Андрей Маевский
Пир Гая Мария

– Отличное альбанское вино! Оно избавляет от всех тревог.

– Вино отличное, но устрицы и соленая скумбрия еще лучше.

– Нет, лучше всего кабан, начинённый жареными колбасами! Какой аромат! (Громкий смех).

– Это не кабан. Это образ поверженного города. Мы должны разделать Нуманцию, как этого кабана.

– А помнишь куртизанку из Сирии? Превосходная забавница. Ее ласки были так горячи.

– Еще бы не помнить. И сколько денариев она из нас выманила!

– Египтянки лучше, особенно из Александрии. Вот что значит смешение греческой и египетской крови! (Одобрительный шум).

– Хватит о женщинах. Скажи лучше, Полибий, когда мы наконец возьмём этот проклятый город?

– Об этом знают только всемогущие боги… или Публий Корнелий Сципион Эмилиан.

– Раз трусливые горожане не выходят, давай завтра поохотимся на зверей.

– Поохотимся. Но лучшая охота будет, когда мы возьмем город.

– Возьмем! Обязательно возьмем. Ведь с нами победитель Карфагена! Нет ничего лучше, чем служба под его началом. Мы помним его бессмертные слова Сенату: «Карфаген взят, жду ваших приказаний». Выпьем за него и за нашу будущую победу!

– А когда возьмем город, закажем себе перстни с изображением павшей Нуманции. Самые дорогие!

– Нет, чем меньше роскоши, тем лучше. Да будут к нам благословенны боги.

– Друг Публий, налей-ка нам вина. Побудь нашим виночерпием! (Общий смех).

– Хорошо, когда тебе наливает вино друг, а не раб. Сколько у тебя рабов – столько и врагов.

– Верно! Нет ничего на свете лучше дружбы свободных людей! (Всеобщее одобрение).

Так говорили на пиру во время осады испанского города Нуманция. Их было пятеро: Публий Корнелий Сципион Эмилиан Африканский – командующий римской армией, и его сотрапезники: Гай Семпроний Гракх, историк Полибий, Квинт Фабий Максим Эмилиан и Гай Марий. Они возлежали на ложах в просторной палатке Сципиона. В центре стоял стол с острыми закусками, жареной дичью и кувшинами с вином. Дневной свет падал на него через прозрачную сетку, в воздухе витал кисловатый винный аромат.

Хозяином пира был Сципион Эмилиан. Он принадлежал к знатнейшим родам Рима. Тонкие губы, орлиный нос, синие пронзительные глаза – черты Сципиона воплощали идеал патриция. Невысокий рост и хрупкое сложение не мешали ему производить неизгладимое впечатление своей природной властностью.

Сципион поднял руку, и шум стих. Он громко сказал по-гречески:

– Довольно праздных речей. Поговорим о возвышенном. Кто из вас перечитывал «Государство» Платона? Как сделать римский порядок незыблемым?

Гай Гракх и Полибий тут же начали излагать свои идеи о новой форме государственного строя, ссылаясь на Платона и Аристотеля. Они долго спорили о частностях, пока Квинт Фабий Максим нетерпеливо не прервал их: