Погорельская Екатерина
Любовь. Страсть. Рим.

Глава 1. Пробуждение.

А город спал. Глубоким, безмятежным сном, окутанный тишиной, нарушаемая лишь редким шорохом листьев и тихим шелестом ночных птиц.

Спящий город Рим обретал совершенно особенное очарование. Когда улицы опустевали, исторические памятники и уютные переулки окутывались мягкой ночной тишиной. В тёмных арках и старинных зданиях слышны лишь отголоски дневного шума, и город кажется почти волшебным, пропитанным духом прошлого. Его красота, спокойствие и величие раскрываются по-особенному, когда дневной шум сменялся ночной тишиной, и город погружался в свои вечные сны.

Антонио тоже спал, его дыхание, размеренное и глубокое, нарушалось лишь легким храпом.

Солнце, нетерпеливое и неумолимое, уже начало свой триумфальный марш по небосклону, пробиваясь сквозь плотные шторы, светя ему прямо в глаза. Антонио зажмурился, повернулся на другой бок, пытаясь укрыться от назойливого света, потянулся, но его рука наткнулась на что-то мягкое и теплое. Он пощупал, и его сердце пропустило удар – в постели он был не один.

С резким движением он открыл глаза. Огляделся, и его взгляд скользил по незнакомой обстановке. Квартира не была похожа на его привычный мир. Здесь царила атмосфера яркой экзотики, сочетающая в себе богатство и красоту. Интерьер был наполнен насыщенными, яркими красками, словно нарисованный жизнерадостным художником: алый, золотой, фиолетовый, синий – цвета, которые не могли оставить равнодушным.

Многочисленные текстильные изделия с богатыми орнаментами и вышивками, как будто сотканные из волшебных сказок, украшали комнату: яркие ковры, гобелены с затейливыми узорами, подушки с кистями и бахромой, покрывала с пестрыми рисунками, тяжелые портьеры, отгораживающие от внешнего мира.

Мебель, выполненная из дерева с изысканной резьбой и инкрустацией, была истинным произведением искусства. В углу стояли сундуки, наполненные тайнами прошлого, старинные комоды, массивные деревянные столы и стулья, словно приглашающие к себе за богатым столом. Многочисленные живые растения, с пышными цветами и ароматными листьями, оживляли комнату, создавая атмосферу сада райского. Свечи и лампы с абажурами, излучающие теплый и уютный свет, делали атмосферу еще более волшебной.

На стенах висели картины или фотографии, отражающие традиции и образ жизни цыган. В доме приятно пахло благовониями или специями, создавая атмосферу восточного базара, наполненного тайнами и загадками.

Он повернулся и увидел рядом с собой красивую молодую девушку. Она спала, ее тело было окутано простыней. Темно-каштановые волосы, волнами спадали до ее копчика, словно шелковый водопад. Ее лицо было спокойным и красивым, как утренняя заря. Антонио смотрел на нее, и в его душе зарождалось чувство странного волнения, смешанного с недоумением. Он не мог вспомнить, как он оказался здесь, в этой незнакомой квартире, рядом с этой прекрасной девушкой.

Он попытался вспомнить прошедшую ночь, но в его голове была пустота, словно туман, застилающий память. Он почувствовал в себе странное смешение страха и ожидания, и в его глазах заблестели непонятные искры.

Антонио попытался вспомнить, что было прошлой ночью. Голова ужасно болела, словно кто-то ударял по ней молотом. Во рту стоял неприятный запах выпитого накануне алкоголя, сухость не давала покоя. Он поморщился и с усилием поднялся на локтях, оглядывая комнату.

Интерьер, который сначала казался ему сказочным, теперь выглядел хаотично. На полу валялись следы вчерашней ночи: использованные презервативы. Он насчитал целых пять штук, разбросанных в беспорядке.

"Ну и дал я вчера жару," – пронеслось у него в голове, – "жаль, ничего не помню."

Вокруг него также стояли несколько пустых бутылок вина, некоторые из которых всё ещё держали в себе капли тёмного, багрового напитка. Одну бутылку он даже нашёл под кроватью, когда пытался встать на ноги.

"Да отдохнул я вчера знатно," – подумал он, – "вот только где я и кто эта девка?"

Он снова повернул голову к девушке, что лежала рядом с ним, изучая её лицо с большим вниманием. Она была невероятно красива: её кожа имела золотистый оттенок, а длинные темно-каштановые волосы спадали волнами, покрывая её спину и плечи. Она выглядела так спокойно и безмятежно, что у Антонио невольно возникло ощущение, что она не из этого мира.

Он попытался напрячь память, стараясь вспомнить хоть какие-то детали прошлой ночи, но всё было словно в тумане. В голове проносились лишь обрывочные образы: смех, музыка, танцы. Возможно, они встретились в каком-то баре или на вечеринке. Он вспомнил звуки гитары и звон бокалов, шум толпы и её звонкий смех. Её глаза, когда они впервые встретились, горели искорками.

Девушка вдруг зашевелилась, потянулась и медленно открыла глаза. Её взгляд был немного сонным, но всё равно оставался загадочным и манящим. Она смотрела на Антонио с лёгкой улыбкой, словно знала его мысли.

– Доброе утро, – сказала она мелодичным голосом, который, казалось, пробудил его ото сна.

– Доброе, – ответил он, стараясь не показывать свою растерянность. – Кто ты? И где мы?

Она слегка приподнялась на подушке, её волосы струились по плечам.

– Я Лайла, – сказала она мягко, её глаза светились теплом и добротой. – Ты в моём доме. Не волнуйся, ты в безопасности.

Антонио кивнул, но вопросы не исчезли.

– Что случилось прошлой ночью? – спросил он, вглядываясь в её лицо, пытаясь уловить хоть какие-то намёки.

Она слегка улыбнулась, её губы изогнулись в загадочной улыбке.

– Ты хорошо повеселился, – ответила она, касаясь его руки. – Мы танцевали, пели, наслаждались жизнью. Всё было прекрасно.

Антонио почувствовал, как её прикосновение согревает его. Он понимал, что не всё может вспомнить, но был уверен, что впереди его ждёт ещё много удивительных открытий. Атмосфера в комнате была насыщена волшебством и таинственностью, словно каждый уголок скрывал свою историю.

Девушка снова улыбнулась, и Антонио почувствовал, что ему пора уходить, он вольная птица и сближаться он не с кем не намерен.

– Прости, Мария, – сказал Антонио, в спешке надевая джинсы и рубашку, его пальцы торопливо путались в пуговицах. Пот капал с его лба, и он чувствовал, как адреналин захлёстывает его.

– Я Лайла, – поправила его девушка, её голос звучал удивлённо и немного обиженно.

– А я как сказал? – Антонио остановился, удивлённо подняв брови.

– Ты меня бросаешь? – догадалась Лайла, её голос становился всё злее и резче. Её глаза, ранее спокойные и нежные, теперь сверкали гневом.

Антонио почувствовал, как холодок пробежал по его спине. Он, наконец, справился с пуговицами на рубашке и, избегая её взгляда, начал объяснять:

– Нам было хорошо вместе, но пойми, – его голос дрожал от напряжения, – я свободная птица и не привык сидеть в клетке под названием "брак".

Лайла резко встала с кровати, укутавшись в покрывало. Её движения были стремительными и решительными. Она приблизилась к нему, и он невольно попятился назад.

– Ах, ты воспользовался мной, а теперь в кусты! – её голос был полон презрения и боли. Она шагнула к нему ближе, её лицо пылало гневом, и Антонио почувствовал, как его сердце забилось быстрее.

– Ты тоже получила удовольствие этой ночью, – выпалил он, словно это был весомый аргумент. Её ярость казалась ему непонятной и нелогичной.

– Ты за кого меня принимаешь? – Лайла сжала кулаки, её глаза блестели от слёз и гнева. Она замахнулась, чтобы ударить его, но Антонио успел увернуться.

Он рванулся к двери, едва не сбив с ног маленький столик с вазой. Открыв дверь её квартиры, он выбежал в коридор, его дыхание было прерывистым, а сердце стучало как бешеное. Он слышал, как Лайла кричала ему вслед, её голос эхом разносился по лестничной клетке: – Ты никогда не будешь со своей любимой, и когда её встретишь, время тотчас перенесёт тебя прочь!

Антонио быстро спускался по лестнице, его шаги отдавались глухим звуком в пустом подъезде. Он усмехнулся, стиснув зубы:

– Зачем мне одна, когда в мире так много красивых девушек? Свобода лучше любви.

Его мысли вихрем проносились в голове, а сердце всё ещё билось как сумасшедшее. Он чувствовал себя одновременно взволнованным и растерянным, не понимая до конца, что означали последние слова Лайлы. Но в этот момент его больше всего волновало только одно – как можно скорее покинуть это место и вернуться к своей жизни, полной приключений и свободы.

Выйдя на улицу, он ощутил свежий утренний воздух на своём лице, солнце уже поднималось над горизонтом, окрашивая небо в розовые и золотые оттенки. Антонио глубоко вздохнул, чувствуя, как к нему возвращается спокойствие.

Антонио огляделся по сторонам и понял, что находится в цыганском квартале своего города. Эта часть Рима, известна как квартал Tour de' Cenci, жила своей уникальной жизнью, не похожей ни на один другой квартал. На южной окраине столицы Италии располагалось одно из крупнейших поселений рома. В этом районе проживали представители различных ромских групп, таких как румынские и боснийские рома, среди прочих.

Квартал часто характеризовался следующими особенностями:

Множество семей жило в бедных условиях, часто в неформальных поселениях или ветхих строениях. Это приводило к социальным и экономическим трудностям, таким как безработица и ограниченный доступ к образованию и медицинским услугам.

Жители цыганских кварталов часто сталкивались с дискриминацией и предвзятым отношением со стороны общества. Это усугубляло проблемы с интеграцией и доступом к общественным ресурсам.

Несмотря на сложные условия, рома сохраняли свои культурные традиции и обычаи, включающие музыку, танцы и ремесла. В квартале можно было встретить традиционные цыганские праздники и мероприятия.

В квартале жили как рома, так и представители других социально уязвимых групп, создавая разнообразие культур и опыта внутри сообщества.

Городские власти Рима предпринимали усилия для улучшения условий жизни в таких кварталах через различные программы социальной помощи и интеграции. Однако прогресс шел медленно из-за множества сложных социальных и экономических факторов.

Антонио остановился, чтобы собраться с мыслями, когда заметил на тротуаре разбросанные цветы и украшения. Он понял, что, скорее всего, вчера у цыган был праздник, и он каким-то образом оказался на нём. Голова ужасно болела, но мозг потихоньку начинал вспоминать: танцы, музыку, алкоголь – много алкоголя, очень много. Он вспомнил, как танцевал, пел, пил и веселился. А потом всё затуманилось, и он проснулся в постели… как её там звали? Неважно. Мужчина махнул рукой, пытаясь прогнать остатки воспоминаний.

– Ох, на тебе порча, – услышал он за спиной старческий голос. Антонио обернулся и увидел перед собой старуху в традиционной цыганской одежде. Её лицо покрывали глубокие морщины, а из-под яркого платка выбивались седые пряди волос. На её руке звенело множество браслетов.

– Я могу её снять, позолоти ручку, – сказала она, протягивая к нему свою морщинистую ладонь.

Антонио почувствовал, как его охватывает чувство беспокойства. Он не верил в магию и порчи, но что-то в её глазах заставляло его нервничать.

– Нет на мне ничего, – сказал он резко, стараясь не показывать свой страх, и поспешил убраться из этого квартала куда подальше.

Он быстрым шагом пересек узкие улочки, стараясь не встречаться глазами с любопытными прохожими. Дома здесь были старые и обветшалые, с облупившейся краской и трещинами на стенах. В каждом окне виднелись занавески с яркими узорами, а из некоторых домов доносилась музыка и смех. В воздухе витал аромат специй и жареного мяса, смешиваясь с запахом дыма от костров, на которых готовили еду.

Антонио чувствовал, как его сердце бешено колотится в груди. Он не знал, почему слова старухи так подействовали на него, но знал одно – ему нужно было поскорее выбраться отсюда. Наконец, выйдя на главную улицу, он увидел привычные здания и почувствовал некоторое облегчение.

Он остановился, чтобы перевести дух, и огляделся. Вдали виднелись величественные здания центрального Рима, сияющие на солнце. Антонио глубоко вдохнул, стараясь успокоиться. Впереди его ждали новые приключения, новые знакомства и новые эмоции. Но где-то в глубине души оставался тонкий налет беспокойства от встречи с Лайлой и старухой.

"Свобода лучше любви", – снова подумал он, стараясь убедить себя в этом. Он отправился дальше, решительно направляясь к своей привычной жизни, полной риска и авантюр.

Антонио поспешил выбраться из бедного цыганского квартала, в который его вчера завели праздник и алкоголь. Проходя по узким улочкам, он старался не встречаться взглядом с немногочисленными прохожими, чьи глаза, казалось, следили за ним с любопытством и настороженностью. Каждый шаг отдавался эхом в тишине раннего утра, создавая ощущение, что весь квартал затаился, наблюдая за его уходом.

Наконец он вышел на другую улицу Рима. Здесь всё было иначе. Людей ещё не было, город только начинал просыпаться. Было тихо и спокойно, воздух прохладен и свеж, с легким ароматом утренней росы. Ещё ничего не работало, кроме круглосуточных магазинов, которые обслуживали своих редких посетителей.

Антонио медленно шёл по улице, наступая размеренно на её каменистую поверхность. Он чувствовал, как тяжесть ночи постепенно отступает, уступая место спокойствию и размеренности нового дня. Жизнь теперь шла своим чередом, и ему некуда было спешить.

Он подошёл к ближайшему круглосуточному магазину. Заспанный продавец, зевая и протирая глаза, продал ему бутылку воды. Антонио кивнул в знак благодарности, достал несколько монет и протянул их продавцу. Тот, пожав плечами, принял плату и вернулся к своей книге, которую читал, чтобы не заснуть.

Антонио отошёл от магазина, открыл бутылку и жадно выпил несколько больших глотков. Вода была холодной и освежающей, и он почувствовал, как жажда постепенно утоляется. Остальной жидкостью он умыл лицо, позволяя прохладной воде смыть остатки усталости и напряжения. Стало полегче, и голова начала проясняться.

Он шёл дальше, ощущая, как утреннее солнце медленно поднимается над горизонтом, освещая улицы мягким золотым светом. Витрины магазинов начали наполняться жизнью, и вскоре город оживёт, наполненный звуками и движением.

Антонио проходил мимо красивых фасадов домов, украшенных балконами с цветущими растениями. Прохожие начали появляться на улицах, в основном это были рабочие и владельцы магазинов, спешащие открыть свои лавки и подготовиться к новому дню. Они здороваются друг с другом, обменивались новостями и шутками, создавая атмосферу дружелюбия и общности.

Антонио заметил, как за стеклянной витриной пекарне выпекаются свежие булочки и круассаны. Аромат свежеиспечённого хлеба приятно щекотал ноздри, напоминая ему о том, что неплохо было бы позавтракать. Он решил зайти внутрь. За прилавком стояла пожилая женщина с добрым лицом, приветливо улыбаясь своим первым клиентам.

– Доброе утро! – сказала она, заметив Антонио. – Что будете заказывать?

– Доброе утро, – ответил он, чувствуя, как его настроение немного улучшается. – Один круассан и чашку чёрного кофе, пожалуйста.

Женщина кивнула, и начала быстро и ловко готовить заказ. Вскоре перед ним на столе лежал золотистый круассан, а рядом стояла чашка ароматного кофе. Антонио сел за маленький столик у окна и начал наслаждаться своим завтраком, наблюдая за тем, как город медленно просыпается.

С каждым глотком кофе он чувствовал, как возвращаются силы и ясность мыслей. Воспоминания о ночи в цыганском квартале начали казаться всё более отдалёнными и менее значительными. Антонио улыбнулся, глядя на улицу, полную жизни и движения. Он знал, что впереди его ждут новые приключения и возможности.

– Жизнь продолжается, – подумал он, откусывая кусочек круассана. – Каждый день – это новый шанс, новая история.

Антонио наслаждался утренним покоем, чувствуя, как город оживает и наполняется звуками, запахами и цветами. Впереди его ждали новые встречи, новые пути и новые решения. И, возможно, в этот раз он сделает всё иначе.

Мужчина продолжал наслаждаться своим круассаном и кофе, когда заметил, что за соседний столик села девушка. Молодая и красивая, с огромной копной светлых волос, она привлекла его внимание сразу же. Она заказала себе кофе и булочку, а затем достала книгу и начала читать.

Антонио не мог оторвать от неё взгляд. Её алые губы манили, а нежная кожа светилась в утренних лучах солнца. Он представлял себе, как целует эти губы, как его руки скользят по её телу, и желание охватило его с головой. Ему хотелось подойти, познакомиться, но он не знал, с чего начать.

Он так глубоко погрузился в свои мысли и вожделение, что не заметил, как девушка закончила свой завтрак. Закрыв книгу, она поспешила к выходу, оставив мужчину с чувством упущенной возможности. Он быстро допил свой кофе и поднялся, решив не терять её из виду.

Она шла по улице с уверенностью и грацией, а Антонио следовал за ней на расстоянии, стараясь не привлекать внимания. Девушка направилась к зданию библиотеки. Мужчина замер у входа, наблюдая, как она исчезает за массивными дверями. Он хотел пойти за ней, но, взглянув на свой внешний вид, понял, что это плохая идея. Его одежда была помята и испачкана, а лицо всё ещё не освежено после ночи в цыганском квартале.

Антонио осознал, что нужно привести себя в порядок, прежде чем пытаться завязать знакомство с такой утончённой девушкой. Он решил вернуться домой, принять душ и переодеться. Поспешно покинув площадь перед библиотекой, он направился к своему дому, размышляя о том, как лучше всего подойти к ней, когда он будет выглядеть прилично.

Мужчина шёл по утренним улицам Рима, чувствуя, как свежий воздух помогает ему окончательно проснуться. Он прошёл мимо пекарен, которые наполнялись ароматами свежеиспечённого хлеба, и магазинов, которые только начинали открываться. Город медленно оживал, и люди начали выходить на улицы, спеша по своим делам.

Когда он наконец добрался до своего дома, то быстро забежал внутрь и направился прямо в ванную комнату. Он включил душ и позволил горячей воде смыть усталость и остатки ночи. Антонио долго стоял под струями воды, наслаждаясь её теплом и ощущая, как мысли постепенно проясняются.

После душа он тщательно побрился и уложил волосы, стараясь выглядеть как можно лучше. Он выбрал чистую рубашку и брюки, которые подчеркивали его стройную фигуру. Взглянув на своё отражение в зеркале, мужчина удовлетворённо кивнул. Теперь он был готов снова встретиться с девушкой, которая так поразила его.

Антонио покинул свою квартиру, ощущая прилив уверенности. Он знал, что нужно вернуться в библиотеку и попытаться снова встретиться с ней. На этот раз он не собирался упускать свой шанс.

Он быстрым шагом направился обратно, его сердце билось быстрее от предвкушения. Впереди его ждала новая встреча, и он был полон решимости завязать знакомство с девушкой, чья красота и утончённость так его пленили.

Умытый, побритый, принявший душ и отдохнувший, Антонио был в полном своём воображении и уверенности. Он чувствовал себя как никогда привлекательно и мог соблазнить любую женщину. С уверенной походкой он направился к зданию библиотеки, где надеялся снова встретить ту загадочную девушку.

Национальная центральная библиотека Рима (Biblioteca Nazionale Centrale di Roma) представляла собой здание, выполненное в современном стиле, что отражалось в его строгих геометрических формах и функциональности. Основное здание библиотеки имело прямоугольную форму и было выполнено из бетона и стекла, что придавало ему строгий и современный вид.

Внутри здание было спроектировано так, чтобы обеспечить максимальное естественное освещение. Большие окна и стеклянные стены позволяли свету проникать в читальные залы и коридоры, создавая светлую и открытую атмосферу. Антонио, войдя внутрь, сразу почувствовал величие и важность этого места.

Основанная в 1875 году, Национальная центральная библиотека Рима являлась одной из двух национальных центральных библиотек Италии, наряду с библиотекой во Флоренции. В её фондах хранилось более 7 миллионов книг, включая ценные и редкие издания. Это была настоящая сокровищница знаний, где каждый мог найти что-то для себя.

Внутреннее пространство библиотеки было спроектировано с учётом потребностей читателей и исследователей. Здесь находилось множество читальных залов, оборудованных современными удобствами. Столы с лампами для чтения, мягкие кресла и удобные рабочие места создавали идеальные условия для погружения в мир книг и исследований.

Библиотека также имела специальный зал для редких и ценных книг, где поддерживались особые условия хранения. Здесь можно было увидеть издания, которые представляли историческую и культурную ценность, а также получить доступ к огромному количеству печатных и электронных ресурсов. В библиотеке проводились различные культурные мероприятия, выставки и конференции, что делало её важным культурным и научным центром.

Антонио огляделся, пытаясь найти девушку среди многочисленных читателей и посетителей библиотеки. Он прошёл мимо стеллажей с книгами, заглядывая в читальные залы и внимательно всматриваясь в лица сидящих за столами людей. В воздухе витал тихий шёпот, смешивающийся с шелестом страниц и звуками шагов по мраморному полу.

Наконец, он увидел её. Она сидела у окна, погружённая в чтение. Её светлые волосы мягко спадали на плечи, создавая ореол вокруг её головы. Антонио почувствовал, как его сердце начинает биться быстрее. Он медленно подошёл к её столу, стараясь не привлекать внимания других посетителей.

– Здравствуйте, – тихо произнёс он, чтобы не нарушить тишину библиотеки.

Девушка подняла голову и посмотрела на него. В её глазах отразилось лёгкое удивление.

– Здравствуйте, – ответила она с лёгкой улыбкой.

– Простите за беспокойство, но я не мог не подойти. Я заметил вас в кафе и… – начал Антонио, но запнулся, не зная, как продолжить.

– Вы хотите что-то спросить? – с интересом спросила она, закрывая книгу.

Глава 2. Переплетение Эпох.

Антонио почувствовал, как его уверенность возвращается. Он улыбнулся и сел напротив неё.

– Меня зовут Антонио, и я просто не мог не подойти к вам снова. Вы оставили неизгладимое впечатление, и я бы очень хотел узнать вас поближе, – сказал он, стараясь говорить искренне.

Девушка внимательно посмотрела на него, оценивая его слова. Затем её лицо озарилось улыбкой.

– Меня зовут Елена, приятно познакомиться, Антонио. Может быть, выпьем кофе после вашего визита в библиотеку? – предложила она.

Антонио почувствовал, как его сердце наполняется радостью и предвкушением. Он кивнул, и они договорились встретиться через некоторое время в кафе неподалёку.

Пока Елена заканчивала свои дела в библиотеке, Антонио решил прогуляться по залам, наслаждаясь атмосферой этого величественного места. Он рассматривал старинные фолианты, любовался архитектурой и думал о том, как же неожиданно и интересно может повернуться жизнь.

Впереди его ждал новый день, полон возможностей и новых встреч.

Антонио поспешил на встречу с Еленой. Кафе в Риме, как всегда, выглядело очень уютно и привлекательно. Здание, в котором находилось заведение, имело старинную архитектуру с характерными для Рима чертами: арочные окна, выложенные кирпичом фасады и декоративные элементы, создающие неповторимый колорит.

Перед кафе располагались небольшие столики и стулья, иногда с плетеными креслами, что создавало атмосферу уюта и комфорта. На столиках стояли небольшие вазочки с цветами или свечи, добавляя романтики. Зонты или тенты защищали посетителей от солнца или дождя, добавляя дополнительный шарм и удобство. Вывеска кафе была выполнена в классическом стиле, с использованием каллиграфии и винтажных шрифтов. Окна украшали цветочные горшки и декоративные шторы, делая заведение еще более привлекательным для прохожих. Мягкий свет, исходящий изнутри, и приветливый персонал у входа завершали образ типичного римского кафе.

Антонио увидел Елену, сидящую за столиком. Она выглядела великолепно, её белоснежная улыбка и светлые волосы привлекали взгляды. Он подошёл к ней с радостной улыбкой и заказал бутылку красного вина и фирменное блюдо данного заведения. Они провели отличный вечер, кушая, выпивая и болтая.

Еда была съедена, а вино выпито. Антонио и Елена наслаждались друг другом, их разговоры были непринужденными и интересными. Он ловил каждый её взгляд, каждое движение. Вскоре, когда на столе остались только пустые бокалы, Антонио предложил:

– Может, пойдём погуляем? – он поправил свои темно-каштановые волосы, глядя на неё с надеждой.

– С радостью, – ответила Елена, её белые зубы снова засияли в улыбке.

Пара встала и вышла из кафе. Они пошли гулять по улицам Рима, наслаждаясь уникальной атмосферой города. Улицы Рима, обладающие особым шармом, представляли собой сочетание древности и современности, создавая неповторимую атмосферу. В историческом центре Рима многие улицы узкие и мощеным булыжником, что придавало городу аутентичность. Эти улочки извивались между старыми зданиями, создавая лабиринт, который манил к прогулкам и исследованию.

Антонио и Елена шли, держа друг друга за руки, наслаждаясь каждым мгновением. Они любовались древними постройками, фонтанами и памятниками, которые встречались на их пути. Рим, с его богатой историей и культурой, раскрывался перед ними во всей своей красе.

Прогуливаясь и любуясь городом, Антонио чувствовал, что этот вечер был особенным. Он не хотел, чтобы он заканчивался. Он остановился перед ближайшим магазином и, глядя на Елену, предложил:

– Как насчёт того, чтобы купить бутылочку вина и пойти ко мне? Мы можем продолжить наш вечер в более уютной обстановке.

Елена посмотрела на него и улыбнулась, её глаза светились согласием и ожиданием.

– Конечно, – ответила она, принимая его предложение.

Они купили бутылку вина и, обнявшись, отправились к дому Антонио. По дороге он рассказывал ей забавные истории, шутил, и они смеялись, наслаждаясь обществом друг друга. В воздухе витала особая магия римской ночи, окутывая их теплом и романтикой.

Когда они добрались до квартиры Антонио, он открыл дверь и пригласил её войти. Елена с интересом осматривала его жилище, а Антонио быстро нашёл бокалы и открыл вино. Они сели на диван, и беседа продолжилась. Вино добавляло атмосфере лёгкости и непринуждённости.

Антонио и Елена сидели на диване, наслаждаясь вином и друг другом. Их разговоры стали более глубокими, они делились своими мечтами, историями из жизни и мыслями о будущем. В какой-то момент Антонио почувствовал, как его сердце бьётся быстрее. Он приблизился к Елене, и их губы встретились в долгом, страстном поцелуе.

Этот вечер обещал стать началом чего-то нового и прекрасного. Антонио знал, что встреча с Еленой изменила его жизнь, и он был готов к новым приключениям и открытиям вместе с ней.

Антонио начал целовать её алые губы, его руки нежно скользили по её телу. Елена трепетно трогала его волосы, запуская пальцы в его каштановые кудри, наслаждаясь каждым мгновением близости. Их поцелуи становились всё более страстными, и они принялись раздеваться.

Антонио снял рубашку, обнажив накачанный и загорелый торс, который сиял в мягком свете лампы. Следом на полу оказалось платье Елены, и она осталась в одном кружевном нижнем белье, которое ещё больше подчёркивало её фигуру. Он с лёгкостью снял с неё бюстгальтер, освобождая её прекрасную округлую грудь с розовыми ореолами сосков, которые выглядели идеально.

Елена, ощущая его прикосновения, тихо стонала, её тело откликалось на каждое его движение. Антонио продолжал ласкать её, их дыхание становилось всё более учащённым. Он чувствовал, как её кожа становится горячее под его пальцами, её стонущие вздохи смешивались с шумом города за окнами.

Вдали слышался шум Рима: гул машин, смех прохожих и звуки ночной жизни. Этот контраст лишь усиливали их ощущение уединённости и интимности. Каждый стон Елены перекликался с городским шумом, создавая неповторимую симфонию страсти.

Антонио аккуратно уложил её на кровать, нежно целуя каждый сантиметр её тела. Он ласкал её шею, плечи, грудь, спускаясь всё ниже и ниже, пока её стонущие вздохи не стали громче. Елена тянулась к нему, её руки обвивали его плечи, притягивая ближе.

Они слились в единое целое, их движения были синхронны, как будто они танцевали танец страсти. Антонио чувствовал, как её тело откликается на каждый его прикосновение, её стонущие вздохи становились всё громче. Он наслаждался каждым мгновением, каждым её вздохом, каждым стоном удовольствия.

Елена, погруженная в ощущение наслаждения, тихо шептала его имя, её глаза светились от страсти. Она отвечала на его ласки с не меньшей страстью, её пальцы исследовали его тело, наслаждаясь каждым мускулом, каждым изгибом.

Город шумел и кричал, заглушая их стоны удовольствия, но в этот момент для них существовала только их комната, только их страсть. Антонио и Елена достигли пика наслаждения, их тела слились в экстазе. Это был момент полной гармонии и единства, который они оба запомнят навсегда.

Они лежали рядом, обнявшись, их дыхание постепенно успокаивалось. Антонио нежно поцеловал её в лоб, чувствуя, как её тело расслабляется рядом с ним. Елена тихо улыбнулась, её глаза были полны счастья и удовлетворения. Они знали, что этот вечер стал началом чего-то особенного, что их связывает нечто большее, чем просто страсть.

Мужчина проснулся от шума и грохота, словно кто-то устроил стройку по соседству. Он медленно открыл глаза, пытаясь понять, где находится. Елены рядом не было.

Антонио ничего не понимал, осматривая комнату. Это была не его квартира. Вокруг стояла старинная мебель, и он чувствовал себя словно в музее. Высокие потолки украшены лепниной, тяжелая деревянная мебель в викторианском стиле, кружевные занавески и большие окна с шелковыми шторами. В центре комнаты стоял мраморный камин с коваными приспособлениями, а полы были покрыты ковровыми дорожками и тяжелыми коврами. Свет обеспечивали большие хрустальные люстры, висящие на потолке, и масляные лампы на столике с изогнутыми ножками.

"Где я? Где Елена?" – ничего не понимал он. Тут в комнату зашла женщина. Её волосы были собраны наверх, на ней было платье коричневого цвета из тяжелой ткани с длинными пышными юбками, украшенными складками. Линия талии подчеркивалась тесьмой, а верх платья был украшен вставками из кружева. Рукава были короткими.

Женщина удивлённо посмотрела на Антонио и закричала:

– Помогите, помогите, вор!

Мужчина в ужасе схватил свои вещи и выбежал из квартиры, на ходу одеваясь.

Выйдя на улицу, он обнаружил, что находится в старинном районе города, который напоминал что-то из 19 века. Улицы были вымощены булыжником, вокруг стояли дома с деревянными фасадами и крытыми черепицей крышами. Повсюду бегали люди в одежде того времени: мужчины в цилиндрах и фраках, женщины в платьях с кринолинами. Лошади тянули кареты, и люди, казалось, были заняты своими делами, не замечая его паники.

Антонио пытался сообразить, что происходит. Он оглядывался вокруг в поисках выхода из этой странной ситуации. "Что это за место? Как я здесь оказался?" – думал он. Сердце билось как бешеное, адреналин захлёстывал его.

Мужчина удивлённо и непонимающе смотрел по сторонам.

"Где его дом? Где он сам? И почему все одеты как на костюмированной вечеринке, посвященной 19 веку?" – спрашивал он себя.

Вокруг царила атмосфера, словно он попал в прошлое: люди в цилиндрах, женщины в платьях с кринолинами, лошадиные повозки и старинные здания. Ничего не понимал.

Нужно было найти Елену. Вдруг она попала в беду? Зная, что она любит посещать Центральную библиотеку, мужчина отправился туда. Даже если её там нет, он сможет спросить, может, кто её знает, или попросить у библиотекаря её номер телефона или адрес.

Антонио шёл по старинным улицам, пытаясь найти знакомые ориентиры. Он заметил, что улицы Рима действительно выглядели иначе, как будто перенеслись на несколько веков назад. Проходя мимо зданий с высокими фасадами и узкими окнами, он обратил внимание на вывески магазинов и лавок, выполненные в старинном стиле. Люди вокруг казались занятыми своими делами, словно для них это было обычным делом.

Антонио вышел в самый центр Рима и оказался на городской станции Termini, построенной в 1863 году. Хотя станция выглядела по-другому, он всё же узнал её. Здание было сравнительно небольшим и скромным, рассчитанным на меньший объём пассажиров, чем в его время. В стиле эклектики, оно сочетало различные архитектурные элементы и имело простую прямоугольную форму. Интерьеры были простыми и функциональными, с залами ожидания, кассами для продажи билетов и небольшими коммерческими помещениями. Платформы и пути были адаптированы для паровозов, которые были основным видом поездов в 19 веке. Вокруг станции находились незастроенные или частично застроенные участки земли.

Недалеко виднелся частично разрушенный Колизей – огромный овальный древний амфитеатр, символизирующий мощь древней Италии. Римский форум располагал храмы, базилики, правительственные здания, арки и общественные площади. Среди известных сооружений – Храм Сатурна, Арка Септимия Севера, Курия и Колонна Фоки. Все они поражали своей красотой и мощью. Также недалеко стоял фонтан Треви, выполненный в стиле барокко и украшенный скульптурами мифологических персонажей. Центральная фигура – Нептун, окружённый тритонами и морскими конями.

Однако центральной библиотеки, как он её знал, на месте не было. То есть она была, но не достроенная. Внешние стены и основная структура здания уже были возведены, но ещё не имели окончательной отделки и декоративных элементов. Вокруг здания можно было видеть строительные леса, используемые для выполнения внешних и внутренних работ. Территория вокруг была занята строительными материалами и инструментами. Рабочие в старинной одежде суетились вокруг, устанавливая кирпичи и поднимая строительные материалы.

Антонио чувствовал себя потерянным и растерянным. Он медленно двигался среди людей, погруженных в свои дела. Его одежда, современная и не соответствующая эпохе, привлекала взгляды прохожих. Мужчина понимал, что привлекает ненужное внимание, но у него не было времени на раздумья.

Антонио попытался зайти внутрь здания, но один из строителей, вероятно бригадир или человек, отвечающий за порядок на стройке, грубо остановил его.

– Эй, ты куда собрался? – грубым голосом сказал мужчина, преграждая путь. – Здесь стройка, чужим вход запрещён. Проваливай отсюда!

Антонио ощутил прилив гнева. Ситуация и так была достаточно стрессовой, и последнее, что ему было нужно, – это грубость незнакомца.

– Да сам ты проваливай! – выкрикнул он в ответ, не сдержав эмоций. – Мне нужно внутрь!

Мужчина нахмурился и, видимо, решив не связываться с явно неадекватным посторонним, махнул рукой в сторону выхода. Антонио выругался себе под нос и, развернувшись, пошёл прочь от здания.

Антонио шагал по улице, пытаясь осмыслить происходящее. Вокруг него бушевал город, заполненный людьми в старинных одеждах. Женщины в длинных платьях с корсетами, мужчины в жилетах и шляпах. Кареты с лошадьми медленно проезжали мимо, вызывая у него ещё большее замешательство. Он чувствовал себя будто, попал на костюмированную вечеринку, посвящённую 19 веку, но с каждым шагом всё больше понимал, что это не представление. Это была реальность.

"Где его дом? Где он сам? И почему все одеты как на костюмированной вечеринке, посвящённой 19 веку?" – думал он, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Ему нужно было разобраться, что происходит.

Он шел по узким улочкам, мимо уличных торговцев, выкрикивающих о своих товарах, и лавок, заполненных изделиями ручной работы. Вокруг витала смесь запахов: свежий хлеб, специи, лошадиный навоз и дым от дровяных печей.

Антонио остановился возле фонтана, чтобы обдумать ситуацию. Он опустил руку в прохладную воду и попытался успокоиться. "Какой сейчас год? Как я здесь оказался?" – эти вопросы не давали ему покоя. Одно он знал наверняка: он не в своём времени.

Мужчина присел на край фонтана и огляделся. Он видел детей, играющих на улице, и пожилых людей, беседующих на лавочках. Всё это казалось таким реальным и таким далёким от его привычной жизни.

"Надо что-то делать", – подумал Антонио. Он решил найти человека, который мог бы объяснить, что происходит. Но сначала ему нужно было понять, какой сейчас год и как он попал сюда. Возможно, ответ на эти вопросы поможет ему найти способ вернуться в своё время.

Антонио поднялся и направился к ближайшему рынку. Он надеялся, что там найдёт кого-то, кто сможет дать ему ответы. Пока он шёл, его мысли крутились вокруг одной идеи: найти Елену. Возможно, она тоже оказалась в этом времени и сейчас нуждается в помощи.

Антонио чувствовал себя потерянным. Он был один в этом незнакомом мире, но у него была цель. Он должен был найти Елену, узнать правду о происходящем и найти способ вернуться домой. Его решимость крепла с каждым шагом.

Антонио медленно шел по каменным улицам Рима, его кроссовки мягко ступали по камням, не стуча, в отличие от обуви местных жителей. Вскоре он увидел вдали небольшой двухэтажный магазин с газетами и поспешил туда. Здание было невысокое и деревянное, фасад украшен вывеской с крупными буквами, выполненными из металла, привлекая внимание прохожих. Витрины магазина были заполнены свежими газетами и журналами.

Он вошел внутрь, и его встретила уютная, оживленная атмосфера. Прилавок стоял в центре помещения, за которым находился продавец, одетый в жилет и кепку, готовый обслужить посетителей и рассказать им о свежих новостях. В магазине было оживленно: покупатели листали газеты, обсуждали последние события, а продавец иногда громко зачитывал заголовки, чтобы привлечь внимание к наиболее важным новостям дня.

На прилавке лежали газеты на итальянском и других популярных европейских языках, журналы и литературные издания, а также объявления и афиши. В углу стояли полки с канцелярскими принадлежностями: перья, чернила и бумага.

Антонио поспешил к прилавку, поздоровался с продавцом. Невысоким стариком, в серой кепке. Тот ответил ему с улыбкой.

– Buongiorno! Какой свежий выпуск газеты у вас есть? – спросил Антонио.

Продавец достал газету и протянул ее Антонио. Тот быстро взглянул на дату: 1874 год. Он моргнул и еще раз посмотрел на цифры. Сомнений не было, дата была отчетливо напечатана. Он пролистал газету, проверяя каждую страницу, и везде стоял один и тот же год: 1874.

Антонио почувствовал, как у него перехватило дыхание. "Это не может быть правдой", – думал он, но его надежда на ошибку таяла с каждой секундой.

– Извините, какой сейчас год? – спросил он у продавца, надеясь услышать иной ответ.

Продавец удивленно посмотрел на него карими глазами, не понимая, почему такой странный вопрос.

– 1874, signore, – ответил он, слегка нахмурив свои седые усы и брови.

Антонио стоял в шоке, его рот приоткрылся от удивления. Он был в замешательстве, не зная, что сказать или как реагировать. В голове крутились вопросы: "Как я здесь оказался? Как вернуться домой? Что произошло?"

– Вы будете брать газету? – с легким раздражением спросил продавец, видимо, заметив замешательство Антонио.

Мужчина лишь покачал головой, все еще переваривая услышанное. Он просто стоял, ошеломленный, не зная, что делать дальше. Вокруг него продолжалась обычная жизнь, люди разговаривали, покупали газеты, проходили мимо, но для Антонио весь мир вдруг изменился, перевернувшись вверх дном.

Увидев замешательство мужчины и его побледневшее лицо, продавец поспешил к нему.

– Вам плохо, джентльмен? – спросил старик, вынося с собой небольшую деревянную табуретку. – Присядьте.

Антонио сел, чувствуя, как весь мир вокруг него начал вращаться. Он не мог поверить в то, что с ним происходило. Мысли в голове путались, и единственное, о чём он мог думать, это как он здесь оказался.

– Вы не местный? – спросил продавец, разглядывая его внешний вид, который сильно отличался от местных жителей.

Антонио пожал плечами. Он действительно родился в Риме, но в другое время. Он не знал, что ответить. Для этих людей он был чужаком, а для Рима его времени – своим.

– Что с вами произошло? – продолжал продавец, заметив, что Антонио затрудняется с ответом.

В этот момент к ним подошла молодая и симпатичная женщина, шурша длинными юбками.

– Папа, – сказала она звонким голосом, – видишь, человеку плохо, хватит вопросов.

– Эмилия, я же просто интересуюсь, – оправдывался старик.

– Спросишь потом, – сказала женщина, взяв Антонио за руку. – После того как джентльмен выпьет чаю.

Антонио встал с табурета и последовал за женщиной, все еще ощущая легкое головокружение. Эмилия вела его по узкой лестнице на второй этаж. Они прошли, дошли до комнаты. Дверь была открыта, и внутрь проникал теплый солнечный свет. Дом был уютным, с низкими потолками и старой деревянной мебелью. На стенах висели семейные фотографии, а пол был покрыт ярким ковром. Эмилия усадила Антонио за деревянный стол и поставила перед ним чашку горячего чая.

– Выпейте, это поможет вам успокоиться, – сказала она мягким голосом.

Антонио благодарно кивнул и сделал глоток чая. Тепло напитка постепенно разливалось по его телу, принося немного успокоения.

– Что с вами случилось? – спросила Эмилия, садясь напротив и внимательно глядя на него своими большими карими глазами.

Антонио попытался объяснить, что он из другого времени, но слова казались неуместными и странными. Он не знал, как начать. В конце концов, он просто выдохнул:

– Я… Я оказался здесь случайно. Это всё так странно. Я был в своём времени, в своём доме, и вдруг оказался здесь, в 1874 году.

Эмилия смотрела на него с недоверием, но её глаза выражали сострадание и понимание.

– Вы хотите сказать, что вы пришли из будущего? – переспросила она, пытаясь осмыслить услышанное.

Антонио кивнул, чувствуя, как тяжесть слов легла на его плечи. Он не знал, поверит ли ему Эмилия, но понимал, что ему нужно искать помощь и ответы.

– Я не знаю, как это произошло, – продолжал он. – Я просто хочу вернуться домой, но не знаю, как это сделать и куда идти.

Глава 3. Незваный Гость.

Антонио, почувствовавший себя немного лучше после горячего чая и доброжелательного внимания Эмилии, огляделся вокруг. В домик вошёл пожилой мужчина, внимательно осматривающий гостя. На лице старика читалось удивление и любопытство, когда он увидел яркую цветастую рубашку мужчины и тёмно-синие штаны из непонятной ткани. Он никогда не видел таких штанов, как потом их назовет Антониа, джинсы, в его времени не существовали.

– Меня зовут Винченцо, это моя дочь Эмилия, – сказал старик, не сводя глаз со своего собеседника.

– Меня зовут Антонио, – ответил гость, делая очередной глоток чая. Он чувствовал себя странно в этом месте, словно оказался в сцене из исторического романа.

– Очень приятно, – кивнул пожилой мужчина. Антонио кивнул в ответ, чувствуя, как напряжение немного спадает.

– Отец, Антонио некуда идти, – начала Эмилия, слегка волнуясь. – А тебе нужен помощник.

– Дочка, не вмешивайся, когда мужчины разговаривают, – перебил её старик, сурово посмотрев на дочь.

– Я всего лишь хотела помочь, – тихо сказала она, обиженно отвернувшись.

Антонио почувствовал неловкость из-за того, что стал причиной этого спора, но внезапно Винченцо заговорил вновь.

– Да, она права. Мне действительно нужен помощник, – сказал он, смягчив тон. – Как я заметил, вы владеете грамотой.

Антонио молча, кивнул, понимая, что это важно.

– Отлично, – продолжил старик. – Вы можете работать в моем магазине и ночевать там же на диване.

Понимая, что другого выхода нет и жить где-то нужно, Антонио согласился. Он чувствовал благодарность и лёгкое облегчение, зная, что теперь у него есть хотя бы временное убежище.

Старик еще раз внимательно осмотрел Антонио, прежде чем произнести:

– Дочка, принеси одежду для моего нового помощника.

Эмилия, шурша длинными юбками, быстро ушла и вскоре вернулась, неся в руках старую, но чистую одежду. Брюки были облегающими, прямыми и немного узкими, в стиле современных джинсов, только из темного материала. Пальто и жакет с высоким воротником и несколько тусклых рубашек завершали ансамбль, не яркий, но достаточно подходящий для местного стиля.

– Тебе нужно переодеться, твоя одежда слишком выделяется, вызывает слишком много вопросов и недоумений, – объяснил Винченцо.

Антонио вздохнул, смирившись с необходимостью адаптации. Он зашел за ширму, снял свою современную одежду и осторожно надел предложенные Винченцо вещи. Выйдя, он посмотрел на себя в старинное зеркало в большой, расписанной деревянной раме. В этом отражении он видел не себя, а скорее какого-то давно ушедшего родственника или фигуру из старых семейных фотографий, которые он иногда рассматривал в старых альбомах. В этом облике было что-то отчужденное и странное, но в то же время оно сочеталось с окружающей обстановкой лучше, чем его собственная одежда.

– Тебе идет, – улыбнулась Эмилия, рассматривая его с удовлетворением.

Антонио почувствовал себя несколько не по себе, но в то же время признал, что такой наряд больше соответствует времени и месту, в котором он оказался. Это был первый шаг к тому, чтобы принять новую жизнь и приспособиться к неизвестному миру, который стал его временным домом.

Антонио привыкал к новой жизни с каждым днем. Магазин Винченцо стал для него не просто местом работы, но и своего рода убежищем в этом незнакомом времени. Старый домик, в котором располагался магазин, оказался уютным и непритязательным. Прилавки, уставленные товаром, создавали атмосферу старинной торговли, которая покорила местных жителей своей простотой и честностью.

Винченцо, несмотря на свою строгость, был человеком с большим сердцем. Он терпеливо наставлял Антонио, помогая ему освоиться в роли помощника. Их рабочие дни были наполнены трудом и дружескими разговорами за чашкой кофе в перерывах. Антонио ценил эту дружескую поддержку, ведь она была как надежный компас в море неизвестности.

Эмилия, дочь Винченцо, стала для Антонио не только помощницей в работе, но и настоящим другом. Она часто брала с собой чай и закуски, заботясь о комфорте гостя из другого времени. Её заботливые жесты наполняли дни Антонио теплом и приятным чувством принятия.

Антонио активно учился новым навыкам, необходимым для работы в магазине. Продажа газет и журналов, ведение бухгалтерии и обслуживание клиентов требовали внимания к деталям и быстроты реакции. Его современные знания и опыт стали ценным ресурсом, который помогал упрощать многие рабочие процессы.

Ночевать Антонио приходилось на старом диване в магазине. Диван был скромным и неудобным, но для него это стало лучшим вариантом в условиях незнакомого времени. После долгих дней труда, когда в магазине становилось тихо и пустынно, он чувствовал себя благодарным за этот временный дом, который предоставили ему Винченцо и Эмилия.

В одиночестве ночью, когда улицы деревни погружались в тишину, Антонио часто задумывался о своём прошлом и будущем. Странное стечение обстоятельств привело его в этот мир, где каждый день приносил новые открытия и вызовы. Он мечтал о возвращении домой, но в то же время осознавал, что эти люди – Винченцо и Эмилия – стали для него своего рода семьёй в этом временном пристанище.

