Кит Леонов
Точка разрыва

Петля.

– Сколько тебя не убивай, никогда не надоест. Ты как Кубик Рубика, который сам собирается.

– Очень смешно.

Трава была мягкой и мокрой. Это была кровь или вода? Кто знает.

– Лилит, какой уже? Я сбился, ты же считаешь?

– 626. А вообще, мог бы, и сходить к генератору и узнать сам.

Зануда.

– Ты же знаешь, что после того, что было на первом, я даже не засуну носа туда.

– Ну да, тебе тогда крепко досталось.

Девушка весело кружилась, прыгая и совершая невообразимые кульбиты.

– Я говорю, что еще буквально сотня и умник Фред выберется из своей конуры.

– Ты говорила это сотню назад.

Лилит хихикнула, а затем показала мне еще несколько впечатляющих фокусов. Один из них кончился тем, что камень вдалеке стал двумя камнями.

Я на секунду задумался, ловя на себя тень странного ощущения – будто камень этот, хоть и на вид обычный, был частью чего-то большего. Я словно уже видел его. Словно этот момент – это не первый раз. Но мысль ускользнула. «Какая разница?» – подумал он, отмахиваясь от странного дежавю, которое настойчиво цеплялось за его сознание.

Я на секунду задумался, ловя на себя тень странного ощущения – будто камень этот, хоть и на вид обычный, был частью чего-то большего. Я словно уже видел его. Словно этот момент – это не первый раз. Но мысль ускользнула. «Какая разница?» – подумал он, отмахиваясь от странного дежавю, которое настойчиво цеплялось за его сознание.

– Я не понимаю, чего ты жалуешься, ты хотя бы помнишь, что было вчера. Подумай о бедолагах, что думают, о том, что сейчас первый день.

– Это ты сейчас так радушна, даже два года не прошло. А когда пройдет сотня?

– А зачем сейчас об этом думать? Будет время, разберемся. Времени у нас сейчас сколько хочешь. Я удивлена, как ты вообще попал в Эдем?

Как я попал, я не помнил. Зато помнил следующий день, и все остальные после.

– Какая разница?

Запах похожий на застоявшийся перегар окутал пространство.

– А вот тебя там и не хватало.

Рослый похожий на гориллу мужчина стоял поблизости, и явно недовольно смотрел на нас.

– Вам нежелательно находиться вместе тут, если появятся гости…

– Ой, да успокойся, Максимус, гости появятся не скоро. Доктор Мо считала, что это будет примерно на третьей тысяче. Сейчас нам не о чем волноваться.

Максимус расправил брови.

– Учти у меня все тут, – Он постучал пальцами по виску, – Я все помню.

Лилит только рассмеялась. Иногда я совсем не понимаю ее, да и не знаю столько, сколько знает она.

– Лазарь, – Он обратился ко мне, – Сегодня твоя очередь стоять с северного края.

Я зарычал внутри себя и понял, день кончится омерзительно.

Пролог

Линк.

Нейронка.

Сеть.

Нейро-интерфейс.

У всех свои названия, тем ни менее суть одна. Нейролинк, это словно поменяло игру. Хитрое устройство это теперь часть каждого человека. Мы зачастую, даже не понимаем, как им пользуемся. Ровно, как и не понимаем, почему он настолько повсеместно внедрился в нашу жизнь.

С момента, как технология «Нейролинк» стала доступна, от рождения человека, прошло уже 50 лет, первое поколение тех, кто, не умея говорить, уже был подключен, стало совсем взрослым. Большая часть из них добиласьнебывалых успехов во всех отраслях.

Конечно, не стоит забывать, что и есть та часть, кто считаются теми, кто «пропал без вести».

Но все равно при сравнении лоб в лоб, тех, кто с устройством «в сети», с неподключенным к интерфейсу человеком, результат динамики всех показателей выше более чем на 20%, что является фантастическим по всем представлениям результатом.

Динамика физических показателей 13%.

Динамика мнемоники выше на 17%.

Динамика невербальных и вербальных принципов самоконтроля 13%.

Динамика познания 24%.

Динамика социальной индуктивности 10%.

Данный результат не является достоверным, из-за того, что обучение поколения «первых» было в резервации, под строгим наблюдением ведущих специалистов.

Результат, который Нейролинк, показывает уже сейчас, превосходит поколение первых уже более чем в два раза. И кто знает, что же будет дальше.

Сейчас Нейролинк ставят все, их делают на третий месяц жизни, как прививку ребенку, конечно функционал ограничен, но зато позволяет докторам отслеживать самочувствие и развитие малыша.

И это еще одна из причин, почему отказ от устройства воспринимается «вштыки» государством.

Тем не менее, несмотря на общую динамику, не стоит забывать про тот факт, что технология, спустя более 50 лет от ее появления, до сих пор «сырая», а то, что правообладателя у технологии нет, делает ее собственностью государства.

Мы до сих пор не знаем всех возможностей данного устройства. Его изобретение приписывают себе все. Американцы, китайцы, русские, японцы и так далее, но доподлинно неизвестно, откуда оно появилось. Кто-то считает, что это заговор сионистов, кто-то приписывает авторство внеземным цивилизациям, но на сегодняшний день доподлинно известно только одно: «Нейролинк» – очень удобная штука.

– Блог пользователя «Венера#1919571» , 1 миллион 800 тыс. просмотров. Прочитано до конца 20 тыс.403.

Глава 1

Феликс. Город Z.

Линк противно загудел у меня в голове, на иконке сверху вижу текст, пришли деньги, карманные от матери. Я лениво потянулся, неспешно встал и почистил зубы. На завтрак пикнул в линке пару бутербродов с мясом, а сам пошел одеваться.

Когда я дошел до кухни, дрон уже успел улететь, скинув мне у окна мой заказ. Мне иногда кажется, что дроны, как когда-то были пчелы, летают от окна, к окну опыляя человечество, давая им пищу и все остальное. Набрал Алексу.

– Ты придешь? – Алекс слово стоял рядом со мной, говорил в мое ухо, но рядом его не было.

– Я загляну, давай потом. Занят, отвлекаешь.

Разговор окончился. Ладно, пора на уроки.

Закинул в рот пищу, обулся, вышел. В линке включил какой-то очередной альбом, он мне подобрал что-то из совсем старого, Daftpunk, никогда не слышал, но линк знает, что я никогда не слышал его, он знает даже, что я хотел послушать, хотя я сам не знал.

Умный софт, который ежегодно оплачивала моя мать умело много. Ей не нужен был глобал, она из домашней сети уже знала, что я буду слушать днем и вечером, сохранила и обработала. Просто программа, которую написали энтузиасты, заработала миллионы.

Маршрут я выбрал сегодня без транспорта. Выделенная линия под вжики была обычно забита за 5-10 минут до занятий, а если ехать в школу раньше, то там я проведу добрые полчаса, перед тем как начнутся уроки. И, разумеется, компания будет из всех моих идиотов одноклассников.

Нет, лучше пешком, за пол часика дойду. Побуду наедине с моими мыслями, по пути просмотрю, что отложил вчера вечером. Линк отозвался, что я покинул свою локальную сеть. Но глобальная сеть есть, хоть я и не подключился к ней до конца. Политика конфиденциальности, я «Невидимка».

Так-то за тобой по-прежнему следит ближайший спутник, на который настроен твой линк. Наверное, если только спуститься куда-нибудь под город, в старые подвалы, где сетка фарадея растянута на все стены, ну и так далее. Считай, что нереально. Но кто будет это делать целенаправленно?

– С дороги, – Биф гнал по пешеходной улице, словно бы и не нарушал правил, громко ревя звонком, – Пешеходы прочь!

Я отклонился от его пути, кто-то поблизости сетовал на непутевого хулигана, но я знал, что он пользуется какой-то уязвимостью «Вжика», поэтому и гоняет тут.

На пороге школы нащупал фантик конфеты, выкинул в урну, чуть споткнулся на входе, неспешно побрел на уроки.

Первый и второй, скука смертельная, я это еще в пятом в линке читал, а третий, где надо было подумать, вставил меня в ступор. Я любил полет мысли, но своей, а не по указке.

Не то, чтобы у меня с фантазией туго, но мало просто, придумать достойный речитатив. Нужно чтобы буйные инфантильные одноклассники не начали передразнивать меня, в линке.

– Тредегенератометрические, – написал один из одноклассников в общей беседе. До сих пор не понимаю, почему мы должны учиться в школе, а не в вирте.

Это, конечно, тоже стало поводом для насмешек. Не скажу, что меня это хоть как-то обижает, но когда у меня будет возможность, я непременно отомщу. Глупо по-детски, плюну в кашу, но мне будет достаточно. Не ищу общей справедливости, мне достаточно моей личной.

На большом перерыве все было как всегда. Биф заявил:

–Порву всех, побежали в зал, а кто не пришел, тот зассал!– И скрылся.

А вслед за ним пошла вся толпа моих одноклассников. Я предпочел остаться в классе и поесть свой заказанный с утра бутерброд.

Чуть погодя в класс влетел Алекс, с криком

–Эй, потрох!

Кинул в меня чем-то на вид явно увесистым. Я непроизвольно присел. Предмет пролетел мимо меня и со снопом искр рассеялся при столкновении с окном класса.

– На моделировании прихватил полигон, думал, ты поймаешь, жаль-жаль, хорошая была моделька, я внутри маленьких человечков посадил, они хлеб пекли.

Мой друг сиял непробиваемо позитивным чувством духа, и собственного превосходства, но не было случая, чтобы он обидел меня, хотя его агрессия всегда выходила за рамки понимания насущного.

Сошлись мы еще до школы, наши матери гуляли в одном парке, ну и как-то так получилось. Не знаю, что было стимулом у него дружить со мной, но выручалменя всегда, даже когда я не просил. Но и я по его вине попадал в передряги регулярно.

– Предлагаю так, сегодня прыгаем после занятий, есть один клуб, – Он просмаковал непривычное слово клуб, – Там говорят, что-то нереальное!

–Нет, я сегодня занят. – На самом деле я не занят. Просто не хочу никуда идти, у меня есть чем заняться после занятий.

– Что ты ломаешься, смотри, в следующий раз откажешься, больше не позову! В этот раз я практически уверен, что это не сетевой маркетинг.

Все затеи Алекса, как правило, это просто ужас. Однажды, под ровно таким же предлогом, он заманил меня на какую-то вечеринку.

Весь вечер с упоенным видом они нам рассказывали, что бытие это бренность, что линк это божье провидение, и прочую чепуху. А в конце попросили поставить их софт, на мое устройство.

Разумеется, что после такой просьбы, я встал и вышел. Алекс еще долго пытался меня убедить, что не догадывался, что эти сектанты, просто продавцы, что маскируют свои дрянные оболочки под высшее знание. За конскую подписку.

– Не, дружище, мне, правда, сегодня очень нужно быть там, – Он понимающе кивнул.

Уговаривать не стал, вышел. А я со спокойной душой досидел остаток занятий. Дорога домой как обычно, мимо спортивной площадки, там парни рубились во что-то вроде гольфа или крикета, только снарядов не было видно, скорее всего, играют в каком-то приложении на площадке. Линк достраивал им реальность, для них нужно было только специальное пространство.

Терпеть не могу такие игры, детский сад. Лучше уже через глубокое погружение, сделать лично для себя хоть целый мир из всех игр сразу или взять готовые варианты. Конечно, это дороже чем прийти на площадку один раз поиграть, но ты не испытываешь таких ограничений как пространство за забором.

Шлепая по тротуарной плитке, которую перекладывали уже, седьмой раз за последние три года. Матушка рассказывала, что это продолжается еще со времен ее бабушки.

Я заказал в линке ужин, параллельно читая статью в голубом полупрозрачном окне чуть левее от центра моего обзора. Дошел до дома быстро, лифт знал сам, куда меня отвезти. Дверь открылась, когда я подключился к домашней сети.

Кинул портфель в вещи и плюхнулся на кровать. Открыл домашнее задание по математике, пробежался глазами, и быстро посчитал, что от меня требовали. Этот предмет мне всегда нравился. Тем более что применять ее приходилось на вполне реальных примерах, например, построить в модуляторе горы, которые нужно вычислить по уравнению.

Пикнула и загорелась иконка сообщения, Алекс кинул видео. Посмотрю позже. Иконка настойчиво сделала это еще раз, потом еще и еще. Что-то он шибко настырный.

– Чувак, это шок! – подпись на первом видео.

ПОСМОТРЕТЬ В ПОЛНОМ ПОГРУЖЕНИИ ИЛИ ТОЛЬКО АУДИОВИДЕО РЯД?

Линк услужливо вывел окошко подтверждения. Нет, не хватало еще в полном погружении нюхать, то, что там нюхает в потной тусовке Алекс. Мне хватает в жизни огорчений.

На видео шум, крики девиц и толпы, в центре толпы стоит парень и не особо искусно показывает шоу с эффектами воды и огня, превращая ее в пар, а потом сжимая в точку. Ничего сверхъестественного, просто продвинутый художник показывает фокусы толпе. Я свернул, даже не досмотрел.

После этого шло еще два подобных, судя по превью видео, их открывать я даже не стал, такого на просторах сети можно еще круче усмотреть, не знаю, что его так впечатлило. Пока я был в беседе, пришел четвертый ролик. Ладно, если ты такой настойчивый так и быть.

ДАННАЯ ВИДЕОЗАПИСЬ СОДЕРЖИТ МАТЕРИАЛЫ НЕПРИСТОЙНОГО ХАРАКТЕРА.

Сообщение удалено.

Сообщение удалено.

Сообщение удалено.

Сообщение удалено.

Алекс Морон не в сети. Если вы хотите оставить сообщение, он получит его позже.

Видимо кто-то показал Алексу голую грудь. Хотя, скорее всего не ему, а тому, кто давал такое глупое шоу для подростков. Скорее всего, грудь была несовершеннолетняя, Алексу кинули страйк, часок посидит, молча, а потом заплатит 200 кредитов штраф. Я говорил неоднократно ему, что лучше кинь мне по локалу все потом, зачем глобал, но его было не переубедить.

Я плюнул и пошел есть ужин. Достал из термопакета, сочный пар от тушеных овощей, немного крупы, кусок мяса. В целом аскетично, но вкусно. Эта еда конечно совсем не такая как приготовленная дома. Когда я был маленький, мама делала мне жареное мясо, потом когда отец ушел, ей стало не до этого. Этот рис был приготовлен, наверное, несколько месяцев назад, а кусок мяса мне даже страшно представить, сколько оно прошло циклов обработки, перед тем как его напечатали.

Матушка вернется ближе к ночи. Сама себе закажет поесть.

Я раскидал остатки домашней работы, запустил уборщика, сам завалился в постель. Делать особо ничего не хотелось. А что делать когда не знаешь что делать? Выход один.

ЗАПУСК ПРИЛОЖЕНИЯ ЭЛЕКТРОСОН. ПОВЕРХНОСТНОЕ/ПОЛНОЕ/ГЛУБОКОЕ?

ПРИ ГЛУБОКОМ ПОГРУЖЕНИИ ЧАСТЬ ВОСПОМИНАНИЙ ВАШЕЙ ТЕКУЩЕЙ ЛИЧНОСТИ БУДЕТ ЗАБЛОКИРОВАНА, ВЫ ПРИНИМАЕТЕ ЭТО НА СВОЙ СТРАХ И РИСК?

Каждый раз я читал эти предупреждения, и усмехался. Да зачем мне вообще в электросне мои воспоминания. Мне нужны воспоминания оттуда тут, это весело узнаешь много нового, а самое главное, отличное от кина, игр и видео, что никогда не знаешь, как развернет тебя там судьба. И когда просыпаешься от электросна (хотя на самом деле ты совсем не спишь, спит скорее твоя личность), такое приятное ощущение хорошего отдыха накрывает тебя, как будто ты пережил целое приключение.

Конечно, это, как правило, так и было, в целом, я до конца не знаю, как это работает, но нам рассказывали на теории игр такое. Вроде подобная программа воплощает твои скрытые желания на подкорке, тем самым делая тебя, по сути, главным героем книги, который живет своей жизнью, а все в этом мире крутится вокруг тебя.

Для эгоцентриста ты можешь быть хоть жестокий деспот, которому позволено казнить в своем государстве даже маленьких детей. Нередко работник высшего звена становился простым фермером, с кучей полей и скотиной в хлеву.

Алекс, например, терпеть не мог электросон, потому что «там все дозволено, и нет никакого наказания за ошибку».

Это было полуправдой. Конечно, приложение, умное не даст тебе нарушить общечеловеческую этику, и лично расчленить детский садик, не даст тебе обычному человеку пережить такой опыт.

Но ты, точнее, если это глубокое погружение, уже только часть тебя, может подписать такой указ и его исполнят. Своими глазами, конечно, его не увидишь, но вполне столкнешься с последствиями этого, которые лягут грузом тяжелых мыслей на тебя и в реальной жизни.

Моим Альтер-эго, был принц какой-то выдуманной державы. Там царили правила меча и магии, драконы, твари, некроманты. Все стандартно и даже немного скучно, но мне очень нравился этот мир. Его глубина меня поражала, а когда я начинал узнавать там что-то новое, то при вспоминании мироустройства уже по пути в школу, или утром за завтраком, то всякий раз удивлялся.

Принца звали, как и меня. Он имел характер как у меня. Он так же был единственный ребенок в семье, как и я. Он так же не особо любит сверстников, как и я. Ему тоже интересен мир грез в своем мире, как и мне. Но у нас есть отличие, у него есть отец.

Глава 2

Принц. Ливия.

– Господин Феликс, – кормилица Мери тыкнула рукой меня в бок, а затем бесцеремонно стянула с меня одеяло. – Вам надо успеть умыться, почистить зубы и успеть надеть камзол, потому что ваш батюшка сказал, что лично вас высечет, если вы не явитесь через 15минут, и я хочу, сказал, что таки десять минут уже из них прошли.

Я подавил шум в голове, странный сон, про мальчишку, который жил в большом каменном муравейнике с двумя комнатами сняло как рукой. Так камзол, штаны, туфли. Твою мать, штаны долой. Белье, штаны. Выбежал из комнаты.

– Мери, еще раз я проснусь от таких новостей, я велю вас выпороть, клянусь светом!

– Беги уже, жаловаться мне тут будешь! – Кормилица погрозила кулаком.

Споткнулся на лестнице, уронил служанку.

–Ой-ой, ваша светлость простите меня дурочку слепую, – Я махнул ответ ей.

Четыре этажа по башне до кабинета отца, прием подданных он уже закончил, в тронном зале искать бесполезно, хоть и ближе. Красный ковер в коридоре, на стене портреты предков. Ненавижу этот этаж!

В последний раз, когда я сюда поднимался, отец, как и обещал, меня высек, не зато, что я опоздал, а зато, что штанина была не в голенище сапога, а на нем. Лучше уж видеть отца в тронном зале или в столовой. Когда он «его королевское величество».

Когда отец с тобой один на один, то ты понимаешь, как он получил этот трон. Он был суров, но справедлив, как и положено правителю, который взял на себя власть и начал новую династию не благодаря, а вопреки.

Мог жить просто царской особой, но стал новатором. И казнил половину знати.

Дубовая дверь с железными клепками и массивная чугунная вязь на внешнем слое дуба. Два охранника стояли на посту возле кабинета. Значит отец точно там. Поправил наряд. Прическа в доспехе отражалась не самая эстетичная, кое-как, пригладив, стучусь и вхожу.

– Феликс, а вот и ты. Присаживайся, – спокойно сказал отец. От такого тона у меня встали волосы на спине дыбом. – Давай-давай, не тяни.

Если я слышу эту нотку, значит, речь пойдет о моем безоблачном будущем. А мое безоблачное будущее, как яснее некуда. Заговоры, отравления, покушения, войны. Постоял, помялся с ноги на ногу.

– Ваше величество. Может ли этот скромный сын…

– Прекрати ерничать. Иначе я не посмотрю, что ты здоровый лоб и высеку тебя. – Он оборвал меня в половину слова, не глядя, внимательно изучая документ, который находился на его столе.

– Да, отец.

Я сел на массивное кресло из красного дерева напротив стола. Пресс удерживал кипу бумаг сбоку, пару пустых свитков с указами стояло на полке сзади него. То, что он читал, у меня увидеть не получилось.

– Феликс, сейчас пойдет речь о твоем будущем.

– Ну, а как иначе, – Я поймал еще один строгий взгляд. – Вроде как брак уже распланировали, в этот раз как меня можно использовать.

– Тихо, – Он шикнул на меня, – Помолчи минуту.

Я поерзал на кресле. Отец всегда желал, чтобы его наследник, то есть я, был на шаг впереди любой знати. Я обязан ему всем, что имею, но ничего из этого я не желал. Мне бы и подошла роль библиотекаря в захудалом городишке провинции. Но нет, я принц, я обязан.

– Сынок, как ты относишься к колдовству? – Отец сделал лицо доброжелательное, внушающее доверие, одним словом святой. Мне стало по-настоящему страшно. – Дар, магия. Тебе это нравится, верно?

Я на мгновение замер, вспоминая то чувство в груди – что-то древнее и необъяснимое, связанное с силой, которую он никогда не мог постичь. Магия всегда была, как яблоко на самой верхушке дерева, которое, казалось бы, недостижимым. Но каждый раз, стоило прикоснуться к книгам в библиотеке, ощущение было другим – будто я уже знал всё это раньше. Не в этой жизни, конечно. В какой-то другой, где мои руки не были связаны законами и кровью.

В последний раз, когда я видел это выражение лица, все кончилось, что у меня появилась халифатская невеста, которую я не видел даже одним глазом. Только ее детский портрет.

– Отец, вы знаете, что чудо магического дара мне не подвластно, откуда у меня может быть к нему отношение? Никакого отношения.

За исключением того, что я прочитал большую часть магических трактатов в королевской библиотеке.

– У меня нет магического дара, источника, и вы отец прекрасно об этом знаете.

Еще бы, рано или поздно у каждого происходит, либо большая радость, либо большое горе, что более вероятно.

Дар он, или есть, или тыостанешься простым человеком до того, как смерть придет за тобой. А что будет, после смерти не знает, никто изживых.

– Ладно, что нет, но как ты этому относишься?

– Сложно сразу сказать, как. Это как самое спелое яблоко на верхушке дерева, его не сорвать. – Отец понимающе кивнул.

– Все яблоки рано или поздно падают с дерева.

Когда я узнал, что дара у меня нет никакого, даже самого маленького, крошечного и никчемного, то несколько дней не выходил из своей комнаты, ничего не ел. Хотелось спросить, помнит ли отец хотя бы день из моего детства, но вместо этого молча, кивнул ему ответ. Словно соглашаясь с очередным его уроком.

А потом уснул, проснулся с чувством принятия, и взял в руки клинок. Если не быть мне волшебником, значит, буду мечником.

Мечником я тоже не стал, как то не задалось, меня тренировали мастера боя моего королевства, даже соседнего, я умел сражаться на алебарде, двуручный меч, одноручный, метание ножей. Три года на пике развития моего организма.

Но ни в чем глубокого успеха не достиг, мастера разводили руками: «Потенциал есть, нужен толчок», «Реакция превосходная, техника хромает», «Ты держишь меч, но ты его не чувствуешь».

Отец тогда мне сказал:

– Не важно, что ты не сможешь заколоть первый меч королевства, важно, чтобы тебя не прирезал бродяга.

Потом я понял, что не хочу, чтобы меня учили сражаться, этому можно научиться, только если тебя будут пытаться убить, а никакой тренер не будет стараться убить кронпринца. Им интересно золото моего отца.

Чтобы не был без дела, нашли учителей по всем возможным дисциплинам, а моя жизнь превратилась на какое-то время в сплошную учебу. Два года зубрежка, всех дисциплин, всех, что были в святейшем университете, халифате, ускоренный экспресскурс. В месяц по дисциплине, за каждый заваленный экзамен у личного преподавателя по всей жестокости наказание. Этот ад, казалось, никогда не кончится.

Потом я его в очередной раз разочаровал, на каком-то невероятно унылом балу, я побил сквайра одной девицы. Но как обычно наказывать меня никто не стал. Никакой работы конюхом месяц. Никакой драйки замковой стены щеткой.

За ужином Отец мне сказал:

– Феликс, с сегодняшнего дня, и весь следующий год, ты учишь себя сам. Посмотрим, что ты стоишь без моего железного кулака.

Честно говоря, тогда я потерялся, сначала первые два месяца, кроме того, чтобы бегать по столице от одного встречи дворян, к другой я не мог придумать.

Но к третьему месяцу, одна служанка меня с утра затащила в нашу дворцовую библиотеку. Она была так мила и невинна, когда не знала, кем я являюсь, а передвигался я в тот момент по дворцу в одежде, которая от одежды лакея отличалась разве что отсутствием галстука.

Я ее довел, отнес ее ведра с водой, а девочка быстро принялась аккуратно складывать в стопку книги с полок, чтобы протереть пыль. Ну и как – то так случайно мне взгляду попали книги по магии.

Может это, все мои детские амбиции? Но я этой литературой проникся. Хитросплетения стихий, самые неожиданные комбинации. Теория магии буквально изобиловала различными неожиданными фактами.

Я читал трактат за трактатом, потом затребовал себе доступ к книгам из магической академии в Халифатах, две даже успели доехать.

Мне попадали трактаты, которые дают далеко не всем магам, но поскольку я магом не был, мне данные знания были бесполезны, поэтому вся литература была мне доступна без контроля к моим интересам. Я даже узнал, что душа человека это как разряд молнии, поэтому она и убивает.

Хотя год бесконечно маленькое время, чтобы выучить все, но можно сказать, что по теории магии я был, если не магистром, то бакалавром точно. Хотя кто знает, понимал ли я что-то вообще?

Видимо, я не заметил, как год пробежал, я и не заметил. Отец устроит мне что-то более изощренное. А толкового и полезного, кроме как всякие глупости про магию я не выучил.

– Год назад, у нас с тобой был разговор, помнишь, верно? Так вот библиотекарь мне предоставил список литературы, что ты брал за все это время.

– Он что, в самом деле, там есть? – Я удивился его словам.

– Я ожидал увидеть там разное, романы про влюбленных девиц, философию, алхимию. Я вообще удивлен, что тебя потянуло в библиотеку.

– Мне там просто понравилось.

– Знаешь, если бы у меня был такой год, то я бы не пропустил ни одной юбки на балу, а ты что?

– А что я?

Отец нахмурил хватаемые сединой брови и уже не выглядел так добродушно и свежо, каким был буквально минуту назад. Руки сложил в замок на столе, откинувшись на спину, посмотрел мне в глаза.

– Да, отец. Я знаю, что это бесполезно, но ничего лучше я придумать не мог. Тем более что это было, правда, интересно, а вы Отец дали мне свободу действий. – Пытался я оправдываться.

– Я думал, что воспитал невероятно глупого сына, но видимо не зря ты читал все эти книжки по магии.

– Что меня возьмут на работу библиотеку?

– Родственники твоей матери, – Отец осекся, он не любил вспоминать мать, – Должно быть это провидение судьбы, но они привезли мне очень любопытную вещь. Поэтому мне ни остается никакого выбора кроме как спросить тебя, Феликс ты готов к ней прикоснуться?

– Готов к чему? К порке? – Я не мог верить, что Отец даст мне дар, этого не может быть.

Плечи мои задрожали. Да, это было самое больше разочарование в жизни убедиться в собственной заурядности. Магия она либо есть, либо ее нет.

– Есть вариант стать частью этого таинства. – Отец встал и подошел к камину, дернул пыльный декоративный факел возле полки с книгами. Из пола вскочил кирпич.

Глядя на сундук из тайника мое сердце трепетало огнем, я не мог представить, что там находится, но если это, о чем я подумал, и отец не вводит меня в заблуждение, то моя удача ближе к богам, чем к людям.

– Это осколок первоначал, камень творца его еще так называли, – Он аккуратно достал еще один футляр, но уже прозрачный из сундука, кристалл сиял светом, прыгал и стукался о стены футляра, словно был маленьким живым червячком. Я посмотрел на него и увидел в нем бесконечную тайну

– Я не буду тебе рассказывать, что он делает, но я думаю, что ты читал легенды.

Я аккуратно прикоснулся стеклянного в вязи рун футляра, червячок потянулся к моим пальцам, как мотыль к теплу фонаря, я почувствовал легкое покалывание и отдернул руку.

Осколок первоначал, это частица самого мира. В легендах говорится, что когда творец ушел, то первое его творение рассыпалось тысячей осколков, что дали первым магам силу.

– Отец, но я не могу принять этот дар, став магом, не получится принять от Вас власть. – Осколок так и манил меня, словно это давно утерянная частичка моей души.

– А я по недоработке батюшки у вас единственный наследник. – Глаза Короля сверкнули недобрым светом,– Я не хотел усомниться в вашем здравии, но всем известно, что маг не может быть суверенным правителем королевства.

– Нет, мой необразованный сын, говорится, что урожденный маг не может быть правителем королевства. Осколок первоначала, как ты понимаешь, ты уже не урожденный маг и все это прекрасно знают.

– Но дворянство не примет на троне мага.

– А дворянства не будет. Я его упраздню, процесс уже идет, через год власти лишатся бароны, через три уже граф, а через пять лет и герцог будет не более чем зажиточный подданный.– В его глазах горел опасный огонь, – Это будет гениально, тогда империя мирным путем захватит весь материк.

Честно разбираться в том, что творил сейчас отец мне не хотелось, но если он сказал, что нормально, то пускай будет так.

– Я готов принять ваш дар. Как этим пользоваться?

– Думаешь, зачем мне этот свиток? – Он захватил со стола бумагу.

Я растянулся на кресле, а отец схватился за футляр, может быть, стоило позвать лекаря или кого-либо еще, но я понимал, что в эту тайну сейчас пока не стоит посвящать никого.

– Только вынужден тебя предупредить, что сразу после этого я уезжаю, конкретные сроки не обозначу, но сомневаюсь, что мы увидимся в ближайшее время. – Отец еще раз пробежался глазами по свитку.

Такой осколок нельзя было добыть просто так. Это кровь и смерть сотен людей, я уверен, что его достали явно не по удаче, хотя и она имеет к этому отношение. Спустя тысячи лет, с тех пор как творец ушел, не уверен, что где-то остался хоть еще один.

–Это будет как укус комара, – Он очень страшно улыбался.

– А вам, отец, почем-то знать?

– Поверь, ты ничего обо мне не знаешь.

Он прислонил червячка к моей груди и дернул за ручку заслонки. Маленькая стеклянная преграда сдвинулась с защитного футляра. Снопом маленьких огней прогорела каждая руна высеченная мастером артефактов на стекле, и осколок вонзился мне в грудь. Тут же меня начала раздирать нечеловеческая боль.

Тут скорее я неправильно выразился, болью назвать это было нельзя, чувство было такое, что всего меня выпили, разобрали, выплюнули, а потом обратно слепили в кусок целого. Я закричал, сжал руками кресло, моя спина выгнулась дугой.

– Тише-тише, – Сухая рука отца на моем лбу успокоила немного боль.

Но в разуме моем, я был на пороге неизвестного мне дворца. Я чувствовал боль телесную, но дух мой трепетал от удовольствия. Шесть залов и последний, передо мной, видимо тронный. Массивные колонны, словно монолитом отлиты из камня, стены, не имеющие стыков, плавно переходящие в потолок. А потолком зала было бездонное звездное небо, на котором я не увидел ни единой знакомой звезды.

Я сделал шаг и в этот момент ощутил, что дух мой растет, и я начинаю надуваться с каждой секундой все сильнее. Казавшимся безграничным потолок тронного зала, становился неумолимо сильнее. Мне стало плохо, словно я съел обед сразу за троих, а потом еще два десерта.

В панике начал искать глазами выход, вот еще секунду и лопну, дух начал трещать, как рвутся маленьких штаны на толстом шуте. Кто знает, куда ведут боковые залы, пойду в тронный сразу. Распахнул невероятно огромную дверь, меня тут же начал сносить ветер, но дух мой разулся так, что ему не удавалось этого сделать.

В центре тронного зала я увидел фонтан, он сиял всеми цветами радуги, и словно звал меня к себе. А на верхушке фонтана был шпиль, острый огромный шпиль. Как же я сразу не догадался? Если давление высокое, значит нужно спустить. Но как это сделать, чтобы меня не разорвало моментально, чтобы я не лопнул?

Я чувствовал, что проходил это на каком-то занятии, словно очень давно, смотрел на сияющие знаки у меня перед глазами. Надо найти точку наименьшего натяжения.

Судя по тому, как я раздался в боках это моя голова, ну или другое, противоположное мыслительному органу место. Надо реагировать быстрее, еще промедлю мне точно крышка.

Как самая толстая в мире балерина, Я разбежался и сделал, пирует своей макушкой, которая уже стала размером со скалу, прямиком на шпиль фонтана, у меня получилось на него насадиться и я начал аккуратно вниз сползать. Теперь заболел уже и мой дух.

Моя мама наверно расстроится, что я умер, даже встретив ее с работы.

Отец, возлагал такие надежды на меня, что унаследую его трон.

УСТАНОВКА ГРЕЗ ЗАВЕРШЕНА

СОГЛАСНО ИДИВИДУАЛЬНЫМ ПАРАМЕТРАМ

НЕСОВМЕСТИМЫЕ С ЖИЗНЬЮ ТРАВМЫ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ.

ПЕРЕЗУГРУЗКА НЕЙРОЛИНКА.

ПЕРЕЗУГРУЗКА НЕЙРОЛИНКА.

ПЕРЕЗУГРУЗКА НЕЙРОЛИНКА.

ПЕРЕЗУГРУЗКА НЕЙРОЛИНКА.

9440 Петля

РАССЧЕТЫ ЗАВЕРШЕНЫ, ПОСМОТРЕТЬ ДАННЫЕ ПО ТЕКУЩЕМУ ЗАПРОСУ?

Линк выручил меня в очередной раз, иначе бы мне потребовалось не двадцать пять лет, а вся сотня, чтобы посчитать все вручную. Числа пробежали перед глазами. Казалось, они стучались мне в голову, как ток электричества, выжигая очередной узел понимания. Я закрыл глаза на секунду, ощущая, как система пытается разрядить боль и выдать решение, которое я должен был принять давно.

Этот день будет невероятно трудным – я чувствовал это кожей. Лилит в прошлый раз заявила, что найдет код от моего убежища и подвесит меня на собственных кишках. Бр-р-р. Она, как всегда, говорит с беззаботной легкостью, словно это шутка. Но что-то в её взгляде заставляет меня напрячься. Время здесь стало зыбким, как и всё остальное. Я уже не уверен, что раз за разом возвращаюсь сюда. В голове вертится мысль: это не только моя история. Это история всей Петли, истории, которая повторяется, но ни одна из её версий не может закончиться иначе.

Это проклятое место рушится. Никто не замечает этого, кроме меня. Они все застряли в своих циклах, будто закольцованные механизмы, не видящие дальше своих простых ролей. Даже Лилит, несмотря на свою игривую натуру, уже давно не та, кем была в начале. Доктор Мо, когда-то говорившая уверенно, теперь погружена в своё безумие. Она обещала, что мощности хватит на тринадцать тысяч лет, но я знал – дело вовсе не в технологиях или реакторе. Это разум человека слишком слаб, чтобы выдержать всё это. Мы теряем себя, растворяемся в Петле, словно капли дождя в океане.

Ага! Это тут. Моё внимание вдруг привлекло дерево. Его ствол был стар, покрыт трещинами и мхом, но всё ещё стоял. Время не имело значения здесь, как и сам возраст. Лишь несколько выжженных на коре символов вызывали странное чувство дежавю. Они, казалось, говорили со мной на языке, который я уже давно забыл, но который всё ещё оставался частью меня. Эти символы останутся тут навечно. Даже если Петля оборвётся – эти следы сохранятся.

Хотя конец Петли неизбежен, меня преследовал вопрос: что тогда? Что будет, когда всё остановится? Сможем ли мы выйти за пределы этого замкнутого круга, или Петля – это лишь начало чего-то большего? Кто знает.

Лизу нужно отсюда вытащить. Хотя она и не девочка уже никакая, а вполне взрослая девушка, но это только в её голове. Внутри – она всё ещё ребёнок, запертый в своём собственном лабиринте. Я встретил её совершенно случайно. Она была тем самым исключением, которое противоречит законам Петли. Долгое время её прятали по лабораториям – на первом витке она случайно зашла в зону реактора. Уникум. Наверное, единственный подросток во всём Эдеме. Она была не похожа на других – такой же интересный, как я, но, в отличие от меня, абсолютно беспомощный. Лиза. Её мозг, возможно, был слабее моего, но её дух, её интуиция были удивительны. Она сама нашла способ сбежать. Десять лет в плену у чертова Фреда, который держал её, как крысу в клетке. И она сама додумалась, как выйти из этого ада. Часть её гения, конечно, не раскрыта до конца, но это – лишь вопрос времени.

Челнок должен сработать. Всё, что я мог сделать, – это надеяться, что расчеты верны. Последний рывок. Ощущение того, что я на краю, на грани между жизнью и чем-то иным, заполнило меня. Но есть ли выход из Петли для меня? Или же это очередной виток в моём вечном круге? Вопросы без ответов, только тьма впереди.

Глава 3

Феликс. Город Z.

ВНИМАНИЕ КРИТИЧЕСКИ ОПАСНЫЙ РАЗРЫВ СЕАНСА ЭЛЕКТРОСНА В СВЯЗИ СВЯЗАННЫЙ ПЕРЕЗАГРУЗКОЙ УСТРОЙСТВА.

ТРАВМА ЛОБНОЙ ДОЛИ ГОЛОВНОГО МОЗГА

ТРАВМА ТЕМЕННОЙ ДОЛИ ГОЛОВНО МОЗГА

ТРАВМА ЗАТЫЛОЧНОЙ ДОЛИ ГОЛОВНОГО МОЗГА

КРАЙНЯЯ НАГРУЗКА НА НЕОКОРТЕКС

ВЫЗВАНА БРИГАДАНЕОТЛОЖНЫХ ДРОНОВ.

Я на миг почувствовал странную боль, словно это не его мозг, а чей-то другой сжимался от боли, словно в другой жизни кто-то прошёл через это уже до него. Странное, чужое воспоминание вспыхнуло в голове – тронный зал, холодный как ледяной поток, руки сжимают что-то важное, бесценное. «Что это?» – подумал я, но образ растаял, как мираж.

Голова звенела, линк бил в уши неприятным наедающим уснуть обратно звуком. Все-все, я в сознании, не надо звенеть в моих ушах. Дронов тоже не надо. Сил так было мало, голова болела ужасно.

ВНИМАНИЕ ЗА ОТКАЗ ОТ НЕОТЛОЖНОЙ ПОМОЩИ ВЫ БЕРЕТЕ ОТВЕСТВЕННОСТЬ ЗА ВАШЕ ЗДОРОВЬЕ В ВАШИ РУКИ. ОТОЗВАТЬ ДРОНОВ?

Да, умоляю, только замолчи. Я попытался сесть, получилось с трудом. Обзор закрывали, сияя красным цветом, бесконечно бегущие строки разных символов, значения которых я не понимал. Я попытался убрать. Не вышло, хорошо будем телесно. Смахнул. Не вышло. Символы постепенно начали пропадать, постепенно перед пропажей сменялись зеленым светом.

В глазах рябило, один фильтр изображения сменялся другим, на мгновение мне показалось, что я как летучая мышь видел тепло, но это только последствия дурного выхода из электросна.

Сначала электросон меня выбил из колеи, теперь какой-то вирус на линк. Блекс. Я потом замучаюсь выводить его. Сейчас начнется светопреставление с рекламой всего и вся, до тех пор, пока я не найду мерзкого червяка и не выведу его из своей головы.

Когда символы пропали, меня скрутило страшным спазмом. Руки и ноги пронзило током, а мозг как будто начал кипеть. Такого со мной еще не было, я как рыба хватал ртом воздух, пытаясь не умереть, как вдруг все пропало.

Как будто бы не было этой вечности мучений и страданий, которые меня охватили на некоторые время. И вопреки ожиданиям, линк не начал выкидывать мне окно за окном, а вывел мне маленькую строку. Вообще не представлял, что бывают такие вирусы.

«Приложение «Мир грез» установлено»

Я быстро отыскал это приложение в синем интерфейсе линка и попытался моментально его удалить, но было поздно, оно было там навсегда.

УДАЛЕНИЕ ПРИЛОЖЕНИЯ НЕВОЗМОЖНО ОБРАТИТЕСЬ К СМОТРИТЕЛЮ.

К кому? Какому смотрителю? Как так получилось, что я не могу удалить что-то с линка? Линк это часть меня. Слишком много вопросов и так мало ответов.

И что теперь делать? А плевать. Если что достанут чип, поставят новый, я слышал так можно и даже не особо болезненно, по крайней мере, так больно как сейчас мне уже никогда не будет. Но потерять чип, который со мной с рождения, совсем не хочется.

Запустить что-ли этот «Мир грез»?

Линк среагировал на мое желание, приложение запустилось.

«Искра энергии»

«Сила вектора»

«Молекула жидкости»

«Частичка элемента»

«Капля тьмы»

«Крупица света»

Каждый пункт имел несколько подуровней, но пока они были пусты, я должен сам открывать или деньги нужно куда занести? Стало смешно.

Замечательно, я скачал себе приложение для тех самых, которые без ума от мира фэнтези, и еще и его не удалить. Максимально бесполезное приобретение.

Игрушка для детского садика, чтобы порадовать себя светящимися штучками. Даже как-то навеяло ностальгию, сам играл в детском садике с девочками в рыцарей волшебников и так далее.

Я сделал мысленно команду воплотиться искре жидкости, покидал ее из руки в руку, линк мне дал ощущение прохлады от воды, на том игрушка мне надоела, ну что ж удалить нельзя, вреда тоже нет.

СОЗДАНИЕ ЖИДКОСТИ ТРЕБУЕТ ТОЧНОГО ПОНИМАНИЯ СТРУКТУРЫ ВСЕЛЕННОЙ. НИЗКАЯ НАГРУЗКА НА НЕОКОРТЕКС И ТОНКОЕ ТЕЛО.

Какая глупость. У меня теперь может, и характеристики появятся? Ладно, вроде нет опасности.

Побалуюсь на уроках, все равно ни у кого такого приложения нет, и никто не увидит мои шалости, а мне будет весело вечерок. А потом полажу, узнаю, как удалить надоедливого червя.

Набрал Алексу. Тишина.

Время было два часа ночи, мать спит, делать нечего, начал прокручивать в голове, что со мной случилось в электросне. Но после того как зашел в кабинет к королю, все как будто закрыто белой пеленой, словно меня сильно ударили по голове. А макушка чесалась даже сейчас, может покушение? В следующий раз, когда зайду в электросон, я буду в плену?

Обуреваемый тяжелыми мыслями я незаметно уснул.

Утро началось ровно, так же как и вчера, за исключением того, что я успел проснуться в тот момент, когда мама уходила работать. А она в свою очередь безнаказанным данное событие не оставила

– Феля, я сегодня вечером вернусь раньше, постарайся, пожалуйста, быть среди живущих, – Крикнули мне из коридора, когда свет в моей комнате загорелся.

– Я и вчера не хотел долго, просто так получилось, – начал неуклюже оправдываться я.

– Все не хочу слушать.

Я вышел в коридор, она в это время влезала в сапоги, на плече сумка, на лице солнцезащитные очки.

– Феля, я тебя очень прошу, мне не важно, что ты там делаешь в своей комнате, – Она одела, пальто, – Но сегодня надо поговорить, что ты будешь делать.

– У меня какие-то проблемы?

– Это я не знаю, смотря, как ты сам этого захочешь. – Матушка надела шапку. На улице вроде не холодно, зачем она ей?

Мать посмотрела в зеркало, что-то смахнула у себя в линке, дверь открылась и она ушла. Я так и остался стоять в коридоре.

До школы время было, поэтому по пути решил завернуть к одному умельцу, чтобы он глянул мой линк и удалил червя. Благо его я знал еще с детства, именно он мне объяснил тонкости настройки электросна, чтобы обойти до совершеннолетия ограничение на глубокое погружение.

И научил взломать почти любую примитивную прошивку.

То, что я делал, было на законодательном уровне наказуемо, вплоть до ограничений функционалалинка, но поскольку говорить об этом никому не собирался, то бояться мне нечего.

Темечко до сих пор горело огнем, словно мне кто-то забил ночью гвоздь. Знакомый мастер прятался в одной из многочисленных улочек, среди широких дворов и проспектов, нашел искомый подъезд, через линк кинул запрос на вход.

Дверь засаленного от времени подъезда запищала, а я дернул за ручку. Этаж в старом лифте я выбирал по кнопочке. С трудом упомнил нужный мне пролет и нашел искомую дверь. Она распахнулась передо мной, а из дальней комнаты я услышал сиплый голос.

– Заходи, заходи. Феликс, давненько ты ко мне не заглядывал, – Усатый дядька расплылся улыбкой, когда меня увидел. – Что нарвался на неприятности, а линк теперь не дает даже еды заказать?

– Дядь Вань, ну вы же знаете, я не дурак… – Про себя подумал, что может и дурак, – Я по другому вопросу. Червя хватанул, не знаю, что делать. Пробовал, все как вы учили, засел и все.

– Ну, давай-ка садись, посмотрим, что у тебя за Албанский вирус, – Он ухмыльнулся, и хлопнул в ладоши, – Не стой, садись, расколдуем сейчас голову, не переживай.

– Какой еще Албанский вирус, дядь Вань?

Дядя Ваня мне шикнул, и я замолчал. Интерфейс линка замигал желтым светом, символизируя, что мои данные открыты для просмотра. Мастер сначала слегка нахмурился, потом откинулся на кресло и молча, смотрел в пустоту.

– Скажи, Милок, а ты чем занимался? – Он совершал какие-то махинации с моим чипом, но я не понимал, что именно, – Ну мне просто интересно…

– Знаете, электросон…

Понятно, что в своем линке дядька ищет причину того, что само установилось на мое устройство. Две минуты гнетущей тишины закончились тем что, старик пробормотал, что-то вроде «Ага»

Он начал как дирижер оркестра истерически размахивать руками. Видимо процесс пошел, хотя удивительно, впервые на моей памяти старик пользуется руками, обычно ему хватало на все мысленных команд.

– Ты, Фелька, дурак, – Старик закончил свое действие, – Дурак, как твой папка был, глупый, неаккуратный.

– А вы отца моего знали?

– А как же не знал, матушка твоя, я и он с одного выпуска. Нас там всего пятнадцать человек осталось из ста, каждого на всю жизнь запомнишь. – Он откинулся на кресле, и задумчиво смотрел в потолок.

– Дядь Вань, что такое? – Голосок дал петушка, если уж старик не смог выковырять это из моей черепушки, то, искать другого мастера, смысла нет, – Все шутки кончились?

– Ты, Фелька, зачем начал в электросон входить? Там предупреждение есть, про глубокое погружение, знаешь? – Дядя Ваня разве руками, – Вот и я тоже его читал, поэтому глубокое погружение оно знаешь, загадочное, неизученное.

– В каком смысле? Это же просто симуляция реальности. – Я увидел, что дядя Ваня сложил свои полномочия. Он больше не был в моей голове.

–Его детям потому и нельзя, что опасно, ум за разум заходит. Хотя ты уже и не ребенок, так что разбираться с последствями будешь сам.

–Дадь Вань, да это ж червяк обычный, что вы горячитесь то так.

– Нет, Феликс, это червяк необычный, и ты очень скоро поймешь почему. И чем раньше ты это поймешь, тем дольше после этого проживешь.

– Что в нем такого необычного?

– Такое я видела лишь единожды. А живу я долго, нагрузку он тебе даст небывалую. Ты знаешь, вообще от чего твой Нейролинк работает или нет?

– От биоэлектричества?

– Это способ питания. Квантовый чип, конечно умный и полезный, делает тебе оболочку, но основные вычисления идут не внутри него. Часть отправляется на вычисления через сеть, а часть… – Он постучал по сухому морщинистому лбу пальцем.

– От мозга? Но как это возможно? Нигде не говорят об этом.

– Линк напрямую связан с твоим мозгом, если бы это знали все, то никогда бы люди не получали его с рождения. Думаешь, почему все, кому выжигает чип, становятся потом «странными», словно часть личности выгорела.

Его слова становились все более отчаянными и пугающими.

– И что это значит для меня?

– Значит, что следи за собой и будь осторожен. Я попробую связаться с одним человеком, который может тебе помочь, но от меня помощи не жди, я совсем скоро покидаю город…

Он покопался в полках стола.

– Из уважения к твоему отцу, я дам тебе это, – Он протянул мне прутик железа, исписанный разными буквами.

Мир Грез дал о себе знать.

РАСШИФРОВАНА ЧАСТЬ НЕЗРИМОГО АЛФАВИТА.

Я открыл поле, внутри каждого из пунктов, там были закорючки и значения. Что мне ничего не говорило. Ну, Дядя Ваня, помог, спасибо.

– Иди-иди, у тебя еще занятия, и так засиделся, натрепал мне нервы, а я тоже старик не железный.

Дед привстал и жестами показал мне, чтобы я уходил, обида раздирала изнутри, да что же я такого сделал, я просто там прятался от серых будней.

Судьба видимо решила подшутить надо мной, словно я самый нежелательный человек во всем свете, такой червяк, что даже дядька Иван меня отослал, и его трогательная речь мне хорошего не предвещала это точно.

Впрочем, от таких новостей нет смысла впадать в депрессию, пока червяк мне не мешает, можно сказать, что у меня его нет, правильно. Но все-таки больше не буду в глубокое погружение входить, вдруг, что станет со мной после этого, да и мама просила быть в сознании, когда она вернется.

Мысли о том, что со мной было этой ночью в электросне, не давали мне покоя, что там с альтернативным мной, если я ничего не помню. Зато у меня есть догадки, что принц помнит.

Разумеется, я не мог всего знать о его жизни, в конце концов, события там не начинались с паузы, как в кино, он взрослел, как и я, учился чему-то, влюблялся, расстраивался.

Иногда мне хотелось познакомиться с ним. Хотя это было бы странно.

– Привет? Я это ты. Я следил за твоей жизнью последние лет этак десять.

Думаю, что он был в бешенстве. Мы были разными со всех сторон людьми, характер был похож, внешность была одинаковая, но жизненные обстоятельства разные. Но, тем не менее, все свои сеансы в электросне я помнил замечательно, словно это был я сам, новые навыки, которые усваивал мой принц, так же точно усваивал и я, со всеми аспектами и нюансами мог их воспроизвести.

У меня ребенка будущего, когда даже огнестрельное оружие уже морально устаревает, были навыки сражаться на средневековом холодном оружии. Абсолютно бесполезный навык, но, тем не менее, никогда не знаешь, что может пригодиться в жизни. Изредка я даже в школе демонстрировал его, на специальной арене.

Прокручивая множество различных сеансов электросна в голове, я не заметил, как бежали уроки. Алекс так и не подошел ко мне в этот день.

– Феликс, – Из размышлений меня выбил одноклассник Макс, – Ты сегодня какой-то весь в облаках, все хорошо?

Тучный добряк вызывал только положительные эмоции. Он пускай и был богатырских размеров, но очень умный парень, который многое подмечал.

– Макс, мне кажется у меня, – Как бы тактичнее объяснить ему, – Ну проблема в одном проекте, и я не знаю, как ее устранить.

– А проблема серьезная, мешает тебе дальше заниматься этим проектом? Он встал?

– Да вроде нет. – Его слова имели долю правды, вроде червяк никакне мешал.

– Ладно, смотри, будут проблемы, ты, если что скажи, помогу. – Он дружелюбно похлопал меня по плечу. – Одна голова хорошо…

– Посмотрим, я пока сам должен попробовать разобраться.

Попытался связаться с Алексом, но, как и был вне сети, так и остался. Видимо, прогулял. Я бы по-хорошему, после червя, тоже прогулял бы, но матушка видела, что я проснулся. И то, что из дома вышел, тоже видела, потом появились бы ненужные вопросы, на которые надо было отвечать, из разряда, где ты был? Почему у тебя прогул стоит?

Бред, давно нужно было сделать, чтобы все оставались дома, а в школу ходили только, кто желает сам, мне достаточно было бы эти занятия и в погружении прослушать, не видя лиц моих одноклассников. Но научное лобби считает, что разрушение социального института школы напрямую отрицательно повлияет на множество остальных аспектов общего развития человека.

Вообще с тех пор, как работу с детьми отобрали у педагогов, передав его в руки ученым, вся жалость к ученикам пропала. Градации классов, планы, сроки усвоения, полное уничтожение прежней системы образования. Психологи и социологи, и прочие «ологи» поначалу перекрутить по своим лекалам. Потом за дело взялись еще и мастера более тонких материй. Линк позволял делать им многое, те данные, которые даже представить заполучить не могли.

В условиях того опасного полувоенного времени не стоило ожидать иного.

Бесчеловечные, как было признано двадцать лет назад, детей с подключением к линку, буквально под микроскопом изучали каждый день.

Под взор «научных руководителей обучения» попадало все, от личных секретов, предпочтений музыки, еды, погоды, до первых поцелуев на спор в туалете у первоклассников.

Когда все это вскрылось, было колоссальный скандал, на короткое время даже появилось лобби, которые извлекали из себя устройство, и уезжали жить в леса, совершенно не понимая, что поведение девианта попадает под еще большее наблюдение, а все их секретные лесные тропы было великолепно видно из спутника. Помешанность, зачастую, хуже глупости.

Труды ученых, трудами ученых, но школа по-прежнему отстой.

Будто все эти большелобые умники выросли в другом мире, где школа великолепное веселое место, где нет места разочарованию. Годы идут, скоро век кончится, а все по-прежнему.

Я пришел домой, пузатый дрон, как прилетел с моей пищей, его сине-фиолетовые лопасти снова взмыли в небо, оставляя за собой светодиодный след с логотипом компании доставки.

От еды я не почувствовал себя сытым. В животе урчало.

Забил на домашку, пойду в электросон, но сегодня только в полном погружении. Я буду как бы зритель, со своим умом, но управлять ничем не буду. Не самое комфортное ощущение, но когда спустя пару минут пропадает чувство запертости, все становится похоже на вполне настоящий сон, который пусть ты и смотришь, оставаясь на грани сознания.

Включил таймер, чтобы через восемь часов меня выкинуло. Не хватало еще получить от матери за то, что опять лежал в кровати. Прилет тяжелым предметом в ночи мне точно будет обеспечен.

Ну ладно поехали, сейчас и посмотрим, что там случилось.

Глава 4

Ливия. Принц.

– Ну, сколько можно тебя ждать? – Графиня закинула ногу в стремя, и ловким движением запрыгнула на коня, – Мерзкий, противный принц, я не для того скакала трое суток, чтобы видеть твою кислую мину.

Подруга детства не выглядела совсем, словно она с пути в трое суток.

– У меня вчера был тяжелый день, умерь свой пыл, Лаура, – Я закрепил на вороного коня седло, конюший был страшно оскорблен, что его лишили данной работы, но его работа меня никогда не устраивала. – Сегодня я не буду игрушкой, мы не на балу.

– Не занудствуй, я как на иголках, жуть хочу тебе показать! – Её лошадь фыркнула вместо хозяйки.

Тонкие брови девушки нахмурились и сделали у нее небольшую морщинку на лице. В самом соку, но на пару лет меня старше.

Может быть, кого-то и сломил бы ее милый сердитый взгляд, но на меня он не работал. Ухоженная леди, одетая по всем смыслам столичной моды. Разумеется, даже походный костюм с иголочки, а глаза подведены. Белые непослушные волосы свернуты в замысловатую фигуру на голове.

Характер у нее был ужасно скверный для дворянской дочки, поэтому она остается одной из немногих, с кем я сдружился еще в детстве, на нудных приемах моего отца. Ее родня владела медными копями на севере страны. И поскольку моя третья бабушка была выдана замуж к ней в семью, то отец всегда лояльно относился к Графской дочке. Можно считать она моя родственница, вроде сестры.

Она нагрянула вчера как гром среди ясного неба, как раз в тот момент, когда я тащил из отцовского кабинета свою тушу, слава свету, она заявила, что сначала ванна горячей воды. А я в туже секунду сбежал в свою комнату, страдая от судорог, которые преследовали меня до конца вечера. Макушка болела отвратительно, а стоило, мне сомкнуть глаза, я видел различные, непонятные мне символы, которые во всех частях моего разума светились разными цветами.

Так и уснул, пытаясь вычленить хоть толику смысла из всего этого безумия. К сожалению, поспать, сколько я хотел, не получилось, в ночь, с меня было бесцеремонно сдернуто одеяло, а подушка, ее выдернули и начали меня бить, и вполне так нешуточной силой я вам скажу.

– Так и все-таки, куда мы едем? – Я максимально недовольно смотрел на Лауру, но она этого не замечала.

– Я по пути сюда, видела древние руины, тут всего три часа скоку, обеду успеем вернуться, – Стоило выехать из конюшни, Лаура перешла на рысь,– Только не надо мне говорить, что ты все руины в округе видел, я знаю, что ты из замка выходишь, только если тебя Его величество заставит. Или сбежишь в очередной раз из дворца ночью в нищий район.

– Откуда ты знаешь? – Она меня немного удивила, вроде эта часть жизни, которую я оставил в тени.

– Давно по столице слух ходит, что принц сбегает из дворца по ночам и косит под нищего.

Я усмехнулся, но отвечать ей не стал. Есть грешок.

–Теперь тащишь ты, – Я громко зевнул и припорошил коня следом, – Но я все равно не понимаю, что нам с тобой там искать. Все, что было, уже мародеры разворовали, когда мой прадедушка еще был маленький.

– Ты ничего не понимаешь, стены они память хранят, это история! – многозначительно протянула она, ох уж эта романтическая натура, – Хоть посмотришь на что-то кроме столицы!

–Да альтернатива прекрасная, уезжаю от своих родных камней, чтобы посмотреть на другие камни, только старые.

– Все камни одинаково старые, – Возразила девушка,– Просто какие-то немного старше. И вообще тебе какая разница? В прошлый раз, когда я приехала зимой, ты даже из-за стен отказался выезжать, мне пришлось целый день себя самой развлекать, поэтому ты мне должен.

– Зимой снег лежит, мне никогда не нравилось по нему ходить, ноги устают, мокнут.

– Тебе вообще нравится, что-то кроме того, чтобыглупостями заниматься?

Удивительно, как ей хватает наглости со мной так разговаривать, чисто теоретически, я могу ее прямо сейчас за неуважение отправить в темницу, делать, конечно, я этого не буду, но смелость ее поражает.

Знала бы она еще границы, была бы отличная невеста. Не для меня, но какому-нибудь герцогу, вполне. Дальше мы поскакали галопом, и было не до разговорчиков.

По пути Лаура купила немного провианта в трактире, а я решил взять колчан с луком в гарнизоне, вдруг какая дичь подвернется, стрелок из меня не ахти, но в мишень с сотни шагов смогу попасть. Спустя час как вы выехали по тракту из столицы, графиня завернула по ведомой только ей метке в лес.

Так продолжалось еще два часа, время от времени, девушка останавливалась, что-то сверяла с картой или искала зарубки на деревьях.

– Ты говорил, что ничего особенного тут нет, а это что? – Ее звонкий голосок раскатисто засмеялся.

Мы выехали на небольшую лесную просеку. Свет еще не успел вступить во власть, и только первые лучи спешили из горизонта. Посреди опушки стояли исполинские камни, которые как будто бы росли из травы, формируя собой лабиринт. Каждый камень был цельным, без единого стыка, очень напоминало…

– Феликс, ну улыбнись, сколько можно быть таким угрюмым, – Голос Лауры выбил меня из раздумий, – Побежали внутрь, не стой столбом!

– Постой, там может быть опасно, – Но Графиня уже скрылась за поворотом лабиринта, – Чертовка, стой!

В ответ я услышал только смех, я слез с коня и рванул вслед за ней, поворот, поворот как будто он идет кругом, какой же это тогда лабиринт? Лауру я увидел в центре большого круга, который начинал заливаться светом солнца, оно неумолимо брало свою власть над утренним сумраком.

Это вход куда только?

– Посмотри, ты посмотри на это, это так красиво! Феликс, зануда, иди сюда! – Она показала пальцем на солнце.

– Да что ты увидела такого?

Наступил на площадку, которая напоминала мне вершину какого-то купола, проваливается по краям и выпирает всего точно в центре, где стояла девушка. Я схватил Лауру за руку, а она указала мне пальчиком в место, в которое смотрела сама. В небе на нас неумолимо бежал свет, сначала закрывая по пояс, а затем все выше и выше. Стоило мне прищурить глаза, как я увидел, маленькую пульсирующую точку, что манила меня.

Стоило в нее вглядеться, как я оказался у дворца. Я понял, что видел этот дворец, точнее, я был внутри, буквально вчера, когда отец дал мне осколок, я вспомнил все в мельчайших деталях, я вспомнил и почувствовал это. И вдруг я все понял.

На одно мгновение, за секунду до рассвета, когда свет побеждает тьму, все стало предельно ясно. Я даже не думал об этом по дороге, но отшибло тот дар, который мне достался. Этот дворец уже есть внутри меня, ну или я могу войти в него, тут яснее не скажешь, это можно только почувствовать. Я могу взять, что хочу у этого дворца, но какая будет цена?

– Феликс! Феликс! Феликс очнись! – Лаура вырвала меня и мгновения просветления, и тут же чувство собственной божественности рухнуло.

– Феликс, надо бежать, это, проклятые руины сейчас рухнут, очнись ты!

Я оглянулся вокруг и понял, что бежать нам некуда, арена начала проваливаться с краев внутрь. Вообще непонятно почему центр не упал, он как будто парил, зная, что мы на нем стоим. А потом и он не выдержал.

В животе неприятно защекотало, я постарался прижать поближе Лауру, но потом понял, что это дурная затея, поэтому я взял ее руку и попробовал, не отпуская отодвинуть ее максимально. Девушка сначала кричала, потом пол секунды спустя я понял, что она потеряла чувство. Падали мы достаточно долго уже больше секунды, учитывая угол наклона сферы, как же будет высота? На задворках сознания чей-то голос бился у меня в макушке, и ответ возник как по волшебству 100 метров вниз.

В моей голове возникла формула, из прочитанного трактата по магии. Называется воздушная подушка, там говорилось, что для ее создания нужно уплотнить воздух под собой, и убрать сзади себя, чтобы смягчить падение. Ладно, прощай отец. Я не виню тебя Лаура. Мы стали замедляться, давай сила загадочного Дворца покажи мне, на что способна.

И мы рухнули на камень.

– Феликс, Феликс!– Второй раз уже получаю по голове, как же больно, почему мы не умерли? – Феликс, я так испугалась! Где мы? Ты понимаешь, что произошло, я только почувствовала, что мы падаем, а потом посмотрела вниз, Феликс, ты меня слышишь? Я сказала за ужином твоему отцу, куда мы поедем, нас спасут через день другой, ты главное не умирай, Феликс!

Похлопал ее по ноге и натянуто улыбнулся.

– Не дождешься, живее я всех живых, голова только болит, – Пыльная графиня смотрела на меня своими голубыми глазами, да сейчас напуганная и без спеси она правда выглядит очень мило, только все глаза заплаканы, – Долго я был без сознания?

– Не знаю, я очнулась, тут мрак, ты рядом лежишь на камне, не двигаешься, не дышишь, я так испугалась! Я подползла тебя начала трепать, а ты не отвечал, я тебя трепала-трепала, а потом ты вдруг открыл глаза.

– Ну, все дальше я уже знаю.

– Что делать-то, как нам вылезать, тут метров 80 не меньше вверх, а веревки мы там не оставили.

Лаура прикусила губы и замолчала, глядя на меня.

– Тут метров сто.

– Что прости?

– Говорю тут метров сто высоты.

– Да какая разница, Феликс, ты в своем уме вообще, мы рухнули, еда и вода осталась на вьюках на лошади, я ничего не вижу, огня у нас нет, свет только дырка в пололке, и то до того как зайдет солнце, – Голос графини начал срываться на истерику.

– Ну, вода у меня есть,– Я хлопнул по бурдюку на поясе, – Нам пока что хватит. К тому же под землей, как мне кажется, воду найти легче, недаром копают колодцы правильно, Лаура?

– Да, колодцы, там вода, – Девушка начала понемногу успокаиваться, но в голосе слышались всхлипывания, – Феликс какие колодцы? В подземелье древних руин, тут ловушки, мы и метра не отойдем, нас с тобой прикончит.

– Ну, значит, выкопаем прямо тут, мы и так глубоко, чуть-чуть покопаем,– Как же я не любил эту панику, – И будет вода, сделаем чай, посидим, посплетничаем.

Лаура посмотрела в мои глаза, ну все сейчас начнет рыдать. И она рассмеялась звонким хохотом, надрывая живот. Я тоже начал смеяться с ней, и это продолжалось минут пять, а Лаура постоянно повторяла «покопаем» и начинала ботинком ковырять почву под ногами. И все начиналось по новой. Потом мы успокоились, и в разуме наступила пустота. Истерика отошла на второй план.

– Так и все-таки, что будем делать? – Она посмотрела уже более решительно.

– Не знаю, дай мне сообразить.

И я крепко задумывался, черт возьми, если бы кто-то научил меня пользоваться магией, может там надо заклинания читать, а то я знаю только бесполезные формулы, как огонь работает, почему греет, да большая часть магических трактатов, не что иное, как учебники, которые тонко объясняют те или иные процессы. Чисто теоретические знания, никакого практического использования.

Из полезного нам бы тут только свет пригодился, а я на это тему вообще мало читал, помню только формулу одну. Где ты свет создаешь, а потом загоняешь в такой шарик, в котором он себя сам начинает отражать, этакой магический фонарик. Я почесал себя по голове. А как создать свет? Вспомнил тот теплый лучик солнца, который еще недавно грел меня сверху.

– Феликс, Феликс, посмотри,– Лаура указала мне пальцем на белый шар, который разгонял тьму чуть вдалеке от нас.

– Только не подходи к нему, я тебя прошу. Я надеюсь, он только посветит, и будет держаться на расстоянии, откуда мы можем знать чье это заклинание?

– Пойдем, вдруг он дружелюбно выведет нас наружу!

– А вдруг он враждебно нас выведет в могилу?

– Он не выглядит опасным, ну пойдем, чего терять, если нас не найдут, мы все равно с тобой погибнем, а так хоть не будем в кромешной тьме после захода солнца.

И Лаура сделала шаг в сумрак, где шарик немого освещал нам дорогу вперед. Ладно, в случае чего, я всегда смогу вернуться обратно по дырке в потолке. Она была очень далеко. Мы начали следовать за светящимся шариком, который держал всегда одинаковую небольшую дистанцию от нас. Он вел вперед несколько минут, как вдруг мы уперлись в стену. Замечательный проводник!

– Предлагаю идти обратно.

– Угу, – Лаура поджала губы, – Только давай ты меня подержишь, идти в свет легче, чем идти во тьму.

И мы пошли в обратно направлении, шагая в сторону пятна в потолке. На середине пути я обернулся и заметил, что светящийся шарик теперь следует за нами по пятам, как щенок, который бежит за хозяином. Меня это достаточно серьезно разозлило. Бесполезный кусок волшебства. Я обернулся и закричал ему:

– Или начни светить так, чтобы мне все стало видно или уходи! – А может я правда его хозяин?

Шарик совершил, пирует и неожиданно стало намного ярче. Слишком ярко для наших с Лаурой глаз, что мне стало больно. Воздух выскочил из груди, и резко стало нечем дышать, как будто я попал в баню, спина покрылась испариной, и я закричал из последних сил:

– Уйди от меня! Уйди! – Белый шарик взмыл в центр зала и осветил своим светом все пространство вокруг.

Глаза еще несколько секунд болели, но когда зал залило светом, я утвердился в том, что мы стояли внутри огромной сферы. Она была отлита как будто из граненого стекла, а каждая грань сверкала мириадами радуг. Недалеко от центра, рядом с местом, с которым мы упали, стояло древнее многовековое дерево. Оно умерло сотни веков назад, но можно было представить, какой оно красотой сияло, когда было живо. Пол покрывал слой очень плодородной и черной как уголь почвы. Вокруг замысловато напоминая лабиринт сверху, чуть выше уровня земли были выложены каменные тропинки. Исполинское дерево, невероятной красоты.

– Феликс, как думаешь, что тут было?

– Не знаю, может сад?

Я показал ей руками на желоба, которые очевидно использовались для подачи воды.

– Тут целая продуманная система была, которая ведет прямиком к нему, – Я указал пальцем на дерево в середине,– Удивительно, как оно сохранилось за тысячи лет. Древесина должна была рассыпаться пылью.

Сердце раздирало на куски, такая красота канула в небытие. Труд великих умов того поколения строил по кусочкам этот сад, а время неумолимо съело его своими песками.

Мы двигались с Лаурой в тишине, и крутили головы по сторонам, как деревенские дети, которые первый раз побывали в столице. На каждой грани купола были высечены непонятные моему разуму символы. Вдоль тропинок через какое-то место стояли лавки, а прямо под местом, на которое мы рухнули, был фонтан. Глыбы камня с потолка разрушили красоту, которую воздвигли предки, но под обломками просматривались узнаваемые мной черты.

Мы шли к черному древнему дереву, его ствол был в несколько раз шире, чем все те, которые я видывал до этого, даже вековые дубы были как спичка. Трудно было представить, сколько жило это древо, до того как с ним что-то приключилось.

– Как оно выросло под землей? – Лаура заворожено смотрела на верхушку, последние ветви которой цепляли вершину купола.

– Вполне возможно, что под землей оно тогда не было.

Я коснулся рукой мертвой коры, боясь, что она под моими руками рассыплется в пыль, но она была тверда как сталь. Я всем сердцем пожелал, чтобы жизнь, что была, вернулась. Я представил, как будет прекрасно это поле, как трава и луговые цветы покрывают эту почву, как семена проклевываются и дают рост. Как жучки, которые давно спят под землей, начинают бегать по поверхности, как влага жизни бежит к корням мертвого древа.

И вдруг мне стало очень плохо. Как будто я все, что было у меня, уже отдал, и решил взять взаймы. Я не понимал, кто мне дал, но этого мне с лихвой хватило, чтобы не умереть. В глазах потемнело. Моя душа начала словно растворяться в мире, я стал его частью.

– Глупый мальчишка, – прозвучал голос в моей голове, он отдавал вехой веков, скрипучий и непонятный мне, но его смысл я осознал четко, он сразу разбудил меня, – Первые, кто пришли за много веков, но такие глупые. Я сначала обрадовался, когда ты пустил свет, потом думал, что сейчас ты увидишь руны, пустишь воду с грунтовых вод, затем включишь руны света, а потом как флора расцветет, попробуешь меня разбудить?

Теплые струйки чего-то теплого проникали внутрь меня и питали.

– А ты вместо этого пошел ко мне, отдал мне все свои жизненные силы, чуть не помер у моих коней, а мне бы этих сил не хватило даже на один жалкий листик. – Его голос был полон негодования, – Ты ничего про закон сохранения энергии не слышал? Ту даже нет света солнца, чтобы получить его мощь.

– Постойте, я ничего не понимаю, мастер, вы внутри этого древа?

– Мальчишка, я не внутри и не снаружи, я и есть это, как ты выразился, древо. Я из народа природы, а ваш человеческий род, видимо, спустя всего каких-то пару тысячелетий забыл про наш? – Голос в моей голове звучал все сердитее,– Зачем же тогда ты меня пытался разбудить?

– Когда я увидел ваш могучий ствол, мне стало так обидно, – Со всей детской наивностью сказал я,– Такое великое древо умерло, и я возжелал, чтобы тут все было полно жизнью, как было раньше.

– Не дождетесь, чтобы я умер. Твое лицо выглядит знакомо… – Одна из ветвей колыхнула меня по лицу, – Как катализатор, ты решил использовать собственную жизненную энергию, значит…

– Я вообще не знаю, что такое катализатор, понимаете, магией я обзавелся совсем недавно… – Древо захохотало громом в моей голове.

– Ты хочешь сказать недавно, а сам сделал такую огромную сферу света? И я должен, по-твоему, в это поверить?

– Я даже не был уверен, что сфера моя…

– Скажи, что ты пришел убить меня и пустить на корабли, я бы верил больше, но если это так, то учти, живым, ты отсюда не выберешься, я хоть и сплю, но за себя постоять я все еще в силах.

– Мастер, я невиновен, мы рухнули вот оттуда, – Я показал рукой на дырку в потолке, – поймите, Мастер, ваша эпоха ушла так давно, что уже не сохранилось ни единого письменного источника о вашем существовании. Могу ли я узнать ваше имя?

– То есть ты еще и хочешь узнать мое истинное имя, чтобы меня подчинить? – Гром в ушах звучал все сильнее, а давление, которое неожиданно появилось на моих плечах, стало давить меня в землю. Дедушка совсем не проснулся, нужно как-то его успокоить.

– Нет, Мастер, мне просто хочется знать, как обращаться к уважаемому предку. Глядя на ваш великий лик, я захотел воззвать к вашему пробуждению, человечество не может потерять такого уважаемого предка, – Я услышал довольное мычание в голове.

И давление пропало.

– Мне нравится это твое новое модное слово, Мастер, так и скользит на языке, – Голос произнес это, как будто смаковал его на вкус, – Особенно нравится мне, с каким ты трепетом это мне говоришь. Ладно, живите с подружкой. Но я возьму с тебя клятву, что ты потом вернешься, и отдашь все, что я на тебя потратил.

– Простите Мастер, но я не понимаю, что вы на меня потратили, если это я отдал вам жизненные силы…

– Твои силы слабее, чем у ромашек, которые росли на лугах перед тобой, твоя жизненная сила, как капелька росы, которая с утра появлялась на ветвях моих деревьев.

– Но я еще так молод…

– В этом и причина! Моя сила, которую я тебе отдал, чтобы ты неумер, даже ее самая маленькая капелька, даже капелька от той капельки, что я отдал тебе, чтобы серый чертог не пришел за твоей душой, это целый океан, таких как ты.

– Но откуда я мог это знать, Мастер? – Я не мог не быть как маленький мальчишка перед мудрым дедом-деревом, – Я от всей души желал вам отдать всего себя, а вам жалко даже капельки своих сил тому, кто отдал себя без остатка?

– Твой ответ не плох, хорошо допустим мы квиты.

– Но… – Он явно что-то от меня хотел.

– Но мне все равно нужно, чтобы ты вернул сюда жизнь. А еще было бы замечательно, чтобы это длилось хотя бы сотню лет. Тогда я полностью восстановлю силы, и древний враг падет!– Со страшной одержимостью прогремел голос.

– Сделаем так, кхм… Внучок, – Голос дерева стал нежным, как у змея искусителя, – Я вытащу тебя из моего обиталища, но ты поклянешься мне, что через сотню лет, сделаешь так, чтобы мне вернуть мне полные силы.

– Мастер, я в магии совсем как младенец, я не умею ничего, смилуйтесь, да и я не уверен, что смогу прожить сотню лет.

– Хорошо, Мальчик, я дам тебе пятьдесят лет. Но, если ты нарушишь обещание, те жизненные силы, что я отдал тебе, покинут твое тело, а мое проклятье пожрет твою душу.

Меня пробрал озноб.

– Мастер, чтобы это сделать, я должен хотя бы изучить руны, которые нужны, чтобы вас спасти.

– Не морочь мне голову, Мальчик. Я прекрасно вижу, что сидит у тебя в голове.

– Мастер, что сидит у меня в голове? Я ничего не понимаю.

Я посмотрел на Лауру, которая потеряла сознание. Интересно, она слышала наш разговор?

– Спи, дитя. Настанет время, ты сам разберешься, мне наскучилитвои вопросы.

И я потерял сознание окончательно.

РАЗРЫВ СОЕДИНЕНИЯ ЭЛЕКТРОСОН ПРЕРЫВАЕТСЯ.

10209 Петля

—Долго? – Лилит противно барабанила по полу.

– Еще два или три витка. Я не уверен насчет Фреда…– Она покачала головой, – В любом случае это стабилизирует петлю.

– Лазарь, я клянусь, если ты мне соврал, – Закончить она не успела, гермодвери открылись, и в помещение вошел Максимус, – Все готово.

Защитник сурово смерил взглядом устройство, созданное из самой чистейшей материи. Он явно его не понимал, но удовлетворенно кивнул.

– Лазарь, Доктор Мо считает, что твои действия могут пагубно сказаться на всем. В том числе на тебе. Но я тебе верю.

Он лишний раз нахмурил свои густые брови. С тех пор как мы отправили Малышку, как мы ее между собой называли, наружу, прошло уже…

Я сбился со счета.

– Лазарь, а давай в этом витке спрячем по частям твои конечности по остову? – Лилит посмотрела на меня своим самым мерзким взглядом, – Все равно ты как пазил, соберешься аккуратно к концу витка.

На ее предложение я ничего не ответил, но попытался лишний раз насытить устройство.

Глава 5

Феликс. Город Z.

Первое, что я подумал, когда проснулся: «Ну и что это было?». Сначала, когда принц падал вниз, я подсказал ему ответ, каким же образом он его услышал? А когда энт. сказал, что видит буквально меня, того что сидит у принца в голове, мне стало страшно за свою жизнь. Или может это не про меня? С этим предстоит еще разобраться. Все-таки полное погружение не так чувствуется, я не понимаю переживаний, мыслей, эмоций принца, когда я у него на задворках сознания.

Линк запиши моменты использования магии принцем. Будет полезно, наверно. Иконка загорелась, готово.

Еще приятным стало открытием, что принц стал отныне магом, конечно, выдуманное волшебство не производило на меня впечатления.

Но открывался целый новый аспект электросна, недаром, что нас с принцем так увлекла литература по магии. Она там была очень реалистичная, продуманная ну и в целом сама себе не противоречила.

Очень испугал тот момент, когда принц чуть не умер, я почувствовал, что силы покидают и меня, даже на секунду захотел разорвать связь с электросном, но удержал себя на грани мысли.

Посмотрел на линк, время как раз матушка сейчас вернется. Да мне повезло, еще был пол часика, и меня бы выкинуло из электросна, и не увидел бы развязки истории, слава богу, что принц быстро договорился с деревом.

Мать пришла к двенадцати часам, ровно по моему будильнику. Это не удивительно, я просто посмотрел, в какое время, она возвращалась домой, последние несколько дней. Еда, которую я заранее заказал, была извлечена из термопакета и мы сели за кухонный стол.

Дрон привез матери бутылку вина, она открыла ее и налила в бокал, а после посмотрела на меня:

– Феликс, ты знаешь, где я работаю?

Я попробовал еду, но есть ее решительно не хотелось, словно она чужеродная.

– Что-то с нейролинком связанное, да? – выпалил я первый, пришедший в голову ответ.

– В целом, да. Как думаешь, откуда у нас деньги на такую большую квартиру, на твою школу, на игрушки, которые ты покупаешь себе, да даже на пищу?

– Я думаю, что ты их получаешь на работе.

Разговор явно будет на агрессии.

– Нет, тут ты не угадал, тех денег, что я получаю на своей должности, хватит разве что на половину от этой квартиры.

– Тогда ты в молодости ограбила банк?

– Почти, только грабила не я, и грабили не банк. Вообще история долгая, ты сам со временем все узнаешь.

Она достала какой-то дыхательный стимулятор, которыми сейчас заменяют былые когда-то сигареты.

– Тогда откуда у нас финансы на все это?

– Речь пойдет о том, что осталось от твоего отца.

– Может, как-нибудь без него обойдемся? Осталось это прах?

– Нет, тут не получится. Когда-то давно, ты еще не родился тогда, мы с твоим отцом и еще несколько наших друзей сделали очень выгодное дельце.

Она выкинула свою еду, к которой так и не притронулась, тоже самое, сделала и с моей. Достала откуда-то из самой далекой полки банку тушенки и просто вывалила ее в тарелку.

– Последняя, давай ешь. – Она оказалась намного вкуснее той дряни, что привозил дрон, – Как все кончилось, ты видишь, но часть этого по прежнему принадлежат тебе, а поскольку ты несовершеннолетний, то мне как твоему опекуну.

– И как я понимаю, когда мне стукнет восемнадцать, то деньги теперь придется получать мне?

– Нет, как тебе стукнет восемнадцать, группа очень заинтересованных людей, попробует тебя забрать, завербовать. Сначала они будут просить, – Матушка еще раз затянулась, – Потом пытаться подкупить, потом угрожать, а, в конце концов, постараются забрать силой. Или обманом.

– Прямо сейчас? – Немного начала волноваться я.

– Нет, ближе к концу года, доучишься уже в другой школе. А потом выбирай сам, что для тебя лучше. Может, и сам разберешься. Но тут уже без моей помощи.

– Хотя бы узнать можно, ты, куда-то уезжаешь? – Я начал издалека.

– Да.

– Меня куда-то отправят учиться?

– Нет.

– Ну, хотя бы узнать, что за деньги, средства? – Осторожно спросил.

– Как придет время, узнаешь. Разговор окончен. Мне завтра работать, иди в свою комнату, я еще немного посижу тут. – Она покрутила в руках бокал с вином, а потом стеклянным взглядом уставилась куда-то между мной и стеной сзади меня.

Я не стал пытаться затянуть все это и молча, ушел. Разговор ли был гадкий, липкий и совершенно несерьезный. Меня поставили перед фактами, и выгнали, молча обтекать. Снова себя почувствовал мальчиком, который нахулиганил и получил по шапке, много вопросов, мало ответов.

Макушка головы болела и чесалась, заживает, сказал я себе и тут же остановил себя на мысли. А от чего заживает то? Вроде как головой не бился, я на всякий случай пощупал черепушку. Все цело, штатно, волосы на месте, голова на месте, да и в линке было бы видно, если бы что-то было не так.

Может линк от червя окончательно сошел с ума? Надо проверить, а то вдруг он не видит моих жизненных показателей, значит все конец, надо будет новый чип покупать. Я даже не знаю, как мне его будут ставить, у меня мой еще с младенчества. Не будем ударяться в пессимизм.

Я отыскал в столе пластмассовые лезвия для канцелярского ножа, достал новое, режут они поначалу хорошо, но тупятся быстро. Для бумаги сойдет, но мне нужно резать не бумагу.

НЕ ПРИЧИНЯЙТЕ СЕБЕ УВЕЧИЯ БЕЗ НАДОБРОСТИ.

Убрал оповещение.

Я вздохнул и чикнул себя по большому пальцу на левой руке.

Кровь пошла тонкими капельками и свежей ранки. А линк услужливо мне сообщил, что я порезался, показал где, и рекомендовал промыть рану под проточной водой, после заклеить ее регенеративной эмульсией. Нет, с устройством все нормально. Вспомнилось, что когда-то читал, о похожем случае, что после очень тяжелых травм, даже пройдя полный цикл регенерации, чувствуешь фантомную боль.

Сейчас не хочу грузить себя еще чем то, мне хватило вдохновляющего разговора с родителем. Лягу спать.

Линк, сделай так, чтобы я быстрее уснул

Мне снилось, что я стою в огромном дворце, на его пороге, словно гость, который только что прибыл и ещё не решился войти. Стены, высеченные из белоснежного камня, возвышались до небес, и каждая из них была покрыта таинственными рунами, которые с первого взгляда казались случайными символами, но при более внимательном рассмотрении складывались в удивительно гармоничные геометрические узоры. Симметрия этих узоров была настолько идеальной, что, казалось, она подчиняла себе все пространство вокруг.

Я пошёл вперёд, чувствуя тёплый камень под босыми ногами, и только сейчас заметил, что я обнажён. Но это не волновало меня, здесь, в этом мире, казалось, не существовало таких понятий, как стыд или холод. Вокруг меня витала атмосфера спокойствия и торжественности, словно я был частью чего-то грандиозного и непостижимого.

На стене слева, среди рун, я вдруг увидел знакомое изображение молекулы воды. Чуть дальше, на полу, руны складывались в силуэт огня, живого и пульсирующего. А когда я поднял голову, то увидел, как потолок сияет искрами света, где руны образовывали фотон, словно подчеркивая взаимосвязь всех стихий и элементов мироздания. Эти образы словно вели меня дальше, приглашая познать тайны этого величественного места.

ОПОЗНАНЫ СИМВОЛЫ НЕЗРИМОГО АЛФАВИТА.

Я лишь отмахнулся от надоедливого сообщения линка

Продвигаясь вперёд по коридору, я видел пять развилок, но меня не тянуло в них заходить, только двигаться дальше. Я оказался на пороге другого зала. Дверь, ведущая туда, была исписана рунами, смысл которых был недоступен моему разуму. Эти руны казались древними и одновременно новыми, их линии извивались, словно живые, и я чувствовал, что за ними скрывается что-то невероятное, но опасное.

Я попытался открыть дверь, но она не поддавалась. С усилием налёг на неё, чувствуя, как скрипят вековые петли, и медленно дверь начала открываться. Едва приоткрыв её, я увидел за порогом бескрайнее поле зелёной травы. Но прежде чем я успел сделать шаг, меня смыло потоком густой, словно кисель, энергии, вырвавшейся из щели. Она была как плазма, стремительная и текучая, но при этом плотная, как вода, её края распадались на мелкие фрагменты, исчезающие, как утренний туман.

Я чувствовал, как внутри меня разгорается пламя, а волна энергии несла меня назад, к воротам замка, откуда я пришёл. Сила этой энергии была настолько велика, что меня отбросило прямо к массивным дверям, и я с силой ударился о них.

Резко открыл глаза. Жар не уходил, будто я не спал вовсе. Восемь часов утра. Мать уже ушла. Я вскочил и побежал в ванную. Не снимая одежды, нырнул в ванну и открыл ледяную воду. Вода стекала по мне, но не приносила облегчения. Я снова нырнул с головой и задержал дыхание. Когда вынырнул, пар начал подниматься от воды, и я на мгновение подумал, что налил себе кипяток. Но это был не кипяток, а волна жара, рвущегося из моей груди наружу. Несколько раз спускал воду, меняя её на новую, ледяную, но даже в ней не смог охладить себя. Вернулась трезвость мысли, но не холод.

Тогда меня неожиданно начало рвать чёрной, как смола, жидкостью. Она вырывалась не только изо рта, но и из всех пор тела. Вода в ванной быстро заполнилась этой зловонной массой, и я включил душ, чтобы смыть её с себя.

Весь этот процесс казался мне нереальным, словно я всё ещё находился в том дворце, полном тайн и опасностей. И Линк молчал. Он, казалось, совсем не обращал внимания на то, что происходит со мной. И действительно, что такого особенного произошло? Ничего, казалось бы. Но где была бригада дронов, когда это случилось? Почему никому не было дела до того, что происходило со мной? Этот дворец был не просто местом силы, он был загадкой, которую мне предстояло разгадать.

Ванна была уничтожена, всё в налёте от этой зловонной гадости. Я достал химию с полки, где всё держала мать, и забрызгал её по всей ванной, подождал пару секунд и смыл. Чисто.

В этот момент я неожиданно почувствовал расслабление, небывалую лёгкость в теле, как будто всё лишнее, что тянуло меня вниз, резко пропало. Проверил показатели линка: вес мой упал по сравнению с тем, что было вчера. Немного, но полкилограмма вышли из меня, я чётко это видел на графике. Захотелось есть, конкретно – жрать. Первая мысль заказать еду через линк сразу пропала. Нет уж, сегодня в школу не пойду. В крайнем случае, приду после того, как поем.

Кинул линку запрос поискать, где можно найти органические натуральные фрукты и овощи, выращенные в грунте, а не на фабриках. Увидел адрес, три километра от дома. Быстро оделся, спустился, вдохнул воздуха улицы. В нём появились какие-то неуловимые ароматы, которые я не чувствовал раньше. От свежей прохлады позднего утра мне стало великолепно, хотелось прыгать и скакать.

Я побежал, полный сил и энергии, в магазин. От утреннего ужаса не осталось и следа, словно это пламя выжгло во мне что-то, а потом я изверг это из себя. Расстояние пробежал без отдышки и перерывов, даже ходу не сбавил, словно я какой-то крейсер. Я набрал фруктов и овощей на половину денег, что у меня были на счету, остались жалкие пятьсот кредитов. Не много и не мало, чтобы купить плотный обед хватит, но не более.

Раз мне было так замечательно, а настроение после еды стало лучше некуда, решил, что вернусь в школу. В этот раз уже более неспешно, свежие яблоки, банан и орехи бурлили в животе. Торопиться всё равно некуда, на занятия я всё равно опоздал, придётся писать объяснительную. Ничего, приложу им зацензуренное видео, как меня тошнило с утра, сразу все вопросы снимет.

Солнце приятно грело последним осенним теплом, улыбка сама просилась на лицо, было так светло, хорошо и чудесно. Даже дурные мысли не могли усидеть в моём разуме, я постигал красоту простой улицы.

Увидел вагончик на магнитном монорельсе, что продвигался по улице. Маршрут не мой, но даже бежевый правнук трамвая сегодня для меня был желанным гостем. Ведь какое чудо? Он фактически парит, а толкает его только электромагнитный ток, всё управление под контролем компьютера, который тоже питается от электромагнитного тока! А машина, которая беззвучно проезжает мимо по выделенной ей узкой полосе, тоже на электрическом токе! А ток – это что? Это энергия!

Энергия это очень клево! Мне так захотелось, чтобы у всех было больше энергии, прямо как стало со мной, до этого было чувство, что ее кто-то украл, а мне было не жалко поделиться. Но только чуть-чуть, самому еще пригодится.

Выпуск избытка энергии.

Пришло оповещение от приложения «Мир грез». Отлично он еще и трафик мой занимает.

Вдруг прозвучал хлопок, в паре метров от меня, причем сразу с двух сторон. Я начал вертеть головой по сторонам, два фонаря вокруг меня опалились. Очень странно, что в таком богатом районе не следят за электропроводкой.

Эйфория чуть спала, и в школу уже я подходил с более насущными мыслями. Что мне делать с червем, как поступать после разговора с матерью, что за чертовщина происходит у меня в электросне, и самый главный вопрос, где треклятый Алекс Морон, когда он так нужен? На мои сообщения прилетает статус не в сети. Что он такого мог сделать, из-за чего ему дали бан по глобальной сети?

На вахте оборудование долго меня мучило вопросами причины моего отсутствия, поскольку по всем данным я здоров, свеж и полон сил, на что я отправил утреннее видео и вопросы были сняты. А что там было, искусственному интеллекту было все равно, цензура ему не мешала. Не хватало, чтобы еще мои эти моменты попали в школьную сеть.

Два первых урока я уже прогулял, сегодня была пара физкультуры. Занятие на три класса. Пойду сразу в раздевалку, пока все мои одноклассники на перерыве, успею побегать по залу в одиночку. Мое удовольствие длилось не так долго, как я рассчитывал. Самые задиры уже пришли в тот момент, едва я успел переодеться.

– Эй, сыч, а давай кто, быстрее сто метров по залу, обещаю, что ты не упадешь как в прошлый раз! – Сказал мне мой одноклассник Биф, и вытянул руку. Одет он был мне, кажется, всегда в какую-то спортивную одежду, – Что боишься?

– Да Биф, ты же знаешь он ДЕВЧОНКА, – Как бы издеваясь, сказал один из дружков Бифа.

Кто такой Биф?

Ужасно мерзкая сволочь, которая всегда была рада поиздеваться над одноклассниками, тщательно маскируя это под соревнование.

Соревновательный дух всегда очень поддерживался нашим учебным заведением, и поэтому отказ от такого рода мероприятий напрямую влиял на твою характеристику, а чем она хуже, тем больше делать уроков, а упадет совсем, придется бегать, отрабатывать.

Но сегодня, почему-то, я готов поиграть по правилам этого засранца и подошел к нему ближе.

Биф был пониже, чем я, но в плечах заметно шире. Глянул сначала на его дружков, потом на него, и сделал еще шаг, вставая вровень.

– Хорошо, Биф, кто последний добегает до зала, – Я показал в сторону двери, – Тот всю пару занимается в женской форме! Забились? Раз, два, три!

Хлопнул его по ладони и побежал.

Толстолобый Биф сначала не сообразил, но когда, я хлопнул его по руке, не растерялся и рванул вперед. Расстояния тут метров 20, но путь замедляют лавки с лабиринт из шкафчиков для вещей.

– Я тебя уничтожу, Сыч! – Биф явно был недоволен.

Я перемахнул одним прыжком через лавку, что стояла у меня на пути, запрыгнул на соседнюю и побежал по ней. Нужно сделать так, чтобы ко мне никто не придрался.

Мы бежали нос в нос, я был все равно немного впереди, и прямо перед двойными дверями выхода в зал, лавка кончилась. Я, что есть сил, прыгнул, наискосок совершая отвратительный по всем законам акробатики пируэт.

«Ну, давай же, что есть сил! В сторону этого урода!» молил, что есть мочи.

Я оттолкнулся от самого края, лавочка, движимая моим толчком, сдвинулась со своего привычного места, высоко подлетела и сбила Бифа с ног.

Биф, который уже был уверен в своей победе, и смотрел только на дверь и не мыслил о такой подлости. Мне даже на секунду самому стало больно, когда я увидел, как больно ему дало по лбу. Конечно, после того, как я в кувырке встал, мне не составило труда войти в зал. В тот момент, пока Биф ругался очень неприличными выражениями, я улыбался.

Еще неделю назад я заприметил, что лавка не прикручена к полу. И сделал этого идиота, при помощи его собственных приемов. Как он сделал тогда меня, по грязному. Только почему она так подлетела?

– Ну что умылся, Биф? Сегодня тебе заниматься с другой половиной потока, красивой, как и их форма. Сходи, получи ее! – Я показал ему средний палец, – Давай спор, есть спор, или ты не поддерживаешь соревновательный дух?

– Я тебе сыч, отомщу, ходи, оглядывайся.

Биф мне ответил тем же самым жестом. Он не стал возражатьпротив формы, в конце концов, отличалась она только расцветкой, как-то завелось, что женская форма фиолетовая, а мужская зеленая. Крой полностью одинаковый.

Занятие началось с классической пробежки, затем разминка. Обычно, после всего этого, если на занятия не было назначено закрытие нормативов, то каждый был предоставлен сам себе. Кто-то выбирал групповые игры, благо, пространства было много, каждый мог выбрать себе игру по вкусу. Инвентарь так же имелся на любой вкус.

Обычно, я выбирал одиночные игры. Только изредка расписание совпадало так, что мы с классом Алекса были вместе, в тех случаях мы были в паре. Отходить от старых привычек не очень хотелось, но, акробатически снаряды были заняты, а туда больше одного за раз никогда не пускали. Кто первый встал, того и тапки.

Хотя силы было через край, я был готов дат Бифу по морде, но знал, что эта смелость лишь кураж.

По итогу, я ходил от одной зоны к другой, пока не обнаружил, что все индивидуальные места заняты. Соседний класс пришел раньше.

УЧЕНИК НАЙДИТЕ СЕБЕ ЗАНЯТИЕ! В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ ПОСЛЕДУЕТ ПЕНАЛЬТИ.

Меня порадовало системное оповещение.

Я ходил из стороны в сторону, пока не обнаружил, что дуэльная арена, где обычно никого не было, была заполнена на одного из двух, а мне уже надоело ходить.

Вяло побороться в дзюдо или скучно пострелять с лазерных считай игрушечных пистолетов, лучше, чем идти вступать в игру к тем, кто уже давно начал. Был вариант сходить в бассейн, но эта мысль была моментально отброшена.

Школьные спортзалы и их полигоны были точной копией армейских, поэтому дуэльная арена каким-то небывалым образом появилась и у школьников. В армии это был способ разобраться с конфликтами, которые возникали сами собой всегда. Тут, скорее веселье на двоих.

Пойду туда, посмотрим, кто там, если какой-то специфический любитель подраться, уйду. А если залетный, как и я, то поборемся остаток урока, да пойду. Хотя навыки у меня были, от принца. Но им применения нет.

Арена представляла собой достаточно широкое пространство, и в отличие от большинства полигонов, работало не от того, что построил виртуально линк, а имело вполне реальное строение. Чем-то похоже на старые греческие амфитеатры, только зрителей нет, да радиус всего три метра.

Я открыл внутрь двойные деревянные двери, сделанные под старину.

ВЫБРАН СТИЛЬ БОЯ ХОЛОДНОГО ОРУЖИЯ. СПИСОК ОБМУНДИРОВАНИЯ:….

А дальше какой-то огромный список предложенных вариантов. Какой-то любитель средневековых битв. В вирте в игры мало рубится, нужно еще и в школе оттянуться?

Ничего, я знаю на таких управу. Надо стукнуть разок хорошенько куда-нибудь, где очень больно, а дальше уже в своих правилах продолжать поединок. В виртуальных игрушках боли-то не бывает. Это вам не электросон, там есть ограничения на такие вещи.

У края арены с обратной стороны, сидела хрупкая милая девочка, на ней были кожаные накладки, которые защищали от тупых ударов тренировочным оружием.

Как-то не в моих правилах бить девочек. Лучше бы она выбрала рукопашную, так бы хоть мог ее кинуть на мягкий, постеленный на полу мат. С нашей разницей в весе это было бы не трудно и не больно.

А вот удар, пускай тупым, легким, тренировочным мечом, все равно оставит на теле синяки. А если ударить по голове, так вообще можно отправить ее в далекий сон. На этот случай тут были медкомы.

– Выбирай, что хочешь, я буду биться на шпаге. – Она подняла вверх руку с оружием, чтобы продемонстрировать его. – Меня зовут Ингрид, а ты?

– Я Феликс. – Видимо, посмотрела какое-то романтическое видео с полным погружением, где героиня била врагов налево и направо, решила, что раз она была ей, тоже сможет, – Давай я возьму обычный одноручный, а потом посмотрим.

Девочка хмыкнула носом и молча, встала в позицию, а я взял оружие, которое лежало в выехавшей полке. Ее маленький носик словно пытался принюхаться ко мне, хотя скорее это особенность осанки. Горделивая поза.

– Одну секундочку, немного разомнусь, – В памяти начал прокручивать те приемы, которыми били Принца. Вспомнил пару незамысловатых приемов, которыми меня тогда обезоружил отец Фотий, верный слуга света и бывший мастер меча.

На секунду себя поймал, что мысль ассоциировать себя в электросне с собой реальным не очень хорошая. Я покрутил клинок в руках, специальная сталь, клинок, очень легкий и тупой, а рукоятка тяжелая, но баланс все равно сохранялся из-за жидкости внутри клинка. Не понимаю, зачем такие мудреные приспособления, могли просто палки выдать и дело с концом.

Хотя может, это пережитки военного прошлого этих сооружений?

Побегал с мечом, как и учили, сделал пару кувырков по матам, выбирая положение руки, в котором мне удобно кувыркаться с этой бандурой в руках. Сначала меч всегда легкий, но стоит сделать пару хороших ударов, и он станет неподъемным.

Конкретно этот не был похож на те, с которыми принц в электросне тренировался, гарда излишне защищает кисть, да и сам он намного легче кованой стали.

– Ну, что, ты наигрался? Мы будем драться или я опять пришла сюда просто так? – Ингрид недовольно топнула ногой, вот уж избалованная девчушка, – Я сейчас усну.

– Да, я готов. Нападай, когда будешь готова. – Линк, обрисуй радиус атаки. Буду немного жульничать. Уверен, что она тоже.

И тут началось, я даже не сразу среагировал, когда мелка чертовка оказалась уже в зоне поражения ее оружия. Об этом меня любезно оповестил линк, а я уже на грани сознания поймал его сигнал и отбил ее первую атаку.

Заходила она слева, как и любой классический правша, шаг в сторону, так неслась на меня, будет трудно затормозить. Юркая и маленькая, плюс оружие у нее гибкое.

Она развернулась на пятках и сделала рубящий сверху, блок три шага назад. В руку неприятно отдало, шпага из-за своей вибрации невероятно раздражает.

В её глазах загорелся азарт, сейчас она опять нападет, должна завершить секцию ударов из трех, сбоку, сверху, укол. Сделает выпад, и я выбью из ее руки клинок.

Но Ингрид встала на месте и ждала моей атаки. Хорошо, может, устала. Я решил выполнить связку из трех ударов, как меня учил один саблист из халифатов. Шикарный прием против шпаги. Шаг, вдох, диагональ права налево, полшага вперед, вдох, помогаем себе второй рукой делаем рассекающий по диагонали и делаем рывок в колющий.

Моя оппонентка показала мне чудо. Она увернулась от всех трех ударов, словно знала, куда они пойдут. Да логичная связка, но главное техника, положение рук, стойка ног, все не так просто как кажется.

От первого она просто отошла. От второго пригнулась, а третий, который бил ей в грудь проигнорировала и сделала легкий поворот корпуса, в тот же момент, ударив меня шпагой по голой спине. Место загорело огнем, но я сжал зубы. Да кто она такая? Я поднял обе руки вверх. Таймаут. Почесал лопатку, болело не сильно, но жгло неприятно, как ребенку по гузну.

– Может, наденешь «кожу»? – Ингрид улыбнулась, а я только сейчас рассмотрел девицу. Правильное личико, острый нос. Сейчас мало некрасивых девушек, но она была даже симпатичная. Волосы были убраны в шлем, глаза чуть накрашены.

– Нет, я, пожалуй, щит возьму. К защите я не привык, а в форме вполне удобно.

– Как знаешь.

Достал маленький круглый щит и надел его на предплечье, держать его в кисти не имело никакого смысла, а с махом плеча в случае чего успею поставить оборону.

Противник достал мне серьезный, и лучшая моя связка одноручник и щит мне пригодится. Не хотелось ударить в грязь лицом и проиграть такой хрупкой девочке. Хотя перед кем хватиться? Перед собой только если.

Битва началась по новому кругу, но в этот раз преимущество было уже на стороне Ингрид, толи она прощупывала сначала почву, может, просто жалела. Но стоило мне взять щит, она превратилась в сущую дьяволицу, двигалась технично и быстро, словно с детства занималась тем, что держала шпагу.

Я успешно оборонялся, но о том, чтобы перейти в нападение речи даже и не могло быть. Колотила она по щиту знатно, пыталась отсушить мне руку. Видимо, решила взять меня на измор, но каким образом маленькая девочка в «коже» рассчитывает меня измотать?

Очевидно, что ей труднее даются выпады, она слишком возбудилась, совсем не экономит силы. Движения Ингрид стали вялыми, теперь уже мне было проще отражать, да и появлялись успешные окна для того, чтобы атаковать.

– Может, сделаем таймаут? – Стоило мне бросить эту фразу, девушка нахмурилась еще сильнее, и попыталась ускориться, атаки стали стремительнее. Техника у нее великолепная, но самоуверенность не всегда хорошо.

Адаптировался под ее темп и все более успешно брал на щит то, что нужно, а от остального либо кувырком, либо отбивал. Пот тек с лица девушки, в конце концов, кожаный шлем достаточно теплая штука. Хотя и я был весь взмокший.

Неожиданный удар, сбил ей дыхание. Не слишком ли я сильно ее? Хотя «кожа» защищает.

– Давай все-таки присядем, сделаем перерыв? – повторил свое предложение я.

– Давай бейся, – Ингрид раздраженно сняла шлем с головы, и бросила ее в сторону. Волосы были прикрыты сеточкой, видимо, прическу не хотела помять, или может так удобнее?

Ну, хорошо. Девушка уже не пыталась взять меня с наскока, искала дыры в моей защите, и даже пару раз зацепила меня по бокам шпагой, было ясно, что ей трудно биться против щита. И она устала.

Былого эффекта неукротимой львицы она уже не производила. Скорее забитая волчица, которая сейчас бросится в предсмертном порыве, чтобы перегрызть тебе шею. Глаза дикие, ненависть так и сочится.

Очередной укол и я даже не защищался, он был такой вялый, что я просто отпрыгнул.

– Да не прыгай ты сельский клоун, дай мне тебя прикончить.

– Почему сельский и клоун? Не думаю, что в оставшихся селах есть клоуны. – Я перехватил клинок обратным хватом и просто толкнул ее щитом.

Ингрид упала на маты, но быстро встала, сделала пару вздохов и зарычала. Видимо, из последних сил бросилась на меня. Зачем кричать, когда ты атакуешь? Лучше дыхание побереги.

Я начал отступать, а она в пару прыжков попыталась меня догнать в выпаде. Медленно. Просто подался ей вперед, схватил ее за руку. Она решила перейти в рукопашную, и честно, к такому плотному контакту, я был не готов.

Ингрид кувыркнулась и обхватила меня ногами за и туловище. Я начал терять равновесие, если я упаду на нее, ей будет больнее. Но я не устоял, и пока мы падали она пыталась меня колотить.

Я дернул рукой и заехал бедной девочке рукояткой прямо по голове. Глаза ее закатились, а она отключилась. Ой-ой-ой. Зачем же она сняла шлем.

Из пола арены прямо напротив выхода, выдвинулся вверх мат и оттуда выехал пузатый медком. Быстренько просканировал девочке место ушиба, сделал маленькую инъекцию какой-то витаминки, заботливо замотал холодную повязку. Потом заехал в свой ящик обратно, но мат в пол не задвинулся.

Ингрид была без сознания минуты три.

– Ты где так научился биться, в вирте так не бьются, – Первое, что спросила Ингрид, когда открыла глаза, – У тебя явно какая-то сильная школа, очень мне знакомая, но я не понимаю, откуда ты научился этому.

– Да то там, то сям, – Она в обиде за удар по голове, а это уже хорошо, – Самоучка.

– Врешь, самоучка так не умеет. Я тут каждые две недели сижу, ко мне разные заходили, виртуального фронта, какие-то спортсмены. – Она почесала место ушиба, – Первые просто сопляки, уже после первого удара, они начинали хныкать и называли меня сумасшедшей. Вторые техничные, но их искусство для того, чтобы побеждать в спорте, а не в драке. А ты бился подло.

– А может у меня предки японские самураи? Какая тебе разница, умею и умею, – Говорить же, что я один из тех мертвяков, которые проводят сутками в электросне, таких не любили еще больше чем виртеров.

Электосон не любили по разным причинам, главное конечно, что можно тронуться умом, и, как правило, это было тайной. Сам никто никогда не начнет рассказывать своим друзьям и знакомым, что неожиданные умения, которые ты получил, не являются плодами твоих трудов.

Получить навыки, не прикладывая усилий, жаль только без выбора какие. Либо везло, либо нет. В любом случае, выучиться чему-то, ничего не делая, оставляет большой соблазн. Особенно когда жизнь твоя не космос.

Поэтому практически во всех случаях человек имел ограничение на время, проведенное в глубоком погружении. Полное погружение – хоть круглые сутки, но оно и навыков тебе никаких оно не даст. Это была вынужденная мера, потому что люди с неустойчивой психикой теряли грань между реальностью и электросном. А потерять ее очень легко.

–Нормально голова. Ты там уснул? – Ингрид вывела меня из размышлений, щелкая пальцами у меня перед глазами, – Вроде как это ты меня по голове приложил, а не наоборот.

– Задумался, ты что-то говорила?

– Говорю, что мы застряли тут, и надо выбираться.

Девушка легко и изящно встала и пошла к дверям арены. Медком по-прежнему не спустился, и когда мы поняли, что выйти не получится из-за того, что медком перегородил двери. Я не сдержался от смеха

– У меня есть идея, – Я встал с матов и пошел к ней, надо убрать медком вручную, бывает, западает какая грязь на маленький датчик сбоку. – Знать надо секреты.

Я подошел, чуть опустился на пол, потер рукавом от кофты и… Ничего не произошло. Замечательно. Подошел к боту, кинул запрос на подключение, для ручного управления, раскачаю на гидравлике медком, да от его полномочий захлопну его хранилище.

МЕДИЦИНСКИЙ КОМБИНИРОВАННЫЙ АВТОМАТРОН НЕИСПРАВЕН. ДОЖДИТЕСЬ СИСТЕМНОГО АДМИНИСТРАТОРА.

Великолепно. Когда недосчитаются нас, посмотрят по камерам, увидят что мы тут и застряли, придут и вытащат, сто процентов тут есть какой-то аварийный выход. Кину еще запрос на открытие аварийного выхода.

АВАРИЙНЫЙ ВЫХОД НЕВОЗМОЖНО РАЗБЛОКИРОВАТЬ БЕЗ ОБЛЯВЛЕНИЕ ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СИТУАЦИИ. ОБЪЯВИТЬ ЧРЕЗВЫЧАЙНУЮ СИТУАЦИЮ?

Да, мы тут застряли, открой уже чертову дверь.

НЕТ ПОЛНОМОЧИЙ, ОБРАТИТЕСЬ К СИСТЕМНОМУ АДМИНИСТРАТОРУ.

Отлично, это нам торчать тут пока кто-то не придет, не обнаружит, что дверь заблокирована и не откроет аварийный выход. А если сегодня вообще никто не придет? Вполне возможно.

Надо попробовать связаться с кем-то из одноклассников по сетке. Выбрал самого надежного парня из нашего класса, ничем выдающимся не обладал, но просто был доброй душой, которая у меня не вызывала отторжения. Макс, давай выручай.

СООБЩЕНИЕ БУДЕТ ДОСТАВЛЕНО ПОСЛЕ ТОГО, КАК ВЫ ПОКИНИТЕ ПРОСТРАНСТВО АРЕНЫ.

Блеск. А что говорит линк делать в такой ситуации, ну-ка срочная помощь.

СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ ПОМОЩЬ УЖЕ В ПУТИ.

СООБЩЕНИЕ БУДЕТ ДОСТАВЛЕНО ПОСЛЕ ТОГО, КАК ВЫ ПОКИНИТЕ ПРОСТРАНСТВО АРЕНЫ.

Что такого особенного в арене, что я не могу послать сигнал в общую сеть? Я думал такое вообще невозможно, а как оказалось, что даже внутри школы есть места, которые скрыты от лица всемирной сети. Удивительное место, но это совсем нам не играет на руку.

– Ну и что ты молчишь? – Ингрид решила начать панику, – Ты же говорил про какие-то секреты.

– Ты клаустрофобией не страдаешь? – Я глянул на девчонку, раскосые глазки посмотрели на меня многозначительно.

– Никогда за собой не замечала.… А к чему ты это? – Она попробовала постучать дом медкома, но это нее спасло ситуацию.

– Я предполагаю, что нам придется посидеть тут несколько часов. Или колотить стены, хотя все равно они глухие, тебя там снаружи никто не услышит.

– И что открыть, никак не получится?

– Я попробовал все разумные методы, связаться с кем-то снаружи не получится, линк не дает, какая-то защита. Можно попробовать взломать сам медком, или вообще всю арену, но меня по головке за это никто не погладит. – Я устроился лежа на матах поудобнее, собираясь отлежаться.

Ингрид неугомонно ходила из угла в угол.

– А может попробовать сверху на этот мат залезть да как-нибудь вниз его забить? – Она посмотрела на жилище медкома, и попробовала запрыгнуть. Да, высоковато для нее. – Чего разлегся, подсади.

Я сложил руки в замок и подкинул ее к верхушке. Как-то слишком легко мне это далось после такой тяжелой битвы с девушкой, словно, совсем не устал. С самого утра меня переполняют силы.

Она запрыгнула и попыталась раскачать несчастную коробку, которая перегородила нам выход. Но надежный гидравлический механизм не поддавался. Тут нужна масса больше.

–Давай-давай, ты тоже залезай. – Девушка подала мне руку, я разбежался и запрыгнул без ее помощи, роста мне хватило, она хмыкнула.

– Прыгай, принцесса капризная, может, хоть автоматика ее захлопнет, веса нам точно не хватит, – При слове принцесса Ингрид поморщилась, – Все-таки мы для нее инородные тела сверху.

– Ты может и инородное, а я вполне себе родное, – Мы начали в с разных сторон в так качать ногами конструкцию. Медком издал сигнал, а крышка никак не хотела падать.

– Давай прыгнем вместе, и со всех сил ногам, одновременно, только руку дай. – Ингрид отдернула от меня

– Это рука еще моя тебе зачем? Давай на счет три.

– Давай за руку, не хочу, чтобы ты, после того как я тебя по голове приложил еще и шею себе сломала.

Девушка снова хмыкнула, но протянула мне маленькую белую ладошку. Я взял ее покрепче и на счет три мы прыгнули. Конструкция чуть поддалась на наши действия. Повторили операцию еще раз, молчит. Когда прыгнули в третий раз, я всеми силами пожелал, чтобы летели мы быстрее вниз. И это было больно.

Ингрид заехала мне локтем в глаз, но когда мы приземлились, то она смачно стукнулась лбом об мое колено. И снова отключилась. Я быстро закинул ее на спину и выскочил с арены, пока медком снова не решил подняться.

Мы оказались на пороге арены, а спустя две минуты она пришла в себя.

– Давай договоримся, Феликс, – она в первый раз назвала меня по имени, – Что больше не будешь меня бить по голове. Знаешь это очень больно, а сейчас меня даже подташнивает. Легкое сотрясение.

– Тебя проводить до медпункта? – Я тронул зреющий фингал под глазом, – Все-таки дважды…

– Нет уж, я пошла домой. С меня хватит впечатлений на сегодня, да и твоего общества тоже.

Она держалась за лоб, а повязка на ее лбу все норовила сползти на глаза. И она ушла, виляя. Надеюсь, голова ее пройдет. Глаз мой саднил, но не болел, а ей крепко полбу прилетело, что она снова отключилась, как бы я не повредил там ничего ей, станет дурочкой, а я виноват останусь.

На последний урок я не пошел, вот так, сходил только на физкультуру, идеальный ученик можно сказать. Вышел за территорию, утренняя легкость все еще чувствовалась, а синяк под глазом уже и не болел. Даже спина, которая саднила вначале боя, совсем не болела. Замечательный день, пускай немного и нервозный, да и Ингрид симпатичная девочка.

Конечно, победить в драке такую хрупкую девочку не особо большое достижение, но и проиграть ей я не мог, двоякая во всех смыслах ситуация, и, слава богу, что на арене могут быть только те, кто сражается. Никаких случайных зрителей, иначе бы пошли разговоры, что я бью девочек.

По пути домой снова зашел в тот магазин продуктов, раскошелился на последние деньги на кусок фермерской курицы, сырой. Черт знает, что буду с ним делать, линк подскажет. Да и у матери, которая, очень редко, готовила сама, есть какое-то оборудование, сковородки там кастрюльки всякие.

Дома дал задачу линку придумать мне, что с ней делать, он предложил мне ее в духовой шкаф на два часа на 200 градусов, я сразу отмел эту идею. Два часа долго. Сварить в кастрюле мой вариант! Налил воду, кинул целую курицу, перед этим ее помыл, мало ли. Линк показал, сколько соли мне нужно, а нужные специи отыскал на полках, устройство опять же мне их подсветило. Поставил на плиту и сел делать уроки.

Что там дали учителя сегодня? Ничего сложного. Математику, физику раскидал сразу, там пару задач термодинамика, функции ничего трудного. Сочинительство чуть дольше, не мастер я красного словца. Час пробежал быстро, за это время вкуснейший аромат накрыл всю кухню, а слюна заполняла рот с безумной скоростью.

Почему-то мысль о еде с дрона вызывала у меня небывалое отторжение, словно это какие то отходы. Зато вареная курица, стоило мне ее достать из воды, показалась мне амброзией. Я обжог себе небо и язык, но скушал ножку, крылышко и пол грудки. Давно на меня такой жор не налетал.

Лег в кровать, сытый и довольный. Сегодня мне больше делать нечего, побуду в электросне.

ВЫ УВЕРЕНЫ?

Да.

Глава 6

Принц. Принц. Ливия.

Лаура уехала еще вчера, а я обтекал от событий того, что произошло с нами до сих пор. Отец сказал, что мой наставник прибудет уже сегодня, а я как на иголках пытался так же силой мысли зажечь тот шар света, что использовал в руинах. Энт. сказал мне, что это был я, а если это был я, значит, смогу повторить.

Но как я не старался, чего-то не хватало, я сверялся с библиотечной книгой, вспоминал свои ощущения в тот момент, никакого эффекта. Видимо мало, просто желать, нужно какой-то импульс. Из-за этого с самого рассвета мялся по дворцу. Но ЧУВСТВОВАЛ, что могу.

Вчера, когда я очнулся возле руин, прямо рядом с нашими лошадями, от того, что Лаура снова теребила меня.

– Фелик, если ты умрешь тут, на мне точно никогда не женится, – Даже сейчас она волнуется больше за себя.

Ее охватил такой глубокий шок, после того как она потеряла сознание, а оказалась уже наверху, что бесконечно одолевала меня вопросами по пути обратно.

– Ты, правда, невероятный Феликс, даром что Принц, – Она махала руками в разные стороны и мило улыбалась, и как только с лошади не падает.

– Тут не все так просто, и моей помощи тут нет.

Она решила, что я ее герой, а про разговор с энтом и кабалу по его возрождению, на которую я подписался, решил умолчать. А как приехали в замок, снова плюхнулся спать, с такими яркими цветными снами, я там бился на мечах, с какой-то чертовкой, а дальше не помню. Красивая и такое было чувство, что я ее где-то видел.

Забежал на кухню, повариха была в таком шоке от того, что я к ним залез, что с перепуга сделала мне великолепную яичницу с салом и помидорами. Раньше, когда я был ребенком, то частенько забегал с самого утра на кухню. А потом наша старая повариха, которая работала у нас со времен, когда наш род был только герцогским, умерла. Мне было очень неприятно от этого и на кухню заходить, я перестал.

С новой поварихой я знаком не был, да и глаза у нее были такие, словно если я с ней заговорю, то она упадет в обморок. Мне это не нравилось. Иногда хочется снять с себя личину принца, оказаться в теле простого парня, который учится со всеми, от вида которого не дрожат слуги, а сверстники не пытаются лебезить. Но о таком можно только мечтать, если и выходить куда-то инкогнито, то только где меня в лицо знать не могут. Сбегать из замка бессмысленно, меня знают все в лицо, на ближайшие сотни километров.

Почему? Не трудно догадаться, поскольку я был копией моего папаши, с его грузным бровастым лицом. Уж его портреты были развешены у всех, от простых старост, до губернаторов, каждый в лицо знал своего правителя.

Потом пошел в библиотеку. Там оставалось пару трактатов, по запретной магии, которые до сих пор церковь не забрала себе, и почему-то не спешили забирать. Хорошо жить во дворце, читать много секретной литературы по магии. Жаль ничего из всего этого мне не понятно, но хоть математика не нужна. Описано все слишком размытым и непонятным языком, приходится искать крупицы между строк.

Вообще мне повезло, что я стал магом в сознательном, считай взрослом возрасте. Поскольку урожденным магам был закрыты дороги к образованию, крупные библиотеки имели специальные устройства, чтобы отследить появление мага в читательском зале. Их попросту у нас гоняли. У нас в Ливии.

А все только из-за их могущества. Например, маг двух направлений мог противостоять целой армии, если имел образование. А что говорить, про магов древности, которые были пяти или даже невозможных шести направлений. Такие могли не только разрушать, а создавать невозможные вещи и небывалые сооружения.

Хотя, как заявляли некоторые авторы, направления придумали или ленивые или безграмотные. Потому что цитата: «Нет предела человеческому познанию».

Я читал много легенд о древности. Где-то говорилось, что три моря в халифатах создали, пожертвовав свои жизни и души магии. Или лес ветров, где голые стволы деревьев уже тысячелетие ждут своего часа, чтобы умереть, но магия не дает им это сделать.

Даже на просторах моего королевства было такое место, Архипелаг Силы. Хотя церковь всеми силами уничтожала такие места. Там, судя по рассказам счастливчиков, которые вернулись живыми, творятся невозможные вещи. Стены становятся полом, вода горит, а воздух выходит из легких сам, стоит тебе вдохнуть воздуха. И это только что япомню.

Это последствия войны, которые затеяли маги, поставив мир на грань. Тогда, как пишут, наша реальность была похожа на колесо, которое было накачано чужой волей. Когда в пылу битвы волшебники пережигали все больше вещества в силу магии, то грань реальности начала буквально трещать по швам. Так в мир вошли всякие различные темные твари и не только. Гномы, эльфы и прочие нелюди, появились примерно в тот же период, хотя их источники скорее утверждают обратное, что это мы пришли к ним. Кто прав знает только свет.

Я полагаю, у них были свои миры, но поскольку наши волшебники слишком нахулиганили у нас, и они не по своей воле рядом с нами. На самом деле сильной неприязни к ним не испытывал, но как принц королевства не потерпел бы на своих территориях. У них есть то, что они получили, когда кусок их мира стал наш, им хватит.

А потом, в какой-то момент самые могущественные архимаги собрались и поняли, что если веселье будет продолжаться в таком же духе, то явная магия разорвет мир на клочки, которые будут, как пепел от костра носиться по бесконечному ничто, пока совсем не угаснут

Сильные собрались и перебили всех магов, кто был слаб. Оставили миру пару учеников, сделали крошечную дырочку, спустили излишки магии и исчезли. Их принято называть в язычестве боги, но церковь учила, что это слуги Света.

Процесс был не быстрый, и уже их потомки, менее, но все еще могущественные маги хотели залепить дырку, потому что магии для древних стало не хватать. К сожалению, процесс был необратим. И началась новая война.

Все магистры напугались и быстренько начали свергать династии в разных странах, чтобы направить мощности государственной машины на нужды магов. Гегемония продлилась две сотни лет, пока церкви света и тьмы не объединились, чтобы свергнуть магов с верхушки пищевой цепи.

И загорелись костры. Горит маг хорошо, если предварительно отрубить ему голову и проткнуть сердце. Маги могли прятаться, но им все равно нужно было пропитание. Еда, сделанная магией, если ее ест маг, сытости не дает. Возможно, какие-то великие магистры тех времен до сих пор живы, простоскрываются среди нас, но большая часть были убиты, взяты в рабство, прилюдно казнены, остались только те, кто совсем был слабым. Невероятно древние старики, которые служат в Халифатах.

Тех, кто есть сейчас, скорее всего даже в подметки не годятся и тем, кого не добили из жалости. Но даже с тех пор, тех, кто уродился магом, а проверяют всех без исключения, гоняют и в хвост и в гриву.

И всех все устраивает. Маги как-то адаптировались, прячутся в тени, не имеют центра принятия решений, но все равно остаются могучей силой в каждом государстве.

Все потому что общество магов вернулась к своей сути, это стали люди, которые держатся за своего брата до последнего, а если обижают одного из них, то они скопом, как гиены набрасываются со всех уголков страны, чтобы утереть нос обидчику. И я теперь один из них. Я надеюсь, мое обучение окажется открытием для меня.

Дверь библиотеки открылась, а в зал зашел мужчина средних лет, который шагая как кот, без единого звука направился ко мне. Грубая, чуть седая у висков щетина, паутинки морщин у глаз, которые смотрели насквозь меня. Я даже чуть сжался, когда его увидел. Он пришел точно ко мне. Потому что кроме меня тут никого не было. Королевская библиотека не то место, где могут быть посторонние люди. Хотя глаза добрые.

– Ты Феликс? – Голос у него был для такой хмурой внешности приятный и бархатный. Мне всегда казалось, что такие, обычно басят и хрипят.

– Да, а вы мой наставник?

– Нет, ты и так достаточно образованный,– Он громко вздохнул,– Я тебе покажу, как пользовать твой дар, а после этого мы будем каждый день на заднем дворе с тобой его полировать. Что выйдет из тебя, то выйдет, учитывая твою ситуацию.

Чуть было не спросил и тут же себя остановил. Нет уж, я не знаю версию событий, которые рассказал ему отец. Взболтну лишнего, а потом поплачусь, и тут никакое волшебство мне не поможет.

– А когда начинаем? – Взбодрился и откинул лишние мысли я.

– Начинаем прямо сейчас, – Он достал из сумки камень, который напоминал восточный нефрит, – Я сделал в пути крюк в целые сутки, чтобы взять его.

– А что это?

– Это камень, он волшебный. – Он явно был раздражен, а я понял, что спросил глупость, – Как много вопросов. Учись думать самостоятельно, мы с тобой нянчиться не будем.

Я задумался на секунду. Мы?

– Что делает этот камень?

– Все равно глупый вопрос, но так и быть отвечу прямо, это не камень, а артефакт. Их больше не делают. Не умеют или не стараются, не знаю, я этим никогда не занимался,– Он подбросил его в руке и положил на стол,– Повезло, что штука вечная и сломать ее невозможно, даже если отколоть кусок от этого камня, то он будет работать. Каждый кусочек. Бери.

Я положил в руку и на секунду почувствовал холодок от камня. Я сжал его посильнее, камень глухо ответил в моем сознании, будто живой.

– Давай, нечего думать, уже все и так ясно.

Я разжал ладонь, а учитель схватил булыжник и начал его крутить в руках. Сначала в одну сторону, потом в другую. Положил его на стол и закрутил ус рукой. И что он там увидел?

– Могу тебя обрадовать, или расстроить. Если верить тому, что я сейчас увидел, то даже не знаю, что с тобой делать. Прибить тебя или учить, – Я отошел на два шага назад и начал искать, чем обороняться.

– Без боя не дамся, – Дистанция мне не помощник, – Живым ты из замка точно не выйдешь! Не надо меня убивать.

Маг начал раскатисто смеяться. Мало ли.

– Надо мне тебя сыночка благородного убивать, если бы я этого хотел, то замок бы лежал в руинах в туже секунду, как я взял камень. – Он многозначительно осмотрел комнату, – Хотя надорвусь, но меня никакая казнь бы не остановила.

– Тогда зачем вы угрожали? – Маг издал еще один смешок. Их племя явно ненормальное, или вернее уже наше племя.

– Кто тебе угрожал? Это юмор такой, побудешь в моем положении лет сто, так заговоришь, что самому страшно будет. Ладно, принц, пойдем в ваш двор, или где вы там сражаетесь на мечах.

– А зачем нам мечи?

– Чтобы тебя им бить. – Маг явно получил удовольствие от своего ответа.

– А зачем вам меня бить?

– Чтобы тебе было больно!

Дальше слушать он меня не собирался и показал жестом, чтобы я шел за ним, а потом когда мы вышли в коридор, встал. Встал рядом и он посмотрел на меня.

– Чего ты встал? Веди меня, или я не каждый день хожу по вашему замку. – Его грубый взгляд стал еще хмурее, – Хотя не соврать был тут.

Ну и куда нам идти? На заднем дворе все увидят, чем мы заняты, а это не очень хорошо. Пойдем в подвал, там есть помещения, куда привозят живыми всяких тварей охотники, чтобы всякие ученые умы могли их изучить описать и разделать по кусочкам. Там пространства явно хватит.

Пару коридоров, винтовая лестница, а потом через зал первого цоколя, спуск в большой главный подвал, который за стеллажами с продуктами. Нашел фактурный потайной кирпич на полу и открыл подземелье. Защита не очень надежная, но сделана не с расчетом на то, что ее будут искать, когда есть основной вход, через донжон дворца.

По пути нам был полуэтаж с массивной стальной дверью. Отец, когда я его спросил, что там находится, ответил что для таких секретов, я еще мал. Честно говоря, не очень то и хотелось, меньше знаешь, крепче спишь. Мы дошли до места, поросший мхом булыжник по углам, маленькие створки с улицы, через которые пробивались пару тонких лучей света. Факел освещал пару метров над нами.

Волшебник щелкнул пальцами, над его головой загорелся такой же светляк, как делал я, только намного меньше. Он подул на него, и светляк начал немного расти, а после этого плавно поплыл в центр зала. Подвал наполнился светом, впервые вижу, чтобы тут было так ярко. Стали заметны пропитанные кровью камни на полу, тут ее утекло много литров, как бы моя кровь не оказалась тут так же.

– Запоминай, первое, что требуется, если у тебя есть магический дар, это с ним познакомиться.

– У меня были пару моментов… – Не буду выдавать разговор с энтом, кто знает, чем это кончится, – Я так не понял, как пользоваться им по своей воле.

– Чтобы воплотить в реальность желаемое, есть много путей. Можно или досконально знать очень много вещей.

– Каких? Какие-то науки специальные?

– И специальные и не специальные. Чем больше ты понимаешь, тем лучше ты как маг. – Он окинул меня оценивающим взглядом, – Но как я вижу это не совсем твой путь.

– Я достаточно образован, не думаю, что я глуп.

– Просто ты, сынок, не похож на того, кто готов месяцами зубрить какие-то фолианты, скорее бегло ознакомиться.

– И какой мой вариант? – Его слова звучали убедительно.

– Ты говоришь, контакт у тебя уже был, дар ты касался, значит, нужен какой-то жест, команда, хоть глазом подмигивай, это все зависит от того, как тебе удобно. – Он отвечал крайне размывчато, – Вот и думай как.

–Я все перепробовал.

Меня будто щелкнули по спине чем-то тяжелым.

– Никто не мог перепробовать все. Давай проясним ситуацию, твой магический дар, он только твой, я могу лишь только подсказать, каким образом ты его будешь использовать.

Мой наставник подманил пальцем стул, и он как ручная собачка оказался рядом с ним, из пола вырос небольшой стол, из рукава он как будто выудил чайник и чашку. С фляжки на поясе налил воды, а из сумки достал какие-то листья, залил это явно кипятком прямо из фляги.

– Камень сказал что, дар у тебя есть. Но, честно говоря, я не имею желания тебя учить, пускай уж лучше ты будешь оставаться диким, учитывая результат.

– А какие результаты? – я напряг уши и впитывал каждое слово.

– В некотором ключе, сила твоя абсолютна. Но дар твой разрушен. – Он отпил из своей чашечки, – Знаешь про деление на направления?

Во многих книгах нашей библиотеки было про это. Границы сил каждого направления были настолько индивидуально размыты, что у меня не получалось сложить целую картину.

Какие-то полулегендарные волшебники древности, были, чуть ли не богами. У них не было таких делений. Смертными, стареющими и очень медленно умирающими, но невероятно близкими к бессмертию.

А вот-то, что мой дар разрушен, меня нисколько не расстроило, в конце концов, главное это то, что он у меня есть.

– Тогда что мне делать?

– Что мне делать? – наставник ловко ответил вопросом на вопрос. – Я магом родился, с детства со мной происходили столкновения с волшебством, я свой дар чувствовал почти всегда. Помню только, ребенком дядька так разозлил, и как-то я его проклял, да сильно его приложило, что он три дня из нужника выбирался только воды напиться, даже спал в нем.

– Но вы же наставник…

– Для меня это наказание! Меня отправило сюда общество!

– То есть вы не хотели меня учить с самого начала?

– Я хотел только церковникам, да темным шеи переломать. А учить тебя того, кто дар получил от куска древнего, это трата времени. Нахлебник мне не нужен.

Вот и сел в лужу. Да, правильно говорят, что магом можно только родиться. Дара я своего не чувствовал, абсолютной исключительности и единения с вселенной тоже. Я начал вспоминать, тот момент, когда видел тот дворец в старых руинах. Он смотрел на меня из солнечного света, и тогда я понял, что вот она мощь древних, мощь магии во всей силе, невидимый для глаза дворец, который хранит все тайны мироздания внутри себя.

Я попытался представить то, что я в этом дворце.

Напряг память и голову попытался вспомнить, как он выглядел снаружи, когда загораживал мне солнце в руинах. Сначала, как делают строители, начал с фундамента. Кирпичик за кирпичиком я строил его в голове, до тех пор, пока пол всего замка не стал готов. Виднелись очертания для будущих круглых шпилей замка, а размер сооружения в моем воображении был колоссальный.

Я попытался представить то, что я в этом дворце. Передо мной вздымались массивные стены, некогда крепкие и непоколебимые, теперь же в трещинах и покрытые паутиной времени. Это место уже давно не было величественным – оно было сломано, как и мой дар. Вместо того чтобы возводить его заново, мне предстояло его починить, вернуть ему былую силу.

Каждая трещина, каждый осыпавшийся камень говорили о том, что сила этого места, как и моя, разрушена не случайно, а с определенной целью. Но, если есть возможность восстановить стены, значит, и я могу восстановить себя. Я коснулся одного из разрушенных столбов. Он был холоден и казался пустым, но я знал, что внутри него до сих пор таилась энергия.

Медленно, неуверенно я попробовал направить свою волю на восстановление. Не на строительство с нуля, как бы сделал маг, обладающий неисчерпаемым источником силы, а на починку того, что осталось. Камни чуть дрогнули, словно отвечая на мой зов. Я почувствовал, как магическая энергия, давно покинутая и дремлющая, начала пробуждаться внутри трещин.

Но процесс был медленным. Этот дворец был не просто символом – он отражал состояние моего дара. И теперь мне предстояло не построить его с нуля, а кропотливо собирать, восстанавливать то, что уже было когда-то великим.

Я понял, что каждый камень, который я починю, вернёт мне часть утраченной силы.

Силы стремительно покинули меня, и я с завистью посмотрел на стул, на котором сидел мой учитель. Да уж, наделила меня судьба педагогом. Ничего не объяснил, сидит и курит трубку, пока я думаю. Великий наставник, просто нет слов.

Ноги начали подкашиваться, на грани сознания, я вообразил себе, сзади меня вылезает такой же, как и у наставника, стул. Он был такой мягкий, комфортный, я прямо чувствовал, что хочу на него плюхнуться и отдышаться. Помню, что энт. мне говорил: ничего из ничего не появляется, а опять тратить свою жизнь не хочется, но тут столько булыжника, вот из него пусть стул и будет, каждый камешек даст мне по кусочку, а я отдохну.

Что-то бесконечно великое манило в свои объятья. Еще не многоя стану его.

Вера в существование моего стула реальна, я не выдержал и присел. И вопреки всему не рухнул на пол, а сидел на стуле, как у наставника, только из камня. Такой теплый и комфортный.

Наставник присвистнул, и посмотрел на меня. Что съел? Я тоже сижу, не всегда же мне стоя думать

И все-таки свой магический дар пробудить. Сейчас починю стеныу замка и точно пойму, как колдовать, все умоетесь. Бесконечность пела свою мелодию на грани моего сознания, и становилась все более убаюкивающей.

Ох, научусь колдовать, вы у меня все попляшете и папаша, который меня лишил спокойной жизни и этот чертов маг. Всем покажу, кто такой Феликс. За этими мыслями меня разморило, и я уснул на своем стуле. Стоило мне закрыть глаза перед глазами снова, как тогда после кристалла, начали бегать непонятные символы, язык явно не знакомый мне, но я чудесным образом уловил содержание.

ПРЕРВАТЬ ЭЛЕКТРОСОН?

Что? Нет, я бы сейчас поспал немного. Так устал, только притронувшись к колосу. А работы там непочатый край! Даже не представляю, как мне все потянуть это в одиночку, на это уйдет вся жизнь. Мне бы помощника, чтобы хотя бы вдвоем потянуть, а то у меня с архитектурой не очень.

Из приятной неги меня вырвал тычок ладонью в грудь. Я осмотрелся вокруг, а где я, кстати? По-прежнему в подвале, на своем стуле. Угрюмые глаза моего новоприбывшего наставника хмуро смотрели на меня, но на лице была улыбка.

– А я даже не думал, что ты такое дарование! Нет ну надо же, ты себе сделал целый стул. Ну что, ты запомнил? – Еще один тычок совсем меня разбудил, – Ох, плох совсем, сосет тебя страшно.

Далее он меня похлопал по спине, и я нашел силы встать. Я глянул на творение своих рук и по спине потек холодный пот. Что я сделал? Ноги сами наполнились силой и я начал как одержимый бегать вокруг каменного изваяния. Тьма меня возьми, да он словно вырос из пола. Попытался его сдвинуть с места. Намертво. Каменный пол стекал снизу вверх на ножки, а потом они вырастали в целый стул.

Сел на камень и начал щупать со всех сторон. Интересно, как вышло, что сиденье мягкое? На ощупь такой же шершавый камень, но словно перина мягкий и еще и теплый.

– Не знаю, что ты там сделал, но направление, куда мыслить ты понял. Это направление называется вещество. Значит, будем работать с тем, что есть, а пока я напишу письмо в общество, пускай поторопится.

– А можно не сегодня, – Неуклюже попытался вызвать жалость я, – Сил нет, хочется лечь поспать.

– Понимаю, – Наставник достал еще чашечку и повторил процедуру с только для меня, – Пей.

– А что это за трава?– Я отпил, и стало, правда, легче, – Волшебная?

– Это чай, он немного даст тебе сил, чтобы ты смог дойти до комнаты. И да волшебная.

Кажется, я понял, что это. Как раз одна из тех коробочек, за прикосновение которым отец меня бил. Запах явно похожий, жаль мне ума тогда хватило только поджечь.

– Я думаю, что до комнаты смогу дойти сам.

– Сам ты точно сможешь, я не сомневаюсь, но в компанию с тобой пойдет вон тот, – Наставник указал мне рукой на стену, из которой осыпалось несколько крупных с человеческую голову камней, – Замечательный, покрытый мхом и кровь камешек. И я прослежу, чтобы нес его сам, а не поручил кому-то из слуг. Так что ты будешь или мне убирать его?

– А зачем он мне там нужен?

– Твое тело слабое, а разум заполнен ненужными вопросами, когда донесешь, подумаешь сам, зачем он тебе.

Раздери тебя тьма, тебе, что трудно ответить прямо? Хотя прямее ответа на этот вопрос трудно придумать. Я схватил чашку и залпом её осушил. Кисло-сладкая жижа попала мне пищевод и начала теплом растекаться по моим конечностям. Даже появилась вера, что управлюсь с булыжником запросто, подумаешь, пять этажей по лестнице до моих покоев.

Я взял самый маленький камешек.

– Нет уж, такого камня и девочке не хватит, давай-ка тот, который левее, – И указал рукой на самый большой и склизкий камень из всех, что были в этой куче. – Мох не снимай пускай будет так.

– Да что я с ними делать буду, есть или что, зачем мне такой огромный камень, у меня и в комнате достаточно камней.

– Я устал, а если я тебе начну объяснять, то сделаю только хуже. Хватит ныть, ты взрослый парень, – Булыжник взмыл в воздух, даже не коснувшись его, и закинул в дальний угол комнаты – В самых силах, дотащишь, не растаешь.

Мой статус принца его не волнует? Ладно, черт с ним, если надо, значит, сделаю. Раз-два, взяли. В локте неприятно щелкнуло, когда я пытался водрузить махину на плечо, но когда мы вышли из подвала, я понял, что плечо слишком устало.

И я взял его двумя руками, как несут маленьких детей, стараясь не уронить булыжник себе на ногу. Пока мы шли по коридору мой учитель начал мне наговаривать, что я должен сделать.

– Завтра с тобой я заниматься не буду, мне нужно сделать дела, который поручило мне общество. Для тебя у меня задание, вернусь через сутки, надеюсь, что с группой поддержки, потому что надо как-то научить тебя работать со всеми направлениями. Пока работаем с тем, что есть. У тебя будут целые сутки, чтобы превратить этот булыжник в каменные палочки. Запомни, все палочки должны быть одинаковыми, или я не приму задание, тебе ясно?

– Да, а можно вопрос?

– Можно, но свой ты уже задал, но в качестве того, что ты еще несмышленый, то так и быть. Но на этом все.

– Наставник столько интересных заданий дал, вывалил на меня кладези знаний, и так далее, но я до сих пор не знаю, как вас зовут.

– Тебе эта информация никак не пригодится, но можешь звать меня мастер Ракош, так меня зовет твой отец. Хотя нет, наверное, лучше будет наставник или что-то из этой оперы. Вот вырастешь в моих глазах, буду для тебя мастером, а пока только так. Все давай топай, тебе еще три этажа подниматься.

И он ушел по коридору вперед. Туда же дорога к кабинету моего отца, а говорил, что не знает куда идти. Я положил булыжник на землю и чуть размялся, вздохнул и потащил ношу наверх. Пока я его нес, пережил весь спектр эмоций, особенно в тот момент, когда он упал на лестнице, откололся и второй его, как назло, больший кусок, покатился вниз.

Но, когда он раскололся мне, даже стало его жалко. Такой древний замшелый булыжник, сначала его вытащили из горы, посадили там, он порос мхом, видел кучу разных отвратительных вещей. Тут из ниоткуда, появляюсь я и уношу его из жилища, еще и расколол его на две части.

С большим трудом дотащил обе половинки до комнаты. У порога комнаты он даже стал мне отчасти родным, я знал все его мелкие неровности и даже ощущал их на своих руках, когда лег в кровать. Я скинул сапоги, накрылся большой пуховой периной и закрыл глаза.

На краю сознания был все тот, же дворец нет уж, стены сегодня трогать не буду. Сил нет, но завтра продолжим. Обязательно. Снова заскакали непонятные символы, но тут сон победил меня. В последнее время я сплю, больше чем бодрствую.

12775 Петля

Звенит колокол. Еще час до сброса петли.

Я проникаю внутрь, пульты сенсорные кнопки. Охотница уже вышла ко мне. Реконфигурация. Какой же старый пульт управления, если бы доктор Мо помнила…

Некогда страдать и думать, если или когда, в этой бесконечной песочнице событий у меня слишком мало возможностей. Пространство петли не хочет, не может и не желает быть чьим-то либо, а это означает….

– Лазарь, а язнаю, где ты сидишь! – Лилит закричала радостным голосом мне прямо в голову, – Сейчас туда упадет бомбочка!

За тридцать пять лет в петле она сошла с ума окончательно.

– Лили, давай ты сегодня не будешь меня… кхм… убивать, пожалуйста. – Я связался с ней, но надежды, особой не питал.

– А давай ты сегодня не будешь пытаться разорвать петлю.

– Ты знаешь, что сказал Фред, что петля дойдет до конца, я все равно не смогу ее разорвать.

– Ты сказал это в прошлый раз! Уже в сотый раз это слышу.

Я попытался понять, что происходит. Все вокруг казалось зыбким, как и всегда в последние часы перед сбросом. Пространство колебалось, а время, казалось, текло неравномерно. Я знал, что у меня остается меньше часа до того, как петля замкнется снова. Лилит играла со мной, словно кошка с мышью, но этот раз казался… другим.

Пространство вновь треснуло – знакомый звук, который я уже не раз слышал. Я бросил взгляд на свои записи, они были собраны в беспорядке, словно сам мир не хотел, чтобы я сделал выводы. Но теперь мне это было безразлично. Я забросил папку с бумагами в щель, что появилась на мгновение, и почувствовал, как что-то изменилось. Небольшая волна энергии ударила мне в грудь, но это было нечто иное – не угроза, а возможность.

– Лазарь, ты слышишь меня? – Голос Лилит прозвучал в моей голове, он был игривым, но я уже знал этот тон – за ним скрывалась опасность. – Еще немного, и ты потеряешь себя совсем. Может, оставишь это занятие?

– Я все равно должен уничтожить эту петлю, – Я произнес вслух, надеясь, что хоть немного оттяну неизбежное.

– Конечно, не можешь, – Лилит рассмеялась. Она стояла рядом. – Но ты можешь починить её, разве не в этом твоя сила? Разве ты не Лазарь?

Починить… Это слово застряло в моей голове. Может, она и права? Вместо того чтобы пытаться разорвать и разрушить всё до основания, я смогу найти утраченное. Починить, шаг за шагом, виток за витком. Но для этого мне нужно нечто большее, чем просто знания – мне нужно было найти ту точку, где петля действительно треснула, где всё пошло не так.

Я взглянул на пульт перед собой. Старый, искрящийся пульт управления, который должен был когда-то регулировать петлю, теперь стоял передо мной, как немой свидетель своего падения. Я начал работу – медленно, но уверенно. Каждая деталь требовала внимания, каждая схема напоминала о том, что я делал это уже сотни раз… но не так. Я был на верном пути.

Лилит замолчала, словно наблюдала за тем, что я делаю. Возможно, она поняла, что этот виток петли может оказаться для меня не просто ещё одним повторением. Может

Глава 7

Феликс. Город Z.

Когда принц уснул, уснул и я. Время до школы оставалось немного: в их мире всё ещё было светло, а у меня уже два часа ночи. Не успел я откинуться на подушку, как снова оказался во сне – и, конечно же, опять во дворце. Нормальные сны, видимо, мне больше не снятся.

Стоял я прямо у порога огромного зала. Это место уже было мне знакомо: массивные колонны, высокие арки, мраморные полы – я видел всё это раньше, словно дежавю. Дальше идти было бесполезно, там всегда что-то мешало. И тогда я решил выйти наружу. Странно, но массивные двери распахнулись легко от легкого толчка, как будто ждали меня.

Снаружи меня встретила безмолвная громада стен, возвышавшихся надо мной, как горы. От порога уходил мост в бесконечность – или, может быть, это только мне казалось, что его конца не видно? Стоило ступить на него, как странное ощущение чего-то нереального почти сразу рассеялось. Это был самый обычный каменный мост, если такие вообще можно считать обычными. Я сделал несколько шагов, ощутив под ногами его прочность. Ветер был холодным, но, несмотря на это, вокруг царила необыкновенная тишина.

Пройдя шагов пятьдесят, я оглянулся. Но, как оказалось, даже этого расстояния не хватило, чтобы разглядеть дворец во всей его грандиозности – он был слишком огромен. Стены уходили вверх, как будто пытались достать до самого неба. Зато теперь я мог получше рассмотреть сам мост. Он был вырезан из цельного камня, без единого шва или изъяна. Даже самые современные технологии не смогли бы создать нечто подобное. Возникло ощущение, что этот мост был здесь всегда, как и сам дворец. Либо кто-то потратил столетия, вырезая его из скалы, слой за слоем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.