нашей не слишком большой колонны к магистру Вермиону.

И только одна мысль не давала мне покоя всю обратную дорогу: это было не то кладбище.

– Как это не то? – спросил магистр, усаживаясь напротив меня за столиком у окна в деревенском трактире.

– Вот так. Уверена, что в первом и втором своем кошмаре я видела два разных погоста. Причем первый явно старше, скорее заброшенный. Покосившиеся ограды, завалившиеся надгробия, – объясняла ему.

– Анисим! – зычно позвал хозяина Делакарва.

– Чего изволите? – искомый тут же оказался рядом.

– А скажи-ка нам, любезный, старое кладбище давно забросили-то? – спросил его мэтр.

– Дык почитай без малого восемьсот годков, как бабку местной травницы схоронили, – охотно ответил трактирщик. – Поговаривают, – наклонился он над столом и продолжил заговорщическим шепотом, – водила она с нечистью лесной дружбу. Только ее в землю-то положили, как тут же могила и закрылась сама собой, да камень на ней возник из ниоткуда уж больно диковинный: весь в письменах черных. Вот народ и побоялся туда ходить, а самые смелые рассказывали, что хозяин лесной никого за ограду и не пускает. С тех пор пришлось нашим новое кладбище заложить.

Мы с магистром азартно переглянулись, уже зная, куда именно отправимся этой ночью…

Глава 9

Магистр Делакарва вновь был задумчив. В очередной раз эта хрупкая девочка спасла их всех. Исход сегодняшней битвы на кладбище был предопределен: силы мага физические и магические не бесконечны. Рано или поздно даже он вычерпал бы себя до капли, и оставалось лишь одно, последнее средство, чтобы не допустить гибели людей. Добровольный уход за грань, когда маг уничтожает собственный источник. Огромная энергия, что высвобождается из тела, убивает все в радиусе от ста метров до нескольких километров, зависит от его прижизненной силы. Он бы смог уничтожить армию упырей и защитить юных некромантов и жителей деревни ценой собственной жизни, но этого не потребовалось. Мари, девушка с глубокими фиалковыми глазами, повелительница смерти, снова вытащила их. А ведь он помнил, как обрабатывал ссадины на ее разбитых коленках и вытирал слезы. Как утешал, когда не выходило освоить то или иное плетение. Эта бойкая девчушка каким-то непостижимым образом умудрилась пробраться в черствое сердце старого некроманта и прочно обосноваться там. Стала единственной дочерью, которой у него никогда не было. Он любил ее, как умел, редко проявляя нежность, но его подопечная очень ценила каждый такой момент.

Сейчас мэтр никак не мог прийти к правильному решению. Отправить бы шестикурсников домой в столицу, чтобы больше не подвергать их жизни опасности, а самому с Мари остаться здесь. С другой стороны, ошибка – оставлять их без присмотра опытного некроманта. Неизвестно, что еще может бродить по окрестным лесам. Это странное, запутанное дело не давало ему покоя. Вермиону думалось, что все, увиденное здесь, – только начало чего-то более зловещего и грандиозного. Бросить начатое на полпути он тоже не мог себе позволить. Придя к шаткому компромиссу, мэтр развернулся, выискивая глазами высокую фигуру негласного лидера шестикурсников.

– Грегори, – позвал некроманта Вермион, – этой ночью остаешься за старшего. Выставишь посты, и кто-то обязательно должен быть рядом с Карвер. Не позволяйте ей наделать глупости.

– Могу я узнать, куда вы направляетесь? – аккуратно спросил Грег, подходя к столу магистра.

– Кладбище, на котором мы сегодня были, – не единственное здесь. Есть еще одно заброшенное, вот его-то мы и намерены проверить, – ответил мэтр.

– При всем уважении, учитель, ночь – не самое лучшее время для подобной прогулки, – попробовал отговорить Делакарву адепт.

Остальные шестикурсники с интересом подходили ближе, вслушиваясь в их разговор.

– О, не волнуйся за меня, Грегори, со мной ведь будет Мари, – ехидно оскалился магистр.

– Именно поэтому я тоже иду с вами, – упрямо заявил некромант.

– Не идешь! – отбрил Вермион.

– Мы можем препираться здесь до утра, а можем не тратить времени и отправиться прямо сейчас, – вновь наседал Грег. Я протянула руку и слегка сжала по-мужски широкую ладонь адепта. Он с удивлением и нежностью посмотрел на меня.

Раздраженное фырканье заставило нас обернуться. Ну, конечно! Карвер! Кто же еще?

– Учитель, – потеряв интерес к истеричной барышне, решила предложить Вермиону весьма здравую, на мой взгляд мысль, – что если нам всем отправиться на кладбище?

Делакарва задумался, поджав губы, и я прекрасно понимала его. Магистр не мог оставить шестикурсников одних без присмотра, но и не наведаться на погост – тоже. Вывод напрашивался сам собой…

– Два часа на отдых, и выдвигаемся, – сердито буркнул он и резко поднялся.

Адепты не двинулись с места, обдумывая безрадостные перспективы.

– Время пошло! – гаркнул мэтр, и все пришло в движение.

Бледная луна дрожала и пряталась за тучи. Ледяной ветер раскачивал верхушки деревьев, будто играя, перепрыгивал с ветки на ветку. То проберется под куртку, то сыпанет трухи за шиворот, то хлестнет по лицу сочной листвой. Еле угадывающаяся тропинка петляла между деревьев, уводя нас все дальше от защиты надежных стен.

– Ежели напрямки, быстрее будет, – объяснял староста. – Минут пятнадцать шибким шагом, и на месте.

Преодолев небольшой овраг, выбрались с той стороны.

– Вон она, полянка-то, – махнул рукой деревенский глава в сторону просвета между деревьями.

– Приготовились! – скомандовал Вермион. – И чтобы тихо мне!

Мы, крадучись, двинулись вперед. На поляне, сколько хватало глаз, стояли надгробные плиты, кое-где покосившиеся или упавшие от времени. Разрушенная местами ограда, точь-в-точь та, что виделась мне во сне. Камень, нужный нам, я увидела сразу. Он лежал у самого входа на осевшем холмике могилы. Как и говорил трактирщик, абсолютно черный, весь изрезанный знаками и неизвестными мне схемами. Знакомый такой…

Магистр запустил поисковый импульс… потом еще один… и еще… с удивлением отмечая, что на кладбище все в полном порядке. Кому положено, спокойно лежат себе на своих местах, вовсе не собираясь перерождаться. Только странная завеса, отделяющая погост от леса, будто охранный контур, но не он. Неужели и здесь Анисим оказался прав? Что же это может быть?

Вдруг прямо из надгробия показалась изящная полупрозрачная рука, а следом за ней и ее владелица – статная красивая женщина в длинном сарафане и тонкой рубахе. Волнистые волосы водопадом укрывали изящную спину до самого пояса.

– Что ж ты натворил, ирод проклятый! – запричитала она, оглядываясь вокруг.

– Призрак, – констатировал Грегори и начал выплетать магическую сеть.

На мой взгляд скорее дух, причем безобидный. Я это чувствовала.

– Постой, – попросила его, кладя ладонь на напряженное предплечье. – Она не причинит нам вреда.

– Чтоб я сдох! – шепотом воскликнул Архип. – Это ж Агафья – бабка нашей Матрены-травницы.

– Вот это бабка! – тихонько присвистнул Оливер, тот еще шутник и весельчак.

Магистр недовольно цыкнул на него, призывая сохранять тишину.

Вдруг женщина замерла и медленно оглянулась, пристально всматриваясь в толстые стволы, будто искала кого-то.

– Фрол! – всплеснула она руками. – Фролушка! Пришел-таки! Любый мой!

Самое могучее дерево распрямилось, вытягивая массивные ветви вверх, и двинулось к покосившейся ограде, постепенно уменьшаясь на ходу. Корни стали стройными ногами в добротных сапогах, ствол – мощной грудью и широкими плечами, сучья – крепкими руками… и вот навстречу потусторонней красавице шагает хозяин лесной. Его скуластое лицо с темной щетиной на щеках было полно невыразимой печали.

Он остановился и с глубокой тоской взглянул в полупрозрачные глаза Агафьи.

– Не мог не прийти, горлинка моя, – горько вздохнул леший и замолк.

Им не нужны были слова. Даже смерть не стала помехой их любви.

– Выходи, юная повелительница, – потребовал дух, с трудом отрываясь от своего мужчины и поворачиваясь в нашу сторону. – Я знаю, что ты здесь.

Стоило мне сделать шаг вперед, как Грегори рванулся следом, прикрывая меня своим телом от возможной опасности. Зашумел ночной лес, застонали деревья, склонившие гордые спины к самой земле.

– Человек! – загрохотал хозяин сердито сдвинув брови. – Как посмела ты, смертная, явиться в заповедное место?

– Да полно тебе, Фролушка! – недовольно буркнула Агафья. – Али совсем одичал в лесу-то своем? Не чуешь, кто перед тобой?

Леший подслеповато прищурился, только зрение у него острое, и видеть ему дано порой даже больше, чем обычному магу.

Ветер вдруг утих, возвращая покой и тишину. Фрол низко поклонился и произнес:

– Не гневайся, наместница богини. Недобрые дела творятся вокруг, вот и любушку мою потревожили, осквернили камень волшбой лютой, страшной.

– Вам что-то известно? – напряженно спросила его.

– Нет, – с сожалением вздохнул леший. – Нелюдь поганый обманул круг мой заговоренный, не поспел я к сроку, да и будто не пускало меня что-то сюда, кругами водило. А добрался, так поздно уже было. Одно скажу, – подумав, добавил лесной хозяин, – смертью тут провоняло все, уж прости повелительница, не хорошей, не правильной. Жертва была принесена. Для чего? Почему? Того не ведаю.

– Значит, говорите, не человек это был, – вмешался магистр, становясь рядом.

– Точно так, – ответил Фрол.

– Может, из ваших кто? – допытывался Вермион.

– Не, не похоже. Да и не под силу лесным хранителям сотворить такое, – задумчиво проговорил мужчина.

– Вы не против, если мы сами посмотрим? – спросил мэтр.

– Смотрите, чего уж, а мы с Агафьюшкой посекретничаем пока, – милостиво махнул рукой леший.

Это точно был тот самый камень, на котором я умерла во сне, и он до сих пор фонил незнакомой мне магией.

– Не стихийник, точно, – вынес свой вердикт Делакарва.

– Но и не некромант, – вторил ему задумчиво Грегори. Кое-кто из адептов согласно закивали.

– И у нас остается целитель? – сама удивилась абсурдности собственной идеи. Эти маги с трудом переносят страдания других, а уж чтобы убить кого-то…

– Да он бы скорее сам тут в обморок грохнулся, а не жертву принес, – хохотнул шутник-Оливер.

– Верно, адепт, – нахмурившись, покивал Вермион.

– Тогда у нас закончились варианты, – внесла свое слово Александра Макнорман.

Магистр ничего не ответил, только извлек из своей походной сумки несколько флаконов. Осторожно откупорил крышечку с первого и капнул несколько капель ярко-оранжевой, словно живое пламя, жидкости на надгробие. Упав на каменную поверхность, они замерли, будто в нерешительности, а потом, вытянувшись в тонкую линию, стали рисовать странные символы: один… второй… а на третьем задрожали и с треском испарились.

– Что это, учитель? – с любопытством спросил Фредерик.

– Магический след сотворенного заклинания, – ответила ему вместо мэтра, – слепок, если угодно. А зелье – проявитель остаточного отражения.

– Верно, Мари, – довольно покивал Вермион.

– Только в нашем случае, оно не слишком-то помогло. Неизвестный поставил блок и попытался зачистить все за собой. Еще бы день, и мы бы и этого не смогли обнаружить, – добавила к вышесказанному.

– И что же вы нашли? – нетерпеливо выглядывая из-за спин шестикурсников, спросил Леон.

– Символы мне не знакомы, – сосредоточенно нахмурившись, ответил Делакарва, – но нам теперь есть с чего начать.

Архип Игнатыч тихонько притаился чуть в стороне, чутко прислушиваясь к нашему разговору.

– Как же быть-то тогда, господа некроманты? – решив что-то для себя, вдруг выдал глава. Кто-то творит у нас дела лихие, а вы, стало быть, изловить не можете ирода окаянного?

А староста-то осмелел как! То визжал от страха и удирал с кладбища, теряя сапоги, теперь же претензии высказывает.

– Почему же не можем? Можем, – не согласился с ним мэтр. – И изловим обязательно, Архип Игнатыч. Ты давай-ка в сторонке постой, не мешай нашей работе. А вы, господа некроманты, – обратился он к адептам, – пройдитесь по могилам и запирающие печати поставьте, чтобы кому из местных не взбрело в голову погулять среди живых.

– Повелительница! – окликнула меня Агафья. Я повернула голову и подошла ближе. – Фрол говорит, не спокоен лес.

– И как это понимать? – переспросила, услышав странную фразу.

– Ты же видела, что с новым кладбищем стало? – кивнула согласно. – А таких по округе-то нашей в каждой деревне.

– То есть, вы хотите сказать, что все погосты поднимутся? – со страхом спросила ее, но смотрела требовательно на хозяина.

– До столицы вашей, конечно, далековато будет, но в Милосских лесах шуму много наделать могут, – протянул он, мысленно прикидывая варианты.

– Сколько ближайших крупных деревень? – замирая внутри, спросила Фрола.

– Дык пяток будет, – почесав в затылке, ответил оказавшийся рядом Архип Игнатыч. – А ежели дальние брать, так и десяток наберется.

Так себе перспективка!

– Магистр! – взволнованно окликнула Вермиона, пока адепты разбрелись в разные стороны, чтобы установить печати. – У нас проблемы, – и пересказала подошедшему учителю услышанное.

– Нужно вызывать подмогу из Райтона, – решительно припечатал он. – Немедленно!

Глава 10

Делакарва отошел в сторону и устроился прямо на земле. Пошарив в своей сумке, он достал резную деревянную шкатулку очень тонкой работы. Крышка тихонько щелкнула. Внутри оказались небольшие листы бумаги, издающие мягкое голубое сияние. Там же обнаружилась палочка с заостренным концом, похожая на самый обыкновенный магический стилус, только уменьшенного размера. Вермион придирчиво перебирал имеющиеся листы, пока не нашел тот самый. Прямо на колене он вывел на нем послание, а затем подбросил в воздух, шепнув что-то. Клочок бумаги ярко вспыхнул и исчез. Очень надеюсь, что адресат получит его, в противном случае, остается рассчитывать только на мой дар, что я сумею вернуть всех погибших.

– Магистр, – прервал напряженную тишину Грегори, – мы закончили.

– Прекрасно! – встряхнулся Делакарва и поднялся. – Скоро рассветет. Нам всем нужно хоть немного отдохнуть…

«Совсем скоро будет не до отдыха», – так и повисло в воздухе, но пока об этом знали только мы с учителем. Остальные же пребывали в счастливом неведении.

Попрощавшись с духом травницы и хозяином леса, обещавшего помощь лично мне, правда под давлением своей возлюбленной, двинулись в обратный путь. В гнетущей тишине каждый думал о своем. Будущее страшило, чего уж. Что, если не справлюсь? Подведу кого-то? Цена моей ошибки слишком высока – человеческая жизнь, а, может, и не одна.

В трактире хмурый Вермион погнал всех отдыхать, а сам занялся защитой деревни. В свете открывшихся обстоятельств нужно было что-то посильнее обычного сигнального контура от нежити.

– А я смотрю с Нижних Подтоплянников сегодня никого не было. Их питейное заведение – дрянь, не то, что у нашего Анисима. Вот и бегают к нему взять поллитру навынос, – рассеянно пробормотал Архип Игнатыч и попрощался до утра.

Убедившись, что все разошлись, не смея ослушаться приказа учителя, тихонько прошмыгнула в прохладную ночь и дальше мелкими перебежками до стены. С воротами оказалось сложнее. Бдительная стража никак не хотела меня выпускать.

– Не велено, – угрюмо твердили они, преградив мне путь.

Не призывать же Мрака сюда!

– Куда-то собралась, Мари? – неожиданно раздался за спиной ехидный голос Вермиона.

– Да, учитель, – ответила прямо, глядя ему в глаза. Магистр выглядел уставшим. – Мне нужно проведать своего коня.

– Коня? – раздались удивленные шепотки местных мужиков. – Вот дурная девка! Кто ж животину на ночь в лесу оставляет? Небось теперь одни копыта и найдешь! – забавлялись они.

– Хотела бы я посмотреть на того, кто попытается обидеть мою лошадку, – проговорила зловеще и оскалилась.

Стражники отпрянули, осеняя себя божественным знамением, а магистр тихонько рассмеялся.

– Иди, – согласился он. – Только не геройствуй. Если что, сразу возвращайся.

– Да, учитель, – согласилась покладисто и вышла за ворота.

Едва зайдя в лес, позвала свою ручную нежить. Мрак подкрался бесшумно, как и всегда. Погладила шелковую гриву и придирчиво посмотрела в черные глаза с фиолетовыми всполохами. Мол, рассказывай: не тронул ли кого из живых.

Тот фыркнул обиженно. Только хищником мелким перебился. Да, останься мы тут подольше, и местную популяцию волков можно изрядно проредить. Мой конь, считай, всеяден. Если не делюсь с ним силой, возьмет энергию у живого существа. Приложила ладонь к широкой мощной груди и направила поток своей магии Мраку. Он благодарно заурчал, словно кот, и зарылся бархатными ноздрями мне в шею.

– Тебе будет особое задание, дружок, – произнесла серьезно. – Никто не должен подобраться к Верхним Подтоплянникам незаметно.

Конь, как и всегда, кивнул согласно и умчался исполнять приказ, я же вернулась в город. Мрак не подведет.

Спать не хотелось совершенно. Быстро приняв ванну, спустилась вниз в зал и устроилась за столиком у окна, возвращаясь воспоминаниями к занятной паре, что мы встретили сегодня на кладбище.

Их любовь, не склонившаяся даже перед самой смертью, всколыхнула что-то давно забытое внутри, спрятанное за семью самыми сильными печатями. Огонь, пылавший в груди, прогорел дотла, оставляя лишь тонкое горькое послевкусие. Отболело… а тогда казалось, что какая-то часть меня, очень важная часть, умерла под подошвами дорогих эльфийских сапог из тонкой кожи. Мне пришлось собирать себя заново, наращивать броню. Если бы не Алеандра и Вермион, я бы еще долго баюкала истерзанное, разбитое сердце.

Уже прошло два года, а лишь одна только мысль о том, чтобы подпустить к себе кого-то ближе, чем на расстояние вытянутой руки, вызывает почти панику. Но что, если просто попробовать? Дать себе шанс? Быть может, я не испытаю больше невероятный взрыв страсти, когда тело замирало от восторга, а сердце билось так быстро, что, казалось, выпрыгнет из груди. Возможно, так уже не будет никогда, но это не значит, что не может быть по-другому.

Так глубоко ушла в себя и не заметила, что больше не одна.

– Ты почему не спишь? – мягко спросил Грегори, нависая над столом своей крепкой фигурой.

В неверном свете бледнеющей луны он выглядел иначе. Жесткие, грубоватые черты лица стали мягче, в глубоких серых глазах появился загадочный блеск. Он провел широкой ладонью по волосам, приглаживая непослушные пряди назад. Простая рубашка очертила широкое предплечье и напрягшийся бицепс. Пожалуй, раньше у Грега был бы неплохой шанс впечатлить меня. Может, теперь мой удел в другом? Просто решиться и позволить себе новое, открыться наконец! Нельзя разрушить то, чего уже нет, а, значит, и терять мне больше нечего. Я слишком долго была одна, настало время это исправить, ведь еще одного шанса может и не быть. А так хочется тепла…

Поднялась, невнятно пожимая плечами, и шагнула к нему. Близко… слишком… Запах свежести, чистого мужского тела, чего-то травяного с капелькой меда закружили, вынуждая жадно втягивать носом воздух. Несмело скользнула ладошкой по высоко вздымающейся груди, проследила кончиками пальцев вырез на рубашке, касаясь гладкой теплой кожи. Грег вздрогнул, я подняла глаза, погружаясь в серые омуты. Там в глубине словно закручивались вихри и сверкали молнии. Эта буря вот-вот вырвется наружу и поглотит меня целиком, без остатка. Какая-то бесшабашная решимость толкнула вперед, и я смело прижалась губами к приоткрытому рту, давая толчок настоящему безумию.

Грегори медленно оторвался от меня и посмотрел внимательно, с болезненным неверием. Открыто взглянула в ответ, опуская перед ним свою броню. Вот она я, вся здесь, перед тобой.

Шершавые пальцы удивительно нежно и чутко скользнули по моей скуле, все еще давая шанс отступить. Зачем? Я все для себя решила. Мой шаг вперед, руки пробрались под свободную рубаху и поднялись вверх по спине, оглаживая и сминая рельефные мышцы. С глухим стоном Грегори смял мои губы, проникая языком. Ладонями он лихорадочно шарил по моему телу. Его жадный рот спустился на шею, вычерчивая огненную дорожку вниз к ключицам. Рванул ворот, оголяя плечо, до жалобного треска ткани. Откинула голову назад, открывая ему еще больше доступа.

– Мари, девочка моя! – исступленно шептал Грег, обжигая жаром большого сильного тела, и я тянулась к нему, как нежный бутон к солнцу. – Как же я мечтал о тебе, но не смел сказать о своих чувствах!

Его пальцы зарылись в волосы и потянули назад, укладывая меня на стол, а затем он медленно, красуясь, задрал одной рукой тонкую ткань, а второй скользнул по рельефному прессу вниз прямо к выдающемуся бугру в паху. Сжав себя через легкие штаны, Грегори зашипел и закатил глаза. Облизнула враз пересохшие губы и поднялась, буквально срывая с него рубашку. Жадно прильнула к идеальному телу, скользя губами и языком по упругой коже, наслаждаясь ее вкусом. Прикусила маленькую бусину соска. Грег вскрикнул, скорее от неожиданной интенсивности ощущений, чем от боли.

– Тише! – хохотнула ему в грудь. – Не то на наше представление сбежится посмотреть весь шестой курс. Нам же не нужны свидетели? – подняла на него улыбающиеся глаза и, дернув завязки штанов, опустила руку на горячую подрагивающую плоть. Член толкнулся в мою ладонь, и я понятливо сжала его сильнее, проводя сомкнутыми в кольцо пальцами до самого основания внушительного ствола.

– А ты – большой мальчик, – протянула в предвкушении.

Полные губы растянулись удовлетворенно, и он уложил руки на мою грудь, осторожно поглаживая и растирая соски. Довольно застонала, ощущая, как те напрягаются, сжимаясь в плотные камушки. Грег наклонился и вобрал один в рот, с силой всасывая. Я подвинулась еще ближе к нему и развела ноги шире, так правильно прижимаясь к влажной головке.

– Пожалуйста, – молила его.

Изголодавшееся тело требовало, чтобы он немедленно взял меня, проникая так глубоко, как только возможно. Не мучая больше, в два движения он избавил меня от штанов и белья и, раздвинув мои колени, нетерпеливо провел пальцами по раскрытой набухшей сердцевине. Поднял руку выше и жадно облизал их, поблескивающих от моей смазки.

– Вкусная, – счастливо проурчал он и приставил влажную плоть к входу, а потом осторожно надавил рукой, проникая совсем чуть-чуть.

Мышцы нехотя растянулись, принимая толстый член. Его ладонь легла мне на поясницу и надавила, насаживая на себя.

– Да-а-а-а-а-а, – протяжно простонала я.

– Тише, – прошептал он, прижимаясь губами к моим.

Грегори замер, а потом с оттяжкой резко ударил бедрами, выпивая мой звонкий крик. Его яйца с влажным звуком ударились о мои ягодицы.

– Вот так, – хрипло выдыхал он, вколачиваясь в мое нутро все сильнее. Член легко двигался по влажной плоти, податливой и жадной. Я не хотела отпускать его, приветствуя каждый мощный толчок, а Грег вбивался в мое тело все быстрее.

Член моего любовника будто стал еще больше. Несколько мелких ударов и один в самую глубину… до конца… до предела… Запрокинув голову, я зажмурилась, чувствуя отчаянно сокращавшимися мышцами освобождение Грегори.

Не знаю, сколько мы так простояли, не решаясь разрушить этот пронзительный момент единения, и не подозревая, что у нас все-таки был свидетель. Хрупкая девичья фигурка, мелькнув на самой вершине лестнице, бесшумно растворилась в предрассветных тенях.

Мне казалось, мы проспали на сеновале не больше пары часов, но в щели не слишком плотно подогнанных досок уже вовсю пробивались лучи яркого солнца. Открыв глаза, не сразу поняла, откуда взялось это странное беспокойство и нервозность. Рядом спокойно спал Грегори, забросив одну руку за голову, второй он обнимал меня за плечо.

Зажмурилась, пытаясь прогнать липкую паутину сна, какие-то неясные образы и тени. Но вдруг встрепенулась. Это вовсе не сон, а то, что видел мой Мрак и теперь старался дотянуться до меня мысленно, чтобы передать пугающие картинки: целая армия нежити под предводительством рыцарей смерти двигалась по направлению к деревне, и у нас не больше суток, чтобы подготовиться…

Глава 11

– Грег! Просыпайся! – тихонько позвала его, но он только смешно наморщил нос и отвернулся, демонстрируя широкую спину со следами от моих ногтей.

Потянулась, касаясь подушечкой пальца покрасневших линий, и зарделась, вспоминая, что мы творили в общем зале трактира.

– Грегори, вставай! – попыталась еще раз – безрезультатно.

Довольно мурлыкнув что-то под нос, он сладко вздохнул и, вернувшись в прежнее положение, сграбастал крепкими руками, прижимая к теплому боку.

– Дорайская плесень! – сердито засопела я. – Поднимайся! – и звонко хлопнула его ладонью по бедру.

– Мари, – буркнул недовольно Грег и приоткрыл заспанные глаза, – ну что ты такая неугомонная?

– Послушай, нам срочно нужно к магистру…

– Не-е-е-е-е, я не готов к подобным подвигам.

– Да о чем ты, вообще? – фыркнула, наконец, скатываясь с высоченного стога, заменившего нам постель.

Натянула штаны, оправила рубашку и зашнуровала ботинки. О том, чтобы вытащить соломинки из спутавшихся волос, не стоило и мечтать. Ну да ладно. Уверена, все уже в курсе. Светляк в мешке не утаишь. Кое-как пригладила волнистые волосы и поторопилась в трактир. Рывком открыла добротную дверь и замерла на проходе, выискивая глазами Вермиона. Магистр обнаружился в глубине зала. Они вместе с Архипом Игнатычем сидели у окна и о чем-то тихонько беседовали. Решительно направилась туда и уселась рядом с Делакарвой.

– Учитель, у меня новости, – произнесла, прерывая разговор.

– Надеюсь, хорошие. Плохих-то у нас хоть отбавляй, – буркнул мэтр.

– Вынуждена вас разочаровать, – и замерла, оглядываясь на старосту. Лучше бы нам обсудить все без посторонних.

– Говори уж, – разрешающе махнул рукой Вермион.

– Армия нежити под предводительством рыцарей смерти движется сюда. Максимум через сутки они достигнут деревни, – сказала я.

– Этого следовало ожидать. Думаю, всему виной заклинание, сотворенное на заброшенном кладбище, – мрачно констатировал учитель. – Откат от темной волшбы волной прокатился по эфиру, дергая, казалось, навечно запечатанные ниточки. Не берусь даже предположить, кого еще способны поднять всего лишь отблески ритуала. На моей памяти в Милосском лесу, да и на Независимых территориях нет ни одного захоронения могущественных некромантов, не то подбросила бы нам судьба-шутница еще и лича.

– О великие боги, сохраните и защитите нас! – осенив себя знамением, запричитал местный глава. – Госпожа, а в Нижних Подтоплянниках-то беда, – доверительно продолжил он, обращаясь ко мне. – Мы утречком с мужиками, кто посмелее, напрямки попробовали к соседям нашим пробиться, насилу ноги унесли. Мертвяки там кругом. Деревня в осаде.

– Только помочь мы им не сможем, особенно в свете последних новостей, – произнес Вермион угрюмо.

– Да как же это, господин некромант? – возмутился Архип.

– А вот так. Не имею я права сейчас людей отвлекать. Нам тут предстоит битва посерьезнее, чем простые умертвия, – ответил Делакарва.

– Неужто не справишься, повелительница? – спросил меня староста.

– Не твоего ума это дело, – рыкнул учитель сердито. – Лучше людей собери. Говорить с ними будем.

– Будет исполнено, – покладисто пробормотал глава деревни и поспешил на выход.

Магистр мучительно размышлял о чем-то, я не мешала.

– Можешь сказать, сколько их точно? – спросил он меня.

Отрицательно качнула головой:

– Мрак лишь передал мне картинки увиденного им: нежить, много, двигаются быстро и уверенно, будто знают, куда им нужно попасть.

– Их направляют рыцари, мертвые маги, – согласился Делакарва. – Только почему именно сюда? Чем им так приглянулись Верхние Подтоплянники?

– У меня нет ответа, – пожала плечами я.

– Зато у меня он есть. Они ищут тебя, – произнес магистр.

– Меня? – воскликнула удивленно.

– Ну не ради же горячительных напитков нашего гостеприимного хозяина они спешат сюда? – его голос так и сочился ядовитым сарказмом.

– Но я не понимаю… – произнесла растерянно.

– Я пока тоже, – и он задумчиво побарабанил пальцами по столу, – но обязательно докопаюсь до истины.

– Так может вам с адептами вернуться в столицу? – предложила несмело.

– Даже думать об этом не смей! Поняла? Чего удумала! – грохнул рассерженно Делакарва. – И потом, если бы нам это помогло… Без тебя шансов добраться до Райтона в полном составе у нас почти нет. А с тобой мы – живая мишень. Остается надеяться на Канцелярию тайных дел. Именно туда отправилось мое послание.

Уже через пару часов безрадостные вести облетели всю деревню. Подтвержденные столичным магистром, они едва не ввергли народ в панику, но Архип Игнатыч (кто бы мог подумать) быстро угомонил разошедшихся людей. Он призывал их сохранять благоразумие и помочь господам магам защитить их дом, кто чем сможет. Среди местных жителей нашлись весьма неплохие маги огня, одним из которых был угрюмый кузнец, несколько магов воздуха и воды, а уж земли и подавно. В их задачу по задумке Вермиона входило сдерживание нежити, пока некроманты будут уничтожать их на расстоянии. Главное – как можно дольше не позволить врагу подобраться к стене, окружающей деревню. Остальные в резерве и будут задействованы в ближнем бою.

Мы с шестикурсниками должны были нашпиговать подступы к деревне пентаграммами, как дядюшка Лурье праздничного гуся яблоками, и попытаться ослабить верхушку войска, рыцарей смерти. Поэтому вот уже несколько часов адепты ползали по лесу, нанося охранные контуры, ослабляющие и запирающие схемы, а также атакующие линии черного пламени. Стоит только задеть такую, как высокий столб огня вырывается вверх, уничтожая незадачливого нарушителя. В случае с обычным умертвием это поможет, но мы имеем дело с нежитью, принципиально отличавшейся от той, что мы изучали в академии и на практике. Возродятся они после такого или нет, мы не узнаем, пока не опробуем схему. И, самое сложное, развоплощающая пентаграмма. Она способна вырвать подобие жизни из немертвого тела и упокоить навсегда. И опять же нам не известно, как именно подействует ритуал.

Слишком много переменных. Работа в открытом поле и ближайшем перелеске продолжалась до темноты. Мрака отправили в дозор. Он должен был предупредить, когда нежить появится. Лесной хозяин наотрез отказался нам помогать, несмотря на все уговоры Агафьи. Да и что он может противопоставить бессмертной нежити? Деревенские укрепляли дома и проверяли запасы пищи и воды.

К вечеру шестикурсники уже валились с ног, основательно вычерпав свой резерв, нам с магистром предстояло еще поставить защитные контуры вокруг деревни и каждого дома. Мрака я лично провела внутрь, навесив на него метку. Теперь все наши ловушки воспринимали его, как своего.

– Мари, тебе надо отдохнуть перед сражением. Иди, осталось совсем немного, – уговаривал меня магистр глубокой ночью.

– Нет, учитель. Вам тоже нужно хоть немного поспать. Вдвоем мы справимся быстрее, – упрямо качнула головой, замыкая один из последних охранных кругов.

А на рассвете меня разбудило тревожное ржание Мрака…

Дарэл Новайтэс, лорд-канцлер Канцелярии Тайных Дел, Райтон, некоторое время до описанных выше событий

Лорд-канцлер с удобством расположился в массивном кресле в собственном кабинете и, устало закинув ноги в высоких кожаных сапогах на приставной столик, медленно цедил огненный грэг – творение немногочисленной общины горных троллей, что те передали ему в знак особой признательности. Напиток полностью оправдывал свое название, обжигая горло и оседая щекотным теплом в животе.

Входная дверь тихонько скрипнула, и в мягкий полумрак из освещенного коридора шагнул широкоплечий мужчина. Его длинные, отливающие серебром волосы были прихвачены по бокам маленькими косичками. Из-за спины выглядывали рукояти парных мечей.

– Я уж думал, и не зайдешь к старому другу, светлейший, – криво ухмыльнулся лорд-канцлер. – Сколько ты уже в столице? День? Два?

– Уверен, ты знаешь точно, Дарэл, – пухлые губы чуть тронула улыбка, от чего глубокий шрам на правой щеке ожил. Высокопоставленный эльф плавно двинулся вглубь кабинета. – Рад видеть тебя, – добавил мужчина, протягивая руку.

– И я тебя, – Новайтэс крепко сжал предплечье позднего гостя в знак приветствия. – Что привело тебя в империю Мадрас, конечно, помимо сопровождения уважаемого наследника Пятого Дома? – генерал закатил пронзительные голубые глаза и брезгливо поморщился.

– Если бы ты знал, сколько раз за последние несколько дней я мечтал свернуть его худосочную шею! – рыкнул Олорион.

– Терпения тебе, Рион, – весело хохотнул Дарэл и протянул эльфу вторую резную рюмочку из горного хрусталя.

– Хм, – довольно крякнул он. – Есть повод откупорить столь редкую бутылку?

– Хандра, – махнул рукой Дарэл.

– А что же твои многочисленные пассии? Больше не развлекают своего господина? – сочувственно спросил Леайри.

– Старею, может? – рассеянно произнес Дарэл. – Тепла хочется, настоящего…

– Неужели жениться надумал? Плохи дела! Пора наведаться к целителю, – открыто потешался над другом эльф.

– Боги с тобой! Не настолько я отчаялся, чтобы связать себя оковами вечного союза, – отмахнулся лорд-канцлер. – Сам-то когда позовешь на свадьбу?

– Ты знаешь мою ситуацию, – вмиг помрачнел Олорион.

– Так до сих пор и не отпустило? – сочувственно спросил Новайтэс. Эльф лишь головой покачал в ответ. – Значит еще просто не встретил ту самую, – пожал плечами лорд-канцлер и добавил: – что бы это ни значило.

– Оставим, – с нажимом проговорил Рион. – Через два дня мы возвращаемся в Бесконечные Пущи. До этого момента я должен передать твоему императору послание от эльфиского короля.

– И что в нем? – заинтересованно приподняв темную бровь, спросил Дарэл.

– Об этом тебе лучше спросить своего сюзерена, – отрезал Леайри.

– Хорошо, – согласился Новайтэс, – я устрою тебе короткую встречу с Его Величеством.

– Благодарю тебя, друг, – почтительно склонил голову генерал.

Внезапно перед лицом лорда-канцлера сверкнула вспышка, и ему на ладонь плавно опустился небольшой лист бумаги.

– Интересно, – протянул он, вглядываясь в ровные буквы тревожного магического послания магистра Делакарвы.

Глава 12

Мари Брандэт

Тяжелая дробная поступь Мрака и его тревожное ржание ворвались в приоткрытое окно вместе с прохладой раннего утра.

– Заставь свою ручную тварь замолчать! – яростно зашипела Элиза Карвер.

– Началось, – игнорируя ее ядовитый выпад, мрачно проронила Александра Макнорман.

Девушка резко поднялась с кровати и молча начала сборы. Остальные тихо последовали ее примеру.

– Я вообще не понимаю, почему должна рисковать своей жизнью ради нее, – а нет, не все. Элиза продолжила свой демарш.

– Ты это делаешь ради жителей деревни, Карвер, – тихо заметила Делакруз. – В этом наше призвание: защищать людей и бороться с нежитью.

– Но ведь именно из-за нее мы здесь, – парировала Элиза, даже не думая вставать с кровати.

– Идемте, нам пора, – бросила я, и первая направилась к двери.

Внизу в общем зале уже стояли угрюмые мужчины. Вермион поднял голову на звук наших шагов.

– Где Карвер? – раздраженно спросил магистр. Мы промолчали. – Что ж, тем хуже для нее. За мной, на городскую стену. Мари, пусть Мрак следит за обстановкой внутри стены. Никто не должен попасть сюда незамеченным.

– Да, учитель, – ответила и выскользнула за дверь, чтобы дать указание своему питомцу, но прежде развернулась и встретилась глазами с Грегори.

Сердце пропустило удар, и я едва не споткнулась, столько там было в глубине этих беспокойных серых омутов: желание защитить, страх не за себя, но за меня, нежность и… любовь… Улыбнулась скупо и вышла. Потом… я обязательно подумаю об этом после.

Поднявшись на стену, бросила взгляд вперед. Там за верхушками деревьев, не спеша, поднималось солнце, сбрасывая оковы ночи. Из леса выползал густой белесый туман, укрывая плотной пеленой влажную от росы траву. Он устремился прямиком к воротам. До рези в глазах вглядывалась вперед, и вдруг в прорехе заметила кусочек высохшей за мгновение зелени и растрескавшейся земли.

– Проклятие тлена! – громко крикнула я и ударила руной очищения. Сияющая фиолетовыми всполохами магия живой стеной упала перед разрушительным темным заклятьем, разрастаясь в стороны и тесня проклятие обратно.

Вермион с адептами методично очищали участок за участком, нейтрализуя последствия.

– Еще немного, и это проклятие стерло бы все наши вчерашние старания, – прокомментировал магистр.

– Похоже, то, что мы заготовили в лесу, не сработало, – бросил Грег, борясь с упрямым проклятием на своем участке.

– Не будем спешить с выводами, – выдал учитель и настороженно замер.

Из леса, повинуясь безмолвной команде, на нас хлынула первая волна нежити: простейшие зомби, скелеты, не слишком качественные умертвия – расходный материал. Адепты вскинули руки, готовясь поразить врага магией.

– Отставить! – громко рявкнул Вермион. – Не тратьте силы. Подождем, пока сработают наши ловушки.

По полю прокатилась первая волна взрывов. То тут, то там вспыхивали атакующие линии черного пламени, превращая в ничто немертвые тела, печати развоплощения заставляли нежить кулем оседать на землю и превращаться в прах прямо на глазах. На смену павшим шли и шли все новые и новые воины тьмы.

«Тут что-то не так», – подумала я.

Уж слишком легко нам удалось уничтожить противника. Словно их подняли самым обычным способом. Интересная догадка заставила встрепенуться и потянуться своей силой вперед, изучая нити посмертной жизни, и… как я и думала. Вот же они – классические, чуть более темные и плотные сгустки. Точка истощения ресурса. Едва сдержала возглас ликования.

Один удар сердца, и я разом уничтожила черные бусины, до которых сумела достать.

Все замерло, казалось, сам воздух застыл, будто преклоняясь перед масштабами произошедшего. Бесполезные тела нежити, будто марионетки, лишившиеся своих ниточек, усеяли подступы к деревне.

Магистр бросил удовлетворенный взгляд на меня и кивнул. Адепты завороженно разглядывали результаты моих умений, а простые маги земли из местных в страхе осеняли себя божественными знамениями.

– Повелительница смерти! – раздалось будто размноженное эхом со всех сторон. Голоса пробирали могильным холодом до костей. – Мы искали тебя! Хочешь спасти этих людей? Сдайся, и мы пощадим их!

– Никогда не встречала нежить, что держит свое слово! – громко крикнула в ответ.

– Как пожелаешь, – безразлично ответили мне. – Тогда их смерть будет на твоей совести, – и из леса поднялась черная туча. Вот она уже закрыла собой солнце.

– Расквыры! – крикнул Вермион. – Воздушников сюда и магов огня! Живее!

Расквыры внешне очень похожи на крупного ворона, только с удлиненными когтями и смертоносным клювом. Нападают стаей как правило в лесу на одиноких путников, разрывая несчастную жертву в клочья. Сейчас же нам предстоит иметь дело с настоящим роем этой летающей нечисти.

Пока мы наблюдали за приближением птиц, по лестницам на стену резво взбежали кузнец и еще один незнакомый мне мужчина, по-видимому, маг воздуха.

– Не дай стае разлететься в стороны, – командовал Делакарва. – Удержи их вместе, а твоя задача, – повернулся он к кузнецу, – спалить этих тварей дотла.

Мужчина плавно вскинул руки и будто заиграл на невидимом музыкальном инструменте, настолько плавными и завораживающими были его движения. Порывы ветра, подчиняясь воле мага, сбивали расквыр все плотнее, и тогда вступил маг огня. В глубоких глазах заплясало само пламя, по мощным рукам пробежала дрожь, и из ладоней вырвались несколько по истине огромных шаров. Ударив в самый центр, они, шипя и гневно треща, выбрасывали яркие искры. За несколько мгновений ненасытный огонь обглодал предложенное ему подношение, не оставляя и косточки. Лишь легкий дымок в звенящем прозрачностью голубом небе напоминал о произошедшем.

– Хорошая работа, – похвалил магов мэтр.

Жуткий вой волнами ярости прокатился по полю, сметая бесполезные теперь тела павшей нежити. На смену им из леса показалась новая. И на сей раз так быстро с ней справиться не выйдет.

– Приготовились! – скомандовал напряженно Делакарва, перехватывая удобнее свой посох. Адепты напряженно вглядывались во вторую волну. – Пробуем магией! Задача – не подпустить их к стене! Маги земли, действуйте!

Несколько приземистых, крепких мужиков сосредоточенно шагнули чуть ближе и резко выбросили руки вперед, будто сражаясь с невидимым противником. Поворот, мягкое скольжение ладонью вниз, и вот уже тяжелые пласты почвы вырываются прямо из-под ног нежити и опускаются сверху, накрепко запирая их. Вскоре не осталось ни одного не изрытого клочка земли. Стоило повторно поднять единожды снятый пласт, как оттуда, будто муравьи, разбегались помятые мертвяки. Мужики тяжело дышали и обливались потом.

– Хватит! – остановил их магистр. – Дальше мы сами!

Маги тяжело выдохнули и поплелись вниз к местной травнице. У нее хранился весь наш запас кристаллов, заполненных энергией под завязку. Она помогала местным магам восстановиться, и, кроме прочего, вместе с другими женщинами деревни будет заниматься раненными, когда наступит момент.

Мэтр лично еще раз обошел всю стену, проверяя своих адептов и их готовность. Я осталась над главными воротами, куда и был направлен основной удар второй волны. Еще раз на удачу попробовала разорвать нити посмертной жизни жуткой армии – не вышло.

Вернувшись, Вермион встал рядом со мной и тихонько шепнул:

– Если мне не суждено пережить этот день, хочу, чтобы ты знала, девочка моя. Я люблю тебя, как дочь. В Кенэне для меня нет никого ближе и роднее, чем ты.

– Вы не умрете, учитель, – решительно ответила ему и часто заморгала, прогоняя несвоевременные слезы.

– Это не тебе решать, – мягко ответил он.

– Ошибаетесь, – поджав губы, я развернулась к нему. – Если понадобится, отправлюсь за вами в чертоги богини Смерти.

– Горжусь тобой, Мари, – Вермион быстро притянул меня к себе и прижался сухими губами к моему лбу, а в следующее мгновение уже сосредоточенно вглядывался в орды наступающего противника.

Кое-где еще срабатывали ловушки: печати развоплощения и атакующие огненные линии ничуть не утратили своей эффективности, выкашивая упырей и нежить попроще. Но их было слишком много. Живой серой волной они подбирались все ближе к охранному контуру – нашему с Вемионом совместному творению. Вот первая линия достигла магической границы. Громкий треск оглушил. Вверх взвилось черно-фиолетовое пламя, добираясь до самого верха стены. Нежить все напирала, пытаясь попасть за барьер, но ничего не выходило, никому не удалось пробить защитную линию. Наступая, они сгорали в очищающем огне. Робкие ростки надежды прорастали внутри. Неужели обойдется?

Внезапно прозрачное голубое небо потемнело, сильные порывы ветра гнули деревья в лесу, будто там, в глубине, пытается взлететь кто-то огромный.

– Рыцарь смерти, – мрачно констатировал Делакарва, глядя на поднимающуюся вверх черную фигуру, что восседала верхом на теневом драконе.

– Мамочки! – пискнула сзади Делакруз. Кто-то из мужчин нервно хохотнул, поддерживая адептку.

– Поднять щиты! – гаркнул Вермион.

По привычке бросила магическую броню на магистра и Грегори. Повернувшись в мою сторону на мгновение, он кивнул, благодаря.

Только вот целью нежити были не мы, а защитный контур. Пустые прорези в магическом шлеме полыхнули зеленью, костяная рука раскрутила меч. Острие ярко сверкнуло, и маг направил десятки сияющих ядовитых лучей вперед. Часть из них с невероятной точностью попала в формирующие узлы схемы, разрушая ее целостность. Круг мигнул и рассыпался снопом искр.

Грегори поднял руки, собирая мощное атакующее заклятие.

– Не надо, Грег, – остановил его магистр. – Так его не достать. Береги силы. Теперь нам предстоит отстоять деревню.

Адепты мрачно переглянулись. С тихим лязгом Грегори извлек свою секиру. Александра Макнорман натянула тетиву лука, выбирая первую цель. Закария поигрывал своими любимыми кинжалами.

– Бьем чистой силой на поражение. Не дайте им преодолеть стену, – сосредоточенно скомандовал Вермион и ударил первым.

Навершие его посоха вспыхнуло, выбрасывая мощнейший сгусток чистой магии. Крупный и весьма редкий кристалл вермилита, венчавший оружие магистра, многократно усилил вложенное некромантом, испепеляя первые ряды нежити. Мы не отставали, поддерживая мэтра. На кончиках моих пальцев заплясали злые лепестки черного пламени. Смахнула их вниз на головы врага. Огонь жадно вспыхнул, превращая в пепел немертвые тела. Закария выпустил лезвия смерти – некромагия в форме огромных кинжалов, что скрещиваясь между собой разрезали нежить на части. Александра по одному выбивала противника энергетическими стрелами, мгновенно развоплощая. Боевой дух адептов взлетел до небес. Они уже чувствовали скорую победу, но я, да и магистр, конечно, понимали: нам не позволят так легко одержать верх. В пылу схватки мы пропустили появление новых действующих лиц.

Три рыцаря смерти плавно двигались от леса к деревне. Если они перетянут магический бой на себя, мы не сможем удержать нежить попроще. В этом, видимо, и состоял их план: измотать защитников-некромантов, пока упыри, скелеты и зомби возьмут стену штурмом. «Помоги, богиня», – тихонько прошептала я и, перекинув толстую веревку через стену, спустилась по ней вниз в самую гущу нежити. За стеной громко заржал Мрак. Почуяв тепло живого тела, они яростно набросились на меня, буквально падая сверху, желая задавить массой. Зловонные челюсти громко щелкали совсем рядом с лицом, я задыхалась под грудой мертвых тел.

– Мари! – в отчаянии крикнул Грегори, подбегая к краю и собираясь прыгать следом.

– С ума сошел! – рявкнул Закари, крепко удерживая его за облегченный кожаный доспех.

– Там она! Пусти меня! – кричал Грег, пытаясь вырваться.

– Ей уже не помочь, – мрачно произнес Леон, оказываясь рядом. – Какая глупая смерть.

– Всем занять позиции! – рыкнул недовольно Вермион. Он изо всех сил старался держать лицо, но душа его обмирала от страха за свою безрассудно смелую дочь.

«Только попробуй умереть, и я лично надеру тебе задницу, что вечно так жаждет приключений», – думал про себя он.

– Смотрите! – расширив в удивлении глаза, воскликнул Фредерик, указывая на то место, куда спрыгнула девушка. Теперь там высился самый настоящий холм из тел нежити, мечтающей добраться до человеческой плоти.

Казалось, сама земля вздрогнула, неясный гул поднимался из самой глубины. Хлопок, и гниющая плоть, и кости разлетаются в разные стороны, являя защитникам деревни совершенно невредимую повелительницу. В ее фиалковых глазах клубилась тьма, просачиваясь наружу, в волосах сверкали яркие всполохи магии смерти. Она подняла вверх свой меч и резко ударила вниз, выпуская ударную волну такой мощи, что она смела всю нежить на своем пути, расчищая дорогу к ее главным противникам – рыцарям.

Вздох облегчения прокатился по стене.

– Повелительница, – проскрежетало вокруг, – мы ждали тебя.

Трое немертвых магов-воинов заскользили вперед, желая немедленно получить вожделенную добычу…

Глава 13

В костяных руках рыцарей смерти угрожающе сверкали магические мечи. Жуткое трио подобралось ближе и атаковало: проклятие тлена ядовитым сгустком полетело в мою сторону. Активировала щит. Смертельный протуберанец ударился в прозрачную поверхность и рассыпался, не причинив вреда. Один из воинов подобрался сзади, атакуя подло, в спину. Хотя какого благородства можно ожидать от этих созданий?

Развернулась, отбивая магическую атаку мечом. И тогда, взяв меня в кольцо, они напали все вместе… Выпустила рукоять клинка и повела ладонью, создавая еще две копии моего оружия. Только так я смогу биться с ними одновременно. Сосредоточилась, укрепляя свой доспех. Пустила по поверхности магию смерти. Не советую касаться меня, мальчики! Зло ухмыльнулась и приняла три удара с замахом сверху вниз. Мои клинки скрестились над головой, повинуясь безмолвной воле. Резкий звон закаленного магически металла, и я отбрасываю рыцарей в стороны.

«Мрак!» – мысленно позвала своего питомца. «Ты нужен здесь».

Громкое басовитое ржание оповестило меня о том, что мой приказ принят.

Воины смерти не знали усталости, их магия не иссякала. Мы обменивались магическими атаками, не мудрствуя особо в выборе проклятий. Сгустки чистой силы вспышками освещали посеревший день. Клинки, сталкиваясь, расходились вновь. Вдруг в груди кольнуло… Смерть… Она начала жатву, забирая в свои чертоги павших воинов. Малодушно пожелала, чтобы Вермион и Грегори остались живы.

Я была всего лишь человеком, пусть и с огромной магической силой, но и я начала уставать. Мышцы одеревенели и с трудом слушались. Уходить от прямых атак становилось все сложнее. Подсечка, и я падаю на колено, едва не теряя контроль над мечами. На секунду они безвольно повисли, но тут же, встрепенувшись, блокировали рубящий удар.

Еще одна смерть… и еще…

Бросила взгляд на деревню. Мертвяки все же преодолели защитную стену из толстых бревен. Глубоко всаживая смертоносные когти в древесину, они поднимались на самый верх. Битва уже шла внутри. У ворот все еще сдерживал наступление мой Мрак, с остервенением бросаясь на врага, разрывая врага мощными челюстями, давя копытами, не позволяя нежити хлынуть через ворота.

Сдула упавшую на глаза прядь волос, моя ненависть к этим созданиям тьмы была почти осязаема. Я должна быть внутри, не здесь. Помочь там. Подняла ладони и ударила ими по земле выпуская магию смерти. Почва растрескалась, примятая трава осыпалась серым пеплом. Черное пламя приблизилось к рыцарям, жадно щерясь на магический доспех. Спешно взмахнув руками, немертвые воины поднялись в воздух, надеясь уйти от всепоглощающего огня, но не тут-то было. Оскалившись в злой усмешке, ухватила троих теневыми арканами и сбросила вниз. Голодные язычки набросились на поддерживаемые темной магией тела. Жуткий нечеловеческий вой сдавил голову. Хлопок! Это один из рыцарей сумел погасить мое пламя. Изъеденный доспех уже не выглядел столь устрашающе, но, тем не менее, высшие умертвия вновь бросились в атаку.

Неожиданная вспышка почти ослепила. Мощным порывом ветра созданий тьмы отбросило от меня на добрых сто метров, а из-за деревьев легко и изящно, словно танцуя, выезжали эльфы. Их чудесные быстроногие скакуны летели вперед, не касаясь земли, а возглавлял их тот самый неправильный эльф, что я встретила в академии еще в прошлой жизни. Мужчина ловко наклонился и вытянул ладонь.

– Хватайся! – крикнул он, и я без страха подняла руку.

Сильные пальцы сомкнулись на запястье, и, обхватив за талию, мужчина легко поднял меня, располагая боком перед собой.

– Цела? – спросил он.

Взволнованно вглядываясь в мои глаза, он осадил своего коня, разворачивая того на месте. Откуда столько чуткости? Обычно эльфов вообще не волнует никто кроме их собратьев, а тут такое проявление заботы. И шрам этот его совершенно не портил. Я, похоже, вообще ничего не видела, кроме его пронзительных голубых глаз и пухлых губ. Ай-яй-яй, Мари! Возьми себя в руки. У тебя тут рыцари смерти недобитые, а ты облизываешься на совершенно незнакомого эльфа. Жизнь, похоже, ничему тебя не учит…

– Да, – хрипло выдохнула, удобнее устраиваясь в таких надежных объятиях. Жаль, ненадолго.

Повинуясь взмаху руки командира, беловолосые воины выстроились в шеренгу, отрезая высших умертвий и другую нежить. Они живым щитом встали на их пути.

– Думаю, будет лучше, если вы спустите меня на землю, светлейший, – несколько отрешенно пробормотала я и встряхнулась. Мы еще не выиграли это сражение, и я все еще могу помочь.

Манящие губы приоткрылись, готовясь выдать возражение. Но взглянув на вновь наступающую нежить, он кивнул, вынужденно соглашаясь.

– Держись позади, – приказал он.

Ну вот еще…

Легко соскользнула вниз и побежала к воротам. Нужно восстановить защитный контур, пока рыцари смерти заняты эльфами.

«Мрак!» – позвала своего питомца.

Растолкав широкой грудью скелетов, в несколько длинных прыжков он оказался рядом, услужливо подставляя спину.

– Молодец, мальчик! – похвалила вслух животинку и бросила: – Вперед, к воротам!

Конь быстро доставил меня в нужное место и встал. Опустила ладонь на стену и начала сложное плетение. Теперь само укрепление станет охранным контуром и не позволит нежити попасть внутрь. Сила побежала радостными ручейками, мгновенно сбрасывая не успевших перебраться на ту сторону упырей, превращая их тела в пепел. Еще одно запирающее плетение на створки ворот. Теперь можно и оставшимися заняться…

Развернула коня и легко тронула коленями крутые бока. Всхрапнув, он прыгнул вперед, вырываясь на линию сражения. Меч привычно лег в руку. Не знаю, как это вышло, но я вновь оказалась рядом с тем самым эльфом. Его лошадка попробовала было выразить неудовольствие от столь близкого соседства с нежитью, но была безжалостно сжата сильными коленями и покорно затихла.

– Я же сказал: не высовывайся! – недовольно рыкнул он.

– А я не подчиняюсь вашим приказам, – возразила упрямо, отбивая выпущенное в мужчину проклятие слепоты. Пакостная вещь, скажу я вам.

Он с благодарностью кивнул и, прокрутив в руках свои сияющие светом клинки, снес головы нескольким мертвякам. Двадцать эльфийских воинов, безусловно, стоили небольшой армии. Среди живых им не было равных, но мы имели дело с немертвыми, а тут дело обстояло совсем иначе. Они оттянули на себя основные силы все еще появляющейся из ниоткуда низшей нежити, но вот против рыцарей им не выстоять. Потому снова направила Мрака вперед, туда, где трое светлых воинов бились с отродьями тьмы. Знакомый эльф двинулся следом.

Полыхающий ядовитой зеленью меч столкнулся с ярким эльфийским клинком, пытаясь сломить сопротивление, но суровый мужчина упрямо сдерживал мощь врага. Вдруг во второй руке немертвого сверкнул короткий кинжал, еще мгновение, и он всадит его в бок эльфа по самую рукоять. Ну, нет! Моя сила смерти, будто сама собой, сложилась в длинный хлыст и послушно обмоталась вокруг запястья рыцаря. Дернула ручку на себя, рассекая подобие плоти. Проклятый воин взвыл, отступая, баюкая сочившийся вязкой тьмой обрубок. Но двое других, скрестив мечи, ударили светлых зелеными молниями распада. Едва успела прикрыть нас с Мраком и эльфа со шрамом прочным щитом, как энергетические разряды пронзили тела воинов, разрывая их на куски. Алая кровь драгоценными бусинам брызнула на мертвую землю. Меня замутило. Сколько бы я не готовилась в теории, в жизни все обстояло иначе, и я все еще, как самый обыкновенный целитель, очень плохо переносила гибель живых существ.

В лесу раздался грохот. Затрещали ветки, будто огромный великан сейчас пробирался к нам сквозь чащу. Неужели еще нежить?

– Это свои, – с облегчением выдохнул эльф.

Присмотрелась… Из-за деревьев появились всадники в магических доспехах. Метка Канцелярии Тайных Дел – места моей будущей службы – была мне прекрасно видна. Значит, послание Вермиона достигло адресата, и помощь пришла. От облегчения едва сумела удержаться в седле.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.