Надежда на возвращение в свое время всё ещё горела ярко в его сердце, но как это осуществить, оставалось загадкой. В тиши ночей, когда тени прошлого окутали город, он сидел на старом диване в магазине, размышляя о том, что его ждет впереди. Но невзгоды, которые перенес он, не могли не обострять его желание вернуться назад. Он задавался вопросом, есть ли у него сила изменить свою судьбу или же он здесь заключён навсегда.

Антонио сидел на диване, погруженный в свои мысли. Рабочий день подошел к концу, ужин с Винченцо и Эмилией остался позади, и он снова вернулся в магазин. Мысли о его квартире и Елене не давали покоя. Где она? Попала ли она в это время вместе с ним, или осталась в его времени? Он также подумал о том, что ему повезло не иметь питомцев, за которых пришлось бы переживать.

Погруженный в свои размышления, Антонио не заметил, как Эмилия подошла и села рядом. Её неожиданное появление заставило его вздрогнуть.

– Прости, не хотела тебя напугать, – тихо сказала она, с нежностью смотря на него.

Не говоря больше ни слова, Эмилия обняла его и приблизила свои губы к его. Она поцеловала его страстно, с трепетом и желанием. Антонио отстранился, удивлённо глядя на нее. Она была красива, и он не мог отрицать, что испытывал к ней влечение. Но их разделяли века. В его времени она была бы уже старушкой, а сейчас перед ним сидела юная девушка, полная жизни и желания.

– Эмилия, ты уверена? – прошептал он, всё ещё сомневаясь.

– Да, – ответила она, её глаза светились уверенностью и страстью.

Он не смог устоять. Обхватив её за талию, он притянул её ближе и начал страстно целовать. Её тонкая ночная рубашка не скрывала её прелести, и Антонио почувствовал, как его руки скользят под тонкой тканью, лаская её тело и груди. Он снял с неё ночную рубашку, обнажая её прелестные округлые груди с коричневыми сосками, напрягшимися от желания.

Антонио быстро снял с себя рубашку и брюки, оставаясь в нижнем белье. Они легли на диван, продолжая целоваться. Его губы касались её шеи, груди, сосков, медленно спускаясь ниже. Эмилия постанывала от удовольствия, но старалась сдерживаться, боясь, что её отец услышит.

– Тише, – прошептал он, целуя её, стараясь заглушить её стоны.

Его руки обхватили её упругие ягодицы, слегка приподнимая её. Он вошёл в неё, чувствуя, как она содрогается от удовольствия. Эмилия прикусила губу, стараясь не издавать громких звуков. Они двигались вместе, стараясь быть как можно тише, хотя это было трудно. Старый диван скрипел под их весом, казалось, он готов вот-вот развалиться.

Снаружи скрипели повозки, цокали копыта лошадей, бредущих по каменистым улицам Рима. Наконец, они достигли кульминации, стараясь заглушить свои стоны страсти. После этого Эмилия поднялась, оставив спящего любовника отдыхать на диване. Её отец не должен был узнать, что произошло этой ночью.

Тишина окутала магазин. Эмилия осторожно взяла свечу и направилась на второй этаж. Сейчас всё было тихо, даже город не шумел. Повозки не катились, лошади не цокали, лишь пламя свечи потрескивали, издавая небольшие звуки. Она тихо открыла дверь своей комнаты и вошла внутрь, стараясь не разбудить отца.

Погруженная в свои мысли, Эмилия села на кровать, задумавшись о том, что произошло. Её сердце билось учащенно, а на губах остался сладкий привкус его поцелуев. Она знала, что это было рискованно, но не могла отрицать, что хотела этого. Завтра новый день, и они снова будут работать вместе, как будто ничего не произошло. Но эта ночь останется в её памяти навсегда.

Антонио медленно просыпался, потягиваясь, и почувствовал что-то необычное. Под его телом не было привычного мягкого дивана – он лежал на твердом, холодном камне. Он ощупал рукой окружающее пространство – камни, песок. В воздухе витал запах улицы, совершенно отличный от того, что он привык ощущать в магазине Винченцо – запах бумаги, типографской краски и аромата чая, приносимого Эмилией.

Антонио резко открыл глаза. Вокруг было ещё темно, фонари лишь слабо освещали окружающее. Он огляделся вокруг, пытаясь понять, где он находится и что произошло.

"Неужели опять? И где я теперь?" – размышлял он, вставая с холодного камня.

Мужчина двигался по улице, медленно одеваясь. Его одежда, почему-то, переместилась вместе с ним. Но это была не та одежда, которую дал ему старик – это была его собственная, словно она тянулась за ним, следуя везде, куда бы он ни попадал.

Антонио шел, всё ещё погруженный в размышления. Почему это происходит? Почему он постоянно переносится в неизвестные места? Что за проклятие или порча это на него наложили?

Проклятие. Эти слова вдруг возникли в его мыслях, напомнив о гадалке, старухе, которой он не поверил. Она предупреждала его, говорила о проклятии или порче.

"Кто мог такое сделать со мной?" – шептал он себе под нос, пытаясь понять.

Он вспомнил её лицо, глаза цыганки, её странные пророческие слова. "На тебе проклятие или порча", – сказала она. Он отмахнулся от этой мысли, но сейчас, стало ясно, что что-то необъяснимое происходит с ним.

"Майя? Нет, как её там… Лейла? Лайла!" – воскликнул он, вдруг вспомнив имя той цыганки, у которой он проснулся перед встречей с Еленой. "Это она! Она наложила на меня это проклятие!"

Антонио ударил себя по лбу от неожиданной боли, вызванной этим воспоминанием. Он сидел на краю тротуара, пытаясь собрать мысли в кучу.

"Как это работает? Почему именно после… после…" – он не мог даже произнести слово вслух, слишком странно было думать об этом.

Сделав глубокий вдох, он попытался разобраться. Возможно, это проклятие было связано с тем, что происходило с его телом в моменты страсти и влечения. Но каким образом оно работало – это оставалось загадкой.

Антонио почувствовал, что ему нужно найти ответы. Он решил идти дальше, в поисках ключа к разгадке своей непростой судьбы.

Антонио брел по улице, погруженный в свои мысли, не зная, куда направляется. Каменистая мостовая хрустела под его обувью, окруженная зданиями с покатыми крышами и фасадами, напоминающими о прошедших эпохах. Единственное, что подсказывало ему хотя бы примерное время, – это электрические фонари, которые освещали улицу своим ровным светом. «Это где-то двадцатый век, но какой именно год?» – думал он, чувствуя, как его мысли запутываются в лабиринте догадок и предположений.

Неожиданно перед ним открылась площадь. Величественная и мрачная, она тонула в сумерках, озаренная лишь редкими фонарями. Его глаза расширились от увиденного, сердце сжалось от злости и разочарования. Он увидел фашистские флаги, развевавшиеся на ветру. Большие прямоугольные полотнища из красной ткани с черной свастикой в центре казались зловещими символами разрушения и ненависти.

Фасады зданий были испещрены следами от пуль – маленькие отверстия, застывшие в кирпичах, как немые свидетели жестоких боев. Внизу, на каменистом покрытии, он заметил темные пятна – следы крови, которые, казалось, впитались в камень и не смывались даже проливными дождями.

«Нет…» – тихо прошептал Антонио, осознавая, в какое время он попал. Ненависть, страх и разочарование заполнили его разум, сковали его движения. Он быстро отвернулся и поспешил уйти подальше, прочь от этого места.

Для него это время было самым мрачным и ужасным в истории его страны. Он вспомнил рассказы бабушки о гонениях евреев и мирных жителей Италии, которые выступали против фашистского режима. Его собственные предки, наполовину евреи, вынуждены были бросить всё и бежать из страны, чтобы спасти свои жизни. Бабушка показывала ему эти места, когда они вернулись в Рим. Сейчас он находился здесь, в самом сердце ужаса.

«Если нацисты меня увидят или узнают, что у меня еврейская кровь…», – страх пронзал его сердце. Он понимал, что ему нужно как можно быстрее покинуть это время.

Антонио продолжал идти вперед, его шаги ускорялись. Он думал о том, как вернуться в своё время, как снова найти покой и безопасность. В его голове крутились слова цыганки Лайлы, которые она сказала ему в след. Это точно была её работа, и он должен был понять, как это всё исправить.

Его сердце билось быстрее, страх и решимость смешались в одном порыве. «Нужно найти способ выбраться отсюда», – твердо решил он. Антонио знал, что ему нужно двигаться дальше, искать пути и возможности. Он должен был вернуться домой, в своё время, к своей жизни.

Окружающие звуки и запахи усиливали его ощущения. Он чувствовал, как запах дыма и пыли наполняет воздух. Слышал редкие шаги на улице, шорохи в темноте. Каждый звук казался угрозой, каждый тень – потенциальной опасностью.

Антонио ускорил шаг, понимая, что время играет против него. Ему нужно было найти способ изменить свою судьбу, разрушить проклятие и вернуться к нормальной жизни. И он был готов сделать всё возможное, чтобы этого добиться.

Так как Италия была союзником Германии во Второй мировой войне, на улице не было патрулей. Ходить можно было спокойно. Ему не встретился ни один человек в форме, пока он шел. Судя по виду площади, неугодных уже убрали, а те, кто успел, сбежали. Поэтому сейчас всё было относительно спокойно.

Антонио знал, куда ему идти. В публичный дом или, как его ещё называют, дом терпимости, или просто бордель. Если это происходит после секса, то это лучшее место, где можно быстрее получить то, что нужно, и отправиться подальше отсюда, в другое время.

Он шел. Было темно, город спал, в окнах не горел свет, не ездили машины. Лишь фонари освещали ему путь. В городе было тихо, и эта тишина казалась ему зловещей. Звуки его шагов эхом разносились по пустынным улицам, усиливая его беспокойство.

Антонио знал, куда идти. Он вырос в этом городе, и бабушка рассказывала ему, где что раньше находилось. Улицы, переулки, старые здания – всё это было ему знакомо, хоть и выглядело сейчас иначе. Он вспоминал рассказы бабушки, её указания и описания.

«Если я не ошибаюсь, здесь должен быть старый бордель…» – думал он, сворачивая в один из узких переулков. Его шаги ускорялись, когда он приближался к цели.

Наконец, он увидел старое здание, отличающееся от окружающих. Оно выглядело уютнее и ярче, несмотря на общее уныние города. Вход был украшен красными шторами и мягким светом, струящимся изнутри.

Антонио заметил, как открывается дверь борделя, и из него выходит мужчина. Он был чуть выше Антонио, но такой же комплекции. У него были светлые волосы и голубые глаза. В руке он держал фуражку. Но больше всего Антонио запомнилась военная форма мужчины.

На нём была традиционная военная туника с четкими линиями, четырьмя карманами на груди и талии с клапанами и пуговицами. Туника доходила до середины бедра и застегивалась на металлические пуговицы. Брюки имели узкий крой и заправлялись в высокие начищенные до блеска ботинки. Головной убор с козырьком был украшен кокардами и эмблемами, указывающими на принадлежность к определенному роду войск. Цвет униформы был фельдграу, представляющий собой смесь серого и зеленого цветов, выбранных для маскировки на поле боя.

Униформа была богато украшена различными знаками различия, включая погоны, петлицы и нарукавные нашивки, показывающие звание и особые заслуги. Мужчина носил кожаный ремень с металлическими пряжками, на которых была выгравирована эмблема Вермахта. Сейчас ремень был раскрыт, а туника полу расстегнута. Мужчина имел небрежный вид и шатался. Видно было, что он пьян.

Антонио инстинктивно спрятался за фасад здания, наблюдая за пьяным солдатом. Мужчина остановился, покачиваясь на месте, и попытался надеть фуражку, но у него это не сразу получилось. Он несколько раз поскользнулся на гладких камнях улицы, а затем, бросив фуражку на землю, закурил сигарету. Дым медленно поднимался, смешиваясь с прохладным ночным воздухом.

Антонио наблюдал за солдатом, стараясь понять, что делать дальше. Его сердце бешено колотилось, адреналин зашкаливал. Он понимал, что этот пьяный солдат может стать его билетом из этого времени, но действовать нужно было осторожно. Ведь огромная вероятность, что в борделе много военных Вермахта и нужно быть осторожным и не привлекать к себе внимание.

Мужчина пошатнулся и, спотыкаясь, пошел в сторону темного переулка. Антонио следил за ним, стараясь не выдать своего присутствия. Он обдумывал свой план: нужно было как-то оглушить солдата и воспользоваться его формой для маскировки. Это было рискованно, но других вариантов он не видел.

Солдат, не обращая внимания на окружающее, завалился на ближайшую лавку и начал что-то невнятно бормотать, роняя пепел от сигареты себе на штаны. Антонио тихо подошел ближе, чувствуя, как напряжение нарастает. Он знал, что нужно действовать быстро.

Неожиданно солдат повернул голову и взглянул прямо на Антонио. Их взгляды встретились, и на мгновение время замерло. В голове Антонио промелькнуло множество мыслей: что если его поймают, что если не получится, что если… Но он быстро отбросил все сомнения.

– Эй, кто ты? – прохрипел солдат, пытаясь встать, но тут же потерял равновесие и рухнул обратно на лавку.

Антонио не терял времени. Он подбежал к солдату и с силой ударил его в челюсть. Солдат выронил сигарету и обмяк. Антонио быстро осмотрел его карманы, найдя ключи и документы. Затем снял с него униформу и начал переодеваться. Времени было мало, и каждая секунда была на счету.

Когда Антонио полностью облачился в форму, он почувствовал себя немного увереннее. Солдат всё ещё лежал без сознания на лавке, и Антонио решил утащить его в тень, чтобы его не заметили. Закончив, он выпрямился и, проверив все карманы, нашел бумажник и удостоверение личности.

Он надел фуражку и направился обратно к борделю. Нужно было как можно скорее завершить задуманное и снова попытаться переместиться во времени. С каждой минутой напряжение нарастало, и Антонио знал, что в любой момент может что-то пойти не так.

Переодевшись, Антонио отправился в сторону борделя. Он подошёл к массивной деревянной двери и постучался. Она медленно открылась, и перед ним предстал мужчина в строгой униформе. Сердце Антонио колотилось, но он старался сохранять спокойствие.

– Проходите, – сказал мужчина на чистом немецком языке.

Антонио кивнул и прошел внутрь. При входе его встретил вестибюль, который был оформлен с определённой роскошью. На стенах висели картины, зеркала в золотых рамах отражали свет декоративных светильников, а под ногами стелились роскошные ковры. Здесь находился управляющий или мадам, которая следила за порядком.

Антонио огляделся. Центральное место занимала гостиная для ожидания, где клиенты могли отдохнуть, поговорить и выбрать девушку. Удобные диваны и кресла, журнальные столики с напитками и сигаретами, создавали уютную атмосферу. В углу играл граммофон, добавляя музыкальный фон к общей картине. Барная стойка, полки с бутылками, высокие стулья, зеркала за баром – всё это создавало атмосферу ночного клуба.

За барной стойкой стояли мужчины в форме Вермахта и девушки. Больше из девушек были или в нижнем белье, или в откровенных, вызывающих нарядах, а некоторые вовсе были только в трусиках. Их обнажённые тела вызывали желание и возбуждение. Глаза Антонио разбегались. Хотелось осмотреть каждую девушку, трогать, ласкать, целовать их нежные груди, соски, мять упругие ягодицы.

Он подошел к барной стойке, стараясь выглядеть уверенно. Один из офицеров обернулся к нему:

– Новенький? – спросил он, глядя на Антонио с любопытством.

– Да, – коротко ответил Антонио, стараясь скрыть акцент и нервозность.

– Откуда ты? – продолжал офицер, предлагая Антонио сигарету.

Антонио взял сигарету, пытаясь выиграть время для ответа. – Из Берлина, перевели сюда недавно.

Офицер кивнул и хлопнул его по плечу. – Расслабься, дружище. Здесь ты найдешь всё, что нужно. Выбирай любую, – он махнул рукой в сторону девушек.

Глава 4. Последний Шанс.

Антонио кивнул, пытаясь сохранить спокойствие, и направился к одной из девушек. Её тёмные волосы падали волнами на обнажённые плечи, а глаза смотрели с кокетливым вызовом. Она была одета в кружевное бельё, которое подчёркивало её фигуру.

– Привет, красавчик, – сказала она, подойдя ближе и прикасаясь к его плечу. – Как тебя зовут?

– Ганс, – ответил он, стараясь казаться уверенным.

– Очень приятно, Ганс. Я Карамелька. Чем могу помочь? – её голос был мягким и манящим.

Антонио понимал, что нужно действовать быстро. Он провёл рукой по её талии, ощущая тепло её тела через тонкую ткань. – Думаю, нам стоит найти более уединенное место, – сказал он, пытаясь скрыть нервозность в голосе.

Девушка улыбнулась и кивнула.

– Пойдём со мной.

Она взяла его за руку и повела через коридор в одну из комнат. Внутри было уютно, стояла большая кровать с мягкими подушками, на тумбочке мерцала свеча. Карамелька закрыла дверь и повернулась к нему, её глаза горели страстью.

– Ты выглядишь напряженным, – сказала она, приближаясь и обнимая его. – Давай я помогу тебе расслабиться.

Антонио почувствовал её прикосновения, её руки скользили по его груди, расстегивая пуговицы на тунике. Он знал, что это нужно, чтобы снова переместиться во времени. Он ответил на её поцелуй, позволяя ей вести. Катя аккуратно сняла с него униформу, её движения были плавными и нежными.

Антонио закрыл глаза, стараясь не думать о происходящем. Он чувствовал её губы на своей коже, её руки, скользящие по его телу. Он должен был сделать это, чтобы уйти отсюда. Он погрузился в ощущения, надеясь, что это сработает и он снова окажется в другом времени, подальше от ужаса войны.

Он надеялся почувствовать, спустя некоторое время, как мир вокруг него начнет меняться. Звуки станут приглушёнными, обстановка поменяется. И он снова окажется на улице, но теперь это будит другая улица, другое время.

Бордель шумел, улица шумела. Через приоткрытое окно доносилась музыка и пьяные крики постояльцев, смешиваясь с приглушёнными звуками разговоров и смеха. Атмосфера была наполнена греховным весельем и сладострастной энергетикой. Однако здесь, в маленькой комнате, где находились Антонио и девушка, по имени Карамелька, казалось, существовал свой мир. Мир, в котором были слышны только стоны страсти и шелест прикосновений.

Антонио сливался с ней в одно целое, их тела двигались в унисон, подчиняясь ритму желания. Каждый её поцелуй, каждый ласковый вздох словно уносил его из этого времени, приближая к долгожданному освобождению. Он чувствовал, как её руки скользят по его телу, создавая ощущение безопасности и тепла. На мгновение он забыл, где находится, и позволил себе полностью погрузиться в момент.

Когда всё закончилось, Карамелька нежно поцеловала его в щеку и, улыбнувшись, начала собираться. Антонио почувствовал, как его веки становятся тяжёлыми, усталость накатывала с новой силой. Он знал, что перенос происходит только во сне, и поэтому, прежде чем девушка ушла, попросил её позволить ему немного поспать. За отдельную плату Карамелька согласилась и вышла, оставив его одного.

Антонио закрыл глаза, стараясь расслабиться и отпустить все тревоги. В комнате было тихо, только слабый свет свечи играл на стенах, создавая причудливые тени. Он вспомнил лицо гадалки, её слова о проклятии, и на мгновение позволил себе верить, что скоро это всё закончится. Ему нужно было только заснуть, и тогда, возможно, он окажется в другом времени, в другом месте, подальше от этого ужасного периода.

Мужчина глубоко вздохнул, чувствуя, как усталость постепенно берет верх над его сознанием. Он попытался представить себе дом, родной уют, запахи и звуки, которые приносили успокоение. Его мысли уносились всё дальше, и вскоре он погрузился в глубокий сон.

Во сне ему снова привиделись образы прошлых перемещений. Он видел себя на древних улицах, среди людей в средневековых костюмах, затем в будущем, среди футуристических зданий и технологий. Эти образы мелькали перед ним, создавая хаотичный калейдоскоп времён и мест. Он видел лица, слышал голоса, чувствовал запахи и прикосновения, которые были одновременно знакомыми и чужими.

Антонио пробирался сквозь этот сон, пытаясь найти ключ к разгадке своего проклятия. Он вспоминал каждую встречу, каждое перемещение, пытаясь понять, что связывает их всех. Где-то в глубине сознания мелькала мысль о Лайле, о её загадочной улыбке и проклятие, которое она наложила на него. Он должен был найти способ освободиться.

Сон становился всё более глубоким, образы становились всё более яркими и реальными. Он чувствовал, как его тело погружается в состояние, когда время и пространство теряют своё значение. В этот момент, он знал, что скоро произойдёт новое перемещение. Очередное путешествие в неизвестное, очередная попытка найти ответы.

Антонио тихо вздохнул во сне, ожидая, когда мир вокруг него начнет меняться.

Антонио вздрогнул и резко проснулся, услышав шум, гам и крики за дверью. Сквозь полусон он уловил звук разбивающегося стекла, сопровождаемый громкими ругательствами на чистом немецком языке. Сердце его забилось чаще, адреналин мгновенно заполнил каждую клетку тела. Он напрягся, стараясь прислушаться к тому, что происходило снаружи.

Внезапно в тишине прозвучала фраза: "Где он?" Это были слова, полные ярости и решимости, и они заставили Антонио замереть на месте. Его дыхание участилось, он почувствовал, как по спине пробежал холодный пот. Он понял, что его обнаружили.

Дверь в комнату резко распахнулась, и на пороге появился солдат Вермахта, тот самый, у которого Антонио забрал форму. Лицо его было опухшим от удара, глаза горели ненавистью. В след за ним в комнату ворвались ещё несколько солдат.

– Вот он! – закричал солдат, указывая на Антонио. В комнате стало тесно от тел, запах пота и алкоголя смешался с запахом дешевых духов и пыли.

Антонио резко встал, понимая, что пути к отступлению нет. Он почувствовал, как в его голове всё закружилось, адреналин бьёт в виски. Он знал, что времени на раздумья нет, нужно было действовать быстро. Антонио сделал шаг назад, стараясь сохранить дистанцию.

– Что происходит? – спросил он на немецком, стараясь звучать уверенно, несмотря на страх, охвативший его.

Солдат, лицо которого было искажено яростью, шагнул вперёд.

– Ты украл мою форму, – зарычал он. – Ты думаешь, что можешь просто так взять и уйти?

Антонио почувствовал, как его сердце колотится в груди. Он знал, что должен что-то сказать, что-то сделать, чтобы выиграть время.

– Я… я не знаю, о чём вы говорите, – начал он, стараясь держаться спокойно. – Я просто солдат, как и вы. Возможно, это недоразумение.

Но слова прозвучали неубедительно. Солдаты шагнули вперёд, сжимая кулаки. Один из них достал пистолет и направил его на Антонио.

– Мы знаем, что ты не наш. Ты должен пойти с нами, – сказал он, и в его голосе звучала угроза.

Антонио понял, что у него нет выбора. Он должен был попытаться сбежать или найти способ перенестись в другое время. Его мысли метались, он лихорадочно искал выход.

– Послушайте, – начал он, но его голос был прерван звуком выстрела.

Пуля прошла мимо, пробив стену. Антонио рванулся в сторону, стараясь уйти от линии огня. Солдаты бросились за ним, и комната наполнилась хаосом. Он чувствовал, как его тело напрягается, готовое к борьбе.

Но тут он понял, что надежда на спасение тает. Он был окружен, у него не было оружия, и шансов на победу в этой схватке было мало.

– Держите его! – крикнул один из солдат, и Антонио почувствовал, как его схватили за руки.

Его прижали к стене, и он ощутил холод металла на запястьях. Глаза солдат были полны ненависти и злости. Антонио понял, что ему нужно что-то придумать, иначе это будет его конец.

– Пожалуйста, – начал он, стараясь звучать умоляюще. – Давайте поговорим, я могу всё объяснить…

Но слова не имели силы. Солдаты только сильнее сжали его руки, не давая возможности вырваться. Антонио чувствовал, как страх сковывает его, и в голове мелькала мысль о том, что это может быть его последним шансом.

Солдаты схватили Антонио, крепко удерживая его за руки. Он чувствовал, как сильные руки сжимают его запястья, не оставляя шансов на побег. Его вывели из комнаты, через шумный коридор, наполненный звуками музыки, смеха и криков. В воздухе витали запахи алкоголя, пота и дешевых духов.

Антонио шел, спотыкаясь, стараясь сохранить равновесие, но солдаты не давали ему замедлиться. Их тяжелые ботинки громко топали по полу, эхо шагов разносилось по всему борделю. На лицах солдат была видна смесь злости и решимости. Они вели его как преступника, и это осознание еще больше угнетало Антонио.

Когда они вышли на улицу, Антонио почувствовал холодный ночной воздух, который резко контрастировал с теплом внутри борделя. В городе царила тишина, нарушаемая лишь отдаленными звуками музыки и редкими автомобилями. Электрические фонари отбрасывали длинные тени, создавая зловещую атмосферу.

Солдаты подвели Антонио к стоящей неподалеку машине. Она была темного цвета, с массивными металлическими деталями, и выглядела внушительно. Один из солдат открыл заднюю дверь, и, без лишних слов, они затолкали Антонио внутрь. Металлический запах бензина и смазки заполнил его ноздри, смешиваясь с его собственным потом и страхом.

Антонио уселся на жесткое сиденье, чувствуя, как его сердце бешено колотится. Солдаты закрыли дверь, и он оказался заперт в темноте, окруженный суровыми лицами. Они сели впереди, и машина тронулась с места, унося его прочь от борделя.

Сидя в машине, Антонио пытался собраться с мыслями. Он чувствовал, как его дыхание учащается, а разум лихорадочно ищет выход из этой ситуации. Его руки были сцеплены за спиной, и он понимал, что у него мало времени. Он вспомнил о проклятии, которое заставляло его перемещаться во времени, и надеялся, что это снова сработает.

Снаружи город медленно проплывал мимо, свет фонарей мелькал за окнами, и Антонио пытался угадать, куда его везут. Он слышал немецкую речь солдат, их разговоры были полны презрения и недоверия.

– Этот еврейский ублюдок думает, что может нас обмануть, – услышал он одного из них.

Антонио сглотнул, чувствуя, как страх сжимает его сердце. Он понимал, что если его разоблачат, то последствия будут ужасными. В голове мелькали образы его семьи, их рассказы о побегах и страданиях. Он знал, что должен выжить, найти способ выбраться из этой ситуации.

Машина ехала быстро, резко поворачивая на углах. Антонио чувствовал, как его качает из стороны в сторону. Он закрыл глаза, стараясь сосредоточиться, и молился, чтобы проклятие сработало снова и перенесло его в другое время, подальше от этого кошмара.

Но пока проклятие молчало, и он оставался в настоящем, окруженный врагами. Машина остановилась, и солдаты открыли дверь, вытаскивая его наружу. Они вели его по темному двору, где холодный ветер заставил его поежиться. Вдали виднелись серые стены здания, и Антонио понял, что его ведут в тюрьму или штаб.

Солдаты толкнули его внутрь, и Антонио оказался в тускло освещенном коридоре. Эхо шагов снова заполнило пространство, и его сердце забилось еще сильнее. Он знал, что время уходит, и должен был найти способ выбраться, пока не стало слишком поздно.

Его грубо завели в комнату, затолкнув вперед. Антонио едва удержался на ногах и остановился, пытаясь понять, где он. Вокруг была кромешная тьма, лишь слышались шаги и раздраженные голоса солдат за дверью. Внезапный щелчок выключателя разрезал тишину, и тусклый свет лампы, одиноко висевшей на потолке, озарил помещение. Комната оказалась крошечной, угнетающе пустой, в ней была только узкая кровать с изношенным матрасом, от которого веяло затхлостью и запустением.

Солдаты толкнули Антонио внутрь и с лязгом закрыли за ним дверь на ключ. "Разберемся с тобой завтра," – громко бросил один из них, и шаги начали удаляться, оставляя Антонио в одиночестве и тишине. Мужчина медленно опустился на кровать, ощущая под собой каждую пружину старого матраса. Волнение захлестнуло его, сердце билось часто и тяжело. Мысли путались, страх проникал все глубже, сковывая разум.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.